Савва и Краснокнижный Кречет

ГЛАВА IX ПЕРЕПРАВА

— Евгений Палыч, вставай. Открой глаза говорю!

— Что случилось, Савва?

— Вужалка уползла!

— Куда?

— Не знаю! Совсем уползла! Нас оставила!

— Ну и ладно! Так даже лучше! Ты что расстроился, что ли? Я тебе другую подругу найду, нормальную, без хвоста!

— Евгений Палыч! – я не знал, как смотреть в глаза лесничему, - она вещи наши с собой забрала.

— Какие вещи, Савва, я рюкзаки в палатку затащил!

— Да, но один рюкзак перед тем, как лечь спать, пришлось вытащить. Места было мало.

Скендер вскочил и выпрыгнул из спального мешка. В палатке осталась моя сумка с биноклями, одеждой, гуслями-самогудами и сапогами-самоплясами.

Рюкзак Евгения Палыча с картой, травами бабы-Яги, его личными вещами, серебряным блюдом и скатертью-самобранкой Вужалка забрала с собой.

Меня охватила паника. Мы оказались в глубине дремучего леса, кишащего опасностями, без еды, ориентиров и защиты!

Эх как бы пригодились сейчас лапша с консервами, которые Яга не позволила забрать!

Кто же знал, что наше путешествие так повернётся! Я проклинал себя за свою глупость, доверчивость и недальновидность.

Евгений Палыч проявлял сдержанность и спокойствие.

— Угомонись, Савва!

— Евгений Палыч, я подвёл тебя!

— Я тоже виноват. Нечего было раньше всех спать ложиться!

— Нет, Евгений Палыч, ты не при чём! Это же я рюкзак вытащил!

Что же теперь делать? Как же я ненавидел лес, бурлящую реку и себя за беспросветную глупость!

Евгений Палыч подошёл к сосне, снял ожерелье и положил его в мою сумку.

— Зачем нам бусы от этой гадюки, Палыч?

— Кто знает! Пригодятся. Давай садись, позавтракаем — тут блины остались!

Мы съели с лесничим по паре блинчиков и допили остатки киселя. Оставшиеся несколько блинов и кувшин Скендер положил в рюкзак.

— Будем идти, как говорила бабуля, - подбодрил меня лесничий. - Сегодня через реку Смородину в брод переправимся, а к вечеру, если всё будет хорошо, дойдём до Поганого болота.

— А еда, Палыч? У нас же нет ни пищи, ни ружья с патронами…

— Какие-нибудь грибы по дороге отыщем. Можно рыбы в реке наловить, только у нас спичек нет – огня не разведём и соли нет, чтоб её засолить.

— Ага, - съязвил я – зато есть сапоги-самоплясы и гусли-самогуды, можем выступать с концертами перед местной нечистью за еду, если они, конечно, нас первыми не сожрут!

Скендер вымученно улыбнулся.

— Евгений Палыч, у нас же и блюда серебряного с собою нет. С чем мы теперь к Ауке пойдём?

— До Аукиного леса нам всё равно придётся Калинов мост переходить, а под ним, в Курумнике, живёт Полоз, змеиный царь - Вужалкин отец. Я думаю, мы к нему подойдём и всё расскажем.

—Ты думаешь, он проникнется нашей историей и отдаст блюдо?

— Историей, может, и не проникнется. Но не забывай — мы спасли Вужалку от Хели. А у змеиного царя на этот случай есть свой закон.

— Какой закон?

— А как в истории с Марьюшкой-Самоцветницей, женой Финиста. Как ты думаешь, откуда у неё такой редкий дар превращать обычные камни в рубины?

— Не знаю.

— Что же ты эту историю в Рубиновой Книге не прочитал?

— Нет. Мы с Гнедовым только три легенды успели разобрать.

— Ну, тогда слушай:

История про Марью-Самоцветницу и змеиного царя

В самой глубине дремучей Ирийской чащи под Калиновым мостом жил змеиный царь Полоз. Сам змей на глаза людям не показывался, а вот дочек его, вужалок, и жену Ужичку видели часто: очень уж они любили отдыхать на камнях возле леса.

Местные жители близко к ним не подходили: боялись, что ужалят. Но издалека поглядывали, как вужалки длинные волосы гребнями расчёсывали и как их украшения на солнце сияли.

О несметных богатствах Полоза ходили легенды: он владел всем золотом и самоцветами из недр. У местных и примета такая завелась: коли вужалка, где на солнышке греется, там обязательно какое-нибудь украшение найдут: или браслет золотой или кольцо с изумрудом…

Пришёл как-то в гости к шаману Салемалу купец Степанид Коротков и увидел, как его дочка примеряла змеиное ожерелье.

— Откуда у твоей Ануки такое дорогое украшение? – Изумился Степанид.

— Вужалка на камнях грелась и оставила. – Ответил шаман.