Когда тайное становится явным или секрет закрытой двери

Глава 2

Сегодня мы с мамой идем подавать заявку на участие в конкурсе. Честно говоря, я уже сто раз пожалела, что решилась на такой серьезный шаг, но обратного пути, к сожалению, нет. Мама конечно же довольна и уже мечтает, как утрет нос всем кумушкам Иттока, а я вот теперь думаю, как бы хоть немного сдержать ее энтузиазм, которым скоро снесет меня снежной лавиной.
И вот я одеваю свое коричневое пальто, подхватываю сумку, захлопываю дверь квартиры и несусь вниз, где меня уже дожидается родительница. При виде меня она хмурится, поджимает губы, и я понимаю, почему она так недовольна, ведь мама рассчитывала, что я уже буквально на следующий день после такой замечательной новости буду щеголять в новомодном пальто и платьях, которые она на радостях тут же приобрела для меня в магазине. Но я все еще не решилась расстаться со своей старенькой одеждой, да и рано превращаться из серенькой мышки в принцессу, у меня еще есть время морально подготовится к этому событию «вселенского масштаба».
Мы садимся в небольшой автомобиль, который мама вызвала заблаговременно, и мчимся по адресу, указанному на плакате: улица Торговая, дом 15, 3 этаж. Родительница поминутно смотрит на маленькие наручные часики и снова хмуриться, а потом укоризненно поглядывает на меня. Делаю вид, что ничего не замечаю, на самом же деле прекрасно понимаю, что мы опаздываем, последний день приема заявок, время только до обеда, дальше идет подсчет количества кандидаток на конкурс. В общем если в течении пары часов мы не успеем, то просто пролетим с участием в нем. Честно говоря, я бы ни сколечко не пожалела, если бы мы опоздали, но мама полна решимости, да и я прекрасно понимаю, что уже давно пора выползти из своей уютной раковины. А вот и машина остановилась. Так, больше некогда раздумывать, пора двигаться дальше и в прямом, и в переносном смысле этого слова.
Мы с мамой выходим из машины в осеннюю сырость, сверяем адрес, что выведен чьим-то ровным, красивым почерком на табличке дома, а затем идем к небольшой стеклянной двери, за которой меня и должен ждать таинственный мир моды и красоты. У входа нас встречает седенькая старушка в больших очках.
– Мы подать заявку на конкурс, – твердо заявляет мама.
А я в этот момент неуверенно топчусь рядом.
– Вам на третий этаж, – заявляет бабулька и машет рукой в сторону лестницы.
Мама вежливо благодарит ее и тянет меня за руку дальше, мы поднимаемся по ступенькам, а в след нам несутся ворчания старухи: «И ходют тут, и ходют. Ишь красавиц развелось. И эта туда же! Скоро и мне с такими участницами можно будет заявку подавать!»
Я улыбнулась, представляя, как бабулька в своем платке, шерстяных носках и старых потрепанных тапочках будет вышагивать по сцене. «А если такая еще и выиграет? – подумала я – Вот, наверное, молодой маг обрадуется, когда с ней ужинать будет. Он ей такой: бабушка вы что будете, и меню подсовывает, а она ему: ой, милок, сомневаюсь я, чтоб в этом ресторане что-нибудь путное готовили, вот в наше время…»
Мои размышления прервала мама, и на самом интересном месте, между прочим.
– Нам нужна триста двадцать четвертая комната. Ты посмотри вон там, – и она указала направо, – а я поищу в другой стороне.
Я молча кивнула головой и отправилась по бесконечному коридору. Возле каждой из дверей мне приходилось слегка притормаживать, разглядывая маленькие металлические таблички, на которых и писался номер. Я так старалась найти нужный кабинет, так боялась не пропустить его, что для меня стало полнейшей неожиданностью столкновение с одной из дверей, хорошо, что я отскочить успела, листочек с адресом от резкого движения упал куда-то на пол, а очки съехали и теперь болтались только на одной дужке. Я машинально аккуратно сняла их, чтоб не упали и не разбились, а затем уставилась на того невежду, из-за которого я их чуть не лишилась. Передо мною оказался молодой человек, которого я не могла рассмотреть хорошенько из-за своей близорукости.
– Ах, простите, – воскликнул он и бросился поднимать листочек с адресом.
– Аккуратней надо быть, – пробурчала я недовольно.
Молодой человек хмыкнул.
