Графиня и Бродяга

Глава 8. Виктория

Гидеон уехал, щедро расплатившись за обед.

Вызвав шмель, я назвала адрес единственного человека, которому доверяла после смерти отца. Этим человеком был мой кузен по материнской линии Альберто де Лабберт. Мы собирались встретиться вечером, но пришлось изменить планы из-за визита Гидеона.

Раньше мы с отцом часто гостили в доме де Лаббертов, когда бывали в Штернхолде.

– Викки, радость моя, на тебе лица нет! – расцеловал меня в обе щеки Альберто. – Рассказывай, милая, что случилось? Мы непременно со всем разберёмся!

Попросив слуг принести по чашке горячего шоколада и кусочку миндального пирога, я подробно пересказала наш разговор с Гидеоном.

– Вот мерзавец! – в сердцах воскликнул брат, подскочив так, словно готов был сорваться и вызвать негодяя на магическую дуэль.

Пришлось мне положить руку ему на плечо и усадить обратно.

– Да я ему за такие предложения…

– …Ничего не сделаешь, – закончила я за него.

Альберто поджал губы, а затем шумно выдохнул, признавая мою правоту.

У императора Карла Монтерока своих детей не было. Племянник считался основным претендентом на трон, в случае если правитель так и не обзаведётся наследниками.

Поговаривают, что император сменил уже целый штат фавориток, но ни одна так и не смогла понести. Желающих подарить стране наследника было на удивление много, ведь ходят слухи, что первая, кто родит Монтероку сына, станет императрицей.

– Такое ощущение, что боги испытывают тебя, посылая одно несчастье за другим, – озвучил он горькую правду. – Сначала обвинение дяди, твоё вступление в наследство. Хорошо, что ты на три года уезжала учиться в Лобас. Там хоть и тоже был не так давно переворот, но всё равно спокойнее, чем в Нордроке.

– Или не боги. Теперь я всё больше убеждаюсь в том, что пожар в родовом имении, из-за которого мне пришлось поселиться в столичном доме, не был простой случайностью.

– Что ты имеешь в виду?

– Это был поджог, а не неисправность в работе бытового артефакта, как написали в отчёте стражи правопорядка. Кто-то хотел уничтожить кабинет отца вместе с его наработками и документами на рудники. И у злоумышленника это почти получилось. Документы были надёжно защищены, а вот часть исследований мне спасти не удалось, в том числе последние опубликованные книги. Некоторые я нашла в продаже и выкупила. Как раз сегодня планировала наведаться в книжную лавку, здесь в столице.

– Викки, ты серьёзно сейчас больше озабочена работами дяди, чем угрозой потерять графство?

Я закусила губу, как обычно делала, когда о чём-то размышляла.

– Пока ехала сюда, я успела прокрутить в голове несколько вариантов, как избежать участи постельной грелки Монтерока. Самый простой вариант – выйти замуж за сильного мага. Только нужен кандидат с уровнем силы двести пятьдесят пунктов и выше.

Альберто присвистнул, что-то прикидывая в уме.

– Насколько я знаю, в Нордроке таких магов по пальцам пересчитать. Когда я учился в Академии, у нас замеряли уровень магии перед выпускным. Самых сильных заносили в почётный список лучших выпускников. Помимо меня, из нашего потока туда попали ещё четверо. Трое точно уже женаты, там договорные браки. Я попробую связаться с Персивальдом, вдруг он до сих пор холост. Заодно посмотрю, кто ещё в этом списке, может, найдётся подходящий.

– Было бы неплохо. Только я сомневаюсь, что кто-то так быстро согласится на договорной брак с пустышкой. Семьи могут не одобрить, даже несмотря на моё завидное приданое.

– Почему ты не допускаешь, что, увидев твой портрет, потенциальный жених плюнет на магию и мнение семьи и унесёт тебя в храм, перекинув через плечо? Ты же красотка, Ви! Не будь я твоим кузеном, сам бы так и сделал! – горячо заверил кузен.

Я рассмеялась.

– Спасибо, Альберто! Твои слова много значат для меня!

– Так, вариант с женихом рассмотрели. Ты говорила, у тебя были ещё какие-то.

– Да. Ещё один, но он кажется мне почти фантастическим.

– Рассказывай! Я весь во внимании!

– Помнишь, когда я была маленькой, у меня дар так и не проявился? Отец тогда занимался изучением моей проблемы и добился некоторых результатов. У него была теория, как можно разбудить спящий дар даже у пустышки. Всё это он описывал в своих работах.

– Погоди! Ты хочешь попробовать разбудить свой дар? Чтобы что?

– Чтобы, даже если Совет примет дурацкий закон, а я не выйду замуж, они не смогли отнять у меня графство.

– Ви, тебе почти двадцать один год! В таком возрасте уже имеющийся дар развить тяжело. Я уж молчу о том, что в принципе не было случаев, когда бы он пробудился в столь позднем возрасте.

– До моего дня рождения ещё больше недели, – возразила я скорее из упрямства.

– Да ты оптимистка! – усмехнулся Альберто. – Твой отец бился над своими исследованиями много лет, а ты хочешь пробудить дар за несколько дней?

– Я же не говорю, что получится. Но попробовать стоит. Я не смогу просто сидеть сложа руки, зная, что не сделала всё что было в моих силах.

– Ты и в этом очень похожа на дядю.

Альберто отправился за тем самым списком лучших выпускников своей Академии, заверив, что позвонит, когда выберет подходящего кандидата. Я же поспешила в местную книжную лавку.

Мне неслыханно повезло: монография у них оказалась, пусть и стоила неприлично дорого даже для редкой книги.

Каково же было моё удивление, когда выяснилось, что молодой человек, стоявший за мной в очереди, тоже собирался её купить и даже просил попридержать книгу, вот только другой продавец не предупредил юношу за прилавком, для кого она отложена.

Я чувствовала, что парень не врёт, и попыталась найти выход из положения, но второго экземпляра не оказалось даже в издательстве.