Сага о Рождённом Землёй

Глава 11

Глава 11

«Не пристало воину гнить в сырой земле…»

...12 столетие до н.э.; 1256 год до н.э.; Фракия; Кавала…

Фракия выглядела иначе нежели страна Хатти. Это был маленький клочок земли,то ли горный, то ли степной, но Тин его увидел совсем не таким, каким представлял себе. Он с детства помнил Фракию, по ту сторону Золотого Рога его было видно хорошо. Мальчик думал, что вся Фракия это сплошной горный перевал, дикий, покрытый лесом, где живёт чужой, неизвестный и непонятный народ. Теперь Тин понял, что это не так. Оказывается во Фракии стоят города, и даже большие, не такие как Золотой Рог. Города из белого камня, с высокими стенами и башнями, почти как Троя… И говорили фраки на языке таком же, как и троянский.

Ладья быстро шла вдоль берега. Только крики чаек, да команды кормчего подгонявшего гребцов, мешали Тину наслаждаться чудесным берегом. Он рассматривал его долго, искал хоть что-то напоминающее родной край, но не находил. По другому тут казалось всё. Даже деревья другие. Жёлтые дюны выползали почти из моря и убегали вверх, вверх, покрывались соснами и кипарисами и вырастали горами, словно это были не фракийские берега, а совсем чуждая земля…

Тин молчал. Он ждал, когда наконец ладья пристанет к берегу и под ногами прекратится шатание. Мальчика даже тошнило, но виду он не показывал, гордо смотря в глаза бывалым матросам, которые порой его даже сторонились и вежливо с ним раскланивались, при каждом его слове.
- Да повелитель. Слушаемся, царевич Полидор, будет исполнено…

А царевич Полидор, он же Тин, просто опирал края бортов и смотрел вперёд. Он и не хотел ничего. Только бы быстрее пристать к долгожданному пирсу…

Кавала. Столица и порт. Большой порт, шумный. Тин таких никогда не видел. Он вообще, никогда не видел столько много кораблей и рыбацких лодий.

- Троянцы! Троянцы! - услышал мальчик с берега.

Ладья подошла совсем близко. На берегу приняли швартовый и подали трап. Он ступил на трап и сошёл на пирс. Двое воинов последовало за ним.

- Троянский царевич… они проиграли войну, но данайцы боятся и носа высунуть из своих домов ночью, - пополз шёпот молчаливой толпы вокруг…

Тин шёл молча, не обращая внимания ни на зевак, ни на шёпот, ни на какой то дивный трепет перед собой…

Навстречу вышел человек преклонных лет, с охраной. На нём была серебристая троянская кольчуга. Шлем он держал в правой руке. Левая рука лежала на рукояти спрятанного в ножны меча.

Тин остановился поравнявшись с человеком. Человек глянул на Тина. Их взгляды встретились.

- Ты и есть посланец от Мастарны? - спросил человек.

- А ты и есть Грамар, царь фраков? - переспросил Тин.

- Назови своё имя венценосный мальчик?

- Меня называют Тин. Отец, когда-то, мне дал другое имя, которое и привело меня в этот город.

- И какое же это имя?

- Полидор, сын Приама, царя хеттов, - ответил Тин, глядя в лицо человеку.

- Гм! Я Грамар, сын Бация, царь ильмеров, которых вы, хетты, называете фраками и фригами, брат жены твоего отца. Идём. Не пристало царевичу отдыхать в порту, на корабле.

Вся процессия направилась через город. Вначале портом. Потом улицей, пока не дошли до небольшого дома окружённого кирпичной стеной. Эта крепость не выдержала бы и одного единственного штурма. Все стены, высотой в два человеческих роста были довольно стары, с огромными трещинами, наспех заделанные то ли саманом, то ли глиной. За воротами этого ограждения был дворик с бассейном. Двухэтажный дом густо обвивал виноград. А вдоль стен росли высокие кипарисы.

Грамар повёл Тина в дом.

На втором этаже, прямо на полу был разложен ковёр, на котором расставили, явно к приходу гостей, семь блюд с кушаниями. По всей видимости Грамар ждал Тина.

Грамар указал на этот ковёр.

- Присядем, поговорим?

- Но я не вижу стола и лавок! - удивился Тин.

- В наших краях нет ни столов, ни лавок. Разве можно отдыхать сидя словно на коне? - усмехнулся Грамар.

Он присел около ковра. Тин последовал его примеру.

- Угощайся, Полидор, - сказал Грамар, - извини, но не могу называть тебя так, как тебя величают в твоей стране. Пусть это не оскорбит тебя.

Тин взял виноградную гроздь и начал обирать ягоды, кладя их в рот.

- Так чего хочет таинственный царь Мастарна, и кто он такой? - спросил Грамар, - говорят, что это есть сам Геркле?

- Нет, это не Геркле, - ответил мальчик, - Геркле давно убит в бою. А Мастарна это его сын.

- Он достоин своего отца! - спокойно сказал Грамар, - ох и здорово же задаёт этот мальчишка данайцам! Скажу одно, что даже сюда доносятся жалобные всхлипы этого хвастуна Одиссея. Если два года назад он, со своим сотоварищем Ахиллом хвалился, что в десять дней захватил неприступную Трою, то сейчас его пыл и бахвальство поостыли здорово. Ну, а чего же хочет победоносный Мастарна?