сказки дедушки ромуса

сказки дедушки ромуса

Сказки дедушки Ромуса
Сказка - быль…уж не намёк…

Ортём проЯвился на полузаросшей тропинке, точно там, где и хотел, на перепутье, у огромного, вросшего в землю валуна. Зря мама всё время ещё волнуется – за те полгода, как ему наконец-то разрешили переЯвляться самостоятельно, он еще ни разу не промахнулся. И, хотя каждый раз приходилось отчитываться, куда да зачем, это было всё-таки намного лучше, чем до такого долгожданного восьмилетия. Не то, что раньше, когда каждый раз приходилось пользоваться переходником или просить кого-то из взрослых проЯвить тебя куда надо. Лично он уже и два года назад мог прыгнуть сам куда угодно… и даже три года назад… Ну да ладно, родителям, конечно, виднее.
До родных хором оставалось десять минут неторопливого хода. Их слободка, спрятанная глубоко в лесу, считалась уже дальним посадом, и хотя звалась Сосноборьем, название было старинное и лес вокруг давно уже был смешанным. Светлым, звонким, добрым, свежим, каким-то полупрозрачным, с могучей живой силой, особенно сейчас, в самом начале лета. Ортём постоял еще немного, втягивая вкусный воздух, закрыл глаза и причуйкался. Здесь уже совсем не ощущалось города. Нет, ему, конечно, нравилось и в Москве, где он учился в школе. Город был большой, красивый, легкий, зелёный, интересный. Но здесь… здесь было спокойно и уютно, здесь он был дома. Ортёма накрыла ласковая, приятно-теплая волна ˗ его появление заметили, его узнали, его приняли и, даже как показалось, обрадовались его появлению. Тёма любил «свой» лес и его любили здесь тоже.
Ещё раз глубоко вдохнув душистый воздух, Ортём поправил рюкзачок и неспешно зашагал домой. Настроение было просто отличное ˗ сегодня закончились занятия в школе, учебный год он закрыл можно лучше-да некуда, впереди большие каникулы, а самое главное, сегодня должен вернуться дедушка Ромус. Вообще то, звали деда Роман Иванович, но был он смолоду обладателем таких знатных усов, что давние друзья называли его Ромусом. А сейчас и все, с кем он работал и кто его хорошо знал… за глаза, конечно, и с уважением. Дед был главой центрального НИИ альтернативных реальностей, академик и вообще большой заумник общемирового значения в своей области. Время от времени, устав от кабинетной рутины, дед отправлялся, как он сам говорил «окунуться в причинно-следственные потоки другой, слава предкам, реальности». В этот раз его не было аж несколько дней и Ортём уже успел соскучиться.
Вот так, думая приятные мысли, улыбаясь и тихонько мурлыкая под нос, Тёма незаметно добрался до укромной поляны, где за невысоким деревянным штакетником и небольшим полисадником, в котором мама выращивала цветы и всякую мелочёвку к столу, как раз уместились их родные хоромы, слаженные не на один век. Вообще, в Сосноборье стояло ровно двенадцать хором, изб, избушек и был даже один ну очень затейливый теремок. И хотя все они были недалеко, всего в паре-тройке сотен саженей друг от друга, но так удачно расположены, что казалось здесь никто, кроме них, и не жил вовсе.
Ещё на крыльце, через открытое настежь окно, слышалось невнятное напевное бормотание и пахло свежей сдобой. Ну точно… В столовой-стряпошной вовсю хозяйничал Егорка. Заметив вошедшего Ортёма, домовик замер, медленно вытер руки о цветастый передник, растянул рот в жуткой ухмылке и прямо с лавки, на которой стоял у стола, прыгнул через полкомнаты… Зорко проследив за тем, успеют ли его поймать, и плюхнув все свои двенадцать вершков точно в подставленные руки, доморощенный шутник басовито прогудел:
˗ Здорово, Тёмыч! Опять в лесу проЯвился?
˗ Ага. Гляди, как там хорошо!
˗ Вот охота тебе ноги топтать-сапоги трепать… Ну всё, некогда мне тут с тобой тары-бары разводить. Неси меня на лавку обратно!
˗ А мама где?
Уже обычным голосом домовик проинформировал:
˗ Мама в рукодельне у себя, творит. Ухтышка с ней. Папы еще нет, обещал явиться к ужину… Да поставь ты меня уже, видишь, дело стоит!
Поставив деловитого суща на так резво покинутую им лавку, Тёма оценил всю грандиозность «стоящего» дела… В печке томились полуготовые пироги, рядом, накрытые белоснежными рушниками, теснились внушительными горками уже готовые вотрушки, бублики, пышки и кренделя. В углу стояла бадья с подходящим тестом, а весь стол был заставлен горшочками с начинками для следующей партии пирогов. Каждый раз к возвращению деда из других реальностей домовик затевал «большую стряпню» и готовил с размахом, отказываясь от любой помощи. Дорубая велок капусты, стряпуха выдал последнюю новость:
˗ Ромус, кстати уже вернулся. Ещё утром.
˗ А чего ты молчишь!? Где он, дома?
˗ Не-е, ушёл силушку поднабрать.
˗ А, ну тогда ладно. Хлопочи…
Оставив домовика хозяйничать дальше, Ортём заглянул в мастерскую, благо она располагалась тут же, на первом этаже.
˗ Мам, я пришёл.
˗ Опять в лесу проЯвился… Голодный?
˗ До ужина потерплю. Зря что ли Егорка вон как старается!
˗ Ух-ты, Отём пьисёй.. Пьивет!!
В уголке, за своим детским столиком тихонько сидела Ксюшка с кучей цветных карандашей и рисовала сразу двумя руками. Возле неё, на полосато-веселом половичке сладко сопел Ярик, их рыжий котейка, общий баловень и любимец.
˗ Привет, Ксюшка. Как дела?
˗ Хоёсё!
˗ Ну и «хоёсё». Мам, я к себе.
˗ Угу-у-у…˗ мама была занята. ˗ Дед вернулся, знаешь?
˗ Знаю. Егорка сказал уже.
Притворив за собой дверь, Ортём пошел к себе. Добравшись до своей комнаты на втором этаже, переоделся, подумал, и, вздохнув, разобрал школный рюкзачок, разложив всё по местам. Оглядевшись, – вроде все хорошо, --спустился на просторную открытую веранду, выходящую прямо к лесу позади хором. Удобно устроившись в плетеном кресле, подумал, что здесь он никому не мешая, ничего не пропустит. Погода хорошая, значит, ужин будет тут, на свежем воздухе. И дедушка Ромус, если пошёл подзарядиться, то, скорее всего, на свое излюбленное место силы, за родник к озеру, и придет как раз с этой стороны. Ортём ещё пару лет назад твердо решил стать погружником, как когда-то дед, и уже много знал про погружения и вообще про то, как устроена работа с альтернативными реальностями.
При полном личном погружении наблюдателям часто приходилось полностью раскрываться, пропуская через себя все энергетические потоки ˗ лишь так можно было понять всю суть происходящего и всеясно оценить и прочувствовать другую реальность на всех уровнях. При этом для поддержания, восстановления и чистки своей личностной структуры можно было расходовать только свою внутреннюю силу. Пользоваться местными источниками было строжайше запрещено и допускалось лишь в крайне-крайних случаях ˗ при угрозе разрушения тонкоорганизованных связей высшего порядка наблюдателя или деформации и уничтожения его личности. Даже повреждение плотного тела не считалось достаточным основанием. Кроме того, перед возвращением нужно было почти полностью сбрасывать остаток энергозапаса с «загрязняющими» отпечатками тяжелоискаженных энергий варварских Мирореальностей. Погружники почти всегда работали именно в таких. Да ещё и контрольная чистка от «альтернативной» микрофлоры и других возможных напастей, происходящая в момент возвращения, тоже совсем малоприятная штука. В общем, работа эта была трудная, а иногда даже опасная… Ээх, вот где настоящая романтика!.. Погружники работали не больше двух-трех месяцев. Все зависело от мощи и опыта. Ну и конкретной ситуации. Но чаще всего погружение занимало одну-две недели. Дедушка Ромус сейчас ходил на день-два, чтобы «форму не растерять и палец на пульсе держать». А в этот раз его почему-то не было почти пять… Восстановление по возвращении занимало от нескольких дней в обычном режиме до нескольких часов на местах силы родного Мира.
Конечно, основной объем информации приходил через систему ведунов, хитро подключенных к информационным полям изучаемых реальностей. С помощью этой системы можно было отслеживать всё, что там происходило, как в настоящем, так и скользя вниз по конкретному временному потоку. Но без работы погружённых наблюдателей картина получалась неполная и не давала возможности вскрыть всю глубину и определить истинное место и значение каждого отдельно взятого действия-события в бесконечных, затейливо переплетённых цепочках «причина ˗ следствие-причина ˗ следствие». С ведунами работали внешние наблюдатели в институтах альтернативных реальностей. Они же задавали место и время погружения, отслеживали работу погружников и, в случае необходимости, давали команду на срочную эвакуацию. Переходы между Мирореальностями и эвакуацию погружённых наблюдателей обеспечивала специальная служба. Вся поступающая информация обобщалась, стуктру... струк-ту-ри-ро-валась… и передавалась аналитникам, которые тщательно разбираясь в многоуровневых хитросплетениях причин и следствий, получали истинно-полную картину. Очередная реальность оказывалась как на ладони, без прекрас, утаек, черных дыр и белых пятен с самого зарождения существующей цивилизации (а где возможно, даже ещё раньше) до самого что ни на есть настоящего. Потом проводили сравнительный анализ всех изучаемых реальностей, получая в разы больше поводов к размышлениям. Сейчас в работе у «дедушкиного» института было несколько сотен альтернативностей. При необходимости, Старшие помогали вычленить из бесконечного множества ещё одну-две с нужным событийным рядом. Деда говорил, что их работа позволяет решать сложные вопросы не только в их Мире, но и как-то помогает упорядочивать структуру на более высоких… или, всё-таки, далеких?.. уровнях Мироздания…
˗ А-а, Тёмка, вот ты где. ˗ Ортём очнулся, надо же, задремал незаметно. Рядом стояла мама. ˗ Скоро ужинать будем. Папа уже дома. Егорка тоже как раз упра-
вился. Бедненький, весь день на ногах, умаялся весь.
˗ А деда?
˗ Сейчас придёт. Совсем сморился ˗ деда родного чуть не пропустил.
Ортём зажмурился, вдохнул и, как учили, попробовал нащупать Ромуса чуйкой. Почти сразу ощутил встречную теплую волну ˗ дед его заметил и ласково «поздоровался».
˗ Через минуту будет. ˗ Тёма открыл глаза и улыбнулся. Ромуса любили все, а он больше всех.
˗ А ты всё на сегодня?
˗ А-ага. Сейчас только отправлю Крыхту, что сегодня ему натворила, а то ему улетать завтра.
Крыхт был инопланетником с Ориона, старым другом их рода, а мама делала… ой, да чего она только не делала ˗ ткала, шила, плела, лепила, расписывала, вырезала, точила… работала с деревом, глиной, камнем, берестой, тканью, соломой, лыком… И все по старине, без всяких там вытворялок. Ну может, чуть-чуть совсем усиливала молекулярные связи, чтобы это все случайно не билось, не рвалось, не расплеталось.
˗ А что он просил?
˗ Куклу большую в сорофане и кокошнике. Сделала, чтоб улыбалась, когда с ней говоришь и пела, если попросить. У его дочки день рождения скоро…
˗ Да-а, здóрово! А что она …
˗ Вон дед идет, беги встречай скорей.
Вот ведь, заболтался совсем.
˗ Деда! ˗ ринувшись навстречу подходящему Ромусу, Ортём не хуже совсем, чем давеча Егорка, подпрыгнул и, обхватив того руками за шею, уткнулся в пушистые усы.
˗ Здравствуй, родной.
Вот так, вдвоем, они и поднялись на веранду, где их ждала мама.
˗ Ну всё, теперь все в сборе… Как ты, Ромус?
˗ Как новый. Олёша уже дома?
˗ Да, недавно вернулся.
Из стряпошной выскочила Ксюшка.
˗ Ух-ты, деда, деда пьисёй, пьивет, деда!!
˗ Привет, красота! ˗ подхватив на руки и её, Ромус щедро расцеловал обоих.
˗ Расступись! Встанут на дороге, не пройти-не протолкнуться. ˗ показно и натужно кряхтя, домовик уже тащил на себе стол. ˗ Ужин через полчаса. И попрошу не опаздывать, я самовар второй раз топить не буду!
˗ Не ворчи, Егорушка. Как скажешь. Будем. Даже раньше! ˗ и на всякий случай уточнил, ˗ Помочь?
