Доппельгангер

Глава 8 и начало 9-й

Глава 8

«Дорогой Игорь! Я всегда знал, что тебе достанется этот дом и магазин после моей смерти. Радует, что этот вопрос решается без ссор, хотя нельзя сказать, что я бы не был рад, если бы мое дело было важно не только тебе, и случилась хоть небольшая заварушка с наследством.

Я не знаю, поверишь ли ты мне, и как скоро найдешь эту книгу, и как много будешь знать к тому времени, но я постараюсь объяснить все по порядку.

На том месте, где сейчас стоит наш город, проходила когда-то дорога. По ней ездили торговцы и путешественники, всегда: ночью и днем, на дороге можно было встретить людей. Этим воспользовались жрецы Меконы. Они возвели храм из каменного кружева, вложив в него много денег и сил. Люди судачили, что теперь-то жрецы постараются обобрать путников, чтобы вернуть себе потраченное. Мудрецы предупреждали, что не стоит доверять поклонникам богини смерти, велели обходить их стороной. Но жрецы были хитры.

Как только был положен последний камень, двери храма распахнулись. С улыбкой путников приглашали к столу. Говорили, что хотят отпраздновать завершение стройки.

Поначалу все отнеслись недоверчиво и обходили это место, отказываясь от щедрого стола. Но дни шли и, то один оголодавший странник заходил внутрь, то другой. Все они рассказывали о необычных яствах, о вкуснейших напитках, о теплых постелях, на которых можно выспаться...

Со временем, все привыкли. Уже почти ни кто не отказывался от крова, мудрецы умирали, некому было остановить людей. Рядом с храмом начал расти город. А в городе начали появляться дети.

Младенцы лежали в своих кроватках, матери качали их, пели песни, казалось, что это самое мирное место на земле.

Но одна мать будто сошла с ума. Она кричала, что ее ребенка подменили. Кричала, что сын ее не тот, кого она родила, а порождение тьмы. Что глаза его прозрачные, кожа синяя, а крик настолько злой, что птицы улетели из их сада.

Доктор осмотрел младенца, но ничего странного не обнаружил. Муж запер жену свою в доме и перестал выпускать на улицу. Народ посудачил и успокоился, решив, что женщина помешалась. Но одна за другой матери кричали те же слова. Потом подняли крик отцы. Те, у кого не было детей, кто смеялся, а кто пугался вместе с семьями.

Люди отправились к последнему из мудрецов, и он указал на храм Меконы. «Они похищают ваших детей и подкладывают вам отродья полуночи, чтобы они жили среди вас, питаясь вашей едой, и узнавали, как поработить человеческую расу, чтобы воцарилась тьма на земле» — сказал мудрец.

Матери собрались у дверей храма. Они кричали, требовали их впустить, умоляли отдать их детей, но впервые двери были закрыты, и только тишина стала им ответом. Их слезы, слезы родителей, падали на землю и рядом с храмом появилось озеро. Но даже тогда ни кто не открыл.

Дети росли. Их взяли к себе насмешники, не верящие родителям. Они приходили к храму и кидали в матерей камнями, обвиняя в том, что они плохо заботятся о детях. Дети выросли и приходили кидать камнями в постаревших мужчин и женщин. Он кричали, что их бросили, что они сироты, что отцы и матери их помешались.

Белоснежные стены храма окрашивались кровью. Но и тогда они оставались холодными и молчаливыми. Лишь маки всходили там, где падали капли крови обезумевших от горя родителей.

Годы шли. Озеро скрыло следы убийств. Дети выросли. Тишина наступала на улицах, когда мимо проходили мужчины и женщины с глазами, полными стылой воды. Они были молчаливы, но везде захватили власть.

Начали пропадать не только дети. Исчезали взрослые, а на их месте появлялись другие – с тем же лицом, но другими глазами и повадками. Обычных людей почти не осталось, а те, кто остались, решили позвать на помощь.

Воины приезжали из близлежащих земель и издалека, но они леденели от страха, стоило им увидеть глаза этих существ. И вот одна из семей, живущая в доме «Хамомилла», решила объявить войну холодноглазым. Втайне, похитив одного из доппельгангеров, они ставили опыты над ним, чтобы понять, чего боится это существо, ведь боли оно не страшилось и восстанавливалось после удара мечом.

Так продолжалось неделями, пока один из сыновей не опрокинул на нечисть поднос с ромашковым чаем. Существо зашипело, задымилось и попыталось сбежать.

Тогда они раздали чай всем жителям, попросив их поливать все, что они видят необычного и даже обычного.

Доппельгангеры исчезли на несколько дней. А потом появились люди, которые исчезали так много лет подряд.

Горожане устроили праздник, всю ночь пели и танцевали. И лишь один юноша из дома Хамомилла успел заметить, как глаза возвратившихся стали вновь прозрачными.

Он спас младшего брата и спрятался с ним в тайной комнате дома, пока стены храма становились кроваво-красными. Они не могли выйти, чтобы не быть пойманными. Им пришлось прорубать проход в кустарнике прямо к реке. Там они соорудили плот и уплыли в другой город, где рассказали о произошедшем. А горожане передали весть дальше.

Армия пришла в кровавый город. Храм предали огню вместе с проживающими внутри. Пока падали стены, исчезали доппельгангеры в городе. На пепелище обнаружили мужчину, он, умирая, рассказал, что когда погибает оригинал, погибает и доппельгангер. А также, что их держали в храме закованными, чтобы они не навредили себе.

Люди думали, что победили. Братья оплакивали погибших. Новые семьи приезжали в город.

Прошли года, и казалось, что произошедшее в городе миф. Не осталось и следа от того храма. Дети бегали к озеру уже без сопровождения взрослых.

А когда возвращались с прозрачными глазами, уже ни кто не замечал. Взрослые много работали и не верили рассказам стариков.

Доппельгангеры научились таиться, научились становиться невидимыми, а оригиналы стали им почти не страшны. Человека, чью личность похитил доппельгангер, было невозможно найти. Но рассказывали о странных серых тенях, что мечутся рядом, словно пламя свечи на ветру и шепчут: «Это я... Это я...».