Я не скажу тебе о сыне

13. Бывшая королева

– Кого еще во дворце вы известили о расторжении нашего с его величеством брака? – осведомилась я.

Мне надлежало покинуть дворец в течение нескольких часов, но если придворным станет известна эта новость, то наверняка многие из них захотят лично убедиться в том, что это – правда, и пожалуют в мои апартаменты. А я не хотела выслушивать ни насмешки, ни сожаления.

– Его величество отправил в столицу двух гонцов, но второго адресата я не знаю, – мне показалось, что шевалье де Ламаж ответил искренне. – Но моя лошадь была резвее, и я приложил все усилия, чтобы добраться до столицы первым.

Я поблагодарила его за это и позвала свою камеристку. Наверняка, второе письмо было адресовано первому министру, а если так, то он скоро прибудет во дворец, но именно он был тем человеком, с кем я меньше всего хотела бы встречаться.

Если Этьен развелся со мной из-за отсутствия наследника, то не приходилось сомневаться, что немалая заслуга в том, что он пошел на этот шаг, принадлежала герцогу де Крелону. Теперь я уже была уверена, что отвары и амулеты были призваны сыграть совсем другую роль.

Я велела Тересе упаковать в саквояж несколько платьев попроще и смену белья. Да-да, я отправляюсь в паломническую поездку инкогнито. Нет, драгоценности там не потребуются.

– Его величество сказал, что вы можете взять всё, что пожелаете, – напомнил шевалье.

Но я только усмехнулась. Мне ничего не нужно было от мужчины, которому оказалась не нужна я сама. Я не знала, как сложатся наши дальнейшие отношения с Этьеном, но не хотела ни в чём чувствовать себя обязанной.

Мне надлежало отправиться в Сурель, но я решила повременить с отъездом из столицы. Его величество вот-вот прибудет в Лиму, и я была намерена с ним встретиться. Я остановлюсь в гостинице на несколько дней и приму решение, когда немного успокоюсь.

– Мне нужно поговорить с сестрой! – сказала я шевалье, и он поклонился, готовый отправиться за Бланш, комнаты которой находились в другом крыле дворца.

Но не успел он сделать и нескольких шагов, когда в моих апартаментах появился герцог де Крелон. Его светлость тяжело дышал, и его одутловатое лицо было куда краснее обычного. Должно быть, он сильно торопился меня навестить. Он отвесил мне поклон – достаточно уважительный, но куда менее низкий, чем прежде.

– Рад, шевалье, что застал вас во дворце, – заявил он, с трудом переводя дыхание. – Это письмо вы должны доставить его величеству как можно скорее. Тот гонец, что привез послание мне, в ближайшие несколько часов будет не в состоянии отправиться в дорогу.

Офицер растерялся, явно не зная, как поступить, и я пришла ему на помощь.

– Благодарю вас, шевалье, за заботу. Не беспокойтесь, я выполню распоряжение его величества.

Я не хотела, чтобы у него возникли проблемы из-за желания мне услужить. Он подчинялся королю и первому министру, а мое слово уже не имело никакого значения.

– Да-да, лейтенант, я лично сделаю всё, чтобы ее величество ни в чём не нуждалась, – вмешался герцог. – В том числе отправлю лакея за мадемуазель де Сурель.

Де Ламаж сначала поклонился мне, потом – де Крелону и удалился с видимым сожалением.

– Вы так торопились мне помочь, ваша светлость, – усмехнулась я, – что порвали кружева на камзоле.

Он посмотрел на рукав бархатного камзола и поморщился. Он всегда старался выглядеть безупречно.

– Вы язвите, ваше величество, а между тем, всё именно так, как вы сказали. Как только я получил депешу от его величества, то сразу помчался во дворец. Вы можете мне не верить, но для меня эта новость тоже стала ударом. Впрочем, кто мы такие, чтобы обсуждать решения его величества?

Я и не собиралась ничего с ним обсуждать. Тереса уже стояла с упакованным саквояжем, ожидая дальнейших распоряжений. Шевалье сказал, что я могу взять с собой любых слуг, но мне не хотелось никого из них обязывать отправиться со мной в Сурель, лишив, тем самым, возможности работать во дворце.

Но герцог думал иначе.

– Ваше величество, карета будет ждать вас у западных ворот дворца. Я подумал, вам не захочется выходить через парадное крыльцо.

Мне этого действительно не хотелось.

– Да, вы очень предупредительны, ваша светлость.

Де Крелон повернулся к камеристке:

– Отправляйтесь к западным воротам, мадемуазель. Ее величество подойдет туда чуть позднее.

Я собиралась возразить и оставить Тересу здесь, но подумала, что этот вопрос мы можем решить уже у западных ворот – после того, как я сяду в карету. Девушка удалилась, но герцог не спешил меня оставить.

– Думаю, вы понимаете, ваше величество, что ваш супруг поступил подобным образом вовсе не из прихоти. Вы прекрасно знаете, как сильно он вас любит, и если он решился на подобный шаг, то лишь потому, что для любого монарха долг перед страной куда важнее самых горячих чувств. Уверен, его величеству сейчас не менее тяжело, чем вам, и надеюсь, вы не станете добавлять ему страданий.

Я едва не задохнулась от возмущения. Мне было неинтересно знать, как он оценивает поступок Этьена, но убеждать меня понять и простить предавшего меня человека было верхом наглости.