Дежурный по апрелю

ГЛАВА 18. О ДЕЖУРНОМ ПО АПРЕЛЮ

Но выспаться в ту ночь Тае так и не удалось. Странные сны донимали до самого утра. В памяти постоянно всплывали диалоги: как состоявшиеся, так и выдуманные. Долго еще мерещились руки Антона, черные глаза Романа, безразличное выражение лица Сони, и преследовали долетавшие до ушей слова Саютиной: «Это мне Соня рассказала!»

Рано утром Тая проснулась без будильника. Взглянула на часы: почти шесть. «Еще рановато идти в комнату, но другой возможности может и не быть», – подумала она и, поднявшись с так и не разостланной постели, на цыпочках вышла от Веры.

Соня спала, отвернувшись к стене. Кровать Алины была пустая: в который раз она ночевала у Волкова. Тая быстро бросила в рюкзак парочку вещей, документы, зарядку для телефона, и, стараясь не шуметь, переоделась. Украдкой глянула на спящую подругу.

«Первое предательство от близкого человека», – подумала она.

В жизни всегда есть что-то самое первое, будь то триумф, поцелуй или любовь. Оно остается в памяти на всю жизнь. И это первое будет постоянно напоминать о себе, когда посчитает нужным. Потом, в будущем, конечно, обязательно будут другие победы, поцелуи, возможно, супруги, но все равно до конца дней в памяти будет жить только то, самое первое.

Проглотив обиду и желание сейчас же разбудить Соню и потребовать объяснений, Тая вышла из комнаты и отправилась прямиком на вокзал. Бабушка не догадывалась, что внучка приедет на выходные. Она вот уже месяц не переступала порог родного дома, ссылаясь на постоянную занятость, зачеты и приближающуюся пору экзаменов. Но на самом деле причина была совсем в другом: Тае не хотелось возвращаться к теме о приближающейся свадьбе матери, которую бабуля непременно бы подняла. И если в телефонных звонках и смсках можно было бы ее избежать, то тет-а-тет это сделать будет непросто.

С каждым днем Тае все сложнее было придумывать оправдания, почему она не едет домой. Она невероятно устала от того, что нужно вечно что-то сочинять и правдоподобно врать. Говорить бабушке истинную причину не хотелось, даже несмотря на то, что она была прямолинейной.

Тая даже завидовала Соне, родители которой были за много тысяч километров от нее. Пару звонков в неделю и никаких обещаний приехать на выходные – идеальный расклад.

Пригородные электропоезда Таю уже не смущали так, как раньше. За время учебы она привыкла к тому, что достать билет на автобус в праздничные или выходные дни непросто. А потому электрички были единственным оптимальным способом попасть домой.

Если отмести кучу толпящихся людей в вагоне, велосипеды и коляски, мешающие пройти, кричащих детей и скулящих животных, то дорога и не казалась такой уж страшной и утомительной. Главное – не забыть взять с собой книгу или наушники.

Задушевные разговоры со случайными попутчиками – совершенно не Тайкина тема. Выслушивать чьи-то жизненные истории или проблемы и –упаси Боже! – делиться с незнакомыми людьми своими? Зачем? Если можно просто насладиться одиночеством, которого так не хватает в общежитии. Остаться со своими мыслями один на один. Ведь каждая такая поездка, так или иначе, обновляет и помогает сосредоточиться на своих проблемах.

«Неужели я и правда влюбилась в Романа? А как так могло случиться, если я не видела, с кем общаюсь? – думала Тая, глядя в окно. – Мог ли Роман мне понравиться, если бы я изначально знала, что он старше, что он – преподаватель? А почему нет? Он симпатичный, интересный… А почему да?»

Пейзаж за окном стремительно меняется, как только отъезжаешь подальше от столицы. Широкие поля, раскинутые под голубым небом, одноэтажные дома, еще пустые пляжи на берегах многочисленных речек, утопающие в зелени сады. А кое-где уже начинают цвести ранние вишни.

«Роман совсем не похож на того, кто хочет влюбить в себя, дождаться, пока девушка втрескается по уши, а затем бросить. Как Антон… А у него какой был мотив? Зачем он выдал себя за Данте?»

Сойдя с поезда на перрон, оставив в вагоне всю суету большого города, Тая забеспокоились лишь о двух вещах: как бабушка отнесется к ее стрижке и как бы избежать разговоров о предстоящей свадьбе матери.

Бабушка и сестра были дома. Столько нравоучений и упреков от Любови Петровны Тая за всю свою жизнь не слышала. И это всего-то волосы!

Но, что сделано, то сделано. Варя же наоборот заступилась за сестру, заявив бабушке, что волосы – не зубы, отрастут. Против таких аргументов от первоклашки бабушка была бессильна, а потому решила больше не корить Тайку. Хотя бы в присутствии младшенькой.

– Почему не сказала, что приедешь? Я как чувствовала, что появишься на пороге: тесто на пирожки поставила, – похвасталась бабушка.

– Как-то спонтанно все случилось, – призналась Тая. – Сложный зачет сдала, впереди – майские праздники. Вот и решила…

– Точно только в этом дело? – поинтересовалась бабушка. – Не ехала, не ехала, а тут раз – и прискакала. Что-то случилось? Ты, Тася, ничего от бабушки не скрывай.

– Я и не думала, – сконфузилась Тая и тут же перевела стрелки. – А пирожки с чем будут?

Бабушкины пирожки Тая могла трескать хоть каждый день. Они прославились уже чуть ли не на все общежитие. После каждой поездки домой, она привозила целый пакет выпечки, которая расходилась по рукам и съедалась в один присест. И каждый раз, когда Тайка ехала домой, кто-нибудь из ее друзей обязательно спрашивал: «А пирожки же привезешь?» «Конечно! А с чем?» – «Да какая разница, с чем, если их испечет твоя бабушка!». Язык проглатывали абсолютно все.