Дракон, осторожней с любовью!

Глава 2. Судьбы передел

В поисках еды для сына Рог’И летел, стараясь держать огненный шар светила строго за спиной. Сложно выслеживать добычу сверху, когда глаза твои слепят лучи источника пламени почти столь же яростного, какое, как полагают, горит у тебя в груди.

Между тем ласковое «почёсывание» спины лучами светила умиротворяло. Благостное ощущение настраивало едва ли не на философский лад. Возникало желание задуматься над логикой дальнейших действий, равно как оценить особенности устройства своего тела.

Рог’И летел низко над горами, высматривая желанную добычу на их склонах. Ожидать скорой удачи здесь в данное время года было опрометчиво. Скудная растительность не привлекала сколь-нибудь примечательных её искателей.

Впрочем, сохранялся шанс встретить случайно забредшего сюда потенциального претендента на участие в драконьем пиру. Иначе пришлось бы сильно удалиться от логова и потратить на охоту много драгоценного времени. Лететь же в поселение людей за неурочной данью вообще в правила не вписывалось. Не так он слаб, чтобы не добыть пищу охотой!

Поиск добычи побудил лететь не по прямой, а совершать зигзагообразные перемещения из стороны в сторону. Причём амплитуда всё более росла. Со стороны могло показаться, что Рог’И сбился с пути и тщетно рыщет в поисках нужного направления.

Конечно, никто из драконьих собратьев не обманулся бы, увидь он манеру движения молодого Властителя. Драконы не любили удаляться от логова, хотя при необходимости могли преодолевать громадные расстояния. Тем не менее, природная величественность мешала бездумно пускаться в погоню за добычей напрямую. Да и кто вообще сказал, что добычу можно добыть таким способом?

Великаны неба, парящие в слабой гравитации этого мира, поднимались предельно высоко. Но даже в самой высокой точке полёта жертвы хорошо видели преследователей с поверхности и старались получше спрятаться. Поэтому гордым хозяевам горных вершин приходилось немного хитрить и сбивать своими действиями возможную добычу с толку.

Зигзаги, которые Рог’И чертил в небе, затрудняли понимание направлений его последующих движений. И вообще, такие действия помогали выпасть из поля зрения неразумных обитателей горных и речных долин, заставляя их «думать», что дракон летит от них, а не к ним.

Усыпление бдительности помогало осторожно (какое ужасное, однако, слово!) подкрасться к жертве, атаковать с неожиданной стороны и поджарить в парах выдыхаемого изопрена. При смешивании с воздухом летучая жидкость рождала то самое «вечное пламя», которым славились драконы. Вылетала она из пасти, произведённая особой железой, и со стороны казалось, что огонь живёт прямо внутри дракона.

Сами Властители Неба не обманывались, но, находясь в поэтическом настроении, любили сравнивать себя с живыми звёздами или вулканами. Трудно ведь было вдохновиться образом плюющейся крылатой ящерицы, одно из выделений которой загорается на воздухе. Обладая разумом и чувством вкуса, драконы замещали грубый натурализм описания чуть более достойными выражениями.

Приятно думать, что огонь живёт прямо в тебе. Высокая температура тела, превосходящая по уровню температуру многих ящеров, даже тех, что были теплокровными, рождала образ жара, рвущегося изнутри. Мало кого интересовала правда о том, что жар производила железа, окончательно формировавшаяся к подростковому возрасту, в период выхода на Первую Охоту.

***

Время шло, но наблюдения с небес не дарили надежд на скорый успех охоты. Рог’И тщетно искал внизу признаки добычи, видя лишь полустёртые следы довольно давно прошедших здесь травоядных. Следы шли вереницей, даже камни гор не всегда могли их оборвать.

Трицератопсы были сравнительно невелики, не более семи метров в длину каждый. Тем не менее масса около десятка тонн, при всей низкой гравитации планеты и малом весе рогатых созданий, не мешал им сметать небольшие преграды со своего пути. Разбросанные камни, валявшиеся вдоль протоптанных троп, явно указывали направление переходов возможной добычи охотника.

С сожалением Рог’И вынужден был констатировать, что будущая еда его сына, следы которой он видел, передвигалась по отчим владениям уже давно и также давно покинула эти владения. Между тем опасное приближение молодого Властителя Неба к границам угодий грозило при их пересечении столкновением с соседним драконом.

Обычно Рог’И не нарушал неписанное правило и соблюдал незримый предел. Точно так соседи признавали условные границы его владений. Непрошенное вторжение толкало смельчака к опасной встрече с хозяином, могущим всеми средствами покарать пришельца.

Сам Рог’И даже не задумался бы, рискни кто-либо проникнуть в его владения. Причин столь наглого проявления неуважения не уточняли. Хозяин угодий действовал решительно и быстро. Промедление грозило неминуемым «прославлением» в качестве ослабшего и потому негодного защитника семейства.

Дурная «слава» губила быстрее, чем возможное поражение в схватке с вторгшимся драконом. Вся округа получала знак, что с хозяином можно не считаться. Тогда соседи вполне могли с разных сторон разом напасть на недавнего полноправного Властителя и расхитить его кладки, захватить жён и уничтожить сыновей.

Принципы добрососедства не интересовали Властителей Неба. Важно было сохранить линию преемственности, обеспечить продолжение рода. Для того поддерживали и защищали подруг, в партнёрстве с которыми видели залог выживания сынов драконьего племени, а через них и создание условий для появления новых Матерей.

Осиротевшие владения становились добычей более удачливых агрессоров. Впрочем, здесь имелось важное исключение. Права преемства переходили новому хозяину, только в случае гибели старого в поединке или как итога уклонения от такового. Иная другая причина сиротства предела позволяла возглавить его одной из Матерей Драконов, сын которой вошёл в мир, но ещё не вступил на тропу Первой Охоты.

Драконы жили долго, сражались в основном лишь в ритуальном круге, разумно избегая вторжений друг к другу. Поэтому свирепые правила редко вступали в силу. В горах, подвластных Властителям Неба по эту сторону моря, царил относительный мир и спокойствие.