Сильная и независимая для котика

Глава 15

Морган настроился оставаться беспристрастным и выслушать всё, что скажет подруга, хотя мысли его летали далеко за пределами обсуждаемой темы и в тоже время не выходили за рамки смерти отца Клары. Хотелось напоить подругу успокоительным, а самому ворваться к капитану и потребовать объяснений. Но чем больше он вникал в происшествие, тем быстрее угасал его пыл. Если всё так, как рассказывает Дорн – а узнать подробности она могла только из уст Мурси – то СРС действительно просто не успело и личной вины капитана здесь нет. Наверное, она и сама переживает не меньше, так что, как только Кларе станет легче, как только подруга уснет, нужно будет и к Мурси заглянуть, поинтересоваться её самочувствием. Уж слишком хорошо Моргану было известно, к чему может привести нянни чувство вины таких масштабов. Этого допустить катар никак не мог.

Удивительным было для Моргана и то, с какой легкостью он переносит вынужденные объятия с Кларой, сидя с ней на одной кровати в полумраке ночного освещения. Еще недавно подобное казалось немыслимым. А теперь. Чувствовать себя причастным к утешению, принимать терзания и боль другого, делить с подругой беду – это грело сердце, делало действительно значимым в собственных глазах. Никаких ощущений грязи или неприемлемости. Если бы ему предоставили выбор: стать героем прайда и купаться в лучах заслуженной славы или же остаться неизвестным широким массам, но при этом надежным щитом друзьям, он бы не раздумывая выбрал второе.

Лекарство начало действовать, вот уже вместо нечленораздельных всхлипов и стонов Клара заговорила внятно, соблюдая логические цепочки в своих рассуждениях. Но они не приносили должного эффекта, а наоборот, только расшевеливали болезненные язвы на сердце. Морган всецело сосредоточился на состоянии подруги. Двух близких, заболевших депрессией, он вряд ли выдержит. Лучше уж постараться предотвратить заранее и помочь Дорн справится с подступающим опустошением.

– Морган, мне кажется, я виновата в его смерти, – прошептала подруга, утирая слезы. – Мне не нужно было уезжать, не нужно было ругаться с ним. Если бы я охраняла дом, то ничего бы не произошло!

– Не говори чуши, Клара, – капрал крепче прижал к себе Дорн. – Ты ничего бы не сделала, а возможно даже разделила участь с ним. Нет твоей вины в его смерти. Он сам подписал себе приговор, когда вступил на скользкую дорожку вымогательства за призрачные видения.

– Вот! Вот именно! – горячо поддакнула Клара, вырываясь из объятий. Она села напротив друга и, активно жестикулируя, попыталась объяснить хотя бы себе собственные чувства: – Я должна была предупредить! Должна была сказать, что до добра тупые идеи не доведут. Вообще, хотя бы просто намекнуть о несостоятельности всех его нелепых угроз! Если бы я посылала домой больше денег, ему не пришлось бы зарабатывать таким способом! Понимаешь? Я не доглядела!

– Ты всерьёз считаешь, что он получал большой доход от этого? Почему же тогда отец полностью не отказался от твоей помощи? Клара, – Морган взял подругу за теплые ладони, призывая успокоиться. – Клара, позволь напомнить, он был взрослым и адекватным человеком, которого всё устраивало. Ты не могла решать за него, как жить эту жизнь, не могла насильно помочь стать лучше. Ты же сама мне говорила что-то подобное еще вчера!

– Да, да, – согласно закивала Клара и опустила голову. – Мозгами я всё прекрасно понимаю, но почему-то кажется, что можно было что-то сделать. Предупредить как-то. Прости, за такие дурацкие мысли. Ты выгораживаешь меня, потому что любишь. Но ведь и мою вину не стоит отрицать. Не попала бы я в этот отряд, не случилось бы такого с отцом.

– У тебя нормальные мысли. Они от стресса. Но я настоятельно рекомендую, подумай хорошенько еще раз. Смоделируй в голове ситуацию. Допустим, тебя не взяли в отряд под руководством Мурси. Ты ничего не знала об Инквизиции и о «видениях», о том, что всё взаимосвязано. Твой отец занимался бы пропагандой таких идей?

– А «видения» относятся к нашему делу? – охнула Клара и по привычке потянула ноготок в рот. – Хочешь сказать, мой отец работал на наших врагов?

– Нет, ты не на том сосредоточилась. Возможно, действительно, папа твой не такой уж добропорядочный гражданин и поддерживал террористов, но! Я сейчас о другом. Если бы ты не работала в армии вообще, он бы занимался манипуляцией на страхе смертных и сбором средств через спейснет? Распространял такие концепции или нет?

– Занимался, – кивнула Клара. – Точно тебе говорю. Отец и раньше промышлял тем, что подсовывал свои «научные» теории общественности. Так что в этом ты прав.

– Получается, его бы убили и так, и эдак. Просто сейчас ты знаешь чуть больше обо всей истории, потому что работаешь на СРС. Я уверен, твоя мама смотрит на это по-другому и тоже винит себя в случившемся. Например, считает, что недостаточно уделяла ему внимания или, может быть, не так сильно любила, как должна была. Я проходил это. Знаешь, когда умерла бабуля каждый в нашей семье винил себя. Ну, еще и Императрицу.

– В каком это смысле? Твою бабушку убила Императрица? – уставилась на друга Дорн. – И никто не смог ее защитить? Понятно, почему ты так ненавидишь Империю. Я в шоке!

– Да нет! Как раз нет. Императрица вообще не при чем. Можно обвинить деда. Но и он не достоин осуждения, как мне кажется. Старейшина сделал всё, что мог в той ситуации. Просто так получилось.

– Ничего не поняла. Морган, что случилось с твоей бабкой? Рассказывай!

– Она… Она… Она покончила с собой, – произнес вслух Морган то, о чем предпочитал не говорить даже с дедом. – Бабушка повесилась.