Погасить огонь

Погасить огонь

- Ваш виски, господин Ягыз, - бармен неприметной внешности, но с располагающим к беседе взглядом, поставил передо мной бокал. Темный напиток в свете низко висящих люстр приобрел золотистый оттенок. - Пару кубиков льда?
Я отрицательно мотнул головой. Не хочу разбавлять.
Тонкое стекло преломляло мягкое освещение бара, я покрутил бокал, наблюдая, как виски играет красно-золотистыми тенями. Сильный аромат наполнил легкие. Ваниль, апельсин, сухофрукты. Мне нравился сложный букет и сильный характер виски. Я редко пил, но иногда позволял себе насладиться его разгадыванием. Сосредоточиться на нём, когда голова забита ненужными мыслями и необходимо расслабиться.
Я отвернулся от барной стойки. Все немногочисленные столики в баре были заняты. Это место любили ценители отличных напитков, мягкой непринужденной обстановки, без пафоса модного популярного заведения. Здесь уважали желание гостей расслабиться без внимания к своей персоне. То, что нужно и мне.
Со сцены, небольшой, утопленной в своеобразную нишу, прозвучал уверенный аккорд, вслед за которым по бару понеслись мажорные и минорные волны. Замысловатый ритм, мелодичность и гармония звуков. Казалось, музыка вплеталась в темный узор деревянных стен, заигрывала с хрусталем светильников и вместе с крепкими нотами дорогого спиртного проникала прямо в сердце и завораживала разум. Джаз, такой непростой и в то же время гармоничный, отлично дополнял красоту виски.
После небольшого глотка на языке осталось ореховое послевкусие с искрой апельсина. Горло обожгло, в груди стало горячо. И это напомнило, как Хазан пролила на меня чай. Почему я решил, что виски сможет потушить мои мысли? Оно только добавило огня. Да, правильно говорят, что вкус виски зависит от настроения. Даже оттенок у него сейчас был дымный.
Не знаю, что на меня нашло. Вернее, знаю. Прекрасно знаю. Хазан была невероятно красива. И даже не тогда, когда над ней работали мои стилисты, а вот такая - без макияжа, в обычной одежде, домашняя и близкая. Её характер, сила воли, стержень всегда вызывали у меня уважение. С ней интересно было спорить, хотя иногда и казалось, будто Хазан читает мои мысли. На удивление, не смотря на то, что между нами было, как я о ней когда-то думал и как она меня ненавидела, с ней было комфортно. Таких людей в моей жизни я мог пересчитать на пальцах одной руки. Но Хазан любила моего брата. И была его девушкой. Разум тут же поправил: бывшей девушкой. Я поморщился и сделал ещё глоток. Не важно, мне не следовало забывать о брате. Но тогда, в тот момент, когда она была так близко, касалась меня, я забыл. Поддался притяжению. Захотел обладать ею. Целовать эти соблазнительные губы, сжимать тонкую талию, придавить её тело своим и смотреть, как темные глаза загораются ответным желанием.
Я дернул пуговицу на горловине рубашки, снова стало трудно дышать. Одна рубашка уже валялась на полу в моей спальне. Это не помогло.
Я опустошил бокал под укоризненным взглядом бармена: такой напиток принято смаковать, а не пить залпом. Мне было всё равно. Возникший в груди огонь на мгновение затмил мысли о Хазан. По моему знаку пустой бокал заменили полным. Мысли вернулись, а с ними и картинки, которые рисовало воображение. Виски тоже не помогал. Кажется, мой отличный план забыться в баре торжественно провалился. 
- Ягыз Эгемен? Собственной персоной?
Я повернулся, мгновенно узнав грудной голос. Стоящая передо мной женщина была, как обычно, восхитительна. Уверенная, с твердым взглядом превосходства, стильная и недоступная для всех. Практически для всех.
- Здравствуй, Танели.
Я заметил, сколько мужских взглядов было направлено на неё, и это меня развеселило. Никакой выдержки. Хотя о чем речь? Я пью виски с целью забыть свои чувства, но почему-то с готовностью позволяю фантазиям гулять в мыслях. Сегодня моя персона - точно не образец выдержки. 
Танели улыбнулась и мазнула губами по моей щеке.
Бармен тут же поставил перед ней бокал с красным сухим французским вином - её любимым.
- Отлично выглядишь.
