Колдунья Змеетта. Нянька для маленькой принцессы

Глава 11.5

Нежный розовый свет заходящего солнца падал на взволнованное лицо Уморы. Девочка обеспокоено крутила головой в поисках друга. Но кроме сотни детей в ярких нарядах, мельтешащих перед глазами, никого не было видно. Алтарь пустовал, однако перед ним сами по себе зажигались высокие свечи в форме девушек-ангелов. Их нимбы загорались желтоватым приятным светом.

У Уморы засосало под ложечкой. Она упустила Лажана и теперь нервно переменялась с ноги на ногу.

«Он ведь какой-никакой колдун. Разве можно было оставлять меня следить за ним?» — обратилась девочка к воображаемой Змеетте, задрав голову вверх, и крепко сжала зубы.

Вдруг она увидела его и победоносно улыбнулась. Уж теперь-то она его не упустит! Колдун Лажан сидел на вершине пальмы. Умора направилась к ней, не сводя с него глаз, по пути расталкивая непоседливых детей.

— Извини... Прости... Посторонись! Эй ты, поаккуратнее.

Один мальчуган с силой толкнул Умору и радостно захихикал. Умора хмыкнула и продолжила свой путь к пальме молча.

— Разговариваешь с едой? — вопросила пальма голосом Лажана.

«Ах, он меня заметил!» — подумала Умора и нахмурилась.

— Не поняла.

— Это, по-видимому, угощение на праздник, — безрадостно отметил Лажан, качнув головой по направлению детей.

Умора скривилась.

— Несмешная шутка.

— А я и не шутил. Этот придурок питается ребятишками. Ты ещё не в курсе?

Умора вытаращила глаза на колдуна, задрав голову.

— Мы должны их спасти, — после паузы заявила Умора.

— Не должны. Это невозможно. Сейчас главное остановить эту свадьбу.

Умора шикнула на него и, гневно сверкнув глазами, приложила палец к губам. Никогда не знаешь, где у этого острова уши.

— Ты не станешь ей мешать! — прошипела Умора грозно. — Она справится. Она сильная.

— А, по-моему, прекрасная пара, — женский голос раздался прямо над ухом Уморы, и девочка вздрогнула. — Зря вы не одобряете выбор вашей подруги.

Агония стояла рядом с Уморой, облокотившись на пальму. Она подняла голову и обратилась к колдуну:

— Оттуда хорошо видно? Займёшь мне место?

Лажан закатил глаза: называется, спрятался. Но он не успел ответить. Он услышал прекрасную мелодию, потихоньку разливающуюся по округе нежными переливами, заставляющими замирать сердце в восхищении. У алтаря медленно воплощалась невеста.

Змеетта в роскошном платье цвета слоновой кости казалась глубоко сосредоточенной. Ее непроницаемое лицо скрывала фата. Ее руки чуть соприкасались друг с другом. А ноги твёрдо стояли на земле.

— Начинается... — протянула Умора и затаила дыхание, изо всех сил напрягая глаза, пытаясь заметить хоть какой-нибудь знак от Змеетты.

Но колдунья лишь смиренно склонила голову, ожидая жениха. Последний не заставил себя ждать и появился под угасающую музыку прямо перед алтарем.

Стояла восторженная тишина. Жених тихонько кашлянул и пробасил:

— Мы здесь собрались, чтобы объединить две души. Две непохожие души, но решившие объединиться по доброй воле.

Умора сглотнула. Она вдруг испугалась. Что если Змеетте не удастся сбежать? Что если ей придётся выйти замуж за этого страшного человека?

Почему-то Умора представила, как Змеетта с новоиспеченным мужем радостно ужинают перепуганными детишками. Она потрясла головой, отгоняя противное видение, и устремила взгляд на колдунью.

А жених продолжал говорить:

— А теперь пусть здесь окажутся свидетели нашей прекрасной церемонии.

Змеетта вдруг нервно повела плечами. Она подняла фату и наклонилась к жениху.

— Что за ерунда? Зачем нам свидетели? Эта старомодная церемония давно изжила себя.

— О, нет, дорогая, — коротышка смотрел прямо в глаза Змеетте и ухмылялся, — все должно быть по правилам. Свидетели просто необходимы.

Змеетта подняла голову и увидела, как Умора с неподдельным ужасом в глазах медленно летит к алтарю. Но и не одна она: за ней также медленно плыл во воздуху Лажан. Его лицо исказила гневная гримаса.

— Кажется, ты очень привязана к этой девочке, — ласково сказал толстяк невесте. — А Лажан нравится мне. Ты ведь не против, дорогая? Я хочу, чтобы он был свидетелем с моей стороны. Он так забавно пытается колдовать. Умилительно!

Змеетта растерянно завращала глазами.

— Нет, — сказала она тихо, — я против. Не надо. Оставь его.

Умора обернулась и спросила шепотом Лажана:

— Что это значит? Почему Змеетта так боится??

— Следующие сутки свидетель должен повиноваться жениху. А свидетельница - невесте. Они не могут отдаляться друг от друга. Как бы ни хотели. Мы станем свидетелями, как только наши ноги коснутся земли у алтаря. Приготовься.

— Но это же бред. Причём здесь свидетели?

— Таковы чары. Свидетели обязаны прочувствовать все то же, что чувствуют молодожены. Такой подарок от жениха и невесты, так сказать...

Умору передернуло. Она-то бы стерпела побыть рабой Змеетты сутки. Но Лажан... Лажан не сможет сбежать.

А у алтаря жених и невеста молча сверлили друг друга глазами, пока свидетели подплывали к ним.

— Мне не интересно твоё мнение, дорогая, — наконец объявил толстяк и серьезно посмотрел на неё. — Ты думаешь, я ничего не знаю? Думаешь, я такой дурак? Я - повелитель этого острова, дорогуша! Я знаю, что творится на каждом миллиметре моей земли! Ты собралась бежать со свадьбы? Беги. Но мой свидетель останется со мной.

Коротышка махнул рукой в сторону Лажана и оскалился.

— Он и в правду мне нравится.