Город шепчет старые сказки

Вера, знание, желание

Мира шлепает босыми ногами по коридору, рассматривая себя то спереди, то сзади. Сомнений быть не могло, по всем видимым параметрам, по всем собственным ощущениям, это были те самые джинсы, о которых она подумала лишь на миг. Вот, даже малюсенькое чернильное пятно у кармашка, которое она поставила с месяц назад, случайно уронив ручку. Но как бы это ни было невероятно, она была рада, что на ней хотя бы частично нормальная одежда. Потом задумалась и остановилась. Если джинсы появились потому, что она так сказала, может тогда весь свой вид привести в надлежащий?

- Я хочу свою толстовку.

Проговорила, подождала несколько секунд, ничего не произошло. Но это ее не огорчило, и она попробовала еще раз.

- Черт! Я хочу свою нормальную толстовку!

Но и идея того, что точное повторение сказанного сработает, не увенчалась успехом. Что поставило Миру в тупик, ведь если ты что-то сделал и получил какой-то результат, то нужно повторить это, чтобы результат повторился тоже. Но в данном случае действие не рождало следствие, так в чем же была причина? И девушка ударилась бы в размышления и эксперименты, если бы ее не прервали. Дверь кухни приоткрылась и из-за нее выглянула Смерть, что было бы весьма пугающим знанием, если бы эта самая Смерть ни улыбалась так лучезарно.

- Чего ты тут застряла? С кем разговариваешь? Заходи, я тебе омлет пожарила.

Как-то это странно, когда Смерть предлагает тебе подкрепиться омлетом, как-то очень двояко, но почему-то в данной ситуации очень располагающе. И Мира зашла на кухню, попутно пожимая плечами.

- Не знаю, ни с кем я не разговаривала, просто надеялась, что появится моя толстовка, но не вышло.

- В каком смысле появится? – Удивленно переспросила Эльвира Анатольевна, отворачиваясь от окна, а потом задумчиво хмурясь, когда заметила во что одета Мира. – А где то, что я тебе дала?

- Не знаю.

- Поясни.

- Я не специально, правда. Когда смогу, я куплю вам такие же.

Мира снова почувствовала себя маленьким ребенком под пристальным взглядом взрослых, и присела на краешек стула потому, что женщина на него кивнула.

- Да кого волнует сколько у меня этих штанов? Я тебя совершенно о другом спрашиваю. Объясни мне, где они теперь? И откуда эти?

- Не знаю я, правда. Я просто слегка вспылила из-за того, что запнулась, ну и сказала, что хочу быть в своих. Вот и…

- А я тебе говорила, говорила! Не знаю, что там произошло, но не могла она просто так оказаться в состоянии, из которого я ее вытащила. – Смерть поставила перед девушкой тарелку с горячим омлетом и стакан молока. – Пусть ребенок поест, не дави на нее.

Мира хотела было возразить, что она уже давно не ребенок, что девятнадцать лет – это вам ни шутки, но сообразила, что понятия не имеет сколько столетий может быть этим двоим. А по сравнению с ними, она действительно ребенок. Так что она ничего не сказала, а только вонзила вилку и отправила себе в рот пылающий кусок. Было так горячо, что пришлось запивать молоком. Эльвира Анатольевна вздохнула, но промолчала. Достала ручную кофемолку, насыпала в нее зерен и долго крутила ручку, как будто наслаждаясь хрустящим звуком и возможностью чем-то занять себя, а может и свои мысли. Через десять минут Мира доела весь омлет, что ей накладывали и накладывали ледяные руки Смерти в тарелку, а на кухне запахло свежесваренным кофе.

- Солнышко, хочешь еще? Я приготовлю.

- Нет, спасибо, вы и так уже меня откормили, что я еле встану.

- Почему же не сказала, что хватит?

- Как-то неудобно Смерти отказывать.

Смущенно пробубнила Мира, чем вызвала дружный смех ее новых-старых знакомых.

- Все в порядке, если ей не откажешь, она залюбит тебя до смерти. – Все еще улыбаясь прокомментировала Эльвира Анатольевна, и тоже села за стол с чашкой кофе в руках.

- Не смешная шутка, дорогая.

- Сколько лет мы знаем друг друга, а ты все еще обижаешься?

- Конечно мне обидно, что меня выставляют монстром. А ведь раньше все было совсем не так.

- Ладно, прости. Садись с нами. Будешь кофе?

- Сама налью.

Ответила Смерть слегка обижено, хотя тут же добродушно, но устало улыбнулась. Видимо, она была не из тех, кто может долго злиться. Мира тоже хотела кофе, которым так невообразимо вкусно пропахло помещение, но не решилась попросить. Она вообще чувствовала себя как на иголках. Впервые в жизни встретившись с такими личностями, кто бы ни чувствовал? И старалась вести себя тихо и смиренно. Но каким-то образом, то ли угадав ее желание, то ли по сущности своей, Смерть вернулась с двумя чашками и поставила одну перед Мирой.

- Спасибо.

- Ладно, ребенок сыт. Давай, рассказывай, что за история со штанами.

- Да ничего особенного, я уже все рассказала. Я просто сказала, что хочу свои штаны, и они появились. А потом я захотела попробовать не получится ли так же с толстовкой, но не вышло.

- А что было вчера? Почему эта сердечная вдруг появилась у меня со слезами на глазах и с твоим почти бездыханным телом?

- Это я тоже не знаю. Я была в лесу, слышала странные голоса, они звали меня с собой, они хотели убить меня. Я чувствовала, как умираю, а потом прокричала, чтобы они горели, и появился огонь. Много было вокруг огня, голоса исчезли, загорелся лес вокруг меня, одежда тоже сгорела. Последнее, что я помню – это как лежу на снегу в пепле, а потом все. Потом только ее помню, ой, то есть, вас – Мира уважительно кивнула в сторону Смерти. – Как вы пришли ко мне в темноте.

- Я же говорила, она видит меня!

- Ну, допустим, это не новость. Новость – это все остальное. Сейчас все еще есть те, кто тебя видят. Но она явно не из числа просто видящих.

За столом повисло долгое молчание и Мира не знала, как себя вести. Стоит ли ей что-то сказать, или спросить? А вопросов было много. В конце концов она задала самый важный из них.

- Эльвира Анатольевна, то есть Ягге Анатольевна, ой… То есть…

Женщина улыбнулась и слегка коснулась ее плеча, прямо как тогда, на экзамене.