Змееносцы

Глава 4. Замок на ладони

По-осеннему равнодушное солнце медленно вползало на небосклон за грядой холмов. Ночи становились холоднее, а ветра – ожесточеннее. Однако гористая местность давно к этому привыкла – суровый край никогда не расставался с ветрами, в каком бы настроении те ни пребывали. Магглы и маги – все они одинаково смирялись со стихией, покорно возводя дома и подворья для укрытия от погоды. И конечно же замки.
Особенно замки.
Нахохленный, закутавшийся в подбитый мехом плащ юноша сидел под густой сенью покрытых бронзовой листвой деревьев и смотрел на один такой замок – особенный, совершенно неповторимый, такой близкий и недостижимо далекий для него замок. Ветер путался в отросших каштановых кудрях, которые юный маг повадился подбирать в хвост, янтарные глаза покраснели и повлажнели от резких порывов сильного ветра, но он продолжал упорно смотреть на торжественно возвышающееся над озером строение. Молодому мужчине казалось, что он слышит, как мерно дышит еще дремлющий замок: каждая башня, каждый лестничный пролет, каждая спальня учеников и педагогов… Только Пивз, должно быть, не спит – готовит очередную пакость для обитателей школы. А возможно, кто-то уже потревожил покой пергаментов и свитков в библиотеке. Помнится, Настоятель обещал расширить помещение, отведенное под хранилище для книг, и поднять саму библиотеку хотя бы этаж на второй – подальше от сырости, влаги и всяких других неприятных сюрпризов природы. Интересно, успели ли выполнить его план за летние каникулы? Пожалуй, да – ведь одним из главных помощников в этом нелегком деле, несомненно, была племянница толстопузого монаха. Уж если кто и не спит уже в замке в этот час, так это Сапиента.
Глубокий отороченный золотой нитью капюшон плаща неожиданно был наброшен на голову мага и скрыл своей тканью замок от глаз юноши.
- Сколько тебе говорить, неразумный ты ребенок, у нас нет ни сил, ни времени, ни запасов зелий, чтобы выхаживать тебя от простуды! – суровое контральто сопроводило почти ласковый подзатыльник.
- Стихии, Моргана, почему мы не можем войти в Хогвартс? – Лестранж обратил на травницу взгляд.
- По той же причине, что и в прошлую тысячу моих ответов, Лестранж, – раздраженно тряхнула антрацитовым водопадом волос женщина. – Меня не интересуют камни, мне нужно озеро.
- Поздновато для купания, - буркнул француз. – А в замке хорошая библиотека…
- … которая нам совершенно ничем не способна помочь!
Аим только обиженно засопел. Эту строптивую ворону не переубедить и не переспорить.

Конечно, юноша и сам понимал, что они влипли, и на этот раз влипли весьма и весьма серьезно, но в такой близости от Хогвартса его сердце искренне жаждало вырваться из груди обладателя и поспешить в замок, найти не по годам умную, с большими темными глазами и милой ямочкой на лице девушку и остаться с ней.
- Моргана, мы несколько недель тащились сюда – а половину пути и вовсе пробыли овощами, червями и прочими не обремененными сознанием единицами природы в твоем клюве, - мы уже столько дней прячемся в этом перелеске, а могли бы просто пойти в Хогвартс и…
- И? И…? И что, Лестранж?! Что?! Забыл, что земли школы патрулируют змееловы? Забыл, что Мерлин ищет меня?! А может, и всех нас?! Уверен, что школа нас не выдаст?!
- Настоятель…
- Я знаю, что толстяк никогда не предаст меня! – перебила юношу женщина, распаляясь все больше. – А остальные?! Педагоги, ученики?! А, Лестранж?! Те ученики, чьи братья, отцы и друзья уже трудятся на благо чокнутого идиота в синем колпаке?!
- Я понял, - поникшим голосом тихо ответил француз и вяло вывел палочкой замысловатое движение. На земле перед ним тут же заплясал огонек тусклых, почти бесцветных синевато-фиолетовых языков.
Неожиданно для юноши высокая суровая женщина опустилась рядом на колени и с невиданной им раньше нежностью погладила его по покрытой пушком скуле.
- Я знаю, почему ты так рвешься в замок, Аим, - ласково произнесла своим глубоким голосом провидица. – Но умоляю тебя, потерпи. Верь мне, все будет так, как ты мечтаешь, но в свое время. Я видела это. А сейчас займись делами, которые приблизят час твоего безмятежного счастья, когда светлые шелковистые ее волосы переплетутся с твоими. Нам нужно сварить зелья, какие сумеем – в наших-то условиях.
- Уже, - снова буркнул Лестранж, не поднимая головы. – Я ночью уже сварил несколько: кровезапирающее, согревающее, обеззараживающее…
- Аим, - в голосе всегда требовательной и ворчливой ведуньи слышалось уважение, и юноша невольно хмыкнул: - Не хочу терять время попусту. Где Финн с Брианом?
- Вскоре вернутся, надеюсь. Они ведь отбыли в деревню еще затемно… Давай приготовим завтрак. Ты умеешь охотиться?
Насмешливый взгляд янтарных глаз служил красноречивым ответом:
- Я, в конце концов, дворянин, хоть и вконец обнищавший во имя моей новой родины.

