Лисья зима

Глава 10. Лис отправляется в горы

И ничто не могло изменить их решение.

Поздней осенью он вышел из дома, ничего не сказав Янтарной, но оставив записку – потому не оставить ничего было бы глупо (она отправилась бы его искать). И еще потому что это было бы страшно – после того, как вот так вот их оставили одних, и сестра, уже выросшая (и вырастившая его, будем честны перед собой хотя бы) спустя годы с того момента в сердцах воскликнула, что их... Их бросили.

Но он не бросил Янтарную Осень, он оставил записку, он попытался объяснить ей, что у него дела – она ведь прекрасно знала, что такое дела, у нее самой их было предостаточно. И он надеялся, что она не отрядит на его поиски солдат.

Поздней осенью он вышел из дома – необходимые вещи и запах Северного Ветра в носу. Запах предателя. Он шел по следу, пока не встретил кошку, он знал, куда идет и зачем, знал, что делает. И главное – он знал, что поступает верно.

То было поздней осенью.

Ранней зимой он вышел из табора оленей – не прощаясь и уж тем более не оставляя записок, потому что его никто не стал бы останавливать, и уж точно не стал бы беспокоиться о нем. Он просто выскользнул из шатра, где им позволили переночевать, и, собрав свои вещи, отправился дальше.

Он не был уверен, что прав и не знал точно, что знает, что делает. Но он обещал Мур спасти Маму-кошку, и еще – она убедила его, что он делает то, что нужно. А значит, все было верно. И он шел именно туда, куда надо.

То было ранней зимой.

Но до этого...

- Нет, мы не собираем команду добровольцев, - прошипела Мурлыканье, и, хотя она глядела на оленя снизу вверх, выглядело так, словно это кошка взирает на оленя свысока, а не наоборот.

Высокий Перевал, впрочем, никак не отреагировал. Чуть склонил голову только – вроде как кивнул. И молча продолжил складывать одеяло. Одеяло у него было забавно-узорчатое. И тонкое, по плотности ткани очень похожее на то, которое носила с собой кошка. Мур и сама поглядывала на него с интересом – когда не шипела на оленя.

- Шелест тоже лучше остаться, но раз уж Учитель сказал, что ей можно идти, так и быть, пусть идет. Но не ты. Вожак ничего не говорил о тебе.

Высокий Перевал пожал плечами.

- Ваша стая слишком маленькая.

- У нас нет стаи! – сорвалась на крик кошка.

Высокий Перевал снова ее проигнорировал.

Вздохнув, Осенний Лист отпил травяного чая из предложенной ему оленем чуть раньше чашки. Чай был хорош, как и еда оленей – а может, он просто готов был считать вкусным что угодно горячее в этом заснеженном мире. Настолько хорош, что он некоторое время смаковал терпкий привкус, наблюдая перепалку кошки с Высоким Перевалом немного отстраненно.

Вмешиваться не хотелось. Время от времени он напоминал себе, что это его поход. И что ему, как никому, должно быть важно, кто идет с ними. Напоминал себе, но получалось как-то рассеянно, и лис продолжал попивать чай, глядя, как Мур распаляется.

Шелест сидела сбоку, у самого края полутемного шатра, обложившись одеялами настолько, что сама напоминала темное одеяло, и только глазами посверкивала. Ей было так же начхать на крики кошки, как и оленю, и Осенний Лист, слушая гневные возгласы, то и дело думал, что и кошка сама, как ни странно бы было это признавать, не воспринимала свои тирады всерьез.

О да, она была не полностью искренна. Он знал ее, как можно знать того, с кем ты знаком едва ли больше месяца, но пережил столько, сколько не переживал с иным закадычным другом, и он знал ее больше, чем ему бы хотелось знать – если совсем уж честно. Но он знал, и потому он слышал, как наигранно звучит ее голос.

Внезапно осознав это, Осенний Лист заинтересовано скользнул взглядом по кошке. Она была такая как всегда – просто... Просто не совсем такая. Словно что-то слетело с нее, словно не хватало какой-то детали. Словно другая куртка или, может быть, другой набор украшений – но это осталось на месте, и было как обычно.

- Ты с нами не идешь и точка! – закончила свою речь Мурлыканье и гордо отвернулась.

Высокий Перевал продолжил собираться. Желтые глаза Шелест едва заметно мерцали в темноте. Кошка, пренебрежительно фыркнув, вышла из шатра, на краткое мгновение впустив внутрь белый вихрь.

И кода сомкнулся полог, лис проводил взглядом ложащиеся на пол снежинки.

- Ну а ты? – спросил его Высокий Перевал, только сейчас отрывая взгляд от своих вещей.

Лис пожал плечами.

- Мне все равно, пойдешь ли ты с нами.

Он помолчал, обдумывая эту мысль еще раз. Ему и правда было все равно – точно так же, как и Шелест, олень мало что менял в том, что происходило. Они не были Мур – оба. И они не видели чуждых – или диких, как называл их Вожак. Они просто не понимали.

А Мур понимала? Он не был уверен, что кошка хоть немного разделяет то, что происходит у него на душе, откровенно говоря, касательно нее он вообще ни в чем не был уверен. Но понимала ли она? Она – понимала?

Да.

Может быть, это была просто глупая надежда – но ему именно надежда и нужна была. Даже кусочек надежды – да что угодно, лишь бы снова поверить. И снова идти.

И еще – он на самом деле думал, что она понимает. Иначе зачем ей было его переубеждать?

- Но я думаю, что без тебя мы будем дольше перебираться через горы, - сказал он оленю.

И это тоже была правда.

- Конечно, где двое пройдут быстро, четверо будут идти дольше, но...

Но он уже не был уверен, что на самом деле должен убить Северного Ветра. Может быть, он должен был просто позволить ему вернуть Отца? Может быть, он должен был просто промедлить и потом, вздохнув, сочувствующе похлопать Мур по плечу? Может быть...