Светочи Конфедерации

Глава 23. День шестой

В утренней полудреме Лайона вдруг поймала себя на том, что представляет себе большой настенный календарь, на котором дни пребывания на Острове выделены другим цветом. Вначале, когда Лайона только ехала сюда, все предстоящие даты светились одинаковым нейтральным светло-серым, серебристым цветом. Теперь же каждый из пяти уже прожитых дней приобрел свой собственный оттенок.

Первый день: цифры глубокого синего цвета, с проблескивающими в нем серебристыми и золотистыми искрами. В тот день она зачерпнула всех оттенков синевы полными ладонями: ярко-синее небо, в котором она побывала; серебристо-синий, со стальным оттенком океан под крыльями самолета; прозрачно-синее, скорее даже бирюзовое озеро, в котором плавала; темно-синие, почти черные сумерки, через которые вел ее за руку Картадель…

Второй день – день всех оттенков розового. Карминно-розовый – цвет утреннего неба во время пробежки; амарантово-розовый – цвет стен и скатертей в ресторане при естественном дневном освещении; светло-коралловый – цвет песка на пляжике, где она снова случайно встретилась со Светочем; глубокая фуксия – цвет ее спортивного купальника…

Третий день. Цифры на воображаемом календаре играют всеми оттенками зеленого. Изумрудная зелень тропического леса, по которому она бежала; травянистая зелень футбольного поля, на котором собрались ученики, чтобы провести практическое занятие; нефритово-зеленое свечение сердечной чакры – Анахаты; грушевый оттенок глаз Малкольма, утешающего ее, расстроенную тем, что у нее активны те чакры, которые должны быть пассивны…

Четвертый день: цифры переливаются одуванчиковой желтизной футболки, в которой она отправилась в тот день на пробежку; золотисто-желтыми оттенками потоков энергии, с которыми пришлось много работать в этот день Лайоне; бледно-желтым свечением кристаллов памяти. Но проскальзывают в этой радостной желтизне и тревожные оттенки красного: ржаво-красные сполохи сомнений и неуверенности; огненно-алые языки злости; рубиново-красный всплеск мысли «стой! не ходи к нему!»

Кто бы мог подумать, что всего за одну ночь все оттенки желтого и красного смешаются, переплавятся в жарких глубинах ее сердца и окрасят утро нового, пятого дня в оттенки коричневого. Охряный и коньячный – цвета ее костюмчика в стиле «милитари». Корица и ваниль – цвета кофейной пенки, которая теперь всегда будет ассоциироваться у нее с первым поцелуем, который подарил ей Валлиан.

Какие цвета и оттенки окрасят новый, шестой день? Этого девушка пока не знала. Но в ней зрела твердая уверенность, что все будет хорошо. Что Мастера и Картадели справятся – со всеми сложностями, со всеми проблемами. Не могут не справиться!

А пока – хватит валяться! Пора на пробежку!

Она переоделась, поплескала холодной водой в лицо, чтобы взбодриться, спустилась на первый этаж, встретилась почти у выхода с Наставником, тоже направлявшимся на улицу – видимо, на утреннюю прогулку. Поздоровались, вышли вместе за ограду – и попали под перекрестье взглядов. Со спортивной площадки на них смотрел приветливо, хотя и несколько удивленно, Картадель Валлиан.

А со стороны десятого коттеджа, где до вчерашнего вечера обитала Лайона, донесся изумленный возглас Малкольма:

– Лайона?!

Ах, да! Малкольм. Верный рыцарь. Пунктуальный, как шевцерские часы. И такой же неутомимо-настойчивый. Вот что с ним делать?! Подбежал, встал напротив, смотрит вопросительно:

– Привет, Недотрога. Здравствуйте, Мастер?..

– Мастер Аркадиан. Мой первый Наставник. – Подсказала Лайона и обернулась к Наставнику: – Мастер, разрешите Вам представить Малкольма, ученика Мастера Гуррена.

Малкольм склонился в вежливом поклоне:

– Приветствую Вас, Мастер Аркадиан. Рад знакомству.

– Приветствую, Малкольм. Пойдемте, молодые люди, проявим вежливость и поприветствуем Картаделя Валлиана.

Двинулись втроем к краю спортивной площадки. Туда же подошел Валлиан. Дружно поклонились ему:

– Доброго утра, Светлейший!

– И вам доброго утра, Мастер, ученики.

Возникла неловкая пауза. Лайона решилась нарушить молчание:

– Мы пойдем? – Спросила за себя и Малкольма.

Мастер и Светоч согласно кивнули, отпуская. Молодые люди двинулись к дороге, ведущей из поселка. Старшие смотрели им вслед. Аркадиан – с задумчивой улыбкой. Валлиан – с уже начавшей становиться привычной тоской. Наставник заметил угнетенное состояние Светоча, без труда разгадал его причины. Сказал, не поворачивая головы:

– Малкольм ей как младший брат. Не надо о нем беспокоиться.

– Все так явно? – на губах Валлиана проступила грустная улыбка.

– Для того, кто сам прошел этот путь. Спарринг, господин Картадель?

Валлиан с сомнением взглянул на старика: уж не шутит ли? Похоже, не шутит.

– Что ж, я готов. Исходные условия?

– Четверть стандартной силы, средняя скорость.

– Время?

– Пятнадцать минут.

Отправились на футбольное поле – чтобы было, где развернуться. Специальная разминка. Сосредоточение. Открыли глаза, глянули друг на друга – и почти исчезли. Размазались в пространстве.