Садовники Земли

Глава 9.1

На этот раз мы устроились на ночлег возле красивейшего, но порядком загаженного озера с песочным пляжем, в окружении соснового леса, наполняющего воздух ароматом свежести. Пока окончательно не стемнело, Генка собрал в кучу весь мусор, щедро оставленный нам отдыхающими, а после достал тюбик из рюкзака и капнул пару капель на свою «добычу». Мусор зашипел и полностью утилизировался, превратившись в горстку пепла. В это время Линь что-то шаманил у воды, как он пояснил мне позже, он сделал воду пригодной для питья и купания. Затем парни живенько развели костёрчик, соорудили постель, прикрыв её защитным куполом, а для Лизуна подготовили подстилку из травы. А я, без малейших мук совести, сидел на брёвнышке, прикрываясь обессиленным состоянием из-за потери энергии, глядел на водную гладь, где плескалась крупная рыба, и предавался мечтаниям о ночной рыбалке.

Когда полностью стемнело и появились первые звезды, мы расположились вокруг уютного костерка. Геннадий всем раздал питательные капсулы с бананово-яблочно-дынным вкусом. Лизун, что удивительно, даже не подумал отказаться от инопланетной пищи, съел и добавки попросил, но Генка строго сказал, что больше нельзя – лопнет.

Я уже начал находить прелести в том, что стал женщиной. Мои друзья, кроме того, что все чаще бросали на меня взгляды полные восхищения, так ещё и опекать меня взялись: таскали вместо меня рюкзак, подавали руку, чтобы помочь мне перебраться через поваленные деревья, готовили спальное место, костёр разводили и вообще все трудные задачи брали на себя, забывая, что я – Серёга-мужик. Мне требовалось только сидеть, сложа руки, и наблюдать за их работой. Красота! Ещё немного и я полностью войду в образ прекрасной нимфы, окончательно обленюсь.

Когда с ужином было покончено, мне ужасно захотелось искупнуться! Я потрогал носком ноги воду – благодать, нагрелась днём и сейчас как парное молоко! Но одному не интересно, а звать друзей неудобно. Во-первых, я теперь в женском теле, а во-вторых, ещё подумают, что я трус. Обернувшись к парням, увидел, что Генка наблюдает за мной с лёгкой улыбкой. Похоже, догадался о моих терзаниях.

- Поплаваем? – предложил он, вставая. Я с радостью принял его предложение, а Леонид скривился, будто лимон откусил.

- Вы идите, а я вещи покараулю и за собачкой присмотрю, - нервничая, Лёня склонился к лежащему без задних ног Лизуну и почесал его за ухом. Я удивлённо хмыкнул.

- У него гидрофобия, - тихо шепнул мне на ухо Генка, но Леонид всё равно услышал и одарил друга таким взглядом, что мы тут же решили совершить длительный заплыв на противоположную сторону озера.

Возле самой воды вышла небольшая заминка, в каком виде купаться. Победили естественность и темнота, которая надёжно скрывала обнажённые тела. Мы, в чем мать родила, в три прыжка заскочили в озеро, крича и брызгаясь. А водичка - чудо! Чистая, прозрачная, тёплая. И как же приятно плавать голышом и каждой клеточкой ощущать ласковое прикосновение, растворяться в водной стихии! В такие моменты чувствуешь себя счастливым и свободным дитём природы.

В ночном небе показалась луна, проложив к себе дорожку на зеркальной поверхности озера. Я и Гена плыли все дальше и дальше от берега. Иногда в воде плескалась рыба, ловя насекомых. За спиной послышались слабые крики. Оглянувшись, мы увидели силуэт Лёни, освещённый костром. Вместе с Лизуном он смешно прыгал по берегу и махал руками, призывая нас вернуться.

- Похоже, что Леонид соскучился, - хихикнул Геннадий.

- Да не! Просто одичал без нас, - подмигнул я другу, и мы беззаботно засмеялись.

- А ведь Линь из-за Лисс боится воды, - раскололся помрачневший Генка, - она его однажды чуть не утопила. Вот с тех пор и боится.

- Значит, мне нужно доделать то, что не удалось довести до конца Лисс, - пошутил я и рассмеялся. Друг хмыкнул и нырнул, скрываясь с моих глаз под водой.

Я проплыл вперёд, не ожидая подвоха, но злодей Гена, выныривая, резко дёрнул меня за ногу, подтягивая к себе. От неожиданности я чуть не захлебнулся, вода залила мне нос и рот, а этот крокодил ещё и смеётся! С победным кличем, я свободной ногой дал другу подзатыльник и окатил фонтаном брызг, а затем, не дожидаясь пока он меня утопит, сам нырнул на глубину. Генка сразу же последовал за мной. Мы резвились, плавая наперегонки. Я удивился тому, что так хорошо вижу под водой, как будто в очках для плавания, но самое интересное, мне не требовалось выныривать на поверхность, чтобы подышать. Вдвоём мы с азартом охотились, гоняя рыбу. Вот это я понимаю ночная рыбалка! Я чувствовал себя кровожадной акулой – самым опасным хищником в этом водоёме. Генка в шутку зубами пытался отнять мою добычу. Но я ловко отбивался, выхватывал пойманную им рыбу, и, гребя всеми конечностями, уплывал. Друг настигал меня, но я снова и снова ускользал. Борьба опьяняла, наполняла кровь волшебными пузырьками радости, от которых хотелось смеяться без остановки.

Наигравшись, в прекрасном расположении духа мы вынырнули возле самого берега, держа в зубах по небольшой рыбке. К этому времени несчастный Линь, с позывным именем Леонид, уже простился с нами навеки. Задумчивый и печальный он стоял у самой воды и смотрел вдаль, борясь со своим страхом и чувством долга, призывающего прийти к нам на помощь. Лёня, не оценив эффектности нашего появления, испугался, подался назад и, всплеснув руками, рухнул филейной частью на песок. От толчка глаза на рожках спружинили, выскочив из глазниц и ударившись о стекла очков, отскочили. Теперь, попеременно моргая, они вместе с очками покачивались над головой из стороны в сторону. Щенок испуганно заскулил и спрятал голову между лап, а я, глядя на это недоразумение, испугался, как бы у Леонида из-за меня не появилось новой фобии.