Инвестиции в прах: как работает первый в Калининградской области стационарный крематорий

В декабре прошлого года на кладбище в поселке Сазоновка Гурьевского округа заработал первый в регионе стационарный крематорий. Официально его строительством занималась специально созданная компания. Идею такого объекта в Калининградской области обсуждали около 15 лет, но открытие комплекса, появившегося на муниципальном кладбище, прошло едва заметно, без официальных заявлений и СМИ. По популярности в публичном пространстве первый стационарный крематорий пока уступает некогда нашумевшему мобильному. «Новый Калининград» рассказывает, как организован бизнес по кремации в регионе и что известно о работе комплекса в Сазоновке.

О строительстве крематория в Калининградской области впервые заговорили в 2009 году. Идею озвучил Олег Быков, на тот момент уже занимавший должность директора ритуального муниципального предприятия Калининграда «Альта», которую он оставил в ноябре 2023-го. «До кризиса у нас были планы организовать в Калининграде крематорий, в 2008 году мы даже разработали эскизный проект. Крематорий может быть как муниципальным, так и государственным, — заявлял тогда Быков в интервью газете “Страна Калининград”, выражая надежду, что “рано или поздно мы вернемся” к этому вопросу.

Спустя четыре года в Калининградской торгово-промышленной палате рассказали, что крематорий планирует построить голландский инвестор. В организации заявляли, что переговоры с калининградскими фирмами ведет компания Den Boer Econorm. Вложения оценивались на тот момент в 2,5 млн евро, но позднее иностранцы отказались от своих планов. «В апреле 2014-го они должны были приехать подписывать контракт, но тут — Крым, и голландцы сказали, что они все финансовые проекты пока замораживают. Признались, что все из-за политики», — приводил «Коммерсант» слова одного из участников переговоров.

На тот момент в Калининградской области уже работал мобильный крематорий похоронного бюро «Есения». Эта компания является одним из двух основных игроков на ритуальном рынке региона наряду с МУП «Альта». Владелец «Есении» Олег Мирошниченко называл мобильный крематорий «уникальной вещью» и пояснял, что возможность его использования предусмотрена одним из госстандартов. «Внешне машина ничем не отличается от обычного контейнеровоза. Мы провезли ее через все границы, затамаживали, растамаживали по документам в качестве мобильного крематория, ни у кого никаких вопросов не вызвало», — приводил слова Мирошниченко «Коммерсант». В 2015 году суд по иску прокуратуры запретил работу крематория на колесах. Надзорное ведомство указывало, что установка предназначена лишь для утилизации трупов птицы, животных и биологических отходов с птицефабрик, животноводческих и звероферм, а также лабораторий на рынках и в ветеринарных клиниках.

Однако в калининградских СМИ до сих пор появляются новости о работе крематория на колесах. В самой «Есении» этот факт не скрывают. На просьбу проконсультировать по вопросу кремации в агентстве сообщают, что перезвонят: «У нас два крематория: один — передвижной, другой — стационарный», — заявляют в компании по телефону.

Место под строительство стационарного кремационного комплекса в регионе менялось трижды. В 2015 году власти Калининграда заявляли о планах разместить его в бывшем Балтрайоне, на улице Петрозаводской. Но сотрудники судостроительного завода «Янтарь» выступили против такого соседства, и объект задумали перенести в Центральный район, в промышленную зону недалеко от микрорайона Прегольский. Однако и от этого плана впоследствии отказались. В 2019 году в администрации Калининграда проинформировали, что крематорий может появиться на муниципальном кладбище в поселке Сазоновка и продемонстрировали эскиз будущего комплекса.

Печь, окно, траурный зал.

В мэрии заявляли, что крематорий планируется построить в рамках концессионного договора и инвестор безвозмездно передаст его городу после того, как восполнит свои затраты. Юридически владельцем комплекса является созданная в 2019 году компания «Калининградский крематорий». По данным из Единого госреестра юрлиц, ее гендиректором является Сергей Балекин, а учредителями — Павел Процко (владеет 20% фирмы) и ООО «Специализированная похоронная служба “Ритуал”» (80%), которой, в свою очередь, владеет Анатолий Быков. По данным портала Rugrad, он приходится отцом Олегу Быкову.

Формально крематорий располагается на земельном участке в поселке Аистово, соседствующем с сазоновским кладбищем. Инвестор получил разрешение на строительство объекта общей площадью 728 квадратных метров в июне 2021 года и завершил его меньше чем за два года. Разрешение на ввод в эксплуатацию было выдано в декабре 2022-го.

