Повешенная.

Повешенная.

Я приехала навестить родителей. Они уже полгода жили в этом доме, а я только сейчас смогла взять отпуск, сесть в автобус и спустя 7 часов оказаться в большой кубанской станице, где мои мама и папа решили обосноваться, когда отец вышел в отставку.
Дом был самый обычный. Из красного кирпича, с большим участком и маленьким неудобным крыльцом. Четыре комнаты, кухня, прихожая и ванная.
В разговорах, в обсуждениях последних новостей время пролетело незаметно, и наступил вечер. После сытного ужина меня разморило, я попросила показать мне комнату, где буду спать.
«Выбирай любую»,- сказала мама.- Мы с отцом вот здесь обитаем, а ты выбирай какую хочешь.
Я облюбовала спаленку, до того маленькую, что там поместились только кровать, письменный стол, стеллаж с книгами и узкий шкаф.
Застелив постель и включив лампу на подоконнике в изголовье, я улеглась с книгой в руках, но уже на третьей странице поняла, что засыпаю.
Положила чтиво на пол, выключила свет и моментально уплыла в страну сновидений.
Не могу сказать точно, что меня разбудило.
Я открыла глаза.
Она стояла там, в углу спальни. Женщина в белом струящемся одеянии. Я не знала, кто она и что делает здесь в столь поздний час.
«Мам, это ты?» - шепотом спросила я, но спросила для проформы.
Мама была гораздо полнее, ниже ростом и не имела привычки прятаться в темноте, доводя людей до инфаркта.
Испугались ли я? Да. Очень.
Напрягая глаза, я судорожно всматривалась в призрачный силуэт, пытаясь уговорить себя, что вижу всего лишь белое банное полотенце, накинутое на кресло или светлый халат, мирно висящий на вешалке. В конце концов, это может обычная футболка, перекинутая через дверь.
Но, увы, мое шестое чувство не поддавалось на уговоры.
Банное полотенце сушится в ванной, в комнате нет кресла, дверь в спальню закрыта, а я не ношу светлые футболки и халаты любого цвета.
Женщина пошевелилась, сердце мое сделало кульбит, подскочило вверх и, притаившись где-то у самого горла замерло.
«Если я открою рот, оно просто выпрыгнет и убежит», - подумала я.
Мои глаза по-прежнему были устремлены на абрис неведомой мне незнакомки. Она снова стояла не шевелясь.
«Не будь дурой, включи свет».
Кто это сказал? Да какая разница! Я и сказала, наверное. Просто от страха совсем ничего не соображаю.
Щелкнул выключатель настольной лампы, комната стала теплой, уютной и безопасной.
Угол был пуст. Так я и думала.
Только один вопрос мучал меня. В углу не было абсолютно ничего. Не просто ничего такого, что могло бы в темноте показаться женским силуэтом, а вообще ничего.
Этот угол был пуст и я, естественно, знала об этом. И от этого знания становилось еще страшнее.
Что же тогда я видела?
Тихонько скрипнул пол.
«Бывает», - мужественно и с вызовом подумала я. – Дом старый, вот и скрипит.
Легкие, почти неслышные шаги приближались к моей кровати.
Мое не самое смелое сердце, только несколько мгновений назад вернувшееся на место, снова стало карабкаться вверх и истерично стучать о ребра: «Выпусти меня немедленно!».
Да я и сама была готова сорваться и рвануть из комнаты, но …. кто-то осторожно присел на кровать, немного натянув одеяло.
Лампочка замигала, готовая вот-вот потухнуть, но удержалась, не погасла.
Пока я выбирала между «заорать и ждать помощи» и «проскочить мимо того, что расселось на моей кровати», подоспел и третий вариант.
«Лежать, как лежу».
Если рассуждать трезво (а я трезва) и судить здраво (а я в своем уме и твердой памяти), нынешняя картина не заслуживала моих воплей и панического бегства.
Я в спальне совершенно одна, мирно лежу в своей постели, в комнате светло и, вроде бы нет причин бояться.
Но, это только на первый взгляд.
Ведь кто-то же сидит у меня в ногах. Или нет?
Ответ на этот вопрос не заставил себя ждать. Кровать скрипнула, одеяло обмякло, легкие шаги прошелестели в угол.
Я немного полежала, прислушиваясь, затем выключила свет и закрыла глаза. Думала, что сон сегодня не для меня, но когда проснулась, было совсем светло.
-Ты её видела? - спросила мама, когда я, умывшись и приведя себя в порядок, заявилась в кухню, ведомая запахом свежих булочек с корицей.
-Кого?
-Женщину в белом.
-А должна была?
-Все, кто в первый раз в той комнате ночует, обычно видят. Она знакомиться приходит.
-И много таких, кто её видел?
Мама принялась загибать пальцы:
-Я, Лешка, Светка Лисова.
«То есть эту женщину видела мама, папин брат и дочка маминой подруги», - подумала я.
-Ма, это когда они все успели там поспать?
- Милая моя, это у тебя на нас времени нет. А люди нашли, приехали, навестили. Да не дуйся, шучу. Я все понимаю, жизнь такая.
- Ага. Мам, а кто она?
-Говорят, прежняя хозяйка, а правда это или нет, не знаю.
- Ты её не боишься?
- А чего бояться того, чего нет?
- А что случилось с прежней хозяйкой? - спросила я, выбирая булочку порумянее.
- Повесилась.
-Ужас какой, а почему?
- Точно не знаю, соседка рассказывала, что пока муж на заработках был, мадама эта тут гуляла по-черному с чужими мужьями. Кто-то из обманутых жен сделал порчу. За что купила, за то и продаю, - закончила мама и поставила передо мной огромную чашку сладкого чая.
Я гостила у родителей еще целую неделю, но женщина в белом ко мне не приходила.
Возможно потому, что я больше не спала с закрытой дверью, а открытая дверь полностью закрывала пустой угол.
Месяца через три, вероятно устав от одиночества, женщина стала появляться в углу родительской спальни. Батюшку приглашали, святой водой брызгали, службы в церкви заказывали.
Но хозяйка свой дом так и не покинула.