Дела семейные

Глава 14.

Глава 14.

Возвращаясь домой, Лиза чувствовала себя как в тумане. Утренняя злость и раздражение сменились растерянностью. Девушка не понимала, что происходит, она недоумевала.

Рита рассказала, как Ольга Николаевна встретилась с Дашей, как наговорила той о несуществующей невесте Димы, буквально заставила девушку принять невыгодное предложение о работе, лишь бы только та уехала подальше и не искала встреч с Димой.

Лиза не верила. Не до конца понимала, как ее мать могла такое сделать.

И откуда Ольга узнала о Даше? Ведь даже с ней, Лизой, Дима свою подругу не познакомил, несмотря на то, что она просила его об этом.

Брат вообще как-то слишком ревностно охранял эти свои отношения. Прятал Дашу ото всех, словно интуитивно пытался ее защитить, оградить от мнения своей семьи. И вот к чему все это привело.

С другой стороны… Ольга Николаевна не сделала ничего криминального. Да и интрига ее, по большому счету, не стоила выеденного яйца. Сложись обстоятельства несколько иначе, как она рассыпалась бы, словно карточный домик. Будь Даша чуточку опытнее она не рубила бы сгоряча, а позвонила брату и все у него узнала. Если бы Дима не поехал в Италию, он и сам бы смог встретиться со своей подругой и тогда ложь матери раскрылась бы.

- Италия, - Лиза остановилась посреди тротуара, сраженная внезапной догадкой. Слишком уж своевременно подвернулась эта поездка. Да еще и Михайлина вернулась из Англии как-то очень вовремя. Словно заранее знала, что путь ей будет расчищен. - Да, нет, - девушка тряхнула волосами, отгоняя наваждение. – Не может того быть. Это все как-то… как-то… - подобрать правильные слова не получалось.

Уж слишком наигранной казалась сложившаяся ситуация. Да и в то, что мать оказалась такой расчетливой, Лизе верить не хотелось. Но в памяти почему-то упорно всплывали слова, сказанные Ольгой Николаевной накануне:

- Моя семья для меня самое главное. И я не остановлюсь ни перед чем, ради вашего счастья: твоего и Димы. Запомни это. Я вполне способна пойти даже против вас самих, если посчитаю, что мои действия спасут вас от необдуманного шага.

По всему выходило, что мать вполне могла выведать телефон Даши и сделать то, что сделала…

Лиза еще раз мотнула головой и огляделась. Она стояла на тротуаре, на противоположной стороне дороги находилась парковка перед входом в родной подъезд. Вокруг сновали люди, спешили на работу или по каким-то своим загадочным делам. На детской площадке, справа от девушки, бегали дети, играющие под присмотром бдительных мамаш или нянек, рассевшихся тут же, на невысоких лавочках. Только Лиза вдруг отчетливо поняла, что у нее в душе стало как-то пусто. Неправильно. Словно она враз лишилась чего-то важного, только сама еще не успела понять, что именно это было.

- Лиза! Лиза! – знакомый голос ворвался в ее сознание, разгоняя недобрые мысли, и девушка принялась оглядываться. Всего в нескольких шагах от нее, подле тротуара, нарушая все правила дорожного движения, остановилась машина. Из нее выбрался Антон Черкашин. Именно он звал ее.

Лизе совершенно не хотелось разговаривать с кем бы то ни было, впрочем, она лукавила даже перед собой – ей не хотелось разговаривать именно с этим мужчиной. Вот не нравился ей Черкашин. Ни капельки не нравился.

И вроде все в нем было так, все на месте. Но общее впечатление он произвел на нее отталкивающее, и теперь девушка никак не могла совладать с собой. Вполне возможно, что если бы не матримониальные поползновения Черкашина на ее счет, то и отношение к нему сложилось бы совершенно иное. Может быть.

Но избежать разговора не вышло. Воспользовавшись замешательством Лизы, Черкашин преодолел разделяющее их расстояние и теперь стоял прямо напротив, улыбаясь и всем своим видом показывая, как он счастлив, что застал ее.

- Здравствуй, - первым заговорил Антон. – А я хотел пригласить тебя на обед, а ваша экономка сказала, что ты еще не вернулась из школы, - тут он окинул девушку пристальным взглядом и усмехнулся каким-то своим мыслям, - ты же не в школе была, верно?

- А вам какое дело? – огрызнулась Лиза. Миндальничать и притворяться вежливой, как всегда поступала ее мать, она не собиралась.

- Не надо быть такой грубой, - Черкашин и виду не подал, что его обидели или задели ее слова, - такой девушке как ты, это совершенно не идет. Оставь хамство тем, кто не получил должного воспитания и вынужден прозябать в трущобах.

Лиза скривилась. Вот только моралиста ей и не хватало для полного счастья. Тоже, выискался тут, радетель за чистоту крови и незыблемость капиталов.

- У меня нет никакого желания с вами разговаривать, - заявила она, гордо вздернув подбородок. – Я спешу. Всего доброго.

Девушка попыталась обогнуть препятствие в виде Антона Черкашина, но не тут то было. Мужчина схватил ее за руку и слегка встряхнул:

- Не так быстро, куколка, - он враз перестал быть милым и обходительным. – Сейчас ты, мило улыбаясь, сядешь в машину.

- Что вы себе позволяете? – прошипела Лиза, пытаясь высвободиться. – Немедленно отпустите, вы делаете мне больно.

Домашняя девочка, привыкшая к тому, что с ней всегда вели себя обходительно и внимательно, Лиза почти в любой ситуации чувствовала себя в безопасности. Уж точно, она и помыслить не могла, что ей грозит что-нибудь нехорошее от одного из знакомых матери. От человека, не просто старше ее саму в два раза, но и принадлежащему к тому же кругу, что и ее родители. А потому, Лиза даже не подумала оказать более активное сопротивление или просто закричать. У нее даже мысли такой не возникло. И когда Черкашин потащил ее к своей машине, пошла, сопротивляясь и пытаясь оттолкнуть его от себя, но, тем не менее, на пассажирское сидение уселась самостоятельно. Сложила руки на груди и с вызовом уставилась на мужчину, устраивающегося на водительском месте.