Дочь кукушки

5. Трудное решение

Мне кажется, что самую важную информацию в своей жизни я узнавала случайно – из чьих-то невольно подслушанных разговоров. Вылавливала по крупинке из брошенных кем-то фраз.

Однажды мы с Вивьен прятались от месье Эраста в папином кабинете. Очередной ужасно скучный урок с кучей теории и полным отсутствием практики. Разве это может быть интересно? Мне было жаль учителя магии, но желание сбежать в сад в первый по-настоящему солнечный летний день оказалось сильнее жалости.

Мы выскочили из классной комнаты и юркнули в первую же открытую дверь, чтобы переждать, пока месье Эраст пройдет по коридору. И ничуть не расстроились, что это была дверь папиного кабинета. Мы любили тут бывать. Тут было много книг и всяких таинственных предметов, о назначении которых мы могли только догадываться. А еще тут был большой шкаф, в котором было удобно прятаться. И когда мы услышали шаги нашего наставника, мы нырнули в шкаф и сидели тихо-тихо как мышки. А он всё ходил и ходил по коридору, выкрикивая: «Мадемуазель Вивьен! Мадемуазель Алэйна!»

Так мы и уснули в шкафу. И проснулись только, когда услышали голоса родителей. Те ссорились, и мы побоялись обозначить свое присутствие. А уж когда мы разобрали, о чём они говорят, выйти из укрытия и вовсе стало немыслимо.

– Ты должен отправить Алэйну в пансион при монастыре! – голос герцогини звучал громко и требовательно. – Я давно говорила тебе об этом, но всякий раз ты отмахивался от моей просьбы.

– Я скажу тебе то же самое и сейчас, – его светлость говорил спокойнее и тише. – Алэйна – наша дочь, и наш замок – ее дом в точно такой же степени, как дом Вивьен или Артура.

Герцогиня хмыкнула:

– Разве я с этим спорю? Я говорю всего лишь о временной учебе в пансионе. Это прекрасный пансион, в котором учатся дети из весьма почтенных семейств. Пребывание там пойдет Алэйне на пользу. Она слишком неуравновешенна и дерзка. Там ее научат послушанию. К тому же, занятия с нашими учителями не идут девочкам на пользу – они сбегают с уроков и ведут себя как дочери кухарок, которые не понимают пользы грамоты. А в пансионе к девочке станут относиться строже, и она вынуждена будет взяться за ум.

Слышно было, как скрипнул стул под герцогом.

– Только не говори, дорогая, что ты настаиваешь на этом исходя из интересов Алэйны. Тобой движут совсем другие мотивы.

– Да, возможно, – признала герцогиня. – Но разве странно, что я, как мать, прежде всего, отстаиваю интересы Вивьен?

– Не понимаю, – рявкнул герцог, – как Алэйна связана с интересами Ви? Они любящие сестры, и, если ты не будешь вмешиваться, они всегда будут любить и уважать друг друга.

– Вивьен уже достаточно взрослая, и пришло время подумать об ее замужестве.

– И как же этому мешает Алэйна? – нетерпеливо осведомился герцог.

– Ты сам прекрасно это понимаешь! В наш замок приезжают представители самых славных родов страны – приезжают, чтобы познакомиться с Вивьен. Но стоит им увидеть Алэйну, как они теряют голову. Неужели ты не видишь сам, что она – гораздо красивее нашей дочери? И до тех пор, пока она в замке, ни один жених не сделает Ви предложение.

Я услышала тяжкий вздох сестры. Мне было так же больно, как и ей. Мне хотелось выскочить из укрытия и закричать, что они не правы. Что они не должны так говорить! Что Ви – красавица! Но я побоялась, что сделаю только хуже.

Вместо этого я обняла Вивьен, и она всхлипнула и уткнулась мне в плечо.

– Ты ошибаешься, – возразил герцог. – И эта причина слишком смешна, чтобы служить основанием для отправки Алэйны в пансион.

– Хорошо, – зашипела герцогиня, – давай посмотрим на это с другой стороны. Молодые люди из благородных семейств теперь, когда Вивьен – уже невеста, – будут чаще бывать в нашем замке. Они будут пленяться красотой Алэйны, но любой, кто захочет сделать ей предложение, будет иметь право знать о ее происхождении. Ты же не захочешь обманывать их, не так ли? И как только они узнают, что она – подкидыш, дочь простолюдинки, они станут смотреть на нее с презрением. Хочешь ли ты, чтобы она прочувствовала это? Никто из возможных женихов не решится взять ее в жены. Представь, каково ей будет это осознавать. К тому же, ее присутствие в замке может отпугнуть кого-то из сыновей сиятельных вельмож и от брака с Ви. Не каждый захочет породниться с семейством, в котором дворовую девчонку воспитывали на равных с герцогиней. Это нарушение всяких устоев. А если кто-то узнает, что Алэйна учится магии? Об этом тут же доложат его величеству, и он, несмотря на хорошее к нам отношение, может разгневаться.

Я похолодела при этих словах. Мысль о том, что мои занятия с месье Эрастом могут послужить причиной неприятностей отца, привела меня в трепет. Нет, матушка права – мне не нужны такие уроки!

Я не дворянка по рождению и не имею права на использование магии – точно так же, как и сам месье Эраст. Так зачем же мне этому учиться?

Собственно, даже сами дворяне давно уже магии не создают. Они используют ее с помощью амулетов и сложенных еще в древности заклинаний. Такой магией можно повысить свою привлекательность в глазах окружающих или получить богатый урожай. На большее она не способна.

Отец не должен был ради меня нарушать королевский указ.

– Чушь! – заявил он. – Я назвал Алэйну своей дочерью, и она на законных основаниях получила все вытекающие отсюда права.

– Разумеется, дорогой, разве я с этим спорю? – в голосе матушки появились заискивающие нотки. – Но пансион при монастыре – прекрасное учебное заведение. Там не учат магии, но зато учат не менее полезным вещам – хорошим манерам, этикету, рукоделию. Разве не это важно для благовоспитанной девицы?