Мольфарица

19.

***

— Гляди внучек, слушай, что в лесу творится. Глаза закрой, внутрь себя гляди. Если что увидишь, рассказывай, — велел дед Евсей. Они с внуком отошли от народного гуляния ровно настолько, чтобы не слышать дудки и бубны, песни, не видеть сполохи огня за деревьями. Стефанчик нашел удобные пеньки на месте вырубки, сел на один и закрыл глаза.

Но тогда и нахлынуло на него множество образов и голосов. Не людских и людских теней, понятных и страшных.

— Деда, всё красное в лесу! Много красных сполохов. Там… и там… это что, жар-цвет?

— Если пятна большие, а не огоньки, это навки и майки пляшут. Они спинами не поворачиваются к людям, у них сквозь кожу кости и ребра видны. Только когда пляшут, быстро кружатся, красное мелькает. Им тогда всё равно. Белый морок — от русалок, а красный морок в лесу — всегда от майек. Танцы у них сегодня. Много их?

— Много! А я вижу вершину горы! Не самую вершину, границу леса, где луг начинается. Там большой-пребольшой камень стоит, весь черный. И вокруг него ведьмы летают! Там костёр горит, а они что-то шепчут… Я могу сосчитать, сколько их.

— Ни к чему это, внучек. Сегодня к Чёртовому камню ведьмы-босорки слетелись со всей округи. Может, и с той стороны Карпат гостьи есть. Не смотри туда, внучек, они высоко, нам не опасны. Что ещё видишь?

— По лесу много огоньков летает. Желтые, бледные, синие, зеленые тоже есть, как гнилушки. Наши парни за ними бегают, шапкой кидают, чтобы поймать, а огоньки смеются над ними, я слышу. Тронешь — гаснет, в другом месте зажигается. Это жар-цвет? Как же его ловить, если он убегает?

— Жар-цвет папоротника, как уголь горит, красно-золотым огнём. А это блудички шалят — блуждающие огоньки. Заведут дураков в болото, кто их оттуда вызволит? Там болотники затаились, видишь ли их?

— Не вижу… А! Одна коряга шевельнулась и поползла в тростнике. Это болотник?

— Какой мох на коряге, какие растения вокруг? — спросил старый знахарь.

— Бурый мох, такой, как сухая трава. Только очерет у берега, больше ничего не растет, бурый торф и лужи болотные. И огоньки над поляной вьются, как комары.

— Это трясинник, они в торфовищах живут, людей или скотину, если забредет в трясину на дно утащат. Но к нему очень близко подступить нужно, подставиться, сами-то болотники быстро не бегают. Кроме Оржавина.

—Это кто, деда?

— Болотный царь, оржавинник. Весь в водорослях, ракушках, с рыжей бородой. На болоте вокруг него ржавые пятна. Это от железной руды. Когда болото ржавое, оржавинник от железа силу имеет. Он страшнее всех болотников. Глянь, у нас на Старой Топи железная руда есть, добывают люди. Сидит ли там?..

— Сидит, деда! — ахнул Стефанко. — В самом центре болота на корявом пне, как на троне, сидит огромный дедок с рыжей бородой, весь заросший! Руки, как ветки, загребущие, пальцев по десять, а глаза горят желтым!

— Давно я подозревал, что там его логово, а сам не видал, — пробормотал дед Евсей. — Нужно рудокопов наших предупредить, чтобы Оржавина стереглись. Ну, а ЕЁ видишь, внучек?

— Нет, не вижу… На самой вершине, где ее изба, словно грозовая туча клубится. Ничего в ней не видно, только сполохи синие, как гроза. Я по лесу смотрю, даже наших вокруг костра вижу… Нигде ее нет.

— Вот и хорошо, Стефанко, вот и славно. Если туча на вершине, значит, и она там сидит.

— Деда, на поляне в самой глухой чаще великан в белой шерсти на дудке играет и приплясывает. Ну и ноги у него огромные! И босые. А вокруг красный туман мелькает. Больше всего красного там.

— Это чугайстер играет, а майки и навки пляшут. У них тоже сегодня праздник, хотят вспомнить, как людьми были, вот и делают всё, как мы, только без костра.

— А рядом с той полянкой в траве красная искра горит. Большая! — заволновался Стефанко. — Деда, это точно жар-цвет! Он в большом кусте папоротника притаился и не улетает! Пойдём, возьмем его? Они пляшут, ничего не заметят!

— Да не нужен он нам, внучек. Я — стар, ни большого богатства, ни новых знаний уже не ищу. А тебе зачем? Тайны знать, с лесом говорить, и так сможешь. Клады открывать?

— Я хочу найти клад!

— Значит, и так найдешь, без папоротника. Цена за тот цветок страшная, внучек. Он одно любое желание исполняет. Может мертвого живым сделать на какой-то срок, может кого угодно убить, может любую тайну открыть, любую силу дать. Только… что отдашь ты ему взамен? Душу? Чужую жизнь? Папоротник ведь не просто так горит, он адским огнём горит. Людей сманивает. Он большой жертвы требует.

Как раз под святые праздники нечисть в самую силу входит, ведь потом им запрещено людям вредить. Жар-цвет говорит с человеком через его сердце и предлагает заключить сделку. Разве тебе нужен такой цветок?

— Ой, деда, не нужен… — испугался мальчик. — Значит, хорошо, что его почти никто не находит? Ищут, ищут, а он не даётся в руки!

— Он прикрыт от людей, но чует, кто готов цену заплатить, тому сам покажется, под ноги кинется.

— Деда! А если ОНА сорвёт этот цветок? Она тоже всё видит, смотрит сейчас, я чую, — мальчик поёжился от внезапного холодка. — Тогда ведь она такую силу получит…