Тайны романа М.А. Булгакова "Мастер и Маргарита"

Глава 57. Передача книги тайн Апокалипсиса в романе МиМ

Само собой, что обнаружение в романе «Мастер и Маргарита» семи свистков (аналог семи труб Апокалипсиса), семи печатей Апокалипсиса, 4-х всадников, и 7 чаш ни о чем не говорит, так как это просто совпадение. Вот если бы в романе была сцена с передачей ТАЙНОЙ КНИЖКИ с пророчествами из главы 10 Апокалипсиса, то это другое дело.

Хорошо, глава 10 Апокалипсиса:

«И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба, облеченного облаком; над головою его была радуга, и лице его как солнце, и ноги его как столпы огненные,

В РУКЕ У НЕГО БЫЛА КНИЖКА РАСКРЫТАЯ. И поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю,

и воскликнул громким голосом, как рыкает лев; и когда он воскликнул, тогда СЕМЬ ГРОМОВ ПРОГОВОРИЛИ голосами своими.

И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба, говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и НЕ ПИШИ СЕГО.

….

И голос, который я слышал с неба, опять стал говорить со мною, и сказал: пойди, ВОЗЬМИ РАСКРЫТУЮ КНИЖКУ ИЗ РУКИ Ангела, стоящего на море и на земле.

И я пошел к Ангелу, и сказал ему: ДАЙ МНЕ КНИЖКУ. Он сказал мне: возьми и съешь ее; она будет горька во чреве твоем, но в устах твоих будет сладка, как мед.

И взял я книжку из руки Ангела, и съел ее; и она в устах моих была сладка, как мед; когда же съел ее, то горько стало во чреве моем.

И сказал он мне: тебе надлежит опять пророчествовать о народах и племенах, и языках и царях многих».

***

Теперь тоже самое из романа МиМ.

«— О чем роман?

— Роман о Понтии Пилате.

Тут опять закачались и запрыгали язычки свечей, задребезжала посуда на столе, Воланд рассмеялся ГРОМОВЫМ ОБРАЗОМ, но никого не испугал и смехом этим никого не удивил. Бегемот почему-то зааплодировал.

— О чем, о чем? О ком? — заговорил Воланд, перестав смеяться. — Вот теперь? Это потрясающе! И вы не могли найти другой темы? Дайте-ка посмотреть, — Воланд ПРОТЯНУЛ РУКУ ЛАДОНЬЮ КВЕРХУ.

— Я, к сожалению, не могу этого сделать, — ответил мастер, — потому что я сжег его в печке.

— Простите, не поверю, — ответил Воланд, — этого быть не может. Рукописи не горят. — Он повернулся к Бегемоту и сказал: — Ну-ка, Бегемот, ДАЙ СЮДА РОМАН.

Кот моментально вскочил со стула, и все увидели, что он сидел на толстой пачке рукописей. Верхний экземпляр кот с поклоном подал Воланду. Маргарита задрожала и закричала, волнуясь вновь до слез:

— ВОТ ОНА, РУКОПИСЬ! ВОТ ОНА!

Она кинулась к Воланду и восхищенно добавила:

— Всесилен, всесилен!

Воланд взял в руки поданный ему экземпляр, повернул его, отложил в сторону и молча, без улыбки уставился на мастера. Но тот неизвестно отчего впал в тоску и беспокойство, поднялся со стула, заломил руки и, обращаясь к далекой луне, вздрагивая, начал бормотать:

— И ночью при луне мне нет покоя, зачем потревожили меня? О боги, боги...»