Делу время, потехе час!

Глава 6

Максимилиан

Вот так и знал, что если сказать «нельзя», она обязательно сделает то, что запретили. Женщины…

Разумеется, я знаю все, что происходит в доме, для этого у меня есть специальный артефакт. Но Натали о нем знать не обязательно. Пусть думает, что я не в курсе происходящего.

Когда увидел, что одна из уборщиц ворует вещи, уже хотел выйти и отчитать ее, как вмешалась Натали и живо справилась с ситуацией. В твердости духа ей не откажешь. В наше время не каждая женщина на такое способна. Хотя она не из нашего времени, поэтому зачем удивляться.

Признаться, эта самостоятельность мне импонировала и даже немного завораживала. Не люблю современных женщин: инфантильных, жеманных, трусливых, коварных. А Натали другая. Какая-то настоящая. Если смеется — то от души. Если возмущается — то во весь голос. Если радуется — то громко.

Но сейчас надо идти ее спасать. Глупышка не знает, что этой лестнице доверять нельзя — я ее уже лет восемьдесят собираюсь починить, и все никак руки не доходят. И ноги тоже.

Быстро добрался до библиотеки. Стоило подойти ближе, как случилось именно то, чего я боялся. И нет, это не упавшая на меня Натали.

— Твою мать! — выругался я. — Растяпа! — пожурил ее.

— Сам такой, вот пришел бы вовремя, и проблем бы не было! — заявила эта нахалка, сидя на мне в довольно неприличной позе. Причем она, эта поза, уже стала сказываться на моем организме определенным образом.

— Это я, что ли, виноват?

— А кто? Ты здесь сколько живешь? Сто лет? А лестницу починить?

— Ты здесь сколько находишься? — ответил ей в тон. — Несколько дней? А не лезть, куда не просят? И вообще, слезь с меня!

Натали, что-то проворчав, привстала и перекинула через меня ногу, задев то, что неприлично бугрилось под штанами. Вот это я влип. Она многозначительно подняла бровь, но ничего не сказала. Схватила валявшуюся книжку и удалилась, хлопнув дверью. В мою комнату, разумеется. Я пошел следом. Не уж, еще не все сказал.

— Почему ты не послушалась, когда я сказал, что библиотеку трогать не надо? — спросил с порога.

— А почему туда нельзя?

— Я же знал, что ты полезешь на эту чертову лестницу! Думал, у тебя хватит ума послушаться.

— А предупредить?

— Так я же и сказал!

— Боже мой, — закатила глаза Натали, — какие все же мужики… мужики! Ты сказал — кабинет и библиотеку не трогать! А надо было сказать — в библиотеке не лезть на лестницу, она сломана! Другие люди так-то твои мысли читать не умеют, прикинь? Кстати, а в кабинет почему нельзя?

— Ну, — замялся я, — там мои личные вещи. Материалы расследования и все такое. Сама понимаешь, тайна следствия.

Натали фыркнула.

— Какого следствия? Сто лет прошло. Кому нужны сейчас эти твои материалы…

Хм, а в этом она права, как ни прискорбно сознавать. Эти бумаги были важными только для меня. Для остальных они давно потеряли свою ценность.

— В общем, так! — заявила Натали, скрестив руки на груди. — Раз уборщиц я прогнала, — решил не сообщать, что мне все известно, — предлагаю прибрать минимум помещений для жизни, а потом уже остальное, по ходу пьесы, так сказать.

Я задумался и пожал плечами. Зерно истины в ее словах было. Да и логика тоже. Кивнул, соглашаясь.

— Вот и чудненько! — хлопнула в ладоши Натали. — Вот только… — Она повела плечами. — Мне нужен наряд поудобнее. В этом дурацком платье я чувствую себя, словно в «железной деве».

— В чем?

— Это такое средневековое орудие пыток в нашем мире. Тебе лучше не знать. Поверь на слово — жуткая вещь.

— Значит, пойдем покупать тебе более подходящий наряд.

— Правда? — Глаза Натали округлились, брови поднялись, а рот раскрылся. Ну прямо куколка фарфоровая.

— Конечно. Собирайся, в городе есть магазин готового платья, но на заказ там тоже шьют.

— А это… не слишком дорого?

Я лишь махнул рукой и направился к выходу.

Хася мы оставили дома — псу еще сложно было ходить на большие расстояния. Лапа хоть и почти зажила, но еще побаливала.

По дороге Натали без умолку болтала, рассказывая, какие в их мире деревья, кустики, трава, цветы и прочее. По мне, так ничем особым не отличались. Зеленые — и ладно. Но стоило приблизиться к витрине магазина, как она замолчала, при этом забыв закрыть рот.

— Рот закрой — кишки простудишь, — пробормотал я присказку, которую часто повторяла моя мама. Натали меня даже не услышала. Она подбежала к витрине и буквально прилипла к ней, а потом сказала:

— Я хочу это! — и ткнула пальцем в странный наряд, натянутый на манекен. Тугой лиф был сделан из кожи синего цвета с коричневыми вставками, грудь венчали какие-то колесики и цепочки, а снизу была пышная юбка из атласа. И это, по ее мнению, удобно?!

Не успел спросить — Натали затащила меня в лавку, где к нам тут же подошла хозяйка.

— Чего изволите? — спросила она у моей спутницы, при этом с подозрением косясь на меня. Ну да, слава у меня в городке еще та.

— Изволим вот то платьишко, — ткнула моя гостья и головная боль в одном флаконе в витрину. — Только нужны некоторые усовершенствования. Рукава отрезать, верх тоже, оставить только лиф, юбку укоротить… — тараторила Натали, не давая хозяйке лавки и слова вставить. — К нему еще обувь и шляпку.

А шляпка-то зачем? Но ее уже было не остановить. Пройдя вслед за модисткой в заднюю комнату, Натали с упоением рассказывала, какое хочет белье, на что та неопределенно хмыкала. А моя пассия, каковой ее явно считала хозяйка лавки, яро обсуждала фасоны и цвета шляпок. В итоге остановилась на сине-фиолетовой под цвет платья и с длинным шлейфом. Ну да, очень удобно и практично. Настала моя очередь хмыкать.

В общем и целом выбор гардероба, обсуждение деталей и прочие женские штучки заняли почти час. За это время я успел умаяться так, словно разгружал телеги с углем, хотя ничего не делал, только сидел и ждал. Ненавижу ждать!