Нибиру. (книга 1)

Глава-22. Настроенные Против

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

НАСТРОЕННЫЕ ПРОТИВ

**********

1

- Я и рок могу, - встрепенулся Ярослав после очередного акустического соло.

Мы уже позавтракали, Власта убежала рассказывать всем о новом чуде света, а мы с Нильсом остались в студии. Полагаю, изобретение Ярослава наберёт большую популярность, чем статуи Нильса, но сыну я об этом не скажу.

В открытую дверь вошёл Цо.

- Что происходит? – растерянно спросил он, хмуро шаря по нам взглядом.

- Играем музыку, - беззаботно ответил я.

- Как?

В эту секунду Ярослав переключил тумблер на усилителе и ударил по струнам. Комнату залил жужжащий шум, какой можно услышать при тяжёлом роке. Я не знаток таких групп, но, полагаю, Nirvana, из всех мне известных, находится в самом близком звучании.

Цо вжал голову в плечи и опасливо поглядел в сторону импровизированной сцены. Тем временем Ярослав заиграл на гитаре убойные рифы, от музыки повеяло чем-то скандинавским или немецким. Правая рука Ярослава только и мелькала, правильно вырисовывая сложный ритм. Нильс тоже втянул голову в плечи и посмотрел на меня с восторженной улыбкой. Взгляд лива прирос к усилителю.

Когда Ярослав остановился, Цо тихо спросил:

- Как ты это сделал? – Он медленно направился к сцене и тут же предупредил: – Погоди пока, не шуми. Я боюсь.

От этих слов я покатился со смеху, а Цо непонимающе обернулся на меня. Его глаза напоминали глаза кота, который смотрит в окно на фейерверки, прижав ушки.

- От этого никто пока не умирал, - хмыкнул Ярослав и специально взорвал риф.

Цо прикрыл уши ладонями, но он улыбался, хотя и чуть не падал в обморок от страха.

- Поверь, даже ты можешь такой шум издавать, и не умрёшь, - сказал Ярослав, когда гитара перестала заводиться.

- Это технологии серых дьяволов? – Ливы уже научились выговаривать слово гуманоиды, но никак не хотели отвыкать от старой привычки.

- Это и мы умели, - ответил Ярослав. – Я попросил у серых дьяволов необходимые инструменты просто. Вы ещё не придумали музыку?

- Наверное, нет. – Цо говорил будто на последнем дыхании. – Один парень у нас берёт тоненькую дощечку, кладёт на бревно и бренчит ей. Иногда он меняет её длину и получаются интересные звуки.

- Ну вот, вы на верном пути, - улыбнулся Ярослав. – Где-то лет через четыре тысячи придумаете вот такое вот.

- Через четыре тысячи??? – Цо выпятил глаза.

- Ну да, так что залезай и пользуйся, пока разрешают.

Слова Ярослава заставили лива осторожно ступить на сцену. Думаю, Нил Армстронг опускал ногу на Луну с таким же трепетным восхищением. А потом Ярослав начал учить Цо играть на гитаре. Хотя нет, у меня не поворачивается язык назвать так этот процесс. Скорее – учил лива прикасаться к струнам.

Через несколько минут любование дуэтом закончилось. В студию приходили люди, желающие убедиться в новом чуде Ковчега. За секунды помещение превратилось в базар, и я поспешил удалиться. Однако, уходя, не смог не заметить блеск в глазах людей.

В следующие дни, я готов был поклясться, Ковчег будто запел. Будто люди стали добрее. К Ярославу часто захаживали жаждущие искусства, просившие сыграть что-нибудь душевное. Нина даже предложила объединить студию и кафе, чтобы Ярослав играл музыку всякий раз, когда в Олимпе появляются посетители, а на место повара поставить Цо с Чонгом. Ярослав тут же отверг идею, с усмешкой сказав, что вся лирика, которую он играет в студии – это композиции, которым его научили в музыкалке, а его истинные вкусы столь специфичны, что сыграй он это в кафе, посетители назовут его больным ублюдком.

Цо заразился новым изобретением и теперь обучался у Ярослава игре на гитаре. Для него даже делался второй инструмент. Чонг первое время хвостиком держался Цо, что я уже со смехом начал представлять рок-группу из ливов, но шум показался совёнку слишком громким, и он появлялся в студии всё реже и реже.

Как Ярослав и ожидал, Шер не просто дал добро на исполнение музыки на его свадьбе, а поддержал идею руками и ногами. И у Ярослава тут же возникла идея немного натаскать Цо, чтобы тот подыгрывал ему.

Однажды за завтраком в Олимпе Ярослав хвалил чувство ритма лива. Будь моя воля, я бы его на барабаны посадил! – говорил Ярослав.

Как-то вечером, раскрыв дверь, чтобы прохлада Нибиру вместе со звуками стрёкота диковинных насекомых залетали внутрь, мы сидели в студии. Я – на привычном ящике, откинувшись на стену. Последние несколько дней выдались душными, и пот разъедал кожу. В студии кондиционер отсутствовал, ибо она строилась намного позже основных зданий.

Я млел.

Ярослав сидел на сцене, Цо болтал ногами на усилителе, а на полу расселись Нильс, Власта, Нина и главное – Дэвид, обнимающий Анну. Американец вошёл в одно помещение с ливом! Разве после этого могут возникнуть вопросы о волшебном влиянии музыки?

- В принципе, есть микрофон. Гуманоиды сделали прекрасный усилитель голоса. Не знаю, я на Земле с такими не работал. Но для настоящего рок-н-ролла не хватает басиста и ударника. С двумя гитарами музыка звучит бедновато.

- Не прибедняйся, - усмехнулась Нина, поглаживая ирокез. – У тебя всё звучит прекрасно.

- Неправда. И судя по твоему ирокезу, ты прекрасно понимаешь, что не так?

- Ну да, - Нина кивнула. На шее мелькнули морщинки. Думаю, я впервые видел женщину, стареющую телом, но остававшуюся в душе подростком. – Мои вкусы не далеко отошли от твоих. Но у тебя есть Цо. Почему бы тебе не взять его басистом?

В глазах Ярослава засветилась догадка, и он покосился на лива.

- Точняк! У тебя же прекрасное чувство ритма! – воскликнул Ярослав. – А я, как дурак, электруху стругаю.

- Что значит басист? – нахмурился Цо.