Вознесенский монастырь (Сызрань)

Вознесенский монастырь — действующий мужской православный монастырь Самарской и Сызранской епархии Русской православной церкви, располагающийся в городе Сызрани Самарской области России.
Первоначально был создан в 1684 году по указу царей Ивана V и Петра I, но уже спустя три года был перенесён в соседний город. Воссоздан в Сызрани в 1691 году. Владея крупнейшей мельницей губернии, был одним из самых богатых монастырей Симбирской епархии. Святыней монастыря был образ Феодоровской иконы Божией Матери, считавшийся чудотворным. При советской власти, в 1923 году, монастырь был закрыт, в дальнейшем монастырский комплекс использовался под концлагерь, склады и гаражи, но в целом относительно хорошо сохранился. В 1992 году монастырь был восстановлен, в настоящее время действует, на территории продолжаются реставрационные работы.
Является памятником архитектуры местного значения.[1]
История
Основание

В 1683 году царским указом на Волге была основана крепость Сызрань, в гарнизон которой были переведены солдаты и сержанты из Симбирска, Казани, Тетюш[2], Чебоксар[3]. Спустя год, в 1684 году, старец Кирилл и солдаты «новорождённой крепости Сызран» обратились к властям с прошением об открытии монастыря для горожан и солдат, пожелавших принять монашество[4]: «…Многие из солдат „стары и дряхлы“, собираются постричься в иноческий чин, а постричься им негде, монастыря у них нет, а другие города удалены, и помирают многие без пострижения…»[2]
Их просьба была удовлетворена, и  года[5][2][6] (иногда встречается дата 22 декабря 1684 года[4]) царями Иоанном и Петром Алексеевичами была подписана грамота, адресованная Симбирскому стольнику и воеводе М. А. Головину и дьяку А. Яцкому, о строительстве на стрелке, образуемой реками Сызран и Крымза, мужского монастыря[4] во имя Вознесения Господня, Пречистой Богородицы Смоленской и Архистратига Михаила[2]. Для строительства обители был отведён участок земли размерами 200 на 200 саженей[7], а на её содержание в 1867 году было отведено дополнительно около 3500 десятин земли по реке Сызран и окрестностям[6].
Однако в том же 1687 году по просьбе старца Кирилла монастырь был переведён в городок Кашпир, основанный годом ранее в восьми вёрстах ниже по течению Волги. Монастырь стал именоваться Кашпирским. Отведённый монастырю земельный надел также отошёл к Кашпирскому монастырю. На прежнем месте, в Сызрани, была построена часовня, при ней осталось жить несколько членов братии во главе со старцем Филаретом[4][6].
Второе создание
Несколько лет спустя оставшиеся монахи и сызранские горожане вновь обратились с прошением об открытии монастыря в Сызрани и о возвращении от Кашпирского монастыря Сызранскому пожалованной тому земли. В 1691 году патриарх Адриан разрешил воссоздание монастыря[2]. Началось строительство, в том числе возведение однопрестольной деревянной Вознесенской церкви, на которую была пожалована небольшая сумма из царской казны[6][2].
Из-за недостатка средств строительство шло медленно и было окончено только в 1694 году[4]. Кроме храма и колокольни были построены 4 деревянные кельи для монахов, которых тогда насчитывалось 7 человек[8][6]. Вскоре монастырю были переданы во владение земли, возвращённые от Кашпирского монастыря[6], однако не полностью, а лишь 825 десятин 2135 сажен. Остальная земля отошла к городам Сызрани и Кашпиру[6].
После окончания строительства казанский митрополит Маркелл обратился к царям с просьбой приписать Сызранский Вознесенский монастырь в его, митрополита, вотчинные владения[6].  года[6] прошение было удовлетворено, монастырь был приписан к Казанскому архиерейскому дому[4]. При передаче монастыря со всеми владениями в ведение митрополита была составлена подробная опись всего монастырского имущества. По ней в монастыре имелось шесть деревянных келий, деревянная «мельница на реке Сызран три амбара, в них пять поставов жерновых каменьев да толчевых ступ, в которых толкут просяные и иные хлебные крупы, семь ступ с песты». Каким образом новосозданный монастырь, братия которого находилась в нужде, оказался владельцем такого большого и сложного гидротехнического сооружения, исследователям истории обители пока не известно[9].
Последующий период истории монастыря изучен слабо, и регулярные исторические сведения о нём появляются лишь с начала 1830-х годов[3]. Сохранились сведения о монастырском имуществе в 1739 году. К этому времени в монастыре были одна каменная двухпрестольная и две деревянные церкви, одно- и двухпрестольная; 8 келий размерами 2-4.5 × 30, три хлебных амбара, монастырская территория была огорожена деревянным забором, за которым размещался скотный двор. Пашни имелось лишь 9 десятин. Никакими окладными и неокладными доходами монастырь не располагал, его насельники существовали лишь на подаяния. Проживало в монастыре 14 человек, из них 9 монашествующих[10]. В монастыре был особножительный устав[4].
В 1740 году упоминается о владении монастырём уже двумя архиерейскими мельницами с пятью амбарами и четырьмя помольными избами[6], в 1763 году — тремя мельницами, расположенными в полуверсте одна от другой. При каждой было два амбара и шесть поставов. Мельницы приносили архиерейскому дому 350—650 рублей ассигнациями дохода[6]. Из-за предшествовавших сложностей с определением собственника монастырские земли на противоположном берегу реки Сызран уже были заселены местным жителями, но так как земля в итоге была признана монастырской, то монастырь получал доходы в виде «посаженного сбора» по 3 копейки за квадратную сажень[6]. В самой монастырской усадьбе всё оставалось примерно как и в 1739 году[6].
