Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Глава 6. Болезнь магов

Лера с легким раздражением смотрела на сборы групп. Шумные и взбудораженные предстоящими тренировками или зачетами, ученики толпились на площадке порталов, дожидаясь инструкторов. Бывших одногруппников, которых она втайне от себя рассчитывала встретить, среди них не было. Она вышла из-за кустов, скрывавших ее от чужих взглядов, и подошла поближе.
— Тебе сюда нельзя, — бросил ей, проходя мимо, какой-то маг.
— Я всего лишь ищу Милену, — огрызнулась она первой пришедшей в голову отговоркой.
— Ее здесь нет.
Это Лера видела и сама. Лишенной общества и общения, ей хотелось с кем-нибудь поговорить. С кем-то, кто бы знал ее, и с кем у нее было бы хоть что-то общее, пусть даже тройка лет совместных занятий. Милена вполне подходила на роль собеседника, но после Совета они больше не встречались и в учебном городке бывшая инструктор не появлялась.
«Знать бы, где она, можно было бы попытаться перейти в ту реальность, пользуясь случаем, что порталы открыты и возле них много народа», — Лера представила, как самостоятельно, нарушая правила, покидает городок, и поняла, что угрызений совести не испытывает. Решено: она отправляется на поиски Милены. О чем бы она хотела поговорить с волшебницей, Лера не придумала. Да это и не имело значение.
— Где я могу найти Милену? — она подошла к дежурной ведьме, следящей за безопасным прохождением порталов.
— Здесь ее нет, и не будет. Все, уходи отсюда, — распорядилась дежурная.
— Вы не имеете права мешать мне в поиске инструктора, тем более, что Совет… — обрадованная возможности подискутировать, Воронцова приготовилась прочитать лекцию о правах отстраненных, но не изгнанных.
— Я же сказала, что ее нет! — повысила голос магиня, которая, видимо, не располагала временем и желанием выслушивать убедительные доводы.
— А в чем дело? — привлеченная шумом, к ним подошла учительница.
— Я ищу Милену, но меня не пускают и не хотят сказать, где она. Это тоже запрещено?
— Думаю, я знаю, где можно ее поискать, — учительница пробежалась глазами по порталам, — вон, как раз туда отправляется группа, иди с ними.
— Так не пускают!
— Она не в списках, мы не несем за нее ответственности, но будем отвечать, случись что, — подтвердила дежурная.
— Идем, это недалеко, — проигнорировав предупреждение, женщина направилась к порталу. — Зачем тебе Милена?
— Повидаться, узнать, как она, — Лера пожала плечами.

Призрачный проем портала вывел на неширокую гравийную дорогу. Встретивший их порыв свежего ветра принес с собой запах моря и рыбы. Лера вдохнула поглубже, и огляделась: справа дорогу ограничивал крутой склон холма, покрытый высушенной солнцем и ветрами травой; слева виднелись силуэты нескольких одиноких домиков, а вдали, на тренировочных площадках, возвышались конструкции из турников. Весело посигналив, мимо промчался небольшой грузовичок груженый бочками, и обдал новым облаком рыбного запаха.
— Иди по дороге, не сворачивай, она упрется в ворота рыбной базы, а справа от них увидишь кафе. Если я не ошибаюсь, Милена там.
— А если ошибаетесь? — на всякий случай решила уточнить девушка.
— Вернешься. Портал до вечера пробудет, пока группы занимаются.
— Спасибо за помощь.
— Счастливо, — учительница исчезла в портале, а Лера зашагала в указанном направлении.

