Эффект притяжения

Глава 5.

Дома Анна слушала рассказ Игоря о том, как прошло торжество. Смотрела, как он жестикулирует, пародируя гостей на юбилее. Павла рядом смеялась над шутками отца, и Анна тоже старалась улыбаться, но постоянно промахивалась: то смеялась не к месту, то наоборот, сидела с отсутствующим видом.

Она смотрела на Игоря, но думала о другом мужчине.

Роман Андреевич. Сразу после его заявления об интересе, она закончила ужин и засобиралась домой. Предложение Котова ее подвезти она отвергла и, не обращая внимания на его недовольный вид, вызвала такси. Но когда начальник открыл перед ней дверь подъехавшей машины, а затем сел на переднее пассажирское сиденье, ничего с таким самоуправством сделать не смогла. Так они доехали до ее дома. Он предсказуемо не позволил ей самой расплатиться. Она сухо попрощалась и вышла, весь путь от такси до подъезда чувствуя спиной его взгляд. И даже не оборачиваясь, она знала – на его губах довольная улыбка.

– Устала, – определил Игорь, снова поймав рассеянный взгляд жены. Подхватил ее на руки и под радостные возгласы дочери отнес в спальню.

«Игорь хороший. Игорь хороший», – как мантру твердила себе Анна, чтобы избавиться от мыслей о Котове. Не помогало.

– Игореш, а давай уедем, – вдруг заявила Анна. У нее даже глаза загорелись от этой идеи. – Правда, давай поедем в мой поселок. Знаешь, как нам там будет хорошо! И Павле. Свежий воздух, все просто и спокойно. Бабушка будет счастлива. Зачем нам эта Москва?

– Да ты что?! Переработала? – рассмеялся Игорь. – Какой свежий воздух? У нас и здесь все хорошо. А сколько возможностей будет у Пашки! Я москвич и родные мои все здесь. Какой поселок? Лучше бабушку твою сюда перевезем.

Поймав ее потухший взгляд, нахмурился.

– Давай-ка спать. Что-то ты сегодня сама не своя. Бред какой-то несешь.

Анна долго не могла уснуть. Она смотрела в темноту, а видела темноту в себе. Игорь хороший. А Роман Котов – нет. Он редкостный гад, беспринципный бабник, жестокий, недостойный мужчина. Анна прекрасно это понимала… И продолжала о нем думать.

Последующие дни в офисе Анна держалась настороженно, ожидая от Котова новых попыток сблизиться. Но опять он ее удивил – не только никак не демонстрировал к ней интерес, а напротив, придирался к каждой мелочи и, что называется, «включил большого начальника».

С каждым днем работать становилось все тяжелее, выдерживать невозможного босса – это еще полбеды. Дома тоже обстановка была напряженной. Анна и Игорь все больше отдалялись друг от друга. Котов теперь доставал не только свою секретаршу, но и водителя. Все чаще он выдергивал его на ночь с какими–то непонятными поездками, и Игорь теперь редко ночевал дома. В один из таких вечеров Анна попыталась поговорить с ним о том, чтобы сменить работу, но муж и слышать ничего не захотел.

– Слушай, мне не до капризов твоих сейчас. Это я сутками катаю Котова – то старшего, то младшего. Это мне тяжело. А твоя вся работа – кофе носить. Ты-то чем недовольна?

Он всегда раздражался, если жена говорила о своих тревогах или просила помощи. Анна старалась не обращать внимания на эту черту его характера, как хорошая жена она сглаживала острые углы, привыкла улыбкой маскировать все «запрещенные» эмоции. Но сейчас она чувствовала, что под угрозой их семья, и не могла в очередной раз уйти в молчание. Она задавила чувство вины и продолжила настаивать на своем увольнении. Игорь упрямился еще сильнее, своими словами доводя Анну до слез отчаянья.

– Хватит! Опять хочешь, чтобы я к маме ночевать ушел? Что ты заладила об одном и том же? Еще и истерику включила. Знаешь ведь, как я не люблю все эти слезы и выяснения отношений.

Анна переменилась в лице, исчез виноватый взгляд.

– Я знаю, что ты любишь меня только тихой и красивой. Но я не могу всегда быть такой! Я хочу кричать, хочу злиться, плакать! Да рассмотри ты меня, наконец. Я живая! Не нарисованная… – ее крик перешел в шепот. – Услышь меня…

– Да что с тобой творится в последнее время? Всегда же нормальная была. У тебя опять ПМС, что ли? Все, я ухожу. Вернусь, когда успокоишься.

Он ушел, а Анна почти всю ночь не спала и в офис пришла совсем разбитая.

Роман Андреевич прошел мимо, даже не взглянув на нее. Но вдруг резко остановился.

– Почему вы не встречаете меня улыбкой?

– В смысле? – Анна так растерялась, что не смогла придумать что-то другое, кроме этого глупого вопроса.

– В прямом. Чтобы, когда я вхожу, вы вставали и, улыбаясь, желали мне хорошего дня, – распорядился он и ушел к себе.

Анна осталась недоуменно хлопать глазами. Она смотрела на закрытую дверь минуту, потом резко вскочила и стремительно ворвалась в кабинет. Она и без его причуд была напряжена до предела, и эта выходка стала последней каплей.

– Самодур или женоненавистник?!

– Не понял, – теперь уже Котов недоуменно на нее таращился.

– На что вы обиделись больше? На то, что я назвала вас самодуром или женоненавистником? – зло уточнила она, остановившись напротив его стола и сложив руки на груди.

– С чего вы взяли, что я обижен? – первоначальное удивление прошло, он откинулся в своём мега-боссовском кресле и, слегка сощурив глаза, наблюдал за Анной.

– Вы же поэтому придираетесь ко мне последние недели. Это так низко и мелочно – мстить мне за неосторожные слова.