После указа Екатерины II «О разделении церковных имений…» монастырь был сохранён как сверхштатный, не имеющий содержания, но все его владения были секуляризованы[6]. Лишившийся всех своих владений монастырь быстро пришёл в упадок, в 1784 году в нём проживало всего 2 монаха[11]. В таком плачевном состоянии он пребывал до 1798 года, когда вышел указ Павла I о снабжении монастырей мельницами, рыбными ловлями и пахотной землёй. В рамках исполнения этого указа в 1800 году монастырю были отведены 30 десятин пахоты, мельница на реке Сызрань в 60 вёрстах от города и рыбные ловли на озере Широкое[6]. Также ежегодно до 1830 года из казны монастырю перечислялось на содержание по 300 рублей «милостинных денег»[6]. Началось постепенное возобновление монастыря, в 1803 году в нём было уже четыре кельи. В 1804—1805 годах был построен двухэтажный каменный корпус для настоятеля и братии размерами 13 × 6, была заменена деревянная ограда монастыря[6].
В 1811 году рыбные ловли были заменены на выплату 200 рублей ассигнациями в год[6], а в 1814 году завершилось дело, начатое ещё в 1803 году, о возврате монастырю владений, принадлежавших ему до 1764 года. Постановлением Сената Вознесенскому монастырю были возвращены прежние земли и мельница. Однако поскольку земли уже вошли в состав города и частично были застроены, монастырю был отведён иной земельный надел, сохранявшийся за ним до закрытия монастыря[6] при советской власти. Участок имел площадь в 807 десятин 2314 квадратных саженей, из которых на удобную землю приходилось 711 десятин (около 543 десятин дубового, местами берёзового и осинового леса, примерно 150 десятин пахотной земли, сдававшейся под пахоту и бахчи, 7 десятин сенных покосов)[6], также в него входила часть реки Сызран[4]. В том же году на средства симбирского купца Ивана Зверева в монастыре была построена внутренняя каменная ограда окружностью в 162 сажени[6].
После образования в 1832 году Симбирской епархии Вознесенский монастырь был приписан теперь уже к Симбирскому архиерейскому дому, а его братия пополнилась на 19 человек[4] за счёт перевода в Сызрань сверхштатной братии Симбирского Покровского мужского монастыря, преобразованного в архиерейский дом[12]. С 1833 года монастырь содержал Сызранское духовное училище, для чего был приобретён двухэтажный каменный дом[4].
В 1836 году[4] монастырь возглавил переведённый из Алатырского Троицкого монастыря архимандрит Герман. При нём велось масштабное монастырское строительство. Так, в 1845 году вся монастырская территория была обнесена каменной стеной высотой в полторы сажени, окружностью в 411 саженей. В линии внешней ограды с внешней стороны было построен каменный корпус 8 × 5.5 для помещения Сызранского духовного правления. В 1847 году был построен каменный братский корпус размерами 9 × 6, крытый железом[6]. Также была построена каменная двухэтажная богадельня с переходом в Феодоровскую церковь[2].
После смерти Германа система управления монастырём изменилась, и с 1848 года он управлялся непосредственно Симбирским епископом через назначаемого им наместника[6]. Первым наместником стал архимандрит Августин (Шеленговский)[4]. Во время его управления в монастыре большинство деревянных построек были заменены на каменные[13]. Активное участие в строительстве принимал архитектор Сызранской удельной конторы Иван Адольфович Бенземан, выпускник Санкт-Петербургской академии художеств. Так, в 1851 году он спроектировал, а в 1852 году построил новый каменный холодный Вознесенский храм. Он же проектировал и строил многие другие монастырские строения[14].
В 1850 году был построен каменный двухэтажный братский корпус, в следующем году — каменный двухэтажный трапезный корпус, с кельями для наместника на втором этаже. Корпус соединялся с братским корпусом крытой каменной галереей. В том же году был построен настоятельский архиерейский дом с комнатами для прислуги. В 1857 году появилась каменная настоятельская кухня, в 1859 — квасоварня, в 1863 году к трапезной был пристроен одноэтажный каменный корпус для пекарни и проживания чернорабочих, а к квасоварне каменная баня с предбанником. Также были построены два больших амбара для зерна и муки[6], мукомольный амбар, крупчатый, просотолчейный, коротолчейный амбары, три флигеля при мельнице для приказчиков, помольцев и кузнеца. Монастырю также был пожертвован большой деревянный, на каменном фундаменте, дом в Сызрани с двором и службами[6].
Также при Августине монастырь был из третьеклассного возведён в степень первоклассного. В представлении Святейшего Синода обер-прокурору указывалось, что часть братии почти постоянно в отлучке, сопровождая монастырскую чудотворную икону по домам сызранцев и по окрестным селеньям для домашних молебнов, что на монастырском кладбище для поминовения часто совершаются обедни и панихиды, для всего этого положенной по штату третьеклассному монастырю численности монахов недостаточно, при том, что благодаря построенным новым братским корпусам в монастыре может проживать и большее число насельников. Императорским указом от  года монастырь стал первоклассным по штату, хотя и без соответствующей прибавки выплат из казны на содержание[4][15].
