Дом судьбы

Глава 9.3

Габриэль тряхнул головой, отметая вопрос, к делу мало относящийся, но потом решил, что Алине игнорирование её вопросов может показаться обидным и терпеливо, пусть и кратко, объяснил:

- Илея Юриса сказала. А…

Но спросить что-либо эрдеец не успел, голубые глаза Алины распахнулись, длинные завивающиеся кверху ресницу взлетели вверх, коснувшись бровей, а с коралловых губок сорвался новый вопрос:

- Ты спрашивал илею Юрису, какие цветы я люблю?

Габриэль в очередной раз убедился, что несмотря на всё благоразумие, супруга у него особа более эмоциональная, чем рациональная и в аналитических цепочках явно не сильна. Что ж, это не так и плохо, по крайней мере, не будет соперничества, как у родителей Габриэля, вынужденных работать в разных организациях и наложивших жёсткое табу на обсуждение служебных вопросов дома, дабы не ссориться друг с другом. Эрдеец пожал плечами:

- Естественно, а как бы я ещё узнал?

Алина уткнулась личиком в цветы, испачкав кончик носа в рыжей пушистой пыльце, кокетливо взмахнула ресничками и прощебетала, непроизвольно заправляя за ушко золотистый локон:

- А почему ты решил мне цветы подарить?

«Да что ж такое-то?!», - мысленно возмутился Габриэль, не привыкший к таким разговорам по душам.

- Тебе что, не понравилось?

По мрачному блеску чёрных с синевой глаз, а паче того по суровой сдержанности тона Алина поняла, что муж на неё обиделся. Действительно, он ей такой замечательный сюрприз устроил, а она вместо того, чтобы поблагодарить, самый настоящий допрос устроила. Покраснев от смущения, девушка подошла к нахохленному, точно воробей под дождём, мужу, погладила его по щеке и покаянно прошептала:

- Прости меня, я… я просто не ожидала… не думала, что ты мне захочешь цветы подарить, - Алина смущённо затеребила волосы, чуть не выронив букет, - мне казалось, на вашей планете это не принято.

- Не принято, - согласно кивнул Габриэль, медленно расплываясь в широкой улыбке, - но мы же не на Эрдее, а на Элегии, во-первых. А во-вторых, на твоей родной планете тоже принято дарить цветы и подарки жёнам, разве не так?

Вообще-то, далеко не все мужья утруждались тем, чтобы порадовать своих жён, некоторые даже имени супруг не помнили, а подчас и поколачивали их, но Алина решила не вдаваться в такие нелицеприятные подробности. И Габриэлю, если уж на то пошло, гораздо интереснее не среднестатистические мужья и жёны, а одна вполне конкретная представительница Ауридии. Алина прижалась к мужу, снизу-вверх посмотрела на него блестящими голубыми глазами и выдохнула, стараясь, чтобы слова шли от самого сердца:

- Мне приятно, очень, правда-правда.

Габриэль наклонился, коснулся слегка губ жены. Отвлекаться на поцелуи эрдеец не собирался, равно как и выбиваться из уже составленного плана по соблазнению собственной супруги (звучит-то как!), но чувства, как оказалось, плевать хотели на все планы и намерения. Плюхнулся на пол, источая дурманящий голову аромат, букет, с шелестом посыпались какие-то бумаги, оцарапала кожу непослушная пуговичка, но это всё отмечалось лишь краем сознания, главным были губы Алины, её затуманенные страстью глаза, хриплое дыхание, вдруг ставшее одним на двоих, шёлковое пламя нежной кожи, прохладные золотые локоны, разметавшиеся по обнажённым плечам, и грохочущее сердце, норовящее пробить грудную клетку и упасть к ногам прекрасной сирены, равной которой нет во всех вселенных.

Горячий дурман страсти развеял голос искина, возвещавшего, что до блокировки агентства на ночь осталось полчаса.

- Нам нужно идти, - хрипло выдохнула Алина, скользя ладошками по влажно блестящим плечам мужа.

Габриэль подхватил ручку жены, опалил её горячим поцелуем и пообещал:

- Дома продолжим.

- Дома, - эхом откликнулась Алина.

Смущения и смятения не было, наоборот, в душе поселилась невесть откуда возникшая уверенность, что вот теперь всё точно будет хорошо. Обязательно. Иначе и быть не может.