Двенадцатая Дверь

Глава третья. Королевский бал

Гул на площади не стихал. Рядом с ратушей, где сейчас толпился народ, еще вчера был  возведен деревянный помост, а утром разнесся слух о том, что сама королева Вероника явит свой лик жителям столицы. Ее величество лишь несколько дней назад вернулась из своего путешествия. Теперь она была обручена с принцем крошечного королевства, которое граничило с ее собственным. Свадьба должна была состояться через шесть месяцев. Ходили слухи о том, что это не единственные грядущие изменения. Горожане жаждали новостей.

Лина тоже была среди толпы, когда в воздухе наконец зазвучал сигнал клаксона и на площадь выкатил открытый паровой автомобиль. На заднем сиденье восседала королева Вероника в голубом платье и с белым зонтом над головой. Позади автомобиля чинно двигался отряд конной офицерской гвардии. А вот королевских магов не было видно.

Королева улыбнулась и подняла руку в приветственном жесте. Площадь взорвалась овациями.

«Она кажется такой крошечной», — подумала Лина, когда Вероника взошла на помост. Королева и впрямь была невысокой и, пожалуй, полноватой. Но держалась она с непередаваемым достоинством, а на ее темноволосой голове сияла алмазная тиара, и Лину переполнял почти благоговейный трепет.

Восторженные возгласы и аплодисменты стихли нескоро. Королева улыбалась и не призывала к порядку, словно ей было по сердцу ликование толпы. Однако, когда Вероника наконец заговорила, на площади воцарилась тишина, и каждый зевака обратился во слух.

Королева говорила недолго. Она поблагодарила свой народ за любовь и поддержку, подтвердила вести о том, что все проведенные за последние месяцы переговоры были удачными. Наконец, она коснулась и той темы, которая волновала Лину больше всего.

— Мы идем дорогой перемен, — сказала Вероника. — Мы желаем с благословением Высших Сил и помощью наших возлюбленных подданных построить государство, в котором каждый сможет найти свой путь к счастью. Не будем более полагаться на силу чудес, но лишь на самих себя.

Губы Лины дрогнули в улыбке. Она надвинула капюшон своего зеленого плаща сильнее на лицо. Удивляться было нечему. Последние пять лет вся внутренняя политика Вероники была направлена на ослабление ролей всех магических орденов, за исключением того, что напрямую подчинялся короне. К тому же, небывалую власть в государстве обрел парламент, а точнее стоящий за ним лорд-канцлер. Магия точно засыпала в королевстве. Гильдия Мастеров, бывшая в своем блеске всего двадцать лет назад, была практически разорена.

— Люди нашего королевства — наше сокровище, — продолжала Вероника. — И для защиты нашего народа от любых притеснений мы готовы упразднить все опасности.

Зазвучали одобрительные крики. Все же, королева произнесла прекрасную речь. Это были мудрые, правильные слова, но что они таили за собой? Лина выдохнула, отвернулась от помоста и пошла прочь. За ее спиной толпа чествовала королеву.

Солнце светило ясно, когда Лина свернула на Каменную аллею. Легко шагая, девушка кивнула соседке-птичнице, которая заканчивала кормить своих цыплят, и взбежала вверх по ступенькам в дом Гильдии.

Клара хлопотала в столовой «Таверны», когда Лина вошла. Ее доброе усыпанное веснушками лицо раскраснелось от жара очага.

— О, это ты, Лина! Где же ты была?

— На площади, — отозвалась Лина, стягивая перчатки. — Слушала нашу королеву.

— Что-нибудь интересное?

— Ничего нового. Кажется, магия не в чести.

— У королевы Вероники всегда были какие-то предубеждения по отношению к магическим орденам, — заметил Гидеон. Он сидел у окна, и Лина не сразу его заметила. — Видимо, все дело в жажде власти. Монархия хочет укрепиться.

— Монархия в нашей стране существует испокон веков, — сказала Лина, наполняя небольшой тазик водой из кувшина. Она ополоснула руки и взяла полотенце.

— К тому же, сейчас королева правит лишь номинально, — прибавила Клара.

Гидеон покачал головой.

— Как сказать. Популярность ее велика.

Девушки переглянулись, но не стали спорить. Они знали, что Гидеон умен не по годам, благодаря этому он и возглавил Гильдию в юном возрасте. Теперь ему было двадцать пять, и Лина поклясться была готова в том, что он не уделял простым и бесхитростным развлечениям ни минуты своего времени. Большую часть времени Гидеон проводил, уткнувшись в книгу.

Тем временем на дубовом столе появились кувшины с вином и водой, хлеб, сливочное масло, тарелки и вилки. Лина доставала из печи дымящееся жаркое, когда Клара воззвала зычным голосом:

— Обед!

И минуты не прошло, как раздался звук быстрых тяжелых шагов, и на лестнице появился Кай.

— Наконец-то! Какой запах…

— Присаживайся, Кай, — сказала Клара приветливо. — Сейчас я дам твою порцию…

— Пусть это будет большая порция.

— Порция будет королевской, — сказала Лина, и ее глаза вспыхнули лукавым огоньком. — Смотри, и талия у тебя скоро будет как у нашей королевы.

— Какая же ты злая женщина, — протянул Кай. Он с нежностью взглянул на тарелку, которую перед ним поставила Клара. — В любом случае я красивее ее величества.

— А вот с такими словами будь осторожнее. Как бы тебя не арестовали за оскорбление королевской чести, — посоветовал Гидеон. Он отложил записную книжку, в которой делал заметки, и занял свое привычное место во главе стола.

— Рон, Эрик, Алия! — крикнула Клара. — Обедать пора!

— Эрика и Алии нет здесь, — сообщил Гидеон. — Они с раннего утра куда-то ушли.

— А, все понятно, — пропела Клара. — Романтичные прогулки…

— Я не буду вести себя как идиот, когда объявят о моей помолвке, — заявил Кай.

— Не беспокойся, Кай, — невозмутимо заметил Гидеон. — У тебя и повода такого не будет.

Рассмеялись все, даже Кай. Рон наконец спустился в столовую. Волосы его были всклокочены, точно он только что встал с кровати.

— Всем приятного аппетита, — пожелал он и занял место рядом с Каем.