Луна. Тайна Видящих

Глава 3. Истина всегда где-то посередине

Когда она хотела спрятать секрет, которым не желала делиться, она уходила в лес, находила дерево, вырывала под его стволом ямку и нашептывала свои сокровенные мысли земле. А затем укрывала секрет разноцветными стеклянными осколками, пестрыми лентами, обрывками писем и присыпала обратно землей, чтобы секрет никто не сумел не обнаружил. Она всегда могла найти тот или иной свой тайник. Так было до тех пор, пока она не влюбилась. Любовь оказалась взаимной, но по непонятным причинам через некоторое время неожиданно исчезла. И девушка отправилась на поиски, в надежде, что и ее любовь ищет с ней встречи. Сколько ни искала она любимого, нигде не могла обнаружить его следов. И тогда ей пришло осознание: «наверное, это был его секрет».

В этом году лето в Сумеречном лесу задержалось.

Июнь подходил к концу, а грязные снежные комья то и дело попадались на опасном пути Луны. Чего уж говорить – у северного края земель даже огонь остывает, не то что солнечное тепло, с трудом продирающееся сквозь хвойные щетинистые лапы.

Чтобы найти пещеру в этом диком месте, Луне не нужен проводник. Больше года она провела в обществе Верховного Волхва, обучившего ее не только лесным секретам, но и тайной магии. А еще он научил усиливать свою магию за счет противника.

Вот почему, увидев Луну, господин Твердислав Кривцевич насторожился, а господин Тайновед не смог распознать особенности ее дара – более древнего, чем развивали в Чародаре.

Хоть магия в Луне развивалась хаотично, бессистемно, как боги на душу положат, девушка и в самом деле оказалась самородком. Ей с легкостью удавалось подключаться к разным потокам энергии, отчего собственный дар увеличивался в несколько раз. Приучить древнюю магию невозможно, но сам Верховный Волхв довольно отмечал, что Луна и магия созданы друг для друга. Всего-то оставалось пройти заключительное испытание и навсегда примкнуть к хранителям.

Но лучшая и единственная ученица Дарьяна задание провалила.

Вместо того чтобы без шума и пыли разузнать о связи директора с крадниками, Луна лишила – все равно, что обезглавила – Чародар первых должностных лиц. Мало того, что прецедент создал серьезные неудобства для школы, так и по вине Луны погибли люди!

И сейчас она должна явиться перед волхвами с объяснениями.

Бледным, рассеянным, рваным отсветом наступала промозглая тьма.

Девушка была привычна к бегу по чащам, но все равно ее грудная клетка вздымалась от хриплого дыхания. Не от физической нагрузки, а от вины. Луна просто прислушивалась к голосу своей интуиции так, как учил Дарьян. Десятки раз она прокручивала в уме ситуацию и не могла понять, с какого момента все пошло не по плану. Могла ли она сделать так, чтобы люди не погибли?

Сожаление так сильно затопило разум, что, казалось, она перестала ощущать лесной холод.

Адептка знала, что за сорванным испытанием последует серьезное наказание. А еще она догадывалась, что не все в Ордене были к ней благосклонны. Поэтому готовилась к самому страшному.

Луна не боялась смерти, если вдруг все единолично решат, что она ее заслужила. Со смертью как раз все понятно. И это был бы наилучший для Луны выход. Так хотя бы окажется понятным ее положение. Но жить вдали от Ордена или, еще хуже, без дара, что запросто могли применить волхвы в качестве наказания, гораздо труднее.

Усугубляло ее жалкое положение и добавляло ответственности за содеянное то, что она так и не выяснила о крадниках. Проникли ли эти коварные бестии в преподавательский пантеон? И зачем она пошла на поводу своей интуиции, которая, как никогда, с особенной яркостью и в мельчайших подробностях раскрывала секреты директора и его подчиненных. Луна понадеялась, что, начав разоблачать любовный заговор, наружу проступит и важная информация. Но корень задачи, ради которого ее послал Дарьян, так и не найден.

Вдоль невысокой каменной гряды, образующей замысловатый лабиринт, Луна замедлила шаг. Булыжники, морочащие зрение, покрытые мшистой порослью, будто стены вырастали из-под земли, нарочно запутывали и указывали неверную дорогу. Но только не для Луны. Как бы тропа ни искривлялась, девушка ориентировалась на собственные знаки.

Ровно в тот момент, когда взметнулась с каркающим шумом стая воронов, сердце Луны тревожно подпрыгнуло; сквозь остатки тумана проступили очертания знакомой пещеры, и девушка нырнула в низкий земляной вход.

Темнота проглотила ее с головой как жадное, голодное чрево ненасытного кровожадного чудища. Послышалось тихое журчание подземных рек Сурового океана. Верховный Волхв говорил, что они питают все воды мира. Луна сделала пару шагов и, чтобы не свалиться с опасной каменной тропы, по памяти ухватилась за выступ в стене. Семеня, обогнула его и, поскользнувшись на чем-то чавкающем, едва не упала. Глаза, привыкшие к лесному сумраку, могли бы сыграть злую шутку, но за крутым поворотом, отбрасывая причудливые тени на стены пещеры с высокими сводчатыми потолками, замерцал в факелах огонь. Девушка ступила на черный каменный пол зала. За сотни лет под неспешными ступнями Волхвов, а до них богов, пол сделался гладким.

Серыми громадами, с лицами, наполовину закрытыми капюшонами плащей, высились семь фигур, восседавшие за полукруглым каменным столом, занимающим основную часть пещеры. Точь-в-точь как в видении Луны и предыдущие ее визиты. Волхвы взирали на адептку сурово, окружали ее полукругом. Знак отличия в виде серебряной шишки с тремя листами поблескивал в свете факелов на груди каждого из них.