Мелинда, принцесса фей

Глава 5. Дождь и неизвестная река.

Полгода шел дождь. По крайней мере, так получалось по записям Мелинды, делавшей засечки на стволе дерева, у которого они соорудили шалаш. Крыша шалаша постоянно текла, огонь было невозможно разжечь, потому что все вокруг намокло. Да и нечем было его разжигать, в Эдеме огонь загорался сам собой, здесь же ничего подобного не удавалось, и они все время дрожали от холода.

Сидя в шалаше Мелинда смотрела на серебряные струи и на капли дождя, танцующие в лужах.

Ее спутники редко покидали укрытие, земля размокла, и ходить было тяжело. Даже Доби стал мрачным, улыбка исчезла с его лица, чего уж говорить о Тайдо, который и в раю находил к чему придраться. Альдо тоже все время молчал, Мелинда подозревала, что он злится на нее, но, скорее всего, это было связано с тем, что им редко удавалось остаться наедине, а в присутствие других его словно подменяли. Он снова надевал маску холодности и равнодушия и уходил в себя. Мелинде казалось, что он смотрит на нее, как на заклятого врага, таким колючим и презрительным порой бывал его взгляд. Однако это не мешало ей по-прежнему любить его. Потому что таким она его и узнала. Таким и любила.

Она много разговаривала с Миа, особенно, когда мужчины уходили искать пропитание или залатывать крышу, и сейчас эта девушка открылась для нее с новой, неизвестной стороны. Она была противоположностью Мелинде, не такая ранимая, более трезво смотрела на вещи, но она была доброй и смелой, теперь Мелинда знала это. Сначала Миа сердилась за историю с воротами, когда любознательность Мелинды выбросила их за пределы Эдема, подвергая опасности, но со временем смирилась с судьбой и стала для Мелинды первой в жизни подругой. Не считая конечно, Эрин, но ведь Эрин была еще ребенком, так что Миа можно назвать первой подругой среди сверстников, с которыми еще недавно Мелинде было сложно найти общий язык. Любовь к Прежнему миру и, так называемое, королевское происхождение мешало ей.

Миа очень заинтересовалась отношением Мелинды к Альдо, она подробно расспрашивала Принцессу фей о ее чувствах, а та, в свою очередь, понимала, что в ней просыпается нередкое для прежних женщин желание заняться сводничеством, и пыталась открыть Миа глаза на многочисленные добродетели Доби.

- Посмотри, он красивый, добрый, веселый… – Мелинда осеклась, вспомнив, что Доби уже очень давно не улыбался.

- Открытый, честный, – продолжила Миа. – Знаю, знаю… Я в чем-то завидую тебе, Мелинда, только вот… Мне вряд ли мог бы понравиться Доби. Честно, я, наверное, не гожусь для этого, я же не внучка Сельмы, не такая как ты!

- Причем здесь моя бабушка! Каждый человек способен полюбить, я знаю! – убеждала ее Мелинда. – Тем более вне стен Эдема. Хорошо, не нравится тебе Доби. Но вспомни, может быть, кто-нибудь другой из жителей Эдема, может Уэнди? – лукаво спросила она.

- Не, – Миа наморщила нос, – Этот еще хуже! Нет.

- А как насчет Альдо? – поинтересовалась Мелинда.

- Альдо… – Миа задумалась, – В нем что-то есть… Но скорее всего, я просто слушаю тебя и смотрю твоими глазами. Нет, Альдо тоже не для меня! Я же говорю, я не способна на такие чувства. Я и родных-то никого не любила.

- Почему же пришла сюда? Ведь из-за родных? Ты же решила последовать их дорогой!

Миа пожала плечами.

- Мне кажется, ты любила их, – сказала Мелинда, – Просто сама не понимаешь! Возможно, это тоже, как и у Альдо связано с прежней жизнью. И если проклятый дождь когда-нибудь прекратится, мы найдем Лилит и узнаем, как нам добраться до Прежнего мира! И ты вспомнишь прежнюю жизнь!

- Вряд ли у нас что-то получится. Мы отсырели здесь, – улыбнулась Миа. – И ноги не будут нас слушаться. Разве можно столько сидеть на одном месте!

Мелинда грустно кивнула.

Подобные разговоры повторялись часто, а дождь все шел и шел, и, постепенно, даже Мелинда, окрыленная своей мечтой, начала терять присутствие духа, чувствуя, как огонек надежды гаснет в ее душе. Она уже начинала жалеть, что предприняла это путешествие.

Она все время открывала пустую записную книжку, собираясь записать историю Евы, а потом вдруг решила, что не стоит этого делать. Ева осталась в прошлом. Лилит была в будущем. Но они – здесь, в шалаше. Здесь нет прошлого. Нет будущего. Есть только дождь. И этот дождь и есть их жизнь.

Записная книжка Мелинды.

Когда идет дождь, не нужно ждать его окончания. Дождь и есть жизнь. Жизнь лишь в настоящем. Остальное призрачно. Ждать будущего – значит пропустить жизнь, идущую мимо. Жизнь это дождь.

Но ничто не вечно, и нескончаемый дождь, наконец-то, прекратился, сначала капли его стали падать реже, потом еще реже, и, наконец, в небе появились просветы, а потом и вовсе тучи исчезли, и оно опять стало ясным и голубым, как прежде.

Измученные долгим ожиданием путешественники покинули шалаш, и тут на смену их ликованию пришла тревога.

Они не понимали, куда следует идти. Они могли выбрать любое направление, они не знали дороги.