Янтарное сердце Амити

Глава 20

«Это он мне только что оливковую ветвь, что ли, протянул? – провела я пальцами по шершавому корешку книги. – Но с чего бы вдруг?»

Чувствуя себя в полном смятении, я растерянно посмотрела на декана. Вот сколько бы клиентов ни приходило в наш с Лив магазинчик, по ним всегда было видно какого они сорта ягода и чего от них можно ожидать, поэтому в людях я что-то да понимала. Но декан… Он вогнал меня окончательный ступор, особенно последним поступком. Слишком Флэмвель был противоречивым и непредсказуемым. И сколько бы я ни пыталась его понять или «прочитать», у меня буквально закипала голова и ничего не получалось.

Я видела, как в глазах декана плескается янтарный огонь, готовый сорваться и испепелить всё на своём пути – только дай ему волю. Однако даже когда Флэмвель улыбался на его лице всегда оставалась прочная ледяная маска, которую не пробить кузнечным молотом, что мне периодически ну о-о-очень хотелось. И только шрам на скуле напоминал трещину – след давнего противоречия между жаром и холодом, появившийся, пока не нашёлся некий баланс. Казалось истинное «я» Реджеса Флэмвеля пряталось именно там, что забавно. Это же всего лишь шрам.

Я долго наблюдала за деканом в надежде хоть разок поймать его взгляд и, возможно, понять что-то благодаря нему, но декан на меня так и не посмотрел. Он был полностью поглощён уроком, да ещё так интересно рассказывал о магических спиралях, что и я невольно заслушалась. А после сама обо всём позабыла и не заметила, как прозвенел звонок. Чему даже немного расстроилась. Все-таки Флэмвель умеет интересно рассказывать.

– Всё-таки не такой уж он злой, – кивнула Ванессия на книгу декана передо мной, которую я хмуро разглядывала, и с усмешкой добавила: – И не такой уж индюк.

В ответ я неопределённо пожала плечами.

– Идем? – поинтересовалась она, а я кивнула и поднялась из-за стола, пропуская её и Сенжи, однако уже у выхода замешкалась:

– Идите вперёд, я немного задержусь.

– Подождать тебя в коридоре?

– Нет, не нужно, – я взглянула на декана, который что-то писал на пергаменте за столом. – Если не успею вас догнать, займите мне место. Хорошо?

– Без проблем, – улыбнулась Несс, и вместе с Сенжи вышла из кабинета.

– Интересный был урок, – уже из коридора донеслась до меня их беседа.

– Очень! Всё же Флэмвель – это Флэмвель. Лучше преподавателя не найти!..

Я тяжело вздохнула в ожидании, когда кабинет покинут остальные ученики, которых осталось не так уж много, и заметила приближающуюся Мирай.

– Спасибо, что заступилась за меня перед Растом, – вспомнила я, когда мы с ней поравнялись.

Она остановилась, продолжая прижимать к себе две книги, одна из которых была о магических спиралях, а вторая оказалась историей магии. Мирай немного подумала и коротко произнесла:

– Не за что.

Однако, сделав шаг, всё-таки добавила:

– Кристаллы же не ошибаются…

Я не стала оборачиваться и смотреть, как она уходит, но над смыслом ее последней фразы задумалась: была ли Мирай уверена в моём честном поступлении на Боевой факультет или всё-таки тоже сомневалась, как Раст? Вряд ли, конечно. Мирай же сама сказала, что распределительные кристаллы не ошибаются. Так что беспокоиться об этом нет смысла... До тех пор, пока Дамиан не сболтнул лишнего или кто-нибудь не прознал, что хвалёная защита Академии и магический шар посчитали Котю моим фамильяром.

«Мда... Вдруг я и, правда, ходячая ошибка?» – закралась в мою голову тревожная мысль, которую я прогнала, тряхнув головой.

Только после этого я поняла, что все уже покинули кабинет и наступила тишина, нарушаемая лишь скрипом гусиного пера о пергамент и далёкими голосами учеников, доносившимся из чуть наполовину приоткрытой двери.

– Вы что-то хотели, Флоренс? – спросил декан, когда я к нему приблизилась.

На безопасное расстояние, оставив между нами шагов пять, может, шесть…

– Да, – протянула я учебник о магических спиралях. – Хочу вернуть книгу.

Он наконец-то перестал писать и посмотрел на меня. Долго. Хотя мне могло так показаться, после чего произнёс:

– Оставьте себе, Флоренс. Я попросил библиотекаря записать её на ваше имя.

Он опять принялся за работу и... И это всё? Никакого подвоха или придирки? У меня даже осталось некоторое ощущение незавершённости.

– Что-нибудь ещё, Флоренс? – вновь поинтересовался декан, когда я так и не сдвинулась с места, а его голос заставил меня встрепенуться:

– Нет, больше ничего, – поторопилась я ответить. – Спасибо.

И прижав к себе книгу, развернулась на каблуках да поспешила к выходу, но уже у самой двери декан меня снова окликнул:

– Флоренс.

Я резко остановилась и опасливо оглянулась. Серое гусиное перо перестало скрипеть о бумагу и помахивать белым кончиком, а Флэмвель продолжал неотрывно смотреть на пергамент и молчать. И только я подумала, что вот они – те самые подвох или придирка, как вдруг декан произнёс:

– Молодец, – и возобновил свою работу, а я опешила.

Он что? Меня только что похвалил? Белладонной клянусь! Наверное, в самой тёплой и засушливой стране – Асхаре только что пошёл снег…