В 1857 году к настоятельскому корпусу была пристроена небольшая домовая церковь, освящённая в 1859 году[6]. В 1867 году началось строительство колокольни. Предполагалось сделать её пятиярусной, в 25 саженей высоты, с надвратным храмом[6]. Но в 2 часа ночи  года, когда до креста оставалось построить лишь три сажени, колокольня рухнула, при этом полностью разрушив братский келейный корпус 1804—1805 годов постройки. В результате новая колокольня была построена всего в два яруса и в 12 саженей высотой, на ней разместились 8 колоколов, из который самый большой был в 135 пудов весом[6].
В 1879 году на монастырской территории было открыто кладбище, где за особую плату устраивали семейные склепы знатных горожан[4]. Так, на монастырском кладбище были похоронены князь Михаил Владимирович Урусов, его дочь княжна Анастасия Урусова, сызранский городской голова Алексей Иванович Леднев и другие миряне[3]. Также на монастырском кладбище упокоились первая настоятельница Сызранского Сретенского женского монастыря игуменья Мария, священнослужители городских храмов, наместники Августин и Антоний[3].
В 1885 году наместником монастыря стал иеромонах Антоний (Никольский). В 1891 году ему был пожалован сан игумена, а в 1895 году — архимандрита[2]. При нём на монастырские средства для духовного училища в Сызрани в 1895 году было построено двухэтажное каменное здание с общежитием для учащихся и домовой церковью[4].
Монастырь при советской власти

2 января 1920 года Сызранский уездный исполком постановил под создаваемый концентрационный лагерь принудительных работ использовать территорию Вознесенского мужского монастыря[16]. Религиозная община монастыря обратилась с ходатайством «о незакрытии монастыря, в связи с открытием в помещениях такового концентрационного лагеря»[17]. 27 февраля 1920 года исполком постановил: «Оставить в распоряжении общины монастыря обе церкви и часть одного корпуса для помещения монахов и церковнослужителей, предложив общине отгородить забором оставленные в её распоряжении церкви и часть здания»[18]. Впрочем, концлагерь размещался в монастыре недолго: 22 февраля 1922 года вышло постановление Симбирского губернского исполкома о его ликвидации[19].
На основании декрета об отделении церкви от государства Сызранский уездный исполком в апреле 1923 года принял постановление о роспуске монастыря. Всё монастырское имущество было передано женской общине, переселённой из Сызранского Сретенского женского монастыря[4]. Акт о роспуске монастыря был подписан настоятелем, архимандритом Александром (в миру Сергеем Флегонтовичем Вахатовым)[2]. В июне при Вознесенском храме бывшего монастыря была образована религиозная община православных граждан, заключившая с советской властью договор и получившая в пользование часть монастырского имущества[4].
В 1926 году в качестве приложения к местной газете «Красный Октябрь» вышла книга краеведа Н. О. Рыжкова «Чудотворная икона Сызранского монастыря», предназначенная для антирелигиозной пропаганды. В ней автор широко использовал документы и факты из изъятого монастырского архива, тем самым сохранив их для истории, так как сам архив к настоящему времени сохранился лишь частично[20].
Постановлением Средне-Волжского крайисполкома от 17 декабря 1928 года была закрыта Вознесенская церковь[2]. В апреле 1933 года договор с верующими был расторгнут, был закрыт и последний, Феодоровский храм. Служебные помещения монастыря использовались под склады, жилые были переданы работникам гидростроя для жилья[4]. Храм Феодоровской иконы Божией Матери использовался как водонапорная башня, позднее как гараж и склад. Вознесенский храм превратился сначала в клуб, позднее тоже в склад. Монастырское кладбище было разорено, застроено производственными корпусами, по нему прошла автодорога[21].
Современный монастырь

27 марта 1992 года вышло постановление администрации Самарской области о восстановлении Вознесенского мужского монастыря[4]. В 1994 году бывшая монастырская территория была передана во владение Самарской епархии[4].
Монастырский архитектурный комплекс пострадал в меньшей степени, чем прочие монастыри региона. Из четырёх башен, расположенных на монастырской стене, сохранилась лишь одна. От самой стены, построенной ещё в 1850-х годах, сохранился лишь небольшой фрагмент. В целом монастырь нуждался в значительной реставрации. В ходе работ были найдены различные захоронения монастырского кладбища, уничтоженного в 1930-х годах. Были обнаружены и останки архиепископа Анатолия (по решению патриархии перевезённые в Ульяновск), архимандрита Германа, а также множество иных, которые монахи восстановленного монастыря перезахоранивают в общей могиле[22].
24 июня 1996 года епископ Самарский и Сызранский Сергий заново освятил Вознесенский храм, в котором начались богослужения[4]. К началу XXI века в монастыре проживало 20 послушников во главе с иеромонахом Марком (Алексеевым)[4], в 2002 году утверждённым в должности настоятеля, а в 2004 году возведённом в сан игумена[2]. При монастыре в настоящее время действует православная библиотека, работают швейная и иконописная мастерские[2].
В 2007 году на источнике, где по преданию некогда была найдена Феодоровская икона Божией матери, было открыто монастырское подворье, на котором трудятся насельники монастыря. В 2009 году здесь был построен храм[23].
В сохранившемся Феодоровском храме и монастырской трапезной продолжаются реставрационные работы[2].