– А что я не правду сказала? – возмутилась, хотя он даже рта не успел раскрыть.
Тот вздохнул.
– Может быть я могу вам чем-нибудь помочь? – спросил он, – Вы ведь ищете какой-то определенный номер, верно?
– Триста двадцать четвертую комнату, – призналась я.
Может и правда знает, где это?
– А для чего вам туда? – спросил он тут же.
– Вот уж не ваше дело! – разозлилась в ответ.
– Простите за мою навязчивость, – тут же извинился незнакомец, – Просто может быть я знаю то, что вы ищите по названию? Здесь расположено множество торговых представительств.
– На конкурс я, – мне почему-то было жутко стыдно признаваться в этом.
– Это тот, что проводит Ассоциация модных домов Эсесса?
– Наверное… – немного растеряно произнесла я, удивляясь такой осведомленности.
– Тогда вам чуть дальше по коридору, – пояснил он.
– Спасибо, – ответила я и развернулась в ту сторону, куда он указал.
Но мне не дали сделать и шагу.
– Постойте! – он снова остановил меня.
Ну, что еще? И так чувствую себя неловко из-за этого конкурса, того и гляди передумаю, а тут снова ему что-то от меня нужно.
Молодой человек медлил, а я все стояла и ждала. Наконец этот чересчур приставучий тип выдал:
– Мы с вами раньше нигде не встречались?
Я смерила его недовольным взглядом. Это что же он со мной так познакомится пытается? Нет… издевается, наверное! Может у него со зрением плохо или наоборот хорошо… только с чувством юмора? Да на меня же молодые люди уже лет десять внимания не обращали! Я так успешно пряталась все эти годы в своем коконе, что давно отвыкла от такого рода заинтересованности моей персоной.
Не знаю, что именно было написано в этот момент на моем лице, но молодой человек тут же начал пояснять.
– Нет, нет, вы не подумайте ничего дурного! Мне действительно показалось на пару секунд, что я вас уже где-то видел.
– Вряд ли мы встречались, – ответила я, добавив мысленно, – Уж не в этой жизни, так это точно, а вот восемь лет назад, кто ж его знает? Но это было так давно.
Я напялила на нос очки и внимательно посмотрела на него. Лицо вполне себе симпатичное, даже можно сказать красивое, молодое, но совершенно мне незнакомое.
– Нет, – еще раз подтвердила я свой предыдущий ответ.
– Странно, – заметил незнакомец, а потом добавил, – Но не берите в голову. Я тоже мог обознаться.
– Бывает, – сдвинула плечами и спросила, – Теперь я могу идти?
– О, да, да, конечно.
Получив вполне ожидаемый ответ я молча развернулась и пошла дальше. Только через несколько минут я все же позволила себе оглянуться, но молодого человека уже не было.
Страдать по поводу неудавшегося знакомства я не стала, к тому же, через несколько минут на меня налетела моя мамочка и уж после этого все мысли про странного молодого человека окончательно выветрились из моей головы.
Через несколько секунд моя родительница уже решительно открывала дверь с номером триста двадцать четыре. Перед нами оказалась большая комната, в которой толпились девушки.
– Ишь сколько желающих! – недовольно ответила мама, разглядывая моих потенциальных конкуренток.
Честно говоря, при виде такого большого количества красоток мне тут же захотелось дать задний ход, но впереди плыла мама, словно ледокол прокладывая мне дорогу. Мы быстро прошли вдоль всей комнаты, большинство из этих девушек оказывается уже зарегистрировалось, так что перед нами осталась стоять небольшая очередь из двенадцати будущих конкурсанток. Пришлось нам немного подождать. И меня очень радовало то, что мы не застрянем здесь надолго. Атмосфера в комнате мне совершенно не нравилась. Да и кому будет приятно слушать бесконечное шушуканье и тихий приглушенный смех за спиной. Подозреваю, что девушки бурно обсуждали сейчас мою внешность, находя в ней сотню всякого рода недостатков. Я старалась не обращать на них внимания, но мне это удавалось не очень, и все равно было неприятно и противно. Мама же стояла как нерушимая стена и свысока поглядывала на них.
– Учись держать себя гордо и независимо, – прошептала она мне на ухо, – Даже если и выглядишь сейчас неважно.
Я вздохнула: что же будет дальше, я еще документы не подала, а уже получила столько негатива.
Через пол часа очередь подвинулась настолько, что мы наконец зашли в следующую комнату, где по идее и принимались эти самые заявки.
