Наследница огненных льдов

Глава 36

Первый раз в жизни мне довелось прокатиться на самоходной лодке. Правда, удовольствия от новых впечатлений получить не удалось: трудно радоваться происходящему, когда зуб на зуб не попадает от лихорадочной дрожи, да и вооружённые люди не слишком дружелюбно на тебя смотрят. И на Эспина с Ирнайнавом тоже. Даже на Зоркого.

Ревущий мотор нёс лодку вдоль побережья. Рулевого нисколько не беспокоило волнение в море, и вскоре он завёл судно в русло реки. Ещё пять минут плавания мимо громоздкого индустриального здания к приземистым жилым домам, и нас выволокли на берег, похватали под руки и потащили в разные стороны. Холод отнял последние силы к сопротивлению. Мне уже было всё равно, в какой дом меня заводят, что за женщины суетятся вокруг, зачем меня раздевают догола.

Я пришла в себя только, когда меня прислонили спиной к глиняной печной трубе. Жар пошёл по телу. Он лился по венам и проникал в каждую клеточку, и ощущение, что я вот-вот стану ледяной статуей, отступало.

– Бедняжка, – сетовала одна из женщин с русыми косами, укутывая меня в меховое одеяло, – кто же в шторм плавает? Хозяин моря ведь всегда настороже. Вот, чуть не прибрал тебя к себе.

Ответить не получилось – язык будто одеревенел вместе с разумом.

– Вот, держи, – протянула мне стакан полноватая девушка с красной косынкой на голове, – выпей всё до капельки, иначе умрёшь.

Как же меня напугали её слова. Нет, я не собиралась умирать, даже не подозревала, что нахожусь на волоске от гибели.

Я послушно приложилась к стакану и тут же отпрянула. Что это за желтоватая склизкая гадость плавает в нём?

– Пей, пей скорее, – настаивала девушка. – Это щенячий жир, верное средство от простуды.

О нет! Мне хотелось выплюнуть то, что я уже успела отхлебнуть и вернуть стакан хозяйке, но та была начеку. Она чуть ли не силой заставила меня выпить ужасное лекарство, ухватив одной рукой за шею, а другой прижав стакан к губам. Прости меня, Зоркий. Сама бы я с твоими братьями-собаками ни за что так не поступила.

Как только жир оказался в желудке, меня нестерпимо потянуло в сон. Непереносимая слабость свалилась на плечи. Теперь я была уверена, что не холод был призван сгубить меня, а мерзкое варево из преданных человеку и обманутых им же животных.

Чернота окутала разум. Я тонула и барахталась в мареве сна, тягучего, непонятного и неприятного. Кажется, кто-то звал меня по имени, слишком протяжно и жутко:

– Шшшееелааа… Шшшееелааа…

Когда я проснулась, то обнаружила себя на нарах под маленьким окошком. Кожу так приятно ласкало заячье одеяло, а тяжёлая шкура толсторога поверх него знатно согревала всё тело.

Мои хозяйки ужасно обрадовались тому, что я проснулась и вполне сносно себя чувствую. Мне тут же вернули мою высушенную одежду и усадили за стол, чтобы накормить горячей и сытной похлёбкой. А потом за мной пришли.

– Пограничная служба Полуночных островов, – представился тип в телогрейке с армейскими нашивками. – Пройдёмте на допрос.

Я даже растерялась, не зная, что и сказать. С кем граничат Полуночные острова, или по какому праву и о чём меня собираются допрашивать? Нет, я так и не спросила об этом, ведь за меня вступилась старшая хозяйка дома:

– Ну, вы изверги просто! Что устроили? Девочка вчера еле живая была. Какой ещё допрос? Нашли преступницу. Сами-то на себя посмотрите, издеватели.

– За сопротивление представителю власти, – бесстрастно, но с явной угрозой произнёс пограничник, – можно раньше времени встретиться со сборщиками податей.

– Что?! – возмутилась женщина. – Какие ещё подати? Вдова я, и моя невестка вдова. С кого ты пушнину собрался брать? Померли наши мужья ещё летом, когда для вас, хапуг, пошли медведя промышлять. Встретились с медведем, на том и конец.

– За оскорбление представителя власти… – начал было пограничник, но тут за свекровь вступилась молодая хозяйка:

– Да вас же весь остров ненавидит. Скажи спасибо, что не с ружьём в руках тебя встретили. Пропали те ружья вместе с нашими мужьями. Даже удивительно, твои пограничники их увечные тела нашли, нам вернули, а ружья – нет. Это с каких пор медведи стали железом питаться?

Пограничник невысказанное обвинение понял и ничего не ответил. Он просто подошёл ко мне, взял под локоть и вывел из дома.

Женщины бросили несколько проклятий ему вслед, но мужчина не отреагировал. Он просто вёл меня вдоль покрытой снегом сельской улице и ничего не говорил. А я, вместо того, чтобы начать думать, как мне выкрутиться из неприятной ситуации, засмотрелась на ворон, что в великом множестве сидели на голых деревьях и провисших проводах, что соединяли череду столбов вдоль дороги.

До чего же чёрные и мрачные птицы, словно предвестники беды, что нависла надо мной. Я даже вздрогнула от противного и скрипучего карканья, что раздалось за моей спиной. А потом я увидела белую лошадь в одном из дворов. Она стояла за забором такая величественная и немного печальная. Кажется, это первая лошадь, которую мне удалось встретить на Полуночных островах. В отличие от волосатых коров, лошади, видимо, никогда на островах не водились, а эту просто привезли сюда с континента. Интересно, ей очень холодно здесь зимовать?

Но когда я увидела настоящую собачью упряжку на дороге, меня уже не волновал этот вопрос. Четыре пары мохнатых и не очень собак с ремешками через грудь были пристёгнуты к центральной верёвке и тянули за собой сани со снопом сена. Вскоре шедший впереди упряжки старичок открыл ворота и запустил собак вместе с сеном во двор к лошади.