Шёпот твоего сердца 

**6

С того дня, началась моя другая жизнь, в которой был замечательный мужчина, заботившийся обо мне и ребенке. Правда, мне приходилось частенько краснеть от его личных вопросов, но это была такая малость, что прощала ему всё, наслаждалась близостью.

Александр Данилович штудировал книги и сайты по беременности чуть ли не круглосуточно. В обед мы сидели за столиком в столовой, где он не просто спрашивал о самочувствии, а рассуждал о том, что успел прочитать. Например, испытываю ли я изжогу и какие продукты ем, отекают ли ноги и какую обувь лучше в такое время носить, нет ли у меня головокружений и не слишком ли резко я встаю с кровати, удобный ли у меня рабочий стул и ещё «сто тыщ миллион» вопросов. Мне иногда казалось, что он знает о беременности больше, чем я сама, штудируя по ночам форумы для беременных мамочек.

Каждое утро меня будили смс-ки с пожеланиями доброго утра, а засыпала с пожеланиями приятных снов мне и малышу. После работы мы обязательно прогуливались в парке, чтобы расслабиться и отдохнуть, потом заезжали в магазин, где моя корзина тщательно контролировалась на наличие полезных продуктов, и только после этого неугомонный папаша отвозил меня домой.

Записалась на йогу для беременных, посещая её в рабочее время, на что моя начальница только согласно кивала, говоря, что это полезно и безропотно отпуская на занятия. Малыш стал очень активным, и я постоянно его ощущала, а после каждого обеда мужчина утаскивал меня к себе в кабинет и тоже общался с пузожителем, гладя мой живот и разговаривая с ним.

В выходные меня не оставляли одну и по субботам я стала посещать то ресторан с живой музыкой, то концерт под открытым небом, то выступления артистов на праздниках, что начали проводить из-за закрытия концертно-театрального официального сезона. Если бы работали театры, то думаю меня бы водили и в театр, потому как главный аргумент «ребенок все слышит и надо развивать его слух» был очень весом. Понимала, что если малыш пойдет «в меня», то со слухом и голосом у него проблем не будет и смиренно соглашалась.

Самым сложным был для меня момент, когда Александр Данилович пытался выяснить, испытываю ли я повышенное сексуальное желание, что происходит у многих будущих мамочек на этом сроке. Я краснела и отбрыкивалась от ответов. Какое желание? У меня секс был в последний раз, когда ребенка заделали – в новогоднюю ночь. Сейчас я периодически вспоминала её, мечтая никогда о таком не забывать и понимая, что лучше его уже никого не найду, а хуже - как-то не хочется.

Бандаж, что давно прикупил мне Александр Данилович, начала носить постоянно, продолжая пить витамины, но особых недомоганий не было. Конечно, мужчина просил его вне работы называть Сашей, но я старалась как можно меньше это делать, чтобы не привыкать. Всё же я помнила, что у него есть беременная невеста, пусть и далеко, но скоро вернется и наши отношения придется урезать по времени.

Седьмой месяц, он же начало последнего триместра начался абсолютно спокойно. Я попросила Раису Максимовну, своего непосредственного начальника, не отправлять меня в декрет. Она понятливо покивала и оставила всё как есть, накинув от себя премию.

Внушительный размер моего живота не обсудил только слепой, особенно подключив сюда внимание Александра Даниловича, которое он ничуть не скрывал. Начальница сначала игнорировала ситуацию, а потом подошла ко мне за разъяснениями.

- Софьюшка, ну, ты же понимаешь, что мне нужны объяснения?

Пришлось сознаться и рассказать (писала в планшете, конечно же!) про невесту и её отношение к директору. А также, что он хочет быть идеальным отцом и тренируется на мне, так как я всегда под рукой и срок у меня такой же. Можно было легко догадаться, что рейтинг Настеньки упадёт ниже плинтуса, а Сашенька станет в глазах всей женской половины коллектива идеалом, которого все жалели и откровенно сочувствовали. Мужчины-коллеги только плечами пожимали на это – ну, хочет, ну, и ладно!

Боялась, что на меня может лечь гнев коллектива за то, что забираю внимание любимого директора на себя, но этого не случилось. Начальница уже давно всем разболтала, что меня, такую замечательную, бросил парень, так как оказался трусом и недомужиком. При этом она искоса поглядывала на всех мужчин поблизости, и все поджимали хвосты и втягивали головы в плечи, словно лично были виноваты в моём одиночестве. А что? Спорить с бухгалтером нельзя!

Про мою немоту знали все, как и про то, что в здании работает глухонемая Лена, но её шедевры видел и пробовал каждый, а я тихо сидела в бухгалтерии и перебирала бумажки. Не настолько знаменита была до того, как на меня обратил внимание Александр Данилович. Зато теперь я сплетня номер два после любимого директора с его невестой.

Коляску и комод с пеленальным столиком для малыша я приобретала уже не одна. Мебель была тщательно изучена моим главным консультантом-специалистом и потом установлена у меня дома. Это будет звучать странно, но у Саши была запасная связка ключей от моей квартиры на предмет «вдруг что-то случится!» Не могла я ему в таком отказать, когда сама купалась в лучах внимания и заботы. Кроватку, кстати, уже мной купленную, одобрил, а то заставил бы сдать обратно! Так с несколькими вещами, что я купила для ребенка поступил и я не знала стоит ли на него сердиться за это?

Мой ведущий беременность врач, считал Александра Даниловича отцом ребёнка, а я молчала. Молчала, потому что не могла сказать ему правду, ведь у него невеста беременная, а я так, непредвиденная случайность. Но я благодарна судьбе за такой поворот – за эту беременность, что сделала меня не одинокой, и за общение с любимым мужчиной. За время, что я с ним общалась – влюблялась всё сильнее, а потом уже поняла, что говорить себе, что он просто нравится – значит врать самой себе.

Малыш был гиперактивным, что немного выматывало и уставать стала в разы сильнее. Добавилась ещё и неуклюжесть из-за большого живота. Спина и поясница отваливались уже к обеду и после него в кабинете директора я продавливала диван, а он наслаждался общением с пузожителем. Ещё из неприятного – стала много раз бегать в туалет, но тут ничего поделать нельзя до самых родов.