Недотрога в Академии или никогда не связывайтесь с ведьмами!

Глава 15

Леди Амория, злая как сто чертей, быстро шла по коридору к кабинету ректора.

Глаза ее метали молнии, изящные сапожки на высоких каблучках громко цокали по мраморному полу.

“Черт-те что творится в этой Академии! И это лучшая магическая школа герцогства!” – ведьма даже топнула каблучком от негодования.

“Куда смотрит Нойс, интересно?!” – и леди Амория, резко стукнув в дверь, тотчас ее открыла.

Лорд Бронский вздрогнул и недовольно оторвался от своих записей. Он пробовал хоть немного систематизировать свои наблюдения за изменениями магического потенциала Лилианы. Магов круг!

Да он почти все свободное время тратил на то, чтобы выкопать из древних и не очень манускриптов все возможные способы увеличения размера ее источника.

Эта девушка стала для него настоящей головной болью.

И не только головной, к сожалению… В сердце мужчины, так жестоко обманутым прекрасной Прияной, поселилось и расцветало новое, совсем другое чувство.

В этом чувстве, пожалуй, было куда как меньше страсти. Нет, что уж врать себе…

Страсть была. Только Нойс упорно прятал ее куда подальше. А вот нежность, желание оберегать от всех невзгод, эти чувства он при всем желании спрятать не мог.

Но сейчас перед ректором стояла основная задача. Точнее, целых две.

Как увеличить магический источник девушки, да так, чтобы он остался стабильным?

Ведь то, что случилось в столовой… Зависимость внутреннего источника мага от его эмоций была давно всем известна.

Нестабильный маг, да вдобавок неопытный, это настоящая ходячая опасность для всех.

И только-только в голове его вдруг промелькнула некая мысль, как резкий, требовательный стук в дверь не дал ей толком оформиться.

В дверь вошла, и с силой ее захлопнула, леди Амория.

“Магов круг!” – только и подумал Нойс, глядя на явно взвинченную и злую ведьму.

– Леди Амория? – тем не менее он вежливо приподнялся с кресла. – Что- то случилось?

Ведьма прищурилась, уперла руки в бока, и в упор воззрилась на него:

– Случилось! Нойс, что творится у тебя в Академии? Адепты травят адептов! Причем совершенно необученные, – леди Амория с размаху уселась на потертый кожаный диван у стены и закинула ногу на ногу.

Ректор вздохнул:

– Вы о чем, уважаемая? Можно поподробнее?

– Нужно! – буркнула ведьма и хлопнула кулаком по дивану. Пружины тихо звякнули, а леди Амория скривилась.

– Представь, Нойс, – начала она свой рассказ. – Иду на занятия. У входа стоит парочка эта, неразлучная. Ты знаешь их. Племянница тетки Миланы и сынок лорда Каленого.

Нойс кивнул.

– Только я подошла, как сразу почувствовала, что с парнем неладно, – вздохнула ведьма. – Ну, ты понимаешь. Мы, ведьмы, многие вещи видим сразу. Зрение у нас не магическое, свое. Поэтому я почти сразу заметила, что парня-то явно приворожили. Но весьма, весьма странным образом.

Глаза ректора расширились и он опять привстал со стула:

– Приворот? В Академии?!

– Именно, Нойс, – кивнула леди Амория. – Причем наложенный неумело. Да и, – она вздохнула и махнула рукой, – даже приворотом я его назвать не могу в полной мере. Неумеха делал.

– Конечно, забрала парня с собой. Пришлось отвести в лазарет. Дала отворотного, общеукрепляющего. Сейчас ему еще промывание желудка сделают.

Ректор нахмурился и постучал ногтями по столу:

– Значит, некто дал приворотное средство Вику, верно я понял?

– Нет, Нойс, – ведьма остро на него посмотрела. – Вику приворотное ни к чему. Они с этой девочкой, Тарикой, кстати, считай, уже пара.

Ректор удивленно поднял бровь:

– Тогда я ничего не понимаю…. Выходит, средство получил его брат, Ник?

Ведьма кивнула:

– Именно так, Нойс.

– Но с какой стати? – нахмурился ректор. – И кто ему дал?

– А вот тут мы сталкиваемся с явным нежеланием пострадавшего об этом говорить, – со злостью сказала леди Амория и стукнула кулаком по дивану. Пружины опять жалобно зазвенели, а ведьма скривилась и подула на пальцы.

Ректор прищурился:

– Слепок ауры не пробовали сделать?

Леди Амория махнула рукой:

– Какое… Попыталась, конечно, но там столько всего намешано. И ты забываешь, Нойс, что я не маг.

Нойс развел руками:

– И верно…

Ведьма вдруг остро на него взглянула:

– Разве что хрустальный шар попробовать?

Ректор напрягся. Хрустальный шар в руках такой ведьмы, как Амория, был серьезным оружием.

– А парень выдержит вмешательство? – угрюмо спросил он и чуть за голову не хватился. Ведь ему придется о произошедшем сообщить отцу мальчика. Все-таки это покушение на ментальные способности. Да и вообще, покушение на право выбора, на свободу личности.

А уж как эту свободу ценят оборотни, известно всем.

– Вы ведь знаете, что я должен буду оповестить его отца? И он должен дать или не дать согласие на эту процедуру…

Ведьма кивнула и со вздохом сказала:

– Понимаю тебя, Нойс. Предавать огласке такое не хочется совсем. Знаешь что… – медленно проговорила она, – давай подождем до завтра. Кто знает, может быть, парень к утру и придет в норму. Оборотни, они же очень быстро восстанавливаются. И вот тогда, – она остро посмотрела на Нойса, – тогда можно связаться с лордом Каленым.

Нойс благодарно кивнул. Конечно, связываться придется в любом случае. Но куда как лучше, когда парень будет чувствовать себя нормально. Ведь чадолюбие оборотней уже в пословицы вошло. За своего ребенка они не посмотрят ни на чины, ни на звания, ни на что. Мстить будут.

А это проблема…

– А что его брат, Вик? – вдруг спросил Нойс.