Тарисиль Селлуг

Глава 6

– Что-то не так? – осторожно спросил Гэндальф.

– Сохранились древние легенды, больше похожие на сказку, – задумчиво проговорил Элронд. – Предания о нескольких клинках, созданных Древнейшими. Говорят, их выковали в том самом пламени, которое Неназываемый вложил в уста своих драконов. Эти клинки так и назвали: Пламя дракона. И лучшего оружия против этих крылатых тварей было не придумать – они легко пробивали их чешую, а заодно могли защитить своих владельцев от огня или холода. Еще легенды говорят, что Неназываемый повсюду искал эти клинки и уничтожил все до единого.

– Они отличались внешне от прочих? – Торин с жадным интересом разглядывал меч.

– Да. У них было два существенных отличия. Во-первых, во время боя они начинали сиять серебряным или золотым светом. Причем, светилась не только сталь, как на наших клинках: по лезвию бежало настоящее пламя, опасное даже для мертвых.

– А второе отличие?

– Оно, скорее, относилось к свойствам оружия. Такой клинок сам выбирал себе хозяина. В чужих руках это самый обычный меч. Впрочем, говорили, что тех, кто силой завладевал клинком, всегда находили мертвыми. Но, повторюсь, это лишь предания, давно ставшие сказками для детей. Думаю, неизвестный мастер решил сделать меч, похожий на легендарное оружие. Отличная работа.

– Мы тоже когда-нибудь станем сказками, – проворчал себе под нос Гэндальф. Торин откинулся в кресле и глубоко о чем-то задумался. Прочие гномы и хоббит, ловившие каждое слово Элронда, начали переглядываться и перешептываться.

Владыка Ривенделла вложил меч в ножны. Кристэль протянула за ним руку, но эльф мягко ответил:

– Прошу меня простить, леди Кристэль, но это не слишком удобно – сидеть за столом с оружием… – Он не договорил и покачал головой. Сердце Кристэль царапнули нехорошие предчувствия. – К тому же я хотел бы изучить его повнимательнее. С вашего позволения, конечно. – Полуэльф выжидающе посмотрел на девушку. – С ним все будет в порядке. Обещаю.

Кристэль церемонно склонила голову. А что еще оставалось делать?

Настроение у нее начало портиться.

– Танец «Семи Водопадов», – проговорил Элрохир, прислушавшись к музыке. И посмотрел на девушку: – Я могу пригласить вас, леди Кристэль?

– Да, лорд Элрохир. – Она заставила себя улыбнуться, подала руку младшему сыну Элронда, и они спустились вниз, где по кругу уже стояли шесть пар. Гэндальф с удивлением посмотрел на Элронда. С чего вдруг Элрохир пошел танцевать с Кристэль, да еще такой танец? «Семь Водопадов» относился к придворным или Высоким танцам. В нем было множество сложных фигур и требовались особая четкость и выразительность. Элронд, словно не заметив взгляда мага, наклонился к Торину:

– Его не часто танцуют. Думаю, вам понравится.

Торин нехотя повернул голову. Его друзья привставали на местах. Эльфы разошлись в стороны, чтобы гостям было лучше видно.

Это действительно был прекрасный танец. Каждая пара изображала водопад. Две струи, которые то сливались, то разделялись, то переплетались. Двигаться нужно было так, чтобы не нарушить общей гармоничности. Зрелище было завораживающее, хотя часть гномов и сочла танец чрезмерно вычурным, как и все эльфийское. Но все же они продолжали смотреть.

Вот Кристэль плавно подняла руку навстречу руке Элрохира, слегка развернула кисть в его сторону, коснулась пальцами кончиков пальцев партнера. Оба грациозно присели, и Элрохир поднялся, не прерывая касания, сделал шаг в сторону. Кристэль развернулась и поднялась скользящим движением, чуть выгнувшись, откинулась назад, так, что ее голова легла на плечо принца. Элрохир подхватил ее второй рукой, закружил, опустил на пол, взял за вторую руку. В этом танце было немало импровизаций, и многое зависело от того, насколько у партнеров получалось станцеваться.

Кристэль улыбалась. В руках Элрохира она была подобна подтаявшему воску и послушно подхватывала движения, дополняла их и вновь подчинялась воле ведущего. Но вот опять их правые руки взлетели вверх, переплелись между собой так, что Кристэль и Элрохир оказались совсем рядом, плечо к плечу, глаза в глаза. Пара сделала несколько медленных оборотов. Эльф, улучив момент, быстро опустил глаза вниз. Кристэль поняла намек и откинулась назад. В зале ахнули, но Элрохир подхватил ее так, что девушка оказалась лежащей на его колене, и низко склонился над ней.

В зале раздались аплодисменты.

Улучив момент, Элронд наклонился к Гэндальфу и негромко спросил:

– Как по-твоему, откуда она так хорошо знает этот танец?

Элрохир помог девушке встать, коснулся поцелуем ее руки. Кристэль окружили другие пары, наперебой обмениваясь впечатлениями. Элрохир подошел к отцу и тихо, чтобы слышали только Элронд и Гэндальф, проговорил:

– У нее на шее зеленый лист Мирквуда с монограммой Трандуила.

– Я так и думал, – кивнул Элронд.

– Прошу вас, ни звука об этом! – Просьба Гэндальфа, скорее, походила на приказ. Элронд посмотрел на Торина, в глубокой задумчивости глядящего куда-то перед собой, и кивнул. При нем имя Трандуила не следовало произносить ни в коем случае.

Над каменистой пустошью плыла душная летняя ночь. В воздухе парило. Звезды местами пробивались сквозь разрывы туч, изредка показывался край луны.

На разрушенной площадке – останках некогда величественной дозорной башни, поставив на валун ногу в тяжелом сапоге, стоял огромный орк с бледной до голубизны кожей. Тело его было испещрено множеством шрамов, левая рука отсутствовала – ее заменяло устрашающего вида оружие, закрепленное прямо в плоти.

Склонив голову, орк вслушивался в звуки летней ночи. Он слышал шумное дыхание варгов за своей спиной, слышал, как они почесываются и как с их клыков капает слюна. Он слышал тихое дыхание своих подручных и стрекотание далеких цикад. Ветер доносил до него горький запах травы и аромат нагретых за день камней и лишайников. Пахло потрескавшейся землей. Воздух был влажным, давил на плечи – собиралась гроза.