Обретший Надежду

Глава 14

Надя устроилась дежурить в углу коридора, где в тени была не слишком заметна прохожим – деловито шагающим врачам, суетливым медсестрам и прихрамывающим больным, находящимся на лечении в стационаре. Зато ей было отсюда прекрасно видно всех, кто может зайти или выйти из операционной, где находился Александр.

Укутавшись в плед, она облокотилась на мягкую спинку кожаного дивана. Несмотря на потрепанный вид, диван оказался удобным, и Наде даже захотелось подобрать ноги и почти целиком спрятаться под пледом, оставив только непокрытыми часть головы, включая глаза, чтобы наблюдать за заветной дверью.

…Надежда вдруг ощутила во всем теле легкость и прохладу. Еще бы! Она оказалась в долине лесного ручья! До чего же прекрасное место! Трава зеленым ковром окружала ее в долине, окаймленной высокими холмами, с такими же ярко-зелеными склонами. Неподалеку журчал ручей, проворно спускаясь с крутого склона, и на равнине преобразуясь в русло речки. Вода которой поражала своей чистотой и своим голубым сиянием. Откуда этот удивительный цвет водяной ряби? Надя интуитивно подняла голову в поисках ответа. Синий небосвод посылал на землю золотые лучи солнца, которые заливали своим светом всю долину. Видимо именно это сочетание неба и солнца впитал ручной ручей, играя золотыми зайчиками на своих перекатах.

Надя, вдыхая полной грудью воздух, окинула взглядом склоны холма, упирающиеся в небо и полого спускающиеся к речному ручью. Снова залюбовавшись игрой воды в солнечных бликах она вдруг почувствовала жажду. Сейчас она подбежит к этому ручью, умоется, может даже окунется в чистую воду и к ней припадет, выпьет этой чистой воды столько, сколько сможет.

Устремляясь вслед своему желанию напиться из лесного студеного ручья, она вдруг ощутила какую-то сдерживающую силу, словно была тут не одна. Но как же – в чудесной долине ведь не было ни души? Она ведь уже огляделась в этой таинственной местности. Надежда снова обвела взглядом еще раз округлые склоны и, обернувшись, увидела наверху опушки мужской силуэт. Черты лица терялись в лучах слепящего солнца, но вместе с этим золотым потоком она вдвойне ощущала, окутавшие ее тепло и свет. Какое знакомое ощущение… Надежда, набрала в грудь больше воздуха, стараясь осознать, где испытывала нечто подобное прежде. Рядом с мужчиной. Недавно. Это был Александр…

«Брр… ну как я могла заснуть. Надеюсь, ненадолго. Как, как же там Александр… Неужели я проспала всю операцию?», - поежилась Надя, ощущая, распрямляя затекшую руку, служившую подпоркой на больничном диване. – «А что я еще могла сделать, если меня даже из операционной попросили?» «Молиться», - пришел ответ неожиданной мыслью.

- Девушка, вам плохо? Надежда это Вы? – удивилась вышедшая из операционной строгая медсестра.

- Как там пациент? – на одном дыхании вопросом на вопрос ответила Надя.

- Жить будет, - немногословно ответила Валентина Михайловна, по-деловому скрестив на груди руки, всем своим видом показывая о своей занятости.

Дождавшись, когда старшая медсестра скроется из виду, Надя подошла к двери, убедилась, что в операционной никого нет, значит, Александр переведен в палату. Надежда интуитивно прошмыгнула в следующую дверь. И не ошиблась. Под капельницами лежал человек.

«Александр Иванович, выздоравливайте», - прошептала Надя, с трепетом глядя на бледное лицо Майорова, находящегося под капельницей. – «Александр, ну пожалуйста, Саша! Господи, помоги ему выздороветь!» И Надя вдруг мысленно вспомнила весь текст молитвы «Отче Наш», той единственной молитвы, которой научила ее бабушка в детстве. Как говорила любимая бабушка, «Господней молитвы», а на Надин вопрос «почему она так называется», просто отвечала, «потому что ее Сам Господь дал людям».

Не расставаясь со своим пледом, Надя, обнаружив в палате стул, устроилась в уголочке. Больше она не думала ни о чем, просто тихо сидела в палате, предавшись легкой дремоте и всем своим существом желая добра и здоровья этому человеку, который вдруг стал ей таким дорогим и близким.

Прежде ей приходилось слышать выражение «общаться душами», и раньше она вкладывала в него смысл искренней дружбы, когда они, например, с подругами общались просто и душевно, говорили обо всем, что думали, делились мыслями и чувствами. Сейчас же, улыбаясь своим мыслям, она подумала, что то общение все-таки, наверно, было разговорами по душам. А если люди и общаются душами, то это она сейчас с Александром. Или она большая сказочница, или есть что-то такое, сокровенное на этом белом свете.