Своенравная Луна 

Глава 4

- Как же я по тебе соскучилась, - первое, что я услышала, когда подошла к Тане, встречающей меня в аэропорту. 

Вокруг русская речь к которой я пока не привыкла. Мозг не перестроился и пытается сработать, как переводчик, но вокруг нас такая какофония звуков, что он не справляется. Голова начинает болеть от этого. Только теплые объятия не дают мне дать деру в более тихий уголок, чтобы перевести дух. 

- Я тоже по тебе ужасно соскучилась. Два года не виделись, - ответно обнимаю ее, понимая – в безопасности. 

После смерти родителей впервые почувствовать себя дома смогла рядом с ней. И совершенно не важно, вдвоем дома или на людном проспекте, если она рядом – в душе затишье. Не штиль, конечно, но и тревоги нет. Мне порой кажется, что, если вспомнить все моменты, когда у меня было чувство полной, абсолютной такой, защищенности, вряд ли наберется и один день после смерти родителей. С чем это связано – не знаю. Видимо слишком сильно одомашнена и родные люди самое главное. Воспитание внесло свои коррективы в нынешнюю жизнь.  

- Так, чемодан с тобой, все остальное мелочи. Поехали домой. Я там ужин приготовила. С дороги устала, наверное. Сейчас освежишься, и мы с тобой поболтаем. Или нет, сначала спать, потом все остальное, - начала заботливо щебетать девушка, чем вызвала мой смех. 

- Тань, ты, когда успела стать такой молнией? Успокойся. Полет всего три часа был. Я в норме. Максимум ополоснусь, - смеюсь, за что получаю осуждающий взгляд. 

Ох, какая из нее мама будет. Бедные дети в хорошем смысле слова.  У нее же режим гиперопеки не засыпает. И самое смешное – все всегда успевает. Уверена на все сто процентов, и муж будет обласкан, и дети окутаны теплом, и в доме уют. Она настоящая хранительница домашнего очага. Для этого был хороший пример. Ее мама владелица салона красоты. И ничего, все успевала. Дома чисто, кушать приготовлено, ребенок без внимания не оставлен, мужу время уделено, и делом занималась. Многое зависит от нас самих и поддержки семьи. Когда люди любят и уважают друг друга, их на все хватает, потому что никто не тянет одеяло на себя. Они не только слушают, но и слышат друг друга. Не стоят на своем, а уступают в нужный момент. Таня заслуживает себе такую семью. Ведь в ней все это есть. Она умеет управлять, но в семье она готова отдать эту роль партнеру. Получится ли у меня так – не знаю. Иногда во мне просыпается упрямая ослица. 

- Это в самолете ты три часа пробыла, а до того, как села? А тут, пока багаж получила? Все, не спорь со мной, - и отмахнулась, как от назойливой мухи. 

Ее монолог был явно длиннее, но я так ушла в свои мысли, что начала слушать лишь тогда, когда меня дернув за руку, потянули к выходу.  

- Ахаха… Ты такая смешная. Прямо мамочка, - и крепко обняла ее за плечи, старясь скрыть свой провал из реальности. 

На это действо лишь устало вздохнули, и мы продолжили путь. На парковке стоял миленький автомобильчик серого цвета. Чудно. Она и спокойный цвет? Да эта девушка всегда мечтала о красном авто с зеленой крышей и дисками на колесах. И плюсом хотела тюнинг на дверях в виде тропических лиан. До сих пор помню тот день, когда мы ходили на уличные гонки. Она видела подобные тюнинги и загорелась идеей, которая не отпускала. А что в итоге? Вот это? 

- Татьяна, это вы? – иронично спрашиваю у нее. – Я ожидала увидеть здесь машину цвета вырви глаз, а в итоге серый? – нет, смех все же вырвался, когда на меня посмотрел нахохлившийся воробушек. 

- Ой, отстань, - скуксилась она еще больше. 

- Не дуйся. Я не со зла. Просто это удивило. Ты же привыкла к яркому. 

Отсмеявшись, решила замять мини ссору. Прекрасно понимаю, что моя красотка не обиделась, но не хочу и тени на нашей дружбе.  

- Да, но с машинами так не проходит. 

Оно и понятно. У нее совершенно другой статус. Она руководитель отдела модернизации производства. Какие ей лианы на капоте и цвет «вырви глаз»? Правильно. Никакие. А вот классический серый характеризует, как серьезную и ответственную, а не вульгарную и шальную. Вот вам и выросли называется.  

- Зато я на ее фоне выгляжу очень даже, - продолжила через минуту и обвела себя руками. 

О да. Ярко рыжие волосы, стрижка каре подчеркивает ее миловидное личико. Правда цвет не ее родной. И три дня назад у нее еще были свои шоколадные, но о таком она грезила давно. Держу пари – краска временная. Кардинальные перемены не ее. Так что эту тему отложим до прибытия в дом. Кремовое пальто с меховым воротником. Вокруг шеи красивый темно-зеленый шарф, в тон ему брюки и почти черные сапожки. 