Комплекс представляет собой бело-серую постройку модульного типа. В нем оборудованы помещение с печью, в котором есть место и под вторую установку, траурный зал, комната, откуда можно увидеть через стекло начало кремации, и технические помещения. Потенциальным клиентам сообщают, что объект работает в «строгом соответствии с законодательством». «В крематории установлено оборудование, соответствующее самым жестким экологическим стандартам на территории Российской Федерации. Автоматика, управляющая процессом кремации, ежесекундно контролирует состав выбросов и не допустит превышения допустимой концентрации загрязняющих веществ», — говорится на сайте проекта.

В комплексе корреспонденту «Нового Калининграда» пояснили, что печь представляет собой железный каркас с компьютером и рассчитана на одного умершего. Непосредственно сжигание тела занимает полтора часа, весь процесс кремации — два с половиной. Зал для траурной церемонии рассчитан на сто человек, но при большем количестве участников предусмотрена возможность сквозного прохода через помещение на улицу. Прощание проводится с музыкальным сопровождением, в комплексе также организуют отпевания.

Урны с прахом родственникам выдают по понедельникам. Их можно захоранивать в колумбарии, который находится по соседству со старым кладбищем на проспекте Мира в Калининграде. В крематории заверяют, что могут оформить и все необходимые документы для доставки урны с прахом в другие регионы РФ или за рубеж. По словам дежурного сотрудника, за время работы комплекса вывоз оформляли в том числе в Китай и Индию.

Русская православная церковь считает кремацию «явлением нежелательным» и не одобряет ее. В 2015 году Священный Синод утвердил документ «О христианском погребении усопших». До этого вопрос о кремации был поставлен перед комиссией по церковному праву. «Учитывая древнюю традицию благоговейного отношения к телу христианина как храму Духа Святого, Священный Синод признает нормой захоронение почивших христиан в земле», — говорится в документе. Однако церковь «может со снисхождением относиться» к факту кремации, если захоронение в земле «не предусмотрено местным светским законодательством или связано с необходимостью транспортировать умершего на большие расстояния или же невозможно по иным объективным причинам».

«Православная церковь не отказывает в погребении человека, чье тело было кремировано, но это является нарушением многовековой православной традиции, и всякий православный человек должен об этом знать», — пояснял в 2020 году на тот момент председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион.

«Урну подхоронить легче, чем ломать памятник».

До появления стационарного объекта жители региона наряду с передвижной установкой могли воспользоваться услугами кремации в сопредельных государствах. «Люди хотят кремироваться, они везут своих близких либо в Литву, либо в Белоруссию, либо в Польшу кремировать. Их достаточно много. Статистику мы, конечно, не ведем, но подхоранивают на кладбища урны достаточно многие. В год — 150−300, может, человек. Это не учитывая, сколько вывозят в другие города России. Они нам привозят урны, а мы их подхораниваем к родственникам», — сообщал в 2017 году глава муниципального предприятия «Альта» Олег Быков.

Согласно данным Росстата за последние два года, в месяц в регионе умирает от 850 до порядка 1500 человек, статистику по количеству погребений и кремаций ведомство не ведет. По оценке индивидуального предпринимателя, работающего в сфере похоронного бизнеса, Алексея Татаренкова, в месяц в регионе кремируют 150−200 человек, то есть от 10 до 18 процентов умерших. «Но тенденция идет к увеличению», — считает он. Татаренков объясняет это тем, что процедура требует решения меньшего количества оргвопросов по сравнению с традиционными похоронами.

«У нас существуют такие кладбища, как проспект Мира, где в одной могиле уже закопано пять человек, Косма. Поэтому легче подхоронить урну и заплатить порядка пяти тысяч официально, чем платить какие-то коэффициенты, делать демонтаж плит, чтобы провести захоронение гроба. То есть процентов на восемьдесят с кремацией связаны те люди, у которых сложные подзахоронения в родственную ограду. Поэтому им, естественно, дешевле не ломать памятник, чтобы туда опустить гроб с телом к каким-то своим родственникам. Плюс это надо еще собрать кучу документов, чтобы доказать родство, не у всех они есть. А урну подхоронил — и всё», — пояснил предприниматель в разговоре с «Новым Калининградом».

