Даэрнот: Путь инквизитора. Глава 9

Даэрнот: Путь инквизитора. Глава 9

Глава 9. Общее желание

Белая Лиса сидела на краю крутого, глубокого обрыва и наблюдала потрясающее зрелище – в низовьях долины, что простиралась перед ней, в лучах восходящего солнца, в небеса взмывала и резвилась стая огненно-рыжих жар-птиц.

Дум разбудил её и остальных накануне рассвета.

Облачённый в новое боевое обмундирование, он вызвал среди спутников чувство обеспокоенности, но быстро успокоил товарищей.

Теперь же она, бард, травница и инквизитор наблюдали за раскинувшейся картиной.

Марагвейн молча курил трубку, облокотившись о каменную глыбу; Идаволл сидел на поваленном дереве чуть в стороне и играл на цевнице; Зарина же устроилась возле эльфийки, положив голову ей на плечо. Ещё сонная, девушка всё же не могла оторвать глаз от происходящего.

«Милая девочка, кое кого мне напоминает…», - приятная мысль проскользнула в голове колдуньи и её губы тронула еле заметная улыбка.

В какой-то момент, немного встревожив отряд - взметнув столб пыли, перед ними приземлилась огромная жар-птица и начала с любопытством изучать их своими сверкающими глазами.

- Очи её, словно драгоценные камни! – восторженно выдохнула травница.

Асест и трубадур, одновременно бросили на девушку тёплые взгляды.

- Чем-то напоминает фазана. – задумчиво произнесла Лиса и протянула к птице ладонь.

Птаха опасливо попятилась в сторону, но улетать не спешила.

— Если что, это самец. Они крупнее самок и более яркие - их оперение выделяется металлическим отливом, а более длинные хвосты украшены своеобразными «глазками». – негромко произнёс Дум.

- Вообще-то — это кроющие верхние перья, которые на самом деле, никакого отношения к хвосту не имеют. А ещё, к слову, у самцов голову украшает своеобразная «корона» из пучка перьев. – оторвавшись от игры на музыкальном инструменте, претенциозно заявил менестрель.

Троица удивлённо переглянулась между собой, а в воздухе повис немой вопрос.

- Просто я когда-то имел честь гостить у одного князька, который держал в клетке подобное создание. – пожав плечами уточнил Идаволл, - Правда я не уверен, что птица до сих пор жива, ибо уже тогда выглядела печально.

На лице музыканта проскользнула лёгкая тень печали.

Хмыкнув, Марагвейн извлёк из своего вещь-мешка, который он прихватил с собой, яблоко и кинул фрукт «сказочному» существу.

Жар-птица несколько раз удивлённо моргнув, клюкнула его разок-другой и вскинув голову – расправила крылья с хвостом и издала звук, который напоминал отдалённые раскаты грома. Схватив плод, она взмахнула своими огромными крыльями и подняв ещё больший столб пыли, необычное животное улетело.

- Чёртова жаренная курица! – откашливаясь, возмутился бард.

Его слова вызвали невольную улыбку у остальных.

Идаволл поднялся и принялся отряхиваться от пыли. Лиса внимательно наблюдала за ним: колдунья стала настороженнее относиться к трубадуру. После той ночи, когда он подслушал её разговор с наставницей - полуэльфийка приловчилась следить за ним, когда бывший убийца пытался скрыть своё присутствие.

Белая Лиса усмехнулась про себя: «Ах, как много титулов для одного человека: бард, менестрель, музыкант и убийца!».

Внезапно встрепенувшись, молодая асестка сорвалась с места и подбежала туда, где только что была птица. И вот, спустя мгновение, Зарина торжественно показала всем небольшое перо.

Подойдя к Думу, она радостно протянула тому свою находку.

«И всё-таки порой, она ведёт себя так легкомысленно. Пусть это и так, но на самом деле малышка таковой не является. Похоже, она просто решила вознаградить себя этим путешествием, после многолетней опеки над непутёвым мужем. К тому же, благодаря её счастливой улыбке – многие прощают ей напускную несерьёзность.» - так думала Лиса, с интересом наблюдая за асестами.

Марагвейн молча принял перо и выпустив облачко дыма, поднёс его к солнцу:

- Как же давно я не видел этих созданий…

- Почему? – удивилась Заря.

- Их истребляли, веря в разные россказни о них. Так погибло много чудесных существ – сирины, алконосты…

Будто бы вторя меланхоличному настрою инквизитора, Идаволл заиграл грустную мелодию на своей дудке.

Покопавшись в памяти, колдунья вспомнила жуткую картину из своего детства, как горожане закидывали камнями и забивали палками бедного алконоста, что случайно залетел к ним в городок.

Полуэльфийка поёжилась.

- На солнечном свету, перья этой птицы сияют словно золото, - пояснил Дум, - ночью же, в лучах лунного света, они отливают серебром.

Возвращая девушке перо, он улыбнулся ей.

Раздосадованная Заря приняла перо и несколько мгновений поразмыслив, подбежала к Идаволлу и аккуратно прикрепила свою находку к его шляпе.

Оторвавшись от свирели, менестрель польщённо улыбнулся и с уважением произнёс:

- Спасибо, госпожа.

Как раз в этот момент, Лиса заметила, что под звуки, напоминающие раскаты далёкого грома, жар-птицы покинули своё временное пристанище и удалились в сторону рассветного солнца.