Самокат 

Самокат

          Часть 1

Мальчишка в детской на секунду прислушался, отбросил надоевший за день мячик и встал с пола. Он еще не научился определять время по часам со стрелками, но цифры уже знал хорошо.

- Большая где шесть, маленькая где девять, - прошептал он, глядя на циферблат. – Это значит, сейчас…не знаю сколько времени.

Ему нравилось разглядывать эти часы. Мама купила их специально для него, в детскую. Круглый циферблат с нарисованными на нем белыми зайчатами размеренным  тиканьем отмерял время до того момента, когда мама зайдет в комнату и скажет «Сева, спать!»

Но сегодня времени было немного больше, чем обычно. Шестое июня. Сегодня ему исполнялось шесть. Совсем большой, как говорил папа. Совсем малыш, как говорила мама.

Он отошел от часов, поправил кармашки на шортиках и пошел из детской в мамину комнату.

Она лежала на диване с закрытыми глазами, волосы закрывали половину лица. Она часто так лежала в последнее время и говорила, что у нее нет сил, даже на него.

- Мама, ты спишь?

- Нет, просто устала сегодня. Говори.

- Мама, а папа придет? Он ведь обещал. – Сева подошел к маме поближе.

- Сева, я не знаю, - мама поправила клетчатый плед, которым укрывалась. -  Я же много раз тебе говорила, что у папы очень много работы. Он занят.

- Уже вечер. Он придет. Я подожду, ладно?

- Хорошо, только поздно не ложись. Детское время уже закончилось, - мама открыла глаза, улыбнулась и взяла Севу за руку. – Разбери пока подарки в своей комнате.

          Гости разошлись еще днем, надарили дурацких книг и раскрасок, а он мечтал о роботах-трансформерах, которых каждый день крутили в рекламе по телевизору. По крайней мере, о черепашках-ниндзя или роликах, или самокате, но чтобы это было что-то по-настоящему мальчишеское. Никак не о пластилине и раскрасках.

          Сева вернулся в детскую и посмотрел на часы.

- Маленькая где девять, большая где двенадцать, - он всегда говорил это вслух, чтобы быстрее научиться определять время самому.

Маленькие зайчата с циферблата смотрели на него глазками-бусинками, будто издеваясь.

«Не придет, не придет, не придет», - Севе казалось, что они пели бы такую песню, была бы их воля.

- Придет! – крикнул он и с силой бросил мяч в стену.

На секунду воцарилась тишина.

- Сынок, у тебя все нормально?

- Да, мама, я просто играю. Все хорошо.

          Он подошел к окну в детской и отодвинул желтые шторы. Уже смеркалось. С пятого этажа был хорошо виден весь двор. Ветер разыгрывался. Ветки старого тополя  ходили ходуном и казалось, вот-вот рухнут. Занимался настоящий ураган, резко хлынул дождь. Сева почувствовал желание открыть окно и протянуть руки навстречу стихии, ощутить на них прикосновение ветра и капли дождя.  Но мама бы наверняка стала ругаться, он и так часто простывает. Сквозь рев ветра Сева услышал, как на детской площадке заскрипели качели.

          «Скрип-скрип, скрип-скрип».

Он попытался разглядеть, кто на них.

«Детское время кончилось», - сказал кто-то позади очень тихо. Этот голос был не мамин, уж в этом он был точно уверен.

Сева оглянулся на циферблат с зайчатами.

- Кто это сказал? Вы?

Зайчата молчали и смотрели на Севу глупыми глазками-бусинками. Стрелки часов отмеряли время, минуту за минутой. Тик. Тик.

На миг его охватило чувство какой-то непонятной тревоги.

За окном раздался резкий порыв ветра, который прозвучал одновременно со звонком в дверь.

- Папа!

Сева распахнул входную дверь, хотя мама запрещала так делать.

Отец стоял на лестничной площадке, его длинные волосы, футболка и джинсы были насквозь мокрыми от дождя. Он пах сигаретами.

- Иди, обниму, - папа зашел в квартиру, Сева прильнул к нему. – С днем рождения, сынок!

- Я думал, ты не придешь

- Как не приду, конечно же, приду! У меня и подарок есть! Смотри, - отец вернулся  на лестничную площадку и закатил в коридор самокат.

- Это что, мне?  Это настоящий самокат?

- Да, самокат. Тебе нравится? – отец улыбнулся.

- Очень! Спасибо, папочка! – Сева запрыгал и захлопал в ладоши. – Я  о нем мечтал!

В коридор  вышла мама.

- Явился наконец. Ребенок весь день ждет. А это что? – она посмотрела на подарок. – У тебя же вечно нет денег. Где ты это взял?

