Байкерша 2. На учёбе...

Глава 20

Ух, как я нервничала, когда день икс настал!

Попасть на соревнование оказалось в половину сложнее, чем найти крепкий гоночный байк, который отвечал бы всем моим запросам. И к удивлению, что в одном, что в другом случае, вопрос решить помог Денис.

Я чувствовала себя неоднозначно, когда узнала, что Ганс – знакомый Соколовского. Крюгер оказался крутым байкером, весьма общительным и весёлым. Правда, он не сразу предстал в дружественном свете.

Сначала высокий голубоглазый блондин, внешними данными попадающий в фенотип арийской расы без каких-либо сомнений, был хмур и немногословен. Я бы даже сказала, что он своей мимикой выражал крайнюю степень раздражения. Прежде чем позволить сесть на свой байк, блондин мне чуть ли не экзамен устроил, пробежавшись по теории вождения, и только потом приказал следовать за ним на ближайший трек.

Я безоговорочно подчинилась! А почему? Всё просто! Имя этой единственной причины – «Honda CBR 1000RA Fireblade».

Чёрная красота, разгоняющаяся до 300 км/ч! Надёжная тормозная система, деформированный байк, как я хотела. Это было очень важно для того трюка, который я задумала.

«Только скорость может помешать, всё-таки питбайки куда безопаснее со своими амортизаторами и небольшим значением скорости…» – мой глаз подмечал всё, пока парень подозрительно щурился, пристально всматриваясь.

Ермолин ворчал, естественно по-русски. Ганс на него вообще не обращал внимания, и я успокоилась, не переживая, что блондинчик может передумать и сбежать, отказавшись делиться своим чудом с незнакомой ему русской.

Когда мы оказались на мототрассе, буквально находящейся в двух шагах от салона проката, Крюгер приглашающим жестом махнул на «хонду», дозволяя продемонстрировать свои умения.

Так и сказал: «Давай, хвастайся!», правда, на немецком.

Это оказалось не сложно, но и не легко. Всё-таки байк не мой.

Даже несмотря на то, что фирма у моей «хонды» и у «хонды» Ганса была единой, отличия в управлении имелись, потому что и я, и Крюгер дорабатывали своих красоток до нужного нам идеала, тюнингуя ту или иную характеристику.

Пока я приноровилась, сумев почувствовать, что в байке не родная подвеска, немного «отредаченный» мотор и совсем другая рама, мною был преодолён ни один круг мототрека.

Именно тогда до меня дошло, что Женька имел в виду, говоря о «рыбаках» в сравнивании меня и Крюгера. Ганс тоже занимался стантрайдингом!

Осторожно попробовав выполнить «вилли», проезжая пятый круг мимо двух парней, напряжённо наблюдающих за мной, краем глаза проследила, какое впечатление произвела. Конечно, то, как схватился за сердце стройный немец, говорило о том, что фурор этот не попадает под определение положительных эмоций, однако во мне зрела уверенность, что на соревнование я всё-таки поеду на этой красотке.

Так и вышло. Несмотря на то, что Ганс до глубины души был шокирован моим «вилли», парень окончательно убедился, что я могу легко управлять его красавицей. Даже пообещал, что поможет мне с участием… предлагал покататься как-нибудь, но на этом этапе общения встрял уже Женька, заявив себе под нос, что «фрицам наших байкеш не видать», уводя под локоть, предварительно договорившись с Крюгером «пообщаться» вместо меня.

На затаённый смысл вполне себе милого предупреждения Ганс только посмеялся. А через двое суток позвонил на телефон и обрадовал, что вопрос с участием улажен – я выступаю вместо немца.

Сказать, что я была в шоке от поступка Крюгера, находясь немножко в недоумении – ничего не сказать, однако докапываться до первопричины такого решения не стала, просто принимая широкий жест блондина с благодарностью.

Именно с благодарностью! Без всякой подозрительности, которая в последнее время стала моей постоянной спутницей, и поиска скрытых мотивов.

В назначенное время, в назначенном месте, я, как те экстрасенсы с канала ТНТ, была готова бросить вызов участникам мотокросса, так же прогазовывая своего железного коня в закрытом парке, оборудованном крышей на случай выпадения осадков, как и все остальные.

Мотоцикл Дирка Йохана, по совместительству «куратора», стоял по правую от меня сторону. Я старалась не смотреть на мужчину в кожаной униформе, довольная, что увидеть, кто под моим шлемом у него не получится, и не могла отогнать от себя ощущение, что профессор Дирк смотрит на меня. Причём так пристально, что неудобно становилось.

В наглую повернувшись, убедилась в своём шестом чувстве.

Действительно, смотрел. Только не на меня, а на чёрный байк.

Йохан хмурился чему-то своему, а его взгляд плавно переходил с номеров мотоцикла на мою защитку, плотно обтягивающую фигуру, и обратно, будто бы не понимая, почему водителем байка являюсь я.

«Может, его смущает моя принадлежность к прекрасному полу? А может, он просто...» – додумать я не успела. Ко мне подошёл Ганс, достаточно весёлый, чтобы моё лицо приобрело такое же выражение, которое не сходило с мордуленции надменного куратора.

– Хай, – поздоровался Крюгер, ласково проведя по блестящему баку своего железного друга. – Готова выигрывать?

– Да, – ответила на немецком, заглушив двигатель.

До старта оставалась ещё несколько минут. Участников покидали их механики.

В качестве моего помощника выступал Жека, и он уже всё досконально проверил, после чего вернулся в отведённое место для помощников места, присоединяясь к стоящей возле бордюра Уваровой.

– Видишь того мужика? – Ганс усмехнулся, помахав рукой Йохану.

– И? – я насторожилась.

– Мой сводный брат. Никогда у меня не получалось обставить его… если это удастся тебе, а мне почему-то в это верится, можешь просить, что угодно!