Кадетство: как это было в России

Фельдмаршал Михаил Кутузов, адмиралы Федор Ушаков и Иван Крузенштерн, конструктор первого самолета контр-адмирал Александр Можайский, летчик Петр Нестеров (первый в мире выполнивший «мертвую петлю»), знаменитый путешественник Николай Пржевальский, великие композиторы Николай Римский-Корсаков, Александр Скрябин, Сергей Рахманинов – что объединяет этих и еще множество других наших выдающихся соотечественников? Все они в разное время были кадетами Российской Империи.

Слово «кадет» происходит от уменьшительного «капдет» на гасконском наречии, что означает «маленький капитан» или «маленький глава». Ту роль, которую сыграли «маленькие капитаны» в истории России, переоценить сложно: конечно, не все из них стали профессиональными военными, но очень многие продвигали отечественное искусство, науку и культуру на благо Отечества. И очень многие выпускники кадетских корпусов навсегда вписаны в золотые страницы истории России.

«Учение доброе и основательное есть всякой пользы отечества аки корень, семя и основание»

Кадетские корпуса, по сути, стали ответом на требования, которые выдвинуло новое время, время революционных преобразований Петра Великого. Вышедшему на новый виток развития государству жизненно необходимо было создать привилегированную касту военных, целые династии, уважающие традиции собственной страны, знающие ее историческое и культурное наследие и обладающие четкой гражданской патриотической позицией. Подобно тому, как еще при жизни царя-реформатора для детей духовенства были созданы специальные школы, для детей мещан и разночинцев – цифирные училища, для солдатских детей – гарнизонные школы, так же начали возникать и закрытые школы для дворянских детей.

Еще в 1701 г. Петр I основал «Школу математических и навигацких наук», чуть позже возникли специальные инженерные и артиллерийские школы. Но образованных и хорошо подготовленных кадров для огромной армии все равно не хватало, и поэтому императрица Анна Иоанновна, взошедшая на престол в январе 1730 года, живо отреагировала на предложение президента Военной коллегии графа Миниха и посла России в Берлине графа Ягужинского учредить в России кадетский корпус.

В основу проекта изначально были заложены уставы прусского и датского кадетских корпусов, и в 1731 г. в Санкт-Петербурге открылись классы, названные «Рыцарской академией». Но уже в том же 1731 году вышел указ императрицы об учреждении «Корпуса кадет шляхетских». В этом указе говорилось: «Повелеваю учредить школы, чтобы все служилых отцов дети имели надежное пропитание, обучались, кто к каким наукам склонность имеет. Дабы со временем не только государству могли быть полезными, но и сами себе теми науками пропитание снискать могли».

К числу «пользительных Отечеству ремесел» Анна Иоанновна отнесла не только воинское дело, но и «науки разные: чтение и письмо, закон божий, арифметику и геометрию, географию и историю, умение на конях скакать, танцы, языки иностранные и прочее».

17 февраля 1732 года состоялось открытие первого кадетского корпуса в России. В этот день в строю стояло уже 56 воспитанников, однако вскоре число кадетов было увеличено до 300; начали открываться и другие кадетские корпуса.

Вместе с тем, не все шло ровно и гладко – и прежде всего потому, что в России на тот момент еще не существовало как таковой педагогической науки, теоретических и практических наработок, элементарно – учебников. Книги, амуницию, математические приборы (в особенности – циркули) приходилось заказывать в Нарве, Ревеле и Риге. Не было и достаточного количества преподавателей, которые могли бы обучать воспитанников предметам, входящим в программу. Первых учителей вообще принимали на службу без тщательной проверки – лишь бы соискатель имел свое жилье неподалеку от корпуса.

Чем аристократичнее школа — там суровее порядки

С самого начала Кадетский корпус находился под самым пристальным вниманием первых лиц Российской империи. Правители страны, а также высший командный состав армии и видные государственные деятели регулярно посещали кадетов, вносили свои поправки в учебную программу, даже принимали экзамены. Так, Екатерина II стала «шефом корпуса», а со времен Александра I присутствие на летних лагерных сборах отпрысков царской династий вообще стало обычным делом.

При Николае I в корпусе обучались цесаревич Александр Николаевич, и его братья – великие князья Константин, Николай и Михаил Николаевич.

Вместе с тем, в столь привилегированное учебное заведение могли попасть не только дети из знатных родовитых семейств, но и дети обычных штабс-офицеров. Преимуществами обладали мальчики из неимущих семей и те, чьи отцы были ранены или убиты на войне. При всей своей закрытости и элитарности, эта школа не отличалась снобизмом, столь присущим современным «аристократичным» школам для маленьких нуворишей.

Сделать такие выводы можно, изучая правила корпуса:
– При поступлении с родителей брали подписку о том, что они добровольно отдают ребенка в заведение не менее чем на пятнадцать лет и «даже во временные отпуски брать не будут».
– Все кадеты проживали вместе на территории корпуса, под надзором со стороны воспитателей. Один капитан с поручиком всегда безотлучно находился с кадетами.
– В комнатах кадеты размещались по 6-7 человек, из которых один назначался старшим.

