Тирра-3. Игра на жизнь, или Попаданка вне игры

Глава 1

Игрок находится в положении «вне игры», если он ближе к линии ворот соперника, чем мяч, а также предпоследний игрок соперника.

Из Правил игры ИФАБ

- Ты теплые вещи взял?

- Да, семь бутылок.

Из Правил жизни полярников

Глава 1. Демоны Сферы Суаф

— Тома! — окликнул меня чей-то голос, настолько тихий, словно в голове прошелестел.

Некому меня тут окликнуть этим именем.

От неожиданности я вздрогнула и поскользнулась на заледеневшем мостике. И лететь бы мне в бездонную пропасть, не будь перила каменными и надежными. Нет, разбиться мне не дадут: крылатая охрана хоть и держится позади, чтобы глаза не мозолить, но всегда бдит.

Стражник одним прыжком оказался рядом и поддержал за локоть, а за его спиной распускались волшебные крылья. Красивые и мрачные, как всё в Сфере суаф, на что ни кинешь взгляд — от величественных горных пейзажей до суровых лиц крылатых магов, называвших себя Проводниками Смерти. У нас без всякого пафоса их назвали бы некромантами, но только потому, что нет иного слова для описания особенностей их потусторонней магии.

Так вот, о крыльях. Снаружи они у всех Воронов аспидно-черные, а изнутри — узорчатые, индивидуальные, как рисунок на подушечках пальцев.

У моего спутника, горбоносого стража Криаса они были словно заиндевелые, изукрашенные морозом окна. Завитки узора непрерывно двигались: переплетались, рисуя родовой герб, расцветали дивными цветами и опадали вспыхивающими как звезды лепестками, складываясь в руны кланового девиза. Пляшущий ледяной огонь.

Интересно, каковы будут настоящие крылья у моего жениха Дэйтара Орияра, если он он станет магом Нижнего мира? Ох, лучше не думать о нем. Сразу накатывает злость и отчаяние, а с каждым днем труднее с ними бороться.

Так вот, снова о магических крыльях. Это не только портативное средство передвижения мага, но и оружие, и банк данных. Знающие могли прочитать по окрасу крыльев и родословную Ворона, и силу его дара, и еще много чего интересного. Незнающие просто восхищались дивным зрелищем. Надо ли говорить, что в крылья демонических Воронов я влюбилась еще в первом моем полете на спине одного из них?

Я бы и еще раз поскользнулась, чтобы полюбоваться на завораживающую красоту крыльев стражей суаф. Но охранник, заметив мой восторг, быстренько схлопнул восхитительные крылья, и они исчезли, превратившись в простой, скучный, развевающийся на ветру черный плащ. Иллюзия или магическая подделка, копирующая свойства настоящего?

— Таинэ, вы в порядке? Не ушиблись?

— Все хорошо, Криас. Вы ничего странного не слышали?

— Нет. Все спокойно.

Растирая запястье, я изучала горный склон за спиной стражника. На голых скалах просто негде спрятаться. Да и маг проверял дорогу, вряд ли кого-то пропустил. Кто меня окликнул? Нет, не так. Кто тут мог знать мое настоящее имя?

Никто, кроме старика Энхема Чесса, а он остался в приютившем нас небольшом замке. Да и знает дедушка Энхем только полную форму — Тамара. Ни в Верхнем мире, ни в Нижнем не приняты сокращенные формы имен. Тут и фамилий почти нет. Аристократы Верхнего мира носят в качестве фамилии географическое название своих владений, знать Нижнего - название животного-покровителя рода или родового признака. К примеру, страж Криас принадлежал клану Воронов Снежного Крыла, а направлялись мы к его родственникам по матери — в клан Белого Ворона.

Да-да, и в Нижнем мире не обошлось без белых ворон.

А были еще удивительные названия - Вещий Клюв, Ярый Глаз, Радужное Перо и прочие изобретения индейской… простите, суафской ономастики и антропонимики.

Если тонкий слух стража ничего не уловил, значит, голос прозвучал только для меня. И это не был зов о помощи. Скорее, предостерегающий окрик.

— Не нужно стоять тут долго, таинэ, — Криас начал терять терпение.

— Почему? Отсюда открывается потрясающий вид. Тут красиво.

И жутко.

Под ногами — бездонное ущелье, засыпанное снегом. Под снегом — острейшие ледяные торосы замерзшей реки. Справа ущелье расширяется, а река стекает в узкую и плодородную долину. Слева — резко сужается, но мост там не перебросить, помешают огромные ледяные глыбы замерзшего водопада, да и нависшие над пропастью скальные выступы не внушают доверия.

Как и сам мост. Крылатым магам мосты ни к чему. Он настолько древний и раскрошившийся, что кажется, будто это изъеденный рытвинами язык больного тролля. Еще один порыв сильного ветра, и отвалится.

Конечно, этого не произойдет. Мост не ремонтируют, но магия держит его в целости и тысячелетней сохранности, вместе с рытвинами и дырами. Защитная сеть оплетает конструкцию полупрозрачной серебряной, как изморось, дымкой. В Нижнем мире моя способность видеть узоры заклинаний даже обострилась. Тут всё воспринималось ярче, насыщеннее. Даже воздух казался гуще и пьянил.

— Тут опасно, — ответил стражник. — Кроме того, нас ждут. Хозяйка замка вышла встречать вас лично, со всеми почестями, полагающимися будущей супруге хаора.

Прищурившись, я посмотрела вперед. Мост через пропасть заканчивался столбами с железными воротами. Они были открыты. Как рассказал мне мой спутник, накачивая информацией перед визитом, открыты же тысячу лет. С тех пор, как Орияр-Суаф покинул Сферу, словно всплывший поплавок, и стал Орияр-Дертом, крепостью на грани двух миров.

Легенда гласила, что они закроются, когда Сердце Суаф окончательно остынет или потеряет возможность вернуться в грудь Аорон-горы, в бывшую цитадель правителей Сферы Суаф.