Наследие Иверийской династии. Дочери Мелиры

Глава 1. Дочери Мелиры

Как сладок сна конец и новое начало

Уже зовёт меня на бой с самой судьбой.

Пусть замыслу богов я снова проиграла,

Но всё ещё дышу под Красною Луной.

Песня Сирены отзвучала и растворилась в косых солнечных лучах, что пробивались сквозь прозрачный полог.

Ажурные кованые столбики кровати поднимались к самому потолку. Они удерживали невесомый балдахин нежно-голубого цвета. Я лежала в ворохе шёлка, лент и кружев, как новая игрушка в подарочной коробке, прижав колени к груди, и лениво наблюдала, как по прозрачной ткани ползёт красная букашка.

Окружающая роскошь постели представлялась мне смертным одром, гробницей погибшей Юны Горст, для которой больше не было ни времени, ни пространства, ни настоящего, ни будущего. Только драгоценное прошлое. Вся жизнь, с которой я рассталась, походила на яркого жучка: вот мелькнули алые, с пятнышками, крылья, и крохотные лапки оторвались от шаткой опоры, взмыли в воздух и вместе с хозяином вылетели в окно, чтобы никогда больше не вернуться.

Я тяжело вздохнула и перевернулась на спину. Кажется, вчера я рухнула на постель прямо в одежде и проспала не меньше суток. Будто сон был не естественным, а снова, как и недавно, наведённым. Кто-то заботливо меня раздел и похитил всю одежду, оставив от прежних времён только часы и браслет, скрывающий чёрные вены. После беглого осмотра окружения обнаружился ещё и заполненный песком тиаль. Он сиротливо лежал на прикроватной тумбочке, рядом с колокольчиком и графином воды.

В открытое окно доносились далёкие отзвуки прелестной музыки: таинственный пианист наигрывал бодрую мелодию. Приглушенные девичьи голоса вторили птичьей трели, слабый ветерок трепал балдахин. В тёплых струях, проникающих из сада в комнату, разливался упоительный аромат лаванды, океана и влажной, свежевспаханной земли. Южная осень заметно отличалось от северной: даже в утренней прохладе чувствовалось дуновение зноя.

В мыслях, теле и сознании поселилось равнодушное оцепенение. Подняться с постели не было сил. Я бы так и лежала до самого вечера, но дверь скрипнула, и тело инстинктивно напряглось, ожидая нападения.

— Да тише ты! — раздался раздражённый шёпот. — Разбудишь ещё!

И следом — едва слышное, торопливое цоканье когтей по дубовому полу. Я приподнялась на локтях. В комнате мелькали чьи-то силуэты, но разобрать точнее из-за окружающего полога было сложно.

— Кто здесь? — негромко спросила я, напрягая зрение.

Край балдахина отъехал в сторону, и на меня уставились пара огромных тёмных глаз под длинными пушистыми бровями на удивительно хорошенькой мордашке рудвика.

— Проснулась! — пискнуло милое создание и неожиданно одним ловким прыжком забралось на мою постель.

Я непроизвольно отпрянула и натянула на нос одеяло. Незваных гостей ещё не хватало!

— Стрилли! — гневно крикнули сзади, но тут же злость сменилась звонким девичьим смехом, когда Стрилли, дважды крутанувшись вокруг себя и разметав широкую юбку, устроилась строго напротив моего лица. Влажный нос и пушистые, завитые усы подрагивали.

— Теперь вы моя хозяйка, лу-ли, — доверительно сообщила рудвик, подперев пушистыми кулачками мордашку.

Пушистое создание лучилось искренним счастьем. Стрилли оказалась весьма хорошенькой, и такой же кукольной, как и всё вокруг: миниатюрной, со светлой блестящей шерстью и густыми ресницами. Юбка лёгкого, в мелкий цветочек платья прикрывалась белоснежным кружевным фартучком, а на голове Стрилли красовалась яркая оранжевая лента.

— Простите Стрилли, она сама непосредственность, — подоспела девушка в белом чепчике и таком же переднике. — Меня зовут Эсли. Эсли Тумп. Я ваша служанка. Я немного разбираюсь в этике, сносно делаю причёски и смешиваю косметические масла. А это Арма, — девушка кивнула на свою спутницу и натянуто улыбнулась.

Арма поклонилась и пинками согнала Стрилли с постели. Затопталась, одёрнула фартук. Девушка явно чувствовала себя здесь не лучше меня. Высокая, крупная, с широкими плечами и массивными ладонями она вряд ли уступала в размерах оружейнику Помпозу Норму. А смуглая кожа и тёмные курчавые волосы выдавали таххарийскую кровь.

— Арма Надме из Астрайта, госпожа, — пробасила служанка, хлюпнула носом и поправила козырёк белого чепчика, что без конца падал ей на глаза.

Уточнять о своих навыках Арма не стала. Девушка потупилась и упёрлась взглядом в мысы обуви.

— Простите за вторжение, — присела Эсли в поклоне. — Мы хотели сделать сюрприз к вашему первому пробуждению в Мелироанской академии. Установить корзину цветов, что утром прислала леди Дижуре из своей галереи. Она творит цветочные шедевры! Только посмотрите: эта потрясающая композиция из магнолий, розмарина и мелиссы была заказана специально для вас. Букет спешит поведать, что господин помнит о вашей любви к природе и ценит общие воспоминания. А жёлтая резеда подчёркивает огромную ценность его мейлори.

— Кто?… — прохрипела я, прочистила горло и повторила: — Кто помнит?

— Куда ставить, Стрилли? — перекричала меня Арма. Она подняла тяжёлую корзину и почти полностью спряталась за пышной зеленью.

— Тащи на шкаф! — махнула лапами рудвик, подпрыгнула, ловко забралась на кресло-качалку, поймала равновесие, как заправский лучник, и сосредоточенно заводила ушами.

— Стрилли увлекается гармонией предметов в пространстве, — пояснила суету разговорчивая Эсли. — Она считает, что это привлекает благословение богов Лулука и Лулики, перенаправляет их энергию, чтобы она разливалась по комнате.

— Стрилли знает, как приманить удачу, лу-ли! — раскачивалась на кресле рудвик. — Боги рудвиков помогут Юне Горст освоиться!

Арме пыталась закинуть массивную корзину на огромный шкаф, что занимал почти всю стену. Следует отметить, что и без нового букета комната утопала в цветах: расписные вазы были расставлены повсюду — на комоде, на подоконнике под большим круглым окном, на низком плетёном столике и на каминной полке. Голубовато-зелёные рисунки покрывали фарфоровые тарелочки, обрамлялись светлыми рамами картин и даже заполняли одну из стен. Высокий шкаф, неожиданно ставший центром внимания, тоже хранил на своих створках цветочный орнамент, чередующийся с искрящимися зеркалами. Удивительно, но помещение с его изогнутыми колоннами-тумбами, уютными белыми пледами и закрытым кружевной занавеской камином напоминало мне не кукольный домик, а скорее… мой собственный дом в Фарелби. Была в этом некоторая деревенская простота.