Зимний Бал в Северной Академии

Глава 26.1. Зимний бал в Северной Академии.

Когда отец и брат ушли, мне понадобилось время, чтобы прийти в себя, еще раз осмыслить все сказанное и привести в порядок как мысли, так и внешность. Немного успокоившись, я посмотрела на Визардиса.

“Мы в ловушке,” - сказала я другу, и он понимающе крякнул в ответ.

Выбора не было: между семьей и драконами я однозначно стану на сторону отца и брата. Несмотря на обряд обручения с Максимильяном, я все еще Виндер, и всегда ей буду. Впервые я поняла, почему вир Террагон не посвятил меня в планы инквизиторов. Зная, что они собираются навредить магам, я сделала бы все, чтобы помешать, и хитрый дракон это знал.

Но собираются ли они вредить, и можно ли полностью полагаться на слова отца о квартале Аматри? Его могли намеренно накрутить, преувеличив, или что-то умолчать. Ведь так просто придумать жуткую историю о злых драконах, которая сплотит магов и заставит выступить против императора. Я понимала, что кто-то желает свергнуть императора и, используя высокомерие драконов, может нагнетать ситуацию намеренно. Вот только кто займет место драконов и получит власть?

Уничтожить крылатых ящеров мы не можем, только ослабить и заставить жить по нашим правилам. Тот, кто руководит мятежниками, не может не знать, что холод поглотил Арканию без магии драконов. Он не желает их уничтожить; магу нужна власть, а драконы лишь повод ее обрести. Маги, благодарные за спасение от крылатых зверей, признают любого, кто заявит права на трон.

Опасаясь того, что, пользуясь авторитетом отца и прикрываясь его именем, кто-то решил чужими руками свергнуть императора, а потом, сделав Артефа Виндера жертвой драконов, прибрать все к рукам, я сделала то, что определило мой выбор. Доминик предупреждал, что мое имя используют, чтобы отец встал на сторону мятежников и помог сплотить магов.

Похоже, хитрый дракон не ошибся, но вот кому именно выгодно, чтобы север восстал? Кто из магов пожелал чужими руками захватить трон? Кто из магов мог бы быть настолько влиятельным? Я бы подумала на декана, но, судя по словам отца, старый маг желал присвоить академию и собирался договориться с императором.

Никас? Он слишком молод и не имеет столько влияния, чтобы найти сообщников и добывать информацию даже в закрытом квартале. Холеный маг любил красивую жизнь и вполне довольствовался своим местом и окладом в Академии. Других вариантов у меня не было. Слишком многие маги бывали в нашем доме и слишком многие знали отца; зачинщиком мятежа мог оказаться любой из них.

Осталось выяснить, правду ли сказал Крастин о причинах гибели Аматрикс, или это была та самая искра, которую бросили магам, чтобы разжечь огонь недовольства.

Виза, зарывшись в мягкий мех капюшона, тихо бурчал, что в метель его выгнали на улицу, пока я уверенно шагала в сторону преподавательского домика. Допроса дракону не избежать, и от его реакции во многом будет зависеть мое решение.

“Ледышка?” - удивленно спросил Максимильян, быстро втаскивая меня внутрь. - “Вся дрожишь,” - прошептал дракон, крепко прижимая меня к своей груди.

Мужчина зарылся носом в волосы и не желал отпускать, еще крепче прижимая в ответ на мои слабые попытки отстраниться.

“Я с ума схожу, так соскучился по тебе, Ава, подожди еще минуту. Ская нет. Если спросят твои друзья, скажешь, пришла получить инструкции по представлению Визардиса на балу,” - прошептал Максимильян.

“Знаю, Макс, но я хотела кое-что спросить,” - прошептала я в грудь дракону.

Я понимала, что это может быть последний раз, когда вот так инквизитор прижимает меня к себе, и позволила нам обоим насладиться моментом. Пока мой вопрос не разрушил всю близость и нежность, скользящую в голосе Максимильяна. Горячие руки дракона проникли под шубу, и я ощущала каждое движение, даже сквозь ткань своего серебристого платья.

“Один поцелуй, жена, иначе я просто не смогу тебя отпустить,” - тихо сказал дракон.

“Без магии,” - поставила я мужчине условие и подняла голову, подставляя губы для поцелуя.

“Без магии,” - выдохнул он и улыбнулся.

Наклонившись, Максимильян начал целовать меня так, словно знал, что этот поцелуй может оказаться последним. Аккуратно и нежно, а потом жадно и страстно. Я снова таяла в руках дракона, отпуская все волнения и тяжелые мысли.

Наверное, впервые я полностью позволила себе забыть о том, что передо мной инквизитор императора, а я тот самый маг, который может погубить всех драконов. Погубить того самого черного дракона, который заставляет мое сердце биться чаще, а по телу бежать огонь желания. Дракона, чей герб обручальным рисунком красуется на моем предплечье.

“Вы испортите мне весь триумф. Мы опаздываем,” - пробурчал Визардис, недовольно летая над нами.

Макс зарычал и нехотя отстранился. - “Когда-нибудь я вышвырну его на мороз. Но птиц прав, еще немного и мы явимся только к концу бала,” - сказал дракон и пригладил темные волосы.

Судя по изменившемуся взгляду Максимильяна, он наконец-то рассмотрел мой наряд. Бровь инквизитора поползла вверх, и он сложил руки на груди.

“Ты сам сказал, что мне идет серебристый,” - пожала я плечами и, для верности, еще и покрутилась, наслаждаясь своей маленькой, но очень сладкой местью наглому дракону.

Закатив глаза, Максимильян направился к столику и налил нам травяную настойку.

“Ты всё-таки ведьма. Только они такие же мстительные и злопамятные,” - сказал мужчина и, надпив скривился, протягивая мне стакан.

“Прости, мои травы закончились, пришлось немного одолжить тех, что пьет Скай. Не понимаю, кому может нравится эта кислятина,” - сказал дракон и вернул свой стакан на стол.

Отпив, я чуть не подавилась. Это действительно было слишком кисло, от такой концентрации даже скулы свело. - “Это что вообще? Зачем он пьет эту гадость?” - спросила я Макса, и оба стакана отправились в таз с посудой.

“Ками подарила. Мучается, бранится, но пьет,” - скривился Максимильян и хотел спрятать банку, но я перехватила и достала оттуда сушеную траву.