Скиталочка. Куда он, туда и я

Глава 9-1

Глава девятая

Ола

Внутри город оказался не менее красочным, чем снаружи. Разноцветные, радующие глаз стены зданий с многочисленными вкраплениями сверкающих драгоценных камней, блестящие, так что больно смотреть, высокие окна… Что ни дом – то дворец, пусть даже и маленький. Но имелись и большие, словно сошедшие с киноэкранов, только еще красивее. Улицы в городе были аккуратными, чистенькими, проезжую часть из ровно, как по линейке, выложенной брусчатки тут словно каждые пару часов с мылом моют. Равно как и тротуары из цветной, узорчатой плитки.

Но я уже догадывалась, в чем кроется причина такой красоты и ухоженности. Наверняка все на самом деле обстояло так же, как и при виде на город снаружи. А когда ступая по чистехонькому-ровнехонькому тротуару я пару раз непонятно обо что запнулась, а потом вдруг мои туфли стали почему-то к узорчатой плитке с подозрительным чавканьем липнуть, мои догадки переросли в уверенность. Но чтобы убедиться во всем стопроцентно, я включила зеркалку, вывела изображение на встроенный дисплей и направила объектив под ноги.

Крутилово-закрутилово! Никакой плиткой тут даже и не пахло! Обычная глинистая грязь, перелопаченная до нас множеством ног! Где-то кочки, где-то ямы, где-то лужи, а кое-где и откровенные помои разбросаны. Проезжая часть выглядела немногим лучше. Да, она была выложена, но не ровной брусчаткой, а разномастными булыжниками, а во многих местах отсутствовали и они – и там либо зияли ямы, либо блестели мутные лужи. Больше в этом городе, кстати, блестеть было нечему: драгоценности в стенах домов, разумеется, отсутствовали, и эти серые, мрачные стены украшали разве что выбоины, трещины да пятна грязи. Окна тоже не блестели. Их вообще оказалось не так много, а те, что имелись, были либо вовсе без стекол, либо казались тусклыми – возможно, от окружающей их безрадостной тоски.

– Крутилово-закрутилово! – сказала я уже вслух и показала своим спутникам окружающие виды через дисплей фотоаппарата.

– Морок, – как и в прошлый раз прокомментировала увиденное Анна. – Наведенная магия.

Мудрец Пузик лишь крякнул.

– Ты знал? – строго посмотрела на него я.

– Ну, знал, а что такого? Я же тут не первый раз бываю.

– Но ведь это кошмар какой-то, – возмутилась я, – ужас! Ладно, снаружи липовой красотой светить – это даже с эстетической точки зрения оправдано. Но внутри-то! Это же просто опасно! Идешь по ровному тротуару и вдруг – бэм-с! – падаешь в яму, или, пардон, вляпываешься в какашки… Теперь понятно, почему здесь запрещено ходить босиком. А сама дорога? Ладно, здесь нет автомобилей, но ведь какие-то телеги, кареты тут всяко ездят – иначе не было бы проезжей части. Только ездить по ней невозможно! Лошади переломают ноги, кареты будут проваливаться в ямы, терять колеса…

И тут из-за поворота как раз показалась запряженная двумя пегими лошадками карета. Ну, может, не совсем карета, просто крытая повозка – я в типах гужевого транспорта не сильна. И что удивительно, ехала она весьма споро, лихо объезжая ямы и крупные лужи. Иногда колеса попадали в небольшие выбоины, так что трясло повозку немилосердно, но сидевший в ней возница не проявлял ни малейшего беспокойства, будто так было и надо.

– Но как он видит эти ямы?! – воскликнула я. – Он что, маг? Вроде не похож… А! Это лошади их видят, на них, наверное, наведенка не действует.

– Не меня тоже не действует, – пискнула на моем плече Бела.

– Лошади видят, – подтвердил мою догадку мудрец, – но и все местные тоже видят то, что и в самом деле есть. Это лишь для чужих такой морок сделан, чтобы лицом в грязь перед гостями не упасть.

– Вот как раз гости-то лицом в грязь и упадут, – сказала я. – Причем в самом буквальном смысле. Дебилизм какой-то! А как это устроено, что только для чужих?

– Так это при входе делается. Ворота, кто через них проходит, магией обрабатывают. Как в дудку подуть! Там магия так настроена, что если первые три раза заходишь, будешь видеть морок. А если чаще шастаешь, значит, уже свой, можно силу заклятья не расходовать. Так-то в Сизелоне везде чуть-чуть намагичено для пущей приятственности – и небо синей, и трава зеленей. Но кое-где перебарщивают.

– Нужно вернуться к стражникам, – засопела я, – и снова их сфоткать! Они что, не могли снять для нас этот морок?

Вот только не надо говорить, что я злая. Да, я злая! Станешь тут злой, когда в туфельках по дерьму побродишь! Могли бы и для меня сапоги подыскать, пусть и с дырками.

– Так они же думали, что вы магини! – развел руками мудрец. – Вы бы и сами этот морок заметили и сняли.

– Я и правда наведенку почуяла, только снять не догадалась, не отошла еще после этих топороносцев, – призналась ведьма. И с подозрением глянула на Пузика: – А ты? Ты сам-то что видишь?

– Да я как-то так, неразборчиво, – пробормотал мудрец, аккуратно переступив при этом кучку нечистот.

– А вот врать-то зачем?! – завопила я, увидев все через видоискатель фотика, который теперь не убирала от глаз.

– Нет-нет! – замахал тот руками. – У меня и правда зрение не очень. А так-то я вижу правду, конечно. Как в дудку подуть – всю что ни на есть правду! Я ведь в этом городе уже не раз и не два бывал.

– И что, нам теперь возвращаться к воротам и перейти туда-сюда три раза? – посмотрела я на Анну.

– Нельзя, – шепнула та, – тогда стражники догадаются, что ты не эта самая… ну, не великая…

– Тьфу ты! И правда. И что теперь, так и идти, глядя перед собой через фотик? Придется, видимо. А ты тогда держись за меня. Я буду подсказывать, где ступать, где не надо.

– Да я это… уже, – покраснела ведьма.

– Ты сняла морок? – насупилась я. – А с меня? Эх ты, а еще подруга!

– Но я сомневалась! – стала оправдываться Анна. – А вдруг бы опять что не так… Или, думаешь, рискнуть?

– Да можете, собственно, не рисковать, – довольно хмыкнул Пузик. – Мы уже почти дошли до моего знакомого мага.