Километра через два дорога обогнула холм и закончилась площадкой. Небольшое придорожное кафе, как и обещала волшебница, примостилось рядом с металлическими воротами рыбной базы. Глубоко вздохнув и сосредоточившись на ощущении, что она во сне, Лера визуализировала образ себя, и подкорректировала свою внешность. Этому фокусу она обучилась недавно, когда в ее памяти появились воспоминания другой «я», но никому, кроме Учителя, не демонстрировала. Лера-другая носила волосы чуть ниже плеч, в то время как у Леры было аккуратное каре. Темная орденская ряса сменилась короткой голубой курточкой и джинсами, а на ногах, вместо легких мокасин забелели кроссовки. Обе Леры мало чем отличались друг от друга внешне, но, сосредоточенно-настороженный взгляд Леры-ученицы мага, выдавал присутствие в ее характере, закаленном магическими тренировками, нотки жесткости. Потянув на себя тяжелую дубовую дверь, девушка оказалась в полумраке зала, заставленного пустыми столиками. Милену, хозяйничавшую за барной стойкой, она заметила сразу, но, решив не мешать ее беседе с тремя посетителями, заняла очередь.

Обслуживание в местном кафе было необычным: каждый сам наливал себе из чайника чай и собирал из аккуратных нарезок, разложенных по тарелкам, бутерброды. Вместо оплаты, заглянувшие перекусить, оставляли на стойке список необходимых вещей, которые поставлялись из орденских реальностей. Милена собирала заявки, вносила их содержимое в толстый журнал, и успевала отвечать на неловкие заигрывания пропитанных ароматом сырой рыбы дон-жуанов. Один раз она скользнула взглядом по посетителям и Лера приготовилась поздороваться, но Милена, вернувшись к разговору с очередным проголодавшимся рыбаком, даже вида не подала, что они знакомы.
«Наверное, я не вовремя», — решила Воронцова, помня настойчивые напутствия Александра о сдержанности в проявлении чувств. Но, привыкнув к невозмутимому спокойствию Измененного, она была удивлена такой реакцией со стороны инструктора.
Наконец подошла ее очередь. Милена подняла на нее глаза и рассмеялась:
— Ну и вид у тебя с твоей безупречностью! Сколько еще ты бы стояла и ждала, пока на тебя обратят внимание?
— Не хотела тебе мешать, — с облегчением улыбнулась девушка.
— Ерунда, — Милена вышла из-за стойки и они обнялись. — Садись, я сделаю нам чай.
— Ты теперь здесь работаешь?
— Нет. Подменяю подругу до закрытия, — инструктор вернулась к стойке.

Входная дверь, подгоняемая порывом ветра, хлопнула, и в зал вошел темноволосый молодой человек. Он стянул с головы потертую бейсболку, расстегнул замусоленную у карманов аляску, и, оглядев посетителей, бесцеремонно плюхнулся напротив Леры:
— Девушкам не положено сидеть в одиночестве. Тебе принести чего-нибудь?
— Здесь занято, — встретившись с веселым сероглазым взглядом, холодно ответила она.
— Да брось, здесь никого нет вообще! Кем же занято?
— Наверное, мной, — за столик, справа от Леры, села Милена, и поставила две чашки.
— Ты ж на работе! Как говорится, при исполнении, — язвительно заметил самоуверенный нахал.
— Мой рабочий день уже закончился, так что освободи помещение.
— Да брось, дай хоть согреться, — примирительно возразил парень и отправился делать себе чай.
Через минуту он вернулся.
— Что, мест мало? — ехидно поинтересовалась Милена.
— Что ты меня гонишь? Здесь так сложно найти приятную компанию. Захожу после работы в кафе, вижу одинокую милую девушку, не успеваю познакомиться, как появляешься ты.
— Ну, извини, что ломаю твои планы. А ты не стесняйся, продолжай.
— Хотите анекдот? К сидящему в позе лотоса и медитирующему гуру приходит его ученик и говорит: «Учитель, я прилежно занимаюсь у тебя десять лет. Ты учишь меня правильно дышать, медитировать, смотреть внутрь себя, видеть то, что не видно обычным людям. Учишь меня мудрости Вселенной, общаться с Астралом. Но, Учитель, за эти десять лет меня ни разу не посетило Откровение. Я так и не достиг просветления». Учитель прервал свое общение с Астралом и сказал: «Десять лет? Странно. За такой срок всякий у меня осваивает Пресветлое Космическое Учение. Странно… А ты у кого траву покупаешь?»
За столом повисла пауза, вместо которой, судя по выжидающему взгляду парня, должен был разразиться смех.
