Мажор. Право на ошибку

Глава 14

Агата

- Подслушивала? – Терехов усмехается, а в глазах уже вовсю черти пляшут.

Как у него все просто, оказывается. Даже оправдаться не пытается, хотя зачем ему объясняться? И так все понятно, да и Платон особо не скрывает своих истинных намерений. Раз, и решил судьбу девчонки. А что, ему же можно – такие, как Платон Терехов, вряд ли станут интересоваться моим личным мнением.

- Запрещено? – язвительно отвечаю, так как парень давно нарывается.

Одно приглашение в кино чего стоит – я, кажется, даже на несколько долгих секунд дар речи потеряла, когда услышала столь странное предложение из уст Платона.

Он издевается? А как иначе можно назвать его провокации?

- Я просто думал, ты сбежала, - немного даже корпусом вперед подается, а так же делает еще один шаг мне навстречу.

И упирается грудью в мою ладонь.

- Не подходи! – снова повторяюсь, но в ответ получаю лишь очередную ехидную улыбку.

Смешно ему, еще бы! Такое бесплатно развлечение себе нашел!

- Очень страшно! – мигает бровями и снова прет вперед, как танк, заставляя меня отступать.

- Вот нафига оно тебе сдалось, скажи на милость? – как-то ведь надо его сдвинуть с намеченной “цели”, иначе он сейчас точно съест меня, целиком и полностью.

- Что именно? – Платон улыбается одними уголками губ, а у меня чуть ли не стон вырывается.

Какой же он все-таки… сексуальный! И красивый! Шесть лет назад все девки кипятком писали, глядя на Платона. А если еще улыбнется на их заигрыванья…

- Ты можешь быть серьезным? – печально вздыхаю, так как броню эту вряд ли пробью. Но ведь попробовать же можно.

И шанс есть всегда!

- Зачем? – опять усмехается этот наглец, да что за черт-то такой в него вселился.

- Вообще-то, если ты не забыл, то мы тут по делу собрались.

- Не забыл, - пожимает плечами с безразличием. – Мы еще только начинаем договариваться.

Самомнение у Терехова зашкаливает, но я его сейчас быстро с небес на землю спущу. Вряд ли он согласится на мои условия – я слишком много запросила. Никто в здравом уме и трезвой памяти не рискнет заплатить подобную сумму неизвестной модели.

А значит, можно начинать праздновать победу! Не получится у тебя, Платоша, “купить” меня.

Я же сказала – никогда не стану твоей!

Свой шанс ты упустил…

- Ни о чем с тобой я договариваться не буду! – выдаю ему прямо в лицо, и снова отступаю, так как Терехов нагло движется вперед. – Ты же слышал мои условия!

- Это очень много, Агата!

- На меньшее я не согласна!

Вот куда он смотрит, скажите на милость? Ах да, мое “возбуждение” и “возмущение” сейчас вздымается, того и гляди выпрыгнет из декольте. А этот негодяй пялится на грудь, не стесняясь открыто демонстрировать свой интерес.

И после подобной наглости он еще на что-то надеется?

- Предлагаю компромисс, - спустя время произносит Платон довольно спокойно, а у меня в ответ вырывается резкое и довольно громкое:

- Нет!

- Ты еще не слышала…

- Не хочу ничего слышать!

Он поднимает на меня взгляд, того и гляди, прожжет насквозь. Глаза пылают так, что пора бежать за огнетушителем. Как же, второй раз самому Платону Терехову отказала!

А мажор к отказам точно не привык!

Ничего страшного, никогда не поздно начинать!

- Все-таки злишься…

- Ты меня не слышишь!

- Я виноват, согласен…

- Платон!

- Но я же ничего тебе и не обещал…

Непробиваемый, черт бы его побрал! Просто бесит до посинения и до громкого зубовного скрежета! Наступает, как танк, а я сама не замечаю, как оказываюсь прижатой спиной к стене.

Главное, дверь-то совсем рядом! Стоит лишь руку протянуть, и вот она, заветная ручка. Один негромкий щелчок, и свобода!

Только вот сейчас сверху на меня напирает каменная глыба, которую ничем не пробить. Руки упираются в стену аккурат возле моей головы, а лицо парня приближается к моему.

- Ты… что задумал? – смотрю на парня, не моргая, еще сильнее вжимаясь в стену.

- Ты же слышала на балконе, о чем я мечтаю, - Платон тянет гласные буквы, как будто наслаждаясь и произведенным эффектом, и моими круглыми глазами, и моей временной растерянностью.

- Поздно! – выдаю ему прямо в лицо, но надежда отделаться от этого негодяя тает, как снег в середине июля, так как лицо парня уже совсем близко.

Так близко, что дыхание касается моих губ.

- Мечтать никогда не поздно.

- Ненавижу тебя, - шепчу в ответ, а сердце замирает.

Он же не посмеет – не сделает мне больно. Хватит того, что разрушил когда-то веру в мужчин.

Мы сейчас одни. Да и заступиться за меня некому.

Но ведь не пропащий же Терехов совсем – все-таки воспитанный и порядочный, на что я надеюсь.

- Строптивая, - спустя время выдает Платон и слегка усмехается. – Но тем сильнее заводишь.

- Ответь мне честно на один вопрос, - выдаю, сама от себя не ожидая подобного порыва.

 Платон замирает, больше не пытается меня поцеловать и даже отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Серьезен, но и я не шучу. Чувствую, что именно сейчас наступает переломный момент и в моей жизни, и в моей карьере.

- А что взамен? – парень приподнимает одну бровь вверх в немом вопросе.

- Обсудим, - усмехаюсь, немного расслабляясь, но все равно напряжение до конца не отпускает.

- Контракт, постель и мое личное уважение, - мигает бровями, и снова у него на лице появляется эта победоносная улыбка, от которой барышни просто тают.

Но я же крепкий орешек! Меня такими дешевыми приемами не купишь!

- Наглец! – фыркаю прямо в лицо Платону, а он даже глазом не ведет.

- Есть такое, - немного наклоняет голову в сторону, не сводя пристального взгляда. – Так что за вопрос?

- Только честно!

- Как на духу!