Академия Добрых Сил

Глава 28. Совесть и долг

Фелисити провела выходные, не выходя из комнаты. Она хотела надеть кольцо немедленно и свалить из Академии навсегда – к Ориону отца, Мигдаль, Рори, Рикса и всех остальных. Она смогла бы стать кем угодно и никого ни о чем не просить – тогда не придется получать в ответ что угодно, кроме понимания. Рыцарь ее понимать не обязан – зато обязан выполнять любое желание до тех пор, пока его моральные принципы спят спокойно. Это, пожалуй, она вполне в силах обеспечить.

Но время шло, а последний шаг все не давался. Когда становилось особенно невмоготу, она шла в тренировочный зал и махала кликом до потери пульса, потом отмокала в ванне, чтобы выбравшись, снова достать из заветного мешочка тяжелое, тускло поблескивавшее кольцо. Промаявшись двое суток, к ночи воскресенья Фелисити придумала выход – прежде, чем оставить всех с носом, она вполне могла позволить себе последнее благодеяние.

Говорят, крепче всех спят дураки и каторжники. Рыжий относился к первым – Фелисити с минуту барабанила в дверь без особого результата, пока не плюнула на приличия. Можно подумать, ей так нужно делать ему одолжение.

Верная отмычка оказалась как нельзя кстати.

В комнате горел свет, но смятая постель была пуста. Фелисити не удержалась и сунула нос в раскрытую книгу на заваленном разным хламом столе, среди которого валялся альбом с набросками. Рыжий, между прочим, неплохо рисовал.

Книга называлась "Психология превосходства". Рядом с панелью управления Магнус развесил плакаты, от которых Фелисити покатилась со смеху. Лучшие рейнджеры, отряды супер-героев, спецагенты. Спору нет, каждая рожа на них была легендарна и увенчана всеми мыслимыми наградами, но неужели этот качок...

– Что ты здесь делаешь?!

Она резко повернулась. И тут же повернулась обратно.

Наблюдать мокрое, усыпанное веснушками нечто в одних труселях, стоявшее на пороге ванной с полотенцем в руках, не доставляло никакого удовольствия.

– Глядя на плакаты, я надеялась, что у тебя и на трусах ордена нарисованы, – не удержалась Фелисити. – Или эмблемы.

– Ты что, шпионишь за мной? – Магнус поспешно обмотал полотенце вокруг пояса. – Проваливай отсюда, пока я тебя не вышвырнул.

– Зачем мне шпионить? Ничего нового я уже все равно не узнаю, – Фелисити посмотрела прямо в раскрасневшееся лицо и еле сдержала рвавшийся наружу хохот.

Уморительный идиот!

– Что ты мелешь? Я сказал, проваливай!

Он злился, потому что стоял нагишом. Фелисити сделала шаг в сторону и перекрыла Магнусу доступ к одежному шкафу.

– Я уйду, когда скажу то, зачем пришла. Можешь хоть догола раздеться, мне плевать. Да и смотреть, в общем-то, не на что.

Она снова не удержалась. Но когда у тебя в нагрудном кармане лежит кольцо Андромеды, маленькая месть кажется только слаще.

– Хотела сообщить, что твой приятель Влад – крысеныш. Вот письмо. Только смотри, чтобы вода с твоих трех волосин его не размыла. Он сдал мне тебя с потрохами – стратегию разделения, потом...

– Ты врешь!

– А ты читай, читай. Почерк, думаю, знакомый?

Она сунула письмо рыжему под нос.

– Меня воротит от этого предателя. Поэтому с радостью сделаю вид, будто понятия не имею, что ты там задумал. Ну или можешь поменять тактику, если успеешь.

Благородство, оказывается, может быть приятным. Магнус таращился на нее непонимающим взглядом, все еще не зная, чему верить.

– И да, раз уж ты не знал – он сначала поманил пальчиком, а потом кинул Мигдаль. Жестко так, она до сих пор сопли на кулак наматывает. Если Влад станет спрашивать – можешь передать от меня привет.

Она вышла, вырвав из мокрых пальцев письмо.

– Кэм! – Магнус по пояс высунулся в коридор. – Кэм! Фелисити!

– Чего тебе? Разговор окончен, оделся бы, что ли.

– Почему ты... почему ты мне рассказала?

– Ну, – она внезапно не нашлась с ответом. – Чтобы игра была честная и все такое.

Рыжие брови поползли вверх. Святая сингулярность – даже такой олух успел неплохо изучить ее за три месяца.

– Потому что так правильно, – махнула рукой Фелисити и свернула за угол.

Когда это в Академии успели объявить "День запертых дверей"? Фелисити стучала пару минут, прежде чем услышала потерянный и злой голос Мигдаль:

– Я знаю, что это ты! Уходи!

– Я хочу показать тебе кое-что важное, – Фелисити наглядно продемонстрировала мокрую записку Влада в глазок видоискателя. – Нам надо поговорить, Мигдаль.

Но плюшка благими намерениями не прониклась.

– Уходи! Я не хочу тебя видеть! И знать ничего не хочу.

– Я, что ли, хочу?! – взорвалась Фелисити. – Стою под дверью и уговариваю тебя, словно малолетку.