Магия обмана. Том второй

Глава 2

Дверца закрылась, звуки голосов приглушились, карета тронулась, я помахала принцу в ответ. До чего же приятно, что мой жених, несмотря на такое высокое положение в обществе, не стесняется показывать чувства. Очень хочется, чтобы эта непосредственность в общении со мной сохранялась как можно дольше. Несомненно, она способна сгладить все острые углы и недопонимание, которое, к сожалению, обязательно возникнет на первых порах. Иначе и быть не может в начале отношений, в чужой стране.

Карета повернула, Его Высочество пропал из виду, и я, все еще улыбаясь, посмотрела на лорда ректора. Впервые прочувствовала на себе смысл выражения «улыбка сползла с лица». Один взгляд моего сиятельного спутника на корню уничтожал всю радость. Верховный судья, глава древнего рода пристально наблюдал за мной и казался грозным, величественным, настолько далеким и недостижимым, что я не решилась заговорить.

Пугающую перемену его настроения я считала незаслуженной, обидной и даже в чем-то оскорбительной. Я не сделала ничего дурного, ни в чем не провинилась перед ним! Я не просила Видящую выбирать меня, хоть и рада ее решению.

- Вы просто излучаете счастье, когда находитесь рядом с Его Высочеством, - голос лорда Адсида, нарушившего долгую паузу, прозвучал ровно и бесстрастно, но мне все равно чудился упрек в его словах. - Видящая, которую в трансе невозможно обмануть приворотом, показала, что ваша симпатия именно к принцу истинная, наиболее сильная. Только она способна в недалеком будущем развиться в настоящую любовь.

Он говорил исключительно спокойно, а я не могла отделаться от ощущения, что магистр меня обвиняет.

- Вам не нравится решение Видящей? - хотелось защититься от нападок, поэтому вопрос прозвучал жестко, даже с вызовом.

- Отчего же оно не должно мне нравиться? - лорд Адсид безрадостно усмехнулся. - Напротив, я рад за Аролинг. Его жителям достанется в свое время чудесная правительница. Разумная, добрая, понимающая.

Я вздохнула и смолчала. Тон беседы меня не устраивал совершенно, хотелось ответить резкостью, напомнить, что магистр сам сначала желал мне выиграть. На язык просились его же фразы о том, каким чудесным шансом для меня и моей семьи может стать победа, но я сдерживалась. Ссора, пусть и недолгая, сделала бы опекунство тяжким бременем, а лорд Адсид подобного не заслуживал. Ни на день, ни на час.

- И кроткая, - нарушил напряженную тишину сиятельный собеседник. Он тяжело вздохнул, подался вперед и заглянул мне в глаза: - Простите меня, госпожа Льяна. Мне нужно время, чтобы изменить свое отношение к господам драконам и исходу ритуала.

Теперь Шэнли Адсид снова казался живым, способным на чувства, недоступные ледяному Верховному судье. Он был искренне огорчен, казался растерянным.

- Я привык считать, что Его Высочество приворожил вас, как-то внушил приязнь к себе. Но придется принять действительность такой, какая есть, - он горько усмехнулся, снова отстранился. - Он не влиял на вас зельями или чарами. Леди Арабел не зря утверждала, что приворот не повлияет на решение. Будь так, невестой принца объявили бы сегодня княжну Оторонскую.

- Она так переживала, потому что зелья не дали нужного результата? - догадалась я.

Лорд Адсид кивнул:

- Да. По свидетельствам их семейного алхимика, княжна получила от него пять пузырьков Либесерум.

- Пять? Неужели она все использовала? - я ошеломленно хлопала глазами. Зелье рассчитывалось на вес, а таким количеством можно было приворожить дракона в его звериной ипостаси!

Собеседника забавляло мое удивление, и это отчетливо слышалось в голосе.

- Все. Но либо драконы невосприимчивы к таким составам, либо у них есть нейтрализующее средство.

Я молчаливо согласилась с логичным выводом и тут сообразила, что в рассказе лорда Адсида меня насторожило.

- А почему семейный алхимик князя Оторонского вдруг стал так разговорчив?

- Потому что не хочет попасть в тюрьму за соучастие в отравлении госпожи Дрены. Я упоминал как-то, что Его Величество очень заинтересован в том, чтобы раскрыть это преступление. Долгое расследование наносит вред его репутации, тем более все знают имя отравительницы.

- Не думаю, что ее отправят в тюрьму, - я скептически покачала головой. - К тому же деньги сгладят остроту ситуации.

- Все верно, - согласился лорд Адсид. - Князь Оторонский, конечно же, откупится от родителей пострадавшей, но не наказать леди Сивину правитель теперь не может. Слишком большую огласку получило дело. Победа в отборе была последним шансом леди Сивины не допустить позора. Став принцессой, она избежала бы отчисления из университета, многолетней ссылки в провинцию. Она не получила бы славу отравительницы, славу неразумной и неосторожной преступницы, способной внезапно совершить глупость, бьющую по репутации всего рода.

- Но ведь все равно все знают правду, - недоуменно нахмурилась я.

- Конечно, знают, - он пожал плечами. - Но на данном этапе больше сплетен, чем проверенных данных. Все результаты расследования известны небольшому числу посвященных, к которым аролингцы не относятся. Если бы леди Сивина победила, то так бы все и осталось.

- Потому что «принцесса» и «идеал» - тождественные понятия?

Лорд Адсид улыбнулся, услышав собственные, немного перефразированные слова. У глаз появились тонкие морщинки, взгляд потеплел, а я поняла, что очень хочу вернуть вчерашний день. Такое же уединение в карете с веселым, обаятельным и таким близким Шэнли Адсидом.

- Порочить принцессу, равно как и рассказывать некрасивую правду, никому не выгодно, - продолжил собеседник. - Теперь же Его Величество вынужден наказать княжну. Достаточно жестко, чтобы другим не пришло в голову следовать ее примеру. Но в то же время достаточно мягко, чтобы не испортить отношения с княжеским родом и союзными ему семействам.

- Кажется, о Либесерум многие знали, - вспомнив поведение аристократов, предположила я.

- Радует, что вы так наблюдательны. Вы правы, о приворотном знали все знатные невесты и их родственники.