Символы власти: Распад

Глава 12

Встречу назначили на той же поляне, и на этот раз людей прибыло гораздо больше. В свите Корунда собралась разношерстная компания, граф с неудовольствием замечал гербы перебежчиков от Прадота. Эти люди в присутствии особ, которых они предали, все же испытывали неловкость и смущение, особенно потому, что в отличие от командиров королевских войск и графа Мохи, королева вела себя с ними достаточно приветливо и вежливо. Ашхен только хмурился и пыхтел, а Алмазан… Алмазан всегда ходил так, словно ничего вокруг не существовало, не важно, на поле боя или в мирных условиях. Уж как ни бывали высоки мужчины, а генерал порой возвышался над ними на целую голову. При его появлении на лицах солдат неизменно отражалось почтение, и даже присутствующие наемники оборачивались ему вслед, перешептываясь. Слава Алмазана шла впереди его, и говорили, что он может увернуться от пули.

После того, как все важные гости собрались в шатре для встречи, Корунд счел необходимым лично поприветствовать королевских делегатов.

- Милорд, рад видеть вас, - он протянул руку Балдрону, и граф сегодня, хоть и с кислым выражением, пожал ее.

Следом Цаворта подошел к генералам:

- Милорды, рад наконец познакомиться с вами лично. Это большая честь для меня, - он протянул руку сначала Ашхену, но тот насупился и глухо отрезал:

- Я не жму руки трусам, предателям и демонам.

- И к какой же категории вы относите меня? – не растерялся Корунд.

- Рассудите сами. Вы знаете себя лучше, - Ашхен отошел и сел на стул подле королевы.

Корунд без слов протянул руку Алмазану, и впервые Балдрон заметил на лице этого человека неподдельное… не сказать чтобы благоговение, но что-то сродни тому.

Алмазан радости знакомства не разделял. Он помедлил немного, неохотно поднял руку и пожал ее Корунду без всякого выражения:

- Я пожму вам руку. Но как супругу королевы, не как достойному противнику. Ваши методы и то, как вы предпочитаете оканчивать конфликты, уважения у меня не вызывает.

Корунд как будто обиделся.

- Но вы ведь сами писали в своих трудах, что лучше победить наименьшими средствами, - рискнул он поддеть генерала, но тот не поддался.

- Вы умный человек, граф Цаворта, и прекрасно понимаете, что я имел в виду.

- Рад удостоиться от вас хотя бы такой похвалы, - едва слышно добавил Корунд, в то время как Алмазан прошел к столу и сел рядом с Балдроном. Корунд же присоединился к своим людям.

На заседании обсудили меры безопасности во время передвижения по стране: усиление стражи на случай бунтов и погромов в городах, комендантский час, меры защиты на случай покушений на королевскую четы, порядок работы с общественным мнением для чиновников, а также текст мирного соглашения. Было много споров, потому что королевские делегаты старались оградить народ, в то время как представители противоположной стороны больше были настроены защищать себя, предлагали потенциально опасные ситуации для подданных, в том числе удобные для всевозможных провокаций. Обстановка накалялась все сильнее, и Корунд также остался недоволен тем, что представители короны выступили против его коронации в столице, настаивая на Имселоте и святилище Ллулаон.

В последний век, сопряженный с началом развития производства и освоением газа и пороха, короли Асфири, подогреваемые новым типом людей, пошли навстречу переменам и стали проводить основные церемонии в нововозведенном в Ашкендале храме, посвященном Элцагит, богине здравого рассудка и рациональности. Главное святилище Ллулаон, богини, наделяющей разумные существа дыханием жизни и душой, в Имселоте ныне использовалось лишь для богослужений и, иногда, проведения особо важных свадеб. Его содержание, однако, по-прежнему не снижалось, следуя традиции, и у простого люда он пользовался особой популярностью.

- По-вашему, коронация - это действо для какого-то заштатного святилища? – спросил Корунд.

«Против женитьбы в каком-то захолустном храме ты-таки не выступал», - подумал граф.

- Прошу прощения, это первый по посещаемости храм в Асфири, - бесстрастно сказал ему Алмазан и добавил более жестко, - богини, которая всегда оказывала наибольшее благоволение людям. И право короноваться в ее храме – великая честь. До вас под святыми сводами стояли сотни королей, и никому не пришло в голову заключить, что их достоинство от этого помутнеет.

- Но вы, тем не менее, перенесли положение главного храма в Ашкендал, - не сдавался Корунд

- Мы много чего сделали ради… перемен. Но это не отменяет былых заслуг.

- Король достоин лучшего. Тем более, что ваша королева сама предпочла объединиться с ним для благого будущего вашей страны, - вмешался Шакадал, и Алмазан медленно перевел на него взгляд, каким можно было посмотреть на какого-нибудь жука. – Мы итак следуем всем вашим правилам и традициям, пора и вам уступить и склониться перед нашим лидером.

Ашхен открыл рот и хотел вскочить, но Алмазан быстро положил ему руку на плечо и не позволил этого сделать. Сам Оникс невозмутимо продолжил:

- Ваш лидер, при всем уважении, становится королем страны со своими порядками. Неблагоразумно начинать правление с попыток сломать фундаментальные устои.

- Ваши порядки требуют короноваться в столице. И, по-моему, дело тут совсем не в традициях…

Наступила разящая тишина. Затем раздался неуверенный голос Соланы, обращенный к Корунду:

- Коронуйся здесь. В святилище Ллулаон, где мы поженились. Богине не важно, случится это в большом храме или в маленькой лачуге.

- Святилище… Это святилище не вполне подходит для целей коронации, - заметил Корунд. – Народ…

- Зато подходит для разрешения конфликта. Так мы проедем по стране как коронованные супруги.

- Сюда придется… созвать всю знать, - вставил Балдрон неуверенно. – И население… свидетели…

- Ничего страшного. Жители Могодэша станут нашими свидетелями.

- Лучше уж Имселот, - после паузы недовольно сказал Корунд.

- Вы согласны? – уточнил Алмазан.