Этого хочет бог

47.1. Инья

Инья смотрела в стену.

Все поместье Сигмаров стояло на ушах. После взятия Далерта армия повстанцев прошла мимо, в окрестностях видели только отдельные рыщущие в поисках легкой добычи отряды, но к хозяевам так никто и не наведался. Хотелось надеяться, что Гален припомнил, как старший Сигмар осуждал убийство короля своим сыном, даже чуть не отказался от Арна. Однако вероятнее всего, Гален слишком торопился к Родверку, чтобы отвлекаться на владения лучшего друга нортенского наместника.

Теперь Родверк был взят. Хуже того – разрушен. Мятежники выдвинулись к Линдеру, и как назло, поместье Сигмаров находилось недалеко от выбранной ими дороги. Гостей ожидали еще до вечера.

Новость пришла рано утром. Инью разбудили, не дали выспаться и принялись бесконечно теребить. Какие платья хозяйка с собой возьмет, сколько сундуков вместится в повозку, что из всех самых важных вещей самое-самое важное…

Нарисованная на стене лилия причудливо изгибалась и сплеталась с соседней, образуя сердечко. По штукатурке шла трещинка. Она портила красивую фигуру, добавляя в нее несовершенство реальности.

Тревард, отец, как Инья вежливо называла свекра, будто скинул с плеч лет тридцать. Он носился по всему дому и раздавал приказы, что забрать с собой, а что можно бросить. Список необходимого, к сожалению, был слишком велик. Вроде бы все понимали, что рано или поздно мятежники дойдут до поместья и отомстят семье цареубийцы, но, как и всегда, заранее никто к этому не подготовился.

Инья не хотела уезжать. Ей причиняла душевную боль одна мысль о том, что нужно оставить все, к чему она привыкла за последние… Милосердная Богиня-мать, сколько лет-то прошло? Что-то около пятнадцати? В общем, бросить все, что она считала своим, на разграбление каким-то неотесанным деревенщинам, которые составляют большую часть армии Галена. В Линдере, куда хотел сбежать Тревард, Инья была много раз, но столица ей не нравилась.

Дома лучше.

О любовнице мужа Инья не думала. Ну, почти. Она выяснила, что девка живет отдельно, и успокоилась. Выяснять, кто из них двоих в доме главный – жена или эта приживала, не придется, ну а само наличие любовницы… Да у кого из мужчин благородных родов их не было? Отец Иньи даже не пытался скрыть, что наживает детей на стороне. Все ее подружки в один голос жаловались, что их супруги ходят налево.

Тревард тоже ничем от них не отличался. Сообразив, что невестка осталась холодна к его сыну, он попытался к ней сунуться сам. Инья тогда очень вежливо дала понять, что мужчины ее не интересуют в принципе. Могла бы и по-другому спросить – куда этот старый хрыч удумал лезть, но решила не портить отношения с человеком, который, по сути, ее содержал.

Слава Богине-Матери, Тревард понял и больше не приставал.

Они жили все это время весьма неплохо. Спокойно. Размеренно. Беззаботно. И вот сейчас все должно рухнуть?

Трещинка, пересекавшая цветки, слишком действовала на нервы. Инья отложила вязание, которым занималась машинально, не глядя на получавшийся узор, и встала с кресла. Огляделась в поисках служанки и нетерпеливо вздохнула.

Как только стало известно о мятеже, прислуга начала сбегать. Сейчас в доме оставались только самые верные люди, ну и та семья, которую Арн вытащил из Далерта. Странное дело – Инья считала, что они удерут одними из первых. Все-таки мужчина там – имперец, по детям сразу видно, что они полукровки. Но семья как будто твердо решила, что она должна отработать некий несуществующий долг перед Сигмарами.

– Дэира! – позвала Инья.

В дверях показалось круглое раскрасневшееся лицо служанки. В руках она тащила целый ворох каких-то тряпок.

– Да, госпожа?

– Брось это, – хозяйка сморщила носик.

– Но лорд Тревард сказал…

– Брось, говорю. Найди мое лучшее платье, то, красное, и достань к нему серьги.

Лишний раз подгонять ее не понадобилось. Инья тем временем высунулась из окна.

– Где конюший? – крикнула она суетящимся во дворе слугам. – Передайте ему, чтобы подготовил мою лошадь.

В комнату тут же влетел Тревард, не менее раскрасневшийся, чем недавно Дэира.

– Инья, ты куда-то собралась? – он оглядел комнату для рукоделия и нахмурился. – Почему ты еще ничего не сложила? Мы должны торопиться, а ты вяжешь! Неужели нельзя будет заняться этим в карете?

– Я никуда не еду, – холодно сообщила Инья.

– Что?!

Тревард уставился на нее так, будто с ним заговорило привидение. Инья закатила глаза.

Ну почему сегодня приходится всем повторять всё по два раза?

– Я не побегу в Линдер, – четко произнесла она. – Я выеду навстречу армии Галена и поговорю с ним.

– С кем? С Галеном? – старший Сигмар продолжал таращиться на нее.

– С ним самым.

– Инья, дорогая моя, ты с ума сошла? Ты не знаешь, скольких он убил в Далерте, а потом в Родверке? Не слышала, как он пытал и вешал нортенцев только за то, что они сотрудничали с имперцами? Да это же при тебе рассказывали! Тебе надо напоминать, за кем ты замужем и что с тобой может сотворить этот подонок?

– Мне он ничего не сделает, – заупрямилась она. – Все знают, что мы с Арном живем отдельно и никак не связаны.