Скиталочка. Куда он, туда и я

Глава 3-3

– Да Иван всего-навсего хотел проверить свои чувства к тебе! – тоже перейдя на «ты», воскликнула ведьма.

– Это как же?! – ахнула я.

– Это так же! – разошлась Анна Александровна. – Любовная магия, знаешь ли! Или ты забыла, чем я занимаюсь?

– Я не про тебя… – сглотнула я непонятный ком в горле. – Я про Ваню. Он что… сомневался, любит меня или нет?..

Я все-таки разревелась. Вот дура-то! Что тут же и подтвердила ведьма:

– Перестань реветь, дура! В том-то и дело, что он слишком тебя любил, потому и боялся сделать тебе больно!

– Почему «люби-ил»?! – завыла я. – Почему «боя-ался»?! Его уже нет?! Ты что-то знаешь?! Говори-и!..

– Бздых-тырыдых! – взмахнула руками ведьма. Не, она что-то другое сказала, но по смыслу похожее. И я сразу прекратила реветь. Будто кран перекрыли. Анна же Александровна продолжила уже спокойно, будто ничего этого и не было: – Прошедшее время я употребила условно. И твой Иван не сомневался в своей любви, он лишь опасался, не потухнет ли его чувство в скором времени.

– И как? – искренне заинтересовалась я. – Не потухнет?

– А вот это уж точно не твое… – начала ведьма, но я потрясла фотиком, и она закончила фразу: – …не твоя проблема, потому что он будет любить тебя еще очень долго.

– Сколько?

– Не скажу, – насупилась Анна Александровна. – Пожалуйста, не проси! Но правда очень долго.

– Больше трех лет? – спросила я.

– Определенно больше.

– А… десяти?

– Больше. Все, Олена, хватит!

– Как ты меня назвала? – подбоченилась я.

– А… разве тебя зовут не так?

– Для тебя я Лена, – процедила я.

Но в глубине души у меня пылал цветок счастья. Не… Если цветок пылает – ему хана. А во мне наоборот, будто что-то зародилось. Ну, не в том смысле, что вы подумали, а в смысле большой и светлой радости. Какой он все-таки хороший, мой Ванечка! Самый-самый! Ну вот лучше всех, правда! Только бы еще найти его… И я продолжила допрос:

– А дальше что?

– Ничего, – отвела взгляд Анна (не буду ее больше называть Александровной – надоело, да мы уже и на «ты» все равно).

– «Ничего» – в смысле, космический вакуум? – прищурилась я. – Чего ж тебя туда не засосало?

– «Ничего» – это Иван попрощался и ушел, – глянула на меня ведьма, покраснела и снова отвела взгляд.

– А что было между тем, как ты поставила ему диагноз, и тем, как он попрощался и ушел? – поняла я очень многое по этому взгляду.

– А между этим он повел себя по-хамски! – вспылила вдруг Анна. – Похоже, вы и в самом деле очень подходите друг другу! Два сапога пара.

– Сама ты… валенок! – обиделась я. – Не может Ваня вести себя по-хамски. Даже мне ни разу не удавалось его вывести. Правда, я пока плохо старалась. А у тебя, значит, получилось? Интересно, как же? Не поделишься? Может, ты крепость его чувств ко мне решила опытным путем проверить?

– Все! Хватит! – завопила Анна. – Я не потерплю оскорблений! Немедленно покинь мой дом!

– Ага! – подпрыгнула я. – Значит, я угадала?! Ах ты ж дрянь такая!

Вот только не надо мне говорить, что я психованная идиотка! Я это и сама прекрасно знаю. И хоть я уже рассказывала вам, что мне нравится в себе способность собраться в тех ситуациях, в которых другие обычно истерят, только иногда это правило дает сбой. Я ведь тоже живой человек все-таки.

Короче, я бросилась на Анну. Она метнулась от меня за стол. А поскольку он был круглым, мы какое-то время бегали вокруг него, словно лошади по арене. Но довольно быстро мне это надоело, к тому же я поняла, что несмотря на возраст Анна оказалась выносливей меня, а может, ей придавал дополнительные силы страх. В общем, я остановилась. Ведьма замерла напротив. Я пошарила вокруг взглядом, увидела на полке рядом какие-то баночки-скляночки, схватила одну – небольшую, чтобы не так было больно – и швырнула в Анну с криком:

– Чтоб тебе провалиться!

Вот только не надо говорить, что даже маленькой баночкой, особенно если попасть в нос или в глаз, можно нанести болезненную травму! Да, можно, знаю. Но я была сильно на взводе. К тому же скляночка в Анну и не попала. В полете из нее вылетела деревянная пробка, и ведьме всего лишь слегка присыпало голову напоминающей пепел серой пылью. А пепел – это совершенно не больно, поверьте.

Правда, после этого Анна исчезла.

Я прекрасно понимала, что женщина именно исчезла, а не спряталась, но понимала… как бы это сказать?.. глазами, а не головой. Мой мозг отказывался принимать этот фокус. То есть он как раз и принял исчезновение Анны за фокус. По крайней мере он пытался мне это втемяшить. Но я ему не верила. А потому обошла стол и посмотрела вниз. Потом встала на колени, отдернула свисающую бархатную ткань и заглянула под стол. Могла бы этого не делать – и так ведь знала, что никого там не увижу. Просто хотела показать это мозгу, чтобы он не выделывался. Фокусы!.. Крутилово-закрутилово, здесь пахло не каким-то доморощенным цирком, здесь пахло магией!

Кстати, похожая на пепел серая пыль частично еще витала в воздухе. Это натолкнуло меня на некую, не полностью еще сформировавшуюся мысль. Я пока лишь поняла, что нужно срочно найти баночку-скляночку, которой я зафитюлила в Анну. И я ее нашла. Серая пыль в ней еще оставалась. Совсем чуть-чуть, но я решила, что мне хватит. На что именно, я додумать пока не успела. Но прекрасно сознавала, что сейчас как бы самое время этим заняться.