Отпусти меня

ГЛАВА 18

ГЛАВА 18

Елизавета

Роман велел переспать с этой мыслью. А я вообще не спала. Задремала только под утро и проспала почти до обеда. Проснулась, Верки уже нет. А хочется ей все рассказать и спросить совета.

Не готова я замуж.

Совсем не готова.

Если он слишком занят для ухаживаний, то я слишком консервативна в этом вопросе. Завтра мне нужно как-то выходить на работу, завтракать с Калининым, обедать и о чем-то беседовать…

«Мне нужна жена».

Все так просто у него. Как товар в магазине. Мне нужна жена, выдайте мне такую, как эта.

Выхожу из ванной и вдруг понимаю, что, несмотря на величие и антураж, мне совсем не нравится эта квартира. Первое впечатление прошло, и она кажется мне слишком большой и холодной.

Домой хочу.

К маме.

Внутри тревожно и неспокойно, словно надвигается что-то нехорошее. Какой парадокс. Я боялась несерьёзности Калинина, а нарвалась на брак.

Не знаю, как включается этот чудо-аппарат, поэтому делаю себе чай покрепче, вынимаю из холодильника творог, поливаю его медом, ем, не чувствуя вкуса, и гляжу на дождь за окном.

Слышу, как дверь открывается, и замираю. Понимаю, что это, скорее всего, Вера, но все равно напрягаюсь. У Калинина есть код, это, в конце концов, его квартира, и он имеет права явиться, когда захочет. А мне кажется, теперь у него слишком много прав на меня.

Выдыхаю, когда Вера проходит на кухню и ставит передо мной торт. Мой любимый, йогуртовый, с малиной. Улыбается. Прямо светится вся, словно выиграла в лотерею.

— Ты что, только проснулась? — интересуется она. — Вот ты соня.

— Ночью не спалось, уснула только под утро. У нас праздник? По какому поводу торт? — Верка склонна к полноте и следит за фигурой, поэтому сладости для нее – это великий праздник. Она хитро кивает и включает кофемашину, подставляя пару чашек.

Молча принимается распаковывать и резать торт.

— Вера. Рассказывай, — слегка толкаю ее в плечо.

— Я буду жить у Димки, — выдает она.

— Как?

— Он предложил. Его мама снова болеет. Нужно кому-то присматривать за Нютой.

— Вера… — глотаю воздух, не зная, что сказать. Я понимаю, что это для нее важно. Дима ей нравится, и это ее шанс, но… — Ты оставишь меня одну?

— Лиз, ну почему сразу одну? Мы же уже это обсуждали. Я не могу здесь жить. Но навещать буду часто. Ты только позвони, и я приду, — раскладывает торт по тарелочкам, открывает холодильник, вынимая пакет сливок. Она любит двойные сливки в кофе, поэтому всегда добавляет больше.

— Он замуж меня зовёт, — сообщаю я.

— Что? — подруга резко разворачивается, и сливки выплескиваются ей на кофту. — Черт, — ругается она, смотря на подтеки. — В смысле замуж?

— В прямом, в ближайшее время, — ложусь на руки на стол и закрываю глаза.

— Через две недели знакомства?

— Ага.

— Так, я в душ. Переоденусь и переварю эту новость. А ты подробно мне все расскажешь.

Киваю, смотря, как подруга убегает, на ходу снимая кофту. Нечего тут рассказывать, я сама ничего сообразить не могу, словно в тумане иду, а руководит мной Калинин.

В дверь звонят. Мы никого не ждем. Но я иду открывать, мало ли что. Как я поняла, попасть на территорию комплекса чужому человеку очень сложно, нужно разрешение.

Заглядываю в глазок.

Я помню этого мужчину. Он уводил меня из кабинета, когда ко мне приставал начальник. Мирон, кажется. Открываю. Высокий, внушительный брюнет лет тридцати пяти. Серьёзный, спортивный, но страха, как Роман, не вызывает.

— Добрый день, — сдержанно кивает мне. — Ваши вещи привезли.

Киваю. Да, Роман обещал, что наши вещи доставят.

— Проходите, — распахиваю дверь, мужчина входит, а следом за ним два парня с нашими сумками. В какой-то сторожевой позе Мирон внимательно следит за парнями. Внимательный, кажется, от его взгляда ничего не ускользнет. Наверное, профессионал.

— Лиз, а где мой халат? — из ванной вылетает Вера, обмотанная полотенцем. И в упор не замечает посторонних, промакивая волосы вторым полотенцем. Мирон переводит на нее взгляд и ухмыляется, откровенно рассматривая.

— Ой! — вздрагивает подруга, подпрыгивая на месте, роняя полотенце, которым вытирала голову.

— Добрый день, — кивает ей мужчина и опускает взгляд на ее грудь и голые ноги. Полотенце еле прикрывает зад подруги. — Вышли! — приказывает Мирон, и парни быстро ретируются. А Вера стоит, словно вкопанная, в растерянности хлопая глазками и смотря на Мирона.

— Вер! — привожу ее в чувства.

— Извините, — отмирает она и убегает назад в ванную. Мужчина кривовато ухмыляется. Беру с дивана халат подруги и отношу в ванную.

— Еще две коробки, и мы удалимся, — поясняет он. Киваю. — Если вам что-то нужно, мы в вашем распоряжении.

— Нет, спасибо, ничего не нужно, — отрицательно качаю головой.

Верка выходит из ванной уже в халате, с влажными волосами.

— Блин, — подходит к нашим сумкам. — Уже привезли, — закусывает губы. — Не успела. Теперь назад везти.

— Если надо, отвезем назад, — предлагает Мирон, продолжая изучать ее ноги. Посмотреть там, конечно, есть на что.

— Да? Здорово, — она словно кокетничает. Но это только так кажется. Верка всегда такая. Она веселая, приветливая и немного кокетка.

Когда возвращаются парни с коробками, Мирон распоряжается отвезти вещи Веры назад.

— Ну, теперь мы просто обязаны напоить вас кофе. У нас и тортик есть. — А я распахиваю глаза и незаметно щипаю подругу за бедро.

— Не откажусь, — мужчина вроде внушительный, строгий, с выправкой военного, но внушает доверие. Хотя… Я постоянно ошибаюсь в людях.

— Прошу, — подруга указывает в сторону кухни, мужчина идет вперёд, а я торможу Веру. — Всегда дружи с водителями, охранниками, консьержами и домработницами. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится их помощь, — подмигивает мне подруга. — Очаровывай их, — шепчет и подталкивает в сторону кухни. Вера знает, о чем говорит. Она сбежала от отца с помощью водителя и домработницы. — Вы какой кофе предпочитаете? — интересуется подруга.