В сердце зимы

Глава 4. Из глубины души

Начало ноября ознаменовал снегопад. От этой невесомой красоты на душе стало заметно легче, да и спокойнее. Вообще, когда идёт снег, всё в мире смягчается, даже шум города и лица людей. И кажется, что вовсе не снежинки, а пух из ангельских крыльев, кружась, опускается на землю, делая всех нас чуточку чище и добрее…

Арина Штормовая с дирижёрского отделения попросила меня сыграть соло на скрипке в произведении Рольфа Лёвланда «Обещание». Она играла аккомпанемент на пианино и готовила этот номер на концерт. В школе с музыкальным уклоном я двенадцать лет посвятила скрипке, но так и осталась на любительском уровне, и была приятно удивлена, что ко мне за этим обратились. Чудесная романтическая музыка располагала к лирике, и я старалась раскрыть тембр инструмента, насколько могла. С Ариной было легко, и первая репетиция нам понравилась.

А на уроке актёрского мастерства я начала работать над художественным чтением сказки Андерсена «Снежная королева». Не знаю, почему именно она. Спустя годы, наверно, любое произведение воспринимаешь совершенно иначе, и теперь история замёрзшего Кая и бесстрашной, готовой на любую жертву Герды показалась мне достойной внимания и прочтения.

Вечером пели на концерте с хором. Александр случайно оказался рядом, когда мы ждали своего выхода, и включился в наш разговор с однокурсницами:

– Так, дамы, кто у нас тут волнуется перед выступлением? – спросил он с лёгкой смешинкой в голосе. Некоторые девчонки указали на себя, и Александр «дал им пять».

– Мне кажется, это вообще всем людям присуще, – уверенно заявила я, – конечно, я волнуюсь, но больше из-за сольного номера, – улыбнулась, глядя почему-то на одну из девочек. Я вообще тогда боялась на парней смотреть, а уж на привлекательных – тем более…

– Тогда давайте тоже «пять», мадам! – подмигнул первокурсник и коснулся моей ладошки своей пятернёй.

Секундное движение. Вроде ничего особенного, а что-то в глубине души отозвалось на него смущённым трепетом… Да, не избалованы мы мужским вниманием.

А после сольного выступления на том же концерте, я услышала, как почтенная преподавательница, Вера Соловей, говорила обо мне коллегам в фойе:

– У неё превосходные природные верха! Репертуар бы подобрать подходящий, ну и подшлифовать, конечно…

А я вспомнила свои беспрерывные мучения с Алёной Метель и полное недопонимание между нами. Всегда следую её советам и указаниям, но звучит совсем не так, как хотелось бы. А её любовь к «хоровому пению» на уроке лишает уверенности в себе, самостоятельности и сил. Было бы неплохо поучиться у кого-то ещё и сравнить результаты…

***

Мне кажется, жизнь человеческая – та же картина. Даётся нам чистый холст, а техника у каждого своя: у одних рисунок примитивный, у других – вычурные узоры, кто-то яркую безвкусицу лепит, кто-то – скромный шедевр, некоторых влечёт минимализм, а другие углубляются в детали... Каждый день – новое пятнышко. Бывают светлые и радостные, а порой – тёмные и печальные, но без контраста и блики померкнут. Вблизи тоже ничего непонятно. Лишь годы спустя, когда мы посмотрим со стороны на проделанную работу, можно оценивать и анализировать, а пока она сыра и полна белых пятен, сложно представить, во что превратится тот или иной размытый мазок.

У альтиста, по которому я вздыхала весь прошлый год, был день рождения. Я приготовила ему «прощальный» подарок, вложив туда все чувства, на какие была способна, исчерпала этот источник до самого дна, чтобы таким образом отпустить в свободный полёт лепесток прошлого. Но именинник особой радости не испытал, приняв пакетик как-то нехотя и с опаской. Ещё и оставил стоять на подоконнике до самого вечера, где любой мог его забрать, уронить или испортить. Да, после такого в моей палитре остались одни серые краски. И домой я ехала расстроенная, ничего вокруг не замечая. Но собираясь выходить из трамвая, встретилась взглядом с очаровательным первокурсником. Он улыбнулся лишь уголками рта, а на душе как-то сразу посветлело, и к пасмурным мазкам прибавился робкий солнечный лучик. А вышел Александр на моей остановке. Неужели живёт где-то поблизости?

***

Спустя месяц усердных тренировок и пару выступлений для малышей, мы с Ариной играли дуэтом для сверстников. Это был отчётный концерт по предмету «фортепиано» у всех не-пианистов, но у меня с клавишами дружбы пока не получалось, вот и участвовала только как скрипачка. Умудрилась опоздать на репетицию. Едва настроила скрипку, в зал вошёл тот незабвенный альтист, не оценивший моего подарка. Руки вероломно задрожали. Но я взяла себя в эти самые руки и сыграла свою партию без ошибок. Вот бы так и на концерте!

В начале мероприятия сделали общее фото (пока все ещё могли улыбаться), а потом расселись. Рядом со мной оказалась Света Арбузова с дирижёрского отделения. В школе она была на два класса младше, а теперь мы оказались на одном курсе. В пушистом облачке мелких светло-каштановых кудряшек Света напоминала ангелочка и играла тоже что-то нежное, пасторальное.

Невозможно было не заметить Долгушевского. Его шикарная тёмно-коричневая шевелюра неожиданно обзавелась ярко-жёлтыми прядями. Вот чудак! Но ему это, кстати, даже подошло. И снова джинсы с пиджаком надел. Это уже его фирменный образ. Он играл «Колыбельную» Яна Сибелиуса. И даже сейчас, когда волновался, в его движениях присутствовала какая-то врождённая аристократическая мягкость. Я смотрела на него сквозь дымку волнения, меня мелко трясло, но обволакивающие клавирные звуки на несколько мгновений создали уютную иллюзию спокойствия. Непослушные солнечные лучики пробивались сквозь жалюзи, ярко освещая юношу за роялем, будто прожектором, оттеняли контрастами тонкие черты. И я впервые рассмотрела его, не боясь быть пойманной на этом, ведь на концерте все смотрят на выступающего. Яркие, почти чёрные, брови, орлиный нос с небольшой горбинкой, чуть очерченные скулы и уголки губ, по-кошачьи изогнутые кверху, даже когда он совсем не улыбается. Играя, он беззвучно шевелил губами, следуя за музыкой. И в ответ на эту музыку из глубины души пришла какая-то тёплая родственная нежность. С этим человеком мне определённо хотелось дружить. Или не только дружить? Для начала хотя бы подружиться.