По следам Белого Волка

Глава 5

Утро выдалось ненастным. Унылый дождь все лил и лил. Макарка, забравшись на широкий топчан у низкого окошка в своей комнате, подложив под спину обе диванные подушки, читал толстую книгу, изредка поглядывая на улицу. Дома было тепло, приключения в книге захватывали, оживая, утягивали его в волшебный мир. Мальчик только изредка заставлял себя оторваться от зачитанных страниц, ему нравилось делать грустный вид, не хотел, чтобы даже дождь знал, как ему сейчас хорошо.

Книги дал Миха, когда приходил накануне к деду по поручению своего дядьки. Выяснил, что Макар очень любит сказки, сбегал домой и принёс.

— Про волшебника, — пояснил он, бережно выкладывая их на приступку крыльца. — У меня только четыре. Не совсем сказка, но тебе понравится.

— Спасибо! — Макар не ожидал такой доброты от взрослого парня. Ему очень захотелось, чтобы книги и правда понравились. Не хотелось разочаровывать нового друга.

Миха остался, чтобы ещё поиграть с ним в футбол. И Макар сбегал за старым мячом, который дед накануне принёс к нему в комнату вместе с целым пакетом разных солдатиков. Макар понял тогда, что, наверное, это игрушки отца. Но ему нравилось думать, что дед хранил их со своего детства и сам в них играл, когда был маленьким.

Футбол длился недолго, Миха спешил домой, но мальчика это не очень огорчило. Ведь его ждали книжки — а читать он любил всегда, сколько себя помнил.

Солдатики, ровными рядами расставленные на столе, терпеливо ждали своего часа. Даже они не могли отвлечь Макара сегодня от любимого занятия.

Три книги были страшно потрёпаны. Наверное, много детей их успели прочесть. А четвертая совсем новая, только несколько страниц в середине с загнутыми уголками. Макар так увлекся, что забыл об обеде, читал не отрываясь. Не слышал и не видел ничего вокруг, а потом заметил пять бутербродов с бужениной на табуретке и стакан холодного чая. Подумав, что надо бы перекусить, он сразу забыл это решение и спустя некоторое время очень удивился, что бутерброды исчезли. Съел их, наверное, пока читал.

Потом стало стыдно, что так и уснул поздно вечером, забыв поблагодарить деда за еду. Да ещё вспомнил, что мама не разрешала есть в комнате. Но дед ведь сам принёс.

Первую книжку дочитал утром, смутно припомнив, что видел ее раньше, года три назад. Просил маму купить, но она забыла, а Макар не настаивал — знал, что денег едва на еду хватает. Книги-то дорогие. А в библиотеке таких не было.

Теперь, когда уже перешел к третьей, так и не сомкнув глаз на вторую ночь, потому что не мог оторваться от приключений маленького сироты, ему жалко стало, что не купили. Ведь он мог читать маме вслух. Ей бы точно понравилось. А потом подумал, хорошо, что не купили — ведь тогда ему не было так интересно сейчас. Понимая, что скоро все прочтет, мальчик стал читать медленнее, заставляя себя прерываться и идти в столовую, когда дед звал кушать.

Сегодня они позавтракали рано и, по случаю дождя, снова разошлись по своим комнатам. Точнее, Макар разошелся. Или правильнее сказать, сбежал, едва закончил мыть посуду.

Только спустя час, дед, оставшийся в столовой — то ли читать газету, то ли чертить что-то на огромном планшете, заглянул в маленькую комнату, отправляясь на улицу. Увидел, что Макар по-прежнему читает и одобрительно кивнул. На нем был огромный черный плащ с капюшоном и сегодня он напоминал мальчику одного из героев. Не того, который был большим и дружил с маленьким волшебником с начала книги — это в первом томе огромный лесник напоминал Макарке деда. Во второй книге уже казалось, что дедушка напоминает скорее директора этой школы. А теперь, читая третью, мальчик твердо знал, на кого похож дед — конечно на самого лучшего, смелого, отчаянного, сурового человека, который оказался крестным...

Третью книгу закончил после обеда и, нацепив ветровку, выбежал на улицу, немного подумать. Было безумно жалко, что никто не верит, что крестный главного героя — хороший человек.

Дождь все лил, изредка издалека доносились глухие раскаты грома, но молний не было видно. Напротив, вдалеке на западе стало пробиваться сквозь тучи солнце.

Во дворе все было мокрым, и большие лужи нередко преграждали путь к дальнему забору, куда направлялся Макар. Чтобы не промочить ноги, следовало надеть резиновые сапоги, но очень не хотелось возвращаться домой. Тем более, что дождь стал мелким и вот-вот совсем прекратится. Подумав, снял ботинки и носки, прыгая то на одной, то на другой ножке. Носки упрятал внутрь ботинок, которые связал шнурками и повесил на плечо. Сырая земля с мелкими камушками приятно холодила и покалывала босые ступни. Ноги ниже закатанных штанин покрылись мурашками.

В луже оказалось тепло. Макарка медленно брел через неё, наслаждаясь теплом мутной воды. Даже остановился посередине, где глубина достигала щиколоток, подцеплял пальцами ног песок и камушки. Представлял, что сейчас он найдет какую-нибудь важную находку. Может цепочку или колечко, или монету золотую. Сейчас золотых денег не бывает, а раньше было. Вот удивительно. Почему отменили? Ведь золотые монетки, наверное, очень приятно держать в руке. Что-то такое он читал. Может, в трех мушкетерах. Или ещё где-то.

Наклонился даже, поднял один круглый камушек, зажал его в ладони, неожиданно вспомнив море. Бескрайнее море, с зеленой-зеленой водой. Давно это было. Он ещё в школу не ходил. Целую неделю провели тогда с мамой на юге у тети Юли. Смутно все вспоминалось, но как бродил по мелководью, держа маму за руку, помнилось хорошо. И как собирал камушки — белые и полупрозрачные... Как ел алычу, персики, арбуз... Мама ещё велела снять футболку, потому что она вся была в этом арбузе... На глаза почему-то навернулись слезы, и Макар посмотрел вверх, отчего дождь тонкими иголочками сразу стал колоть губы, нос, щеки, глаза. Дождь смыл слезы, и плакать расхотелось. Мальчик моргал и улыбался, ощущая, какое мокрое у него лицо. И короткий ежик волос намок, капюшон-то свалился незаметно. Ну и пускай, так даже лучше. Хорошо стоять под дождем и не бояться промокнуть. Почему взрослые не любят дождь?