Цвет счастья – чёрный

Глава 24

Время бывает довольно безжалостно: то тянется, как патока, доводя до исступления своей медлительностью, то проносится, как шальной ветер, походя, ломая человеческие судьбы. И не остановить его, не задержать, не выпросить лишнюю минуту, которая могла бы всё изменить, подарить кому-то надежду на спасение. И остаётся лишь смиренно принимать случившееся и пытаться починить то, что разрушено, склеить то, что разбито и связать то, что порвано, понимая, что уже ничто не будет таким, как прежде.

Смотреть на такое было действительно страшно. Мы проходили по неровным рядам, состоящим из соломенных настилов, на которых лежали тяжелобольные люди. Их здесь были сотни: молодые и старые, мужчины и женщины, даже дети не избежали этой печальной участи. И лишь несколько человек в синих целительских мантиях пытались облегчить их страдания. Но они настолько выбились из сил, что едва переставляли ноги, переходя от одного стонущего больного к другому, поднося лечебный отвар. Только на это и хватало их объединённых усилий. О том, чтобы заменить грязную солому свежей или обиходить больных, не могло быть и речи. Этим просто некому было заниматься.

Чем мы могли помочь? Конечно, дополнительные руки – это хорошо, но даже я понимала, что нас мало, а больных слишком много.

Посмотрела на Себа, не зная, о чём просить, но почему-то твёрдая уверенность в том, что мой мужчина может всё, не покидала меня даже среди этого царства беспросветного отчаяния.

Себ понял всё и не разочаровал. Тонкое колечко на его правом мизинце засверкало чистым голубым светом и рядом с нами стали появляться тени, материализующиеся в огромных чёрных кошек. Одна… пять… двадцать…

Да сколько же их тут?

Те, кто не был знаком со второй ипостасью Себа, в панике попятились назад, тем не менее, стараясь прикрыть больных от новой неведомой опасности. Но вскоре кошки стали обретать вполне человеческий облик и перед изумлёнными взорами целителей и моих друзей предстали высокие статные воины из клана чёрных леопардов. Я непременно полюбовалась бы этими совершенными созданиями, но стоны больных вернули всех нас к суровой действительности.

- Ты звал нас, брат? – тревога в голосе говорящего сменялась недоумением, по мере того, как он охватывал взглядом бесконечные ряды больных. – Я не чувствую здесь угрозы для тебя. Что всё это значит?

Недоумение сменилось недовольством, и десятки пар глаз вперились в Себа, требуя немедленного ответа. Я испугалась за моего мужчину даже больше, чем за себя, понимая, что гнев оборотней направлен на него одного, а потому, не раздумывая, шагнула вперёд, заслоняя Себа собой. Наверное, со стороны это выглядело довольно комично, но определённо всем стало легче дышать, когда воины перестали источать агрессию и дружно заулыбались, глядя на то, как я встала на защиту их собрата.

- Ты нашёл свою пару Себастьян? Так бы сразу и сказал. Мы все с радостью откликнулись бы на твой призыв и устроили праздник в вашу честь. Но почему ты просил о помощи? И что за странное место ты выбрал для нашей встречи?

***

Себ нахмурился, не понимая, зачем его старый друг разыгрывает перед ним этот спектакль? Он наверняка сразу понял, в чём тут дело, и какого рода помощь может понадобиться этим людям. Тогда к чему всё это словоблудие? Или старый целитель был прав, говоря о том, что все хотят быть героями лишь на поле брани? Но кто-то же должен выполнять и эту грязную работу. Сколько раз они оказывались в палатке у целителей, получив тяжёлые ранения и воспринимая как должное их заботу о себе? Разве кто-то из целителей отказывал им в помощи, задирая высокомерно свой нос и делая вид, что проблемы не существует?

Себ злился, но приходилось сдерживать эмоции, чтобы не испортить всё окончательно. Он ведь знал, что будет непросто уговорить опытных воинов сложить оружие и побыть какое-то время помощниками у целителей. Сейчас эта затея показалась и вовсе абсурдной. Стоило только взглянуть на надменное лицо Брейдена, брови которого были по-прежнему удивлённо приподняты, а губы кривились в презрительной усмешке.

- Рад видеть вас братья, - начал Себ осторожно, не зная, как правильно озвучить свои мысли вслух, чтобы не только не оскорбить соплеменников, но и склонить их к сотрудничеству. – Спасибо, что откликнулись на мой зов. Как видите, помощь нужна не мне, а всем этим людям. Враг может принимать самые причудливые обличья, вам ли не знать? Сейчас эта хищная тварь, стала невидимой, проникает в тела людей и убивает их изнутри. Неужели кого-то из вас смутит её зловонное дыхание и заставит в страхе отступить с поля битвы?

- Мы воины, а не целители, - послышались возмущённые голоса оборотней.

- И только поэтому вы готовы дать твари шанс и дальше безнаказанно убивать мирных жителей этого города?

- Но чем мы можем помочь? – раздался вполне ожидаемый вопрос, хотя всем и так было понятно, чего от них ждут.

- Оглянитесь вокруг. На сотни больных всего несколько целителей и магов. Никто из человеческих целителей не откликнулся на призыв о помощи, опасаясь за свою жизнь. Но дело в том, что нам этот враг не страшен. Нас защищает наша звериная сущность, а у людей такой защиты нет. Я прошу вас о помощи и надеюсь, вы не откажете всем этим людям в праве на жизнь.

Наступила тишина. Все молчали, ожидая решения оборотней. Наконец, после минутного переглядывания и тяжёлых вздохов парни согласились остаться в лагере. Воинская гордость не позволила им покинуть поле битвы, как обозначил Себ лагерь с больными людьми. Это был вызов, и оборотни его приняли.

***

Закипела работа. Кто бы мог подумать, что из этих гордых красавцев получатся такие отличные помощники: они не морщились, когда приходилось менять подстилки и обтирать специальным раствором измученные болезнью тела; терпеливо поили больных лекарством; переносили тела умерших к костру и ни разу не упрекнули Себа за то, что он вовлёк их в эту неприятность.