Жизнь монастыря в XIX веке
Монастырь получал огромные доходы от мельницы и сдачи земли в аренду, число братии было довольно невелико, поэтому монахи широко использовали наёмный труд, оставив себе единственную обязанность — посещение богослужений[24].
В силу малограмотности большинства монахов они вместо религиозных трудов и размышлений предавались пьянству. Так, в списках братии за 1836 год, при настоятеле Иннокентии, при штате в 10 человек только про трёх монахов не упомянуто, что они имели взыскания, прочие же были штрафованы за пьянство и обман. Послушники в основном были исключёнными из училища, а один был и вовсе «по тупости понятий ничему не обучавшийся»[24].
Квартальный надзиратель регулярно сообщал игумену:

«Сего числа полицейскими за р. Сызраном у питейного дома безобразно лежащий, почти неодушевлен ведомства вашего дьякон Никифоров взят и представлен ко мне, который через разные способы приведён в чувства, При сем к вам посылается».
Он же писал, что во время объезда нашёл «мёртво-пьяным и на спрос ничего не отвечающим, валяющимся у двери питейного дома иеродьякона Досифея, коего приказал взять в часть, но оный иеродьякон и по приводе на вопросы был бессловесен, а потому, вытрезвя, препровождаю к вам, о. игумен»[24]. За этим же иеродьяконом числились избиение священника, угрозы убийством, неоднократные покушения на самоубийство. И такие случаи были не единичны:Иеромонах Иона до такой степени был пьян, что по приходе к игумену не мог стоять на ногах и упал… Священник Ягодинский в братской трапезе за ужином пьяный прибил дьякона за напоминание, чтобы он не утаивал братских денег. На другой день Ягодинский был отправлен в ход с иконой с предупреждением, тем не менее у него отобрали три рубля братских денег и привели в монастырь пьяным.
При этом, несмотря на существенные доходы, монахи пропивали не только их, но даже монашеское одеяние. Городничий, отобрав у владельца питейной лавки заложенные вещи, сдавал их монахам под роспись: «Колпак и два носовых платка получил иеродиакон Феодосий», «Получил два платка и колпак послушник Игнатьев», «Получил три платка да колпак иеродьякон Досифей», «Хотя были мною заложены перчатки, два платка, но из представленных продавцом вещей сих моих не оказалось»[24].
Имущество

На территории монастыря находились 6 жилых корпусов, а также хлебопекарня, квасоварня, хлебные амбары, скотный двор, надворные службы. Также имелись баня, богадельня для престарелой братии и лишённых сана священников. Кроме этого монастырь в начале XX века пустил часть своих капиталов[4][24] на приобретение 12 каменных торговых лавок, сдававшихся в аренду горожанам[4].
Действовала библиотека, в которой было около 300 томов, половину из которых приобрёл наместник архимандрит Августин[4], выписывались религиозные журналы. При библиотеке был архив, в котором хранились монастырские документы начиная с 1776 года[4].
Вознесенский монастырь владел тремя водяными мельницами на реке Сызрани, две из них которых были просообдирными[4], а третья была крупнейшей в губернии водяной мукомольной мельницей на 27 поставов[8]. Эти мельницы служили источником дохода монастыря, на них за плату мололи зерно сызранские купцы. Так, только в 1895 году было размолото хлеба и обработано проса на сумму в 29 тысяч рублей. Имелись у монастыря сады и огороды[4].
Средства к существованию монастырь получал из следующих источников[6]:
обработка монастырских земель;
доходы от мельницы;
доход от сдачи внаём принадлежащего монастырю недвижимого имущества в Сызрани;
проценты на капитал, помещённый в ценные бумаги;
денежный оклад, положенный монастырю третьего класса;
плата за молебны, акафисты, просфоры, поминовения за здравие и упокой[24].
Доходы от ценных бумаг и кружечные поступления в 1900 году составили 8655 рублей, в 1903 — 10 329 рублей. Куда более весомы были доходы от использования монастырского имущества, в первую очередь мельниц, достигавшие 60 тысяч рублей в год. На 1 января 1906 года монастырь располагал капиталом в 99 877 рублей в процентных бумагах, к 1916 году капитал достигал уже 200 тысяч рублей[24].
Треть монастырских доходов перечислялась Симбирскому епископу. Так, епископ Никандр за время своего управления епархией с октября 1895 года по апрель 1904 года получил из доходов монастыря отчислений 100 823 рубля, то есть около 12 тысяч рублей в год. Одна шестая часть доходов отходила наместнику, оставшаяся половина делилась между братией: монах или послушник получали одну часть, иеродиакон — 1,5 части, иеромонах — 2 части, казначей — 2,5 части. Доля каждого монаха могла увеличиваться или уменьшаться по усмотрению игумена. Но братия была довольно малочисленна, так что каждому доставались довольно солидные суммы, например в 1905 году иеромонах получал около 600 рублей в год, при том, что отопление, освещение, проживание и еда были за монастырский счёт[24].
Храмы

Первый монастырский храм был построен в 1695 году. Это была холодная деревянная церковь во имя Вознесения Господня. В 1718 году упоминается о наличии у храма придела во имя Рождества Пресвятой Богородицы. При храме имелась деревянная колокольня с четырьмя небольшими медными колоколами. В 1738 году этот храм был упразднён, так как в монастыре был построен новый — каменный[4].

