Мечта для мага

52. Лиззи Ларчинская

***

В амуницию и костюм Ларчи я одеваться могла и сама - это мы со Степаном предусмотрели с самого начала. Потому как только платье было помещено в шкаф, я отпустила служанку, чтобы успокоить свои мысли и чувства и попытаться подумать.

Размышляла я недолго. Сомнений не оставалось - князь хочет отдать меня замуж за своего сына, и мезальянс его не пугает. Почему тогда пугает меня? Пугает и мезальянс, и сам Вольдемар?

Княжич весь вечер сидел и молчал, смотрел на меня. Что значили эти взгляды? Присматривался хорошенькая я или нет? Смогу нарожать маленьких графов или не смогу? Или оценивал, буду ли и дальше заниматься механикой на благо семьи Делегардовых?

За этими мыслями я даже не заметила, как вышла из особняка графа на стылый двор. Резкий ветер почувствовался лишь как неудобство, а темнота, что по ранней зиме, была глубокой, словно колодец, мне не мешала - я знала тропку к общежитию уже наизусть.

В этой пугающей до отвращения ситуации был один плюс. Маленький, совсем небольшой: всё же Вольдемар предложения мне не сделал. И мне не пришлось в истерическом состоянии придумывать поводы для отказа, говорить трудные и ненужные слова, объясняться впопыхах и без подготовки. Как успокоюсь, на холодную голову подумаю над аргументами, логичными и стройными, над формулировками, над своей позицией - эти аристократы такие чувствительные, да и благодетеля нельзя обидеть.

И сразу стало как-то спокойнее. Я даже облегчённо вздохнула.

- Ну что, Лиззи? Бегала перед молодым князем хвостом вертеть? - вдруг раздался пробирающий до костей голос где-то сбоку, совсем рядом. И сердце вновь провалилось в желудок - это был голос Зуртамского.

- Степан! - паника прорвалась визгливыми нотами в голосе, я заозиралась, выискивая его.

- Иду, Хозяй! - задыхающийся голос моего верного няньки был ещё далеко, но ужас отступил, хотя тревога всё ещё схватывала горло .

- Не подходи ко мне, Зуртамский, - проговорила тихо, почти шёпотом. Как это выглядело со стороны - девчонка в одежде парня, что разговаривает с темнотой, я не знаю. Наверное, дико. И я разрешила себе считать этот шёпот не робким, а зловещим. - Помни, староста, ты молчишь, и я молчу.

Мне не ответили, но в стылом воздухе уже был слышен скрип гравия под сапогами бегущего человека, моего Степана. Я шумно выдохнула и сделала два осторожных шага навстречу звукам. Вдруг в памяти всплыла фраза про договоримся - так Зуртамский говорил, когда делал мне своё дурацкое предложение. Я скривилась от неприятного воспоминания. Какой же он гад!

Неожиданно тёплая струйка воздуха вдруг  легко коснулась моей шеи. От неожиданности, от странности этого ощущения у меня полностью отключился разум, меня будто подстегнуло первобытным, инстинктивным ужасом, и я бросилась бежать навстречу Степану.