Зигзаги судьбы 

Глава 12 Но дата 22 июня 1941 - неумолимо приближалась.

- Наступил 1941 год – начала свой рассказ бабушка. Светочка встречалась с хорошим парнем и на Новый год решила нас познакомить с ним. Женя был старше её на год, но в свои 22 года был очень серьёзным.

Учился в политехническом институте на физико-механическом факультете. Ровно в полночь Женя попросил руки твоей мамы, и молодёжь объявила, что хотят пожениться.

– Молодой человек – сказал твой прадед - такие серьёзные дела так не решаются. Мы сегодня вас первый раз видим, дайте нам возможность познакомиться с вами поближе, узнать вас, а потом решить, в хорошие ли руки мы отдаём единственную нашу красавицу-внучку. Я прав?-

- Дед, ну ты что! Я знаю Женю уже целых два месяца. Он хороший парень-

- Не спорю – сказал спокойно Александр Петрович- а мы ни одного месяца его не знаем, Светочка – это нечестно -

- Ба! -

- Я согласна с дедушкой, думаю, что и Женя нас понимает-

Мы с Серёжей не успели даже слово вставить, хотя были полностью согласны со свёкром. Женя не обиделся, сказал, что понимает наше беспокойство и сделает всё, чтобы мы дали положительный ответ.

Потом и Света успокоилась. Но он действительно был хорошим парнем и на 8 Марта они поженились.

Но дата 22 июня неумолимо приближалась и уже готова была перевернуть нашу жизнь. В воздухе прямо витало напряжение. И этот страшный день настал, по радио выступил сначала Молотов, потом Левитан и как набат на всю страну прозвучали слова , что Германия без объявления войны вторглась в нашу страну. Через неделю Ванечка сказал, что уходит на фронт, со мной была истерика. Конечно, я понимала, что его долг защитить Родину, но как я могла спокойно провожать своего ребёнка, не зная, вернётся он живым или нет.

Потом ушёл Женя. А через месяц пришёл Серёжа и сказал, что уходит добровольцем. Я орала не пущу, хватит, сына и зятя, почему все должны уйти. Я повисла на нём, но подошла плачущая Ираида Павловна, обняла меня и чуть слышно сказала:

- Мы тебя отпускаем только с одним условием, ты должен вернуться -

Дом опустел, мы не смотрели друг другу в глаза, боялись расплакаться. Через месяц перед отправкой на фронт, приехал Серёжа. У него учебный лагерь был недалеко, а наших мальчиков он там не видел. На следующий день он уехал, и начались долгие дни ожидания писем.

- Бабуль, ты говоришь, мама вышла замуж за Женю, а почему я Николаевна.-

- Мама тебе не рассказывала, ей трудно об этом вспоминать, может она и меня отругает за то, что я открыла её тайну. Но я тебе всё –таки скажу, потому что не считаю маму твою виноватой. В начале 1943 года, на Женю пришла похоронка. Но здесь надо начать с блокады, которая началась в сентябре 1941 года.

Я решила, что мы все эвакуируемся. Но родители Сергея, наотрез отказались. Александр Петрович, плохо ходил, очень похудел, он бы не перенёс такую трудную дорогу. Поэтому я решила остаться со стариками, а Марию и твою маму просто вытолкала и они уехали.

Только письма делали нас ближе друг к другу. Их нам приносила девушка под бомбёжками, бегала от стены к стене, а письма приносила. Почту в окружённый город доставляли, как и хлеб, по Ладожскому озеру — зимой по ледовой трассе. Работа почтальонов приравнивалась к работе на военном предприятии.

Вот в начале 1943 года и пришла похоронка. Я сразу решила пока не сообщать Светлане. Она всё равно ничем помочь не смогла , только бы плакала.

Я устроилась работать на завод и получала 250 граммов хлеба и ещё нам что-то давали, то по паре мороженых картошек, молоко, которое к молоку не имело никакого отношения и пару раз давали муку. Вот так мы втроём и выживали.

За водой ходила я, мне всё-таки было легче это делать. Родители тоже получали хлеб по 125 грамм. За ним ходила Ираида Павловна, еле передвигая ноги. Зимой морозы были страшные, доходили до 40 градусов.

Не было ни дров, ни угля. Александр Петрович топил книгами, стол разобрали, наш большой круглый, за которым собиралось столько народу, ушёл в топку шкаф с кухни. Отдушиной были письма с фронта, обычно я их читала вслух. Ванечка писал реже, чем Сергей. Но нам было, главное, знать, что они живы. Письма от мужа были такими нежными и дышали такой любовью, что я их могла перечитывать по сто раз.

- А ты их сохранила, бабуль?-

- А как же. Открой книжный шкаф и на нижней полке увидишь стопочку писем, перевязанных ленточкой. На некоторых нарисован цветочек, это самые душераздирающие письма. Открой одно и прочти –

Аннушка, душа моя! У нас образовался один час отдыха, и я решил написать тебе письмо. Милая моя, очень скучаю по тебе, ты мне снишься каждую ночь. Бойцы говорят, что спят, как убитые, без сновидений, я тоже как убитый, но вижу тебя. Вспоминаю, как увожу тебя от твоего Игната и насмотреться на тебя не могу, такая ты красавица. Только здесь, на краю жизни и смерти, начинаешь ценить отношения и настоящую любовь. Я бойцам однажды рассказал немного о нашей семье, о детях. Они меня спросили, кого из детей я больше всех люблю, сына, наверное. А я даже не думал и сразу им ответил, что больше всех люблю свою Анну. Читаю и перечитываю твои письма, потому что от них идёт такое тепло, они пахнут тобой, моей любимой Анечкой. Обо мне не беспокойтесь. Я живой и здоровый. Передай привет родителям, пусть обязательно меня дождутся. Что пишет Ванечка, как у него дела? Я заканчиваю. Крепко обнимаю и целую тебя, моя любимая. Твой Сергей.

Бабушка плакала и вытирала слёзы кипенно- белым кружевным платочком. Вот скажи, Машунь разве можно спокойно читать его письма?

- Да, бабулечка, очень трогательно. Дед и правда любил тебя. А многие не верят в любовь с первого взгляда. А у вас как раз тот случай.-

- Ещё немного тебе расскажу. Александр Петрович не дождался Серёжу, он умер в конце 43 года, совсем немного не дожив до снятия блокады. Ираида после его смерти совсем сдала, но я её поддерживала, говорила что она обязана жить сейчас за двоих и дождаться сына. Она устало улыбалась и кивала.