Когда я был Золушкой. Часть 1.

Глава 18. Духи Зимнего Солнцестояния

- Итак. Венок на дверь мы повесили, еловые ветки у камина тоже, свечи на подоконниках стоят. Полено есть, - перечислял Тео, проверяя, все ли готово к празднованию. 
- Мало веток, - возражала Мэг, бегая туда-сюда с охапкой ельника и рассовывая пушистую и колючую зелень, во все щели. Оттого воздух был целиком и полностью пропитан еловым запахом, - нужно больше.
Зимнее Солнцестояние пришлось на один из самых прохладных вечеров. За окном с самого утра ревела декабрьская вьюга, укрывая своими ледяными объятьями случайных путников. Некоторые из них, кому повезло добраться до дверей нашего трактира, от всего сердца благодарили судьбу. Они готовы были отдать все, до последнего медяка, лишь бы получить кружечку подогретого вина с травами и приют до тех пор, пока буря не кончится. 
- Вообще-то, я много лет назад перестал сдавать комнаты всяким проходимцам и не собираюсь менять своего решения, - кисло бурчал господин Олаф, видя, что народу пребывает все больше и больше, и расходиться никто не спешит. Еще бы, метель на улице и не думала утихать, - А если эта снежная пляска затянется на всю ночь? Что тогда? 
- Но не выгонять же народ на улицу, - ответил я, неся очередной поднос с кружками, доверху наполненными горячими напитками. Воспоминания о собственных скитаниях все еще были живы, - Там и помереть недолго. 
- Да, - вмешалась в разговор возникшая из ниоткуда Мэг, - К тому же сегодня самая длинная ночь в году. И в эту ночь нельзя бродить по улицам. Все знают, сегодня беснуются духи, а злая великанша спускается с гор и до самого рассвета бесшумно ступает по улицам. И горе тому, кто встретится ей на пути – он сразу попадет в ее заплечный мешок. 
Эти разговоры о духах пробудили целый ворох теплых воспоминаний и подняли мне настроение. Господин Олаф недовольно фыркнул:
- На месте этой великанши я бы и носа из своего горного убежища не высунул, в такую-то погоду. Но если бы половина этих господ, оккупировавших мой гостевой зал, все-таки оказались бы в ее мешке, я бы обязательно сказал бы спасибо.
- Ты же так не думаешь на самом деле, папа, - повисла на шее отца девушка, - Посмотри на их несчастные лица. Думаешь, они хотят проводить праздник в компании хмурого трактирщика?
- Будто бы я их держу, - возмутился мужчина, краснея от ярости.
- Господин Олаф, а почему вы так не хотите сдавать комнаты людям? Разве не это является основной задачей трактира? – подал голос я, - Ну, если вы не хотите пускать кого-то на второй этаж, то можно построить еще один домик, организовать там постоялый двор. Дела ведь идут отлично, а так вообще покатятся в гору.
- На кой черт мне сдались лишние проблемы? С трактиром и так достаточно мороки, - буркнул трактирщик, чьи щеки уже становились багровыми.
- А по-моему, это отличная идея, - с энтузиазмом отозвалась Мэгги, но Олаф не дал ей договорить.
- Вам нужно – вы и стройте, - отрезал он, становясь все угрюмее и угрюмее. Поток замерзающих посетителей продолжал литься. Я побежал обслуживать новоприбывших, попутно собирая посуду у тех, кто сидел здесь уже давно.
Со второго этажа спустилась Айрис, держа в руках охапку старых одеял.
- Нашла на чердаке, - попутно бросила она трактирщику, раздавая их посетителям. 
- Да что она творит такое… - начал, было, Олаф, но радостный возглас посетителя прервал его.
- О, милая девушка, добрый господин, - прижимая пыльное шерстяное одеяло к груди, восклицал какой-то усатый мужчина со слезами на глазах, - Что бы мы сейчас делали без вас и вашего чудесного трактира?
- И вправду. Глядишь, замерзли б насмерть, - прокряхтел сидящий у самой двери худощавый древний старичок с длиннющей белесой бородой, - Как бы моего козла там не замело…
- Точно-точно, замерзли бы - в один голос провозгласила троица бородатых друзей, а один из них добавил, - Остальные из нашей компании, небось, до сих пор где-то плутают. Хорошо, если все пятеро вернутся целыми-невредимыми к утру.
