Прощай, Лоэнгрин!

23

«Срок эксплуатации закончен, вы можете избавиться от товара, более не пригодного к использованию...»

За спиной возвышалось здание больницы Джексон Мемориал, а в голове роился пустой шум, который был единственным напоминанием о том, что нужно продолжать дышать и периодически отходить в сторону, чтобы не мешать вечно спешащей толпе.

Отец...

Точнее, человек по имени Винсент, отвез Аврору в Майами.

Кривая усмешка вполне вероятно заиграла на губах девушки, она не была до конца уверена. Все вокруг воспринималось словно со стороны. Она со стороны смотрела на сбитое с толка существо. Если стукнуть его, то звук будет пустым, пресным и тот, кто стучал быстро пожалеет, что вообще, заинтересовался таким никчемным предметом.

Предмет! Какое точное попадание с определением. Не девушка, не Аврора, не человек. Предмет, который много лет назад взяли, доработали, использовали и вернули на место.

Майами не изменился. Фешенебельный муравейник, в котором нужно постоянно двигаться, а лучше бежать.

В руках что-то зашелестело.

Аврора опустила глаза, тупо рассматривая пластиковый пакет с логотипом больницы. Внутри был паспорт, телефон, смена одежды и бутылка воды. Ах, да! Про одежду что-то говорил человек в синем халате, со стетоскопом на шее. У него был уставший вид, темные круги под глазами и раздраженный голос. Он сказал, что нужно уходить.

Смешной! Ведь можно просто сесть на пол и прижаться к стене спиной.

О, как-бы это было славно! А еще закрыть глаза, тогда и думать не придется.

Аврора не обиделась на грубого доктора. У него работа такая, а она просто мешает полезным для общества людям делать свою работу.

Как говорил Уилли Бэнк в фильме «Тринадцать друзей Оушена»: «Пора откатиться в сторону и сдохнуть!»

На улице было жарко. Широкая, не по размеру футболка, спортивные штаны, разорванные по шву ближе к лодыжке и сланцы висели на Авроре мешком. Девушка не обратила внимания на свой внешний вид и люди вокруг смотрели будто сквозь нее, чудом не сбивая с ног.

«Мешаю!» - догадалась она и сделала шаг в сторону.

Кто-то подставил подножку, Аврора потеряла равновесие и упала на гранитные ступеньки, успев выставить руку, чтобы не разбить лицо. Странно, правая рука была занята. Какая-то дрянь! Зачем ее выдали напоследок?

Аврора смотрела на костыль в полном недоумении.

Сил подняться не было, да и нога противно заныла, тем более ее что-то стягивало, давящее, плотное, а еще сильно чесалась кожа. И плевать!

Хоть полежать можно. Голова опустилась на холодный гранит, но тут же тело начали тормошить. Посыпались вопросы.

«Нет, не помогайте мне!»

«Мне было хорошо, пока вы не заговорили».

«Вы сгинете вместе с остальным миром. Мир это предатель с миллиардами последователей!»

«Не понимаете меня? И хорошо, мало кто из американцев говорит на венгерском! Ха!»

А руки тянут вверх, вот усадили зачем-то.

«Какие мы искренние и глазки такие жалостливые. Иди, глупая! Торопись по своим делам. Я уже со своими расправилась. Меня освободили, столкнули с обрыва, в приступе великодушия, подумав, что смогу выпорхнуть, как птичка, которой развязали наконец-то крылья. Вы забыли, благодетели! Я птичка-инвалид, но спасибо что столкнули, а то так и мучалась, путалась бы у вас под ногами».

«Не затыкаются! Нужны контрмеры. Смотрите, смотрите, что я делаю! Оп, и закрыла глаза! Болтайте теперь, а мне окончательно стало хорошо. Убавьте только звук, хватит, пустое эхо оглушает...»

«Раньше это называлось жизнь. Потом все покрылось трещинами, раскрошилось на части и кусок за куском растворилось в прошлом все, что я любила. Гордись собой, Аврора! Главное, что скучно не было!»

Не было обиды на мистера Кросса, только полная ясность, что он чисто технически является отцом Авроры Франклин. А кто это? Кто-то из местных?

- Лора, Лора! Вы меня слышите? Можете подняться? Вам плохо?

Лора...

Знакомое имя. В голове сразу все белеет и становится холодно. Высокий, косматый человек широко улыбается, его усы и борода шевелятся. Аврора помнит его хорошо, на сердце сразу теплеет. Имя у него не настоящее, связано с музыкой и беззаботностью. Рэгги!

Очередная ложь! Значит, и Лора ему под стать.

Становится больно, щиплет нос и чешутся глаза. Но соленая вода остается внутри, впитывая в себя черноту, глубоко внутри эта жидкость застывает, мгновенно превращаясь в камень. Рэгги, Кимберли, Доба, Кассандра, Сьюзан... Габриэль!

Имена посыпались огненными осколками. Даже легкие судорожно сжались, под гнетом вспыхнувших событий, которые, в итоге, выплюнули Аврору в родной Майами.

«На что я могла рассчитывать? Нормальная, размеренная жизнь в Габриэлем? С какой стати?»

«Мы даже не любили друг друга, просто понимали, что жить порознь не сможем. Последняя попытка ухватить за хвост желание жить.»

Толпа вокруг расступилась, когда стало ясно, что девушке уже лучше. Покачиваясь, словно пьяная, она побрела к дороге, нашла остановочный комплекс и уселась. В смерть Габриэля поверить Аврора не могла и не хотела. Пусть Кросс был отменным стрелком, пусть Сомерсбри упал с высоты пятнадцати метров, можно вернуться на Амазонку и начать поиски. Пусть даже это будет тело...

Хотя, может быть его уже нашли. Пеллин!

Этот странный, щуплый мужичок, на первый взгляд скромный, аккуратный и педантичный, был хитрой, умной бестией, готовой продать душу за хозяина.

Пакет зашуршал, Аврора стала шарить в поисках телефона. Убогая раскладушка, была девственна, явно только что из магазина подержанных товаров. Ни настроек, ни контактов, благо, что сим-карта вставлена. Кросс попытался обрезать любые попытки связаться с кем бы то ни было. Он не догадывался, что его дочь могла перевернуть мир вверх дном, при помощи всего двух телефонных номеров.

Пальцы набирали цифры быстрее, чем разум подсказывал их. Послышалось несколько протяжных гудков.

- Дон! - пришлось откашляться, чтобы прочистить горло. - Это Аврора!