Крылья

Часть 3, Глава 6

Черное Созвездие

Вокруг царила тишина. Ни птиц, ни зверей, лишь уходящие в небо горы. Отвесные, неприступные, черные как ночь. Небо было затянуто сероватой пеленой, сквозь которую солнечные лучи не пробивались, что придавало еще более зловещую ауру этому месту. Камни, люди – если таковые и появлялись – теней не отбрасывали. Горы застилали собой горизонт. Лишали ориентации. Создавали иную реальность. Холодную, отчужденную и жестокую. Они подавляли, лишали воли, отбирали надежду на возвращение. Словно за ними ничего не было. Впрочем, как и под ними. Что находилось у подножья этих каменных стен оставалось загадкой. Казалось, если, не ровен час, упасть, то окажешься в бесконечном полете посреди кромешной тьмы. И, возможно, это было не так уж и далеко от правды.

Вообще, в эти места не совались. Горная долина не любила чужих и расправлялась с пришлыми на раз два. Что с безрассудными смельчаками происходило, никто толком не знал. Рассказывать было некому. Отсюда не возвращались. И если некоторые ещё и могли забрести на окраину гор, то из центра горной долины не возвращался никто. Никто, кроме Князя. Князь не был чужим. Он умел управлять потоком. Быть с ним одним целым. Быть своим. Помимо Князя в горах без опаски мог находиться разве что Первый Жрец Круга Силы. Тот жил где-то в этих каменных дебрях и поток благоволил к нему, снисходительно принимая и терпя его присутствие. Быть может, потому что Жрец был древен как мир, и поток помнил его с прошлых времен? Или потому что Жрец никогда не пытался управлять им и вообще как-либо вмешиваться в дела гор? А может просто притёрлись. Что касается Князя, то тот, благодаря своему особому статусу, мог даже взять с собой попутчика. Своего раба, который как раз в это время скрывался в расщелине и наблюдал за происходящим из своего укрытия. Спрятаться, не высовываться, не дразнить неподвластную рабу Силу – это было непременным условием его появления в горах.

Сегодня была необычная ночь. Привычные для этих мест сумерки сменялись глухой, непробудной тьмой. Пелена вокруг сгущалась, воздух тяжелел и обволакивал, словно патока. Передвигаться, дышать, думать становилось всё тяжелее. Время замедляло свой ход. Поток перерождался. Где-то там в глубине он начинал оживать, шевелиться и его мерный рокот, пусть еще едва слышно, но уже доносился до вершины, на которой находились Князь и его раб. В момент перерождения поток был капризен и непредсказуем, и тот, кто им управлял, должен был познакомиться с ним заново, поприветствовать, приласкать. А раб, в случае необходимости, помочь своему Хозяину после ритуала.

Князь стоял на вершине и ждал. Не двигаясь, прикрыв веки. Вслушивался в нарастающий рокот и каким-то, только ему известным способом, общался с Силой простирающейся под его ногами. Гал едва мог разглядеть очертания Хозяина, да и то только благодаря своему второму я, даровавшему способность видеть в темноте.

Галу редко приходилось наблюдать своего Хозяина таким. Казалось, он был знаком с его любым состоянием: спокойный, горячий, задиристый, высокомерный и властный, наставляющий или с безумным блеском в глазах, застрявший между ипостасями, запутавшийся, на грани сумасшествия. Но даже мохнатая рука и безумный взгляд не производили на раба такого впечатления, как эта холодная сосредоточенность, делавшая Хозяина похожим на каменное изваяние. И хотя на мужчине не было ни княжеского плаща, ни символов власти, выглядел он не менее впечатляюще. Обострившееся лицо, мрачный взгляд, обнаженный торс… А при виде спины в шрамах становилось и вовсе жутковато.

