Хозяин жизни. (не) один против всех.

Глава 6.

Просить трудно. Даже если это и не просьба в чистом виде, а вынужденное решение. Да ещё и под давлением созревшее.

Тома обдумала свою просьбу, взвесила все за и против, но подойти к Бурову и сказать ему вслух свои условия ей было между тем сложно.

Она думала о том, что не начни он сам разговор, она бы никогда не воспользовалась ситуацией с беременностью. И уж тем более ни за что не попросила для себя.

На работу в хозяйский дом Тома обычно чуть ли не вприпрыжку бежала, а сегодня и собралась пораньше, но сама еле плелась: с встретившейся по пути бабой Ниной постояла, поболтала о сто раз говореном, деду Матвею помогла калитку в палисадник поправить, а придя на территорию усадьбы Бурова, пошла первым делом не в дом, а на территорию конюшни.

Тома любила лошадей. Но на селе их никто не держал. Не те времена. Кому в хозяйстве лошадь нужна - уж лучше трактор или грузовик.

Лошадь это нынче роскошь, а не подмога.

У Бурова же были не просто кони, а породистые. Маститые. Он и дом этот постороил, говорили, в первую очередь потому, чтобы коней было где держать.

У богатых свои причуды.

Заведовал конным хозяйством в Буровской усадьбе Борис. Мужчина крепкий, молчаливый, не пьющий. На вид лет сорок, сорок пять.Жил в небольшом доме на селе, недалеко от хозяйского дома. Буров специально ему построил. Все условия создал, лишь бы Борис у него на конюшне трудился.

Жил Борис один. Ни с кем из местных не общался.

Но сплетни не обошли его стороной: люди шептали, что жена от него ушла, потому что устала что он её с лошадьми делит и животным больше внимания и ласки достаётся. Толи он сам кому чего болтнул об этом, то ли выдумал кто да зашелестела болтовня по ушам - разве найдёшь, откуда пошло сотрясание воздуха.

То, что Борис был знатным и ценнейшим на всю страну берейтером и коневодом - это тоже откуда-то ворона принесла на хвосте. Но эта информация ни у кого из селян сомнения не вызывала: Борис лошадьми жил. Всё о них знал, всё про них чувствовал.

Это он в своё время Томе и рассказал про хозяйских лошадей.

— Александр Сергеевич только ахалтекинцев держит. Я к нему и пошёл не за деньгами, хоть платит он мне за троих, не скрою. Я пошёл, потому что страсть эта у нас с ним общая. Ахалтекинская порода. Это ведь не простые кони, Тома - это боги конного мира. Умнейшие создания.

В минуты таких разговоров Борис мог посреди рассказа надолго замолчать, словно сами мысли об этих животных были священны для него.
Тома всегда терпеливо ждала.

— Ты думаешь, я так их нахваливаю из-за их покладистости ? Не-е-т …Это совсем не покорные лошади. Своенравные. К ним особый подход нужен. А кто хочет ждать, да терпеть? Всем результат подавай да поскорее. Не все любят непокорных, Тома. А ахалтекинцев и не надо покорять — их любить надо, и тогда они для своего всадника горы…перепрыгнут!

Тома могла слушать и слушать про этих чудо-лошадей. Ей передавалось отношение Бориса к величественным животным и она с трепетом наблюдала за каждым взмахом головы лошади, которую коновод выводил из конюшни для занятий, за эластичностью движений, за грациозной поступью.

Лошадей у Бурового было всего пятеро: гнедая Красотка, золотисто-гнедая Звезда, тёмно-гнедой Умник, караковый Демон и буланый Герой.
Выбрать кого-то одного по душе было невозможно. Тома восхищалась и тянулась душой к каждому животному.

Вот и сегодня с утра Тома забежала посмотреть на своих любимцев.
Борис как раз выходил из конюшни с Демоном.

Демон нереальный конь. В солнечный день можно было сойти с ума, залюбовавшись на него. Демоническая красота и стать. Многократный чемпион на скачках, лучший конь всех последних выставок.
Но если на него надавить…Поторопить, приказать слишком грубо…

Борис так про него говорил:

— Тома, он Демон и есть. Ничего ты с ним не поделаешь. Если будет чувствовать грубую силу и жёсткий приказ - сломается, но будет стоять на своём. А если сам захочет, сам откликнется - бог, а не конь.

— Здравствуй, Тома. Ты рано сегодня, — поздоровался на ходу Борис.

— Доброе утро, Борис. Решила к вам забежать. — Тома улыбнулась берейтеру. А сама невольно на мгновение задумалась: а чего пришла-то сюда? И сама себе вслух ответила. — За вдохновением.

— Это святое дело. Заходи. Меня не жди, мы с Демоном надолго ушли.

— Спасибо, Борис. Я ненадолго.

Тома нырнула в конюшню.

“Если любишь малину - люби и её косточки” - в детстве приговаривала бабушка. Любить лошадей и не любить их запах невозможно. Тома не брезговала лошадиными ароматами. Тем более у Бориса в конюшне чистота была как в лучших домах ЛондОна. Лишь знакомый запах сена и лошадиного тепла щекотнул нос девушки.

— Здравствуй, моя девочка, — Тома ласково погладила морду Красотки. Кобылица тихонько зафырчала в ответ, словно тоже поздоровалась.

— И тебе, Умник , доброе утро. Конечно, конечно, я тебя не забыла, — Тома переходила от стойла к стойлу, здороваясь с животными, которые, казалось, наперебой звали девушку к себе.

***
Босс получил приятные известия: продавец позвонил и сообщил о согласии на сделку, которую Буров ждал около двух лет.

Из-за этой красавицы, которая покорила его сердце с первого взгляд, он и затеял строительство усадьбы: взял в долгосрочную аренду не просто участок земли - он взял место под дом и под огромный загон для лошадей, оформил пользование землёй в сельскохозяйственных целях и договорился с одним из местных жителей, что тот будет выращивать овёс для лошадей Бурова.

Всё началось с неё. Она своими голубыми глазами свела с ума Бурова и заставила полюбить ахалтекинцев, не оставив иным породам даже квадратного миллиметра в сердце хозяина.

Её не продавали. Поэтому раньше, чем заполучил свою мечту, Буров нашёл и купил Героя, Умника и Звезду. Вместе с ними в усадьбу приехал и Борис. Вскоре в конюшне появились друг за другом Красотка и Демон.

Буров любил всех своих ахалтекинцев, но его душа ждала её.