Dnr 3 (не реанимировать)

Глава 40

Логика полетела к чертям. Всю следующую неделю я бежал к ней.

Пытаясь быстрее разделаться с делами, работой,срывался мчась в сторону знакомого района. Торопился гоня про промокшим, пропитанным осенним дождем улицам, желая быстрее оказаться в старом дворе, взбежать по лестнице вдоль изрисованных баллончиком стен и выжать звонок ее квартиры.

Преступал порог, вдыхал витающий по всему пространству кофейный аромат смешанный с табаком, запускал ладонь в шерсть пса и терялся в огромных, голубых глазах, чувствуя себя живым.

И в этих часах, днях, переросших в недели, что я проводил рядом с ней казалось, сконцентрировалась вся моя жизнь. Все произошло так быстро, я и не заметил как ее крохотная квартирка, стала для меня уютнее и желанней родного дома, если там была она.

Остальное померкло, стало мелким, потухшим, казалось не важным в сравнении с девушкой, что встречала на пороге.

Вечерами, сидя на кухне, потягивая чай из странных неровных чашек я медлил не желая уезжать. Знал что давно ждут в другом месте, знал что должен быть не тут, наверное и ей был уже не так нужен. Но появлялся на пороге каждый вечер, едва не силком заставлял себя уезжать, кажется нуждаясь в этом не меньше ее самой.

Бывали разные дни.

Порой мы могли не проронить друг другу ни слова, кроме сухого привет. Молчали выгуливая собаку, готовили ужин, пока каждый погружался в свои мысли.

Были и те когда она заливала мои рубашки солеными слезами. Как тот когда она встретила меня совершенно разобранная, с заплаканными, покрасневшими глазами прошептав что Ксю не становится лучше. Все что я мог это прижать ее к себе без конца повторяя слова утешения. В такие дни мне казалось это никогда не закончится.

Были и другие, они казались мне хорошими. Когда начиная обсуждать что-то с самого порога мы говорили без умолку, теряли счет времени, не могли перестать, наговориться, успокоиться. Разгребали завалы книг, спорили о фильме которые смотрели накануне или вырывали друг у друга палку для пса. Тогда мне казалось что та девушка со всей своей наглостью, смелостью и бравадой вернулась.

Громкий, режущий звонок раздался над головой, терзая уши.

Пальцы крепко сжимали две картонные коробки с соблазнительным ароматом сыра, напротив маленькая девушка не сводя с меня глаз хлопала ресницами. Облокотившись на дверной косяк она обнимала ладошками хрупкие плечи, словно пытаясь согреться, спрятаться за тонкой тканью футболки. Между бровей пролегла складочка, взгляд скользнул по мне и потупился в пол.

- Кир. - начал было я и осекся, отведя взгляд в сторону.

Это был я. Я знал что, расстроил ее.

- Прости что не приехал вчера, просто...

Не просто. Что мне было сказать? Что отчаянно хотел к ней, но обещал быть в другом месте?!

- Все хорошо, - перебила Кира не желая слышать - ты не обязан оправдываться.

С губ сорвался вздох, снова это обязан, не обязан. Сделав шаг на встречу уткнулся носом в кучерявые пряди, чувствуя волну облегчения прокатившую по телу когда ее руки обняли в ответ.

- Видела что нашел? - нетерпеливо спросил я.

- Пицца?! - протянула Кира отстранившись, ноздри шевельнулись принюхиваясь.

- Не просто пицца Лазарева, а самая вкусная пицца на земле!

- О, это определенно весомый аргумент. - хихикнула она склонив голову на бок, разглядывая этикетку - Такое название знакомое...

Кивнул выжидая, растягиваясь в довольной улыбке. Я и сам не сразу сообразил, когда проезжая мимо увидев вывеску. Лишь после, когда смутные образы всплывающие в голове не давали покоя вспомнил. Эта была та пицца, наша, что мы оба обожали и так часто уплетали вечерами когда, ленились готовить, не желали вылезать из пространства квартиры или постели. Мне даже показалось аромат выпечки, свежего теста забился в нос, разносясь по салону. Там сидя за рулем авто, сворачивая в нужном направлении я улыбался очередному потоку ностальгии ловя себя на мысли что все еще помню какую она любит.

- А... - заголосила Кира - Мы же ее раньше постоянно заказывали.

- Знала, они открылись у тебя за углом?! Как думаешь, испортились?

Глаза напротив довольно сверкнули.

- Сейчас проверим. - Кира вытянула из моих руки коробки.

- Все еще любишь эту противную, с ананасами? - уточнил я.

- Ты просто ничего не понимаешь в пицце! - фыркнула она.

- Ага и в мороженном еще. – пробубнил под нос стягивая кроссовки.

Она услышала и повернувшись ко мне просияла улыбкой.

- Вот... Абрамов, уже начинаешь соображать.

Я усмехнулся:

- За то в эклерах мне нет равных!

- Сладкая сладость! - кинула она состроив смешную гримаску.

- Эй... - обиженно протянул в ответ - не смей трогать Каремовский шедевр.

- Оу... запретная территория - хихикнула Кира, шутливо вскинув ладошки - Я ретируюсь, не буду покушаться на эту диктатуру в твоем сердце.

Она подобрала с комода коробки и скрылась в гостиной.

А я завис, просто стоял в крошечном коридоре улыбаясь как идиот. Мне так сильно этого не хватало. Не хватало ее, наших шуток, препираний и насмешек, чего-то теплого и понятного лишь нам двоим.

- Абрамов, я что сама все делать буду?! - принеслось возмущенное с кухни.

Я дернулся в след.

Мы раскладывали тарелки, приборы, коробки с пиццей пытаясь уместить все на небольшом столике у дивана. Старательно сражались с пушистым монстром который хотел свою долю и бегал за нами от столешницы к дивану бесконечно махая хвостом и жалобно поскуливая.

Кое-как уместив все на столе мы уселись на диван и принялись за еду отрывая треугольники теплого, ароматного блюда.

Бедный Тимон с молящими глазами метался от меня к ней не зная у кого выпросить лакомство. В конце концов выбрав меня пес начал шантажировать взглядом, виляющим хвостом бьющимся о диван и тихим поскуливанием. Я погладил пушистую шерсть между ушей, но какое ему дело до моих погладушек, когда тут пицца?!