Солнце и соль

Глава 15

В жизни каждого бывают моменты, когда хочется остаться совсем одному и думать, думать. После больницы Сол мечтала только о том, чтобы забраться в постель, накрыться одеялом и забыться сном. Она не ожидала, что авария так на нее повлияет. Страх потерять глупую, недалекую, но все же родную сестру оказался намного больше, чем она могла предположить. Сол лежала, смотрела в потолок и надеялась, что все обойдется. В глубине души она знала, что Клеменс поправится и снова будет мучать всех своими наивными мечтами, но избавиться от сомнения не могла никак. Она даже посмотрела в интернете статистику неудачных операций по всей стране, процент был ничтожно мал. Но был. И это никак не давало успокоиться. Заснула она за полночь.

Утром хотела позвонить Манон или Лорану, но так и не набрала их номера. Сол сама не могла понять причину своего страха. Не могла же она так сильно любить сестру. Или могла?

Еле запихнула в себя завтрак. Мельком порадовалась, что сегодня выходной. Будь Сол более возвышенной, пафосной, она бы сказала, что происшествие с сестрой разрушило ее веру в собственную неуязвимость, приблизило болезни, операции, неприятности, истончило ширму, разделяющую все плохое и саму Сол. Но подобные выражения были не в ее стиле, поэтому она пошла в душ. Снова шоколадный гель, горячие, бьющие по телу струи. Потом свежие прохладные апельсины. Сол закрыла глаза. Душистый аромат фруктов заполнил собой все вокруг. На мгновение стало легче. Жаль, мгновение коротко. Впереди был летний, чудесный день, а Сол совсем не знала, чем ей заняться, вернее, как отвлечься. В больницу она пока ехать не собиралась. «Может быть, в следующий свой выходной или после операции сразу». Знала, что Моник будет злиться, мать и отец не поймут, но не могла. Заставить себя не могла. И еще ее несколько мучала мысль о Кадиллаке. Сестра вполне могла внушить родителям, что это необходимо. К тому же отец от подарка был не в восторге, а мать не станет спорить с бывшим мужем.

- Не отдам. Ни за что.

Но совесть все же мучала Сол, поэтому она решила позвонить маме.

- Да, милая, - голос звучал устало.

Сол быстро и почти жалобно, как в детстве, пожаловалась на плохое самочувствие, головную боль и что-то еще. Попросила разрешения не ездить в больницу к Клеменс.

- Что ты, милая, конечно, останься дома. Ничего страшного, я буду здесь почти весь день. Твое присутствие все равно ни на что не повлияет, Клеменс без сознания.

Она так это сказала, что у Сол внутри все похолодело. Снова страх закололо иглами, тревога, стыд. Но что она действительно могла сделать? Разве только поддержать мать?

- Может быть, я нужна там тебе? Принести поесть, посидеть рядом?

- Здесь отец. Все хорошо.

После этих слов Сол точно решила, что никуда не поедет. Она точно была родителям не нужна. Оставалось надеяться, что у Моник также хватит ума не ехать и не мешать отцу и матери.

«Что бы поделать?»

Все иной раз задаются этим вопросом в выходной день. Неважно, насколько быстрым темпом мчится наша жизнь, и сколько бы мы не жаловались на нехватку двадцати четырех часов в сутках, все равно иногда бывают моменты, когда мы просто-напросто не знаем, чем себя занять. Когда-то у Сол была знакомая, обожавшая раскладывать старые фотографии по альбомам или пересматривать их в компьютере. Ностальгия, славное слово и занятие, но, пожалуй, ему Сол будет предаваться лет через пятьдесят, сидя на веранде и попивая что-то непременно полезное. Например, травяной чай. Или красное вино, для сердечной мышцы.

Поборов в себе желание позвонить Лорану, Сол отправилась на рынок, купить свежих овощей, хороший кусок свинины и пару хрустящих багетов. Невозможно жить недалеко от рынка и не заходить туда хоть иногда. Это всегда лучше, чем продукты из супермаркета. Она быстро собралась, надела легкий сарафан, повязала в волосы белую ленту и представила себя сельской, невинной пастушкой. Сол играла. Отвлекалась от мыслей о Клеменс. Загоняла стыд куда-то глубоко. Помочь она ей не могла, но все же, почему-то, чувствовала себя неловко.

- Доброе утро, месье Буво! – пропела она нежно и почти сразу захотела сорвать и эту ленту, и этот голосок.

- Доброе утро, мадмуазель Эрсан! Прелестно выглядите! В чем секрет?

- Любовь и солнечные дни, никакой тайны.

Месье Буво рассмеялся. Приятный пожилой мужчина, вдовец. Сколько Сол жила здесь, он всегда был приветлив, доброжелателен и улыбчив. Не то, что сама Сол. Она сбежала по ступенькам во внутренний двор дома и, помахав рукой еще паре соседей, легкой поступью пошла на рынок. Она удивлялась себе – как можно выглядеть такой счастливой, не чувствуя счастья совершенно. Видимо, это исключительно женское умение.

Рынок находился в паре кварталов от дома Сол. Сегодня она пришла несколько поздно и рисковала не купить самое свежее, но все же, проведя на рынке еще около часа, нашла все, что нужно. Обычно она проводила здесь куда больше времени, но не в этот раз. Какой бы легкой Сол не выглядела, на душе у нее была тяжесть. Решила все же съездить в больницу, совсем ненадолго, лишь завезти родителям что-нибудь из еды и сразу же уехать. Успокоив таким образом свою совесть, Сол, наконец, почувствовала себя лучше. Улыбка, появившаяся на ее лице, была вполне искренней. К тому же, она придумала, чем займет сегодняшний вечер. Нет, не Лораном, она сама не понимала почему не звонит ему, почему не прячется в его теплых объятиях.