Практикум для Теоретика

Глава 27

***

Я бы ему сказала... В принципе, кому может быть нужен бастард уже покойного короля? Причем давно покойного? Только тому, кто хочет посадить его на трон. Пугать или шантажировать Губерта тайным претендентом глупо. Это имело смысл в первые годы царствования, а теперь... У него полно законных наследников, одних сыновей целых трое и все уже довольно взрослые.

А вот если действительно задуман переворот... Не так уж сложно собрать всю королевскую семью в одном месте, например, на той же свадьбе Розамунды, и одним махом всех...

После этого брат покойного короля, даже незаконный, станет отличным претендентом на трон. Регалии его признают: кровь-то отцовская в нём сильна.

Фу, о чем это я думаю?! Нельзя этого допустить! Рядом с королём мне места нет. Кстати, это объясняет, зачем Эберхард старается нас с Коном разлучить.

В сущности, дурацкий план. Глупо со стороны опытного дипломата. Ему бы следовало лучше разбираться в человеческой природе.

Если он думает, что при таком раскладе Конрад будет ему по гроб жизни благодарен, то зря. Я на месте претендента, сев на трон, уничтожила бы тех, кто меня туда привел. Мало ли, а вдруг им что-то не понравится и они задумают повторить трюк со сменой законного монарха? Если Эберхард думает иначе, он просто наивный, а не тот прожжённый интриган, каким всем представляется.

Фар Арвиль к тому же забывает, что имеет дело не с простым человеком и даже не с рядовым магом, а с очень сильным архимагом с мировой известностью. Загнать такого в угол — это ещё постараться надо. В случае чего ему везде будут рады, на Шимассе свет клином не сошелся. Я, правда, здесь на три года по условиям контракта, но это ничего. Три года — не вся жизнь, и одна шестая срока уже прошла.

Еще стоит принять во внимание, что Кону власть не в радость, он к ней глубоко равнодушен. От короны он будет отпихиваться изо всех своих немаленьких сил.

Так что уговорить или заставить его принять участие в подобной авантюре будет не то что непросто, а практически невозможно.

Но это моя точка зрения. Возможно, Эберхард фар Арвиль думает иначе.

Кажется, Рихард отлично понял мои мысли, потому что вдруг сказал:

Марта, ты не переживай, ничего у Берти не выйдет. Кишка против Конрада тонка.

А что же он лезет?

Он просто еще не знает, кто такой Кон, он с ним никогда не сталкивался.

Я вдруг задумалась:

Рик, а если твой братец влезет в опасный заговор, это ведь и на тебе отразится?

На мне? Каким образом? Ты имеешь в виду, что все члены семьи заговорщика... забудь! Я бастард и никаких связей с семьей отца не поддерживаю. Меня не за что притянуть. К тому же король Губерт в Гремоне, а я вон где — в Сармионе!

Ну да, он с перепугу уже стихами заговорил. Придется принять меры предосторожности, чтобы при любом раскладе, что бы ни затеял Эберхард, мы все остались в стороне, а лучше на белом коне.

Ого, это уже меня на стихоплетство потянуло.

Мы с Риком болтали, крутя ситуацию и так, и эдак, пока не вернулся Конрад. Пришел злой, усталый, сказал, что поймать никого не удалось, никого не стал слушать и практически выгнал Рика. По крайней мере очень нелюбезно намекнул ему, что пора идти спать.

Время действительно было позднее. Рихард извинился и ушел. Тогда Конрад перенес меня из гостиной в спальню, раздел, уложил, устроился рядом шепнул на ухо:

Это чары такие. Я отрубилась в ту же минуту. Сначала спала как убитая, а под утро мне стал снится жуткий сон. Как будто Леокадия поймала Конрада, привязала его к дереву и всячески измывается, а я из-за кустов на это смотрю и не могу ни отвернуться, ни броситься ему на помощь. Ведьма наслала на меня оцепенение: тело вроде как не мое. Я вдруг поняла, что это сон, захотела проснуться и забилась, как пойманная рыба.

Ласковая рука моего любимого погладила меня по щеке, почесала, как кошку, за ухом и родной голос сказал:

Спи, моя девочка, всё хорошо.

***

Утром я хотела идти в свой кабинет, чтобы поработать, но Кон мне напомнил насчет приглашения короля. Если я не хочу туда идти, надо притворяться больной хотя бы до обеда. Пришлось признать его правоту. В качестве компенсации он предложил привезти сюда Регану, пусть займется моей красотой.

Отказываться было глупо. То, что сделала на моей голове Верка, меня не устраивало, а Регана могла бы помочь. К тому же лучше находиться в чьём-то обществе, чем одной-одинешенькой, когда по школе бродит мстительная и неуловимая ведьма. Вольфи так благодарен мне за поддержку в деле с Нанни, что с удовольствием подменит меня и сегодня.

Я успела только встать, умыться и позавтракать, как вернулся Кон в сопровождении мастера красоты. Хотя в этот раз речь шла всего лишь о причёске, Регана снова притащила с собой двух помощниц, на всякий случай, как она сказала. Меня усадили в кресло, обмотали простыней, Регана походила вокруг, оглядывая меня как кондитер свой не готовый еще шедевр, а затем принялась щелкать ножницами. Клочья волос летели во все стороны. Моя многострадальная шевелюра становилась всё короче.

Когда я уже была уверена, что мой одуванчик облетел и сменился лысиной, Регана вдруг отложила ножницы, сорвала с меня простыню и велела принести зеркало.

Ну, как-то так... Неплохо, неплохо, я не ожидала. Только в город с непокрытой головой не выходи, а то не отобьёшься от желающих затащить тебя в постель.

Я глянула и остолбенела. Это я? Во-первых, девушка в зеркале выглядела неправдоподобно юной. Семнадцать лет, не больше. Регана остригла меня коротко, оставив завитки только сверху. Шея осталась неприкрытой и казалась стебельком, на котором сидела аккуратная головка самого настоящего одуванчика. Из-под золотистых кудрей глядели огромные, значительно больше, чем мои родные, серые глаза.