Без Вины Виновата. (том 2)

Глава 25

Роман Борислава Урбанда, распечатанный на 120 листах, лежал перед Антониной, но она никак не могла заставить себя заглянуть в него и прочесть ту главу, в которой Борислав описывает её смерть.

- Что же ты приготовил для меня, неугомонный ты наш? Нет, не могу! - отодвинула она рукопись и встала.

Пошла на кухню, сварила крепкого кофе, заглянула в холодильник, молока не оказалось - Что ж, придётся дёгтем травиться, - прихлёбывая горячий напиток, Антонина вновь взялась за листы.

Моё имя Возмездие! Я тот, кто отомстит за любимую женщину всем прямо или косвенно замешанным в её смерти. На моём пути совершенно случайно возникло препятствие - это женщина, лет сорока-пятидесяти, привлекательной наружности, с короткой стрижкой каштановых волос и серо-зелеными глазами. Она детектив, хоть и скрывается под маской писателя. Как писательница входит в доверие и выпытывает то, чего знать ей совсем не полагается. Она идёт по моему следу, даже иногда на шаг опережает меня. Но я не в обиде! Мне интересно. Тупоголовые менты топчутся на месте, я же смеюсь, наблюдая за их тщетными потугами поймать меня. Я слишком умён для них.

Мне повезло, она сама мне позвонила. Поражаюсь я всё-таки женской доверчивости! Это судьба, решил я и поехал на встречу.

Эта бабёнка меня сильно разозлила, я не сдержался. Ничего, не долго ей осталось, не успеют на её нежном теле зажить мои побои. Сама виновата! Нечего было в душу лезть! Пусть теперь посидит в сарае. А у меня есть дела важнее, чем она, да и куда она может деться? Что бы такое для неё придумать?.. Есть! После театра незаметно вернусь в посёлок, в середине недели дачников там по пальцам можно пересчитать. Подойду к дому со стороны леса и устрою небольшой пионерский костёр из своего сарая. Только бы дом не загорелся. А-а, чёрт с ним, с домом, всё равно застрахован, да и нет в нём ничего ценного. Пока соседи очухаются, пожарных вызовут, пока те приедут... Тушить уже будет нечего. Всё правдоподобно, на улице жара, электропроводка на сарае хилая, ещё канистры с бензином. Даже если найдут обуглившийся труп и спросят меня, кто это может быть, смогу только плечами пожать. Откуда же мне знать, кто в моё отсутствие посетил мою частную собственность, да ещё вдобавок имущество спалил? Мало ли бомжей в округе. Напился, закурил, уснул... Горящий окурок выпал из пальцев сонного бомжа, вокруг него загорелась солома, огонь подобрался к канистрам, произошёл взрыв и, как следствие, пожар.

В этой главе только наброски, позже я опишу все её предсмертные муки, как она корчилась, объятая языками пламени, как Жанна Д`Арк на костре инквизиции.

- Это не художественная литература, нет! Это записки психа, натурально помешанного на убийствах ни в чём не повинных людей!- Антонина отшвырнула подальше от себя рукопись.

- Странно, он не упоминает о моём освобождении. Похоже, он и не собирался меня отпускать. Но тогда кто? Кто это сделал? Судя по времени, Урбанд никак не мог вернуться в Москву, пригнать мою машину в посёлок, затем на попутках добраться обратно в столицу, ведь он даже не знал, на чём я приехала на встречу. В это время он ехал в Калугу, где встретился с Вронским. Точно, так и было, со слов Глеба. Его сообщник? Возможно, он следил за мной. Но тогда почему помог мне бежать? Испугался? Чего? Никто не знал, куда он меня увёз. Тот, кто следил за мной, должен был твёрдо знать, что я больше никому не звонила, а значит, и не предупредила о возможном похищении. Чёрт возьми, я даже не думала, что такое может произойти, не то чтобы догадаться вызывать подмогу. Ерунда получается...

Предварительно созвонившись, Антонина встретилась с Костей и капитаном в 27-ом отделении РОВД.

- Антонина Васильевна! - в который раз упрекал женщину Костя, - мы же договаривались, что вы будете нам сообщать о каждом своем передвижении, тем более, это касается дела "Возмездие". Прочитав главу, где Урбанд описывает расправу с Антониной, оперативники окрестили дело об убийствах "Возмездие". Так и написали на папке, содержимое которой составляло пока всего несколько листочков - заявление потерпевшей гражданки Акопян о ее похищении гражданином Урбандом.

- Я не успела, - оправдывалась она, - да и понятия не имела, что моя встреча с Бориславом закончится столь плачевно.

- Кто же все-таки вас освободил?

- Понятия не имею. Это и для меня загадка. Может быть, сообщник Урбанда?

- Да нет, маловероятно. Судя по психологическому портрету, составленному доктором Агафоновым, Урбанд - одиночка. Он любит все делать сам, очевидно, из-за того, что в юном возрасте он никогда не был лидером, но всегда страстно мечтал об этом. По его поведенческой характеристике: он человек весьма несдержанный, хотя может, если захочет, быть обаятельным, но при малейшем неподчинении ему впадает в гнев и теряет над собой контроль, правда, это касается его потенциальной жертвы.

- Вот здесь, простите, я не могу согласиться с психологом. Если бы он был неуравновешенным, то обязательно где-то бы прокололся. А Урбанд все просчитывал до мелочей, даже то, как будет вести себя его жертва в той или иной ситуации. Его кредо - именно холодный расчет, внезапность нападения и огромная выдержка. Да и не выглядит он неврастеником.

- Все серийные убийцы и маньяки своим поведением не отличаются от нормальных людей, годами живут среди нас, и окружающие даже не подозревают об их больном сознании.

- Да, я понимаю, они своего рода психически ненормальные. Но Урбанд - это нечто совершенно отличающееся от прочих с больным воображением. Он мог всю жизнь прожить и даже мухи не обидеть, если бы не смерть любимой женщины. Вот тут-то у него в голове что-то и замкнуло.