Максимальное попадание

Глава 21

Никогда не перемещайтесь между мирами в состоянии крайнего душевного потрясения. И вообще не перемещайтесь между мирами. Не нужно вам это! Именно такие мысли и роились в моей голове, когда, выпав из межмирья, я задорно покатилась куда-то вниз. Судя по хрусту и шелесту, катилась я по траве. Иногда на пути встречались кустарники и тощие деревца. Что за растения, я так и не поняла, сказывалось отсутствие знаний в сфере ботаники. А ещё я опасно ускорялась, всё быстрее скатываясь по склону.

Смерть от столкновения с деревом не состоялась. И это был первый раз, когда мой наряд действительно оказался полезным. Часть оборок намоталась на ветку, что и стало спасительным стопором в моём косплее на Колобка. Ночь. Тишина. Звёзды на небе, и я с кряхтением пытаюсь выпутать часть своего наряда из цепких колючих веток. А ещё понять бы, где я?

Как любое дитя асфальта, я до жути боялась ночного леса. Да я и в дневном лесу чувствовала себя, мягко скажем, неуютно. Но там хоть был шанс встретить грибников, которые покажут направление к дороге. А в этом лесу непонятно, каких «грибников» ты встретишь, а ещё поди знай, какого вида грибы могут тут обитать.

А ещё, вдобавок ко всему, у меня начинала кружиться голова и слабели ноги. Камертон нещадно сосал из меня энергию, и тело стремительно слабело. Был риск, что после следующего перемещения я буду отсыпаться ещё несколько суток, так что следующий мир должен быть мирным и знакомым. Иначе мне крышка. Странно, я только раз переместилась, а будто проскакала несколько миров. Хоть бы это был мой привычный лес с волками и совами…

— Фыр…

Кто-то мягко намекнул мне о своём присутствии в непроглядном мраке леса. Удача повернулась ко мне спиной и весело танцевала ламбаду. Среди колючих кустарников светящимся пятном обрисовался силуэт белой лошади.

— Здрасте, — заявила я собеседнику и рассеянно изобразила подобие реверанса.

— Фыр, — ответил мне единорог и поклонился.

Итак, у меня остаётся последний шанс перепрыгнуть в свой мир, и если я промахнусь, то останусь валяться без сил непонятно где! Невыносимо хотелось пить и есть. А рогатый конь смотрел на меня совершенно разумными глазами. Пришлось прислониться к дереву, чтобы не так сильно шатало. Чего же мне так паршиво?

— Фыр, — снова произнёс единорог и сделал шаг ко мне.

Про этих созданий писали, что они были разумными и мирными, да и мир их был не очень враждебным. Это успокаивало. Конь ещё приблизился и подставил мне мускулистую шею. Почесушки? Я рассеянно принялась скрести животинку ногтями, разглядывая чужемирное небо. Недовольный «фыр» отвлёк меня от этого занятия. Конь с явным пренебрежением глянул на меня и снова тряхнул головой, опуская её ниже. Потом ещё и боком меня толкнул.

— Что? — устало уточнила я. — Мне сейчас играться не хочется. Я пить хочу.

Животина сердито топнула копытом и снова тряхнула головой. И опять толкнула меня. Пару секунд я и конь играли в гляделки. Из нас двоих слабым звеном эволюции я всё больше и больше чувствовала себя. Неужели он хочет отвести меня к воде? Конь радостно заржал.

— Черт… Вы же телепаты! — хлопая себя ладонью по лбу, произнесла я.

По взгляду коня было ясно, какого именно он мнения о моих умственных способностях. А я что? А я зря, что ли, волосы в пепельный блонд крашу? И мы с конём поплелись по лесу вместе. Единорог пару раз глянул на меня, явно предлагая поехать на нём. Я деликатно отказалась, опасаясь, что сверну себе шею раньше, чем животинка сделает первый шаг.

Ручей я услышала уже очень скоро. Вода ярко сверкала в лунном свете, переливалась. Ещё никогда я не пила с такой жадностью и удовольствием. Умылась. Отдышалась. Внезапная усталость потихоньку отступала, но дрожь в ногах всё же осталась.

Внимание привлекли странные вспышки в небе. Животное рядом со мной заржало и дёрнулось, испуганно глядя в чёрноту небес. Я даже на ноги вскочила, понимая, что прямо сейчас где-то в лесу открылся спонтанный переход. «Дыра», если говорить просто. И хранителя рядом явно нет. Стало заметно, как силовые линии венами расползлись по грани, напряглись, удерживая границу между мирами.

— Наверное, покататься всё же будет нужно, — вздохнула я и поманила к себе единорога, — только не гони.

Зверюга фыркнула и попятилась, затравленно глядя в сторону, где сверкал портал.

— Отставить панику, — заявила я и двинулась к коню, — хуже будет, если в эту дыру затянет твоего собрата.

Представила, как единорога потом выплюнет где-то в мире кракенов или в моём. Посреди автострады. Даже головой тряхнула, отгоняя от себя картины трагической гибели рогатого коня под колесами фуры. Единорог тоже проникся и несмело шагнул ко мне.

— Ты меня довези и уходи, — вздохнула я, — дальше я уж сама.

Залезла на ближайший пень, а потом с кряхтением принялась взгромождаться на лошадку. Я и на пони в детстве без посторонней помощи влезть не могла. Для меня и велосипед был «вершиной» непокорённой. А на ЭТОМ мне ещё и ехать. По лесу. Ночью.

— Фыр, — вздохнул конь.

— Это тебе «фыр», — прокряхтела я, — а у меня каждый день такой «фыр», что хоть стой, хоть падай.

И осторожно тронула коня пятками в бока, давая сигнал бежать. Главное — держаться за гриву… А лучше лечь и держаться за лошадку всеми конечностями сразу. Так я и поехала дальше как детёныш опоссума, который воссоединился с любимой мамочкой.