Лес за моим окном

6

В животе урчит, и я заставляю себя подняться. Пора приготовить что-нибудь из того, что осталось в холодильнике после последнего прихода тети. К тому же стоит покормить моего рыжего друга – в награду за то, что подарил мне несколько часов покоя.

Я спускаюсь на кухню и засовываю голову в морозилку. Лис тут же сует свой длинный нос мне под руку, и я, забывшись, отпихиваю его, чтобы знал свое место. И осознаю это только через пару секунд...

Удивительно, но он не огрызается. Но и не отходит послушно назад, а вновь тычется носом в покрытые льдом ящики. Я игриво отталкиваю его, и он так же игриво отпрыгивает назад.

- Ладно-ладно, хватит, - я щурюсь и невольно улыбаюсь. – Я просто дурачусь, накормлю я тебя, накормлю.

И сама попытаюсь поесть...

Я высыпаю на сковородку бесформенные комки мясных фрикаделек, украшенных, словно глазурью, кусочками льда. Надеюсь, кетчуп немного приукрасит их едва ли сносный вкус.

Лис садится у моих ног и терпеливо ждет, запрокинув голову. Сейчас он ужасно похож на собаку, выпрашивающую кусочек преданным взглядом, но я не позволяю сердцу растаять, внимательно следя за фрикадельками. И лишь изредка, краем глаза, наблюдаю, как он двигает ушами каждый раз, когда жир скворчит и шипит на сковородке. Ни разу он не предпринимает попыток оказаться поближе к манящему запаху жареного мяса, если это, конечно, можно назвать мясом, но уверена, стоит мне выйти из комнаты, как он запрыгнет на столешницу и сожрет все за пару секунд.

Похоже, он действительно жил у кого-то дома и нехило разбирается в предназначениях мебели: в холодильнике хранят запасы, за столом их поглощают, а на плите - готовят. Если, конечно, лисам понятен концепт готовки.

Наконец, фрикадельки готовы, однако от этого не стали выглядеть шибко приятнее: лишь покрылись золотой корочкой и то, частично. Я ставлю их на стол, и лис с готовностью запрыгивает на стул, облизываясь.

Я хмурюсь.

- Извини, парень, но не здесь.

Я достаю еще одну тарелку и ставлю на пол.

- На самом деле они отвратительны, - говорю я, но осекаюсь на полуслове. Лис сметает все с тарелки, едва успевая жевать. Я вздыхаю, поджав губы. – Хотела бы я иметь такой аппетит.

Я сижу, меланхолично гоняя постепенно остывающие фрикадельки по тарелке, и смотрю на пустующий стул напротив, с которого только что спрыгнул лис. Место Кайла.

Я борюсь всего с одной фрикаделькой по нескольку минут, но кусок так и не лезет в горло. Лис ждет, не сводя с меня глаз, и я вздыхаю и наконец наклоняюсь и сгребаю вилкой все, что есть на моей тарелке, вниз. Лис замирает на миг и смотрит мне в глаза, словно сам удивлен, что дождался добавки. Но это длится всего лишь секунду, и вот он уже громко чавкает, запихиваясь едой как в последний раз.

Делать больше нечего, и я снова поднимаюсь в свою комнату. Лис следует за мной, шумно облизываясь, - так словно запрятал с килограмм мяса где-то между зубами. Я захожу в комнату, и он не отступает на ни шаг. И тогда я замираю.

А потом медленно разворачиваюсь и смотрю прямо в эти нахальные ярко-желтые глаза. Какие же они красивые...

- Ты думаешь, я разрешу так просто снова спать в моей кровати? Ну уж нет!

Я делаю вид, что хочу поймать его, и, растерянный, лис отпрыгивает в сторону. Замирает и смотрит на меня.

Я смеюсь.

- Пойдем.

Откуда-то у меня появляется энергия, и я воодушевленно врываюсь в ванную, включаю кран, ищу полотенце побольше и одновременно думаю, как затащить этого негодника в ванну. Он же стоит в проеме и настороженно смотрит на бегущую струю воды.

Любят ли лисы воду? Понятия не имею.

Я прочесываю полку с шампунями и наконец выбираю наиболее безобидный. Оборачиваюсь и пытаюсь подозвать его к себе.

- Хэй, давай, иди сюда.

Хлопаю ладонями по коленям, но, по-моему, такой жест понимают только собаки. Лис стоит все там же, не сдвигаясь с места. Даже не знаю, как завладеть его вниманием. Хотя нет... Есть верный способ.

В морозилке еще осталась пара сосисок, и я бегу вниз, а неизменный стук коготков следует за мной, хоть и не так поспешно и немного неуверенно – определенно, он в смятении. Мы возвращаемся в ванную и по его навострившимся ушам я понимаю, что он уже уловил запах угощения. Я покачиваю сосисками в воздухе, и он медленно подвигается ближе, казалось бы, не сводя глаз с еды, но при этом, уверена, он все еще помнит про бегущую воду.

Я жду, когда лис подойдет ближе, а потом отрываю одну и безжалостно кидаю в воду. Его глаза следуют дугообразной траектории, а потом возвращаются обратно – к той сосиске, что у меня в руках. Я вздыхаю. И выбрасываю ее в ванну.

Если это не сработает...

Мне кажется, или он смотрит на меня, как на идиотку?

Лис подбирается ближе к ванной и встает на задние лапы, заглядывая внутрь. Я следую за его взглядом и кривлю губы. Я бы не полезла за такой жалкой подачкой.

Но лис внезапно отталкивается от пола и запрыгивает внутрь. К счастью, вода доходит ему только для щиколоток, иначе, боюсь, он бы вылетел оттуда со скоростью света. Окунув нос в воду, он ловко ловит ускользающие сосиски, и это чем-то напоминает мне «медвежью рыбалку». Ловят ли лисы рыбу? Понятия не имею.

Я хватаю его, прежде чем он перестанет жевать и принимаюсь поливать водой. Но мне это сходит с рук только пока он жует – всего несколько секунд – а потом засранец явно дает понять, что собирается выбираться. Он не шибко сильный, но верткий и быстрый, а теперь еще и скользкий как рыба.

Мы молча боремся, пока я не понимаю, что единственный выход – залезть в ванну, все равно я уже мокрая с ног до головы. Я с плеском забираюсь внутрь и обхватываю его ногами, держа на месте. Мы проходим через три стадии: ошеломленное смирение, когда я успеваю вылить на него полбутылки шампуня, упрямое неповиновение и нетерпеливое ожидание, когда все наконец закончится, изредка прерываемое дерганными попытками вырваться. Наконец я отпускаю его, и он, будто бы в отместку, тут же отряхивается, а потом распушает огромный рыжий хвост. Я смеюсь, смеюсь, даже несмотря на то, что все руки у меня в царапинах, а на мокрую одежду налипла густая лисья шерсть.