Вокзал Двух Алтарей

Глава 6. Эльга

Айкен забежал в зал вечером, а за ним, ненадолго затемнив дверной проем, вошел Брант. Эльге сразу захотелось попятиться. Двое рабочих, собиравшихся уходить, отступили назад, пропустили альфу, освобождая ему дорогу. Так легковые автомобили не осмеливаются соперничать с локомотивом — сомнет и раскатает в лепёшку. Брант не выглядел агрессивным, но в его продвижении было что-то неотвратимое.

— Это папа! — объявил Айкен. — Мы пришли договариваться.

Эльга почувствовала себя проигравшей стороной, пытающейся выторговать более-менее приемлемые условия капитуляции, все-таки попятилась, и от этого разозлилась. Она поправила шляпку, выпрямилась, опираясь на трость, и представилась, раздумывая, надо ли обмениваться рукопожатием. Короткие бордовые перчатки, подобранные в тон к шляпке и ридикюлю, за день перепачкались штукатуркой.

«Надо было взять запасные», — с досадой подумала Эльга.

Брант отвёл взгляд от её лица, неожиданно протянул лапищу. Маленькая ладонь в перчатке утонула в большой. Брант наклонился и прикоснулся губами к запястью Эльги.

Исчезли все тревоги и сомнения. Сухие губы Бранта оцарапали кожу, Эльгу накрыла сладкая истома. Она смотрела на взъерошенный пепельный затылок, наслаждалась затянувшимся прикосновением и прогоняла возникшее искушение — нестерпимо захотелось погладить Бранта, проверяя, мягкие или жёсткие у него волосы. Щетина кололась, это стало понятно по мимолетному соприкосновению со щекой.

Брант отпустил её руку, выпрямился. Волшебство момента исчезло. Лисица проговорила: «Он поймает мне мышь».

«Кто?»

«Лис».

«Зачем тебе мышь?» — удивилась Эльга.

«Не лезь, — огрызнулась лисица. — Занимайся своими делами».

Эльга послушалась совета и для начала похвалила Айкена за любознательность. Порекомендовала Бранту поощрять его интерес к изобразительному искусству и плавно перешла к теме игрушечных поездов. Альфа слушал ее внимательно, морщинка между бровей слегка углубилась — похоже, в ее словах искали подвох.

— Буду рада показать Айкену сувенирный поезд, — Эльга мучительно подбирала слова, которые могут развеять сомнения. — Хочется, чтобы кто-нибудь оценил новинку. Никому из моих знакомых это неинтересно. А запускать поезд одной... вдвоем веселее, понимаете?

— Да, — кивнул Брант.

— Вы придете?

— Я завтра выходной. Можем прийти.

— Когда вам будет удобно? — Эльга почувствовала, что лед тронулся и приободрилась.

— Не знаю... — взгляд на несколько секунд стал растерянным. — А когда лучше?

— В час дня вас устроит? — Эльга поняла, что вопросы нужно формулировать так, чтобы получать в ответ «да» или «нет».

Брант пожал плечами. Долго сдерживавшийся Айкен перехватил инициативу:

— Да! В час! А куда? Прямо к вам? Мы живем за мостом, рядом с вокзалом. А вы где?

— Тоже недалеко, от вокзала добираться нетрудно, минут пятнадцать пешком. Я езжу на машине, потому что...

Эльга оборвала себя — зачем это говорить? Как будто она оправдывается. Ведь Брант прекрасно видит трость.

— Вы закроете зал? — окликнул ее бригадир. — Если у вас еще дела, то заприте и оставьте ключи в диспетчерской.

— Нет, я уже ухожу, — замотала головой Эльга. — Мы можем договорить на улице. Забирайте ключи, в диспетчерской их опять куда-нибудь спрячут и будут потом полдня искать.

Они вышли в сумерки, пронизанные разгорающимися лучами прожекторов. На перроне гомонила толпа туристов, асфальт был заставлен огромными рюкзаками.

— Айкен передал вам визитку? — спросила Эльга у Бранта. — Там номер телефона. Давайте, я допишу адрес, у меня есть ручка.

Брант порылся в карманах формы, вытащил визитку. Эльга достала ручку, записала адрес, дважды проговорив его вслух — Айкен слушал внимательно, должен был запомнить.

— В час?

Брант спрятал визитку, посмотрел на нее с высоты своего роста, и Эльга обеспокоилась — на шляпку наверняка нападала штукатурка, надо было почистить.

— Да, — она начала продвигаться к вокзалу. — Если что-то произойдет, возникнет какое-то препятствие, позвоните. Я буду вас ждать.

Мысли о грязной шляпке и неуверенность — а вдруг Брант сейчас передумает? — сделали свое дело. Эльга утратила бдительность, зацепилась туфелькой за лямку туристического рюкзака, пошатнулась, начала заваливаться набок и еле успела опереться на трость — так бы и рухнула на разбросанный по платформе багаж.

Брант буркнул: — Позвольте. — И, тут же, отрывисто, тоном, исключающим возможность неповиновения: — Айкен, возьми трость.

Эльга взмыла в воздух вместе со шляпкой, ридикюлем и перчатками. Брант подхватил ее на руки, развернулся и пошел прочь от платформы и толчеи.

— Там есть служебная калитка, — сообщил он Эльге. — Проще. Где ваша машина? На привокзальной площади?

— Да, — она была вынуждена обнять его за шею. — Но… Зачем вы?.. Я могу сама! Я всегда сама! Поставьте меня, это неприлично!

Брант нес ее к служебной калитке, не слушая возражений. Эльга всегда ходила через вокзал — возле калитки были ужасно неудобные ступени. Узкие, выщербленные, разной высоты. На них и здоровые оборотни регулярно оступались и оскальзывались, поэтому она никогда не рисковала.

Бранта препятствия не смущали — он чуть повернулся, чтобы Эльга не соприкоснулась с оградой, легко спустился на тротуар и спросил:

— Куда?

— Туда, пап, — Айкен указал в сторону ее машины. — Вон, видишь, бежевая, на жука похожая?

— Угу.

Эльга набрала воздуха в грудь, чтобы потребовать: «Отпустите, я сама дойду!», но ее порыв пресекла лисица. «Молчи! — велела она. — Он альфа. Он сильный. Камул дал ему силу для защиты семьи и дома. Он будет делиться с нами. Он рожден защищать, а не воевать».

Брант донес ее до машины, не запыхавшись. Осторожно поставил на асфальт, придерживал, пока она обрела равновесие. Выслушал сбивчивую благодарность, отобрал у Айкена трость, проследил, чтобы Эльга уселась в машину, и захлопнул дверцу.