Звёздное тепло

Глава 3. У самовара я и… монстр?

Илона

Калемейский курсант втолкнул меня в каюту, оформленную под земную квартиру. На стенах фотообои с видами Парижа, в уголке сделан кухонный закуток, еще с ходу заметила широкую кровать, серый холодильник, встроенный в стену шкаф с яркими цветными дверцами. На раскладном столике красовался электрический самовар в позолоте и цветочной росписи. Тульский. Подарочный. Лучше бы оставили для гостьи обычный электрочайник. Или самовар послужит наглядным примером русского народного творчества в моих будущих лекциях?

Душераздирающие вопли разнеслись по коридору, проникли за прикрытую наспех тяжелую раздвижную дверь. Словно кого-то пожирали живьем.

Утон! Горный хищник поймал его!

Вместо того, чтобы захлопнуть тугую задвижку и притаиться в уголке, я безрассудно рванула на помощь новому другу с тяжелым горячим самоваром в руках.

Пыль боится воды. Если я плесну кипятком в морду пыльному монстру, это ему точно не понравится.

Отодвинула дверь правой ногой, выскочила в коридор. Чуть сама не ошпарилась пролившейся из-под фигурной крышки горячей водой.

Никого. Тишина.

В сердце кольнуло. Дыхание притаилось на миг. Страшно.

Прямо за моей каютой был закругленный тупик длинного коридора с огромным иллюминатором.

Космос притягивал таинственной мрачной красотой. Мерцали звезды, медленно пролетали метеориты. Только успевай загадывать желания. Но мечты все разбежались, не угнаться за ними.

Может, я напрасно боюсь? Утон меня разыграл, как в подростковом лагере. Страшилки у костра в лесном походе, крик из кустов: ”Меня схватил медведь! Спасите!”

Ну конечно! Меня считают маленьким ребенком. Несмышленая девочка засыпает с мягкими игрушками, верит в страшные сказки... Утон вызвал у меня головокружение и прочие неприятные ощущения для пущей жути. Ему дали задание хорошенько напугать гостью, чтобы она в “тихие часы” не гуляла по станции и не узнала ненароком научные секреты, которыми жители галактики не хотят делиться с землянами.

На станции заботятся о безопасности. Наверняка тут на каждом шагу размещены камеры наблюдения! Просто не может быть такого, чтобы жуткий хищник разгуливал в установленное “ночное время” и ловил припозднившихся постояльцев.

А я поверила в страшную сказку, купилась на розыгрыш, и теперь стою, как дурочка, с неподъемным самоваром у иллюминатора. Руки вот-вот отсохнут. Позорю человечество! Надо вести себя достойно, всем тутошним умникам доказать, что я ничем не худшее их разумное существо!

Вернулась в каюту, поставила самовар на узкий кухонный столик, прикрыла дверь и погладила сидящего на подушке медвежонка со словами:

– Похоже, ты здесь – самый опасный хищник. Будешь меня охранять.

Заерзал на кровати планшет. Вызов от родителей!

Я поудобнее устроилась, лежа на животе поверх лоскутного одеяла, так, чтобы в веб-камеру попали фотообои с Эйфелевой башней, и широко улыбнулась, принимая видеозвонок.

– Родная, мы тут ужасно переволновались! – мама печально вздохнула. – Не могли до тебя дозвониться! Совсем потеряли.

– Хотел утром обратиться в посольство, – серьезно сказал папа, протирая запотевшие очки. – Шутка ли – ребенок пропал, – водрузив очки на нос, он внимательно всмотрелся в экран ноутбука.

– Не переживайте, я уже не маленькая, – моя улыбка расплылась еще шире от радости, – Мне здесь нравится. Все очень интересно. Я живу в общежитии. Посмотрите, какой чудесный подарок мне сделали новые друзья.

Показала им плюшевого мишку.

– Берегись, как бы тебя не очаровал французский ловелас, – шутливо предупредила мама.

– Очаровать меня трудно, вы знаете. С моим аналитическим складом ума...

– Ума у тебя полный склад. Ты большая молодчина, дочка, – усмехнулся по-доброму папа. – Глядишь, такими темпами окончишь аспирантуру и не засидишься на всю жизнь, как я, в доцентах, а быстренько в профессора скакнешь.

– Мы тобой гордимся, – мама прослезилась. – Звони нам почаще. Договорились? И с французами все же поосторожней будь.

– Хорошо. Рада вас видеть. Очень! – я сама чуть не расплакалась.

Планшет предупредил бегущей строкой о завершении сеанса связи.

– Пока-пока! – успела я сказать и помахать рукой, прежде чем экран почернел.

Как они обеспечивают связь с Землей? Проводят сигнал через ту же червоточину в пространстве, по которой меня сюда привезли.

Я постаралась успокоиться и привыкнуть к новому месту жительства. Нашла в “квартире-студии” тесный санузел и приняла душ.

Холодильник оказался набит круассанами, пончиками и плюшками. Как бы мне самой не стать пышкой от сдобной еды!

Немного порывшись, откопала жареную куриную ножку в картофельном пюре – упакованный готовый обед. Внедренная в память информация подсказала, как пользоваться “микроволновкой”. Я положила пластиковое блюдо в высокобортный металлический круглый поднос на тонком стержне. Только руки отвела, тут же курицу и картошку накрыл полупрозрачным куполом голубой свет, поднос дважды повернулся, свет пропал, а от потемневшей ножки приятно запахло жареной корочкой.

К местной пище гостью решили приучать помаленьку. На самом виду в холодильнике оставили миску с зелеными ягодами, похожими на оливки. К ней приклеили табличку на общегалактическом языке: “Олоилы с Тертака”. Стоило мне взять миску в руки, как из таблички развернулась голограмма олоильного куста в цветении. Красиво!

Я поужинала куриной ножкой и картофельным пюре, к остывшему еле заварившемуся чаю взяла круассан. “Земная” розетка виднелась в кухонном углу, но я не стала нагревать самовар. Попробовала зеленых ягод, они оказались сладкими, не как кисловатые оливки.

Обо мне позаботились. Привычная еда и ворох чайных пакетиков с разными добавками. Фарфоровая посуда: чашка, блюдце и тарелка. Постель как дома.

Несмотря на гостеприимство и вежливость инопланетян, мне по-прежнему было неуютно, непривычно на новом месте. Чужие замаскированные стены давили. Понимала, что не помешает поспать, но тревожная бодрость дергала за нервные струнки, не пуская в кровать.