Мой маг с высокой башни

Глава 19. Костры на берегу реки

– В это время духи приобретают особую власть, – рассказывал Кернел. – В прошлом маги проводили обряды, чтобы защищать людские поселения от потустороннего. Теперь мы научились извлекать пользу от близости с ним.
– Вы говорите про заклинания, которые накладывали на городские стены? – спросила я.
Мы находились в саду дома Лироса, тихом и странно просторном. На холме, где построили Кинар, маги отгородили для себя самую высокую часть, и стоило удивляться, как на крошечном участке земли удалось найти место для всех шести резиденций. Тут могла быть замешена какая-то особенная магия, но я слишком мало смыслила в тонких материях, чтобы знать наверняка.
– Верно. Один целитель однажды подсчитал, что сразу после Дней благоденствия смертей случается примерно в сотню раз меньше, чем в любое другое время.
– Люди говорят, что летом умирают самые невезучие.
– Интересная трактовка, – заметил Кернел.
Он был одет в темно-синий плащ с золотой вышивкой. Лорд, которого я уже привыкла видеть в черных одеждах, сменил их на более нарядные, но сам маг не выглядел счастливым. Он казался скорее уставшим.
– Наверное, вам пришлось участвовать во многих обрядах в последние дни. Это утомляет?
– Магия меня ни капли не утомляет, – отозвался Кернел. – Она всегда доставляла мне только радость, а с тем, чтобы творить заклинания в Дни благоденствия, и вовсе немногое может сравниться…
– Но вы не выглядите счастливым, – заметила я.
Мы шли по заросшей тропинке мимо старых деревьев. Между плит дорожки, достаточно широкой, чтобы идти по ней вдвоем, пробивалась высокая трава, цеплявшаяся за мою юбку. Шаг у мага был широким, но неспешным, поэтому было удобно держаться с ним наравне. С моего места профиль лорда казался особенно четким, и я могла как следует изучить его лицо. Кернел усмехнулся, скривив губы.
– Меня раздражает поднявшаяся суета. В Дни благоденствия Кинар напоминает разворошенный муравейник, а это не место, в котором приятно находиться человеку.
– Людям нужны праздники, господин, – удивилась я. – Разве вам – нет?
– Невозможно назвать то, что происходит в высоком городе, праздником, Эйна. Бесконечные приемы и заученные церемонии! И именно в то время, когда требуется отбросить лишнее и вспомнить, кто мы!
– И вы не можете ничего изменить?
Кернер прикоснулся тонкими пальцами к подбородку, а взгляд лорда стал задумчивым.
– Правильный вопрос. Только ответ на него может оказаться сложным для понимания.
– Вы говорите о политике, господин?
Он посмотрел на меня с неподдельным, казалось, удивлением.
– Ты понимаешь что-нибудь в этом?
Я вежливо улыбнулась.
– Только то, что связи между благородными домами бывают запутанными. Не более.
– Значит, тебе повезло... Но ты выбрала хорошее слово. Связи! Действительно! Мы все крепко связаны и не можем освободиться.
Мы были в саду вдвоем, и казалось, – хотя я знала, что это не так! – что вокруг на дни пути не существовало людей. Уединение создавало иллюзию доверительной беседы и заставляло забывать о статусах.
– Разве быть лордом управителем так плохо? – спросила я.
Между бровей мага появилась морщинка, отчего его лицо приобрело почти болезненное выражение. Однако, когда лорд заговорил, его голос звучал шутливо.
– Разве что иногда, например, в Дни Благоденствия, – Кернел улыбался. – А ты? Хорошо ли тебе быть травницей?
– Я не жалуюсь, господин, – сказала я, – ведь мои праздники проходят веселее ваших.
Кернел рассмеялся.
– Серьезное преимущество! Я видел, как горожане радовались Дням благоденствия. Признаю, это выглядело приятнее для глаз, чем собрания в высоком городе и разговоры о возвышенном, во время которых все повторяют заученные истины.
Судя по усталому виду Кернела, он не преувеличивал.
– Вы никогда не пробовали принять участие в гуляниях в нижнем городе?
Маг посмотрел на меня так, словно я только что спросила, не бегал ли он голым по улицам. Я почти забыла, с кем разговаривала... Почти.
