Книжная лавка госпожи Валенсии

Глава 16

— Значит, все свободные народы живут на своей территории и только гномам и змеелюдам спокойно не сидится, —  сказала я, захлопнув «Историю Рагрэйна от первых драконов до наших дней», книгу, которая попалась мне на глаза первой, когда я оказалась в этом мире.

— Людских поселений много на землях Рагрэйна, но самое большое здесь, в столице, Грэймхире. Эльфы и дриады предпочитают Илирейский Лес, кентавры, как я уже говорил, живут в Каррадской Степи, феи прячутся в цветущих садах Ассиэлии, оборотни заняли Полночную Рощу, гномы властвуют в Серых Горах, ведьмы предпочитают Вересковую Долину, сирены обитают в Льдистом Море, а змеелюды… — Арх замер, сидя на спинке дивана. — Змеелюды теперь в Черном Замке.

— А маги?

— Должность мага преемственная, как у верховной ведьмы, но теперь это не имеет значения.

— Почему?

— Думаешь, мага оставили в живых? — угрюмо поинтересовался ворон.

— Понятия не имею. — Я пожала плечами, но поняла, что мой ответ и не требовался, Арх просто рассуждал, расхаживая по спинке дивана.

— Но кто-то ведь заговорил их медальоны. Змеелюды не обладают магией. Но оставь они в живых мага, с его помощью змеелюды уже отыскали бы пропавших. — Я мысленно отметила, что он использовал слово «пропавших», а не «сбежавших». Кажется, ворон ярый приверженец старой власти.

— Арх, но ты сам видел этих существ, с которыми расправились змеелюды. Они выглядят довольно жутко… Бывший владыка что-то там шаманил в своем замке и, признаться, у меня мурашки по коже бегут при одной мысли, как ему удалось вывести таких созданий… И главное — зачем.

— Не верь своим глазам, но доверяй своему чутью, — наставительно прокаркал ворон.

— Чутью?.. Сложно доверять ему, когда змеелюды представили такие доказательства. Знаешь, я бы не хотела, чтобы подобное существо оказалось в опасной близости от меня, пускай и с самыми добрыми намерениями.

Ворон угрюмо нахохлился и ничего не ответил, а я вздохнула, вспомнив случившееся на площади пять дней назад.

Во мне все произошедшее оставило щемящее чувство. Я не могла объяснить его природу, но внутреннее чутье, которому советовал доверять ворон, говорило, что сказанное змеелюдом-глашатаем — правда лишь наполовину.

И хотя я понимала, что не существует красивых способов захвата власти, не могла не злиться на змеелюдов за то, что они выбрали именно это время для воплощения своих революционных планов.

— Главное сейчас — сидеть тихо и не привлекать внимание новой власти. Понимаешь, Арх? — обратилась я к ворону. — Хоть я и вижу, что опальный владыка вызывает у тебя чувство приязни, но все-таки лучше не показывай свои чувства так открыто, договорились? Пользы от этого не будет, а вот проблем можно получить массу. Пойдем лучше съедим печенья и выпьем молока.

Арх дернул крылом и ничего не ответил, однако охотно спрыгнул на подставленную руку.

За прошедшие пять дней мы с вороном разгребли книжные завалы в торговом зале и рассортировали часть книг, но ближе к своей цели я не стала.

Ни в одной из просмотренных мною книг не было сказано ни слова об «Альманахе мага Морфиделюса», ни о двойниках из другого мира, ни о том, как можно стать невидимкой (а я-то возлагала на этот способ проникнуть в замок большие надежды).

Я поставила перед Архом тарелку с печеньем и налила нам молока — себе в стакан, а ворону в блюдечко.

— А чем будешь угощать своего ушастого поклонника? — ехидно поинтересовался ворон, стаскивая с тарелки печенье.

Я закатила глаза. Пока что мне удавалось откладывать встречу с эльфом, но поклонники Валенсии были на редкость упертыми. И хотя несколько дней назад я оставила на крыльце эльфа бутыль с сидром и кусок шарлотки в благодарность за лечение ворона, этого оказалось недостаточно — Амриэль приходил каждый день, говорил о своих чувствах и довел меня до того, что я перестала открывать ему дверь.

Сегодня доставщик принес мне букет полевых цветов и письмо. На кремовой плотной бумаге красивым эльфийским почерком было написано, что  Амриэль придет сегодня и больше не потерпит отказа.

Я решила написать эльфу ответное письмо с просьбой воздержаться от посещений, потому что очень занята, однако не смогла справиться с пером и чернилами. Поставив несколько клякс, я велела доставщику на словах передать мое послание и вернуть букет отправителю.

— Ешь свое печенье, — сказала ворону.

— Откуда это недовольное выражение на твоем лице, Тина? — хитро поинтересовался тот, вместо того чтобы последовать моему совету. — Этот эльф очень красив. Любая смертная была бы счастлива, обрати он на нее внимание.

— Значит, я исключение, — дернула я плечом, пальцами кроша печенье. Аппетит пропал.

— Судя по всему, он богат.

— Мимо, — отрезала я. — Деньги меня не волнуют.

— Ответь согласием на его предложение, сыграйте свадьбу, подари ему маленьких полуэльфят и будет вам счастье, — продолжал ехидно каркать ворон. — Ты же сама говорила, что в своем мире была одинока.

— Я не выбирала свою болезнь.

— Но теперь у тебя есть шанс изменить судьбу. Почему в твоем мире у тебя не получилось построить семью? Ты не рассказывала.