Темна вода во облацех воздушных. Чего ждать от новой программы Роскосмоса

И вот новому вице-премьеру, курирующему оборонно-промышленный комплекс, Юрию Борисову, до недавнего времени занимавшему пост заместителя министра обороны России, придется на них отвечать. Подробности — в материале портала iz.ru.

А что творится в российской космонавтике сейчас? Судя по официальным новостям, всё прекрасно и удивительно, покорение космоса идет по плану, Федеральная космическая программа выполняется, а мировое лидерство России неоспоримо. Однако если почитать независимых журналистов, то впору бежать за цветами на гроб «Роскосмоса» уже сейчас. Почему получается такой лаг в оценках?

Все дело в том, что государственная корпорация по космической деятельности «Роскосмос» уже давно занимает дуалистичную позицию, сидя сразу на двух стульях. По форме и факту это государственная корпорация со всеми полагающимися атрибутами: получаем деньги от государства, решаем поставленные задачи, проводим госполитику в космической отрасли. С другой стороны, «Роскосмос» — это главный представитель России на коммерческом космическом рынке. Правда, здесь никакие реалии не работают — нужно быть быстрее, умнее и дешевле конкурентов.

И вот борьбу за коммерческий космос «Роскосмос» к настоящему времени проиграл практически в ноль. Увы, это не слова, к сожалению, это исключительно цифры. «Роскосмос» имеет менее одного процента от общего мирового космического рынка. Единственная ниша, где мы чувствовали себя способными дать бой, — рынок пусковых космических услуг. И здесь мы за последние годы тоже утратили лидерство. За последние два года доля России в коммерческих пусках не превышает 20% и имеет все тенденции к дальнейшему снижению.

Реагируя на эти данные, представители «Роскосмоса» сразу же вспоминают, что они госкорпорация, у них есть Федеральная космическая программа, а бизнесом они занимаются так, постольку-поскольку. И возразить на это сложно: «Роскосмос» жестко держится за нажитое, и ожидать, что в ближайшее время появится серьезная частная российская коммерческая компания, просто наивно. Вот и непонятно, как оценивать перспективы «Роскосмоса» по гамбургскому счету — как госкорпорации или как коммерческого проекта. Попробуем взглянуть на проблему с разных сторон.

В феврале 2016 года была принята Федеральная космическая программа, которая и должна стать определяющей для российской космонавтики на ближайшие годы. И если с ее числовой частью всё более-менее понятно, то с остальным — не очень. По деньгам всё просто — сначала предлагалось выделить 2,5 трлн рублей, затем после ряда сокращений остановились на 1,5 трлн рублей на ближайшие десять лет. Впрочем, пересмотреть могут как вверх так и вниз. Тут дело такое, ситуация не самая радужная, и если в бюджете потребуется заткнуть пару дыр, сделать это за счет космоса вполне себе вариант. Гораздо интереснее текстовая часть ФКП. Вряд ли ее писал человек, совсем незнакомый с целеполаганием. Скорее, ее специально создавали с прицелом на изменение целей в зависимости от результатов, а не наоборот. В ней нет четких количеств, наименований и дат. Зато спустя десять лет легко будет отчитываться: стояла задача нарастить до «требуемого количества», вот мы и нарастили — в данный момент требуется ноль таких спутников.

Поэтому выполнить ФКП «Роскосмос» в части прикладных космических аппаратов, скорее всего, сможет, а значит как госкорпорация будет полезен государству. Вот и на презентации спутниковых сервисов, проведенной «Роскосмосом» 22 мая 2018 года, все проекты очень четко ориентированы на внутреннего пользователя, то есть на другие госкорпорации.

При этом они подменяют (ну или импортозамещают) уже существующие и действующие проекты других стран. Например «Наша Россия» — сервис, автоматически отслеживающий исполнение федеральных контрактов по строительству больших объектов. Он сразу нацелен на единственного пользователя в лице государства. Стоит ли говорить, что подобные проекты не имеют никакого экспортного потенциала. Таким образом, «Роскосмос» сознательно ставит своей целью наращивание прикладных космических аппаратов ДЗЗ (дистанционного зондирования земли). Собственно, скорее всего, это и станет основной задачей и работой на ближайшие годы.