***

Фирг ужасно рисковал. Даже понимая, что Моргана изменила его внешность до неузнаваемости, даже накинув на пса и на самого себя чары отведения глаз врагов, воин чувствовал огромнейшее нервное напряжение. Деревня Кастелуэйк* была довольно крупной – двадцать домов, как-никак! – и людной, чему способствовала ее относительная близость к Хогвартсу. Имелся и паб, и постоялый двор, и вполне сносный рынок: сказывалось то, что почти все жители деревни были магами. Помня о том, что здесь элементарно не только собрать последние сплетни о событиях в магической Британии, но и столкнуться со змееловами, которые неотрывно патрулируют земли школы, маг незаметно достал палочку, сжал ее в руке и одернул рукав просторной серо-зеленой мантии. Однако, сколько ни бродил Фирг по улицам Кастелуэйка, скупая необходимые Ле Фэй травы, слоняясь по площади и глазея на дома, ничего нового или же важного он не услышал. То, о чем болтали досужие сплетницы, воин и так уже слышал сотни раз до этого: жалостливый треп о том, как не повезло несчастной девочке, которую Мерлин с таким трудом спас из лап Слизерина; тоскливые причитания о том, как она сломлена и угнетена; пугающие слухи о невозможности ее излечения… Все наводило Финнгрифа на мысли о том, что Моргана права, и Атхен – его Атхен – поглотила подлая мразь в небесно-голубых одеждах.
Маг тяжелой поступью понуро брел обратно с полной товаров холщовой сумкой, лениво поглаживая верного емтхунда. По левую руку от него вдалеке виднелись башни замка, в котором ему так и не довелось учиться. А вот змееловке повезло больше – когда-то она бродила по коридорам, сидела в учебных залах, засиживалась в библиотеке и, зная ее характер, купалась в озере и бегала по лесу, куда доступ юным магам и волшебникам был крайне ограничен. Вспомнив болтовню в деревне, мужчина с горечью прижал кулак к заросшему бородой подбородку и чуть запрокинул голову. Казалось, башни Хогвартса прорастают из костяшек его пальцев, как величие Мерлина прорастает из костей загубленных им семей. Еще через несколько минут пути воин услышал странный шелест в траве за кустами. Верный Бриан тоже слышал это. Они замерли, и звук тут же стих.
Стоило Фиргу снова двинуться по дороге, как еле уловимый шелест опять достиг его слуха. Бриан вздыбил шерсть и медленно повел оскаленной мордой. Маг достал палочку, направил в сторону звука и тихо прошептал:
- Creaturam revele!
Резким порывом послушного магии ветра взметнуло ветви кустов и пожухлые травы, но никто не показался. Странно… неужели от всех этих переживаний Фирг теряет хватку и страдает галлюцинациями? А Бриан? Глядя на то, с каким остервенением пес обнюхивал каждую пядь открывшейся заклинанием земли, воин подумал, что не так уж сильно и заблуждается касательно их усталости.
Он попробовал еще несколько вариаций заклинания, поставляя вместо существа человека, врага и даже фамильяра, но все тщетно. Тряхнув головой и распушив гриву, Фирг подозвал пса, погладил его, и повел снова вперед, не обращая внимания на явное нежелание емтхунда ускоряться и идти прочь.

Воин вошел в лес, дошел до некогда высокого поваленного непогодой дуба, достал из нагрудного кармана причудливый мешочек, запустил туда три пальца, достал щепотку травяного порошка и, вычерчивая в воздухе замысловатые руны, медленно просыпал его на вырванные из земли корни. Мягкое свечение мелкими муравьями зашевелилось по замшелому стволу, спускаясь на ковер из опавших листьев и задевая багряные, иссиня-зеленые и желто-коричневые кусты по соседству. Едва Фирг переступил толстый ствол и вступил на небольшую укрытую листвой поляну, как свечение медленно сошло на нет, сойдясь задернутым пологом за спиной мага. Пес деловито потрусил к высокой женщине в черном, мелко измельчавшей какие-то неизвестные Финну корешки.
Фений в очередной раз искренне обрадовался тому факту, что Моргана на их стороне. Любое заклинание охранных и щитовых чар местности из-за постоянного передвижения Морганы, Аима и самого Фирга за их пределы могло быть обнаружено – случайно или умышленно. А поскольку путники покидали границы своего импровизированного лагеря довольно часто, то такая вероятность была весьма высока. Колдовской порошок друидов из неизвестных воину трав стал потрясающей альтернативой обычным чарам и настоящим открытием для Лестранжа, с фанатичностью магловского служителя церкви впитывавшего знания и умения Морганы.
Финн опустил свою сумку рядом с отполированным Аимом камнем, заменявшим им с ле Фэй рабочий стол и, наблюдая за ловкими руками травницы, начал тихий пересказ итогов сегодняшней вылазки, когда Моргана вскинула голову и отрывисто произнесла:
- Ничего странного не произошло, Фирг?
- Не знаю даже… что-то вроде бы произошло, а может, и нет. Дело в том, что мне показалось…
- Не показалось, - резко оборвала воина провидица и повернула голову в сторону поваленного дерева, служившего им границей их тайного лагеря.
– Выходи!

