О Добродетелях

Глава Первая – Сэр Книголюб

Сэр Книголюб из Силондии встретил то утро в замечательном расположении духа – с чашей вина и отличным завтраком из пары жареных цыплят. Рыцарь навестил своего коня, потренировался с оруженосцем и направился в главный зал, где Благородная Леди должна была первым его принять. Сэр Книголюб ещё не успел о ней разузнать, да и, честно говоря, ему было совершенно всё равно, как выглядит и о чём думает предполагаемая невеста. Свадьба (и, соответственно, жена) казалась рыцарю из Силондии той же наградой, тем же трофеем, который дивно бы смотрелся у его камина. Мнение распространённое – особенно среди столь далёких от дворцовых интриг и знойных романов вояк.

В главный зал Сэр Книголюб зашёл ровно в означенное время, а скучающее лицо Благородной Леди принял за обычное настроение мэлорских дворянок. Вокруг неё носились служанки и советники (улыбки вторых вояке не понравились), а до помоста с креслом лорда, отчасти похожего на трон, было расстелено длинное зелёное полотно.

Сэр Книголюб дождался, пока суета поутихнет, подошёл поближе и опустился на одно колено пред креслом лорда. Самой его хозяйке рыцарь уделил один взгляд – короткий и лишь подтверждающий: «да, я пришёл, куда необходимо».

– А, вы один из рыцарей, что прибыли вчера вечером? – отвлеклась от советников Благородная Леди. Её юный голос наполнил сердце Сэра Книголюба больше отеческой, чем страстной любовью. – Из Силондии? Вы, все, оставьте меня.

Разношёрстная чернь и знать тотчас же пропали – правда, некоторые с примечательно злыми взорами.

– Да, из Силондии, – гордо и кратко ответил вояка. – Услышал о ваших бедах. Пришёл просить вашей руки.

– Моей руки? Занятно, занятно… – тут я попрошу обратить внимание, что рыцари вроде Сэра Книголюба редко замечают насмешку, особенно из женских уст. – Конечно, у нас в Мэлоре не раз случалось, что знатные дамы венчались с низкородными рыцарями, чтобы сохранить свою власть и фамилию, но отчего сие должно произойти в этот раз? Что вы можете предложить за мою руку в наше тяжёлое время?

– Предложить? – ранее вояка из Силондии даже не задумывался о сложности подобного завоевания. – Я буду сражаться за вас, защищать вас, никогда не отступлю, пока не остановлю всех окружающих вас злодеев.

– То же пытаются делать и мои солдаты. Если это всё, то вы можете идти…

– Но я принёс дары, – Сэр Книголюб действительно не понимал, почему эта девчонка так дерзко и твёрдо ему отказывает. Может, все высокородные дамы такие? Или эта лишь чем-то больна?

Благородная Леди плотно закрыла рот и заметно дрогнула.

– И что это, книги? – всё-таки не удержалась она от усмешки. – Их у меня предостаточно.

– Нет, не книги, – обескураженно ответил Сэр Книголюб, и тут с его языка впервые за день посыпались слова. – И почему должны быть книги, миледи? Нас, силондцев, разумеется, всё время вяжут с любопытством и сказками, но ведь не все же мы одинаковы! Я книг отродясь не читал, на войнах и поединках сражался; мои отец и мать в полях работали, честно и без всяких лишних буков, однако в них тоже отчего-то чужеземцы грамоту лишнюю искали.

– О, а это уже интересно, – звонко засмеялась Благородная Леди, вновь подарив вояке надежду. – А и не понять, каковы вы, прежде чем рот истинно открыли.

– Но вы не подумайте, что я родину свою не люблю, – продолжал растерянно бормотать Сэр Книголюб. – Хотите, мы с вами прогуляемся у легендарных солнечных часов, длиною с башню, поглядим на глыбу, что сталь и железо к себе тянет. А ещё горы наши, горы-то – не всё же в книги глаза опускать, надо же и мир смотреть, с людьми болтать.

Сей словесный поток Сэр Книголюб считал донельзя соблазнительным и премного удивлялся, что дева так и не может прекратить хохотать. «Безумна, точно безумна – другого и быть не может», – думал рыцарь из Силондии, всю жизнь проведший среди деревенской и солдатской простоты. Наконец, пытка закончилась: Благородная Леди отсмеялась, взмахнула рукой и с почтением сказала:

– Спасибо за замечательный рассказ, сэр рыцарь: мне было очень приятно выслушать ваши слова. Однако прошу, оставьте мечты о моей руке: им, к сожалению, не суждено сбыться. Если хотите, вы можете на время остаться в замке, но попрошу не мешать ни мне, ни моим делам, хорошо?

Сэр Книголюб поднялся, неловко улыбнулся и крикнул оруженосцу, что пора внести дары. В ответ Благородная Леди только приказала положить короб в её комнату и пообещала позже с удовольствием его открыть. Разумеется, прямодушный вояка принял добрые слова за чистую монету и ушёл из зала с лёгким сердцем и воистину завидной уверенностью, что подобные дела всегда сложно начинаются.

О, он был уверен, что девчонка уже почти что в него влюблена – лишь стесняется перед прислугой и советниками. Все мэлорские дамы обожают подвиги – нужно только совершить один, великий и достойный. Вот в размышлениях о том, как отыскать шанс для этого подвига, Сэр Книголюб просидел вплоть до самого вечера, пока его скамью миновали остальные гости, входящие в главный зал Замка.

Закончить эту главу мне бы хотелось одной расхожей среди наших мудрецов фразой: «Прямодушию и храбрости найдётся место в городах и на полях сражений, но уж точно не во дворцах».