Лис. Услышать свое сердце.

3

Проснулась поздним утром. Хозяйка уже ушла, куда-то вызвали. Мара убрала дом и управлялась во дворе. Я вышла. Она оглянулась и крикнула: «Сейчас». И через несколько минут подошла ко мне. Повела меня обратно в дом, поставила передо мной тарелку с кашей и сказала:
- Мамы сегодня не будет, она придет только завтра вечером – ушла в далекую деревню, там люди чем-то заболели. Она велела тебе передать, что дальнейшую судьбу тебе поможет определить Тария. – Жуя, я спросила ее:
- А кто она и где живет?
- У нас в деревне. Я отведу, только закончу работу, - она пододвинула молоко в кружке, - запивай и потом помой за собой. Приводи себя в порядок, пока я занята,- с этими словами вышла из комнаты, а потом хлопнула и входная дверь. Дожевала, запила все молоком. Огляделась. Так в печи чугун, что там? Ага, теплая вода, то что надо. Вымыла после себя посуду. Потом достала из сумки зубную пасту и щетку. Набрала в кружку теплой воды и пошла на двор чистить зубы, почистила, умылась. Мара с удивлением смотрела на то, как я чищу зубы и спросила:
- Что ты делала?
- Зубы чистила. Если пища остается во рту, она разлагается и может испортить зубы. Вот я и почистила. Обычно чистят зубы два раза в день – утром и вечером.
- А мы просто выполаскиваем водой и отваром.
- Помогает?
- Да, у меня зубы хорошие.
- Ты закончила управляться с хозяйством?
- Да.
- Пойдем тогда в дом, я оставлю щетку и пасту, расчешу волосы и сходим к Тарии.
Через десять минут мы уже шли к Тарии. Мне было интересно знать, кто она, но Мара ответила, что я сама пойму, кто она, когда увижу. Когда мы пришли к маленькому домику и зашли в него, то я, действительно, сразу поняла. Это была сельская гадалка. Едва мы вошли, она взглянула на меня и сказала таким приказным тоном «садись», что у меня ноги подкосились, и я шлепнулась на лавку у печки. Она достала из печки уголек, начертила какие-то знаки у меня на лбу, на кистях рук, на ногах. Потом начертила круг, заполнила его какими-то рисунками. Поставила четыре свечи около этого круга, расположив их четко друг против друга. Скорее всего, по сторонам света. Потом заставила меня встать, достала булавку, прокалила ее над огнем, и уколола мой палец. Накапала кровь в середину круга. Затем зажгла свечи, приказала Маре уйти и сесть в дальний угол, меня поставила напротив себя, между нами теперь были круг и свечи. И стала читать что-то. От ее монотонного голоса у меня заложило уши, и в ушах как будто раздавался свист ветра. Она приказала смотреть в круг, где она накапала кровь. Там струилось что-то похожее на зеленоватый туман, мелькали какие-то фигуры. Я про себя буркнула: «Покажись, суженый мой, ряженый», и тот час в тумане четко пропечаталось лицо безумно красивого мужчины, и тот час растворилось. Тария расхохоталась:
- Ты, оказывается, и сама гадать умеешь.
- Да откуда? Это у нас за забаву считают. Я лицо не запомнила.
- Жизнь покажет, - она махнула, и свечи погасли, пропал и туман. Остались огарки свечей, пустой круг, исчезли знаки с тела. Недоуменно посмотрела на нее. – Чего уставилась?
- Я ничего не поняла.
- Чтобы прийти к своему счастью, тебе нужно некоторое время быть мужчиной.
- Это как?
- Мужчина – воин, значит, тебе предстоит стать воином. Тебе дано совершить дела, которые потом отразятся на твоей судьбе.
- Но я никогда оружие в руках не держала.
- Ты у меня спросила, я тебе ответила.
- А как же мне обратно попасть.
- Если ты пришла в этот мир, то в этом мире твоя дальнейшая жизнь. Или ты выполнишь, что тебе предназначено и вернешься обратно. – Я вздохнула:
- Нормально. Теперь еще мужиком становиться надо, класс, слов нет! Какая оплата?
- У тебя на руке кольцо, хорошее вижу, оно тебе ни к чему в дальнейшем. Отдай его мне. – Сняла, протянула гадалке. Она улыбнулась и добавила, - Видела я твоего суженого. Он не из простых смертных, за него придется побороться. Но если он тебя полюбит, то весь мир будет лежать у твоих ног. Идите, на подходе другие, - сказала она так и отвернулась от нас. Мы с Марой вышли и столкнулись у калитки с двумя девушками. Разбежались по сторонам.
Я шла и размышляла над сказанным. Потом обратилась к Маре:
- Мара, а то, что предсказывает Тария, сбывается?
- Да, ее гадание всегда верное, поэтому мама и послала к ней.
- А как мне стать мужчиной? Я же пол не могу поменять, только из-за того, что Тария сказала мне стать воином. Не могу понять.
- Давай маму дождемся, она растолкует. И зайдем к Вахкару. Он бывший воин, может подсказать, что нужно сделать, чтобы стать воином. Пошли.
