По морям по волнам. Часть 2

Глава 1

Огромный материк Лавразия, более трёхсот лет назад, трудом сотен рабов разделённый на гигантскую северную и южную части, подобно прожорливому дракону, открывал свой рот, спасая от зимних штормов благословенные виноградники Великого Римского Триумвирата. Станислав планировал, прижавшись к принадлежащей Султанату южной половине гигантского материка пройти перешеек и оказаться в свободных водах. Их путь лежал к Гондване — таинственному материку, лежащему западнее золотоносной Голконды. Именно туда понесло любознательного герцога и оттуда его предстояло вернуть.

Корфянский Султанат, напоминающий своими очертаниями характерный для его жителей длинный прыщавый нос, вольготно расположился между роммскими и арбатскими берегами, от последних его отделяло внутреннее, Красное море. Там, где начиналась огромная изъеденная ветрами ноздря, располагались печально известные Драконовы горы и, по большей части бесплодная, каменистая пустыня с высокими отвесными скалами. Однако, в долинах под струями хрустальной талой воды цвела жизнь. Знаменитые на весь мир леса миндаля, грецкого ореха и ливийского кедра соперничали с зарослями папируса и бамбука. Гигантские дикие оливы и апельсиновые деревья сменяли друг друга, террасами спускаясь к побережью.

***

Капитан Грейсток, как самый прожжённый торговец из всех, бороздивших когда-либо воды Средиземного моря, взял в трюм своего корабля сотню кур, бочонки с сахаром и солью, крупу и даже хорошо провяленные окорока, облегчив этим самым свои собственные подвалы и оставив поместье в непритязательном виде.

Старый управляющий, поседевший и постаревший за два месяца нашествия флибустьеров, как за предыдущие десять безупречных лет службы, тихо молился на уходящих в плаванье. Ему предстояла гигантская работа по восстановлению полуразрушенной усадьбы. Поэтому, разворованные погреба и ополовиненные винные запасы казались ему наименьшим из зол. Однако, рачительный хранитель графского добра не подозревал, какую участь, в виде небольших, но юрких мелорнов, приготовила ему судьба. Подвиг сей, как ему вскоре пришлось убедиться, не смог увенчать его славой, потому что слава в глазах хранителя имущества измерялась ценностью хранимого. Ценность же подвижных мелких зелёных кустов была, по общему мнению слуг, слишком ничтожна, чтобы выдержать все те страдания, которые ему ещё предстояли. А пока управляющий подсчитывал убытки и горестно, но с облегчением вздыхал, трусливо поглядывая на исчезающий в море галеон (а вдруг вернутся?!)…

... Бритландия исчезла из вида, спрятавшись за своими туманами, и команда, раздумывая над предстоящим обедом, и, мечтая о великих подвигах, уверенно вела «Морской Мозгоед» по уже проверенному маршруту, огибая по широкой дуге неприветливые берега Тиберия, отвесные скалы которого, вздымаясь ввысь, ограждали с двух сторон небольшой, но такой памятный залив.

Осторожно миновав два пролива, корабль, скромно прижавшись к южному берегу, торопливо миновал нелюбезные воды ВРТ.

***

Как только берега Туманного Альбиона скрылись из глаз, Полина с уверенностью заявила, что Рамзесу никак нельзя оставаться неучем, и ему жизненно необходимо получить образование. Каким образом осуществлять развитие не всегда прямоходящего ученика, по утрам осуществляющего набеги на курятник, всерьёз никто не думал. Станислав дал добро, и команда бросилась решать проблему с невероятным воодушевлением. Каждый флибустьер точно знал, какое занятие наверняка пригодилось бы Рамзесу в его предполагаемой карьере вожака стаи. Каждый, сидя за ужином в кубрике, отстаивал свою точку зрения так громко и убедительно, что обсуждение превращалось в спор, а в дальнейшем грозило перерасти и в драку.

— Пока мы в походе, у Рамзеса навалом времени, — говорил Теодор. — В конце концов, Полина может показать ему буквы, и он начнёт читать книжки. У Дена есть прекрасная энциклопедия. Я могу научить его стрельбе. А Боб может иногда спускать лодку, и мы научим его грести. Разве не так?

— Не так, — говорил Ден. — Не дам!

— Чего не дашь?

— Энциклопедию не дам!

— Что тебе жалко?!

— Жалко!

— Ну, и жмот!

— Сам ты жмот!

— Мальчики не ссорьтесь, — вставляла веское слово Полина. — Деннис, ну ты же можешь иногда показывать Рамзесу картинки из своих рук? Ради меня…

Ден краснел, как маков цвет, пальцы начинали комкать салфетку, а рука непроизвольно тянуться в сторону дополнительного куска хлеба, бережно отложенного заботливой Полиной подальше. Девушка внимательно следила за его здоровьем. Сделав глубокий вдох, Деннис отвечал:

— Конечно!

И под весёлое хмыкание Акулы: «Ядрёная печёнка! Вот же пожалел так пожалел...», — быстро завершал трапезу и, извинившись, уходил к себе... Теодор же брал лишний кусок мяса и, вгрызаясь белыми зубами бормотал:

— Любоффф...

Теперь быстро доедала и откланивалась Полина...

Наконец, Станиславу надоели эти ежедневные баталии, и в один не солнечный для оборотня день, состоялся решающий разговор.

— А будет прок-то от всего этого при каждодневном обучении? Постигая науки такими темпами, наш вожак сможет только править веслом на галере, или колоть дрова.

— А я, могла бы ещё научить его танцевать — сказала задумчивая Полина, — иначе он вырастет неуклюжим.

— О, это очень важно, Полин, но не совсем ко времени. Сначала ему было бы неплохо освоить чтение и основы счета, арабский и французский языки, — поддержала высокое собрание леди Маргарет.

— Узнает алфавит и будет читать энциклопедию Дена. Там есть интересные картинки. Очень важно привить ему правильное представление о... Ммм... Любви, — убежденно вставил Теодор.

— Ты просто помешан на сексе, Тео, — безо всякого смущения добавила Полли, и, посмотрев на пунцового Денниса, сидящего рядом, уже тише, но не менее уверенно добавила: — А мне можно полистать.. Энциклопедию?