Революция Евы

Глава 8. Детский праздник и его последствия

– Все должно пройти идеально! – Ева отложила список и посмотрела на безмятежную Карлю, управляющая поджала губы и кивнула. – Торт, свечи и угощение на тебе, конкурсы на Лю, Бальтазар, ты помнишь, что ведешь праздник? Как наш с Яськой духовник и единственный триптон в крепости ты должен сказать приветственное слово. А еще я прошу тебя организовать танцы.

– Зачем детям танцы? – Бальтазар поднял от книги затуманенный взгляд и через секунду опять уткнулся в древний потрепанный том.

– Чтобы было весело! Я же не прошу настоящие бальные танцы, а просто попрыгать, помахать руками. Конкурсы все помните?

– Не начинайте, ваша светлость. – С видом доброй мамочки Карля потрепала Еву по руке. – Все пройдет отлично.

Она никогда так не волновалась, даже перед своим первым митингом в должности директора, но теперь по сто раз перепроверяла списки, украшения зала, угощение, приглашения… изрядно достав за это утро всех причастных к празднику взрослых.

– Ева, прекращай вести себя как деревенская баба на ярмарке, – первым не выдержал Гектор. – Исчезни, пока я не развоплотился!

– Это было бы слишком прекрасно, – отшутилась Ева и, наконец, покинула кабинет управляющей, где они собирались в последние дни.

Ответили ей дружным вздохом облегчения и тихим смехом Лю.

Ева тоже улыбнулась и поспешила наверх в свои покои. Прежде чем наступит праздник, нужно вручить подарок.

Яську она нашла в спальне, Гленна как раз заканчивала делать ей прическу. Девочка сидела на высоком стуле и, казалось, не дышала. На ней было пышное платье цвета чайной розы, которое идеально подходило к волосам и глазам. Ткань для него Ева заказывала аж в Шахистане, и обошлась она дороже ее собственного наряда. Зато глаза Яськи сияли восторгом, она каждую секунду разглаживала юбку и осторожно касалась кончиками пальцев бисерной вышивки на поясе. Увидев Еву, она смешно скосила глаза, но не шевельнулась.

– Красавица наша. - Гленна вплела в густую шевелюру ленту в тон наряду и через минуту выдохнула: – Готово, ваша светлость. Красотища-то какая, скажите? Модистки наши расстаралися, мне кажется, что даже у самой королевишны сказочной таких платьёв не бывает.

– Надо говорить – платьев, – серьезно поправила ее Яська и осторожно коснулась прически, а потом подняла на Еву полный ожидания и напряжения взгляд.

Одобрит или нет?

Ева искренне улыбнулась.

– Да ты у меня красавица, Ясь.

Яська просияла и покружилась. Пышная юбка взлетела колоколом, открывая розовые бальные туфельки и ножки в белых чулочках.

– Все женихи в обморок попадают, – улыбнулась Гленна, складывая в плетеную коробку расчески и шпильки.

– А я их водичкой обрызгаю! – звонко расхохоталась именинница. – А у тебя есть жених?

И она смущенно ковырнула туфелькой ковер.

– Да сватается тут один... необразованный! – покосившись на Еву, сердито ответила Гленна.

– Стоп! – тут же напряглась герцогиня. – Какой еще жених? Тебе только пятнадцать исполнилось!

– Так я и сказала, что старый он для меня, – пожала плечами Гленна. – А будет поджидать в коридорах, так я на него капитану нажалуюсь, чай быстро ему женилку укоротит!

– Кто-то из наемников? – нахмурилась Ева. – Я поговорю с Бурхуном. А пока запрещаю тебе выходить замуж до восемнадцати лет. Ясно? И не переживай, приданое за тобой такое дам, что очередь из женихов выстроится, перебирать еще будешь.

– А она и не собиралась замуж! – тут же сдала Гленну с потрохами Яська. – Она сказала, что выучится в крепости на помощницу лекаря, купит себе платье голубое и сережки с камешками и будет носом крутить.

– Ой, не слушайте ее, – засмущалась Гленна и быстро сменила тему. – Я же тебе подарок приготовила! Вот! – Она вручила Яське браслет – три окрашенных глиняных шарика на красной витой нитке. – Это шарики мечты, загадываешь желание, и как бусина рассыплется - оно сбудется.

Яська тут же нацепила браслет и крепко зажмурилась, а потом открыла глаза и громко чмокнула Гленну в щеку.

– Спасибо!

А Ева подумала, что надо обсудить с горничной ее планы. Как бы не испортили ей девочку. Какой замуж, когда ей еще восемнадцати нет! Но это все позже, не сейчас, сейчас у нее день рождения дочери. Да, именно дочери! И плевать, какие законы усыновления придуманы для аристократов, если надо, она перепишет эти законы под себя.
– Ну что, Ясиния? Готова получить еще один подарок?

***

Ева стояла в дверном проеме и смотрела, как Яська, смеясь, бегает по комнате. Как она щупает мебель, нюхает цветы, гладит стены. Как отодвигает шторы, приседает и трогает пальцами ковер на полу, рассматривает картины, сто раз заглядывает в шкаф, где на полках сложены ее новые вещи, а в отделении для верхней одежды висят платья на все случаи жизни, как с восторгом и визгом открывает полки в письменном столе... Смотрела и чувствовала, как глаза наполняются слезами, а когда девочка подбежала к ней, обняла за ноги и прошептала: «Спасибо, шата Ева. Меня никто не любил так, как вы. Даже настоящая мама так не любила…» – не выдержала и расплакалась. Обняла Яську за плечики, прижала к себе и горячо зашептала на ухо:

– Любила, Ясь, просто ты не помнишь, тебя нельзя не любить. Ты изумительный ребенок, и я счастлива, что у меня есть такая дочь.

Яська на мгновение замерла, закаменела под Евиными руками, а потом откинула голову, чтобы лучше видеть, и звенящим от напряжения голоском спросила:

– Вы будете моей мамой? Настоящей мамой? Взаправдышней?

– Если ты не возражаешь, – серьезно ответила Ева, украдкой смахивая слезы.

– Я не возражаю! – так же серьезно и пылко произнесла Яська и скосилась на глиняный браслет. – Мамочка…

Ева поцеловала ее, спрятала лицо в макушку, рискуя испортить прическу, над которой трудилась Гленна, и тихо выдохнула. Оказывается, все это время она забывала дышать.

– Странно, что шарик не лопнул, ведь мое желание уже исполнилось. – Яська не могла долго стоять на месте, она отстранилась и погладила Еву по руке. – Не плачь, мамочка, я никому не дам тебя обидеть. А мне теперь нужно здесь спать?