Когда падает небо

Глава 11

Волевое решение

Сентябрь тянулся долго и нудно. В последнюю его субботу Ася съездила в город, чтобы встретиться с Шурой Кадкевич и посетить могилу мамы, однако поездка не принесла никакого удовольствия, а наоборот разбередила душу. Ася будто вернулась в прошлое, когда Лариса Вежа была жива, но в то же время впервые со дня смерти матери поняла, что жизнь никогда уже не будет такой, какой была прежде. Это осознание разрывало сердце Аси на части, и никто в целом мире не мог помочь несчастной сироте. По крайней мере ей самой так казалось. Шурка пыталась расшевелить Асю. После кладбища ни сходили в любимое кафе "Леприконсы," где отведали мороженого, потом прогулялись по магазинам, но Ася так и уехала из города мрачная, как грозовая туча. После этого Шура начала каждый вечер звонить подруге, чтобы хотя бы через телефонные разговоры оказывать моральную поддержку. Милочка Яновская выражала свою поддержку лично каждый день, но Ася хандрила и занималась ничегонеделаньем.

Занятая своими переживаниями, она по-прежнему не уделяла должного внимания учёбе. Так первый тест по истории Ася завалила, потому что из-за поездки в город забыла о нём и не подготовилась. Следующий тест был написан немного лучше, но учительница, раздавая работы с оценками, попросила Асю остаться в классе после урока для разговора.

- Вежа, готовься: тебя будут пытать по вопросу "Кто взял Бастилию?" - захохотал Богдан.

Ася смерила его испепеляющим взглядом, хотя, если честно, сама не понимала, о чём Мара хочет с ней поговорить.

Когда урок окончился, Ася Вежа осталась сидеть за своей партой.

Марина Ратмировна закрыла дверь кабинета и стала у окна.

- Что с тобой происходит? - спросила она.

- Вы о чём? - притворно удивилась Ася.

- Об учёбе и поведении в школе, - учительница выглядела предельно собранной и очень строгой.

- Всё в порядке, - заверила её Ася, постаравшись вложить в голос побольше уверенных ноток, чтобы фраза прозвучала убедительно.

- Нет, не в порядке, - не согласилась Мара. - Ты даже не стараешься учится. Весь урок смотришь в окно, к тестам готовишься спустя рукава, от ребят в классе держишься особняком, общаешься только с Милой Яновской.

- Марина Ратмировна, меня всё устраивает, - Ася встала и взяла сумку, чтобы уйти.

- Когда падает небо, нужно держать лицо. Эту фразу часто повторял мой папа, - вдруг произнесла Марина Ратмировна дрогнувшим голосом. - Ты же умничка, схватываешь всё на лету! Знаю: тебе сейчас нелегко. Мне рассказал директор школы, что ты потеряла близкого человека и оказалась в некомфортном для тебя месте. Я очень хорошо понимаю твои чувства, но, прошу тебя, не сдавайся. Борись за себя!

- Я борюсь, - без энтузиазма ответила Ася.

Мара ободряюще улыбнулась, отчего её лицо перестало быть строгим:

- Человек может выдержать всё, что угодно, если отыщет в себе стержень. Ты - яркая, волевая. Найди в себе силы! Не дай обстоятельствам тебя сломать.

Ася молчала. Она думала о том, что слова учительницы истории перекликаются с книгой Виктора Франкла.

- Меня воспитывал папа. Маму я совсем не помню. Она ушла от нас, - продолжила говорить Марина Ратмировна. - Я была очень близка с отцом. Когда мне исполнилось шестнадцать, папы не стало. Случилось это ровно через три месяца после моего дня рождения. Тогда казалось, что мир рухнул, но, как видишь, я живу. Если я смогла пережить горе, то и ты сможешь.

- Как Вам удалось заставить себя двигаться дальше? - робко спросила Ася, думая о совпадении: её мама покинула этот мир через три месяца после того, как двадцатого мая Асе исполнилось шестнадцать лет.

- Я тогда решила жить ради отца, - с грустью проговорила Марина Ратмировна. - Мой папа был очень талантливым хирургом. Вся его жизнь заключалась во мне и пациентах. Он всегда скрупулёзно планировал каждый свой день. Я стала делать тоже самое: просто взяла его ежедневник и продолжила вести, записывая, что должна сделать. Это помогло мне на первых порах.

- Мне не поможет планирование, - разочарованно вздохнула Ася, направившись к двери.

- У каждого свой способ борьбы с горем. Прислушайся к себе, - посоветовала учительница вслед уходящей Асе.

Оказавшись на коридоре, Ася Вежа закрыла лицо руками. Ей было очень плохо. Мысли возникали, исчезали, перескакивали с одной на другую, путались. Все уроки Ася была сама не своя. Разговор с Мариной Ратмировной встряхнул её, заставил прислушаться к себе. Вечером, дочитывая последнюю страницу книги Виктора Франкла, Ася почувствовала, что внутри неё что-то изменилось. Она достала из чемодана портрет мамы, который ещё не так давно украшал стену в маленькой комнате в железнодорожном общежитии, и повесила его на стену в своём "запечье" прямо над письменным столом. Вечером, ложась спать, Ася долго смотрела на маму, твёрдо пообещав себе жить ради неё.

- Если Франкл нашёл в себе силы выжить в концлагере, то и я смогу собраться. Мария Ратмировна права: надо держать лицо, - засыпая, решила Ася Вежа.

В эту ночь Ася впервые за долгое время спала крепким сном. Ей снилась мама, здоровая и красивая. Во сне мама улыбалась.

Проснувшись утром, Ася первым делом посмотрела на портрет матери, потом оделась и поспешила готовить завтрак. Бабка Фаина, ожидая завтрака, начала причитать, как частенько делала по утрам: "Господи! Ну, красавица же, а мать-то не видит, какая у неё девочка ладная!" Ася удивилась, что эти причитания больше не вызывают в ней гнева. Теперь его место заняла грусть.