Осторожно! Отвергнутая ведьма!

Глава 14

Глава 14

Какой же он всё-таки красивый, думала Кэссиди, провожая уходящего Александра Каролинга безнадежно-очарованным взглядом. Абсолютное совершенство с ног до головы, словно бы сошедшее со страниц модного журнала. Так и хочется всё ему простить, после чего с чистой совестью погрузиться в мечты. В те самые мечты, где она бежит ему навстречу, а он ловит её в свои объятия, привлекает к себе и нежно целует в… лоб, а потом… в щечку. Да, пока только в лоб и щёчку. Потому что она приличная одиннадцатилетняя девочка.

А ещё она ответственная и справедливая и дала обещание своей богине! И поэтому она не смеет, не имеет права простить ловеласа, который в угоду собственному мужскому самолюбию уже разбил тысячи невинных девичьих сердец! Причём не просто разбил, а разбил безжалостно и подло! А значит, она не имеет права мечтать ни об объятиях, ни о поцелуях Алекса. Она должна мечтать только о том, как его наказать!

Юная мстительница тяжело вздохнула. Какая же это, оказывается, тяжелая ноша – долг. И как же это тяжело, оказывается, разлюбить. Вот вроде умом она всё понимает, что и бабник он и мерзавец, а сердце всё равно замирает каждый раз, как только она о нём вспоминает. А когда же она его видит – то и вовсе останавливается. И она словно бы попадает в другое измерение, в котором существуют только она и он.

К счастью, у неё очень сильная воля, поэтому попадает она в это измерение ненадолго, а всего на пару-тройку секунд. После чего берет себя в руки и начинает вести себя не как влюбленная идиотка, а как нормальная уважающая себя ведьма.

Девочка в очередной раз вздохнула, встряхнула головой, улыбнулась и понеслась сломя голову наверх прямиком в свою комнату, где с разбегу плюхнувшись на кровать, достала из заднего кармана джинс смартфон и позвонила подруге.

– Ой, Пэн, что сейчас было! – объявила она, едва только та приняла вызов. И тут же, без каких-либо «привет» и «как дела» принялась рассказывать, что собственно было.

– Ничего себе! – оценила подруга услышанное. – И как думаешь, он тебе поверил?

– На этот раз, поверил, – уверенно заявила Кэссиди. – Но в следующий раз уже точно не поверит! И это означает, что у нас осталась только одна единственная последняя попытка! – заключила она.

– Да уж, не густо, – вздохнув, весьма и весьма невысоко оценила их шансы на успех Пенелопа.

– Эй, не ставь на нас крест, наше дело не такое уж и безнадёжное! – возразила подруге Кэссиди. – Тем более, что у меня есть идея! И на сей раз совершенно безотказная! Реализовать её, конечно, будет сложновато, но, если у нас всё получится, то в этот раз нам всё-таки удаться проучить этого безжалостного сердцееда Александра Каролинга! Короче, Пэн, срочно дуй ко мне, нам надо обсудить детали!

– Сейчас буду у тебя! – с готовностью отрапортовала подруга.

И как сказала, так и сделала. Не прошло и часа, как она уже звонила в парадную дверь особняка Колдингсов.

Услышав дверной звонок, с нетерпением ожидавшая подругу Кэссиди на такой скорости рванула к двери, что чуть не сбила с ног дворецкого, который, как ему это и было положено по должности, тоже спешил к двери.

– Побереги-ииись! – уйдя от столкновения буквально в последний момент, крикнула на бегу девочка. – Это ко мне! – добавила она, объясняя недовольно пыхтящему позади неё пожилому мужчине, как свою спешку, так и то, что она не дожидаясь его, распахнула входную дверь.

– Кэссиди, ты никогда не должна так больше делать, – неодобрительно буркнул Саммерс. – Ты не посмотрела в глазок! Неужели ты не понимаешь, что таким образом ты подвергала опасности не только себя, но и всех остальных в доме?!

– Да ладно, вам Саммерс! Ворчите, как старый дед! – на бегу отмахнулась девочка.

– Кэсси, я серьёзно! Настолько серьёзно, что если ты сейчас же не пообещаешь мне, что больше никогда так не сделаешь, я поговорю со Стивеном! – пригрозил ей вслед дворецкий. – И уж твой отец не будет с тобой церемониться, как это делаю я, он быстро тебе объяснит, что можно делать, а чего нельзя!

Вот только говорил он всё это исключительно для самого себя. Привыкшей же к его постоянному брюзжанию Кэссиди даже в голову не пришло – задержаться хотя бы на мгновение, чтобы его послушать. Едва только перед подругой открылась входная дверь, она схватила её за руку и обе девочки сломя голову понеслись вверх по лестнице в её комнату.

Пенелопа ещё ни разу не видела подругу в таком решительном настроении. Она ещё и опомниться не успела, как Кэссиди уже не только затащила её в свою комнату и закрыла за ней дверь, но и повесила на дверь отводящее заклинание, попав под воздействие которого любой, кто направлялся в комнату Кэссиди, забывал о том, куда он шёл и зачем.

– Ого, какие предосторожности! – не преминула она прокомментировать. – Неужели наши дела аж настолько плохи?

– Да нет, – отмахнулась хозяйка комнаты. – Это я просто не хочу, чтобы нам помешали.

– Ну тогда, давай рассказывай! – нетерпеливо потребовала гостья, с размаху падая в большое мягкое кресло и комфортно устраиваясь в нём вместе с ногами. – Что ты придумала?

– Что я придумала? – озорно блеснув глазами, повторила Кэссиди, мельтеша туда-сюда по комнате. – Я придумала, сделать Каролинга одной из жертв горгоны Сфено! – объявила она, наконец, примостившись на быльце соседнего кресла.

– Что-что?! – оторопела Пенелопа. – Что ещё за горгона Сфено? Я только о горгоне Медузе до сих пор слышала… Которая, чудовище с женским лицом и змеями вместо волос и которую, если я ничего не путаю, обезглавил Персей.

– Нет, ты ничего не путаешь, – кивнула Кэссиди. – Кроме разве что того, что, на самом деле, Медуза никакое не чудовище, а несчастная жертва чудовищной несправедливости! Жестокая и предубежденная против смертных Афина превратила её в чудовище за то, что та якобы осквернила её гнев, предавшись в нём любовным утехам с Посейдоном. Хотя, на самом деле красавица Медуза искала в храме Афины защиты от Посейдона, а не пыталась его там соблазнить. Однако защиты ей никто не предоставил и Посейдон прямо там, в храме, и изнасиловал несчастную, беспомощную девушку, – объяснила Кэссиди. – Что же касается Сфено – то это старшая сестра Медузы.