Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц.

Глава 11

Глава 11. Здравствуй школа!

А ланиты бледны, как терновник весной,

И, как ворон, чернеет наряд расписной.

И шагов его эхо наполнило зал,

Взор потупили лорды, и каждый молчал.

Удивился король: "Кто велел, чтобы он,

Этот мальчик прекрасный, был так облачён?

Почему, моё сердце, явился ты в зал,

Точно для похорон я придворных созвал?"

И склонился ребёнок тот пред королём,

По лицу его слёзы струились ручьём.

"Ты о чёрном спросить, о король, повелел:

Изменился цвет смерти, сегодня он бел.

Данте Габриэль Россетти

Дальнейший путь прошел без эксцессов. Мародеры уползли к себе, зализывать раны и строить планы мести. За ними ушли Люпин и Лили.

Наконец по поезду эхом пронёсся голос: "Мы прибудем в Хогсмит через пять минут. Пожалуйста, оставьте свой багаж в поезде, его доставят в школу отдельно".

Проверив запирающие и сигнальные чары на своем багаже и наложив парочку новых, я посадил Петра себе на плечо и вышел в коридор.

Поезд катился всё медленнее, пока, наконец, не остановился. Народ проталкивался к дверям и выходил на маленькую тёмную платформу. Невольно поежившись от вечернего холодного воздуха, я неторопливо огляделся. Неподалеку темнели улочки Хогсмита, а далеко за озером сверкал огнями Хогвартс. Над головами учеников появился качающийся фонарь, и знакомый голос произнес:

- Первогодки! Первогодки -- все сюда!

Большое волосатое нечто, именуемое Хагридом, возвышалось над морем голов.

Что за ерунда! Если раньше полувеликан у меня вызывал легкую неприязнь, то теперь при его появлении меня охватила почти животная ярость. Хотелось выхватить палочку и приложить его авадой или еще чем убийственным.

- Вот оно значит как, - пробормотал Хагрид, увидев меня. Позабыв о первогодках, он крепко вцепился в свой зонт с остатками некогда сломанной волшебной палочки.

Не зря кодекс советовал Принцам держаться от великанов подальше. Неужели древняя вражда фоморов и сидов была столь сильна, что даже их столь далекие потомки готовы вцепиться друг другу в горло просто при встрече. Слава Мерлину, что Хагрид сейчас всего лишь лесничий, а не преподаватель по уходу за магическими существами. Впрочем, я этот предмет брать и не собирался. В магических существах мне интересен не уход за ними, а их разделка на составляющие.

Повернувшись спиной к лесничему, я направился к выходу с платформы. Оказывается, что в пробуждении Крови Рода есть и неприятные стороны. Впрочем, дружить с Хагридом я не собираюсь, да и враждовать, признаться, тоже. Я не воюю с убогими (мародеры исключение).

Постепенно полутемная платформа пустела. Хагрид увел первокурсников к лодочному причалу. Остальные ученики Хогвартса занимали места в подъезжающих к платформе экипажах. Длинная вереница карет медленно уползала в давящую со всех сторон тьму, весело сверкая фонариками.

Петр расправил крылья, подставляя их холодному вечернему ветру. Хрипло каркнув, ворон улетел в темноту. Похоже, что тряска в вагоне поезда его порядком утомила.

Никого из знакомых поблизости не было. Не особо мучаясь с выбором, я залез в ближайшую карету, в ней как раз было одно свободное место. Моими соседями оказалась троица совершенно незнакомых мне хаффлпаффцев, курса второго-третьего. При моем появлении они как-то разом побледнели. У меня возникло ощущение, что они сейчас выскочат из кареты, но тут наш экипаж тронулся с места.

Скользнув равнодушным взглядом по притихшей троице, от чего те побледнели еще больше, я отвернулся к окну.

По темной глади озера скользили яркие фонарики, такие же что и на каретах - Хагрид начал переправу первокурсников.

Путешествие до Хогвартса не заняло много времени. Шагнув из кареты, я невольно замер, разглядывая столь знакомые стены.

Хогвартс, Хогвартс. Мой дом и мое проклятие.

Вестибюль сиял факелами и оглашался эхом шагов учеников, топавших по вымощенному каменными плитами полу к двустворчатым дубовым дверям в Большой зал, на банкет в честь начала учебного года. Древние доспехи в нишах были начищены до зеркального блеска, также как и медные подсвечники, что светились едва ли не ярче свечей. Уверен, что вся хогвартская община домовиков трудилась весь день не покладая рук.

Большой Зал был, как всегда, великолепно убран для пира. На стенах были развернуты большие знамена факультетов. Золотые тарелки (вообще-то все это гоблинская медь, которая лишь по цвету неотличима от золота) и кубки поблёскивали в свете сотен свечей, парящих над столами. За длинными столами четырех факультетов оживлённо болтали ученики. Во главе зала стоял пятый стол, за которым, лицом к ученикам, сидели преподаватели. В центре стола, в большом золотом кресле (тоже медь, я проверял), восседал САМ директор школы чародейства и волшебства, величайший белый волшебник современности, герой Войны с Гриндевальдом, глава Визенгамота, кавалер ордена Мерлина первой степени, председатель Международной Конфедерации Магов, просто добрый, честный, благородный, справедливый и скромный человек (а также редкостная скотина) Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор.