Поцелуй огня

Глава 7. Утро недоброе

Обычно, засыпая, я вижу свой земной дом так, словно сижу на ветке дерева, как голубь, напротив окна с полосатыми рулонными шторами “День и ночь”. Название штор я почему-то помнила.

В этом сне всегда раннее и безоблачное весеннее утро, деревья окутаны нежной зеленой дымкой пробуждающейся листвы. Во дворе, образованном тремя пятиэтажными домами, — ни единого человека, и лишь голуби собирают с черных клумб семена посеянных и еще не взошедших цветов.

Я не вижу себя, просто присутствую и слушаю, как просыпается мой огромный город. Только его название я забыла, как и свое имя, во сне это не важно. Я просто наслаждаюсь ощущением счастья, разлитого в воздухе. Тишины, покоя и счастья.

Потом становится совсем светло, начинают хлопать двери подъездов, из приоткрытых окон доносятся звуки будильников, голоса, звон посуды.

И, наконец, в моем окне начинает подниматься штора, и я смутно вижу чей-то силуэт за стеклами и понимаю, что там — я.

Стоит позволить подняться шторе до середины, я встречусь с собственными сонными глазами, вспомню свое настоящее имя и...  проснусь. Там, на Земле. Приду в себя. И наверняка воскликну: “Ну и ерунда мне приснилась!”.

А здесь мое сотканное из огня тело рассыплется огненными искрами и исчезнет навсегда. По крайней мере, так говорила моя проводница в этот мир.

Поэтому я уже семь лет не позволяю себе досмотреть мой сон до конца. Не позволяю подняться шторе. Не позволяю, чтобы ночь, когда ярче всего горят искры, окончательно перешла в яркий день.

Но сегодня я проснулась не сама. Меня разбудила дрожь земли под ухом: судя по звуку, приближались несколько всадников, пока еще не видимых за прибрежными кустами. Если я буду лежать тихо, меня вряд ли заметят.

Попробуйте полежать тихо ранним утром в траве, где уже проснулись и ползают всякие деловые жучки-паучки и летают кровожадные тварюшки вроде комаров и мошек! И если в другое время можно отпугивать их, создав горячую завесу, то сейчас применить магию - это все равно что встать во весь рост и помахать рукой ловцам. А в том, что эта погоня - за мной, я было уверена на все сто.

Вскоре к топоту копыт добавились голоса:

— Смотри, дед, следы лося! Свежие! Может, поохотимся заодно?

— Идиот! Почему ты такой идиот, Каххен? Не был бы ты моим единственным наследником, ни мига бы рядом не потерпел!

Второй голос я узнала, и едва не завыла от досады: я только вчера его слышала под сводами храма! Чертов герцог! Почему именно сюда его принесло? И я тут лежу роялем в кустах… Но через пару минут стало понятно, почему тут оказался именно он и почему он  оказался именно тут, едва ли не нос к носу.

— Ваша светлость, — раздался третий голос, смутно знакомый бас. — Вот видите? Я все верно рассчитал! Не зря мы всю ночь продирались через буреломы!

— Я никого не вижу, кроме пустого берега и реки, — с раздражением бросил старик.

— Ну как же! Лось вошел в воду всего лишь в десяти пядях от места, где вы стоите. Видите? И обратных следов нет! А так не бывает. Полагаю, ведьма на нем и уплыла на тот берег. Увы, чтобы преследовать дальше, нам нужно договариваться с графом Грорде.

— Чтоб я, да на поклон к этому мальчишке? Никогда!

— Как же тогда мы поймаем ведьму? Учтите, чем выше солнце и ближе вода, тем бледнее привязка, которую я смог создать, основываясь на ничтожнейшем следе магии фрейры в храме. Даже вайр пропустил этот след, а я поймал! И это счастье, что глупая баба решила помагичить то ли сдуру, то ли в насмешку. Да и нечаянно дала силу моей привязке, раздула искорку!

И тут я опознала говорившего по зычному голосу — сам старший пратор дартаунского храма оказал мне честь!

Я даже дышать забыла. Пригасила стук сердца. И глаза прикрыла. Мало кто знает, что сила взгляда — вовсе не метафора. И пусть я смотрела на прикрывшую меня листву, но люди способны почувствовать взгляд и сквозь такую эфемерную преграду. Тем более, маги.

— Ничего, у меня и в соседнем графстве есть верные люди. Каждую новую муху, залетевшую к ним, выловят и рассмотрят. И подозрительных смогут на мои земли переправить. Каххен, мой внук, этим и займется… Но узнаешь ли ты ведьму по ее силе, пратор? Мало ли, какую личину эта тварь приняла!

— Увы нет, — посетовал жрец. — Близость воды губительна для огня. Путь ведьмы прослеживается только до места, куда зашел лось. Наверняка она искупалась, чтобы смыть магические следы после такого мощного колдовства. Эти твари хитрые.

— Она должна заплатить жизнью, друг мой, и заплатит. Ты поедешь к мальчишке Грорде вместе с моим внуком. Лорд Каххен, хоть и дурак, но сумел втереться в доверие к графу, вот вы оба и продолжите погоню на его землях. Осквернительницу храма Грорде обязан будет выдать. Тут недалеко есть брод, Каххен покажет. Ступайте!

— Ваша светлость, но вы останетесь без мага в отряде. В этом лесу опасно! Он весь пропитан силой фрейры!

— Ничего, старого лесовика я давно к ногтю прижал, не посмеет он против меня выступить. Мы поедем навстречу второму отряду.

Всадники разделились и развернули коней, шум стих.

Но я еще с четверть часа лежала неподвижно, прислушиваясь к малейшему шороху.

Значит, брод недалеко… Но имеет ли смысл теперь бежать через графство Грорде, если и там меня будут усиленно искать герцогские шпионы? Не лучше ли сделать крюк и вернуться к первоначальному плану бегства? Тем более, что там всё подготовлено, вехи расставлены, в тайниках ждет сменная одежда, еда, амулеты и деньги?

Когда вдалеке затихли последние подозрительные звуки, я выползла из укрытия, отряхнулась и… направилась вдоль берега в ту сторону, куда ушел герцог с сопровождавшим его отрядом.

Сначала всё было замечательно. Солнышко поднималось, обещая жаркий день, цветочки распускались, радуя глаз, трели местного жаворонка ублажали слух. Я шла вдоль реки по тропинке, натоптанной конным отрядом, и впитывала в себя разлитые вокруг силу и свет этого мира, восполняла магический резерв. Ведь огню нужна “пища”, или, как говорила моя наставница, “чистое вдохновение”.