Мена сутями

Глава 3. Небесная резьба

Излишне ярко. Зажмурившись, приложила козырек ладони.

Солнце стояло высоко, проглядывая сквозь качающиеся надо мной невысокие сосны – молодой лес с ярко рыжими, будто на шерсти старого волка, подпалинами и ветвистыми кронами.

Как в бочке с водой. Глухо. Сквозь шум в ушах неуверенно прорывались звуки леса и гул редких машин на пригородном маршруте, скрывающемся за деревьями.

Такой странный сон. Похоже, продолжение предыдущего видения – странное голубое дерево, младенец, хранящий в себе таинственные силы…

Я видела два сна. Собирательницы и ребенок – второй, а первый – стрекоза и шаровая молния.

Скосила глаза, оглядев место, где проснулась. А, собственно, как меня угораздило уснуть в лесу? Иногда я, конечно, грешу тем, что позволяю себе повалятся на утреннем ласковом солнце, но не в гуще деревьев же!

Насущно охватило понимание.

Привстала, чтобы удостоверится в реальности воспоминаний,... от чего резким движением спугнула стрекозу - ту же самую? - удобно устроившуюся на внешней стороне ладони – энергия моей сути – понимаю.

Опершись о землю, поднялась над высокой травой.

Выжженный, идеально ровный слой травы и дерна – правильная крестообразная фигура, вырытая в черноземе; немного в стороне - расплавленный брегет в куче травяного пепла; догорающие плевки шаровой молнии, намеченные в окружающих деревьях. Открывшейся мне картины, было достаточно для того, чтобы расставить все по своим местам... и освободить место для новых вопросов.

Оправила белый топ и короткие шорты до талии. Шортам я уделила немного больше внимания… И тому были причины.

***

Изящные, тонкие линии неведомых растений, будто написанных хной, покрывали мое уже подзагоревшее бедро, наводя на очень неприятные мысли.

Тут же начав осматривать себя, обнаружила такое же клеймо – десять или пятнадцать сантиметров в длину – на плече правой руки. Поежилась от приведенного сравнения – не хватало еще стать, кем-то наподобие, помеченного теленка, которому еще в нежном возрасте прокалывают ухо…

Молния. Она вошла и вышла через правые бедро и плечо, оставив фрактальные – зеркальные следы на своем пути.

Ожоги от молний не выводятся, это я знала точно. Искусная резьба, выведенная небесным мастером, останется со мной на всю жизнь.

Не меньше меня волновал и другой вопрос – мог ли удар током нанести моему организму вред?

Чувствовала я себя нормально, а ожоги – обожжённые молнией сосуды - создавшие эти виртуозные фигуры, меня совсем не волновали, будто бы, это произошло со мной вовсе не пару часов назад, а, как минимум, двадцать.

Вот как должен ощущать себя нормальный человек, после удара высоковольтным, но кратковременным напряжением? Хотя, конечно, я не совсем обычный человек, но думаю, это не слишком убедительно влияет на дело…

В общем, мое состояние вызывало подозрения, из-за чего сам собой напрашивался вопрос – а была ли эта темно-фиолетовая штука, шаровой молнией? И могут ли они ударять столбом собственных молний, сохраняя при этом целостность, а после, тихо исчезая? Хотя последнее, вполне могло быть частью галлюцинации, про которые обычно рассказывают очевидцы подобных явлений.

***

- Мам, я дома! – крикнула я в глубину двухэтажного жилища, желая поскорее успокоить маму, которая наверняка…

- Ну, наконец-то! Мы тебя уже потеряли, хоть бы телефон с собой взяла! – возмущенно, с очень специфическими материнскими интонациями, сбила меня с хода мыслей моя мама.

Да, к своим двадцати годам, я бы предпочла жить отдельно – хотя и здесь были свои подводные камни - но,... видимо, моя карма с матерью отработана пока не полностью. Другого объяснения  я не находила.

- Чем ты там, хотя бы, в этом – своем - лесу занималась? Чего-то, ты сегодня совсем поздно, - спросила уже успокаивающаяся мама, как обычно копошась на кухне. Что-что, а отдыхать она не любила... или не умела.

- Ничем особенным… Утренняя зарядка, пробежка, дыхательные упражнения… прогулка, в конце-то концов… Мам, сессию я закрыла, так что почитай, у меня каникулы, дай человеку отдохнуть! А телефон, ты сама просишь не брать – «вдруг, еще потеряю» - твои же слова? – напомнила я ей, благополучно умолчав о том, что встречала рассвет, а значит, находилась в лесу никак не меньше  семи часов…

- Тебе адвокатом надо быть, на одно мое слово – твоих десять! – привычно возмутилась моя мать, свято веря в то, что я должна молча кивать, не делая попыток оправдаться. Хотя я вроде не сказала еще ничего особенного. - И не кушала утром, поди, ничего!

- Я завтракала! – быстро, не подумав, ответила я, забыв про данное себе обещание – не врать без веской причины. Так как ложь, всегда, сильно преуменьшает мощь голоса, силу воли и энергетику в целом.

- Ну-ну, - хмыкнула она, зная о моей привычке - забывать о еде, полностью погружаясь в процесс работы или просто интересного занятия.

- А что это, за рисунки на тебе такие? – вдруг спросила мама, с интересом разглядывая меня, норовя потрогать и пощупать мою ногу – плечо она пока не приметила.

- А… это хна! К подруге заходила! У нее и позавтракала! – снова, неизвестно почему соврала я, хотя удар молнией и ожоги от нее – это не то, с чем стоит шутить, а потому, стоило бы съездить к врачу - обследоваться. – Мам, я тороплюсь! У меня на сегодня запланировано так много дел…

Пообедав, умчалась наверх. У меня и правда, на сегодня было запланировано кое-что интересное – один маленький эксперимент, тянуть с которым, тем более после произошедшего, не стоило…

***

Меня всегда привлекало чувствовать себя в роли эдакого ученого-экспериментатора. Мой рабочий стол всегда был забит кучей бумаг, расчетов, списков, расписаний и календарей – не смотря на то, что я честно пыталась соблюдать порядок. Кстати, насчет последних.

К концу еще одного цикла подходил долгосрочный проект по лунному календарю – существующие в большинстве своем, давно устарели, требуя новых наблюдений. Поэтому, уже несколько месяцев, я каждый день вела статистику важных для меня сфер жизни.