В поисках счастья

Глава 3. Дортмундская академия легионеров и врачевателей

В лучшей академии легионеров и врачевателей в Королевстве Зелёных Земель – Дортмунде – я бывала не раз. А точнее, шесть раз, когда мои старшие братья получали диплом с отличием и звание лейтенанта Королевского Легиона. В следующем году на торжественном мероприятии по случаю очередного выпуска блистать предстоит уже моему седьмому брату Митчеллу. Отец ждёт, что через пять лет я тоже предстану перед его очами, держа в руках диплом с золотым тиснением и с лейтенантскими погонами на плечах, но я вынуждена его разочаровать. Неужели он забыл, что его единственную дочь Мирандой зовут? Сокращенно – Мирой. Я – символ мира, мне не место в военной академии. Как он этого не понимает?

Отец шагал по академии как по собственному дому, поминутно с кем-то здороваясь и громко комментируя невидимые нормальному взгляду недочеты. Я шла за ним, держа взгляд ровно и стараясь не запоминать лиц, с любопытством глядевших мне вслед. Зачем, если я их больше не увижу?

Передав меня с рук на руки секретарю в приёмной ректора, он сделал такое лицо, будто вот-вот прослезится и, чего я никак не могла ожидать, крепко прижал меня к широкой груди и пробормотал:

– Верю, ты не подведёшь старика-отца. В добрый путь, моя девочка. Ты – лучшая, запомни это. Мама на небесах улыбается тебе.

А после отстранился и, не удостоив меня взглядом, удалился, по своему обыкновению громко хлопнув дверью и уронив какую-то из безделушек на пристенной тумбочке.

Я же продолжала стоять столбом и недоумевать, что сейчас произошло. Никогда прежде отец не выказывал такой черты характера как сентиментальность. Сдержанность и здоровый цинизм – это наша визитная карточка! Разве что я иногда перебарщивала с эмоциями, но, страшась получить от братьев обидное клеймо истерички, училась справляться с ними и достигла на этом поприще определённых успехов.

– Ну что же, мисс Даттон, добро пожаловать в академию! – любезно произнёс секретарь, не старый ещё мужчина в круглых очках и отлично скроенном костюме-тройке. Табличка на его столе гласила о том, что зовут его мистером Джонатаном Скребноутом.

– Благодарю, мистер Скребноут, – проговорила я, проглотив готовые было вырваться слова: «Я здесь ненадолго, поверьте мне».

– Возьмите, это поможет вам сориентироваться в многочисленных переходах академии и жилом комплексе, – с этими словами секретарь передал мне карту Дортмунда, расписание экзаменов, Устав академии, который я и без того знала наизусть, список необходимой для подготовки литературы и бейджик с моим именем. – Сейчас вам нужно пройти на территорию кампуса и найти коменданта, сержанта Паттерсона. Когда выйдете через заднюю дверь и пересечёте внутренний дворик, поверните направо. Впрочем, думаю, вы быстро сориентируетесь. Даттоны приживаются здесь очень быстро.

– Не в пример остальным, – констатировала я и добавила вполголоса: – Но я буду первой из Даттонов, кто здесь надолго не задержится.

– Удачи на экзаменах, мисс Даттон, – с улыбкой пожелал мистер Скребноут, сделав вид, будто не расслышал моей последней фразы, и я, подхватив чемодан, поспешила покинуть приёмную.

Бейджик, понятное дело, я сунула подальше в карман – нечего каждому встречному и поперечному знать моё имя. Остальные бумажки отправились в чемодан. Мне они тоже не пригодятся.

Снова пришлось проходить через холл. Это было огромное помещение, в высоту занимавшее два этажа и поддерживаемое целым рядом колонн. Второй этаж представлял собой открытую галерею, где располагались кабинеты ректора, деканов и других далеко не последних в академии лиц. Пол был выложен по диагонали крупными белыми и коричневыми со светлыми прожилками плитками. Освещение не ахти какое, но над стендом с рейтинговой таблицей и портретами основателей и руководителей академии горели лампы в виде уличных фонарей. У стенда толпились кадеты в синих и чёрных кителях, совсем взрослые мужчины, очевидно, выпускники. Ни одного парня в зелёном кителе, которые полагалось носить студентам-целителям, среди них не было.

– Хорошенькая, – сказал кто-то из выпускников.

Если без ненужной скромности, природа меня не обидела. Рост выше среднего, черты лица правильные, классические, глаза выразительные, волосы блестящие и густые. Фигура в меру женственная: всё необходимое при мне и в то же время ни одного лишнего грамма жира, ни одной сверх меры перекачанной мышцы. Поэтому я приняла комплимент на свой счёт и воззрилась на кадета. Он тоже по моим меркам выглядел на восьмёрку из десяти: высокий, с широченными плечами и светлыми волосами. На груди знак отличия. Неплохо, очень даже неплохо. Пожалуй, с этим знаком он и на девятку потянет.

– На какой факультет поступаешь, красавица? – спросил он.

Пока я раздумывала над ответом (секунды две, не больше, клянусь!), не желая показаться простушкой или, что того хуже, искательницей мужей, меня опередил стоявший рядом с красавчиком коренастый парень:

– Какая тебе разница, Мортон, если тебя дома невеста ждёт? – и подмигнул мне.

– Не на ваш факультет, расслабьтесь, – процедила я и зашагала быстрее.

Потенциальных женихов здесь много, но как среди них отыскать того единственного, если ни на кого из них нежелательно заглядываться, чтобы репутацию не испортить? Репутация – она как ваза. Вот она вроде стоит целёхонькая, а тут вдруг – бац! – пошатнулась и разбилась так, что не склеишь.

– Разрешите вам помочь? – раздался громкий голос над головой.