Свет нашей песни. Части 1-2

Часть первая. Глава 2. Сердце Леса. Осень

Эцэлэт

Сюда редко приходят люди.

Раньше я удивлялся – почему так, разве скрытый источник не манит, не тянет к себе? Здесь сумрачно, поток света не бьет от земли к небу, – но воздух прозрачен, напоен особой тишиной. Стоит приблизиться, и кожу колет холодом, каждый вдох уносит сомнения и усталость. Не всякая трава растет здесь, не всякие цветы, но, приглядевшись, можно различить мерцанье на острых листьях.

Поляну обступают деревья, старые, ветвистые, помнящие сотни лет. Над головой еле слышно шелестит листва, звезды мерцают среди ветвей. И источник, невидимый, прекрасный, омывает меня радостью и покоем, поет: Эцэлэт, Эцэлэт, мой посвященный, ты со мной.

Пустые мысли исчезают бесследно. Вот моя судьба, вот мой путь – служить источнику, петь вместе с ним.

Да, раньше я удивлялся, но теперь понимаю: если бы люди слышали голос источника, поющего в деревне, если бы по настоящему любили его свет, – то приходили бы и сюда. Поверили бы мне, и все было бы иначе.

Но все будет иначе.

Я склонился, чтобы лучше разглядеть следы. Легкие, едва приметные, – но я видел их, знал, кто приходил, пока меня не было здесь, пока я блуждал по звериным тропам, скрывался в тенях и натягивал тетиву. Над следами парил тихий отзвук, трава на поляне была примята: Нэйталари сидела тут, пела скрытому источнику или слушала его голос. Память о ней дрожала в воздухе.

Раз пришла – значит понимает! Предчувствие вспыхнуло, окатило холодом и жаром, заставило сердце биться чаще. Может быть, Нэйталари уже стала посвященной, вошла в совет деревни? Нет, нет, – шепот источника обвил мои мысли, вновь растворил в ясности и покое. Нет, она еще не прошла посвящение. Может быть Атеши, ее учитель, не позволяет ей? Может быть, совет посмеялся над ней, как надо мной? Нет, невозможно. Вся деревня любит ее.

Я лег на землю, раскинул руки, – теперь не различить, где мои следы, где следы Нэйталари. Слушал подступающий холод, тишину засыпающего леса, смотрел на звезды и на призрачный, дрожащий в воздухе свет. Источник звенел под землей, тек в моей крови и дыхании, я сам себе казался легким, незримым как и он. Я его воля, я его голос, почему же другие не видят этого?

Почему не хотят увидеть?

Я был младше, чем Нэйталари теперь, когда моя жизнь изменилась, превратилась в служение. С ранних лет манила меня, охота была лишь предлогом, чтобы скрыться в зеленом сумраке, слушать шелест листвы и скрип ветвей, пить воду ручьев и вдыхать запахи леса. Блуждая без цели, я всегда оказывался здесь, – словно эта поляна звала меня, словно ждала.

«Да, особое место, – соглашался учитель, – там никто не охотится, пусть остается нетронутым. Его называют скрытым источником. – Пожимал плечами, смотрел на меня с недоумением. – Что ты там ищешь? Там потому и нет деревни, что источник спит, ни с кем не делится своим волшебством. Если хочешь набраться силы – пой у источника деревни».

Но я не послушался, снова и снова возвращался сюда. Лежал на земле, как сейчас, смотрел в небо и чувствовал – еще немного и прикоснусь к чему-то неизведанному, прекрасному, и все наполнится смыслом.

Так и случилось. Невидимый поток подхватил меня, увлек. Душа стала искрой, летела и была неподвижной, сияла и не сгорала, звучала в мерцании звездного ветра. Этот ветер тек сквозь мир, пронизывал его, то здесь, то там разрезал землю, вздымался потоками света. Люди пели и колдовали у этих потоков, их сердца согревались, наполнялись светом. А далеко, за лесами, долинами, реками и грохочущим водопадом вставали черные горы. Там, в пещерах сверкал самый яркий источник, первый источник. Сияние расходилось от него незримыми путями, наполняло землю. Исток, питающий тысячи рек волшебства, тысячи рек, возвращающие свет истоку.

Я растворялся в волнах песен, в мириадах нерожденных и погасших звезд. Чувствовал – еще миг, и на поляне останется лишь мое тело, холодное, пустое. Должен был решить – остаться здесь, среди звучащего света, или шагнуть назад, вновь стать человеком, но уже другим, навеки связанным с источником.

Принести в мир еще больше света – вот в чем смысл, вот зачем я рожден! Я понял это и шагнул назад.

Оказался опять на поляне, на холодной земле, но слышал теперь, как скрытый источник поет подо мной, надо мной, повсюду: Эцэлэт, Эцэлэт, служи мне, свети, сияй.

Так я стал посвященным и каждый раз, приходя сюда, вспоминаю тот день.

И стараюсь не вспоминать, что было потом. Но разве могу забыть?

Я вернулся в деревню, рассказал учителю. И тогда – единственный раз – его взгляд наполнился изумленной радостью. Он гордился мной, как никогда прежде. «Скорее иди к совету, – сказал учитель. – Они должны знать».

И я успел, прибежал к источнику, когда они еще не разошлись, допев вечернюю песню.

Свет струился, узнавал меня, признавал. Мне казалось, два источника соприкасаются в моем сердце, наполняют меня счастьем. Я хотел говорить кратко, но не мог остановиться: слова рвались на волю, и я рассказал обо всем, ничего не тая. Старшие стояли неподвижно, и, когда я договорил, еще долго хранили молчание.

Это молчание становилось все холодней, все жестче. Я пытался понять, что сделал не так – может быть, нельзя вслух говорить о сути вещей, может быть, это тайна? Обводил взглядом стоящих передо мной, но все они в этот миг казались мне одинаковыми. Я пытался взглянуть новым зрением, увидеть сквозь призму волшебства, как сияет и горит в их сердцах свет источника, но чувствовал лишь слабый отблеск, отголосок эхо. Я словно оказался в дурном сне, где совет деревни подменили чужаки и самозванцы.