Пленник. Борис Тюрин и Ольга Коротаева

ГЛАВА 20

ГЛАВА 20

Кошчи задумчиво наблюдал за шустрыми рыбками, шныряющими в небольшом прудике. Черныш на противоположном берегу тоже не отрывал заинтересованного взгляда от воды. Время от времени он трогал лапкой поверхность воды, но тут же отдергивал. Русалка на дереве ревниво наблюдала за ним и беспрестанно облизывалась. Хозяин заподозрил, что девушка еще та хищница. Чтобы проверить это, он приказал коту поймать рыбку и отнести по цепи русалке. Черныш, с утра объевшийся сметаны, неохотно подцепил рыбешку и направился было к дереву, как рыба в его зубах вдруг молвила голосом человеческим:

– Не ешь меня, я тебе еще пригожусь…

Кот от неожиданности выронил добычу, зашипел и залез на цепь.

– А еще ведьминский кот, – пожурил Черныша Хозяин. Посмотрел на рыбу, трепыхающуюся у его ног. – Чего испугался? Словно говорящая рыба тебя съест…

– Здесь всякое может случиться, – недовольно буркнул Черныш, поднимаясь еще на виток.

А Кошчи присел на корточки и ткнул пальцем золотой бок.

– Ну, поведай – чем же ты можешь пригодиться.

– Я буду звать тебя, когда вода будет говорить, – загадочно пропела рыба.

– Вода говорить? – удивился Кошчи и оглянулся на Черныша: – Может, это заразно? Сперва ты заговорил, потом рыбы, теперь вода…

– Не заразно, – фыркнул кот и кивнул на русалку: – Эта же молчит!

– Может, ей сказать нечего, – покачнул головой Хозяин и тут же щелкнул пальцами: – Вот оно что!

Черныш прижался к ветке, а русалка икнула и поджала хвост. Но искра, сорвавшаяся с пальцев Кошчи, попала не в них. Рыба, лежащая у ног Хозяина, вытаращила глаза, засветилась изнутри и начала медленно расплываться, словно болотная жижа. Постепенно золотистый оттенок пропал, переливаясь в мутную зелень. Чешуйки превратились в лохмотья, похожие на сгнивший еловый лапник. Жабры вспухли, надулись, и вскоре Кошчи изумленно смотрел на зеленые уши странного существа, свернувшегося калачиком у его ног.

– Леший! – истерично взвизгнул кот и забрался еще выше.

Русалка же улыбнулась и игриво распушила волосы.

– Леший? – Хозяин озадаченно покачал головой. – Ну что же, это хорошо, что ты знаешь нашего гостя. – Пнул ногой существо, но в ответ услышал лишь богатырский храп. – Значит, покажешь ему, где выход… когда проснется. – Оглянулся на пруд и добавил: – Мне кажется, я догадываюсь – о чем толковала золотая рыбка.

Скинув деревенскую рубаху и заморские брюки, Кошчи спешно нырнул в воду.

– Да, – прошелестел в ушах знакомый голос. – Как же трудно до тебя докричаться…

***

Главнокомандующий войсками королевства Минд состоял из одних недостатков. Что хорошего можно сказать об армии, во главе которой стоит всего-навсего генерал, к тому же полевой? Что можно сказать о генерале, который не может похвастаться ни знатностью, ни древностью рода? Наконец, если этот генерал успешно воюет там, где терпели поражения его кадровые предшественники – не пощёчина ли это всему Миндскому войску? Впрочем, штабные чиновники были не лишены здравого смысла и амбиций. Если командовать некому, пусть будет этот. Тем более, сейчас, когда нет ни короля, ни наследников. А если даст Создатель, и война не будет проиграна, то, представив удачливого выскочку народным героем-освободителем, на его плечах можно будет легко подняться к вершинам власти и даже основать новую династию. Вполне подходящую для того, чтобы греться в лучах её могущества до конца своих дней.

Так думали военные и штатские, представлявшие Главный штаб Королевских войск, но подобные измышления никогда не приходили в голову полевому генералу Айселю. Молодой человек, бросивший все дела и с первых дней войны завербовавшийся в армию, никогда не помышлял о военной карьере. Они с братом рассуждали просто и приземлённо – раз идёт война, родину надо защищать. Но не что-то общее, возвышенное, а вполне простые, бытовые вещи. Братья Айсели защищали родной Арлейн, в котором прошло их детство, городское кладбище, где нашли последний приют их предки. Тётушку и сестру… Всё, что нормальные люди называют одним этим словом – Родина.

Риго, младшему брату, не повезло. Смерть настигла в одном из боёв в самом начале войны, у безвестной рыбацкой деревушки на побережье. Как на грех, старшего брата рядом не оказалось…

Потеряв самого близкого человека, Дан Айсель не ожесточился и не озлобился. К войне он относился, как к ремеслу, страшному, но необходимому, которое тоже надо кому-то исполнять. Первые шаги по карьерной лестнице будущий командующий сделал, когда командиры заметили умелого и толкового бойца. Так Дан стал капралом. Остальные ступеньки подставляла война. Заменив раненого ротмистра, Айсель командовал прикрытием отступающих частей, за что был произведён в полевые лейтенанты. Участвуя в обороне столицы, он сумел убедить пару штабных офицеров в необходимости пересмотра плана действий обороняющихся. Это отметил старый командующий и в благодарность произвел Дана в полевые майоры. Ещё несколько месяцев – и Главный штаб был поставлен перед фактом, что единственная кандидатура на пост главнокомандующего – Дан Айсель, полевой генерал, в настоящее время воюющий где-то под Арлейном.