Охотники Морасса. Книга 1. Лис во тьме

Глава 5. Змеиная свадьба

Змеиная яма, определённо, не лучшее место, в котором можно оказаться. Особенно, когда она кишит полозами. Не смертельно, потому что они не ядовитые, но крайне неприятно. При неожиданном появлении Охотников, змеи начали с шипением расползаться в разные стороны. Некоторые, сплетшиеся в тугой клубок, оказались обездвижены и лишь бессильно колыхались, поднимая пыль.

— Какая гадость! — Айка подскочила и одним прыжком выбралась из ямы.

Идан не удивился бы, начни она визжать. Его знакомые соседские девчонки всегда так делали при виде даже самых безобидных змеек. Сам же он не находил в них ничего отталкивающего. Спокойно поднявшись и отряхнувшись, он проговорил:

— Они не опасны. Бывает, даже заползают в дома. А весной у них вот такие свадьбы, — он указал на яму.

— Весной? — Айка огляделась: солнечное утро и молодая зелёная листва — вот, что их окружало. — Интересно. Уходили из осени.

Идан не ответил. Лишь отметил про себя, как он стосковался по смене времён года. Весной в его родном селении прыгают через костры и пускают венки по воде, а в лесу с такой же весёлой и нежной зеленью собирают белую яснотку и лягушачью кислицу. Иногда он скучал по дому и прежней жизни, но вслух ни за что не признался бы в этом. В Морассе он считался одним из лучших учеников, Охотником, которого ставили в пример. А Охотник не может жаловаться или показывать свою слабость.

— Понимаешь… Нет, конечно, ты не понимаешь, — осеклась Айка, голос её был непривычно мягким. Идан привык, что она разговаривает с ним нахально, с насмешкой или издёвкой. Теперь же она напоминала больше робкую Тиллу, чем самоуверенную Айку. — Я не привыкла к такому. И я не только про змей. Ты уже встречался с такими тварями — из мха и смолы?

— Нет, — задумавшись на несколько мгновений, ответил Идан. — Сам лично не встречался. Но много слышал. Бабушка рассказывала…

— Ты как будто совсем не испугался.

— Их не стоит бояться. От этого только хуже, — пожал плечами Идан.

— Смешно! — Айка невесело усмехнулась. — Когда пришла в Морасс, думала, что мне повезло, что я особенная. Приключения, как в книгах и никакой алгебры с физикой — красота. Там, внутри, в безопасности, всё и правда было хорошо, но теперь я не уверена, что могу справляться с такими вещами. Знаешь, в мире, откуда я родом, девушки моего возраста ходят на свидания, меняют цвет волос и мечтают поступить в театральное… — Айка встретила непонимающий взгляд Идана. — В общем, занимаются всякими пустяками, живут, не напрягаясь. Я только сейчас поняла, что нам… Что им очень повезло, а они этого не замечают.

Идан ничего не ответил. Да и что тут скажешь? Он не привык к откровениям и разговорам по душам. Особенно, с Айкой. Решив, что лучше продолжить путь, чем обсуждать впечатления от встречи с Замшелым Царём, он оглядел поляну вокруг ямы, из которой они выбрались, и сказал:

— Лисы нигде не видно. Куда пойдём?

— Может, если выйдем из леса, встретим кого-нибудь, кто мог её видеть?

Идан кивнул в ответ на предложение Айки, и они направились в ту сторону, где лес редел. Вскоре они вышли на опушку, возвышавшуюся над остальной местностью. Внизу, вдоль пологого склона тянулись ряды захоронений. Не меньше сотни могил и каждая отмечена небольшим камнем или столбиком, некоторые украшены цветами. Вся дорога от крайнего захоронения, должно быть самого свежего, до видневшейся в отдалении деревни была укрыта еловыми ветками. Иглами в сторону кладбища. Чтобы мёртвые не вернулись.

Идан не боялся смерти. За свои восемнадцать лет он видел много похорон. Его отец был плотником, и он часто помогал ему сколачивать гробы. И ни один покойник ещё не вернулся. «Это потому что мы правильно совершаем обряды» — всегда с гордостью говорила его любимая бабушка Геша. Видимо, жители этой деревни тоже надеялись на действенность обрядов.

— Только не наступай на ветки, — Идан предупредил Айку перед тем, как они двинулись дальше, к деревне.

Селение располагалось на небольшом всхолмье посреди равнины, заросшей дроком и ковылём. Оно было обнесено частоколом с выцарапанными на нём защитными рунами, чтобы оградить людей от злых духов. Внутри небольшие деревянные домики жались один к другому — их было не больше тридцати. Охотники вошли в ворота и сразу же встретили обеспокоенные взгляды селян. Бросалось в глаза, что на шее каждого жителя от младенца до старика красовалось по амулету, отгоняющему волшебство, и дома были увешаны оберегами, которые служили той же цели. «Как напоминает родные места» — подумал Идан. Покидать селение опасались, с незнакомцами заговаривали неохотно, а связываться с колдунами и ведьмами, наверняка, было запрещено под страхом смерти. О древних временах, когда всё было иначе, повествовали лишь сказки, рассказываемые шепотом.

Остановившиеся посреди главной (и единственной) улицы Идан и Айка привлекли всеобщее внимание. Люди вполголоса переговаривались, оставляли дела, собирались вокруг них, вскоре их окружила целая толпа. «Молодые Охотники!» — возглас звучал радостно. Среди народа показался мужчина среднего возраста с суровым обветренным лицом, в сером одеянии Охотника. В знак приветствия он приложил руку к сердцу, а затем поднял её, но остался безмолвен. Идан хотел было обратиться к нему, как всегда проявить собранность и бесстрашие, глядя на притихшую Айку, затравленно озиравшуюся по сторонам, но не находил слов. Пусть лучше они заговорят с ним первыми.

— Приветствую вас, Охотники, — от массы народа отделился старик — высокий, ещё довольно крепкий, в домотканой, как и у остальных жителей, одежде. В руках он держал большой посох, испещрённый рунами, который, символизировал власть. — Я — старейшина Ивар.