Пошли. Благо идти не далеко, через улицу. Мара постучала в дверь. Раздался стук, дверь открылась, перед нами появился одноногий, весь в шрамах и рубцах огромный мужчина. Мара поклонилась ему, он хмуро оглядел нас и спросил:
- Чего надо? – Мара сразу же зачастила:
- Вахкар, что надо, чтобы стать воином?
- Родится мужчиной. – Мне не понравился его тон:
- Женщина может быть лучшим воином, чем мужчина. Она храбра, безжалостна, не пьющая, в вакханалиях не участвует, быстрее соображает, а недостаток силы компенсирует гибкостью, ловкостью и хитростью. Именно такими были амазонки – женщины-воины. – Он с насмешкой повернулся ко мне:
- Хочешь стать такой?
- Не хочу, вынуждена. Просто ответь на вопросы, а там не твоя проблема. Итак, куда нужно идти, чтобы стать воином. Есть какая-нибудь школа?
- В крепости Намисин набирают ребят, чтобы подготовить из них воинов на границу. Обычно их отправляют в страшные места, куда наемники не пойдут. Больше года они не служат, из ста погибают восемьдесят, пятнадцать становятся калеками, и только пять профессиональными воинами.
- Как туда дойти? – Он стал рассказывать о пути в крепость, остановках. Мне предстояло пройти очень далеко. Однако меня никто не спрашивал, хочу я или не хочу. Короче разузнав все, что мне могло понадобиться, мы вернулись домой. Сели за поздний обед. Поели, убрали за собой. Мара сказала:
- У нас остались мужские рубашки и штаны, давай пересмотрим и подберем тебе что-нибудь. Лиса, тебе надо будет одеться парнем. – Достали рубашки, штаны, трусы.
- Откуда это все?
- От дяди. Он ушел давно, когда я была маленькая, не пришел. Тария сказала, что он жив и когда-нибудь вернется, вот поэтому все и храним. – Нарядилась. Фигура бабская, видно. Мара достала ткань, обмотали ею грудь, потом надела рубаху – получше. Мара подложила скрученные тряпочки на плечи. И удовлетворенно кивнула:
- Теперь ты действительно на парня похожа. – Все сняла, стала шить наплечники. Хорошие получились, добротные. Я отложила трое трусов, три рубахи и трое штанов. Остальное все сложили обратно в сундук.
День этот и следующий прошли в обычном режиме, только Мара хлебов больше напекла, положила мне в сумку снадобье от женских дней, выпьешь и нет проблем. Когда пришла знахарка, мы все ей рассказали. Она покачала головой:
- Что ж, вот твоя судьба. Завтра тебе в путь. Мара соберет продукты. – Я сняла с себя серьги и протянула их Маре, которая недоверчиво смотрела на меня:
- Возьми за помощь, Мара. Они мне теперь будут, как правильно заметила Тария, ни к чему. А ты носи на память обо мне, - девушка заулыбалась и взяла, потом я повернулась и протянула хозяйке серебряное кольцо, - и Вам за помощь и на память. – Она приняла его, а когда ушла Мара, она достала цепочку, на ней висел интересный кулон. Знахарка протянула его мне:
- Возьми. Это не кулон, а специальная бутыль, в которой сильное снадобье. Открывается вот так, - и она показала мне и опять закрыла, - раз тебе предстоит стать воином, она тебе нужнее. Используй только когда поймешь, что ты вот-вот помрешь. Поможет. Останешься жить. Выпьешь разом. Если хоть чуть-чуть будет биться сердце, оно обязательно поможет. Только спрячь и никому не показывай, за него и убить могут. Пока надень, чтобы не забыть взять. – Надела и глянула через флакон на огонь, так засверкал будто сконцентрированные солнечные лучи. Интересно. Глянула через него на луну, засветился, заискрился как звезда. Чудо какое-то. Восхитилась его красотой вслух. Поблагодарила хозяйку. Поужинали, легли спать. Рано утром, еще солнце не поднялось, Мара разбудила меня на завтрак. Привела себя в порядок. А хозяйка давала последние наставления:
- Иди в женском платье. Ешь только свою еду. Бабу любой крестьянин подвезет. Попутчику говори, что в соседнюю деревню собралась к родичам. Ночуй в трактирах, вот немного тебе, - протянула мешочек с монетами, - экономь, заработать не сможешь, да и торопиться надо. Садись, поешь да ступай к соседу, он едет на ярмарку, через две деревни, подвезет. Я сказала, что тебе тоже туда же надо до родичей.
Позавтракала, забрала свою сумку с вещами и мешок с продуктами, в женском платье и платком на голове, монетки в сумочке кинула в мешок с продуктами, и пошла к соседу, который уже меня поджидал. По дороге разговаривала с ним, но лишнего не говорила. К десяти часам уже были на месте. Попрощалась с ним, выспросила у местных женщин дорогу к крепости Намисин и отправилась дальше. Короче, то шла, то ехала, останавливалась ночевать в харчевнях, трактирах, тавернах, едальнях. Старалась экономить продукты и деньги, но то и другое заканчивалось. Иногда не завтракала или не обедала. Мне важно было сохранить хоть немного денег и дойти. Полмесяца я добиралась к этой крепости, а когда наконец ее увидела, чуть не заплакала. Вошла в нее, заплатив входную пошлину.