Молодая жена и несносный характер в придачу

Глава 2

Пока граф Бернард Стоунис решал с королем архиважные для страны вопросы, в его доме обсуждались отнюдь не менее значимые проблемы. Две его дочери, Люсьена и Соланж, обдумывали благовидный предлог для того, чтобы отлучиться из дома и отправиться на праздник первоцветов со своими возлюбленными. Совещание проходило в спальне Люсьены, поскольку она была старшей и привыкла нести ответственность за двоих.

– Сола, отец рассердится, если узнает, что ты снова видишься с капитаном Клибером, – заламывая руки, расхаживала взад и вперед по бежевому ковру Люси. – Он и в прошлый-то раз чудом смилостивился. У меня сердце замирает от ужаса, когда я вспоминаю его свирепый взгляд.

Соланж лежала, раскинув руки в стороны, на широкой кровати сестры и разглядывала коричневый бархатный балдахин, свисавший с поддерживающих столбиков красивыми складками.

– А я ни капельки не боюсь. Я люблю Армана и скоро выйду за него замуж, – заявила младшая сестра, продолжая глядеть вверх и раздумывая над тем, зачем вообще в спальнях второго этажа повесили над кроватями балдахины. Ведь они нужны для сохранения тепла в холодное время года, а в доме и так вечно слишком душно. В своей-то комнате Сола давным-давно навела порядок, выбросив тяжелый балдахин и темные портьеры, ей нравилось просыпаться с первыми лучами солнца и наслаждаться дневным светом до заката, не прячась за кусками материи.

Услышав слова сестры, Люсьена ахнула и схватилась за сердце, будто была солидной дамой, страдавшей тяжелой грудной болезнью.

– Не может быть, – в испуге пролепетала она. – Отец никогда не даст разрешения на этот брак. Или ты надумала сбежать без его ведома? Даже не мечтай. Я не позволю тебе опозорить семью. Ни за что.

Сола перевернулась на живот, посмотрела на сестру умоляющим взглядом и надула губки. Негодница прекрасно знала, что Люсьена ее обожает и не может устоять, когда младшенькая вот так о чем-то просит.

– И не смотри на меня, – неожиданно твердо заявила старшая сестра, сложив руки на груди. – Тебе почти двадцать один, пора повзрослеть и научиться рассуждать здраво. Капитан Клибер запятнал свою репутацию и не может стать мужем дочери командующего армией.

Вспыхнув, Соланж вскочила с постели, стиснула кулачки и выпалила, сверкнув зелеными глазами:

– Его оклеветали! Та женщина и ее муж просто оболгали Армана и выставили виноватым. Только поэтому он все еще капитан, а так давно бы стал майором. Ему пришлось кровью смывать позор. Но он знатного происхождения и одаренный. Если мы поженимся, то все признают, что та досадная история в прошлом, и оценят Армана по достоинству.

Люсьена вздохнула, подошла ближе и обняла сестру за плечи.

– Я ничего не имею против него, ты же знаешь, – мягким голосом сказала она и заправила за ушко Соланж непослушный волнистый локон, выбившийся из пышного узла на затылке. – Я полюблю как брата любого мужчину, который сделает тебя счастливой. Просто я переживаю за тебя и боюсь гнева отца. Иногда он слишком упрям и скор на расправу.

Сола порывисто обняла сестру, прижалась к ней, совсем как в детстве, вдохнула легкий сладковатый аромат давно знакомых духов и прошептала:

– Прости за беспокойство, Люси. Я знаю, как ты волнуешься, но поверь, это лишнее. Арман доблестный воин, человек слова и обязательно добьется от отца согласия на брак.

Люсьена промолчала и ласково погладила сестренку по голове, в душе не веря, что отец изменит мнение о капитане Клибере, но говорить с Солой об этом бесполезно. Если уж та вбивала себе что-то в голову, переубедить ее было решительно невозможно, и нужно отдать Соланж должное, она всегда получала то, что хотела.

Стоя в обнимку посреди идеально прибранной комнаты, где ни одна вещь не лежала просто так, по необдуманному желанию хозяйки, девушки являли собой занятное зрелище.

Старшая – образец прекрасной и хрупкой леди в светлом домашнем платье и с высокой прической из скрупулезно закрученных белокурых локонов, могла хоть сейчас принять в доме короля Гилберта со свитой, и никто не посмел бы упрекнуть ее в неподобающем внешнем виде или поведении.

Младшая, напротив, походила больше на дочь ремесленника, нежели знатного господина. Ниже сестры ростом, крепкого телосложения, одетая в простое серое платье, поверх которого носила длинный приталенный кожаный жилет, Соланж выглядела неказисто и даже предосудительно, с точки зрения девушек дворянского происхождения.

Она не любила тратить время на положенные по этикету наряды и прически. Вставая с рассветом, Сола наспех собиралась, мчалась на конюшню и еще до завтрака отправлялась кататься верхом на верной Искре, каурой кобыле с золотистой гривой, которую отец подарил ей на шестнадцатилетие.

Особняк рода Стоунис располагался на окраине столицы в непосредственной близости от гарнизона, и Соланж по утрам проезжала через парк, стремясь поскорее оказаться на армейской тренировочной площадке, где каталась верхом наперегонки с воинами и даже иногда приходила к финишу первой. Солдаты и офицеры боготворили младшую дочь своего командующего и с нетерпением ждали ее появления на рассвете.

К тому времени как Люсьена чинно спускалась в столовую для утренней трапезы, украдкой сцеживая в кулачок зевок другой, Соланж влетала туда раскрасневшаяся и довольная, подол ее платья частенько украшала бурая кайма уличной грязи, а сапожки оставляли следы на мраморном полу. И сколько бы Люси ни бранила за это сестру, Сола поступала так, как ей вздумается, а суровый командующий армией озерного края с удовольствием поощрял свою любимицу в необузданном и подчас недопустимом поведении.