– В процессе учебы кадеты строго руководствовались расписанием занятий.
– Надзиратели обязаны были воспитывать в кадетах «учтивость, пристойную покорность, умение повелевать и бороться с ложью и другими непристойными пороками».
– Помимо основной учебы, кадетов обучали строевой подготовке, они участвовали в парадах, несли караульную службу; сдавали публичные экзамены в присутствии императрицы или министров, генералитета.

Словом, обучение в корпусе никак нельзя было назвать простым и легким, а самих кадетов – «мальчиками-мажорами». Например, все они работали в токарных и столярных мастерских: считалось, что будущий офицер обязан уметь все. Внеклассные часы также были загружены до предела – кадеты занимались спортом, фехтованием, выездкой, танцами, иностранными языками, пением, музыкой, декламацией, участвовали в театральных постановках.

Самое же главное внимание уделялось тому, чтобы привить будущему офицеру необходимые нравственные качества: так, в кадетских корпусах строго запрещались «дедовщина», вранье и ябедничество. Старшие кадеты обязаны были заботиться о младших, и помогать им в учебе. За леность и равнодушие отпрыск даже самого благородного рода мог быть запросто отчислен из школы. Прилежных же учеников поощряли походами в театр, на городские ярмарки, народные гуляния и «на пироги» в офицерские семьи.

Генерал-поручик Иван Иванович Бецкий, сподвижник Екатерины II, в написанном им новом уставе кадетского корпуса, кратко и емко описал цели и задачи такого воспитания:
а) сделать человека здоровым и способным сносить воинские труды;
б) украсить сердце и разум делами и науками, потребными гражданскому судье и воину;
в) взрастить младенца здорового, гибкого и крепкого, вкоренить в душе его спокойствие, твердость и неустрашимость.

Еще генерал-поручик сформулировал два правила, абсолютно необходимых с его с точки зрения, для воспитания «новых людей». Во-первых, принимать в корпус детей не старше шести лет (в этом возрасте, по его мнению, еще можно освободить ребенка от пороков, заимствованных им в семье), и, во-вторых, безотлучное пребывание воспитанника в корпусе в течение 15 лет при редких, устанавливаемых начальством свиданиях с родственниками под присмотром воспитателей. Это опять же необходимо для изоляции «от вредного влияния со стороны старой породы».

«Шагнули из строя земного в строй небесный»

На протяжении двух с лишним веков воспитанники кадетских корпусов были цветом нации, и с честью выполняли наказ Петра Великого «искать того, чтобы быть на море во время боя». С той же жертвенностью и преданностью своему долгу встретили они Октябрьский переворот 1917 года. На тот момент в России было открыто тридцать кадетских корпусов, а также юнкерские училища. И ни один кадетский корпус из тридцати, и ни одно юнкерское офицерское училище не изменило присяге.

Когда в Петербурге мимо кадетских корпусов в феврале 1917 года двигались демонстрации «освобожденного пролетариата», кадеты распахивали окна и пели у окон гимн старой России, рискуя быть растерзанными неуправляемой толпой. В Москве юнкера и кадеты с небольшим количеством офицеров захватили Кремль и мужественно защищали его. У них не было союзников, они были одиноки, и с гордостью обреченных защищали то, что было главным символом их убеждений.

Юнкера и кадеты хлынули в Белую армию, и быстро стали ощутимой угрозой для большевиков. Современник тех трагических событий пишет: «Они говорили басом, чтобы казаться старше. Они изнемогали под тяжестью солдатской пехотной винтовки. Они совершали огромные, никакими уставами не предусмотренные переходы. Они тонули в реках, замерзали в снегах, безропотно голодали, переживали отчаяние безнадежности. Слово «кадет» стало самым ненавистным и самым яростным символом для революционеров».

В конце концов генерал Врангель, чтобы уберечь оставшихся в живых кадетов, создал в Крыму новый кадетский корпус и собрал туда со всех фронтов сражавшихся юношей. За парты вновь сели мальчики, но уже опаленные войной, – только Георгиевских кавалеров на этом курсе оказалось более сорока человек. После того как Белая армия потерпела поражение, эмигранты создали несколько кадетских корпусов в Сербии и во Франции. Это – единственный случай, когда военное учреждение одной страны существовало на территории другого государства. Кадетское движение за рубежом – еще одна страница нашей истории, которую нужно знать каждому.

Во времена СССР были открыты Суворовские и Нахимовские училища. Создание таких училищ было велением времени и стало заметной страницей в истории отечественной армии и флота. Но возрождение кадетских корпусов с их уникальным опытом воспитанием гражданина и патриота стало возможным лишь после 1991 года.

Сейчас в России вновь открыто более сотни кадетских корпусов, а о том, как живет современное кадетство, мы расскажем в следующий раз.