Достойный Розы 

Глава 13. Пламя

Первое время Сара жила у матери, ожидая каждый день, что Норман придет за ней и попросит ее вернуться. Сначала она злилась на него, и решила, что не вернется. Но, выслушивая от матери и от отца оскорбления, она быстро поняла, что простит. Сара решила, что если Норман придет сам, то она поломается и пойдет с ним. Потом, спустя еще некоторое время, она решила, что даже если он пришлет Кейра, она все равно вернется.

Но никто не пришел. Все свои сбережения Сара оставила у Нормана в доме, забыв в истерике забрать кошелек и шкатулку. Она выбежала из дома сама не своя, и гордость не позволила ей вернуться. Но сейчас эта мысль все чаще посещала ее. Денег в кошельке было много. Достаточно для того, чтобы купить домик в деревне и прожить несколько лет не зная печали. Она покупала дорогие вещи, украшения, и складывала все на черный день. Черный день наступил, а сбережений ее при ней не оказалось.

Спустя какое-то время обстановка стала невыносимой. Вместо покоя она обрела в доме своего отца бесконечную нервотрепку. Мать нагружала ее работой, а сестры галдели и мешали беготней и суетой. Вместо благодарности от родителей она получала выволочки и оскорбления, хотя все, что было в доме, было новым и приобретено на ее деньги.

Наконец нервы ее сдали. Предпочитая гордости комфорт и спокойствие, Сара ранним утром ушла из дома, и отправилась на Сент-Джеймс стрит, решив, что просто заберет свои вещи и навсегда покинет Лондон.

Дом еще спал, когда дворецкий пустил ее в холл. Он не спросил, где она пропадала столько дней, он не закрыл перед ней двери, сообщив о запрете Нормана пускать ее. Нет, он просто поклонился, пожелал доброго утра, и спросил, желает ли мисс Сандерс завтракать? Сара кивнула, поднялась на третий этаж, и зашла в свою комнату.

Все вещи были убраны на свои места. Комната сияла чистотой, и даже ее журналы по рукоделию, которые Сара читала в последние дни, лежали аккуратной стопочкой на столе.

Окончательно растерявшись, Сара села на кровать. Ее поразила тишина дома. Было слышно, как в коридоре переговариваются горничные, их шаги, тихий смех. Потом постучали в дверь и привезли столик с завтраком. Служанка приветливо поздоровалась, не выдавая ничем своего отношения к Саре.

-Сегодня на завтрак омлет, бекон и булочки с джемом. Если пожелаете, я могу сварить вам кофе, - сказала девушка.

-Чая будет достаточно, мисс, - Сара смотрела на столик, сервированный дорогой посудой, на чистую комнату, принадлежащую ей одной, на девушку, сделавшую книксен.

-Спасибо.

Девушка вышла, а Сара откинулась на подушки, и лежала, рассматривая простую люстру и белый без разводов потолок.

-Да и черт с ней, с гордостью, - сказала она тихо, потом села, положив руку на довольно большой уже живот, - пусть делают, что хотят. А я буду жить здесь!

И она принялась уплетать булочки с джемом, запивая их чаем со сливками, и наслаждаясь тишиной и одиночеством.

...

Темнота опустилась на Лондон вместе с туманом. Кейр шел по мостовой, и шаги его не были слышны, заглушаемые потекшей от дождя грязью и самим туманом, который казался таким густым, что, можно было бы его резать ножом. Кейр кутался в плащ от пронизывающего холода, но никак не мог согреться.

Вот появился и дом терпимости. Кейр остановился и постоял немного, смотря на сияющие окна, из которых раздавались веселая музыка и смех. Он не любил такие места. Но выхода у него все равно не было.

Зайдя в холл, где это веселье обрушилось на него, Кейр вспомнил, как не мог оплатить услуги Дженни и его не пускали наверх. Усмехнулся, достал золотую монету.

Толстая раскрашенная жещнища за конторкой подняла глаза, и осмотрела хорошо одетого молодого человека, стоящего перед ней. Вокруг шумела и смеялась полупьяная толпа, но на его лице не было и намека на улыбку.

-Дженни, - сказал он тихо.

-Занята. Будете ждать? Или выберете другую козочку? - женщина накрыла монету рукой и заулыбалась.

-Долго?

Она взмахнула руками.

-Часа два... Но вы времени не теряйте. Тут у нас весело.

Было и правда весело. Но Кейр не любил такого веселья. Ему неприятно было смотреть, как размалеванные девки вешались на клиентов, обнажая части тела и пытаясь угодить любыми способами. В любви нет места грязи, и не стоит смешивать такие вещи.

Он покачал головой.

-Найдите мне тихое место, - сказал он, и положил еще монету. Все же в возможности заплатить за свои удобства есть огромный плюс, - я подожду в одиночестве.

...Дженни явилась через час, который Кейр провел в небольшой комнатке для свиданий. Он сидел и читал книгу, непонятно как оказавшейся в этом пристанище продажной любви.

-Мистер Морган? - удивилась Дженни и расцвела улыбкой, - я совсем не ожидала видеть вас! Но очень приятно, что вы решили меня навестить!

Кейр поднялся, протягивая ей руку. Дженни подумала и дала ему свою.

-Проводи меня к тем людям, что знали Дэвида Корвела, - сказал он без всякого вступления, - мне нужна любая информация о нем.

-О чем именно? - нахмурила брови Дженни.

Кейр помолчал, пытаясь понять, на чьей стороне Дженни. Потом немного сбавил тон.

-Мне нужны люди, которые оказали ему помощь, - сказал он, - теперь помощь нужна мне.

Дженни тут же расслабилась. Она сказала что-то веселое, и побежала к себе в комнату, чтобы взять плащ. Кейр вышел в коридор, где снова окунулся в духоту и безумие парада порока, и вышел на улицу, ожидая свою подругу.

Как жаль, что придется обойтись в дальнейшем без помощи Дженни с ее находчивостью. Она бы помогла ему больше, чем все остальные. Но Дженни сейчас играла на стороне противника. Кейр заметил тревогу на ее лице, и тревожилась она за Дэвида Корвела.

-Мистер Морган, - услышал он ее голос, и вышел на свет из тени, в которой стоял, - мистер Морган! Пойдемте, я провожу вас к одной пожилой даме...

...

-Вам нужны сведения? - старуха Нэнси смотрела на него из-под капюшона, и глаза ее сверкали в свете фонаря, - у Лалы было много бумаг. Хотите, я покажу вам их все? Ищите, что вздумается. Но это будет прилично стоить еще и потому, что мне жалко Дэвида Корвела!