Неверный. Я буду счастлива снова

Глава 4

Диана Акименко

- На этом все. Мы с вами свяжемся, - с дежурной улыбкой, означающей “вы нам не подходите, но дам вам это понять не перезвонив”, проговорила очередная моя несложившаяся начальница.

За три недели, которые я активно искала работу в школе, она была уже пятой, да. А в школе, в которой я работала до декрета, к сожалению, не оказалось свободной вакансии.

- До свидания! - я вышла из кабинета.

А точнее еле-еле выбрела, кое-как переставляя ноги, к которым словно бы по тяжелой гире привязали.

На улице лежал снег. Середина марта, а ощущение, что декабрь. Но не современный и дождливый, а такой, как были в моем детстве. Снежный, вмеру холодный, усиливающий предвкушение Нового года и сказки…

Жаль, детство давно закончилось, а с ним и вера в существование тех самых сказок. И даже снег теперь не в декабре, когда его ждешь, чтоб хоть капельку возродить былые ощущения, а в марте, когда он и нафиг не сдался.

Хотя… Я бы сейчас взяла санки и Медвежонка на горку отвезла. Он бы радостно смеялся, снова и снова скатываясь вниз. А я бы радовалась от его радости.

Тридцать один день. Длинный и жуткий, как тридцать один год в аду. Именно столько времени я не видела своего сыночка. Не знала, как он, и что с ним. Потому что ни свекр, ни свекровь, ни Витя не брали трубку, когда я звонила, Мария Антоновна не видела, чтоб мальчика привозили, а я, хоть как часто приезжала под дом свекрови и хоть сколько часов под ним стояла, так ни разу и не увидела сына. А так мечтала хоть одним глазком взглянуть, когда его на прогулку выведут, например. Но нет…

Я мало спала. Практически не ела и плакала каждую ночь. Хорошо хоть брат уже неделю как куда-то свалил, куда именно, я не знала. И не хотела знать. Хорошо бы подольше не возвращался.

И вот, я плакала по ночам, а утром вставала и жила дальше. Искала официальную работу, ведь мой фриланс был неофициальным и не приносил необходимых мне денег. На адвоката. На ребенка. На жизнь. Конечно, я старалась брать больше переводов, но все это не то. Не те масштабы.

А между тем до первого заседания суда оставалось всего две недели. Я уже нашла адвоката. Звали его Денис Алексеевич и, судя по информации из сети, он весьма успешно вел бракоразводные процессы. Ну и за свои услуги, конечно же, просил немало. Но звучал так убедительно, что я решилась… Обнулила лимит по кредитке. Этого хватит на первое заседание, да. Но вот что делать потом?

Я привычно поехала к дому свекрови. Притаилась во дворе, чтоб меня не было видно из окон. И стала ждать. Денис Алексеевич сказал, что использует поступок Вити в моих интересах, подал необходимые документы… Но пока что ничего не менялось.

Почему с ним не гуляют? Что, если Медвежонок чем-то серьезным заболел. Страдает еще и от этого, а я не рядом? Мама не рядом. Он думает, что я бросила его. Кто знает, что ему рассказывают и как относятся…

Дверь в парадное открылась и мое сердце на секунду замерло. Но нет, это были не они. Снова не они. Черт знает в какой раз из парадного вышли какие-то другие люди. Меня ломало от желания зайти, подняться на этаж и стучаться в дверь. Снова и снова. Сесть и сидеть под ней. Но я этого не делала. Помнила, чем чревато и не собиралась давать еще один бонус этим…

От воспоминаний о том дне стало страшно. Мне не приходило никаких оповещений или чего-то подобного и адвокат говорил, что мой поступок критично ни на что не повлияет. Но я все равно боялась, что свекр найдет как его использовать. И боялась… Жуткие истории из сети снова и снова лезли в голову.

Дверь снова открылась. И я не поверила своим глазам. Какая-то женщина вела за ручку… Моего Медвежонка. Это был он. Хоть и замотанный шарфом по самые глаза, но я была точно уверена. Я же мать…

И нет, я не выдержала. Побежала к ним по снегу…

- Миша-а-а-а-а!

- Ма-а-ам! - закричал он и, вырвав свою ручку из руки растерявшейся женщины, побежал навстречу.

Упав на колени в снег, я поймала его. Прижала к груди. Принялась покрывать лихорадочными поцелуями маленькое личико сына.

- Медвежонок, сыночек! Ты как, а? Тебя не обижают? Посмотри на меня…

- Ма-а-ам, - расплакался он. - Ты меня блосила…

- Нет! Нет! Я тебя не бросила, слышишь? Я очень-очень-очень тебя люблю.Обещаю, ты мне веришь? Миш?

Он пожал плечами и снова заплакал. Обхватил меня за шею маленькими ручонками, прижался холодным носиком к щеке.

- Милый мой… Сыночек! Мама тебя любит! Очень-очень сильно любит, - шептала я. - Не слушай никого, понятно? Ми-и-и-иш!

- Женщина! Отпустите ребенка или я полицию вызову! - подскочила к нам женщина.

- Я его мать! Мать, понятно? Как вы можете? - закричала я.

Она стушевалась но лишь на несколько секунд. Принялась кому-то звонить. Ну и пусть. Ведь я… Я могу сейчас просто уйти. Забрать сына. Я его мать и имею на это право.

И я бросилась бежать под крики женщины. Прижимала к себе сына и неслась прочь со всех ног. Слабости, отчаяния как ни бывало. Силы переполняли меня. Я даже веса сына не чувствовала. Снег под ногами не мешал бежать. Сердце радостно билось в груди…

Метро. Почти пустой вагон. Мой сын у меня на руках. Я просто не могла этому поверить. Не могла поверить, что все оказалось настолько просто. Что мне так повезло. Впервые за эти жуткие месяцы повезло. В моих руках самое-самое дорогое на свете…

- Ты больше не блосишь меня, мамочка? - поднял на меня огромные, полные слез глаза мальчик.

- Я тебя не бросала. И не брошу. Никогда. Я очень-очень сильно люблю тебя, маленький мой, - сказала я, обнимая его еще крепче.

- И я тя люблю, - отозвался сын и я едва не разревелась от счастья.

Вынесла его на руках из метро на ближайшей к дому станции. Там уже вызвала такси. Наплевать на деньги, лучше лишний раз не поем. Все равно заставляю себя… Но вот Медвежонку нужно будет кое-что купить… Ладно, эта сумма все равно не спасет.

- Я заболел… Кашлял, чихал. Мне баба влача вызывала, - говорил Мишка и у меня сжималось сердце.