Соломины

Глава 6

Зайдя в комнату, Лёша приблизился к кровати, на которой лежала жена, и поразился её бледному и изможденному виду, и не поверил своим глазам. Так мог выглядеть человек, болевший не один день, а месяцы. Сердце кольнуло острой жалостью, и весь он переполнился осознанием того, что тёща права - это именно он довёл Леночку. Он опустился на колени перед кроватью, взял руку спящей жены и поцеловал. Лена открыла глаза и в них вспыхнула радость:

- Алёшенька, ты? Ты сумел ко мне пробраться? Как я скучала по тебе, переживала, но помочь не смогла.

Алёша обнял ладонями её голову и прижался губами к щеке:

- Господи, Леночка, какая ты горячая. Ты заболела и это только моя вина, но я постараюсь всё исправить. Не бойся, теперь я от тебя не отойду ни на шаг, пока ты не выздоровеешь. Я и Алёшеньку с собой привёз. Ты только потерпи, родная, немного. Я сейчас схожу в аптеку за лекарством и буду с тобой.

Лена обхватила его за шею руками, прижалась к лицу и заплакала. Лёша замер в её объятиях, лишь успокаивающе поглаживал волосы. Постепенно Леночка затихла, только иногда прорывались всхлипы.

- Алёшенька, а мне приснился сон, в котором ты пытался добраться до меня, но у тебя не получалось и ты все время чуть не тонул в грязной реке. Я думала, что потеряла тебя.

Алёшка принялся покрывать поцелуями лицо любимой женщины.

- Никакой больше грязи и никогда ты меня не потеряешь. И я вас никуда с Алёшкой не отпущу. Ты только поправляйся, моя хорошая, и всё у нас наладится и будет по-прежнему.

Лена грустно усмехнулась:

- По-прежнему ничего уже не будет.

Алёшка прижал палец к её губам:

- Ты права, будет гораздо лучше. Я обещаю.

Он поднялся с колен:

- Ленусь, я недолго. До аптеки и обратно.

Лена посмотрела на него долгим взглядом, а потом прошептала пересохшими губами:

- Обещаешь?

- Обещаю.

Алексей шёл по улице в ту сторону, куда ему указала тёща. Уже потихоньку сгущались сумерки и постепенно зажигались фонари. Он довольно-таки быстро нашёл аптеку, купил, что было нужно, и шагал обратно, повесив голову и думая свои окаянные думы. А навстречу ему шла процессия: две женщины, небольшого росточка мужчина с ребёнком на руках и девочка лет пяти, которую держала за руку одна из женщин.

Когда процессия почти вплотную приблизилась к нему, Алексей поднял голову и обомлел. А компания ещё не обращала на него внимания. Они переговаривались между собой, решая какую-то проблему, потому как разговоры больше походили на ругань.

Но наконец-то они обратили внимание на застывшего столбом человека, что мешал их движению. А человек медленным взглядом окидывал всю разношёрстую компанию. Его глаза выхватывали всех по очереди, оценивая и узнавая или не узнавая кого-то.

Женщина, можно сказать, пожилого возраста, видно, что уже прилично за пятьдесят, если не все шестьдесят. Она держала за руку девочку, очень похожую на другую женщину, явно молодую. И если девочка с пожилой женщиной не были знакомы Алексею, то вот молодая женщина была не кем иным, как Нинкой. И Нинка эта, не ожидавшая столкновений с предполагаемым отцом её сына, да еще совершенно вдали от своего города, была в растерянности и даже испуге. Зажав рот рукой, она с ужасом смотрела вытаращенными глазами на Алёшку. А что Алёшка? А Алёшка никогда дураком не был и сейчас он всё понял, и с весёлым любопытством рассматривал мужчину с ребёнком, с его, Алёшкиным, ребёнком. И то, что мальчуган чем-то неуловимым похож на незнакомца, Лёха уловил вмиг. А ещё он заметил, что мужчина, хоть и был молод, выглядел крайне неряшливо. Грязные спутанные волосы, падали на лицо, а само лицо было отечным, со следами явного похмелья. Да и спортивный костюм, который был на нём, стирки не видал со дня покупки.

Ещё раз, окинув всех весёлым взглядом, Алексей усиленно думал, что же ему предпринять, как неожиданно заметил, что из глаз Нинки уже исчез испуг, и вся она как-то расслабилась. Тут Алексей понял, что если он не ударит первым, то слишком долго ещё будет исправлять то, что сейчас показалось возможным исправить.

И пока Нинка не опомнилась, он протянул руки к Игорьку со словами:

- Всё, Нина, хватит. Я забираю своего сына. Мало того, что ты уехала, ничего не сказав, так ещё и моего ребенка таскают чужие мужики. Еле узнал, куда ты уехала. Я соскучился по сыну, а ты вдруг свалила из города.

Он попытался взять Игорька на руки, но не тут-то было. Мужчина, страшно вращая глазами, молча стал бороться с Лёхой, не выпуская ребёнка из рук. А Нинка заверещала:

- Аааа, Тоська, зараза, мелет языком налево и направо. Она давно завидует мне, вот и выбалтывает всё налево и направо. Как приеду, все космы ей повыдираю шалаве.

Девочка заплакала и женщина, державшая её за руку, огрызнулась:

- Любашка, замолчи сейчас же. - И тут же повернулась к Алексею. - А ты, мил человек, с какого такого перепугу решил, что это твой ребёнок? И кто ты такой, и зачем приехал сюды?

А мужчина, наконец-то, сумел отбиться от Алексея и, прижимая мальчика к себе, вторил женщине:

- Вот-вот, кто ты такой-сякой? Припёрся незваным и ещё городишь ахинею.

Тут заплакал и Игорёк, видимо решил поддержать девочку, и потянул руки к Алёшке. Мужчина занервничал и начал отходить потихоньку назад:

- Мой это сын, мой, понял? Никому его не отдам, а ты катись, откель припёрся, а то сейчас к участковому пойду.

А Алёша наблюдал за Нинкой, стараясь подметить каждую мимику, выдающую её с головой. Женщина тоже повернулась к ней:

- Нинка, а ну быстро рассказывай, чё тут происходит. По какой такой причине этот человек объявляет себя отцом моего внука, а я и знать не знаю?

Тут у Нинки нервы сдали, и она заверещала на всю улицу:

- А знать не знаю, и ведать не ведаю чего ему от меня надо! А ты, мама, бери Любашку и дуй домой, мы тут и без тебя разберёмся.