Прикажите мне, принцесса

Глава 10.2

Спустя десять минут они уже были под надежной защитой прочной металлической крыши «Белого миспарда». На кровле в Амоннине не экономили.

Хозяин принял оплату, выделил обычную комнату из длинной вереницы небольших каморок на втором этаже вдоль балкона-галереи над главным залом. На смуглом лице пожилого трактирщика не возникло ни тени удивления. Видно, Эреол накрыл себя и Элейн каким-то очень убедительным мороком-личиной.

И теперь пожирающий разум дождь хлестал по жестяному наружному подоконнику, иногда выстукивая обрывки мелодий на стекле, а Элейн сидела за хлипким столом в жестком кресле, пила чай с черствым ягодным пирогом — похуже, чем при дворе, зато с чувством выполненного долга, — и пасмурно гадала, как будет оправдываться завтра утром. Порез на руке кое-как заживил Эреол. Он утверждал, что после использования клятвенного вадрита неплохо пополнил запасы магической энергии, переработав в нее потраченные реваншистами жизненные силы. Правда, энергия эта, по его словам, отдавала магией ЛʼАррадона, а не ощущалась как привычный взаимообмен с простыми людьми. И колдун понятия не имел, в чем дело. Но пока это работало как нужно, он не заострял внимания больше, чем необходимо.

Он всегда учил Элейн расставлять приоритеты.

— Рано или поздно ЛʼАррадон додумался бы применить «купол», если он принимает настолько близкое участие в делах Кервелина. — Эреол вошел в комнату, закрыл за собой дверь, и звуки шумной пирушки внизу отодвинулись на задний план. — Они натягивают над городом определенное магическое поле, потом накладывают на все листовки разом поисковое заклинание и отслеживают их прошлые перемещения. Копия купола показывает следы красными линиями. Это просто, хотя создание купола сильно тянет магию. Ну да не ЛʼАррадону беречь силы… — усмехнулся он. — Я был готов, что рано или поздно мою квартиру найдут. И я примерно знаю, на что способен ЛʼАррадон, так что рассчитывал вырваться. Правда, наша тайна раскрылась бы тогда намного раньше. Ты правильно сделала, что немедленно предупредила меня.

Эреол пересек комнату и сел напротив Элейн, небрежно облокотившись на поцарапанную столешницу. На лице его блуждала торжествующая усмешка. Та самая, одновременно юношески-задорная и пугающе хищная.

— Так ты знал? — проговорила Элейн. Она слишком устала и перенервничала, чтобы сохранять остроту эмоций. — Почему не говорил мне? Если бы тебя раскрыли, только глупец не догадался бы, что и меня — принцессу — тоже следует искать где-то в деле.

— Умозаключения… Лишняя информация ни к чему, — отмахнулся Эреол. — Этого ведь все равно не случилось.

Огонек за мутным стеклом лампы дрогнул. Под низким потолком гуляли неизвестно откуда взявшиеся сквозняки. Элейн поежилась. Подобие этого огонька забрезжило в ее усталом сознании. Что-то важное, важное… Что-то, связанное с «куполом»…

— Послушай, — она наконец поймала ускользающую мысль, — этим способом можно отследить что угодно, так? А кинжал, которым убили Феретти? Убийство можно было бы раскрыть за минуту. Это нужно не только реваншистам, но и королю. Феретти был одним из ключевых военачальников.

Эреол кивнул.

— Да. И если ЛʼАррадон так и не попытался, это о многом говорит.

— Что его не так уж сильно волнуют проблемы Кервелина?

— Проблемы Кервелина его не просто волнуют — они вызывают у него недоумение, переходящее в панику, судя по рассказам, — отмел это предположение колдун. — Здесь другое. Я бы скорее решил, что кому-то из них, или королю, или ЛʼАррадону, вообще не нужна разгадка. А значит…

— Значит, Феретти убили с их ведома и благословения! — поняла Элейн. — Получается… они знают о реваншистах? Или хотя бы подозревают?

— Не думаю. Тогда здесь что-то не вяжется, — покачал головой Эреол. — Они не стали бы выжидать и молча наблюдать, а давно схватили бы всех. Но раскрытие этого убийства им не нужно. Определенно. Они могли заподозрить в реваншизме одного лишь Феретти и убрать только его. Как знать…

Они помолчали. Элейн с сожалением допила остатки чая.

— Ты останешься здесь? — спросила она.

— Посмотрю, как поведет себя ЛʼАррадон. Завтра утром вместо ничего не подозревающей госпожи Вирузим он обнаружит пустую квартиру со стертыми следами магической индивидуальности. Если после этого начнутся обыски — вернусь в нишу мира на время. Пока стоит «купол», о листках придется забыть, — Эреол прошелся по тесной комнате, приоткрыл дверь и взглянул с высоты галереи на общий зал. — Жаль. Отсюда удобно наблюдать — как минимум прислушиваться, о чем нынче говорят в кругу друзей. Но обыски пошли бы нам даже на пользу…

Он снова довольно усмехнулся:

— Госпоже Вирузим все-таки удалось пошатнуть спокойствие в Кадмаре, Элейн. Началось.

***

Наутро Элейн проснулась поздно.

Какое-то время она еще лежала в полусне, не спеша пробуждаться окончательно. Никто не шумел над ухом, не визжал мерзким голосом что-то о дневных туалетах и расписаниях дежурств. Только кровать была жестковатой, а под тонкое одеяло пробиралась колкая утренняя прохлада…

Элейн распахнула глаза и увидела низко над головой деревянные балки.

Точно. Она ведь не во дворце. Она в харчевне «Белый миспард», время (тут она отыскала взглядом часы и ужаснулась) близится к обеду, а от репутации — по меньшей мере перед лицом Аверии, королевы и всех фрейлин-соседок — остались клочья. Как теперь объясняться перед опекуншей? И почему, Хешшу его раздери, Эреол позволил столько спать?

— Эреол! — позвала Элейн. Где-то позади, за спинкой кровати, раздались шаги — колдун отошел от окна. — Почему ты меня не разбудил? Может, магией внушишь всем, что я ночевала в спальне фрейлин?

— Кофе?

Вместо ответа Эреол махнул рукой в сторону стола. Стоящая на нем кружка немедленно задымилась, исходя знакомым ароматом.

— Ты бы все равно не смогла вернуться во дворец, — продолжал он. — Маги появились здесь одновременно с рассветом. И точно знали, где и что искать. Мы вовремя ушли вчера.