Номер 112m

3.Глава восьмая, в которой прошлое и настоящее пересекаются

Слишком больно чувствовать свою вину, но куда тяжелее её осознавать.

...Падать. Падать. Падать...

Падать в небытие собственных неудач и оплошностей, тонуть в вязкой консистенции негодования и нервозности. В конце концов, искать себе оправдания и, находя на их месте лишь опустошенность, теряться. И вновь падать.

- Что уставилась?! Вали! Вали отсюда!

Слова Тая обрушились, как ведро холодной воды на голову - не принесли ни трезвости, ни ясности мыслей, скорее лёгкую смутность и растерянность, а те в свою очередь переросли в волну негодования.

Тай застыл в ожидании. Во взгляде вызов, движения скованные, а тембр голоса обрывочен. Дыхание затруднено, кадык мерно отсчитывал тугие глотки, светлые ресницы чуть скрывали выемку глаз, отбрасывая густые тени вдоль век; пальцы рук плотно сжатые, медленно перешли в кулак, всё сильнее и сильнее впиваясь в кожу. Он противостоял не Хейден - самому себе, и это стоило, куда больших сил, оттого и оказалось столь очевидным.

Девушка поспешно поднялась на ноги, в пару плавных шагов отскочила в сторону. Невольно дрогнули губы, изогнулись брови, тут же проступили глубокие складки у переносицы. Хейден чувствовала себя жалкой - до самых слёз, что так и норовили сорваться, обличив разбитую душу.

...Слёзы - признак слабости. Очередная несуразность, созданная для выявления прорех в человеческой стабильности. Но слёзы Хейден, лишь обида - мелкая и зло пакостная. Сумей она сдержаться на "кругах своя", не станет ни чем большим и разительным...

- Прости меня, я не... - осеклась.

... Не хотела? И опять ложь! Опять эта треклятая ложь, которая так и лезет прекратить любую сложную ситуацию, но тогда сделала бы только хуже...

- Прости. Просто прости меня. Я поступила неправильно, каюсь.

- Всё сказала? Выход там, - Тай упорствовал.

- Я была обязана это знать!

- Серьёзно?! Ты так самоуверенна... А что если тебя это не касается?! Не допускаешь возможности?! Нет?!

- А ты поставь себя на моё место, - ответила враждебностью на враждебность. - Нет, ну серьёзно, просто представь! Ты приезжаешь на лечение в ЦНР и знакомишься с человеком, который по совершенно неясным причинам полностью отстранён от социума. И при этом ты знаешь, что какими бы сложными не оказались заболевания, их можно контролировать и вне Центра. Вы общаетесь, знакомитесь, узнаете больше друг о друге, но один лишь вопрос, - последние слова она значительно выделила голосом. - Мучает тебя всё это время.... Почему? Почему он находится здесь? Почему имея живой интерес к окружающему миру, и что куда более важно, возможность быть в нём, человека держат здесь? - короткая пауза, в течение которой Хейден потупилась. - Ты знаешь, в зданиях должны быть окна... Ни одного здесь не увидела... И ваше общение с персоналом... На "ты". Они будто знают тебя с рождения. А ещё постоянный контроль. Я не могу выносить, когда на меня постоянно пялятся. Пялятся. Пялятся. Буквально сверлят глазами. А ты привык. И, наверное, странным будет, если всё это в один миг пропадёт. Так?

Хейден смахнула со щёк следы влаги, делая вид, что откидывает непослушные пряди волос, смерила собеседника обиженным взглядом. Тот ничего, не ответил, не отвёл глаз, оставаясь на удивление спокойным и безразличным к её словам.

- Представил? Надеюсь, - начала девушка. - Хоть теперь понял, как бы то неправильно в твоих глазах не выглядит, я не могла поступить иначе.

Тай коротко покачал головой; губы его содрогнулись в усмешке.

- А теперь, сделай милость, побудь на моём месте. - Он сделал несколько широких шагов к Хейден, заставив её тем самым попятиться к выводу. - Я не ищу понимания в глазах окружающих, и уж тем более, не требую к себе жалости. Но, несмотря на всё это, моя жизнь... - нервно сглотнул, подбирая подходящие слова. - Моя жизнь вся в этих документах. Научные термины, эксперименты и прочее, прочее, что в конечном итоге замыкаться полной абстракцией. А что есть моя жизнь в реальности, что характеризует меня, как личность - пара строк на бумаге.

Ещё с десяток шагов. Хейден краем глаза считала один за другим, и вновь, против собственной воли отступалась, не желая сокращать расстояние между собой и Таем.

- А знаешь, ты права. Человек без прошлого, без обширной родословной, без документов на руках и множества знакомых - странный. Нет смысла в нём и его личности, не будь та подкреплена чем-то более веским. Но... Тогда, почему я, зная о тебе лишь пару поверхностных фактов, не бросился обшаривать базу в поиске "столь важной информации", - на последних словах блондин наигранно рассмеялся. - Почему мне подобная неизведанность не стала поперёк горла?!

Ответ нашёлся практически сразу и Хейден, игнорируя возможную грубость, выпалила:

- Потому что ты не я!

Но Тай того и ждал.

- Так и не пытайся поставить меня на своё место!

Девушка и не заметила, как очутилась на пороге в читальный зал, дверь которого со свистом захлопнулась прямо перед её носом, разделив их с Таем. Попыталась толкнуть её от себя, но та не поддалась.

- Ну, ты, ведь знаешь, что я не уйду, пока ты не простишь меня.

... Какой же он всё-таки упрямый!...

- Эй!

- Не уйдёшь ты, уйду я.

- А оттуда разве есть другие выходы?

- Да. Предостаточно.

- Ну, - повисла короткая тишина. - Тогда, пожалуйста. Уходи.

Снова тишина. На этот раз более длинная и гулкая. Тени, что проглядывали меж полом и дверью исказились, но не исчезли, будто их обладатель описывал круги в неуверенности.

- Ушёл? - Хейден приглушенно рассмеялась. - Эй! Ответь!... Ну я же вижу, что нет.

... Молчит. Слишком обижен. Слишком растерян...

Лёгкая задумчивость охватила совершенно спонтанно, нагнав очередную сеть мыслей, так и норовящих сорваться с губ.

- А ведь, ничего не изменилось, - произнесла еле уловимым полушепотом.

Человек по ту сторону замер, вплотную подступился к двери.

- Ничего...

Тени накрыли носы ботинок, медленно расплылись по полу, сливаясь с нерушимым мраком библиотечного зала.