– Уважаемая, где здесь можно записаться на конкурс «Мисс равновесия»? – спросила мама у дамы, сидящей за небольшим столиком.
– А вы что же, решили принять в нем участие? – поинтересовалась та удивленно.
– Конечно хочу, – воскликнула моя родительница.
Незнакомая дама смерила мою маму недоверчивым взглядом и произнесла:
– А вы читали требования к конкурсанткам?
– Конечно, – удивилась мама.
– И считаете, что полностью им соответствуете?
– Да.
Дама хмыкнула, порылась в недрах своего стола и вытащила небольшой листочек бумаги.
– Вот смотрите, – произнесла она, и зачитала, – Нужны девушки высокого роста…
– Мы подходим, – заявила мама.
– Да подождите вы, – махнула рукой дама и поправила на носу очки, – Стройные, симпатичные.
Мама скептически посмотрела на меня, но промолчала.
– От шестнадцати до тридцати, – тем временем продолжила незнакомка, а затем отодвинула листочек и снова внимательно посмотрела на мою маму.
– Что-то не так? – удивилась родительница.
– Нет, я конечно же все понимаю, – всплеснула руками наша собеседница, – Вы действительно женщина видная, высокая, да и фигура для ваших лет вполне себе ничего, но вот что мне с вашим возрастом делать?
– Мне очень приятно услышать столько комплиментов за один раз, – заявила моя мама, – А с возрастом, к сожалению, ничего и не поделаешь.
– Вот и я о том же, – вздохнула женщин, – А как иногда хотелось бы вспомнить молодость. Мы в свое время и одевались с большим вкусом, и вели себя более воспитанно, чем эти, – и дама махнула куда-то в сторону бумаг, разложенных на столе.
– Совершенно с вами согласна, – вздохнула мама, – Но что поделаешь, приходиться работать с такими несовершенствами.
И указала на меня, а потом добавила:
– Запишите мою дочь, будьте так любезны!
Дама застыла на несколько секунд, а потом рассмеялась:
– Ах, простите, я вас не правильно поняла. Значит, конкурсантка – эта девушка?
– Да, – заявила мама.
– Хорошо, заполняйте тогда анкету, – ответила женщина и вручила мне лист бумаги.
Я быстро справилась с заданием, написав свою фамилию, имя, рост, вес, возраст и вручила незнакомке.
– Я конечно же приму ваше заявление, – ответила она маме, – Но вы же понимаете, что с такой внешностью шансы у нее практически нулевые?!
– Не волнуйтесь, я сделаю из нее конфетку, – гордо заявила мама и потянула меня на выход.
Вот так и начался новый этап моей жизни.
Уже вечером у нас состоялся серьезный разговор.
– Если ты действительно не хочешь ударить в грязь лицом на этом самом конкурсе, тебе стоит постараться, – сказала мама, – Я знаю, что ты у меня вполне симпатичная, но прячешь это за сотней ненужных деталей, делающих твою внешность совершенно непримечательной. Я очень прошу тебя не сопротивляться и тогда у нас все получится.
