Тень из рода Лиан

Глава 2.

Со дня рождения Агген минула седьмица или чуть больше. Лето постепенно шло к угасанию, я любила это время, особенно утро – немного прохладное, без надоедливой мошкары – мошкару ежедневно магически отгонял целитель Алико, но он вставал куда позже. Я же поднималась порой еще до рассвета, пока не встали слуги, чтобы выйти наружу, подышать воздухом, попросить доброй погоды у неба, как принято в Руане, обнять еще цветущее вишневое дерево. Немногочисленные слуги, жившие в замке, вероятно, всё же видели меня, не могли не видеть, но сплетни здесь умели пресекать на корню. Кроме того, помимо слишком быстрого для обычного человека заживления ран, была у меня еще одна странная особенность – будучи долгие годы лишь тенью своей госпожи, я научилась быть незаметной. Возможно, это было той самой родовой, не ощутимой никакому стороннему соглядатаю, магией семьи Лиан.

Сегодня с утра зарядил мелкий неуверенный дождь, и прогулка сократилась до минимума – пары горстей, не больше (*горсть – примерно 15 минут). Слегка замерзшая, вернулась к себе – до того момента, как хмурая, вечно недовольная мной Дорат принесет завтрак, было еще долго. Занятий не должно было быть, и меня ожидал еще один долгий день, в котором я буду предоставлена самой себе.

Иногда я читаю.

Иногда вышиваю.

Иногда рисую – леди Сертон вволю снабдила меня бумагой, цветными мелками, красками и кистями. Чаще всего я рисую деревья. Но сегодня, вернувшись с прогулки, я подошла к огромному – в весь мой рост – зеркалу, зачем-то стоящему в комнате. Если не всматриваться пристально в одежду, прическу – можно распустить волосы - легко вообразить, что передо мной стоит Агген. Так я и нарисовала – Агген, стоящую перед зеркалом в одном из своих прекрасных дорогих платьев, и себя – в ее отражении. Увлекшись, забыла о завтраке, который Дорат поставила на стол – молча, с выражением несгибаемого протеста на лице, протеста, неизменного на протяжении всех этих долгих лет нашего совместного существования. «Спасибо», - сказала я, и Дорат ушла, закрыв дверь настолько бесшумно, что я словно бы услышала, как мерно и ровно стучит в груди сердце.

Внезапно в глазах потемнело, а потом ударил резкий слепящий свет, вот только зажмуриться не получалось, было такое ощущение, что свет бьёт под веками. Тело затряслось, как студень в руках беспечной служанки, кости словно растворились в пылающей магме кожи, и вдруг меня резко толкнуло вперёд, но каким-то чудом я удержалась на ногах. Пронзительный ветер впился в волосы, и я отчётливо поняла: где бы я не находилась, это была уже не башня. Над головой кружились зеленые кроны деревьев.

Я судорожно пыталась вдохнуть, как вдруг шею обхватили и сдавили чьи-то шероховатые, сильные и толстые пальцы.

Моё обучение включал в себя навыки защиты и борьбы. Это всегда удивляло, ведь телохранительницей Агген в полном смысле этого слова мне стать не довелось, я сопровождала её только в замке, когда рядом не было посторонних. Сейчас... Мысли бестолково метались в моей голове.

Одно дело тренироваться с молчаливым старым воякой лором Ардо (во время тренировки моё лицо было закрыто, да и мастер предпочитал давать мне задания на расстоянии). Совсем другое - вот так, в реальности, с неизвестным и очевидно сильным противником. Я потрепыхалась, ощущая какой-то бестолковый ужас от сдавленности горла, а потом размахнулась и ударила наугад ботинком по ногам. В замке Агген любила ходить босиком, я же всегда носила тяжелую тупоносую обувь, подобную той, которую обували служанки. Удар попал в цель, нападавший выругался сквозь зубы, но хватки не ослабил. Я продолжала биться и пинаться вслепую, яростно и молча, как привыкла. Говорить мне приходилось очень и очень редко, и мысль позвать на помощь мне в голову не пришла. Да и кто придёт на помощь в лесу?

Наверное, в тот день моя смерть настигла бы меня – бессмысленно и глупо. Конечно, я готовилась отдать жизнь за Агген, но уж никак не рассчитывала подарить ее неизвестному убийце в неизвестном месте. Но тут раздался топот копыт и ржание, ветки кустарника зашевелились, через пару мгновений на поляну выскочил всадник, а еще за мгновение до этого я внезапно оказалась свободной, словно нападавший растворился в воздухе. Судорожно кашляя и пытаясь отдышаться, я развернулась, но не увидела никого и ничего. На сухой земле, развороченной в месте нашей схватки, невозможно было отследить, куда ушел несостоявшийся убийца. Я все еще крутила головой, словно пытаясь проверить, так ли крепко она прикручена к туловищу, как до нападения, а всадник тем временем спешился и подбежал ко мне.

- Агги?! - всадник рухнул в пыль и схватил меня за руку.

Этот было слишком для одного дня, более насыщенного, чем вся моя жизнь.

Столько прикосновений. Столько эмоций.

Но мне пришлось взять себя в руки, моё лицо принадлежало Агген, и я не имела права быть слабой.

- Агги? Что случилось?

- Кто-то... Напал на меня. Лошадь его спугнула, - голос хриплый и незнакомый. Мне редко доводилось говорить вслух, за исключением уроков и эпизодического общения с леди Сертон.

- Что ты здесь делаешь? - не унимался спешившийся всадник. Я взглянула украдкой на его лицо. Это был молодой мужчина, немногим старше Агген и выше на целую голову. Судя по его лоснящейся ухоженной лошади и бархатный куртке, он был из знатных.

Разумеется, я не знала знакомых Агген, ни лично, ни даже просто по именам, поддерживать разговор было трудно и опасно - ненароком я могла выдать себя.

- Почему ты так... - мастер замялся, - так одета?

- Мне... Нужно вернуться в замок, - знать бы ещё, где я нахожусь! - горло очень болит. Тяжело говорить.

- Конечно! - он схватил за уздцы белоснежную лошадь – ту самую, подаренную на семнадцатилетие - которая обнаружилась в паре шагов от меня, и подвел ко мне. Лошадь покосилась умным пронзительно-черным глазом и недовольно всхрапнула.

- Ну, же, Дайда, девочка, - приговаривал парень, - ты тоже испугалась?

Дайда, вероятно, было имя лошади. И лошадь не человек, ее трудно обмануть. Но животное, очевидно, обладало покладистым нравом и не стало сбрасывать меня или как-то протестовать в отношении незнакомой всадницы. Юноша помог мне взобраться. К счастью, меня учили ездить верхом, я должна была уметь все, что умеет Агген. Раньше это казалось совершенно излишним.