Это был тёплый двухпрестольный храм во имя Вознесения Господня с приделом во имя Феодоровской иконы Божией Матери. Он был построен на средства дворянина Ивана Васильевича Борисова[4], который страдал тяжёлой болезнью глаз, но, согласно преданию, полностью излечился после молитв находившемуся в монастыре образу Феодоровской Божией Матери. Тогда И. В. Борисов дал обет выстроить вместо деревянного храма в обители каменный, что и исполнил[2], несмотря на продолжавший действовать запрет Петра I на сооружение каменных зданий за пределами Санкт-Петербурга[13]. Позднее Борисов сам был пострижен в монахи[4]. С алтарём и папертью размеры храма составляли 10,5 на 6 саженей[6]. В 1796 году в храме был устроен четырёхъярусный иконостас столярной работы[6]. В 1811 году в приделе, а в 1812 году в главном храме были проведены значительные ремонтные работы с расширением окон, заменой полов и заменой каменных сводов на накатные потолки. Оба раза престолы заново освящал архимандрит Покровского монастыря Евстафий[6]. В 1825 году храм был расписан крепостным художником Никифором Андреевичем Резниковым[2] (по другим данным, это произошло ещё в 1796 году[6]). В 1839 году он был покрыт железом, иконостас частично позолочен. В 1849 году иконостас был заменён на новый, весь позолоченный[6], а роспись как снаружи, так и внутри, была замазана[6].
В 1790 году в правой части трапезы храма, в юго-западном углу, была похоронена Екатерина Дмитриева, сестра писателя и министра Ивана Дмитриева, в левой стороне в северо-восточном углу в 1844 году был похоронен первый симбирский епископ Анатолий, а в 1847 году в ногах у него — настоятель монастыря, архимандрит Герман[6].
В 1853 годах была освящена новая церковь, из-за чего престол храма сменил название, вместо Вознесенского став именоваться во имя Феодоровской иконы Божией Матери, а престол в приделе был переименован во имя Архангела Михаила[4]. В настоящее время Феодоровская церковь считается старейшим зданием Сызрани[22].
В 1851—1853 годах был построен и освящён каменный холодный однопрестольный храм во имя Вознесения Господня[4]. Автором проекта стал архитектор сызранской удельной конторы И. А. Бенземан. Храм размерами 16 на 10 сажен был пятиглавым, с восьмериковыми главами[14], покрытыми белой жестью. На главном куполе находился позолоченный крест, на малых — деревянные кресты, обитые железом. Потолок, стены внутри храма и алтаря были расписаны масляными красками. При храме была построена колокольня. В 1894 году в храме был устроен пятиярусный иконостас столярной работы из липового дерева[4], иконы для которого были написаны в Москве[6].
В 1854 году был построен холодный однопрестольный храм в честь иконы Божией Матери «Живоносный источник». Он размещался над святыми вратами монастыря. Но этот храм просуществовал недолго и в 1867 году был разобран, а на его месте началось строительство пятиярусной колокольни общей высотой 53 метра[22], в которой должен был разместиться храм[4]. Однако в 1869 году недостроенная колокольня рухнула, в связи с этим храм был упразднён[4].
В 1859 году в монастыре была освящена каменная домовая однопрестольная церковь во имя святых апостолов Петра и Павла[4]. Иконостас в храме был небольшой, столярной работы, украшенный резьбой, иконы в основном новой живописи были вставлены в рамы, позолоченные на полименте.
В 2009 году уже в воссозданном монастыре был построен храм в честь иконы Божией Матери «Живоносный источник». Он находится на монастырском подворье, рядом с источником, где некогда была явлена икона Феодоровской Божией Матери. Одной из прихожанок в храм была пожертвована старинная икона «Живоносный источник», до революции находившаяся в храме села Радищево[23].
Святыни
В монастыре находилась особо почитаемая икона Феодоровской Божией Матери[21]. Образ, считающийся чудотворным, почитали и старообрядцы, которых было довольно много в Сызрани[22]. В настоящее время она находится в Казанском соборе Сызрани[4].
В современном монастыре также имеются свои святыни. Это икона великомученицы Варвары с частицей мощей; ковчежец с частицами мощей преподобных Антония Великого, Пахомия Великого, святителя Павла I Константинопольского; икона преподобного Серафима Саровского с частицей покрова с мощей[13].
Феодоровская икона Божией Матери
Икона Божией Матери «Феодоровская», по преданию, была написана самим евангелистом Лукой. Названа так по её нахождению в храме Феодора Стратилата в Городце. После нашествия Батыя икона была повторно обретена, по настоящее время хранится в Костроме и почитается как чудотворная.
Примерно в начале XVIII века под Сызранью был обретён список с этой иконы. По легенде это случилось в 1713 году на источнике около села Кашпир. Местные пастухи стали замечать некое сияние над источником, пропадавшее при приближении людей. В одну ночь сияние было ярче обычного и не погасло. Подойдя ближе, пастухи увидели образ Богородицы, стоявший на камне. На следующий день икону перенесли в приходской храм, откуда она ночью чудесным образом перенеслась на прежнее место. После отслуженного молебна крестным ходом икону принесли в Христорождественский собор Сызрани, но через несколько дней образ вновь вернулся на источник. Тогда сызранцы совершили крестный ход с иконой в Вознесенский мужской монастырь, откуда уже икона не исчезала. Тогда же были описаны первые чудеса, произошедшие от образа: умывшись водой из источника, где был обретён образ, исцелилась прокажённая, а на Волге внезапно утихла буря, грозившая погубить много лодок с людьми[25]. Существуют и другие варианты истории об обретении иконы. Так, по некоторым сведениям, икона 17 лет находилась в Кашпире и лишь затем была перенесена в Сызрань[21].