Танели всегда одевалась со сдержанным вкусом. Темно-синие платье было скромным, но подчеркивало все достоинства соблазнительной фигуры. Мне вспомнилась Хазан в синем платье на фотосессии. Только Танели выглядела обольстительно, а Хазан - невинно и притягательно. Пришлось снова делать глоток, чтобы прогнать опасные мысли.
Поправив слегка завитые темные волосы, Танели улыбнулась. Я видел, что она рассматривает меня и делает какие-то выводы. Её аристократичное лицо выражало любопытство, а карие глаза не упускали ни одной детали. 
- А вот ты не очень, - вынесла Танели вердикт. - Где пропал?
- Спасибо за комплимент, - хмыкнул я. - Дел много. Не до развлечений.
- Слышала. Твоя семья в топе новостей.
Я позволил себе усмешку:
- Да уж.
Наша жизнь превратилась в какой-то балаган. Всё валилось из рук, и я ничего не успевал. 
Танели промолчала. Она знала, когда не следует давить. Это умение очень помогало ей в бизнесе. Это умение привлекло и меня.
С Танели мы познакомились на международном форуме три года назад. Я оценил её острый ум, когда она спорила с членами экономического совета насчет важности инноваций. А она не оставила без внимания мою поддержку в той дискуссии. Мы разговорились. Наши взгляды на бизнес были похожи, хоть и лежали в разных сферах. Танели занималась фармацевтикой, и именно её мысли натолкнули меня на идею создания бренда органической косметики. Ей нравилось быть хозяйкой своей жизни. Прожив несколько лет во Франции, она оценила внутреннюю свободу. Это отличало её от турецких женщин. Поэтому иногда мы встречались по деловым вопросам, а иногда - чтобы расслабиться. Обязательств, кроме соблюдения конфиденциальности наших встреч, не было. И это устраивало нас обоих.
Танели покачивала в такт музыке мыском изящной лодочки с высокой шпилькой. Ритмичный джаз сменился меланхоличным блюзом. 
- «Blue devils»…
- Когда кошки скребут на душе?.. - я непонимающе уставился на неё. Это выражение применялось к блюзу, но почему Танели вдруг вспомнила про него? 
- Не скребут? - она с улыбкой посмотрела в ответ. Карие глаза блеснули иронией. 
- Не скребут. Потому что ничего нет.
Сейчас её проницательность была не к месту. Я потянулся к своему бокалу.
- Тогда чем ты в данный момент занимаешься?
Глоток виски мягко согрел горло. 
- Расслабляюсь, как видишь.
- Расслабиться можно и по-другому… - её рука легла на моё запястье, пальцы с намеком погладили кожу.
Я хотел отказаться. Не думаю, что она слишком расстроится. Мы с ней давно не виделись, но вряд ли Танели тосковала по мне. Как и я даже не вспоминал о ней...
Так может, в этом дело? Я слишком погряз в проблемах семьи, слишком зациклился на Хазан, даже не замечая этого. Мне просто нужно было отвлечься. Перебить эту тягу к ней. Я, как обычно, всё слишком усложнил. 
Такси остановилось у жилого комплекса. Портье в холле вежливо кивнул и, убедившись, что от него ничего не требуется, больше не обращал на нас внимания. Лифт замер на 31 этаже. Я пропустил Танели вперед. Она сняла пальто, и мне ничего не мешало любоваться её соблазнительной фигурой, обтянутой узким платьем. 
- Выпить не предлагаю, - обернулась она, бросив ключи на полку, когда мы зашли в квартиру. 
Я улыбнулся. Танели не выносила пьяных мужчин.
- Мы и не выпивать приехали, - я забрал у неё маленькую сумочку и положил на полку к ключам.
Поддавшись моим рукам, Танели прижалась ко мне и подставила губы для поцелуя. Я не любил спешить или поддаваться вожделению, но сейчас моя выдержка дала трещину. Обнимая горячее тело, целуя податливые губы, я желал полностью обладать этой женщиной. Хотел получить всё и немедленно. Будто боялся, что у меня это отнимут. Пиджак и рубашка полетели на диван в гостиной. Я практически не соображал, поддавшись желанию. Руки расстегнули молнию… А на платье Хазан застежка тоже была на спине? Я спустил синюю ткань с плеч, думая, насколько её кожа бархатистая. Такая же нежная, как на щеке? А на вкус? Сладкая, с ароматом ванили... 
