Семейная реликвия

Семейная реликвия

Желтоватым теплым цветом блеснули монеты на дне прабабушкиного сундука.
-Мама, что это?- с любопытством спросил я у мамы, внезапно изменившейся в лице.
Мама медленно взяла монеты в руки, они зазвенели нежно и немного жалостно. Опустив голову, поправив белый платок, мама усадила меня на старый прабабушкин сундук и сказала:
-Видишь эти монеты? Медные…но не старинные…советского времени…
Вложив эти темно-желтые кружочки в свои руки, она начала свой рассказ. Я не слышал уже, как стучит дождь по крыше нашего старого дома, не замечал, как сгущаются сумерки в нашей уютной комнате. Ходики отстукивали минуты, а я слушал теплые мамины слова…
Она вела рассказ о своей бабушке и дедушке, моей прабабушке и прадедушке. Я видел их молодыми, красивыми и счастливыми. Они только что поженились: Хаммат и Шамсинур. Хаммат с гордостью рассказывал Шамсинур о том, как служит в Осовиахиме – Аэростате (так тогда говорили), а Шамсинур о своей прекрасной работе учителя. Оба смотрят в голубое небо и мечтают о будущем, загадав желание на двух монетках, тех самых, которые мы нашли в сундуке.
Голос мамы задрожал, она перевела дыхание. Я не торопил её, хотя по моим глазам она видела, что я с нетерпением жду продолжения…
Теперь голос мамы стал глухим и твердым, когда она начала рассказывать о начале Великой Отечественной войны. Я слышал, как плачут матери и жены, невесты и дети. Прощаясь с мужем, Шамсинур подала своей холодной, мокрой от слез ладошкой медную монетку и попросила мужа хранить её, как память…
Как бы тяжело не было маме, она рассказывала о том, о чем когда-то говорила её бабушка. Передо мной вставали тяжелые будни нашей военной деревни. И долгожданные письма Хаммата из самого пекла войны - Сталинградской битвы.
Мама задернула шторы, подошла, обняла меня. Голос стал намного радостнее, потому что она говорила об освобождении Европы от фашистов - Хаммат встретил победу аж в самом Люксембурге.
Шамсинур часто держала монетку в руке, мечтала об одном: увидеть родного Хаммата живым и здоровым!
Отгремела победная весна, прошло в ожиданиях лето… Но вернулся Хаммат только в 1946 году, после разгрома Квантунской японской армии.
Широко улыбаясь, мама рассказала, что встретившись после такой долгой разлуки, Шамсинур спросила мужа о монетке… А он достал желтую монету, сияющую, блестящую… Оказывается, он часто начищал её, любуясь блеском и ожидая встречи…
А дальше началась трудная, но счастливая жизнь! Они построили дом в Бурзяне, Хаммат работал много, сменил множество профессий: работал кассиром, бригадиром. А Шамсинур всегда с детьми: работала учителем, воспитателем.
У них появились две дочки: Гульнур и Гульшат. Гульнур –так зовут мою бабушку.
Когда они болели, их мама Шамсинур, прикладывала эти самые монетки к больному месту- и боль уходила!
У меня покатилась слезинка, одна, другая… Я их не стыдился. Мама плакала тоже…
В этом году они умерли: сначала прабабушка Шамсинур, потом прадедушка Хаммат. Им было по 92 года…
Не старинные монеты хранятся у нас дома, может, и стоят недорого. А заболит у меня рука или нога, обязательно приложу, чтобы снять боль. Ведь это реликвия нашей семьи надолго, навсегда!..