Из тьмы

Эпилог. Из сегодня в завтра

1

Когда он вышел на свою улицу, дождь заметно ослабел, а ветер так и вовсе прекратил свою дикую пляску. Гроза уходила на запад, становясь все тише и более редкой. Непроглядная темнота начинала рассеиваться.

Антон дрожал, прижимая трясущиеся от холода руки к груди. Он промок до нитки и чувствовал себя безмерно усталым и больным. Зубы стучали, выдавая неровную дробь. Из носа текло, а к вечеру появится температура. Он лишь надеялся, что не подхватил пневмонию.

Остановившись, он взглянул на первый попавшийся ему дом с горящими окнами. Рассеянный свет, проходя сквозь тюль и стекла, мерно падал на предлежащую территорию, подсвечивая клумбы с пионами. Все выглядело так, как и должно было.

Антон шмыгнул носом и принюхался. До него долетел отчетливый запах гари. Дальше по улице гуляли бледные оранжевые отсветы.

«Газ, - с упавшим сердцем подумал Антон. – Я же так и не открыл ни одного чертового окна!»

Он сорвался с места и побежал.

Дом догорал. От него оставался только почерневший остов с зияющими пустотой оконными порталами. Крыша обвалилась внутрь. Языки пламени, уже не такие сильные, постепенно тушил мелкий дождь.

Антон на бегу выбил калитку плечом, которое тут же отозвалось новой вспышкой боли, и буквально влетел во двор.

- Дина!

В его груди нарастал жар, а голос сделался хриплым и неровным. Он задыхался от бега, от охватившего его отчаяния. Воздух свистел, проходя сквозь саднящее от крика горло. А перед глазами замелькали серые круги. И сделав еще несколько шагов, Антон упал на колени посреди двора, уперев руки в высокую мокрую траву. Его тело сотрясало от холода и рыданий.

- Дина, - прошептал он, уже не в силах кричать. – Дина… прости. Прости…

Все в порядке, папа.

Ее голос прозвучал только в его голове. Он знал, что дочери больше нет, но все равно поднял голову и осмотрелся. Освещенный постепенно угасающим пламенем двор был пуст. От дома шло обжигающее тепло.

Ты просто еще не все вспомнил.

Он почувствовал ее присутствие, ощутил прикосновение легкой и приятной прохлады к своему лицу. Но его глаза продолжали видеть лишь пустой двор.

Вспомни. Ты сам спрятал эту часть памяти в самый дальний ящик своего сознания, на который повесил большой замок, а ключ выбросил. Так же, как ты поступил и с ящиком в сарае, заперев в нем рюкзак. Ты боялся, что память сведет тебя с ума и сделал так, чтобы она приходила постепенно. Сбей последний замок и отпусти меня…

И Антон сбил. Хлестнул по нему в отчаянии всей силой разума.

А когда он открыл последний ящик воспоминаний…

2

- Полевой, ты что-то слишком сильно разгоняешься. Сбавь-ка обороты, красавчик, - Катя слегка сжала пальцы его правой руки, лежащей на рычаге переключения передач. – Пожалуй, я больше не пущу тебя за руль даже после пары бокалов вина. Не порти такой хороший вечер.

- Пап? А мы съездим еще раз в этот центр? Было так круто - столько игр, а кинотеатр просто шик. Кстати, на следующей недели там будут показывать…

- Дорогой? – в ее голосе появился страх. Краем глаза Антон заметил, как она переглянулась с дочерью, и что-то нехорошее было в этом взгляде, что-то предвещающее беду. – Мы едем слишком быстро. Ты меня слышишь?

Он ее слышал. Прекрасно слышал. Вот только не понимал, в чем дело.

Она сильнее сжала его пальцы, обручальное кольцо больно впилось в косточки среднего и мизинца. Он хотел сказать ей об этом, но его язык превратился в сухую деревянную колоду. Он не мог даже повернуть шею, чтобы посмотреть на нее.

- Пап? – теперь страх читался и в голосе дочери. Антон почувствовал, как она обхватила подголовник его сидения и подалась ближе.

Черное полотно трассы блестело от прошедшего недавно дождя. Короткие черточки разделительной полосы сливались воедино. И, как назло, перед ним не было ни одной машины. Но зачем ему кто-то, мешающий быстро ехать?

- Антон, - взволнованный голос жены.

И вдруг он пришел в себя. Наконец заметил, что давит на газ и поглядывает в сторону встречных машин, ожидая такую же, несущуюся с весомым превышением скорости. Что же он, черт побери, делает?

В ужасе за свои действия, он быстро оторвал ногу от газа и собрался уже было притормозить, как со встречной полосы на него вырулила легковушка.

3

В тот день они отправились в подмосковный торговый центр. Дина весело провела время у игровых автоматов, а он бродил с женой по торговым отделам с одеждой, порой невыносимо долго ожидая, пока она примеряет все понравившиеся ей вещи. Потом они посетили местный кинотеатр и два сеанса подряд смотрели фильмы. А перед отъездом поужинали в дорогом ресторане, где он выпил бутылку вина.

И счастливые, и довольные они возвращались домой, когда его на какое-то время выдернуло из реальности. А потом он просто не отдавал отчета своим действиям, словно его телом кто-то управлял. Это было странное ощущение, непонятное, тревожное. Он подумал о своем детстве, которого не помнил, и на него накатило сильное чувство вины, причины которой он не знал.

Катя попробовала вернуть его в реальность. Но было уже поздно. Сбавь он скорость раньше и все могло бы быть по-другому. Возможно, успел бы очнуться и водитель на встречной полосе. Но время было потеряно.

Катя впервые в жизни оказалась не пристегнутой. По каким-то причинам ремень безопасности на переднем пассажирском сидении прочно засел в своем ложе и не хотел вытаскиваться. И подергав его пару раз, Катя сказала, что в этом нет ничего страшного.

Ее голова пробила лобовое стекло и упала на помявшийся от удара капот. Тонкая полоска растянувшейся кожи, все еще соединявшей ее с застрявшем в стекле телом, не дала голове покатиться по асфальту. В левой руке она сжимала его обручальное кольцо, оставшееся в ее ладони, когда его пальцы выскользнули.