Справедливость богов

Глава 10.

Глава 10. Ведьма.

Выступил вперёд. Вернее решительно шагнул в сторону ведьмы.

Сердце при этом в груди забилось чаще, но далеко не от любви, как вы понимаете.

Будь, что будет! Эх! Чему быть, того не миновать!

Я сделал ещё пару шагов и очутился всего в шаге от странноватой особы. Оказался стоящим к ней вплотную.

Надо сказать, что ведьма крепко гипнотизировала взглядом. Становилось жутковато, как будто нечеловеческий взгляд проникал в душу или в её самые укромные уголки, чтобы взбудоражить и смешать разум. Я тут же попытался отвести глаза, чтобы вовсе на неё не смотреть, иначе мог провалиться в эту дымящуюся бездну ужаса и лишиться ума.

Так будет легче, - решил я. Однако сделать это оказалось совсем не просто. Я собрал всю силу воли в кулак.

Переключившись, наконец, вниз, глядя на корзину под ногами, для уверенности громко обратился скорее не к ведьме, а к её корзине.

- Здорово, бабуся! Тебе нужна моя помощь?

- Да, милок! Вот донести надо в мою келью. Капустки! – тут же живо откликнулась старуха скрипучим режущим голосом, напомнившим тупую пилу, и подалась ко мне всем согбенным телом.

Напряженно вслушиваясь в каждое её слово, я еле разобрал ответ, немного попятился от неё. Вернее от её отвратительного крючковатого носа, затем сдержанно кивнул.

Выцветшие глаза старухи блеснули, но продолжали при этом упорно смотреть. Она, в одно время, как будто отворачивалась, высматривая кого-то в толпе, и тут же лезла мне опять в глаза, как ласковая собачонка или котёнок, чтобы его погладили. Тем временем прожигая во мне дыру.

Эта её чёртова привычка вводила меня в смущение и заставляла прятать глаза, чтобы не встречаться взглядом.

- Могу помочь, бабуся! Только я даром помогать не стану. За медяки!

- Заплачу, милок. Сколько попросишь, заплачу. Отнеси только, – поспешила та согласиться, спохватившись и вновь отведя глаза. В этот миг я расслышал её внутриутробный смешок, похожий на урчание дикого злобного зверька, как будто прячущегося за пазухой.

Отступать поздно, я взялся за плетёную ручку корзины и приподнял. Корзинка тяжеленькая. Правда, вторая поменьше, а значит, полегче. Не успел я протянуть другую руку ко второй корзинке с овощами, как старуха, опередив меня, тотчас подхватила её сама, как пушинку. Клюку бабка всё время держала перед собой в вытянутой руке, как жезл.

Признаюсь, я с трудом поднял большую корзину, но покорно, пошатываясь, понёс за ведьмой. На пределе, практически, способностей для переноски тяжестей.

Ведьма торопливо поворотила от лавок и пошла по направлению к воротам базара.

- Ждите! Скоро буду! - крикнул я товарищам, стоящим с открытыми ртами и взмахнул свободной рукой.

Жером и Соловей взмахнули мне вслед, но вяло и растерянно.

Ведьма скорее не шла, а ползла, как черепаха. Согнувшись в три погибели, держа верхнюю часть тощего тела почти параллельно земле, как ныряющий пловец за жемчугом, изогнутая крючком вытянула вперёд голову и худую шею. При этом странно опираясь на кривую клюку, отнимая и приподнимая палку одним движением так, словно это была не клюка, а лёгкое пёрышко, отставляя на время с зависанием руку на сколько позволяла удерживать её худенькая комплекция, вперемешку с природной медлительностью и приставляла обратно, словно проделывала какой-то неведомый цирковой трюк или вычерчивала таинственный иероглиф в воздухе, известный только ей.

- Стара я стала, милок, - заговорила старуха противным голосом, как только вышли с базара на пустынную узкую улочку города. Согнутая, не разгибаясь, ведьма, в таком виде, доставала едва ли до пояса, неудобно поворачивая шею.- Мне ведь второй век пошёл. Сто три годика стукнуло, веришь ли? А вот всё на базар сама хожу. Что мой Тришка? Много не принесёт, только по дому и помощь от него осталась. Благо кашеварить умеет и то хорошо. А что мне для жизни надо? Да почитай ничего. Покой да тишина.

- Чего по вам, бабулька, никак не скажешь! Лет восемьдесят от силы и дашь! – попытался я, бодро поддержать начатый разговор, исправно стараясь не смотреть на старуху, на её лицо и глаза, чтобы ненароком не встретиться взглядом. А то, там, на базаре, аж похолодело всё внутри.

- Ну, это, милок, только на вид. А внутренности-то мои болят. Вот как присяду и полчаса встать не могу. То в спину стреляет, то ухо закладывает, а то затылок тяжелеет и назад тянет. Вот и руки за спину ведёт. Держу прямо, а всё одно назад волокёт. Я хоть и сама отварчики готовлю, а всё одно ничегошеньки не помогает!

Видать ведьма на излюбленную тему попала. Отчего ж с добрым человеком о своих болезнях не покалякать, коли он сам напросился?!

Старуха вела меня всё узкими и пустынными переулочками, избегая людных и широких улиц, какой-то своей тайной тропинкой. При этом она очень низко наклонялась вперёд, словно вынюхивающая след собака.

Я шёл за ней в полном молчании не менее часа, как агнец на заклание. Наконец терпение лопнуло. Я начал злиться на самого себя, что согласился помогать невесть кому и что ввязался во всю эту авантюру.