Невеста Оборотня 

Глава I Часть 1.3

“Что-то не так, Олли?” — совсем не тот вопрос, который я мечтала услышать в конце первого свидания. По крайней мере, в своих мечтах.

Да и сама встреча, как мне казалось, должна была пройти иначе: романтическая прогулка по берегу Русалочьего озера, трепет и смущение двух юных сердец, долгие и задушевные беседы...

На самом деле то, что произошло между мной и Фейном, трудно назвать чистым и невинным общением.

Но проблема была в другом...

Возможно, я была бы счастлива. Возможно, мне бы даже понравилось такое развитие событий.

Если бы на месте Фейна был ОН.

Молодой мужчина из моих сновидений.

Невероятный.

Демонически красивый.

Хотя внешность совсем не тот крючок, на который меня можно было бы зацепить.

Из своих снов я запомнила выражение глаз моего неведомого возлюбленного: взгляд раненого зверя и обиженного ребёнка; воплощение порока и невинности; нежности и страсти.

Разве может всё это сочетаться в одном человеке?

Не уверена.

У меня появилось гадкое чувство, как будто я предавала своего то ли выдуманного, то ли вымечтанного любовника, когда позволяла Фейну ласкать меня.

— Прости, я… Я не готова… Мы просто друзья, Фейн, извини.

— Я тебе не нравлюсь?

— Не говори так! Ты мой лучший друг.

— Я не хочу быть просто твоим другом, Олли. Мне важно всё время находиться рядом, оберегать и защищать тебя, — прошептал Охотник, перебирая мои волосы красивыми длинными пальцами…

— Послушай, — я попыталась отстраниться от его объятий. Моя нагота смущала меня всё больше. Я отвернулась. Мне пришлось подобрать медвежью шкуру с соломенного матраса и обернуться в неё. — Всё это очень странно. Какое-то наваждение. Мы же с тобой никогда не испытывали друг к другу ничего подобного. Тебе не кажется, что у нас помутнение рассудка? Отношения должны развиваться постепенно. Люди не влюбляются друг в друга за одну секунду. А мы с тобой знаем друг друга почти с пелёнок…

— Тсс, — Фейн приложил палец к моим губам. — С чего ты взяла, что всё началось только сейчас? Я люблю тебя уже много лет, с самого детства.

— Ты никогда не говорил об этом.

— Сейчас говорю. Вдруг сегодня меня разорвут оборотни, а я не успею сказать тебе самые важные слова в жизни.

— Зорски, прекрати. Сейчас не лучшее время. Нам нужно идти на площадь. Кроме того, тётя Эйши или Саманта могут зайти в любой момент. Что они подумают? Давай, поговорим об этом позже, хорошо?

— Конечно, милая, — улыбнулся Фейн, притягивая меня к себе и целуя в губы. — Как скажешь.

***

Домик тёти Эйши и дяди Орни, утопленный в невысоких раскидистых деревьях старинного сада, стоял на самом краю обрывистого оврага. Из крошечного круглого окна на втором этаже открывался потрясающий вид на Русалочье озеро и Вервольфский лес.

Для тех, кто не знал, какие опасности он в себе таил, наше поселение могло показаться лучшим местом на земле.

Как и Армария.

Как и Мортум.

Все три деревни Приграничья располагались совсем близко друг от друга, но непосредственно с Проклятым лесом соприкасалась только Альдея, или деревня Охотников, как её ещё называли.

Сотни лет альдейцы сражались с оборотнями, обитающими в дремучем лесу, раскинувшемся на самой границе Шеньского королевства.

Никто в мире не ведал об этих тварях больше нас.

Каждый Охотник с ранних лет понимал разницу между двумя породами оборотней: урожденными и обращенными. Первые представляли для нас наибольшую опасность.

В отличие от своих обращённых собратьев, они контролировали жажду человеческой плоти и крови. Почти все урожденные вервольфы были аристократами в своём тёмном мире и относились к обращенным как к презренным рабам, которыми они, по сути, и являлись.

За многие сотни лет у Охотников выработался иммунитет к яду волчекровых чудовищ, это означало, что альдейцы не превращались в оборотней после укуса, обращённых в дни полной луны.

Правда, монстры могли разорвать Охотников, если последние забывали вооружиться, как это случилось с моими родителями. Но такое происходило крайне редко.

Для всех остальных встреча с оборотнем всегда заканчивалась фатально: укушенный либо погибал от полученных ран, либо сам становился оборотнем, если его укусили во время полной луны.

Обращенные монстры влачили жалкое существование: их использовали как рабов, воинов или наложников. Сознание обращенных деформировалось — большинство из них ничего не помнило о своём прошлом и становились болезненно зависимыми от вервольфов-аристократов.

Последние, кстати, никогда не выходили на охоту и почти не покидали пределов Вервольфского царства; в этом не было необходимости: всю грязную работу выполняли обращённые: именно они чаще всего нападали на людей, обеспечивая своих хозяев новыми солдатами и слугами.