˗ Ещё чего. Чай, не без рук, сам справлюсь. ˗ и, наконец-то широко улыбнувшись, заботливо поинтересовался, без натуги держа тяжеленный стол над головой, ˗ Ну как, черпанул родную силушку полной горстью?
˗ Ой, да-а, как мёду напился… Сейчас бы вот еще пирогов…
˗ Ну это мы мигом! ˗ и, поставив стол, сущ заторопился хозяйничать дальше. Ухтышка увязалась следом.
Постояв еще немного втроём и полюбовавшись Миром, потянулись в хоромы. В полупустой без обеденного стола комнате папа с Ксюшкой наблюдали, как домовик, пыхтя изо всех сил, тащит на закорках здоровенный, нарядно-блестящий, двухведёрный самовар.
˗ Посторонись!
Ну как же без этого! И ведь когда его никто не видит (ну или он так думает-не замечает), все домашние дела ну просто спорятся в маленьких ручках, всё делается легко и непринуждённо, как бы само собой, любо-дорого смотреть. Но зато когда на виду… каждый должен знать и понимать, как ему нелегко и непросто… но он… не жалея себя… c большим трудом… из последних сил… кряхтя, ворча и охая (зависит от ситуации и настроения)… всё же справляется с родным хозяйством. Хитрюга и артист! Но надо сказать, справлял хозяйство он заглядно. Таких домовиков еще поискать надо!
Досмотрев очередное представление, дед с папой обнялись.
˗ Ну как там?
˗ Там все неладно. Даже ещё хуже, чем мы думали. Но!.. о грустном не будем, пусть с ними. Нам еще пироги есть-чай пить.
Когда все собрались за столом, богато уставленным пирогами и с уже так славно шумящим самоваром, рóзлили по первой чашке душисто-парящего чая на лесных травах, встал папа и торжественно произнес… даже молвил..:
˗ Тёмыч! Мы все поздравляем тебя с окончанием учебного года и успешным переходом в четвертый класс. Умница-молодчина! А это тебе от нас. Егорушка, давай!
В дверях появился домовик, катящий…
˗ Ух-ты, веесипет! Мама-папа-деда, я тозя такой хосю.
Да-да… Егорка выкатил новенький, блестящий велосипед с антигравом! Антиграв, конечно, не такой мощный, как хотелось бы, даже отсюда видно (наверняка мама настояла), но это уже не важно!!!
˗ Благодарно!!! ˗ Ортём тут же захотел было испытать обновку, но подумав, по-взрослому солидно решил, ˗ Завтра опробуем. ˗ в конце концов, предвкушение удовольствия ничем не хуже самого удовольствия, тем более такого удовольствия, которое от тебя уже никуда не денется…
Ужин, как всегда, удался на славу! Было весело, вкусно и по-домашнему уютно. И даже папа, наконец, расслабился. Сегодня в Старограде, что под Новгородом Великим, открывали новый исторический музей, в котором папа с самого начала работал главным гармонизатором пятимерных объёмов. И теперь, когда основная работа была завершена, он опять был улыбчивый и говорливый, а не сам в себе, как последние две недели. Не хватало только бабушки ˗ она входила в межзвездную группу наблюдателей у Ольдебарана и обещала вернуться только к праздникам.
Заморив червячка вкуснейшими на свете пирогами с рыбой, картошкой, капустой, грибами, луком-яйцом, моркошкой и мясом, перешли к десерту. На десерт Егорка притащил сладкие пирожки «в ассортименте» и еще давеча замеченные Ортёмом вотрушки, кределя, пышки и бублики. Их полагалось есть с вареньем (сегодня было брусничноё, земляничноё, вишневоё и абрикосовоё), мёдом, маслом, сметаной и сыром ˗ кто как больше любит. Ближе к концу празднично-роскошного ужина маме пришла благодарка от Крыхта за куклу. Он был в полном восторге. К благодарке были прицеплены приветы остальным и извинялка за невозможность лично всех обнять.
Время летело незаметно, собрались расходиться когда уже почти стемнело. Ксюшка давно тихонько сопела, пристроившись рядом с домовиком в их любимом кресле.
˗ Ну всё, пора и честь знать, ˗ Ромус поднялся и с удовольствием потянулся. ˗ Благодарно тебе, Егорушка. Уважил, так уважил!
˗ Да чего уж там. На здоровье.
˗ И точно, пора на боковую, ˗ папа широко зевнул, прикрыв рот рукой, ˗ вон Тёмка вовсю уже носом клюёт.
˗ И ничего я не клюю… Деда, а расскажешь сегодня сказку?
˗ Хм., ну если хочешь… Беги умывайся, я скоро.
Ортём уже почти дремал, когда в открытую дверь заглянул Ромус.
˗ Не спишь ещё?
˗ Неа. Заходи скорей.
Дед зашёл в комнату и присел на краешек кровати. За ним быстренько просеменил Егорка и, устроившись на давно уже облюбованной мягкой лавочке, приготовился слушать. Домовик тоже страсть как любил дедовы сказки и старался не пропускать ни одной.
˗ Ну, Тёмушка, какую сегодня сказку рассказать?
˗ Страшную!
˗ Стра-ашную… Ну слушайте… В одной из многих реальностей, только похожей на нашу, жил-был мальчик. Вот возвращался он как-то из школы домой. Уже темнело, моросил мелкий, осенний, холодный дождик, левая нога промокла в луже и противно хлюпала, мальчик начал подмерзать. Настроение было ˗ ну просто хуже некуда. А всё началось ещё прошлым утром, недаром у него было какое-то нехорошее предчувствие. Вчера ему исполнилось целых восемь лет, а ему опять не подарили уже обещанный велосипед… ˗ тут домовик на своей лавочке тихонько хихикнул. ˗ … К тому же, под вечер ещё разругались родители, да так, что не разговаривали даже когда проснулись. Это его так расстроило, что он не сделал уроки, а сегодня, понятное дело, спросили и влепили жирную двойку. Да ещё на большой перемене схлестнулся не из-за чего с мальчишкой из параллельного класса и всё закончилось не в его пользу. И рубаху порвали. Домой почему-то не хотелось, брел он медленно, злой и совсем расстроенный.
Дома, не успев войти, споткнулся о кошку и чуть не упал. Не везет, так не везет. В своей комнате зашвырнул под стол школьный портфель, переоделся, кое-как кидая одёжку, куда придётся, сел и совсем пригорюнился. Наконец, решив хоть как-то порадоваться, пошёл в стряпошную за вчерашним тортом. В стряпошной свет не включался. В полутьме он ударился о стол, разбил свой любимый бокал, хорошо хоть чай горячий не успел налить, и, забрав остатки торта, вернулся к себе в комнату. И вдруг… ˗ Ромус сделал «страшные» глаза ˗ мальчик услышал, как громко хлопнула два раза дверка холодильника, и в стряпошной зажегся, погас и снова зажегся свет. Мальчик замер, волосы зашевелились и ноги чуть не подогнулись, отказываясь держать похолодевшее от страха тело… Вокруг стояла зловещая тишина… Решившись, а это был всё-таки смелый мальчик, он тихонечко прокрался посмотреть, что это там творится такое. Всё вроде бы было спокойно… Свет пусть остается, подумал он, а я пойду к себе и буду пить чай со своим тортом. Но не успел он проглотить первый кусочек и отхлебнуть первый глоточек, как услышал звон роняемых кем-то прямо на пол ножей, ложек и вилок… Позабыв про всё на свете, мальчик бросился к кровати и, натянув одеяло до самых ставших огромными глаз, застыл от ужаса. Вдруг где-то зашумела вода, что-то с грохотом упало, а дверь в купальню противно и страшно заскрипела… Послышались негромкие, медленно приближающиеся шаги… И вот в полутёмном коридоре показалось что-то… Уже почти теряя сознание и забывая дышать, мальчик разглядел неторопливо идущий над полом уличный комбинезон младшего брата, а вместо головы было скомканноё в лохматый безобразный ком махровое банное полотенце. Напротив входа в комнату это чудище остановилось, ме-едленно повернулось и направилось прямо к нему. Мальчик ещё услышал угрожающее шипение кошки, отважно преградившей дорогу страшилищу, но тут сознание окончательно померкло...
˗ Да-а-а.., а что это было? ˗ Ортём заинтересованно сел в кровати, скрестив ноги.
˗ Да ничего особенного. Нички проказничали.
˗ Это ещё повезло, что нички, ˗ встрял домовик, ˗ а вот если б мавки озорничать вздумали… у-у-у…
˗ Деда, а что дальше было?
˗ Вечером вернулись его родители, застали сына с высокой температурой и в бреду. Конечно, испугались, сразу помирились, позвали докторов. Мальчик поболел-поболел да и поправился. Когда он потом рассказал, что случилось, решили, что это просто приснился кошмар. Учинённый разгром списали на смелую кошку, а к лету подарили велосипед. Со временем и сам мальчик стал думать, что это был только сон. Он вырос, стал приличным человеком и неплохим, даже хорошим, для своей Мирореальности, врачом-психиатром.
˗ Духоладником, по-нашему, ˗ опять блеснул широтой познаний домовик.
˗ Значит, всё закончилось хорошо?
˗ Ну как сказать. Все живы-здоровы… Но только дело в том, что у этого мальчика была сильноразвитая способность чуйкать тонкие планы своей реальности. И эта способность у него постепенно раскрывалась. Он даже потихоньку начал её осознавать. И его мысли и чувства имели бóльшую силу, чем у большинства других. Вот нички и почуяли его низкие вибрации, уж больно нескладный день выдался у человека. Ну и перестарались с шалостями своими, увлеклись. Заводят и раздражают их такие сильные источники тёмных эмоций, и шутки у них делаются злее. А после этого приключения ушла эта способность вглубь сознания и больше не проявлялась никогда… А настоящим духоладником, Егорушка, он стал бы, если б способности эти развернулись да осознались им до конца. А так… Ещё одна возможность чуть-чуть приблизиться к верному пониманию истинной реальности навсегда исчезла в этом Мире… Не случилось… Ну всё,
спать пора. Тёмушка, доброй ночи. Егорушка, пойдем.
Выходя, Ромус махнул рукой, и свет в комнате погас. Ортём устроился поудобнее. Больше всего в дедовых сказках будоражило воображение то, что на самом деле это были, конечно, совсем не сказки. Это раньше он так думал, когда маленький был. Сейчас-то он знал, что это чья-то жизнь, чья-то что ни на есть реальная реальность. Как всё-таки хорошо, что не наша… и как так можно жить? Это всё равно, что… ну… смотреть с закрытыми глазами… и при этом еще шагать незнамо куда... А вот взять, к примеру, их любимого домовика. Тот ведь тоже большой любитель шутки шутить. На днях вон что выдумал… Обер-нулся Яриком, сидел себе тихонечко, лапой умывался, мурчал даже, пока все ужинали сидели да гадали, куда их Егорка запропастился. А тот вдруг как мявкнет своим любимым басом: «Ну да-а-айте молочка-а котейке-е!». Мама аж подпрыгнула. Вот смеху тогда было... не то, что там…
* * * *
В новом дне, встав пораньше и быстренько позавтракав вчерашними пирогами и свежим салатом, Ортём наконец-то добрался до вчерашнего подарка. Немного покатавшись по свеже-утреннему лесу и попривыкнув к новой технике, своим ходом махнул с друзьями на велодром в Крылатское. Вернулся только к вечеру. Мама с папой вечеряли на веранде, тут же копошилась с куклами Ксюшка. Домовик в столовой начищал самовар. Деда нашел в кабинете.
˗ Привет, деда. Что, занят?
˗ Здравствуй, Тёмушка. Не сильно. Это ты насчёт новой сказки удочки закиды-ваешь?
˗ Ну-у, да, ˗ деда захочешь - не проведёшь.
˗ Ужинал уже?
˗ Неа, только вернулся вот.
˗ Ну и как обновка?
˗ Заглядная.! Просто чудо.!
˗ Ну вот и славно. Ступай, поешь. И я как раз управлюсь.
Слегка перекусив ˗ есть особо не хотелось, днём с ребятами хорошо пообеда-
ли на велодроме ˗ и поболтав немного с папой и мамой, Ортём поднялся к себе. Кроме него, на втором этаже жили только бабушка и дедушка, и здесь всегда было тихо, спокойно и уютно. Ну и ещё у них наверху умещались дедов кабинет и две небольшие комнатки «на всякий случай». Хотя одну из них уже переделали для Ксюшки, которая пока жила с родителями внизу. Там же, на первом этаже, напротив просторной столовой-стряпошной была устроена мамина (ну и немножко папина) мастерская и в своем чуланчике за печкой обитал Егорка. У самого входа, за самой обычной дверью прятался переходник, совмещенный с доставщиком «туда-сюда». Ну и, понятно, на каждом этаже была своя купальня-умывальня с отхожником. Удобно!..
