Хозяйка Голубых Холмов

5 глава

- Госпожа, герцог де Арт просит аудиенции, - присела в реверансе смышленая девочка пятнадцати лет. Ее светлые кудрявые волосы были собраны в длинную косу, сама она носила серо-голубое платье с белоснежным передником и такой же косыночкой. Между светлыми бровями залегла морщинка, из-за того, что горничная часто хмурилась, пытаясь выглядеть старше и серьезнее, чем она есть на самом деле.

- Помоги мне подняться, Роззи, - приветливо попросила о помощи побледневшая и исхудавшая баронесса, приподнимая туловище с кровати. Горничная тут же подбежала к Элоизе, помогла ей пересесть на инвалидное кресло, споро надела на нее черное платье. Благодарно кивнув горничной, баронесса сама подвезла кресло к зеркалу. Это могла сделать и Роззи, но девочка знала, как важно для госпожи сделать это без ее помощи.

Элоиза внимательно осмотрела свое отражении, и Роззи заметила неуверенность, на мгновение мелькнувшую в синих глазах. Горничная была приставлена к баронессе, с того самого дня, когда Голубые Холмы обрели хозяйку. Тогда, еще девятилетняя девочка, очень гордилась доверенной ей должностью и ответственно подходила к своей работе.

Роззи очень любила свою госпожу. Она прошла вместе с Элоизой через все круги ада. Она видела ее всякой – отчаявшейся, сломленной, испуганной, печальной, смелой, горделивой и торжествующей. Но только после встречи с принцем в синих, как зимняя ночь, глазах плескалось счастье.

Роззи казалось, что так теперь будет всегда, но увидев бессознательное тело Элоизы у подножия мраморной лестницы, поняла, что в синих глазах больше не зажгутся звезды. Они словно вернулись на много лет назад, когда Элоиза фон Ренне была лишь испуганной маленькой девочкой, забившейся в угол, в попытке спрятаться от своего мужа.

- Вы прекрасны, госпожа, - прошептала Роззи, перекинув черный шёлк волос через плечо госпожи. Хотя бы словами желая предать госпоже сил.

На бледных губах Элоизы появилась добрая улыбка.

- Спасибо, обезьянка, - сжав руку девочки, сказала Элоиза. Роззи не знала, что означает это прозвище, но ей нравилось, когда хозяйка так называла её. – Пойдем. Его светлость, наверное, уже заждался.

Горничная скривилась, совершенно не скрывая свою реакцию от госпожи. Роззи прекрасно знала, кто стал причиной падения госпожи с лестницы, она ненавидела за это Амадея де Арта. Элоиза лишь тихонько рассмеялась, и мягко подтолкнула ее к выходу, покатив кресло вслед за ней.

- Герцог, - улыбаясь, поздоровалась вдова. – Надеюсь, вы простите мне мою невоспитанность, я заменю реверанс поклоном головы.

Амадей, услышав этот усталый голос, тут же развернулся. Он пробежался взглядом по простому черному платью, скрывающему ноги, впалым щекам и вымученной улыбке – жалкой пародии той яркой улыбки, что отражалась в синих глазах северным сиянием. Тем временем, Роззи, кидая неприязненные взгляды на герцога, закрыла дверь за спиной мадам Цапли, в последний раз предупреждающе зыркнула на Амадея и скрылась за дверью. Должно быть пошла за завтраком для хозяйки.

- Прошу вас, присаживайтесь. Вы прекрасно умеете уничтожать взглядом, Ваша Светлость, для этого вам не обязательно нависать надо мной.

Амадей был напряжен до предела. Он сам поражался тому, насколько скованными и резками получаются его движения, обычно полные грации и плавности. Он стиснул кулаки за спиной и стремительно упал в кресло, взметнув полами плаща кофейного цвета.

Пять дней Амадей не мог решиться на этот разговор. Приходил к покоям баронессы, заносил руку для стука, но в последний момент отверчивался и стремительно удалялся. Сбегал. И вот он здесь, смотрит на Элоизу, и совершенно не знает, что сказать. «Прости, что разрушил твои мечты?» Как будто от этого ей станет легче.

Тем временем Элоиза даже не смотрела на Амадея, она откинула голову на спинку кресла и закрыла глаза.

- Я получила травму пять лет назад, - произнесла она. Герцог раздраженно фыркнул, не желая выслушивать душещипательные истории. Он пришел сюда не за этим.

- Да, вы упали с лошади, - холодно сообщил он о своей осведомленности.

Элоиза лишь фыркнула и отмахнулась.

- Все истории про лошадей выдумки, а вы глупец, если верите в них.

- Ваш муж тоже умер, упав с лошади, - с намеком протянул Амадей, а Элоиза лишь фыркнула.

- Именно.

Она так и не открыла глаза, а последнее слово о смерти любимого мужа сказала с таким безразличием, что Амадей засомневался в глубине чувств между четой фон Ренне. Сколько раз он убеждался, что нет ничего лживее слухов, но почему-то сплетням о бароне и баронессе верил. До этого момента.

- Впрочем, какая разница, что случилось? Я была прикована к креслу. Не могла сама одеться, поднять туловище, пошевелить хотя бы пальцем. Мне было совершенно все равно, как я получила травму. Я хотела лишь вернуть ноги. Но медицина была не способна мне помочь, Роджер испробовал все. Кроме одного – магии.

- Магия ушла, - грубо оборвал рассказ Амадей.

- Роджер тоже так думал, - фыркнула баронесса. - Но для меня это был единственный шанс. Поэтому я отравилась туда, куда ушли последние древние маги, - с какой-то потаенной гордостью сказала Элоиза.

- Золотые горы? – неверяще прошептал герцог, а Настя в ответ кивнула.

- Я нашла их. Магов. Хотя, вернее будет сказать – это они меня нашли, а потом согласились помочь.

- Хочешь сказать, что калека на инвалидной коляске в одиночестве поперлась в горы, в поисках магов, которые исчезли несколько веков назад, - перебил девушку Амадей, не желая слушать этот бред.

- Во-первых, кто сказал, что я была одна, а во-вторых, как ты думаешь, почему магов называют древними? Пару веков для них ничто. И прежде чем ты вновь усомнишься в моих словах, подумай, чем еще можно объяснить то, что я встала на костыли, кроме как магией.

Ответа у Амадея не было, а учитывая, как напряженно герцог смотрел на Элоизу, она сделал вывод, что он близок к тому, чтобы поверить ей.

- Я нашла магов, Амадей. И они смогли вылечить мою травму позвоночника, после чего я смогла вновь чувствовать свои ноги. Правда это была боль. Такая сильная, что казалось, будто меня сжигают на костре. Но как бы больно мне не было, я не пожалела о своем решении ни на секунду. Начала тренироваться, разминать ноги, восстанавливать мышцы. Со временем боль начала отступать, и спустя пару месяцев левая нога полностью восстановилась и я смогла встать на костыли.