Империя песков. Книга 2. Цепи и крылья

Глава 8.

— Куда мы идем?

— Если нужно что-то спрятать — спрячь на видном месте, — пробормотала Рахиль, — не хотелось мне этого делать, но придется.

Женщина толкнула неприметную дверь в какую-то комнату, и удостоверившись, что там никого нет, провела меня внутрь. Помещение оказалось тесным, почти пустым, и только инвентарь для уборки выдавал в нем обычную подсобку.

— Предлагаете пересидеть здесь?

— Нет, естественно нет! Всю ночь тут переждать не удастся, так что как только начнется игра, я заберу тебя с собой. А теперь подожди пять минут...

Не дав мне возразить, Рахиль выскользнула обратно, а когда вернулась, уже держала что-то в руках, тихо бормоча под нос ругательства. Я даже подкалывать её не стала по поводу лексикона, недостойного приличной женщины, хотя хотелось невыносимо.

— Как же здесь темно! — Воскликнула она, подкручивая фитиль масляной лампы, — А ты почему застыла? Раздевайся.

— Эммм... — Мне показалось, что я ослышалась.

— Раздевайся, кому говорю! Тряпки свои разматывай, быстрее!

— Рахиль, вы шутите?

— Какие шутки? Если я не могу отвести тебя обратно, придется выдать за помощницу, а потом спрятать в гареме, и уж будь добра не выделяться там. Держи платье.

Она сунула мне в руки новый наряд, и я невольно прижала его к груди.

— А волосы, а лицо, а голос?! Меня узнают, Рахиль, а когда это произойдет, мне проще будет руки на себя наложить! — Запротестовала я.

Сид уже предлагал мне переодеться в женщину, но в тот раз я ничего не теряла. Одно дело — надеть чадру, отправляясь в малознакомое общество, и совсем другое — нагло раскрыть себя во дворце, попытавшись обвести вокруг пальца тех, кто меня в лицо знает. Но женщина была настроена решительно...

— Даже думать об этом не смей! Будь у тебя вместо груди лишняя деталь в штанах, мне пришлось бы трудно, а над остальным можно поработать. Что касается голоса... Просто держи рот на замке, дорогая.

— Рахиль!

Быстро же с неё слетела томность, сопровождающая все движения и разговоры. Женщина оставалась такой же серьёзной и непреклонной, но манерность, присущая любимой наложнице императора, исчезла без следа.

— Хорошо... Будь по-твоему! Вперед, выходи. Встреть наследника со свитой, они будут рады увидеть тебя без защиты этой ночью.

Скрипя зубами, я начала стаскивать с себя рубашку. Сквозняк неприятно холодил кожу, а удовлетворенная улыбка Рахиль действовала на нервы. “Сразу бы так” — шепнула она как заботливая мамочка, наконец запихнувшая в рот ребенка ложку ненавистной каши.

Платье оказалось довольно скромным. В слабом освещении ткань приобретала оттенок вязкой болотной тины, и на ощупь была ещё более неприятной — гладкой и прохладной как лягушачья кожа. Никогда не любила атлас. Сидело оно на мне ещё хуже. Лиф был явно рассчитан на девушку с более выдающимися формами, из-за чего некрасиво топорщился большими складками.

— Ты повязку точно сняла? — Серьезно спросила Рахиль, указывая на это нечто. — Подойди...

Издевается! Зеркала у нас не было, но я представляла, как это выглядит со стороны. Покачав головой, женщина распустила шнуровку у меня под грудью, а потом затянула её по-своему. Складки вроде исчезли, но комфортнее мне от этого не стало.

— Теперь надень платок... Давай покажу как правильно завязывать.

Я закатила глаза, но послушалась.

— Все?

— Нет, надо тебя накрасить.

Логично. Без макияжа меня точно узнают, так что пришлось обреченно кивнуть. Пусть делает, что хочет. Рахиль, воодушевленная моей покладистостью, достала захваченные с собой кисточки и баночки с косметикой. Интересно узнать её состав...

Действовала женщина уверенно, ловко избегая прямого контакта рук с моей кожей. Учитывая, что работать приходилось стоя и в отвратительных условиях, справлялась она на удивление быстро. Качественно ли? Другой вопрос. От пудры, толстым слоем покрывающей лицо хотелось чихнуть.

— Терпи, — Рахиль прикусила губу от напряжения, — иначе я смажу глаза.

Перемотав ладонь платком, она как раз рисовала мне жирные стрелки под нижним веком. Прокорпев над ними ещё несколько минут, женщина отстранилась, чтобы оценить проделанную работу.

— И как я выгляжу? — Спросила, борясь с диким желанием протереть глаза кулаками.

— Ну... Мы же не хотим, чтобы ты кому-то понравилась, — дипломатично ответила Рахиль.

После её слов желание увидеть, во что меня превратили, только усилилось.

— Сгорбись, плечи опусти, — велела женщина.

— Разве девушка не должна иметь красивую осанку? — Усмехнулась я.

— Разумеется, но не в твоем случае. Спрячь этот заносчивый взгляд, нельзя так смотреть на мужчин!

Глубоко вздохнув, я понурилась и нацепила на лицо самое глупое выражение, на которое только была способна. Глаза в пол, уголки губ растянуты в блаженной полуулыбке. Сама кротость.