Давай останемся врагами. Противостояние

ГЛАВА 3

Не знаю, за что мне было стыдно сильнее: за то, что я сделала, или за то, чего не сделала. Своим поступком я рисковала не только разозлить заклятого врага, но и потерять единственную союзницу. Однако, несмотря на это, я никак не решалась позвонить Ваське.

Каково же было мое изумление, когда на следующий день она позвонила сама. И спросила как ни в чем не бывало:

— Привет! Чё делаешь?

— Привет! Да так… ничего, — ответила я растерянно.

— Может сходим куда-нибудь?

— Давай, — обрадовалась я. — Только куда?

— На выставку «Красота и здоровье»! Там сегодня финал Всероссийского конкурса парикмахерского искусства. А еще будет куча викторин и розыгрышей призов. Пойдем?

— Пойдем, — не раздумывая, согласилась я.

Мы договорились встретиться на остановке через час, а вскоре после этого уже стояли у здания выставочного центра. Народу вокруг было — не протолкнуться! Выстояв очередь за билетами, мы вошли внутрь, и сразу, будто из рога изобилия, на нас посыпались подарки. Девушки-промоутеры раздавали целые наборы с пробниками кремов, масок, сывороток и шампуней, а также диетических кексов, безглютеновых каш и протеиновых батончиков.

— Ух ты! — восхищалась Васька, очутившись в своем ЗОЖевом раю. — И почему я раньше сюда не приходила? Билет окупается за пять минут!

— Угу, — согласилась я и показала ей флаер, который взяла на входе: — Смотри, по входным билетам еще и розыгрыш будет! Главный приз — автомобиль! Вот это у них размах, прикинь?

Васька выхватила у меня флайер и внимательно его изучила:

— Точно! У нас на билетах есть часть с номером и перфорацией, надо ее оторвать и куда-то бросить. Кстати, как называется эта стеклянная штука для розыгрышей?

Я пожала плечами:

— Не помню. Забыла. Может, лототрон?

— Скорее, лохотрон! — усмехнулась Васька. — Ладно, назовем эту штуку «аквариум».

— Хорошо.

— Значит, идем искать «аквариум».

Побродив по центру, мы нашли «аквариум» и опустили туда отрывную часть наших билетов, а затем стали гулять по выставке.

За два часа все павильоны выставки были исхожены нами вдоль и поперек. Мы потестили кучу косметики и духов, побывали моделями для макияжа и ногтевого дизайна, съели по мороженому и выпили кофе.

Силы были на исходе, а до розыгрыша оставалось еще полтора часа.

— Ох, больше не могу, — сказала Васька, присев на боковую ступеньку рядом с импровизированной сценой. После тестирования глиттера ее лицо сверкало как новогодняя игрушка. Мое, думаю, тоже.

Собрав из рекламных буклетов веер, Васька стала им обмахиваться:

— Тут так душно!

— Может, домой поедем? — предложила я. — Все равно мы никогда ничего не выигрываем.

— Ну уж нет! Мы останемся и дождемся розыгрыша. На этот раз я выиграю обязательно! — заявила Васька.

— С чего это ты взяла? — спросила я.

— С того, что вот это, — она потрясла билетом, — не просто буквы и цифры, а самый настоящий знак! Смотри, тут написано — АВ, что значит «Астафьева Василиса».

— Вообще-то, АБ. Это латинские буквы. У меня на билете, например, — АN, — поправила я подругу, показав ей свой билет.

— Нет, АВ! — упрямо повторила Васька. — А после — номер моего дома и номер квартиры. И это лучшее доказательство того, что это ничто иное, как самый настоящий знак!

— Это каким же местом!

— Тем самым! — огрызнулась Васька, но тут же уняла пыл и попыталась переубедить меня по-хорошему: — Ну сама посуди, мы покупали билеты вместе. Так?

— Так.

— А раз так, значит и серия билетов у нас должна совпадать. Так?

— Наверное, — неуверенно протянула я.

— Не наверное, а наверняка! Выходит, либо у меня должна быть серия AN, либо у тебя — АВ. Но, — Васька выразительно подняла указательный палец, — учитывая, что мы пришли на выставку не к самому открытию и значительная часть билетов уже была распродана, у нас обеих должна быть серия AN. А что мы видим? — Васька выжидательно посмотрела на меня и, удовлетворившись моим молчанием, продолжила: — Мы видим вмешательство про-ви-де-ни-я, пославшего мне знак в виде моих и-ни-ци-а-лов и номера дома и квартиры на билете. Это же э-ле-мен-тар-но, — по слогам, словно круша кувалдой стену непонимания, вбивала в меня свои «доказательства» подруга. — Теперь тебе ясно, каким местом?!

Возразить против Васькиных «доводов», ловко выстроенных в «логическую цепочку», было нечего. Продолжать спорить — бесполезно и даже небезопасно (когда дело касалось «знаков», Васька становилась непредсказуемой). А мы ведь только-только помирились. Поэтому я молча закивала.

— То-то же, — обрадовалась Василиса.

— Тогда надо решить, чем себя занять, — сказала я.

Мы стали смотреть по сторонам.

В это время на сцене началось движение. Там установили пять зеркал, вмонтированных в высокие тумбы и обрамленных рядами горящих лампочек. Затем на этих тумбах расставили какие-то флакончики, баллончики и баночки. Потом выкатили пять кресел и поставили перед зеркалами. На каждом кресле висела табличка с порядковым номером. Появился ведущий, который объявил:

— Внимание! Сейчас любая дама может попробовать себя в качестве модели на нашем конкурсе парикмахерского искусства! Сегодня за приз «Young Scissors» соревнуются молодые таланты! Нужно пять моделей! Желающие, поднимайтесь на сцену, не стесняйтесь! Но сначала хорошенько подумайте, готовы ли вы рискнуть и изменить свой облик. Итак, есть желающие?

Васька безо всяких раздумий подскочила с места и ринулась на сцену:

— Я! Я желающая!

От неожиданности я и слова вставить не успела! Честно говоря, Василиса часто удивляла меня своим бесстрашием. Ну вот как она решилась на такую авантюру — превратиться в подопытную в руках незнакомого парикмахера? И все это — на глазах у десятков (если не сотен!) людей?

Следом за Васькой на сцену поднялись еще четыре девушки. Затем ведущий объявил:

— Каждому из парикмахеров присвоен порядковый номер от одного до пяти. Сейчас, чтобы исключить сговор, наши модели вытянут из моих рук конверты, в которых запечатана карточка с номером парикмахера. Дамы, прошу вас! — торжественно объявил он и протянул девушкам конверты.