Кластеры

Глава 10. Переход

Звёзды подмигивали, успокаивали Эстера. Обещали, что всё скоро закончится: прекратится томление Лизы, а он вернётся в свой мир. И Лиза будет с ним всегда.

Почему он неохотно верит звёздам?

Он прижал Лизу к груди и понёс домой, твёрдо решив не смотреть ни на звёзды, ни на неё - не сводить глаз с тропы.

«Ты всё делаешь правильно», - донёсся журчащий голос с набережной.

Эстер остановился.

- Тогда, почему мне так плохо? – пробурчал он себе под нос.

«Ты всё делаешь правильно», - повторил голос.

- Я слишком долго нахожусь в человеческом теле! Чрезмерно много эмоций.

«Ты за этим и послан!»

- Что у остальных кластеров?

«К нам присоединилось пятеро носителей…»

- Неплохо, - с облегчением сказал Эстер и посмотрел на спящую девушку, - скоро я приведу ещё одного.

Она почти готова присоединиться к его Миру. И он ничуть не сомневается, что отыскал хорошего защитника. Любовь к детям должна вести её до конца.

Эстер засмотрелся на приоткрытые губы девушки. Её поцелуи порождали приятные, ни с чем несравнимые, вспышки. Они затухали, отдавая ноющей болью в сердце. Тогда он ощущал её каждой клеточкой своего тела. Этого чувства достаточно, чтобы снесло крышу.

Как итог, любовь к ней посеяла зерно сомнения в правильности его поступков: он скрывает одну важную деталь из прошлого Лизы, не даёт ей вспомнить то, что может побудить передумать, то, что может удержать её здесь. Его действия рациональны для цели, но неправильны.

«А с другой стороны, - категорично заключил Эстер, остановившись у хижины и взглянув в сторону посёлка, - об этом ей должен был сказать другой человек».

Уложив Лизу в постель, он уселся на пороге дома и стал думать о скорейшем возвращении в свой Мир, чутко прислушиваясь к дыханию девушки.

Лиза спала беспокойно, ворочалась, стонала, но проснуться сама не могла.

- Ты слышишь её? – вновь обратился Эстер в сторону города. – Она зовёт тебя. Чувствуешь ли ты такую боль, как я? Да-а… Чувствуешь!

Он прислонил голову к стене и закрыл глаза: возник её образ и губы, которые так податливо и мягко отвечали ему. Её безвольное тело в его руках подо льдом. Он гладил руки, шею, пропускал сквозь пальцы золотистые локоны Лизы, в какой-то степени наслаждался этой игрой, пока она его искала. Её чистая душа заключённая в его энергетических нитях. Они слились тогда, и это было волшебно. Он не просто образовал с ней связь – они стали одним целым. На мгновенье! И потом ему пришлось оттолкнуть Лизу, чтобы желание остаться с ней единым целым не сбило его с намеченной цели.

- Наверняка она тебе снится… и боль в твоём сердце не меньше моей. Глупец! Ты не сказал ей правду, и я не скажу! Она узнает всё сама, но не будет ненавидеть ни тебя, ни меня. Ты останешься воспоминанием в её душе.

***

Утро выдалось погожим, и с каждой минутой становилось теплее. Солнце светило ярко, ни одной тучки, ни малейшего дуновения ветра.

«Дурной знак, - подумал Эстер, - короткое затишье между светом и тьмой».

Тревожные мысли не давали ему покоя, но он не мог понять отчего так неспокойно бьётся сердце.

Он не стал будить Лизу - и так ночь крутилась. Да и за выходку после поцелуя не хотелось объясняться. Он стоял у кровати, смотрел на неё и нервно сжимал кулаки. Где его чувство самообладания? Хладнокровная молекула не смогла совладать с человеческими эмоциями? Гормональная система этого молодого человека – вот и весь ответ!

Нужно будить или хотя бы снять блокаторы пробуждения, тогда сама в скором времени проснётся. Эстер решительно выдохнул, нагнулся и погладил Лизу по голове, немного задержался у глаз.

Беспокойные сны вымотали Лизу, она даже не шевельнулась, продолжала пребывать в невольной дремоте.

Открыв настежь ставни, Эстер впустил в комнату чуть больше солнечного света, заварил крепкого чая, подогрел рыбу, накрыл всё хлопковой тканью и вышел вон.

- День. Ещё день. И можно будет не добывать еду, - с облегчением выдохнул он, направляясь в город.

Чутьё ему подсказывало, что тревога исходит оттуда. Парк он миновал быстро, вышел в сад и остановился. Несмотря на тёплую погоду птицы не летали и не щебетали. Эстер бегло оглядел сад и ничего необычного, кроме гнетущей тишины, не приметил.

Он прошёл несколько метров - вдруг за раскидистыми ивами впереди послышалось жалобное скуление собаки.

Эстер узнал голос Люси. Те дни, что он следил за передвижениями Лизы, собака сопровождала его. Он подкармливал Люси рыбой и согревал своим теплом, если та не успевала укрыться от морозных ночей в котельной.

- Узнала, - улыбнулся Эстер дворняжке.

Люси завертелась вокруг него, стала подпрыгивать и скулить.

- Ну, в чём дело? Что произошло?

Собака уткнулась носом в его грудь, принялась облизывать шею и ладони.

- Чувствуешь её запах? – Эстер поднял морду Люси и посмотрел в унылые глаза. - Не переживай, с ней всё хорошо.