Не отпускай моей руки

Глава 16

ГЛАВА 16

Когда закончились запасы и хлеба, и сыра, Арольд снова решил зайти в деревню. Выбрал для этого небольшой дом на окраине и время подгадал вечернее, чтобы на улице народу было меньше.

На этот раз, конечно же, хозяйка оказалась дома. Молодая женщина встретила их во дворе, она кормила кур и заметила гостей сама. Арольд сразу понял: собаки нет, что явно указывало на какое-то неблагополучие в доме...

– Мир вам и помощи Божьей по дому... – графская дочь первой поприветствовала крестьянку, пока Арольд бегло осматривался.

– И вам... – Женщина заметно растерялась и смотрела настороженно. – Вы что-то хотели?

– Нам бы хлеба... – заговорил Арольд негромко.

– Нет у нас хлеба!

– Мы заплатим... – Эллия опередила Арольда с ответом, хотя её просил он молчать и самой не лезть в разговор. – У нас есть деньги!

– Я ещё не пекла сегодня...

– Мы и старый возьмём, нестрашно.

Эллия сама разговаривала с хозяйкой, а Арольд только немо взгляд переводил с женщины на девушку и обратно. Не думал он, что Эллия так смело сама говорить будет.

– Старого у меня немного, и он сухой будет... Он не сдобный.

– Помогите нам... И мы уйдём. Не бойтесь...

– Я не боюсь... – она ответила довольно смело и решительно, но Арольд-то видел, как испуганно бегает её взгляд. Она боялась их и часто смотрела на нож за поясом непрошенного гостя.

– Мы не разбойники, – наконец, заговорил Арольд, – мы не собираемся вас грабить и убивать. Мы паломники и нам надо попасть в соседнее графство. Нам просто нужен хлеб. Мы уйдём.

– Хорошо. Я соберу, что у нас осталось...

– А где хозяин? – Арольда очень волновал этот вопрос, и он не мог не спросить об этом.

– Я – вдова...

Такого он не ожидал, и ответ смутил его, он думал ещё о чём-то спросить, но примолк и только встретился глазами с Эллией.

– Пойдёмте в дом...

– Я тут подожду, – не принял приглашения Арольд, а Эллия ушла с хозяйкой в дом.

Куры склёвывали ржаные зёрна из-под ног, в загоне слышно было коз, но ни коровы, ни лошади Арольд не увидел и даже не услышал. Похоже, дом для своей просьбы выбрал он неудачно. Взять здесь было нечего. Но вдовой эта женщина стала сравнительно недавно: заборы ещё стояли, крыша вот только уже почернела и прохудилась, солому надо было обновлять ещё весной, при дождях в доме, наверное, текло со всех щелей. Да и вообще было в самом подворье какое-то застывшее ощущение неуловимого упадка, унылости и безнадёги. Хотя хозяйка ещё молодая, может, и найдёт себе второго мужа до осени, и всё в её жизни наладится. Женщин мало, и мрут они чаще мужчин, а эта ещё молодая, всё у неё наладится. С Божьей помощью.

И Арольд поймал себя на том, что полушёпотом читает молитву, просит Бога за этот дом, за эту несчастную вдову. Ох, что это с ним вдруг? Никогда такого не было, чтобы он молился за кого-то вот так вот, не за себя, не за матушку, не за благополучие Оранта, а за простую крестьянку-вдову. Пожалел так её, что ли? Поразился её взгляду потухшему? Что это с ним вдруг случилось? Она ему никто. Он даже имени её ведь не знает.

Наверное, всё влияние этой дочери графа Годвина, этой монашки Эллии. Она каждое утро и перед сном молилась, читала молитвы постоянно, каждый кусок хлеба благословляла. И Арольд стал ловить себя на мысли, что тоже стал за эти дни дороги чаще молиться, чаще, чем обычно. Раньше он молился в церкви, перед исповедью, перед причастием, а тут стал молиться просто так и не молитвами, какие знал и помнил наизусть, а просто своими словами, как от сердца шло, будто просто с Богом разговаривал, будто Он стоял за его плечом и слышал всё.

Ох, неправильно это всё! Когда он вернётся в Орант и покается за всё время в Андоре, когда исповедуется, духовник накажет его, наложит епитимью. Нельзя так, как он делает. Это – ересь! Бог накажет его за такое неуважение...

Бог – это судья, это справедливость, это сила, карающая грешников, низвергающая их в темноту и страдания ада, а он просто просит Его о милости, о заботе и для кого? О ком просит? Об этой крестьянке-вдове? Прав ли он? Имеет ли право тревожить Господа такими просьбами? Можно ли это? Нет, конечно!

Но молился. «Помоги, Господи, этому несчастному дому, пошли благополучие этой семье, пусть эта женщина встретит мужчину, и он примет её и будет заботлив и щедр... Пусть переживёт она предстоящую зиму... Прошу Тебя, Господь, прояви милость, жалость и добро к ней... И пусть на всё будет воля Твоя...»

Мысли его прервал детский плач из открытых дверей дома.

«О, Боже, там ещё и ребёнок...»

Арольд неожиданно подумал вдруг, словно осенило: «Что я делаю? Отпустил её одну! Она же может рассказать, кто она, откуда и помощи попросит... Скрутят меня тут и под ручки назад, в Андор... Вот же ж я баран... Что я делаю? О, Боже...»

Но он не успел ничего сделать – Эллия вышла из дома одна и подошла к нему.

– Что? – она словно заметила что-то на его лице и сама спросила первой. – Что случилось?