Подъем

Глава 20

Маша

Я всегда мечтала о собственном доме. Добротном, из красного кирпича, с зеленой лужайкой, спрятанном от посторонних глаз за высоким забор. Тихая гавань для моей семьи, где каждый бы мог отдыхать после тяжелого рабочего дня или долгого сидения за книгами. В котором каждая вещь лежала бы на своем месте, отведенное ей на семейном совете: долго спорили бы, какой диван приобрести и какие портьеры повесить. А вечерами, когда на небе начинали появляться редкие звезды, а луна окрашивала своим теплым светом паркетную доску, мы бы устраивались у камина, завороженно следя за игрой пламени, мельчайшие искорки которого, кружили бы над огнем, растревоженные кочергой, ворошащей поленья. Я бы, пожалуй, растила цветы: лилии, тюльпаны, пионы, и каждый раз горделиво встречала гостей на подъездной дорожке зная, что в клумбах за моей спиной радуют глаз буйством красок взращенные с любовью растения… А по выходным, когда домочадцы оставляли позади будничные заботы, мы накрывали бы стол на террасе и громко смеялись, глядя на мчащегося по траве Дюка, чей шершавый язык наверняка свисал бы набок, а уши забавно развивались на ветру.

- О чем задумалась? - интересуется Сергей, стоит Руслану аккуратно затормозить перед воротами.

- Да, так… Ерунда, - сбрасываю с лица задумчивость и с интересом разглядываю открывшийся взору особняк. - Эти Андросовы и правда здесь живут?

- Тебя это удивляет?

- Ну, на дом это мало похоже… Скорее на старинный музей или памятник архитектуры…

- Сестра моего отца питает страсть ко всему, что и без ценника говорит об обеспеченности владельца. Ее муж, Роман Степанович, потратил на строительство четыре года, потому что тетка раз в год меняла свои предпочтения. То обязательно должны быть колоны и крученая лестница в центре зала, то склонялась к чему-то более сдержанному, - помогая мне выбраться из машины и извлекая из салона цветы, делиться со мной Титов.

- Впечатляет, - с придыханием любуюсь открывшейся мне красотой двухэтажного строения, подсвеченного огнями прожекторов. - У них, наверное, большая семья? Сколько же здесь комнат?

- Восемнадцать. И нет, детей у них нет. Пошли, - мы поднимаемся по каменным ступенькам: Сергей невозмутим и спокоен, а я едва ли не пылаю, испытывая волнение и будоражащий кровь азарт.

- Здравствуйте, Сергей Юрьевич, - женщина в черном костюме и белой блузке, выглядывающей из-под пиджака, поправляет очки в металлической оправе, ожидая, когда мы войдем и избавимся от верхней одежды.

- Здравствуй, Вера. Мы последние?

- Нет, ждем Трофимовых, и Агафонцев задерживается. Елена Ивановна не стала приглашать всех, так что за столом собрались самые близкие. Ваша мать уже успела поскандалить с Варварой, а Михайловский пьян в дробоган, - приняв из рук Сергея букет и устраивая его в одну из ваз, коих на столе скопилось великое множество, делиться сплетнями дама, не забывая кидать на меня любопытные взгляды.

- Кто такая Варвара? - заранее сочувствуя бедной женщине, которой не повезло впасть в немилость Светланы Викторовны, не могу сдержать интереса.

- Вторая жена моего отца, - и теперь жалею уже Титову, не представляя, каково это - сидеть на семейном празднование рядом с разлучницей.

- Лена, - останавливаясь рядом с именинницей, восседающей во главе длинного стола, выпускает мою руку Сергей. - Ты, как всегда, прекрасна. И не скажешь, что пенсия уже не за горами!

Ухоженная блондинка в красном бархатном платье, оставляющем открытыми плечи и ложбинку ее полной груди, дружелюбно хлопает его плечу и запечатлевает на гладковыбритой щеке еле заметный след от своей матовой помады цвета винной ягоды.

- Вот негодяй! У меня еще пять лет в запасе! Знакомь скорее со своей спутницей! Не думала, что, вообще, доживу до момента, когда женщина сможет выдержать тебя дольше нескольких дней! - она тепло улыбается, не забывая осмотреть с головы до ног, излишне долго разглядывая мои руки.

- Маша, - решаюсь взять инициативу на себя. - И он вполне сносен, если видеть его лишь пару дней в неделю, - заставляю ее засмеяться, стойко пережив прикованные к нам десятки пар глаз.

Среди собравшихся за столом гостей, я узнаю лишь одного человека, чьи зубы плотно сжимаются, когда я устраиваюсь рядом, и прохожусь наманикюренным пальчиком по холодящим кожу бриллиантам, усыпавшим мое колье из белого золота. Бонус за девять лет семейной жизни с Андреем Медведевым.

- Светлана Викторовна! Вы прекрасны, - любезно отвешиваю комплимент, отчего ее глаза сверкают еще ярче, мечтая испепелить меня на месте, и, заметно понизив голос, наклоняюсь к ее уху, чтобы никто не услышал сказанного. - Наверное, потому что молчите.

Напротив меня расположился полный мужчина, с завидной постоянностью подносящий к губам рюмку, после чего он обязательно протирает лоб красной салфеткой, при этом громко сопя. Рядом с ним устроилась миниатюрная, хрупкая, даже почти прозрачная девушка с огромными зелеными глазами, которые на фоне выкрашенных в рыжий волос пугают своей глубиной и яркостью. Она молчаливо следит за пустеющим на глазах графином с водкой, и лишь вздыхает, когда громко засмеявшись над шуткой своего соседа, мужчина заходится хриплым кашлем.

- Кто это? - не хочу отвлекать Сергея от разговора, и обращаюсь к его матери, полагая, что она все же ответит, не желая привлекать к нам внимания бессмысленными пикировками.

- Савелий Михайловский. Депутат. Очень влиятельный человек, так что перестань зыркать в его сторону.

- А девушка? Его дочь? - на вид ей не больше двадцати.

- Пф… - отпивая глоток белого вина, смотрит на меня, как на сумасшедшую. - Ты, действительно так глупа или умело прикидываешься?

- Жуйте, Светлана Викторовна. Когда вы не извергаете гадости, терпеть ваше присутствие становиться куда проще…