Однако сызранский краевед Рыжков в своей антирелигиозной книге «Чудотворная икона Сызранского монастыря» раскритиковал церковную легенду[24]. По его данным, в монастырском архиве было три различных дела с описанием обретения иконы: авторства архимандрита Евстафия (написанное в 1803 году), авторства монаха из мещан Василия Ревякина (написанное в 1860—1870-х годах) и анонимное (созданное около 1850 года). Евстафий источником сведений указывает некого солдата, который пересказывал слова своего уже умершего столетнего отца. Анонимная рукопись ссылается на монастырских монахов, которые в 1817 году ходили в Кашпир и расспрашивали там местных старожилов, а Ревякин вовсе не указывает источников информации. По Евстафию икона появилась до 1705 года, а по анонимному автору и вовсе «в половине XVI в.». Рыжков отмечает, что все монастырские источники сильно путают даты иных исторических событий, датировка которых известна из документов, что делает их ненадёжными, и что ещё в 1853 году на запрос властей об иконе монахи отвечали, что «ни о времени явления, ни о перенесении в Сызран иконы никаких письменных фактов не сохранилось»[24].
По мнению Рыжкова, точная датировка легендарного события была проведена задним числом и была связана с приближавшимся юбилеем — трёхсотлетием царствования дома Романовых: чем ближе была дата празднования, тем ближе дата обретения образа сдвигалась к 1713 году[24]. Рыжков также отмечал, что все сведения о подробностях обретения иконы, об её исчезновениях из храма и возвращении на источник впервые были записаны более чем сто лет спустя после предполагаемого события, при том, что монастырский архив сохранил копии документов ещё конца XVII века[24]. По мнению краеведа, автором «чудесного явления» был некий «костромской иеромонах Иоанникий», осознававший выгоду для монастыря от наличия чудотворного образа. Потому и образ является копией с костромской иконы, и не пожелал он оставаться ни в Кашпире, ни в соборе, а только в монастыре, где и подвизался в то время Иоанникий. Критике подверглись и сведения о чудесах, происходивших от иконы. Отмечалось, что их описания никем не заверены и даже преимущественно не подписаны, большей частью представляя собой либо обычные события, не имеющие ничего чудесного в основе, либо исторически недостоверные, а некоторые описания прямо копируют чудеса, приписываемые оригинальному костромскому образу[24].
Так или иначе, на источнике, на месте явления иконы, был установлен памятный знак. Ежегодно 12 июня к источнику совершался крестный ход с иконой[21]. Образ находился в Феодоровском храме монастыря до его закрытия[22]. Она помещалась в резной вызолоченной раме на треугольном аналое, пожертвованном в 1889 году княгиней Екатериной Васильевной Урусовой[21]. Монахи монастыря собрали сведения о пятнадцати происходящих от образа чудесных явлениях. Чудотворный образ стал весьма почитаем в народе. После закрытия храма икона была сохранена верующими и в 1944 году принесена во вновь открытый Сызранский Казанский собор, где находится по настоящее время[25][4]. Ежегодно 8 июля и 27 марта в Казанском соборе проходят торжественные богослужения в честь чудесного явления Феодоровской иконы[25].
Насельники
Первые годы после основания монастырский штат был весьма невелик. Так, даже в 1739 году в нём проживало 14 человек, в том числе игумен-настоятель, три иеромонаха, один иеродиакон, четыре монаха, два священника, один диакон, один пономарь и один отставной дворянин на пропитании[4][10].
Спустя столетие, в 1839 году, в монастыре числился 21 человек. В 1854 году по штату первоклассного монастыря в монастыре должны были быть: настоятель, наместник, казначей, 8 иеромонахов, 4 иеродиакона, 8 монахов служебных, 5 монахов больничных, 2 пономаря, просфорник и ключник, он же чашечник и хлебодар — всего 33 человека[6], однако штатного расписания монастырь почти не придерживался. Так, в 1863 году в монастыре было 93 человека: наместник-архимандрит, 7 священников, 4 иеродиакона, 2 диакона, 16 монахов, 2 послушника и 62 человека братии[4]. А в 1870 году — настоятель, наместник, казначей, 6 иеромонахов, 1 священник, 1 иеродиакон, 1 дьякон, 1 монах, 1 рясофорный послушник и 5 послушников. Кроме того в богадельне проживали иеродиакон, два священника и два убогих сироты[6].
Строители

С 1685 по 1687 год первым настоятелем обители, до её переноса в Кашпир, был инициатор её создания старец Кирилл. По воспоминаниям поздних игуменов Кирилл в молодости был иноком Костромского Ипатьевского монастыря, позднее царским человеком. Получил грамоты от царей и патриарха на владение монастырём земель, рыбных ловель и леса. По указу царей перенёс монастырь в Кашпир, где вытребовал земельные и прочие угодья на содержание братии. Другие подробности биографии не сохранились[26].
