Любительская лингвистика

Люби́тельская лингви́стика (фо́л(ь)к-лингви́стика[1], псевдолингви́стика[2]) — понятие, введённое для описания совокупности лженаучных исследований, теорий и гипотез, противоречащих данным науки о языке — лингвистике[2][3][4]. В псевдонаучном лингвистическом знании чаще всего встречается [5]. Также привлекательны для лжеучёных темы происхождения и эволюции языка[6]. Сочинения по любительской лингвистике часто являются сочинениями и по фолк-хистори: лингвисты-любители склонны выстраивать новую интерпретацию исторических событий на основе собственных языковых теорий, а фолк-историки часто приводят лингвистические аргументы для обоснования своих положений[7].
Термин
Термин «любительская лингвистика» был введён в широкий научный оборот видным российским лингвистом Андреем Анатольевичем Зализняком[4]. Также для описания этого или сходных понятий были предложены и другие термины: «криптолингвистика» (В. Н. Базылев[8], позже автор предпочел термин «криптофилология»[9]), «лингвистика ресентимента» и «лингвистика Новой парадигмы» (Патрик Серио)[10], «фолк-лингвистика» («фольк-лингвистика») — по аналогии с фолк-хистори (Д. Ю. Полиниченко)[11], «псевдолингвистика»[2] (по аналогии с псевдонаукой), «антилингвистика»[2], «наивная лингвистика»[2], «поп-лингвистика»[2], «лингвофричество» (соответственно, лингвистов-любителей называют лингвофриками)[4][11].
В западноевропейской и американской лингвистике получили распространение термины «folk linguistics» (англ.), «Volklinguistik» и «Laienlinguistik» (нем.), «linguistique populaire» (франц.)[4].
По мнению М. Р. Шумариной, «наивная лингвистика» не тождественна термину «любительская лингвистика»: наивная лингвистика — это «спонтанные представления о языке и речевой деятельности, сложившиеся в обыденном сознании человека»[4].
Основные признаки
Академик А. А. Зализняк в своей статье «О профессиональной и любительской лингвистике» указывает, что «сочинение о языке любительское, если в нём встречается хотя бы одно из следующих утверждений»:
Звук А может переходить в звук В — без уточнения языка и периода времени.
Гласные не имеют значения, существен только «костяк согласных».
Слово А получилось в результате обратного прочтения слова В.
Такая-то древняя надпись из той или иной страны читается по-русски.
Название А такого-то города или такой-то реки той или иной дальней страны — это просто искаженное русское слово В (из чего видно, что эта страна была некогда населена русскими или они овладели ею).
Такие-то языки произошли из русского, причём современного, а не его древнего предшественника.
Прочие особенности, замеченные Зализняком[12]:
Игнорирование установленных научных фактов: например, когда один звук меняется на другой, меняется большая группа слов, а не одно слово. И даже если разъяснить эти факты, они их всё равно игнорируют, ведь достижения науки становятся непреодолимым препятствием на пути к фантазёрству[13].
Бездоказательность и нестрогость.
Работа с современным языком, невзирая на то, что века назад он был другим.
Игнорирование состава слова (типичный пример — Украина и укры). Носитель смысла — корень слова, и он намного важнее, чем приставка или окончание.
М. Р. Шумарина приводит следующие свойства «любительской лингвистики»[4]:
Претендует на владение «тайным» знанием.
Стремится посредством этого знания регулировать поведение социума.
Настаивает на бесспорности своих выводов.
Подчиняет свои интерпретации определённой идеологической установке, игнорируя факты, которые не согласуются с основной идеей.
Использует «поэтические» приёмы интерпретации языкового материала.
И делает заключение: «Совершенно очевидно, что перечисленные <…> признаки — это типичные признаки мифа»[4].
Д. Ю. Полиниченко суммирует методологические особенности любительской лингвистики в трёх пунктах:
невнимание к языковым фактам;
отсутствие логической строгости в построениях;
игнорирование выявленных наукой о языке закономерностей[11].
Главный редактор интернет-портала «Грамота.ру» Владимир Пахомов полагает, что главная примета лингвиста-любителя (лингвофрика) — это его рассуждения об истории языка, о сакральных кодах и тайных смыслах. Лингвофрики отличаются подчеркнутым игнорированием научных данных, повышенной эмоциональностью (выходящей иногда за рамки приличия), апелляцией к адресату, разделяющему определенную идеологию, а также агрессивностью[14].
История
До появления сравнительно-исторического метода большинство этимологий носило совершенно фантастический характер. Русский поэт и филолог XVIII века В. К. Тредиаковский (1703—1769) считал, что название страны Норвегия есть искажённая форма слова «наверхия», так как эта страна расположена наверху географической карты, а название Италия восходит к слову «удалия», потому что страна эта на много вёрст удалена от России[15]. Инструментарий этимологии дал сравнительно-исторический метод — совокупность приёмов, позволяющих доказать родство языков и выявить факты их древнейшей истории.
