Дневник Рыжего

6 глава. Ведьма, Славка, холодильник

Ну, я так не играю! Логово ведьмы никакое не логово. Самый обычный дом, правда, на задворках мира, как и положено. Когда с Зигогой в августе обносили подсолнухи, мы были не так уж и далеко от средоточия старолисовского зла. За полем подсолнухов расстилаются виноградники, за ними почти в лесу спрятался домик колдуньи.

Зигогу пришлось уговаривать, Миха наелся пустырника прямо с корнями, навесил на себя красных ниток, серебряных крестов и булавок. Мы пошли сразу после школы, чтобы назад вернуться до темноты. Может, ведьма к ночи перекидывается в монстрятину и каннибалит. О ней и такое говорили. А наши ляжки молодые и сочные. То что нужно для человеческого жаркого.

Мы тащились медленно, Витёк и Миха нарочно стыдили друг друга и подталкивали. Их страх оказался заразной штукой, проник в меня вибрирующим волнением. Только зря я боялся. Логово не оправдало свою жуткую репутацию. Маленький домик ютился в тени старого дуба. На его ветвях висели деревянные качели, они медленно поднимались и опускались, будто кто-то только что с них слез. Забора вообще не было. Палисадник и грядки выходили прямо к дороге. И всё. Ни курьих ножек, ни метлы, ни чёрного кота. Сама ведьма сидела на ступеньках, будто ждала нас.

Тяжело её описать, тут скорее ощущение, а не облик. Она выглядела молодой, но казалась старой. Волосы тёмные, с явственным медным отливом, смуглая, острая и спокойная, как тысячелетняя мумия. Вот! Понял, от неё веяло насыщенным пыльным временем, такое же впечатление на меня произвёл музей.

У её ног лежала собака. Когда я подошёл ближе, понял, что не просто собака, а моя Дуля. Ведьма гладила её как свою собственную. Миха отступил назад и спрятался за мной. Ну как спрятался? Как в мультиках прячутся за шваброй. Зигога, наоборот, вышел вперёд и громко поздоровался.

— Добрый день, Зофья …

Женщина подняла взгляд.

— Просто Зофья. Нет у меня отчества. Долго же вы шли.

— А откуда вы знали, что мы придём? — удивился я.

— Дуля твоя сказала. Подходите уже.

Видя наши ошарашенные лица, она громко рассмеялась.

— Вы в библиотеке громко обсуждали визит ко мне. Славка вас слышала. Вот и весь секрет.

Зигога и Миха переглянулись. Они явно поняли о ком речь, я же удивился. Причем не тому, что нас подслушивали, мы реально громко орали, а тому, что Славкой назвали особу женского пола.

Зофья достала из кармана колоду и постучала ею по коленке. На её запястье глухо тренькнул объёмный браслет из нескольких нитей чёрных бусин, похожих на ягоды бузины.

— Гадать будете?

Зигога выступил вперёд, бравируя смелостью.

— А может, мы за приворотным зельем.

— И кого это ты собрался приворожить? — она кивнула в сторону Михи. — У этого есть дама сердца, а твое как полая погремушка. Не о том оно сейчас печалится.

Я сел на ступеньку рядом с ведьмой, погладил Дулю.

— А можно не на себя погадать?

Ведьма сощурилась.

— Можно. Кто на картах сидеть будет? Кто из вас не познал женщину?

Пока Миха что-то невразумительно мычал, а Зигога заливался стыдливым румянцем, Зофья смотрела на меня не моргая глазищами, чёрными, как клавиши пианино.

Я вспомнил Нину и своё летнее приключение, хотел уже повторить свою великолепную развесистую брехню, но вовремя прикусил язык. Бессмысленно лгать ведьме, она любую выдумку разглядит.

— Давайте я посижу.

Миха облегчённо выдохнул. Зигога сразу приободрился и зародил во мне смутное подозрение, что ему на картах уже поздно сидеть. И этот факт его жутко смущает. А может, там не очень приятный опыт. Я подсунул под себя колоду, выждал почти минуту и отдал Зофье.

— Можно погадать на папу?

Зофья, не спрашивая, сама выбрала бубнового валета, положила между нами и принялась тасовать карты. Прежде чем разложить, спросила:

— Платить чем будете?

Об этом я вообще не подумал. Если судить по лицам друзей, они тоже.

— А чем можно?

— Временем. За гадание вы расплатитесь временем. Каждый отдаст четыре дня из своей жизни.

Мне стало неуютно, даже хуже — жутко. А Зофья так спокойно об этом сказала, будто речь шла о берёзовых листьях в качестве банкнот.

Миха первый кивнул.

— Хорошо. Что значат эти четыре дня?

— Много, — не согласилась Зофья, — я давно живу взаймы такими вот днями. А ты слишком юн, чтобы понимать цену не то что дня, минуты.

Зизога тоже согласился.

Я поступил как слабак, понимал, что это плохая сделка, неравноценная, но мне было стыдно показать, что я тоже верю в эти дремучие суеверия. Ведьма дождалась моего кивка и только потом начала раскладывать карты. Когда колода отощала почти на треть, она ткнула пальцем в червонную даму.

— Надо же, как любит её. А простить не может.

— Простит?

— Да, но твоя мама будет мучиться всю оставшуюся жизнь. Изменой она себя сломала. А твой папа как ящерица, только не хвост отращивает, а сердце.