– Вы никогда не думали об этом, господин?
– Никогда! Я не участвовал в… – он прищелкнул пальцами, подбирая слова, – подобных развлечениях, с тех пор, как был учеником ордена. А это было много лет назад.
Внезапно обескураженное выражение на лице мага сменилось на игривое. Ничего подобного я раньше за лордом не замечала, хотя провела с Кернелом немало времени.
– Ты меня приглашаешь? – спросил он. – Хорошо, женщина из приюта странников! Через три дня состоится праздник огня и воды. Покажи мне, как веселятся простые горожане.
Я замерла.
– Ты идешь, травница?
– Да, господин…
– Эйна, я не против посмеяться над собой, но того, кто попытается это сделать, ждут последствия.
Кернел улыбался, поэтому его слова звучали шуткой, а не угрозой.
– Я запомню, господин.
– Запомни.
В начале лета всегда стояла прекрасная погода – я бы солгала, сказав, что мне не нравился сад благородной резиденции. Но сейчас вместо того, чтобы любоваться цветами, я украдкой разглядывала Кернела. Для лорда это не осталось секретом.
– Спрашивай, – сказал маг чуть погодя.
– О чем, господин?
– Ты же хочешь меня о чем-то спросить?
Я вздохнула. Мы добрались до края резиденции и теперь шли вдоль ограждающей сад стены. Рядом находились заросли душистой жимолости, которая в Кинаре распустилась как раз перед Днями благоденствия. В этой части сада ее сладкий запах был таким сильным, что казался приторным. Проходя мимо прекрасных цветов, я разглядывала тропинку у себя под ногами.
– Меня тревожит внимание, которое вы мне уделяете, господин. Его слишком много.
– Мне казалось, я обращаюсь с тобой в достаточной мере деликатно. Любой другой был бы более настойчив.
– Дело не в настойчивости. Я не настолько образована, чтобы разговоры с мной были вам интересными, и не настолько красива, чтобы казаться благородному привлекательной.
– Ты не права, хотя изъясняешься ты на редкость разумно, – удивил меня лорд высокой оценкой. – Мое внимание привлекла твоя непохожесть на людей из привычного мне окружения. Это освежает.
– Освежает? – переспросила я.
– Как глоток утреннего воздуха. В тебе имеется нечто особенное, что скрыто от глаз.
Проницательный взгляд лорда устремился на мое лицо и прошелся по фигуре, и вот тогда я по-настоящему испугалась. Наставница не раз предостерегала меня от близкого знакомства с магами. Ассолонь говорила, что острая интуиция орденских адептов со временем способна раскусывать даже самый умелый обман, поэтому долгое общение с ними было для колдунов чревато разоблачением. С благородными также следовало держаться настороже, хотя приземленные занятия, которыми занималась знать, со временем притупляли дар. До сих пор я думала, что маги не из орденов не могли похвастаться такой же тонкой восприимчивостью, как адепты...
– Господин, я ведь из приюта странников. Неужели вы находите воздух в этом месте свежим? – пошутила я.
Кернел было рассмеялся, но быстро посерьезнел.
– После высокого города? Разумеется, травница. Нет ничего более душного, чем воздух высокого города.
***
В Дни благоденствия Кинар жил в особенном рваном ритме. Время то ускорялось, то, наоборот, казалось, будто праздник никогда не закончится. И все-таки спустя полторы недели большая часть городских лавок вернулась к работе. Мы в «Белой ласточке» тоже не просиживали без дела, но даже Тид этому не слишком радовался. Вилис и вовсе выполнял мои поручения неохотно, а Кейра ходила с откровенно рассеянным видом. Я догадывалась, что случилось. В легкомысленной обстановке городских гуляний молодые люди нередко увлекались друг другом...
Оставшиеся до праздника костров три дня прошли быстро. Когда наступил нужный вечер, сам смотритель резиденции проводил меня к лорду. Всю дорогу старик бросал в мою сторону неприязненные взгляды, а выражение на его лице казалось почти похоронным: уголки губ изгибались вниз, подбородок был опушен, глаза скрывались под тяжелыми веками.
Смотритель открыл дверь и первым просочился внутрь. Я последовала за стариком, но остановилась, едва переступив порог. Я с самого начала догадывалась, что увижу, однако реальность застала меня врасплох.
