Станция

Станция

Снежные барханы были едва различимы через замёрзшее окно автопоезда, уже вторую неделю идущего в пути по белоснежной пустыне севера. Отопление вагончика работало на полную мощность, однако температура внутри не поднималась выше, чем плюс семнадцать градусов по Цельсию, что и так было уже роскошью, дарованной новеньким дизельным двигателем тягача, тащившего за собой шесть вагончиков. За окном постоянно светило солнце. Денису было трудно привыкнуть к тому, что на Севере нет смены для и ночи как таковой – либо несколько месяцев светит солнце, либо примерно столько же длится полярная ночь.

Поправив сползший плед, Денис повернулся спиной к окну в надежде хоть немного поспать, что не удавалось ему с момента начала путешествия. Койка была узкой, жёсткой, и назвать её комфортной у парня язык не поворачивался. К стенке прижиматься было просто невозможно – она была просто ледяная. На полу вовсе гулял сквозняк, да с таким холодом, что пробирал до самых костей. Для многих членов экспедиции такое путешествие было не впервой, лишь Денис и Антон были новичками в северных пустошах. Денис был представителем корпорации, занимающейся полярными исследованиями, в основном в области метеорологии. Его послали практически насильно с целью инспекции новой полярной станции «Андромеда», поставив перед выбором: либо ещё пять лет работает на текущей должности, - а работа была не сахар, - либо он доблестно выполняет приказы, и после инспекции Андромеды его рассмотрят на более высокую должность. Денис и так работал в поте лица на должности инспектора полярных объектов уже четыре года без каких-либо повышений, и такой шанс он упускать не мог, несмотря на то, что впервые отправился в столь отдалённое место, где уличная температура в районе минус сорока градусов, а объект находится в такой глуши снегов, что туда ни на воздухе не доберёшься, ни по морю. Он был рад, что его не на станцию «Восток» отправили - там вообще холода достигали минус восьмидесяти.

Андромеду строили два года с задержкой аж в четыре месяца, чему способствовала долгая буря. Тем не менее, строительство должно было быть завершено. Велись последние монтажные работы группой из четырёх человек, с которыми была утеряна связь. Они целый месяц не выходили на контакт, руководство компании решило, что всему виной неисправность спутниковой системы связи или что ещё хуже – отказ дизельного генератора, что практически гарантировало бедолагам смерть от холода. Генератор был один, второй планировалось поставить уже после открытия станции. Как бы оно ни было, была снаряжена срочная экспедиция и отправлена в Андромеду для выяснения причин потери связи и инспекции самого объекта.

Помимо Дениса, в группу входил такой же новичок, Антон Скорецкий. Он был специалистом по телекоммуникациям и радиосвязи. Он, как и Денис, совершенно не желал отправляться в морозный круиз, но руководство умеет убеждать. Остальные члены экспедиции были, как говорится, «закалённые в боях». Самые настоящие полярники, переведённые с других станций для работы в Андромеде, но больше походили уже на пенсионеров. Они, как и Денис, сидели в тесных вагончиках, ожидая часа прибытия. Если Денис и Антон были похожи на выбритых офисных клерков, дрожащих даже при плюс семнадцати, то полярники походили больше на бородатых медведей с большими ручищами. Казалось, что им вообще холод нипочём, и весь путь проходил у них радостно: с песнями, байками о насмерть замёрзших новичках, отчего Дениса при каждой истории меандрах хватал, и конечно же, всё это было разбавлено выпивкой, причём водкой – полярники такую мелочь как пиво просто не пьют.

За время пути автопоезд ломался лишь один раз, что полярники называли большой удачей, потому что, с их слов, бывало так, что поломки случались чуть ли не каждый километр пути. Ремонтировалось это дело всё обмёрзшими пальцами и красочными матюками, которым позавидует любой придворовый гопник. Однако автопоезд был новым, и маршрут прилегал не по самым холодным территориям, что благоприятно отразилось на всём пути следования.

Если Денис старался быть сдержанным, так Антон едва не паниковал чуть ли не из-за каждой остановки. Он боялся, что автопоезд сломается так, что дальше не поедет. А спасателей ждать, как минимум неделю, если не больше. За это время можно хорошо так замёрзнуть, и такие доводы, что стоит отменный дизельный двигатель, есть дизельный генератор для обогрева, что запаса топлива вообще на полгода его не особо вдохновляли. Когда тягач сломался – разорвалась одна из гусениц, - то Антон всерьёз решил дойти оставшийся путь самостоятельно. Пешком. Сорок километров. Благо, полярники попались заботливые и, дав ему зажигалку, отпустили в вольный путь с такими широкими улыбками, коих в фильмах даже не увидишь. Антон не прошёл и пяти метров, как тут же вернулся в вагончик и за весь день не проронил ни слова, впрочем, как и на следующий. Гусеницу же починили ремкомплектом всего за час, и движение продолжилось.

Денис летал на самолётах, вертолётах, ездил на поездах и даже на морском корабле побывал с инспекцией как автоматических метео и исследовательских станций, так и основанных на ручном труде. Тем не менее он ещё никогда не был в столь захватывающей ситуации, как нахождение в гуще снегов, где рядом нет ни одной живой души, даже зверей. Где, если что случится, никто не тебе не поможет, и помощи ждать неоткуда. Его жизнь напрямую зависела от опытных полярников, а те, в свою очередь, несмотря на всю закалку, были зависимы от дизельного тягача, ведь если тот полностью выйдет из строя, то в этих краях враг просто станет непобедим, и имя ему - холод.

Двухнедельная поездка по снежным барханам подошла к концу, о чём было оповещено машинистом по рации. Осталось всего каких-то несколько жалких километров. Шутники-полярники предложили Антону пешочком дойти, раз уж ему так не терпится, но тот лишь сильнее забился на своей койке. Нет, полярники не жестокий и не злой народ, у них своя специфика юмора, да и общения в целом. Либо ты вливаешься в коллектив, либо едешь домой, всё просто.