Тайна Ирминсуля

Глава 13. Инквизиторы

Мы знаем, что мы есть, но не знаем, чем мы можем быт.

У. Шекспир, «Гамлет», акт IV, сцена 5

Ей казалось, что этот день никак не закончится, а ведь едва перевалило за полдень. Лабасская портниха Нисса, дотошная до мелочей, дипломатично предлагала свои варианты: то сшить новое платье вместо переделки старого, то заменить придуманную тяжеловесную маску на более облегчённый вариант. Уговоры продолжались до тех пор, пока с пальцев Мариэль не слетели искры, опаляя каталог тканей. После этого оскорблённая Нисса сухо согласилась: всё будет выполнено в точности по оригинальному желанию молодой сирры. И перешла к платью Иларии, не знавшей, как извиниться за пока ещё неподконтрольный дар дочери.

Мариэль уселась в кресло и под непрерывное щебетание дам почти уснула, если бы её клевание носом не заметила Нана. Сонная девица была отпущена на волю, с советом вдогонку:

– Милая, постарайся не разоспаться: скоро обед и у нас гости. Мастер Тирр изволил остаться у нас, с ним его помощник. Не забудь привести себя в порядок, милая.

– О, мастер Тирр здесь! Великолепно! – Нисса отвлеклась от создаваемого рисунка платья. – Надеюсь, вы позволите…

Что хотела Нисса от мастера Тирра, Мариэль не стала слушать, закрыла за собой дверь. Постояла в коридоре, раздумывая, куда бы пойти. Вернуться в комнату и продолжить читать книги Люсиль? Или ещё раз поупражняться перед зеркалом? В желудке сладко ёкнуло, но юная де Венетт, вспомнив уроки Голоса, сказала себе: «Не́чего, опять потеряешь контроль!» И отправилась в ту сторону замка, которая оставалась неисследованной со дня рождения новой Мариэль – на верхний этаж.

Здесь обнаружился большой зал с почти полным отсутствием мебели и портьер на окнах, если не считать пары кресел и небольшого столика с кувшином и двумя кубками. На стенах висело оружие, щиты, в углу стоял сундук, сложенная ширма и за ней – три широких деревянных лохани для купания, в каждую из которой поместился бы по пояс один взрослый человек. Это был зал для тренировок Антуана, догадалась Мариэль. Наличие купальных принадлежностей немного смутило, но мало ли: вдруг Антуан здесь принимает душ после тренировки. Или тренируется – прыгает из одной ванны в другую. Вспомнилось:

На конька Иван взглянул

И в котел тотчас нырнул,

Тут – в другой, там – в третий тоже,

И такой он стал пригожий,

Что ни в сказке не сказать,

Ни пером не написать![1]

Следующая большая комната выглядела более ухоженной и выглядела, как учебный класс. Помимо привычного антуража жилого помещения здесь стояли два стола с чернильницами и полупустые книжные шкафы. Мариэль из любопытства взяла выглядевший самым аккуратным, нетронутым фолиант, полистала – тот оказался из серии «ЖЗЛ», историческим описанием судьбы какого-то мужа-воина по имени Курсунь. С книгой в руках прошлась по остальной части комнаты.

В углу примостился столик с подобием патефона. Разглядывать странный музыкальный инструмент Мариэль не стала, вернулась к «парте» и открыла выбранную книгу. Обилие дат, имён и слишком подробный, витиеватый стиль вскоре слились в неразборчивую кашу из букв. Глаза сами собой закрылись «на минуточку», потом голова охотно примостилась на сложенные руки – и Мариэль провалилась в сон.

Спустя некоторое время в кабинет тихо вошёл молодой человек в очках. Заметив девушку, он остановился, собрался было извиниться, но быстро понял невозможность диалога, поэтому по-хозяйски обошёл периметр помещения, близоруко присматриваясь ко всему подряд: стенам, шкафу с книгами, окну и виду, который открывался за ним.

Удовлетворив любопытство гостя, передвинул кресло, поставив его рядом со столом, за которым спала незнакомка. Приготовился сесть, как вдруг нечто его заинтересовало, и он оказался за спящей, вперил близорукий взгляд к пространству над её головой. Очевидно, увиденное так сильно удивило молодого человека, что он наклонился ближе, к самым волосам девушки, её спине и рукам, сложенным на раскрытых страницах. Вдохнул запах и прикрыл глаза, запоминая новый аромат…

Мариэль проснулась от чёткого ощущения дыхания над собой или вздоха. Или просто кто-то рядом слишком громко хмыкнул?

– Я тоже на первом курсе засыпал над этой книгой, – откуда-то сзади появился незнакомец и уселся в кресло напротив и сложил очки в футляр.– Простите, если напугал.

– Вы кто? – девушка спокойно прошлась ладонью по лицу, задержавшись на глазах, затем подпёрла кулачками голову и с трудом сдержала зевок. Ни одно из описаний Жанетты, касающееся всех проживающих в замке, не подходило к этому молодому человеку. Если вдруг окажется родственник, ничего, спишет на то, что спросонок не разобрала.

Незнакомец приподнялся, учтиво кланяясь:

– Анри Ленуар, ученик господина Тирра, прибыл с ним, – и спокойно уселся, выудил откуда-то книгу, открыл её и принялся медленно листать, не глядя на девушку. – А вы, я догадался, сирра Мариэль. Можете не отвечать, я вас понимаю. Сказания о доблестном сире Курсуне обладают поистине снотворной магией. Я не знаю ни одного студиозуса, который прочитал бы её в полном объёме. Обычно все пользуются кратким изложением на несколько страниц.