Брак по воле Стихий

Глава 3.2

Больше не в силах ждать, я трясущимися пальцами вскрыла конверт, достала сложенный вдвое листок и жадно вчиталась в первые строчки.

«Эйра, я не уверен, что ты получишь это письмо, но глупо надеюсь на чудо. И если ты всё же его читаешь, значит чудеса существуют».

С губ сорвался всхлип. Стало тяжело стоять, и я едва не села прямо на пол. Спасибо Ару, поддержал и сам проводил до кровати. Но когда я опустилась на её край, супруг тактично сделал несколько шагов назад.

«Я жив. Даже вполне здоров, - писал папа. - Много раз пытался передать вам с мамой хоть какое-то послание, но пока ни разу не получилось. Потому сомневаюсь и сейчас, но всё равно пишу. Надеюсь, что у вас всё хорошо… насколько это вообще возможно в данных обстоятельствах. Я ведь здесь совсем ничего о вас не знаю, и от этого особенно страшно. Нет, за себя я уже давно не боюсь. Да и нет смысла. Маги в каторжном поселении редкость, потому таких, как я тут берегут.

А вот на освобождение уже не надеюсь. Потому… передай маме, что я безумно её люблю, но пойму, если она решит устроить свою личную жизнь. Она должна быть счастлива, пусть даже без меня. И ты, девочка моя, не жди меня больше. Надеюсь, что ты учишься в университете, как и мечтала. Ты у меня умница.

Я очень рад, что тогда, после нашей экспедиции ты решила никогда больше не соваться в Пустой лес и не участвовать в моих исследованиях. Они ведь всё равно ни к чему не привели. Никакой разгадки у феномена потоков просто нет. И мне она неизвестна. Текущего положения вещей не изменить».

Этот абзац я перечитала трижды. Но если в первый раз просто удивилась таким папиным словам, то во второй нашла в них закономерность. А в третий ‒ лишь уверилась в своей догадке.

«Как бы ни было больно мне это писать, но я прошу тебя и маму забыть обо мне и продолжить спокойно жить в нашей прекрасной империи. Будьте счастливы»

На этом послание обрывалось. Подписи не было, но она мне и не требовалась.

Только дочитав, я поняла, что по щекам давно текут слёзы, а несколько капелек упали на несчастную бумагу. И всё же у меня на душе было светло. Папа жив, с ним всё хорошо. Он помнит о нас и… он не сдался.

Тот самый абзац, в котором отец говорил, что я решила не соваться в пустой лес, был полностью перевёрнут. И его нужно читать без отрицания. А значит, папа всё же закончил свои исследования ‒ хоть я ума не приложу, как мог сделать это на каторге. Полагаю, что его финальные слова тоже стоит понимать иначе. А это значит… что нам всё-таки придётся уехать.

- Может, принести тебе воды? Или успокаивающего чаю? - спросил Арман, а я вздрогнула от неожиданного звучания его голоса.

Подняла на супруга взгляд… и увидела в его глазах спокойное понимание и сочувствие. Он явно знал, от кого это письмо. Возможно, был знаком с содержанием, хотя это вряд ли.

- Как оно попало к тебе? - спросила, всхлипнув.

Поспешила стереть слёзы с лица и глаз тыльной стороной ладони, и с искренней благодарностью приняла протянутый Аром платок.

- Прости, этого сказать не могу. Главное, что оно добралось до тебя.

- Ты знаешь, когда он его написал? - спросила взволнованно.

А вдруг этому письму уже много лет? Вдруг… всё написанное там давно не актуально? Вдруг…

- Несколько дней назад, - Ар будто уловил мои мысли. - Не переживай. С ним на самом деле всё хорошо.

И лишь теперь, услышав его слова, я окончательно поверила, что это правда. Сердце в груди отчаянно стучало, от переизбытка эмоций даже почти не получалось нормально дышать. И вдруг, сама себя не понимая, я поднялась на ноги, подалась к Арману и крепко его обняла. Уткнулась лбом в сильное плечо, вцепилась пальцами в рубашку и зажмурилась. Слёзы снова прорвались сквозь сомкнутые веки, и теперь сдерживать их никак не получалось.

- Спасибо… - шептала, не в силах взять себя в руки.

Голос дрожал, зато душа едва не кричала от счастья. Папа жив! Он нам написал!

- Пожалуйста, - тихо ответил Ар, обнимая меня в ответ.

Легко погладил по напряжённой спине ‒ осторожно, будто боясь спугнуть. И, словно осмелев, прижал к себе чуть крепче.

Мне столько хотелось сказать! Поделиться радостью, поведать о том, что папа не сдался, и всё ещё надеется на счастливый исход. Да, он писал совсем другое, но за его словами я слышала иное, настоящее.

Вот только я заставила себя промолчать. Не потому что не верила Арману, а потому что слишком боялась за отца. Да, Ар говорил, что восхищается его работами, считает настоящим гением, к тому же именно Арман принёс письмо, но… мне было страшно ошибиться. Ведь эта ошибка могла стоить папе жизни.

- Спасибо тебе, - снова повторила я, отстранившись.

Ар отпустил, даже не попытавшись удержать. А смотрел на меня с сочувствием и лёгким опасением, но улыбался мягко и тепло.

- Значит… - начал он, будто подбирая слова, - тебе понравился мой сюрприз?

И эта фраза мигом вернула меня в реальность. Иллюзорные крылья, которые ещё мгновение назад были готовы раскрыться за моей спиной, понуро опали, а с губ сорвался нервный смешок.

- Хорошо, Ар, - сказала, обречённо вздохнув. - Я буду сегодня покладистой и милой леди, во всём послушной своему дражайшему супругу. Доволен?

- Очень, - его улыбка стала шальной. - Собирайся, Эйра. Дел у нас очень много.

Он сделал несколько шагов к двери, но вдруг обернулся.

- Я попробую найти способ передать ему ответное письмо, - сказал Арман. - Только если всё же решишь написать о важном, то пиши так, чтобы тебя понял только он, а остальные нет.

Сказав это, Ар вышел из комнаты. У меня же снова на глазах навернулись слёзы, а душу наполнило чувством невероятной, светлой, всеобъемлющей надежды. И в этот момент все прошлые прегрешения Армана, живущие в моей памяти, вдруг вспыхнули и рассыпались пеплом. Ведь никто и никогда не делал для меня столько, сколько он. Это письмо… оно казалось настоящим чудом. Тем самым, о котором писал папа. И такое чудо сотворил для нас навязанный мне муж. Тот, кому вообще должно быть всё равно.