Магия души. Дорога к трону

Глава 15.1

– Моя память… Вскоре я обрету свою память вновь!

Сэр Симон всё ещё не мог поверить в своё счастье. Пусть в библиотеке он работал не так давно, но, всё же, мысль о том, что у него нет ни единого чёткого воспоминания о прошлом, всё это время давила на него, заставляя время от времени вспомнить ничего не значащую картину, а после – поддаваясь унынию понимать, что откуда она, ему уже не вспомнить.

Но теперь, когда помощь его памяти понадобилась и лорду, и леди, он гордо поднимал голову вверх и с нетерпением ожидал того момента, когда сможет наконец оказаться более полезным, чем держатель библиотеки.

– Не стоит так радоваться. Это лишь на время, – лорд дер Равенгер вёл всю их компанию к одному из залов, куда ещё не ступала нога Люды. Для чего он, девушка всё ещё не понимала, ведь в этом дворце есть множество помещений. Однако, по заверению Амадея, именно в этом была наиболее благодатная атмосфера для магии. Какой именно должна быть аура помещения, Людмила наверняка не знала, но…

Приложив руку к кулону, подаренному королевой, она вновь посмотрела на лорда – тот, несмотря ни на что, двигался вперёд. Ей был совершенно понятен тот факт, что дракон делал это без особого удовольствия, но, так как между ними было пари, он всего лишь выполнял свою часть договорённости.

В нём не было ни капли любопытства. И, всё же, спустя несколько дней после судебного заседания и того, как он поговорил со своим сыном, улыбка на его лице стала появляться чаще. Во всяком случае, так казалось Людмиле. Кажется, теперь она больше обращала внимание на его черты лица, его манеру говорить, его умение вести разговор и все те достоинства, которые раньше казались ей лишь недостатками.

– Но… Рано или поздно мне придётся покинуть этот мир, – девушка рассуждала об этом так, будто ей нужно было умереть. В какой-то мере теперь она боялась уходить назад.

Что у неё было там, на Земле? Многое, по её меркам. Без преувеличения любимая работа, опыт в научной деятельности, который, наверное, она бы ни на что не променяла. Плюс, впереди маячила перспектива докторской степени, за которую девушка хваталась как за спасательный круг. Она не думала о том, что за такое, возможно, будут платить больше – она бредила научной работой, любила литературу и даже подумать не могла о том, что однажды распрощается со своей обычной жизнью.

Она вновь посмотрела на лорда, понимая, что через три года ей придётся попрощаться и с ним. Кроме того, ей придётся исчезнуть из жизни Экберта, а что до принца… Кто знает, какие ещё дворцовые козни подстроит ему королева.

И, всё же, основным корнем зла был именно Амадей. Люда чувствовала привязанность к нему; знала и уже признавала то, что любит его, пусть и не той буйной любовью, которую так часто описывают в любовных романах, о которых этот факт она знала только по аннотации. Это было что-то большее, осознанное уважение, желание быть ему нужной, поддерживать и дарить своё тепло. А он… Что же, он отвечал ей взаимностью, пытаясь стерпеться с её «попаданскими» выходками, защищал и поддерживал в те моменты, когда ей это было нужно.

Она свыклась с этим, девушка действительно хотела этого и со скорбью понимала, что лишится этого в тот момент, когда исчезнет из этого мира.

Как она будет жить в своём мире без него?

Никак.

Именно эта мысль так будоражила её воображение, заставляя выдумывать новые варианты. Ей казалось, она хочет усидеть на двух стульях одновременно: иметь всё то, что было у неё в родном мире, но, при этом, быть с Амадеем. Кажется, её мировоззрение разрывалось на две части, а ответов на поставленные вопросы она не находила. Возможно, если бы была магом, она…

Нет, даже думать о том, что она станет чародейкой или просто будет иметь дело с магией, ей не хотелось. С жестокостью этого мира ей приходилось мириться из раза в раз, но к тому, чтобы стать частью этого, она не могла даже и помыслить.

В конце концов, ей придётся уйти.

Наверное.

Она до сих пор не знала. Металась, пытаясь выбрать и даже сейчас, когда в голове должны быть совершенно другие мысли, отметала их, вспоминая о собственных проблемах.

От раздумий Людмилу отвлёк Мурр. Своей вальяжной походкой он вышел в коридор, и, с той же кошачьей грацией что и раньше, быстрым бегом догнал всех троих, после чего стал усиленно тереться о ноги Люды. Такое поведение ей совершенно не нравилось. С чего вдруг существо стало настолько миролюбивым ей было не знать, но, всё же, все они зашли в зал.

Помещение удивляло своей роскошью, но, всё же, вместо привычных ей белоснежных, местами позолоченных колонн её встречала настоящая тьма, в которой она не сразу смогла рассмотреть бесподобные вензеля, неподражаемую резьбу и несколько окон, закрытых удивительно мягкими тканями, от чужих глаз. Вся комната настраивала на мистический лад и даже огромный круг в центре на секунду показался девушке настоящей пентаграммой.

Но, всё же, она попыталась держать этот страх в себе. Когда она отошла к стене, кот снова стал тереться у её ног в молчаливой мольбе о том, чтобы его взяли на руки.

– Боишься лапки замарать? – Людмила недовольно хмыкнула на кота, но подняла глаза, чтобы наблюдать за происходящим.