Педиатр Фёдор Катасонов — о том, почему прививки вызывают вопросы

Вакцинация — одно из главных изобретений медицины, спасающее миллионы жизней. Это единственный метод, позволяющий искоренить страшные инфекции. Это единственный способ, который по-настоящему может профилактировать инфекционные болезни, поскольку антибиотики и редкие противовирусные препараты работают только как лечение, к тому же не всегда эффективное. Вакцинация использует самую совершенную систему для борьбы с инфекциями — наш иммунитет.

Проблема вакцинации в том, что она устраивает ловушку сама себе.

Резко снижая количество больных управляемыми инфекциями, вакцинация приводит к исчезновению страха по поводу этих инфекций. В результате растут антипрививочные настроения, инфекции снова вспыхивают, люди начинают умирать, и общество встает на защиту вакцинации, в дальнейшем стараясь поддерживать коллективный иммунитет на уровне.

ВОЗ даже рисует специальные графики, где можно выделить четыре фазы: высокая заболеваемость, снижение из-за вакцинации, небольшое повышение из-за антипрививочных настроений и окончательное снижение, которое должно наступить после возвращения доверия к вакцинам. Например, применительно к кори мы сейчас переходим из третьей фазы в четвертую: отказ от вакцинации привел к новой эпидемии, и развитые страны закручивают гайки, штрафуя и ограничивая в правах невакцинированных. А ведь уже были все шансы полностью ликвидировать корь на Земле.

Откуда вообще берется антивакцинаторство? Причин очень много. Исторический очерк на эту тему хорошо описан в книге Пола Оффита «Смертельно опасный выбор», которую я рекомендую всем сознательным родителям. Если говорить о современном, информационном обществе, то у этой проблемы есть свои причины и механизмы. Я слышал, на журфаке преподают, что тема прививок входит в небольшой список универсально горячих тем, которые точно вызовут ажиотаж и поднимут рейтинг.

Безусловно, есть довольно большое количество людей, которым антипрививочная активность приносит дивиденды — в виде денег или известности. Эти люди привлекают сторонников с помощью простых манипулятивных техник: немного запугивания, немного лжи, замешанной на правде, немного конспирологии, немного бабушкиных сказок — и готов новый адепт. Любой неофит стремится распространить свое новое знание все шире с помощью тех же техник, и за счет этого количество антипрививочников растет.

Однако антипрививочные настроения поддерживаются не только ими. Важные пособники антивакцинаторства — врачи. Одни не умеют разговаривать с пациентом и донести до него информацию, а то и вовсе запугивают его или отталкивают грубым поведением. Другие — сами латентные антипрививочники (самый опасный тип — они вроде за прививки, но с кучей ограничений) и дают ложные медотводы или отговаривают начинать рано прививаться.

В целом атмосфера в российской медицине не способствует формированию доверия у пациентов, поэтому им приходится обращаться к альтернативным источникам информации.

Немецкие ученые из Эрфуртского университета выделили четыре типа антипрививочников, которых условно можно назвать «Безалаберные», «Ленивые», «Осторожные» и «Недоверчивые». Первые не прививают детей, потому что вообще не задумываются о прививках и рисках инфекции. Вторые — потому что это требует серьезных организационных усилий. Третьим не хватает информации. А четвертые — убежденные противники, на которых врачам рекомендуется даже не тратить силы.

По моему опыту, первые три группы настоящими антипрививочниками себя обычно не считают. Немецкие ученые не зря трудились, классифицируя людей. Дело в том, что подход ко всем этим группам должен быть разным. Первых надо просвещать с нуля, вторым организовывать удобные условия, а третьим предоставлять больше достоверной информации и отвечать на их опасения.

Лично я считаю, что, хотя пропаганда прививок крайне важна, главное происходит в кабинете у врача. Мало кого убеждают цифры и факты, потому что на них можно найти альтернативные цифры и факты. Кому охота глубоко копаться в непонятной или далекой от них сфере, чтобы разобраться, кому верить? Доверие легче возникает на личном уровне, и именно личное доверие к врачу является основным побудителем для пересмотра своих позиций.

