Кафедра артефактов. Связанные магией

=10=

Ребекка усмехнулась:

— Ой, не надо нотаций! Может, в монастыре и привыкли к аскетичному образу жизни, но я предпочитаю, чтобы в спальне было тепло и светло. Если бытовые заклинания регулярно не подпитывать, то придется греться от тепла камина и жечь свечи. Зимы здесь суровые, мне отец рассказывал.

— К тому же, это полезно, — пожала плечами Изабелла. — Если ежедневно тратить часть магического резерва, то со временем тело привыкнет обходиться без него и дар усилится.

Похоже, все в этой академии направлено на то, чтобы увеличить потенциал мага.

— И не думай отлынивать от подпитки контура! — строго посмотрела на меня Изабелла. — Пространственная магия — одна из самых энергетически затратных специальностей. Я не собираюсь тратить силы еще и за тебя.

— Хорошо, — кивнула я. — А как это сделать?

Обе девушки глянули на меня с нескрываемым удивлением, будто я сморозила несусветную глупость. Пришлось прикусить язык и поспешно кивнуть:

— Я справлюсь.

Пожалуй, это первое, что мне предстоит выяснить сегодня. Я повертела головой, отыскивая хоть какую-то подсказку, но комната казалась совершенно обычной. Откуда мне вообще знать, как должен выглядеть этот контур?! Память Амелии тоже молчала. Вот почему фраза про благословение богини слетала с языка сама собой, а что-то действительно полезное я вспомнить не могу?!

Придется поломать над этим голову вечером, а сейчас надо изучить документы — скоро начнутся занятия. Одна только мысль об этом заставила меня покрыться холодным потом. Черт, я даже не знаю про магический контур! И где носит Амелию? За это время можно было изучить каждый листик той дурацкой рощи!

Я настолько глубоко задумалась, что вздрогнула, когда Ребекка коснулась моего плеча.

— Если ты подыскиваешь место для алтаря богине, то можешь устроить его на каминной полке. Только не вздумай читать молитвы вслух! Терпеть не могу, когда меня будят.

Сердце кольнуло тревогой, а во рту пересохло. Допустим, оплошность с магическим контуром мне простили, но вряд ли соседки поверят, что послушница забыла слова молитв.

— О, я предпочитаю обращаться к богине без лишних глаз. — Быстро выпалила я. — Попробую найти другое место для молитв.

На лице Ребекки появилось облегчение, а я добавила еще один пунктик в список дел. Я словно физически чувствовала тот груз проблем, что лег на мои плечи. И с чего я решила, что справлюсь? Чудо, что меня до сих пор не раскрыли! Впору возносить хвалу Светлой матери!

Опустившись на кровать, я разорвала бумажную обертку, и на колени упала внушительная пачка листов. К счастью, местный язык я понимала — наверное, потому что находилась в теле Амелии.

Первым делом я отыскала лист с расписанием преподавателей и, изучив его, ужаснулась. Названия дисциплин пугали даже больше, чем их количество. Да и зачем мне четыре пары физической подготовки в неделю? Я вроде поступила на артефакторику… Именно она и значилась первым занятием в сегодняшнем расписании.

Припомнив принимавшего экзамен преподавателя, я невольно поежилась. Как бы невзначай выяснить, кто он такой… Тут не помешала бы помощь жениха, который перепоручил меня заботам приятеля и исчез.

Хлопнула дверь, и я запоздало спохватилась. Я так надеялась, что соседки подскажут дорогу, но они, по всей видимости, не желали принимать меня в свою компанию. И если я хочу успеть вовремя, стоит поторопиться — настенные часы показывали, что до начала занятия осталось всего двадцать минут. А я понятия не имела, где находится моя кафедра.

В поисках письменных принадлежностей я распаковала чемоданы Амелии, но они были заполнены невероятно скучной одеждой и церковными книгами. Обнаружив молитвенник, я несколько повеселела. Прочесть слова гораздо проще, чем выудить их из памяти Амелии.

Так и не отыскав тетради, я сочла, что подробности объяснят на занятии. Уж лучше я приду неподготовленной, чем заблужусь и не приду вовсе. Захлопнув дверь спальни, я вышла к уже знакомой лестнице и поймала за рукав первую попавшуюся девушку. Она явно торопилась, и поэтому остановилась с неохотой.

— А ты не подскажешь, где кафедра артефактов?

— О-о-о, — протянула та. — Это не так-то просто объяснить.

— Пожалуйста! — с жаром попросила я.

Она окинула меня мученическим взглядом, но все же сдалась. Наконец-то мое платье послушницы пошло на пользу.

— Знаешь, где главный вход?

Я покачала головой.

— Хорошо, а зал для медитаций?

Я виновато улыбнулась и пожала плечами.

Девушка закатила глаза, уже жалея, что связалась со мной.

На объяснения ушел десяток минут. И если я все верно поняла, то кафедра артефакторики по значимости находилась где-то между чуланом и… снова чуланом. Иначе почему ее засунули на самые задворки академии?

К счастью, я довольно легко преодолела большую часть пути, глазея по сторонам, чтобы не пропустить названные мне ориентиры. Народа навстречу не попадалось — все разбрелись по аудиториям. Конечно, им-то не надо так далеко пилить!

Но когда осталось всего два поворота, я вдруг услышала радостный голос Амелии.