Мишка для Мишиной

Глава - 28

Как и обещал, Миша никуда нас с Соней не отпустил. Да и идти, как оказалось, было некуда. Пока Тамара Степановна прибывала в больнице, ее внуки захватили ее владения. Даже квартира, которая уже многие годы была моим домом, теперь была в недосягаемости.

Лиза предоставила мне два варианта: либо я плачу непомерную плату за сьём жилья или же качусь на все четыре стороны. Очевидно, ожидая второй вариант, наши с Соней вещи уже стояли на пороге.

Миша этому только обрадовался! Сказал, что теперь он забирает нас к себе, и это не обсуждается. Вопрос с детским садом мой мужчина тоже взял на себя, а пока все решается, Константин возил, а иногда и забирал Соню из нашего садика. Правда за это право ему еще пришлось потом поспорить с бабой Томой, которая вернулась из больницы.

Женщина очень быстро уладила вопрос со своими внуками. В городе они не задержались, но обещали вернуться. Нас вернуться она не призывала, словно была в сговоре с Мишей, но требовала привозить к ней Соню.

Казалось, жизнь наладилась, ничего не могло омрачить ее. Рядом с Михаилом я была как за каменной стеной. Соня его обожала, да и Димку, который все еще гостил у нас, она тоже любила.

Близился день рождение тетушки, и она постоянно названивала мне, напоминая, что я обязана придти. Такая настойчивость казалась мне немного подозрительной, но Миша заверил, что он будет рядом!

Один из своих выходных мы всей семьей, да-да, Миша сразу заявил, что мы семья и никак иначе! Мы отправились гулять, но его вызвали на работу. В тот день я поняла, что ходить в кафе мороженное с ребенком вдвоем уже чревато для меня ненужными встречами.

Дочка с улыбкой уплетает мороженое, я пью лимонад. Сидим, довольные, наслаждаясь припекающим солнышком. Неожиданно перед моим лицом возникает букет нежно розовых роз. Счастливая, что Миша так скоро вернулся, приняла букет, а потом подняла глаза на того, кто их принес.

Как дышать? Как говорить? Что говорить? Да и нужно ли? Что можно сказать человеку, который долгое время был для тебя олицетворением истинного счастья, а потом выкинул тебя как ненужного котенка?

На его лице сияла белоснежная улыбка, а взгляд блуждал по моему телу с желанием. Сейчас, глядя на него, не могу понять, что же когда-то меня так привлекло в нем? Но разве это сейчас важно? Сейчас меня интересует совсем другое….

- Что…, - все еще не могу совладать со своими мыслями, и запинаюсь как дурочка, - что ты здесь делаешь? Что тебе нужно?

Максим сел на свободный стул, придвинув его поближе ко мне. Его ладонь опустилась на мою коленку, но я тут же ее одернула. Холодное прикосновение вызывало лишь противный зуд в глубине души.

- Какая ты стала красивая, - голос был таким нежным, словно песнь соловья. Но от этого лучше не становилось. – Как же я по тебе скучал, солнышко.

Да-да-да… именно так он меня всегда называл – солнышко! Я всегда таяла, когда он так говорил, но сейчас чувствовала как ком подкатил к горлу, а руки затряслись.

- Что тебе от меня нужно?

- Я пришел за тобой, и за нашей дочкой, - воодушевленно пролепетал он, переведя взгляд на Соню. Та все еще кушала свое мороженое, не обращая на нас никакого внимания.

- Она моя дочь! К тебе она не имеет никакого отношения!

- Не горячись, солнышко! Я знаю, ты обиженна на меня, ведь тогда я поддался эмоциям. Но я все осознал, и хочу все исправить. Мне так плохо без тебя… без вас…

- Ты вообще понимаешь, что сейчас сказал? Что ты осознал, Макс? Что вышвырнул свою беременную девушку посреди дороги? То, что унижал меня при всех в университете, когда я пыталась тебе все объяснить? Или то, что уже прошло почти четыре года? Что ты понял Макс?

Голос сорвался на крик, и Соня подняла на меня свои серьезные глаза. После она перевела взгляд на того, кто сидел за нашим столиком.

- Мама, кто тот дядя? – недовольно пролепетала она. Я не успела ничего сказать, как этот наглец решил внести свою лепту.

- Я твой папа, солнышко.

Ошарашено уставилась на него, а сама думаю, чем бы таким его ударить. Соня же скривила гримасу, словно перед ней что-то неприятное.

- Ты совсем офигел, Панфилов? Папа? Где ты был, когда я не знала где переночевать посреди холодной зимы с огромным животом? Где ты был, когда я не знала где достать деньги ей на еду или одежду? Где ты был, когда я растила ее? Тебя не было, Панфилов! И тебя нет сейчас! Слышишь? Для нее ты никто! А для меня пережитки прошлого, которые, я надеюсь, больше никогда не всплывут в моей памяти. Прощай, Макс!

Не знаю, откуда я взяла в себе столько храбрости, но сказав все это, мне полегчало. И дело было далеко не в Мише, который поселился в моем сердце. Чтобы я не чувствовала к Максиму Панфилову, я никогда не смогу ему больше довериться.

Он прошлое! Там ему и место!

Кинув деньги на столик, взяла Сонечку на руки, и мы пошли на выход из кафе. Уже на выходе услышала его серьезный голос, тот самый, которым когда-то в машине меня клеймили «шлюхой».

- Не думай, что я просто так дам тебе уйти. Она моя дочь, и она будет рядом!

Побоялась обернуться. Боюсь посмотреть в его глаза, и понять, что он не шутит. Но я ни за что не отдам ему свою дочь! Она Мишина, а значит ей не место рядом с Панфиловыми!

К приезду Михаила постаралась выбросить все плохие мысли из головы. Не хочу, чтобы мой мужчина еще и об этом думал. Приготовила ужин, а это, скажу я вам, стало некой традицией – встречать его накрытым столом.