Соперницы 

Глава 22

Катя.

С днём рождения поздравляют,
Счастье радости желают.
Я лишь хочу ромашек
И арбузов слаще ваты

Каждый год этот день настаёт для меня по - разному, то мышь в кровать подкинут, то хлопушку взорвут, но никогда я не думала, что он будет в ненавистном для меня лагере, который стал любим.

Я просыпаюсь от хорового пения.

–Она любит улыбаться, а я люблю смотреть на её улыбку.
И ей не надо притворяться, я красивее её никогда не видел.
Я бы тонул в её глазах годами. Не отпущу её нежные руки.
И прикасаюсь чуть нервно губами. Забуду про посторонние звуки.
Я обожаю то, как она спит. Ноги, руки на мне, и это так мило.
Мы с ней поймали один ритм. Я люблю её и она меня полюбила.

Открыв глаза, я вижу линию из ребят. Ксюша встала с краю, дальше стоит Вадим, Аня, Никита, который хитро улыбается, видимо уже подготовил мегокрутой сюрпрайз, посередине Ангелина с тортом, а рядом с ней...я моргаю, не веря глазам, когда вижу Рому, он так же подпевает, рядом с ним стоит Арина, дальше девочки из их отряда, которых я уже успела поддержать и поучить жизни. Линию заканчивают Гриша и Аким, но сегодня я не собираюсь уделять им и капли внимания.

–Она папина дочка, точно! В моём сердце прочно она.
Папина дочка, – и я, люблю её – точка, точка.
Она – папина дочка, точно! В моём сердце прочно она.
Папина дочка, – и я, люблю её. Точка! – продолжают они, а я слышу только голос Ромы.

Не скажу, что я сентиментальный человек, но когда в комнату заходит мой психолог, я не сдерживаю слёз и закрываю рот руками.

– С днём рождения, красотка! – первой меня обнимает Аня. – Подарок получишь вечером. – Она подмигивает и отстраняется, давая место другим.

Когда очередь доходит до Ангелины, я уже не то что плачу, а прямо – таки реву.
                                                                                                                                    – Рёва корова, я не придумала ничего лучше торта с Винкс, но сегодня ты поймёшь, что мой подарок самый лучший. – Она поворачивается к Роме, который отвечает такой же коварной улыбкой.

Я смотрю на торт с идеальным рисунком фей, украшенный бусинами и блёстками.

– Я тебя обожаю! – Я так крепко обнимаю вожатую, что она тяжело вздыхает.
                                                                                                                                    – Я тоже тебя люблю!

На меня накидываются все остальные, зажимая в объятия, я чувствую только счастья.

– Погодите! Мироненко старший на пять минут, ты почему среди поздравителей? Давайте теперь с объятиями на него!

Группа со смехом накидывается на брата, а Рома садится ко мне на кровать и пальцами вытекает слезинки.

– Спасибо, – шепчу я. Обидно, что я не могу обнять его при всех. Самые глупые правила.

Все потихоньку уходят, оставляя меня переодеваться.

– Катерина Взрослая, не забывай про сегодняшнюю экскурсию! – говорит Ангелина, и закрывает дверь.

Я тру лицо ладонями и только сейчас замечаю на своей тумбочке букет ромашек и идеально нарезанный арбуз.

Непрошеные слёзы снова заполняют глаза. В букете я нахожу записку
«Я влюбился ещё тогда...».

«Роман, я вас обожаю!» – я отправляю это сообщение на эмоциях. Мне хочется написать «люблю», но слишком рано говорить о таких глубоких чувствах, ведь мы даже не общались нормально...

Перед тем, как поехать на экскурсию, я забегаю в комнату к Никите и оставляю свой подарочек. Прячу под матрас небольшой вертолётик, который противно жужжит.

«Приятных снов, братик».

А основной подарок оставляю на самой кровати. В красной коробке «Nike» его ждут новые кроссовки для бега и острые шипы для кроссовок, в которых он выступает на соревнованиях.

Странно то, что он мне сегодня никого в кровать не подкинул, повзрослел что ли?

На завтраке я понимаю, что нет, Мироненко никогда не повзрослеет. Я безумно хотела поесть вкусных блинчиков с вишней, но когда кусок оказался на моём языке, я чуть не выплюнула его обратно. Я пыталась запить кислоту водой, но безуспешно.

– Приятного аппетита, сестрёнка! – Никита тепло улыбается.

«Ничего, ничего. Приятных тебе снов сегодня».

– Иди переодеваться, Кать. Через двадцать минут выезжаем. Советую надеть самый лучший купальник. – Ангелина снова смеётся и подмигивает, а я не понимаю, что происходит.

Никита глядя на неё тоже ухмыляется.

– Ты что – то знаешь! Выкладывай! – требую я.

– Ни за что. – Я чуть ли не лопаюсь от злости.

Всё. Меня точно ждёт позорный розыгрыш, который они будут вспоминать до конца смены.

Несмотря на риск, я выбираю лучший купальник, хоть на позорном видео нормально получусь. Чёрный цвет идеально подходит мне, а форма купальника подчёркивает все достоинства моей фигуры.

Ангелина с Ромой вырываются в мою комнату, когда я собираюсь выходить.

– Я даже ещё не опаздываю.

– Слушай внимательно.

Я с восхищением слушаю план, который разработали Ангелина и Рома. Я должна была прикинуться, что мне плохо, Рома бы поехал со мной обратно, но на самом деле мы уйдём от них, и будем отмечать мой день вдвоём.

Мы приезжаем туда, откуда не хочется уходить. Грязевые ванны – это огромный бассейн с грязью, очень красивый с золотыми вставками. Но придётся устраивать любимый спектакль.

Я выхожу из автобуса и начинаю падать назад, Ангелина подхватывает меня.

–Катя, что такое?

– Голова кружится, – говорю я шепотом, хмурясь.

– Сколько пальцев?– Рома показывает два пальца.

– Много, – говорю я, ели слышно.

– Её назад надо. Давай я поеду, а ты оставайся, – говорит Ангелина.