Избранница Чёрного Дракона

Глава 38. Шабаш

Утро выдалось напряжённым и странным. Не успев даже толком позавтракать сварганенной ведьмою кашей, нас распределили по всему замку – кое–где надо было запереть двери, кое–где отпереть, перекрыть устремляющиеся в тупики лестницы и пристроить на высоких башнях сверкающие золотистые огни. И уже после несколько часового забега по всем этажам замка, понимая, что легче соорудить его заново, чем убрать каждое помещение, я изнывала от усталости.

– А ты что думала? – даже не взглянув на меня, прохладно усмехнулся Айран, стоя посередине тронного зала и рассматривая далёкую фреску на потолке.

– Думала, замок у вас поменьше, – фыркнула я, упав на ступени рядом с троном и запрокинув голову, что бы хоть как–то отдышаться. Взгляд тут же скользнул по тусклым бликам света от небольших шаров, парящих под самыми колоннами. Благодаря им можно было рассмотреть затейливую фреску, давно потерявшую свой былой вид. И что–то в этой фреске зацепило меня, так и заставив подняться с места и подойти к дракону, кивком головы указав на неровные тёмные блики на потолке. – Это что… карта?

И ведь если приглядеться, то можно было различить и острова, и континенты, и даже тонкие точки кораблей, и что самое интересное – они двигались вперёд, раскачиваясь на волнах с надутыми парусами. Отыскать наш остров было довольно легко, только его украшали по сторонам золотистые точки – те самые охранные руны, которые не так давно поставил дракон.

– Неплохо, – одобрил Айран, и я невольно отшатнулась от его голоса, прозвучавшего буквально над ухом. – Здесь все фрески живые. Их ещё иначе называют фресками жизни. Забытое мастерство.

– И кто же раньше занимался им? – поинтересовалась я.

– Люди.

– Но люди…

– Не владеют магией? – насмешливо взглянув на меня, закончил дракон, повернувшись и подойдя к своему каменному трону. – Это вы привыкли думать, что магией могут владеть только драконы и ведьмы. Но так ли было всегда? Раньше мир был буквально пропитан магией, и все, кто хотел ею обучаться, звались мисинами – принявшими. Но были и те, кто презирал магию – их обозвали норками – отказниками. И эти самые норки давили в своих детях желание принимать магию такой, какой она есть. Мисинов становилось всё меньше и меньше – они подвергались гонениями, прятались, скрывали пробудившиеся в их телах дар. И лишь драконы и ведьмы приняли его, и не стали отрекаться.

– И куда же делись мисины? – не скрывая интереса в голосе, всё же спросила я.

– Куда делись? – задумчиво переспросил он, проводя пальцами по растрескавшейся спинке трона. – Есть на юге одна страна – Мик'Иран. Но пусть туда заказан всем. Одни говорят, что её просто не существует, вторые, что это безлюдный остров с проживающими на нём монстрами. Кто прав, кто нет – никто не знает точно. Но это место стало последним пристанищем мисинов, куда те бежали после гонений. По слухам, у них там своя империя, и она опережает наше время на несколько сотен лет. Там нет болезней, а магия всё равно что деньги – она есть у всех, но у кого–то в больших количествах, а у кого–то в меньших. Там есть и норки, хотя, вряд ли они имеют особое положение.

– И что? Никто не пытался это проверить?

– Люди считают это легендой, на которую не стоит тратить время. Я же склоняюсь к тому, что это отчасти правдивая небылица… люди подавили в себе зов магии, и теперь, спустя столько времени, вновь пытаются разбудить её внутри себя. Но вы так глубоко её похоронили, что теперь просто не дотянуться. Мы же её не подавляли, и вот она, во всей красе! – Айран царственно взмахнул рукой, и потолок над головой затрещал, когда фреска начала передвигаться, вспыхивая старыми красками и являя старинную карту. И чуть ли не в самой стороне, вдали от всех, я заметила неровный остров, больше похожий на распластавшуюся лужицу, обозначенную как «Мик'Иран». Но на мой удивлённый взгляд дракон лишь пожал плечами, щёлкнув пальцами и заставив зал преобразиться.

Старые колонны с письменами смахнули с себя пыль, оказавшись из красивого чёрного камня с золотыми рунами, потрескавшийся пол заменили плиты прохладного белого мрамора, а в центре оказалась большая жаровня. Из неоткуда вывалились мягкие цветные подушки и ковры, укрыв холодный пол, а по стенам пробежала зелёная лоза, свесив чёрные гроздья винограда. Зал преобразовался в мгновение ока, и вместо холодного и серого склепа обратился в величавый и царственный замок, каким и был когда–то давным–давно.

– Чары способны на многое. Одни созданы для того, что бы приносить в этот мир красоту, другие же для того, что бы утопить всё в крови, – раздался негромкий голос Айрана, эхом прокатившийся по залу. – И многие люди готовы утопить страну в телах, лишь бы получить знания о последних. Они стремятся быть сильнее того, кем являются, и это их губит…

– Как и слишком болтливого дракона, – закончил голос, и мы одновременно повернулись к нему. – Кого пугаешь, злобный ящер?

– Не пугаю, всего лишь рассказываю жизнь такой, какой она есть, – спокойно ответил Айран, постучав по трону длинным пальцем и заставив его пройтись рябью. Холодный чёрствый камень посветлел, и спустя миг явил прозрачный хрусталь с подлокотниками в виде золотых драконьих морд.