Беспокойная подопечная тёмного архимагистра. Магакадемия 2

Глава 2

Сидеть рядом с Вермандом и болтать о том о сём было здорово, однако не стоит забывать, что их знакомству всего несколько дней и, по сути, оборотня Аль почти не знает. Что ему нравится? Какие любимые блюда? Как он предпочитает проводить свободное время? Большинство их разговоров касалось академической тематики, а на личные темы переходить как-то не доводилось. Возможно, это и к лучшему, хотя Альвинора была бы не прочь побеседовать с парнем как с другом, а не как с временным наставником или старшим братом.

Зато Ривариэль наверняка известно многое, ведь она в него влюблена, кажется, ещё со школы. Всё же такой постоянной привязанностью нельзя не восхититься. Интересно, а смогла бы сама Аль любить кого-то так долго и верно, чтобы думать только о нём одном, стремиться завоевать лишь его и никого другого? Каково же это – в кого-то влюбиться?

«Аль, ты в своём уме?! О чём вообще думаешь в такое неподходящее время? Тебе нужно не вылететь из академии и постараться не отправиться на тот свет, а не грезить о всяких романтических вещах!»

Хотя… со стороны на всё это посмотреть-то можно, правда? Например, на сколько хватит чувств Ривариэль? Заметит ли она влюблённого в неё Куртхайна? Сумеет ли завоевать сердце Верма?

– Накопители мы тебе уже купили, теперь приобретём пару защитных артефактов, – голос Верманда напомнил, что пора вернуться к действительности. – Будешь их носить, пока не освоишь хотя бы самые простые щиты.

– А эти артефакты дают только временный эффект? – тут же поинтересовалась Альвинора. – Они заменить щиты не смогут?

– Мощные защитные амулеты стоят очень дорого, – пояснил оборотень. – Сегодня я приобрету для тебя самые обычные, которые обеспечат минимальную защиту от возможных козней адептов. Например, чтобы тебе ветром юбку не задрали или причёску не испортили. Однако эти устройства довольно быстро разряжаются и требуют подпитки силы, плюс мало помогут против действительно сильных чар: просто временная мера, пока ты не натренируешь создание щитов.

– Я поняла. Если у меня будет сильный защитный артефакт, то не будет стимула заниматься и учиться создавать защиту самой.

– Верно. Артефакты – верные помощники, которые принимают на себя первый удар и помогают магу сориентироваться, взять себя в руки и начать защищаться, – сказал Верманд, а потом установил вокруг них барьер от прослушки и продолжил: – Однако не могу тебе не рассказать, что бывают настолько сильные артефакты, которые вообще не разряжаются и могут отразить любую внешнюю атаку. Они питаются от различных источников энергии (природа, стихии, места силы), которые находятся вокруг нас, и обеспечивают хозяину надёжную защиту.

– Тогда те, кто ими владеет, становятся неуязвимы? – затаив дыхание, спросила Аль.

– Можно и так сказать. Однако даже владельцам таких амулетов можно навредить, – развеял её надежды парень. – Например, изнутри.

– Это как?

– Самый действенный способ – дать яд, – стал перечислять оборотень. – Или использовать чары, которые на первый взгляд не несут вреда. Или воздействовать связывающим заклинанием.

О, кажется, это что-то опасное.

– Связывающим? – переспросила она.

– Да. Если определённым обрядом связать двух людей, то гибель одного повлечёт за собой гибель другого, и никакой артефакт не поможет. Хотя этот ритуал невероятно сложен и несёт в себе немало рисков, не говоря уже о том, что над его подготовкой нужно работать очень долго. Так что подобный амулет действительно делает носителя почти неуязвимым.

– Ничего себе! Я бы посмотрела на этот всесильный артефакт. Интересно, а его можно ещё улучшить, чтобы владелец стал по-настоящему неуязвим? – вслух размышляла Аль. Ведь если кто-то не поленится и напряжётся в этом направлении, дела будут плохи.

Верманд посмотрел как-то по-особому:

– Хочешь на него взглянуть?

– Очень! – загорелась она. – А что, в одной из магических лавок Тиары такие есть?

– Нет, конечно, – остудил её пыл оборотень. – Подобных амулетов существуют единицы: они очень сложны в изготовлении. Иначе бы многие, скажем так, не очень законопослушные маги устроили беспредел, пользуясь собственной безнаказанностью.

– Это верно. Но всё равно жаль.

– Не спеши расстраиваться, – вдруг сказал Верм. – Ты уже видела такой артефакт, и не один раз.

– Я? Видела? Но где? Когда?

– У небезызвестного тебе архимагистра Алакдаэра Аркент’тара. Помнишь его голубую серёжку в левом ухе?

– Неужели она? – выдохнула Аль, по-новому оценивая не только украшение, но и его владельца.

– Именно. Он сам её сделал после того, как пятнадцать лет назад чуть не погиб, – сообщил парень, понизив голос. – Только это секрет, о её истинных свойствах знают немногие.

– Оказывается, тёмный декан ещё и такое делать умеет? Расскажешь о нём побольше? А то я всё только слухи слышала, один другого страшнее.