Покончив с вечерним умыванием, Ортём заглянул к деду.
˗ Деда, я всё! А ты?
˗ Всё? ˗ Ромус сидел за столом в своем удобном кресле, закинув руки за голову, ˗ Ну тогда пошли. Егорку подождём?
˗ Не надо меня ждать. Тут я уже! ˗ домовик вприпрыжку поднимался по лестнице.
Когда все устроились, дед начал:
˗ В одной из многих реальностей, только похожей на нашу, жила-была девочка. Хорошая девочка, умная, тихая и скромная, единственная и долгожданная радость у своих папы и мамы. Вот долго ли, коротко ли, а стало твориться с ней что-то странное. То сидит и улыбается неизвестно чему, то отвечает невпопад, то задумается так, что вообще ничего не видит и не слышит. Поначалу не обращали на это внимания, мало ли о чём может мечтать девочка, но дальше ˗ больше. Начала она разговаривать сама с собой, истории какие-то удивительно-непонятные рассказывать, а то вдруг встанет столбом, ноги у неё подогнутся и упадёт, как подкошенная, а потом придёт в себя и смотрит пустыми глазами, не понимая, где находится. Стали её побаиваться и никто не хотел с ней дружить, а иногда даже обижали. Испугались тогда папа и мама, позвали докторов и стали пилюли ей разные давать. Не хотела девочка «лечиться», но перечить родителям не стала. И вскоре вообще перестала улыбаться и говорить, а потом и не вставала уже даже, лежала тихонько и только плакала иногда. Привезли её тогда в больницу, стали пробовать и то, и это, но ей становилось только хуже, и через несколько дней она ушла, оставив свой плотный, известный им мир…
Дед замолчал.
˗ Деда, а дальше? Это же не всё.
˗ А дальше… Похоронили её папа и мама, как водится. Горевали-горевали и вскоре тоже ушли от тоски, вернувшись обратно в спираль перерождений. Уж очень они дочку свою любили… А знаете, кто её пытался «лечить»?
˗ Кто?
˗ Тот самый повзрослевший мальчик из вчерашней сказки, помните? Вот только, потеряв даже возможность понимания явлений, выходяших за рамки обыденности, не сумел помочь, не разобрался, что же на самом деле происходило с этой девочкой.
˗ А что с ней происходило?
˗ О-о-о… Эта милая и скромная девочка могла сама, без всякой помощи, видеть другую Мирореальность. А потом даже научилась общаться с её жителями. А потом даже полностью переносить своё сознание в эту иную реальность. Сама, вы представляете, сама! Даже у нас это большая редкость… ˗ Ромус помолчал и «со значением» посмотрел на своих слушателей, ˗ Кстати, вы же знаете Олёну из нашего института? Она часто у нас бывает.
Конечно же, они её знали. Олёна и правда частенько к ним заглядывала. Всегда весёлая, смешливая, лёгкая, свежая и вся какая-то… солнечная.
˗ Так вот, наша Олёна и есть та самая девочка!
Оба любителя сказок ахнули. Домовик так и вовсе остался сидеть с открытым ртом.
˗ Деда!! Как же так?!. Ведь нельзя из другой реальности… ну… к себе чтоб…
˗ Да, нельзя. Это непреложный закон. Но..! догадайтесь-ка теперь, какой Мир она видела, когда была той девочкой?
˗ Наш?
˗ Да, наш. Мы почти сразу её вычислили и постоянно за ней наблюдали. Пришлось, конечно, подключить Старших и с нашей, и с той стороны, чтобы они отследили вероятностные последствия такого перехода.
˗ А там тоже есть Старшие?
˗ Тёмка, здрасьте, ты что? Старшие есть в каждой реальности, на каждом обитаемом Мире. Только зваться могут по-разному. В родной Олёнкиной реальности – это Учителя. В общем, разрешение было получено с обеих сторон, ну а дальше все просто. Сразу после её выхода там, у себя, мы перетянули её личность к нам и загрузили в новое тело. И теперь она не только старший наблюдатель за своей реальностью, но ещё и отличный погружник. Повезло нам с ней здорово… Так, ну всё, хватит сказок на сегодня. Егорушка, пойдем. Тёмушка, доброй ночи.
Дед и всё ещё ошарашенный, но явно уже что-то задумавший домовик, ушли. Да понятно, что задумал, теперь от Олёны не отстанет, будет пирогами своими бесподобными соблазнять ˗ сказок требовать. Хитрюга, он и есть хитрюга… А деда тоже… и ведь как хитрó подвел то: «Вы же знаете Олёну?». И почему раньше ничего не говорил про неё, а сейчас решил рассказать… вон Егорка даже ни сном, ни духом, а уж он то всегда всё обо всём знает… да-а-а, загада…
* * * *
В новом дне все, кроме Ромуса, ходили в «папин» музей. Даже домовик, хотя страсть как не любил оставлять хозяйство без присмотра, не удержался и увязался вместе со всеми. И даже прибавил в росте, чтобы удобнее было ходить-смотреть. ПроЯвились у входа. Ещё снаружи здание нового музея поражало своим гармоничным великолепием, а уж внутри!.. Да чего уж говорить ˗ папа делал. Ну не один, конечно. Одному за три года такое сделать даже ему не под силу. Но папа был главным гармонизатором ˗ придумывал сам, комбинировал придуманное другими гармониками, координировал, направлял, контролировал и за всё отвечал. Получилось заглядно! И хотя сейчас в музее было около миллиона посетителей (столько показывало информационное табло на входе), но пятимерье было устроено так продуманно и удобно, что, если бы их было даже в десять раз больше, всё равно никто никому бы не мешал. Кроме людей в Залах было много инопланетников, то и дело попадались разного вида и размера сущи. Не утерпев, Ортём подмигнул домовику.
˗ Гляди, Егорка, не один ты такой любопытный.
˗ Я не любопытный, я интересующийся. ˗ сущ важно раскланивался с сородичами.
Встречались даже слегка неуклюжие подводники в своих увлажняющих масках, соединённых с заплечниками и неторопливые подземники-кощейки в большущих тёмных очках. Дед как-то говорил, что они намного древнее, чем нынешние люди.
В музейной необъятности, казалось, было всё, что можно только представить ˗ от мелких черепков, косточек и непонятных кусочков до целых воссозданных кварталов древних городов и огромных по площади природных ландшафтов с давно исчезнувшими растениями и животными. Каждый экспонат можно было рассмотреть со всех сторон, любым способом, на всех планах доступной реальности. Специально настроенные ведуны позволяли отследить всю историю каждого выставленного предмета с самого его создания (ну или создания того, частью чего он когда-то был). По тому же принципу ведуны работали и с останками животных и растений, и с различными окаменелостями. Всё подряд, конечно, было смотреть неинтересно ˗ это для заумников и спецов. А для обычных посетителей самые интересные места были отмечены мячками-звёздочками. Особенно Ортёму с Ксюшкой понравилась обратновременная «перемотка». Выберешь какой-нибудь, к примеру, черепок и рраз ˗ этот черепок ле-жит где-то в земле, рраз ˗ откуда-то появляются другие черепки, рраз ˗ и черепки сами выкапываются, очищаются и собираются в целый кувшин, выпавший когда-то из чьих-то неловких рук. И так можно досмотреть до начала, когда совсем новый кувшинчик преврщается в ком мягкой глины на гончарном круге. Заглядно!
Ходили долго. Домовик отстал ещё в Зале посуды и кухонной утвари, где за-чарованно глядя на огромную выставку пузатых самоваров, к которым испытывал давнее и неслабеющее с годами восторженное влечение, идти дальше со всеми наотрез отказался. А после Зала истории игрушек закапризничала Ксюшка. Дружно решив, что на сегодня впечатлений уже хватит, вышли на улицу и прыгнули домой…
Егорки ещё не было, всё на самовары свои ненаглядные любуется небось. Родители пошли укладывать Ксюшку, а Ортём поднялся к себе, на всякий случай заглянул к деду ˗ тоже никого (странно, вроде выходной сегодня). Захватив только вчера доставленную книжку с новыми приключениями обычной девочки Олисы Селезнёвой, по дороге сделав бутерброды с сыром и налив большую кружку молока, удобно устроился на веранде.
Погрузившись в чтение, Ортём так увлекся, что не заметил, как дочитал до самого конца. Да-а, вот же живут люди, не соскучишься!. Потянувшись и сунув книжку подмышку, пошел сполоснуть освободившуюся как-то вдруг посуду. Открыв кран и послушав какое-то нездоровое бульканье, громко спросил ни у кого:
˗ А почему у нас воды то нет?
˗ Ах ты, батюшки, не уследил! Совсем вы меня нонче музеями своими закружили!
Откуда-то появился всполошённый домовик. Быстренько сбегав к себе в чулан и достав из закромов новый водокуб, сущ сноровисто подключил его в расширитель вместо опустевшего.
˗ Пробуй!.
Ортём снова открыл кран. Булькнув ещё пару раз, из крана потекла вода.
˗ Ну вот и ладушки. Пользуйтесь.
˗ Благодарки! ˗ Тёма сполоснул тарелку и кружку, ˗ а что, деда нет ещё?
˗ Да как это нет. Давно уж приЯвился. Заглянул к тебе, посмотрел, как ты рукой по тарелке пустой шаришь, ˗ домовик хихикнул, ˗ и не стал тебе мешать, от ин-тересностей отвлекать.
… Ромус нашёлся у себя в кабинете.
˗ Привет, деда! Когда сказку слушать будем?
˗ Здравствуй, Тёмушка, ˗ дед улыбнулся, ˗ аль не начитался ещё сказок то сегодня?
˗ Ну, так то ˗ придумки, ˗ Ортём показал прочитанную в один присест книжку, ˗ а твои то нет.
˗ Это да. К сожалению… Сейчас приду, готовься.
Тёмка был уже давно готов, когда появились Ромус и вконец «закруженный» домовик.
˗ Ну что, все готовы? ˗ Ортём и Егорка дружно кивнули. ˗ Ну тогда слушайте… В одной из многих реальностей, только похожей на нашу, жил-был мальчик. Хороший мальчик, пожарником хотел стать. Улыбался по доброму и даже имя родовое было у него хорошее. Вот долго ли, коротко ли, а вырос мальчик, выучился, работать начал. И до того он людям нравился, что сделали его начальником, сначала маленьким, ну а потом всё бóльшим и бóльшим. Окреп уже давно не мальчик, поглядел, как другие начальники живут. И тоже захотел и того, и этого. Да побольше, да побыстрее. И пошло дело ˗ тут украдет, там отнимет, этого предаст, того задавит. А уж когда совсем важно-главным начальником стал, заматерел, то и вовсе в гнилушку превратился. По-прежнему улыбался, но как-то уже фальшивенько, всё больше по привычке. Совсем счестным людям житья не стало. Но зато столько всего у него появилось, что аж вы-валивалось отовсюду. Особенно часы любил дорогие, блестящие…
˗ Деда, а зачем ему столько?
˗ В варварских Мирах многие думают, что чем больше у тебя денег, побрякушек дорогих-разных и прочего хлама, тем ты лучше, умнее, красивее и важнее остальных. И за это готовы сгубить и себя, и других, и всё, до чего дотянуться сумеют.
˗ Странные люди.
˗ Это да, ещё какие! Так вот… ага… было столько у него всего, что становилось уже смешно. А хотелось ещё больше. Патология…
˗ Недуг, по-нашему, ˗ ввернул «интересующийся» всем домовик, ˗ или хворь.
˗ Ну да, правильно, Егорушка, недуг. И хворь эта до того заразная, что мало кто устоять против неё может. Вот и наш мальчик так захворал, до того тяжелый и смрадный туман его окутал, что даже в плотном мире людям рядом с ним было уже неуютно. Даже родная дочка-красавица не выдержала и давно уж уехала подальше, чтобы избавиться от ощущения всеразрушающего наступления ядовитой хмари. Успела, спаслась, одна из немногих. Ведь чаще всего ребятишки таких вот «хворых» с малолетства превращаются в пустышки никчёмные или, того хуже, в гнилушки трухлявые. И несут они эту пустоту да гниль всё дальше и дальше… А бывший хороший мальчик тем временем совсем сумеречем стал, службу свою справлять почти перестал и другим не давал, с иноземниками заигрывал, даже царя слушать перестал…
˗ Ой, там тоже у них есть царь?