Настоятелем вновь построенного в Сызрани монастыря с 1691 по 1695 год был старец Филарет, которого сменил старец Корнилий I[4]. Также в различных документах в 1699—1700 годах упоминался в качестве строителя старец Феодорит[6]. Вообще про настоятелей XVIII — начала XIX веков сведений сохранилось мало[8].
Игумены
Одним из первых игуменов стал Михаил (1704—1707[6]; по другим данным, он оставался игуменом и в 1711 году, когда основал невдалеке от Сызрани Жадовскую пустынь[2]). Позднее Михаил стал сторонником Варлаама Левина, объявленного еретиком, и был казнён в Санкт-Петербурге в 1722 году[27]. Также известны игумены Геннадий (1708—1725), Корнилий II (1730—1731), Иерофей (1734), Афиноген (1740), Иннокентий I (1740—1741), Самуил (1742—1743)[6].
В 1745 году строителем монастыря упоминается Иона (Сальникеев) (также в различных источниках фамилия встречается как Санников[6], Саникеев[22]). Дворянин, принял постриг в Троице-Сергиевой лавре, в 1706—1708 годах был строителем Астраганского монастыря, позднее архимандритом Казанского Спасо-Преображенского монастыря, стал одним из первых девяти церковных иерархов, подписавших проект петровского Духовного Регламента, в 1725—1726 годах был членом-асессором Святейшего Синода, но позднее впал в немилость, был сослан в Сызранский монастырь, где и скончался[2][6].
За ним во главе монастыря стояли игумены Иосиф I (1747), Иларион (сентябрь 1748—1751, был переведён из игуменов Жадовской пустыни, а в дальнейшем переведён в игумены Казанского Фёдоровского монастыря); Макарий (1751—1756), Федот (1757—1765), Мисаил.
Строители (с 1764 года)
По положению о заштатных монастырях 1764 года обителью управляли вновь строители[6].
Первым из известных стал иеромонах Иоанникий (1773—1778). Он был переведён из казначеев Симбирского Покровского монастыря, ранее был строителем Симбирской подгорной Соловецкой пустыни до её упразднения. В январе 1778 года по старости уволен в Симбирской Покровский монастырь в число братии. Его сменил казначей Казанской Седмиозёрной пустыни иеромонах Владимир (1778—1795). В 1795 году строителем стал священник Василий Васильев, а после его смерти казначей монастыря, иеромонах Иосаф, скончавшийся в 1798 году. С июля по сентябрь 1798 года монастырём руководил священник Козьма Гаврилов, которого сменил переведённый из Московского Симоновского монастыря иеромонах Сергий. Однако в январе 1799 года Сергий скончался, и пост занял казначей монастыря иеромонах Аарон[6].
Аарон в 1802 году был переведён в настоятели Саранского Петровского монастыря с возведением в сан архимандрита, а Вознесенский монастырь возглавил иеромонах из Раифской пустыни Евстафий. Несмотря на краткость его управления, он запомнился тем, что при нём было возбуждено дело о возвращении монастырю земли и мельницы, закончившееся благополучно десятилетие спустя[6]. В 1803 году он в сане архимандрита возглавил Симбирский Покровский монастырь. В 1803—1811 годах монастырём правил иеромонах Георгий, ранее бывший казначеем Саранского Петровского монастыря, в августе 1811 года уволен на покой по старости лет[6].
В 1811—1819 годах настоятелем был Геннадий. Он происходил из вдовых дьяконов Карсуна, принял постриг в 1808 году. При нём была построена внутренняя каменная стена монастыря. По слабости здоровья был уволен на покой с перемещением в число братии Симбирского Покровского монастыря, однако позднее стал строителем Казанской Мироносицкой пустыни в 1824 году, откуда в 1829 году вторично был переведён в число братии в Сызранский монастырь, где он и скончался в 1835 году[6].
В 1819—1826 годах монастырём управлял иеромонах Серапион (в миру Сергий Ляпидевский). Ранее был протоиереем Богородицкого собора Казани, потом служил в Ардатове. Был пожалован наперсным крестом. До перевода в Сызрань управлял Казанским Кизическим монастырём и в апреле 1826 года по результатам рассмотрения дела в епархиальной администрации был переведён в число братии того же монастыря[6].
С 1826 года монастырём руководил настоятель (с декабря 1832 года игумен) Иннокентий II, имевший лишь домашнее образование. Происходил из духовного звания, был послушником Симбирского Покровского монастыря, в 1806 году исполнял обязанности его настоятеля, затем был казначеем Зилантова монастыря[6], в 1809 году стал строителем Чебоксарской Спасо-Геронтиевой пустыни, откуда и был переведён в Сызрань, как «способный к поправлению тогдашних трудных его обстоятельств»[6]. По утверждению коллежского советника, выпускника Московской духовной академии, преподавателя Симбирской духовной семинарии Александра Яхонтова[28], Иннокентий действительно принёс большую пользу монастырю, выведя его из затруднений и умножив доходы, на которые планировал перестроить монастырский храм в более обширном и величественном виде. Яхонтов так описывает Иннокентия: «он был прост, добр, к бедственным благотворителен и гостеприимен»[6]. Однако историк-краевед Рыжков с опорой на монастырский архив утверждает, что Иннокентий занял свой пост только что за управленческий талант, а отнюдь не за нравственные качества. И хотя через несколько лет Иннокентий стал благочинным всех монастырей епархии, но попал под следствие. Рыжков приводит такой отзыв о нём: «Состоит под судом за злоупотребление монастырскими мельничными суммами, за беспорядочное составление об оных отчетов и недачу по предмету сему за чрезвычайный упадок мельничных доходов; нетрезв, дерзок, подозреваем в невоздержании, должностью вовсе не занимался», и приводит показания свидетелей, в которых описаны случаи его пьянства, невоздержанности, рукоприкладства и иного поведения, с монашеской жизнью никак не согласующегося[24]. В 1836 году Иннокентий действительно был уволен с поста настоятеля, скончался в монастыре в июне 1838 года[6].