– Хорошего вечера, господин, – произнесла я. – Вас не узнать...
Это не было правдой. Длинные волосы Кернел убрал под шляпу с полями, скрывавшими лицо, но его одежда могла принадлежать разве что очень богатому горожанину. Человек в таком костюме все равно привлекал внимание.
Маг выразительно поднял бровь.
– Ты готова идти?
– Скоро стемнеет, господин, – ответила я. – Нам лучше дождаться темноты.
– Незачем! – возразил он. – Форк! Помоги мне!
Подавая лорду верхнюю куртку (черную, разумеется), смотритель недовольно кривился, но ни словом не возразил хозяину. Закончив порученное дело, старик отступил на шаг назад и так застыл. Его руки оказались сложены на животе, а голова была опушена.
Куртка не изменила впечатления, которое производил маскарад лорда управителя. Я видела уверенного в себе мага, а не богатого служителя или торговца. Вряд ли винить следовало качественную ткань и мастерство портного: человек с осанкой Кернела мог одеться в рванье, но остался бы узнаваемым.
– Следуй за мной, Эйна, – приказал он.
Лорд направился к лестнице, а оттуда, так и не встретив ни одного человека, мы добрались до выхода в сад. Я еще в первое посещение нашла резиденцию дома Лироса слишком пустой, но сегодня отсутствие людей в огромном здании ощущалось особенно сильно.
– У слуг выходной. Они заслужили отдых, – сказал маг, правильно истолковав мое удивление.
– Это не связано в вашим обликом? Если вас кто-нибудь узнает, по городу поползут невероятные слухи.
– И в этом будет виновата та, кто подбила меня на переодевание.
Я с изумлением посмотрела на мага... А ведь он шутил. Смена облика подействовала на него сильнее, чем можно было ожидать.
– Вас никто не заставлял соглашаться, господин. Решение было вашим, – сказала я тоном, каким обычно разговаривала Вилисом, когда мальчишка устраивал очередную пакость.
– Хочешь сказать, что ты ни причем? – шутливо спросил маг.
– Вы правильно меня поняли, господин… И, – я замялась, потому что произнести это мне было все еще сложно, – будет странно, если я продолжу называть вас «господин».
– Так не делай этого, – серьезно сказал Кернел, но по его глазам было видно, что маг веселился. – Я разрешаю.
Он вывел нас через незаметную дверь в стене резиденции. Проход был скрыт с помощью чар и, очевидно, являлся тайным. Что бы Кернел ни говорил, он не хотел быть узнанным и, оказавшись на улице, сдвинул шляпу ниже на лицо.
– Следовало бы одеться проще, – сказала я, приучая себя к непринужденной манере разговора.
– Что ты имеешь в виду? – удивился маг.
– Вы… То есть «ты» одет слишком дорого по сравнению со мной. Мы все еще сильно различаемся.
– Разве? – спросил маг, и в его голосе прозвучало искреннее непонимание. – Я этого не замечаю.
– Будь вы обычным горожанином, то знали… знал бы, – исправилась я, – как много рассказывает о человеке одежда. У нас совершенно разный статус, это будет очевидно любому. Я лишь надеюсь, что темнота скроет разницу, и никто ничего не заподозрит.
Солнце село, но летом ночь наступала медленно. Было еще довольно светло.
– Будем надеяться на это, – согласился маг. – Ты права! Нужно было поручить выбор костюма тебе, а не Форку.
У него было странное, настороженно-шутливое настроение. Я отлично чувствовала это и видела, как маг озирался, идя по знакомым улицам Кинара. Вряд ли Кернел привык к тому, что его не замечают и не расступаются при одном появлении.
В честь праздника дома украсили фонариками, и огоньков вокруг было больше, чем даже в первый из Дней благоденствия. Они давали яркий, но неверный свет, который искажал лица и скрывал цвета. Я перестала волноваться, что кто-нибудь узнает лорда.
– Нам за стену. Самое интересное будет там.
– Я знаю, – согласился Кернел, направляясь к воротам. – Идем, Эйна.
Праздник костров проводили ночью на берегу реки, и это было последнее крупное событие Дней благоденствия.
