Счастливые Ботинки

Часть 2. Глава 3

ГЛАВА 3. ПОКИДАЯ ЭТОТ КРАЙ

Не бывает более неприятной новости, чем та, что человек, который вам безразличен в романтическом отношении, хочет жениться на вас, весьма уверенно считая, что вы испытываете к нему чувства, которые он, якобы, тоже испытывает. А если в эту же минуту вы еще узнаете, что человек, который вам не вполне безразличен, тоже собирается жениться… причем не на вас, а на ком-то другом… то вы можете понять мое состояние. Не претендую на истину в последней инстанции, что это самое неприятное, что может случиться, однако, на тот момент субъективной правдой оно являлось.

И Мия разделяла мои чувства, мое возмущение, мою досаду. Спасибо ей, а то бы в который раз в жизни почувствовала бы себя презреннейшим червем из презреннейших червей.

— Мия… как же теперь журналистская доска информации?… И если я вдруг столкнусь с Эдвардом, что будет?.. А если с Шерлоком?!.. О-о-о… Это будет совсем худо. Я разбита… раздавлена. Мия, я умерла!

— Память о тебе будет вечна, — скорбно сострила Мия. И я почувствовала, что вскоре тоже посмеюсь над своей столь возвышенно горестной ситуацией. Но не сейчас.

— Если я умру, завещаю тебе мой дневник с записками феи и рюкзак, — уже могла шутить довольно мрачно я. Иногда это считают «черным юмором», но нет, он не черный. А просто серо-пустой, когда на сердце серо и пусто, как в пустом небе в череду пасмурных серых дней. Не говорите, что грусть черного цвета. Черный слишком красив для грусти.

— Что за утопические мысли, я тебя поколочу! — возмутилась Мия.

— Не колоти, — встала я в оборонительную позицию и нервно рассмеялась. — А то я тебя сделаю пылью в носу медведя и все такое. Интересно, Шерлок на Анаис жениться собирается?..

— Вижу, ты начинаешь приходить в нормальное состояние, — констатировала факт Мия. Да, это факт! Волнующийся океан моей души слился с ее и понемногу успокоился.

— Мне казалось, что у меня нет будущего, — призналась я.

— Поверь, оно завтра будет светлым, — заверила меня Мия, поднимаясь с крыльца и обнимая меня. — Вот что, — решила она вложить идею в мое сердце, — что, если нам отправиться в путешествие за приключениями? — авантюрно прищурилась она. Неизвестно откуда взялся Рыжик и стал, мурлыча, просительно тереться о ее ноги. Мия взяла его на руки и, продолжая почесывать ему голову, спросила, как она это умела, с задором заглядывая в глаза: — М?

Идя была… о. что надо.

— Да… давай отправимся куда-нибудь за горизонт… в край золотого заката или за отрезом утренней зари, — шмыгнула я носом, переживая остатки страшного потрясения. — Я просто не смогу написать ни единого очерка здесь. Но… можно насобирать интересных историй. И я все равно буду писать. Не дам себя согнуть… Ты правда хочешь быть иллюстратором?

— Ну, я подумала, что вполне могла бы попробовать, — сказала Мия слегка осторожно, осмотрительно избегая опрометчивых обещаний. — Но… ты собираешься писать очерки все равно?

— Да, — решительно кивнула я, заходя в дом, собравшись с силами и готовая к куче действий, возможно, половине непродуманных. — Я же решила это делать, и не отступлю, пока не посражаюсь до конца. Конечно, принц Эдвард теперь обо мне ужасного мнения, но… я хочу быть лучше романтичной, чем практичной. Не представляю себе согласия.

— Нет, что ты! — возмутилась Мия. — Принц тебе абсолютно не подходит, даже не думай!

— А Шерлок… готовится к браку, — вернулась я к больной теме. — Эта грусть пройдет со временем. Я знаю, но я не смогу быть на его свадьбе. А журналистская поездка — самая лучшая отговорка, чтобы не прийти… — рассуждала я (я всегда в грусти и печали начинаю много болтать и рассуждать), спускаясь в наш погреб. — Хочу испечь чего-нибудь в дорогу, — крикнула я Мии. — У нас что, мука кончилась?

Сверху донесся ответ:

— Да, и во всем городе тоже.

Я часто бывала не в курсе. Как начинающему журналисту это было непростительно. Я вылезла наверх подозрительно:

— Как — тоже?

— Я была на ярмарке последний раз — когда ты заканчивала записки, — пояснила Мия, наливая Рыжику молока, — и тогда уже было очень мало продуктов. Говорили, что в северном лесу королевский обоз ограбили разбойники. Король остался без провианта. Поэтому теперь продукты для королевского стола он конфискует в городе.

Если уж честно, я удивилась.

— Что?! То есть, разбойники ограбили короля, а король теперь грабит народ?

— Да, — улыбнулась Мия, ведь, по существу, так и было, хоть и высказано не ахти в какой форме.

— Вот так поворот, — задумалась я. — Вот так сказочная страна. Несправедливости ничуть не меньше, чем в реальной.