Жизнь на кончиках пальцев

Глава третья

По шестой класс включительно девочки и мальчики, будущие балерины и танцовщики, занимались хореографией отдельно. К подобному разделению принуждали совершенно разные требования к подготовке танцора и балерины перед тем, как ему и ей наконец-то будет позволено стать в пару. И происходило это в седьмом, предшествовавшем выпускному, классе.

К этому возрасту юноши были на голову выше сверстниц, ну а уж в том, что весили они едва ли не в два раза больше девушек, никто и не сомневался. Для того чтобы партнер мог удержать балерину, выполняя поддержку и не упал на сцене вместе с нею, нужны сильные накачанные руки, ноги и спина. А это значит, что кроме физических нагрузок нужно питание, богатое протеинами. Мышцы не берутся из ниоткуда. О том, сколькими травмами «обязаны» балерины своему партнеру, страшно даже сказать.

***

Первый день занятий после летнего отдыха всегда посещала Мстислава Борисовна Звездинская.

Заходя в танцкласс, презрительно оглядывая юных балерин, успевших посвежеть и загореть, останавливалась в центре помещения, складывала руки на груди и отдавала команду:

- На весы!

И упаси Бог, если девушка умудрялась за лето набрать больше килограмма! Или, еще хуже, подрасти больше чем на два сантиметра!

- Корова! Дылда! Лошадь! – комментировала Мстя увиденные показатели. – Только и умеете, что жрать! – и делала пометки в блокнотике.

Девушки прекрасно знали, что пишет в своем талмуде Мстя. Понимали, что отныне им придется сидеть, что называется, на воде и яичном белке. Потому как хлеб исключен из рациона навсегда еще при поступлении в училище. Разве что ржаной сухарик толщиной в спичку трижды в неделю на завтрак.

Будущие балерины улыбались педагогу сквозь еле сдерживаемые слёзы. Плакать – нельзя! Проявлять негативные эмоции – ни в коем случае! Они должны быть благодарны за заботу! Ведь все, что ни делается – только ради их же блага!

Словно желая еще больше унизить «толстух и дылд», в которых и росту то было от силы полтора метра, да и вес оставался в пределах нормы, то есть не превышал тридцати килограмм, Мсислава указывала наманикюреным пальчиком на Диану и Леночку, которые всегда старались быть поближе друг к другу:

- Вот с кого нужно брать пример! Учитесь, как нужно уметь совладать с порочными страстями и желаниями! – под порочными страстями и желаниями, Мстя, конечно, имела в виду … нет, не желание налопаться сладостей «от пуза», с мечтами о конфете девушки простились без сожаления еще в детстве, а обычную потребность в хотя бы тщательно отмеренной для балерины порции. Нежелание оставить на тарелке яичный желток или половину сухарика.

Девушки, продолжая улыбаться Мсиславе, метали наполненные злобой взгляды на тех, кого им ставили в пример. И вовсю злословили о подружках за закрытыми дверями комнат.

Основной обсуждаемой темой было то, что Диана и Леночка были младше остальных учениц. А вот то, что в своем возрасте они справлялись с нагрузкой, рассчитанной на всех – не имело никакого значения!

- Вот доживут до наших лет, - шипела на ухо подружке пятнадцатилетняя балерина, - посмотрим, что с ними станет!

- Ага, - соглашалась наперсница, - стоя срать будут!

В принципе, Мстислава оказала Диане и Леночке «медвежью услугу», настояв на их зачислении в училище раньше положенного возраста. В классе они были самыми младшими, самыми маленькими по росту и, соответственно, по весу, находясь при этом в обычном для балетных индексе: показатель роста минус сто двадцать.

Но как же удобно держать в узде тех, кто «разожрался» постоянно тыкая носом в тех, кто ниже и легче!

- Как бы девочкам пакостить не начали, - Людмила покачала головой, обсуждая с Мстиславой сегодняшнее занятие.

- Ничего, - усмехнулась Мстя. – Пусть учатся стоять за себя и свои интересы! Все, что нас не убивает – делает сильнее!

- Или ломает хребет, - пробормотала Милочка. – И никто не думает о том, каково это, жить тебе, сильной, с исковерканным не только телом, но и душой.

- Слабачкам и неженкам в балете места нет! – провозгласила Мстя тоном, не терпящим возражений. – Пусть привыкают! Тем более что им проще.

- Это почему? – Людмила не могла взять в толк, в чем Мстислава увидела «простоту».

- Потому что их двое! – Звездинская улыбнулась, поражаясь недогадливости коллеги. – Всегда есть рядом та, на кого можно опереться! Понаблюдай за ними! Ведь им даже слов не нужно, чтобы понимать друг друга! Неужели ты не заметила?

- Отчего же? – Милочка поняла, что Мстя как всегда хочет ткнуть её носом в кажущуюся невнимательность и недальновидность. – Конечно, заметила. И надеюсь, что они сумеют пронести эту детскую дружбу сквозь житейские коллизии.

- А сейчас ты вот о чем? – Мстислава удивлено вскинула брови.

- Да так, - отмахнулась Людмила. – Ни о чем. Просто мысли вслух.

Выпытывать, что за мысли в голове у коллеги было явно ниже достоинства Звездинской. Захочет – сама скажет. Ну а нет – так тому и быть. Не слишком уж и умна её «младшая подруга».

***

С того дня, как в танцкласс на послеобеденное занятие ввели смущенных новизной обучения пятнадцатилетних юношей, прошла неделя.

Мстислава лично наблюдала за тем, как Милочка ставила учеников в пары. Не преминула поделиться особо ценным указанием, заключавшимся в том, что вот этот мальчишка будет смотреться в паре более гармонично с вот этой девушкой.

Людмила пожимала плечами, понимая, что пары окончательно сформируются разве что к концу полугодия. А до этого дня балерин и танцовщиков будут тасовать, словно карты в колоде, переставляя и наблюдая за тем, как они смогут взаимодействовать. Личная симпатия здесь не имела абсолютно никакого значения! В театре не придется выбирать, с кем танцевать! Но на первом этапе нужно добиться хотя бы физической совместимости. Крохотные балерины и так выглядели смешно и нелепо рядом с мускулистыми танцовщиками.

От начала урока прошел час, когда в дверь класса постучали.