Цена его ревности Книга 3

Глава 11. Семейный завтрак

Свежеиспеченная хозяйка прошла на кухню, там ее встретили удивленные взгляды слуг.

Не обращая внимания на недоуменно застывшую прислугу, Вика принялась бесчинствовать, отгоняя с пути поваров, в ужасе наблюдающих за продуктами, которые набирала госпожа, и пытавшихся отобрать у нее то одно, то другое, поясняя, что хозяин этого не ест. Но их протесты только подзадоривало мстительно настроенную Вику.

***

Пока жена колдовала на кухне, Ракеш стоял около стеклянной стены, засунув сжатые в кулаки руки в карманы джинсов, и не отрываясь смотрел в сад. Дади что-то упорно втолковывала, но внук ее не слышал – все мысли были заняты сменяющими друг друга картинками, которые настойчиво вставали перед глазами.

Вышедшее из повиновения воображение одну за другой, как в 3D фильме, показывало тайные мечты: крохотные ножки, шлепающие по извилистым дорожкам сада; Вику, сидящую на покрывале, расстеленном на аккуратно постриженной изумрудной лужайке, и играющую с малышом, его малышом; как ветер треплет ее волосы, и она грациозным движением отбрасывает упавшие на лицо локоны; звонкий детский смех и мелодичный голос Вики, разносящиеся над его красивым, но таким пустым и слишком аккуратным парком. Он видел, как естественные туннели, образованные сформированными кронами деревьев, бросают кружевную тень на красивое лицо жены, а солнечные зайчики, пробивающиеся сквозь сочную листву, зажигают огоньки в ее колдовских глазах. Ракеш видел себя, как он поднял руку, чтобы прикоснуться к шелковистым локонам, но Вика оступилась и ухватилась за него. И тут Ракеш действительно почувствовал, как кто-то держит его за руку.

– Сынок, сынок, ты меня слышишь? – теребила дади заблудившегося в мечтах внука. – Мы от нее избавимся и пусть возвращается к себе домой. А тебе найдем жену из наших девушек и устроим свадьбу, о которой будет говорить весь штат, – донесся голос бабушки до очнувшегося от грез Ракеша.

– Дади, нет! – повернувшись к ней и гневно сверкая глазами, оборвал бабушку. – Я не отпущу Вику!

– Дорогой, но почему? – Чанда не могла взять в толк, почему упрямится внук, ведь она предложила такой прекрасный план. – Вот посмотри, – трясла перед его носом составленными пандитом гороскопами. – Посмотри сюда. Она принесет тебе только несчастья. Она не годится тебе в жены. Она тебе совсем не подходит! Ты с ней не будешь счастлив!

– Буду! – вырвалось из самого сердца Ракеша. – Потому что она – моя жена, и я люблю ее! И мне нет никакого дела до каких бы то ни было гороскопов. Если мы поженились, значит на то была воля Богов! И хватит на этом!

Короткий порывистый вздох заставил двух спорщиков обернуться в сторону арки, ведущей в столовую – там стояла Вика, и в ее широко распахнутых глазах читалось недоумение. Но едва муж и жена встретились друг с другом взглядами, как на лице Вики появилась маска упрямого равнодушия.

– Завтрак готов. Прошу к столу, – пригласила она.

Все, включая пандита, прошли в столовую, расселись, и только Вика собралась сесть, как ее остановила поднятая морщинистая ладошка.

– Дорогая, – сладко пропела Чанда. – Сначала накорми мужа и старших, а потом уже можешь поесть и сама.

– Конечно, с удовольствием, – не менее сладко чем дади, улыбнулась Вика, предвкушая с каким удовольствием Ракеш будет есть ее стряпню. Ведь в присутствии бабушки он не сможет признаться, что еда ему не нравится. И условие, что у дади не должно быть ни малейшего повода, чтобы их развести, если посмотреть на него под правильным углом, может сослужить пользу и самой Вике.

Стараясь сдержать спазмы в желудке от сладкого запаха молока, она поставила на стол супницу, наполненную молочной лапшой с куркумой и с удовольствием наблюдала, как перекосилось лицо Ракеша, зато дади оживилась при виде золотистых кругов на поверхности супа, оставленных растаявшим сливочным маслом. Не скупясь, Вика разлила суп по тарелкам.

– Приятного аппетита, – проворковала она.

– Спасибо, дорогая, – отозвался Ракеш и перехватил руку жены, когда та ставила перед ним тарелку. Он поднес к губам хрупкую кисть и вдохнул аромат кожи любимой, чтобы избавиться от всепроникающего запаха молочного супа.

– Это еще не все, – многообещающе промурлыкала Вика, заставив мужа содрогнуться.

Довольно усмехнувшись, она направилась обратно на кухню и вернулась с миской, наполненной манной кашей, а рядом стояла пиала с дроблеными орехами и цукатами.

Глядя на новое блюдо, Ракеш понял, что позавтракать ему сегодня не удастся. Вика смогла удержаться от соблазна сделать кашу густой и с комочками, но зато не уследила за ней, из-за чего жидкое варево успело пригореть.

Вика кружилась вокруг стола, раскладывая по тарелкам белую массу и присыпая ее топингом, а дади подозрительно принюхивалась к новому блюду.

– Дорогая, оно же у тебя подгорело, – проворчала она. – Как ты можешь подавать испорченное блюдо? Разве уважающая себя хозяйка так поступает?

– Ну что вы, оно не подгорело, а поджарилось, – чарующе улыбаясь, поправила Вика пожилую женщину. – Разве вы не знали, что ваш внук любит поджаренное. Не так ли, милый? – обратилась Вика к мужу, который вынужден был выдавить кислую улыбку.