Залечишь мои раны? 

Глава 7

Глава 7

Снежана думала, что заснуть у нее не получится. Не получится никогда, ни за что, даже если ее будут пытать – заснуть она не сможет. Все вышло совершенно не так – оказавшись в домике одна, она приняла душ, позвонила Ане, чтобы убедиться – ничего не случилось, проверила почту, потом же вроде бы просто прилегла… А открыла глаза, когда солнце уже слепило, пробиваясь через полуоткрытые жалюзи.

Из-за двери Снежана слышала периодически минующие ее комнату шаги, покашливания, будто невзначай оброненные безадресные слова… Сев в кровати, девушка улыбнулась – так «деликатно» ведут себя те, кому не терпится разбудить крепко спящего соседа.

Кажется, догадка Снежи были правильной, как только «кто-то» услышал возню уже за ее дверью, бесчинствовать прекратил. Полчаса, необходимые для того, чтоб привести себя в порядок, прошли для Снежаны в полной тишине, можно было даже подумать, что в доме она одна, но это было не так.

Стоило девушке обуть кеды и направиться к выходу, из гостиной ее окликнули.

– Привет, – Марк стоял в дверном проеме, сложив руки на груди. На губах играла улыбка, а глаза… бесстыжие глаза снова пускали чертики. Только смущаться Снежа не собиралась – не тот возраст, да и характер не тот.

– Доброе утро, – подарив такую же ответную улыбку, девушка схватила висевшую на вешалке жилетку, накинула на плечи, начала застегивать.

– Ты куда-то собираешься? – Марк сделал шаг в коридор, потом еще один и еще, протянул руки к молнии на жилетке, чтобы лично продолжить ее облачение в верхнюю одежду.

– На завтрак, или его не будет?

– Будет, конечно будет, – возможно, Марк надеялся, что их новая встреча будет немного другой, но Снеже нестерпимо хотелось его подразнить своим показушным равнодушием к произошедшему.

– Тогда идем? – она заглянула в лицо мужчины, рассчитывая найти в нем разочарование или, как минимум, растерянность, но судя по всему, подобными чувствами Самойлов себя не обременял. Он все так же улыбался, не выпуская из пальцем теперь уже ворот жилета.

– Я вчера принес тебе ужин, но ты уже спала, – ладонь Марка переместилась с ткани на кожу шеи, поднимаясь все выше к лицу, касаясь щеки.

– Стресс, сам понимаешь, – жутко хотелось улыбнуться или отвести взгляд, но Снежа держалась.

– Стресс? – он насупился, делая вид, что причины оного не могут быть ему ведомы. – Какой стресс? Я думал, мы отдыхаем, разве нет?

– Отдыхаем, – Снежана подтвердила его слова, но больше сдержать улыбку не смогла. – Когда не висим вниз головой – отдыхаем, конечно.

Этого было достаточно, чтоб ее подбородок поддели, запрокидывая голову, а потом поцеловали сквозь улыбку – ее и его.

Через несколько минут, когда способность связно мыслить покинули Снежану окончательно, Марк оторвался от ее губ, отступил.

– Я, правда, принес вчера ужин, если хочешь, можем позавтракать здесь, там хватит на двоих, – он кивнул на гостиную.

И если с одной стороны Снеже хотелось согласиться. Очень хотелось. То с другой… Завтрак мог перерасти в обед, а потом и ужин, и все это не выходя из дома, а то и не вылезая из кровати. Возможно, безрассудно заманчиво, но слишком быстро для нее.

– Тимбилдинг, Марк. Ты приехал сюда находить общий язык с коллегами, потому…

– Хорошо, – настаивать мужчина не стал. Набросил на плечи уже свою куртку, подмигнул засмотревшейся на него девушке, а потом открыл перед ней дверь, пропуская вперед.

Теперь в сторону столовой они шли куда медленней, ни он, ни она не спешили оказаться в толпе.

– Я хотела спросить, о Марине, – Снежана бросила быстрый взгляд на мужчину, отмечая, как между бровей залегает складка. Она не удивилась бы, если Марк снова отшутился или увильнул, но он, кажется, этого делать не собирался.

– Спрашивай.

– Она действительно такая…

– Стерва? – Марк озвучил слово так легко, будто это не вызывало в нем ни намека на угрызения совести или сомнения.

– Да.

– Действительно. А как иначе можно окрутить мужчину на замужество? Только стервозностью, шантажом и ложью.

Снежана хмыкнула. Поздновато он решил посвятить ее в подобные истины. Знала бы это раньше, давно была бы замужем, зашантажировав Самарского и изолгавшись  ему же.

– А то, что она сказала о секретаршах? – слова Самойловой почему-то плотно засели в памяти очередной зарубкой рядом с воспоминанием о женщине у ресторана, фотографией Самарской с ребенком. Таких зарубочек становилось все больше.

– Моему секретарю пятьдесят, Снежана, и у нее в этом году родился второй внук, а работает она у меня уже столько лет, сколько благоволящая вам Марина Юрьевна числится в бухгалтерах. Я ответил на ваш вопрос? – Марк остановился, в очередной раз притянул к себе Снежану, заглядывая ей в глаза.

– Ответил, спасибо.

– Не за что. Что-то еще?

– Нет.

– Хорошо, но если возникнут вопросы, я готов на них ответить, – разбавляя серьезность тона и взгляда, Марк склонился к губам девушки.