Девушка с севера. Сердце огненного короля

Глава 24 - 2

Собрав непослушную копну и закрепив их лентой, граф Фаулз наклонился к возлюбленной и шепнул на ухо, так, чтобы его слова вызвали легкую щекотку:

- Я завязал очень красивый бант, - он говорил шутливо, - надеюсь, он долго продержится, потому что я очень старался.

- Какой ты молодец, - полу-ласково полу-иронично отозвалась Мирна, развернулась к нему лицом и подступила ближе. Ужасно захотелось обнять его, почувствовать его всем своим телом.

Обхватив ее руками, прижав к себе, Грегор поймал себя на совершенно неожиданной мысли. С появлением в его жизни Мирны в голову приходило много новых идей, много новых фантазий о будущем, которое раньше он абсолютно не представлял.

Но эта была совсем из ряда вон.

Ему представилось, что в будущем у него могла бы быть дочь. У них могла бы быть дочь. И он бы точно также расчесывал и собирал в прическу ее волосы. Хотелось бы, чтобы ее волосы были такими же, как у Мирны... Хотя... Чем плохи его иссиня-черные?

Он бы научился заплетать косу. Или даже освоил бы разные ее виды. Делал бы разные прически, и красивые, и забавные.

Он ни раз слышал, и вполне мог это понять (особенно насмотревшись на невзгоды возлюбленной), что мужчины предпочитали мечтать о сыновьях. И он был бы очень рад сыну, он бы многому его научил, он бы постарался стать лучшим примером для подражания. Но мысль о дочери, которая будет похожа на Мирну, которая будет умна и сильна, как все северянки, казалась ему такой особенной, такой приятной и жизнеутверждающей... Хотя он не мог объяснить, почему.

- Думаю, нам пора... Пора идти в усадьбу. Домой... - возлюбленная подняла на него голову и посмотрела вопросительно, будто бы спрашивая у него разрешение.

Ей вдруг стало страшно. Вернуться домой, после всего случившегося... К тому же княгиня не тешила себя иллюзиями. Она прекрасно понимала, что пустой, безлюдный дом будет в плохом состоянии.

К тому же тот способ, каким они пробирались внутрь... Она чувствовала себя воровкой, а не хозяйкой.

Но другого пути не было. Нормальный въезд был перекрыт и охранялся. На препирательства и разборки с теми, кого поставили следить за ним ушло бы много времени, и не было никакой гарантии, что это привело бы к нужному результату.

Они прошли через ход, которым пользовалась Ротта, когда проверяла состояние усадьбы. Грегор даже показал Мирне ту самую канаву и в красках рассказал, как со всей дури в нее упал. Он хотел хоть немного развеселить ее...

Но княгиня была слишком напряжена.

Опустевший сад выглядел очень запущенным. Разрослась зелень, покрылись трещинами небольшие статуи и облупился лак на деревянных скамейках. Впрочем, эта картина еще показалась Мирне терпимой. И при жизни отца сад не отличался ухоженностью. То впадавший в уныние, то занятый глобальными замыслами, которые были ему не по плечу, князь всегда забывал о том, что находилось под носом.

Настоящим испытанием стала усадьба.

Войдя в заброшенный, обветшалый малый зал, в который можно было попасть со внутреннего двора, увидев всю эту пыль, паутину, обвалившуюся с потолка краску, высветленные обои, Мирна застыла и чуть не схватилась за сердце.

Все выглядело так, будто люди не появлялись здесь целую вечность! Боги! Но разве прошло столько времени?

Впрочем, стоило признать, что все пошло в упадок еще до ее приезда в столицу. Многим комнатам требовался ремонт, а княгиня была разорена. А сейчас... Она видит результат абсолютного запустения. Никто не топил дом, никто не боролся со влагой и с холодом.

- Все... Все можно привести в порядок, - Грегор осторожно тронул ее за плечо, надеясь вернуть возлюбленную к жизни, - стены здесь прочные, крыша не просела, с фундаментом, полагаю, все тоже хорошо, - будто желая подтвердить свои слова он подпрыгнул на месте и отметил, что пол крепкий.

Только даже Мирна понимала, что пол и фундамент - разные вещи. Наверное, на ее лице как-то отразилось недоверие к его оптимизму, ведь граф Фаулз поспешил прибавить:

- Здесь всего лишь нужен косметический ремонт. Всего лишь нужно вложить некоторые средства...

Княгиня устало потерла лоб и уперлась спиной об стену. Всю мебель давно увезли и сесть было некуда.

- Вложить средства... - повторила она, - Грегор... Есть ли в этом какой-то смысл?

- А как же! Или... - он немного запутался, - я думал ты хотела бы вернуться домой. И жить здесь. В Дурхаме.

Княгиня закачала головой и хлестнула руками по бокам.

- Я бы хотела, но... Разве разумно будет что-то делать, пока судьба Дурхама не определена? На ремонт усадьбы уйдут деньги, и мы оба знаем, что это будут не мои деньги. Их у меня нет... А потом закончатся переговоры, и усадьба вдруг перейдет в Ивтан!

- Во-первых, давай не будем считать деньги, их достаточно, - в голосе Грегора послышалось легкое раздражение. Он ведь только что нафантазировал себе такое чудесное будущее! - во-вторых, мы не отдадим усадьбу Иватну. Это твой дом.

- Как ты можешь быть в этом уверен? Кто знает, что им нужно? Что они хотят?

- Явик хочет стать великим, - Грегор подшагнул к ней и положил ладони ей на плечи, желая успокоить, - ему нужна красивая картинка в учебнике по истории. Для него это все символично, а не практично. Он будет согласен и на большой кусок пустой не обжитой территории. Полагаю, ему это даже больше придется по душе. Львиная доля княжества - сплошные холмы да леса. Можно отдать ему это, и он с радостью вычертит новый размашистый контур на карте.

Мирна выдохнула тяжело. Она не могла поспорить с Грегором. Он разбирался в таких делах намного лучше нее. Но его слова не успокоили. Пожалуй, даже разозлили.

То, какой она увидела усадьбу, то, что она почувствовала, шло в такой разрез с ощущением свободы, которое настигло ее во время их гонки верхом. Наверное, именно из-за этого контраста удручающая картина произвела на нее куда более сильный эффект и заставила усомниться, что все наладится так просто.