Желание дракона

Глава 16. КОФЕЙНЯ ГОСПОЖИ ПОНЗЕР

Через два дня Аластер и Мэйгрид попробовали выйти из дома, вернее, дракон настоял на том, что ей необходим свежий воздух. После более чем недельного затворничества, которое закончилось второй порцией чудесных пирожных, наконец-то, лазурного цвета. Мэй нравилось наблюдать, как дракон поглощал их, словно те легкие закуски, а затем невинно интересовался, нет ли добавки.

С самого утра она пребывала в благостном расположении духа, а к выходу подготовилась особенно тщательно. Уложила волосы в две косички, а затем перекрутила их в замысловатую прическу при помощи шпилек. Освежилась и даже легкими касаниями запястий к шее, нанесла душистую воду.

Они отправились на Торговую улицу, туда, куда они отправились, как Мэйгрид впервые оказалась на Небесных островах. Сейчас она гордо вышагивала в статусе личной помощницы, одетая в парадное платье ярко-синего цвета. Стальные глаза Аластера также отливали синевой, потому что смотрел он на нее, пока рассказывал о книге, которая ему слишком нравилась в студенческие годы.

Они шли рядом, и Мэй отставала едва ли на полшага. Именно они отделяли ее от того, чтобы почувствовать себя увереннее. Корри Аластер сколько угодно может спасать ей жизнь, но она все равно не станет ему ровней. Погружение в безучастную повседневность напомнило ей об этом. Люди шли за своими господами, теряясь за их фигурами, стараясь не привлекать к себе лишнее внимание.

От этого на душе становилось тоскливо. Почему-то именно сейчас, ей хотелось воображать себя, идущей в одну ногу с драконом. Видеть, как он придерживает перед ней двери и пропускает вперед. Они могли бы зайти в маленькое заведение госпожи Понзер, где подают чай в крохотных фарфоровых кружечках.

Мэйгрид остановилась, как вкопанная, и с удивлением заглянула в стальные глаза.

Она хотела с ним на свидание. По-другому не назовешь.

От этой мысли стало неловко и больно, но только лишь на секунду. Аластер протянул ей раскрытую ладонь и улыбнулся. Широко и по-доброму. Сердце замерло и понеслось в бешеной скачке. Она протянула руку в ответ, осторожно, если не сказать, в замедленном темпе, словно она вдруг перестала владеть собственным телом.

Аластер коснулся ее первым. Перехватил ладонь и уверенно вложил в свою, таким образом, что теперь она держала его под руку.

— Ты отстаешь, — он рассмеялся. — Придётся тащить тебя как на буксире.

— Как насчет того, чтобы зайти к госпоже Понзер? — тут же выпалила она, пока сказка не закончилась.

Дракон почесал подбородок, а затем благосклонно кивнул.

Для Мэй это самый чудесный день, пожалуй, лучший из всех, которые она провела на драконьих островах. Они посетили множество магазинчиков, и везде Аластер пропускал ее вперед, придерживая дверь, словно читал ее мысли.

Драконы смотрели на них с хорошо скрываемым презрением. Все же имя корри Аластера имело вес в этом мире, и никто не спешил с ним ссориться. Они улыбались им в лицо, спрашивали, что за юная леди его сопровождает, а затем просто бросались едкими фразами между собой, стоило им только отойти. В целом, ничего не изменилось за то время, которое лишь для Мэй показалось целой вечностью с момента первой встречи с Небесными островами до текущего дня.

Аластера считали убийцей брата. Безумцем, легкомысленным болваном, который связался с человеческой девушкой и вел себя с ней, как с ровней.

Однако его имя — не пустой звук.

— Имя и адрес, — сказала милая продавщица, которая улыбалась белоснежной улыбкой, ровно до того момента, как Мэй протянула визитку. Быстрый взгляд по вензельному тексту и гербу. Мэй носила их всегда с собой, чтобы отдать карточки для доставки. На этот раз они заказали Аластеру новый костюм, черного цвета, который подчеркивал его широкие плечи и узкую талию, а ей новое платье. Улыбка застыла на ее лице не хуже перекореженной маски. — Да, конечно, — сказала она с надрывом. — Мы все доставим.

Стоило им направиться к выходу, как девушки тут же слились в кучу и принялись бурно обсуждать посетителей. Мэй обернулись и продавщицы, тут же вытянулись по струнке, дежурно улыбнулись, как ни в чем не бывало, но взгляд говорил о многом.

Мэйгрид это не понравилось. Она непроизвольно сжала пальцы в кулаки.

— Почему ты злишься? — спросил Аластер, как только они вновь оказались на шумной улице.

— Они не знают тебя, но уже сделали выводы.

Дракон положил ей руку на плечо и крепко сжал, приобняв, а затем притянул к себе и шепнул на ухо почти одними губами:

— Спасибо.

— Хочешь, я вернусь и нагрублю им? — предложила Мэйгрид, пытаясь скрыть смущение.

— Может, вначале к госпоже Понзер, купим самые липкие пирожные, а затем вернемся и закидаем их?

Они рассмеялись.

Возвращаться в магазин вечерних нарядов уже не стали, обосновались в кофейне, за столиком еще меньше, чем на их кухне в доме. Крошечные фарфоровые чашечки, невесомые, и такие же круглые блюдца. Мэй досталась пара в цветочек, а Аластеру — зайчики. Они пообедали за отвлеченными разговорами, Аластер рассказывал про время своей учебы.

Оказалось, драконы посещали учебное заведение, которое находилось на Рубиновом острове. Большая часть из них, тем, кому было доступно платное образование. Конечно, почти все время Аластер проводил при дворе, там он учился вместе с братом и будущим королем, а Академию посещали по возможности. Он также не забыл упомянуть, что был весьма популярен у женского пола.

— Конечно, — притворно выдохнула Мэй, — сейчас вы можете утверждать все что угодно корри Аластер, кто ж проверит.

— Хочешь сказать, ты мне не веришь?

— Верю, почему же нет, — в противовес она пожала плечами, а он наклонился ближе, сложив руки на и без того крохотный столик. — Просто я никак не проверю это. Я в школе тоже была достаточно популярна, знаете ли. Мальчишки так и бегали за мной.

— И сколько же юнцов потерпели фиаско в сражениях за твое сердце?

— Дайте подумать. Рональд, голубоглазый рыжий парень, думаю, его сердце я разбила первым, затем был Маркус, он едва сдерживал слезы, когда я ему отказала, после него Филипп, — Мэй называла несуществующие имена, при этом загибая пальцы, когда их стало больше десяти, а глаза Аластера уже не помещались на его лице, она рассмеялась. — Шучу, парни в школе меня особо не интересовали.