Да, я в своей легкой курточке чувствую себя не уютно. А ведь она самая теплая, какая есть. Придется потратиться на соответствующий гардероб. Машинок у нее нет, чтобы я могла обшить себя сама. Брр… Да, это не привычный для меня теплый климат. Не представляю, как они тут живут. Хотя придется мне осваиваться. В Стамбуле мне житья не будет, как и в любом другом Турецком городе.  

Были такие планы, которые сейчас накрываются медным тазом. Выкрутимся. Нет другого выбора.  

За пару часов мы добрались до квартиры, и я ахнула. Большое помещение, как две моих квартиры там. Просторная кухня привлекла больше всего. Пока во всем доме не было мебели, уюта, так по мелочи. Диван, телевизор. Матрас на полу и еще один надувной – для меня. В первую очередь завалилась на него и поняла – я в раю. Очень мягкий и удобный. Я готова на нем поселиться навеки. 

О чем и заявила сразу подруге, а она и не против. Только за. Обе понимаем, что это шутка и дурачество, но молчим. Смысл портить момент?  

Стило немного осмотреться, как меня отправили в ванну. Вот тут все уже отремонтировано. Причем на высшем уровне. Вот почему она говорит, что ремонт – дело долгое для нее. Все выполнено в голубых и синих тонах. На полу большая плитка в темном стиле, швы между ними выполнены в тон. По стенам средняя и уже с рисунком накатывающих прибрежных волн. А по стене, что у самой ванны – мило плескается пара дельфинов, выполненных мелкой мозаикой.  

Да, потрясающе. Мне определенно нравится эта задумка. Правда себе бы я оформила в тропическом стиле. И душевая кабинка. Определенно. И чтобы у той стены был водопад. Но вряд ли такое можно найти в магазинах. А на заказ? Нет, слишком дорого. Я столько не готова потратить даже, если бы и была возможность. 

Скинув все с себя, перелезла через высокий борт, и включила тропический душ. Приятно. После тех условий в которых я жила – это мой персональный рай. Нет, у меня был необходимый минимум. Простой душ был простым, а в последние полгода я им не пользовалась, так как он сломался.  

Пока кайфовала от струй воды, стекающих по телу, прислушалась к себе. В груди резко стало тоскливо и тот факт, что за стенкой находится самый близкий из живых людей, не смягчал это состояние. Меня ничего не держало в теплой стране, только стоило покинуть ее, как ощущение пустоты заполнило все внутри. Словно я оставила там что-то жизненно важное, родное. 

Наверное, сказывается то, что я там родилась и выросла. Вот и все. Общая привычка. Так же было и тогда, когда уезжала на учебу. Просто не так сильно. Да и ритм жизни тогда наложил свой отпечаток. Поступление, новые люди, пары. Столько эмоций и впечатлений.  

Тогда мое мировоззрение поменялось. В Стамбуле женщины другие, нежели здесь или в Лондоне. Они эмоциональны, не сдержанны порой, не боятся вступать в конфликт с мужчинами и защищать себя. Пусть мама с папой и были равноправными партнерами, вполне такими, каких я вижу вот прямо сейчас, но остальное окружение сложило другую картину мира.  

Поэтому по возвращении в Турцию я иначе смотрела на тот уклад жизни. Я бы не хотела всегда подчиняться мужу, быть тенью. Это не мое. Для меня важна свобода, открытость, взаимоуважение в паре. Даже не жалею, что после учебы стала показывать зубки. Мужчинам не нравилось, что я могу за себя постоять. Это и послужило потерей нескольких работ в самом начале. С последним вроде повезло, но не долго музыка играла. Интересно, он со всеми так же поступал, или только со мной у него дружок ниже пояса активизировался, на экзотику так скажем, потянуло?  

Фу, противно, даже не хочу об этом думать.  

Лучше душ. Теплый, тропический, словно в детстве. Сразу вспоминается водопад Деликли Кая. Мы много таких мест посетили с родителями, когда я была маленькая. Но этот самый потрясающий. Ощущение падающей воды ни с чем не сравнится, даже это не то. В те годы я была самой счастливой. Когда-нибудь я все равно объеду каждое место, где была счастлива. И если повезет, со своим ребенком. 

С каждым годом я все острее реагирую на молодых мамочек и малышей. Не знаю, что со мной не так, но меня никто не любил, кроме семьи. Парни если и обращали на меня внимание, их интерес гас буквально за день. В последние годы я просто перестала обращать на это внимание. Только кому я вру? Я до сих пор периодически плачу по ночам и вою в подушку. Что со мной не так? Все при мне, но я не нравлюсь. 

Танюшка успокаивает тем, что «Просто мужики чувствуют, что ты не для развлечения, вот и жим жимыч у них». В глаза я смеюсь все время от того, как смешно она это говорит и жестикулирует параллельно, но в душе острая боль. Мне уже двадцать восемь, когда воспитывать крошку? А я хотела троих, только в сложившейся ситуации успеть бы хоть одного. 

- Русалочка моя, ты там не утонула? – раздается веселый голос подруги из-за двери. – Я уже приготовила кушать, только тебя жду. 

- Все, я сейчас. Пять минут, - кричу ей в ответ и быстро начинаю намыливать тело. 

- Не торопись, все кипяток. 

