Рыся

Глава 8. Мы не ждали и не звали, или О врагах не стоит забывать

Из-за чрезвычайно красивого меха рысей длительное время интенсивно истребляли. Теперь это животное занесено в Красную книгу.

С малюткой мы подружились. Она оказалась девочкой, назвала ее Лапка-Косолапка. Маленькая медведица быстро перестала меня бояться и доверчиво прижималась ко мне во сне в поисках защиты и тепла. С радостью давала ей это, пытаясь заменить мать.

По утрам после кормления всегда вылизываю ее, причесывая своим шершавым языком. Малышка хорошо кушает, стала активной и не может усидеть на одном месте, даже несмотря на загипсованные лапки.

Я тоже стараюсь есть хорошо. Когда нет аппетита, все равно ем через силу, чтобы восстановить большую кровопотерю и ускорить выздоровление. Чаще всего мне дают печень, иногда мясо, перемолотое в фарш. За нами ухаживает ветеринар, его зовут Влад, изредка приходит его жена Наташа, такая же добрая и заботливая, она всегда умиляется, глядя на нашу парочку.

За эту неделю три раза нас навещал Саша. Приходя, он неустанно повторяет слова благодарности, при этом начесывая мой подбородок. «А я что? Совсем не против. Пускай отрабатывает свое спасение. Теперь всю жизнь будет моим личным подбородкочесом». В такие моменты вальяжно разваливаюсь на полу и тарахчу, как БелАЗ. Даже не подозревала, что умею так.

При такой заботе мы с Лапкой быстро пошли на поправку. Через две недели ей сняли гипс, а мне швы. Теперь каждый день делают только перевязки с разными мазями.

Я уже измаялась от скуки, не могу сидеть на месте, хочется в лес, побегать и размять лапы, почувствовать азарт охоты и от души погонять белок и лисиц. А еще я знаю точно, что не оставлю Лапку у людей. Заберу ее с собой и помогу вырасти нормальным диким животным.

Думаю, Саша и Влад поймут, чего хочу от них, когда увидят, как я беру малышку зубами за загривок, как будто своего котенка. Ну а если не поймут, то покусаю их слегка. В общем, придумаю, как объясниться с ними.

С такими мыслями я с нетерпением ждала, когда поправлюсь и попаду на свободу, представляя, как буду воспитывать Лапку. И казалось, что все наладится. Нас отвезут далеко от людских поселений, в самый глухой уголок тайги, я помогу медвежонку вырасти большим и самостоятельным, хоть как-то заменив ей маму. Ну а потом буду думать, как искупить то, что натворила в прошлой жизни.

Но судьба решила не идти у меня на поводу и подкинула еще больше проблем, хоть на первый взгляд и казалось, что самое худшее уже позади.

День прошел спокойно. Он, как и предыдущие, не отличался разнообразием. Все по режиму: утренний туалет, кормежка, процедуры, обнимашки с Лапкой. Вечером приходил Саша, он долго меня тискал и обещал, что скоро нас выпустят. Я, как обычно, разомлела и, расплывшись на полу, от удовольствия тарахтела на всю клинику.

Ничто не предвещало беды.

Ночью проснулась от нехорошего предчувствия, а потом услышала звук открывающегося замка и быстрые шаги нескольких пар ног. Межкомнатная дверь открылась, и к нам вошли двое в масках. Я тут же встала в оборонную позу, закрывая собой малышку. Пригнув голову к полу, рычала, скалилась и шипела, хоть и понимала, что это ничем не поможет.

Один из мужчин молча достал пистолет из-за пазухи и выстрелил в меня, только после этого поняла, что это транквилизатор. Голова закружилась, вынуждая лечь на пол, в глазах помутилось, и сознание стало уплывать, постепенно отдаляя от меня реальность.

— Медвежонка тоже усыпи. Только дозу меньше сделай. Прихватим и его, будет бонусом для заказчика, а то он недоволен тем, что слишком долго пришлось ждать, — услышала я, перед тем как окончательно отключиться.

***

Просыпалась я тяжело. «Да сколько можно-то! Когда же меня оставят в покое?»

Бедная моя Лапка, ей было еще тяжелее. Похитители не сильно заботились с выбором дозы. Малышку несколько раз вырвало, и как бы ни было мне плохо, я обернулась вокруг нее калачиком и вылизывала, таким образом пытаясь хоть как-то облегчить последствия от применения транквилизатора.

Нас куда-то перевозили в закрытом деревянном ящике с небольшими отверстиями для вентиляции. В них постоянно затягивало выхлопные газы, от чего самочувствие только ухудшалось. Было очень трудно дышать, и сильно мучила жажда. Я то теряла сознание, то вновь приходила в себя на короткое время, но все так же обнимала Лапку.

Ехали долго, дорогу запомнила, как в тумане.

Машину тряхнуло на ухабе, и она неожиданно остановилась. Послышался скрип открывающихся ворот, что привело меня в сознание и заставило насторожиться. Когда скрип стих, мы снова поехали, но через несколько метров вновь остановились. Раздались мужские голоса и наш ящик стали куда-то переносить.

— Заносите в гараж, там клетка. Надеюсь, вы не угробили кошку. — Этот голос я никогда не забуду и узнаю его среди тысячи. «Конечно же, кто ж еще мог нас похитить, если не Колян!» — Обязательно напоить и накормить. И чтобы все было идеально, иначе век не расплатитесь, — продолжал распоряжаться он.

«Ууууу!.. Как же я ненавижу этого человека!»

Ящик сильно ударился о землю, при этом напугав Лапку. Потом боковая стенка отвалилась, и нас буквально вытряхнули в клетку. Малышка тут же забилась в угол, а я, кое-как встав на лапы, подошла к ней и легла рядом, загораживая от всех.

Нашу новую тюрьму собственноручно закрыл Колян на амбарный замок, а ключ спрятал в нагрудный карман, лишая меня надежды на легкий побег.

— Вован! Неси воды и мяса. А вы готовьте машину к перевозке. Через два дня будут готовы документы, и мы повезем их в Москву. — Услышанная новость заставила меня изрядно понервничать.

«Очень, очень плохо! Нужно срочно что-нибудь придумать!»

Браконьер ушел, оставив своих подельников выполнять распоряжения. Нам принесли воду и мясо, но я даже не пошевелилась в их сторону, не желая пить и есть в присутствии этих людей.

— Ну и громадина! Как думаешь, много на ней можно заработать, если выпустить на собачьи бои? — спросил своего товарища один из них. Не желая смотреть на мерзкие рожи, я слушала бандитов, не поворачиваясь в их сторону.