Отмеченная Смертью

Глава 4.

— У нас будет особое задание, — начал Димид, когда все тайные агенты короля Додельфа Басса собрались в тренировочной зале столичного замка. — Через две луны истекает действие мирного договора между нашим королевством и Патриамом. Для переговоров и продления договора от Ипсилона в Патриам отправится делегация, которую нам придётся сопроводить. Вайона будет представлена как фаворитка короля, изъявившая желание посетить чужое королевство. Кирра, Тельза - вы выступите в роли её, так называемых, спутниц и подруг. Внедритесь в доверие их придворных, проследите чтобы всё прошло гладко с подписанием бумаг, заодно разведаете вражеские тылы. У вас месяц на подготовку. Этикет, язык — всё должно быть на уровне.
— А вы? — обратилась Кирра к Димиду.
— Мы останемся тут, при короле.

Выделенный на подготовку месяц летел быстрее ветра. Каждый день хмурой осени наполняли многочасовые занятия по освоению языка, благо с местным они не сильно различались, так как имели общее начало. Вторая половина дня выделялась на изучение правил этикета, от которых уже пухла голова. Все эти требования в правильных поклонах, сотнях разных обращений, взглядов, жестов казались Тельзе бессмысленной тратой времени и самодурством. Безусловно, у них в королевстве также блюлись нормы приличия, но отнюдь не столь замудренные.

И, вот, настал тот день, когда процессия в несколько дорогих повозок с конным сопровождением двинулась в сторону Таррона, где их ждали кнорры (т.н. деревянные корабли).
Облачённые в дорогие тёплые платья с шитьем и в плащи, отороченные мехом мраморной лисицы, три прекрасные девы вышли из повозок, чтобы размяться после долгой дороги, ожидая, пока их вещи погрузят на судно.
Тельза устало наблюдала как множественные сундуки вереницей отправляются на кнорр, нос которого украшал ощерившийся морской дракон.
Парус с раскинувшим крылья вальтуром уже трепыхался на холодном сыром ветру, несущем в себе морские брызги и запах соли.
Волнение охватывало девушку, холодными пальцами сжимая лёгкие и сердце. Тельза не верила, что через несколько дней ступит на землю вражеского государства, что увидит чужое королевство с присущими им законами и правилами, познакомиться с верхушкой живущих в Патриаме людей, будет жить среди них...
Всё это представлялось мороком колдуна. Но таким заманчивым и соблазнительным, что развеивать его не хотелось ни чуть.
— Тельза, идём, всё готово, — Кирра тронула девушку тонкой ручкой, облаченной в мягкую кожаную перчатку. — Не переживай, всё будет хорошо.
Она кивнула рыжей напарнице и поднялась с пирса по трапу на корабль.
Её проводили под навес с выделенной скамьей, позволив отдохнуть.
Плавание прошло спокойно, не считая объявившийся у Кирры морской болезни. Рыжеволосая девушка за трое суток пути заметно исхудала и осунулась, но чем сильнее приближалась к берегам Патриама, тем лучше себя чувствовала.
Кнорр вплыл в бухту. Сброшенные якоря впились в морское дно. А к судну с берега выдвинулись лодки приветственной стороны.
Когда люди сошли на твёрдую землю и покончили с расшаркиваниями, к Вайоне и её спутницам подошёл холёный мужчина с закрученными тёмными усами и острой бородкой.
— Рад приветствовать вас в славном и могучем королевстве Патриам. Я Лансеон, виззор по международным делам, — отвесил он поклон.
— Лира Вайона и мои спутницы. Благодарим вас за радушие и тёплый приём.
Девушки ответно поклонились.
— Я наслышан, вы изъявили желание посмотреть на наше королевство. Позвольте мне предложить вам вместе с вашими очаровательными подругами отправится в моем кортеже. Я сочту за честь лично показать вам наши красоты.
— Вы очень любезны, с радостью примем ваше предложение.
Лансеон ещё раз коротко поклонился, предложил Вайоне локоть и повёл её в сторону карет.
Тельза выдохнула с облегчением. Занятия даром не прошли, она поняла всё, о чем говорили мужчина и Вайона. Уже увереннее она зашагала к кортежу, поддерживая утомленную болезнью Кирру. Ей, несомненно, потребуется минимум день, чтобы прийти в себя.
Учтивые сопровождающие помогли девушкам расположиться в повозках, и вся процессия наконец двинулась в сторону Наднола, столицы Патриама.
Люди из свиты Лансеона великодушно пояснили, что дорога займёт около полутора суток. На ночь гостей оставят в поместье одного местного дьора. А уже на следующий день к вечеру они приедут в столицу.

Тельза слушала молодого мужчина, сидящего с ними в карете в пол уха, во все глаза смотря в окно на открывающиеся им виды.
Дорога их пролегала мимо маленьких уютных деревень с фахверковыми домиками и черепичными крышами, мимо полей с ветряными мельницами, по аккуратным каменным мостам, перекинутым над журчащими мелкими речками и сквозь тенистые рощи.
Природа Патриама неуловимо отличалась от Ипсилона. У них в королевстве она буйствовала и вольно правила. Здесь же не нашлось бы уголка, где не вмешалась рука человека. Остриженные деревья, облачённые в каменные берега русла рек, заводи и плотины. Если в Ипсилоне люди подстраивались под течение воды и рельеф земли, то тут, создавалось впечатление, человек диктовал сам куда воде течь и где стоять горам.
Все это несомненно впечатляло, притягивало взор и оставляло след в памяти, вынуждая невольно без конца сравнивать с родиной. Сравнивать и признавать поражение Ипсилона в этом сравнении.
Поместье дьора, чьё имя и регалии Тельза простодушно пропустила мимо ушей, напоминало небольшой замок с парой остроконечных башен, увенчанными шпилями.
Внутри роскошь дома запросто могла переплюнуть комнаты столичного дворца короля Додельфа Басса. Позолотах на мебели, на стенах, дверях и предметах интерьера слепила глаза, вызывая непрошеные слезы.
Когда Тельза только вошла внутрь, то хотела прикрыться рукой от яркого антуража.
Сам же дьор чувствовал себя в этом окружении крайне самодовольно и комфортно. Вместо того, чтобы проводить гостей в покои, он затеял экскурсию, где с особой гордостью указывал на свои картины, вазы, сервизы и ковры, не забывая назвать их цену и длинный перечень имён, кто хотел ими также владеть.
В тот день Тельза настолько устала, что едва раздевшись, уснула, ей даже не хватило сил осмотреть свои покои.
А утром она собралась и поспешила поскорей покинуть изобилующий богатствами дом.
Несмотря на мягкость кровати, в которой она провела ночь, ей вновь снились дурные сны. Опять Тельза видела темноту душной пещеры, очертания острых камней. А в ушах стоял звон цепей. И был он, будто бы, ближе.