Двое в одной голове

Глава 9

«Я люблю свою Родину, вроде, но

Я пахал на работе безвылазно,

Удивительно, поразительно,

Как легко свою жизнь превратить…»

Анимация «Родина»

Весь путь до работы Павел внутри меня подпевал песням из магнитолы маршрутки. У меня получился концерт шансона в формате «долби-сораунд». Под конец поездки меня и вправду слегка долбило. На призывы заткнуться, произнесенные шепотом, я получила несколько недоуменных взглядов, а одна бабулька даже перекрестила меня. Наверное, подумала, что я одержимая. Недалеко ушла от истины.

Я ехала и удивлялась – почему у меня всё болит? Почему гудят ноги? Да и пальцы рук ломит, как будто стучала ими по металлическим перилам. О раскалывающейся голове вообще молчу. Надо ли говорить, в каком поганом настроении я ехала на работу?

Охранник Сергей приветствовал меня на входе лучезарной улыбкой:

– Привет, егоза! Ой, ты же теперь замужняя егоза, надо к тебе как-то по-другому обращаться…

– Серег, у меня вчера был фиговый вечер, утро началось не лучше. Не доставай, а?

– Ладно, не буду. Потом напомни как-нибудь, и я тебя конкретно достану. Как съездила в Брюссель?

– Очешуительно. До сих пор всё ломит и болит…

– Да, я слышал, что вы с Павлом упали со скалы, а он теперь находится в больнице, – помрачнело лицо Сергея. – Как же вы так-то?

– Ого, да я в больнице нахожусь? Во как папанька повернул… Да уж, хороша больница. Убраться бы тут не мешало, а то срач развели… – раздался в голове голос Павла.

Ну что за засранец? Никак не успокоится. Надо бы ему отомстить. А как? Я взглянула на Сергея.

– Слушай, Серег, а давай сегодня вместе пообедаем? Тут по-любому какие-то слухи гуляют, новости разные. Расскажешь, а? Ну, чтобы я знала откуда ждать пенделя.

Охранник снова расплылся в улыбке:

– Да не вопрос. Я же знаю, что ваш брак фиктивный. Так что формально ты сейчас свободна… Давай, подтягивайся к обеду. Я даже разрешу заплатить за меня в кафешке. Цени мою доброту.

– Фигу тебе с маслом, а не заплачу за обед. Поделим всё по-братски – сначала съедим твоё, а потом каждый своё, а заплатим поровну, – показала я язык.

– Эй, ты какого хрена за спиной дохлого мужа шуры-муры крутишь? – взвыл Павел.

Определенно, настроение начало улучшаться.

– Договорились, – подмигнул мне Сергей и снова превратился в Терминатора, который проверяет на входе карточки пропусков.

Я же поплелась на рабочее место, в змеиное гнездо добрых и ласковых коллег. Там меня встретили восторженным молчанием и восхищенными взглядами в мониторы. Вряд ли они простили мне мой прошлый демарш, когда я заставила их поволноваться. Да и скоропостижное замужество тоже накладывало свой отпечаток, если не сожрут сейчас, то всё равно будут покусывать при случае.

Случай представился почти сразу же. Маргарита Ильинична нарочито вежливым тоном поинтересовалась:

– Катенька, как прошел ваш медовый месяц?

– Спасибо, всё в порядке, – ответила я.

– Скажи, что трахались, как кролики! – не преминул уколоть Павел. – Мы с Маринкой как-то зажгли после корпоратива… Какая у неё родинка…

– Ну, а всё-таки? Почему вы отправились в горы? Тебе не хватало чего-то высокого и мощного? – хихикнула Ирина и с такой загадочностью посмотрела на товарок по цеху, что мне оставалось только покраснеть, потом посинеть, а после и вовсе провалиться со стыда на первый эта.

Да ещё и этот полудурок ржет в голове, как припадочный.

Ага, не на такую напали. Прошла пора унижений и подколок – Катька уже не та! Сейчас я им выдам… всем четверым:

– Муж бухал, на этой волне у него случился нестояк, поэтому чтобы возбудиться, приходилось съедать по две упаковки «Виагры» за раз. Да и по сути… Ну признаемся честно, Марина, не такой уж он офигительный любовник. Да, у вас было после корпоратива разок, но когда он рассказывал, то дико ржал над твоей родинкой. Это была его любимая шутка…

– Да ты совсем охренела!!!

– Что? – о щеки Марины можно было прикуривать.

– А что слышала. Я понимаю, молодая, симпатичная, дала разок в надежде на повышение. И вот не предполагала, что он потом будет трепаться направо и налево, – моим языком можно было бриться.

Да, в этот момент я была жестокой. Но меня можно было понять в тот момент – башка раскалывалась, внутри неё буянил запертый Павел, а коллеги стремились заклевать… Стоило дать слабину и потом вовек не вылезешь из подколок. Только железная рука может надавать сокабинетницам по мордасам так, чтобы потом неповадно было даже заикаться обо мне в неуважительном тоне.