Дай мне право с тобой проститься

Глава 2.5.

Спустя пару часов к стопке записей добавилось ещё несколько листов. Читать о подвигах своего родителя (всё же, Виктор не смог удержаться) оказалось чем-то невероятным. Это словно узнать, что ласковый пушистый кот, с которым ты играл всё своё детство, на самом деле – Драхаг[72].

Он будто заново знакомился со старшим Брейдоном, проживал значимые этапы его жизни, изучая материалы о путешествиях, о первом походе вглубь Столпа мира и его исследованиях. Эта жажда познать всю суть мироздания, видимо, с юных лет преследовала старшего Брейдона. Да и кто бы отказался от лавров великого скарда своего времени, добудь он доказательства, подтверждающие или опровергающие теории внутреннего строения Столпа, в особенности, одну из основополагающих  – возможность пройти сквозь его недра.

Виктор оторвался от записей и отсутствующим взглядом уставился в окно. Зотра нашли у врат. Как люди могли оказаться именно там? Ранее пройти Столп мира никому не удавалось, по крайней мере, об этом не заявлял ни один континент, имеющий выход к вратам. Может быть, Зотра удалось? Если не смогли пробиться хорошо вооруженные подготовленные скарды, разве сдюжили бы несколько человек, да ещё и с детьми? А еще снорлоки [73]. Нет, этот вариант отпадает.

Портал? Стационарных порталов немного, и все они на открытых материках. Есть ещё один на острове Барут[49]. Когда-то открытие этого портала сломало официально признанную теорию о построении течения энергий в ткани мира. Существовала ещё теория о блуждающих порталах, но, за отсутствием доказательств, она так и осталась пылиться на дальних полках архивов Лиена. Да, тяжко на территории Мердорада с магическими эфирами, вот в Дельминаре бы опробовать все эти теории...

Виктор с хрустом потянулся и достал карманные часы, стрелка показывала за полдень.

«Небольшой перерыв не помешает, надо бы свернуть работы, отобедать, дать немного отдыха голове» – Виктор хлопнул крышкой часов и задумался.

Поход к ближайшей ресторации, как и к собственному дому, выходил неблизким и занял бы слишком много времени, а из ближайших приличных заведений скарду вспомнилась лишь кондитерская на углу проспекта. Идея выпить чаю с парой булочек или сэндвичей казалась вполне пригодной. Одобрительно кивнув самому себе, мужчина сложил книги стопкой и отодвинул на край стола, попросив смотрителя не прибирать. Бумаги же, бережно сложив в папку, Брейдон забрал с собой.

После спёртого воздуха архива, свежий ветерок ощущался почти сладким. Виктор остановился и довольно перекатился с пятки на носок и обратно, невольно жмурясь от солнечного света. Мимо шагали скарды, кто-то за спиной торопливо открывал ворота, пропуская на территорию ордена паровую повозку, нервно фыркала лошадь, перебирая копытами, уступая дорогу всё ещё редкому в королевстве механическому аппарату.

Работа с книгами хоть и была спокойной, но настоящая жизнь находилась за границами стен архивных помещений. Не зря ли он погорячился в ссоре с отцом? Теперь вот приходится растрачивать своё время на работу в канцелярских конторах.

«Это временно», – в который раз успокоил себя Виктор, бодрым шагом направляясь вдоль проспекта.

Звякнул колокольчик, Брейдон осмотрел кондитерскую, обнаружив пышную женщину за стойкой с большим добротным кассовым аппаратом, хозяин явно не поскупился на современное оборудование. Задумчиво мурлыкая песенку себе под нос, кондитерша раскладывала по вазочкам печенье, и, казалось, её совершенно не трогало появление нового посетителя. Пока она не закончила своё дело, даже не взглянула в сторону клиента. Но Виктор и не думал возмущаться. Аромат в кондитерской стоял непередаваемый: ваниль и корица, вкупе с фруктовыми нотками, заставляли мечтательно замереть, глотая слюни, и, если бы Виктор был ребенком, то уже с порога бросился бы к витрине и прилип к ней носом, разглядывая поражающие разнообразием разноцветные сладости.

Его приобретением стали несколько сэндвичей и сдоба с крепким риэ[50]. Время пролетело незаметно, так же незаметно с расписной тарелки исчезла снедь. Уютная тишина, разбавляемая тихим звучанием старенького граммофона где-то в другом помещении, от чего в самой кондитерской музыка слышалась милой и ненавязчивой, сказывалась благоприятно на настроении. Посетителей было совсем немного – время вечернего чая ещё не пришло, а обеденный час пик уже прошёл. Прикупив небольшой пакет печенья домой, угощение для своей неожиданной гостьи, Виктор вознамерился вернуться и закончить работу в архиве, но не прошел он и пары зданий, как его кто-то окликнул.

– Брейдон, господин Брейдон, – Виктор оглянулся, к нему торопился Льюис, мальчишка-посыльный из канцелярии. Малец остановился в двух шагах от скарда, согнулся пополам, опираясь на колени, в попытках отдышаться.

– Долго бегаешь? – Льюис кивнул, а Виктор нахмурился, что-то у него сегодня выходит сплошная потеря времени, но торопить мальчишку не стал, чтобы тот перевел дух и смог нормально изъясниться.

– Там вас вызывали, надо в Центральный сектор. Вас обещали пустить вместе с корреспондентами. Надо торопиться, – Льюис протянул листок бумаги и костяную пластинку-пропуск.

– Вот же, – Виктор, поспешно выхватил пропуск с запиской и тут же сорвался на скорый шаг, читая на ходу. – Скажи Мариусу, что я уже почти там.

Центральный квартал – это вам не городские узкие улочки, уставленные каменными домами, мануфактурами, цехами и прочими строениями. Брейдон уже давненько не бывал здесь и смутно представлял, где находится нужный адрес, даже посетовал, что по пути не встретилась ни одна патрульная кварта, у которой можно было поинтересоваться, туда ли он идёт. Вымощенные светлой плиткой тротуары почти пустовали: не прогуливались почтенные дамы под кружевными зонтами, как то обычно бывало, не бегала ребятня вокруг нянюшек, даже извозчики с улиц будто испарились. Только прислуга изредка проскакивала то тут, то там. Только это и помогло Виктору с поисками нужного особняка.

Так вот почему невозможно было встретить стражей, все они собрались вокруг дома: на три шага от забора довольно плотной шеренгой стояло оцепление. Стражи угрюмо разглядывали каждого прохожего, словно подозревая в грехопадении, как некогда Амахра свою возлюбленную супругу Огнеду. Но как бы ни косились представители порядка, как бы ни пытались разглядеть подвох в начисто выбритом лице, маленькая костяная пластина давала допуск на место происшествия. Толпы не наблюдалось, опоздал? Виктор напряжённо осматривал парк, слушая хрустящий под ногами щебень. Интересно, почему здесь нет плитки? Вопрос затерялся за своей неважностью. По всей видимости, представители прессы уже успели осмотреть и выспросить интересующие детали для написания невероятной новости, а для Мердорада это было действительно потрясением, которое никак не скрыть. Не каждый день находится отчаянный смельчак, считай, смертник, посмевший объявить вызов башням.