Последним настоятелем монастыря стал архимандрит Герман (1836—1847, в миру Иоанн Похвалинский). Ранее был священником в Симбирске, переведён в Сызрань из настоятелей Алатырского Троицкого монастыря[6][3]. Был миссионером по Симбирской епархии[6]. За свои труды архимандрит Герман был награждён орденами святой Анны второй и третьей степени[29]. Скончался 19 сентября 1847 года[6].
Наместники
С 1848 года монастырь возглавляли наместники. Первым стал архимандрит (с 1851 года) Августин (в миру Александр Евстафьевич Шеленговский)[30], внёсший самый большой вклад в развитие обители[3]. Родился в Галиции в 1798 году[30], 8 лет провёл на военной службе, дослужившись до каптенармуса, уволился со службы по собственному желанию[6]. В монашество был пострижен  года в Пинском Богоявленском монастыре. В 1832 году переведён в созданную Симбирскую епархию в число иеромонахов архиерейского дома. В Сызрань был переведён с должности управляющего Казанско-Богородицкой Жадовской пустыни[6]. С  года также член Сызранского духовного правления[30]. При Августине монастырь был возведён в степень первоклассного, было создано большинство построек, в том числе Вознесенский храм.  года архимандрит Августин был назначен благочинным Сызранского Сретенского женского монастыря, приложив немало трудов по его строительству и обустройству[3]. За свои труды и примерную жизнь неоднократно был награждён: в 1849 году был удостоен наперсного креста, в 1856 году — ордена святой Анны второй степени, а в 1862 году — ордена святой Анны второй степени, украшенного императорской короной[30]. Скончался в 1864 году в возрасте 66 лет[6].
Иеромонах Варсофоний управлял монастырём с 1864 по 1871 год. Происходил из духовного звания, в монашество был пострижен в 1853 году в Симбирском архиерейском доме. В 1858 году стал казначеем Вознесенского монастыря, а в 1864 году — наместником. Скончался 1 апреля 1871 года в возрасте 49 лет. Его сменил иеромонах Иона. Также из духовного звания, в монастырской братии с 1856 года, в 1867 году стал казначеем. При нём был перестроен и покрыт железом большой мельничный мукомольный амбар. Скончался в возрасте 70 лет в 1872 году, управляя обителью около 10 месяцев. Следующий наместник управлял монастырём ещё меньший срок. Иеромонах Варлаам, из духовного звания, был пострижен в монахи в 1849 году в Симбирском архиерейском доме, где с 1853 по 1857 год был экономом, в 1872 году с должности управляющего Казанско-Богородицкой Жадовской пустынью был переведён в наместники Сызранского Вознесенского монастыря. Скончался в возрасте 57 лет в 1873 году, пробыв в должности около полугода[6].
В 1873—1874 годах во главе обители стоял иеромонах Иаков, окончивший Симбирскую духовную семинарию. Послушание он проходил в Симбирском Покровском монастыре, был дьяком в Сызранской Преображенской церкви, с 1861 года иеромонах Вознесенского монастыря. В 1872 году стал казначеем. В 1875 монастырь возглавил иеромонах Стефан. Окончил Казанскую духовную семинарию, в 1835 году был рукоположен в диаконы, в 1853 — в священника, в 1875 году пострижен в иеромонахи. Был наместником 10 лет, до 1885 года[6].
В 1885 году наместником монастыря был назначен иеромонах Антоний (в миру Иван Васильевич Никольский). Ранее, в 1862 году он окончил Симбирскую духовную семинарию[31], стал священником, в 1875 году стал экономом при Симбирской духовной семинарии[6],  года принял монашеский постриг. Спустя два года, в 1887 году был награждён наперсным крестом[31]. В 1891 году ему был пожалован сан игумена, а в 1895 году — архимандрита. С 1892 года был также благочинным Сызранского Сретенского монастыря и Костычевской Смоленской общины[6]. В 1897 году в Сызрани отмечалось 35-летие служения Антония в священническом сане. От лица городского духовенства и по резолюции епископа Никандра ему был поднесён юбилейный адрес и большой наперсный крест[3].
Последним наместником монастыря был игумен (с 1916 года архимандрит) Александр[4] (в миру Вахатов Сергей Флегонтович), подписавший акт о роспуске монастыря. В феврале 1938 года архимандрит Александр был расстрелян[2].
Братия
В Сызранском монастыре провёл последние два года жизни и был в нём похоронен первый управляющий Симбирской епархии архиепископ Симбирский и Сызранский Анатолий[2].
Комментарии

Примечания

Литература

CS1 maint: date format (link)
Ссылки

Категория:Культовые сооружения Сызрани
Категория:Монастыри Симбирской губернии
Категория:Монастыри Русской православной церкви
Категория:Монастыри Самарской области
Категория:Сызранская епархия
Категория:Появились в 1685 году
Категория:Монастыри Вознесения Господня