Подарок для Бабани

Подарок для Бабани

Анна Леонидовна шла домой из магазина. Снег под ногами хрустел, деревья мягко светились синевой праздничной иллюминации. Женщина улыбнулась семейной паре, тащившей за собой санки с румяным малышом. Жаль, Витенька не смог приехать ни на Новый год, ни на Рождество. Новый год Анна Леонидовна привыкла встречать одна или с соседкой. Готовила себе несколько любимых блюд, включала концерт по телевизору, любовалась фейерверками за окном. А вот Рождество – семейный праздник, и она так хотела встретить его с сыном, но он решил отпраздновать с невестой. Что ж, дай Бог, все у них сложится. Анна Леонидовна привыкла быть одна – раннее вдовство, потом единственный сын уехал учиться в Европу. Ее не томило одиночество, но все же иногда, на праздники, хотелось, чтобы дома ждал еще кто-то, кроме наглого рыжего кота Атамана, который все время норовил поточить когти о кресло и уснуть на хозяйской подушке.
Поднимаясь по ступенькам к квартире, Анна Леонидовна вдруг встревожилась – а есть ли для Атамаши корм? Вроде бы оставался, но он ведь такой обжора. Она даже подумала, не вернуться ли в магазин, когда ее окликнули.
– Здрасьте, – произнес женский голос. – А мы вас уже заждались.
Анна Леонидовна увидела перед собой смутно знакомую молодую женщину: зеленые глаза, черные волосы, на щеке родинка…
– Маша! – узнала она бывшую одноклассницу Вити. – Какими судьбами?
А потом женщина посмотрела на мальчика, выступившего из-за спины мамы, и оперлась о стенку, чтобы не упасть. Она лихорадочно вынула из сумки очки, нацепила на нос – перед ней стоял маленький Витя, только с зелеными глазками.
– Привет, баба Аня! – сказал мальчик, произнеся два слова слитно, так что получилась «Бабаня». – Я есть хочу.

