Проклятие замолчавшей королевы

Глава 6. Вопросы и ответы

1

На этот раз мне всё же позволили немного отдохнуть. Иначе я бы рухнула в кресло и заснула прямо там, в общем зале, среди соперниц за внимание короля.

— Меня зовут, Марта, ярла Хильда! Ваша встреча с другими невестами будет вечером, в Малой гостиной, — произнесла горничная — девушка с блеклыми пепельно-серыми волосами и такими же невыразительными чертами лица.

Приставленная служанка сделала книксен и застыла в ожидании распоряжений. Я подумала, что, должно быть, она может стоять так целую вечность, не выказывая недовольства. И даже если бы я не обращала на горничную внимания, Альме было явно не по себе от того, что Марта не спешила уходить и молчаливо наблюдала за нами.

Кузина хмыкнула и, оторвавшись от разбора сундука с нашими скудными пожитками, разогнулась, скрестив руки на груди.

— А чьи вещи в шкафу? — неприветливо спросила она.

— Ваши, ярла, — скромно опустив глаза, обрамлённые бесцветными ресницами, ответила горничная, обращаясь ко мне.

В то время как я сама уютно устроилась в кресле и смотрела на огонь в камине, слушая её вполуха.

При других обстоятельствах я бы с удовольствием понаблюдала за словесным поединком между Альмой и новой служанкой, не признающей за моей кузиной право полукровки. Кузина привыкла к другому обращению: дома все считали, что она благородных кровей, хоть её мать и была всего лишь горничной Виленны. Здесь же это не имело никакого значения.

Однако и настраивать против себя Марту, наверняка призванную доносить о каждом моём слове, в первый же вечер я не могла.

Оторвавшись от созерцания огня, медленно лизавшего нехотя разгоравшиеся дрова, я как можно миролюбивее спросила новую служанку: — Где мне взять чернила и бумагу?

— Зачем такой красивой благородной даме подобное? Вы только испачкаете руки и платье, — уклончиво, но твёрдо ответила Марта, и я поняла, что моё положение в замке ничем не лучше участи пленницы, за которую рассчитывают получить хороший выкуп. — Давайте я приготовлю вас к ужину. Сделаю ванну и помассирую тело, усталость мигом уйдёт.

Взглядом приказав Альме молчать, я благодарно кивнула и постаралась не выдать своего раздражения порядками, принятыми в королевском замке.

— Приведи пока в порядок моё платье, — бросила я Альме, поднимаясь с уютного кресла. — То самое.

Девушка поняла меня, я видела это по её бесцветным глазам, в которых мелькнул злорадный огонёк. Кажется, она угадала правильно. Хотят лишить жениха, подсунуть новые тряпки, которые я обязана носить в знак лояльности правилам отбора? По крайней мере, последнее им не удастся. На приветственную встречу я вопреки этикету явлюсь в кроваво-красном! Пусть и наскоро доделанном платье.

***

Вечер начинался. Я чувствовала, как колотится сердце, пропуская удары, как кровь отливает от щёк, делая лицо ещё бледнее. Сейчас официально объявят начало отбора.

Это значит, что осталось пройти всего лишь пару-тройку испытаний, и можно с чистой совестью возвращаться домой, не опасаясь, что меня заклеймят как Мага со «спящими способностями». Подобных девушек мало кто решится позвать замуж, поскольку их потомство рискует родиться без Дара.

«Важно не вылететь в числе первых», — повторяла я всю дорогу до Малого зала, даже не оглядываясь по сторонам и не опуская головы. Спина ныла от напряжения, руки были стиснуты в кулаки, на лице блуждала лёгкая улыбкам — пусть думают, что я нервничаю из-за отбора и встречи с соперницами.

Ковровая дорожка закончилась, двустворчатые резные двери с голубоватым свечением распахнулись, и глаза резанул яркий свет.

— Ярла Виртанен, — громко объявил Оскар, в голосе которого я уловила удивление.

Чьи-то руки мягко подтолкнули меня в гостиную со светлым блестящим паркетом, в котором можно было увидеть своё отражение. Я беспомощно захлопала ресницами, стараясь удержать слёзы, выступившие на глазах от яркого света, и, чувствуя на себе чужие липкие и враждебные взгляды, вспомнила, что необходимо постоянно улыбаться.

Оскар подвёл меня к длинному столу и усадил на свободное место между двумя девушками. Этикет не позволял поднять глаза, пока не будет объявлена следующая и заговорить, пока не явится король.

— Ярла Ларссон, — наконец объявил Оскар следующую «невесту», и я получила право осмотреться.

За столом нас было десять. Все как одна красивы, и каждая выделялась по-особенному. Но сейчас мы смотрели только на вошедшую: высокородную блондинку с волосами цвета майского мёда, забранными в причудливую причёску по последней моде.

Она с достоинством села напротив меня и положила ладони на колени. Ничто в ней не выдавало волнения или нетерпения. Последняя девушка вынуждена будет сидеть неподвижно, смотря в пустую тарелку, пока Оскар не объявит королевский выход.

Мне было жаль бедолагу, но вскоре, по колким взглядам, беззастенчиво рассматривающим меня, я сделала вывод, что хуже всего придётся именно мне. Красное помолвное платье, тёмные волосы и глаза: я выделалась — я была вызовом всем прочим, дерзкой провинциалкой, посмевшей явиться на отбор из своей глухомани.

— Его величество Рагнар Третий, — объявил Оскар, разодетый не хуже барышни на выданье, и бросил мне ободряющий взгляд.

Мы поднялись и опустили головы. Слуги, стоявшие позади наших стульев, почтительно застыли. Само время остановилось, как и моё дыхание. В ушах зашумело, голова наполнилась мыслями о бегстве и в тоже время, предвкушением новой встречи. Вот буду дома рассказывать сёстрам, как побывала гостьей в Драгском замке и беседовала с Государем наедине! Опустив, конечно, кое-какие подробности. Например, постыдный обморок и угрозы короля лишить меня жениха. Я всё настойчивее убеждала себя, что это не более чем проверка. Пустое.

Гостиная наполнилась свежим ледяным воздухом и звуком твёрдых шагов. Резное кресло с высокой спинкой, на которой мастер искусно вырезал изображение королевской короны, издалека похожее на тончайшую паутину, заскрипело ножками по паркету.