— Я не совсем поняла: ты подсел без спроса, пересказал заученный анекдот. Это все для того, чтоб произвести впечатление на меня или на себя самого? — полюбопытствовала Лера, в планы которой не входила беседа с навязчивым незнакомцем.
Глаза парня удивленно расширились. Милена рассмеялась:
— А ты думал, что сразишь ее наповал? Она не из тех девушек, что размениваются на знакомства в барах с такими типами как ты.
— По крайней мере, не лишай меня шанса. Здесь трудно встретить свежее лицо. Хоть познакомь нас, а?
— Моя сестра.
После такого лаконичного представления, расширенные глаза были уже не только у парня.
— Позвольте мне остаться в вашей компании. Обещаю вести себя прилично.
Лера промолчала, осмысляя предыдущие слова Милены.
— Это мой бывший одногруппник, — наконец представила его инструктор, — и осторожно: Гена не так глуп, как может показаться.
— Вообще-то я видел вас раз вместе, когда ты ее тренировала в учебке, но она показалась мне другой, поэтому я сегодня ее и не узнал, — пояснил Гена.
— Возможно, это потому, что сейчас я в своей реальной внешности, — ответила Лера.
— Да? — Милена, наблюдавшая за происходящим с отстраненной полуулыбкой, неожиданно заинтересовалась: — Дай я тебя рассмотрю. Ты сознательно удерживаешь образ себя той? Сама?
— Да, все настоящее, — девушка встала и бегло осмотрела свое отражение в зеркале за барной стойкой.
— Ты в хорошей форме, — одобрила инструктор, — но почему ты, научившись изменять себя, предпочла сохранить образ себя без изменений?
Лера пожала плечами:
— Я хочу объединить обе реальности, чтоб по своему желанию перемещаться между ними, а не вспоминать приступами. К тому же, к хорошему быстро привыкаешь, а привычка — это уже зависимость. Ты никуда не спешишь? — спохватилась она. — Я тебя не задерживаю?
— Нет, у меня выходные, поэтому, раз ты здесь, проведем время вместе.
За окнами быстро темнело и в кафе, в котором остались только они трое, пришлось зажечь светильник. Его свет выхватил часть барной стойки, наполнив большую часть зала тенями.
— Сегодня здесь ветрено, поэтому у моря гулять холодно, а я выбралась сюда только из-за него, — Милена еще раз приготовила чай.
— Здесь оно настоящее? Не как в тренировочных реальностях? — оживилась Лера, которая тоже очень любила море.
— Настоящее. Многие приходят сюда на выходные. Но в этот раз погода плохая, людей почти нет, только группы.
— А у нас поменялись поставщики, прислали новых ребят, только после обучения. Ни на что не способны, но мнят себя магами, и мы никак не можем найти с ними общий язык, — Гена отставил чашку. — Я уже второй раз с работы ухожу, чтоб с ними не встречаться.
— Подай рапорт в Совет, объяснитесь. Тебе нельзя терять и эту работу, дальше — только Выселки. Там ты себя похоронишь, — Милена посерьезнела.
— Начальство поддерживает молодых. Сколько смогу — продержусь, потом переселюсь, возможно, удастся устроиться дворником или садовником при какой-нибудь школе. Надоели уже вечные приказы. А так — метешь двор, стрижешь травку, и никто не капает тебе на мозги.
Волшебница укоризненно посмотрела на парня, но промолчала.

Хлопнула входная дверь. В кафе вошла высокая женщина, с головой закутанная в черную рясу. Из-под капюшона, надвинутого почти на глаза, виднелось отечное бледно-желтое, словно восковое, лицо. В пространстве повеяло чем-то безжизненным. Лера вздрогнула и отшатнулась.
— Не бойся, — Милена удержала ее, подавляя попытку встать, — это всего лишь Марта и она не опасна.
— С ней что-то не так! — прошептала девушка.
— Марта скоро умрет. Сиди и веди себя так, словно ничего не происходит, — тихо велела инструктор.
Марта продолжала стоять на пороге, словно не решаясь пройти.