- Ммм, Ягыз… 
Я не дал ей договорить. Набросился на губы, которые весь вечер сводили с ума. Желание поцеловать их преследовало меня. Мы не успели включить свет, и я лишь догадывался, как изменился её взгляд. Я знал, как она смотрит разгневанно, равнодушно, упрямо, с сочувствием или печально. Её чувства, отражающиеся в глазах настолько глубоки, что в них можно потеряться. И иногда я терялся. Мне хотелось увидеть, какими они станут от страсти. Её ответный поцелуй отвлек меня, руки гладили спину, она прижималась, и я чувствовал каждый изгиб наполненного желанием тела. Подхватив её на руки, я пошел в спальню. У меня с трудом получалось сдерживаться, и я уже не понимал, зачем вообще медлю. Платье сползло на талию, но её это не заботило. Она раскинулась на кровати, полная грудь тяжело поднималась в такт возбужденному дыханию. Темное кружево бюстгальтера манило избавиться от него. Я услышал тихий стон и совсем потерялся, когда она выгнулась навстречу моим рукам и губам. Подо мной. В моих объятиях. Моя. Кровь шумела в голове, я с трудом дышал. Хотел ещё, больше, насладиться каждым сантиметром её кожи. Боролся с нетерпением и почти проигрывал ему, когда слышал тихие стоны. Моя. 
До меня не сразу дошло, что она уперлась в меня руками. Я с трудом отстранился.
- Кто такая Хазан? - раздался хриплый голос Танели.
Зажегся прикроватный светильник. Танели села и внимательно посмотрела на меня. Её вид кричал о моих ласках, но взгляд был серьезным. Я отвернулся. Подошел к окну. Было чувство, что меня ударили в солнечное сплетение. Какого черта? Я не знал, что ответить. В голове не было ни одной мысли. Я даже не осознавал до этого вопроса, что всего лишь представлял Хазан. Как такое вообще могло произойти? Кулаки помимо воли сжались, появилось желание ударить по стеклу, которое отражало моё растерянное лицо. Дьявол!
- Ягыз?
Я посмотрел на полуобнаженную Танели. Она совсем не походила на Хазан.
- Никто.
- Да? - Танели плавно поднялась с кровати и неспешно подошла ко мне. - Если ты хочешь забыть одну женщину при помощи другой, то у тебя не получится.
- Не пытаюсь. Некого забывать, - я говорил уверенно, убивая любые сомнения. 
- Я рада, если это так. Не хочу быть неудачной заменой.
- Прости.
- И? Закончишь или пойдешь обратно в бар?
Я уже взял себя в руки. Прикосновение Танели к моей груди больше не воспринималось лаской Хазан. Ненужные мысли были убраны подальше. Я не юнец, который не в силах контролировать свои эмоции. То, что я в какой-то миг хотел Хазан, обусловлено длительным воздержанием. Не более. Никаких чувств.
- Вряд ли в баре мне дадут то, что предлагаешь ты. 
Танели позволила снять с себя платье и больше не вспоминала мою оплошность. Как и я.
Несколько часов пролетели незаметно. Вернувшись домой под утро, я не стал ложиться спать. Во мне было достаточно энергии. Бассейн избавил от остатков растерянности, и я трезво и хладнокровно оценил вечер. Всего лишь стечение ряда обстоятельств. Невероятное напряжение последних дней, сложная ситуация в семье, постоянные намеки и абсурдные выводы Синана - всё это ослабило мою волю. И когда Хазан оказалась так близко, тело просто среагировало на красивую девушку. 
Я наклонился к брошенной вчера рубашке. Она высохла, и если бы не память, можно было бы всё забыть. Неуверенность тенью вернулась в мысли. Почему я сомневаюсь? Это всего лишь рубашка. Стопроцентный хлопок синего цвета. У меня таких полный шкаф и можно купить ещё. Я смял ткань и кинул в урну.
- Выбросил и всё. 
Самообладание было восстановлено, а огонь, который вызвала Хазан, погашен. 
С твердой уверенностью, что меня теперь не сломить, я отправился на съемки. 
Если бы мне тогда кто-нибудь сказал, что совсем скоро моя выдержка снова рухнет и в следующий раз я предпочту напиться, потому что Хазан уже никто не заменит...