Мой ревнивый муж

Глава 13. Завтрак с огоньком

Полина спустилась к завтраку медленными, неуверенными шагами.

После долгих разговоров с бабушкой, а потом одиноких рыданий в подушку, этим утром она чувствовала себя будто в космосе.

— Поля? — позвала бабушка.

Полина вошла в крохотную кухню.

Да, дом у бабушки был двухэтажный, но комнаты маленькие, и ремонта они не видели давно. Мебель, хоть и добротная, тоже видала лучшие дни.

Впрочем, сегодня Полине на бабушкиной кухне было во сто крат уютнее, чем дома у мужа, который скоро станет бывшим.

— Доброе утро, — сказала она, проходя к столу.

Бабушка уже успела собраться на работу. Черные волосы убраны в высокую прическу, на лице аккуратный макияж. Одета в идеально отглаженную бежевую блузку и черные брюки, в отличие от Полины, которая спустилась к завтраку в халате с Минни Маус.

Спасибо хоть, бабушка не выкинула ее старую одежду, та так и осталась висеть в шкафу, иначе сегодня ей было бы не во что переодеться.

Бабушка поставила перед ней тарелку с оладьями, положила с краю сметану и ежевичное варенье.

Полина хмуро уставилась на сладкие кругляши. Надо же… Оладьи! И пахнут обалденно. Обычно в этом доме завтракали лишь овсянкой, ибо она полезнее, чем всякие там вкусности.

Бабушка же ее реакции будто бы не заметила.

— Вернулась домой, моя красота… — проговорила она, посмотрев на внучку ласково.

Полина к ее ласковым взглядам совсем не привыкла. С чего вдруг такие перемены?

Соскучилась, что ли?

— Никакая я не красота, — хмыкнула она, вспомнив, какое чучело увидела сегодня в зеркале.

Горе никого не красит. Полину не украсило тоже. Веки опухли так, будто ее покусали пчелы. Еще бы — столько рыдала.

— Что думаешь делать дальше? — спросила бабушка, усаживаясь напротив.

— Чуть приду в себя, буду искать работу, я же на заочном. Надеюсь, найду что-нибудь подходящее. Ба, ты не думай, я не сделаю как мама.

Она сказала это и посмотрела на родственницу внимательным взглядом.

— Что ты имеешь в виду? — спросила бабушка, сведя черные брови у переносицы.

— Я не стану подкидывать тебе своего ребенка. Устроюсь куда-нибудь, заработаю денег, буду вкладывать в наш бюджет. Сама стану растить малыша, он не будет тебе в тягость, как я…

Бабушка уставилась на нее с обомлевшим видом.

— Поленька, ты не была мне в тягость. Ты же росла не с кем-нибудь, а с родной бабушкой! Откуда такие мысли?

Откуда, откуда… Да все оттуда же.

Пусть Полина жила с родной бабушкой, но почему-то до вчерашней ночи не думала, что по-настоящему ею любима. Старшая Белова умело скрывала свои чувства к внучке.

— Поля, ты мне не в тягость, запомни, — сказала бабушка твердым голосом. — Я рада, что в трудной ситуации ты пришла ко мне. Помогу тебе и с работой, и с ребенком. Знаешь, я чувствовала, что ты вернешься.

Бабушка сказала это таким уверенным голосом, будто и вправду предвидела, что у Полины с Максом не получится никакой семьи.

— Твой вчерашний рассказ никак не идет у меня из головы, — протянула бабушка. — Как ты допустила, чтобы муж за тобой столько следил, проверял телефон. Это же клиника!

— Как-как, — Полина горько усмехнулась. — Я думала, он меня любит.

Такое оправдание даже ей самой теперь казалось жалким.

— Был у меня один случай… — проговорила бабушка, сделав глоток чаю.

Полина навострила уши. Нечасто бабушка баловала ее историями из жизни.

Старшая Белова тем временем ударилась в воспоминания:

— Учился в моем классе один оболтус. Вот как-то пришел на урок побитый, причем не в первый раз. Я решила разобраться, пригласила его родителей. С виду такая благонадежная, порядочная пара, что глаз не отвести. А на деле знаешь что?

— Что? — Полина приподняла бровь.

— На деле там муж и жену бил, и сына бил, потому что думал, что тот покрывает любовные похождения матери. Это мне потом рассказали друзья того мальчишки. Мне пришлось обратиться в органы опеки. Его отец оказался больным человеком. Избыточная ревность до добра не доводит.

Это Полине было известно не понаслышке.

Но все-таки она посчитала нужным сказать:

— Макс меня никогда не бил. Иначе я бы сразу ушла…

— Пока не бил, — подметила бабушка, подняв указательный палец. — Но ты ведь и шагу без его ведома сделать не могла. Это же ненормально!

Полина вздохнула, признавая правоту бабушки. Так все и было. А она целый год умудрялась изображать страуса. Прятала голову в песок и не замечала очевидных вещей.

— Пойми одну простую истину, — напутствовала ее бабушка. — Для ревнивца партнер — это не полноценная личность, а вещь. Собственность, с которой он считает себя вправе творить все, что хочет. Контроль над тобой, вот что было нужно Максиму. Не любовь… В таких отношениях любви вообще нет.

Полина теперь и сама понимала, что нет.

Нельзя любить и одновременно выискивать компромат. Нельзя кричать, унижать, мотать нервы. Тем более, когда жена беременная!

Макс хоть на секунду подумал о ребенке? Хоть на одну маленькую секунду!

— Тебе еще повезло, — сказала бабушка, прищурившись. — Мог ведь и не отпустить, когда ты сказала ему про измену. Да что там, прибить мог. Кстати, я не удивлюсь, если явится качать права.

Услышав это, Полина похолодела внутри.

Очень понадеялась, что уж в этот раз бабушка ошибается, потому что пройти испытание новой встречей с Максом она вряд ли сможет. Никаких нервов у нее на это не осталось, вчера все закончились.

— Я так зла на него! — продолжала возмущаться бабушка. — Ему досталась хорошая девочка, не гулящая, умная. Я сама тебя такой растила… Нет чтобы ценить, так он вытрепал тебе все нервы и еще из дома выставил, пакостник такой. Ему такую, как ты, больше ни за что не найти. Ты же красивая, хозяйственная…

Полина в очередной раз удивленно посмотрела на бабушку.

Никогда раньше она не слышала, чтобы та так за нее заступалась. Тем более хвалила! Похвала вообще была в их доме редким гостем. А тут такие слова, причем, кажется, искренние.