Огонь в твоих глазах. Обещание

Глава 9

1.

Кира открыла глаза и обнаружила, что лежит в собственной постели. Счастливо вздохнув, откинулась на подушку. Хвала Киалане! Это всё просто дурной сон – вон, даже голова ещё побаливает. Выпростав руку, опустила её вниз, привычно ожидая тычка мокрым носом в ладонь, но вспомнила, что Туман уже неделю как на охотничьей заимке охраняет Полночь.

«Жаль, не все можно списать на сны».

Маясь от недостатка развлечений, бугаи Паситы затеяли устраивать лошадиные бега, порой, до пены загоняя деревенских кобылок. Всё это время охотнице удавалось скрывать свою красавицу-лошадку – отцовский подарок – в хлеву. Но когда тин Шнобберы стали шарить по дворам, Кира решила от греха подальше увести Полночь на заимку. Тоже, конечно, риск, но она предпочла бы, чтобы Полночь загрызли звери, или увели треклятые сартоги, чем грязный сапог Харилы пинал горячие беспокойные бока.

Внезапно Кира осознала, что тепло укутана и накрыта пуховым одеялом. А ведь сроду не мерзла и зимой редко, когда снимала куртку, лишь поддевая пуховый платок в особый мороз.

«И зачем все это? Странно. Лето на дворе!»

Последние воспоминания сводились к тому, что на улице стоит жара. Тем не менее она даже не вспотела, хотя, раскрывшись, вздохнула свободней.

Размышления прервала откинувшаяся занавеска. Вошла Анасташа, тревожно всматриваясь ей в лицо.

– Мама?

– Как ты себя чувствуешь, доченька? – Она тихо присела рядом, но вдруг не выдержала и, повинуясь порыву, сжала Киру в объятьях. – Проклятый Пасита! – Рыкнула она так, что позавидовал бы и Могута. – Стая раздери его самого и этих лиходеев!

– Мам, ты чего? – Кира мягко отстранилась.

– Что эти дети сартогской шлюхи с тобой сотворили?

Анасташа никогда не позволяла себе так грязно ругаться, и Кира удивлённо выпучила глаза. – Я прихватила зелье у знахарки, – тем временем продолжала мать, тревожно всматриваясь в лицо дочери. – Выпей на всякий случай.

Кира вдруг осознала, что не помнит, как оказалась дома.

«Я вспоминала Микора по дороге к купальням. Но что же случилось потом?»

– Кто сделал? Какое зелье? – переспросила она, спуская ноги на нагретый солнцем дощатый пол.

– Зелье-то, чтобы плод не прижился. Лучше сразу, чем потом вытравлять. Опасно это.

Кира только открыла рот, но не успела ничего сказать, как из-за занавески вынырнули две мордашки. Залепетали наперебой:

– Кирочка!

– Кирочка, прости нас!

К охотнице бросились Маришка и Солана. Схватили за руки, принялись гладить. Затараторили, перебивая друг друга:

– Кирочка, мы так испугались! Побежали в деревню, – Маришка выпучила свои огромные, как у матери, глазищи.

– Люту с Ламитой встретили по дороге, – перебила её подруга.

– Это он тебя домой принёс.

– Ты у купален сомлела!

– И холодная! Прямо ледяная была, – наперебой трещали девчонки.

– Помедленней! Я за вами не поспеваю, – осадила их Кира.

– Кирочка, простишь ли? Мордан и Харила – страшные! Я испугалась. Не сумела промолчать, – Солана виновато опустила глаза и залилась краской.

– Ты, Соланка – дура. Нет бы соврала чего! – Пихнула подругу в бок огнегривая Маришка.

– Цыц, балаболки! – Прикрикнула на шумных подружек Анасташа. Устало и расстроенно всплеснула руками: – Дочка, беда-то какая! Защитник Пасита велел, чтобы ты к нему в избу явилась, как только очнёшься.

В мозгах немного прояснилось, и Кира резко вскочила, в ужасе схватившись за голову:

– Я убила Харилу!

– Киалана Заступница! Кира-а… – Анасташа так и опустилась на лавку, приложив ладони к щекам.

– Кирочка, что ты такое говоришь? – Маришка удивлённо наморщила лоб. – Харила вернулся вместе с Морданом. Живой он. Мы сами видели. Правда хромал сильно. Мордан его до избы Защитника довёл.

– Да! И на лбу у него теперь огроменная шишка! – Радостно добавила Солана. – Но он уж точно не помер, – она робко улыбнулась. – Хотя, жаль.

– Ох и напугала же ты меня! Я и запамятовала, о чём люди судачили. – Выдохнула Анасташа. – Мол, прихлебатели Защитничка передрались промеж собой, когда тебя насильничали.

– Что?! – Тут уж пришла пора Киры удивляться. К счастью, произошедшее вспомнилось ровно до того самого момента, когда горе-воины убрались восвояси. – Никто меня не насильничал, мама! Мы подрались, и я… Я ударила Харилу, а Мордан его унёс, потому что он чувств лишился. А потом…

– Ой ли?! – Перебила Анасташа, и в синих глазах отразилось недоверие.

– Мама! Тебе ли не знать, кто меня учил? Хотя, конечно, ты-то всегда считала, что это так – баловство. Любимое дитятко тешится. А я в драке не уступлю и Микору, даром что девка!

Анасташа все ещё с долей сомнения смотрела на дочь.

– Теть Таш, Кира не обманывает!

– Да-да, мы все видели! И как Мордан в воде искупался с Кириной помощью, – Маришка хихикнула.