Любовь для дурочки

Глава 7

Чтобы немного успокоиться, Кирилл пробежался по квартире, наводя порядок: собрал вещи, лежащие не на своих местах; разобрал сумки с одеждой, своей и Алининой, что-то отбросив в грязное бельё, а что-то развесив по шкафам; почистил туфли и кроссовки, в которых они сегодня ходили; протёр брызги воды на стекле душа, на кафеле и на кранах в обоих санузлах. Уж очень раздражало его наличие мутных высохших пятен в этих помещениях. А когда закончил, вернулся в её спальню и, присев на стоящий там диван, наконец-то принялся спокойно рассматривать комнату.

Выбранное под спальню помещение было светлым, уютным, таким, каким его сделала Алина, и таким, каким его и представлял в своих фантазиях об их совместной жизни Кирилл.

«Здесь так спокойно, комфортно и очень приятно. Наверное, и спать тут будет тоже хорошо, — сразу же определил он для себя. — От Сергея здесь ничего нет и быть не может. Он тут прожил не больше недели. Разве что спал на этой же кровати… с ней… И занимался здесь… с ней».

От ревности к уже ушедшему другу, к тому, что он мог делать в этой комнате с его любимой женщиной, Кирилл непроизвольно скрипнул зубами.

«А в свою комнату я спать сегодня не пойду! — сердясь на самого себя за недостойные дружбы мысли, решил он, ничуть не смущаясь принятого решения. — Тем более что Алина забыла мне бельё дать. Вот и повод благовидный нашёлся».

Он ухмыльнулся. Пока разбирал сумку Алины из больницы, раскладывал и развешивал её вещи в гардеробной, всё, что нужно было для сна, он нашёл и сам. Но грех было не воспользоваться сложившейся ситуацией. Снова усмехнувшись, Кирилл взял из корзины второй плед и, забравшись на кровать, аккуратно, чтобы не потревожить любимую, прилёг рядом.

Глядя на спящую Алину, тут же подумал:

«Да, Сергей! Ты был прекрасным, надёжным другом для меня, обаятельным, харизматичным человеком, но ведь для неё… изначально, ты тоже был просто другом детства. Но как же это надо было суметь, что прошло меньше недели, и моя любимая женщина добровольно стала твоей женой. А спустя год она уже практически не могла без тебя жить… Да и ещё, оказывается, носила твоего ребёнка.

Как же так, Серёжка? Я теперь уже ничего не понимаю в нашей дружбе: где я ошибся? Мы рука об руку шли по жизни, помогали и поддерживали друг друга, как могли… Единственное, что мы не смогли поделить, так это её — Алину, вот и объявили нейтралитет: ни тебе, ни мне. И если бы не твоя болезнь, то ещё неизвестно, кто из нас стал бы её мужем?! Уж я бы точно не сдался. Никому бы её не отдал, даже тебе… И только это ужасное обстоятельство позволило тебе вырваться вперед.

И ещё! Братишка! Мне непонятно, зачем же ты кормил её тем, что люблю я? Чего ты добивался этим? Я разрываюсь между ней и памятью о тебе, но теперь она должна стать моей! Обещаю, что буду любить её не меньше, чем ты. Я сделаю нашу любимую девочку счастливой. И уж прости, но я постараюсь, чтобы, лежа в постели, она называла не твоё имя, а моё».

Лёжа рядом с Алиной, Кирилл поправил на ней плед, отчего та заворочалась и… положила руку на него. Он замер. Сдерживая дыхание, попытался аккуратно убрать её, но тоненькие пальчики вдруг мёртвой хваткой вцепились в его руку, а затем Алина и вовсе прижалась к нему всем телом, при этом умильно чмокая губами во сне.

«Попал, — подумал Кирилл. — Ну, теперь никак не докажешь, что просто так прилёг рядом, без всякой задней мысли… Вот ведь, точно не поверит».

Выждав какое-то время, он честно предпринял ещё одну попытку, чтобы отстраниться от неё в постели, но и это действие не увенчалось успехом.

«Не судьба», — решил он и уже через пять минут заснул сном праведника.

А через четверть часа Алина, открыв глаза, осознала себя не просто лежащей в собственной кровати рядом с Кириллом, а ещё и прижимающейся к нему.

«Упс! Приплыли, — мелькнула у неё в голове шальная мысль. — Первый вечер дома, а я уже в постели с другим… Как в паршивенькой мелодраме… Ведь этот “другой” — ещё и лучший друг мужа».

Аккуратно, чтобы не разбудить Кирилла, сползла с кровати. И решила: «Ничего предосудительного и противоестественного в том, что мы утром проснёмся в одной постели, нет. Между нами ничего не было: мы просто спим».

«Вот я балда!» — и только тут она осознала причину нахождения Кирилла рядом с ней, на одной кровати. Мысленно шандарахнув себя по лбу, расстроилась: «Я ведь ему даже постельное бельё не дала... Ни одеяла, ни подушек… Хозяйка, блин!»

И, вернувшись, с чистой совестью снова легла на кровать, укрылась пледом и осторожно прильнула к спящему Кириллу.

«Сон всё спишет, — решила она. — Мне рядом с ним хорошо и спокойно, как тогда… давно… Очень давно…»

И, не успев додумать мысль до конца, тут же уснула.

Когда же Алина снова открыла глаза и быстро глянула на другую сторону кровати, удивилась. Вторая половина спального места была пуста, хотя покрывало, которое она вчера так и не удосужилась снять с кровати, было смято. Часы на стене показывали только семь утра.

Прислушавшись к звукам в квартире, попыталась понять, что сейчас в ней происходит и, услышав шум льющейся воды во второй ванной, успокоилась. Значит, Кирилл дома. Вернее, у неё дома…

Она лениво потянулась. И без того отличное настроение с каждой минутой становилось все лучше и лучше. Кажется, жизнь налаживалась, да ещё вдобавок у неё ничего не болело. Это обстоятельство, безусловно, особенно обрадовало Алину, так как давало шанс в скором времени вернуться к нормальной жизни.