Острие лезвия, ветер и любовь

Глава 4. О нежданных гостях и неожиданных ситуациях

- Сулмендис это ведь эльфийское имя? – спросил гондорец, спустя почти три недели знакомства.

Они с Сули сидели на окраине тренировочной площадки для сражений на мечах. В руках девушки был короткий одноручный тренировочный меч, такой же, только полуторный, был в руках гондорца.

- Да, - она положила оружие себе на колени и поймала солнечный зайчик, бесцельно гоняя его по деревьям вокруг. Тренировка их началась, когда солнце только встало, сейчас же оно было почти в зените. – Может на сегодня хватит?

Не так давно Сули в разговоре с гондорцем обмолвилась, что давно не практиковалась в сражениях на мечах и Боромир, по доброте душевной, предложил помочь – потренироваться. С тех пор начались её мучения.

- Мы только начали.

Мужчина резво поднялся на ноги, подхватил меч, играючи взвесил его в руке и протянул свободную руку Сули, а в ответ получил протяжное протестующее мычание.

- Пожалуйста, пощади, - девушка сложила ладонь к ладони и готова была даже пустить слезу, лишь бы разжалобить Боромира, но человек был неумолим. Он подхватил Сули под руку и поднял,поставив на ноги, словно та и не весила ничего вовсе.

С самого Совета прошло уже достаточно времени, чтобы эти двое успели хорошо познакомиться и даже подружиться. Девушка была этому несказанно рада: человек на поверку оказался очень интересным собеседником и не раз рассказывал воспитаннице эльфов истории от которых у бывалой путешественницы дух захватывало. Особенно проникновенны и наполнены счастливой тоской были рассказы о родном крае, охваченном сейчас войной. То как мужчина кистью слов рисовал в воображении подруги свой родной город... темноволосая заслушивалась. Представляя теперь те самые белые стены Крепости Солнца, которые не раз видела ещё задолго до рождения самого Боромира, она видела их поистине завораживающими, почти волшебными. Пустынные и людные улочки, дома – деревянные или же высеченные из белого камня – и люди, что снуют то тут, то там. Они не казались Сули угрюмыми, как прежде; они смеялись и радостно улыбались друг другу. И Белое Древо – символ Гондора, раскинувшее тяжёлые ветви в стороны или протягивающее их к небу, такому голубому сейчас. Безоблачному.

- Продолжим. Вставай в стойку, - скомандовал Боромир, обходя Сули по кругу. По задумке девушка должна была делать то же самое, но слишком устала. Все мышцы её тела ныли и умоляли безжалостного человека пощадить. Медноволосый сделал первый выпад; воспитанница эльфов неловко парировала.

- Я не могу, - она опустила руку с мечом вниз и, дождавшись, когда гондорец, завершая круг, окажется за спиной, стала падать. Рукоять выскользнула из расслабленных пальцев.

- Ты устала не настолько сильно! – Боромир подхватил подругу под руки в метре от земли, и та повисла, словно тряпичная кукла. Вставать на ноги Сули упорно отказывалась, и гондорцу не осталось ничего кроме как вот таким вот незатейливым образом удерживать её от падения.

Дыхание мужчины неожиданно обожгло кожу девушки даже сквозь куртку. Она громко и рвано вздохнула, чуть поддавшись вперёд, но потом, передумав, прикрыла глаза и расслабленно откинулась назад, опираясь на широкую грудь человека.

- Не хочу больше драться, - она помотала головой из стороны в сторону, от чего волосы разлетались по сторонам, щекоча лицо гондорца. - Давай продолжим завтра, а лучше вообще не будем.

- Вот что с тобой делать? Лентяйка! – пусть Боромиру и удалось состроить возмущение в голосе, Сули-то знала, что он и сам развеселился.

За своей шуточной перепалкой новые знакомцы и не заметили, когда на тренировочном поле появились ещё двое.

Арагорн неспешным шагом пересекал поляну, а рядом с ним шла улыбающаяся Арвен. Она почти не отрывала взгляда от человека, а тот вёл эльфийку под руку, гордо расправив плечи. Дочь Элронда держалась, как и обычно, подобно принцессе: неизменно прямая спина, легкая улыбка – не вежливая и сдержанная как обычно, а святящаяся – уложенные аккуратно волосы и струящееся легкое платье цвета молодой зелени; Сули невольно залюбовалась ею. Сама-то она выглядела не так царственно. Вся мокрая от пота и покрытая пылью, с застрявшими в торчащих во все стороны волосах травинками (те, кстати, возникли после неловкого падения девушки при попытке увернуться от удара), красная после долгой тренировки, да ещё и повисшая на руках у гондорца – тот к слову так же выглядел не очень.

Заметив Сули в руках Боромира, дунэдайн сначала остановился, нахмурился, но тут же рассмеялся.

- Думаю, эта история достойна того, чтобы быть услышанной, - Арагорн и Арвен оказались рядом. Человек едва уловимо коснулся тонких пальчиков эльфийки, которыми та держалась за его предплечье.

Ундомиэль кивнула сестре, рассеяно улыбаясь; девушка неловко поздоровалась в ответ.

- Сулмендис устала, - спокойно ответил Боромир, будто бы и не было всей этой глупой ситуации, хотя от девушки и не ускользнула усмешка, проскочившая в его голосе. – Мы сражались на мечах.

Арагорн улыбнулся, и маленькие морщинки вдруг сбежались в уголки его глаз. Он посмотрел на Арвен, которая тут же ответила на взгляд мягкой улыбкой, а пальцы на его предплечье сжались чуть сильнее.

- Ей стоило бы передохнуть, - произнес дунэдайн, переведя взгляд на гондорского воина, а потом снова глянув на эльфийку. – А что ты думаешь, Арвен?

- Думаю, моя названная сестра действительно устала, - кивнула она. – Может быть наш друг из Гондора согласиться проводить Сулмендис в её покои?

Сули, как ей казалось, незаметно толкнула друга затылком в грудь и усмехнулась: её веселила напускная серьезность такой глупой ситуации. А вот Боромир, надо сказать, держался достойно. Сейчас он немного напоминал не очень строгого родителя, наблюдающего как его чадо делает всё, что душе угодно. Арагорн и Арвен подыгрывали, а темноволосая наслаждалась происходящим, нежась в руках мужчины. Благо что рядом никого больше не было и Сули могла спокойно продолжать развлекаться.