˗ Ну почти царь. Не такой, конечно, как наш царь-батюшка, но всё же… Разгневался тогда «царь», велел схватить злодея и в темницу заточить. А богатства его несметные, неправедно нажитые, в казну «царскую» определить. Долго казначеи считали-удивлялись. А сколько ещё в заграничье схоронено бы-ло, по обычаю их хитровыдуманному, то до конца так неведомо и осталось. Но и найденного-посчитанного на многие дела полезные да нужные хватить может. Поглядим… Тут и сказочке ˗ конец, а кто слушал ˗ молодец!.
˗ Ой, деда, а почему его раньше не схватили? Что, «царь» их не знал?
˗ Да как же не знал? Знал. Только не принято у них как-то сразу начальников хватать… Да и если всех таких похватать, почитай, и половины не останется. Гляди, и этого отпустят скоро… Ну всё, спать. Доброй ночи. Егорушка, пойдем.
Уже засыпая, Ортём представил мутную, почти бесформенную фигуру, лишь отдаленно похожую на человека, со множеством лохматых лап и скользких щупалец, едва видимую в угрюмом, липком, серо-буром тумане. Лапы-щупальца без устали шевелились, подгребая окружающую муть к себе, а на каждой из них блестело и тикало по десятку тускло-желтоватых часов. Тикание сливалось в какой-то суетливый, невнятный шум… Да-а-а… вот как так можно жить?.. Жуть…
* * * *
В новом дне, не успел Ортём спуститься вниз и позавтракать, как Ксюшка, уже сидящая за столом вместе с папой и мамой, тыча перемазанной манной кашей ложкой, жизнерадостно известила:
˗ Ух-ты, Отём пьяснуйся! Смотьи, сто тебе бабуська пьисйайа!
Возле переходника солидной горкой громоздилось с десяток разноцветных коробок. Подойдя поближе, на самой верхней коробке Тёма увидел картинку с поездом странновато-незнакомого вида. Уже догадываясь, что это такое, посмотрел на родителей.
˗ Ага., железная дорога. Ольдебаранская. Чуть ли не последняя у них оставалась. Смотри, новенькая совсем, ˗ глаза у папы горели детским восторгом, ˗ прямо со склада старого удалось вытащить-спасти. Полный комплект!! Там раньше у них фабрика-мастерская была, игрушки делали, потом её в военный завод превратили. А завод разбомбили недавно вчистую, камня на камне не оставили.
Да-а-а… Ортём помнил ˗ бабушка рассказывала… Ведь был нормальный Мир, красивый, развитой. С огромными… как это… духовно-интеллектуальными накоплениями. И жили хоршо, как нормальные лю…то есть трансформники, в космос даже начинали выходить. И вдруг, как с ума посходили ˗ переругались все и воюют уж, почитай, лет сто как. И из-за чего! Одни ни с того ни с сего начали кричать, что надо ходить с двумя руками на четырех ногах, а другие упираются ˗ это неправильно, и надо с четырьмя на двух. Полмира себе разнесли уже из-за этого и всё не успокоятся никак. Странные… Да ходи, как хочешь, если удобно… Вот бабушка и следит там вместе с другими наблюдателями-инопланетниками, чтобы не натворили чего за пределами своего Мира и в космос со своей войнушкой не перешли… А Старшие у них назывались Указывающие Путь, кажется.
˗ Тёмка, ты чего застыл? ˗ папа уже дозавтракал, ˗ ай-да, поглядим скорей, что нам «бабуська пьисйайа»!
˗ Здрасьте-до свиданья! Куда это вы ай-да? ˗ мама уже накладывала дымящуюся кашу в чистую тарелку, ˗ Сам поел, а ребёнку, значит, не обязательно? Тёмка, садись кушать. И оладушки вон бери, Егорка с утра напёк, тёплые ещё.
А ведь и верно. Ортём совсем забыл, что так-то шёл слегка перекусить с доброго утра.
˗ Пап, я быстро!
˗ Не торопись. Без тебя не начнём. Вон коробки пока к тебе в комнату перетас-каем. Его-орка-а, помогай, доргой!
И пока папа с кряхтящим, как водится, изо всех сил домовиком таскали коробки, Ортём быстро справился с кашей и парой-тройкой… ну и ещё одну… оладушек с любимым брусничным вареньем. Так-то, конечно, можно было не мучиться и мигом всё перекинуть прямо к нему в комнату, но мама не одобряла внеЯвные перемещения в доме.
˗ Мам, благодарно! Я всё.
Дожёвывая на ходу, и напрочь позабыв про старательно воспитываемую последний год солидность (все же восемь лет стукнуло, это вам не шутки), Ортём вприпрыжку помчался к себе. Ксюшка, всё это время серьёзно следящая за возникшей вдруг суетой, сидя на своём высоком стульчике, поскакала следом.
В комнате, прямо на полу, среди открытых коробок, папа с домовиком изуча-ли уже переведенную на русский инструкцию.
˗ Ну что, начинаем?
˗ Вас только и ждём. Так, достаём сначала всё из этой.., этой… и вот этой коробок.
Поначалу продвигались медленно, как почти всегда и бывает, если имеешь дело с моделями инопланетников. Но постепенно, когда приспособились к мышлению далеких игрушечников и слегка разобрались в их технических закавыках и непонятных штуковинах, дело пошло на лад. А когда к ним присоединилась и мама, дело совсем заспорилось. Модель получалась грандиозная. В комнате она не умещалась, пришлось папе колдовать. Побормотав неразборчиво себе под нос, прикинув-посчитав что-то на листочке и сверившись с инструкцией, папа встал в центре комнаты, принял величественную позу и сделал вид, что запахивает невидимый плащ:
˗ Бум-карарабум! ˗ и топнул левой ногой.
Комната смазалась и увеличилась в размерах раз в пять… или в шесть. Ортём не выдержал и засмеялся. Папа любил придумывать смешные заговорки.
˗ А ногой зачем топать?
˗ Для пущего эффекта! А чтобы обратно всё вернуть, надо наоборот сказать и ещё раз топнуть. Карарабум-бум! ˗ и притопнул правой ногой.
Комната снова поплыла и стала обычного размера. Недостроенная модель и все детали в коробках уменьшились до крошечных размеров.
˗ Я это всё уже с комнатой синхронизировал. ˗ скромно сообщил «чародей» и поклонился.
Все захлопали. Это ж надо!.. Всего за пять минут всё правильно рассчитал и совместил чужую вещь с их пятимерьем. Да ещё и эффектов добавил! Всё-таки папа талант. Не зря считается одним из лучших гармоников в их Мире.
˗ Ну, Тёмыч, теперь ты попробуй.
Так же важно, как и папа, изображая могучего волшебника, Ортём встал и страшным, как он надеялся, голосом произнёс заговорку:
˗ Бум-карарабум! ˗ Топнул… Комната поплыла и увеличилась. Недостроенная железная дорога приняла свои нормальные размеры. Все снова дружно захлопа-ли. Ортём с достоинством поклонился и по-величьи поднял руку.
˗ Достаточно. Давайте продолжать наше дело. ˗ и не выдержав, опять рассмеялся.
Часа через четыре всё было готово. Дорога получилась богатая, с развилками, переездами, стрелками, тоннелями, насыпями, тупичками и мостами. Возле двух небольших станций с красивыми вокзальчиками были разбросаны одноэтажные домики под высокими четырёхскатными разноцветными крышами, прорезанными треугольными окнами с каждой стороны. У вокзала побольше, видимо обозначающим город, было несколько домов в два-три этажа, рядом располагалось депо и специальная площадка, где должны были «разгружаться» товарняки. В комплект входило два пассажирских и четыре товарных состава, непохожих друг на друга, с разноцветными тягачами. Каждым можно было управлять отдельно. Был ещё тягач-ремонтник, который, как сказано в инструкции, не управлялся и ездил сам по себе…
Тёме, как законному владельцу, вручили слегка крупноватый основной пульт.
˗ Ну, поехали! ˗ он нажал на кнопку пуска.
Составы тронулись и… вот это да-а-а!.. всё свободное пространство между затейливо петляющими рельсами заполнилось полями, лугами и небольшими рощицами, с мелькающими тут и там местными зверушками. Все было как настоящее! Даже речка. Начинаясь где-то в горах, она протекала под одним из мостов и впадала в небольшое озерцо. А на платформах-перронах и в полисадничках у своих домиков появились малюсенькие фигурки двух- и четырёхруких ольдебаранцев, ладных и по-своему грациозных, в причудливой одежде приятных цветов. И если приглядеться, можно было разглядеть машинистов тягачей и пассажиров в аккуратненьких вагончиках. Даже внутри вокзалов и домов мелькали неясные силуэты. И когда поезд останавливался на станциях, некоторые пассажиры выходили из вагонов и расходились по домам вместе с встречающими. А их место занимали другие, то и дело подходящие к вокзалам и терпеливо ждущие своей очереди, чтобы куда-то ехать по одним им известным делам. Ещё можно было включить ночной режим. И тогда в прозрачной полутьме начинали оранжево-уютно светиться окна домов, вагонов и вокзалов, на перронах, переездах, «разгрузочной» площадке и в депо зажигались фонари, а тягачи освещали себе путь яркими лучами…
В общем, это была не просто железная дорога. Это был целый Мир, ну, вернее, довольно большой уголок целого Мира. Другого, удивительного, размеренно-спокойного… ещё мирного…
˗ А-а-а, вот вы где! А я думаю, куда все пропали.
˗ Ух-ты, деда пьиЯвийся. Деда, смотьи, сто бабуська Отёму пьисйайа.
˗ Да-а! Красотища! ˗ в дверях стоял только что вернувшийся из своего института Ромус, ˗ расстаралась всё-таки бабушка для внука любимого… А визуалка-то какая знатная.
И ещё с час все увлечённо ползали и бегали вокруг бабушкиного подарка, скакали между рельсами (как оказалось, так тоже можно, если знать, куда наступать), не уставая удивляться мастерству инопланетных игрушечников.
Вообще, ещё деда в далёком-предалёком детстве начал увлекаться моделями железных дорог, это увлечение перешло к папе, а теперь и к нему, Ортёму. И сейчас у них было уже больше сотни железных дорог, и земных, и инопланетных, но эта была одна из самых знатных. Ортём хранил их в картонных коробках за правой дверкой своего шкафа, где папа сделал ему пятимерный уголок. Все модели были уже собраны и свернуты до малюсеньких размеров. Оставалось только достать какую надо, развернуть до нормальности и всё ˗ готово, играй, сколько хочешь, не тратя время на сборку. Или запустить сразу с де-сяток, прямо так, не разворачивая ˗ тоже интересно…
Еле-еле оторвавшись от новой забавы, все пошли обедать-ужинать, потом занялись своими делами. Ортём с Егоркой решили поиграть ещё, до очередной сказки дедушки Ромуса, который и сам вскоре появился «вдалеке», на пороге комнаты.
˗ Ну что, может сегодня без сказки? Вон у вас загляда какая, не оторваться.
˗ Как это без сказки?! ˗ Ортём всполошился, домовик тоже заволновался. ˗ Со сказкой! Деда, гляди, что папа опять придумал… Карарабум-бум! ˗ и топнул ногой.
Домовик хихикнул, дед тоже улыбнулся.
˗ Да-а, папа у нас мастак на такие выдумки. А ногой зачем притоптывать? Для «пущего эффекта»?
˗ Ага.
Быстренько убрав игрушку в заранее приготовленную коробку, а коробку в шкаф, Ортём разделся и улегся. Домовик уже устроился на своей скамеечке. Ромус присел, как обычно, на краешек кровати.
˗ Какую нынче сказку сказывать будем?
˗ Ну-у-у… какую-нибудь… значительную.
˗ Зна-ачи-ительную?.. Ну даже кстати. Егорушка, не возражаешь? ˗ домовик не возражал. ˗ Ну тогда слушайте… В одной из реальностей, только похожей на нашу, в стародавние времена, такие древние, что про них уже все забыли, жили люди мирно да ладно. И Мир, который им достался, был Миром в Порядке, тонконастроенным, накрепко вплетённым в структуру Всеобщей Гармонии Мироздания. А достался людям этот Мир от других людей, живших на Земле до них и теперь уходящих дальше по безначальному и бесконечному пути ДУХ-о-развития и МИР-о-познания. Лишь некоторые оставались, чтобы учить и направлять новое человечество, пока не появятся у того свои Старшие-Учителя. Новые люди называли древних богами, слушались их и боялись. Вот долго ли, коротко ли, передали «боги» ношу свою нелегкую Учителям духосильным да духоладным, вышедшим из нового человечества. Оставили семь царств-опор, призванных помогать людям идти к Свету, а сами ушли вслед за своими. И всё было бы хорошо, но пришла тут Сила тёмная, Сила древняя и могучая… Кстати,
Тёма, ты же знаешь, кто такие Возвратники?
˗ Ну-у… Это бывшие Старшие или даже те, кто повыше, которые опять думают, что Хаос это хорошо, а наш Порядок ˗ плохо.