— Проходи, Марта, выпей чая, — предложила Милена.
— Присаживайся, — Гена вскочил и пододвинул к столику еще один стул.
Осторожно, стараясь ничего не задеть, женщина в черном подошла и села. Милена поставила перед ней большую чашку крепкого чая:
— Может ты проголодалась?
— Я очень замерзла. Спасибо. Люди теперь не рады меня видеть.
— Сегодня здесь никого не будет. Ты гуляла? — подавая тарелку с бутербродами, поинтересовалась волшебница.
— Я ходила к площадкам посмотреть на тренировки. Сон забыл обо мне. Я надеялась, что устану во время прогулки и смогу заснуть.
Лера молча разглядывала женщину. Ей было неуютно в ее обществе и жаль ее одновременно.
— Позволь, я сделаю себе кофе? — обратилась Марта к Милене.
— Конечно, делай что хочешь.
— Я помогу тебе, — поднялся вместе с ней Гена.
Когда они остались за столиком одни, тихо, чтоб больше никто не услышал, Лера спросила:
— Почему она умирает? Она больна?
— Не совсем. Не бойся, то, что у нее — не заразно.
— У нее рак? Учитель говорил, что рак возникает, когда к человеку пристает сущность. Она питается эмоциями и страхом, и может переходить на других. Так что рак заразен, — блеснула своими познаниями Лера.
— Учитель много чего говорит. Нет, у нее не рак. У нее потеря жизненной силы. Из-за того, что энергия жизни утекает из нее, начинают отмирать клетки тела. И это не остановить.
— А она об этом знает?
— Знает, конечно.
— Наверное, страшно вот так умирать, в окружении бессмертных.
Милена удивленно покосилась на Воронцову:
— Об окружении бессмертных тоже Учитель говорил?
Лера кивнула. Милена хотела что-то ответить, но передумала, и, помолчав, сказала:
— Она не единственная. Неподалеку есть целое поселение магов, потерявших силу. И мы — не бессмертные.
— Почему ее не вылечат? — пропустив мимо ушей последние слова, поинтересовалась девушка. — Вы же можете.
— А кому она нужна? — встречный вопрос прозвучал неожиданно резко. Но, уже в следующее мгновение Милена смягчила тон: — У нее нет никого, кто бы о ней позаботился и похлопотал. Вероятно, в ней больше не заинтересованы.
— Милена, Женя так же потеряла силу? — Лера задала еще один давно интересовавший ее вопрос.
— Нет. Жене не хватало энергии находиться в магическом пространстве. Она просто перестала его воспринимать, но она всегда может восстановиться.
Милена замолчала, так как вернулись Гена и Марта. Лера опустила глаза, подавляя в себе желание рассмотреть умирающую. Но от Марты ее интерес не укрылся:
— Смотри, не стесняйся. Я уже привыкла к таким взглядам и шепоту за спиной.
— Извините, мне действительно жаль, — девушка на резкий тон не обиделась.
Марта повернулась к Милене:
— Что, сестру завела? Боишься, что останешься одна? Ничего, ко всему привыкаешь. Все вы еще будете на моем месте, — зло сказала она, но на инструктора ее слова впечатления не произвели.
— Брось, Марта. В том, что с тобой случилось, нет нашей вины. Не пугай ее.
— Когда я думаю о том, как они вышвырнули меня, я теряю голову от ненависти. Мои подруги избегают меня, как прокаженную. Я просила у Совета дать мне возможность работать, чтоб хоть как-то отвлечься от этого кошмара, но они словно нарочно напоминают мне, что, по сути, я уже мертва. А я не могу сидеть в лагере среди ожидающих свою смерть!
— Как это произошло? — спросила Лера.
— Если бы я знала! Это просто началось. Возможно, я перешла кому-то дорогу.
Милена встала и потянула свою подопечную:
— Пойдем, погуляем.
Остальные тоже поднялись.
— Я с вами, заодно проводим Марту, — Гена застегнул молнию на своей куртке и поглубже натянул капюшон поверх бейсболки.

