Мальтйский рыцарь

ЧАСТЬ I МЕЧТЫ КАМИЛЛЫ (1558 – 1559) Глава 1 МЕЧТЫ КАМИЛЛЫ

Благодаря недавним дождям Сена в окрестностях Берси, пригорода Парижа, снова стала широка и полноводна. Но в августовскую жару вся мелкая фауна попряталась в заросли. Лишь после полудня подул лёгкий ветерок, не принёсший облегчения. Поэтому плеск речной волны и звук уключин вызвал любопытство у белки, угнездившейся в дупле одиноко стоящего дуба. Высунув мордочку, она чёрными глазками-бусинами проводила плывущую лодку и снова спряталась в дупло. Тем не менее, людей, сидящих в лодке, жара, казалось, ничуть не смущала. Девочка лет тринадцати в широкополой соломенной шляпе рассеянно озирала пустынные берега, в то время как два мальчугана, один постарше, другой помладше, усердно пыхтя, работали вёслами. Неожиданно блондиночка заметила:

-Вон уже Венсенский лес. Пора возвращаться, Роже. А то, боюсь, меня хватятся.

-Как прикажете, мадемуазель, - паренёк постарше почтительно наклонил голову. После чего, обращаясь к другому своему спутнику, властно произнёс:

-Жером! Ты слышал, что сказала мадемуазель Камилла? Давай, поворачивай!

Тот, словно только дожидаясь его приказа, поспешно утёр пятернёй струившийся по лбу пот и вместе со старшим братом принялся разворачивать лодку. Некоторое время в лодке царило молчание. Потом Камилла вдруг спросила:

-О чём ты мечтаешь, Роже? Наверно, хочешь стать управляющим, как твой дед?

-Нет, мадемуазель, - не задумываясь, ответил Роже, который был года на два-три старше Камиллы. – Я хочу стать солдатом.

-Почему?

-У солдата всегда есть монета в кошельке. И он никому не подчиняется, кроме своего командира.

-А ты, Жером?

В отличие от брата, двенадцатилетний Жером задумался, после чего рассудительно произнёс:

-Монахом, мадемуазель. Я слышал, что в монастыре, кроме постных дней, каждый день дают фунт говядины и пинту пива или вина.

Отвернувшись от своих спутников, Камилла некоторое время молча смотрела вперёд, а потом вдруг снова сказала:

-А я мечтаю стать Орлеанской девственницей!

Братья переглянулись, после чего Роже, сплюнув в воду, глубокомысленно изрёк:

-Я думаю, Париж – лучше Орлеана. Хотя девственниц там и вправду мало…

-Мадемуазель Камилла имела в виду святую Жанну, - поправил его Жером.

-Ну, и какие чудеса совершила эта святая? – недоверчиво поинтересовался Роже.

-Спасла Францию! – ответила вместо его брата Камилла.

Тем временем лодка, подталкиваемая течением, быстро неслась вперёд и вскоре уже причаливала к берегу. В этот момент там появилась какая-то женщина.

-Вот и Марион!

Роже было протянул руку, чтобы помочь Камилле выбраться из лодки, но та, подхватив свои юбки, легко перепрыгнула через борт и, не оглядываясь, пошла навстречу Марион, которая вынянчила её. Это нянька рассказала Камилле о подвигах Орлеанской Девы, так как сама была родом из Лотарингии, где до сих пор хранили память о том, как Жанна д’Арк приезжала к герцогу Рене просить помощи против англичан. Приблизившись, Камилла разглядела взволнованное выражение на загорелом лице женщины.

-Что случилось, Марион? Матушка хватилась меня?

-Ваш батюшка приехал, мадемуазель! – выпалила та.

После чего уже более степенно добавила:

-Господин де Нери захотел увидеть своих детей и хозяйка послала меня за Вами.

Взвизгнув, Камилла бросилась на шею Марион и расцеловала её в обе щёки:

-Ах, какое счастье! Наконец-то отец вернулся!

После чего, бросив шляпу на землю, побежала к дому. Нянька же, подняв шляпу, поспешила следом.

Во дворе Камилла увидела слуг, разгружавших повозки. Руководил ими пожилой турок с кривым ятаганом на поясе, который был личным камердинером банкира де Нери.

-Рада тебя видеть, Хасан! – воскликнула девушка.

-Ас-саляму алейкум, хатун, - тот усмехнулся в усы.

-А где отец?

-Хозяин пошёл к хатун Сапель…

Кивнув турку, Камилла поднялась на второй этаж, где располагались женские комнаты. При входе в спальню матери она оправила юбку и пригладила волосы, но сцена, открывшаяся там её глазам, была отнюдь не для глаз юной девицы: её родители страстно целовались, не замечая ничего вокруг. Первым порывом Камиллы было на цыпочках выйти из спальни. Тем не менее, Изабель, по-видимому, что-то почувствовала и слегка отстранилась от мужа.

-Что случилось, дорогая? – поинтересовался банкир.

После чего обернулся и, нимало не смутившись, весело произнёс:

-А вот и моя младшенькая!

Камилла любила мать, брата и сестру, но отца она просто обожала. И знала, что тоже была его любимицей. Широко раскрыв объятия, Анджело прижал её к груди, а потом вдруг приподнял и немного покружил, совсем, как в детстве.

-Ты стала уже совсем взрослая, дочь моя! – ласково и, в то же время, с лёгкой печалью произнёс он, поставив Камиллу на пол.

-Да, нашим дочерям пора подыскивать женихов, - поддакнула Изабель.