Худшие друзья

Глава 25

5 марта

Конечно, передо мной никто не извинился. На следующий день мы с Орликом пришли в школу за руки. Чувствовала напряжение, хоть он и успокаивал меня. Нас встретили с прежним равнодушием, из кабинета никто не выходил, Сергеева шепталась с Голубевой, Быков развлекал Гайку. Она довольно хихикала и строила ему глазки. После того, как учебный день закончился, уже было собиралась перекреститься и идти домой, но поняла, что в кабинете помимо нас с Никитой осталось семь человек и расходиться они не собираются. Шульц вывел за дверь перепуганного Саню и мы остались прежней компанией. Первой ко мне подошла Лёлька, совершенно спокойная и холодная, она молча протянула мне руку, я не хотела ее жать, посмотрела на Орлика, который выглядел очень взволнованно, сдалась и ответила на рукопожатие. Потом ко мне подошла Гайка, до сих пор помню, как внутри все сжалось. Руки она мне не подавала, только сказала: « Мишина, если Кирилл уверяет нас всех, что ты не имеешь никакого отношения к распространению видео и это не ты подбросила мне слизней, считаю, что конфликт исчерпан. Ему я доверяю». Она строго посмотрела мне в глаза и вернулась к своей первой парте, по спине шел мороз. Первое о чем я подумала, почему Кирилл? Это же Орлик хотел поговорить с ними! Но потом поняла, Быков взял Гайку на себя, потому что, в отличии от Орлова, имел на нее влияние.

На этом всё… Остальные отмолчались, но по общему настроению коллектива, стало понятно, что претензий ко мне нет. И я зажила спокойно. Впервые за десять месяцев перестала оборачиваться, трястись, заглядывать за угол перед тем, как повернуть, ждать подвоха, вздрагивать от шума. Чувство спокойствия пришло не сразу, примерно на вторую неделю, когда я поняла, что мой класс живет привычной жизнью, как раньше. Меня никто не гонит, никто не косится, не пихает, не унижает, все готовятся к экзаменам, обсуждают выпускной и не замечают меня. Фантастика! Специально меня больше никто не игнорировал, но и не пытался извиниться или набиться в друзья, пару человек начали разговаривать со мной на переменах. Но они были из тех, кто изначально не принимал участие в травле и не выкрикивал мне оскорблений, только молча исполнял приказы Гайки меня избегать. На День Святого Валентина я даже получила четыре валентинки, когда в наш класс пришел, назначенный на один день, школьный почтальон. Первая была от Орлика с признанием в любви, от чего я пришла в дикий восторг и чуть не скончалась от счастья. Вторая от ботанички Иры Совушкиной, на открытке было написано: «С Праздником». Третья от Сани, который подозрительно долго не болел. И четвертая от Быкова, с лаконичной фразой: «Повторим?». Я сразу зажмурилась и стыдливо улыбнулась, вспоминая, как прошел мой день ровно год назад.

В десятом классе валентинок было намного больше, пятнадцать или двадцать, но с замиранием сердца я ждала только одну и мне казалось, я ее получила. На очаровательной красной открытке с забавным пушистым котом аккуратными печатными буквами было написано: «Жду в семь около кинотеатра». Мысль о том, что это может быть не Орлик просто не возникла в моей голове. Дома у Сергеевой я визжала, как резаная, пока она с траурным лицом помогала мне собираться на свидание. Внутри себя, я дико злорадствовала, ведь Лёлька очень расстроилась, что ей Никита открытку и вовсе не прислал. Думаю, это была первая трещина в нашей с ней дружбе, таких трещин впоследствии будет еще много.

Когда увидела у кинотеатра Кирилла, не сразу сообразила что к чему, мало ли… просто так стоит или Гайку пригласил. Но увы… По довольному, самонадеянному лицу Кирилла стало ясно, что это он автор открытки. Не смогла отказать, пришлось тащиться смотреть романтическую комедию, а потом он пытался затащить меня поесть суши, но я согласилась только на чай с пирожным, и то только из-за того, что поплелась в осенних сапожках и в холодном зале полностью заледенела. Это было долго, неловко и не вызывало никаких чувств, кроме разочарования. А на следующих день Быков на радостях растрепал об этом всему классу. Я думала Лёлька лопнет от смеха, она потом еще две недели меня подкалывала, а Кирилл в разговорах называл меня «моя девушка». Я жутко бесилась и не я одна. Судя по всему, договоренность о том, что ко мне больше не будет подкатывать ни Орлов, ни Быков появилась именно тогда. А Гайка навсегда заточила на меня свой острый зуб. И все из-за глупой валентинки, которую я не так поняла, Орлик вообще забыл про такой праздник и никому не отправил открытки, но моя до сих пор стояла воткнутой с экран его компьютерного монитора. Мне было приятно, что он не не выбросил, даже в моменты, когда между нами была пропасть из обид и жестоких выходок его приятелей.

Весь этот месяц я жила, как в сказке, подтянулась в учебе, хорошо спала, ела с аппетитом, много гуляла, ходила в кино именно с тем человеком, которым хотела и была абсолютно счастлива. Никита уделял мне очень много времени, нам было классно вместе, хорошо и спокойно, рядом с ним я ощущала комфорт, словно вернулась домой после долгого путешествия. Мои опасения не подтвердились, хоть Орлов и продолжил общение с ребятами, большую часть времени он проводил со мной. Вся грязь потихоньку стала забываться, школа больше не казалась мне адом, ведь Гайка была занята Быковым, а Лёлька, по словам Орлика, начала встречаться с первокурсником Нефтяного Университета и совершенно потеряла ко мне интерес и жажду мести. Только на Саню почти не оставалось времени, я была слишком занята своей любовью и слушать часами про Малахова, сериалы на НТВ и обсуждать старые выпуски Криминальной России, я не могла. Иногда играла с ним в карты или шашки, но очень редко, почти всегда проигрывала и быстренько бежала домой. Сашка грустил, у меня болела душа, когда он жалобно просил посидеть с ним еще часик. Но, к сожалению, не получалось, ведь был еще и Быков. И наш маленький секрет.

Когда мои дела пошли вверх, его пошли вниз, прессинг Гайки давался ему тяжело, я видела, как жизнерадостный и немного дурковатый Кирилл, стал угасать не по дням, а по часам. Помню, как примерно через десять дней после нашего официального применения с Гайкой, случайно встретила его на улице, тоскливого, мрачного и разбитого, на Кирюхе не было лица. Я испытывала большую благодарность за то, что он помогал мне и верил в меня, когда другие не верили, я хотела его поддержать и напомнила про его же схему- поесть чего-нибудь вкусного, когда очень грустно. Только потом выяснилось, что грустно ему теперь почти все время. Гайка душила вниманием, Быков говорил, что она перестала вредить себе и шантажировать, но вместо этого, она желала его внимания каждую минуту и постоянно терроризировала его по телефону. Больше всего на свете он хотел ее послать, но жутко боялся, что она опять с собой что-нибудь сделает. Кирилл считал дни до получения аттестата и мечтал поскорее уехать из города, ребятам он говорил, что будет поступать на экономический в Москву, но на самом деле поедет в Питер. Ведь Гайка уже подыскала себе универ в столице, а с ее высоким балом, она обязательно туда поступит.