Все вместе вышли на улицу. Было уже совсем темно, ветер стих, и над ними в небе сияли россыпи звезд. Милена с Лерой шли впереди, направляясь к тренировочным площадкам.
— Марта была неплохой, но эта болезнь лишает ее рассудка, — тихо сказала Милена.
— Мне показалось, что она сильно не в себе.
— Она злится. У нее много опыта и раньше поговорить с ней считалось большой удачей. Она преподавала, разработала целую систему обучения, но для обычных студентов и она, и ее знания были недоступны. Она занимала особое положение. Однажды мне посчастливилось попасть на ее лекцию и в конце задать вопрос, но она меня даже не услышала, — Милена рассмеялась. — Попробуй поговорить с ней, возможно, тебе повезет больше.
Они подошли к площадке, на которой днем сдавали зачет группы.
— Я помню, как преподавала здесь, а теперь они не хотят пускать меня даже на порог, — Марта провела ладонью по холодящей руку металлической опоре турника. Прогулка ее утомила: она тяжело дышала, а на лбу выступила испарина.
— Садись, — Милена помогла ей сесть на деревянные ступеньки какой-то вышки, и села рядом. — Я застала твое учительствование еще до того, как ты стала легендой. Но не могу сказать, что в восторге от твоих методов.
— Ты посещала мои занятия и смогла многого добиться.
— В этом нет твоей заслуги, — Милена отрицательно качнула головой.
— Я ведь не случайно пришла сегодня в кафе. Я слышала, что ты будешь там и хотела с тобой поговорить, — Марта выпрямилась.
— Пожалуйста, говори.
— У тебя есть связи и положение. А мне нужна работа. Они вышвырнули меня даже без выходного пособия, а я работала на Академию более тридцати лет. Я понимаю, что не могу больше преподавать, но я могу составлять программы, принимать зачеты. Ты можешь порекомендовать меня.
— Почему ты решила, что к моему мнению прислушаются?
— Ты стала одной из тех, чьи слова просто так мимо ушей не пропускают.
Милена молчала. Гена, не принимавший участия в разговоре, курил в сторонке, время от времени бросая быстрые взгляды на женщин. Лера с интересом разглядывала лицо инструктора.
«Похоже, у Милены не меньше тайн, чем у Александра», — размышляла она, следя за беседой.
Выдержав паузу, Марта опять заговорила:
— Я не прошу милостыню, я прошу работу. Это общество предпочитает делать вид, что таких, как я, не существует. Но однажды все изменится. Я хотела бы застать это. Мне нечем расплатиться с тобой за услугу. Хочешь, я преподам уроки твоей ученице?
— Нет, — резко отрезала Милена, и Лера узнала в голосе инструктора раздраженно-стальные нотки. — Ей твои уроки не нужны. Мне тоже.
— У меня нет никого, к кому бы я могла обратиться. Мне нужна работа, чтоб хотя бы умереть человеком, а не нищенкой, донашивающей чужую одежду.
— Я поговорю относительно тебя, но на многое не рассчитывай. И не пытайся больше встречаться со мной, Марта. В следующий раз я сделаю вид, что мы не знакомы, — Милена поднялась, давая понять, что беседа окончена.
— Я провожу тебя, Марта, — парень взял женщину под руку, помогая встать, — заодно посмотрю, не найдется ли и мне места в вашем лагере.
— Подумай лучше о работе, — посоветовала ему Милена на прощанье.
— Марта, — Лера впервые открыто посмотрела в лицо бывшей волшебницы, — если тебе нечего терять здесь, почему ты остаешься в этом мире и не возвращаешься назад?
— Девочка моя, — Марта попыталась дотронуться до Лериной щеки, но Милена перехватила ее руку и отвела, — я столько времени прожила здесь, что для меня не существует других миров. За его пределами я рассыплюсь в прах, а я все еще надеюсь избежать смерти.

— Гена, конечно, взбалмошный, но человек хороший, — когда Марта с парнем ушли, Милена с улыбкой посмотрела им вслед. — Жаль, если он попадет под ее влияние. Пойдем к морю.

