Когда падает небо

Глава 1

Ася Вежа

Умирая, мама просила Асю быть сильной, обязательно поступить в ВУЗ и не бросать рисовать. Ася обещала. Только как можно выполнить обещание, когда весь привычный мир рухнул в один момент?

Завязать с рисованием Ася решила сразу же после скромной церемонии похорон матери: выбросила все альбомы, карандаши, краски. Подруга мамы (а по совместительству крёстная Аси), тётя Альбина, молча наблюдавшая за утилизацией ни в чём не повинных вещей, подошла и крепко обняла крестницу:

- Держись, детка. Такая тебе выпала нелёгкая доля.

Альбина была единственной подругой мамы Аси. Женщины дружили с молодости, вместе работали проводницами на железной дороге, жили в соседних комнатах общежития и помогали друг другу растить детей, потому что у обеих личная жизнь не задалась: Альбину бросил муж, когда их сыну было три года, а мама Аси, Лариса Вежа, вообще никогда не была замужем. О своём отце, Василии Хирееве, Ася знала только то, что он умер в тюрьме ещё до рождения дочери.

- Пойдем, Асенька, сейчас люди придут Ларису помянуть. Посидим за столом немного. После того, как все разойдутся, у меня к тебе будет серьёзный разговор, - тётя Альбина поцеловала Асю в лоб и переключила своё внимание на стол-книгу, уставленный тарелками с бутербродами, котлетами, колбасой и прочей нехитрой снедью.

- На кладбище народа мало было, - бормотала Альбина, - за стол помянуть придёт, наверное человек десять, значит всего должно хватить.

Ася подошла к столу и села на стул. Она без интереса пробежала взглядом по еде, потом посмотрела в окно, за которым начал накрапывать тёплый августовский дождик.

- Даже небо плачет по Ларисе, - всхлипнула тетя Альбина, но тут же взяла себя в руки, вытерла слезы и рассудительно продолжила. - Чем так мучиться, как Лара последний месяц мучилась, лучше уж...

Окончить фразу она не успела: в дверь комнаты постучали.

Ася оторвала взгляд от окна и наблюдала, как за столом занимали места знакомые ей по общежитию женщины. Все пришедшие так или иначе были связаны с работой на железной дороге и жили на одном этаже в общежитии.

- Горюшко-горюшко, - шептала обычно жизнерадостная круглолицая тетя Жанна, жившая в комнате, расположенной напротив комнаты Аси.

Остальные семь женщин согласно кивали головами.

- Все под Богом ходим, - вздохнула пожилая Никифоровна, которую в общежитии уважали за рассудительность и спокойный нрав.

- Жалко, что Лариса комнату не приватизировала, - вступила в разговор Татьяна Николаевна, работавшая на железной дороге в отделе кадров. - Теперь Асеньке жильё придется освободить.

- Так Ася же сирота! Ей социальное жилье положено! - заволновалась Никифоровна. - Государство не оставит несовершеннолетнего ребёнка на улице.

- Ой, я тебя умоляю! - замахала руками Татьяна Николаевна. - Это надо сперва пакет документов подготовить и подать в соответствующую инстанцию, а жить девочке нужно где-то прямо сейчас. По правилам комнату она обязана освободить в трехдневный срок.

- И что делать? - тетя Жанна стала совсем бледной. - В школу-интернат?

- Успокойтесь, - вмешалась Альбина. - Всё у Аси будет хорошо. Ни в какую школу-интернат она не поедет, и документы на социальное жильё я уже начала собирать.

Никифоровна с благодарностью закивала головой:

- Господь воздаст тебе, Альбинка, за то, что сироте помогаешь!

Этих слов Ася не выдержала. Слёзы подкатили внезапно и резко. Она вскочила из-за стола, выбежала из комнаты в коридор, пробежала его весь, толкнула тяжёлую дверь и оказалась на общем балконе. Недавно начавшийся маленький дождь к этому времени превратился в мощный ливень. Ася прислонилась к кирпичной стене и дала волю слезам. Она оплакивала не только смерть матери, но и свою беззаботную жизнь, которую вела до того, как мама заболела.

Лариса боготворила дочку, всю себя посвящала ей, баловала единственную отраду своей жизни. Рак кишечника разрушил жизнь маленькой семьи. Лариса сгорела за полгода. Уходила она долго и тяжело. Ася видела, как мать последние шесть недель не смотря на огромное количество обезболивающих препаратов, страдала от сильнейших приступов боли. Теперь всё было кончено. Ася стояла на балконе и, заливаясь слезами, думала, что на всем белом свете у неё нет ни одного родного человека.

Позади хлопнула дверь. На балкон пришла Альбина.

- Жизнь - это не сказка, детка, - сказала она, вытирая Асины слёзы. - Всё постепенно образуется. Пойдём за стол. Знаю, что тебе тяжело, но таковы традиции: надо посидеть, помянуть Ларису.

Ася не сопротивлялась. Она вернулась в комнату и молча сидела за столом, глядя на висевшую над диваном фотографию мамы. С фотографии на Асю смотрела симпатичная женщина средних лет с такими же, как у Аси, густыми волосами и глазами цвета аквамарина. Ася хотела запомнить мать именно такой, но перед глазами стояла другая мама, какой она стала за время тяжёлой болезни: изможденная, худая, с потухшим взглядом...

Когда через час все женщины покинули комнату, выразив ещё раз Асе свои соболезнования, Альбина начала убирать со стола.

- Мама сказала, что я буду жить с Вами, - робко проговорила Ася.