- Ваш трактир – просто маячок в этой ужасной белесой тьме, - пропела скрипучим голоском высокая широкоплечая старушка с крючковатым носом, прижимающая к груди старую котомку, будто там хранятся все ее сокровища. 
- Одеял хватило немногим, - тихонько прошептала Айрис, осторожно подходя к стойке, за которой стоял трактирщик. Я испугался, что сейчас тот взъестся на девушку за самоволие, но заливистый смех господина Олафа развеял мои опасения.
- Отлично, очень рад, что мой трактир служит добрую службу честным людям, - с гордостью сообщил он. Я улыбнулся, видя, как трактирщик пыхтит от удовольствия, получив львиную долю лести в свой адрес.
- Мы с Лорой уже накрыли стол, - сообщил выглядывающий из-за двери кухни Теодор, - Пора сесть и отдать должное блуждающим духам во тьме этой ночи.
- И новорожденному Солнечному Богу, - добавила Айрис.
- Глупые суеверия, - закатил глаза трактирщик, но все же пошел на кухню, извиняясь перед гостями за то, что мы все вынуждены их покинуть.
- Ничего, ничего, - сверкнув желтоватыми глазами, заверил его усатый мужчина, любовно поглаживающий старое одеяло, - Семейные традиции – дело серьезное, как их можно нарушить.
И только собирались мы сесть за стол, как в дверь снова постучали. Господин Олаф негодующе воздел руки к небу, собираясь проклясть очередного непрошеного гостя. Я примирительно попросил его не беспокоиться и сам пошел к двери, чтобы впустить несчастного скитальца. Не успел я отворить засов, как дверь распахнулась сама от сильнейших порывов ветра. Метель на улице все так же дико бушевала и, воспользовавшись шансом, успела метнуть на внутренний порожек горстку снежных хлопьев. За дверьми стояла укутанная в шерстяной плащ женщина, прижимающая к своей груди ребенка. 
- Не пустите ли нас обогреться? – умоляюще попросила она. Лицо женщины скрывал капюшон, потому я не мог разглядеть ее глаз, но голос звучал очень испуганно.
- Конечно, конечно, - я быстро завел женщину внутрь, спасая от кусачих снежных вихрей, - Проходите к очагу. Мест за столиками уже нет, к сожалению…
- Это ничего, - нежным голосом ответила женщина, качая своего малыша, - Ведь обедать здесь мне все равно не придется. Лучше скажи, не найдется ли где что-нибудь теплое, чтобы согреться?
- Да, сейчас будет, - кивнул я, и принес бедняжке свое собственное одеяло.
- Благодарю тебя, добрый юноша, - легонько кивнула женщина, принимая его у меня из рук.
- Не стоит, - улыбнулся я, припоминая собственные скитания и пронзительное чувство холода, которое порой не давало мне покоя, - Сегодня ведь необычная ночь. Все должны помогать друг другу.
- Верно, - уголки рта женщины, едва видимые из-под капюшона, изогнулись в улыбке, - Сегодня вновь родился Солнечный Бог, - при этих словах она склонила лицо к своему собственному младенцу, аккуратно поглаживая его по голове.
- Ник, долго ты еще? – услышал я из кухни ворчливый голос Олафа.
- Извините, мне нужно идти, - обратился я к женщине,  и та аккуратно стиснула мою руку в знак благодарности.
- Ты хороший человек с непростой судьбой, - тихо произнесла она, впервые откинув капюшон со своих глаз так, что я смог заглянуть в них, -  И будущее уготовано тебе нелегкое, но великое. Главное – не отчаивайся даже в тех ситуациях, что переставляются совершенно безнадёжными.  
- Надеюсь, все безнадежные ситуации давно меня миновали, - нервно ответил я, выдергивая ладонь из руки странной женщины, и сразу же двинулся на кухню.
Сидя за ломящимся от разнообразной еды столом, я пересказал домочадцам о странном предвестии, сделанном этой женщиной. Взгляд Айрис был полон волнения, Мэг царапала пальцами по столу от любопытства, Тео посмеивался, а трое старших презрительно фыркали. 
- Делать тебе больше нечего, как слушать бредни сумасшедших, - сказал Олаф, отправляя себе в рот очередной кусок запечённого гуся.
- Она не похожа на сумасшедшую, - возразил я, ковыряясь в тарелке. Аппетит был бесповоротно потерян.
