Первая луна

Первая луна

В мире есть люди и звери.

Первые всегда полагаются на разум, обдумывают каждый шаг, едят много вредной пищи и почти всегда лгут о чувствах.

Вторые полагаются на инстинкты, не задумываясь о том, почему нужно сделать именно так, а не иначе. Звери не скрывают чувств, всегда честны и прямолинейны. А еще не едят то, что может их убить.

И есть мы – чистокровные оборотни. Чистокровные мы, потому что не оборачиваемся наполовину. Мы не оборотни из «Другого мира», скорее мы волки из «Сумерек». Волколаки, волкодлаки,ликаны – все это мы. Ни звери, ни люди, но и то и другое одновременно. Мы взяли лучшее от обоих миров: от людей – умение обдумывать и полагаться не только на инстинкты, но и прислушиваться к голосу разума; от зверей – умение быть честными и не скрывать то, что чувствуем и есть только натуральные продукты.

В жизни каждого чистокровного волка есть одно из самых важных событий – День первой луны. Конечно, было бы правильнее сказать «Ночь первой луны», но предки решили иначе. Чем важно это событие? Тем, что молодые волки достигают своего совершеннолетия. Это не происходит в день наступления восемнадцати лет как у людей, нет. Каждый празднует его в свое время – когда тело и дух готовы стать единым целым. И нет, у нас не ломаются кости, не рвется кожа, и мы не катаемся в ужасных муках по траве.

Это происходит как осознание. Как давно забытое воспоминание или чувство. Просто однажды ты просыпаешься с мыслью, что сегодня ты станешь взрослым волком. К этому особенному дню волчат готовят едва ли не с рождения. Каждое день молодняк гонят на поле, чтобы провести тренировку.

Моя Первая луна случилась, когда мне было двадцать один год. И хотя я не проснулась с мыслью, что сегодня надо повыть на луну, я точно знала, что день будет особенным. Началось все за завтраком, когда я не разбила ни одной тарелки, не уронила вилку и даже ни пролила чай.

— Ты сегодня не устраиваешь хаос. Первая луна случится, не иначе, — сказал мне тогда в шутку старший брат, а мама лишь усмехнулась.

Если бы они знали, как были правы! До самого вечера я не понимала, что же такое должно случиться, пока не случилось странное.

— Эй, Кэт, помоги! — позвал меня отец в подсобку.

Свет в комнатушке не горел, но я четко видела все коробки и банки, и отца, который стоял на лестнице, ковыряясь в лампе у потолка.

— Мне нужна лампочка. Тебе надо сделать шаг прямо и…

Отец не успел договорить,как я уже подошла к полке и достала из коробки лампочку и протянула ему.

— Да, спасибо. — Не отвлекаясь, папа взял предмет. — Стой, что?

Хлипкая лестница опасно качнулась, но я тут же схватила ножку, удерживая ее. Отец взглянул с удивлением и стал спускаться. Все время бросая взгляды на меня, он все же промазал мимо ступеньки и с грохотом упал на пол.

Тут же на шум прибежали мать с братом.

— Что случилось?

— Кэт в темноте видит! — все также лежа на полу и потирая ушибленную голову, произнес отец.

— Черт... Накаркал. — Только и смог произнести брат, а мама радостно ахнула и полезла обнимать меня.

Спустя полчаса меня уже отправили (едва ли не пнули) на вечернюю тренировку, где несколько старших, крепких парней уже стояли в ряд, выслушивая речь тренера. Я не понимала, что происходит. У меня тут скоро обращение, а меня гоняют по полю!

Тренировки в стае – обычное дело. Девушки тренировались днем, отдельно, делая акцент на скорость и сноровку, нежели на грубую силу. Парни же тренировались вечером. Так было удобнее следить за успехами и тех и других. Вдобавок, парни были крупнее девушек, что не позволяло использовать одни и те же упражнения обоим.

На меня, подошедшую в конец шеренги, никто не обратил внимания.

— Пять кругов вокруг леса, живо!

— Что? — едва ли не вскрикнула я.

Майк, тренер молодых волков, взглянул на меня и поманил пальцем, веля другим отправляться на легкую пробежку.

— Ты чего тут? — спросил он, сложив руки на груди.

— Да вот, Первая луна, все такое.

— О-о, кто-то стал взрослым?

— Ладно, разминка и правда нужна. Пять кругов вокруг… — Майк замолчал на мгновение, словно думая, — поля.

Ехидная улыбка расплылась на его лице, отчего мне сразу захотелось ему врезать.

Волки, конечно, более выносливые, но без подготовки эта выносливость никак не поможет. «Нужно уметь распределять ресурсы, данные нам природой!» — всегда говорил Альфа волчатам. Альфа вообще не занимался тренировками. Ральф – так его зовут, в основном проводил беседы со стаей, иногда разговаривал с кем-то наедине, но реже. Майк же – приближенная бета, проводил и тренировки, и беседы, а еще вел документацию. Мне всегда казалось это странным. Зачем тогда нужен Альфа?

— Молодец! — похвалил Майк, когда я с одышкой приковыляла к нему. — А теперь попробуй дышать правильно.

Мне продемонстрировали это самое дыхание и отправили пробежать еще несколько кругов, стараясь держать темп.

Когда с пробежкой было покончено, Майк рассказал, что Первая луна очень опасна без подготовки. Обращенный должен поймать баланс между инстинктом и разумом, силой и скоростью.

— Это словно ты на диком коне. Он быстрый, сильный, но неуправляемый.

Я слушала, кивала, изредка задавала вопросы.

Майк сказал, что нужно запомнить несколько движений и их порядок: лежать, сидеть, стоять.

— Это очень важно! Ты поймешь все позже.

Почему это так важно, Майк не ответил. Лишь улыбнулся и загадочно произнес — «Узнаешь».

— На этом все. Теперь новость. На обращение ты будешь не с семьей, — твердо произнес Майк.

— Что? Но одной же слишком опасно! — затараторила я, помня, как все детство мне твердили, что ходить в темноте одной запрещено.

Из-за того, что время Первой луны у каждого происходит в разное время, редко случалось так, что двое или трое молодых волков проходили через него вместе. Бывало и так, что обряд проходил вдали от дома и тогда его проводили в ближайшем лесу. Сам процесс обряда оставался тайной. Все только знали, что стая должна поприветствовать волка стайным воем. Именно поэтому обряд мог проводиться дважды, например, если волк обратился не в стае, а где-то еще.