Валерий Тодоровский — о Козловском, Петрове и гипнозе

Валерий Тодоровский ходил на сеансы к известному гипнотизеру, собирается снимать новый сериал и считает, что через некоторое время мы увидим хорошие фильмы о жизни в период COVID-19. Об этом известный режиссер рассказал «Известиям» по случаю выхода в широкий прокат своей новой картины «Гипноз».

После крупных в постановочном плане картин — «Большой» и «Одесса» — вы сняли камерную историю. Устали от масштабности?

— Да, правда, я устал от больших картин. Хотел сделать камерный фильм и одновременно рассказать волнующую меня историю. У многих сложилось впечатление, что в фильме показана моя биография. Когда мне было около 12, я случайно попал в лабораторию профессора и тогда популярного гипнолога Райкова. Владимир Леонидович был выдающимся человеком, его деятельность необыкновенно меня заинтересовала. Потом я забыл про походы к профессору, но прошли годы, воспоминания вернулись, я понял, что об этом надо снимать. Когда два года назад вместе со сценаристкой Любовью Мульменко мы искали темы для совместной работы, я рассказал ей о мире гипноза. Она загорелась.

Вы сами поддались гипнозу Райкова, когда были подростком?

— Нет. Когда Владимир Леонидович пытался меня гипнотизировать, ничего не получалось — слишком я все контролировал. Когда мы с ним расставались, я сказал: «А вам все-таки не удалось меня загипнотизировать». На что он ответил: «Откуда ты знаешь»? (Смеется.) И я подумал: а вдруг действительно было, а я просто не помню? Эта мысль не отпускала меня долгие годы. Если бы не та фраза, может, я бы вытеснил воспоминания и больше не вернулся к ним.

В фильме вы снимаете только одного широко известного артиста, Максима Суханова, который уже играл в вашей картине «Страна глухих». Почему именно Максим показался вам подходящим на роль гипнотизера?

— Причина «он уже снимался» — скорее недостаток, ведь я люблю новых артистов. Обратите внимание, по моей фильмографии не кочует одна и та же обойма актеров. При этом я не говорю, что не буду никого снимать второй раз. С Максимом Сухановым последний раз я работал в 1997 году, то есть более 20 лет назад. С тех пор и я стал другим человеком, и он тоже. На роль Волкова я выбрал его, потому что, на мой взгляд, он на нее идеально подходит. В нем есть мощь, харизма, энергия, интеллект, масштаб личности, который нельзя «сыграть». Это был безальтернативный кандидат.

Второй главный герой — малоизвестный актер, мальчик. С подростками сложнее работать, чем с взрослыми артистами?

— Когда твоему главному герою 15 лет, вряд ли можно найти известного актера на его роль. Хотя есть дети, которые с десяти лет играют в кино, но я не большой их поклонник. Снимавшийся у меня Сережа Гиро — сложившийся артист. Он не просто прекрасно работал, но и человечески, профессионально делал свое дело осмысленно, мне с ним было легко. Как и Степа Cереда, сыгравший в «Одессе» сына главных героев. В «Гипнозе» он тоже есть. Очень мне полюбился. Если у меня будут для него роли, всегда буду его звать.

В фильме есть еще замечательная молодая актриса Полина Галкина, которая, кстати, первый раз снялась в кино. Это признак того, что наше кино не очень любопытно до новых лиц, потому что Полина прекрасная актриса, а ее не снимают, снимают одних и тех же.

Как вы относитесь к одним и тем же лицам в нашей киноиндустрии?

Плохо. Они мне надоедают на киноэкране. Я знаю несколько выдающихся артистов, которых я больше не могу видеть из-за количества их появлений на экране.

— Это вредит в первую очередь мне, зрителю. Мне скучно на них смотреть. Кроме того, есть момент недоверия — если ты видишь артиста каждые два месяца в новом фильме, ему все труднее убедить меня, что он именно тот персонаж, о котором идет речь в сценарии. У меня в голове смешиваются его герои.

— С Петровым другая ситуация, я бы сказал, что он не относится к этой категории. Его действительно было много последние годы, больше всех, наверное. Но это история про звезду. Когда вдруг обнаруживается, что есть артист, фильмы с которым собирают большую кассу, все хотят использовать его в своих корыстных целях. А поскольку звезд немного — на мой взгляд, на сегодняшний день в стране только два таких актера, — то приглашают именно Петрова.

