Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

ГЛАВА 15 – Золотостенный Альнаар

Сердцем Альнаара была Золотая гора – так назывался холм, на котором расположился императорский дворец. Огромный, ослепляющий золотом и мраморной белизной, он был окружен двойной толстой стеной и рвом. Никто и ничто не могло войти или выйти из него без ведома стражи. Дворец фактически был неприступной крепостью, сразу за его стенами располагались дома вельмож, улицы здесь мостились из белого камня, золоченые фонтаны и статуи в высоких нишах услаждали взор. Это был закрытый город привилегированного сословия. Но настоящий Альнаар был не здесь, а чуть ниже – ближе к заливу. Здесь раскинулись дома купцов, ремесленников, ростовщиков, мелких торговцев, простых рыбаков. Верейская речь здесь переплеталась с двадцатью различными языками и наречиями. Стояла суета и пыль, смех и звон чарок, по грязным улицам бегали босоногие мальчишки, лаяли собаки, мясник разделывал свежезабитого поросенка, тут же нищие в лохмотьях протягивали свои костлявые руки прохожим, прося милостыню, но на них уже замахивался палкой городовой. Настоящий Альнаар гудел, звенел и задыхался от дыма. Торговые корабли один за другим заходили в порт, и вот уже по широкому трапу тянулась вереница из работяг, груженных тяжелыми мешками и бочками. Иногда кто-то из них останавливался, чтобы протереть запачканное сажей и мокрое от пота лицо, и тут же замирал в благоговейном трепете – там высоко, над всей этой суетой и грязью немым божеством белел Дворец. Таким представал золотостенный огненный Альнаар – величественная столица грозной Империи Драконов Но стоило отъехать от толстых стен города всего на несколько миль к востоку, как путник встречал на дороге указатель -перечеркнутый красной краской дом, и испуганно поворачивал лошадь в другую сторону. Гиблое место, спрятанное ото всех, не отмеченное ни на одной карте, это был Город Скорби. Сюда отправляли всех безнадежно больных: туберкулезом, проказой и другими заразными болезнями, для которых человечество не придумало лекарств. Это было место, в котором только умирали, но никто никогда не рождался. Сразу за Городом Скорби раскинулся густой лес, в самой его чаще стояла заброшенная, поросшая мхом и плющом сторожевая башня времен первых Наттеньеров. Как только опустилась ночь и появился на небе месяц, к этой башне подкрался мужчина, закутанный в плащ, он постоял какое-то время, обернулся по сторонам, прислушался – все было тихо. Тогда он достал из-за пазухи что-то похожее на круглый резной медальон, приложил его к одному выпирающему в стене камню, и в то же мгновение камни стали расступаться до тех пор, пока не образовали небольшой проход, в его глубину и прошел мужчина. Его взору открылся пустой заброшенный погреб, он подошел к противоположной стене, снова приложил медальон к нужному месту и прошел в следующий тайный проход. Таких манипуляций нужно было проделать пять раз, каждая новая комната была ниже предыдущей, и вот перед последней железной дверью мужчина вынул уже другой медальон, приложил к месту, где обычно располагается скважина, что-то щелкнуло, завертелось и дверь широко распахнулась. Эта была большая подземная комната, стены и своды ее были обмазаны цементом, свисало множество ламп и светильников, за большим столом, заваленном свертками и чертежами сидели три человека. По одежде и манере держаться можно было сразу догадаться, что это были представители высшей знати. Здесь находился герцоги Гасс и Мельдаль – могущественные вассалы Восточной провинции, и маркиз Анжери, владевший обширными землями на юге и западе. Все трое, были крепкими мужчинами слегка за сорок. Заметив вошедшего человека, они разом обернулись.

– Не беспокойтесь, это я! – мужчина снял плащ и показал лицо.

– Бертольд! Опаздываешь!

– Прошу прощения, господа! Пришлось сделать несколько кругов прежде, чем убедиться, что за мной нет слежки.

Опоздавший мужчина был графом Бертольдом Офербахом, он сел в одно из кресел и повернул голову туда, куда смотрели остальные его товарищи. Это была стена, занавешенная черной бархатной портьерой, возле которой стоял Лукас, одетый так же в черное, поэтому поначалу не заметный.

– Все в сборе, Лукас, – сказал герцог Гасс, – а теперь объясни нам, что происходит? Что натворил твой кузен? Кузен, на которого мы все ставили, как на будущего императора и нашего союзника.

– Казнены самые знатные семьи Северной провинции! – перебил его маркиз Анжери, нервно дергая свою коротенькую бородку. – Их семьи лишены всего и причислены к низшему сословию.

– Какой позор!

– Это ужасно! Рагнар, кажется, забыл, кому он обязан своему такому долгому царствованию – нам! Семьям, на которых и держится эта монархия!

Граф Офербах в волнении поднялся со своего места.

– Ты обещал нам стабильности и лояльного императора на троне, Лукас, – сказал он, и голос его зазвенел. – А что мы получаем? Лейв устранен, знатные семьи – наши союзники перебиты, и я слышал, что наследником объявлен Кольбейн – младший Наттеньер.

При этой новости остальные трое мужчин вскочили на ноги.

– Только не этот фанатик! – завопил герцог Гасс. – Его должен был уничтожить Лейв, а вместо этого он становится наследником! Что вообще происходит?!

– Это кошмар! – визжал маркиз Анжери – Кольбейн превратит Империю в один огромный военный арсенал, а всех нас сделает нищими! Нужно немедленно избавиться от него!

Лукас не разделял паники товарищей и все так же неподвижно стоял возле портьеры.

– Успокойтесь, господа, – наконец произнес он, – просто вы ошиблись. Вы поставили на лошадь, а она оказалась дохлой. Лейв никогда не отличался большим умом, но, даже имея все карты на руках, этот олух не сумел ими правильно воспользоваться и проиграл. Что было проще, чем убить Кольбейна в родовом поместье, но он даже этого не смог сделать.