Похищенная невеста для Его Наглейшества

Глава 12

Эйден смотрел и не верил своим глазам. Прежде он слышал о даре «ключа», но никогда воочию не видел его носителей. Как она это сделала?! Обратила вспять потоки магии, прикоснулась к черным, пронизанным ядом плетениям и просто…сдвинула их в сторону, как старые занавески.

Способностью открывать любые замки и снимать охранные чары обладают дочери сильных магов, как правило, южанки. Арренскому хватило ума и везения встретить такую девушку и запереть в камере! Мог бы посреди дворца ее оставить, эффект был бы тот же. Его не было минут тридцать, а она уже успела выбраться из камеры, проскочить мимо охраны и едва не сбежала из дворца! Если бы не случайная встреча девчонки с братцем, то Эйдена ожидал бы еще один позор – поиски воровки по всей столице.

Конечно, знай он заранее о ее даре, не поступил бы так. Но что ему оставалось делать? Времени на выяснение обстоятельств и ее способностей не было. Сердце Праматери похищено, свадьба сорвана, и артефакт необходимо было вернуть как можно скорее. А еще отчитаться отцу обо всем. Тогда в кабинете императора собрались все приближенные, законные дети императора и жрицы Праматери. Последние выделяются своими красными плащами, капюшоны которых полностью скрывают лица своих хозяек. Герцог Арренский вынул артефакт из защищенной шкатулки и продемонстрировал его всем присутствующим. Только после этого передал сокровище жрицам.

- Ты допустил, чтобы Сердце Праматери похитили, - с тяжелым вздохом начал свою речь отец. Эйден приготовился к справедливым обвинениям. Он допустил ошибку, и никогда себе этого не простит. Публичная выволочка – не худшее наказание за пропажу артефакта. – Но ты же и спас его в кратчайшие сроки, Эйден, - неожиданно мягко выдохнул император. – Поймал воровку и, я уверен, справедливо накажешь всех причастных. Я благодарен тебе, сын.

В кабинете повисла мертвая тишина. Впервые император публично назвал Эйдена сыном, да еще и отказался от любых обвинений. На лицах присутствующих застыло изумление. Герцог и сам немного растерялся от слов отца. В последнее время он все настойчивее склоняет своего бастарда к принятию трона, и отказываться от этой чести становится все труднее. Первым не выдержал законный наследник.

- Отец, неужели ты даже не накажешь его?! – зашипел Лейден. На нем белый парадный костюм. Сегодня он должен жениться. Этот день должен был принадлежать ему, но церемонию пришлось немного задержать из-за кражи.

- Он вернул Сердце Праматери, - отец перевел взгляд на своего законного наследника.

- Он организовывал охрану храма! – повысил голос Лейден. Сегодня всем пришлось понервничать, но нервы сдают только у жениха. Похвала отца стала последней каплей. – Как же ты допустил, брат, чтобы важнейший артефакт украли прямо перед церемонией?!

- Расследование только предстоит, - спокойно ответил Эйден, не взглянув на единокровного брата. – Воровка поймана, она ожидает допроса в камере. Как такое случилось, я не понимаю. Охрана никого не видела.

- Так, как же ты смог ее найти?! – воскликнул брат с нехорошим сарказмом в голосе.

- Девушку выдали порталы, - ответил Эйден после паузы. – Она пыталась запутать нас, но я смог выследить ее в Цветущей Равнине.

- Она добралась до юга? – удивился император. – Это же другой конец света.

- Я тоже удивлен, - в том же тоне ответил ему Эйден. – Если ты позволишь, я намерен приступить к допросу и расследованию немедленно.

- Останься на церемонии и проследи, чтобы все прошло успешно, - попросил император. Эйден молча кивнул, по-прежнему не обращая внимания на пышущего негодованием брата.

Церемония бракосочетания не должна занять много времени. В торжественном зале собралась вся знать Империи, которую сегодня заставили ждать. Император вошел в свою ложу – полукруглый балкон, возвышающийся над залом. Недовольный ропот мгновенно стих. Эйден встал позади отца, и свет полностью погас. Жрица принялась нараспев читать молитву, и темноту развеяли тысячи вспыхнувших свечей. У входных дверей проступил светлый силуэт – появилась невеста и лебедью поплыла к алтарю. На него уже возложили Сердце – алый камень в золотой оправе, который призван хранить потомков великих Драконов. Когда-то этот камень был живым сердцем Праматери. С его помощью она вещает свою волю, соединяет браки и благословляет императоров.

Эйден рассматривал камень, когда в памяти всплыло воспоминание. Он достал камень из кармана девчонки, и он вспыхнул священным алым светом. Так странно. Он даже не знает, как трактовать это событие. Камень вспыхивает только на церемониях, все остальное время он спит. Почему Сердце вдруг проснулось, оказавшись в руках Эйдена? Это знак благодарности от Праматери? Нет, что-то не то. Артефакт сам по себе обладает мощным магическим потенциалом. Он может защищать себя, когда это необходимо. Как вообще удалось девчонке украсть его? Почему боги не поразили ее в тот же миг? Невозможно подготовить такую операцию и остаться незамеченным. Вся эта ситуация выглядит очень странной, но, как оказалось, все самое интересное впереди.

Эйден скользнул оценивающим взглядом по невесте. Молодая, стройная, воспитанная. Все портит надменное выражение лица и чуть крючковатый нос. Впрочем, красота для императрицы – отнюдь не главное качество. Она должна оказывать благотворное влияние на супруга и склонять его к правильным политическим решениям. И рожать наследников, само собой. У герцога Арренского натянутые отношения с Лейденом, но вот с его женой он намерен установить контакт.

Когда невеста приблизилась к алтарю, жрица взяла алую шелковую ленту и связала руки молодых. Она зачитала заклинание, призывая Праматерь благословить этот союз и послать всем присутствующим знак.

- Э-хол! – выкрикнула жрица, раскинув руки. Слова эхом пронеслись по залу, взмыли под потолок и призрачной вуалью осыпались к гостям. Повисла благоговейная тишина. Взгляды сотен гостей приковались к камню на постаменте.

Секунда, другая, третья… Ничего не происходит. Сердце не вспыхнуло алым светом и не сожгло церемониальную ленту теплым магическим огнем. Оно спит. С каждой секундой тишина режет слух все сильнее, и вот, по залу пронеслась волна тревожного шепота. Эйден увидел растерянность на лице жениха и шок на лице невесты. Через минуту зал загудел, как пчелиный улей.