Скала

Глава 4

Глава 4

(год 3230 от ОИ, период тепла, день 40).

Я как обычно вышел на прогулку, она же пробежка, сбор полезного хлама на берегу. Хотя зачем мне это нужно понятия не имею. На одной из законченных платформ, третьей по счету, траву сажать не стал. Тут у меня находятся штабеля бревен, которые по форме годятся в дело, но пока не востребованы. Складывал я их послойно, каждый слой поперек предыдущего. Между бревнами есть некоторые промежутки. Таким образом, достигаются условия для сушки. Все-таки бревна эти полежавшие в морской воде и довольно сырые. Чтобы предотвратить их намокание от дождя строил легкие крытые навесы с покатой крышей и крытые дранкой. У меня уже штук пять этих штабелей, и новый шестой я сейчас складываю. Зачем не ясно. Все, что мне на данный момент требовалось, я построил. Сейчас с маниакальным упорством строил террасы, а затем озеленял их. Террас уже четыре. Все площадью около трех - четырех соток. Помогает то, что внутренняя сторона скалы, обращенная вглубь острова, довольно пологая и завалена разрушенными фрагментами каменной породы и каменными осыпями. Поэтому постройка террасы хоть и трудна, но благодаря материалу под ногами всё-таки возможна. Удручало только однообразие растений. Но я не отчаивался и с воодушевлением сумасшедшего продолжал строить свой маленький мир. В конце концов, до вершины полкилометра, тут столетиями строить можно.

Но дело не в этом, А в том, что выйдя на пляж, я увидел несколько сотен тюленей, или не тюленей, я их от морских львов или других подобных зверей не отличаю, ну может, моржей помню. Но это явно не моржи. Так вот, здоровенные, похожие на тюленей твари. Видимо путь миграции изменился, и они приплыли на мой остров. Сердце заколотилось, руки задрожали. Пришлось садится и несколько минут глубоко подышать. Сознание прояснилось, руки дрожать перестали. Я сразу прикинул, сколько всего полезного можно сделать из этих тушек. Оставалось сожалеть, что меня так мало. И не получится завалить все стадо. Сперва, был порыв схватить огромный дрын и побежать мочить все живое по головам. Но обдумав решил все делать по умному. Лук тут не помощник. Нет гарантии, что попаду точно в глаз, а шкуру мои стрелы не факт что пробьют. Вот потом, из костей животных, я наделаю наконечников, и тогда можно будет и из лука похулиганить. Сейчас же решил сделать все по тихому. Для начала разделся, чтобы запах одежды не пугал животных, а затем стал подкрадываться к стаду, стараясь чтобы ветер дул в мою сторону. Мне повезло, здоровенный самец с десятком своего гарема откололся несколько в сторону от основного лежбища. Подкрасться удалось почти на пятнадцать метров. Я протянул руку в сторону ближайшей самки и пожелал ее смерти. Энергии смерти потратилось неожиданно много. Ушла почти треть запаса в источнике. Самочка же просто положила голову на камни и замерла. Навсегда. От такой простоты убийства стало не по себе. А ведь по массе эта тюлениха будет побольше среднего человека. Но времени на рефлексию не было. Умерло еще три крайние самки. Но остальные пока ничего не заметили. Через полчасика восстановилась энергия на еще одно убийство. Но жаба буквально задушила. Это ж сколько я буду возиться и сколько сил потрачу. Пришлось подумать. Да и действовать надо было быстрее. Энергия смерти, выделившаяся при смерти тюленей, начинала рассеиваться, а терять ее я не хотел. Зачем воздействовать на все животное, если можно воздействовать прямо на мозг или на сердце. Принялся экспериментировать. Пожелал, чтобы погиб только мозг животного. Долго не получалось. Тут видимо надо было конкретизировать волевой посыл. Но в итоге все получилось. Тюлень был жив, и даже вздымались его бока в ритме дыхания, но, по сути, он уже мертв. Жестоко, но мне тоже надо жить, причем жить хорошо и вкусно. Такой способ был более экономичным, потратилась по ощущениям всего шестая часть. Останавливать сердце поостерегся, конвульсии умирающего животного могут потревожить остальных. Таким образом, обездвижил остальных, примерно часа за полтора. Больше всего пришлось потратить сил на самца, все же здоровый гад. Затем впитывал оставшуюся на пляже энергию смерти. Затем перетаскивал еле живых тюленей подальше от пляжа. Вот тут мне пригодилась моя многолетняя тренировка. Ведь даже трёхсоткилограммового самца удалось, правда, волоком, но оттащить. Затем до самого позднего вечера я снимал шкуры и заготавливал мясо. Шкуры снимал чулком, пересыпал солью и выворачивал мехом наружу. Затем просто сваливал в большой котел. Мясо засаливал в глиняных бочонках. Оставшиеся внутренние органы также засаливал, но уже отдельно. Жир складывал в отдельные бочонки, для последующего вытапливания. Остатки костей просто сваливал грудой, потом подумаю, как их очистить. Пока таскал бочки в сарай для пищевых продуктов, придумал, как быть с костями. У меня в бассейне было несколько десятков хищных рыбок, запас на начало холодов. Все-таки солено-вяленая рыба быстро приедается, и я старался использовать ее как можно позднее. Вот в этот бассейн я и стаскал все костяки тюленей. Что касается остального, у меня возникла проблема - нехватка тары. Пришлось потратить пару дней на изготовление глиняной посуды хотя бы под жир. Уже просолившиеся куски мяса я подвешивал коптиться. Но свершилась еще одна мечта. Я отъедался тюленьим мясом. Не свинина конечно, но все-таки, все-таки. Слава всем богам, тюлени пробыли на острове около полусотни дней. Потом они просто исчезли с пляжа. За это время я подсократил стаю на почти сотню особей. А заодно прокачал темную сторону своего источника. Больше тюленей просто не осилил. Не, умертвить я бы, умертвил, но вот обработать я столько не обработаю. И так мясом уже завален весь сарай и большая часть амбара. Основная часть, конечно, в бочонках, но много и вяленого и копченого и копчено-вяленого, и кровяной колбасы, и просто колбасы с различным содержанием жира. Не хватало специй, но лук и луковый сок частично их заменил. Еще ливерной, из требухи, сделал под сотню килограмм. Сухожилий опять же различных набрал. Особенно хороши, самые длинные, со спины. Со всей этой возней даже возникла проблема с солью. Не думал, что она у меня кончится. Хватило впритык. Хорошо, что с гибелью мозга, сама тушка пару - тройку дней сохранялась живой. Для шкур, просоленных и вымоченных, изготовил специальные деревянные растяжки, и теперь все время уходило на постоянное скобление и обработку шкур.