Во все магические тяжкие

29 глава

Тренировки теперь происходили чаще, чем занятия, и Стелла изрядно запустила учебу. Но если большинство преподавателей входили в положение первокурсницы, которая собиралась отстаивать честь академии Исттвик, то Беттина Лоренс нет. Преподавательница алхимии считала свой предмет наиважнейшим для будущего мага и никаких оправданий не признавала.

— Что? Тренировка? — презрительно протянула Беттина, глядя на Стеллу. — Неужели для вас, Разумовская, тупое дрыганье конечностями на поле важнее, чем подготовка к будущему? А? А ведь у вас, между прочим, большие проблемы!

Беттина Лоренс, не вставая с кресла, смотрела на Стеллу, которая, стоя и возвышаясь над преподавательницей, тем не менее чувствовала себя маленькой и слабой.

— Чтобы к завтрашнему же дню все было сделано! — Беттина Лоренс швырнула через стол тетрадку Стелле. — Плюс сегодняшнее домашнее задание. Это все, можете быть свободны.

— Она просто чудовище, — глотая слезы, жаловалась Стелла подругам спустя полчаса.

— Это так, — со знанием дела кивала Мэффи, которой тоже немало доставалось от преподавательницы алхимии.

— Какое счастье, что я выбрала другое направление, — радовалась Эльфира. К нам, гуманитариям, у Лоренс более спокойное отношение.

— Это потому, что она на нас отрывается, — простонала Стелла. — Надо тоже было идти на гуманитарный, вот только мне сухая теория не слишком интересна.

— Говорят, за профессора Дриопа сейчас историю магию будет директриса преподавать, — сменила тему Эльфира, не забывая одновременно пить кофе и рассматривать себя в зеркальце. —Как думаете, она строгая?

Думаю, да, — Стелла редко видела Акаманту Акарнан, но эти моменты встреч ей в память врезались. Директриса имела всегда величественный и крайне неприступный вид.

— Думаю, она нас всех задрючит, — высказалась Мэффи более конкретно, тяжело вздохнув.

—Беттину ей не превзойти, при всем старании, — заметила Стелла и закончив обед, отправилась в спальню выполнять сразу два домашних задания.

Закончила она свои уроки только ближе к ночи, постоянно с недоумением вспоминая, что ведь в обычной школе химия была ее любимым предметом. Но там была Наталья Юрьевна, а здесь… эта жаба Беттина. Стелла, напоследок тяжело вздохнув, выключила свет и улеглась в постель. Да уж, если бы она знала, что алхимия совершенно не то же, что химия, вряд ли бы стала выбирать научно-исследовательское направление своей учебы.

К ее величайшему облегчению на следующий день Беттина приняла оба домашних задания и даже соизволила сделать едва заметный кивок в знак одобрения. Не веря своему частью, Стелла отправилась на историю магии. Которую должна была преподавать директриса.

Как оказалось, Акаманта Акарнан имела нетрадиционный подход к учебному процессу. И вместо того, чтобы как профессор Дриоп запереть всех в душной аудитории и читать лекцию, велела студентам одеться и ждать ее у входа в академию.

Недоуменно, но весело переговариваясь, первокурсники побежали за своими пальто и куртками. Под конец зимы настроение у многих было соответствующим – легким и авантюрным.

— Интересно, что она затеяла? — спросила Стелла шепотом, когда студенты под предводительством директрисы зашагали пешком по дороге, ведущей в Накалидунг.

Тут Акаманта начала свою лекцию. И как оказалось, именно таким образом – на природе, на свежем воздухе, под нарисованные рукой преподавательницы магические картины-голограммы, история и воспринимается лучше всего.

Стелла слушала, навострив уши даже не реагируя на обычные смешки и подталкивания Мэффи. Ведь Акаманта завела речь о том, что больше всего ее интересовало. О Медее Хормуст.

— Медея Хормуст тоже была студенткой Исттвика, – вещала Акаманта, идя быстро, с небольшой одышкой. — И не скажу, что горжусь этой выпускницей. Однако именно Медея является изобретательницей и создательницей вещи, известной в магическом мире как Хатмехит. Вы, надеюсь, слышали об этом?

Акаманта обвела их проницательным взглядом. Стелле снова показалось, что взгляд директрисы останавливается на ней чуть дольше, чем на остальных.

Все отрицательно покачали головами, после чего Акаманта продолжила:

— Ну да, на первом курсе откуда вам знать подобное? Так вот, Хатмехит – это вещь, в которую черный маг может на время спрятаться, как бы затаиться там. Однако, есть и минусы: к примеру, маг может остаться заточенным в Хатмехите навечно, если его никто оттуда не вызволит.

— А разве есть дураки вызволять черного мага? — насмешливо спросил кто-то из студентов.

— Иногда это происходит случайно, — немного помолчав, ответила Акаманта, снова почему-то остановив взгляд на Стелле. — Бывает, что волшебник, попавший в беду, бессознательно просит у дорогого или памятного ему предмета помощи. И тогда черный маг может начать процесс возвращения в мир.

Стеллу чуть качнуло, ей показалось… Впрочем, только показалось. Девушка повертела головой, отгоняя какое-то смутное тяжелое предчувствие.

Тем временем, первокурсники дошагали до Накалидунга, осмотрели там несколько исторических зданий, узнав, кто, когда и как их строил и что здесь происходило.

— А вот это здание, пусть теперь в нем и никто не живет, — указала Акаманта затянутой в тонкую печатку рукой на трехэтажный дом с расположенным на первом этаже баром «Тупой вампир». — В годы борьбы с Медеей служило штабом для светлых сил. Здесь всем заправлял Антон Разумовский.

После этих слов Акаманта уже с теплотой, а не с подозрением посмотрела на Стеллу. Вслед за преподавательницей уставились на девушку и остальные. Некоторые с уважением, некоторые с завистью. Верия Вестмир вообще фыркнула, ее поддержала парочка из золотой вампирской молодежи.

Тем не менее, назад все вернулись в приподнятом настроении, включая Стеллу. Она узнала еще кое-что о прошлом своих родителей. Так, кусочек за кусочком, глядишь, и сложится паззл…

— Просто класс! — делились потом впечатлениями первокурсники с другими студентами, которым не посчастливилось заполучить Акаманту в преподаватели. — Эх, если бы все уроки были такими!