Мальчик в темноте

Глава IX — За призрачной стеной

— Вам не показалось, что птицы затихли?

— Сейчас вообще не то время, чтобы они чирикали. Зима на носу.

— Это да, но они всё равно летали. И чирикали. А здесь для них даже воздух... пропитан...

— Перестань нести чушь, на птиц никак не влияет...

— Да замолкните вы уже оба, — насмешливо прикрикнул Рем и широко зевнул, — Надоело вас слушать.

Гвардейцы замолкли, спрятав недовольство в гримасу.

Отряд Рема шёл с небольшой задержкой по сравнению с остальными: Рем сам настоял на осмотре уничтоженной деревни, поэтому на своё направление они вышли уже совсем глубокой ночью. Около двух часов пути, и вот первые лучи восходящего солнца освещают широкую мощённую дорогу, которая незаметным образом превратилась из узенькой лесной тропинки в хорошую прохожую дорогу. Сапоги гвардии весело застучали по камням.

— А мостить-то и у них умеют, — не удержался гвардеец. Рем с задором глянул на него.

— А ты не знал, что и без светящихся ручек можно обрабатывать камень? — иронично спросил он, — Умелые дяди и тёти додумались до многого в своё время, и сейчас про таких людей говорят «золотые руки». И вот удивительно! — развёл он руками, — Оказывается, про них говорили так и раньше! До появления бивисферы! Загадка, не находишь?

Многие гвардейцы и головы не повернули — уже привыкли к постоянному словоблудию со стороны командира. Временного командира, что они очень любили повторять. Все знали об уважении к СОНА со стороны Рема, поэтому в эту тему не лезли. Но потолковать с офицером о другом любили многие.

— Вы хотели сказать: до обнаружения бивисферы? — ровно спросил другой гвардеец, на которого Рем сразу же бросил заинтересованный взгляд. Офицер шёл впереди, но по такому случаю поравнялся с остальными гвардейцами, ибо дорога была пуста и вполне вмещала шесть человек в ширину.

— Нет, я сказал именно так, как хотел сказать, — сладким голосом сказал он, — Считаешь меня неправым?

Любопытство шло бы из него волнами, если бы Рем не сдерживался. Гвардеец едва заметно покачал головой, почуяв провокацию.

— Человеческая приспособленность...

— Блистательно! — воскликнул Рем, напоказ потирая руки, — Люди издавна приспособились к жизни в постоянных потоках энергии, что подтверждает теорию изначальности, так?

— Да...

— Бивисфера существовала всегда, но только с её открытием люди смогли обуздать эту энергию, поэтому смертных случаев примерно как от удушья смехом, согласен?

— В целом да, но...

— Ребят, надеюсь на вас, — серьёзно сказал Рем. Все посмотрели на него, — Если я сейчас умру от смеха, я только подтвержу теорию, которая смешит меня. Просто представьте, насколько это было бы иронично,.. — на этих словах Рем тихо захихикал, а гвардейцы привычно обменялись взглядами, читая в глазах друг друга одно и то же — здравую озабоченность психическим здоровьем командира. Ну да не в первый раз, право слово. Впрочем, продолжалось это недолго.

— А что если я скажу тебе, что люди долго и мучительно привыкали к этой новой энергии? — спросил Рем уже серьёзным тоном, — Несколько поколений мучилось от необъяснимых недугов на заре новой Эры. Это самый настоящий исторический факт.

— Он хорошо прописан последователями Вашей теории сменяемости, но в его достоверности никак нельзя убедиться, — вежливо отвечал гвардеец, отчего Рем нетерпеливо закивал головой, — В архивах большей части стран не было найдено упоминаний...

— Заканчивай со своей витиеватостью, — раздражённо перебил его Рем, — Если бы ты читал перевод скрижалей того времени, ты бы знал, почему так получилось. Серьёзно, по-твоему «большая часть стран ничего не знает» — это аргумент? С таким же успехом можно не замечать потоп Америки, разглагольствуя о благополучии Европы. Разве это разумно?

«И кто теперь витиеват?» — промелькнуло в голове у гвардейца.

— На этих скрижалях может быть написано всё что угодно, — ответил он, стиснув зубы, — А если угодно честолюбивым властолюбцам, то об исторической достоверности можно совсем забыть.

— А ты у нас такой весь скептик, да? — насмешливо спросил офицер, прикрывая глаза от солнца, — Не слышал об историках «Вечного Братства»? Древнейшее в мире объединение историков, которые, между прочим, связаны...

— Что-то я не видел, чтобы они ходили по улицам проповедать о случившемся, — немного раздражённо сказал гвардеец, чувствуя себя побеждённым, — Их документы отсылаются только главам государств, да и то не всем, а они в свою очередь могут приписать то, что захотят.

Рем понимающе кивнул и улыбнулся, похлопав гвардейца по плечу. Можно было подумать, что удовольствие, которое он получал он таких споров, было чисто физиологическим.

— И однако мы пришли, — сказал он громко, смотря вперёд.

— Ещё нет, — моментально отреагировал один из гвардейцев.

— Но уже почти, — сказал другой.

А дело было в том, что на пустынной дороге наконец начали появляться люди. Это были преимущественно персы, но среди них изредка мелькали люди европейской наружности. Занятным для Рема показалось ещё и то, что в основном это были женщины, причём шли они поодиночке и несли с собой сумки, в которые спокойно уместится всё состояние бедняка. Поток был слабым — за несколько минут гвардейцы пересеклись лишь с десятком человек. Старики и старухи с маленькими детьми, мужчины с детьми, целые группы мужчин разных возрастов с детьми — группы были самыми разнообразными, не хватало лишь...

— Вы заметили, амал Рем? — услышал офицер позади себя.

— Что именно? — спросил в ответ Рем, внимательно разглядывая проходящих людей.

— Нет обычных семейных пар. Ни одного мужчины вместе с женщиной, которым бы было меньше шестидесяти.

Рем задумался и едва заметно кивнул с одобрением.

— А как ты границу провёл? — заинтересованно спросил он из вредности, — Умеешь читать возраст?

— Навскидку, разумеется, — равнодушно ответил гвардеец.