– Я слышала, что раньше эту ночь посвящали двум стихиям? – сказала я, огибая нередких для этого позднего часа прохожих.
– Совершенно верно, Эйна. Раньше маги прославляли живительные пламя и воду, но праздник был забыт... Обычные люди вряд ли понимают его значение.
Кернел с любопытством оглядывался по сторонам, но совершенно не следил за собственным окружением. Кто-то из веселой и, похоже, не совсем трезвой компании молодых мастеров или учеников ремесленников ухитрился толкнуть владетельного лорда. Виновник легкомысленно извинился, а затем со смехом пошел вперед, оставив нас с Кернелом стоять посреди улицы. Маг посмотрел им вслед и покачал головой.
– Невежественные пьяницы. Они даже не знают, в чем суть праздника.
– Конечно, они не знают. Люди просто веселятся, без цели или глубокого смысла.
– Действительно, – пробормотал маг, направляясь вперед.
Вдоль берега Хисны протянулась цепочка из десятков огоньков, рядом с которыми мелькали человеческие тени. Костры были большими и маленькими, некоторые располагались как придется, а другие образовывали линии и кольца. С высоты, на которой мы оказались, Кернел окинул берег взглядом.
– Эйна! Видишь тот большой круг из шести огней?
– Вижу... Что с ним?
– Если мы разделимся, будем искать друг друга около него. Запомни это место.
Просьба мага меня развеселила. Не удержавшись, я привстала, а затем тихо, чтобы никто не услышал, произнесла:
– Вы много думаете, господин. Разрешите себе ни о чем не беспокоиться, иначе не стоило и приходить.
Я не видела лица Кернела и не могла понять, и какие мысли посещали его голову. Я догадывалась только, что их было много.
– Мудрый совет, – произнес он. – Идем!
Маг устремился по тропинке к низкому берегу, откуда шел жар и вкусно пахло дымом. На празднике собралось, наверное, около двух сотен человек, и Кернел снова остановился, не решаясь присоединиться к толпе. Свет от костров давал странные тени, которые искажали лицо мага, делая его почти незнакомым. Я осторожно прикоснулась к рукаву лорда.
– Мы можем вернуться в город. Еще не поздно.
– Нет.
Он осторожно взял меня за руку и потянул за собой. В войте танцующие постоянно сходились и расходились, а пары перемешивались, поэтому вскоре нас развело в разные стороны.
Кернел не скоро вновь оказался рядом со мной.
– Ты умеешь танцевать? – спросила я. – Ты знаешь движения.
– Научился в молодости, – ответил маг, как будто в этом не было ничего особенного. – В Лоуне учат не только магии.
Он пользовался успехом. Никто не ожидал встретить на празднике благородного, поэтому девушки смело засматривались на красивого и статного мужчину. Понимал ли это сам лорд, я не знала, но он так лихо кружил их в пляске, что было приятно наблюдать за этим…
Ночь наступала, становилось темнее, а костры казались все более яркими. Иногда кто-то неосторожно задевал головешки, и всех, находившихся рядом, окатывало искрами. Именно поэтому даже богатые люди, собираясь на берег реки, выбирали одежду, которую не было жалко.
Я чувствовала себе немного уставшей, поэтому уже некоторое время наблюдала за танцорами со стороны. Однако в одиночестве я оставалась недолго.
– Вслушайся! – раздался голос мага. – Это старая обрядовая песня. Они хорошо ее поют…
Лорд подхватил меня под локоть и потянул в сторону, откуда доносились нежные женские голоса. Я не сопротивлялась.
– Это песня волшебная? – шепотом спросила я.
Кернел покачал головой.
– Если бы! Девушки не обладают даром, поэтому в их словах нет силы. И все равно эта песня является пожеланием удачи и обещанием счастливого будущего. Хороший знак!
По моим прикидкам, приближалась полночь. Часть костров стала алыми, но остальные горели по-прежнему ярко. Среди юношей и девушек особо почетным считалось продержаться на празднике до утра, но немногие могли это выдержать.
Маг сел на землю прямо на поросший травой холмик. Я устроилась рядом, обхватив руками колени.
– Хорошая ночь, – сказал он. – Я ведь почти забыл, как выглядит звездное небо.