В кремационном комплексе на кладбище в Сазоновке говорят, что проводят от 50 до 100 кремаций в месяц. Стоимость услуг на сайте инвестора не указана. Рассказывая о планах по строительству крематория в 2009 году, Олег Быков пояснял, что такой объект позволяет похоронить «столько людей, сколько на целом кладбище: 50−80 тысяч в зависимости от проекта». «Кремация дешевле, чем похороны», — привел тогда еще один аргумент руководитель МУП «Альта». Однако стоимость услуг крематория в Сазоновке едва ли конкурирует со стоимостью погребения.

По данным Калининградстата за сентябрь 2023 года, в среднем кремация обходится в регионе в 58 200 рублей. За год цена практически не изменилась. Как пояснили «Новому Калининграду» в ведомстве, она рассчитывается на основе цен предложений калининградских ритуальных агентств. В МП «Альта» клиентам сообщают, что стоимость кремации в стационарном комплексе составляет в среднем 49 500 рублей с оформлением документов. «Есения» предлагает примерно за те же деньги — 50 тысяч рублей — услуги передвижного крематория. Сумма зависит от стоимости гроба, урны и других ритуальных атрибутов. Кремация в Минске, Москве или Санкт-Петербурге, по словам представителей ритуальных агентов, обойдется примерно в два раза дороже.

«Во всей нашей святой Руси-матушке кремация всегда дешевле. А в Калининграде цена такая же, как и похороны, — рассуждает Алексей Татаренков. — У нас похороны можно сделать за 50 тысяч с покупкой земли на кладбище. Если гроб брать не за 25 тысяч, а взять за три с половиной тысячи и купить место на Сазоновке, морг у нас бесплатный — хочешь плати, хочешь нет, то в эту сумму всегда можно уложиться».

На сайте «Калининградского крематория» расценки не указаны. «Одна организация, якобы [ритуальные] агенты, якобы приближенные к этому крематорию — только они имеют право там кремировать. И они имеют право устанавливать цены, — утверждает Татаренков. “Почему, например, какой-то индивидуальный предприниматель или другое ритуальное агентство, допустим, “Есения”, не имеют права в нем кремировать? Как это так?” — добавляет предприниматель. Получить комментарий руководства ООО “Калининградский крематорий” о проекте стационарного комплекса и его реализации не удалось. “Новый Калининград” направил в компанию письменный запрос.

«Это не свадьба, которую можно перенести».

Еще один вопрос, которым задаются те, кто занимается в регионе ритуальным бизнесом, — правовой статус построенного крематория. «Какой-нибудь Пупкин привезет какую-нибудь китайскую печь и скажет: “А кремация будет стоить сто тысяч”. Почему у нас в федеральном законе о похоронном деле нет ни частных кладбищ, ни частных крематориев? Потому, что тогда будет просто монополия и просто “ошкуривание” до безумия людей. А что им остается делать в горе? Они будут кредиты брать. Это не свадьба, которую можно взять и перенести или готовиться какой-то срок», — рассуждает Алексей Татаренков.

«У нас если еще до ковида был какой-то регламент в Калининградской области в похоронном деле, хоть как-то придерживались негласных правил, то после ковида появилось очень большое количество ритуальных агентов, которых теперь на нормальную гражданскую работу не загнать, и все почувствовали запах легких денег, где можно купить информацию о смерти. Если где-то с этим борются, то у нас, мне кажется, власти делают так: “Ну люди же как-то хоронятся? Ну хоронятся, ну и Бог с ним”, — продолжает предприниматель.

Татаренков указывает и на то, что в России ряд частных крематориев закрыли по решению судов. Такая тенденция действительно наблюдается. Только с начала текущего года были рассмотрены дела по трем объектам. Речь идет о частных крематориях в Подмосковье («Каменный цветок» в Домодедове и «Честный агент» в Балашихе) и Екатеринбурге (объект открыла компания «Апельсин-С» в нежилом здании на Химмаше). В первом случае решения объяснили тем, что такие комплексы могут находиться только в государственной или муниципальной собственности. В Екатеринбурге суд вынес решение по иску жителей, посчитав объект самовольной постройкой.

В прошлом году стало известно о планах по строительству в Калининградской области еще одного крематория. Губернатор Антон Алиханов сообщил, что комплекс может появиться в Багратионовском округе. «Там муниципальные власти пока ведут переговоры с потенциальным инвестором, который будет строить», — пояснял глава региона. Сейчас обсуждение проекта приостановлено, заявили в администрации Багратионовского округа. Что стало причиной, в муниципалитете не уточнили. Однако и эта инициатива — частная. Строительство государственного крематория в Калининградской области ни в ближайшей, ни в отдаленной перспективе не планируется, сообщили «Новому Калининграду» в пресс-службе областного правительства.