Легенды Соединённого Королевства. Мир Света.

Глава 22. Без права на ошибку

Глава 22. Без права на ошибку
Я подскочил и с размаха приложился лбом о деревянную полку. В глазах заплясали фиолетовые и золотые бабочки. Через распахнутый палубный люк лился свет. Кроме Снурфа вокруг никого не было. Я подобрал одежду – она практически просохла, только сапоги оставались все такими же влажными. Сетуя на то, что придётся ходить в сырой обуви, я вспомнил сон. Руки сами собой потянулись к шее. Пальцы ощупали горло и поползли выше, всё в порядке. Облегчённо вздохнув, я поднялся по ступенькам на палубу. Остров находился примерно в половине мили от нас. «Клинок Ночи» кинул якорь и свернул паруса. Абрикосовое Море сменило гнев на милость и теперь лишь чуть бултыхалось. Гребешки волн не спеша облизывали хорошо различимый берег. Низкие серые облака сыпали густым снегом.

– Ты проснулся? Самое время!

Из‑за спины показалась Серэнити.

– Час назад мы прибыли к острову. Если бы не Грешем, уверяющий что учителю нужно выспаться как следует, то я бы тебя уже давно тебя растолкала.

Я потёр лицо ладонями.

– Вот как, значит. Сколько я проспал?

Великий инквизитор сложила руки на груди.

– Достаточно, чтобы солнце успело сесть и вновь встать. Все ждут только тебя.

– Меня посетил сон, где я…

– Давай потом обсудим твои грёзы, – перебила меня Серэнити. – Бери свой рюкзак и дуй обратно, а я пока поищу капитана – скажу ему, чтобы подготовил нам лодки.

– Если он не даст тебе их, то постарайся не убить его до моего прихода. Клауд обладает ухабистым нравом и может заартачиться выполнять твою просьбу.

– В самом деле? Я могу проявить терпимость, но тогда тебе придётся поторопиться.

– Я мигом!

Я вновь отправился к люку, из которого недавно вышел. Восьмая ступенька проседает, а двенадцатая трещит. Вызвав шарики света, я спустился вниз, перекинул через плечо сумку и закрепил на поясе меч.

– Снурфи, Снурфи, Снурфи,– позвал я. – Выползай, проказник, мы уходим!

Из‑под кучи трухлявых деревяшек показалось бронированная спина моего фамильяра. Перебирая лапками, он прытко засеменил ко мне. Только я собрался уходить, как отчётливо услышал тук‑тук. Ну как тут удержаться? Я быстро подошёл к двери и спросил:

– Кто там?

– Яяяяяяяяяяяя.

Я захихикал в кулак.

– Кто я?

– Ссссссвввооооооиииии.

Видимо мертвяк назвал своё имя, но не подшутить над этим было просто невозможно.

– Свои все дома сидят! Скажи конкретно имя!

– Яяяяяяяяя Ссссввоооооиииии.

– Ну ладно, зачем стучишь?

– Яяяяяя ррраааассстттааавввииллл бббууутттыыылллккиии!

– Ого! – сказал я, отпирая замок. – Тогда показывай!

Да, пол‑лица съедено солью, нос набекрень, раздутая щека, тот самый зомби, которого я тогда видел. Свои кивнул, развернулся и потопал по трюму. Плюх – из пыльного воздуха вынырнула сфера, на этот раз красная. Дополнительное освещение никогда не бывает лишним. Я последовал за мертвяком, по пути рассматривая его немногочисленных, ничем не занятых товарищей. Кто‑то из зомби упёрся головой в стенку и что‑то шептал, кто‑то ходил туда‑сюда, выставив перед собой руки. Всё, как всегда. Зомби, они везде одинаковы. Тяжёлый морской запах, смешанный с разлагающимися телами и плесенью, составлял особенный колорит этому кораблю. Противно, но терпеть можно. Остановившись возле одной из кают, Свои жестом пригласил меня войти. Моему взгляду предстала горка пустых засаленных флаконов, тар и бутылок. Хитроумно сложенные, они образовывали ровную пирамиду, на самой верхушке которой покоилась фляга. Не успел я как следует насладиться шедевром искусства, как Снурф топтавшийся до этого позади Свои, решил пролезть вперёд, а так как он у меня толстенький таракан, то протискиваясь через мои ноги не рассчитал силу и влетел прямо в бутылочный холмик. Звон бьющегося стекла. Недоуменно отпадающая челюсть зомби повергла меня в хохот. Подбирая флягу, упавшую с верхушки, я подивился её весу. Полная. Интересно, что в ней? Заберу с собой, а там посмотрю, годится ли напиток в употребление. Снурф, пошевелив усами, сделал вид, что ничего не произошло. Вот ведь хитрюга! Покидая усыпанный осколками трюм, я захотел дать Свои ещё одну весёленькую задачу.

– Раз случилась такая беда, то я поручаю тебе собрать кусочки и склеить из них капитана. Как будет готово – сообщишь.

Оставив зомби с новым творческим занятием, я заспешил вернуться к друзьям. Где‑то наверху Клауд ругался с Серэнити. Плохо различая слова, я прибавил шагу и вылез на палубу.

– … это мой корабль, здесь ты можешь только просить, женщина, и уж никак не требовать! Я выполнил волю Эмириус Клайн – остров перед вами, прыгай в воду и плыви! Надеюсь, акулы насладятся твоей печенью!

– Знай с кем говоришь, нежить! Я Великий инквизитор Иль Градо! Если ты сейчас же не выделишь нам лодки, то это станет твоим последним решением в… жизни!

– Фок‑грот‑брамсель мне в левое ухо, если я так поступлю! – закричал Клауд.

– Я считаю до десяти, а затем начинаю ломать тебе трухлявые кости!

Мертвяк высморкался едва, не задев подол Серэнити.

– Ага! Разбежалась! На камбузе такое пой! Там твоё место!

Стальная перчатка стиснула булаву.

– Раз!

– Думаешь, я боюсь?!

– Два!

– Да как ты смеешь мне угрожать, моль худосочная?!

– Три!

Булава поползла вверх.

– Я помогу тебе, окунеобразная! Четыре! Пять!

– Шесть! – согласилась Серэнити, надвигаясь на Клауда.

– Разрази меня гром, вот и твой друг явился! Объясни ей, недомерок палубный, кто тут капитан, а кто всего лишь тухлый груз осетрины!

Удивительно. Разве Клауд успел позабыть наш последний разговор? Или он начисто лишён инстинкта самосохранения? Понимая, что мы гораздо сильнее его, зомби все равно продолжает хамить и нарываться на конфликт. Почему он кочевряжится? Почему зажилил жалкие лодки? Вон их сколько! Дал бы две, мы бы попрощались и разбежались, кто куда.

– Клауд, ну что такое? Разве нужно доводить дело до критической точки? – спросил я, опускаясь на ящик. – Ты же хочешь, чтобы мы тебя оставили? Так зачем нагнетать обстановку? Сделай для нас последний подарок, и мы больше тебя никогда не побеспокоим.