Куплю любовницу для мужа

3 глава. Султан ее гарема

Ненавижу плакать на людях. Но и сдержать слезы не в состоянии. Я с такой силой вцепляюсь в покрывало на кровати, что пальцы сводит судорогой. Ведь это он обо мне говорил. Эта страшная пустота, эта зияющая дыра на том месте, где когда-то были яркие чувства – моя нынешняя жизнь. Просто я еще не решилась сама себе признаться в том, что давно уже одинокая замужняя.

– Знакомо, правда? – спрашивает Макс.

Молча киваю.

– Иди ко мне, моя бедная, маленькая, большая девочка, – шепчет он, обнимая меня.

Прижимаюсь к нему, ощущая каменные мышцы широкой груди, замираю в его жилистых руках, потому что мне сейчас просто необходимо прижаться к кому-то сильному и понимающему. Раньше таким был Гордей. Бывало, прижмусь к нему, когда грустно, утону в его сильных руках, вдохну такой родной мужской запах и сразу все кажется поправимым и не таким страшным. Гордей давно уже не обнимает меня так, как Макс сейчас. Закрываю глаза, и на миг мне кажется, что я снова с любимым мужем, и все, как раньше. Но в безмятежную тишину короткой паузы врывается голос Макса. И я вздрагиваю. Он не Гордей. Он хороший, понимающий, ласковый. Но он не мой муж! Боже, что я творю?  Мы уже обнимаемся! Отстраняюсь от него и шепчу:

– Прости! Неловко как-то вышло.

– Да все в порядке, – улыбается он. – Кстати, открытый брак – это когда и мужчина и женщина имеют любовников. Твой муж явно не теряется, а с тобой-то что?

– А мне не нужно, – встаю с кровати и подхожу к зеркалу.

Оно отражает заплаканную печальную женщину с растрепанными волосами. Ужас какой! Совсем я что-то распустилась. Руками привожу прическу в порядок.

– Нет,  так нельзя, – горячо возражает Макс. – И вообще с твоим подходом открытый брак – это бред, который закончится тем,  что муж тебя бросит. И вместо примирения будет просто долгая агония брака.

– Ты странный психолог, Макс!

– Я – хороший психолог, Настя. Потому что волнуюсь за своих пациентов.

– А я уже твоя пациентка? – это звучит гораздо резче, чем хотелось.

Он обиженно поджимает губы и отворачивается.  Да что со мной сегодня? Не женщина, а колючий взъерошенный ежик. Совершенно незнакомый человек возится со мной, хотя приглашали его не для этого. И потом, может быть, это как раз то, что мне сейчас нужно? Грамотный профессиональный совет и холодный взгляд со стороны? Я ведь совсем одна со своей бедой.

Подруг у меня нет. Я родилась в Оханске – крошечном городке в Пермском крае. В десять лет мама привезла меня в Москву, и меня приняли в МГАХ –хореографическую академию при Большом Театре. Подруг детства из родного Оханска я быстро растеряла. А в хореографическом все друг другу заклятые врагини, которые иногда сбиваются в стаи и дружат против остальных. У балетных почти нет друзей. Особенно когда одной с раннего возраста начинают давать ведущие роли, как мне, а другие танцуют лебедей на заднем плане. Вот тут-то ми-ми-ми заканчиваются и начинается битое стекло в пуантах перед премьерой. Поэтому лучше быть одной. Мама живет далеко, она так и осталась в Оханске.  Отца я никогда не видела. Даже не знаю, кто он.  Мама всегда злится, когда  я пытаюсь хоть что-то узнать о нем.  Да и не близки мы настолько, чтобы ей в жилетку плакаться. Так почему бы и не воспользоваться шансом, который так неожиданно подвернулся? Нужно только загладить неприятную шероховатость.

– Прости. Макс, я не хотела так…

– Ладно, проехали. Это тебе решать: буду ли я твоим психологом.  Поверь: я не навязываюсь, но мне кажется, что в такой сложной ситуации одной тебе не выплыть.

– Согласна, – подхожу к кровати и протягиваю ему руку. – Мне, действительно, нужна помощь. Или хотя бы с кем-то поговорить. По рукам? Ты мне скажи только, сколько я тебе должна за беседу и вообще.

– Ух ты, деловая колбаса! – смеется он, пожимая мою руку. – Все меркантильное потом. Сейчас главное: это ты и наша стратегия поведения. Сядь-ка напротив меня, – он хлопает ладонью по покрывалу.

– Зачем?

– Да не бойся ты, – улыбается он. – Приставать не буду. Просто не спорь и сядь напротив.

Сажусь на кровать напротив него.

– Отлично! – Макс берет меня за ногу и начинает массировать ступню.

От его сильных длинных пальцев у меня по всему телу пробегают мурашки и из груди вырывается стон:

– Боже!

– А то! Это я уже начал работать и применяю свои личные методы. Расслабься, сейчас легче станет. Тебя всю так зажало, что я на это смотреть не могу. У меня аж челюсти сводит. Просто сиди тихо и наслаждайся. Так вот о твоей ситуации: сделать нужно по уму. Знаешь, для чего на самом деле женщины соглашаются на открытый брак? Потому что в глубине души надеются, что муж сходит налево, выпустит пар, а потом приковыляет обратно к супруге и падет в ножки. И будет бить себя пяткой в грудь, бормоча: "Прости, любимая, лучше тебя на свете нет". Признайся, что тоже думала об этом? – он одновременно сжимает все пальцы на моей правой ноге, и я, ойкнув, выдыхаю:

– Думала. Конечно же, да!

– Я так и понял. Но как этого добиться?

Хороший вопрос! Если бы я знала на него ответ!

– Не знаю я, Макс. Да и ни одна женщина не знает.

– Я знаю, Настя. Нужно контролировать его походы налево. Любовница должна быть проверенная, из своих. Чтобы грамотно поимела навар, но при этом не увела из семьи.