Антрийские легенды. Щепотка другого мира

Глава 16. Взгляд в будущее

По дороге к городу непопавшая в пещеру часть Ивового Совета потребовала от попавшей рассказать о произошедшем во всех подробностях. Некоторые с трудом скрывали зависть по отношению к тем, кто смог побывать в легендарной пещере, поговорить с Ланарией и увидеть проход в другой мир.

Большую часть истории поведал Тео. На долю Кристины выпал рассказ о том, что произошло у прохода в ее мир. Волшебник отнесся к поведению шара с особым интересом. Кажется, он и сам жалел о том, что не увидел запечатывания прохода собственными глазами. Как волшебник, он, конечно, желал бы стать свидетелем столь уникального магического явления. Кто знает, повторится ли нечто подобное еще раз.

Зато Тео стал единственным свидетелем другого исторического момента – последних мгновений жизни Ланарии. Если ее заточение в пещере можно назвать жизнью.

– Я склонен думать, что все произошло в тот момент, когда камень полностью перекрыл собой трещину, – рассказывал Тео. – Шар парил в воздухе за спиной Ланарии, а потом резко сорвался с места и с огромной скоростью полетел в сторону прохода. Всего через несколько мгновений Ланария просто упала на землю. Без криков, без предсмертных мук, тихо и спокойно. Все, что я увидел впереди, был яркий ослепляющий свет. А потом… Потом посыпались камни, и мы все поспешили покинуть пещеру.

Позднее Ивовый Совет принял решение ничего о событиях в пещере посторонним не рассказывать. Рано или поздно обрушение пещеры, разумеется, обнаружат. Однако об участии в этом обрушении Совета говорить не стоило, настаивал Тео. Да, врать не нравится никому, но любая огласка тайны помешала бы дальнейшим поискам заклинания. К охоте за древностями подключились бы не только пираты, но и другие любители тайн.

Все согласились с необходимостью хранить молчание даже при условии, что речь пойдет о разговоре с Гроумом. А этому разговору, безусловно, однажды предстояло состояться. Останься Грен в Совете, все было бы гораздо проще, но судьба распорядилась иначе.

По пути к Сантеню Кристина бросила взгляд в сторону Бергина и на секунду затаила дыхание, увидев его ладони. Может, показалось? Она подошла ближе и коснулась руки Бергина, чтобы посмотреть на нее. Тот вопросительно посмотрел на девушку.

Кристине не показалось. Толкая огромный камень, Бергин стер ладони в кровь. Кристина не могла равнодушно смотреть на содранную кожу и следы тяжелого труда.

– Извини… – сказала она и опустила руку Бергина. Бергин сам посмотрел на свою ладонь, нахмурился и перевел взгляд на Кристину.

– За что? – так и не понял он.

– У тебя на ладонях живого места нет… – тихо сказала девушка.

– Ладони заживут, – безэмоционально заметил Бергин. – Если ты в чем-то винишь себя, то напрасно. Я толкал камень добровольно.

– Ладони действительно заживут, – подтвердила Илерина. – Я об этом позабочусь. И я тоже считаю, что ты не должна себя винить.

– Все равно, – сказала Кристина. – Извини.

– Все в порядке, – ответил Бергин.

Некоторое время Кристина шла молча, лишь с опаской поглядывая на Илерину. Илерина заметила это и спросила, все ли в порядке.

– Я поступила немного опрометчиво… – сказала Кристина. Она не знала, как осторожно перейти к волнующей ее теме, но и не перейти к ней она не могла. – Я долго думала о том, что хочу остаться в Сантене, в Антре, но окончательное решение приняла только там… у прохода. При этом я не испытывала никакой уверенности в том, что смогу здесь выжить. И этой уверенности нет у меня до сих пор.

– Дорогая, – остановила ее речь Илерина. – Тебе не о чем волноваться. Вся наша семья, да и все твои знакомые, пожалуй, помогут тебе. Не сомневайся. Мы все будем рядом и поможем тебе встать на ноги.

– Спасибо, – Кристина опустила голову в знак благодарности и смущения. – Я ни секунды не сомневалась, что ты это скажешь. И что все вы будете готовы помочь. Но я больше не могу пользоваться вашим гостеприимством. Вы очень добры, но я думаю, что мне стоит попробовать найти себе жилье, найти работу. Такие решительные действия помогут мне поскорее освоиться, поскорее построить жизнь на новом месте. Если я буду откладывать важные решения на потом, у меня вряд ли что-то получится.

– В твоих словах есть логика, – мягко согласилась Илерина. – Я понимаю, почему ты стремишься к самостоятельности и независимости. Эти качества украшают тебя. Но я все-таки прошу тебя не отказываться от нашей помощи полностью. Позволь нам оказывать тебе хотя бы небольшую поддержку.

– Я буду очень рада поддержке, – улыбнулась Кристина. – Я знала, что ты предложишь мне ее. Ты очень добра. И вся твоя семья. Я очень надеюсь, что я не буду пользоваться вашей поддержкой сверх меры. И что я быстро найду работу.

– Вообще-то… – вмешался Джел. Шел ли он все это время позади или подключился к беседе только сейчас, Кристина не успела понять. Джел выглядел решительно, но слова подбирал с трудом. – Я долго думал о том, что ты могла бы остаться в Антре. И хоть ты и говорила, что вернешься домой, я… я не мог бездействовать.

Кристина смотрела на него с удивлением. Она находила Джела очень милым человеком и прекрасным другом, прямолинейным и понятным, но сейчас с трудом понимала, к чему он ведет. Джел поморщился, взял паузу и, по всей видимости, прокрутил в голове все то, что собирался озвучить вслух.

– Нам нужны люди в конюшне, – через несколько секунд сказал он и улыбнулся. – Если тебе нравятся лошади, и ты не боишься пачкаться время от времени, то… Ты могла бы поработать у нас. Хозяин конюшни возражать не станет.

– Ты шутишь! – воскликнула Кристина. Ее громкий возглас привлек внимание остальных. Итен ускорил шаг и подошел поближе, чтобы разобраться, что происходит. А Кристина продолжила радоваться, с трудом веря в слова Джела. – Да это же… Это… Это лучшая работа в мире! В двух мирах! Ой…

Она осеклась и виновато посмотрела на Олдена. Все это время он был для нее учителем в непростой науке – аптекарском деле. У Кристины получалось не все и не часто. Она старалась изо всех сил, но знания о свойствах трав, корней и прочего попросту не умещались в ее голове. Олден относился к скромным успехам ученицы с пониманием и спокойствием. И вот какими словами отблагодарила его за терпение Кристина. Ей стало стыдно.