Компот из сладкой лжи

Глава 26

Автомобиль Тураева сбавил скорость, а затем пристроился позади, давая Чарушиной возможность самой выбрать путь и место остановки. Неожиданно, но Наде это понравилось. Не то чтобы Ржевский раздражал ее тем, что всегда сам выбирал рестораны или другие места отдыха, ведь он знал обо всем этом гораздо больше, и ей было проще согласиться с его выбором, тем более, что сама-то она была в этом плане довольно несведуща. В конце концов, он же сам и приучил ее к дорогим вещам, постоянно напоминая ей, что она этого стоит. И Надя послушно соглашалась, тем более что это оказалось совсем не сложно - возложить корону на свою голову руками прекрасного рыцаря, которым стал для нее Павел.

И вот сейчас у нее представился случай, чтобы заявить о себе как о женщине, знающей себе цену. И цену своим чувствам.

Чарушина остановила машину у блочной пятиэтажки, рядом с которой находилось неприметное кафе-кулинария. После уроков, когда Надя бежала в музыкальную школу, она делала остановку в этой кафешке, чтобы выпить молочный коктейль и заправиться пышной сдобой. В ее кожаном портфельчике лежал "правильный" перекус, любовно собранный матерью еще утром, но в то время Наденька вообще не заморачивалась на тему лишнего веса, складывая свои ощущения от увиденного и съеденного в копилку душевного счастья.

В этом заведении, почти не изменившемся за много лет, она наблюдала за посетителями и за несколько минут могла придумать для каждого свою небольшую историю. Пенсионеры, домохозяйки, пьяницы, - кто только не удостаивался ее пристального внимания. Пожалуй, из этих придуманных рассказов мог бы получится многотомник, если бы Надя вдруг решила стать писательницей.

Но у нее началась другая жизнь, в которой почти не осталось места для таких вот "побегов" в люди. Учеба, окружение, работа, да тот же Ржевский, сформировали ее круг, в котором от нее той мало что осталось. Новая версия Нади Чарушиной была гораздо эффектнее, но она сама - девочка с булкой в зубах из дешевой кулинарии - выпала за борт и барахталась там, едва слышно взывая о помощи.

Мощный внедорожник Тураева встал у обочины, втиснувшись между отечественным и корейским автопромом, а его хозяин, ошарашенно оглядев место встречи, не спешил выйти наружу. Надя, стрельнув в его сторону коротким взглядом, нажала на кнопку зонта, но ту, как назло, заело.

- Да что б тебя! - в сердцах прошипела Чарушина и несколько раз хорошенько тряхнула зонт.

Тут же над ее головой нависла тень от мужского зонта, а в ноздри ударил аромат мужского парфюма с нотками апельсина и бергамота.

- Странное место вы выбрали, Надежда Николаевна.

Тураев смерил ее хмурым взглядом, задержав его на облепленных грязью полусапожках.

- Вас что-то смущает? - усмехнулась она. - Меня нет. Здесь довольно приличный кофе и никто не обращает на тебя внимания.

- Поверю вам на слово. К тому же, вы-то как раз заслуживаете самого пристального внимания, Надежда Николаевна.

- А давайте без отчеств? - предложила Чарушина. - В конце концов, мы оба находимся не в самом лучшем моменте собственной жизни.

Они пошли к кафе, но на пороге Надя обернулась и посмотрела на внедорожник.

- А ваш водитель? Он не хочет кофе?

Тураев растерянно проследил за ее взглядом, а затем непонимающе уставился на нее.

- У нас ведь не свидание, Максим, так что не вижу проблем, чтобы ваш человек смог посетить это абсолютно не пафосное место.

- Я предпочитаю решать свои дела без посторонних, Надежда...

- Вот как? А когда я видела вас с Половиковым, ваш водитель был рядом с вами.

Тураев открыл перед ней дверь и пропустил ее вперед.

- Просто он первый заметил, что машины моей жены нет на месте.

- Вот оно что...

Надя подошла к витрине и стала разглядывать ее содержимое, чтобы собраться с мыслями. Спиной она чувствовала близость Тураева, и щекочущий аромат его одеколона сбивал ее с мыслей.

- Как вы вообще? Держитесь? - спросила она.

- А вы?

Чарушина вздрогнула и задержала дыхание.

- Раз вы говорите, что здесь приличный кофе, то так и быть... - Тураев подошел к раздаче. - Выберите место, что ли... - он брезгливо поморщился при виде пластиковых столов и стульев.

Надя привычно заняла столик у окна и посмотрела через него на улицу. Водитель Тураева, тот самый качок из "Бемоля", курил, флегматично рассматривая балконы пятиэтажки. Когда перед ней оказался дымящийся стаканчик, она поразилась состоянию дежавю, в котором сейчас оказалась. Вот только перед ней сидел не Кораблев, а "бетонный" король, у которого были серые "нечитаемые" глаза и запах, перебивавший даже аппетитное амбре местных булок. Наде безумно хотелось одну из них, но она лишь вздохнула и положила перед собой телефон, чтобы следить за временем и не опоздать на встречу с Заей и Денисом.

- Итак, наша встреча состоялась, - сказала она, делая вид, что ей она была совсем не нужна. - Не знаю, что сказать, кроме того, что я сожалею о произошедшем.

- Еще бы, ведь вашего жениха подозревают в убийстве моей жены.

- Да, это так, - не стала она юлить. - Вашей жены... Скажите, Максим, а какой она была?

Тураев полез в карман и достал футляр для очков. Внутри него оказался кусок бархатной ткани, которой он стал аккуратно протирать стекла.

- Вы с какой целью интересуетесь? - спросил Тураев.

- Вам неприятен мой вопрос или, быть может, вы считаете его неуместным? Тогда зачем искали встречи со мной? У вас похороны на носу, масса дел, а вы сидите и пьете ко... - Чарушина заметила, что никакого стакана перед Тураевым не было. - Зачем?

- Если я кажусь вам равнодушным и черствым человеком, не способным испытывать чувства к женщине, которая была моей, пусть и недолго, но женой, не стану вас переубеждать. Мне важно знать, кто и зачем убил ее. Лиза не заслуживала подобной участи. Ваши отношения с... - Тураев кашлянул, - с подозреваемым ведь тоже выходят за рамки простого знакомства.

- Погодите, - Надя откинулась на спинку стула и смерила мужчину внимательным взглядом. - Почему вы не называете его Павлом? Или Ржевским? Говорите о нем так, будто не знали его?