- Не похожа? – возмутилась Лора, стукнув по столу, - Да какая нормальная мать потащит своего ребенка в буран на улицу в ночь Солнцестояния?
Я не мог возразить. Доля логики в этом была. Но кое-что не давало мне покоя. Ее лицо показалось мне уж очень знакомым, но я так и не смог припомнить, где же мог видеть его.  
- Перестань думать о всяком, - грубо ткнул Тео меня в бок, - Сегодня не время предаваться гнетущим мыслям. Наоборот, нужно строить планы на год и все такое. У тебя есть планы?
Я пожал плечами, глядя на стоящее в центре стола полено, превращенное в подсвечник для трех свечей, украшенное листиками омелы. 
- Полено – символ процветания и добра в будущем году, - сказала Айрис, проследив за моим взглядом, - Огонь его помогает пережить самую темную ночь, отгоняя злых духов и прочие напасти. В огне рождается солнце, с каждым днем набирающее силу. Разве ты не чувствуешь, как свечи на столе окутывают тебя теплом и приносят утешение?
- Не знаю, - ответил я.
- Так и не нужно знать, - отчеканила Айрис, - Нужно почувствовать. Давай, загляни поглубже в себя, оставь все тревоги и страхи во тьме этой ночи, а сам иди вперед, навстречу вновь рожденному солнцу.
Размеренный голос Айрис сам по себе уже приносил некоторое облегчение, и я почти перестал думать о той странной женщине, вливаясь в оживленную беседу за столом. Тео поведывал нам о своих грандиозных планах, намеченных на будущий год, а мы только диву давались его самоуверенности.
- Ну, если владению мечом ты еще с горем пополам научиться можешь, то уж построить собственный дом всего только за год ну никак не выйдет, - скрещивая руки на груди, посмеивался Олаф, - Ох уж эти неуемные мальчишеские амбиции.
- Может и не за год, - нехотя признал Тео, - Но начать-то я могу? Мы с Айрис давно об этом мечтаем. Да, Айрис?
Девушка только махнула ресницами в знак согласия.
- Не вечно же нам сидеть в чужом гнезде? – продолжал Тео, умудряясь есть и говорить одновременно, - И у Мэгги рано или поздно объявится женишок, тогда уж мы точно будет лишними. 
Мэг фыркнула и демонстративно отвернулась. Она нисколько не злилась на Тео, я видел краем глаза ее приподнятые уголки рта, просто девчонке хотелось немножко повоображать.
- Тогда уж и меня возьмите с собой, - в шутку напросился я, - Мне-то тоже нужно будет куда-то податься. Скопить денег и открыть собственный трактир, например.
- Точно, - хлопнул в ладоши взбудораженный Тео, - Нужно строить свой трактир! И почему я раньше об том не думал? Это будет волшебно, Ник. Ты, я и Айрис, мы все будем жить там, работать рука об руку и наслаждаться процветанием общего дела.
Тео окончательно погрузился в грезы о будущем, даже не интересуясь, поддерживаю я вообще эту безумную идею или нет. Но если бы он спросил, то я само собой бы согласился. Как раз об этом и мечталось мне ночами, когда сон предательски улетучивался, стоило лишь лечь в постель. Просто-напросто жить рядом со своими друзьями, восторгаясь приятными мелочами повседневности. Как сейчас, например, когда мы все вместе сидели за столом в окружении лишь неяркого пламени догорающих свечек и дружелюбно стрекочущих дров в камине. Ветер за окном продолжал петь свои волчьи песни, а снег тарабанил в стекло, безуспешно пытаясь нас запугать своей мощью, которая меркла и таяла в стенах нашего укромного жилища. 
- Кстати, Тео, - неожиданно спросил Олаф, - А владение мечом-то тебе зачем?
- Это же очевидно. Чтобы я всегда мог защитить своих близких, - воинственно ответил мальчик, незаметно стискивая руку сестры. 
Айрис и Тео жили друг для друга, дышали друг для друга, беспокоились друг о друге. Видимо, у них и правда была одна душа на двоих, иначе как объяснить, что один близнец на расстоянии мог понять, что чувствует другой?
