Сокровища калининградских музеев: Мундир гренадера, пушка-единорог, полный горшок серебра

Накануне исполнилось 216 лет сражению при Прейсиш-Эйлау: 8 февраля 1807 года возле этого города, сегодняшнего Багратионовска, русская армия при поддержке прусских полков остановила марш Наполеона. Обе стороны заплатили страшную сцену — битва при Прейсиш-Эйлау считается одним из самых кровопролитных сражений XIX века. Обе стороны заявили о собственной победе и даже выпустили соответствующие медали. Битва подарила множество примеров доблести и героизма… И в наше время в годовщину сражения в Багратионовском музее истории края проводится научная конференция, посвященная жестокой баталии. В этом году состоялась уже двадцатая по счету конференция, а музей отметит 30-летний юбилей. Мы решили пригласить вас в этот небольшой, но очень интересный музей, где значительная часть экспозиции посвящена событиям февраля 1807 года. Хотя этим коллекция, конечно, не ограничивается.

Единорог встречает гостей.

Музей истории края расположен в одном из самых красивых зданий Багратионовска, похожем на небольшой замок из красного кирпича. До войны здесь находилось районное управление, крайсхаус. Поднимаемся по широкой лестнице на второй этаж, нас встречает радушный хозяин — основатель музея и его бессменный директор Александр Панченко.

— Здесь у нас, можно сказать, зона гостеприимства, — Александр Аркадьевич начинает знакомить с первыми экспонатами, которые находятся прямо на входе.

Это два старинных орудия и униформа русских артиллеристов — темно-зеленые мундиры с черным воротником, украшенным красной выпушкой.

— Цвет дыма и огня, символ артиллеристов, — поясняет Панченко.

— Неужели настоящие пушки? — спрашиваю.

— Нет, что вы, макеты. Но очень точные. Реплики орудий, которые использовались в сражении при Прейсиш-Эйлау. Вот это четвертьпудовый единорог образца 1805 года, а рядом — шестидюймовая гаубица системы Грибоваля.

— Да, так назывался тип орудия, появившегося в русской армии еще во время Семилетней войны, в середине XVIII века. Они могли стрелять и прямо, как обычные пушки, и по навесной траектории, как гаубицы. Были, надо сказать, очень эффективными — состояли на вооружении около 100 лет. А название, видимо, оттого, что на гербе графа Шувалова, который и ввел эти орудия в войска, был единорог.

Между прочим, расчет такого, казалось бы, небольшого и скромного единорога был довольно приличный — 16 человек!

Сражению при Прейсиш-Эйлау посвящены два музейных зала. На стенах — старинные гравюры, изображающие как эпизоды битвы, так и события войны 1807 года, в том числе заключение знаменитого Тильзитского мира. Почтовые открытки, выпущенные в начале прошлого века. За стеклом — памятные медали: и российские, и французские. Рядом — изящные бронзовые статуэтки. Одну из представленных гравюр музею подарила принцесса Алекс Наполеон, глава дома Бонапартов, а бюст одного из участников сражения маршала Мюрата — потомок военачальника принц Мюрат VIII, который посетил Багратионовск в 1997 году.

В углу зала еще один любопытный экспонат — воин Московского гренадерского полка в натуральную величину. Точнее, униформа солдата, сделанная с аптекарской точностью одним из мастеров военно-исторической реконструкции. Двубортный мундир из темно-зеленого сукна, белые панталоны, белые ремни, вместительная сумка из толстой воловьей кожи, носившаяся через плечо, и, конечно, высокий, сверкающий медью головной убор — гренадерка.

Особый интерес представляют экспонаты, найденные непосредственно на поле сражения: ядра, пули от мушкетов, фрагменты амуниции…

На одной из свинцовых пуль остались следы зубов.

— Сражение жестокое, очень много раненых, а самой распространенной операцией в то время была ампутация, потому что сепсис после ранения развивался стремительно, — рассказывает Александр Панченко. — Никакого наркоза, разумеется, не было, вот и зажимали свинцовые пули зубами…

Одно из ядер, которое сегодня находится в коллекции музея, Александр Панченко купил у «археолога-любителя». Вернее, хотел купить, а получилось…

— Смотрю, объявление на «Авито» — продается пушечное ядро, найденное под Багратионовском. Цена — 5000 рублей. Я взял деньги, отправился к продавцу, встретились. Он посмотрел на меня, говорит: «Точно для музея?» Я отвечаю: «Конечно!» — «Ну тогда держи». И отдал бесплатно.

Детям (да и взрослым тоже) наверняка понравится небольшая диорама, изображающая эпизод битвы 1807 года. Кирха Прейсиш-Эйлау (она до сих пор сохранилась, правда, в советское время была перестроена в заводской цех), домики, деревья… Рядом — маленькие солдатики, покрашенные искусно и с исторической точностью.

