Живу в тебе...

Живу в тебе...

Как и каждое утро до этого, и каждое утро после этого, мы лежим на кровати. Вокруг тишина, мягкие подушки пахнут лавандой. Шторы едва приоткрыты, пропуская утренний свет внутрь, отображаясь на противоположной стороне. На прикроватной тумбочке тикают часы, нужно подниматься, за нами скоро придут. Хотя так не хочется вылезать из теплой и такой привычной уже постели. Шелковые простыни всегда возбуждали мое желание, особенно сейчас. Ты дышишь, и я дышу вместе с тобой, ты смотришь в потолок и я тоже, наслаждаюсь его архитектурой и ручной работой. Теперь мы с тобой одно целое, ты это знаешь... но так не хочешь этого. Теперь я живу в тебе. Я часть тебя, и останусь ею навсегда. Просто однажды ты это понял. Услышал мой голос, почувствовал мою силу и сопротивление. Сначала испугался, думал галлюцинации, надеялся, что это чьи-то шутки или приколы, но со временем понял и теперь привык. Тогда, почти год назад, когда я тебя увидела, душа трепетала, а сердце так и пыталось выскочить из груди. Я понимала, что быть с тобой никому не позволено, ты звезда, ты один для всех и не для кого одновременно. Я продала душу дьяволу, именно тогда, стоя перед отелем, в котором ты тогда жил, проливной дождь смывал мои слезы, мои разочарования, боль и меня с этой жизни. Он думал, что обманул меня, и смог заполучить новую душу просто так, отобрав у наивной девчонки как конфету у ребенка. Думал, что я буду мучиться, страдать, проклинать все на свете, желать смерти... Но как же он ошибся в своих догадках и планах на счет меня, наверное, впервые. Впервые жертва потерянной души была довольна положением, в котором находилась и ничего менять не хотела. Я счастлива! Да, теперь я часть его души, а если быть точнее, то я просто он. Он может слышать меня, когда я этого хочу, бывает, мы просто разговариваем, когда никого нет рядом. Это как быть в одной комнате, сидеть друг напротив друга, в темноте, но чувствовать все то, что чувствует он. Я научилась управлять им, очень быстро, не позволяя сопротивляться или не повиноваться мне. Я сильнее, не знаю почему, но если я что-то решала, мне беспрекословно подчинялось его тело. Его фанатки уже давно не замечают на себе взгляда моего любимого, а про улыбки и совсем не стоит вспоминать. Я ему не позволяю, а он мысленно просит отпустить. Обещает исполнить любой каприз, любое пожелание, только бы почувствовать свободу от меня на пару часов. Но даже если бы я хотела… Если бы согласилась… То не смогла бы этого сделать, отпустить, сделать его свободным... Я не хочу этого. Я никогда тебя не отпущу, не сделаю свободным, не позволю самостоятельно делать выбор, без меня. Ты навеки часть меня, а я часть тебя, мы связаны воедино до скончания дней. Прости меня моя любовь, прости. Но ты теперь только мой. Не хочу делить тебя с другими, не хочу, что бы твоя улыбка озаряла других, не хочу, что бы другие даже касались тебя. Я понимаю, тебе очень трудно что-либо объяснить брату, он точно не поймёт, да и не поверит. Я ведь просто живу в твоём теле, мы делим твою душу на двоих. Разделяем между собой страхи и волнения, радости и печали, любовь и ненависть. Ты чувствуешь меня, а я тебя. Я не позволяю тебе заставлять меня ревновать! Я просто тихо глажу тебя рукой, когда ты сидишь в кресте, в полумраке, когда из твоих прекрасных глаз скатываются бриллиантовые слезинки. Глажу твоей рукой, но ты ведь знаешь что это я. «Пожалуйста, отпусти меня…» молишь все время ты, по нескольку раз на день, по нескольку раз за мгновение. И даже сейчас, когда мы лежим на мягкой постели, на пахнущих лавандой подушках, ты опять просишь тебя отпустить. Но я не могу, не хочу. Алая струйка потекла из твоих прекрасных глаз. Почему же ты плачешь, любовь моя? Но по кровавой слезе змеёй вьется, чёрна нить. Нет, то не тушь, которой ты подкрашиваешь свои и без того длинные и пушистые ресницы. Это не черный карандаш, которым ты так любишь подчеркнуть свои глаза. Теперь ты всегда так плачешь, и будешь так плакать, пока я живу в тебе, и уходить я никуда не собираюсь. Я зло, поселившееся и живущее в тебе, и это всегда отражается на твоих чистых эмоциях, на твоих, когда-то, кристально прозрачных слезах. Но нет, любимый, я так сильно тебя люблю, и не хочу, ни с кем тебя делить. Я не смогу позволить кому-то тебя целовать, касаться твоего тела или гладить твои волосы. Если бы ты и хотел что-то сделать, пойти мне наперекор, не слушаться меня, делать все по-своему, ты не смог бы. Ты ведь знаешь, что за неповиновение я причиняю тебе боль, когда ты пытаешься уйти от меня, сбежать. Поздно, теперь я в тебе на всегда, мы одно целое, неразделимое ни человеком, ни временем, ни жизнью. И даже тогда, когда ты пытаешься найти свою любовь, я вновь глажу тебя по щеке. Не плачь, не нужно этих страшных слез, не нужно этой горести. Мы же теперь одно целое. Я живу в тебе, живу с тобой и только для тебя, и ты уже никуда не от меня сбежишь… Прости…