Невеста фараона. 

Глава 15. Даша.

Я вышла из ступора и обернулась к мелкой госпоже Тие.

– Какой сейчас год?

Та, видимо подумав, что я решила устроить ей проверку на знания, склонила головку на бок и усмехнулась. Понятное дело, отвечать на простые вопросы очень приятно:

– Первый, конечно. Какой же еще!

Первый? Это как понимать?

– От Рождества Хрис… – я осеклась. В голове очень кстати всплыли отрывочные знания, полученные в средней школе о том, что Христос, если он и родился в нашем мире на самом деле, а не был плодом воображения первых христиан, то появился сильно после Древнего Египта. Если верить Рок опере «Иисус Христос суперзвезда», а других источников информации по этому вопросу у меня не нашлось, то тогда уже римляне существовали. Тут я не к месту вспомнила, что была еще какая-то Клеопатра, и вот она-то уж точно с римлянами дружбу водила. Во всяком случае с одним из них, с Цезарем. Или все-таки с Антонием? У Шекспира есть пьеса «Антоний и Клеопатра», а еще есть фильм, где Клеопатра совершенно точно мутила с Цезарем. Вот же черт! Как все запутанно!

Я зажмурилась! Тия подергала меня за руку и доверительно сообщила:

– Первый год от рождения нашего великого царя Небмаатра, да будет он жив, здрав и невредим!

Я посмотрела на нее, оцифровывая. Потом постаралась проверить:

– А ты в какой год родилась?

– В первый день месяца паопи, второго года правления Великого царя МенхеперуРа (Тутмос IV, отец царя Небмаатра), – девчонка посмотрела на меня горделиво, – А ты?

Хороший вопрос. Так сразу и не подсчитать. Вот я дуреха! Сразу надо было обратиться к той части памяти Танеферт, которая отвечает за даты и время. Чего я раньше не догадалась? Ей, как и мне девятнадцать, и родилась она в восемнадцатый год правления деда нынешнего царя, грозного и великого завоевателя, безжалостного к врагам АахеперуРа (Аменхотеп II). Выходило, что с каждым новым правителем в этом царстве заново начиналось летоисчисление. И как они до сих пор не запутались? А мне как быть? Как понять, в каком я времени? Я ведь еще тот знаток истории Древнего Египта и понятия не имею, кто эти цари, и когда они правили. Наши археологи вообще о них в курсе?

– Э… – я оглянулась, поискав глазами хоть что-то знакомое. Увы, ни одного римлянина. Одни сплошные древние египтяне. А настолько древние, кто их разберет.

– Понятно, – Тия вздохнула с сожалением и изрекла, – Наверное, когда я стану такой же старой, тоже не смогу сказать точно, когда родилась. Надо записать, пока не забыла!

– Когда ты станешь Супругой царской, дату твоего рождения выбьют золотом в камне, – подольстилась я.

Нет, ну правда, а вдруг станет. И у меня будет свой человек в правительстве. С ума сойти! В моем времени у меня только один приятель из семьи высокопоставленных чиновников. Пашкина мать начальник ЖЭКа. А тут целая супруга царская!

Застучали разнокалиберные барабаны, заиграли флейты, и по нашим парам побеждал распорядитель в пышном парике и в не менее пышных белых одеяниях. Он ровнял девушек и, в конечном итоге все невесты под его чутким руководством двумя стройными рядами прошествовали вверх по лестнице к Великом храму Джесер-Джесеру.

По краям лестницы стояли огромные чернокожие воины в кожаных доспехах, смешных шлемах похожих на чепчики и с совсем не смешными огромными мечами в руках. Мечи эти смахивали на сильно вытянутые серпы. Позади воинов, на почтительном расстоянии нас приветствовала толпа горожан. Люди не подходили к ним ближе, чем на метр. И правильно делали. Рядом с охранниками на поводках сидели огромные волосатые обезьяны.

Маджои с боевыми павианами, – всплыло из памяти Танеферт. Специальное военное подразделение, набранное из кушицкого племени маджоев (Куш – страна, располагавшаяся на территории современных Судна и Южного Судана, во времена Нового царства частично подчиненная Древнему Египту), мужчины которого отличались редким по местным меркам исполинским телосложением и суровым нравом. Они и правда были на голову выше самого высокого горожанина. Эти военные отвечали за порядок в городе. Полицейские в общем. А вместо собак у них служебные павианы, с клыками величиной с перочинный ножик. Миленько. Нам их в Инбу-Хенж не хватало. И чего отец Танеферт не выписал себе из Куша парочку отрядов таких вот защитников правопорядка?

Я искоса глянула на свою малолетнюю спутницу. Забавно, теперь ее не смущали взгляды простолюдинов. Шла, сосредоточенно глядя под ноги. За метр видно, как боится оступиться.

– Нас прибыл созерцать сам царь, – прошептала Тия, – Я очень волнуюсь.

Я дернула плечом. На месте Танеферт я бы не лезла в царский женский дом. Вряд ли она обретет там то, о чем мечтает – спокойствие и безопасность. Скорее уж попадет в банку со скорпионами. Но могу ли я распоряжаться ее судьбой? Я все еще надеюсь, что я здесь временно.

А если нет?! Если у Танеферт не получится вернуться в свое тело и вернуть меня в мое? Если мне до конца жизни придется быть жрицей в далеком прошлом? Без любимой семьи, без друзей, без профессии, которая мне очень нравилась. Без телефона, тик-тока, и даже без приставучего, но такого знакомого Романова! Вот тут меня по-настоящему прошиб холодный пот. И я оступилась, едва не повалившись на белую ступеньку.

– Смотрите, смотрите, сейчас одна из девок отправится за горизонт! – заорали в толпе, и я кожей почувствовала, что стала звездой этого шоу. Все взоры устремились на меня, ожидая продолжения.

– Все хорошо, – прошептала малышка Тия, – не бойся! Царь Небмаатра, да будет он жив, здрав и невредим, очень хороший.

Для прирожденной убийцы она оказалась на редкость доброй девочкой.

– Ты его знаешь?

На это она промолчала. Может просто высказала вслух свои надежды.

Чем ближе мы подбирались к храму, тем круче становились ступеньки, тем меньше по обочинам гуляло зевак и тем величественнее и красивее представлялось строение. Во время экскурсии в древний город Фивы я не больно-то много глазела на старые развалины. Желтые стены, полустертые картинки непонятного содержания, косноязычный гид-араб, которому религия и искусство давно исчезнувшей цивилизации были так же близки как NFT папуасам. Но в этом времени храм сиял во всей красе и в полной мере оправдывал свое название. Будто бы не человек, а сама природа создала его между скал. Слева высилась огромная естественная пирамида Вершины запада, как говорят, самая высокая гора в царстве. У ее подножья прилепился заупокойный храм царя Менхеперура. Слева от него высился заупокойный храм древнего правителя Ментухотепа второго, правившего более чем за тысячу лет до нынешних дней. На крыше его характерная пирамида, которая была модным архитектурным прибамбасом того времени. Слева – храм женщины-царя Хатшепсут. Все эти здания, построенные в разное время, да что уж там, с разницей в тысячу лет! удивительно походили друг на друга: стройные колонны, зеленые насаждения, широкие террасы с бассейнами. Издалека белокаменный комплекс искрился на солнце словно снежный замок, но при приближении, внутри храмов угадывались цветные росписи на стенах и многочисленных колоннах.