Его фанатка

7

Ей двадцать, третий курс университета

Нелли выбежала из автобуса и, громко стуча каблуками новеньких ботильонов, направилась к сияющему теплыми огнями торговому центру. Там, на первом этаже ее ждал Женя – парень, с которым она познакомилась в автобусе, когда ехала в университет. Как оказалось, они часто ездили вместе – жили через одну остановку и учились в соседних корпусах, и Женя давно на нее запал. Впрочем, Нелли он тоже понравился – высокий, русоволосый, с выразительными серыми глазами и ямочками на щеках. Они несколько раз переглядывались в автобусе, а потом Женя набрался смелости и подошел к ней в университете. Протянул ей розу, вокруг стебля которой была обмотана записка с его номером телефона, и сказал, что будет рад, если Нелли ему позвонит.

Она позвонила. А почему бы и нет? Женя был привлекательным и казался милым.

Почти неделю они общались по телефону – сообщения, звонки по ночам. Потом несколько раз ходили на свидания – то в кафе, то в кино, то просто гуляли по вечерним улицам, обсуждая все на свете. У них были одинаковые вкусы – оба обожали аниме, оба рисовали, оба мечтали о путешествиях. А еще – одинаковые взгляды на жизнь.

Стоял декабрь, в воздухе витало особое снежное волшебство, и, несмотря на большую загрузку на учебе, Нелли чувствовала необычайный подъем. Женя как-то слишком быстро проник в ее жизнь и стал другом, и ей даже казалось, что она влюблена в него, как и он сам, правда, отношения их развивались неспешно. Женя был хорошим мальчиком, у которого еще не было серьезных отношений, и он не спешил, а Нелли считала, что инициативу должен проявлять парень, а не она. А еще она надеялась, что полюбит его и Фил навсегда исчезнет из ее сердца.

Это было их четвертое свидание, и Нелли знала, что оно станет особенным. Не зря оно было назначено на вечер тридцатого декабря.

Женя уже ждал ее – сидел на скамье, но, видев, как в дверях появляется Нелли, кинулся к ней с радостной улыбкой.

– Извини, что задержалась! Пробка была просто кошмарной! – громко объявила Нелли, снимая шапку и поправляя густые, обрезанные до плеч волосы, выкрашенные в зефирный светло-розовый цвет – нежный и дерзкий одновременно. Этот цвет неожиданно шел Нелли, хотя Леша только глаза закатывал, глядя на племянницу, зато Томас говорил, что Нелли очень тонко чувствует природу цветов и оттенков – не даром же она его дочь!

– Ничего страшного, главное, что ты приехала, – улыбнулся Женя и обнял ее. Нелли обняла его в ответ. Наверное, со стороны они казались парочкой.

– Пойдем? – вернула ему улыбку Нелли.

– Пойдем, – кивнул Женя и взял ее за руку. Пальцы у него были холодные – наверное, он замерз.

Часа три они шатались по огромному торговому центру, в котором все не просто кричало, а вопило во все горло о приближении Нового года. Сверкали гирлянды, сияли игрушки на гигантской елке, маняще блестели витрины. Играла рождественская музыка, пахло то свежим кофе и свежими булочками, то попкорном, то парфюмерией, и народу было невероятно много. Все словно опомнились и кинулись покупать подарки близким – как обычно, Новый год наступил внезапно. Нелли не была исключением – ей нужно было купить подарок всей семье, да еще и некоторым гостям, которые точно будут справлять с ними Новый год. Деньги на подарки она не жалела, к тому же с собой у нее была приличная сумма – ее накопления, сложенные из стипендии и подработки у Оксаны, подарок Кати, которая всегда баловала сестру, и карманными деньгами от Томаса.

– Сколько всего ты покупаешь, – не удержавшись, сказал Женя, когда они вышли из магазина популярной парфюмерии. Сам он в отличие от Нелли подарки уже купил. Он вообще жил по плану, предпочитая все делать вовремя, а не в последний момент, как она.

– Приходится, – отозвалась Нелли. – Большая семья и все такое.

Она попыталась запихнуть пакетик с корейской косметикой для сестры, Киры и Нины в рюкзачок, однако у нее из пальцев выскользнул телефон и точно бы упал на пол, если бы не Женя – он умудрился его подхватить прямо в полете.

– Ого, какая заставка, – вдруг сказал он, случайно разблокировал экран. – Жуть?

– А? – не сразу поняла Нелли. Заставки на телефоне она меняла часто. Заглянув в экран, она увидела фото Чуни, их семейного тотема, созданного когда-то Томасом. – Почему жуть?

Чуня казался ей очень милым.

– Чудовище какое-то, – поморщился Женя. – Не люблю сюрреализм. От него веет безумие.

– Это картина, – вздохнула Нелли. – Ее написал художник Томас Радов.

– Томас Радов? – поморщился Женя. – Слушай, я про него читала. Чокнутый какой-то. Рисует всякую дичь. У вас фамилии одинаковые, – вдруг заметил он с удивлением.

– Он мой отец, – с вызовом ответила Нелли. Раньше они не обсуждали ее семью.

– О, прости, – прикусил губу Женя. – Я идиот.

– Есть немного. Папа пишет крутые картины. Если ты их не понимаешь, это не значит, что он чокнутый.

– Д, я сказал лишнего. Извини.

– Забыли.

Они направились дальше. А Нелли вдруг вспомнила, как Фил всегда восхищался работами ее отца. Однажды даже позировал для некого квази-портрета, как называл его Томас. На Фила его квази-портрет был похож так же, как огурец на верблюда, но в нем определенно что-то было.