Как-то раз мы с Айрис вышли на рынок и долго бродили между нескончаемых прилавков, заваленных всякой всячиной, которая так и просилась в корзины для покупок. Мы оба были в отличном настроении и, вторя приставучим торговцам, расспрашивали их о товарах. А откуда привезен этот имбирь? А сколько стоит каждый пучок лука-порея на прилавке? А какие яблоки слаще, эти красные, или вон те, полосатые? Айрис очень любила тщательный выбор продуктов, к нему она подходила гораздо серьезнее, чем к выбору платьев. Потому Лассе частенько просил ее сбегать на рынок, а я предлагал свою помощь в качестве носильщика тяжелых корзин. Но в тот день во время очередного жизнерадостного разговора с торговкой овощами лицо Айрис вдруг побледнело, и она без объяснения причин рванула к дому. Как оказалось в итоге, Тео в тот миг упал с крыши, пока чистил снег. Все обошлось благополучно, и парень получил лишь пару ушибов, но тот внезапный порыв Айрис удивляет меня и по сей день. 
Это было не единственным проявлением их магической связи. Близнецам не нужны были слова, чтобы общаться, они угадывали мысли и чувства друг друга с такой точностью, что мне порой становилось жутко и завидно одновременно. Мне было стыдно признаваться в этом, но не врать же самому себе? Я тоже хотел быть кому-то нужным, вот так всецело и бескорыстно.
Ужин наш зашел далеко за полночь, и был резко оборван  господином Олафом, стукнувшим по столу и заявившим, что мы все слишком засиделись. 
- Духам, блуждающим во тьме длиннейшей из ночей, мы должное отдали. Так и быть, можете оставить свечи гореть до утра, - добавил он, видя полнейшее неодобрение на лице Мэгги, - Но спать все отправляются прямо сейчас. А то кто завтра будет за вас работать? Великанша с заплечным мешком?
Приказы трактирщика не обсуждались. Все разошлись по своим комнатам, и лишь мы с Айрис остались на кухне, чтобы убрать со стола и вымыть тарелки. 
- Ты тоже можешь идти, сегодня все равно моя очередь, - попытался убедить девушку я.
- Ну и что, - улыбнулась та и повязала передник, - Ты же постоянно помогаешь Тео, когда он отлынивает.
- Не то что бы он отлынивает, - засмеялся я в ответ, - Просто слишком увлекается построением планов на будущее и забывает о настоящем.
- Мой брат тот еще фантазер, - притворно вздохнула Айрис, - Что уж поделать, такая у него натура. Пойду-ка, отнесу остатки продуктов в кладовую.
Девушка упорхнула, а я остался на кухне разбираться с жирными тарелками. За спиной неожиданно послышались шаги.
- А ты, однако, быстро, Айрис, - удивленно сказал я, не поворачивая головы.
- Это не Айрис, - раздалось в ответ. 
От неожиданности я уронил миску, которую держал в руках, прямо в таз с водой, и брызги с плеском разлетелись по полу. Я обернулся и увидел перед собой ту странную женщину в капюшоне. 
- Не пугайся. Я просто зашла поздравить тебя, - успокаивающим тоном проговорила она. Только вот спокойнее мне не стало.
- Посетителям запрещено появляться здесь, - я грубо оборвал ее, - Прошу вас покинуть кухню. Господин Олаф этого не одобрит.
- Ты боишься меня, а не своего господина, - размеренно продолжила женщина, - Но можешь не переживать, я все равно уйду. Говорю же, я просто хочу тебя поздравить. С днем рождения, Ник. Пусть судьба будет милостива к тебе.
Я увидел улыбку на ее губах, но остальное лицо было скрыто, а потому я не мог знать наверняка, искренна она в своих словах или нет. Женщина развернулась и вышла из комнаты, оставив меня растерянно стоять над лужей грязной воды. В голове крутился целый водоворот вопросов. Кто она, черт возьми, такая? Откуда знает меня? Откуда знает про мой день рождения? Я точно знаю, что не сообщал о нем никому из живущих в этом доме. И самое главное, зачем ей мне что-то говорить? Какой резон?
Из раздумий меня вывела вернувшаяся в кухню Айрис.
- Все хорошо? – встревожилась она, - Ты дрожишь и бледный какой-то. 
- Да, всего-то воспоминания нахлынули, - вернувшись к работе, как можно более непринужденно ответил я, - Давай побыстрей закончим с этим всем и пойдем спать.