Часть 2

- Купил, где я его мог взять, по-твоему? Или ты опять что-то хочешь мне предъявить? 
- Много чести. Оставайся, если хочешь. Пообщайся с ребенком. Все-таки твой сын, если ты еще об этом помнишь, - мама недовольно посмотрела на самокат, развернулась и пошла в спальню. 
Родители часто ссорились, Сева уже перестал обращать внимание на такие мелочи. Они его не касались. Поорут и перестанут, так обычно и бывает. 
Сейчас ему было не до разборок родителей. Он любовался самокатом. Зеленый металлический корпус заманчиво поблескивал при свете включенной в коридоре лампочки. Черные колеса с узором, совсем как у настоящей машины. Как же круто они будут ездить по асфальту! На руле бантиком была завязана красная подарочная лента. Настоящий подарок. 
- Папа, а можно мне прокатиться? 
- Давай, только тихонько. Мама отдыхает. До конца коридора и обратно. Иди сюда. Смотри, сюда ставишь ногу, - отец помог Севе занять нужное положение, - а здесь держишься руками. – Отталкивайся! 
Сева оттолкнулся и поехал вдоль коридора, но не удержался и с грохотом врезался в стену, едва не задев мамину тумбочку со всякой ерундой. Расческа и несколько маленьких баночек свалились на пол. 
- Ну вот, я же говорил, что надо осторожнее. Не ушибся? 
- Нет, не ушибся. Мне понравилось кататься. Правда, крутой самокат? А сходим с тобой завтра в парк, поучишь меня кататься на нем по асфальту? – Сева выжидающе посмотрел на отца. Тот всегда обещал провести с ним время, но потом что-то всегда шло не так. Отец куда-то уходил, а потом возвращался. От него странно пахло, он говорил что очень устал и все такое. А потом они как всегда никуда не шли. 
- Да, сынок. Обязательно сходим. – Отец посмотрел на Севу. – В этот раз точно сходим, обещаю. Пойдем в твою комнату, покажешь подарки. 
- Хорошо, пойдем! Я сначала расстроился, что мне не подарили трансформера, а потом пришел ты с самокатом. Самокат – это же в сто раз круче, все это знают! 

Они зашли в детскую. 

- Я переночую в твоей комнате сегодня, хорошо? – отец открыл шкаф-купе и достал раскладушку, которая всегда была здесь на случай внезапных гостей. 
- Хорошо, пап. – На улице такой сильный ветер, мне даже немного страшно. Совсем чуть-чуть. Сколько сейчас времени? 
Одиннадцать. Пора ложиться. – Отец отвел взгляд от циферблата с зайчиками. 
Надо же, какая безвкусица».

Ураган продолжал бушевать. Качели во дворе поскрипывали. 

Скрип-крип. Скрип-скрип. 

- Папа, а ты не знаешь, кто там качается? Я смотрел в окно, но не разглядел. Ты же видел, когда шел ко мне? 
Отец молчал. 
«Зачем он предложил самокат. Как он узнал, что у сына день рождения, а у меня как всегда нет денег? В тот момент это не волновало, а сейчас… 
Он ведь сказал, что у Севы день рождения, а я без подарка. Что сын будет ненавидеть такого отца. Почему на самокате был завязан бантик. Он, кажется, уже был завязан, когда я пришел. Красный бантик. Он же не мог знать заранее. Никто не может. Почему он дал мне самокат просто так. Просто так, а его просьба…Да нет, просто бред. Бред, бред. Не думай об этом». 

- Папа? 
- Да, просто….просто задумался. Нет, я никого не видел. Наверное, ветер. Не бойся никакого урагана. Я с тобой. 
- Папа… 
- Что? 
- Правда ведь, крутой самокат? – Сева снова с восхищением посмотрел на подарок, который остался в коридоре, но прекрасно был виден из детской. 

- Да, крутой. Спокойной ночи, сынок. С днем рождения еще раз, - отец погасил свет. 
- Сладких снов, папочка. 

Дождь барабанил в окна и никак не успокаивался. Тиканье часов раздавалось одновременно со скрипом качелей во дворе: «Тик-тик. Скрип-скрип». 

Дима смотрел на засыпающего сына. 
«Совсем большой. Так похож на меня. Надо будет научить его играть на гитаре». 

На стене что-то сверкнуло. Дима присмотрелся. Это было место, где висели часы. 
«Дурацкие зайцы, Маринка никогда не отличалась идеальным вкусом, но купить такое ребенку в комнату…»

Сева заворочался. 

- Папа…ты спишь? 
- Что, сынок? 
- А самокат так называется, потому что сам едет? 
- Не совсем. Нужно отталкиваться ногой. Я же тебе показал, помнишь? Одну ногу ставишь, другой отталкиваешься. 
- А когда я упал в коридоре, он ехал сам. Очень быстро, я даже не успел остановиться.