Я тяжело вздохнула. Что ж, если я действительно сделала выбор, то нужно быть готовой к изменениям, да и слова бывшей подруги все еще больно ранили и добавляли решимости. Кстати с Нестой я с того памятного дня больше не виделась, хотя она пару раз и пыталась со мной встретиться, но я всячески избегала этого, не хочу больше быть объектом ее насмешек. Так что как только я ее видела на улице, тут же обходила десятой дорогой. К тому же мне вскоре стало не до этого, потому что моя драгоценная родительница занялась мной вплотную. Во-первых, она посмела выбросить мои любимые очки в тяжелой темной оправе, а вместо них купила у лекаря капли, восстанавливающие зрение, правда, не на долго, но если закапывать каждый день, то эффект будет сохраняться, во-вторых, наконец дорвалась до моего шкафа, в котором одиноко болталось несколько темненьких платьиц, которые я носила. Они тоже безжалостно были выброшены в корзину, вместо них мама купила пару вполне себе симпатичненьких нарядов, довольно строгого покроя, но тем не менее очень элегантно сидящих на моей фигуре, еще десяток она заказала именно для конкурса. «Хочу, чтобы ты выглядела лучше всех», – заявила она, отмечая в каталоге модели, которые ее заинтересовали. Я тоже попыталась отключить свою практичность и желание не выделяться, которые так успешно развивала в себе все последние годы, и у меня даже стало кое-что получаться, оказывается, все не так уж и плохо с моим вкусом, как я себе представляла. И наконец в-третьих, мама повела меня к парикмахеру. Мои волосы, которые я всегда затягивала в тугой хост и прятала под рабочей косынкой, немного завили и уложили в незамысловатую прическу, которая смотрелась на мне очень даже мило. А вот в косметологическом салоне меня даже похвалили. Оказалось, что благодаря кремам и настоям собственного изготовления (а ними я пользовалась регулярно) кожа на лице действительно была без малейших изъянов, гладкой и ровной. В общем все получилось не так страшно, как я думала. Но на фоне всех этих изменений самым удивительным выглядело совершенно не это, больше всего поразило меня то, что мы с мамой наконец стали разговаривать, она больше не отчитывала меня до бесконечности, даже заинтересовалась моей работой и наконец признала ее нужность и полезность, а так же заявила, что у ее дочери просто талант в создании всякого рода косметических средств, которые получаются не хуже, чем те, которые продают в самых знаменитых магазинах. И вот именно тогда я почувствовала, что она в первый раз за последних восемь лет действительно гордится мной, да и на папу она больше не жаловалась. Казалось, что у нее словно выросли крылья, и она порхала вокруг меня без устали.
И вот наступил тот день, когда я должна была отправиться на первый отбор. Именно на нем отсеивалась значительная часть конкурсанток. Оставшихся девушек ждал великолепный особняк и новые задания, финалистка получала все: славу, признание, великолепные перспективы, ну и конечно же ужин с молодым состоятельным магом, мечтой большинства девиц в нашей стране.
Сегодня мы завтракали в торжественной обстановке, родительница разошлась не на шутку и заказала десяток пирожных и сдобных булочек. «Я конечно же на диете, – заявила она, – Но сегодня в нашей семье настолько важное событие, что можно ее немного и нарушить». Особенно в это утро выглядел довольным мой папа, который с удовольствием уминал все эти вкусности. Я же не могла проглотить и кусочка, потому что волновалась не на шутку. Я прекрасно понимала, что конкуренция там будет ужасная. И, знаете, ни сколько бы не расстроилась, все же не попав на этот дурацкий конкурс, но вот стоило только представить, как огорчится мама, да и Неста как позлорадствует, а как же изменения, я ведь собралась вылезать из своей раковины. В общем меня одолевали двойственные ощущения, но я решила для себя одно, ни в коем случае не отступать и попытаться все же попасть в этот особняк.
Через час мы с мамой стояли перед красивым зданием, в котором билось сердце знаменитого концерна по производству одежды и многого-много другого, именно здесь сидели люди, которые разбирались в моде столь досконально, что даже мою дорогую родительницу легко могли за пояс заткнуть.
В огромный холл нас впустил настоящий швейцар. На мгновение я даже растерялась от количества людей. В основном здесь конечно же толпились девушки, и я поразилась тому многообразию лиц и нарядов, которые меня сейчас окружали. Но в холле мы пробыли недолго, вскоре всех пригласили в небольшой зал, в котором нас ожидала регистрация, а затем мы расстались с нашими друзьями, родственниками и всеми теми, кто приходил нас поддержать, и прошли дальше.
– Ну, удачи, – прошептала мама на прощанье.
Я оглянулась на нее и решительно зашагала вместе с остальными.
Нас разместили в нескольких больших комнатах, где мы и должны были дожидаться своей очереди. И начался самый настоящий ужас, вот можете себе представить, если в одном месте сразу же соберутся двадцать юных девушек, а тридцать, а пятьдесят, а сто? Вот именно столько нас и было, даже еще больше, ровно сто двадцать шесть конкурсанток, а выиграет всего одна, вот это я называю самой настоящей конкуренцией. В общем вся эта масса красоты и очарования сейчас сидела, перемывая косточки друг другу, шушукалась, смеялась. Ко мне тоже подсела совсем молоденькая девчонка.
– Ты первый раз на таком конкурсе? – спросила она меня.
Я сдвинула плечами.
– А я вот тоже решила попробовать, – заявила она, так и не дождавшись моего ответа.
Я снова промолчала.
– А у тебя платье красивое, – с легкой завистью проговорила она, – Ты, наверное, местная?
