Непарная пара

Част 2: 19

*19*.

Погода стала портиться буквально на следующий день после состоявшегося чаепития у герцогини. Природа, словно решив напомнить, что каникулы остались позади, сильными дождями загнала даже самых неугомонных студентов в классы и библиотеки. Спустя пять дней казавшиеся нескончаемыми ливни сменились промозглыми туманом, который изголодавшаяся по суши душа Лиахима восприняла как божественный дар.

Шагая домой после занятий, он буквально наслаждался, что не приходится прорываться сквозь водяные потоки, швыряемых в лицо ледяным ветром. А ведь еще вчера... А уж позавчера... А поза-позавчера...

Постепенно его воспоминания подобрались к «изначальной» грозе, а от нее невольно скользнули к самому чаепитию, которое, к его тайному разочарованию, прошло без эксцессов. Даже появление двух дополнительных участников, ожидаемого Огрупа и, совершенно неожиданного, преподавателя химии Иртсимека, не создало никакой деструктивной силы. Собственно первому из них ребята из группы магички на правах репетиторов дали задание понять, чем отличается беседа с городскими барышнями от болтовни с деревенскими девками, попутно добавив, что если по его вине чаепития прекратятся, то он может забыть об участии в их команде. Угроза произвела должное впечатление. Однако в гораздо большей степени на парня подействовало угощение. Привыкший к простой сытной пище Огруп испытал сначала эстетический, а потом вкусовой шок. Как он сказал в конце, в академию стоило поступить, уже только за то, чтоб попасть на чаепитие с такими волшебными вкусностями. Девочки польщенно похихикали, а парни зачли ему урок.

А вот какими судьбами принесло на порог герцогини ее соседа-химика никто из хозяев так и не понял. Вернее, никто не поверил его словам, что он от усталости после тяжелой поездки просто перепутал дороги. И почему-то от той же самой усталости мужчина, увидев в доме праздник, не озадачился проверкой адреса, а пошел разбираться с наглыми гостями.

В свою очередь, Лиахим был уверен, что кто-нибудь из родителей девочек обязательно пришлет человека для проверки «чаепития». Поэтому, увидев на пороге цивильно одетого мужчину, интересующегося их вечеринкой, настойчиво пригласил его к столу, чтоб тот лично убедился, как чинно и благородно все организовано. Позже, узнав, кто с удовольствием уминает сытные сэндвичи (все же для парней нужно что-то повесомей воздушных печенюшек), он решил, что химик просто нашел место, где можно быстро поесть после дороги. Анири же считала, что даже нелюдимому раздражительному ученому порой нужна компания, точнее, аудитория для выслушивания его едких замечаний в адрес студентов, коллег, академии, учебных планов, финансирования, ученых и науки в целом. Иртсимек, по ее словам, просто жаждал добраться до чьих-нибудь ушей. И как ни странно, он нашел желаемое в лице Энты.

Сбежавшая от них Мияни сказала, что лично ей чуть дурно не сделалось от преподавательской ядовитости в сочетании с именами и химическими названиями. А вот Энта в некотором роде получала удовольствие, поскольку собеседник не только не сбегал от ее прямолинейных замечаний, но и горячо их поддерживал.

В общем все прошло настолько благополучно, что даже Лиахим, тихо мечтавший найти причину для прекращения подобных посиделок в будущем, не смог ни к чему придраться.

В итоге чаепитие стало вехой…после которой началась обыденная жизнь. В училище девочки словно забыли о нестандартной личной жизни их старосты. В академии же все, кто стремился познакомиться с новой кухаркой герцогини либо уже организовали встречу, либо, отложил до наступления погожих дней... А там, как надеялся Лиахим, новость о кухарке-любовнице герцогини потеряет свою остроту, уступив первенство каким-нибудь свежим новостям студенческой жизни.

На постоянной же основе он встречался с Русом, да Огрупом. Первый, мокрый и перепачканный, появлялся с продуктами вскорости после прихода Лиахима домой. Однообразно как бы шутил, пытался вызвать сочувствие причитаниями по поводу мытарств под дождем, затем намекал то ли на свою крутизну, то ли ум, после чего согласовывал заказ на следующий день и уходил.

Огруп появлялся значительно позже и всегда в сопровождении кого-то из одногруппников Анири. Лиахим, как правило в это время уже занимался готовкой, из-за чего математические объяснения наглядно иллюстрировались продуктово-рецептурными примерами, а усердная качественная работа стимулировалась перекусом в конце урока. Огрупу всего один раз хватило остаться без еды, чтоб начать ответственнее относиться к занятиям.

Сопровождающий же как правило не дожидался окончания занятия. Лиахим не спрашивал подробностей о причинах конвоирования, но подозревал, что ноги росли из попытки какого-то остряка окрестить Огрупа сыночком герцогини. Саму девушку подобные насмешки совершенно не трогали. Подчиненные же боевички отреагировали довольно своеобразно – официально присвоили ее подшефному звание «сына полка». В принципе, они магичку и до этого нередко в неформальной обстановке называли мамочкой, как признание ее командирских заслуг, что вполне укладывалось в военные обычаи (с поправкой на пол, разумеется). Теперь же, по словам зама Анири Стирка, любой насмешничающий по поводу материнства боевички, только подчеркивал ее заслуженный высокий статус.

Для Лиахима такое объяснение ничего толком не объяснило, но желание вникать в детали не возникло. Хотят следовать своим традициям, пусть следуют. Однако кое-что озадачивало, поскольку никакие обычаи-традиции не предусматривали прозвищ для кухарки командира. Тем не менее его не обошли вниманием, и с подачи заводилы-острослова Китча одарили Лиахима званием нянюшки.

Теперь любой из группы Анири, появляясь по какой-либо причине у них дома, обязательно забегал на кухню со словами: «Нянюшка, что вкусненького у тебя есть?».

Решив, что подобное обращение играет на руку его прикрытию, Лиахим взялся отрабатывать роль ворчливой, но заботливой кухарки, и буквально за пару дней втянулся в игру. Теперь дорогу к дому он невольно начинал с планирования готовки для Огрупа, его сопровождающего и, естественно герцогини... Хотя с ней-то Лиахим был менее заботливой и менее кухаркой, демонстрируя ворчливую неуживчивость. Впрочем, он подозревал, что Анири не только чувствует наигранность его поведения, но и усталость от этой роли.