Ожидай странника в день бури

Глава 22

Сиур, мягко ступая, спустился на первый этаж, к двери подвального помещения. Справа под лестницей он действительно обнаружил кладовку. Навесной замок. Хм! Две пары горящих кошачьих глаз наблюдали за ним.

Замок заржавел, им давненько не пользовались. Три минуты ушло на то, чтобы открыть его. Внутри кладовки – гора ящиков, паутина, пыль, запах трухлявых досок; в глубине – дверца. Присев на корточки, он внимательно осмотрел дверное полотно, – хоть и старое, но прочное, не выломать. А замки современные.

Ключи Матвеича подошли. Дверца со скрипом подалась... в темном проеме показалась крутая лестница. Сиур секунду колебался, потом притворил за собою дверь и начал спускаться. Луч фонарика выхватывал из темноты щербатые каменные ступени. Подвал оказался глубоким, ступени шли все вниз и вниз. Ватная тишина заложила уши.

Сиур не боялся замкнутых пространств, но здесь ему стало не по себе: густая тьма поглощала свет фонаря, словно садились батарейки. Казалось, за каменной кладкой не земля, не городские коммуникации, а бездонная пустота...

Откуда-то возник низкий однообразный звук... Унисон мужских голосов незаметно перешел в шелестящий шепот...

– О, Гор, Дух Богов, дай ответ умоляющему страннику на пути сквозь Время...

Он шествовал среди вереницы облаченных в белые одежды мужчин, с золотым венцом на гладко обритой голове... Такой венец был только на нем. Он знал, что сможет воплотить свои замыслы, и что сами замыслы верны и приведут его к цели...

Великое Путешествие – его путь, и путь этот долог... В своем служении Истине он – страж ее тайн и обладатель ее силы...

Сиур смахнул выступившую на лбу испарину... Кажется, спуск закончился. Где фонарь? Он нащупал рукой стену. Обычная кирпичная кладка. Он пришел в чувство, присел на ступеньку и тут же обнаружил выпавший из руки в минуту слабости фонарь...

Подземелье оказалось просторным, арочные своды потолка свидетельствовали, что нижние помещения строились гораздо раньше самого дома. Что здесь было? Винные погреба, пороховые склады или... монастырские подземелья?..

Никаких наземных монастырских построек, по его сведениям, на этом месте быть не должно. Может быть, бывшая усадьба? Он обвел взглядом помещение. В целом, ничего особенного – всякий хлам: обломки стульев, огромное кожаное кресло, древние сундуки... Что это? Неужели клавесин? Инкрустированную перламутром поверхность покрывал густой слой пыли. Действительно клавесин... Надо же! У стены свалены какие-то тряпки, чучела птиц, пузатые бутыли в плетеных корзинах, старинный возок с рваным кожаным верхом, винные бочки... Он посветил фонариком: штамп с двуглавым орлом... поразительно! Почти ничего современного, никаких предметов, складываемых жителями в обычные подвалы. Как будто лет сто никто сюда не заходил.

Но должно же здесь быть электричество. А, вот и проводка. Лампочки, правда, нет... болтается пустой патрон. Черт с ним, можно вкрутить новую.

– Что мне померещилось? Подвал как подвал...

Сиур вспомнил разговоры с подростками и Матвеичем и удивился. Если они говорили про это помещение, то... Непонятно.

Он прикинул, что покойный антиквар собирался открывать ключом, который прятал под диваном? Тайник, скажем, незатейливый. Может быть, и правильно: говорят же: «Хочешь что-то спрятать, положи на видном месте». От Тины он это место не скрывал, доставал ключ при ней, обещал что-то важное ей показать в подвале. Что именно?

Сиур еще раз обвел взглядом подземелье. Если и есть какой-то ход, разве среди такого хлама увидишь? Возможно, мусор специально навален...

Он взглянул на часы и ужаснулся. Пора было выбираться наверх...

На востоке из мутной дымки проступал медный шар солнца. Небо светлело. Сиур не рассчитывал ехать к дому Тины, но вдруг решил проверить ее почтовый ящик. По наитию! Она обмолвилась, что писем ей никто не пишет, газеты и журналы она покупает сама...

– А ящик все же надо проверить, – пробормотал он, выходя из машины.

Просто дотошность, ставшая привычкой. В ящике накопилась куча рекламных проспектов. Сиур бегло их пересмотрел и удивился, обнаружив почтовое извещение на бандероль.

Извещение было датировано вчерашним числом, местное. Сиур спрятал извещение в карман и поехал домой...

Тинния глубоко задумалась. Подсыпала ароматической смолы в курильницу – дымок, причудливо клубясь, поднимался к потолку. Она положила на свою ладонь амулет – Глаз Гора. Некоторое время они смотрели друг на друга, пока она не опустила веки...

Сиург, рыцарь Грааля, непостижимым образом вызвал поток Реки Времени – так она называла воспоминания. Священные пески, дорога, вьющаяся вдоль течения Нила, пальмы под ослепительным солнцем...

Она любила слушать, как шумит тростник на ветру, как тяжело хлопает крыльями стая диких гусей, пролетая над плодородными долинами... Вверху – шелковистая лазурь, вдали – треугольники пирамид. Сфинкс – величественный и неприступный страж – обратил свой взор на Восток, в будущее, – охраняя тайну, а вместе с нею страну жизни, от Сета[1], бога смерти...

«О Гор, Светлый Сокол, сын Осириса[2] и Изиды, ты – Царь Живых, к тебе обращаем мы свои мольбы, ибо только живой может понять живого и откликнуться на его зов!.. Ты, побеждающий силы мрака, – ты знаешь, что мы нуждаемся в провожатом, чей совет помог бы сделать правильный выбор...»