Музыка и ее маг

8. Ник

Бойся желаний своих, ибо они исполняются…

Еще утром я желал, чтобы Лана появилась в моем доме – и вот, она здесь. Гостья, а я уже не хочу, чтобы она уходила. И до чего странно, знать, что в доме есть кто-то еще, не чужой человек – моя же собственная Музыка. А ведь у меня большой дом, нам вполне хватило бы места двоим, здесь даже можно жить, не сталкиваясь, неделями. Или я мог бы окружить ее заботой, обеспечивать всем возможным комфортом, чтобы она ни в чем не нуждалась.

Мне бы это точно понравилось.

Ее невежество в бытовых вопросах меня порядком удивило. Лана словно впервые очутилась в супермаркете, таким изумлением полнились ее глаза, когда она рассматривала вполне обыкновенные продукты. Объяснимо в какой-то мере: вся жизнь проходит в Академии, и тратить драгоценные выходные на скучные покупки еды не хочется, тем более, что есть кому этим заняться. Но все же, хотя бы из детского любопытства… И ее странная оговорка про не взятые ключи. Я не стал давить на нее, выспрашивая подробности, она и так казалась растерянной и напуганной. К тому же мое состояние не располагало к деликатным расспросам, меня все еще душила злость на ее отца с его оскорбительным тоном, который я вовсе не обязан выслушивать. Особенно неприятная ситуация, что нам, возможно, еще предстоит вместе работать. Я действительно уже довольно давно жду этот проект, но сейчас почти желал, чтобы он мне не понравился. Так же, как не понравился сам господин Лазорев. Слишком высокомерный тип, чтобы мы могли поладить.

Удивительно, в Лане нет ни капли этого высокомерия. Хотя если вспомнить ее сестру – при необходимости Лика умела показать себя настоящей принцессой. Вот уж кто от отца нахватался… Все-таки, интересно, что за отношения у Ланы с ее семьей? Едва ли все дело в разочаровании. Хотя с магом Лане действительно не повезло.

Но все же она забавная. Как поразилась она, увидев мой дом, и как мило поддалась на мою провокацию. Наверное, следовало бы поддержать ее заблуждение, но я не сумел удержаться. Мне хотелось, чтобы она восхищалась мной, для чего всего-то и стоило сказать правду. Чтобы не боялась меня, хотя бы сегодня. Чтобы наслаждалась моим обществом, признав меня своим магом. Я все исправлю, потом, но сегодня я не в силах бороться с соблазном и отказать себе в этом маленьком удовольствии.

Приятно смотреть, с каким аппетитом она уплетает нехитрое угощение. Я не солгал, я действительно умею готовить, и, будь у меня побольше времени, я смог бы поразить ее кулинарными шедеврами, но пришлось ограничиться тем, что можно приготовить быстро. Мне не хотелось надолго оставлять ее одну, к тому же она ведь жаловалась, что голодна. А мне ли не знать, каково это – умирать от голода.

Все-таки, в этом есть что-то особенное, готовить для любимого человека и видеть, что ему понравилось. Быть может, отсюда возникло удивительное ощущение уюта в том, как мы расположились на веранде, сытые, расслабленные, неожиданно близкие. С Ланой хорошо молчать, приятно, спокойно. И безопасно, не так, что нужно следить за каждым словом, боясь сказать лишнее.

Даже жаль, когда она начинает разговор.

Впрочем, тема вполне нейтральна, всего лишь о бизнесе. Она беспокоится, не навредила ли моя встреча с ее отцом его компании. Странно видеть это беспокойство от нее, ведь господин Лазорев столь откровенно демонстрирует неприязнь в отношении собственной дочери. Может, поэтому я и не удержался от вопроса. Слишком личного, если судить по той паузе, которая возникла после него. Я подумал уже, что она так ничего и не скажет, и решил, что не буду настаивать на ответе. А когда он все же прозвучал, то настолько меня изумил, что промолчать я не смог.

И я не поверил, что все дело в разочаровании. Но продолжать разговор вдруг стало опасно, поэтому я умолк, как и Лана. Удивительно, она тоже чувствовала, когда следует остановиться. Как жаль, что между нами стоят тайны, и я не могу быть искренним с ней…

Я сидел рядом с девушкой, в которую успел безнадежно влюбиться, рассматривал ее краем глаза, довольную, улыбающуюся едва заметно, чуть мечтательную, и мне нестерпимо хотелось предложить ей остаться. Пусть даже она откажется, но ведь можно попробовать. И, если она спросит…

«Такой будет судьба каждой твоей Музыки».

Я вздрогнул, словно наяву услышав этот голос, настолько отчетливо он прозвучал. Замечтался, забылся… вот же дурак. Ничего не будет, я не могу позволить этой Музыке погибнуть. И я обязательно заставлю ее снова меня возненавидеть, потом, но не сегодня. Сегодня можно сделать вид, будто между нами возможно что-то настоящее. И, кажется, ей тоже хочется сделать такой вид.

Идиллию нарушил телефонный звонок.

Звонили Лане, и я хорошо слышал взволнованный голос Лики в ее трубке. Мимолетно удивился, почему она позвонила только сейчас, словно до этого Лику не особо беспокоило, куда пропала ее сестра. Но, услышав взволнованный приказ бежать, отмахнулся от удивления и, не удержавшись, наклонился к Лане и вкрадчиво произнес:

- Здравствуй, Лика.

Ответом мне стала напряженная тишина в трубке и веселый взгляд Ланы.

Лика явно попробовала говорить тише, но у нее не особо получилось.

- Он не отпускает тебя?

- Ты меня не отпускаешь? – Лана посмотрела на меня и улыбнулась, отодвинув телефон.

Мне очень хотелось сказать, что не отпускаю, но разве имел я право ее задерживать?