Дифференцировать тьму

Глава одиннадцатая. Погоня любви

(прим.: "Погоня любви" — разновидность шахматной задачи, где ферзь (дама) настойчиво преследует слона (офицера)

На этот раз, к большому моему удивлению, завтракали мы с Лодом вместе.

По возвращении в лабораторию я увидела на столе две тарелки. Колдун сидел в кресле напротив одной из них, явно ожидая, когда я присоединюсь к трапезе — и когда я оправдала его ожидания, пожелал мне приятного аппетита.

— Ты же обычно ешь не здесь, — заметила я, охотно поглощая очередной омлет: он попадался в моём меню довольно часто.

— Нет, здесь. Просто обычно я просыпаюсь намного раньше тебя.

А сегодня, видимо, то ли он разоспался, то ли меня разбудили не в обычное время — то ли всё вместе.

— Где Бульдог?

— В моей спальне. Прошмыгнул как-то в щель, а мне жаль было выгонять…

Ел колдун неторопливо и аккуратно: не набивая рот, тщательно пережёвывая. И бесшумно.

Нет, меня не раздражало ни аппетитное причмокивание, которым отличался Сашка, ни надутые щёки хомячка, которыми обычно щеголяла я: всегда ела быстро, торопясь перейти к более интересным занятиям. А вот моя бабушка во время наших с Сашкой трапез предпочитала убегать в другую комнату — считала наши застольные повадки крайне неэстетичными. Меня это сначала задевало: можно подумать, мы хватаем еду грязными руками и капаем на себя жиром, как в средние века… потом перестала обращать внимание. Особенно когда мама заявила, что это проявления здорового аппетита, которые лично её только умиляют.

А вот поведение Лода, думаю, бабушке понравилось бы.

Если честно, завтракать вместе с кем-то мне нравилось куда больше. В одиночестве есть немного тоскливо; я ведь привыкла кушать либо с Сашкой, либо с мамой, либо совмещать еду с каким-нибудь сериалом или чтением…

— Так что за предложение? — спросила я, вилкой распиливая омлет на небольшие кусочки.

— Даже окончания завтрака дождаться не можешь?

— Неа.

— Какая нетерпеливая.

— Нечего было заранее меня интриговать.

— Может, и так, — Лод отложил свою вилку на край тарелки. — Я хочу, чтобы на переговоры со светлыми отправились ты и Морти.

Хорошо, что я успела проглотить очередной кусок.

Не то бы поперхнулась.

— Я?

— Да, вы. Думаю, к девушкам отнесутся лояльнее.

— Принцесса — понятно, но почему я?

— Ты человек. И из другого мира, что сразу заметят. Послужишь живым доказательством того, что мы не убиваем всех, в ком не нуждаемся… и чья кожа не серая.

— А ты?

— Я — наследник Ильхта. Довольно и того, что перед ними предстанет наследница Тэйранта. Поэтому вместо меня с Морти отправишься ты.

— Дурацкая затея. Да мне может элементарно словарного запаса не хватить!

— Вряд ли там от тебя потребуются какие-то особенные слова, кроме тех, что ты уже успешно используешь для чтения и общения. А я расскажу тебе всё, что требуется.

— Даже если расскажешь — из меня парламентёр, как… как…

— Снезжана, я не могу предугадать реакцию светлых. У меня есть предположения, но жизнь — не шахматы и не скаук. Я знаю только, что лучше не дразнить их моим появлением: ни моим, ни Альи. А вот вы с Морти в случае чего найдёте убедительные аргументы. Она — сердцем, ты — разумом.

Аргументы были здравые. Но затея мне всё равно не нравилась.

— Я надеюсь, мы хотя бы пойдём с твоими волшебными кольцами? Чтобы нас могли призвать обратно, если что.

— Конечно. Мы с Альей будем наблюдать за вами, постоянно. А ещё с вами пойдёт Восхт: мы вернём его светлым в качестве жеста доброй воли. Я бы и Кристу отправил обратно, если б нас не связывал ритуал… Но ошейник останется на нём, пока мы не заключим мир. И Восхт будет защищать вас с Морти даже ценой своей жизни.

— Потому что ты ему прикажешь?

— Именно.

Я тяжело вздохнула.

Конечно, лестно, что Лод доверяет мне столь важную миссию, да ещё совместную с Морти. Можно сказать, ставит меня на одну ступеньку с возлюбленной. Только вот парламентёр из меня действительно так себе.

Не говоря уже о дурных предчувствиях.

Может, это просто волнение, или привычка по жизни — ожидать худшего; но сейчас, когда я понимала, что переговоры уже совсем близко, что до них осталось каких-то три дня…

Мне не верилось, что всё выйдет так, как нам хотелось бы.

Впрочем, не я ли сегодня утром решила, что обязана помочь Лоду, если смогу?..

— Хорошо. Я пойду.

Он улыбнулся, и глаза его словно сделались светлее.

— Спасибо, — колдун снова взял вилку. — Можешь все оставшиеся дни мучить меня любыми вопросами о светлых, тёмных, минувшей войне и истории Риджии.

— Обязательно, — я опустила взгляд, уставившись на пустую тарелку. — У меня к тебе будет одна просьба.

— Всё, что угодно, — в голосе Лода скользнула насмешка. — Я ведь не могу отказать.

— Покажи мне… моего друга. Ещё раз. Я хочу увидеть его.

Я должна его увидеть. Убедиться, что с Сашкой всё в порядке, и попросить у него прощения: пусть даже он не услышит. За то, что бросила его. За то, что думаю о нём куда меньше, чем нужно. За то, что позволила себе увлечься незнакомцем, так на него не похожим; за то, что собираюсь остаться с этим незнакомцем, пока он не перестанет нуждаться во мне.

Нет, я не выбираю между Сашкой и Лодом. Я вернусь домой. Обязательно.

Просто, наверное, не так быстро, как хотела.