Ивашка в тридесятом царстве Книга 1 Багатырь

Глава 10 БАГочеловек

И полетели дни за днями, недели за неделями, месяца за месяцами. Мастер учил меня уже не задавать вопросы, а задав, искать ответы самому. Он также каждое утро, будил меня, пока я не научился вставать в одну пору с ним, и уходил в лес по своим делам. Мне давал задания, все та же социалка. Воды принести, хвороста наломать, ужин приготовить и так далее. Затем он решил к зиме справить себе «дом каменный», вместо своей халупы.

Камни поручил найти и натаскать мне. Я искал булыжники, носил их к месту будущего строительства и так весь день. Но когда пришел Буян, он тщательно осмотрел плоды трудов моих, выбрал три камня, отложил их в сторону и сказал:

- Остальные не подойдут, отнесешь их обратно, принесешь новых, нужных. Такие как эти.

Чем отличались эти булдыганы от остальных, я так и не понял сначала. Но мастер объяснил на примере. Взял камень в руки, нажал на него в каких-то местах, ударил пальцами и твердый на вид кремень, рассыпался в крошево.

- Вот поэтому и не годные. Внутри он слабый, а для дома сильные необходимы.

Вскоре я узнал, что камень – это не просто порода, а нечто большее. Есть базальт и гранит. Один монолит, другой из трех минералов состоит, а мрамор так вообще из живых существ. Но даже тот же базальт - разнится. Один камень ветром ослабленный, морозом измученный, дождем и водой посеченный. Другой же, впитав в себя силу реки, вдохнув воздуха, затвердевший на холоде, становился крепче.

С каждым разом я приносил все больше и больше «нужных» камней, осознавая их Разумом, ощущая душой. И в один из ней весь мой «улов» пришелся наставнику по душе.

- Молодец, - похвалил он меня. – Отнесешь завтра камни на место, траву пойдем собирать.

- Как отнесешь? А дом? - удивился приказу я.

- А зачем мне дом? У меня и этот хороший.

...Трава. Она тоже разная, и не только по названиям и свойствам. Типа, ядовитая или нет, съедобная или тоже нет. Она разнится и по другим причинам. Молодую сорвешь – силы не набрала, цветет – от любви «голова кружится», вянуть начинает, силы потеряла. Ее тоже нужно и умом понять, и душой осмыслить.

После травы приступили к металлу.

- Ударь по бруску железа. Да не пальцем, Разумом постучи, а рукой себе по голове глупой стучать будешь. Что слышишь? Правильно, звон. Какой? Везде одинаковый? В том-то и дело что разный. Здесь чистый, а тут, как на расстроенном пианино (я уже не удивлялся, что наставник знает слова из моей реальной жизни, опять баг какой-то). А почему так звучит? Верно, слабое место тут.

Я вспомнил свой первый квест с Курочкой Рябой, по сути та же задача. Имей я тогда знания, что дал мне Буян, я бы и без Митрича справился.

- Что будет, если опалить камень сильным огнем? Растрескается, правильно. А если брусок металла? Точно, расплавиться и станет жидким, любую форму принять сможет. А можно ли его без воздуха нагреть, будет ли гореть огонь? Зачем стальной прут нагревают и резко охлаждают. А где охлаждают? А если не в воде, а в масле? А в чем различие железа и меди? А почему чугун хрупкий, а сталь твердая? А что если в сталь добавить олова? Почему золото хорошо куется, а серебро очищает воду. Из-за чего вода может стать крепче камня? Верно, от мороза.

И так далее, и тому подобное. Я учился думать, познавать свойства предметов, чувствовать их душой. Искать Ответы. Я уже смотрел на окружающий себя мир иначе, каким же слепым я был раньше? Действительно, бестолочь, То есть, толку во мне не было.

- Может ли человек стать твердым, как камень, гибким, как вода, легким как ветер и бесстрашным, как огонь? Может. Человек все может, если подумает, постарается, сделает от сердца. Вот возьми-ка свой дрын в руки. Ударь по дереву, со всей силы. Что чувствуешь?

Вибрация, и руки скрутило от боли, оружие удержал, но хватка резко ослабла, понял, что сейчас и ребенок вторым ударом обезоружил бы меня.

- Больно? А почему? Как ты бил? Почему ногами не помог, тело в пружину не закрутил? Отчего кисти крепко сжимал? Оружие нужно держать, как женскую грудь. Нежно, но уверенно. Иначе, либо больно сделаешь, либо баба силы твоей не почувствует. Почему бил о двутреть длины, а не концом, почему не вымерил расстояние? Как ты двигаешься увалень, а дышишь, словно сом на берег вытащенный? Пусть легкие сроднятся с ветром, посох станет частью твоего тела. Нападая, защищайся. Да не столбом стой и мышцы бугри а двигайся, обтекай водой, жаль огнем, вертись, как вихрь, морозь взглядом, стой за правое дело камнем. Бей, уходи, нападай, защищайся. Не злись, забудь о зле, в нем нет души. Яростью нужно, бог Ярило яростью все палит, но Дух в нем имеется...

... Мы слушали, как соки деревьев растекаются по стволам. Учились распознавать следы животных, бежал ли зверь за добычей или уходил от погони, здоров ли он или ранен, молодой или старый. Я считал звезды на небе, стараясь запомнить, на какой вчера остановил счет. Узнавать по облакам будет утром дождь, пойдет ли он вечером или днем, и пойдет ли вообще. Я читал полеты птиц, узнавал, о чем шепчутся ручьи, видел глазами оленей, которые, оказывается, водились в Дремучем лесу, как и другая живность. Но тогда я ее увидеть не сумел. Я находил тропинки в буреломе, мое тело ощущало камни и почву вместе с движением змеи. Я парил, дышал жабрами, собирал пыльцу лапками, впитывал нектар хоботком пчел. Я становился частью этого МИРА. Чувства, которые подвели меня при входе в Дремучий лес, не просто вернулись, а обострились.