Дешевый и плохо сшитый костюм гориллы

Глава 3

Наталья намазала бутерброд гусиным паштетом. Подумала и добавила ломтик сыра. Токсикоз почти прошел, иногда по утрам еще потряхивало, но ничего общего с первой беременностью, тьфу-тьфу. Оставалось только выбрать время и сказать Леньке. После того, как депозит мужа перекочевал на ее счет, можно было расстаться с одной приятной тайной. Нет, об аборте она думала с ужасом, хотя для нее это был последний из возможных вариантов. Ленька хотел от нее второго ребенка, изводил намеками, весьма откровенными и прямолинейными, пытался прятать таблетки, и даже один раз в ответ на ее «не хочу» брякнул: «Найдем тех, кто захочет», за что и схлопотал яблоком в лоб.

Сегодня утром Наталья сидела на бортике ванной с тестом на беременность в руках и задумчиво рассматривала две полоски. Да, она тоже хотела второго ребенка. Вовка подрастал, уже перешел в четвертый класс, бойко читал и болтал по-английски, обсуждал с Ленькой какие-то их общие мужские дела и обожал ездить с отцом в автосервис. Барсук хохотал, рассказывая, как сын попросил завещать ему отцовский аккаунт в «Танках», но Наталью от этой шутки пробрал легкий озноб.

Вовка еще маленький, он сам еще не понимает, насколько остро будет ощущать потребность в родном человеке лет через двадцать. Как сама Наталья. Может быть, мама предчувствовала, что уйдет так рано, почти сразу за отцом, но все же Наталья не осталась одна: брат и сестра, родная кровь, самые надежные и близкие.

Нельзя лишать сына поддержки в жизни, ему нужен брат или сестра, но дети не могут расти, как трава, ими надо заниматься всерьез: языки, бассейн, потом гимнастика, чтобы развить гибкость, а всякие кунг-фу или тэйквондо, на которых настаивал Ленька, можно и попозже, лет с двенадцати, если захотят. Работать, зарабатывать с двумя детьми она уже не сможет, да и незачем: Ленька вгрызался в работу, делал карьеру, и с каждым годом достаток в доме увеличивался.

Но распоряжался деньгами тоже он, Наталье ежемесячно выделялась сумма на ребенка, продукты, бензин, карманные расходы. На более серьезные покупки приходилось просить. А Ленька любил, когда его просили. Давал сразу, но смотреть, с каким видом он заглядывает в свой кошелек, становилось все неприятнее. Так что он сам дал ей в руки оружие. Оставалось только взвести курок:

- Знаешь, я тоже не против детей, но работа у тебя сложная (ага, взятки чиновникам московским передает), вдруг с тобой что случится, и мне надо будет одной детей поднимать. Думаю, нам лучше подстраховаться. - Она назвала сумму. - Номер моего счета ты знаешь. Не хочу тебя обижать, просто пойми, я в первую очередь мать, и только потом твоя любящая жена.

Надо же, Ленька не обиделся, Наталье показалось, что даже посмотрел на нее с некоторым уважением. Безусловно, для него это был сюрприз, но приятный, так как жена проявила предусмотрительность и здравый смысл. Думал два месяца, за это время Наталья вся извелась, потому что любимые джинсы уже застегивались с трудом.

И вот сегодня утром на телефон пришло сообщение из банка о зачислении денег на ее счет. Взвизгнув, Наталья расцеловала мужа в родные уши и нос, затем от избытка чувств слегка прихлопнула подушкой и вприпрыжку помчалась готовить завтрак. Наверное, все-таки не жлоб, просто расчетливый, но заботливый и любящий.

Да, «здесь все от мене зависит». Наталья, не торопясь и с удовольствием откусила бутерброд, затем скривилась, отставила наполовину полную чашку и побежала в туалет, подхватив по пути косметичку. Через пять минут вышла в гостиную и с торжествующим видом помахала у мужа перед носом тестом на беременность.

Еще через пять минут спустившаяся вниз Нинка обнаружила Наталью, уютно пристроившуюся на коленях у счастливого Леньки.

- Мы беременны, у нас токсикоз, - гордо объявил Барсук.

*

Калинины решили выехать, не дожидаясь завтрашнего дня. Важная встреча откладывалась на середину января, остальные тоже можно было перенести без вреда для бизнеса. Никите оставалось только заехать домой за вещами, по дороге заскочить к матери с купленными по ее списку продуктами, получить в награду пакет пирожков и добыть с работы жену. Та, вопреки ожиданиям, изменению планов не сопротивлялась, не спорила и согласилась закупаться в дорогу не в Москве, а в магазине на трассе – чего еще желать для семейного счастья?

На заправке Маришка выходить не стала, осталась в салоне, вытащила из сумки планшет и первым делом проверила почту. Ничего, пусто.

Марина Новикова, а в замужестве Калинина в свое время закончила Институт восточных языков с никому тогда не нужным китайским и очень приличным английским, лет десять поработала в фирме, торгующей китайской электроникой, а потом, набравшись храбрости, открыла свою собственную, но занялась продажей мебели, бронзы и текстиля.

- Понимаете, - говорила она подругам, - китайцы за время своей культурной революции пожгли нафиг весь антиквариат в помещичьих усадьбах, так что настоящее старье теперь и для них самих раритет. Слава Богу, мастера остались, учеников выучили, так что теперь они довольно успешно подделывают и мебель, и ширмы, и ткани, и нефрит и бронзу. Моим клиентам это только на руку. Они не бегают за двенадцатью стульями, а сразу заказывают вещи с заданными параметрами. Я им и шкаф с перламутровой инкрустацией могу добыть, и гардины с традиционным орнаментом, хоть как у императрицы Цыси. Любой каприз за ваши деньги.

Постепенно сформировалась очень приличная клиентская база, и когда количество сотрудников было увеличено до пяти человек, выяснилось, что одна из них Лариса, очень недурной дизайнер, увлекающийся ориентальным искусством. С тех пор прошло два года, и Лариса теперь вовсю ваяла дизайн-проекты, воевала с прорабами и в отсутствие хозяйки была способна провести переговоры с клиентами и поставщиками. «Лариса, все в порядке?» – быстро написала Марина.