Роковая Роксана

Глава 6

- Обожаю оперу, - говорила мама во время раннего ужина, когда мы собрались за общим столом перед тем, как ехать в театр.

- Наверное, потому что перед оперой можно не затягиваться в корсет до посинения в глазах, - пошутила я, - и можно поесть в своё удовольствие.

Стелла прыснула, отчим привычно спрятал улыбку за газетой, а мама посмотрела на меня со снисходительной нежностью:

- Я об искусстве, Рокси, - сказала она, лихо расправляясь с куриной фаршированной ножкой. – Музыка, прекрасные голоса… Это – истинное наслаждение для настоящей леди.

- О, прости, - покаялась я. – Конечно же, искусство. Там, где на сцену выходит булочка на двести фунтов и начинает петь: я такая прекрасная, я такая обольстительная, мужчины видят меня и умирают от любви!

Сестра зашлась от смеха, но матушка смотрела на меня, укоризненно качая головой.

- А потом появляется главный герой, - продолжала я, намазывая паштетом тартинку, - уже на двести пятьдесят фунтов, и поёт: я – бравый офицер! Моя шпага обращает в бегство Голиафа! Я всех сражаю одним ударом!

- Это – опера, детка, - наставительно сказала мама. – Не нравится, как выглядит артист – просто закрой глаза и наслаждайся музыкой и чудесными голосами. Между прочим, сегодня дают «Триумф Юдит». И солирует там Нина дель Претте. Она весит всего фунтов сто шестнадцать, и очень миловидна. Это большая удача, что она согласилась выступать в Солимаре. Сам король аплодировал ей.

- Деньги одинаковые и в столице, и в Солимаре, - я передала маме блюдце с паштетом. – Но ты права, мам. Дель Претте – это событие для нашего городка. Будем надеяться, что сегодняшний спектакль окажется незабываем.

- На последнем спектакле я чуть не уснула, - подхватила Стелла. – И вообще, может, нам съездить в столицу? На пару месяцев?

- С чего это такое желание? – удивилась мама.

- Здесь так ску-учно, - сестра сморщила нос. – И мы могли бы прикупить новенькие наряды…

Отчим выразительно хмыкнул и посмотрел на неё поверх газеты.

- Что?! – Стелла округлила глаза. – Нельзя же всё время заказывать платья у местных портних. Так мы совсем отстанем от моды.

- Ох уж эта мода… - чуть слышно проворчал отчим, снова углубляясь в чтение.

Я промолчала, но мысленно согласилась со Стеллой. Я тоже не отказалась бы уехать – но совсем по другой причине. Меня устроила бы поездка не только в столицу, но и куда-нибудь в далёкую северную провинцию, где на лугах пасутся барашки и на сто миль ни одного театра. Только бы подальше от господина Бранчефорте с его тайными миссиями.

Но у мамы на этот счёт было совсем другое мнение:

- Уехать? – воскликнула она. – Да ты с ума сошла, Сти! Как можно уехать, когда в Солимаре начнётся самое веселье! Графиня Ленсборо заболела, врач посоветовал ей перемену климата. Это значит, что у остальных появится шанс проявить себя. Каждая уважающая себя леди теперь будет устраивать чаепитие, а то и приём.

«Потому что главного конкурента благополучно устранил милорд Бранчефорте», - подумала я, но вслух ничего не сказала, не желая пугать маму и сестру.

Лучше потом поговорить спокойно и без свидетелей с отчимом. Возможно, уехать на пару месяцев в столицу – это лучшее решение.

- Думаю, мы вполне можем устроить в этом месяце званый обед, - с энтузиазмом продолжала мама. – Скажем, в честь помолвки Стеллы.

- Но мы ведь уже делали банкет по этому поводу, дорогая, - напомнил отчим.

- Ну и что? – совершенно искренне изумилась мама. – Как будто кто-то помнит об этом, кроме тебя, Аделард. Люди будут рады поводу повеселиться, а мы сможем пригласить графа Бранчефорте…

- Нам пора, иначе опоздаем, - перебила я её, пока не был изобретён способ пригласить графа к нам в гости, чего я решительно не желала.

- Да, пожалуй, - мама взглянула на крохотные часики, висевшие в петлице её жакета. – Куда я положила сумочку?

- Час назад я видел её в ванной комнате, - подсказал отчим.

- Я принесу, - Стелла выскочила из-за стола, едва не опрокинув стул, и бросилась в ванную.

- Она такая заботливая, - сказала мама растроганно. – Рокси, не забудь бинокль, пожалуйста.

- Не забуду, - я допила остатки чая из чашки, схватила ещё один ванильный рогалик, чтобы съесть на ходу, и отправилась в спальню, чтобы забрать сумочку с биноклем.

Проходя мимо ванной комнаты, я увидела, что дверь приоткрыта, и Стелла стоит напротив зеркала, прижимая к груди мамину театральную сумочку из бархата, с золотистой тесьмой.

Сестра как-то странно сгорбилась, словно пыталась рассмотреть что-то важное на мраморной столешнице, а потом я услышала тихое всхлипывание.

- Стелла? – окликнула я её. – Что с тобой? Ты плачешь?

Она тут же выпрямилась и оглянулась, одновременно пытаясь улыбнуться и смахнуть слезинку со щеки.

- Ударилась коленом, - пожаловалась Стелла. – Дурацкая столешница… Всё время бьюсь об неё.

- Нужно сделать примочку? – спросила я. – Позвать маму?

- Уже прошло, - заверила она меня и пошла к выходу. – Видишь, даже не хромаю. Надеюсь, синяка не будет, а то Харальд будет в ужасе.