О несостоятельности антипрививочных мифов можно написать отдельную книгу, их очень много. Поэтому нет никакого смысла читать каждому пациенту лекцию обо всем на свете. Гораздо разумнее поинтересоваться, что пугает в прививках именно его, и работать с конкретными страхами.

По моему опыту, главная ментальная ловушка, в которую попадают родители, — это непонимание того, что они в любом случае делают выбор.

Из-за большой любви к ребенку (ни один антипрививочник не хочет зла своему ребенку, это всегда — на 100% — заблуждение, а не злонамеренность) принятие решения вводит их в ступор, это непосильная ответственность.

В этих условиях бездействие воспринимается как более естественный вариант: если я не знаю, что делать, лучше не делать ничего. Однако, когда речь идет о медицине, так не бывает. Здесь бездействие равняется действию — любое решение это выбор, со своими рисками и выгодами.

Родителю кажется, что если он выберет активное действие (прививку) и произойдет что-нибудь нехорошее, то он съест себя из чувства вины. Но он не понимает, что, если что-то произойдет из-за его пассивности, чувство вины будет не меньшим, только его еще догонит ощущение досады, что не послушался совета профессионала, который предупреждал о последствиях. И еще он не понимает, что вероятность получить тяжелое осложнение от прививки на несколько порядков ниже вероятности заболеть управляемой инфекцией и получить осложнение от нее.

Подсчитано, что шанс получить тяжелое осложнение от прививки ниже шанса получить удар молнией. Сотрудники ГИБДД посмеялись бы над статистикой негативных последствий прививок.

Использование автотранспорта настолько опаснее любой прививки, что антипрививочники, чтобы быть последовательными, должны ходить только пешком и исключительно по лесным тропинкам.

Но в лесу есть и другие опасности, куда более страшные, чем прививки.

Самые последовательные антипрививочники должны следовать заветам Иосифа Бродского и не выходить из комнаты, при этом комната должна быть обита чем-то мягким и иметь непробиваемые и не открывающиеся окна. Конечно, это шутка. Я против агрессивного отношения к антипрививочникам.

Они такие же люди, как и остальные, часто совсем не глупые, просто заблуждающиеся, и последнее дело — ставить на них крест, ругаться с ними или винить во всех грехах.

Я всегда спокойно и последовательно отвечаю даже на их самые дикие комментарии, и это тоже приносит свои плоды. Чтобы убедить в чем-то человека, его надо выслушать и показать ему альтернативу, а не биться с ним до поломанных копий.

Мифов о прививках полно, и они только приумножаются. Про аутизм я уже писал. Про токсины тоже сказано много — особенно смешно слушать про токсины от тех, кто живет в Москве, например в Печатниках или на Третьем кольце. Эти люди за 10 минут вдыхают столько вредных веществ, сколько не содержится во всех вакцинах календаря вместе взятых.

Хочется прокомментировать только один ходовой конспирологический миф, который многие считают ключевым: что вакцинация — это заговор мировой фарминдустрии с целью наживы. Этот миф рожден от незнания особенностей производства вакцин. Цикл производства Пентаксима, например, занимает пять лет. Это сложный высокотехнологичный процесс, требующий больших затрат и особенной логистики («холодовая цепь» — это транспортировка вакцины от производства до пациента, на протяжении которой температура вакцины не должна повышаться выше 8°C).

Кроме того, это очень уязвимый юридически и финансово сектор, и, пока финансовую ответственность за возможные последствия применения вакцин не взяло на себя государство, фармкомпании терпели убытки и были готовы закрывать производство. Только вмешательство государства, понимающего социальную и экономическую значимость тотальной вакцинации, привело к сохранению производства вакцин. Это хорошо описано у Пола Оффита.

Самим же фармкомпаниям гораздо — просто несопоставимо — выгоднее штамповать простые в производстве и логистике таблетки, против которых к тому же нет никакого антитаблеточного движения.

Поэтому речи о выгоде фармкомпаний тут не идет. Ну а обвиняющие в наживе антипрививочники часто делают это по наущению шарлатанов вроде гомеопатов и остеопатов, не задумываясь, что именно эти люди наживаются на доверии, не имея под своими методами никакой доказательной базы.