Символы власти: Распад

Глава 39

Утром следующего дня всех собрали, чтобы показать некоторые кадры. Балдрон, совершенно обессиливший и уже не сопротивляющийся, на экран не смотрел, не моргал, безучастный ко всему, он превратился в какую-то оболочку себя. Когда все восторженно отозвались о его сцене с конем на дыбах, граф только зажмурился от унижения.

- Этот кадр поместим на передовицы газет, - сказал начальник съемок. Присутствующие единодушно закивали, даже Шакадал остался доволен. Он положил руку Балдрону на плечо, презрительная фривольность, и одобрительно похлопал. О том, что граф не во всем последовал плану, Шакадал не высказывался. Вообще он вел себя чрезвычайно приподнято, как будто пружинил на ногах.

Распустив заседание, Шакадал напоследок обратился к графу, который так и сидел на стуле неподвижно:

- Пойдем со мной. Расскажу тебе кое-что интересное.

Тот лениво поднял на него глаза, встал и последовал за наемником, едва волоча ноги. Тут же и Аседан подскочил и бросился за ними.

- А тебе чего? – хмыкнул наемник, бросив на него взгляд через плечо.

- Я бы предпочел находиться при вас, мало ли, опять подраться захотите, - бесстрастно сказал Аседан.

- Старый баран, - но возражать Шакадал не стал. - Ладно, все равно узнаешь.

Он привел их в свою палатку и жестом предложил присесть на лавку, а сам занял стул. Некоторое время стояла тишина, и графу даже показалось, что Шакадал что-то предвкушает, но у него не было сил размышлять об этом, граф предпочел дождаться, что сам наемник скажет.

- Прежде всего, знай, что ты исполнил свой долг, - произнес наконец Шакадал, голос его звучал сдержанно, хотя какие-то слова явно так и рвались из него. В чем тут было дело и чего он тянул?

- Не знаю, что я сделал, но точно не исполнил свой долг, - нахмурился граф.

«Будет издеваться? Конечно, будет».

- Можешь думать, как хочешь, я лишь пытался облегчить тебе душу. Впрочем, ты всегда был неблагодарной сволочью, - надменно вскинул брови Шакадал.

- И за что я, по-твоему, должен быть благодарен? – поинтересовался глухо граф. На выяснение старых отношений он точно сейчас не рассчитывал.

- Да хотя бы за то, что ты остался жив. За благосклонность короля к тебе и к твоей семье.

- Полагаю, он от нашей лояльности тоже кое-что выиграл.

Шакадал тяжело вздохнул и закатил глаза:

- Тебя ничем не проймешь.

- Чего ты хочешь? – прямо спросил граф.

- Я тут ночью поразмыслил, - Шакадал выдержал паузу, с трудом сдерживая улыбку. – Мне кажется, нашей драме не хватает итогового штриха.

- И какого же?

- Героической смерти.

В первый миг ни Балдрон, ни Аседан ничего не поняли, и потому перекинулись взглядами.

- Что? – спросил граф. – Смертей тебе не хватило?

- Ну, это будет особенная, - смакуя момент с какой-то страстью ответил наемник и наконец медленно и удовлетворенно улыбнулся. Аседан открыл рот от удивления, а Балдрон медленно отклонился на спинку и тихо усмехнулся.

- Понятно. Ну, этого следовало ожидать. Когда-нибудь. И давно ты это придумывал?

- Вообще, с самого начала. Не то чтобы у меня были претензии конкретно к тебе, по крайней мере, пока нас не заставили работать вместе, но от вашей семейки я в любом случае планировал избавиться, независимо от воли короля.

- Так король не в курсе? – удивился Балдрон.

- Он тебе не позволит! – воскликнул Аседан. – Это произвол… произвол! Ты не можешь…

- Короля здесь нет. Но он, по счастью, уже сам близок к этой мысли, - спокойно ответил Шакадал.

- Я не позволю!

- О, герцог, не будь идиотом. У тебя так хорошо все складывается, ты уже договорился с собой. Не усложняй себе жизнь.

- Ты собрался убить моего друга, невинного человека… - его прервал смех Шакадала.

- Друга, которого ты предал, господина, которого оставил в беде? Я тебя умоляю. И после вчерашнего он не такой уж невинный.

Аседан стушевался:

- Все равно. Так нельзя! Я не… не…

- Тогда ты умрешь вместе с ним. Отдашь долг, хоть и с запозданием.

- Ты не можешь его убить, - спокойно произнес граф. – Он нужен Корунду, наверно, даже больше, чем ты. Двоих ты не потянешь.

- Да, к несчастью, - наемник глубоко задумался. - Поэтому я предлагаю обойтись одной смертью. Конечно, если упретесь, я все равно вас убью.

- А я должен стоять и смотреть?! – взвился Тафет.

- Как и обычно, собственно, - хмыкнул Шакадал.

- Ну, нет! Мы… я…! Балдрон, что ты сидишь, в самом деле, как сыч? – закричал герцог. Граф медленно и спокойно посмотрел на него, но ничего не сказал.

- Он сам все понимает. Все слишком далеко зашло. И после вчерашних слов…так больше продолжаться не может. Или я, или он. У графини есть шанс сохранить свое положение, у его детей – преуспеть, тем более, папочка герой. А так? Какая судьба? Король сам убьет его рано или поздно, жена возьмется за месть – что тогда? Семья будет разрушена. А так ты можешь проследить, чтобы она ничего не узнала. Будешь молчать. С королем можешь поделиться.

- И как ты не боишься! – удивился Тафет.

- Чего? Ты сам знаешь об опасениях нашего правителя. Маг придворный? Сколько он станет ждать, что в нашем дражайшем графе откроется сила Цихана? А вдруг он присоединится к родичу? – Шакадал наигранно задрожал.

- Так вы же его «убили»? – передразнил Аседан.

- Полагаешь, это уменьшит тревогу короля?

Аседан не ответил. Наемник пожал плечами.

- Слушай, я не спец в магии, но даже идиот бы понял, что с такой силой можно завоевать что угодно. Он свалил. Конец истории. Не такой он идиот, чтобы вернуться и болтать. К чему это приведет? К новым смертям. Он тут шлялся как монах, шума навел, а итог? Сам все это устроил, сам же и виноват. Еще и родичей подставил. Теперь будет сидеть тихо ради блага народа. Они все такие, - Шакадала кивнул на графа. – Вся семейка.

- Он же ничего не сделал! – с досадой воскликнул Аседан. – Это преступление…