Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха.

Глава 1. Компромисс

- Только сделай хоть еще один шаг, и я прыгну!

Я уже в душе праздновала очередную победу, когда старая кирпичная кладка не выдержала натиска времени и незапланированного дополнительного веса стоявшей на карнизе меня. Под окном квартиры пошла глубокая трещина, под ногой что-то хрустнуло, металлический карниз прогнулся, и я с криком полетела с шестого этажа. Последнее, что я увидела, были ошарашенные глаза моего очередного любовника.

***

Неделю назад

- Дорогой! Неужели все твои советники так ничего и не смогли придумать!? Война нам сейчас вовсе ни к чему, но и отдавать золотоносную реку соседу — так себе вариант! - Статная красивая женщина в самом расцвете лет приблизилась к склонившемуся над картой венценосному супругу и положила на его плечо свою узкую, унизанную тяжелыми кольцами кисть.

Густав Третий поднял на королеву задумчивый взгляд.

— Нет, не придумали. Я уже и сам частенько себя спрашиваю, зачем кормлю всех этих бесполезных прихлебателей, если мне потом самому приходится находить выход из затруднительных ситуаций. Придется что-то придумывать и в этот раз. Но эту реку нам отдавать никак нельзя!

— Да, дорогой! Она одна кормит половину нашего королевства. Это же золото, промысловая рыба, жемчуг, салатные водоросли, и это еще не весь список! К тому же, если мы отдадим реку королю Эдуарду, то мы лишимся и торговых водных путей!

Из-за дальнего стеллажа с книгами послышался грохот.

Король с королевой переглянулись.

— Вильгельмина! Ты опять подслушиваешь? — монарх нахмурил брови, но в его черных глазах плясали смешинки.

Ответом ему был тихий стон, вслед за которым послышались шаркающие шаги, и из-за крайнего стеллажа с книгами, прихрамывая, вышла миловидная черноволосая девушка. Переведя взгляд с отца на мать и обратно, она потерла болезненное место и скривилась.

— Теперь синяк будет во всю ягодицу!

— Гелия! — возмущенно подняла брови королева.— Вот и я о чем! Зачем было меня называть таким длинным именем, если вы используете всего одну треть от него?

— Ну, ты же знаешь, что тебя назвали в честь матери его величества! — уже в который раз пояснила ей королева. — И все же потрудись объяснить, дочь, что ты делаешь в библиотеке?

— Наверное, я удивлю вас, ваши величества, но в библиотеку люди обычно ходят книги читать! — в черных глазах девушки тоже, как и у отца, плясали смешинки.

— Ну и какой литературой сейчас зачитывается современная молодежь? — Густав Третий откинулся на спинку массивного кожаного кресла, и оно жалобно застонало под весом крупного, рано начавшего полнеть мужчины.

Девушка досадливо отмахнулась, игнорируя заданный вопрос. Но затем ее глаза зажглись лихорадочным блеском, и, посмотрев на венценосных родителей, она интригующе быстро показала из-за спины какой-то старинный фолиант и снова его спрятала.

— Я знаю, как решить проблему с рекой!

— Как!? — одновременно выдохнули родители.

— Нужно убедить короля Эдуарда, чтобы эта река считалась ничейной территорией! Общей! Мы будем намывать золото с одной стороны, он — с другой! Рыбы тоже на всех хватит! Река Ольшанка большая, широкая, из Берестового моря рыба именно сюда на нерест идет, да и ширины реки вполне хватит, чтобы и его, и наши торговые корабли не мешали друг другу.

Король удивленно крякнул и почесал кустистую бровь.

— Была у меня такая мысль. Но ведь Эдуард — ужасный упрямец! Тем более эта река когда-то давно была частью его королевства, поэтому, как только он взошел на престол, маниакально начал требовать у всех своих соседей вернуться к прежним границам королевств, — Густав Третий задумчиво покачал головой. — Но думаю, что никому из них не удастся отказать ему. Что и говорить, у Русии самая многочисленная и мощная армия на обоих континентах.

— А мы сможем это сделать! — хитро подмигнула отцу девушка.

— Геля! Это же моветон — подмигивать мужчине! — королева Элеонора страдальчески закатила глаза, понимая, что любое ее замечание мгновенно выветрится из симпатичной головки ее старшей дочери.

— И каким же это образом? — в голосе короля послышалась заинтересованность. Он взял со стола тяжелую глиняную кружку с холодным квасом и с наслаждением принялся прихлебывать, ожидая ответа дочери.

— С королем Эдуардом нужно породниться! — радостно выкрикнула девушка и обвела родителей восторженным взглядом.

Густав Третий поперхнулся и громко закашлялся, мать и дочь принялись стучать ему по спине. Мужчина замахал на них рукой, требуя прекратить экзекуцию.