Злодеи и гении. Проклятая картина

Новости из первых рук

После ужина в «Paradis» я проводил Татьяну Юрьевну и вернулся домой. Лев Николаевич уже отужинал и ждал меня в гостиной, попыхивая «Арнольдом Андре» и рассматривая зыбкие кольца пахучего дыма, плавно летящие к потолку. По некоторым деталям я догадался, что у него есть что-то новенькое, однако начал он совершенно с другого конца:

– Не хочу вмешиваться не в своё дело, дорогой Михаил, но всё же… где вы встретились с Татьяной Юрьевной?

Его интерес показался мне довольно странным, однако я ответил:

– На Николаевской нашёлся ресторан «Паради», и мы там поужинали. Кстати: вы не поверите, но в меню оказалось ваше любимое вино «Сира»!

– Угу! – промычал Измайлов. – «Сира», значит?

– Да. Не скажу, какого года, но вкус оригинальный.

– Дорогой Михаил! – с небывалой горячностью приступил он к увещеваниям, так что я, грешным делом, подумал, будто сейчас начнётся проповедь о том, что негоже молодому человеку встречаться с новоиспечённой вдовой. Однако дело было в другом:

– Вы же знаете, что у меня есть «Сира», и для вас – совершенно бесплатно. Вам известно, что Арина готовит в десятки раз лучше, чем в каком-то «Паради». Наконец, вы могли бы догадаться, что один я весь ужин не съем.

Мне стало даже смешно от его основательных доводов:

– Не придём же мы с Татьяной Юрьевной сюда, чтобы помочь вам доесть ужин.

– Именно! – вскричал мой друг, потрясая пальцем. – Именно об этом я вам и толкую: зачем употреблять трактирную пищу, когда можно прийти домой и после ужина уединиться, если моё присутствие помешает доверительности беседы?

Новый поворот в разговоре смутил меня:

– Ваше присутствие?.. Речь о другом: Татьяна Юрьевна хотела поговорить со мной… – здесь я окончательно сбился.

Измайлов продолжал уговаривать:

– Будьте уверены, что я не посмею вам мешать и уйду немедленно, но зачем же мучить желудки простецкой снедью?

С «простецкой снедью» он, конечно, перегнул палку, и ужин в ресторане не пробил бы брешь в моём кошельке, но, справедливости ради, все гастрономические изыски «Паради» не могли сравниться с обедами и уютом дома на Миллионной. В конце концов, мы пришли к соглашению, что в следующий раз я приглашу Оленину к нам без всяких церемоний. Лев Николаевич брал на себя поставку к столу «Сира» и легендарного измайловского морозного джулепа.

Мы перешли к делу, то бишь, к новым открытиям в деле гибели двух художников.

– Сознайтесь, что вы давно догадались, чем убили Терновского! – так Измайлов в своей излюбленной манере поставил меня в тупик. Пришлось признаться, что никаких догадок у меня нет, и я не пытался водить за нос Кудасова.

После сокрушённого вздоха, Лев Николаевич открыл тайну:

– Я был почти уверен в том, что вы всё поняли после осмотра студии. Кисти! Там есть короткие, но есть и с длинной рукояткой. Вряд ли мы нашли бы именно ту, которую убийца воткнул в глаз Лагина, но Егор Федотыч признал, что сглупил, сосредоточив своё внимание на карандашах и кривых сучках.

«А ларчик просто открывался!» Тут и я продемонстрировал свою беспросветную недогадливость.

После подсказки моего друга Кудасов подобрел и заявил, что теперь уж как на ладони видно, что Лагина заколол Терновский. Льва Николаевича этот вывод сильно огорчил.

– Не торопитесь, Егор Федотыч! – убеждал он. – Лагин мог договориться с Хадзисом о приобретении «Иуды» в складчину.

– Видел я вашего Хадзиса, – махнул рукой полицейский. – Не то клоун, не то дурак: минуты не может без своих ужимок, как Петрушка на ярмарке, – такое впечатление, что всех передразнивает.

– Но он вовсе не дурак, а успешный коммерсант. Это только маска.

– И поэтому я должен поверить, что он пришёл к Лагину, захватил его кисть, а, когда они не поделили добычу, скорчил рожу и зверски убил его на набережной? Для такого дела он слишком щуплый, и кишка у него тонка. – Кудасов разошёлся и стал пунцовым от раздражения.

– Подождите, Егор Федотыч. – Измайлов примирительно коснулся рукава собеседника. – Необходимо рассмотреть все варианты. Почему только Терновский? Возможен сговор с Лагиной.

– Уже теплее, – Кудасов принялся задумчиво подкручивать пригорюнившийся ус. – Страсть может толкнуть на преступление, но насчёт Лагиной я сомневаюсь…

– Потому что видели её недавно, и она вам понравилась.