Невеста

7. Отречение

Первая жаркая летняя неделя словно приторная патока протянулась для Анны бесконечно долго. Едва было возможно стерпеть эту муку. Но если от жары можно было спрятаться за каменными стенами, то от собственных мыслей спасения не было нигде. Никогда еще Анне не приходилось переживать нечто подобное. Окружающий ее материальный мир будто утратил всякую твердость, определенность и обратился в дурной болезненный сон, где одно перетекает в другое без какого-либо смысла.

Она сидела у зеркала вполоборота и рассеяно расчесывала волосы. Анна боялась взглянуть на свое отражение и увидеть там чужое лицо. Она не узнавала себя. В последние дни это ощущение усилилось до предела, хотя первые отголоски появились уже давно, около полутора месяцев назад. Она изменилась. Будто кто-то пришел, когда она спала и аккуратно срезал все шипы с ее души. Анна чувствовала себя беспомощной, беззащитной.

Она остро ощущала на себе взгляд сбоку, словно отражение глядело с укором, пока она того не видит. Стало жутко. Анна резко обернулась. С поверхности зеркала на нее смотрела испуганная, немного безумная, но все же Анна. Почти. Глаза те же, но взгляд иной. Не дикий волчонок, а птичка в клетке. И правда, где былая решимость? Где стремление к свободе? Она больше не боролась за свои мечты, а ждала, что за них будет бороться кто-то другой, кто-то сильный. А раньше сильной была она сама. Осознав это, Анна не почувствовала стимула к действию, а лишь тяжело вздохнула. Что же случилось, откуда эта перемена? Анна знала ответ. Все просто: раньше она бежала по жизни, словно по крепкой дороге, взбиралась в горы, билась с врагами, а теперь тягучее плотное марево обступило ее со всех сторон. Дорога скрылась из виду, горы оказались выше неба, а самый страшный враг – прямо за спиной.

Закончить пансион и стать актрисой. Такой простой, совершенно исполнимый план. Мечта обрести семью тогда оставалась лишь мечтой. Несбыточной. Она не рассматривалась как цель, скорее давала стимул оставаться верной себе. Все перевернулось с ног на голову: теперь мечта оказалась материальной действительностью, разрушив всякую надежду на исполнение основного плана.

Анна чувствовала себя обманутой и глупой или попросту сумасшедшей. На самом деле несбыточной мечтой всегда была карьера актрисы, а мечта о семье – правдой жизни, просто скрытой от взора пеленой времени. Теперь Анна намеревалась отказаться и от того, и от другого разом, но ради чего? В голове никогда не было большей путаницы, большей растерянности. Как теперь жить? К чему стремиться?

Торопливый громкий стук в дверь, от которого Анна всегда вздрагивала. Алекса. Девушка вбежала в комнату, упала на мягкий широкий стул напротив трюмо, слегка потеснив названную сестру, и положила голову ей на плечо:

- Ну что ты?

Анна приобняла Алексу за плечи. Они смотрели друг на друга через зеркало.

- Нервы окончательно расстроились. Я боюсь заболеть. Что там насчет поездки в город? Анастасия Павловна что-нибудь говорила?

Алекса потупила взгляд.

- Да… В общем, государь сказал, что сейчас это небезопасно. Велел повременить.

Анна резко повернулась и уставилась на нее с ужасом и возмущением.

- Я не выходила с территории дворца уже три недели! Что происходит? Я пленница? Опять?!

Она вскочила и с грохотом отшвырнула расческу, которую прежде сжимала в руке.

- Я не могу больше находиться в этом месте! – закричала Анна, - Я пленница, я безмолвное животное, которое зарежут к празднику!

Анна бессильно опустилась на край кровати и закрыла лицо руками. Ей стало стыдно за этот жалкий порыв.

- Нет худшей муки, чем несвобода, - пробормотала она, - И я сейчас не о темницах, а о возможности выбирать свою судьбу. Я знаю, что на Небесах за нас уже все решено, но ведь есть в жизни такие события, когда от одного твоего слова все может измениться. Бог дал мне право на такое слово, а государь отобрал.

Алекса грустно посмотрела в глаза Анне. Было в этой грусти что-то несерьезное. Она будто не до конца осознавала, что происходит.

- Не бойся, скоро приедет Фред и все уладит.

Анна молчала, подбирая слова наиболее схожие с ее чувствами.

- Я уже не верю в то, что он приедет, и, если честно, не очень хочу этого. Мне очень стыдно, Алекса. Анастасии Павловне не следовало писать ему, не спросив моего разрешения.

- Она прекрасно понимала, что ты бы ей запретила, потому и не спросила.

- Конечно, запретила бы! – с досадой воскликнула Анна, - Как можно было! Ведь я не давала ему права решать мою судьбу.

- Ты же любишь его.

- Кому это интересно? Одно дело испытывать чувства и совсем другое – совершать поступки. Нам с ним так и не удалось объясниться, поэтому все это наивные домыслы, показывающие меня и Анастасию Павловну не самыми умными женщинами. Неприлично так себя вести.

- К чему приличия, когда тебя заставляют делать то, чего ты не хочешь?

Анна тяжело вздохнула. Горькое чувство давило ее изнутри.

- Просто тебе еще не приходилось сталкиваться лицом к лицу с таким отвратительным выбором.

- Выбором?

- Да. Я больше не знаю, в чем мое счастье. Я боюсь ошибиться. Я не хочу замуж за фон Лейпца, поэтому должна бежать, но я так устала убегать, так устала быть бездомной! Все мое существо желает остаться здесь. Сколько себя помню, я мечтала быть частью семьи Раевских, жить в этом дворце. Сейчас я получила все, о чем мечтала, получила высочайший титул. Мне нравится моя жизнь, и я не хочу ее менять. Меня пугает эта мысль, но вчера мне казалось, что ради этой жизни я готова повиноваться воле государя.