Айрис поддержала меня. Вдвоем мы довольно быстро справились с горой посуды и разошлись по комнатам. Засыпая, я настойчиво отгонял тревожные мысли о странной женщине и долго ворочался. Лишь к утру мне удалось более-менее расслабиться и перестать думать о плохом. «Не отправит же она в еще один мир, в конце концов?», - утешал себя я, заправляя измятую постель и борясь с подступающей зевотой, - «Этот разговор состоялся последней ночью в году, вот пусть там и остается». Так я и решил, открывая двери своей комнаты и вступая в очередной день моей непростой, но все еще счастливой жизни.
В зале для посетителей царил хаос. Тео как угорелый носился по комнате со шваброй в руках, игнорируя потрясенных вчерашних гостей, и орал на нечто быстрое и маленькое, перемещающееся по комнате неуловим пятном. Весь мой недосып тут же улетучился, я подбежал к парню, чтобы его утихомирить, но это оказалось лишним. Тео с воинственным кличем загнал своего шипящего и рычащего противника в пространство под стулом и направил на него рукоять импровизированного оружия.
- Попался, наконец, зверь, - ликовал он, - Теперь никуда не денешься.
Я взглянул на поверженного врага и рассмеялся.
- Тео, это черный котик. Ты бы выбрал себе соперника по размерам.
- Да взгляни, он ростом почти с меня, - возмутился парень. Кот и правда был немаленький, а из-за дыбящейся пушистой шерсти казался еще больше. Да и беззащитным этот желтоглазый демон не выглядел, выпустив свои когти и обнажив белоснежные острые клыки, - Набросится на тебя и вырвет сердце.
- Ничего он не вырвет, - встала на защиту кота возникшая за нашими спинами Мэгги, - Киса, кисонька не бойся, - ласково поманила животное девушка, - Иди ко мне, я угощу тебя чем-нибудь. 
Шипение стихло, и кот, все еще подозрительно посматривая на Тео, вылез из своего укрытия, подошел к Мэг и с мурлыканьем потерся о ее ноги. Воинственный настрой  его недоброжелателя сразу сник. Мэгги, воркуя, взяла на руки своего нового друга и унесла на кухню, не обращая внимания на рассерженного Тео.
- Не понимаю, как он вообще смог сюда пробраться, - негодовал парень, - Все  было закрыто, все щели! Я сам проверял. 
- Через дымоход? – усмехнулся я, - А как ты вообще его обнаружил?
- Я проснулся, - начал свой рассказ Тео, - Обрадовался, что метель закончилась. Решил подать нашим вынужденным постояльцам какой-нибудь легкий завтрак, да распустить, пока господин Олаф спит. А тут вижу – на стуле одеяло, а на одеяле – черный котище.  
- А одеяло-то чье? Может, его хозяина?
- Если я ничего не путаю, - задумчиво почесал подбородок Тео, - То вчера на этом месте сидел эмоциональный усатый господин. Ума не приложу, куда он делся.
- И старушки тоже нет, - сказал я, оглядевшись, - И деда бородатого. И той женщины с ребенком в капюшоне, - от последних слов по рукам пробежала мелкая дрожь. 
Никто из присутствующих в комнате не мог сказать, куда они все подевались, и нам с Тео оставалось только придерживаться соображения, что люди просто были очень уж заняты и ушли рано утром. И кота пустили заодно. И я даже был немного рад этому. Женщина в капюшоне по-прежнему меня пугала, и встречаться с ней в очередной раз совсем не хотелось.
К счастью, думать о плохом было некогда. Приходилось обслуживать клиентов, как вчерашних, так и зашедших только что. Отбоя от посетителей не было. За столиками собирались целые компании, чтобы обсудить вчерашнюю непогоду и несчастья, которые она принесла. Частенько люди и собирались только затем, чтобы посплетничать, а мне не по своей воле случалось быть их слушателем. Чаще всего разговоры за столиком касались каких-то личных тем, семейных скандалов и интриг и прочего. Но сегодня до моих ушей донеслись и другие новости.
- Слышала, что творится в Западных Туманах? - упоенно спрашивал свою соседку румяный толстячок, с аппетитом поедающий отбивные. Я навострил уши, - Внутренний разлад там уже выходит за рамки.
- Не слышала ничего такого, - равнодушно ответила женщина, - Да и слышать не хочу. Ешь скорее свое мясо, да пойдем скорее к ювелирам.
- Простите, что вмешиваюсь, господин, - поклонился я, присаживаясь на стул рядом, - Да, это не мое дело, но позвольте спросить, что же случилось в Западных Туманах?
