Мальвина, Ведьма… и Новый год

Гл. 11

Глава11

…Ира с воодушевлением влетела в дом. Настроение было чудесное. Схватка с тем хамом в парке, его отчаянное бегство вознесли и настроение, и чувство собственного достоинства просто до небес. Она помнила, как ей было плохо на душе, после разговора в магазинчике, как она брела по парку, едва сдерживая слезы, не понимая, за что ее так обидели и оскорбили, как она испугалась, услышав быстрые шаги за спиной, а особенно, когда поняла, что ее догоняет тот самый обидчик. Она тогда замерла, как вкопанная, не зная, что ей делать, а потом такой гнев охватил ее, что мигом пропали и страх, и чувство благоразумия. Вспомнив, как она поливала этого негодяя едучей жидкостью, Ирина довольно улыбнулась, жалея об одном: что ей так и не удалось брызнуть спреем ему в глаза. Но мужчина оказался до того вертким и быстрым, вот же ж гад!

В таком прекрасном настроении, она, напевая веселую песенку, нарезала салат, накрывала на стол. Хоть и в одиночестве, но она будет сидеть за красиво накрытым столом. За окном смеркалось, Ира включила телевизор, но смотреть на чужое веселье ей показалось скучным, со вздохом выключила его. Немного походила по комнатам, время от времени поглядывая на сумку, что она принесла из магазинчика с магическими атрибутами. Она передумала гадать, еще когда вышла из лавки. Тот мужчина своими насмешками отбил у нее всю охоту к гаданию. Она сама себе показалась такой дурой. Но сейчас, ей почему-то очень сильно захотелось попробовать. Почему бы и нет? Никто никогда не узнает, что она способна совершать подобные глупости. Ира тихонько засмеялась и начала вытаскивать из сумки, купленные товары.

Так: два зеркала, одно побольше, другое поменьше, свечи разного цвета, ветка какого-то растения. Ирина задумалась, пытаясь определить, что за ветку ей подсунули – ничего не получилось. Это растение она видела впервые. Продавщица что-то ей объясняла, когда упаковывала товары, но Ирина ничего не поняла. Плюнув, она не стала ломать над этим голову, а принялась раскладывать все магические атрибуты на небольшом столике, стоявшем напротив камина.

Большое зеркало – лицом к себе, маленькое, наоборот, чтобы зеркала смотрели одно на другое. Между ними ветка, по бокам свечи. Вроде, все логично.

Ирина посмотрела на часы. Было только семь вечера. Она на секунду задумалась: гадать сейчас, или подождать двенадцати ночи? Почему-то подходящего антуража для гадания не было. В окно лился яркий свет от праздничных огней, освещавших дома и улицы. Решив, что даже в полночь темнее не станет, Ира зажгла свечи, выключила свет, поплотнее задернула шторы и села перед зеркалом. Внезапно она вспомнила, что надо распустить волосы, снять все украшения и нарядится в белую сорочку. Подходящей сорочки не было, поэтому она надела ночнушку Лизы, достаточно свободную, какой и полагается быть рубашки для будущей мамы. Вот теперь точно можно было приступать к гаданию.

- Сквозь высокие горы,

Через быстрые реки,

По ухабам и пригоркам,

По чистому полю,

Пусть слова мои летят по свету,

Пусть услышит их и придет ко мне,

Кто полюбит меня,

Половинка моя! - речитативом нараспев проговаривала Рина слова заклинания, вглядываясь в большое зеркало. Их нужно было повторить три раза, поэтому она не торопилась, четко проговаривая каждое слово, всматриваясь внимательно в зеркальную поверхность. Сначала она веселилась и нисколечко не боялась, но потом, с каждым произнесенным звуком ей стало становиться все страшнее и страшнее. Уже стали мерещиться какие-то странные шорохи, стало казаться, что кто-то ползет по каминной трубе, царапаясь когтями за стены. На секунду показалось, что каминная задвижка, утопленная наполовину, медленно выдвигается из трубы. Она, как могла, старалась себя успокоить и убедить, что это ей только кажется, что такого быть просто не может, что это разыгралось ее воображение. Но вот, наконец, было произнесено последнее слово, и Ира замерла неподвижно, даже не дыша. Вот сейчас, вот сейчас она что-то увидит… и она увидела!

Из камина вывалились и бессильно повисли две ноги в розовых атласных панталонах. Ирина, окаменев смотрела на них, и видела каждую мелочь в этой картине абсурда. Видела она туфли балетки, украшенные пряжками с бантами, надетые на темные высокие мужские носки, видела волосатую ногу, так как одна штанина панталон была поддернута почти до колен в то время, как на другой доходила до щиколоток, скрывая даже носок. Видела, что на одной штанине кружева оторвались и свисали лохмотьями. Она видела это все, но не могла осознать того, что видит. И вдруг туфля с левой ноги соскользнула и с громким стуком шлепнулась на пол. Этот звук вывел Иру из остолбенения, и тогда она закричала. Закричала так, как никогда не кричала ни разу в жизни.

Бессильно висевшие ноги дернулись, а потом замолотили воздух, пытаясь забраться назад в трубу. Одна нога зацепилась за край камина, а вот подошва туфли второй ноги все время соскальзывала. В какой-то момент носок туфли зацепился за кружево на штанине панталон другой ноги, окончательно оторвав его.

Эти-то дергания ног и привели Иру в чувство. Она вдруг осознала, что: ну не может сверхъестественное существо, ее эфемерный жених, носить такие мерзкие шелковые панталоны ядовито розового цвета, сплошь извазюканными в саже, да еще с оборванными кружевами. Теперь ее охватил другой страх, страх перед грабителем или насильником, а с этим страхом она могла справиться. Ира схватила кочергу, сжала ее двумя руками, занесла для удара и стала ждать.