— Сами все раскрашивали, и вообще вся диорама сделана своими силами. Вымеряли размеры кирхи, чтобы был точный масштаб…

Разумеется, коллекция музея артефактами, связанными со знаменательной битвой 1807 года, не ограничивается. Один из залов посвящен древней и средневековой истории Прейсиш-Эйлау — города, который, как известно, начинался с замка, построенного рыцарями Тевтонского ордена в XIV веке. Один из флигелей замка стоит до сих пор и ждет своего часа быть восстановленным и превратиться в культурно-исторический центр (такие перспективы, кажется, появились — недавно замок обрел владельца).

С замком Прейсиш-Эйлау, кстати, связана история одного любопытного музейного экспоната. Весной 2003 года по Багратионовску поползли слухи, что школьники, играя среди руин замка, случайно обнаружили клад серебряных монет. Александр Панченко отправился в школу, поговорил с учителями, потом с ребятами, все подтвердилось — действительно, был обнаружен глиняный сосуд с монетами.

— Они оказались не очень ценными, массовыми: солиды, гроши, полтораки польского короля Сигизмунда III. Но, конечно, это был настоящий клад. Ребята передали его в музей, а сами получили вознаграждение, — рассказывает Панченко.

Монеты датируются Тридцатилетней войной, точнее, первой третью XVII века. Возможно, это добро схоронил в кувшине кто-то из наемников, надеясь потом вернуться. А может, это была своего рода касса администрации Прейсиш-Эйлау, которую спрятали поглубже при приближении вражеской армии.

Кстати, благодаря школьнице в коллекции музея появилась еще одна серебряная монета — более ценная, более редкая и более старая. Это хальбшотер Великого магистра Тевтонского ордена Винриха фон Книпроде.

— Ее нашла девочка во рву замка Бальга в 1990 году, — вспоминает директор музея. — Принесла, показала, мы определили, что за монета. А потом через три года, когда открылся наш музей, она подарила этот хальбшотер музею. В итоге нам удалось составить экспозицию, посвященную всем монетам, которые чеканились при магистре Винрихе фон Книпроде. А это все очень нечастые монеты.

Есть в «средневековом» зале и более древние экспонаты. Например, серебряные арабские монеты — дирхемы. Или следы погребений древних эстиев, живших в Пруссии во времена Великого переселения народов, в IV—VI вв.еках.

— Вот эта большая погребальная урна была случайно обнаружена на песчаном карьере, ее вообще хотели выкинуть, — показывает Александр Панченко большой глиняный сосуд. — Рядом были другие артефакты: наконечники копий, ножи, небольшой сосуд, предназначавшийся умершему в загробной жизни… Хорошо, что нам удалось все это сохранить.

Оставляем ветхую древность и попадаем в зал, посвященный истории XX века. За стеклом — немецкий шлем пикельхаубе начала XX века. А это — диорама, изображающая кубанских казаков в Прейсиш-Эйлау в 1914 году. Возле стены — высокие напольные часы. Ходики. Громко тикают, еще громче звонят. Этим часам приблизительно 100 лет.

— Наверное, ремонтируете их часто? — интересуюсь.

— Нет, за 25 лет, что они находятся в музее, только смазывали механизмы, — отвечает Александр Панченко. — И, к слову, идут часы довольно точно. Может, на минуту в неделю «убегают», но аккуратно подводим.

Часы долгое время стояли в администрации Багратионовска, потом едва не попали на свалку. Но вот сохранились.

Очень интересны экспонаты, посвященные первым калининградским переселенцам. Вот, например, прялка, сделанная в начале XX века в Смоленской губернии. Вещь выполнена очень мастерски, причем каждый элемент — из отдельной породы дерева. А вот швейная машинка, также дореволюционного производства. Некогда такие машинки передавались в качестве приданого. Все это подарила музею Татьяна Федоровна Орешкина. Она переехала в Калининградскую область в 1946 году и всю жизнь проработала в школе Багратионовска учителем истории.

— Татьяна Федоровна любила приходить в наш музей, говорила: «Можно я своих посмотрю, поглажу?» Замечательная женщина была… — вспоминает Александр Панченко.

На этом экспозиция не заканчивается. В музее можно познакомиться со множеством вещей, связанных с князем Багратионом, узнать его биографию. Или открыть для себя творчество немецкой художницы Катарины Кляйн, родившейся в Прейсиш-Эйлау в 1861 году. Она так искусно изображала цветы, что почтовые открытки с ее образами в свое время стали невероятно популярными. Используются эти рисунки и сегодня, правда, сейчас мало кто догадывается, что автор композиции — Катарина Кляйн.