Вертикальный лифт

Глава 2 ▶️▶️ Команда

В столовой было просторно и уютно одновременно. Создавшие центральный модуль корабля люди были чрезвычайно талантливы и пользовались поддержкой Системы в полной мере. Маша знала: стоит ей только коснуться мебели и пожелать, и столы со стульями тотчас примут любую форму и вид.

В длительных экспедициях изобилие было культом и не стоило её участникам ни рубля. Поэтому люди стремились записаться в команду корабля дальнего плавания и там с удовольствием перемещаться в реальном мире, находя его гораздо богаче красочных игрушечных проекций.

Почему? Вот пару десятков лет назад прославилась проекция «Имитация обыденности», а потом и дополнение «Обычный день». Все вдруг захотели оказаться там. Выйдя на пик популярности, этот нарочито скучный и однообразный мир неожиданно дал побочный эффект: он стал отвращать от виртуальности, вызывая щемящие душу ощущения утраты и тоски. Многие фанаты внутренне надломились, бесповоротно разочаровавшись в проекциях и окончательно вернувшись в реальность. Теперь доступ к «Имитации обыденности» только по разрешению врача и в терапевтических целях.

Маша шла на запах еды и выбирала между плетёной садовой мебелью и грубыми чурбачками из строительных блоков детского мира. «Вот так я и покажу наш детский мир Серёже, вот так…»

Задумавшись, она не заметила, как Сергей коснулся стола первым. Виновато улыбнувшись, хитрец пригласил девушку за изгрызенный каким-то зубастым чудовищем стол. Целой осталась только одна сторона. Сели рядом.

На столе тотчас появились деревянные приборы и тарелки. Их, к счастью, зубы страшного зверя не коснулись. Как и еды.

Вокруг сидели другие люди, такие же составные части будущей инфосферы. Носители рациональных технических знаний, культиваторы хаоса, сберегатели гармонии, уравновешиватели, созидатели, строители, носители резервной пустоты, прекрасные переносчики информации и скупые на эмоции хранители правил. Все они были родителями. А проращивать их общих детей, собранных из миллиардов комбинаций качеств Носителей, предстояло Сажателям Маше и Серёже.

— Это что за дед?

— Какой?

— А вон там, в углу.

— Это наш конструктор, Маша. У вас главный Сажатель, а у нас главный Конструктор.

— Ты почему всё о нас знаешь, а я о вас ничего?

— Ну… не всё.

— Вы и нас конструировали, что ли, тоже?

— Боже упаси! Нам просто очень много закладывают.

— Вы ботаны?

— Нет, мы же классные, как ты можешь? Я думаю, мы такие же милые, как котаны. Только ещё умные. Информации в нас вложено много, с запасом. Вы, похоже, больше практики.

— Поня-я-ятно… ботаны!

Он что-то рассказывал ей, тридцатилетней девчушке, зависшей на шестнадцати годах и чувствующей себя взрослым опытным подростком. Сейчас он «жил» на семь лет выше и ощущал себя взрослее неё.

Бывало так, что люди долго жили на одном и том же годе, и чувствовали себя старше «первогодок». В прежние времена остаться на второй год в школе было стыдно, а сейчас… по-разному. Мир стал очень разным, а потому стократ сложнее. Миром миллионов подробностей умела управлять только Система.

— Ты о чём задумалась?

— Да так… о вечном, Серёж!

— Подложить тебе ещё вечного?

Маша засмеялась и мотнула головой: «Сыта!». Всегда так хорошо внутри, когда поешь вдоволь.

Через час они сидели в кругу ближайших коллег. Серёжа сделал снимок пространства тогда и потом часто пересматривал: летая невидимой песчинкой по комнате, он мог рассмотреть людей, собравшихся вокруг голограммы, и все предметы в комнате со всех сторон до мельчайших деталей.

Вот внимательно слушает добытчик практического опыта Дима Стешин. На встречах он ощущал себя выключенным и поставленным на зарядку: так привычно было действовать, оценивать, двигаться дальше, проверять, узнавать. А что можно сделать в комнате с известными ему формами жизни? Войти и выйти. Ну, или поведать коллегам что-нибудь важное:

— Руслан, это всё? Благодарю за данные о биосфере. Я же подготовил высадку на поверхность планеты. Сценарий для Сергея и Марии будет выбран случайно из двух противоположных. Как полюса магнита.

Голограмма, еще недавно рисовавшая картины житья-бытья планеты, снова отобразила её вид с орбиты. Дима Стешин закончил говорить и выпрямил спину. Планета еще немного уменьшилась, будто послушавшись его движения.

Рядом с Димой ловит колебания воздуха Настя Ультрамаринова. Близкие зовут её Мариною, а в этом кругу она Ультра. Прозвище созвучно способностям: она всегда быстрее всех понимает, что происходит. Девушке 12, но её искусственно подняли до 25. Психика редкой устойчивости и пластичности, выдержала. Система знает, что делает.

— Дима, тогда и точки высадки максимально удалим, чтобы у Сажателей была комфортная автономность?

— Разумеется, Ультра Мариновна.

— Какие будут погодные условия?

— Хм. Полярные, Уль, будут.

Ультра схватила образ планеты рукой и взялась разглядывать его у себя на ладони. Встал с места сценарист Артём. Хищно улыбнувшись словам Димы, он жестикулирует, водит во все стороны невидящими глазами, будто бы погружённый в свои мысли, но при том вещает, без остановки выплёвывая слова. Думая обо всём одновременно, Тёма привносит хаос, вечно вынуждая кампанию купировать возникающие угрозы. Раздражающе нужный человек. К тому же, бесстрашный боец.