Том Круз в России: «На съемках было как в стиральной машине»

Голливудский актер, представивший в России новый фантастический боевик со своим участием, рассказал Афише@Mail.Ru о супергероях, трюках, своей физической форме и детских мечтах

В минувший понедельник в Москве состоялась премьера нового фильма Джозефа Косински «Обливион», который выходит в российский прокат 11 апреля. Картину представили исполнители главных ролей — Ольга Куриленко и Том Круз. В эксклюзивном интервью Афише@Mail.Ru актер рассказал о фильме, своей любви к путешествиям и о многом другом.

― Вы всегда играете только супергероев?

― Мой персонаж Джек — вовсе не супергерой. Он простой человек, обычный механик, который каждый день выполняет свою работу, ремонтирует машины и пытается остаться в живых.

― В фильме после войны с инопланетянами люди вынуждены покинуть Землю, более не пригодную для жизни. По-вашему, какое будущее на самом деле ждет человечество?

― Хорошее. Во всяком случае я этого хочу и надеюсь, что оно будет достойным. Мне нравится ездить по миру, наблюдать за тем, как люди по-разному воспринимают фильмы. В то же время интересно замечать, что общего у людей из разных стран. Я всем советую путешествовать, чтобы понимать, что все мы люди и у нас одни желания, несмотря на культурные различия.

― Какие фильмы вы смотрели, готовясь к съемкам?

― Мне нравятся научно-фантастические фильмы. Раньше мы их смотрели черно-белыми, а потом пришел Стэнли Кубрик и впервые показал нам космос в цвете. Следующим шагом стали картины Стивена Спилберга, а затем и «Чужой» Ридли Скотта. Сегодня этот жанр воспринимается по-новому, фильмы создаются иначе. В «Обливионе» небоскреб не нарисован, он построен на самом деле, а облака вокруг башни — не хромакей, а реальные съемки рассветов и закатов над Исландией, которые проецировались на гигантские экраны. Никто раньше не делал подобного. Все это создало удивительную красоту нового мира, которая приковывает зрителя к экрану.

― Какая сцена в «Обливионе» показалась вам наиболее сложной?

― Любые съемки — это постоянная эволюция, на всех стадиях работы начиная со сценария. Я всегда тщательно готовлюсь, обсуждаю роль с режиссером и другими актерами. На площадке я работаю не покладая рук, чтобы при монтаже у режиссера были дубли, из которых он мог бы выбрать.

― Все трюки в фильме вы выполняете самостоятельно. Вам больше нравятся именно эти сцены или все-таки драматические?

― Я получаю удовольствие и от тех, и от других. В фильме есть сцена, где мы с Ольгой летим в специально построенном для «Обливиона» летательном аппарате, на наших героев действует сила гравитации, и мы чувствуем себя как в стиральной машине. (Смеется.) Мне всегда хотелось побывать в Исландии. Во время съемок там было светло круглые сутки, я не мог спать, поэтому по ночам я забирался на вулканы, а утром шел работать. Часто мне приходилось водить мотоцикл, который также создали специально для фильма, и поэтому он мог повести себя непредсказуемо. Кстати, на площадке «Обливиона» я отпраздновал свое 50-летие, и этот мотоцикл мне преподнесли в качестве подарка.

― Как вам удается так хорошо выглядеть?

― Я всю жизнь занимаюсь спортом. Съемки в фильмах и моя продюсерская деятельность занимают много времени, но я стараюсь все успевать. Я рос на фильмах Чарли Чаплина и Бастера Китона, а в них много внимания уделяется физическому состоянию героев. Раньше я просто садился на свой мотоцикл и перепрыгивал ров. А когда мне было четыре года, я сделал парашют из простыней и спрыгнул с крыши гаража. Мне повезло: шел дождь, и я приземлился прямо в грязь. Я был не самым умным ребенком. (Смеется.) Слава богу, мама не видела этого прыжка.

― Кем вы хотели стать в детстве?

― Уже в четыре года я понял, что хочу сниматься в фильмах.

― Кстати, вы неоднократно упоминали о том, что хотели бы снять собственный фильм. Правда ли это и что это будет за картина?

― Так ведь это все и есть мои фильмы. Я уже снимаю их. Меня часто спрашивают, хочу ли я занять режиссерское кресло, но я люблю играть. Конечно, я сделал много фильмов, в том числе и как продюсер, но мне нравится быть актером и я им останусь до конца своей жизни.

― Скажите, кто из режиссеров, с которыми вам доводилось работать, наиболее на вас повлиял?

― Я всегда чему-то учусь на площадке. Важно видеть, как создается фильм, эволюционирует история, как происходит процесс киномонтажа. Я счастлив, что еще в начале своей карьеры я работал с такими режиссерами, как Сидни Поллак, Мартин Скорсезе, Френсис Форд Коппола, Ридли Скотт и Тони Скотт. У каждого из них своя точка зрения на то, как надо снимать кино. Так что я учился у всех.

― Вы уже не первый раз в России. Вам нравится здесь?

― Впервые я приехал сюда еще в 80-е, как только появилась такая возможность. И всякий раз мне здесь очень хорошо, каждый приезд особенный.

― Вы слышали о том, что Жерар Депардье получил российское гражданство?

― Нет, не слышал. Вот это да. И он теперь здесь живет?

― Нет. Но вам бы не хотелось пожить в России какое-то время?

― Чаще всего я живу в гостиничных номерах. Но мне это нравится, потому что у меня есть возможность поехать в любой уголок мира и снимать там фильмы, работать с разными людьми. Я не люблю оставаться в одном месте надолго. Я люблю путешествовать.