Ты у меня одна, или Призрачная любовь

Глава 26

Ника очнулась и, не разобравшись где находится, испугалась. Под ней был песок и камушки, а над головой метались солнечные блики. Она попробовала пошевелиться и поняла, что тело ее слушается, более того, в нем появилась легкость и ничего не болело, жара как не бывало. И тут же она поняла: «я под водой». Лихорадочно дернулась ввысь и увидела простор реки. Слева в реку уходили скалы, на которых стоял дворец императора. Тут же испугавшись, она спряталась под воду – как бы с берега, от дворца ее никто не заметил.

Под водой поплыла к другому берегу, стараясь задержать дыхание. И тут же пришла в голову мысль: «Я очнулась под водой и не утонула. Я как-то дышала под водой?» Набравшись смелости, попробовала дышать под водой. Получилось! Она может дышать под водой! Что же это? Неужели дар, который никто не мог определить? Неужели она – водная нимфа? Счастье распирало девушку. Хотелось с кем-нибудь поделиться. «А как же я выбралась из дворца?» – задумалась она, но ничего не могла вспомнить, только стены камеры и голос чей-то: «Считай, отмучалась, бедолага».

Теперь ее тело не ломало, оно было послушным, и плыть было наслаждение. «Надо подальше отплыть от Дворца и города» – решила Ника и поплыла дальше. Выбравшись на берег глянула на свое платье. Да. Даже когда оно высохнет, на люди в таком не покажешься. Холод от воды она не чувствовала, и решила не выкручивать платье. Но вот посидеть, подумать, как быть дальше, нужно. И поесть бы чего-нибудь. Рука сама по себе потянулась к водорослям. Ника попробовала – вкусно. Замечательно! Вот голод и отступил. «Я теперь не пропаду» – радовалась она.

На память опять пришла камера, в которой она находилась, и Ника от ужаса передернулась. А потом вспомнились и допросы, и как она, пытаясь смягчить своих мучителей, желая вырваться из камеры, рассказывала им все про Алью. Ничего ей это не дало. Не выпустили ее из камеры. Но пообещали, что скоро она будет не одна, а с подружкой. Пришли какие-то люди и устанавливали ловушки. А ей посоветовали не двигаться, чтобы самой туда не попасть.

«Может быть Алью поймали и меня выпустили?» – думала она. «Но почему я тогда очнулась под водой? А может быть, решили, что я умерла, и выбросили меня в реку? Они же не знали, что вода – моя стихия, и я здесь оживу? Да, скорее всего». И девушка опять стала радоваться своему дару. Только одно тормозило ее радость, хотя Ника старалась об этом не думать – Алья. Что с ней? Но мысли вновь и вновь возвращались к подруге: как она там на ее месте?

– А вот посидит и узнает, каково мне было, – отвечал ей голос второй «Ники».

Первая и вторая «Ники» заспорили между собой. Но считать себя виноватой… Или назвать вещи своими именами и признать, что ты предала подругу? Нет! Как же жить тогда? И Ника начала искать себе оправдания.

– Это она меня первая предала. Это из-за нее я оказалась в камере. До этого со мной хорошо обращались, лечили меня, ухаживали за мной. А про императора – это сказки, она специально, чтобы я ее слушала, обманывала меня. А я развесила уши и пошла у нее на поводу, вот и поплатилась.

Так думать было намного легче и сразу получалось, что ничего плохого Ника не совершила, она не предавала подругу, она вывела на чистую воду обманщицу. Так что поделом той теперь. Будет знать, как обманывать друзей. И опять одна из «Ник» шептала, что это неправда.

Так в размышлениях Ника пошла искать какое-никакое селение. Хотелось к людям, привести себя в порядок и … хотелось похвалиться своим новым даром.