Обо всём и обо всех

Змеиная головка

Нина осторожно передала Даше хнычущую Надюшку.

- Спать хочет, - объяснила она невестке. – Тебя ждали. Раз уж сказала, что без тебя не укладывать, я не стала.

Даша нежно поцеловала малышку в затылок:

- Вы её качаете, а с ней надо просто полежать, - объяснила невестка.

- Она у меня иначе не засыпает, я же не мама, - улыбнулась Нина. – Завтра приходить?

- Не надо, спасибо. Завтра моя мама придёт. А на субботу мы няню пригласили, чтобы все могли спокойно посидеть.

- Зачем? – удивилась Нина. – Нас много взрослых, справились бы с одним ребёнком. Посторонний человек на празднике не нужен, ещё не факт, что Надюша к няне на руки пойдёт. И дорого, наверное, лишние расходы.

- Нормально. Могу я хоть раз отпраздновать свой день рождения как хочу? В ресторане и не с ребёнком на руках? Я вафель купила, будете чай пить?

- Нет, мне пора, - ответила Нина и стала торопливо одеваться.

Полдня прошло, дело к вечеру, а у неё даже обеда нет. Надо занести бабулям хлеба и молока и хорошо бы хоть немного поработать самой. Если успеет до ночи, конечно.

Бабули, две старенькие сестры, жили в соседнем доме. Одинокие старушки вообще-то обходились своими силами, но иногда просили Нину о помощи. Она не отказывала, со временем как-то так получилось, что Нина вроде бы взяла над ними шефство.

В благодарность бабули старательно делали ей рекламу во дворе, среди своих таких же стареньких подруг. Нина вязала и шила на продажу скатерти, покрывала, коврики в разных стилях. Работа доставляла ей удовольствие и, пусть небольшой, но дополнительный доход.

Она уже завернула за угол дома, когда хватилась телефона. Вот растяпа! Придётся возвращаться, только надо тихо, потому что Даша сейчас укладывает Наденьку спать. Кажется, телефон Нина оставила на кухне. Хорошо, что у неё был свой ключ, хоть звонить не придётся.

В прихожей она бесшумно скинула туфли, на цыпочках прошла на кухню: тихонько прошмыгнёт за телефоном и так же тихо вернётся назад.

Нина ещё не дошла до кухни, когда услышала звонок. Ну вот! Ей кто-то звонит и сейчас разбудит малышку! Но звонил не её телефон.

- Привет, мам… Спит уже, конечно, устала от бабы Нины. Та её то по окнам таскает: смотри туда, смотри сюда, то игрушкой гремит... Да, ушла уже, хорошо хоть чай пить не стала. Она сегодня с утра с Надюшей, я весь день занята была. В поликлинику, потом на маникюр, потом в ресторане заказ подтверждала… Мам, ну чего ей делать-то ещё? Она же на пенсии.

Нина замерла. Даша разговаривала на кухне и не видела её. Надо бы выйти, или голос подать, но Нину словно заклинило – она стояла и слушала.

- Ой, ну что она может подарить? – продолжала отвечать матери Даша. - Деньги, конечно, что же ещё. Это же надо напрягаться, подарок искать, выяснять, что мне нравится. Зачем такие сложности, если можно конвертом отделаться? Свекровка – змеиная головка…

Нина уронила на пол ключ.

- Ой! – пискнула Даша.

Нина подняла связку, вошла на кухню, взяла с подоконника свой телефон:

- Забыла, - объяснила она.

Вышла в прихожую и тихо прикрыла за собой дверь.

Теперь она никуда не спешила. Дошла до парка, села на лавочку, устало вытянула ноги.

Почему так?

Несовпадение вкусов и взглядов у них с Дашей началось сразу, ещё до свадьбы. Даша хотела шикарный праздник. Нина её понимала: какой же девушке не хочется белого платья и восторгов подруг, но брать кредит на свадьбу считала глупостью. Сказала: или копите, или женитесь попроще. Даша обиделась. Тогда положение спасла сватья. Когда дети попросили её добавить денег, она отказала наотрез и повторила Нинины слова: ещё на свадьбу она кредитов не брала, вот выдумали!

Дальше – больше. Сын Иван, конечно, попросил разрешения поселиться с молодой женой в бабушкиной квартире. Квартира досталась Нине в наследство давно и была много лучше той, в которой жили они с Иваном. Центр города, трёхэтажный дом, высоченные потолки, два эркера, большая кухня и три просторные комнаты.

Доход от аренды и Нинина небольшая зарплата вместе позволяли жить вполне прилично и даже немного откладывать на всякие радости. Пока рос Ваня на отпуск, велосипед, ролики и дорогую спортивную секцию. Сейчас на помощь его молодой семье.

Поселиться Нина разрешила, не снимать же детям жильё, в самом деле! Но помогать финансово перестала, теперь не с чего. Иван тогда её понял, а Даша обиделась и пару месяцев разговаривала сквозь зубы.

Рождение малышки стало для всех настоящим праздником. Нина и сватья не могли нарадоваться внучке, Иван и Даша не отходили от доченьки. Только с именем Нина не могла согласиться. Конечно, понятно желание Даши назвать дочку в честь своей мамы. Но как ребёнку жить Элеонорой Ивановной?

Сватья, надо отдать ей должное, сказала тогда что ей всё равно. А Дашу удалось переубедить только Ивану, и то не сразу, почти месяц девочка жила без имени.

Когда пришла пора прописывать Надюшу, Нина предложила свою квартиру. Иван же в ней прописан, пусть и доченька его тут же будет. Но у Даши было другое мнение, она хотела прописать Надюшу в бабушкины хоромы. Пожалуй, это был единственный раз, когда Нина и Даша перешли в открытый конфликт.

Нина отказалась наотрез. Квартиру матери, бабушки Ивана, она считала своей и никому не собиралась отдавать. Иван тогда занял сторону жены.

- Давайте меняться? – предложила Нина. – Вы переезжаете в мою двушку, я в эту трёшку. Делайте что хотите. Я двушку на вас перепишу.

- Мам, зачем тебе одной трёха? – удивился сын. – Она же огромная, в футбол там будешь играть?

- У меня есть сестра в деревне, если ты помнишь, - рассердилась Нина. – Квартира только по документам моя, а на деле это наше общее наследство.

И опять они общались как чужие. Нина приходила только тогда, когда Иван просил посидеть с ребёнком, Даша даже не звонила ей сама.

Отношения наладились совсем недавно, и Нина думала, что старые обиды забылись. Она и подарок приготовила, Даша права: деньги в красивом конверте.