Звездочка желания

Звездочка желания

Скоро новый год. Дома вкусно пахнет мандаринами. Папа буквально пару дней назад принес большой-большой пакет с фруктами, которые мама убрала в укромное местечко. Ну, это она так думала, что укромное. Чувствуя себя настоящим пиратом, я пробиралась к заветному пакету, пока никто не видел и утаскивала одну-две мандаринки, чтобы потом, укрывшись одеялом, с наслаждением слопать их, припрятывая оранжевые шкурки под матрас.

Мне семь лет и я полновластная хозяйка небольшой комнаты в родительском доме. Старшая сестра уже вышла замуж и живет далеко от нас, брат служит в армии. То время, когда все внимание родителей было отдано целиком мне одной. Папа работал в лесхозе, и всегда приносил за несколько дней до Нового года елку – огромную, замерзшую и колючую. Он сразу же отмеривал ее длину по высоте нашего дома, так, чтобы звезда была на потолке, отпиливал лишнее, вставлял в середину очень тяжелой чугунной подставки и вбивал клинышки, чтобы елка стояла ровно и не качалась. Если с какой-то стороны казалось, что веток не хватает, он ловко прибивал из остатков ветку к стволу. На тепле зеленая красавица распушалась, неповторимый хвойный аромат буквально пропитывал весь дом. Но украшать елку было еще нельзя, надо, чтобы она полностью оттаяла.

На следующий вечер мама доставала из кладовки заветную коробку с елочными игрушками. Все они были стеклянные, блестящие, красивые и очень хрупкие. Вытереть с них влажной тряпочкой пыль – это была огромная и важная задача, которую поручали именно мне. Помню, как мы с братом играли в новогодние каникулы. Кто-то загадывает название игрушки, которая есть на елке и называет первую и последнюю букву ее названия, нужно было угадать. На елке висели мишки, шишки, огурцы, баклажаны, домики, сосульки, юла, шары, конфеты, были даже стеклянная елочка и заяц. Теперь я даже и не помню, какие еще были игрушки, но наряжать елку было в радость – столько было всего красивого – и мишура и гирлянда, первые три лампочки которой папа как фокусник вставлял в ярко-красную звезду, а потом водружал на самый верх. На полу по елкой, рядом с укутанной в мишуру подставкой, я ставила пластмассовых деда Мороза и Снегурочку.

Когда я была поменьше, всегда загадывала деду Морозу желания не вслух, а про себя. Иногда они исполнялись, например, когда я нашла под елкой столь желанную мне куклу. А потом кто-то мне сказал, что деду Морозу лучше всего написать письмо, и оставить его под елкой. Так я и сделала, встречая тот самый яркий в моей жизни 1998 год.

В тот день с самого утра мама с папой что-то готовят на кухне, и я просыпаюсь от мерного стука ножей о разделочные доски и негромких голосов: «Надо будет картошку из подполья достать», «Я достану, потом схожу в магазин за хлебом», «Да и лука возьми, всего две головки осталось». Когда я выхожу на кухню, умывшись, мама велит мне садиться пить чай с испеченными накануне пирожками и перечисляет список дел, которые нужно успеть сделать до прихода гостей, я ведь помощница и маме всегда помогаю. На улице мороз, все замело снегом, но я, укутанная в мамину, перешитую мне росту шубу не мерзну. Кормлю курочек и собаку, заглядываю в стайку, где у нас живет коровушка и ее бычок, выпускаю их погулять в огород и подкармливаю сеном. Успеваю между делом пошвырять снежки – снег такой блестящий на солнце, аж глазам больно. После обеда помогаю маме на кухне: мою овощи и фрукты, с удовольствием слезаю в подполье, чтобы достать свое самое любимое лакомство – соленые помидоры. Тут же открываю банку, вытаскиваю несколько штук, выдавливаю мякушку в стакан и заливаю помидорным рассолом. Апофеоз напитка – два кубика льда из холодильника. «Ты заболеть хочешь на новый год? – кричит мне мама. А я отмахиваюсь, и зажмурясь, пью холодный коктейль. Это мое «виски со льдом!» - важно отвечаю маме. Она обычно ворчит: «Насмотрятся этих американских фильмов…».

Перед приходом гостей, когда уже накрыт стол и горячие блюда ждут своего часа на теплой печке, мама надевает свой красивый блестящий костюм, а папа нервно ходит по дому в новой рубашке, посматривая на бутылку водки. Он сегодня выпьет и сам станет похож на деда Мороза. Узкие глаза, ярко-горящие щеки и почему-то красный нос. А еще он станет разговорчивым и очень-очень добрым. Посадит на коленку и будет рассказывать что-то интересное. Например, как он в лесу пожары тушил, или как посадил сосну, а она выросла большая-пребольшая.

Я все время посматриваю, как поживает мое письмо под елкой. Оно лежит на месте, его никто не трогает. Гости, а это обычно наша родня: тети, дяди веселятся во всю, поют песни вместе с артистами, выступающими по телевизору. Мы с моими двоюродными сестрами тоже не скучаем. Уже успели поиграть в снежки, изваляться в снегу, накататься на горке, которую сделал для меня папа в огороде. Напились сладкого шипучего «Буратино» и наелись от пуза. Самое главное – дождаться новогоднего чуда. Вот-вот должно пробить 12 и на улице будет красочный салют, который мы пойдем смотреть.

Без пяти минут 12 на улице зашумело. «Начали стрелять!» - кричит моя двоюродная сестренка. Мы, весело пихаясь, второпях надеваем шубы и сапоги и непонятной кучей буквально вываливаемся на крыльцо дома.  На небе тут и там разноцветные огоньки, стоит шум, слышно как кричат соседи, поздравляя всех с Новым годом! Мы визжим от радости, когда на улицу выходит папа. У него в руках – коробок спичек и мы сейчас пойдем поджигать первую в моей жизни петарду в середине огорода. Петарду, папа основательно прикопал в землю заранее, чтобы успела подмерзнуть и не упала взрываясь. Я одна из ребят вместе с папой подхожу к петарде, прошу: «А можно я подожгу?». Но папа отвечает отрицательно, вот, мол подрастешь немного… и вижу как, чиркнув спичкой, он поджигает фитиль. «Танька, беги!» - кричит он мне, и я со всех ног несусь с воротам огорода, где уже сгрудились все родные. Сам папа не спеша отходит от петарды и бах, бах, бах… в небо несутся желтые огоньки, разлетающиеся высоко над нашим огородом разноцветными искрами.