Ничего не произошло. Тогда Моргана на секунду опустила тяжелые веки и повторила на гаэльском:
- Thig an so!
Из корней дерева выползла огромная змея и неспешно заскользила к провидице, серебрясь в лучах холодного солнца. Бриан, до этого улегшийся в ногах ведуньи, подскочил и, оскалив пасть, отошел к хозяину. Аим затаил дыхание, Фирг сжал рукоять зачарованного меча, но рептилия игнорировала всех, кроме Морганы.
Юного дворянина поразил взгляд неожиданной гостьи: холодный, уверенный, демонстрирующий недюжинный ум, он буквально завораживал даже тогда, когда не пересекался с чьим-либо еще взглядом.
- Во имя стихии, ле Фэй, что это? – ошарашено спросил воин.
- Она красноглазая, - потрясенно выдохнул юный француз, когда змея приблизилась. – Красноглазая… У нее корона?
- Стойте и не смейте ничего предпринимать, - бросила мужчинам Моргана и опустилась на колени, приглашая рептилию подползти к ней еще ближе.
То, что Аим принял за корону, на деле оказалось крохотной змейкой – точной копией большой рептилии. Пресмыкающееся замерло у ног женщины. Та медленно протянула руку к массивной голове серебряной гостьи и снова заговорила со змеей по-гаэльски.
- Ты ведь его чадо, верно? Его питомец? Это учитель прислал тебя?
Но никакого ответа от змеи не было.
- Ему нужна помощь? Он ищет меня? Он в опасности? У него есть послание для меня?
Пресмыкающееся лишь склонило голову.
Крошечная змейка скользнула к руке провидицы и обвилась серебряным тельцем вокруг ее правого запястья. Пару раз мигнула алыми глазами, а затем рубиновые бусины безжизненно замерли. Огромная серебряная рептилия развернулась и неспешно уползла прочь.
- Во имя стихии, Моргана, что это сейчас было?! – севшим голосом спросил фенний.
- Знак от Слизерина, - внимательно разглядывая браслет-змейку, ответила та.
- И что этот знак означает?
- Понятия не имею, Аим.
Француз с тоской посмотрел на маячивший невдалеке замок.
Вот он, так близко – со всеми его тайнами, загадками, сюрпризами. С духами и людьми. С мудрой, смешливой Пиен. Руку протяни – и он, Хогвартс, ляжет тебе на ладонь. Но Лестранж только что еще сильнее отдалился от него. Очередная тайна в паутине интриг заставила Аима еще на шаг отступить от желаний сердца.
Моргана изучала замершую на ее руке рептилию, бормоча что-то по-гаэльски, поглаживая по крохотной головке и щекоча обвивший шею хвостик, но все тщетно. Емтхунд внимательно принюхивался к артефакту, забавно, совсем по-волчьи морща нос. Фирг смиренно ждал, когда Моргана будет готова поделиться своими соображениями и выводами. Лестранж осторожно коснулся его плеча:
- Финнгриф… прошу тебя, дай мне свою карту.
- Accio, карта!
Поймав выскочивший из холщовой сумки артефакт, он протянул его юноше и с улыбкой хлопнул того по плечу. Аим развернул карту, подождал, пока Фирг пробудил ее, и отошел к палатке.
- Ты юн, горяч сердечно,
Поверь, война не длится вечно!
На встречу с милой не спеши,
И не теряйся сам в болот глуши.
- Я всего лишь хочу убедиться, что все с Сапиентой хорошо, хочу ее просто увидеть, - грустно покачал головой француз, пристально следя за тонкой, будто оттиснутой золотом нитью маршрута девушки, замершей, как он и думал, в библиотеке.
Он несколько минут просидел над картой, вглядываясь в милое сердцу имя и поглаживая пальцем его нить. Глубокое контральто Морганы, раздавшееся от каменного стола, будто пробудило юношу.
- Аим, ты хотел подать весточку в замок?
Тот кивнул.
- Пиши письмо. Но только не подставляйся сам и нас не подставляй. Я отнесу его…в библиотеку Хогвартса.
- Но Моргана, ты ведь говорила, что это слишком опасно…
- Какое дело вороне до людских проблем? – насмешливо подняла бровь ведунья. – К тому же, у меня есть некоторые идеи касательно подарка Слизерина.
- И для этого тебе нужно пробраться в школу? – недоуменно спросил Фирг.
- Нет, не нужно. По крайней мере, библиотека здесь бесполезна.
На секунду Лестранж увидел ободряющую улыбку на тонких губах травницы и тихо произнес:
- Спасибо.
- У тебя есть не больше часа, - хмыкнула провидица и вышла за черту лагеря. - Я успею! – широко улыбаясь, крикнул ей вслед француз, игнорируя одобрительное хмыканье старшего товарища.