Мэри Мак

Глава 1

Когда болит зуб, это ужасно неприятно. Для Мэри Мак это было неприятно вдвойне, втройне. И вовсе не из-за того, что она была неженкой, совсем нет: что-что, а переносить боль она умела, как никто. Вот и сейчас она терпела до последнего, втайне надеясь, что все само собой как-то образуется, и только когда стало совсем уже невмоготу, записалась на прием к доктору Горри. Горри знал ее два года и научился не обращать внимания на ее внешность.

Мэри всегда брала последний сеанс и чуть-чуть опаздывала, чтобы в крошечной клинике уже точно не осталось ни одного пациента. Горри с пониманием относился к этой ее вольности и – святая душа – ни разу не упрекнул ее. Но в этот раз ей не повезло – девятичасовой сеанс был занят, пришлось записываться на восемь тридцать. Она бы с удовольствием записалась на любой другой день, но зуб ждать уже не хотел, даже обезболивающее не помогало.

Точно рассчитав время, в восемь пятнадцать она через служебный вход вышла из здания Центрального Архива и, низко надвинув капюшон широкого плаща, заковыляла к автостоянке. Можно было, конечно, выйти и через центральный вход, так было бы ближе, но для этого надо было пройти несколько коридоров и огромный вестибюль, где в любое время дня и ночи толпилась масса народу. А такое испытание было выше ее сил.

Хорошо, что в январе холодно и темнеет рано – мешковатый плащ с капюшоном хоть и выглядел несколько необычно, но не слишком бросался в глаза. Никем не замеченная, Мэри Мак забралась в такси и со вздохом облегчения устроилась на интеллектуальном сиденье, которое, после секундного замешательства, приняло необходимую ей форму. Ровно в восемь двадцать пять Мэри уже открывала знакомую дверь. Она очень надеялась, что девятичасовой пациент не придет раньше назначенного времени. В самом деле, что за удовольствие сидеть в крохотной, скудно обставленной приемной? Так она успокаивала сама себя и ошиблась – пациент, точнее – пациентка, пожилая сухонькая старушка, уже была здесь. Увидев входящую Мэри, она вскинулась и приветливо заулыбалась – ей явно не терпелось перекинуться с кем-нибудь хоть парой слов. Скучающая старая дура!

- Ужасно холодно сегодня, - заявила старушка, с удивлением разглядывая закутанную фигуру девушки. – Вы молодец, оделись по погоде. Я всегда говорю…

Мэри так и не узнала, о чем всегда говорит старушка, - собрав в кулак всю волю, она решительно скинула с себя плащ. Старушка сдавленно хрюкнула и с ужасом уставилась на девушку, отвесив челюсть и вытаращив глаза. Как ни закалена была Мэри, она не выдержала и все-таки отвернулась – обычно люди при встрече с ней старались держать себя в руках и не так явно проявляли свои эмоции. Сейчас она мечтала только об одном – поскорее очутиться во врачебном кресле, наедине с доктором Горри. Невзрачный и недалекий, посредственный врач, он обладал бесценным для Мэри качеством – наивным эгоизмом. Во всем мире его интересовал только один человек – он сам, и о себе, любимом, он мог болтать бесконечно. Иногда, словно спохватившись, он из вежливости задавал вопросы и пациентам, но было видно, что личная жизнь других людей его нисколько не интересует, и он с нетерпением ждет малейшей паузы, чтобы вновь повернуть разговор на себя. Мэри это устраивало как нельзя больше. Именно поэтому она выбрала эту дешевую социальную клинику, хотя могла позволить себе что-то и получше.

Мэри с нетерпением взглянула на часы – ровно восемь тридцать! А Горри все еще возится с пациентом. Сейчас старушка оправится от первого потрясения и обрушит на нее шквал слезливого сочувствия и жадного интереса, а этого она точно не вынесет!

Мэри уже совсем было решилась требовательно постучать в дверь, как та распахнулась, и в приемную шагнул молодой человек.

- Спасибо большое, доктор, - весело сказал он. – До свидания.

Прощаясь, он смотрел на доктора и Мэри не видел, поэтому, сделав шаг, налетел на девушку.

- Ох! – воскликнул он, инстинктивно хватая ее за плечи. – Простите, я…

Мэри грубо вывернулась из его рук, буквально ворвалась в кабинет и решительно захлопнула за собой дверь. Как ни мимолетно было это столкновение, молодой человек успел разглядеть Мэри, это было понятно по тому, как изменилось выражение его лица. И плевать, с привычным ожесточением подумала Мэри.

Горри, как всегда, был на высоте. Едва выслушав жалобы девушки, он сунул ей в рот дентоскоп, включил анестезию и, пока десятки умных нанороботов усердно трудились, восстанавливая пораженный кариесом зуб, делился своими планами на отпуск. Основная проблема заключалась в выборе курорта: те, которые нравились Горри, были слишком дорогими, а те, которые он мог себе позволить, решительно его не устраивали качеством обслуживания и комфорта. Закрыв глаза и расслабившись в удобном кресле, Мэри отдыхала душой и телом.

Пожалуй, даже дома, в одиночестве, ей не было так хорошо. С доктором Горри она чувствовала себя обыкновенной девушкой с заурядной внешностью, с которой можно дружески поболтать о том, о сем.

Она настолько расслабилась, что напрочь забыла, что пришла не в свое обычное время, что в приемной ждет своей очереди пациентка. И поэтому страшно удивилась, увидев старуху.

Та стояла напротив двери и, мешая Мэри пройти, с каким-то мистическим восторженным ужасом буквально пожирала девушку глазами. Будет теперь о чем подругам рассказать! – аршинными буквами было написано на ее морщинистом лице.

- Ханни, Ханни! – нетерпеливо звал доктор Горри. – Я вас жду!

Но старуха не торопилась, и тогда доктор чуть ли не насильно втащил ее в кабинет. Но, пока не закрылась дверь, мерзкая старуха продолжала пялиться на Мэри, изо всех сил выворачивая шею. Чтоб ты ее совсем свернула, от души пожелала Мэри.