Ч.Г.

4. Частотный генератор

Странно, наверное, но рабочая суббота началась с дежавю: мы приехали, а на КПП никого. Все посмеялись, вспомнив о ворованной туалетной бумаге.

Я не смеялась, спать хотелось очень. И ещё мне было грустно.

Про «Шпионские страсти» я больше не думала, и думать там не о чем. Сочинили эту детективную драму Нэлли Григорьевна с Толиком, вот и всё. Каюсь, про Толика догадалась не сразу, только после черничного галстука.

Может, они в соавторстве писали, или Нэлли лишь правила ошибки, разукрашивая текст эльфами и прочими рюшами. От Толика – сюжет (почему-то так думаю), а ещё разные технические, шпионские и прочие мужские штучки, Толик в нашем отделе самый умный.

И именно потому, что слишком умный, влюбился он не в какую-нибудь Карину, а выбрал яркую и совсем не глупую женщину, равную себе (как он считал), к тому же красивую. А подойти к Анастасии не решался. Ни одна женщина не заметит мужчину, если он ведёт себя незаметно. И Толик направил нереализованную энергию в литературное русло – это, кажется, называется сублимацией. Ладно, пусть, но он же мог придумать другой финал для романа, с настоящей счастливой развязкой! А он этого делать почему-то не стал.

Наверное, этот детектив, или даже любовный роман, должен был оставить хорошее, позитивное послевкусие – ведь понятно, что Ирма ни в чём не виновата, а если даже виновата, то уже раскаивается, и Алекс её поймёт и простит, сам не ангел. А потом эта парочка ловко сбежит от обеих конкурирующих структур. Московская тётя обязательно сказала бы: «Всё будет хорошо, и они поженятся».

Но Толик уезжает в Саратов. И никакого хэппи энда теперь не будет.

Возможно, конечно, что Алекс делает этакий хитрый ход, отвлекающий манёвр, чтобы усыпить бдительность начальства. Но я в это уже не верила: может быть, его дожал Шеф, или вычислил Ошка, дела это не меняет, Алекс сбежит.

А ещё я совсем ничего не знаю про Анастасию, вдруг она любит Главного, и на Толика ей плевать? Тогда Саратов для него – единственно возможный выход.

И всё это очень печально.

На улице опять бушевала гроза. Тамара Тимуровна, раздав задания, затаилась в своём кабинете, и мне почему-то казалось, что она там спит под шум дождя, прямо за столом. Я бы так тоже хотела, а приходилось тупо переклеивать корешки на папках – сверху спустили очередное срочное задание: менять в документации шрифт на Franklin Gothic Book.

Отдел опустел – все сбежали на кухню пить чай, даже прибывшего на работу директора не испугались, суббота же. Только в своём уголке тихо бродила по кулинарным сайтам Людмила Михайловна.

А Данька, вот чует сердце, пошёл мириться с Кариной. Не зря же она всё утро здесь крутилась – то за большим степлером придёт, то за маленьким дыроколом, и ещё пыталась наладить со мной контакт – звала после работы в боулинг-клуб. Лиза-подлиза. Актриса!

А я… золовка – змеиная головка!

Глаза слипались. Вот бы иметь свой кабинетик, как у Тэ-Тэ, никакой гром бы меня сейчас не разбудил…

Разбудил не гром, а странный звук, еле слышный за разгулом стихии. Я открыла глаза и насторожилась. Сначала звук был похож на всхлипывания или, скорее, на жалобный стон. А потом он стал быстро нарастать, расширяться, пока не превратился в жуткий вой. И выл кто-то совсем рядом.

Я не успела запаниковать как следует, потому что вой внезапно захлебнулся, и на пороге своей выгородки появилась Тамара Тимуровна. Обеими руками она зажимала себе рот, а её глаза превратились в идеально круглые блюдца. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а потом Тэ-Тэ резко опустила руки и сказала:

– Там тело.

Опять?!

Очередная молния сверкнула, кажется, прямо над крышей, разорвав на секунду черноту, и тут же жахнуло так, что на подоконнике задрожала герань. Только тут до меня дошло, что мы с Тэ-Тэ остались в кабинете один на один, Людмила Михайловна, оказывается, тоже куда-то ушла. И это было уже не смешно, а очень даже страшно. Хоть бы кто к нам сейчас заглянул, что ли…

И к нам заглянули – Матушкин Николай Семёнович, охранник 4 разряда ЧОП «Заслон». Я даже не слишком удивилась, подумала только, что нашему «мальчику» везёт на рабочие субботы.

Я неуверенно указала начальнице на бойца Матушкина – вот же оно, тело.

– Не-ет! – Тэ-Тэ опять впала в истерику, хотя Матушкин, несмотря на внушительные размеры, выглядел вполне безобидно. – Там! Тело там! Под окном. Труп!

Матушкин, аккуратно подвинув Тэ-Тэ, зашёл в кабинетик. Я хотела воспользоваться моментом и смыться, но была поймана и отправлена вслед за ним.

Труп под окном, действительно, был: на газоне, лицом вниз, лежал мужчина в летних брюках и белой рубашке. Его правая нога была неестественно вывернута. Потоки воды заливали широкую спину, и между лопатками даже успела образоваться лужица… И от этого картина выглядела не просто страшной, а совершенно безнадёжной.

Матушкин вздохнул, отодвинул теперь нас обеих и куда-то ушёл. Надеюсь, убирать труп.