Хозяин вытянул руки перед собой и из глубины начала подниматься искрящая огнем черная масса. Гал был не в силах пошевелиться и как завороженный глядел на дышащую искрами мощь, лениво и неторопливо тянущуюся вверх. Застлавшую горную долину насколько глаз хватало. Средняя часть приподнялась, покатилась волною вдаль и, взмыв где-то на периферии вверх, заблистала тысячами холодных искр, рухнула и с нарастающей скоростью, как огромное цунами, устремилась вновь к центру. Потом скрутилась торнадом в спираль и не спеша, но неуклонно поползла вверх. Зрелище было необыкновенным. Вершины окрасились багровым светом. А Хозяин стоял посреди всего этого действа, чуть разведя руки в стороны с равномерно подрагивающими пальцами. Он был полностью поглощен происходящим, и темная масса перед ним искрила и дышала, как живая, в такт его рук. Гал, затаив дыхание, наблюдал за всем этим из своего убежища. Вдруг на одном из выступов справа от него мелькнула тень.

«Тень? Здесь?» — удивился он и всмотрелся. «Ничего. Показалось. Всё из-за этих искр», — решил он и уже совсем было успокоился, но вдруг заметил мерцающую зеленоватым огнем точку. Гал не успел ничего толком понять, как огонь вонзился в спину Хозяина на уровне сердца. Вспыхнул еще ярче, а когда погас, Гал увидел развороченное плечо и окровавленную спину. Левая рука Хозяина повисла плетью. Дальше всё происходило, как во сне. Князь на мгновение замер, словно не осознавая, что произошло. Гал буквально шкурой ощущал его боль, прерывистое дыхание. А ещё запах крови. Той самой, от которой он зверел. Раб дернулся, бросился на помощь, но наткнулся на невидимую преграду у входа в расщелину.

«Чертов Хозяин не доверял ему! Замуровал в этой пещере!» 

Обезумев от ярости, Гал бился о щит, кляня всё и вся.

Тем временем Князь вышел из транса, развернулся в сторону нападавшего. Но слишком медленно. Его сознание было ещё где-то далеко. Мужчина собрал остатки сил и здоровой рукой метнул шар, вспышка озарила того, кто прятался за тенью. Гал взревел: «Бывший, чертов жрец! Как он сюда попал?!» Битва продолжалась. Воздух вокруг тех двоих буквально искрился, сверкал всполохами огненных шаров. В какой-то момент Галу показалось, что Князь защищался. Именно защищался, а не нападал. От осознания этого Гал готов был зубами грызть камень, лишь бы успеть на подмогу. Чувствовал, что Хозяин действует из последних сил. Ощущал его боль. «Наверняка, какая-то гадость в той стреле», — понял он и впился взглядом в Хозяина. Теперь не только торс, но и его лицо были в крови. Кровь уже даже не капала, она бежала четкой дорожкой от кольца на губе заливая подбородок, капая на шею и грудь. И чувствовал, как все меньше её остается, а вместе уходят и силы Хозяина. Раб зарычал. Всё бы отдал, чтобы защитить, но заперт. Он снова стал биться в преграду. А бывший удвоил свой напор, обнадеженный. Окрыленный. Удар пришелся Князю в живот. Тот чуть недоуменно опустил взгляд, потом взглянул на торжествующего врага и медленно перевел взгляд в сторону бездны. Поток уже почти добрался до их вершины, но больше не походил на упорядоченную массу. Рвался клоками, пуская искры и шипя. Князь взглянул в сторону расщелины, где прятался Гал, и их взгляды встретились. Горящий Гала. Затуманенный Хозяина. «Выпусти, дай мне помочь», — молил Гал, но тщетно. Верхняя губа Хозяина дернулась, рот скривился в усмешку… Князь сделал глубокий вдох, взглянул на искрящую массу и… шагнул в бездну. Поток тут же вздыбился волнами, захватил свою жертву и отхлынул. Исчез в глубине. Все стихло. Гал в шоке смотрел туда, где только что стоял его Хозяин, а теперь гордо возвышался бывший. Взвыл заметался по пещере в безумии и беспомощности. Прыгнул на стену и почувствовал, как его разорвало.