Дар Солнца для Лунного дракона

5. Астрея. Несостоявшаяся помолвка

Близнецы не дулись. Близнецы были в ярости. Только что дым из ноздрей не пускали. Отцу и матушке даже ругать меня за раннюю отлучку не пришлось: братцы сами все сделали ― и отчитали, и рассказали, какая я дочь и сестра нехорошая, что всех перенервничать заставила, и поклялись впредь меня к себе на ночь привязывать, чтоб без них ни шагу со двора ступить не могла.

От работы по дому меня в честь смотрин освободили. Велели отдыхать, лицо и руки сметаной мазать, чтобы светлее и нежнее выглядели, да в баньке париться. Тем я и занималась до вечера: наряды подбирала, волосы свои рыжие настоем чернотравки полоскала, чтоб темнее казались, а лицо и руки, напротив, отбеливала.

Когда уже одевалась к вечере, то из короба, что дед для меня собирал, помимо травок, вынула тонкий плетеный поясок из волоса куланов и волокон радисии. В сложное плетение были добавлены несколько камушков и деревянных бусин. О том, что поясок не простой, а обережный, догадалась по легкой магической ауре, которая над ним витала. Ни мгновения не сомневаясь, надела поясок прямо на талию, под нижнюю рубаху: дед таких подарков попусту не делал. Видать, считал, что понадобится мне защита в ближайшее время.

Семейство охотников мы ожидали к вечере. Матушка стол накрыла богатый: там и блинчики тонкие с фаршем двух видов были, и мясо, на углях запеченное, и лепешки с орехами и канжуттой, и сладкие клубни потатоса, прямо в кожуре сваренные, а потом обжаренные на заячьем жиру с зеленью и ароматными травами. Да и разносолов, с прошлой зимы оставшихся, тоже пока хватало: грибы соленые, яблоки моченые, паслёнцы кислые. Тут не то, что на смотрины, на скромную свадебку хватило бы.

Только мы все хлопоты закончили и принарядились, как и гости пожаловали. Тоже нарядные, с гостинцами, с подарками щедрыми. Матушке родители Рагнара теплый жилет из меха куницы преподнесли, отцу ― сапоги зимние из шкур и меха куланов, близнецам ― шапки бобровые.

Мне, как невесте, никаких особых даров не полагалось, кроме того, что возможный жених мог своими руками добыть или сделать. Мастеровитым Рагнар никогда не был, из всех умений ― силки да капканы на зверей ставить. А потому вручил мне… рога! Благо, не целую голову несчастного кулана, которого, видно, сам и заохотил.

— Вот, повесь у себя над кроватью, ― высказал пожелание. ― На них и лампадки на цепях подвесить можно, и так всякое…

Уж не знаю, о каком «всяком» Рагнар думал, но я от его подарка содрогнулась и решила, что если где и будут висеть эти рога, то только у батюшки в мастерской. Правда, не раньше, чем я их на предмет магических воздействий проверю. Немой меня первым делом таким проверкам обучил. Да и ведунья-лесознавка пару уроков дала.

― Благодарю за ценный дар, Рагнар, ― проявила я вежливость. ― Позволь и мне для тебя подарок сделать.

С этими словами я подала молодому мужчине флягу на ремнях, выдолбленную из сушеной кабурзы ― редкого растения, иногда встречающегося на лесистых горных склонах. Вода в такой фляге всегда чистой и свежей оставалась, сколько ее ни носи с собой. За то такие фляги и ценились.

Мне пару мест, где росли кабурзы, ведунья-лесознавка годков десять назад подсказала, так что фляг таких я каждый год до десяти штук заготавливала. Одну-две штуки на подарки оставляла, остальное батюшка в Холдридже продавал, а вырученное серебро мне на приданое откладывали.

― Ох! Хороший дар! ― обрадовался Рагнар. ― Теперь никогда жажды знать не буду! Ты ведь мне неспроста флягу подарила, Рейка? Небось, не хочешь, чтобы будущий муж в дальних походах без воды страдал?

― Я никому от жажды страдать не желаю! ― вывернулась я из подстроенной ловушки. ― Немилосердно это ― муки живым существам прочить!

Рагнар осекся. Догадался, на что я намекаю. Тут же ожесточился, губы сжал, блеснул на меня недобрым взглядом. Но ругаться при старшем поколении поостерегся.

― Потом поговорим, ― посулил многообещающе.

Напугать ― не напугал, но насторожиться заставил, и не только меня. Близнецы тоже заметили, кивнули мне потихоньку: не боись, сестра, присмотрим, защитим.

― А что, гости дорогие, не отведаете ли угощений наших? Пора червячка заморить! ― с натужным весельем пригласила матушка, стараясь замять неловкую тишину, наставшую после выступления Рагнара.

― Да-да, мы с радостью! И то дело! ― загомонили, закивали родители Рагнара.

Сам Рагнар за стол уселся молча. Вид у него был недовольный. Меня ― по традиции ― посадили по левую руку от него. Предполагалось, что я за возможным женихом ухаживать должна, еду ему на тарелку накладывать, питье наливать. Делать это мне ох как не хотелось! Благо, по другую сторону от парня матушка моя сидела. Она и взяла на себя заботу о Рагнаре. Понимала: если я без настроения пищу подам ― здоровья такая еда гостю не прибавит.

Остальные старательно делали вид, что не заметили неловкости. Только Рагнар обозлился еще больше. Правда, аппетит ему это не испортило, даже наоборот: ел он за двоих, пил ― за четверых, причем не воду простую и не морс ягодный, а крепкие домашние настойки да медвяник. Как ни глядели на него с укором мать и отец родные, как ни пытались остановить ― не вышло. Не прошло и пары часов, как молодой мужчина отяжелел, окосел, языком стал с трудом ворочать.

Сидеть подле него да слушать его похвастушки о том, как он силки с капканами по лесу расставляет сил моих уже не было!