Говорящие Стены. 

Говорящие Стены.

«...Это моё утро, брезжит мой день: вставай же, вставай, великий полдень!»
Ф. Ницше. «Так Говорил Заратустра»

Часть Первая.
Прелюдия девочки.

1

Маленькая девочка. Такая чистая и непорочная, будто бы излучающая альтруизм. Её бледный лик всегда украшен очаровательной и дружелюбной улыбкой, которая каждый раз поражает своей красотой и целомудрием окружающих людей. Девочка сияет, подобно небесному ярилу, но будут ли её яркие и тёплые лучи обжигающими, до боли ослепляющими?
Все восхищаются ею, все чтят её и любят, но, девочка моя, тебе до боли в сердце одиноко? Пусть ты и мила, и ярка, как солнце, но не спалила ль ты всех кого любила своими лучами? Ты плачешь, девочка моя? Тебе совестно за то, что за своим эгоизмом ты не видишь никого? Моя милая, прелестная дева, ты двулична.
Маленькая девочка. Такая чистая и непорочная, но она, бедняга, ослепла от своего же света.
Ты растворялась на фоне девственно чистого неба, а сейчас угасаешь во мраке. Познай себя, дитя, тогда и только тогда ты очистишь свою душу, и сможешь предоставить новой себе, тогда ты сможешь летать и танцевать, только тогда ты полностью познаешь этот прекрасный и прескверный мир.
Лети, девочка, лети, простись с маленьким человеком живущем в тебе.

2

«Маленькая девочка, ты теперь одна в сим смутном и мрачном коридоре. Тебе страшно, дитя? Не бойся, ибо если ты сможешь раскрыть свою добродетель, то прольётся золотой солнечный луч на твоём бледном лике» - последнее, что я услышала перед пробуждением от голоса в моей голове.
Это помещение напоминало коридор. Он был тёмным и мрачным, единственным источником света был факел, который висел напротив меня. Стены и пол были из бетона, из-за малого количества света, конец коридора не был виден. Пугало лишь то, что собственное дыхание, биение сердца казались самыми громкими звуками, из-за мёртвой тишины витавшей там. Приятный и тёплый свет от факела освещал путь лишь на несколько метров, но этого девочке было достаточно.
Медленно встав, встряхивая пыль с фарфоровых ног, она медленно и плавно подошла к стене, где висел факел. Взяв его в руку, та начала заворожённо рассматривать пламя, которое было ярким и игривым, от этого на её лике появилась улыбка. Огонь отражался в её кукольных глазках. Девочке захотелось узнать его, почувствовать его, но когда та пыталась коснуться его, то обжигалась. Пусть ей и было больно, руку охватила боль, но, несмотря на это, она продолжила улыбаться ему, сильнее сжав факел.
Вытянув тонкую, мраморную ручку, будто бы искусно выточенную скульптором, та начала медленно шагать вперёд. Язык пламени игриво содрогался, освещая маленькой деве дорогу. Она шла довольно долго, было ощущение, что вся мрачность сего коридора будто бы поглощала её, а стены так и давили на свет и на неё.
Свет факела начал тускло освещать стену, которая ждала девочку в дали. Заметя это, она ускорила шаг. Стена становилась все ярче и ярче, спустя несколько мину, она дошла до неё, окинув её своим фальшивым взором. Подняв факел, она рассмотрела её полностью, это была обычная бетонная стена, но так ли всё легко?
«Моя милая, убери свой скверный взор, сделай его чище, тогда видя обоими глазами, ты найдешь дорогу»

Часть вторая.
Стены. Маленькая девочка. Глаза.

1

«В своём друге ты должен иметь своего лучшего врага. Ты должен быть к нему ближе всего сердцем, когда ты противишься ему.»

Вновь внимательно ее, осмотрев, девочка поставила факел около стены. Засучив белёсые рукава, она сжала мраморную ладонь в кулак. Резко вздёрнув голову, дева подбежала к стене, ударив по ней маленьким кулачком. От её удара со стены осыпался бетон и пыль, но трещин не было, даже маленькой. Несмотря на это она продолжила наносить удары по стене, только уже двумя руками. К сожалению её действия ни к чему не привели, только лишь к боли в руках.
Томно рухнув на колени перед ней, она посмотрела в потолок, а избитые руки касались пола. Они больше не были такими прекрасными, кукольными. Фаланги были чуть изодраны, на ладонях было множество царапин, ручки истекали кровью и жутко болели. От этого с её кукольных глаз упала хрустальная слеза, оставив после себя лишь мокрое пятнышко.
Медленно переведя свой крайне печальный взор на стену, она увидела слово, выцарапанное на ней. «Друзья». Оно было выцарапано на стене, будто бы острым лезвием ножа. Юная дева начала рассуждать об этом слове. Оно было ей знакомо, но человека, который является другом, она не знала. Пусть девочка и притягивала к себе множество людей, улыбок и нежных взоров, но никогда она не знала дружбы.
Присев напротив стены, она задумалась. Девочка начала вспоминать множество людских изречений об этом слове. Кто-то говорит, что это то, что должно ценить и любить, а кто-то считает это лишь одной маленькой болью в жизни, которая входит под кожу, как игла. Но так ли это?
Девочка привстала, скрестив руки у груди, вздёрнув носик, она недовольно хмыкнула.
- Ну и не нужны мне ваши друзья, в одиночестве куда лучше! – смело и громко заявила она, смотря на одну из стен.
Простояв некоторое время, она всё же задумалась. Если в одиночестве ей хорошо, то почему же на душе так больно и тоскливо?
Если человек это дом, то его друзья это вещество, образующее фундамент. В течении всей жизни на человека очень сильно влияют друзья. Они его свет, воздух, острый нож. Друзья помогают нам, бывают, причиняют боль, бывают, раскрывают руки и со всей теплотой и добротой души обнимают.
Ты — Ева, а друг твой — змий-искуситель.
Завершив свои раздумья, она ударила кулачком по стене и та развалилась. Белёсая ручка начала покрываться шрамами.