Обмани. И исчезни во тьме-3

Глава: 3

– Так, значит… Здесь надо связать эти четыре нити вместе. Дальше… нити кладем так: эту сверху, эту снизу, эту слева, а эту справа, – склонившись над ребенком, старик выставил перед собой грубые руки и зажал толстые нити длинными сухими пальцами. – Теперь самое сложное. Эти две нити против часовой стрелки. А эти по часовой, но эти две держим сверху и снизу. Нет. Не так… Смотри. Еще раз…

– Мне не хватает рук, – зеленоглазая девчонка, путаясь в темных нитях, смешно хмурила брови пытаясь понять хитрость плетения.

Они сидели на покосившейся лавочке, возле приземистого домика в раскрытую дверь которого упирались пушистые ветви молодого кедра. Над единственным окном висели сита для просеивания породы. На крюках, вбитых в стену сушились сети. Немного поодаль стоял дровяник, возле которого росли кустики маленьких цветочков, одетых в «синие мантии» с голубой каемкой. Харет бережно пересаживала ростки, создавая новую, источающую приятный запах поляну. Позже я узнала, что это мускари – ее любимые цветы.

– Еще раз, – сказал старик беря девичьи ручки в свои сухие ладони. – Так… Вот так… Правильно. Эти две перевиваем между собой. Затем эти две. И так далее… Смотри, что получается.

– Как красиво! – воскликнула девочка, глядя на плетение…

Забавно. Я столько времени думала только о себе, что почти забыла про детей «иных». А ведь я не одна. Есть и другие. Вспомнить хотя бы заточенного в храме Змеерогого мальчишку, при мысли о котором все внутри меня холодело от ужаса. Нас ведь объединяло гораздо больше, чем просто способность подчинять своей воле эфир. Всем нам была уготована краткая, как северное лето жизнь.

Сейчас ты учишься плести веревку из шерсти, смеешься, когда свободные концы вдруг оказываются слишком короткими для связывания, а завтра… Завтра ты будешь учиться выживать. Ты поймешь, что никому в этом мире нельзя доверять. Ты будешь прятаться, обманывать и, если потребуется… убивать».

– О чем задумалась? – спросил Барк, неожиданно оказавшийся у меня за спиной.

Барк стал единственным в этой общине, кто вносил тревогу в мои мысли, но будучи хорошей актрисой, я всегда встречала охотника легкой улыбкой. Он же улыбался редко, зато обладал спокойствием, уверенностью и внутренней мощью. Как следствие, каждая его охотничья вылазка заканчивалась победой. Он мог несколько дней кряду ночевать под открытым небом несмотря на дождь, чтобы вернуться домой с добычей. Мясо и птица никогда не переводились на столах селян, ровно, как и можжевеловая водка. И пока согретые напитком селяне потрошили очередной трофей, я пыталась обуздать страх, который медленно вползал в мою душу. Меня беспокоили непредсказуемость охотника, его безошибочное чутье и… чертова удача, которая всегда ему улыбалась.

– Человек - удивительная тварь, которая приспособится к любым условиям, – сказала я со спокойной улыбкой.

– Довольно резкие слова для девушки высокого сословия, – с укором произнес охотник, который определил мой социальный статус по серо-жемчужному платью из дамаска.

– Я лишь сказала то, что думаю.

– Это ты про меня? – черные брови Барка нахмурились, еще больше ужесточив черты его лица.

– Не только про тебя. Нет… Посмотри на селян. Живут в бедности, скудно питаются, моются раз в неделю, и им достаточно обычного перелома, чтобы отправится к праотцам, но они умудряются быть счастливыми! Они смеются и радуются жизни. И это выше моего понимания.

– Считаешь это тихое местечко дырой?

– Ничего подобного! – воскликнула я, но быстро взяла себя в руки: – Мне здесь нравится. К тому же я всегда стремилась к более простой и спокойной жизни. А жизнь здесь, несмотря на все трудности, течет довольно гладко. Вот только… холодно!

Я зябко передернула плечами, и шмыгнув носом, со всей серьезностью спросила охотника, а вяжут ли шали из шерсти медведя. Звучный смех стал мне ответом. Отсмеявшись, Барк шумно выдохнул, кивнул своим мыслям и посмотрел на мои руки.

– Эти тонкие пальчики умеют вязать?

– Рукоделие – это часть образования детей знати. Особое внимание также уделяется духовному воспитанию и домохозяйству. И конечно же, этикету.

– Но ни происхождение, ни воспитание, ни даже знание духовных текстов не уберегли тебя от беды.

– И что с того?

– Тебя окружало достойное общество, но ты все равно решила сбежать.

– Может я не захотела связывать себя узами брака, – ответила я после секундного колебания.

– Могла бы уйти в монастырь.

– Ну да, для монастыря я тоже не гожусь! Вот рассмешил… Барк, а скажи мне, какая причина держит тебя в этом скучном и однообразном мире лишенном магии? Ты ведь маг!

– Все что мне надо здесь есть, – Барк развел руками, – тишина, лес и охота. Разве может быть что-то слаще охоты?

Слова Барка казались откровенными, вот только… я не раз ловила его внимательный взгляд на девочке. Желая обезопасить ее, я не раздумывая прибегла к обману. Невесомые нити моей иллюзии окутали универсум девочки, подменяя истинную реальность и усыпляя бдительность Барка.

Барк не должен знать, кем является этот ребенок. И я была готова приложить к этому все усилия.

– А еще здесь нет никакого магического мусора, – сказала Харет.