Лишняя невеста

Глава 16

Начать с того, что все участницы Отбора - й’эвили, что здесь и в самом деле обозначает чуть ли не божество. Конечно, до божества, на мой взгляд, тут далековато, но факт остаётся фактом: й’эвили – самые сильные чародейки этого мира. Так что пофиг, что понятия не имею, как с магией обращаться, научилась бы. Я упёртая и способная. А ещё злая очень, что тоже на руку.

Только вот, мелочь какая досадная: времени на науку у меня нет. И, похоже не будет… Но даже фиг с ней, с магией.

Первым по-настоящему шокирующим открытием для меня стало известие, что й’эвили здесь сами себе не принадлежат! От слова совсем. Мол, слишком хороши, чертовки, чтобы распоряжаться собственной судьбой. Дарам некой Великой Светлой (я так и не поняла, кто это, наверняка ещё какое-нибудь божество, рангом повыше) сие не пристало. А что? Эл. Логика.

Короче, чародейки й’эвили - самое, что ни на есть, народное достояние, а если быть точной – собственность правительства этого их Дендрариума, то есть Демантуума, или Королевства Семи Герцогств.

Не знаю, что там не поделили, или, наоборот, поделили в далёкой древности семь герцогов, и при чём тут эти самый й’эвили: на все вопросы, хотя бы косвенно затрагивающие эти темы, Майло наотрез отказывался отвечать. Суеверно плевал себе на плечи и оглядывался.

Так что почему местным королевством без короля правят семь герцогов, и, опять-таки, причём тут й’эвили, предстояло выяснить.

Местные герцоги, оказывается, не просто правят, а буквально оживляют свои герцогства, а с ними и весь этот Демантуум. Ладно, может, с оживляют я перегнула, тут уж Майло виноват – с таким придыханием стилист отвечал на мои вопросы о магии, «о чудотворной силе, наполняющей жизнь смыслом», о силе, «которой они тут обязаны решительно всем», а главное – «защитой границ государства людей», за которыми, как я поняла, обитает разная дрянь. Магии же человеческие земли обязаны и собственным процветанием (вот тут готова поверить, пока ничего, кроме роскоши, не наблюдала, хотя, может, это только столица, а глубинка здесь… как у нас). В общем к концу сего страстного монолога я уже даже не сомневалась, что магия в этом мире важнее человеческой жизни.

Как у нас деньги, например. Независимо от количества, их всегда не хватает, они необходимы для жизни в роскоши и больше всего их у власть имущих – во времена монархии. Тут же монарх ещё и что-то вроде верховного жреца – очень удобно, с церковью делиться не надо.

Герцоги здесь что-то вроде проводников магии в мир, точнее, каждый в своё герцогство. Каждый герцог при принятии наследия «подключается к волшебному серверу» и наполняет чудотворной силой подвластных граждан. Удобно, что тут скажешь. Подозреваю, что не так это просто, учитывая мои потуги управлять теми самыми нитями. Хотя я ж покамест, как есть, обезьяна с гранатой.

Но есть и «тёмная сторона». Не станет герцога – исчезнет магия и навернётся защита границ, причём не только территориальных, а и других измерений, откуда так норовят атаковать «ворлоки и прочие создания тьмы».

Конечно, укокошить герцога не так-то просто.

Не зря он подключается к некоему чудесному Источнику, откуда впоследствии всю жизнь черпает магию, чтобы раздать её подданным. Но всё же вместе с «интернетом животворящим» в сеть просачиваются и разные вирусы. Короче, дрянь разная, в терминах я тут пока плаваю.

Так что, увы, самый мощный удар (зачастую единственный) наносится во время «подключения к интернету», то есть «принятия наследия».

И вот спрашивается, какое отношение к местному магическому замуту имеют чародейки й’эвили, сильнейшие в своём роде. А такое, что прежде чем принимать наследие и подключаться к главному источнику магии, герцог должен жениться.

На й’эвили. То есть на одной из тех самых чародеек, в высшей касте которых я отныне имею честь состоять.

Что важно – в этом мире правит бал строгая моногамия, то есть гаремов из й’эвили здесь не держат. Хочется сказать и на этом спасибо. Но лучше всё же воздержаться от преждевременной благодарности, потому что очень скоро станет понятно, что благодарить новый мир вообще не за что.

Сам себе жену герцог не выбирает. Вроде и тут всё логично. Политика. Но поскольку здесь всё строится на магии, женой верховного мага должна стать самая сильная чародейка. В нашем мире к невестам раньше приданое прилагалось. И сейчас, конечно, тоже случается.

Здесь же жена для герцога выбирается «независимым экспертом», то есть, магией, с помощью древних артефактов.

По мере того, как участницы Отбора справляются с испытаниями, артефакты решают, какая наиболее достойная. То есть сильнейшая. Именно она и становится герцогиней. Но и это ещё не всё.

Мало герцогу жениться, мало принять наследие, нужно ещё при этом выжить.

- Потому что не все выживают, - со вздохом сообщил Майло и его помощницы сочувственно зацокали языками.

Кроме того, пообещавший людям защиту и светлое будущее, и не сдержавший своего обещания герцог, считается недостойным фамильной усыпальницы и имени рода. Хоронят таких где-нибудь на обочине, в безымянной могилке, и тут же забывают. Так велит закон.

Хуже обстоят дела со вдовой герцога. С герцогиней.

Она отправляется в Орен-гой (тут стоило приложить немалых усилий, чтобы не подпрыгнуть прямо во время педикюра, но я всё равно дёрнулась и… пришлось перекрашивать ноготь заново), в Обитель Скорби, где до конца дней замаливает преступление своего мужа.