Небо над горизонтом начинало светлеть. За тренировочными площадками, расположенными на самой верхней террасе, открылся вид на морскую гладь. Где-то внизу тихо шелестели о песок волны, иногда всхлипывая и вздыхая. В воздухе витал крепкий аромат водорослей и роз, клумбы с которыми были разбиты на нижних террасах. Девушки спустились к самой воде. На песчаном пляже, чистом и пустынном, кое-где виднелись одинокие, позабытые кем-то шезлонги и кабинки для переодевания.
— Здесь можно купаться? — спросила Лера, ловя ладонями набегающую волну.
— Да, но сейчас не сезон, море холодное.
— Я хотела сказать тебе спасибо за то, что ты вступилась за меня тогда, на Совете, — Лера вспомнила, что так и не поблагодарила Милену.
Инструктор кивнула.
— А ты знаешь, что тебе не обязательно возвращаться в учебный городок? — спросила она. — Ты можешь остаться со мной. По решению Совета у тебя два учителя. Тебе нужно общаться не только с Измененным, но и с людьми.
— Общение с людьми ничего хорошего не приносит, — предложение инструктора застало Леру врасплох, и она лихорадочно соображала, как ей, не обидев Милену, отказаться.
— Тем не менее, ты — человек. До тех пор, пока ты не станешь сама Измененной, вы будете по разные стороны черты.
— Почему? — удивилась Лера. — Измененные как раз могут объединять в себе и качества людей и нелюдей.
— А ты обладаешь только человеческими. И этого мало для того, чтоб быть на равных, — спокойно возразила инструктор.
Девушка задумалась, но ненадолго: в словах Милены, конечно, логика присутствовала, но она верила, что любовь способна преодолеть все границы.
— Любовь, — как всегда, Милена без стеснения прочла ее мысли, — если мы говорим об одном и том же понятии, сама по себе исключает наличие границ и желаний. А то чувство, которое ты испытываешь к Измененному: оно свободно от желаний? Или от границ? Достаточно ли тебе просто любить? Если да, то какая разница, где при этом ты будешь жить? Или желание видеть его сильнее?
— Ну, как-то ты все усложняешь.
— Нет, все усложняют твои ожидания. Вот море. Мы обе любим его, нам нравится смотреть на него, купаться, дышать его воздухом. Но мы не строим плот и не уходим в бесконечное плаванье. И мы не ждем, что море будет заботиться о нас. Мы от него ничего не ждем, улавливаешь разницу?
Разницу Лера улавливала, но проводить параллели и сравнивать Учителя и море не хотела. Да и зачем, если для себя она давно поняла, что именно Измененный наполнял вдохновением и смыслом ее жизнь. Бесспорно, магия тоже увлекала, но без Александра ее путь казался бы пустым.
— Солнце взошло, — не дождавшись ответа, сменила тему Милена. — Выходные закончились, пора возвращаться. Александр не в восторге от решения Совета, но, если ты скажешь ему, что хочешь видеться со мной, к тебе он может прислушаться.
— Хорошо, — согласилась Лера.
— У людей нет будущего в Ордене. Нас всех ждет путь Марты. Кого-то раньше, кого-то позже. Я боюсь смерти, но еще больше боюсь такого существования.
— Почему ты решила, что всех ждет такое же?
— Потому что Марта не единственная в поселении. И поселение не единственное.
— Тогда почему ты в Ордене?
Милена пожала плечами.
— Мы всего лишь ищем счастье. Для каждого оно свое, но общим является то, что все ищут что-то, что сделает их счастливыми, — задумчиво сказала она.
Солнце уже почти поднялось над морем, освещая золотистым светом прохладный с ночи песок; преломлялось в каплях росы на розовых кустах, наполняя радужным сиянием новый день. Лера поняла, что очень устала.
— Ты идешь? — спросила она у Милены, сидящей на деревянном шезлонге с прикрытыми глазами.
— Что? А, нет, иди, я побуду здесь еще несколько минут.
— Тогда, до встречи?
— До встречи, — инструктор опять прикрыла глаза и едва заметно кивнула.