Злая ведьма просит о помощи

Глава дурмана

Как и говорила Кристина, за мной тоже пришли. Крёстные вызвали меня вечером, когда я уже готовилась ко сну. Стараясь не показать волнения, я покорно набросила на плечи мантию и двинулась следом за Ниной Тод, которая пришла проводить меня.

Зал заседаний крёстных находился на самом верху пансиона. Это была круглая комната с купольной витражной крышей. Солнечные лучи, проникая через витраж, рисовали на полу и всех предметах вокруг пёстрые картины подвигов крёстных: спасение от яда и вечного сна принцессы, наставление рыцарей, благословение наследников престола… учитывая сферы жизни, куда вмешивались крёстные, удивительно, что пансион не назывался монастырём. И существование церкви отдельно от крёстных тоже было удивительным. Впрочем, возможно, что это они существовали отдельно от неё. Возможно, когда-то давно у них просто не получилось подмять всё под себя, и они остались отдельной организацией.

За столом в виде полумесяца, тянущегося вдоль одной из стен, сидели крёстные. Кого-то из них я знала, как например Долорес Мисс или Каролину Кэррол. Кто-то был совершенно незнаком: я не встречалась с ними даже в коридорах. Посередине стола сидела пухлая сгорбленная старушка. Её стул был с самой высокой спинкой, верх которой венчали переливчатые стрекозиные крылья. Вероятно, она была здесь кем-то вроде Верховной ведьмы или Председателя крёстных. Одетая в серебристый плащ с капюшоном она напоминала не то фею из диснеевской Золушки, не то Амбридж из Гарри Поттера. Не то Веронику Степановну — мою бывшую начальницу, неимерзейшую тётку, которую в окружающих её сотрудниках не устраивало просто всё.

— Роза Лиддл, верно? — старушка сверилась с бумагами перед собой и посмотрела на меня строгим пронизывающим взглядом.

Я послушно кивнула, благоразумно опустив глаза. Не стоит здесь показывать свой характер. Лучше буду выглядеть запуганной, как и все в пансионе.

— Меня зовут крёстная Франческа. Я благословила принца Валентина при рождении и его отца на коронации в нашем королевстве. А также еще пятнадцать принцев и принцесс в соседних, привела семь правителей на престол, благословила всех королев и принцесс на рождение детей в округе.

Я снова кивнула, не совсем понимая, что сейчас происходит: она хвастается или представляется? Зачем хвастаться перед ученицей? И зачем рассказывать о своих делах, если просто представляешься? Упоминание Валентина неприятно кольнуло, но я не подала виду, притворившись, что внимательно рассматриваю пол у себя под ногами.

— Что ты можешь рассказать о последних событиях в пансионе? — Франческа сложила руки перед собой и оперлась на них подбородком, внимательно глядя на меня.

— Я только недавно вернулась, прошу прощения, не могли бы вы уточнить, что я должна рассказать? — осторожно ответила я, не представляя, что от меня требуется

Рассказывать о том, что всегда подозревала в Аманде ведьму глупо. Даже деревенские дети сказали бы, что она мало похожа на ведьму. Точнее, что совсем не похожа. Для любого обывателя предъявленные Аманде обвинения выглядели странно. Но, видимо, крёстные за что-то зацепились, и мне было нужно понять за что именно?

— Разве ты ещё не слышала новостей? — Франческа высоко приподняла брови, изображая то ли удивление, то ли недоумение.

— Слышала, — призналась я, потому что скрывать это было бессмысленно. — Но я не понимаю, как Аманда могла бы оказаться ведьмой. Она тихая, воспитанная девушка. У меня сложились о ней только хорошие впечатления. Поэтому я не понимаю, почему…

— А мы сейчас объясним, — заговорческим тоном пообещала Франческа, и у меня перед глазами как будто всё поплыло. «Чары! Вот же стерва», — успела подумать я, перед тем, как моё сознание погрузилось в какую-то негу. Я видела и осознавала всё вокруг, но как будто через мерцающий туман. Судьба Аманды, Лисии и моя собственная уже не волновали. Все страхи и беспокойство отошли на второй план, и я лениво наблюдала за происходящим вокруг, пребывая в полном блаженстве.

— Ну, что ж, приступим, — Францеска с довольным выражением лица откинулась в своём кресле. — Как тебя зовут?

«Наташа», — хотела ответить я, но тут меня весьма ощутимо как будто пнули изнутри. Я моргнула, и серебристый туман перед глазами немного развеялся, а в голове зашевелилась одна из извилин.

— Роза Лиддл, — произнесла я, пытаясь вспомнить, зачем мне столько имён. Но то, что здесь я была именно Розой, теперь я помнила отлично.

Франческа кивнула и задала новый вопрос:

— Где ты живёшь?

— Здесь, — уверенно ответила я.

— Нет, до этого? Где ты жила до этого? — раздраженно махнула рукой Франческа. — Переборщили, что ли? — пробормотала она себе под нос, но я услышала и замешкалась, не зная, на какой вопрос из трёх должна отвечать.

Изнутри снова пнули, и заработала вторая извилина. Памяти мне это не сильно добавило, но я хотя бы смогла понять, что последний вопрос предназначался не мне, а кому-то другому.

— В булочной, — ответила я и нахмурилась. Что я там делала в этой булочной? И нужно ли рассказать, где ещё до этого я жила?

— А куда ты ездила недавно? — спросила крёстная, которая сидела справа от Франчески. Она была мне незнакома, и я не знала её имени.

— К тётушке, — уверенно ответила я. А то, что тётушка была не моей и вообще тётушкой не была, важно или нет? Нужно ли мне дополнить ответ?

Я не успела додумать мысль и снова открыть рот, когда прозвучал следующий вопрос.

— Ты помнишь крысу на кухне? — Францеска добралась до тех вопросов, которые интересовали её больше всего, и даже чуть наклонилась вперёд, впиваясь в меня внимательным взглядом.

— Да. — Забудешь тут такое, конечно. Не каждый день перед тобой крёстные по столам прыгают.

— Ты видела её раньше? — взгляд Франчески стал алчным.

— Нет, — я ответила совершенно честно, потому что Кыся в виде крысы я до этого не видела никогда. И, кстати, почему Иолга назвала его Крысем? Он так и не ответил мне… Может быть, тут кто-нибудь знает?