На мой взгляд, звездное небо не было главным событием праздника костров, и меня мало интересовала красота над головой. Зато маг казался умиротворенным.
– Мне больше нравится танцевать. Мне нравиться быть среди счастливых людей, – призналась я.
– Ты странно выразилась. Разве ты сама не счастлива?
В поиске безопасной темы, которая могла бы отвлечь мага, я обвела взглядом ряды танцующих, пока не натолкнулась на знакомое лицо.
– Что такое? – немедленно спросил Кернел.
Видимо, он внимательно наблюдал за мной.
– Ничего, – я улыбнулась. – Там девушка, которая работает в «Ласточке»… Вот дурочка!
– Почему? – удивился маг.
Я покачала головой, не желая отвечать – я узнала человека, с которым отплясывала Кейра. Неопытной девчонке можно было не разбираться в мужчинах, не то что мне... Когда сидящий рядом лорд, попытался накрыть мою руку своей, я отодвинулась и указала в сторону берега. Кейра пришла на танцы с непокрытой головой, и ее рыжие косы были хорошей приметой.
– Видите рыжую девушку слева от большого костра? Я говорила про нее. Это она работает с «Ласточке».
Кернел с недоумением нахмурился.
– Что с ней, Эйна? К чему...
– Я назвала ее глупой, потому что она здесь с неподходящим мужчиной.
– Ты по одному взгляду поняла, что он неподходящий? – спросил лорд, когда рассмотрел человека, о котором я говорила.
– Не совсем. Может, я плохо знаю Десмия, но кое-что видно сразу.
Кернел мог бы уже догадаться, но пока что маг молчал.
– Человек, с которым она танцует... Тот высокий... Это лекарь. Он старше Кейры и имеет более высокий статус, чем она.
Я, наверное, впервые смотрела на лорда прямо и впервые видела его так близко. Глаза у лорда были темными, глубокими: они затягивали собеседника, сбивая с мысли. Мне не стоило в них смотреть. Опустив взгляд я ответила не так уверенно, как собиралась вначале:
– Лекарь никогда не женится на дочке конюха, господин. Вы же понимаете? А если между ними и возникнет связь, – я буду говорить прямо, – эта связь останется мимолетной. Кроме приглашения на танцы и, быть может, не слишком обременительных для господина подарков девушка ничего не получит.
Маг помолчал еще немного, а потом я услышала его негромкий смех...
– До сих пор ты казалась такой кроткой, травница. Куда ушло показное смирение, Эйна? Это было сказано очень смело.
– Я говорила о Кейре и ее лекаре, – ответила я, глядя на веселящуюся пару.
Девчонка беззаботно смеялась, а Десмий кружил вокруг нее. Мое воображение превращало его в играющего с мышью кота.
– Они появились очень вовремя, – заметил маг. – Что бы ты мне сказала, если бы их тут не было?
– Я бы что-нибудь придумала. Есть разные способы выразить мою мысль...
– Какую мысль, Эйна? – уточнил он. – Что я непостоянен? Или что недостаточно щедр?
Я повернулась к магу, который больше не казался веселым. Выражение его лица стало жестче, а взгляд – внимательнее.
– Что вместе могут быть только равные, и другой союз невозможен.
Кернел ответил не сразу. Мне было странно, что маг серьезно отнесся к моим словам и раздумывал перед тем, как заговорить.
– Эйна, – сказал он. – Ты не права в самом главном: люди не бывают равными. Мы все различаемся.
– Я говорила о статусе...
– И что в нем? Я допускаю, что тебе все благородные кажутся наделенными сходным положением, но мы различаемся, Эйна, и порой очень сильно. Бывает и так, что между людьми нет ничего общего, кроме происхождения. Как быть тогда?
Я опустила взгляд. Поучительно-снисходительный тон на меня не действовал. Интонация лорда, наоборот, казалась почти оскорбительной.
– Вы не заговорите зубы опытной торговке, почтенный маг.
– С чем же ты не согласна? – поинтересовался он.
– Со всем, господин. Только я не настолько искусна, чтобы спорить с магом. Прошу прощения.
Поймав пристальный взгляд лорда, я отвернулась. Кернел поднялся с земли.
– Возвращаемся, травница, – произнес он. – Костры гаснут...