Пепел любви. Искупление

Глава 2. Юности первое утро

В Небесном Царстве настала долгожданная ночь «семи семерок» - время встречи бессмертных влюбленных. В праздник Пастуха и дочери Небесного бога Ткачихи слуги со знанием дела украсили дворцы Небожителей великолепными гирляндами самых красивых садовых цветов, а самой Ткачихе Чжинюй женщины принесли на нефритовых подносах фрукты, чай и цветочную пудру, уставив подношениями весь алтарь ее святилища.

Доставшуюся им после праздника пудру Суй Хэ и ее двоюродные сестры поделили две части. Одну часть они, совершая обряд, бросили на крышу своего дома, привлекая удачу, а другую оставили себе. Прекрасная Чжинюй с помощью этой пудры должна была подарить им свою несравненную красоту.

Во дворе раздался веселые девичьи возгласы – кузины Суй Хэ радовались тому, что обнаружили паутину в заветных коробочках со своим пауком. Серебристая, переливающаяся на солнце блеском сеточка означила, что их ждала большое везение в этом году и выгодный брак. Суй Хэ печально вздохнула. Тетушка Сонг была щедра со своими родными дочерями, она наделила их в достаточной мере духовными силами, чтобы они могли пробудить к созиданию своих паучков. Она же, лишенная такой поддержки со стороны старшей родственницы пробовала расшевелить своего паучка с помощью магического заклинания, однако ее бедный паучок большей частью лежал на дне коробки и почти не двигался – ее духовных сил было слишком мало, чтобы оживить его. Оставалось только отпустить его на свободу, что девушка и сделала.

- Мои дорогие, смотрите какой подарок я для вас приготовила, - ласково проворковала тетушка Сонг. Двоюродные сестры, предвкушая долгожданный подарок, с готовностью окружили свою мать, и она им сказала: - Мои прелестные крошки, вы уже большие девушки, и вам полагается, как невестам носить туфли бянь се.

С этими словами Сонг раздала девушкам розовые шелковые туфли без каблука с изображением лотосов.

Суй Хэ невольно посмотрела на свою обувь из пеньки. Она совсем растрепалась и у девушки появилась надежда, что в праздник ей тоже достанется новая обувь. Она была бы рада, если ей подарили даже старые бянь се.

- Тетушка, а мне ты тоже подаришь туфли? – несмело спросила, приблизившись, Суй Хэ у старшей сестры своей матери.

- У меня нет возможности одевать и обувать еще и тебя. Посмотри в гардеробе своей матери, возможно там еще осталась какая-нибудь обувь, - сурово ответила ей тетушка Сонг.

Суй Хэ знала, что она уже износила все туфли умершей матери и перешила на себя ее платья, так что нечего искать в старом сундуке обновку. Однако ничего не сказала тетушке, по опыту зная ей ничего не достанется от прижимистой родственницы кроме очередного недовольного ворчания.

Сонг тут же забыла о племяннице, которую ей навязала перед смертью младшая сестра и ушла в дом готовить праздничное угощение для гостей – рисовую лапшу, пельмени баоцзы и халву цяосу. Две ее старшие дочери поспешили вслед за нею помогать на кухне, а младшая Цян Хо задержалась возле Суй Хэ. Обе юные девушки были ровесницами и с детства на равных дружили друг с другом, а к старшим сестрам испытывали почтение и слушались их во всем, выполняя все их приказы.

- Не расстраивайся, Суй Хэ, - воскликнула Цян Хо, с сочувствием смотря на обездоленную кузину. – Я дам тебе носить свои туфли бянь се, когда ты этого захочешь!

- Что ты, не нужно этого, Цян Хо, - испуганно встрепенулась Суй Хэ. – Твоя матушка будет очень недовольна, если ты проявишь ко мне такую доброту. Лучше я буду носить свои пеньковые сандалии, не хочу, чтобы тетушка наказывала тебя из-за меня.

Цян Хо с досадой вздохнула – снова ее любимая двоюродная сестра осталась ни с чем даже в праздник Небесной Ткачихи, когда всем девушкам на выданье полагалось делать подарки. К гостям Суй Хэ стыдно выйти из-за старого платья, которое почти превратилось в лохмотья и ей приходилось украдкой отсиживаться в саду, вдали от посторонних глаз. Однако с властной матерью почтительная дочь спорить не смела, и Цян Хо решительно сказала:

- Суй Хэ, я что-нибудь придумаю. У меня есть небольшие накопления, так что через полгода я смогу купить тебе недорогое платье и туфли.

Суй Хэ растроганно посмотрела на самоотверженную кузину.

- Цян Хо, для меня ты лучше всех нарядов на свете, - искренне сказала она. – Я очень счастлива тем, что у меня такая двоюродная сестра как ты!

- А мне никакие наряды не будут в радость, если ты будешь ходить в обносках, - призналась Цян Хо, и предложила: - Давай не будем печалиться, Суй Хэ. Мы уже совершеннолетние, можем сами зарабатывать на себя и свой гардероб.

- Согласна, - улыбнулась Суй Хэ. – Однако ты иди в дом помогать матушке принимать гостей. Иначе тетушка рассердится, что мы тут попусту болтаем.

Цян Хо согласно кивнула головой и поспешила в дом, следуя совету кузины. А Суй Хэ села под большой развесистой ивой и задумалась о будущем. Слова подруги-кузины имели смысл – она, как совершеннолетняя, могла уже работать самостоятельно и не зависеть во всем от тетушки Сонг, которая держала ее в черном теле.

Вдруг возле нее закрутился вихрь зеленого огня, и когда она испуганно отпрянула от него он превратился в молодого привлекательного мужчину с лукавым взглядом.

- Эй, что ты такая грустная, красавица? – весело спросил он. – Печалишься, что осталась без подарков?

- Приветствую тебя, Верховный Небожитель, - почтительно ответила ему Суй Хэ, удивляясь про себя, что это божество – Повелитель Змей с истинной магической формой - снизошло до разговора с ней. – Да, невесело остаться без подарка. Но я никогда не получала даров, так что не очень расстроилась.

- Это никуда не годится, чтобы такая очаровательная дева как ты ничего не получила в праздник Небесной Ткачихи, - заявил Пу Чи, и потребовал: - А ну-ка, протяни свои прелестные ручки!

Привыкшая к повиновению Суй Хэ послушно подставила руки и на них тут же очутились чудесное ханьфу розового цвета с рисунком из летних цветов и алые туфли бянь се с золотым шитьем.