И в сумерках придёт рассвет

19 Элькит

И в тайную дружбу с высоким,

Как юный орёл тёмноглазым,

Я, словно в цветник предосенний,

Походкою лёгкой вошла.

Там были последние розы,

И месяц прозрачный качался

На серых, густых облаках.

А. Ахматова

На большом светлом валуне у входа в пещеру лежала крупная чёрная кошка и грелась на солнце. Размером она была со среднюю козу. Бархатная шкура лоснилась на солнце, и кошка довольно жмурилась, пригретая летним теплом.

Перекувыркнувшись на спину, зверь вытянул лапы вверх, и в лучах дневного светила сверкнули острые золотистые коготки. Затем мягкие подушечки лап вдруг превратились в ладони и изящные тонкие пальцы. Кошка, словно растекаясь, выросла в размерах, и на её месте возникла удивительно красивая женщина в таком же чёрном, как бархатная шкура, платье.

Длинные золотые локоны ниспадали по плечам, струились по раскалённым камням. Казалось, ей было вполне удобно на столь твёрдом ложе. Подперев одной рукой свою прекрасную голову, женщина-кошка так и осталась, полулёжа, греться на солнцепёке. Внезапно за её спиной распахнулось большое чёрное крыло и опустилось на плечи.

Чуть ниже по склону прыгала с камня на камень ворона.

Златокудрая красавица вытянула к руку, будто хотела поймать в ладонь расплавленную бронзу солнечных лучей, залюбовалась совершенством собственной кожи и тонких пальцев.

В этот момент вместо птицы на камне рядом с этим странно-переменчивым созданием возникла горбатая старуха, которая тут же торопливо поклонилась. Женщина-кошка удостоила её лишь мимолётным взглядом по-кошачьи зелёных глаз.

– Моё почтение госпоже Элькит, прекрасной хранительнице леса Дриман и Повелительнице Грёз! Госпожа Элькит стала ещё краше, на мой взгляд, с тех пор, как мы виделись, – подобострастно забормотала старуха.

– Что ты делаешь в моих владениях, ведьма? – промолвила Элькит голосом мягким, как мурлыканье, и, казалось бы, совершенно спокойным, но Каргиона заметила, как на её прекрасной руке мелькнули на миг изогнутые хищные когти.

– Неотложное дело привело меня к тебе, милостивая госпожа, – промолвила старуха, медленно приближаясь. – Я не могла ждать у границ леса, пока ты заметишь меня…

– Я давно заметила тебя, – равнодушно ответила кошка, даже не глядя в сторону ведьмы.

– Видишь ли, госпожа, мой повелитель прислал меня, дабы сказать, что Катарас не желает тебе зла. Ты можешь быть спокойна – он вовсе не собирается вторгаться в твой лес и нарушать твой покой…

– А он хотел попробовать? – глаза кошки сверкнули как два угля под порывом ветра, только ярко-зелёных.

– Нет, нет, госпожа Элькит! Он хочет мира с тобой. Вскоре весь Лейндейл будет нашим, но Катарас не тронет твоего леса. Мы хотим заключить союз с тобой. Он будет выгоден нам всем. Он обеспечит твою безопасность.

– А разве я в опасности? – ухмыльнулась Элькит, сосредоточенно разглядывая ухоженные коготки.

– О, нет, госпожа Элькит, я лишь имею в виду…

– Хватит пустых слов! – оборвала её Элькит. – Ты так и не сказала, что тебе нужно от меня.

На месте златовласой красавицы уже лежала говорящая чёрная кошка с хищно прищуренными изумрудными глазами.

– Совсем немного, учитывая, что ты любишь забавляться с людьми, забредшими в твой лес. Вскоре в Остенград по Восточному пути пойдёт молодая женщина, вот эта… – добавила ведьма, доставая портрет из складок своего бесформенного балахона.

Чёрная кошка, охваченная мглистой дымкой, стала расти и вновь превратилась в прекрасную даму в чёрном платье. Элькит подбоченилась, и с высоты своего роста бросила взгляд на рисунок. Глаза её блеснули.

– Её зовут Мара. Она будет с ребёнком на руках. Совсем младенцем. Ты легко узнаешь её, госпожа Дримана. Она не должна достичь Остенграда. Вот моя скромная просьба… Эта девка не должна вырваться из твоих лап. Расставь ловушки, поймай её в паутину, замани в Лес снов и отдай мне – вот и всё! А награда – безопасность, покой и расположение Каран Гелана.

– Зачем она тебе? – поинтересовалась Элькит.

– Это уже не твоё дело! – ответила Каргиона, теряя терпение.

Она не привыкла прислуживаться – она привыкла, чтобы унижались перед ней.

– Вот как? Не моё дело? Тогда и её поимка – не моё дело, – прошипела Элькит, и стала похожа на взъерошенную кошку.

– Прости, госпожа, я забылась! – покорно ответила Каргиона. – Она опасна, опасна для Каран Гелана. Я уже давно пытаюсь настичь её, с самого Севера гоняюсь. Раньше её было трудно уловить, теперь я чувствую её, но…

– Ах, вот в чём дело, – усмехнулась Элькит. – Дева с Севера. Ты веришь в пророчество Кара, ведьма?

– Госпожа Элькит всегда была мудра, – заметила ведьма, – как и полагается столь древнему созданию, что даже эльфы юны рядом с тобой. Надеюсь, твоя мудрость поможет тебе принять правильное решение.

– Я помогу Катарасу, – сказала Элькит просто. – Мне не составит труда поймать девчонку в свои сети, если она пойдёт Восточным путём. Но теперь убирайся, не испытывай больше моё терпение! И помни – ты пообещала мне покой, не смей же его нарушать!

За спиной Элькит распахнулись два чёрных крыла, и взгляд зелёных глаз стал пугающе гневным.

Каргиона поклонилась, обернулась вороной и исчезла в лесной чаще.

Крылья опустились на точёные плечи Элькит, превратившись в бархатный черный плащ. Она осталась стоять на скале, как гордое изваяние.

Минуту спустя, в глубине пещеры произошло какое-то движение, из мрака ближе к свету шагнула чья-то тень. Разглядеть её во тьме было невозможно – лишь тёмный силуэт в плаще с капюшоном выделялся в полумраке.

– Почему ты не убила её, ты ведь могла? – спросил спокойный мужской голос.