Новый год моей жизни

Глава 8.3

За те несколько часов, которые я провела у Анфисы, снаружи стало сумрачно. Еще немного и темнота окончательно опустится на деревенские улицы. И зажгутся фонари... Но пока света было достаточно, полупрозрачные сумерки скрадывали расстояния и резко очерчивали тени. Самое волшебное время суток, когда реальность кажется не совсем настоящей, а как будто бы наложенной вторым слоем на другой, параллельный мир.

Мы шли по знакомой уже дороге. Следы от тракторных гусениц чернели глубокими, бездонными провалами. Как будто бы ты идешь по ребристому мосту окрашенному в белый. В домах потихоньку зажигались огни. Он вспыхивали то тут, то там, обозначая дома, в которых обитали люди. В этой части деревни, в отличие от моей улицы, жилых домов было гораздо больше...

Дом Василия Петровича, рядом с черными прямоугольниками будущей фермы, темной птицей лежал на сером снегу, без единого проблеска света...

- Дома их точно нет, - заметила я, кивая на коттедж.

- Кого? - не поняла Анфиса. Но проследив за моим взглядом, догадалась, - ты про Василия Петровича?

- И про Анюту, - согласилась я.

- Так он не здесь живет, Вер, - рассмеялась соседка. - Ну, сама подумай, кто же захочет так близко к ферме жить? Это административное задние, наш будущий офис... Ну, я же тебе говорила, что там еще ремонт не доделали. Но весной уже переедем...

- А-а-а, - протянула я. - Ясно... Я думала, здесь...

- Нет, - мотнула головой Анфиса, от чего ее платок сполз еще больше. К ночи довольно ощутимо подморозило, но ей все было ни по чем. - Петрович в бабкином доме поселился. Бабка его из местных. Лет пять назад только померла. Домик маленький, старенький. Вот он там и обитает. Анютка, правда, уже сто раз его к себе звала. Домище у нее-то не чета бабкиному. И комнат свободных много, она дачникам их летом сдает. Но Петрович отказывается. Понимает, что ежели согласиться на Анькино предложение, так эта коза тогда совсем с него не слезет. Она и сейчас ему прохода не дает...

Я ничего не ответила... Дальше мы шли молча до самой фермы. Любовались быстро темнеющим небом, на котором вспыхивали яркие звезды... Как будто бы там, высоко, кто-то зажигал свет в жилых мирах, выделяя их среди мертвой пустоты.

Снег мягко поскрипывал под подошвой. Свежий воздух холодил легкие и выходил наружу невесомым паром. Чем ближе подходили к старому строению, тем сильнее мне хотелось развернуться и уйти. Страх, пропавший после разговора с Афнисой, вернулся и терзал меня, вопрошая голосом почти бывшего мужа: А если ты не сможешь? А если ты опозоришься? И тут же сам отвечал на на все вопросы любимой поговоркой Кирилла, которую я слышала в свой адрес каждый раз, когда хотела что-то изменить: «У тебя все равно ничего не получится. Только расстроишься зря». И я, как дура, воспринимала эти его слова, как заботу. Хотя, с другой стороны, он ведь был прав. У меня никогда ничего не получалось. Даже наша клининговая компания стала приносить доход только тогда, когда я ушла...

- Вер, ты чего? - Анфиса замерла у входа на ферму. Внутри горел свет, что-то мягко гудело и слышались голоса людей. А я вдруг поняла, что не смогу зайти внутрь. И замерла в десяти метрах от входа...

- Я, наверное, домой пойду, - вздохнула я. И озвучила то, что повторяла заезженная пластинка в моей голове, - у меня все равно ничего не получится, только расстроюсь зря.

- Чего? - соседка выпучила глаза от удивления. - С чего ты решила, что у тебя ничего не получится?

- С того, - разозлилась я. - Ты разве не понимаешь, что я не дизайнер? Я ничего не умею и не знаю. Все, что я делаю, это на голой интуиции... И сейчас у меня ничего не получится!

- Кхм, - кашлянула Анфиса и, отпустив дверь, шагнула ко мне. - Вер, так ведь не попробуешь, не узнаешь... Пойдем... Это же всего лишь разговор. И всего лишь проект. Не понравится Петровичу твоя идея, так он молчать не станет. Скажет, мол, так и так...

- Не понравится! - выкрикнула я, чувствуя, ка как раздражение поднимается из глубины души. Да, что Анфиса, вообще, знает обо мне и моей жизни?! - Конечно же ему не понравится! Сама подумай, он обращался к самым лучшим дизайнерам. И они не смогли ему угодить. А теперь представь, где они, и где я!

- Он тебе откажет, - кивнула Анфиса, приближаясь ко мне еще на пару шагов. - И ты расстроишься, да?

- Вот именно! - рявкнула я, чувствуя огромное желание развернуться и убежать. Я уже сделала шаг назад, но Анфиса успела раньше. Она внезапно обхватила меня, прижимая к себе. И зашептала. Тихо. Так, что я невольно замолчала, чтобы услышать.

- Вер, ну, не получится и ладно... Ты же ничего не потеряешь. А расстроиться... Ну, ты уже расстраиваешься, Вер... Как будто бы тебе уже отказали. Хотя бы даже не попробовала. Понимаешь?

Я прикусила губу. Злость в объятиях Анфисы уходила. И ее слова звучали логично. Я пыталась найти в них изъян, чтобы не согласиться, но не могла. Ведь и правда... Если я рискну и соглашусь на предложение Петровича, то у меня есть шанс, пусть и не очень большой, что ему понравится мой проект. И у меня не будет повода для грусти. А если не получится... Так Анфиса опять права. Я уже расстроилась так, как будто бы самое плохое уже случилось и мой проект уже не понравился.

- Вер, - Анфиса, почувствовав, что я уже не рвусь убежать, отпустила меня и сделала шаг назад, отстраняясь и оставляя меня одну. - Не попробуешь, не узнаешь. Идем...

- Идем, - прошептала я. И кивнула. Сделала шаг вперед, чувствуя, как в груди что-то порвалось. На живую. С тонким противным звоном, который отдавался в ушах.

И голос Кирилла, по кругу повторяющий одно и тоже, о том, что у меня все равно ничего не получится, исчез. Надеюсь, навсегда...

- Идем, - повторила я громче и увереннее и сделала первый шаг.