Александра. Разлом

Глава 17. Волчья шкура

Уходили мы под обидный смех Тайлера и Фиби. Оказалось — шагать на четырех ногах гораздо сложнее, чем я себе представляла. Нужно было всего-то довериться инстинктам, но сделать это было ох как непросто, когда ты большую часть жизни был вампиром, а до этого — человеком, который и в мыслях не мог себе представить, что может стать животным. Кое-как перебирая путающимися лапами, я пошла за Джонатаном, и мы еще долго слышали смех противных близнецов.

Лес кишел живностью, и я слышала все в мельчайших деталях, точно так же, как и когда была вампиром. Взмахи крыльев птиц, пролетающих высоко над лесом, мелких грызунов, которые копошились у корней. Я видела настолько далеко, насколько позволяли деревья, и слышала даже отдаленный звук океана, который с каждым шагом усиливался. Значит, волки видели и слышали так же хорошо, как и вампиры. Но вот температуру вокруг ощущали по-другому. Если раньше тело приспосабливалось к окружающей среде, то теперь я понимала, что ветер, треплющий шерсть, холодный. Только вот мне по-прежнему было тепло.

«Куда мы идем?» — я сосредоточилась, стараясь направить свою мысль Джонатану. Как вообще это работало? Он слышал все мои мысли или только те, что я посылала непосредственно ему? Хотя как можно послать кому-то свою мысль…

«Увидишь», — я услышала в голове его голос, и, кажется, он еле сдерживал смех. А что, так можно смеяться?

Мы были уже далеко от вампирской границы и теперь шагали по территории оборотней. Меня не покидала мысль, что я нарушаю правила, хотя они распространялись только на вампиров. А я больше не одна из них. Мне нравилось прокручивать это в голове снова и снова, хотя я еще не вполне понимала, что сейчас являлась оборотнем. Подумать только…

Джонатан шел впереди. Он постоянно оглядывался по сторонам и бросал на меня быстрые взгляды. Мы не говорили, и я все переживала, что Джон успел пожалеть о том, что случилось. На вид невозможно было разобрать: он выглядел так же спокойно, как и всегда, грациозно вышагивая по лесу. Даже не верилось, что такой громадный волк мог так легко двигаться. Мыслей его я не слышала, и мне оставалось только догадываться, слышал ли он мои.

В волчьем теле мне было на удивление легко, даже как-то уютно. Выстеленный по земле ковер из сухих палок, осыпавшихся иголок и листьев не хрустел. Я еле-еле касалась их лапами. Шум океана усиливался, и меня захлестнула надежда. Неужели мы идем к пляжу оборотней?

Джонатан резко обернулся — я отвлеклась на высматривание океана и, не успев затормозить, врезалась в волка. Джонатан склонил голову набок и заботливо посмотрел на меня.

«Лекса, — начал он. Я смущенно отошла. — Сейчас нам нужно будет очень быстро бежать. Не останавливайся ни на секунду, ладно?»

Я смотрела на него во все глаза. Неужели последствия моего решения так быстро добрались до нас.

«Не бойся. Мы в безопасности. Обещаю, — волк подошел ближе и наклонился так, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Просто там, где мы окажемся, могут быть люди. Им нельзя нас видеть. Беги строго за мной».

«Нам точно ничего не угрожает?»

Джонатан коснулся носом моего лба, и я снова услышала его голос:

«Совершенно точно».

Странное, но такое приятное ощущение от его прикосновений. Только я зажмурилась, как Джонатан резко отпрянул от меня.

«Пойдем», — он кивнул, призывая идти дальше.

Джонатан ускорял шаг постепенно, надо полагать, из-за меня. Поначалу было тяжело, я старалась перебирать лапами как можно быстрее, но у меня все равно не получалось угнаться за Джонатаном. Я чувствовала себя пингвином на роликах во время эстафеты. Потом я присмотрелась, как бежит Джонатан, и мне стало совсем неловко.

Оказалось, что нужно делать размашистые прыжки, а я попросту семенила. Я старалась отключить человеческое мышление и довериться инстинктам, потому что мне все казалось, будто я бежала вприпрыжку. Хотя судя по тому, что расстояние между мной и Джонатаном сокращалось, а он скорости не сбавлял, я все-таки делала что-то правильно.

Шум океана становился все ближе, и вскоре я увидела обрыв, а в просветах между деревьями — серовато-синюю воду.

«Помни, нам нельзя останавливаться», — напомнил Джонатан и, дойдя до края обрыва, ушел вниз.

Поначалу мы бежали по узкой и извилистой тропинке, но едва коснулись лапами песка — Джонатан рванул вперед, и я поспешила за ним. Мы прижимались боком к обрыву, редкие кустарники отчасти скрывали нас. Вряд ли кто-то успел нас увидеть. Джонатан свернул в терновник, я побежала за ним, не обращая внимания на колючие ветки, которые то и дело выдирали клочья белой шерсти. Сомневаюсь, что это популярная дорога к пляжу. В несколько прыжков мы оказались наверху.

На первый взгляд, мы были в том же лесу, по которому только что бежали, но тут я заметила в проблесках между деревьями дома. Однотипные низкие срубы. Неужели Джонатан привел меня в поселение оборотней? Он дал мне минуту осмотреться, затем кивнул, призывая не отставать.

Вокруг — ни звука, кроме того, что создавал ветер. Джон все время поглядывал на меня, но так и не заговорил. Я старалась себя не накручивать и просто смотреть в оба, чтобы ненароком не пропустить нападение разъяренных оборотней.

Тропинка заканчивалась у одноэтажного сруба с широкой крытой террасой, на которой стояли лавки с аккуратной извилистой резьбой на спинках. Дом небольшой, такой же, как и те, что я видела по дороге. От него веяло свежеприготовленной едой. Как же я отвыкла от того, что делают с желудком аппетитные ароматы.