Я внимательно рассматривал сидящего за столом мужчину и кое-в-чем точно был уверен: он был весьма и весьма богат и знатен, возможно, даже связан с королевской семьей. Последнее время я стал легко отличать знать от простолюдинов, не только по еде, которую они заказывали, но и по одежде. Дворяне всегда ходили в длинных, почти до пола, туниках, украшенных вышивкой и поясами с золочеными нитями. Знатные женщины обязательно выставляли напоказ какое-нибудь бесценное украшение. Зимние плащи настоящих богачей всегда были оторочены дорогостоящим мехом. И вся одежда сплошь была цветная, уж они-то могли себе это позволить. Румяный мужчина и его поджавшая алые губки собеседница выглядели именно так. 
- О, в их королевстве такое творится, - рьяно завелся мужчина, откровенно радуясь, что нашел собеседника, - Все ум потеряли с этой глупой заморской религией. Слышал про Созидателя? Ну конечно, ты слышал, все слышали. Мы думали, король Генри одумается, взвесит все хорошенько, так ведь нет! Этот старый дурень решил пойти на крайние меры. Отправил свою собачку, ну этого, проповедника с проповедями по стране. Только вот проповеди эти как-то уж больно далеко зашли. Костры, он костры позажигал, чтобы в них сгорели все неугодные. На страхе, дескать, веру построить, - рассказчик все более воодушевлялся, видя, что заинтересовал не только меня, но и других посетителей, - И строил же. Чувствовал себя безнаказанно, думал, что это вечно продолжаться будет, но не тут-то было. Какие-то молодые люди бросили ему вызов, сопляки еще, да и не вышло у них ничего, все равно погибли. Только вот пример-то они подали, показали, что терпеть не нужно. Об этих ребятах слушок-то быстро пополз, и расползся! То там теперь борцы с проповедниками обнаруживаются, то здесь. И с каждым днем все больше и больше. Оттого и раскол произошел. Народ бунтует, король пытается утихомирить, не всегда мирно, а народ на это бунтует еще сильнее. Мол, что это за король такой, если он на собственных подданных с оружием? Черт теперь знает, что с Западными Туманами будет…
- Так ведь если на западе проблемы, это и на нас аукнется, - запричитала какая-то дама, - Кто-то же непременно воспользуется этой глупой ситуацией.
Народ в зале зашумел, активно обсуждая только что услышанное, а я попытался молча это переварить. Только хорошо поразмыслить над этим не получилось, потому что почти сразу я услышал гневный голос господина Олафа:
- Ник, какого черта ты прохлаждаешься в такой момент? Быстро покинь этот цирк и возвращайся на кухню!
Я решил не злить хозяина еще сильнее и, извинившись перед ним, последовал приказу. За столом стояла опечаленная Мэгги. 
- Папа не согласился оставить котика, - сокрушенно пожаловалась она, - Пришлось его выпустить.
- Если привечать всех бродяг, так и самим места не останется, - фыркнул Лассе, который по-прежнему меня слегка недолюбливал.
Я не стал ничего отвечать, отчасти потому что надоело с ним пререкаться, отчасти оттого что мысли были заняты Западными Туманами. У меня там почти не осталось друзей, но все же кое-кто остался. И я готов был принести жертвы любым богам, лишь бы с ними не случилось ничего плохого.
***
Мечтам Тео о постройке собственного трактира не суждено было сбыться, потому что с приходом весны господин Олаф объявил, что будет расширять свой дом и обустраивать постоялый двор.
- Не хочу, чтобы каждую метель в обеденном зале скапливались толпы страждущих, - бурчал он под одобрительные восклицания Мэгги.
- Ура, папа, наконец-то, - хлопала в ладоши девушка, - Наконец-то ты решился!
Мы с близнецами тоже были рады. Да, хлопот обещало прибавиться, но это разве это важно, если мы будем расти вместе с нашим жилищем? 
Я уже давно стал единым целым с трактиром и его обитателями,  городком, да и со всеми Северными Снегами. Невзрачные улочки с темными углами больше не пугали меня, я знал почти всех здешних жителей, ведь они частенько заглядывали к нам пообедать. В Квартале Мастеровых находились дома разных знатоков своего дела. Это были очень большие дома, иногда в несколько этажей, чтобы уместить всю ораву причастных к тому или иному делу. К портным и шляпникам я не заходил, слишком дорого стоили услуги шитья на заказ, но вот к кузнецу за новыми подковами для лошадей, или к гончару за очередным кувшином, обращаться приходилось. 
