Временная мама для дочери соседа

Глава 4. Лиза

— Лизунчик, ты королева, — идеализирует меня моя драгоценная старшая сестренка, заканчивая последние штрихи.

— А с платьем не перебор? — спрашиваю я, крутясь перед зеркалом. — На тебе оно казалось скромнее.

Меня слегка напрягает голая спина и открытые колени. Все-таки в одежде должны быть разумные меры обнаженки: либо плечи, либо бедро, а не все сразу. Да и пайеток излишне много. Я вся сверкаю, как гирлянда.

— Отличное платье, — выносит свой вердикт Сенька, щелкая семечки.

— Лишь бы Валера не ослеп, — ворчу я.

Поправляю уложенные сестрой локоны, контрольный раз осматриваю маникюр и мейкап.

— Ясик, может, подводки добавить? Не тускло?

— Лизунчик, успокойся, дыши ровнее, — утешает меня сестра. — У тебя очень яркие глаза. Они прекрасно подчеркнуты. Лучше давай выберем серьги.

Она открывает шкатулку, от вида которой глаза разбегаются.

— Ва-а-ау! — восторженно тянет Марьяна, подбежав к нам. — Как много бусиков!

Яся улыбается ей:

— Хочешь бусики? Как тебе эти?

— Краси-и-ивые…

— Тогда я дарю их тебе. Поворачивайся. — Яся аккуратно убирает шелковистые волосики Марьяны на плечо и надевает на ее тонкую шейку бусы.

— Спасибо! — взвизгивает девочка, крепко обняв мою сестру.

Та вмиг напрягается, поправляя свой по моде безразмерный пиджак. Яся всегда была стильной. У нее изысканный вкус, большие светло-карие глаза, аккуратный нос, от природы пухлые губы и выраженные скулы. Она с детства умела одеваться элегантно. Я, как младшая сестра, пыталась повторять за ней, восхищалась ее чувством стиля, но меня постоянно тянуло к пестрым блузкам, юбкам-разлетайкам или растянутым майкам. Наверное, поэтому она в итоге работает в крутой фирме, а я до сих пор ищу себя.

— Смотри, что у меня есть еще. — Яся достает из коробки ленточку для волос, украшенную большим бантом-цветком и стеклярусом, повязывает на головку Марьяны и разворачивает ее к зеркалу. — Погляди, какая красавица!

Я наконец останавливаю свой выбор на серьгах и надеваю их. Зазвонивший телефон заставляет Ясю не только отвлечься от Марьяны, но и занервничать. Приняв вызов, она уходит на кухню и прикрывает дверь.

— Сень, тебе не кажется, что она ведет себя странно? — пытаюсь я развеять свои сомнения.

— Вы обе ведете себя странно, — вздыхает Сенька, отодвигая от себя пакетик с семечками. — Возитесь с этой девчонкой, как будто она ваша. Лучше набери еще раз ее папашу. У тебя свидание через час. С минуты на минуту подъедет такси. А Царев не торопится забирать свое избалованное чадо.

— Да, ты права.

Беру телефон и сотый раз набираю Царева. Снова не отвечает. Видимо, корона не позволяет. Пишу ему пятнадцатое по счету сообщение. Уже не спрашивая, где он и когда вернется. Сразу с ноги: «Ты гад, Царев!»

В комнату возвращается Яся. Впопыхах собирает свои шкатулки, коробки, сумочки, объясняя срочность авралом на работе.

— Какая работа, Ясик? — удивляюсь я. — Ночь на носу.

— У нас важный проект. Нашли ошибку… — тараторит она и вдруг замирает. — Лизунчик, я оставлю это все у тебя? Потом заберу, окей?

— Ну ладно, — пожимаю я плечом.

Просить ее посидеть с Марьяной до приезда Царева бессмысленно. Сестра буквально испаряется из моей квартиры, даже не чмокнув меня на прощание.

Мы с Сенькой гасим свет в гостиной и тихонько выбираемся на балкон. Уж очень интересно, кому так срочно понадобилась моя сестра. Чего и следовало ожидать, за ней приезжает вовсе не такси. Черный «Форд Мустанг», в который она запрыгивает со свистом.

— Есть какие-нибудь соображения? — спрашивает Сенька.

Автомобиль выруливает со двора с визгом колес. Оставляя в воздухе запах жженной резины.

— Похоже, это очень важный проект, — бормочу я, надеясь, что сестра ни во что не вляпалась. — Слушай, Сень…

— Посидеть с ребенком? — догадывается она и закатывает глаза. — Хорошо. Только учти, я не буду ей готовить, читать сказки и подтирать попу.

— И не нужно. Я вернусь часа через два. Придется поменять планы. Не стану приглашать сегодня Валеру к себе. Потому что не уверена, что до утра Царев заберет Марьяну. Позову его завтра или послезавтра. Приготовлю что-нибудь вкусненькое…

— Лиз, такси.

— Да-да, я уже вызвала…

— Лиза! — перебивает меня Сенька и указывает на двор. — Твое такси уже приехало.

— О, и правда мое. Сень, я так волнуюсь. Видишь, руки дрожат. Сердце из груди выпрыгивает. — Я возвращаюсь в квартиру и, быстро собирая всякую мелочь в клатч, объясняю Марьяне: — Марьяш, мне нужно ненадолго уйти. За тобой присмотрит тетя Сеня. Она очень хорошая…

Глаза девочки тут же тонут в море слез. Шмыгнув носиком, она садится на диван и закрывает личико ладошками.

— Я не хочу, чтобы ты уходила! Эта тетя злая! Она будет пугать меня плохими дядьками! А еще от нее невкусно пахнет!

Сенька возмущенно цокает языком.

— Нет, — улыбаюсь я, присаживаясь перед Марьяной. — Она очень хорошая. Вы вместе посмотрите мультики.

— Возьми меня с собой на свидание! — начинает просить Марьяна и складывает ладошки в молитвенном жесте.

Надо было держать язык за зубами при ребенке. А мы весь вечер только и болтали о том, какая я счастливица.

— Я буду сидеть тихо. Как мышка, — обещает девочка. — Твой Валера меня даже не заметит.

Боже! Как я объясню Валере, что это за девочка? Но совсем не прийти на свидание — это поставить крест на его доверии. Пусть присутствие чужого ребенка немного подкорректирует развитие наших отношений, и он сделает мне предложение на неделю позже, чем не сделает вообще.

— Ты можешь сказать ему, что я твоя племянница, — всхлипывает Марьяна, обливаясь слезами. — А если не возьмешь меня с собой, тогда запри меня в нашей квартире, как тебе предлагала злая тетя Сеня. Я обниму нашего песика и буду плакать в него.

У меня душа разрывается от ее плача. Девочке и так не повезло, еще я рушу ее надежды.

— Хорошо, — выдавливаю я из себя подобие улыбки и вытираю с ее щечек слезки. — Поедем вместе.