˗ В общем и целом как-то так. Приблизительно. До этого мало у них что полу-чалось в этой реальности, а тут поглядели-прикинули ˗ вероятности большие. И начали потихоньку воду подмучивать. И надо сказать, как-то быстро у них появились подможники вольные и невольные. Просыпались в людях и зависть, и злоба, и жадность. Мысли появлялись низкие, тяжёлые, нехорошие, разрушающие и затуманивающие прежде светлый и гармоничный Мир. Тогда-то вот и стали появляться среди людей и сумеречи, и Темники. Целые народы переходи-ли на «тёмную» сторону. Даже несколько Учителей, поражённые первозданной красотой и первобытной мощью Хаоса, стали Возвратниками. И как ни старались остальные Учителя образумить людей, как ни пытались вернуть их на прямую дорогу ˗ мало кто уже слушал. Не до этого было ˗ ругались, воевали, обманывали, грабили, убивали, рушили. Уже из семи царств-основ оставалось только четыре, да и в них не всё ладно было. Катиться вниз быстрей и проще, чем сделать хотя бы три шага к вершине…
А однажды, вообще, что учудили… обещан им был Спаситель через пророков разных. Вот ждут его, думают ˗ сейчас придет, спасёт нас всех и будет нам счастье. И что вы думаете… ˗ Ромус посмотрел на своих верных сказколюбов, ˗ пришёл к ним Спаситель, самый первый из Учителей. Ходил среди людей, учил по разумению их, «чудеса» творил. Смотрите, говорил, живите, как вам открыто уж говорю ˗ и вы так сможете, рядом со мною будете в «царстве небесном». Глаза и уши только раскройте да над собою поработайте. Слушали его, смотрели, дивились. Кто верил, большинство смеялись. А как-то вечером и вовсе схватили его, побили, а потом и казнили. Да не просто казнили, а, как думали, с позором, да чтоб помучился…˗ дед замолчал.
˗ А дальше что было?
˗ А дальше переругались ещё и из-за этого ˗ надо верить, не надо; и как пра-вильно надо верить. Сначала те, что не верили, убивали тех, кто поверил; потом те, кто поверил, начали убивать тех, кто нет. Ну а потом «верующие» и друг до друга добрались. Учение его со временем извратили, что-то скрыли, что-то додумали. И от Истины мало что осталось. Всё получилось так, как обычно в варварских Мирореальностях и получается. Так и продолжили блуждать, петляя, в своей хмари, сейчас ставшей уже до того густой и вязкой, что и идти то почти нельзя. А на свет, что у них ещё остался, едва видимый, внимания стараются не обращать…
˗ Да-а-а, жуть… Деда, а что же со Спасителем их дальше стало? И он что, совсем зря приходил?
˗ Почему зря. Нет, конечно. Ничего не бывает напрасным. Туман слегка россеялся, тонкоэнэргетическая структура пространства упорядочилась. Ненадолго, правда. Кто хотел услышать ˗ услышал, кто смог увидеть ˗ увидел. А Спаситель явил еще одно «чудо», взял да и «воскрес», чтоб уж как-то совсем проняло. Побыл с ними ещё немного, вдалбливая в головы «избранным» как, чему, где и кого надо учить. И вернулся на высшие уровни с бо-ольшой надеждой на лучшее. И так намаялся с ними. Так долго среди людей в таких реальностях быть, ой как непросто. Поверь уж мне, как старому погружнику.
˗ А у нас ведь такого не было. Ну.., Спасителя.
˗ А нам и не надо было. Вспомни, к примеру, князей наших древних, потрудье царей первых через века продолживших . Распрей меж ними почти не было, поначалу только. Народ берегли, знания первоисконные не забывали. Подмогу направляющую Старших чуйкали и не противились, следили, чтоб и люди в нашем царстве также поступали. Соседям зело резвым спуску не давали, да и не лез особо никто к нам. Многие сами с изначалья под корону русскую приходили. И почти везде в нашей Мирореальности люди старались так жить ˗ в Порядке, по правде да по совести, за златом-серебром не гнались, слово своё держали, дерущихся замиривали. Вот и получается, что шли мы, если и не совсем прямо, то сильно и не петляя. Туману к себе не напустили, Возвратникам развернуться не дали, устояли и с пути не сбились. За то и имеем сейчас то, что имеем. Да… И насчет Спасителя ещё… Ты же знаешь, Тёма, кто такой был Хорсус?
˗ Ну-у…это был русский заумник и мыслитель, в древности. Основоположник современного учения о тонких энергиях и четвёртом-пятом измерениях.
˗ В точку! Вот и думай… и не такой уж он и древний. Кстати, хочешь завтра со мной в институт? Покажу тебе кое-что. Сам посмотришь, а то всё сказки да сказки.
˗ Ой, деда! Конечно, хочу!
˗ Ну тогда договорились. А сейчас баиньки. Доброй ночи. Егорушка, пойдём.
Ну наконец-то! Ортём уже давно приставал к деду, но тот только усмехался: «Всему своё время». А теперь, выходит, время пришло… Вот что значит восьмилетие справили… Жизнь только начинается…
* * * *
В новом дне, без десяти восемь утра, Ромус и Ортём проЯвились в институте альтернативных реальностей.
˗ Ну вот и прибыли, ˗ дед подмигнул Ортёму.
Тёма огляделся. Они оказались в прострорном нижнем зале, отделанном светлым тёплым мрамором. Потолка как будто не было вовсе ˗ над головой в прозрачно-синем небе расплывались лёгкими росчерками белые облака. По боковым стенам тянулись ряды высоченных стеклянных раздвижных дверей с зеркальным глянцем. Ортём насчитал по двенадцать штук с каждой стороны. У центральной стены широкими лапами начинались две мраморные лестницы. Между ними как раз умещались кабинки переходников для тех, кто не мог или не хотел перемещаться внеЯвно самостоятельно. Марши лестниц прятались за уходящей вверх огромной плитой, тоже из мрамора, того же «вкусного» светло-шоколадного оттенка, что и переходники. Открытыми оставались только пары симпатичных лестничных площадок-огорожек, соединенных с широкими галереями. Галереи опоясывали три оставшиеся стены, обозначая этажность, гармонично выделялись на общем фоне своей бархатистостью в тон тёмного мрамора и придавали всему объёму строгость, глубину и законченность. И даже снизу видны были украшающие их картины и статуи. А ещё был настоящий водопад… ну почти настоящий… Начинаясь где-то наверху, в туче радужных брызг, он, успокаивающе шелестя, неторопливым и полноводным потоком струился по благородному мрамору плиты, скрывающей лестницу, и с достоинством исчезал где-то в высокой (или глубокой?) «крыше» переходников.
˗ Ух-ты! ˗ не хуже Ксюшки «ухтыкнул» Ортём. ˗ Деда, а вода настоящая?
˗ Конечно, настоящая. Запущена по замкнутому циклу. Пойдём.
Взяв внука за руку и отвечая на приветствия сотрудников, Ромус повёл Ортёма к одной из дверей со светящимся указателем «4 этаж». В метре за дверью матово переливалась ровная пелена силовой завесы. Проходя сквозь неё, Ортём почувствовал лёгкое мимолётное сопротивление.
˗ Ты не обращай внимания, ˗ дед кивнул на силовое поле, ˗ у нас тут всё по старинке. Для атмосферы… Так, нам туда.
Ромус повернул направо и зашагал по просторному, освещенному ровным приятным светом, коридору с совершенно обычными деревянными дверями, выкрашенными в белый цвет. Двери располагались по-шахматному, с двух сторон, метрах в трёх одна от другой… или в семи с половиной локтях ровно…
˗ Здание это нам «по наследству» досталось. Пришлось под себя кое-что переде-лать, но всё, что смогли, сохранили-оставили. И общую пространственную структуру, и поля силовые прежние, мрамор вон внизу, подъёмники старые, двери вот. Ну и «водопад» опять же, как дополнительный стабилизатор пятимерья. С ним перестраховались, конечно, но пусть будет. Вон красота какая.
˗ Это да-а, заглядно! ˗ Ортём кивнул.
Остановившись у очередной двери с табличкой «Зал наблюдений № 484», дед постучал и, дождавшись протяжного «да-а ˗ да-а-а», вошёл, пропустив Ортёма вперёд.
˗ Ой, здравствуйте, Роман Иваныч!
˗ И вам не хворать! Ортём, знакомься ˗ это Родим и Данила, наши наблюдатели. Олёну ты знаешь. А это Ортём ˗ мой внук. Погружником думает стать.
˗ Привет, Ортёмка, ˗ за всех поздоровалась Олёна, ˗ как поживалки?
˗ Да хорошо всё.
˗ Вот хочу показать ему кое-что из вашей реальности, ˗ Ромус приобнял за плечи слегка засмущавшегося будущего погружника. ˗ Как там у них, кстати, дела обстоят?
Олёна, на правах старшей, кратко отчиталась:
˗ Нашим удалось погасить ещё один раздутый военный конфликт у своих границ. Волна противодействия от события ˗ умеренная, со склонностью к усилению, показатель векторности ˗ больше половины, но может снижаться. Будет понятно через два-три дня. Общая ситуация у наших имеет слабоположительную динамику фрагментарного характера, к сожалению, в пределах статисти-ческой погрешности. Вероятность стабильного усиления пока низкая. Прогноз ˗ с большой натяжкой умеренно осторожный. Ну а в мире… если в общем, то всё без изменений: запущенные Темниками разладные социально-биологические процессы посхемно развиваются, возникающие светлые очаги быстро нейтрализуются Темниками и сумеречами, накопительного эффекта тонких вибраций не прослеживается, эффект торможения затемнения незначительный. Показатель нарастания скрытых событий близок к критическому. Есть реальная угроза начала трёх военных конфликтов. Прогноз ˗ к сожалению, уверенно отрицатель-ный.
˗ Ну что ж, ясно. Погружника будете отправлять? Всё-таки замирение ˗ событие значимое.
˗ Да. Ондрей уже готовится. Через час отправляется.
˗ Правильно, надо. Ну ладно, работайте, а мы тут посидим с Тёмкой тихонько. Мешать не будем.
Ортём с дедом устроились в уголке за свободным ведуном.
˗ Помнишь вчерашнюю сказку? ˗ Ортём кивнул, ˗ вот теперь, Тёмушка, смотри. Так, где это…˗ дед вглядывался в мелькающие перед ним картинки, ˗ …а-а, вот!
Мелькание прекратилось и в рамке ведуна появилось объёмное изображение площади, заполненной беснующейся толпой. Перед толпой на небольшом возвышении находились ещё несколько человек, некоторые с оружием. Особенно выделялись двое: один сидел на высоком кресле в белой длинной одежде, рядом стоял другой, в красном, с колючим венком на голове.
˗ Теперь смотри внимательно.
Изображение «наехало» на этих двоих. Человек в белом был растерян и рас-строен. Было видно, что происходящее его тяготит. Тот, что в красном, спокойно стоял, хотя был избит и измучен. Устало-грустно, с искренним сожалением, человек смотрел на безобразную толпу.
˗ Вот это, ˗ Ромус показал на растерянного, ˗ здешний наместник и судья, а это тот самый Спаситель. Толпа требует его казнить, судья не хочет. А это… ˗ ведун показал ещё кучку людей, ˗ … местные правители да умники. Они это всё и затеяли.
˗ А зачем? Плохого то никто не хотел. Наоборот даже.
˗ «Хворые» они уже. И поправляться не думают даже. Да и сумеречи, почитай, все поголовно. По-другому уже не могут, да и не хотят. Боятся потерять то, что у себя имеют.
˗ Деда, а почему звука нет?
˗ Слушать их вообще малоприятно. Но если хочешь, давай со звуком посмотрим.
˗ Давай.
˗ Звук… русский… громкость двадцать процентов.
Тут же донёсся приглушённый рёв толпы: «Распять! Распять!». Судья в белом пытался образумить орущих на площади людей: «Этот человек невиновен, он уже наказан, отпустите его». Но в ответ неслось всё то же: «Распять! Распять!».
˗ Ну ладно, хватит. ˗ Ромус поморщился. ˗ Общий режим «тонэн», базовый, панорама события.
Картинка «отъехала», звук исчез, фигурки людей смазались и почти исчезли, превратившись в неясные тени. Всю площадь заполнил собой серо-сизый клочковатый туман, гасящий и так уже немногочисленные огоньки-свечения. Марево клубилось, расползаясь всё дальше и дальше. Там, где раньше стояла местная знать, теперь был какой-то мохнатый, бесформенный, постоянно извивающийся мерзкий клубок почти ощутимого нечто. И только одна фигура, состоящая из текучего чистого света, одиноко выделялась среди хмаристой серости, без остатка россеивая и выжигая раз за разом накатывающие дымные клубы, не давая им даже приблизиться к себе.