Анна Леонидовна сновала на кухне, выставляя на стол все, что нашлось в холодильнике.
– Да успокойтесь вы, – не выдержала Маша и поставила кошачьи консервы обратно на полку. – Я ж говорю – только на два дня. Безвыходная ситуация. Родители мои умерли, подруга в последний момент отказалась. А вы все же бабушка, да и я вас еще со школы помню, вы всегда с детьми ладили.
– Почему же раньше не сказала? – голос Анны Леонидовны сорвался.
– Гордая была, – ссутулилась Маша.
– А… Витя знает? – спросила женщина, и по тому, как подобралась, окаменела Маша, с ужасом поняла – знает!
– Мне пора уже, – сухо ответила та.
Она быстро рассказала ошарашенной Анне Леонидовне распорядок дня мальчика, вручила пакет с одеждой и игрушками и исчезла за дверями. Женщина села на обувной ящик. Ей надо было собраться с мыслями. Рождественский «подарок» свалился как снег на голову. Тут Атаман выбежал из кухни, выпучив глаза, и юркнул под трюмо, а потом раздался грохот. Женщина бросилась на кухню – мальчик стоял, балансируя на стуле, который взгромоздил на стол. На полу красовалась разбитая банка варенья, красные потеки стекали по стенам и шкафчикам.
– Что ж ты не попросил, я бы тебе сама достала! – ахнула она, стаскивая внука со стула.
– Бабаня, есть хочу!
– Сейчас, сейчас, – засуетилась женщина. – Как хоть тебя зовут? – встрепенулась она.
– Колька.
Колька обладал способностью быть везде и повсюду одновременно. Он исследовал квартиру Анны Леонидовны со страстью Миклухо-Маклая, не останавливаясь ни на секунду. Женщина металась по квартире, то подхватывая наклонившуюся вазу, то снимая Кольку со шкафа, то спасая Атамана из цепких ручонок. Вечером, когда она обессилено лежала в кресле, наблюдая, как внук забирается на спинку дивана, с гиканьем спрыгивает на пол и тут же залазит обратно, в дверь позвонили.
– Ты что это, подруга, по квартире скачешь? – возмутилась соседка, живущая этажом ниже. – Шейпингом заняться решила? Ну пять минут, ну десять, но грохот уже полчаса стоит!
– Внучек, – выдохнула Анна Леонидовна.
– Откуда? – насупилась соседка. – Надолго?
– От Вити, ясное дело. На пару дней, – ответила женщина. Из зала донесся страдающий кошачий вопль, и она бросилась на выручку Атаману.
На ужин Колька смел макароны с котлетой, попросил печеньку к чаю, потом потребовал пену в ванну, так что Анне Леонидовне пришлось пожертвовать своим шампунем, потом долго не соглашался спать и хотел к маме, сказка на ночь тоже была не та… Когда он, наконец, уснул, Анна Леонидовна только успела подумать, что надо бы помыть пол в ванне, заляпанный пеной, и тут же отключилась.
Утром, покормив и одев Кольку, она повела его на улицу в надежде, что так квартира меньше пострадает. Она слепила с внуком корявого снеговика, побросала снежками в голубей, потом сама получила снежком в глаз и решила, что хватит с нее подвижных игр. Она завела Кольку в магазин, накупила фломастеров, альбомов и цветной бумаги, и, радуясь собственной сообразительности, повела мальчика домой.
Внук пообедал, в очередной раз порадовав аппетитом бабушку, а потом уселся за стол творить. Анна Леонидовна же достала с антресолей альбом с фотографиями и принялась рассматривать детские кадры Витеньки. Жаль, очки где-то запропастились, но она и так видела: внук был копией сына – так же сжимал в кулачке фломастер, высовывал от усердия кончик язычка. Незаметно для себя Анна Леонидовна уснула. Она распахнула глаза от душераздирающего вопля Атамана и схватилась за сердце. Полчаса тишины достались ей немалой ценой – все обои в зале были разрисованы аккурат по рост Кольки и еще сверху – докуда мог дотянуться ручкой.
– Атамася, выходи! – позвал Колька кота, который ошалело смотрел на Анну Леонидовну со шкафа. А женщина увидела свое отражение в зеркале и снова схватилась за сердце. Заботливый внук постарался, чтобы бабушка никогда больше не потеряла очки – он нарисовал ей их фломастером прямо на лице: зеленая дужка на переносице и два кривых синих овала вокруг глаз. Анна Леонидовна опустилась на диван и посмотрела на часы – до приезда Маши оставалось четырнадцать часов…
Лосьон практически смыл с лица фломастер, оставив лишь легкие сиреневые круги под глазами. Анна Леонидовна вышла из ванной, замирая в ожидании новых сюрпризов, но Колька мирно сидел на диване, глядя в экран телевизора.
– Садись сюда, Бабаня, – похлопал он рядом с собой, – а то мне страшно.
Он прижался боком к женщине, всунул теплую ладошку ей в руку.
– Там баба Яга, – сообщил Колька. – Иванушка ее победит, правда?
Анна Леонидовна обняла мальчика, легонько поцеловала в пушистую макушку.
– Конечно, победит.
Тем вечером Колька быстро уснул, Анна Леонидовна включила рождественский концерт, который ждала уже несколько дней, но вскоре выключила телевизор и вошла в комнату к мальчику. Она подоткнула одеяло, села рядом. Колька улыбнулся во сне, и у Анны Леонидовны вдруг защемило сердце от нежности.

Маша приехала даже раньше обещанного, влетела в квартиру, подхватила в объятия сына. Она привезла Кольке новую машинку, Анне Леонидовне – красивый шарф, и все щебетала о своей поездке.
– Знаете, Анна Леонидовна, мне, возможно, скоро еще придется поехать в командировку, – потупилась Маша, – и, может, вы согласитесь…
– Да, – перебила ее женщина. – Да!