Последний Тёмный

Глава 10.2 . Сестры и братья

В то время как Доминик Бромель привыкал к мысли, что наглый мальчишка теперь станет их союзником, Медея Орха, Белая Гадалка, была вынуждена пересмотреть свои старые цели. Ей нужно было лишь один раз взглянуть на Дольхен, чтобы, как и Эльгерент, понять, как сильно она ошибалась насчёт Лукреция. Нет, он не был Дуаном. В нём текла кровь Предателя. Только он умел так управлять энергиями, как это делал Лука. "Должно быть, молодой Горгенштей поглотил чью-то жизнь, раз перестал контролировать себя. Не справился с увеличивающимися силами. Ним был таким же. Всегда... приносил много хлопот".

Медее было пятнадцать лет, когда Геката, тёмная Богиня, избрала девушку. Орха стала первой её служанкой и ученицей. И эта роль полностью удовлетворяла девушку, но ровно до тех пор, пока она не познакомилась с тремя избранными ею мужчинами. Не слугами и учениками. Возлюбленными. Сколь велики были ревность и разочарование Медеи, когда она поняла, что для Богиня гораздо более благоволила Рейту, Махрану и Иерониму, нежели ей! Но она бы смирилась с этим, если бы видела, что они достойны этого. Но... эта троица не была достойна своей богини. Никто из них.

Махран Фарух. Темноволосый, смуглолицый, он всегда держался в стороне. Не вступал в споры, не пытался ничего добиться. Равнодушный и ленивый, он даже о Богине говорил без должного восхищения, относясь к своему статусу как к должному. Единственное, что его радовало, это его зверьки. Любимицей конечно была Лейла, огненная лисица. Удивительно, что когда он в один прекрасный день он пропал, он не забрал Лейлу с собой, а отдал её Медее. Было ли это признанием того, что он ценил юную ведьм и заботился о ней? Кто знает. Никто не мог догадаться, что было на душе Махрана.

Рейт Дуан был полной противоположностью южанина, как внешне, так и характером. Владыка мёртвых был на удивление жизнерадостным, хоть и вспыльчивым человеком. В него постоянно влюблялись женщины, и Медея не избежала этой судьбы, но поняв, что она никогда не станет для Дуана особенной, она первой бросила его. Впрочем, об их ребёнке он заботился, как и о многочисленных других своих детях. Он был плохим мужем, но отличным отцом. Ирония судьбы, что именно один из его детей и погубил Рейта Дуана.

Иероноим Тимей казался наиболее достойным человеком из трёх тёмных магов. Он был благороден, умён и искренен в своей любви к Богине. Даже более, чем это требовалось. Иероним даже не глядел на смертных женщин, хотя Богиня и не требовала от своих сынов и возлюбленных подобной верности.

Вот только Иероним Тимей не хотел делить свою Богиню с другими мужчинами. Он совершил ошибку, увидев в ней обычную женщину, забыв, что она была лишь воплощением Тьмы, силы, не способной на обычную человеческую любовь. Но поняв, что Геката никогда не будет только его, возненавидел своё служение и отказался от Богини. Обманутый мужчина. Предатель, использующий тьму против своих братьев и сестёр. Человек, создавший организацию, в чьих силах было уничтожить всех тёмных.

Все они потеряли Богиню из-за Иеронима. Медее Орхе было за что ненавидеть и бояться Предателя. Ведь если он вернётся, то это станет концом для немногих выживших тёмных родов.

Лукреций Горгенштейн, возможно последний истинный тёмный, мог быть их спасителем. А мог быть и угрозой, подобно своему предку, Иерониму Тимею. В любом случае, стоило бы подумать, как верно использовать то, что она узнала о Луке. Изначально Медея предполагала привлечь мальчишку на свою сторону. Но тёмные маги высокомерны и эгоистичны, их сложно контролировать. Нужна была веская причина для того, что Лукреций не только встал на сторону ведьм, но и выступил против церковников. И Медея решила дать эту причину. Мальчишка на собственной шкуре был должен почувствовать, сколь жестоки и беспощадны их враги. И тогда, только тогда, напитавшись яростью и жаждой мести, он смог бы стать тем, кто заставил бы жалких смертных вспомнить о могуществе последователей тёмной Богини.

"Лишь немного подтолкнуть Лукреция Горгенштейна, и он уничтожит в своей ненависти этот город. Всех этих глупых и жестоких людишек. А вместе с ними и Эльгерента, убийцу моей Маргариты. О-о-о, искушение слишком велико".

Задумчивая улыбка бродила по полным губам Белой, делая её почти красивой.

- Равель, - негромко сказала она мужчине, сжимавшему ведьму в объятиях так, как будто он боялся её потерять. - Растопи камин.

- Летом? Если вам холодно, я мог бы согреть вас иначе, госпожа, - жарко прошептал ей на ухо воин.

Медея ловко вывернулась из рук воина и одарила его ещё одной улыбкой. Взгляд её оценивающе заскользил по сильному поджарому телу мужчины. Ещё один потомок Иеронима Тимея. К сожалению, в отличии от Луки, не маг. Но это не означало, что его нельзя использовать.

- Пожалуй, мне нравится твоя идея, но давай осуществим её позже? К нам скоро присоединится гость.

- Лукреций?

- Нет, другой твой брат. Августин обещал помочь мне.

Равель не смог скрыть своей ревности от внимательных тёмных глаз ведьмы.