˗ Вот, Тёмушка. Это энергии их мыслей, эмоций, чувств и желаний.
˗ Жуть! ˗ примерно так он себе это и представлял. Но одно дело представлять и совсем другое увидеть всё своими глазами.
˗ Точно, жуть. Ну что, ещё будем смотреть или хватит на сегодня?
˗ Конечно, будем. Мы же только пришли.
˗ Как скажешь. Это вот было уже совсем недавно. В оторванном с корнем куске бывшего Русского Царства.
В ведуне появилось новое изображение. Опять колышущаяся и орущая толпа. На скудненькой трибуне уныло стояло несколько скучающих фигур. Чуть впереди, пуча глаза и брызгая слюной в натужном вдохновении, смешно и с запинками коверкая слова, надсадно хрипел в какую-то странную штуковину ещё один человек. Толпа отвечала ему нестройным рёвом. Время от времени все начинали скакать на одном месте.
˗ Ой, деда. Их что, дрессируют?
˗ В точку. Видишь ли, Тёмушка, стоит только людям чуть-чуть помочь забыть, кто они такие есть на самом деле, отнять привычку самостоятельно думать, погрузив в невежество тёмное, незаметно подменить правду полуправдой, а потом и кривдой непрекрытой да посулить блестяшку какую-нибудь никчёмную ˗ и можно собирать их в стадо безмозглое да «дрессировать», как надобно. Хочешь, кричать да прыгать будут по приказу, а хочешь, громить да убивать начнут. Кстати, и сейчас вон требуют казней да расправ. А ведь две тысячи лет прошло, а ничего у них не изменилось, только хуже ещё стало. Заперли себя сами в трехмерье плотном, а выбираться дальше не хотят.
˗ А это кто? ˗ Ортём показал на трибуну-возвышение.
˗ Да по большому счёту никто. Гнилушки законченные, купленные незадорого. Пытаются продать себя подороже, а заодно и всех остальных, кого получится.
В режиме «тонэн» было вообще ничего не разглядеть. Клубилась блекло-тёмная мгла, мрачная, злобно-зловещая и какая-то унылая.
˗ Деда, а тех, кому они продались, можно посмотреть?
˗ Посмотреть можно. Но ничего там особо интересного нет. Обычные Темники да сумеречи. Общий план Возвратники уж давно дали, контроль за выполнением наладили. А эти сидят где-нибудь укромненько, детали продумывают да результаты оценивают. Лучше давай вот что ещё посмотрим…
В ведуне появилось очередное событие. В большом полутёмном зале сидели люди и заворожено смотрели на бесноватого дядьку. Тот бегал по сцене, кривлялся, визжал, то и дело выкрикивая какую-то бессмыслицу. В углу барабанщик задавал ритм. Следуя ритму, люди начали хлопать в ладоши, раскачиваться, а потом что-то напевать. Затем по рядам пустили коробку и все послушно кидали в неё мятые бумажки.
˗ Вот, Тёмка, все эти люди думают, что наконец-то нашли Великую Истину.
˗ А на самом деле?
˗ А на самом деле тоже всё сплошь один обман. Ещё одно звено опутывающей и душащей Мир цепи. За счёт и этой придумки придумщики тоже неплохо кормятся, а на этих несчастных, как всегда, им всё равно. И так везде и всюду.
Ромус показал ещё несколько событий. Да, везде было одно и то же. Ортёма особенно поразило одно, когда в не успевшие открыться двери ринулась очередная толпа. Люди, давя и отталкивая друг друга, хватали какие-то свёртки, коробки, пакеты, мешки, роняли их , снова хватали, стараясь ухватить ещё и ещё, дрались и страшно ругались. Ортём с удивлением, недоумением и лёгким отвращением смотрел на эту битву.
˗ Деда, что это они?..
˗ Ну ты уже знаешь, что основа почти всех варварских Мирорельностей этой вариантности ˗ деньги. За деньги нужно и можно всё покупать и всё продавать. Даже то, что вообще не должно продаваться и покупаться. ˗ Ортём кивнул. ˗ Ну так вот, это просто продают дешевле, чем обычно.
˗ А что, этого всего у них нет?
˗ Да всё у них есть. Только давно уже их приучили, что надо больше. Больше денег и всего, что на них купить можно. Чем больше всего ˗ тем лучше… вспомни сказку о хорошем мальчике, сумеречем ставшем… И всё подчинено одной этой цели и ничего, кроме этого. Чтобы даже думать о чём-то другом не оставалось уже ни сил, ни времени, ни желания. Так всё устроено. Таков план. Всё просто ˗ высокие мысле-эмоции и чувство-желания ведут к Порядку, низкие ˗ к Хаосу. Куда склоняются здесь ˗ ты видишь сам. Вот только губят они не только себя, всё вокруг «ломается». Смотри… ˗ Ромус убрал изображение с ведуна, ˗ … здесь, правда, не очень удобно будет, лучше на главном смотреть, ˗ он кивнул на огромный, во всю стену, от пола до потолка, ведун, за которым сейчас работала Олёна, ˗ ну да ладно… Земля, как Мир, общая панорама, отрезок ˗ двести лет от настоящего момента, временной вектор ˗ прямой, скачок-интервал один год, облачность убрать, вращение планеты скорректировать для визуальной оценки.
Ведун зарябил и показал Земной шар, на первый взгляд почти такой же завораживающе-красивый, как и их собственный. Ну, может быть, чуть менее яркий и нарядный. Шар неторопливо вращался, показывая себя со всех сторон. Сначала было всё вроде бы хорошо… Постепенно, поначалу еле заметная кое-где дымка , усиливалась и расползалась. Всё быстрее и быстрее отступали зелёные массивы лесов под невидимым натиском, зато желтоватости пустынь укрупнялись на глазах. Как-то некрасиво проявлялись чадящие города. С морями и реками творилось непонятное. На полюсах и горных вершинах таяли ледники. Повсюду появлялись шрамы, болячки, наросты, проплешины и пятна самых разнообразных форм и размеров. Постоянно где-то горело… Наконец вращение прекратилось, шар замер. Ортём, чуть не плача, смотрел на израненный, искорёженный, изуродованный, нелюбимый Мир…
˗ А это что? ˗ он наугад ткнул пальцем в какой-то белесый лишай.
˗ Мусор. Один из вернейших признаков варварства. Неистребимая привычка гадить даже там, где живёшь… Режим «тонэн», схематично, ограничение по полному звуку девяносто процентов.
Мир окутала уже знакомая Ортёму плотная пелена с редкими, едва заметными прорехами. Хмаристое марево ворочалось, клубилось, колыхалось и дёргалось, словно живое, переливалось от почти чёрного до уверенно-серого цвета. Относительно чистыми оставались лишь полюса планеты. Даже Ортём видел, как искажена, изломана и ослаблена энергетическая структура изувеченного Мира. Преломлялись, расщеплялись, дробились, «замедлялись», темнея, даже потоки и поля Космических энергий. Некоторые отражались вовсе, внося дополнительный сумбур в окружающее пространство. А звук.., звук был такой тоскливый и до того… жалобно-предупреждающий, пробирающий насквозь, что Ортём невольно отшатнулся. Ромус быстро махнул рукой, всё сразу исчезло.
˗ Ах, я, старый!! Тёмушка, ты как?
˗ Да нормально, деда. Просто не ожидал.
˗ Так, посиди тут. Я сейчас. ˗ дед исчез и через несколько секунд проЯвился с уже вытворенной кружкой в руке, ˗ На-ка вот, водицы выпей. Только сейчас из нашего родника.
Ортём взял запотевшую кружку и отхлебнул.
˗ Деда, а что же там совсем светлых людей не осталось?
˗ Да как же не осталось? Такого не бывает. Трудно им там только. Да и откровенно тёмных не так уж и много. В основном ни то, ни сё. Или, наоборот, и то и сё. ˗ дед снова вызвал изображение другого Мира, ˗ Поиск ЛВВ в полном диапо-зоне. Смотри, Тёмушка.
Ромус то приближал, то удалял изображение. Среди противной, уже надоевшей, хмари стали появляться огоньки-светляки. Большие и маленькие, едва видимые и ярко светящие, мигающие, затухающие или, наоборот, горящие всё ярче и ярче. Некоторые гасли вовсе, им на смену появлялись новые. Где-то были целые россыпи светляков, где-то не было почти совсем.
˗ Вот это всё, ˗ дед даже с какой-то тихорадной теплотой показал на «картинку», ˗ светлые люди, стóящие, не «хворые», не пустые ˗ опора, надежда и смена Старших этой реальности. Разные люди. И трудники, и спецы, и жрецы, и воины, и умники… Есть даже начальники и правители. Все они сумели сохранить в себе свет, каждый из них, как может, даёт надежду своему Миру. Многие из них, так или иначе, осознают истинную реальность. К сожалению, пока им удается только притормозить наступление Хаоса и полного распада. Радует, что их становится всё больше… ˗ и совсем уж тихо, Ортём еле расслышал, дед добавил, ˗ но всё равно мало.., слишком мало…
Ромус замолчал и задумчиво поворачивал изображение, находя всё новые и новые огоньки.
˗ Деда, а мы им совсем никак не можем помочь?
˗ Нет, Тёмушка. Это запрещено. У них есть мудрые Учителя. И у них есть они сами. А свой выбор каждый должен сделать сам… Так, ну всё ˗ для первого раза, пожалуй, достаточно. ˗ дед потянулся и поднялся, ˗ Водицу допивай.
Пить не очень хотелось, но возражать Ортём не стал. Просто так дед бы заставлять не стал. Ромус растворил пустую кружку в воздухе.
˗ Сам до дома доберёшься? ˗ Ортём кивнул, ˗ пошли, вниз тебя провожу. ˗ и уже всем остальным, ˗ Ну всё, пойдем мы. Благодарно вам за приют, больше мешать не будем.
Олёна оторвалась от своего главного ведуна.
˗ Ну что вы, Роман Иваныч, всегда вам рады. Тёмка, придёшь к нам ещё?
Ортём вопросительно посмотрел на деда, ему очень хотелось. Ромус улыбался в свои роскошные усы.
˗ Придёшь?
˗ А можно? ˗ Тёма даже дышать перестал.
˗ Можно, коли не передумал. Оформим тебе как практику. Олёна, ты ответ-ственная, ˗ девушка, улыбаясь, кивнула. ˗ Кстати, а это Никита и твой тёзка, тоже Ортём, здешние наблюдатели-аналитники.
Дед показал на двух серьёзных бородачей, появившихся как-то даже совсем незаметно, пока Ортём был занят другой реальностью. Бородачи приветливо-дружно махнули руками.
Попрощавшись, Ромус с Ортёмом направились в нижний зал.
˗ Деда, а я каждый день ходить буду?
˗ Понравилось?
˗ Ещё как! Я давно уже хотел.
˗ Каждый день до обеда. Кроме выходных.
˗ Деда, а кто такие «наши»? Это же не наши погружники?
˗ Нет. Так мы называем жителей условного Русского Царства в других Мироре-альностях… Ну всё, прыгай домой. До вечера.
ПроЯвившись в столовой-стряпошной, Ортём застал там играющего с Ксюшкой домовика, рядом крутился Ярик. Сестрёнка как всегда радостно-удивлённо «ухтыкнула», домовик притворно заворчал:
˗ Явился! Хоть по лесу нынче не бродил. Бросили меня тут все с дитём малолетним, дела у них, вишь, неотложные. А у меня будто и дел других нет…
Не дослушав, Ортём выпалил:
˗ А меня деда к себе на практику в институт берёт. Олёне теперь буду помогать.
Сущ пустил слезу:
˗ Вот ж, саавсем уж баальшоой стаал, теперь совсеем наас с практикой своей забуудеет… ˗ и уже нормально-обычно сообщил, ˗ Знаю. Ещё того дня вечером решили тебе предложить.
Ортём аж онемел. Вот ведь хитрецы коварные… А ему даже не сказали ничего! Ну да ладно ˗ сюрприз то удался!
˗ А где все?
Всегда всё знающий Егорка кратко отчитался:
˗ Папа в музее, кощейкин зал долаживает. Мама на Урале, камни выбирает.
Похлебав душистой ухи, Ортём поднялся к себе. Новостью о предстоящей практике надо было срочно ещё с кем-то поделиться. Почуйкал друзей. Саша и Маша, близнецы, как раз были свободны и прибыли сразу. Брат с сестрой учились с ним в одном классе и жили в соседней слободке, Межозёрье.
Поздравкавшись с прибывшими и не дав им даже дух перевести, сразу же поделился распиравшей радостью:
˗ А меня дед в институт к себе берёт на практику!
