Игра Мелины Мерод. Книга вторая

Глава 17

Сегодня ночью мне приснился дядюшка Макрэ. Вопреки обыкновению он хмурился, поджимал губы и качал головой. Все попытки вытянуть из него объяснение недовольству разбились о стену молчания, как приливная волна о скалы. Если в сновидении я не понимала, чем расстроен родственник, то в состоянии бодрствования всё стало предельно ясно. Будь дядя жив и узнай, что я натворила, его реакция была такой же, если не хуже.

Много лет назад папенька сумел связать чувство вседозволенности, пустившее корни в моей душе, с тем давним случаем, когда я стала свидетелем безнаказанности преступника. Пусть в глазах взрослых всё выглядело жестокой шуткой, жертвой которой стал мой кот, а в роли шутника выступил соседский мальчишка, инцидент привёл к определённым последствиям. Эти последствия папеньке и дядюшке пришлось устранять в течение нескольких лет. И вот всё вернулось к тому моменту, с которого началось.

Я слишком привыкла, что многие вещи, которые я себе позволяла на службе, оставались незамеченными коллегами и начальством. Слишком увлеклась, поддавшись азарту. Слишком крепко в моём сознании засел девиз Академии. Справедливость – превыше всего. Так можно оправдать многое.

А, возможно, я просто устала. Устала от того, что всякий раз вынуждена кропотливо собирать доказательства вины, строить из них несокрушимые стены, которые не смог бы сломать и Самюэль. Особенно мерзко становилось, когда все знали о виновности преступника, но начинали юлить, изворачиваться и угрожать. Наверное, поэтому я решила проблему с Обэ Амори и Жоржем Менси таким образом.

Да, я испытываю страх от осознания содеянного. Единый – свидетель, теперь на моей совести две жизни! Но я всё равно не считаю свой поступок аморальным. Он совершён не по закону, а по справедливости. Если кое-кому покажется, что я ошибаюсь, эти люди непременно меня найдут и сообщат о своём недовольстве. Жаль только, эта встреча станет последней в моей жизни, но позора и огласки удастся избежать. Если же кто-то из коллег докопается до истины, мне и Самюэль не поможет. И меня ждёт бесславный конец.

– Мелина?! – госпожа Асти удивлена, застав меня в седьмом часу утра на кухне. – Отчего вам не спится? Вы же в отпуске!

Я неопределённо пожимаю плечом и тут же ловлю сползшую шаль.

– Не привыкла ещё.

– К безделью быстро привыкаешь! – фыркает соседка, подходя к шкафам. – Что вам приготовить на завтрак? – она оборачивается ко мне. – Я могу сделать…

– Мне всё равно, – перебиваю женщину и поднимаюсь со стула. – Выберите блюда на свой вкус.

Госпожа Асти замирает с жестяной кофейной банкой в руках.

– Моя дорогая, с вами всё в порядке? Мне совершенно не нравится ваш голос.

– Не выспалась.

Мой ответ не обманывает соседку. Покидая комнату, я чувствую, как она сверлит взглядом мой затылок.

***

На сегодня я запланировала только одно дело – визит в банк. Поступив на службу в Управление, я открыла накопительный счёт, на который ежемесячно переводила определённую сумму. Когда я перешла в отдел, занимающийся раскрытием особо важных преступлений, сумма отчислений увеличилась. Накопилось достаточно средств, чтобы попытаться инвестировать их. По рекомендации Самюэля я обратилась к специалисту, чтобы тот занимался моими сбережениями. Пришло время детально разобраться, удалось ли господину Арли совершить чудо.

Поскольку встречу я согласовала заранее, ожидать приёма в общей очереди не пришлось. Кроме того, обнаружилось, что для клиентов по записи в обслуживание включали чашку очень хорошего кофе! Пока я его пью, господин Арли отчитывается о проделанной работе. Знакомому Самюэля действительно удалось совершить чудо. Единый, хоть одна хорошая новость!

Распрощавшись с господином Арли, я выхожу в коридор. В общей очереди я с удивлением замечаю знакомое лицо.

– Господин Ламмейн! – останавливаюсь возле мужчины. Он вскидывает голову и недоверчиво смотрит на меня.

– Вот так встреча, госпожа да Мерод! – владелец кофейни поднимается со стула, дабы должным образом засвидетельствовать своё почтение. – Никогда бы не подумал, что мы с вами встретимся здесь.

– Согласна с вами, – я киваю на папку в его рукае. – Вы по какому вопросу?

– Ох, госпожа да Мерод, я, можно сказать по печальному вопросу, – он невесело улыбается и крепче стискивает пальцы.

– Отойдём в сторону? – я перевожу взгляд на пустую и достаточно просторную лестничную площадку, в которую упирается коридор.

– Неужели вам интересно слушать моё нытьё? – с иронией спрашивает господин Ламмейн.

– Вряд ли вы будете ныть! Я же вас знаю.

Усмехнувшись, мужчина делает приглашающий жест свободной рукой, предлагая пройти первой.

Суть проблемы господин Ламмейн умещает в нескольких предложениях, начисто лишённых эмоций.

– Вы полагаете, банк лишит вас прав на кафе, потому что прибыль не удовлетворяет их ожидания?

– Ну что вы! – возражает господин Ламмейн. – Удовлетворение ожиданий – это нечто глубоко личное. В этом заведении такими категориями не мыслят. У них иные понятия. Основное – рентабельность.

– Выходит, чтобы остаться в деле, вам нужен кто-то, кто выкупит долю банка?