И не дожидаясь ответа продолжила:
– Тебе повезло, в Эсессе богатый выбор одежды, да и эксклюзивное что-нибудь заказать можно, не то что у нас в Сизии. Да, ты, наверное, такого и названия то никогда не слышала?
– А где это? – наконец удосужилась спросить и я.
– Ну, вот так и думала, что не знаешь. Это деревенька к югу от города. У нас там только одна швея приличная имеется, да и то к ней такая очередь, что за полгода заказывать нужно.
– Ну, я смотрю, ты успела. – заметила я, мимо воли рассматривая ее платье, коротенькое, но довольно пышное, с рюшечками и воланчиками.
– Нравиться? – спросила она, заметив мой взгляд, и похвасталась, – Сама пошила.
«А получилось то совсем не плохо», – подумала я.
– Давай вместе держаться, – предложила девушка внезапно.
– Сначала хотя бы первый этап пройти нужно, – хмыкнула я, – А потом видно будет.
– Это верно. А меня Дарией зовут, – представилась моя новая знакомая.
– Аврора, – назвала и я свое имя.
– Ну, тогда я буду держать кулачки за тебя, Аврора, а ты – за меня.
– Договорились, – улыбнулась я.
Девушка вскоре отошла, а мне стало после нашего знакомства немного легче, все же есть и среди этих зубастых рыбок, довольно милые создания. Хотя после истории с Нестой я вряд ли действительно кому-нибудь смогу доверять, может быть чуть позже, когда рана затянется, а боль немного утихнет.
Очередь из конкурсанток двигалась довольно быстро. Не знаю, как там их отбирали, но ни одна из девушек назад не вернулась. Кстати вскоре я тоже предстану перед жюри в лице представителей того самого концерна, в помещении которого мы сейчас и находились. Сначала, глядя на то, как переживают все остальные, я тоже волновалась, но затем пришла ко мне старая подружка логика и все расставила по своим местам. Я вполне успешно убедила себя, что переживания и излишняя нервозность только помешают, так что когда подошла моя очередь, я вышла к жюри спокойная, как море в безветренную погоду.
Передо мной сидело двое мужчин и одна женщина.
– Ну, милочка, чем вы нас сегодня удивите? – спросила она.
И мы уставились друг на друга.
«Хм… что же мне на голове перед ними постоять? Вот уж тогда точно удивятся», – подумала я.
– Ну, же, наверняка у вас есть какие-нибудь таланты, которые наиболее полно раскроют вашу суть, – снова заметила она.
– Простите, а разве это конкурс юных дарований? – удивилась я, – Мне казалось, что вы будете смотреть прежде всего на внешние данные?
– А вы считаете, что достаточно красивы, чтобы нам подойти? – задал немного провокационный вопрос мужчина.
– Это уже вам решать, – ответила я, а затем внезапно даже для самой себя призналась, – Но сейчас я сама себе нравлюсь.
И сказала я в этот момент чистейшую правду. Не знаю, что сотворила со мной мама, а может это все во мне действительно было и раньше, просто я не замечала, но сейчас в зеркале отражалось не какое-то лохматое чудовище, а вполне себе симпатичная девушка, может и не красавица в полном смысле этого слова, но уж хорошенькая, так это точно.
– Какой правильный ответ, – заметил еще один мужчина из жюри.
– Так и что в вас необычного? Почему мы должны вас взять? – снова спросила женщина.
«Вот же противная! Все никак не угомониться!» – подумала я.
– Ну, петь я не умею, танцевать тоже, а вот крема всякие, настойки сделать могу, вот, например, свести веснушки или наоборот добавить, – ответила я.
Хочет знать про мои способности, пускай получает! И вообще надоело, пусть уже берут меня в этот их конкурс или домой отправляют!
– Что ж, голосуем?! – спросил один из мужчин.
Остальные тут же поддержали его.
– Я «за». Мне она понравилась. Лицо симпатичное, фигурка ничего, худовата правда немного, но это как раз и поправимо, характер решительный, за словом в карман не лезет, а для интервью, которые так часто дают наши девушки, это очень важно, – сказал он.
– Я тоже «за», – поддержал мою кандидатуру и второй незнакомец, – Попробуем сделать из тебя звезду модных журналов, если конечно же дойдешь до конца, – добавил он чуть усмехнувшись, – Слово за тобой, Дайяна.
