Горынычам вход воспрещен

Глава 18

Прошло уже больше недели с нашего заточения в замке без права на выход за его пределы. И вот, когда я уже была готова на стены лезть от скуки, произошло кое-что, заставившее нас всех встрепенуться.

По обыкновению, за завтраком вначале нас было трое. Ярослав со своей невестой обещались подойти позже, что, впрочем, неудивительно: князь, как истинный джентльмен, ждал Мерцану перед каждым приемом пищи. Девица, по словам Арсения, то и дело путалась в своих юбках и прическах, вынуждая Горыныча обивать порог её комнаты и тосковать от голода. Вот и сейчас будущих молодоженов не было с нами, что значительно облегчало обстановку и разговоры.

— Ирина, вы меня удивляете, — хохотал Арсений, не в силах сдерживать эмоции. — А я-то думаю, почему вы не хотите ездить верхом самостоятельно и предпочитаете делить коня с Клавдием… Но, погодите…

— Да-да, в ГАМИке же обязательная дисциплина, и всё такое, — перебила я, зная, что министр скажет дальше. — Вот только я была не самой прилежной ученицей Академии.

Доргачевский понимающе усмехнулся и мельком взглянул на Ростова. Тот, поддавшись общей приятной атмосфере, тоже улыбался, но, встретившись взглядом с Арсением, нервно хмыкнул и принялся за завтрак. Усмешка на лице министра тут же сменилась грустной улыбкой, и мне почему-то стало больно. Произошедшее между парнями влияло на меня, и если сначала я сочувственно относилась к Клавдию и откровенно недолюбливала Доргачевского, то теперь одинаково переживала за обоих. Арсений, может, и заслужил к себе подобное отношение бывшего друга, но каждый имеет шанс на прощение, а советник даже смотреть на парня не хочет.

Мои тоскливые размышления прервал смешок Клавдия. Мы с Арсением подняли взгляд и удивленно посмотрели на советника.

— Да я вспомнил, как на первых занятиях верховой ездой господин министр красиво вылетел из седла. Так забавно ругался еще, — с легкой улыбкой объяснил Ростов.

— Еще бы не ругаться, — поддержал тему Арсений, — потом пару дней сидеть не мог.

Министр, казалось, на глазах воспрял духом. Всё же теплится в его душе надежда на прощение со стороны Клавдия, значит, и правда раскаивается в содеянном. Отчего-то хотелось мне, чтобы парни помирились, тогда и у меня на одного друга стало бы больше.

Наш разговор прервало появление в дверях столовой князя и его невесты. Хоть Ярослав и выглядел раздраженным, то и дело кидал на Мерцану не самые добрые взгляды, но губы князя украшала довольная ухмылка, на что девушка лишь горделиво задирала подбородок. Сказать, что нам троим тут же стало любопытно до чертиков, это ничего не сказать. Неужели, и у правителя Аргроса кончилось терпение?

— Доброе утро, Ваше Высочество, — первым поздоровался Арсений, и мы с Клавдием, спохватившись, тоже поприветствовали князя.

То, что мы втроем единогласно проигнорировали Мерцану, как и она нас, уже стало привычно. Она не нравилась даже Арсению. Хотя, кому такое может нравиться…

— Надеюсь, что хотя бы у вас оно действительно доброе, — отозвался Ярослав, проходя к своему месту, и, по пути похлопав своего министра по плечу, вежливо кивнул нам.

Княжна молча заняла свое место рядом с женихом, Игнат, как и прежде, тенью устроился по правую руку от Арсения. До чего молчаливый парень, с ума сойти. За все приемы пищи, что успели пройти за время пребывания Мерцаны в этом замке, Игнат не проронил ни слова в нашем присутствии. Немым парень не был — видела ведь я, как он поддерживал болтовню своей госпожи в коридоре. Хотя, в его положении выгоднее было бы быть глухим…

— Какие новости, Арсений? — поинтересовался Горыныч, складывая себе в тарелку всё, что приглянулось княжескому взору.

От меня не укрылось, что настроение Змея было прямо-таки радушным, несмотря на очевидную ссору с княжной. Девица сидела молча, ни на кого не смотрела, ела без явного аппетита, так, просто чтобы что-то съесть.

— Да всё прекрасно, Ваше Высочество, — тут же загорелся министр. — С утра мне предоставили прогнозы от нашего главного агрария, Петра. По его словам, нынешняя весна обещает богатый урожай по осени.

— Великолепно, — отозвался Ярослав, не прекращая орудовать вилкой. — Продолжай, дорогой.

— Новый начальник караула сообщает, что наши границы чисты, а на территории княжества вот уже неделю нет никаких следов того зверя, за которым мы охотимся. Даже горы пусты.

— Ты меня хочешь до экстаза довести, Арсений? — насмешливо произнес Змей. — Исключительно хорошие новости.

Мы с Клавдием молча завтракали, внимая разговору князя и его министра. Мои мысли то и дело возвращались к княжне, и я не раз украдкой бросала на нее взгляд. В очередной раз посмотрев на Мерцану, встретилась с холодным злобным прищуром медовых глаз. Мило улыбнулась, не удержавшись. Очи княжны недобро сверкнули, чуть дрогнули пальцы правой руки, и в моей тарелке оказалась… улитка. Вот только не знала девица, что я выросла в лесу и подобным меня не напугать. Каждая букашка была мне знакома, и я не испытывала перед ними никакого страха. А вот Мерцана…

Не скрывая усмешки, принялась едва заметно водить подушечкой большого пальца по всей длине указательного. Простое заклинание, ощущение тепла родной силы в груди, и вот в тарелке княжны сидит не просто улитка, а здоровая лохматая гусеница.

Оглушительный визг разнесся по столовой, заставляя зажимать уши. Миг, и тарелка с едой и несчастным насекомым полетела. Да не куда-нибудь, а прямо в лицо Ярославу, оказавшемуся ближе всех к своей невесте. Охнув от неожиданности, я едва успела сообразить и осторожно, под столом, щелкнула пальцами, отправляя ни в чем не повинную гусеницу подальше отсюда.

Повисла тишина. Замерли сидящие за столом люди, прикрыв рты ладонями, слуги, тенями снующие по столовой, и те ошарашенно уставились на своего правителя. На плече Змея красовался лист салата, лоб оказался залит соусом, который, стекая вниз, капал с кончика княжеского носа ему на брюки. Пресловутая тарелка, столкнувшись в полете с головой Ярослава, лежала теперь у него на коленях.