Временный Контракт или Дорога через Лес

Глава 3. Ноэль и её кошка

***

Пока Жерар Эстервик заседал со своими помощниками в главном зале придорожного трактира, в уютном доме, в который рыжая ведьма превратила старую башню мага, происходил очень странный диалог. Ведьма разговаривала со своей только что вернувшейся кошкой. Женщина только что не орала, кошка же мыла хвост и время от времени кидала на хозяйку взгляд, полный презрения профессора к тупому ученику.

Но, судя по репликам Нувеллины, беседа между ними велась полноценная и кошка давала ответы на вопросы. Другое дело, устраивали ли они ведьму?

- Батильда, он совсем ушёл?

…

- Нет? Сидит в трактире? Демоны! А ты куда смотрела?

…

- Почему он вообще сюда попал? Как вышло, что он оказался не снова у тракта, а на нашем дворе?

…

- Какое тебе было дано задание, помнишь?

…

- А почему не выполнила? И не надо приплетать сюда лешего, спрашиваю я с тебя. Зачем пустила?

…

- Право? По-твоему, он имел право? С какой такой радости?…

…

- Альбер был его дядей со стороны матери? С чего ты взяла? И почему я ничего об этом не знаю, если это правда?

Кошке надоело отвечать, она спрыгнула с лежанки, на которой охорашивалась, и, гордо задрав хвост, выскочила в окно. Ведьма в сердцах швырнула в угол половник.

- Вот так всегда! Ни на кого нельзя положиться!

Зря она отвлеклась. Варево на плите забурлило и вспенилось. Пришлось снимать чугунок с огня, подбирать половник и продолжать приготовление зелья с того места, на котором оно прекратилось. Хорошо ещё, что не какое-то особенное, где рецептуру следует выдерживать в мельчайших деталях, а обычное средство от простуды. Но всё равно: не стоит давать мимолётным эмоциям власть над собой

Откуда он взялся, этот Альберов племянник? Приехал вступать в наследство? Так поздно уже, больше года прошло с тех пор, как его дядя умер. Хороший был человек, мир его праху, хоть и зануда ужасный. Видно, из-за своего нудного характера так и остался один. Даже в последний путь его провожали двое старых, преданных слуг да она сама, та, кого он пригрел ради её ведьминского дара. Нотариус опоздал, а из богатых и знатных родственников никто так и не приехал даже на могилку полюбоваться.

Ноэль грешным делом думала, что родных, которых Альбер поминал в своём завещании, не существует, и немного жалела, что ей досталась всего лишь башня мага с прилегающими участками под огород. Поместье было куда как обширным, пусть и заброшенным. Приложить к нему руки и немного денег — расцветёт так, что не узнаешь! Альберу было не до того, его сводила в могилу страшная, неизлечимая болезнь, Ноэль сумела только продлить его дни и избавить от боли, но не исцелить. Больше пяти лет тянула, хотя во всех учебниках значилось, что три — это предел. Но Альбер этого не знал, надеялся на большее. Наверное, именно поэтому ей и не досталась главная часть наследства.

Ну и ладно! Денег у неё всё равно отродясь не водилось а башня мага давала убежище и средства на жизнь. Пять окрестных деревень и одно большое село только что не молились на свою ведьму. Правда, располагались они в соседнем графстве, на границе с которым находилось поместье.

Ещё при жизни Альбера Ноэль свела всё общение с Ворселем к нулю: запутала тропу, чтобы к ним никто оттуда не совался. Только жизненная необходимость позволяла преодолеть защиту. Слишком живы были в ней воспоминания о том, как беззастенчиво использовали её власти и жители Ворселя. Владельцу же поместья она была слишком важна, чтобы спорить, а в главный город графства он не ездил уже много лет, рассорившись с тамошним градоправителем и его присными.

Зато от соседей из чужого графства ни она сама, ни хозяин усадьбы гадостей не ждали, поэтому дорожки, ведущие в их деревни, оставались проходимыми в любую непогоду. Вдруг кому-нибудь потребуется помощь? За покупками ездили туда же на ярмарку, благо в большом селе она была постоянной.

После смерти благодетеля Ноэль жила практически в своё удовольствие. Никто не мог ей указывать, никто не мог помыкать. А то, что всё приходилось делать самой, она за недостаток не считала. Трудно ли подоить козу и корову и выгнать их на пастбище? Ухаживать за огородом? Приготовить еду? Помыть посуду? Убрать в доме и натопить печь? Да ерунда это всё, если не на дядю корячишься, а для себя делаешь.

Варку зелий она вообще считала не за труд, а за удовольствие. Скучно же иначе. Пациенты тоже её развлекали. Приходили не так уж часто, так что надоесть не успевали. Были среди них и зажиточные, они платили золотом, и совсем бедные, в качестве платы за лечение предлагавшие хлеб или свою работу.

На ведьмах много ограничений, одно из них — нельзя отдавать свой труд бесплатно. Иначе отдача пойдёт на тебя, излеченная хворь привяжется к целительнице. С другой стороны, есть запрет брать у людей последнее. Вот и приходилось изворачиваться. То тебе за исцелённое от воспаления лёгких дитя огород вспашут, то крышу переберут, то колодец почистят, то дров нарубят.

Ноэль всё это могла сделать своей магией, но должны же бедные люди иметь возможность хоть чем-то ей отплатить?

В сумме жаловаться на то, что целительством она мало зарабатывает, не приходилось.

Другим источником дохода стала продажа зелий и эликсиров. Ноэль варила самые простые, ходовые, но разлетались они у аптекаря как горячие пирожки. Маленькая надпись на этикетке, которую она сама придумала, «Зелье ведьмы из леса» стало в глазах жителей лучшим подтверждением качества.

Случалось варить что-то посложнее, но уже под заказ или для конкретного пациента. Конечно, не такое заковыристое, какое она делала для Альбера, но и болезнь у него была редкая. В любом случае, за сложные зелья платили хорошо, так что денежных затруднений у ведьмы не было. И на налоги хватало, и на жизнь, и откладывать на будущее получалось.