В Садовом Квартале жили лекари и травники, и неведомо как затесавшийся винодел. Там я тоже частенько появлялся, когда ради каких-нибудь травок, для пополнения запасов Лассе, а когда ради очередной бутыли вина, которое так любил господин Олаф. Садовый Квартал был самым красивым местом в городе. Там по обочинам дорог росли восхитительные разноцветные цветы, деревья были ухожены, а мусор не скапливался на обочинах.
 В Кварталах Бедняков, коих было четыре, картина наблюдалась полностью противоположная. Маленькие перекошенные домики с битыми окнами выглядели холодными и неживыми, мощеная дорога была битой, в переулках дороги не было вообще, она представляла собой грязевое месиво. Отходы лежали прямо на улице, вперемешку с трупами животных, которые поедали коты и крысы. Казалось, что даже солнце брезгливо отворачивается от подобного места, поэтому оно всегда было таким мертвенно-серым. Вместо дружелюбных улыбок тут тебя встречали злобные оскалы нищих, прячущихся в своих конурах и высовывающих лишь сплошь покрытые грязью лица. Надо ли говорить, что подобные места я старался не посещать? Тео говорил, что они с сестрой родились в одном из таких кварталов. В тот момент я подумал, что жизнь в доме у мачехи была вовсе не так плоха. Уж лучше есть водянистую овсянку и косточки от курицы, чем сражаться с котом за мертвую крысу у твоего крыльца, и мыться раз в неделю, чем не мыться совсем. 
Кварталы Бедняков были единственным местом, которое вызывало во мне сильное напряжение. В остальном же город я безгранично полюбил и часто прогуливался по его улочкам теплыми весенними вечерами, и друзья иногда составляли мне компанию. 
А еще мы любили собираться у кого-нибудь в комнате и болтать о всякой ерунде, обсуждать посетителей и простых горожан, погоду и подслушанные новости. Иногда разговоры заходили о прошлом, в частности о детстве, и тут мне приходилось прикусывать язык, чтобы ненароком не ляпнуть лишнего. К счастью, чем бы беседа ни начиналась, заканчивалась она всегда одним – Мэгги терзалась между очередной парочкой ухажеров, которые безумно хотели заполучить руку прекрасной юной дамы. 
  Бывало что беседы касались и политики. Случалось это нечасто, но если уж случалось, то затягивалось надолго. Тео часами мог рассуждать об этом, строя всяческие теории и делясь догадками по поводу того, что же ждет нас в будущем.
- Слышали, слышали? – пылко воскликнул он одним летним утром, забегая на кухню с ворохом грязных тарелок, - Принцесса наконец-то поправилась и теперь тоже будет участвовать в жизни нашего королевства! Ну, фестивали в столице и всякое такое. Теперь она тоже будет их посещать и выходить к народу.
- А что, раньше принцесса была больна? – полюбопытствовал я, забирая у Тео из рук посуду и складывая ее в бадью для мытья.
- Сразу видно, дитя Западных Туманов. Ничего не смыслишь о том, что творится в мире, - сокрушенно покачал головой Тео и снисходительно пояснил, постоянно оглядываясь на дверь, как бы не упустить очередного гостя, - Королева Илона очень слаба здоровьем, к тому же она не уроженка Северных Снегов, а потому очень плохо переносит наш климат. Бедняжка все свое время проводит взаперти, прогуливаясь только по королевским оранжереям, а в свет почти не выходит. Все бы ничего, но ее младшая дочка унаследовала от матери похожие проблемы. С детства она очень чувствительна к суровой внешней среде, и король Андерс бережет ее, держа в отдельных покоях, и стараясь не беспокоить всяческими дворцовыми заботами. Иногда принцессу даже отправляют в другое королевство, чтобы хоть там-то она набралась силенок. И вот сейчас, представляешь, появилось информация, что девушка наконец-то выздоровела окончательно! 
- И откуда такая информация? – насмешливо спросила Мэг, вытирающая чистые тарелки, - Очередной сплетник нашептал?
- И вовсе не сплетник, - вознегодовал Тео, яростно сжимая кулаки, - Йохан доставляет письма в столицу, уж он-то знает последние новости, как пить дать!