Близнецы в долгу не остались:
˗ А нас в лесничество уже пригласили!
Кто бы сомневался!.. Робята уже сейчас здорово разбирались в ботанике и зоологии, и на раз правили тонкую структуру почти всех растений. Да и родители у них работали лесниками в местном лесничестве и близняшки давно уже были там своими. Лето у всех намечалось замечательное. Порадовавшись уже в тёплой компании и обсудив с другами открывающиеся перед всеми перспективы, Ортём полез в шкаф и достал коробку с ольдебаранской железной дорогой.
˗ Глядите, что бабушка вчера прислала.
Достав из коробки, развернул и запустил новую забаву. Близнецы хором ахнули. Такого они тоже никогда не видели…
Оторваться от затейливой игрушки компания смогла только когда мама позвала всех ужинать. За ужином договорились завтра все вместе съЯвиться на моря, а то каникулы-каникулами, но летние задания по Мироведению никто не отменял. Выбрали для начала Балтийское и Средиземное. Потом ещё посидели на веранде, немного поболтали и близнецы отбыли домой. Ортём поднялся к себе, вскоре к нему в комнату зашёл и Ромус.
˗ Ну всё, Тёмушка. Оформили тебя сегодня практикантом-наблюдателем. В по-недельник, к восьми часам к Олёне с ребятами. Они тебе всё покажут-расскажут. Олёна у нас в поседьменье ещё будет ˗ обговорите всё сами.
˗ Ой, благодарно, деда! А сказку сегодня расскажешь? Про Русское Царство…
˗ Про Русское Царство хочешь, значит… ˗ дед задумался, ˗ ну что ж, слушай… А-а, вот и Егорушка, чуть не опоздал… В одной из других реальностей, только похожей на нашу, из рассыпанных осколков полуразрушенного, но в основе своей уцелевшего седьмого царства, одного из тех семи царств-опор, что оставили людям древние «боги», начало собираться новое государство, названное потом русским. Многое к тому времени было утеряно из древнего наследия и заветов духоладных, но и сохранить удалось немало, много больше, чем у других. Долго его собирали, непросто. Не так уже всё в Мире было, как раньше. Однажды опять чуть всё не потеряли, не порушили. Но нашли в себе силы одуматься, опираясь на память о временах светлых да путях праведных. И выстояло царство, укреплялось, сил набиралось, землицей да языками родственными и со-родными прирастало, себя помнило. Но покидала Гармония Мир всё быстрее и быстрее, всё сильнее было тёмное влияние Возвратников и их подможников. И в Русском Царстве ширилось и росло разладье. Всё чаще ссорились князья, ни себя, ни людей не жалея; всё чаще смутьянили бояре, народ с Пути сбивая. Да еще соседи немытые то заразу какую занесут, то земли разорят да людей погубят или в полон возьмут. Боялись они светоносности Русского Царства. Мешало оно им делишки свои тёмные обделывать ˗ то тут по рукам длинно-жадным стукнет, то там ограбить, обидеть да обмануть не даст. Несмотря ни на что, несло Царство Русское Истины, «богами» первыми завещанные. Где могли, его люди за правду, Порядок и справедливость стояли, живота своего не жалея. На силу ˗ силой могучей отвечали, Тьму Светом, как умели, россеивали, «указки» Учителей слышали и верно толковать старались…
Вот и решили почти уже позабывшие и про честь, и про Свет, и про совесть, порушить Русское Царство хитростью да коварством, не устрашась неправедности, как их Возвратники и учили… И стали бесстыдники, сначала осторожно, а потом всё смелее, людей простых смущать, князей да знать соблазнять, в доверие втираясь. Чёрное стали звать белым, а белое ˗ чёрным. Где только могли слухи грязные о Царстве Русском распускали, летописи старинные с письменами древними, с испокон веков хранимые, изничтожали без жалости или к себе утаскивали, а придумки свои дешёвые на их место подсовывали, писали историю новую русскую, насквозь лживую, недостойную. Даже цари некоторые, неразумные им сильно в этом подмогали. Много веков такое длилось, долго боролось Русское Царство с разъедающей его изнутри пакостью. Но стали потихоньку забывать в царстве державном, что народ их древний и славный, духосильный и Мироладный. Стали забывать предназначение своё великое ˗ сохранять Мир в Порядке, быть одной из семи основ духоладья на этом уровне, согласно Великим Законам Восхождения.
Надо сказать, что многие иноземники старались помочь Русскому Царству знаниями и умениями своими, подвигами ратными да помыслами чистыми ˗ защищали его, укрепляли, расширяли. Плохо было им дома, задыхались они в тумане тягучем, не хотели искажать дух свой светлый. Но всё больше шонтропы нечестивой пролезало, пустоту, гниль и сумеречь от себя несущие. Дошло до того, что «образованные» люди в Русском Царстве на своём языке говорить перестали, за границы закатные глядючи. Стыдоба-позорище. Всё больше глупцов сладкоголосых пело, как хорошо да умно всё у них в заграничье устроено и как плохо у нас. Всё больше было людей, которые безумно смеялись над теми, кто говорил, что это не так и пытался остановить распад. Коренные устои и духовие ладное были основательно подорваны. Не на что было уже опереться, чтобы выстоять под натиском иноземным, жадно-внеПорядочным. Большую силу к тому времени там Темники да сумеречи набрали. Почитай, все богатеи их и бóльшая половина королей, правителей да знати ими была. Совсем перестали Мир беречь-сохранять, совсем уж по-варварски начали брать, что хотели, людей своих досуха выжимали в погоне за властью мелкой, наживой скорой да богатством растлевающим. У наших, к слову, тогда сумеречей, а уж тем более Темников по пальцам можно было пересчитать. Пустышек да гнилушек полно развелось, это да … что было, то было. Одним словом, много ещё причин-и-следствий накопилось, и, вроде бы, незаметно-незначительных, и совсем уж явных. И все сошлось-соединилось нескладно, как у того мальчика, над которым нички позабавились, помнишь… ˗ Ортём кивнул, ˗ … и вот рухнуло Русское Царство. Крах был полный, отражение Хаоса в плотном мире проявилось как никогда отчётливо. Кто хотел это остановить ˗ не смог. Темники добились своего. И уже никто не мешал им творить задуманное…
˗ А дальше? Это же не конец?
˗ Нет, не конец. Дальше, как водится, разруха и разграбление. Все друг с другом воевали. К власти пришли… ну, скажем, чуждые исконью люди. Началось время ложных идей, подмены понятий, обмана и мучительных блужданий. Без-жалостно рубились все связи с миром тонким, а заодно и «корни» оставшиеся. За власть дрались так, как никогда прежде, люди гибли великими тысячами… много тогда светлых душ и умов было загублено. В мутном угаре не пощадили ни царя своего с царицею, ни детушек их невинных. Добрый был, к слову царь, не по временам мягкий… Вообще никого не щадили. Всё ломалось, а строилось такой ценой непомерной да так коряво, что больно и страшно смотреть было.
Но не успели отстроить под руководством возникших нежданно-негаданно вождей новое светлое будущее на растоптанном без жалости исконье ˗ снова война, да такая, какой не видел еще их Мир. Но в этот раз смогли люди в бывшем Русском Царстве сплотиться против Хаоса. Сумели возвысить дух свой со-родный на давно уже невиданную звеняще-чистую высоту. Дух, до этого задавленный, искорёженный, но всё ещё живой, помнящий и ищущий. Хватило этого подъёма, чтобы победить, чтобы снова подняться из руин, чтобы громко заявить о себе как о светлой опоре этого Мира и слегка россеять туман низких вибраций вокруг. Подвиг был Великий, Жертва ˗ безмерная…
… Но плохо приживались идеи новые, из чего попало слепленные, основу имеющие зыбкую и непрочную, на безладье выстроенные, самое главное отрицающие. И пропал запал ˗ не может дух звенеть без основы надёжной, идеи высокой и цели истинной. А ещё когда вожди ведут туда, куда сами идти не очень-то и хотят, да говорят то, во что сами не верят ˗ тогда и становится всё зыбью таящей. И закончилось всё, не успев начаться. Насквозь гнилые и трухлявые правители предали и продали. Что было достигнуто с таким трудом и наперекор всему добровольно разрушили, растоптали и отдали на поругание. Кто-то по наивности, кто-то от слабоумия, а кто-то и за миску заморского супа. Правда у некоторых эта миска была блестящая, с позолотой. Кто мог этому помешать ˗ не захотел. Да и погасший народ в основе своей безмолвствовал и поначалу был даже рад фантикам ярким да штанам иноземным. Когда очнулись ˗ было уже поздно. Повсюду опять война и Хаос, разруха и бездуховье, разграбление и откат в сумеречь. Весь Мир на этот раз вздрогнул. Победившие опять Темники без стеснения растоптали, уничтожили и подчинили себе почти всех, кто ещё пытался их остановить. Без поддержки наших, силушек явно уже ни у кого не хватило. Некого стало бояться Темникам, и принялись они без помех продвигать план Возвратников, повсюду устанавливая законы беззакония и беспорядье Хаоса...
И только недавно совсем начала появляться бледная тень былого Русского Царства. Но слишком много упущено и потеряно, разрушено и забыто. Места для высоких и чистых энергий почти не осталось ˗ ты сам сегодня всё видел. Слишком много людей, даже внутри царства, не хотят его возрождения и делают всё, чтобы этого не допустить. А времени всё меньше. Уж очень далеко продвинулись Темники, очень долго никто не стоял у них на пути разумно и поладно. Пока уж слишком слабая, почти призрачная вероятность, что вспомнит себя Русское Царство, сумеет избавиться от Темников да сумеречей, повыведет червей осклизлых, изнутри точающих и снова, как уже много раз, даст людям ещё одну возможность сохранить себя и свою Мирореальность в Великом Порядке Мироздания… вот такая сказка, Тёмушка…
˗ А если не вспомнит себя?
˗ Тогда совсем всё грустно будет... Ну всё, спать. Доброй ночи. Егорушка, пойдём.
Дед с Егоркой ушли… Ну как так можно жить, в который уже раз после дедовых сказок думал Ортём, засыпая… И как, всё-таки, хорошо, что здесь у нас всё не так, как там… слава предкам…
* * * *
В новом дне Ортём вернулся домой поздно. Зато всё, что надо было сделать ˗ сделали, да ещё и позагорать и искупаться успели. Снова день прошёл как нельзя больше интересно и весело, тем более, что утром собралась вся их друже-неразлучная компания. Близняшки ещё с вечера всех позвали-предупредили, как и обещали. Назавтра решили все вместе отправиться в «папин» музей. Там успел побывать только Ортём, да и то много чего ещё не видел. К тому же, как раз открывался кощейкин зал. Подземники, с их неторопливой основательностью, не успели к общему открытию ˗ раз за разом что-то переделывали, долаживали, прикидывая и так и эдак. И вот, наконец-то, их всё устроило. Папа говорил, что там много диковинок разных. А некоторые вещи кощейки вообще ещё никому никогда не показывали. Да и в перечень внеклассно-летних заданий посещение музея тоже входило. Опять приятное с полезным…
Не успел Ортём переодеться и немного прибраться после утренних сборов, как в комнату деловито просеменил домовик и по-хозяйски устроился на своей лавочке. Следом вошёл Ромус.
˗ Здравствуй, Тёмушка. Загореть даже успел. Как моря?
˗ Привет, деда. Загля-ядно-о! Такая силища-красотища, что аж дух захватывает. И совсем другая, чем у нас здесь. Даже у морей разных вроде и похожа, а всё равно отличается.
˗ Правильно, так и должно быть. Везде своя Сила и Красота. А всё вместе ˗ и получается наш Мир. Чуйкали?
˗ Ага, и чуйкали, и погружались даже. А на Средиземном море нам вообще всё подводники показывали. Накормили и к себе потом ещё приглашали.
˗ Ну они всегда гостям рады. Обязательно сплавайте. У них там хорошо, ладно, по-своему всё устроено. Интересно будет… Так, ну что, сказку нынче слушать будете?
Сказколюбы хором закивали.
˗ Помнишь, Тёмушка, ты как-то спрашивал, летают ли в космос в других Мирореальностях?
˗ Ага. Ты тогда ещё сказал, что, где, как.
