Сердце королевы степей

Глава восемнадцатая. Военное положение

На время закрытия намечающегося разлома и проверки прилежащих территорий в приграничных уделах Имбора и Степного Каганата было введено военное положение. Людей из становищ перевезли в города, ограничили перемещения порталами для гражданских. Курсантам военной академии запретили выходить из крепости в свободное время, ввели обязательные утренние пробежки, заменили часть лекций практическими занятиями. Коснулись проводимые меры и преподавателей — они получили предписание находиться при подопечных постоянно и заселились в комнаты в общежитии.

Дирк ворчал:

— Мало того, сидишь, как взаперти, так ещё и надзиратели под боком.

Друзья огневика поддержали, лишь Ровена потихоньку радовалась возможности чаще видеть Ортена.

Отделение боевых магов, оставшееся на время без наставника, — дер Тревор остался на полигоне «Карагач» в качестве консультанта, — взял под своё крыло Кеган из рода Беркутов. Новый наставник давно обещал магам подтянуть их физическую подготовку, чем, воспользовавшись ситуацией, и занялся. Стонали все, кроме братьев орков и Ровены. Лана и Ника дополнительные нагрузки не пугали. Художница же и вовсе получила особое задание — создавала на основе карт местности иллюзорные макеты. После первого занятия Кеган подозвал Ровену к себе. Выглядел орк немного смущённым.

— Ровена, — наедине наставник часто обращался к девушке не по Уставу, — понимаешь, от утренних пробежек я не смогу тебя освободить. По распоряжению Главы должны присутствовать все.

— Ничего страшного, — машинально кивнула девушка и тут же переключилась на очередную иллюзию: — Посмотрите, мне кажется, Северный овраг стоит слегка углубить.

То, что, сказав «ничего страшного», она погорячилась, Ровена поняла на следующее утро. Курсанты бегали с довольно тяжёлым походным вещмешком за плечами, но и без того путь вокруг крепости изобиловал кучей естественных препятствий: ямы, высокая сухая трава, колючий кустарник. На третьем круге Ровена притормозила, приглядываясь к кустам и нескольким деревьям за ними. В голове её начала зарождаться интересная идея. «Завтра попробую», — решила девушка и прибавила ходу, даже усталость немного отступила. Ровене удалось добежать раньше дриад и Дирка. К зеленоволосым целительницам Ровена интерес потеряла, ведь Ортен внял доведённому до него слуху, и дриад довольно заметно избегал.

Настроение художнице подняла внеочередная практика у орка её мечты. Ей даже удалось провести несколько удачных приёмов с деревянным мечом и вновь победить Дирка.

— Так, смотришь, к началу экзаменов тебе и облегчённый клинок можно будет доверить, — похвалил девушку Ортен.

Перед концом занятия Ник с таинственным видом сообщил подруге:

— Он на тебя поглядывает, когда думает, что не видишь.

— А потом спохватывается и взгляд отводит, — добавил Лан, и братья рассмеялись.

— Тихо, не спугните, — шикнула на них зардевшееся Ровена.

Вечером Эрика и Ник закрылись в комнате братьев, а Лан и Земляника отправились на прогулку внутри крепости. При сложившихся обстоятельствах и полоса препятствий неплохое место для свиданий. Художница же выловила Дирка и затащила в свою комнату. Ещё накануне Ровена приступила к созданию иллюзии боевого мага с огненными шарами в руках. Огневику довелось примерить роль модели. Он, конечно, понимал, что и ему самому долгое удерживание огня пригодится для улучшения контроля над магией, но попытку увильнуть предпринял. Наивный.

Ровена и Дирк освободили центр комнаты, сдвинув в угол кресла и закатав ковёр. Затем девушка установила туда друга и скомандовала:

— Магичь. Только сделай пламя в виде шара, а не так, как вчера, колбаской.

Следующие полчаса Ровена самозабвенно творила, а Дирк изо всех сил удерживал огненные шары, стараясь не менять размер и силу пламени. Понимал, если у подруги не получится, стоять ему ещё и стоять.

Внезапно в дверь постучали. Не дожидаясь разрешения в комнату вкатился комендант с торжествующим:

— А я говорил, что отсюда дымком тянет!

Следом вошёл Марвин дер Молл с повязкой дежурного преподавателя на рукаве.

Дирк дёрнулся, видимо, собираясь притушить пламя, но Ровена прикрикнула:

— Стоять! Не шевелиться! — и с одной из самых милых своих улыбок обратилась к коменданту: — Пожалуйста, разрешите закончить, нам совсем чуть-чуть осталось. Посмотрите сами, Дирк же ничего не подпалил.

Комендант не поленился, посмотрел, обежав комнату и даже заглянув, зачем-то, в умывальню.

— Пусть закончат, — вступился за курсантов Марвин. — Я здесь посижу, проконтролирую.

— Ну, если под твою ответственность, — согласился комендант, однако, выходя, погрозил огневику пальцем: — Смотри у меня!

Марвин устроился в кресле в углу и принялся наблюдать за работой художницы. «Чуть-чуть» Ровены растянулось почти на час. Дирк облегчённо вздохнул, убирая пламя и растирая затёкшие руки. Только тогда курсанты заметили, что дежурный преподаватель мирно спит, откинувшись на спинку.

Ровена приложила палец к губам и кивнула другу на выход. Дирк понятливо закивал и на цыпочках удалился, умудрившись даже не хлопнуть дверью. Художница присела на свёрнутый ковёр и, полюбовавшись безмятежным лицом Марвина, достала альбом.

Когда Марвин открыл глаза, взгляду предстала иллюзия: спящий на густой траве воин в древних одеждах и сидящая рядом фея. Фея смотрела на воина с нежностью и каким-то сомнением, а невдалеке мерцала арка портала, увитая цветами, с клубящимся белым туманом внутри. В воине Марвин опознал себя, а фея оказалась похожа на Ровену.

Художница улыбнулась и произнесла:

— По преданиям фея может забрать возлюбленного на Авалон. Но только одного, а волшебницы влюбчивы. Как угадать, является ли очередной мужчина тем самым, единственным, с кем стоит разделить вечность? Как не ошибиться в выборе?