В СССР широкое распространение получило псевдонаучное новое учение о языке Николая Марра, археолога и историка по образованию, с конца 1920-х до 1950 года пользовавшееся государственной поддержкой.
В Турции во времена Ататюрка была выдвинута и получила государственную поддержку т. н. «солнечная языковая теория», в которой утверждалось, что все языки мира произошли от турецкого (тюркского)[16].
Любительская лингвистика в России
Возможно, первым сочинением по любительской лингвистике в России был трактат «Три рассуждения» поэта Василия Тредиаковского (1757), в котором он, опираясь на собственные любительские этимологии, доказывает, что древнейшим языком всей Европы был славянский, например: скифы (скиты) производятся от скитания, Каледония — от Хладонии, иберы — это уперы, «для того, что они как уперты… со всех сторон морями», амазонка Антиопа объяснена, как Энтавопа (то есть та вопящая — громогласная), Меналиппа — Менелюба, амазоны — омужены (то есть мужественные женщины), варяги, как пред-варители, Одоакр (Одоацер) как Одея-царь, то есть Надежда-государь. Филолог Л. В. Пумпянский, характеризуя подобные конструкции как «этимологический произвол», заключает: «Такими методами нетрудно было доказать, что вся древняя Европа была первоначально населена славянами, а варяжские князья были славяне Скандинавии, прибывшие к славянам Новгорода…»[17].
Широкое применение любительская лингвистика получила в «Новой хронологии», псевдонаучной теории математика Анатолия Фоменко и его последователей. Причём если в ранних работах А. Т. Фоменко лингвистические и филологические вопросы занимали скромное место, то в книге «Новая Хронология» их роль уже настолько велика, что эту книгу вполне можно рассматривать как сочинение не только по истории, но и по лингвистике и филологии[18].
Идеи любительской лингвистики распространены в различных сферах современного российского неоязыческого движения. Так, любопытным примером псевдолингвистического учения, приобретшего квазирелигиозный по своей сути характер, является «Всеясветная грамота», созданная А. Ф. Шубиным-Абрамовым, якобы «носителем родовой памяти» и «хранителем тайных знаний посвящённых». Суть теории «Всеясветной грамоты» состоит в том, что обычные люди читают буквы любого алфавита как «плоские», на самом же деле эти буквы в произведениях классиков и древних письменах не «плоские», а пространственно определённые, как бы объёмные проекции на плоскость. Любительской лингвистикой в той или иной форме занимаются многие лидеры, идеологи и популяризаторы неоязычества, в том числе и переводчики «Велесовой книги»[19].
Д. Ю. Полиниченко выделяет три основных направления в «современной российской любительской лингвистической мысли»[7][20]:
интерпретация алфавита и любительская фоносемантика — «расшифровки» любого слова любого естественного языка, транскрибированного буквами русского алфавита. При этом нетождественность фонем разных языковых систем полагается несущественной, если осознаётся вообще, а родной язык автора фолк-лингвистической теории и его алфавит становятся своего рода семиотическим эталоном — знаковой системой, при помощи которой раскрывается «истинный» смысл знаков и их сочетаний всех прочих языков.
дешифровка и прочтение древних надписей (любительская эпиграфика) — попытками дешифровки письменных памятников прошлого, в число которых попадают как признанные дешифрованными (например, хеттские надписи), так и остающиеся загадкой для науки памятники древнего письма. Некоторые авторы пытаются прочитать как надписи изображения, не имеющие статуса надписей.
этимологические и лингвоисторические штудии — глоттогенез, происхождение и эволюция систем письменности и различных идиоэтнических языков, а также вопросы этимологии и лексической семантики.
Примечания

Ссылки
 // «Наука и жизнь», № 1 и № 2, 2009.
Зализняк А. А. 
Полиниченко Д. Ю.  // Jazyk a kultúra, 2012, № 12.
Полиниченко Д. Ю. Любительская лингвистика: проблемы номинации и определения феномена // Вестник Воронеж. гос. ун-та. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. – 2011. – № 2. – С. 187–191.
Туркова К.  // Православие и мир. 31 декабря 2014 г.
Камчатнов А. М.  // Родная Ладога. , 2015. С. 26-68.
Бурлак С. А.  // Троицкий вариант — Наука, 2 июля 2013 года, № 132, c. 10.
Бурлак С. А.  // Антропогенез.ру
О лингвистах-любителях: Сибирь — это «север» или «се бэр»?.. , , ,  // Антропогенез.ру
Хроленко А. Т.  / науч. ред. О. В. Никитин. — М.: ФЛИНТА, 2013. — С.50-56.
Ефремов В.  // Антропологический форум. 2014. № 21.
 // Антропологический форум. 2013. № 18
Категория:Неакадемические направления исследований в филологии