Мёртвый лес. Хранительница.

Глава 2.

Проснулась я от дикого голода, как будто вечность не ела. Потянулась с удовольствием, открыла глаза…. И всё вспомнила.

Я попала. Могучие деревья окружали меня, солнце (или его подобие) светило ярко. Повернув голову, растерянность сменилось недоумением. За «нормальным» деревом переростком, вдалеке и везде, куда хватал взгляд, стояли другие, какие-то скрюченные, изломанные, будто радиации хапнули или заразились какой-то болезнью. Без листвы, одни голые стволы и черная земля. Бр-р-р. Неприятные ощущения, как на заброшенном кладбище, только надгробий не хватает.

С трудом села и осмотрелась. Картина не изменилась. Да-а-а, не густо. И тут моё внимание что-то привлекло, скользнуло на грани сознания, что-то не правильное, отличное от привычной картины мира. Руки! Мои родные были другие (грубее что-ли, человечнее, с родинками), а эти тонкие, с удлиненными пальчиками и светлой кожей, без изъяна. Глянула на ноги и ужаснулась их худобе. Это ж сколько я лежала, что так исхудала? Дальнейший осмотр не принес ничего хорошего, живот прилип к позвоночнику, рёбра видны, грудь отсутствует, кости таза выпирают. Я жертва анорексии? Мальчик? Глянула вниз: «Фух, пронесло – девочка». Но боюсь, ненадолго.

Все мои умозаключения и беглый осмотр сопровождался такими песнопениями со стороны живота, что я заслушалась. Такого я не слышала раньше никогда. Конечно, где бы я эти песни услышала, если ни в чём себе не отказывала. Даже на работе в законные пятнадцатиминутные перерывы, прописанные в коллективном договоре (между прочем), надо обязательно испить чайку с пироженкой.

- Блин, зачем вспомнила – кишки издали такую жалобную трель, что аж стыдно стало. Хорошо, что рядом ни одной живой души нет, а то бы опозорилась.

Ну, богу - богово, а как же мне быть? Сдохнуть от голода не входит в мои планы. Так, что мы знаем о еде в лесу? Ягоды, грибы, личинки жуков, червяки, корешки. Какие-то народы вроде даже веточки жевали. Хотя нет, это они зубы так чистили. Да, не густо у меня с выбором. Первые четыре пункта автоматически отпадают (лес, похоже, мертвый).

Вот спасатели, душу с телом привязали, а что тело коньки откинет без еды, забыли. Сижу и злюсь. На очередной, особо громкой ноте, вспомнила, что хотела вставать. Как говаривала моя бабушка: «Если ты не позаботишься о себе, никто о тебе не позаботится».

Пока я думала и размышляла, пару часов пролетело, а может и больше, кто его знает. Попыталась встать на ноги, получилось, но слабость дала о себе знать, вся трушусь, сил нет от слова «совсем». И тяжело как-то стало голове. Оглянулась, Боже, Я- Рапунцель. Даже имя придумывать не надо. Волосы цвета майского мёда переливались на солнце. Красота. Интересно, если я - жертва Освенцима, то почему у меня волосы так хорошо сохранились? Однако риторический вопрос. Делаю шажок в сторону ближайшего дерева, другой и меня заваливает на ствол. Хорошо успела обнять его, как родного. Не хочется, ко всему прочему, лбом стукнуться. И с волосами, в ближайшем будущем, придется что-то решать, так ходить я не смогу.

Значится, обняла я «могучего красавца» и стою, руками глажу шершавую кору, вспоминаю дом, свою семью и так грустно стало, уже всхлипывать начинаю. И где-то на грани сознания, тихий голос: «Отставить слезоотлив!!! Собралась!!!» Голосок то тихий, а интонацией рявкнул как генерал, что я закашлялась от неожиданности.

-Вечер добрый, а Вы кто? – спросила я, стараясь быть вежливой.

-Неужели забыла? Да, коротка память у тебя.

- Нет, что Вы, я помню всё, о чём Вы говорили, я просто имя спросила.

- А нет у деревьев имён, деточка, – улыбнулся собеседник.

Но разве могут деревья улыбаться, и ещё, кажется, что обнимашки мои тоже нравятся ему. И мне хорошо, как будто папу обнимаешь, большого, сильного, который защитит от всего мира. Дубок понял моё состояние, и стало ещё теплее, душевнее. Он меня тоже любит. Сколько так мы простояли, я не знаю, что-то меня в этом мире ничего не волнует. Ан нет, живот надрывается, песни поёт, отвлекает.

-Пока ты спала, Маша, мы создали для тебя баул, из него, в цикл, ты можешь достать пять разных предметов. На большее мы не смогли сделать, сил не хватило. Долго нам ещё придётся восстанавливаться, но да ладно, не в этом суть. Это наша оплошность, что не подумали о тебе заранее. Пришлось срочно выходить из положения. Я тебе советую пока не уходить от нас, разговаривать с тобой мы можем теперь только в контакте, сил на большее нет.

- Куда же я пойду, голая и голодная? – воскликнула я.

- Вот и правильно, доставай еду, кушай и одевайся. Во время сна ты будешь усваивать информацию по устройству мира, которую мы тебе загрузили. В общем обустраивайся.

- Подожди, а почему всё время ты говоришь МЫ, а никто другой со мной не разговаривает? Или это секрет?

-Нет никакого секрета. В этот раз была моя очередь призыва души, и выбор пал на тебя. Теперь ты моя воспитанница, и мне тебя учить и помогать, – с каждым словом голос становился все слабее и слабее.

- Подожди, не уходи, где сумку то взять? А то до следующей связи не доживу – крикнула вслед.

-Под алтарём – прошелестело в голове.

Капец. Нет слов, одни междометия остались. Хорошо хоть вспомнили про меня голодную. Ну что, ползем обратно, Рапунцель? А что, идея, меня никто не видит, наверное, можно и ползком. Нет, я то - себя вижу, и знаю какой видок сзади открывается. Хотя…. Каким извращенцем надо быть, чтоб на суповой набор позариться.