Кондитерская дочери попаданки

ГЛАВА 2. Старый новый дом

Проснувшись под громогласное урчание конского живота, на котором уснула, словно на подушке, я приподнялась как раз вовремя. Встав на ноги, мой новый гнедой знакомый тут же принялся выискивать, чем бы поживиться. Увы, предложить ему какое-нибудь яблочко, или вроде того, я не могла – у самой не было в сумке вообще ничего съестного, даже зачерствевшей булочки. Когда же я, услышав урчание и собственного живота, вспомнила, что вчера тоже не ужинала, вопрос поиска завтрака стал еще более актуальным.

Благо живя с мамой до двенадцати лет, я не раз ходила за грибами-ягодами, так что умела отличить те, которые кушать можно, от тех, которые не надо. Поэтому за полчаса у меня уже было немного грибочков, горстка ягод и даже несколько мелких яиц. Вопрос теперь был в другом: все это нужно приготовить. И если ягоды можно было сесть так, то остальное сырым точно не стоило.

Осмотревшись, я взялась за поиск сухих веток для костра. Благо конь отвез меня немного в сторону от болота, так что найти таковые становилось немного более реально. Ну а затем я, сложив свои находки в кучу, подожгла их. Увы и ах, в отличие от чистокровных аристократов, мой магический дар был совсем слабеньким. Да что там, он был скудным даже по меркам среднестатистического бастарда – не повезло так не повезло, как говорится. Тем не менее, его хотя бы хватало, чтобы с легкостью разжечь в лесу костер! На котором, найдя плоский тонкий камень, поджарить грибы, вбив в них напоследок яйца. Благо оказавшиеся свеженькими, а не с уже сформировавшимися птенцами – любительницей ТАКИХ деликатесов я точно не была.

– Будешь? – спросила я у коня, но понюхав мой импровизированный омлет, тот лишь фыркнул и пошел дальше обдирать недозревшую дикую яблоню.

Позавтракав и почувствовав себя капельку лучше, я определилась с направлением и забросила сумку на плечо.

– Ты как, дальше со мной? – поинтересовалась я. Однако конь, лишь фыркнув, просто взял и побежал себе в лесную чащу по своим конским делам. – Ну ладно. Все равно спасибо! – вздохнула я, провожая его взглядом.

К счастью, до города было уже совсем недалеко, и я вошла в него примерно через полчаса. Причем к тому времени, естественно, уже выглядела так, что прохожие, завидев меня, охали и ахали, отскакивая в стороны. Еще бы! Испачканные золотистые волосы, заплетенные в уже растрепавшуюся косу до пояса, да еще и утыканные всякими веточками-листочками. Длинное парадное платье, светло-вишневый цвет которого уже порядком перекрывал цвет болотной тины. В комплект к нему – ботинки, за ночь шастанья по болотам сплошняком пропитанные грязью. Исцарапанные руки с землей под некогда ухоженными ногтями. А словно вишенка на торте – паутина, как оказалось, тянувшаяся от моего затылка.

Прекрасно осознавая, как выгляжу со стороны, я могла лишь с пониманием отнестись к горожанам, вышедшим с утра пораньше на улицу, чтобы узреть ЭТУ картину. И по памяти направилась к тому месту, где находился мамин дом. При этом надеясь, что оный там все еще стоит, и за столько лет его не разнесли по кирпичикам.

Город был не самым маленьким, тем не менее, от того места, где я сейчас находилась, идти туда было недолго.

К счастью, что дом, что земля, на которой он стоял, были в полной маминой собственности. Следовательно, после ее смерти право владения перешло ко мне. А теперь я, будучи совершеннолетней, могла полностью самостоятельно, без контроля опекунов, своей собственностью распоряжаться. И что важнее всего – убегая из графского замка, прихватила с собой все документы, подтверждающие мои права. Собственно, насколько я знала от мамы, этот дом был подарен ей отцом, когда их отношения прошли ту стадию, после которой оные можно было назвать серьезными (насколько в принципе серьезными могут быть отношения женатого по расчету аристократа и обычной горожанки, в которую оный влюбился). Вроде как подарок был сделан то ли незадолго до того, как мама забеременела мной, то ли вскоре после этого. По крайней мере, если прикидывать, просчитывая даты.

Но после маминой смерти, когда отец забрал меня в свой замок, дом так и остался стоять на своем месте. И я не знала, просил ли покойный граф кого-нибудь вообще за ним присматривать. Впрочем, последнее я быстро пойму, когда до него доберусь!

Стараясь настроить себя на более положительное мышление, я бодро шагала вперед, приближаясь к хорошо знакомому району, который не видела уже так давно. Живя здесь с мамой, я знала его наизусть, а сегодня шла по тем же улицам, и как будто никак не могла до конца осознать, где же нахожусь. Такое странное чувство – вернуться домой спустя шесть лет…

А вот и он, наш с мамой дом. Вид которого моментально вогнал меня в уныние. Заваленный мусором заросший двор, грязные окна, перепачканные чем-то стены, покосившийся забор. Я уж было подумала, что здесь все шесть лет и вправду все стояло в запустении. Но осторожно открыв скрипучую калитку и пройдя к сорванной с петель входной двери, которая была просто прислонена к входу…

Я внезапно услышала пьяную ругань, с которой ко входу изнутри подскочил какой-то страшный, грязный, обросший густой бородой мужик в лохмотьях!

– Кто вы такой?! – испуганно закричала я, отскочив на несколько шагов.

– Это ты кто такая?! Че те надо? Че сюда приперлась?! – мямля, заорал мужик, и даже в нескольких метрах от него я ощутила дивный аромат перегара. А вместе с ним – лютую вонь, вырвавшуюся со входа.

– Я хозяйка этого дома! – закричала я в ответ, от возмущения даже немного позабыв о своем страхе.