Улица Вишнёвая 

Глава четвёртая

Едва Полина увидела лицо Татьяны Ивановны, как сразу поняла, что та пригласила Полину отнюдь не для задушевной беседы или похвалы.

- Доброе утро, Татьяна Ивановна!

- Здравствуйте, Полина Сергеевна, проходите, присаживайтесь. К сожалению, я не назвала бы это утро таким уж добрым. Мне уже позвонили из краевого министерства здравоохранения и из страховой компании, а после обеда я должна явиться на ковёр к главному врачу нашей медсанчасти.

- Это как-то связано со мной?

- К сожалению, да, Полина Сергеевна. Это напрямую связано с вашей деятельностью как участкового педиатра. В министерство и в страховую на вас поступили жалобы от Оляпкиной Жанетты Самсоновны. Жанетта Самсоновна крайне возмущена тем, что вы отказались оказывать помощь больному ребёнку, - её внуку Павлу. Ко всему прочему, она записала на диктофон вашу беседу.

- Понятно, - Полина смотрела в лицо начальницы и понимала: несмотря на официальный тон и необходимость говорить то, что она говорит, Татьяна Ивановна жутко устала от госпожи Оляпкиной и её внука Павла. Жанетта Самсоновна - вот причина того, что улице Вишнёвой присвоено звание «Тринадцатый участок», а также причина того, что никто из педиатров не хочет этот участок обслуживать.

- Татьяна Ивановна, скажите, сейчас тоже идёт запись нашего разговора?

- Что? Нет, конечно! - заведующая была удивлена и даже немного обижена.

- Тогда я расскажу вам всё, как было.

И Полина горячо, не стесняясь в эпитетах и сравнениях, изложила начальнице суть дела. Татьяна Ивановна смягчилась, смотрела на Полину усталыми глазами. Во взгляде читалась какая-то почти материнская грусть.

- Я всё понимаю, девочка! Эта Оляпкина достала меня до печонок, она постоянно держит меня в напряжении, потому что я понимаю: никакой доктор не выдержит этого натиска. А доктор на участке нужен, как никогда, там одних новорождённых пятеро, несколько многодетных семей, и даже одна приёмная семья, в которой воспитываются пятеро детей. Что делать, ума не приложу! Ведь и ты сбежишь теперь с этого участка.

- Нет, я не хочу уходить оттуда, - Полина решительно покачала головой. Уйти с участка, на котором живут «её рыжики»?! Никогда.

- Я знала, что ты - крепкий орешек, Полина, потому и перевела тебя на Вишнёвую. Но Оляпкина жаждет возмездия, и проблема должна быть решена до пятницы. А сегодня вторник.

- Что необходимо сделать?

- Во-первых, ты должна лично принести ей извинения. Я уже извинилась по телефону. Во-вторых, нужно убедить её в том, что мы будем оказывать всю необходимую медицинскую помощь её внуку. Нужно, чтобы она отозвала свои жалобы. И это должно быть сделано до вечера пятницы.

- А иначе?

- Иначе будешь отстранена от работы на тринадцатом участке, ну и получишь дисциплинарное взыскание. Поскольку это первая жалоба на тебя, то выговор с занесением в личное дело. Готова выполнять такие условия?

- Готова, - ответила Полина. Она была готова на многое ради возможности хоть изредка видеться с Ярославом и Севой.

Рабочий день прошёл спокойно. Полина сходила и по вызовам, но к Оляпкиной сегодня решила не идти, сначала обдумать всё как следует. Около дома Ярослава и Севы машины опять не было, и настроение, которое и так было испорчено, совсем пропало.

Полина купила мороженое, чтобы хоть немного подсластить ситуацию. Пришла домой, приняла душ и устроилась на диване, взяв тарелку с мороженым и включив старое доброе кино.

Однако не успели пройти начальные титры, как раздался телефонный звонок, и Сева радостно сообщил, что они с папой купили пирожные и пиццу, и приехали в гости к Полине. Вскочив с дивана и быстро меняя заслуженный домашний халат на более-менее приличный трикотажный костюм, а также по мере сил и времени прихорашиваясь перед зеркалом, Полина подумала: ради этого визита стоило пережить сегодняшний день.

В руках у огромного Ярослава была коробочка с пирожными и две коробки с пиццей, а в руках у маленького Севы - огромный букет из белых роз. У Полины сразу появились и силы, и аппетит. Поужинали втроём, напились чаю, съели всё мороженое и уселись все вместе смотреть кино.

Было уже довольно поздно, но расставаться никому не хотелось. Сева и Ярослав включили мультфильмы, а Полина пошла в кухню мыть посуду. Она включила чайник, к тому же, шумела вода, потому Полина не услышала, как в кухне появился Ярослав.

Выключив воду, обернулась и вздрогнула: Ярослав, сложив руки на груди, стоял, привалившись плечом к стене, и наблюдал за Полиной. Она вдруг поняла, что ситуация сейчас другая, не такая, как была раньше.

- А где Сева?

- Смотрел мультфильмы и уснул. Вообще, он спит намного лучше с тех пор, как мы приехали сюда. Видимо, больше свежего воздуха и активности.

- Да, скорее всего. Чай будешь? - Полина и Ярослав ещё в прошлую встречу, во время прогулки по городу, перешли на «ты».

- Буду, - по-прежнему внимательно глядя на Полину, Ярослав отошёл от стены, приблизился вплотную к Полине и подхватил её на руки так, чтобы их глаза были на одном уровне. - Но сначала ты расскажешь мне обо всём, что у тебя случилось. Я же вижу, глаза на мокром месте.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, потом Ярослав, не отпуская Полину, прикрыл двери в кухню и привалился к ним спиной. Обняв его за шею, Полина зажмурилась от волнения и страха: она поняла, что сейчас Ярослав поцелует её, и не ошиблась.

Вдоволь нацеловавшись, они всё же нашли в себе силы остановиться, ведь в комнате спал Сева. Полина налила чай, Ярослав усадил девушку к себе на колени. Они долго разговаривали, хотя Ярослав, в основном, слушал и задавал вопросы. Полина зарывалась пальцами в его короткие рыжие волосы, и он жмурился, как огромный лев.

- Значит, говоришь, дом номер тринадцать?

- Да, - грустно кивнула Полина.

- Не спеши пока с извинениями. Впереди два с половиной дня. Я собираюсь решить твою проблему к четвергу, Поля.

* * * * * * *

В среду, во второй половине дня, Ярослав позвонил в колокольчик у дома номер тринадцать. Сева остался дома, помогал Ольге Викторовне в саду.