Огненная льдинка. Запретная магия

Глава 5

Всё тайное рано или поздно становится явным. 

— Это довольно непростое заклинание, потому что оно потребует от вас максимум концентрации. — Произнёс убаюкивающий голос, успокаивая и вынуждая потеряться в пространстве: забыть кто ты и, главное, зачем ты здесь оказался. — Ваша природная магия — лучшая основа для статичных чар. Сосредоточьтесь на ней и направьте всю силу в одну сферу, размером со спичечную головку — не более. Но не разрушайте мгновенно, а удержите, соединяя крошечные нити чар в одно могущественное плетение, подобное сети паука. Как только активатор коснётся сферы, заклинание незамедлительно сработает. Самые известные маги-статики могли создавать плетения, спящие в ожидании своего часа более пятидесяти лет.

Серебристые, едва заметные заиндевевшие нити поблёскивали промеж моих ладоней. Докучливая прядка вновь упала на глаза, мешая следить за моим творением, которое отчего-то твориться не желало. Не боевая магия, а кружок по макраме какой-то! Плести по наитию, ага. Осторожно скосила глаза, наблюдая, как слева, у Карригана в руках образовался целый клубок из чар, переливавшийся коричневым цветом (несомненно, за основу взял магию земли). И судя по довольному лицу паренька, который сиял не хуже новенького медяка, именно так и должно было выглядеть готовое заклинание.

Сила течёт медленно, сплетаясь в причудливые узоры — вот так. Напряжённо выдохнула и до рези в глазах уставилась на мою дырявую паутину. Тихонько подула на прядку, стараясь убрать её с лица и не дёрнуться при этом, повредив ненароком заклинание. Покалывание в кончиках пальцев усилилось: чем сильнее маг, тем сложнее ему справиться с бьющей через край энергией. И это, по всей вероятности, мешало справиться с заклинанием. Ну, или макраме просто не моё.

— Адептка, у вас проблемы с самоконтролем? — Горячее дыхание опалило ухо.

Сильные мужские ладони обхватили мои, удерживая их в форме лотоса и вынуждая не отпускать плетение. По аудитории прокатился завистливый вздох женской половины группы, которая заметно пополнилась благодаря демоницам. Сжав челюсти, постаралась не взвыть от отчаяния, потому что именно столь близкое присутствие нашего декана лишило меня последних крупиц самообладания.

— Расслабьтесь. — В обманчиво мягком голосе мужчины скользила насмешка. Знает ведь, что от волнения у меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. — Подумайте о чём-то приятном...

Справа раздалось понимающее хмыканьке — инкуб, у которого между ладонями хаотично пульсировала сфера, больше напоминающая боевой флаер, сладострастно сощурился. Уж у этого беззаботного дамского угодника точно проблем с приятными мыслями не возникло.

Лучше бы мы отрабатывали атакующие заклятия на полигоне, что и говорить. Потому что терпеть эту издевательскую близость Райана было попросту невозможно. Пользуясь положением, мужчина как ни в чём не бывало обнял меня со спины и продолжал уверенно управлять каждым моим движением. Не выдержав, шикнула на декана в тот момент, когда его рука незаметно скользнула чуть ниже поясницы (это же откровенное домогательство средь бела дня!).

— Контроль, адептка. — Невозмутимо напомнил тот.

Татуировка на левом запястье невыносимо зачесалась, всё тело словно налилось жаром. В ушах зазвенело. На мгновение растерявшись, сглотнула, пытаясь избавиться от странного ощущения. Плетения силы неожиданно обожгли ладони, вспыхнув сгустками пламени. Отдёрнула руки и удивлённо посмотрела на декана.

— Я слышал про то, что между людьми порой вспыхивают искры, но чтобы так буквально, — присвистнул Демиан, восторженно взирая на нас с Райаном.

Многообещающе поглядела на инкуба. Ну-ну, кто-то сегодня договорится.

— Ратаковски... — Спокойно добавил декан кафедры боевых искусств, но в его голосе отчётливо прозвучали стальные нотки.

— Нем как рыба, — тут же нашёлся хитрый лис. — Не губите невинную душу.

Пихнула Демиана в бок, желая его образумить. На что мне лишь шутливо подмигнули и расплылись в дружелюбной улыбке. Ну и вот как, спрашивается, устоять перед таким обаянием?

На инкуба просто нельзя было злиться. Его задор и отличное настроение были заразительны: как только ты оказывался на расстоянии вытянутой руки от его чарующего дара, то все проблемы сразу же улетучивались, хотелось петь и танцевать. На всех, правда, очарование инкуба влияло в разной степени: Изабелла становилась похожа на тающее сахарное облачко, я чувствовала прилив сил, Нуала же вела себя как обычно (её каменное спокойствие порой вводило остальных одногруппников в ступор). А уж пожелай Демиан использовать флёр во всю силу, то вся Академия чародейства, причём как мужская её часть, так и женская, подрались бы за возможность хотя бы прикоснуться к своему кумиру.

К счастью, подобное было запрещено и строго преследовалось по закону. Иначе стал бы инкуб покорять неприступные стены женского общежития? Пси-влияние могло оказать губительное воздействие на впечатлительных людей и повлиять на их поведение. В криминалистике было широко известно дело графини Де Флис, обезумевшей от страсти и совершившей преступление "во имя любви", как ей казалось тогда. Она прокляла свою соперницу, погубив её заклинанием "Гнили", и была готова сотворить то же самое с тем, кто встанет на её пути к сердцу инкуба. Увы, вернуть рассудок женщине так и не удалось: с этим не справились даже самые умелые лекари империи.

— Знаешь, снежинка, поговорила бы ты со своим возлюбленным...— Демиан просительно заглянул мне в глаза.