За тем поворотом

Глава 48

Уже глубоко за полночь, когда веселье, наконец, стало затихать, уступив место усталости и напряжению последних дней, и все собрались расходиться, Генриху Карлайлу подали прошение от имени герцога и солдат гарнизона о назначении Зандера командиром мечников и присвоении ему звания капитана, а Ориана — командиром стрелков и тоже присвоении ему звания капитана. Командир королевского отряда, ничего не спрашивая и не произнося ни слова, подписал бумагу, передав ее в руки герцога. Тот зачитал ее вслух, и восклицание радости прокатилось по пиршественной зале. Новоявленных командиров, смущенно улыбающихся, подхватили на руки и долго качали и обнимали их солдаты. А потом они были приглашены генералом Генрихом Карлайлом на утреннее заседание военного совета, как полноправные его участники.

Там же, на совете, было решено, что объединенные отряды выступят через неделю на рассвете, а в крепости останется только маленький гарнизон, исключительно для защиты от набега разбойников, и для набора и обучения новых солдат для дальнейших боевых действий. Хоть король и распустил войско, принц устным указом, дав полномочия своему молодому генералу Генриху Карлайлу, велел снова собрать армию, чтобы вернуть утраченные территории и обеспечить защиту от дальнейших посягательств врагов.

Никто из небольшого отряда Зандера не захотел остаться в крепости, и командиру королевского отряда пришлось выделить из своей сотни десять наиболее обученных мечников под командование герцога.

Зандеру было очень приятно, что эти тридцать закаленных в боях воинов приняли его, совсем еще зеленого юнца, на его взгляд, своим командиром. Хотя, глядя на такого же молодого генерала Генриха Карлайла, он понимал, что смог бы командовать и сотней, и даже тысячей солдат, все зависело бы только от него.

Он откровенно радовался за Ориана, у которого хоть иногда стал вспыхивать огонек в глазах. Казалось, что, увлекшись набором и обучением стрелков в свой отряд из горожан и крестьян, пришедших из окрестных сел, желающих вступить в армию принца Лероя, которых было хоть отбавляй после нападения, он не вспоминает ни о своей прежней жизни во дворце, ни о короле Рупрехте.

Перед самым выступлением в поход городской оружейник принес в подарок Ориану, великолепный арбалет, сработанный под его тонкие музыкальные пальцы, пальцы совсем даже не воина, а портной — костюм, сшитый специально для командира арбалетчиков, подчеркивающий его гибкость, но ничуть не умаляющий его мужества. Зандер радовался за своего друга, как ребенок.

— Ну, наконец-то, ты стал похож на настоящего мужчину, в такого и влюбиться несложно, — подначивал он его, хотя сам для его костюма, заказал специально серебряные наплечники и тонкие пластинки, защищающие грудь. Знал ведь шельмец о подарке. От себя лично он подарил Ориану ботфорты с отворотами из тонкой кожи в тон костюма, как тот любил, и шляпу с белоснежным пером, совсем не похожую на те, что носили военные. Но ничего не мог с собой поделать, когда он ее увидел, то понял, что эту шляпу может носить только красавец Ориан. Только ему она могла придать мужественности, нисколько не умаляя его красоты.

Для себя же Зандер, как всегда не стал ничего заказывать и ничего специально покупать или делать. Его вполне устраивали старые удобные вещи, которые он нашел еще в имении графа Ориана, и черные латы, подаренные ему герцогом, когда-то защищавшие его сына. Единственное, что хотел купить Зандер, так это коня, настоящего боевого друга. Но и от этой покупки он отказался — на двух коней денег у них не хватало, а покупать клячу такому стрелку, как Ориан, он не посмел. Решил, что сам поездит до лучших времен на какой-нибудь кобылке, которую найдет в крепости и которую ему разрешат взять с собой за небольшие деньги.

Утром, на рассвете, в день выступления, когда всё в крепости было охвачено суетой, Зандер вошел в герцогскую конюшню и пошел напрямик к самому дальнему стойлу, куда он вчера поставил рыженькую старую лошадку. Но там ее не оказалось. В этом стойле стоял и бил копытом прекрасный боевой конь, способный нести рыцаря в тяжелых доспехах. Сильно удивившись, Зандер не поленился и заглянул во все стойла, но его лошадки нигде не было. Он вышел из конюшни и оглядел помещение, туда ли он попал? Туда. Недоумевая, он снова вошел в конюшню и прошелся до стойла, где стоял конь, но где должна была быть его лошадка. И вдруг он услышал смех — это ласковое журчание голосом невозможно спутать ни с чем, так красиво смеялся только Ориан. Он редко слышал, как тот смеялся, но многое бы отдал за то, чтобы слышать этот смех чаще.

— Что? Не нравится подарок? — спросил, улыбаясь, Ориан, выглядывая из своего укрытия в соседнем стойле.

— Не понимаю… Какой подарок? — совершенно искренне удивился Зандер.

— Тебе нравится этот боевой конь? — снова спросил он, выгибая при этом бровь, почти как раньше.

— Очень нравится. Но где моя лошадка?

— Он вместо нее.

— Откуда у тебя деньги? — прищурившись, поинтересовался Зандер.

— Я кое-какие свои драгоценности продал, — пожал плечами Ориан, как само собой разумеющееся.

— Я знаю, сколько у тебя было с собой драгоценностей. Если бы ты продал их все и себя со своими шариками в придачу, на такое животное у тебя все равно денег не хватило бы. Где взял остальную сумму? — продолжал допытываться Зандер.

— Ну… — Ориан посмотрел в потолок, как будто там был начертан ответ. — Бери, не ворованное животное. Ты в городе конюшню потушил? Потушил… Точнее не позволил животным в ней сгореть. Ее хозяин нам по дешевке этого коня и отдал, специально для тебя.

— Кому это вам? — не унимался Зандер.

— Мне и твоим мечникам. Немного добавил герцог… Тебе нравится? — чуть дрогнувшим голосом поинтересовался Ориан.