Сумеречье. Девчонка из Слезных трущоб

Глава 18

Если не считать нескончаемых, изматывающих тренировок и активной подготовки к скорому выходу в море, неделя выдалась спокойной. По крайней мере, я не ввязывалась в авантюры, не общалась с известными личностями, в общем – вела образ жизни типичного, ничем не примечательного кадета.

Уже завтра утром нашему отряду предстояло совершить плановый рейд за границу барьера, отчего среди кадетов постепенно повышался градус напряжения. Во-первых, это было волнующе, во-вторых, страшно. Меня же на волнения не хватало, так как после дополнительных тренировок с Косичкой силы оставались лишь на то, чтобы упасть на кровать и заснуть.

Вдобавок, я все же последовала совету Флинта и попыталась убедить Гвиану перевести нужный текст. Ну, как попыталась…пыталась до сих пор. Как раз на эти попытки и уходили последние крохи энергии. Я даже не взялась бы утверждать, от чьего общества уставала больше: библиотекаря или куратора.

-Добрый вечер, Фрида, – как всегда вежливо приветствовала меня Гвиана, когда я вошла в библиотеку.

Ответив на приветствие, привычным маршрутом прошествовала к столику, где меня уже дожидался словарь по кратфагу. Снова доставать книгу библиотекарь категорически отказывалась, но это не мешало мне переводить те слова, что успела запомнить, просматривая ее в прошлый раз.

Каково же было мое удивление, когда я обнаружила книгу лежащей прямо под словарем! Сперва не поверила глазам, подумав, что сказывается перенапряжение, и мне просто мерещится.

-Чего смотришь? – пробубнила Гвиана. – Читай уже.

Сказать, что я испытала изумление, это не сказать ничего. В то же время родилось понимание, что убедили библиотекаря вовсе не мои ежевечерние с ней разговоры, а нечто другое. Почему-то возникла стойкая уверенность, что в библиотеку вновь наведался Флинт.

Впрочем, тратить драгоценное время на удивление неожиданной сговорчивостью потерянной души я не стала и с замиранием сердца открыла нужную страницу. Стоило вновь увидеть изображение с восьмью ундинами, как меня охватило непередаваемое волнение, смешанное с предвкушением.

Но реальность оказалась куда суровее ожиданий.

Переводить текст оказалось в разы тяжелее, чем мне представлялось. Кратфаг был языком крайне сложным, запутанным, где одно и то же слово могло иметь не один десяток значений. Да и единственный, имеющийся в библиотеке словарь пестрил потертостями и местами размазанным шрифтом, что отнюдь не упрощало задачу.

-Ну кто же так переводит? - неожиданно воскликнула Гвиана и, судя по колебанию воздуха, подлетела ко мне. – Разве не видишь, что здесь отличаются окончания? А вот здесь – нет, ну как можно путать такие элементарные вещи?

Вчитавшись в предложение еще раз, я обнаружила свою ошибку и поспешила ее исправить. Наверное, сделанные мною в тетради пометки могла разобрать лишь я сама, до того сумбурными они были. Как только Гвиана умудрилась что-то в них понять?

-И здесь неправильно! – не сдержалась потерянная душа, заставив карандаш взмыть в воздух и подчеркнуть еще одно слово. – Что же нынче за кадеты пошли? Чему вас только учат?

Захотев ответить, что теорию нам преподают крайне редко, я прикусила язык, боясь спугнуть разговорчивость Гвианы.

-В мое время все было по-другому, – вздохнула потерянная душа. – В Корпус попадали только по-настоящему талантливые, магически одаренные, способные и жаждущие развиваться личности. Сколько мы потерянных душ отловили, как слаженно работали! Ловцы нашего Корпуса даже ордена лично из рук короля получали! А столичный Корпус тогда только-только строился…

В очередной раз за вечер мне приходилось удивляться: выходит, при жизни Гвиана была ловцом и служила в этом самом Корпусе?

-А мне такую головокружительную карьеру пророчили! – продолжала сокрушаться она. – Если бы не этот…

Словно только сейчас вспомнив о моем присутствии, Гвиана резко осеклась.

Помолчала некоторое время, после чего заявила:

-Все, библиотека на сегодня закрывается!

Не дав мне возразить, душа заставила словарь с древней книгой взмыть в воздух и вернула их на свои места. Вообще-то, насколько мне было известно, библиотека открывала двери для желающих в любое время суток, но спорить я не решилась. С Гвианы станется потом вообще меня не впустить.

До комнаты я шла, уткнувшись в сделанные записи. Перевести мне ничего не удалось – лишь разобрала построение слов и образование приставок. Кто бы мог подумать, что это окажется настолько сложно?

Заглянув в комнату, я положила тетрадь в тумбочку и достала припасенные после ужина кусочки жареной рыбы. Морских котят не навещала уже несколько дней, а сегодня намеревалась покормить их в последний раз. Мои любимцы подросли, давно добывали пропитание сами и в моей заботе больше не нуждались. Я же продолжала подкармливать их скорее из привычки и нежелания с ними расставаться. Наверное, так и чувствуют себя родители, когда вырастают дети…

Спустившись на несколько ступенек выдолбленной в скале лестницы, я осмотрелась по сторонам, убедилась, что меня никто не видит, и тихонько позвала:

-Ган!