Уже не отвечаю, только ускоряю движения рук. Легкое омовение приносит освежающий эффект, и уже более бодрая влетаю на кухню в веселой футболке и шортах, что не свойственно той стране, откуда я прибыла. Вот еще одна причина, почему мне здесь нравится больше.  

Только что, что же мучает душу и заставляет сердце сжиматься от тоски по Стамбулу. Что я там такого оставила, что не отпускает?  

Увидев меня Татя, я бывает так ее называю, расплылась в улыбке и начала накладывать ароматный плов, тут же материализовалась миска с салатом и теплый суп. Обо мне так давно никто не заботился, что я чуть не заплакала от этого. Слезы уже подступили к глазам, но удалось скрыться в ванне, сославшись, что с тюрбаном на макушке не удобно.  

Пока расчесывалась смогла немного унять разбушевавшиеся чувства и не разрыдаться. Второй раз вышла уже быстрее, всего через пять минут, пока распутала свои волосы.  

Вышла и начала уплетать вкусную еду.  

И как так получилось, что мы сошлись с ней. Первый день в стенах Лондонского учебного заведения я была растеряна до предела. Аудитории находились с трудно, а вот столовая вполне легко. И именно там мы столкнулись. Пока я стояла в очереди, замыкая ее, за мной стала приветливая светло-русая девушка, как потом выяснилось, цвет был не родной, с небесными глазами. Я залюбовалась ее миловидной внешностью. С этими двумя французскими косами она смотрелась, как малышка. Увидев, что я на ней зависла, протянула руку и так началось общение. Сначала обед, потом пересекались все чаще в коридорах, и через месяц были не разлей вода.  

Нас не смущала разница в два года в мою пользу. Девчушка тянулась ко мне, как и я к ней. Только вот кто от кого больше получал, еще спорный вопрос. Она всегда считала меня ее маяком, а я ее своей путеводной звездой, ведь только после этого знакомства почувствовала себя впервые за долгое время живой. Первые полгода, примерно, боялась, что надоем ей своей зажатостью, что ей станет скучно, ведь никуда не ходила. Но ей было все равно. Эта болтушка компенсировала все сама и ей это определенно нравилось. 

Первые четыре года учебы пролетели для нас быстро, и еще два в магистратуре вообще молниеносно. Мы учились жить вдали от дома, приспосабливались к новым реалиям вместе. Через год съехали из общежитий на квартирку. Маленькую и очень уютную. Мое умение кроить помогло мне зарабатывать на оплату съемного жилья, услуги и еду. Запросы были скромные у нас обоих, так что это было не трудно. А вот Татя зарабатывала на всякие развлечения и поддержку наших «точеных» фигур.  

Свои велосипеды стоили не мало, да и специальные тренировочные костюмы. Плюс мы обе обожаем ходить в кино, музеи, театры. Все это не малые траты. Плюс все шесть лет учебы я обшивала нас сама. Ткани покупались тоже за ее счет. Управленец, что взять. Просчитала сколько я вкладываюсь, сколько она, и решила, что не порядок. Не стала с этим спорить.  

А потом разъехались по странам, решив. Что наберемся сейчас опыта и откроем свое ателье. Она будет управлять всеми организационными моментами, я же творить в цеху. Совместное проживание и легкий тандем нас вдохновили. И даже сейчас мы грезим этим. Что поделать, если хочется?  

Огорчает одно. Сбережения у нас есть. Мало, но они имеются. Пара лет и сможем открыться, а пока наработаем клиентскую базу. Вот только сам факт, через два года – тридцать. Потом года три надо работать долго и упорно, чтобы выбить свое место под солнцем. Уже тридцать три. Заниматься семьей и продолжением себя некогда. Не знаю почему, но больше жизни уверена, что не смогу спокойно выйти на работу через полтора – два года, после рождения крошки.  

Даже если потом получится быстро выйти замуж и родить – минимум тридцать пять. Пока он или она вырастут, закончат школу и институт примерно пятьдесят семь. А если ребенок еще и как мама затянет, то я внуков могу и не потискать. Как же все сложно. 

- Лина! – толкнув аккуратно ногой под столом, вскрикнула Татя. 

- Прости, отвлеклась. 

- Я заметила. Рассказываю тут ей рассказываю. А все мимо, - убирая посуду со стола, дует губки. 

- Ну прости. Кстати, а это что за смена прически? Где мои шикарные шоколадные волосы по пояс? – попытка сменить тему удалась. 

- Не идет? – нервно кусает губы. 

- Своеобразно, но ты ведь у меня не стервочка, а сейчас именно на нее похожа. Цвет идет, прическа шик, но не твое. Характер подкачал. Но смысл говорить, дело сделано. Мне все равно, приму любую. 

- Ой, нет, ты чего. Это парик. Я бы не рискнула так резко все изменить. Хочу сначала присмотреться. 

- Тогда долой эту гадость. Предлагаю челку или максимум такую длину и без кудряшек. 

Посплетничав пол часика, поняли, что валимся от желания спать. Перед тем как вырубиться, беру телефон и пишу короткое сообщение. 

«Добралась. Добрых снов)»