Своё место под чужим солнцем

Глава 7

К тому времени, как объявился владелец квартиры, Маргрезэ была готова его принять. Для этого пришлось немало постараться, и, положа руку на сердце, она всё равно не была твёрдо уверена в успехе. Однако надежда – это уже немало.

Её арендодатель оказался ещё молодым человеком – лет тридцати, не больше. Маргрезэ сразу даже усомнилась, что это действительно тот, кого она поджидала; но первые же несколько фраз развеяли её неуверенность.

Хозяин жилища не предупредил о своём визите заранее, но сейчас ей это было только на руку.

- Ох, ничего, - Маргрезэ лишь приветливо улыбнулась в ответ на объяснения, почему тот решил зайти без звонка. – Честно сказать, это я как раз собиралась вам звонить…

Она изобразила лёгкое смущение, что оказалось совсем несложно – Маргрезэ не привыкла выступать в роли просительницы и на самом деле ощущала себя не лучшим образом.

- Хотите чаю? – оборвала она саму себя и, не предоставив собеседнику возможности выбирать, поспешно направилась в кухню.

Она позаботилась о том, чтобы нигде не осталось и следа от её недавних трат. Кольцо было снято и убрано в ящик стола, прелестные фарфоровые статуэтки и даже оставшиеся конфеты отправились туда же. Сама Маргрезэ предстала в ещё не изношенном, но всё же очевидно не новом домашнем платье настоящей Маргариты Белодворовой.

Конечно же, ставку она делала вовсе не на своё плачевное положение. Это было только частью мизансцены, которая должна была убедить хозяина жилища, что здесь и сейчас она действительно оказалась не при деньгах и не пытается в этом его одурачить.

Однако главная задача состояла в другом. Нужно было убедить его, что такое положение вещей временно, причём перемены наступят совсем скоро. Этой цели призван был послужить набросок портрета, который сейчас занимал почётное место прямо посреди кухни. Хвала здешнему не магическому чуду под названием интернет, найти изображение местного градоначальника оказалось несложно! Как и сведения о его семействе.

Как Маргрезэ и рассчитывала, начатая картина сразу бросилась гостю в глаза. Мужчина, которого поначалу её гостеприимство, похоже, несколько озадачило, с заинтересованным видом остановился напротив холста.

- Это что, наш мэр?

Маргрезэ снова продемонстрировала улыбку, на этот раз стараясь вложить в неё кроме смущения ещё и оттенок гордости.

- Да… Получила заказ на семейный портрет. Такое неожиданное везение! Представляете, всё совсем случайно получилось – его дочь после занятий гуляла с друзьями в парке, и ей приглянулся один из моих пейзажей! Купила, потом захотела портрет… и вот я уже рисую всю семью!

- Надо же… - отозвался собеседник, продолжая рассматривать картину.

В его голосе послышались нотки уважения – не к мэру, а к ней. Видимо, признание её таланта на столь высоком уровне произвело должное впечатление.

- А вы ещё называли себя посредственной художницей!

Маргрезэ на миг замерла, не донеся заварочный чайник до чашки; потом, мысленно обругав свою предшественницу, небрежно пожала плечами.

- Я правда так говорила?

- Талантливые люди часто себя недооценивают.

На этот раз она улыбнулась вполне искренне, с благодарностью.

- Вот и чай. Из сладкого только печенье – надеюсь, вы любите?

- Спасибо. Можно было не беспокоиться…

- Да мне совсем не сложно! Тем более, знаете, в больнице соскучилась по приятному обществу.

В начале встречи она уже выслушала вопросы и соболезнования по поводу аварии, но теперь решила, что лишнее напоминание о выпавших на её долю страданиях делу не повредит.

Визитёр понимающе кивнул. Фраза о приятном обществе явно пришлась ему по душе.

- Я ведь так и не договорила, - продолжила она, дождавшись, когда собеседник возьмёт чашку. – Я как раз собиралась вам позвонить… У меня возникли небольшие нюансы с деньгами. Сами понимаете, непредвиденные обстоятельства, - она кивнула на больную руку, - и привычный график пришлось нарушить, и неожиданные траты… Я надеялась, может, вы согласитесь перенести день оплаты? Скажем, в следующем месяце я могла бы заплатить вам сразу за два.

Владелец квартиры слегка нахмурился, и Маргрезэ явственно ощутила охватившее его напряжение.

- Конечно, я могу позвонить и напомнить господину Вознесенскому о предоплате, но… Признаться, это по моей вине мы не договорились обо всём как следует. Конечно, мы обсудили моё вознаграждение, но потом отвлеклись, заговорили об искусстве, о... м-м… перспективах современной живописи. И я забыла о самом важном! Понимаете, никогда раньше не работала на таком уровне, да и с людьми столь высокого положения не встречалась… Наверное, это смешно, но я жутко волновалась! А теперь как-то неловко беспокоить занятого человека из-за моей же невнимательности.

Собеседник усмехнулся с заметным оттенком снисходительности. Похоже, услышанное показалось ему до крайности глупым. Однако настороженность исчезла с его лица. Видно, робость и нелепая щепетильность были в стиле настоящей Белодворовой, и такое поведение его не удивило. Зато сомнения в надёжности её обещаний почти отступили.

- Маргарита, вы как из прошлого века! Кто в наше время стесняется требовать своего?