— Данила Козловский и Александр Петров. Для такой страны, как Россия, это мало. Представьте, режиссер приходит к инвесторам, а они говорят: ты знаешь, мы запустим съемки фильма, но нам нужна звезда. Вот и получается, что поскольку таких актеров только два, они много снимаются. Но есть же еще просто хорошие артисты, которые из картины в картину переходят.

При этом вышеупомянутые актеры все равно подвергаются критике в соцсетях, многие считают, что «их много».

— Должен вас разочаровать, те люди, которые ходят в кинотеатры и платят деньги, практически не присутствуют в твиттере и фейсбуке. Такие комментарии пишет небольшой круг людей, 5% потенциальных зрителей, а те, кто вечером с девушкой идет в кино оторваться, — в соцсети не пишут. Посмотрите, сколько денег собрали фильмы с Петровым. Если бы он снимался в неуспешных, тогда был бы вопрос, зачем его много снимают? Думаю, нельзя проецировать мнения небольшой группы на всю аудиторию.

Вернемся к вашему фильму. В нем полноценным героем можно назвать снег. За что вы его так любите и что он символизирует?

— Это художественный прием. Снег ничего не означает, кроме того, что я хотел сделать фильм, в котором будет идти много снега. Мы снимали весь фильм с бесконечными снегомашинами, с ревом ветродуев. Это было дорого, мучительно, он лип к лицу, это всех достало. Он очень усложнял процесс, потому что постоянно его было то мало, то много, то он летел не туда.

Снег абсолютно гипнотически воздействует на меня. Когда за окном идет снег, я могу сидеть и долго смотреть на него, впадаю во что-то вроде гипноза. К тому же я давно не снимал московскую зиму.

Вы сняли камерный психологический триллер, а думаете о кассовых сборах, фестивальной судьбе картины?

— В ситуации, в которой мы сейчас находимся, вообще ничего не понятно. У камерных фильмов нет такого коммерческого потенциала, как у больших блокбастеров, но есть достоинство — стоят они меньше. И в случае если он соберет небольшую кассу в разных местах и его купит телевидение, то вполне может окупиться.

Лично я соскучился по маленького камерному кино. Когда-то снимал только такие фильмы, потом меня унесло в сторону большого стиля. Сейчас понял, что хотел бы продолжить снимать небольшие ленты.

Можно еще и сериал снять. Не планируете?

— Как раз собираюсь весной. Раз в жизни снимал сериал («Оттепель». — Прим. ред.), мне захотелось снять еще один. У меня есть очень хороший сценарий для этого.

В нашей прошлой беседе вы говорили, что сейчас самое время осмыслять 1990-е. Пандемия внесла коррективы? Может быть, надо снимать об этой чуме?

— Нужно снимать то, что хочется, если есть такая возможность. По поводу пандемии я много думал. Мой товарищ Тимур Бекмамбетов считает, что после пандемии любой фильм будет смотреться как ретро, потому что мир теперь делится на до и после. То есть он считает, что если ты снимаешь фильм, в котором нет пандемии, то это про далекое прошлое. Я так не думаю, потому что, как выяснилось, после снятия карантина люди начали жить будто ничего не было.

Другой вопрос, что пройдет время и будут сняты фильмы про карантин, про весь этот период, потому что попытки зум-сериалов, на мой взгляд, оказались несостоятельными. Я не поверил в них. Настоящая рефлексия этого события еще появится, и мы увидим фильмы, сериалы о жизни в период COVID-19. Но еще рано, мы еще внутри этого процесса находимся. Поэтому я буду снимать про жизнь без карантина и эпидемий, со звездами, которых еще никогда не снимал.

Какие проекты вашей кинокомпании скоро ожидать? Осваиваете ли вы интернет-платформы?

— Да, как раз новый сериал будет снят для одной из платформ, если все сложится. Есть три проекта, которые, надеюсь, выйдут до нового года, три новых сериала. На «России» выйдет «Бомба» — история создания в Советском Союзе атомной бомбы, режиссер Игорь Копылов. Потом стартуют «Оптимисты 2», которых сделал Алексей Попогребский. Мне кажется, что второй сезон [сериала] даже круче первого. Третьим выйдет «Обитель» Александра Велединского по роману Захара Прилепина о жизни заключенных в советском Соловецком лагере особого назначения. Очень сложный фильм, но, мне кажется, мощный, с большими артистами.