Туда, где ты

Часть первая. Франция, 1673 год. Глава 1

- Клеменс, дорогая, попробуйте эти булочки, они просто восхитительны!

Моник де Жарр, моя компаньонка, аккуратно подцепляет пальчиками пирожное и отправляет его в рот, прикрывая глаза и издавая такие стоны, словно она находится на пике блаженства.

- Боже, за то, чтобы есть такие шедевры каждый день, не стыдно и в ад попасть за чревоугодие.

- Моник! – смеюсь я, легко ударяя её веером. – Аккуратнее с такими словами, сама же знаешь, если Анна услышит тебя, то ещё чего доброго сдаст самому кардиналу.

- Я не боюсь её, - легкомысленно сообщает де Жарр, - она только языком болтает, который у неё ядовитый, к тому же.

Качаю головой, надеясь, что она права. С моей сестрой, Анной Женевьевой де Леви-Вантадур, никогда не было просто. С самого детства она не подпускала меня к себе, хотя я как могла старалась сблизится с ней. Будучи младше меня всего на год, Анна делала вид, что у нас слишком разные интересы. Бесконечно пропадала в церкви и носила постоянно чёрное, глядя с укором на мои яркие платья, полностью соответствующие моде нашего времени.

Я была ревностной католичкой, так же как она, как и наш король, но не видела ничего зазорного в том, чтобы окружать себя красивыми вещами, которые позволял и даже обязывал иметь наш общий статус.

- Теперь я всегда хожу в эту новую пекарню «Дюсер», - продолжает щебетать Моник, - особенно, когда у меня плохое настроение. Как только кусочек их лакомства попадает на язык, мир снова наполняется яркими красками и ты буквально забываешь обо всём на свете.

- Пока ты окончательно не потеряла голову от этих сладостей, помоги мне собраться, пожалуйста. Сегодня бал и мне нужно успеть заехать к матери.

Моник тут же вскакивает, причитая как могла забыть о таком важном событии и тут же утягивает хохочущую меня наверх.

Сегодня особый приём, моё платье из голубой парчи, разрезано по бокам и поднято так, чтобы была видна нижняя юбка из тончайшей ткани с золотыми нитями на швах. Лиф платья с четырёхугольным вырезом зашнурован китовым усом и украшен камнями.

Мои золотистые волосы Моник убирает по последней моде в сложную причёску ла Фонтань, поддерживаемую проволокой с которой ниспадают богатые кружева.

В корсете крайне тяжело дышать и я радуюсь тому, что моя фигура и без того считается более чем стройной, как удаётся сохранять сознание в этом более пышным девушкам, я даже представлять не хочу.

Покои моей матери, Шарлотты де Леви-Вантадур находятся совсем рядом с королевой Марией Терезией при которой она состояла фрейлиной. Вечно окруженная мужчинами, моя мать блистала при дворе, её считали одной из главных красавиц и какое-то время приписывали любовную связь с самим королём. С моим отцом она рассталась буквально сразу же после рождения Анны, в чём по правде говоря, я не могу её сильно винить.

Луи Шарль де Леви,герцог Вантадур, был известен при дворе своей отталкивающей наружностью и распутным поведением. Помимо того, что он изменял моей матери с самыми непотребными девицами Франции, он был большим охотником до выпивки и не гнушался побоями. Шарлотта бежала от него в Версаль, оставив нас с Анной на попечение нянек. Отец же и вовсе не обращал на нас внимания, лишь изредка приезжая в фамильный замок, где мы росли. Не могу сказать, что сильно скучала по нему, по правде говоря, я была скорее рада, что наши встречи редки, никакой духовной близости с отцом я не находила.

- Моя красавица! – мама бросается на встречу, заключая меня в объятия. Она сегодня в платье из золотой парчи, обильно расшитым лентами и кружевом. – А где твоя сестра?

Я делаю неопределённый жест рукой. Врать мне не нравится, но и правду говорить о том, как Анна громко фыркает и начинает креститься при упоминании балов тоже не хочется.

Шарлотта, однако, быстро о ней забывает, придирчиво оглядывая меня и мой наряд:

- Тебя однозначно пора выдавать замуж, пока распустившийся цветок не пожух и не скукожился.

- Мама!

- Что, «мам»? – возмущается она. - Тебе восемнадцать, Клеменс! В твоём возрасте у меня уже двое дочерей было, а ты продолжаешь выбирать супруга! Попомни мои слова, скоро на твоё место придут молодые родовитые красавицы, а ты одна останешься.

Воспитанные дамы не закатывают глаза, поэтому я сдерживаюсь. Но она права, мне давно уже следовало быть замужем за каким-нибудь высокородным дворянином, вот только моим родителям было не до устройства моей личной жизнь, так как они были больше заняты самими собой.

Однако сейчас, мать похоже всерьёз увлеклась этой идеей, перебирая всех свободных холостяков в своём окружении.

- Герцог де Коссе!

- Мама, ему же сто лет!

- Всего пятьдесят, ну может чуть больше, зато его земли! Ладно, - вновь задумчивый вид, - я знаю! Граф де Сен-При!

- Мама, умоляю! Когда с ним танцуешь, то чуть ли не теряешь сознание от запаха изо рта!

- Господи, да тебе не угодишь! Клеменс, пойми, что брак это лишь сделка, для того, чтобы продолжить свой род и преумножить состояние! После рождения наследников сможешь чаще бывать при дворе, вести такой образ жизни, какой захочешь. С этой точки зрения даже лучше выбрать супруга на много старше. Станешь вдовой – обзаведёшься молодым любовником, никто и слова не скажет.