– Я решительно против, – заявила эта дамочка, – Есть девушки, которые подходят гораздо больше, чем она. А вы, господин Тартус, и вы, господин Мейсон, готовы пропустить любую мало-мальски симпатичную мордашку, но это ведь далеко не все.
– Согласен с вами, уважаемая госпожа Дайана, но, по-моему, тут все в порядке с характером, да и увлечение вполне подходящее имеется.
– Я не стану с вами спорить, потому что уже высказала свое мнение, – разозлилась женщина.
– К сожалению, девушка, вы не проходите, – ответил господин Мейсон, – Для участия в конкурсе вам необходимо получит три «за», у вас же, как вы понимаете, всего два положительных ответа.
Я вздохнула, нет, так нет, в обморок падать не стану, а вот мама наверняка расстроиться. Я молча развернулась в сторону выхода, но не успела и до двери дойти, как была остановлена все теми же членами жюри.
– Девушка, как вас там, Аврора, постойте!
Ну, что еще?!
Я повернулась.
– Простите, но вы проходите дальше.
Эта фраза буквально ошеломила меня. Как? Что? Почему? Все вопросы сразу тут же атаковали меня.
– Позвольте спросить… – решилась я все их же озвучить.
– Милочка, не задерживайте очередь! – возмутилась госпожа Дайяна, – Мы и так потратили на вас слишком много времени.
После ее слов мне больше ничего другого не оставалось, как покинуть жюри, но вот только фраза, которая долетела до меня просто поставила в тупик. «Повезло же этой выскочке! И где только они могли познакомиться?» – услышала я слова женщины и вышла наконец из зала. Казалось бы, теперь я могла облегченно вздохнуть, ведь первый этап отбора пройден, но я прекрасно понимала, что все в моей новой жизни только начинается. К тому же меня очень зацепили последние слова госпожи Дайяны, вот веяло от них какой-то таинственностью, но естественно делиться этой информацией со мной никто не стал, ничего ведь не зря же говорят, что когда-нибудь все тайное становиться явным, вот так же наверняка произойдет и в этом случае.
А дома меня ждал настоящий переполох. Мама от радости носилась по квартире и спешно собирала мои чемоданы, не давая покоя не только мне, но и папе, которого она поминутно дергала, спрашивая его совета по всяким пустякам, и тут же сама умудрялась отвечать за него, то есть у нее получался своеобразный монолог, хотя она вроде бы и с нами разговаривала.
В сумки летели платья, которые еще совсем недавно принес курьер, разнообразные шляпки, чулочки и прочие женские штучки, которыми родительница столь щедро решила поделиться со мной. В общей сложности получилось целых три огромных чемодана и несколько тяжеленных сумок. «Да, тут всего на год вперед хватит, еще и останется», – подумала я, растерянно обозревая количество вещей, которые я должна была взять в дорогу по мнению родительницы. Кроме того, я еще сложила свой собственный мешок с разными интересными ингредиентами, типа вытяжки из железы перского гуся или сока болотного мха, вот кто знает, что мне в этом их особняке понадобиться может, кроме того я еще и прихватила уже готовые к употреблению всякие косметические средства, раньше я в основном их для Несты готовила, но теперь решила воспользоваться ними и сама.
Наконец все было собрано, мои чемоданы и сумки красовались посреди крошечного коридорчика огромной кучей и ждали своей очереди.
На следующий день ранним утром папа торжественно сложил их в машину, которую вызвала мама.
– Ну, что, дочка, надеюсь у тебя все получится, и мы не увидимся скоро, – заметил папа, обнимая меня на дорожку.
Я улыбнулась.
– В любом случае перемена обстановки пойдет мне на пользу. Знаешь, ведь мама в чем-то права, пора уже жить дальше.
– И я совершенно с ней согласен. Ведь с твоим отъездом и она сильно изменилась. Сначала переживала очень, а потом ударилась в другую крайность, захотела известности, популярности.
– Ничего, пап, все образуется.
– Надеюсь, ты же знаешь, как я не люблю скандалов.
– Конечно.
– А ты береги себя и держись там, что бы не произошло. Мы с мамой будет думать о тебе.
Мы обнялись.
Вскоре наши чемоданы уже лежали в машине, а я и мама ехали на встречу неизвестности.
С моей родительницей мы договорились, что она будет сопровождать меня до самого особняка, что находился за городом, а потом вернется к отцу, из Эсесса они вдвоем отправятся в Итток и уже дома будут ждать новостей и следить за ходом конкурса из газет и журналов.