Мистер Д.

1.6

Когда я с подносом вошла в комнату, Ада лежала на кровати, задрав ноги. Между лодыжками у нее была зажата розовая бархатная подушка, которую она изо всех сил старалась удержать на весу.

Вообще, вся комната Ады была оформлена в белых, сиреневых и розовых тонах.

Я подошла к бело-розовому пластиковому столику, поставила на него поднос и стала осторожно переставлять чашки с кофе.

Тильда сидела рядом на розовом стуле, а мачеха стояла у окна и смотрела на особняк.

Мне никогда не нравилось это громоздкое здание в американском колониальном стиле, хотя многие были от него в восторге.

…Наш коттеджный поселок появился еще до моего рождения. Когда-то в этих местах располагался конный завод имени Чапаева. Со временем железные кони вытеснили коней из крови и плоти и завод развалился (или его развалили, не суть важно). Но, поскольку место было живописным — река, луга, роща и пруд, да и от столицы недалеко, — землю выкупил известный предприниматель, «владелец заводов, газет, пароходов», Иван Сафронов.

Он и основал на месте бывшего конного завода элитный коттеджный поселок «Заводь».

Себя господин Сафронов, разумеется, не обидел: в самом лучшем и уединенном месте выстроил белоснежную громадину с четырьмя колоннами на фасаде, двумя лестницами, огибающими парадное крыльцо, и просторной верандой с резной мебелью. Наверное, ему нравилось, сидя по вечерам в кресле-качалке на этой веранде и укрывшись пледом, представлять себя богатым американским плантатором — отцом-основателем нового поселения.

К слову, об «отце». Прозвище у Сафронова было «Папа Римский», а все потому, что его дочь, которую он очень любил, звали Римма. Со временем и весь наш «элитный поселок» прозвали в народе «Ватиканом».

Впрочем, ничего плохого про Ивана Сафронова я сказать не могу. Я его и видела-то за всю жизнь всего несколько раз. Хмурый такой мужчина, но спокойный; коренастый, темные волосы с проседью. Жил он в этом доме редко, пару месяцев в году. А после того, как десять лет назад здесь случилось то, что случилось, и вовсе приезжать перестал. И дочка его, Римма, с которой мы в свое время успели подружиться, тоже больше не приезжала.

Но деньги нам Сафронов переводил исправно. Кроме того, благодаря его помощи я смогла выучиться и получить аттестат. Понятное дело, что чужая душа — потемки, но мне кажется, он чувствовал передо мной вину. Все-таки когда-то меня похитили вместо его дочери.

Конечно, это произошло по ошибке, только мне от этого не легче, ведь с тех пор вся моя жизнь пошла наперекосяк…

Я постаралась вытеснить из головы воспоминания о тех ужасных днях, но окончательно меня вернул на грешную землю писклявый голос мачехи:

— Ну что ж, мои дорогие! Готовьтесь, ибо… — она выдержала паузу и с какой-то странной торжественностью, не отрывая взгляда от особняка, продолжила: — нас ждут великие дела! Бог ответил на мои молитвы, и теперь… — она загадочно замолчала, отвернулась от окна и посмотрела на дочерей.

— Теперь здесь будет не так скучно? — закончила за нее Тильда.

— Причем тут скучно или не скучно, дурочка? — Ада всё-таки уронила подушку. Откинув ее в сторону, она поднялась с кровати и стала напротив сестры, скрестив руки на груди. — Новый владелец — это для нас реальный шанс выбраться из этой дыры прямиком в высший свет. Понятно?

— Понятно. Только не понятно, как мы туда попадем? — на лице Тильды отразилось недоумение.

— Говорю же — через нового владельца! Тут главное — выработать правильную стратегию.

— Стратегию чего?

— Не, ну ты точно дурочка!

— Хватит, девочки, не ругайтесь! — мачеха громко хлопнула в ладоши и вдруг заметила меня: — Ты все еще здесь? Чего копаешься? Иди уже.

Пожав плечами, я взяла поднос и направилась к выходу.

Уже в коридоре я услышала, как Ада мечтательно воскликнула:

— Я прямо не верю своему счастью!

Честное слово, это было бы смешно, если б не было так грустно.

Они с чего-то решили, что новый владелец приехал для того, чтобы избавить их от всех проблем.

В то время как я была уверена: он приехал, чтобы эти проблемы умножить.

И, как потом выяснилось, предчувствие меня не обмануло.