Место

11

Ита, как всегда прекрасная и слегка улыбающаяся, шла по длинному коридору, держа в руках серебряную тарелку с фруктами. Ей не очень льстила мысль, что теперь знатная женщина подрабатывает прислугой у чужеземки. Однако, сама Ана не вызывала в ней раздражения. Она казалась милой и такой беззащитной в незнакомом мире, что Ита сама стремилась ей помочь. В конце концов, в замке не так много развлечений, так что можно себе позволить немного понаблюдать за чужеземкой. Да и истории она рассказывает забавные. И быстро сообразила, что можно говорить, а что не стоит. Пожалуй, они даже смогут подружится. Жаль, что срок жизни у нее невелик.

Ита привычным жестом подхватила поднос одной рукой и постучалась в дверь. Из комнаты, еда слышный голос разрешил войти.

— Ты еще спишь? — Ита впорхнула в комнату, как весенний ветерок в старый сад. Прекрасная, светящаяся и такая изящная. Поставив тарелку с фруктами на стол, она сел на край кровати и только сейчас заметила заплаканное лицо Аны. — Что стряслось, милая? Кто тебя обидел?

Девушка в кровати отрицательно покачала головой и заплакала еще сильнее. Ите не оставалось ничего другого, как прильнуть к чужеземке и обнять ее горячее лицо.

— Милая, ну мне-то ты можешь сказать.

— Я домой хочу. — сквозь слезы процедила Ана.

— Скучаешь по дому? Я тебя так понимаю. Когда меня впервые привезли в этот замок, я места себе не находила. Но со временем появился отец Эбо, потом сам Эбо. И все как-то наладилось. Перетерпи эту тяжелую разлуку.

Ита еще крепче обняла Ану и сама вспомнила, что чувствовала в те юные года. Так что притворятся ей даже не пришлось, она отлично помнила одиночество, страх и потерянность, которую сейчас испытывает эта несчастная девушка.

— Простите, Ита. Не хотела испортить вам утро. — Анастасия шмыгала покрасневшим носом, вытирая слезы об белоснежный пододеяльник. — И не говорите никому, пожалуйста.

— Ну что ты. Зачем кому-то знать, что происходит в личных покоях гостей. — Ита попыталась перевести тему разговора и выбрала самую неподходящую: — Я вчера разговаривала с Эбо и, если честно, мне показалось, что он не так уж тебя и ненавидит, как ты сама думаешь. Может вам стоит как-нибудь помириться? Меньше злости, больше дружбы и все наладится. К тому же наши подруги от тебя в полном восторге. Ждут следующего ужина.

— С Эбо мы вроде как даже не ругались. Договорились вчера вечером встретится. Но он не пришел. — Анастасия снова залилась слезами, забыв что разговаривает с его матерью.

— Встретиться вечером? — Ита подняла бровки, сморщив лоб. — Под «подружиться» я имела ввиду не желать друг другу смерти, а не встречаться под покровом ночи.

— И я про это. — Анастасия незамедлительно вытерла слезы и максимально честными глазами посмотрела на матушку объекта вожделения. — Вы неправильно поняли.

Солнце снова сделало круг по небу и зашло за горизонт. Замок медленно засыпал. Ита сидела в покоях сына и внимательно смотрела на его растерянное лицо.

— Это не твое дело. — выпалил Эбо и налил еще вина в хрустальный бокал. Он был уже изрядно пьян, чего мать терпеть не могла. Но был и плюс: пьяного сына проще разговорить.

— Это очень даже мое дело, раз касается моего сына и чужеземки. Что тебе приказал Оро? Соблазнить бедняжку? Зачем? Мало ей досталось?

— Ты задаешь слишком много вопросов.

— Потому что ты вот-вот совершишь ошибку и ранишь дитя еще сильнее.

— Прекрати, она не дитя, а взрослая женщина. Постарше тебя будет.

— В ее мире, но не в этом.

— Да какая разница, в каком мире? — Эбо недовольно плюхнулся в кресло, глядя в чернеющее окно.

— Сын, я прошу тебя, не делай того, что задумал или приказал Лоег Оро. Отправьте вы ее домой, пусть живет в своем мире. Что за извращенные издевательства вы удумали?

Эбо медленно сполз с кресла и на коленях подполз к матери. Положив руки на ее стройные ноги, он мутным взглядом посмотрел на взволнованное лицо и тихо произнес:

— Как ты не поймешь, что она уже обречена, матушка. Вернется домой — умрет. Попытается оторваться от Места, которое ее питает — умрет. Сделает что-то не так или надоест Владыке — ну ты сама поняла. Зачем жалеть обреченного человека? За твою долгую жизнь таких чужеземок может пройти сотни, ты их даже не запомнишь.

— Потому что она человек. Со своими мыслями, чувствами и выпавшими на ее долю испытаниями. Раз ты говоришь, что она уже обречена, так хотя бы попытайся сделать ее жизнь чуть светлее в последние дни. Не издевайся над ней, не мучай. И уж тем более не пытайся соблазнить.

— Соблазнение — не моя цель. Моя задача понять, на что она способна. Ты же даже не представляешь, что она из себя представляет, матушка. А я видел. Буквально вчера вечером, когда не пришел к ней навстречу. Из под ее слабеньких и таких испуганных пальчиков, росли цветы, тянулись по стенам замка и ей это не стоило никаких усилий. Встречались ли тебе женщины с такими талантами?

Ита отрицательно покачала головой. Таланты у женщин если и встречаются, то совершенно примитивные.

— Ни я, ни Оро так легко не сможем подарить жизнь. Ни цветку, ни палке. А она делала это даже не задумываясь. А что будет, если ее разозлить? Разрушит замок? Или, может, весь мир?

— Откуда у нее силы на такое? Разрушить мир не смогут даже все Лоега вместе взятые. Ты приписываешь девушке уж совсем невероятные способности.

— Вот и проверим.

Эбо с трудом поднялся на ноги и шатающейся походкой пошел к выходу.

— Эбо… — строго позвала мать.

— Даже не начинай.