Есть в Федеральной космической программе и наука. И даже почему-то именно в этом пункте прописано количество запускаемых космических аппаратов. Во имя науки за ближайшие десять (вернее, уже восемь) лет должны запустить десять миссий. Увы, но, скорее всего, этот пункт выполнен не будет. Может быть, что-то запустят, что-то перенесут. Пока же у России есть всего один чисто научный спутник «Спектр-Р», три научно-технологических спутника «МиР» и два «АИСТа». Тут всё будет делаться по остаточному принципу. Лунные же проекты, скорее всего, сейчас начнут безбожно откладывать, благо повод для этого есть. Мы ждем сразу две ракеты — «Союз-5» в разработке, затем еще много лет можно ждать сверхтяжелую ракету. «Ангара» же переезжает в Омск, что тоже требует времени. Вот и получится, что для прикладных проектов носители и финансы найдутся, а научные — как-нибудь потом.

Потому, потому что мы пилоты

Что будет с пилотируемой космонавтикой — пока неизвестно, и сценариев тут несколько. Во многом ситуация будет зависеть от того, насколько быстро американцы смогут перейти на новые пилотируемые корабли Dragon V2 от SpaceX и Starliner от Boeing. Делают их уже долго, и ставить на то, что это событие произойдет в следующем году, вряд ли стоит. Если у американцев свои «батуты» готовы не будут, то наша пилотируемая космонавтика будет продолжать развиваться, как раньше.

А вот если американцы перейдут на свое и свернут финансирование (более $500 млн в год), то всё будет зависеть от состояния бюджета. В худшем из вариантов Россия постепенно начнет сворачивать свою пилотируемую программу, постарается спихнуть МКС коммерческим компаниям и убедит население, что в нынешней ситуации изучение космоса — это прерогатива андроида Федора и других космических аппаратов. Свою же пилотируемую космонавтику мы начнем потихоньку уменьшать — денег она не приносит, а гордостью за успехи сыт не будешь.

С этой частью программы у нас совсем плохо. В ближайшее время ожидается всплеск количества запусков, связанный с началом реализации британской коммерческой программы OneWeb по выводу спутников связи на орбиту. Предполагается, что часть из них запустит Россия, контракты уже подписаны. Спутников по плану много, и эти запуски в настоящее время — самая большая надежда «Роскосмоса».

В остальном же прорывов не предвидится. Шансов, что Россия начнет делать коммерческие космические аппараты и попробует откусить часть этого рынка, просто нет. Для этого нет ключевых вещей: элементной базы, квалифицированных рук, площадей и техпроцессов, способных обеспечить конкурентные цены. На рынок спутниковой связи надежды еще меньше.

Остаются запуски, откуда Россию продолжат потихоньку выдавливать. Против нас играет и логистика, и заключение пусковых контрактов во время заказа спутника. Дело тут не только и не столько в цене. Если нам удастся сохранить нынешние 20%, это будет чудом.

Вот и получается, что одновременно успеть всё и привести в порядок всё шансов просто нет. Чем-то явно придется жертвовать. А после новостей о том, что на базе «Роскосмоса» создадут холдинг, который объединит в своем составе ряд других направлений по ракетной тематике, таких как концерн ВКО «Алмаз-Антей» и концерн «Тактическое ракетное вооружение», всё становится предельно понятным. Буквально за пять лет наша космическая отрасль начнет плавное и необратимое движение в военную сторону.

Соответсвенно, и «Роскосмос» станет корпорацией, занимающейся запуском военных и прикладных спутников ДЗЗ. Всё остальное либо потихоньку отцепят, либо продолжат двигать «на минимальных оборотах». Для всех других вариантов нужен чудо-управленец, сильная команда и переформатирование всех целей с четким указанием их приоритета и требуемых сроков исполнения.

Увы, но другого космоса у нас просто нет.