Боги и тени. Легенды Мунгарда

У синего льда

Рассказ о том, как Лайсве встретила Безликого в ледяном лабиринте из первого тома "Нетореными тропами" в том виде, в котором он участвовал в конкурсе этники.

Странно выглядят эти глыбы. Толщу синего льда испещряют тонкие трещины. В многоугольных гранях мерцают едва заметные всполохи. Я вглядываюсь в них, желая постичь загадку таинственной игры света, но вижу лишь собственное искажённое отражение.

- Поцелуй меня, Лайсве, на удачу! – зовёт Вейас, закончив возиться с ловушкой для вэса.

Вообще-то мастерил ловушку широкоплечий Микаш, а мой братик лишь мешал бесполезными советами. Я же предпочла постоять в стороне, слишком хорошо осознавая свою здесь роль. Талисман. Обуза. Почему я не родилась мужчиной? Весь путь до ледяной пещеры на краю света мы с Вейасом прошли вместе, но когда вернёмся, он станет воином, а меня отец продаст в жёны высокородному богачу. Рабыня – вот кто я на самом деле. Свобода в Мунгарде принадлежит лишь мужчинам. Впрочем, не всем.

- Всё будет хорошо, галчонок, – подбадривает меня Микаш.

Приходится улыбнуться. Он безродный – не знает даже имени своего отца. Тоже несвободный, хотя куда более сильный и доблестный, чем все мои женихи вместе взятые. Жаль его. Догадалась уже, что в поход за клыком вэса он отправился из-за меня. Глупый влюблённый мальчишка, хоть и старше нас с братом на четыре года. Знает, что ему ничего не светит, и всё равно рискует шкурой ради нас. Стоило бы полюбить его назло отцу, но что-то мешает. Наверное, не женщина я, раз на такие чувства не способна. И не мужчина.

Послушно подхожу к Вейасу и едва касаюсь губами щеки. Всё будет хорошо. Микаш режет горло приготовленному для приманки оленю. Захрипев, животное валится на бок. Морозный воздух напитывается густым запахом крови.

- Приготовились, – командует Вейас.

«Бегите!» – звучит в голове неясное предупреждение. Это не Вейас. И не Микаш. Оба напряжённо смотрят на истекающую кровью приманку. Кто?! Оборачиваюсь на синюю глыбу. Внутри точно что-то есть!

- Лайсве! – кричит Вейас.

Отвлёкшись, я пропускаю появление вэса. До чего же огромен! Ростом почти с оленя. Покрытый длинной, свалявшейся в колтуны бурой шерстью. С мощной верхней челюсти свисают ниже подбородка похожие на кинжалы клыки. Они-то и нужны Вейасу, чтобы доказать свою доблесть.

Из спины вэса уже торчат отравленные копья Вейаса и Микаша. Но они не останавливают хищную тварь. Чёрные глаза на вытянутой морде горят звериной яростью. И смотрят прямо на меня! Вэс готовится к прыжку. Отчаянно втыкаю собственное копьё в грудь несущейся на меня твари. Острые когти мелькают у самого лица. Я слишком слаба. Я не справлюсь.

- Галчонок, держись!

Схватившись за древко одного из копий, Микаш тянет вэса на себя. Вейас в испуге замирает в стороне.

Из глубины подземного коридора доносится жуткий гул. На мгновение затмевается даже страх перед разъярённым хищником. Вэс тоже напуган. Скулит. Воет. Рычит. Разворачивается прыжком и вонзает клыки в ногу Микаша.

Гул перерастает в грохот. Обледенелый камень под ногами начинает трястись.

- Уходим! – Вейас бросается к выходу из пещеры.

Но мы слишком далеко. Я не могу бросить Микаша! Ледышка больно бьёт по голове. Свет меркнет.

Просыпаюсь под треск еловых лапок в костре. Надо мной все тот же ледяной потолок пещеры. Рядом лежит перепачканная в крови туша вэса. На огне жарятся куски оленины. Микаш пристально вглядывается в языки пламени, привалившись спиной к стене. На лице блестит пот, хотя в пещере довольно прохладно.

Поднимаюсь и сажусь рядом.

- Выход завило. Вейас успел уйти. Вот, – Микаш протягивает мне клыки вэса. – Отдашь ему, когда выберешься. Мяса и дров для костра должно хватить на некоторое время. Растопишь лёд – будет вода. Продержишься, пока Вейас не разберёт завал.

Говорит так, будто уже одной ногой на Тихом берегу стоит. Перевожу взгляд на разодранную вэсом ногу. Рана покраснела и воспалилась. От неё плохо пахнет. Заражение.

- Поцелуй меня, галчонок, на погибель, – тихо просит Микаш. Так отчаянно, что всё внутри переворачивается.

Губы горячие и солёные от пота. По-мужски жёсткие, но такие нежные. Жаль его нестерпимо. Почему я не могу полюбить его даже сейчас, зная, что он умирает по моей вине?!

- Отруби мне ногу, галчонок, – Микаш отдаёт мне меч. – А лучше убей. Сердце здесь.

Он тычет остриём в грудь. Глаза свербят от слёз. Я не могу!

- Жаль, что ты не мужчина, Лайсве, – Микаш закрывает глаза. – Мужчина бы смог.

- Я… – слова умирают, не слетев с губ. Душат рыдания. – Я найду помощь!

Роняю меч, хватаю факел и бегу к чёрному проходу. Тому, который не завалило. Он круглый и гладкий, словно выплавленный в камне. Бреду по узкой тёмной галерее незнамо куда. Говорят, у пещер всегда два выхода. Может, повезёт. Я же талисман. Который всех подвёл.

Галерея расширяется. На гладкой стене видны древние рисунки: люди просят благословения у Высокого неба, охотятся на вэса, приносят богам щедрую жертву. Древние представления о круговороте жизни. Сейчас всё иначе. Мы давно потеряли веру. И смысл.