Мастер!

Мастер!

Грегор был счастлив. Ещё бы! Его утвердили на должность помощника главы Канцелярии! Это удача. Это место, куда стекаются отчёты всех Секций управления Маарой, это место, откуда можно заглянуть в жизнь каждой Коллегии: от непопулярной, но необходимой Коллегии Сопровождения, принадлежащей Секции Обеспечения, до пугающей и таинственной Коллегии Палачей, принадлежащей к Секции Закона. Это улыбка судьбы, снисхождение звёзд и высших сил!

Грегор был самым счастливым человеком. Молодость и без того прекрасное время, а здесь, когда ещё пришёл такой нежданный и оглушительный успех… сказка начиналась прямо сейчас. Высокое жалование, целых шесть выходных в сезон, не считая праздничных дней, и близость ко всем главам Коллегий и даже Секций! А из Канцелярии все документы поступали напрямую в Совет Короны, к министрам, и даже к Самому…

И он, Грегор, оказался теперь перемычкой, мостиком между двумя мирами – миром дела и миром власти. И можно ли в молодости мечтать о большем?

Грегор даже не допускал такой фантазии, что ему можно будет однажды работать с главой Канцелярии. Вот так вот запросто, с известнейшим мастером своего дела, господином Больдо, имя которого известно по всей Мааре!

К своему первому дню Грегор готовился тщательнейшим образом. Он расщедрился до такой степени, и так взволновался, что дошел до Коллегии Сопровождения и отдал семь серебряных монет на то только, чтобы его новенький камзол отгладили паром до совершенства, а рубаху накрахмалили до возможного предела. Он сам почистил все пуговицы и сапоги, рано оделся, гладко причесался, глядя в мутное зеркало и, довольный собой, явился в Канцелярию.

Его провели в кабинет Главы, где теперь ему предстояло работать. Самого Главы ещё не было и это удивило Грегора: до начала рабочего дня оставалось всего полчаса! Сам же Грегор всегда и всюду приходил заранее и считал, что чем выше пост занимает человек, тем больше в нём должно быть дисциплины – так его учили! Так твердил и отец.

Но господина Больдо не было. не было его и за четверть часа до начала рабочего часа, и даже за пять минут, и в ровный…

Он вошёл в кабинет только через двадцать минут от начала дня, вошел, насвистывая что-то себе под нос, не глядя ни на кого. Грегор оробел в мгновение. Он вдруг подумал, что такого важного человека, наверное, задержали дела и это абсолютно нормально. Грегору захотелось поздороваться, но он не смел. И тут Боль, повернувшись к нему, сделал это сам, с удивлением:

–О! вы кто?

У Грегора спёрло дыхание. Господин Больдо – Глава Канцелярии был небрит, непричёсан и костюм его был не первой свежести. Но всё это было бы ещё ничего и даже терпимо, но вот дыхание! Дыхание, в котором ясно можно было угадать трактирное пойло и луковый хлеб, подходившее больше какому-нибудь торговцу, а не человеку на таком важном месте. Грегор смутился, и, стараясь не выразить своего удивления, ответил:

–Я…меня зовут Грегор, господин Больдо. Я ваш новый помощник, если позволите.

На его счастье Больдо отошёл к своему роскошному столу и уселся в кресло. Дышать стало легче. Больдо ответил весело:

–Почему бы не позволить? Свежая кровь!

Грегор сглотнул. Что-то странное творилось в нём. Он представлял себе господина Больдо суровым человеком, решительным, аккуратным, с жёсткими холодными глазами и отличной памятью, но уже первая встреча пошла куда-то далеко в строну от представлений.

–Что ты так на меня смотришь? – спросил Больдо. – У меня что, опять укроп в зубах застрял?

–Н…нет, – испугался Грегор, кляня себя за бестактность. – Я просто…вы…простите!

–Расслабься! – простодушно захохотал Больдо. – В первый день я тоже таким был, и во второй. Таким как ты. А потом понимаешь, что лучше быть нормальным живым человеком. Но ладно. Ты ещё молод, поймёшь по ходу, если не дурак. А если дурак, то тоже ничего, главное не бузи. Ну, добро пожаловать!

Это было самой странной приветственной речью, которую слышал Грегор. В ней не было пафоса и никакого «нас ждут великие дела» или «дисциплина – ключ к успеху», не было ничего привычного, казалось, Больдо вообще всё равно, что про него подумает Грегор и как он станет трудиться.

–Спасибо, господин,– Грегор набрался смелости, чтобы просто поблагодарить.

–Садись, – Больдо кивнул за маленький столик в углу кабинета, – и разбирай бумаги.

Грегор был полон решимости показать своё усердие. Ему пришло в голову то, что Больдо устраивает ему проверку на нервную выносливость, и он твёрдо решил её пройти. Новый помощник сел за стол и оглядел кипы бумаг, неровной стопочкой возвышающиеся на всей поверхности. Здесь были служебные записки, письма, обрывки памяток и черт знает что ещё…

Грегор спросил робко:

–И что мне с этим делать?

–Очень просто, – Больдо не удивился вопросу, – все бумаги, начинающиеся со слов «Здравствуйте», «уважаемый канцлер» и «я, верноподданейший…» отправляй в мусор.

–Куда? – Грегор заморгал.

–В мусор. Они неважны.

–Без прочтения?

–Совершенно верно.

–Но как? – Грегор ещё не понимал.

–Молодёжь! – Больдо поднялся из-за стола, дошёл до места Грегора, бодро взял первый лист, пробежал его глазами, после чего разорвал и швырнул в мусорную корзину. – Всё, что содержит такое начало, сообщает о нехватке денег, о желании кого-нибудь заложить и о желании выслужиться. Деньги не к нам, заложить кого-то – мероприятие бесполезное, славное Дознание ведает всё и про всех. А выслуживаться дело неблагодарное.

Потрясённый Грегор принялся за работу. Он честно попытался последовать примеру Больдо, но всё равно прочитывал письма и, как мог запоминал их. У него было желание записать хотя бы содержание, но Больдо, при робкой попытке высказаться на эту тему, пожал плечами:

–Да ну! Бумагомарательством занимаются только памфлетисты. Если и писать, то по делу.

И Грегор, чувствуя странное раздражающее покалывание в пальцах, перебирал бумаги. Ненужного было больше, но он не мог заставить себя разрывать прошения, а просто аккуратно сворачивал и убирал в корзину. Больдо иногда поглядывал на него со смешком, отрываясь от каких-то своих бумаг, но ничего не говорил.