- Еще бы не знать, - мимоходом бросила обычно молчаливая Айрис, ставящая на поднос две порции горячей грибной похлебки, чтобы отнести ее посетителям, - Он же вскрывает письма своих клиентов.
- Что и где он вскрывает, меня не касается, - фыркнул ее брат, помогающий нам с Мэгги вытирать чистые миски, - Я ведь узнал о принцессе! Неужели, вам это совсем не интересно? Это же наша принцесса! Она же…
Разглагольствования юноши прервал зычный голос господина Олафа.
- Тео! – гаркнул он, заставив меня вжать голову в плечи, - Чем ты, черт побери, занимаешься? Полы в зале должны мыть сами себя?
Юноша сразу притих и бросился выполнять свои обязанности. Так мне и не удалось узнать, что же такого необычного в этой принцессе, и почему я должен радоваться ее выздоровлению. Глупо было бы отрицать, что я совсем этим не интересовался. Наоборот, я бы с удовольствием  поспрашивал у Тео что-нибудь еще о королевской семье и о том, какую роль она играет в нашей жизни, но с тех пор удачный момент выгадать не удавалось. То разносить заказы по столикам, то убирать с них же, то оказывать помощь строителям, которых нанял трактирщик для расширения своих владений. Постройка нового дома была в самом разгаре, и в этом деле постоянно требовалась помощь, которую мы с Тео и господином Олафом оказывали по очереди. Да к тому же и за порядком нужно было следить, убирая комнаты на втором этаже.
- Ты моешь полы гораздо лучше моей дочки, - смеялся господин Олаф, - И простыни стираешь лучше, чем Айрис. Как тебя вообще угораздило родиться парнем?
Я даже не знал, как мне реагировать на эту помесь комплимента и оскорбления, а потому однажды рассказал моему работодателю, да и всем остальным тоже историю о мальчике-сироте, живущем взаперти у тиранши-мачехи. Мэгги, которая уже знала о ее сути, отреагировала довольно спокойно, хотя и ее брови порой вздымались вверх от некоторых подробностей. У Айрис же задрожали руки, что привело меня в смятение.
- Не обращай внимания, - сказал Тео непривычно мягким для него тоном, как в ту первую нашу встречу почти год назад, - Она просто чересчур хорошо помнит наше детство, а потому слишком тебя жалеет.
- Хей, я вовсе не нуждаюсь в жалости, - у меня даже в груди заклокотало от негодования, - И рассказ мой преследует лишь оду цель – чтобы больше не было вопросов вроде «А кто учил тебя стирать?», «А почему ты так хорошо орудуешь щеткой?». 
- Одни вопросы отпали, - кивнул трактирщик, - Но вот кое-какой все же напрашивается. Ты так и собираешься прожить слугой, на большее не рассчитывая? 
- Кто знает, - пожал плечами я, - У вас я, в общем-то, на жизнь не жалуюсь. 
- И ничем другим заниматься не хочешь? – допытывался господин Олаф.
- Ну… Если честно, я бы хотел открыть трактир, похожих на ваш. Где я сам был бы себе хозяином, - признался я, - Только рановато мне о таком думать. Для начала – скопить бы хоть немного денег, будучи просто слугой. 
- О, - хохотнул мой хозяин, - Деньги появятся, как только я дострою второй домишко. Посетителей прибавится, только и вам, ребятки, придется пахать как волам. 
- Э, да когда он достроится, - махнул рукой Тео.
- Думаю, очень скоро, - прошептала Айрис, смахнув ладонью крошечные слезинки с уголков глаз, безуспешно пытаясь скрыть свою слабость.
Как всегда, она была права. Официальное открытие постоялого двора случилось осенью, когда завершились последние приготовления, была расставлена вся мебель и бытовые приборы, закуплена новая партия последнего белья, одеял, подушек и прочих необходимых вещей. Господин Олаф сиял от восторга, глядя на удовлетворенные лица первых постояльцев.
- Мы еще и конюшню достроим, - азартно заявил он нам за ужином, - А то нынешняя совсем никуда не годится. 
Тео печально закатил глаза, но промолчал. Мы все и так были ужасно загружены последнее время, новая конюшня усугубила бы это вдвойне. Но слово трактирщика здесь было законом, а он не любил бросаться обещаниями на ветер.