˗ Верно… Так вот… в одной из других реальностей, только похожей на нашу, запустили люди как-то небольшой шарик с пищалкой в космос. Ну как, в космос… недалеко совсем, можно было его даже с Земли разглядеть. Потом и того больше ˗ отправлять начали туда же животин разных. И даже возвращать их назад научились живыми и здоровыми. И вот уже человек слетать сумел туда и обратно. Большое дело, надо сказать, для себя совершили. Многие тогда искренне, по-настоящему радовались и поздравляли сумевших с таким успехом. Даже хмарь-туман слегка россеялся по Миру. Но некоторых, считающих себя особо исключительными, обуяли злоба и страх, и зависть великая. Как это так! Не их успехам все радуются! Да к тому же, а вдруг ещё и найдут там без них что-то нужное и ценное, да не поделятся. А дома то уж закончится всё скоро… И объявили на весь Мир гордо, что ерунда, мол, это всё, подумаешь, вокруг Земли обернулся разок. Вот мы, мол, самые умные и великие, вообще на Луну слетаем, первее всех первых.
Вот долго ли, коротко ли, собрали они своих героев отважных, посадили в корабль космический и к Луне с оркестром отправили. Но вот незадача. Не успели герои долететь до цели желанной, как встретили их инопланетники-наблюдатели. Не лично, конечно, но страху нагнали и до сознания мысль довели, чтоб даже духу их тут полсотни лет не было. Те ноги в руки и домой. Вернулись тихонечко, чтобы никто не видел и стали думу думать, что дальше делать. Позор ведь на весь честной мир. Думали-думали и придумали. Отмыли героев своих, причесали, нарядили в скафандры новые и давай их второй раз встречать. Вот выходят три космолётника из корабля своего бодренько, все чистенькие, все в белом, как из купальни только, улыбаются белозубо, ручками помахивают… В общем, красиво получилось, героично. А потом в тёмной комнатке ещё и кино с ними сняли ˗ вот они на Луну шагают, вот флажок свой пёстренький с размаху втыкают, вот прыгают весело, вот на машинках катаются. Одним словом, резвятся, как могут… Перед миром похвалились, вот, мол, мы какие, не то, что некоторые-остальные.
˗ И что, им все поверили?
˗ Поверили. Народец этот исключительный с самого начала своего с кривдой под руку ходить начал, а к тому времени вообще первыми врунами стали. А сейчас и подавно ˗ совсем во вранье своём заблудились, сами уж не разбирают где кривда, а где правда.
˗ Деда, а зачем их наблюдатели напугали-завернули?
˗ Дали время людям. Думали-надеялись, что те одумаются-поправятся, может, за пятьдесят-то лет. Станут способны видеть, понимать и становиться важной частью большого КосмоМира. Да куда там… По-прежнему основное стремление ˗ завоевать, покорить, добыть, забрать-схватить и утянуть. Переделать всё под свои мелкие нужды и суетливые желания, разрушая и корёжа, как обычно, по-варварски бездумно, как привыкли… Нечего таким людям в космосе делать. Изучать МИР им дают, а пускать ˗ до сих пор не пускают… Вот так… Ну всё, на сегодня сказок хватит. Доброй ночи, Тёмушка. Егорушка, пойдём…
* * * *
В новом дне, как и планировали, отправились в музей. Побродив немного туда-сюда и осмотрев кое-что по школьной программе (всё равно зараз всего не посмотришь), дружно решили сходить к кощейкам. У себя-то они гостей не очень привечали, но в свой Зал понатащили столько всякой всячины, что глаза просто разбегались. Одежда, древнее оружие, посуда, украшения, поделки забавные, мебель, инструменты… всевозможные механизмы, машины и приспособы, работающие на энергиях и началах, пользуемых только подземниками… и ещё целая куча всего интересного. Была даже небольшая гора с подгорным посёлком и выработками-разработками пород с вкраплениями самоцветов и металлов. Среди посетителей важно расхаживали кощейки в нарядных одёжках и обстоятельно рассказывали обо всём, что ни спросишь. В общем, Зал у них был заглядный, не похожий на другие. Не зря папа советовал сходить-посмотреть…
Дома мама и домовик уже начали готовиться к Ксюшкиным именинам ˗ два года завтра сестрёнке стукнет. Генеральная уборка была в самом разгаре.
˗ Всем привет! Я вернулся.
˗ Привет, Тёмка, ˗ мама до блеска натирала и так уже блестяще-чистое окно. ˗ Сильно устал?
˗ Да нет.
˗ Слушай, будь другом тогда. Полей грядочки-цветочки мои, а то не успеваю сегодня.
˗ Ага, переоденусь только.
˗ Благодарки! Кстати, мы всё-таки собрались завтра на Луну в Развесёлый парк с Ксюшкой слетать. Ты с нами?
˗ Конечно!!!
Ещё бы, не каждый день такое предлагают… Развесёлый парк устроили в старой-престарой базе инопланетников-наблюдателей, которым, как говорят, она досталась ещё от Древних. Потом инопланетники подарили её людям. Там сделали космопорт, а когда тот стал ненужным, переделали его в детский парк развлечений. Пару раз Ортём там уже был, но с тех пор в парке много чего ещё сделали-открыли интересного. И хотя лёту-то туда было всего полчаса, одного его пока не отпускали. Да и «дома» всё время находилось чем заняться, скучать было некогда, особенно последний год…
Ортём как раз закончил рассказывать всем на свете интересующемуся Егорке про Зал подземников, когда пришёл Ромус.
˗ Что, сказки уже сказываете?
˗ Не-е, деда. Тебя ждём. А ты завтра с нами в Развесёлый парк полетишь?
˗ Нет, Тёмушка, не получится. Вон Егорушку с собой возьмите.
Сущ тут же, не изменяя себе, привычно-ворчливо забубнил:
˗ Есть мне когда по паркам вашим разгуливать. А гостей кто будет завтра встречать-столы накрывать?.. Не всем же веселиться да по Лунам шастать.
˗ Что бы мы без тебя делали, а , Егорушка? ˗ дед ласково посмотрел на домовика
Тот вздохнул, махнул ручкой и хитро подмигнул.
˗ Да что-что… Пропали бы совсем!
˗ Не иначе. ˗ Ромус подмигнул в ответ.
˗ Деда, а ты вчера говорил, что народ тот… ну…
˗ Исключительный, ˗ подсказал Егорка.
˗ Да!.. Почему он с самого своего начала с кривдой шёл?
˗ Верно спросил. Молодец!.. Ну, слушайте… В одной из многих реальностей, только похожей на нашу, собрались как-то раз правители да богатеи в одном королевстве и решили, что мало у них злата-серебра, не хватает на забавы весёлые да войнушки нескончаемые. С людей своих взять уже, почитай, и нечего. Да и везде уж всё повыгребли, куда дотянуться смогли-сумели. И порешили снарядить корабли крепкие в дорогу дальнюю, чтоб разведать пути новые да разузнать, где ещё поживиться чем-разграбить что можно. Отправили…
Вот долго ли, коротко ли, а приплыли посланники в землю неизведанную, высадились, огляделись. Удачно добрались, хоть и не туда, куда поначалу хотели. Богатая оказалась земля, светлая, красивая. Много чего там было. Только вот одна незадача ˗ жили уже в этом краю люди, люди вольные и свободные. И неплохо, надо сказать, жили ˗ «богов» древних почитали, Порядок и Гармонию блюли, за лишним не гнались. Не сильно ещё к тому времени Возвратники затуманить здесь всё сумели.
А гости прибывшие, войдя в доверие речами льстивыми да подарками дешёвыми, разузнали у хозяев, что надобно было и отплыли обратно с дарами и диковинами разными, да с золотишком, что добыть за недолго сумели. Даже исконников с собой на показ захватили. А когда вернулись домой да рассказали, какой край чудный за морем-океаном нашли, показали-похвалились тем, что с собою привезли ˗ аж затряслись правители и богатеи от жадности великой, глаз-ки у них загорелись, ладошки вспотели. Понабрали хлама всяко-разного, ненужного и отправили ещё больше кораблей в свет новый, как тот край назвать решили. Хотя у себя-то уж давно свет гасили без устали. А потом и в других королевствах о стране той чудесно-тучной проведали, и потянулся народ за долей лучшей да богатствами несметными. Разный народ, пёстрый… попадались даже светлые и хорошие люди…
И стали пришлые порядки свои на новом месте наводить. Земли, всё больше нечестно, скупать, а то и вовсе отнимать-захватывать. За златом-серебром охотиться, стада чужие истреблять, леса многосотлетние вырубать. Учение своё, Учителями данное, но давно уж исковерканное, насаждать да всё вокруг собою отравлять. А исконников изгоняли подальше, чтоб не мешали. Или просто убивали нещадно, болезнями губили да водой горючей, той, что и ум, и волю, и дух разрушает. Так почти весь народ исконный и извели. Да ещё всерьёз при этом спорили ˗ люди они вообще или нет.
И превратился когда-то светлый край в тёмный омут, поглотивший наследников ещё одного царства-опоры, что там встарь утвердилось. Начали тогда Темники и сумеречи, точно следуя нашёптанному Возвратниками плану, строить там своё великое царство. Место было удобное, к тому времени уже подго-товленное. Не торопясь, из лоскутов собирая, выстроили таки себе «государство», изначально на обмане, жадности, злобе, зависти и жестокости основанное. А народ всё прибывал и прибывал. Но всё равно не хватало людей для планов намеченных. И стали Темники к себе обещаниями лживыми зазывать или просто силой привозили…
˗ Деда, а наши там были?
˗ Были раньше-поначалу. Только не хватило силушки остаться-удержаться да помешать делам тёмным. Выжили их потихоньку оттуда всеми неправдами в этой реальности… К сроку доделали своё царство Хаосники ˗ потомки основателей. Хорошо им было, просторно, вольготно под вывеской ярко-заманчивой, среди видимости заморочной, насквозь фальшивой. И людей своих сразу приучать стали на себя, на Темников, работать, да так, чтобы ещё и должны им всю жизнь оставались. Учили, чтоб продавали-покупали всё без разбора, ни о чём больше не думая, чтоб жевали, что дадут, верили всему, что им скажут, не ведали ничего и ведать не хотели. Только чтоб раздувались от гордости за свою исключительность, сомнительно-дутую. А чтоб не заскучали ненароком или, того хуже, спрашивать чего не начали, придумали-дали им зрелища-развлечения да забавы разные, глупые, бестолковые, пустые, всё самое низкое, тяжёлое и тёмное пробуждающие, от высокого и чистого исподволь отвращающие. И взяли сейчас там Темники и сумеречи такую силу великую, что образ жизни свой безóбразно-безжизненный повсюду насаждать-укреплять размашисто принялись с помощью приспешников своих многочисленных. Обманками своими, беспорядье и безладье за собой влекущими, весь Мир закидывать… Всё под себя подминают, потоки большие и малые на себя замыкают, к чему не прикоснуться ˗ всё в гниль мерзкую превращают. Вздохнуть уж без своего ведома никому не позволяют. А того, кто на пути у них становится, стараются купить, запугать или устранить без сомнений и жалости… Вот такие дела, Тёмушка.
˗ Да-а, жуть! Деда, а как ты думаешь, что там у них будет дальше?
˗ Ну-у, то нам не ведомо. Придут люди туда, куда стремятся. Или позволяют себя вести. Узнаем всё в урочный час. Вот только… Ты же знаешь, что ВСЕМИРЬЕ безгранично. И вверх, и вниз, и вглубь, и вширь, и внутрь, и наружу, и много ещё как… ˗ Ортём кивнул, как раз в этом году начали учить ОИВ в школе. ˗ … Всё со всем связано, переплетено, тонко настроено и перетекаемо одно в другое. Ничто не начинается из ниоткуда и ничто не уходит в никуда. Каждое целое является частью другого целого, бóльшего или мéньшего. Или вообще совсем другого. И называется это всё Великим Порядком. Всегда так было и всегда так будет…
Так вот, столько дел уже натворить они у себя успели, такое разладье расползающиеся вокруг себя устроили, столько Хаоса к себе напустили, что сладить всё обратно да в Порядок опять привести будет ох, как непросто. То, что мы с тобой у Олёны в институте видели ˗ лишь малая часть порушья, да и ту люди, в своём тёмно-слепом неведении, не замечают. Так что… ˗ Ромус потянулся и зевнул. ˗ Поживём ˗ увидим. Может, уже и без них всё править будут другие… Так, хватит страшилок на сегодня.
˗ Деда, а скажи ещё, где это Темники так себе царство устроили?
˗ А сам как думаешь?
˗ Ну-у… В Заморье где-нибудь скорей всего.
˗ Верно. В нашей реальности там Свободный Союз Вольных Племён как раз находится. Ну всё, пора нам всем спать… Доброй ночи, Тёмушка. Егорушка, пойдём.
Да-а-а… Как же можно было позволить себя до такого довести? Жуть… А может, успеют всё-таки поправиться? Вон и деда говорит, что время ещё есть, хоть и мало… и люди светлые остались, сам в ведуне вон сколько светляков видел… Хорошо, если бы смогли-успели…
2020-2021