Я обязательно вернусь

Глава 23

— Умеешь ты жить красиво! — Никакого умения у меня нет, а обыкновенное желание жить по-человечески...

Мастер и Маргарита.

Итак, как уже говорилось ранее, мы решили незамедлительно переехать в только что купленный отель.

Он казался нам с сеньором Рикардо безопасным и более надёжным, учитывая последние события, произошедшие в нашей жизни.

Сделать это мы решили по воде, считая этот способ передвижения более удобным в нашем случае. Такое чувство, что в Париже Сена была повсюду.

Отправились на барже, на противоположный берег этой огромной реки, взять внаём широкую лодку, на которой можно было перевести все вещи и людей было несложно. Мне очень нравились речные прогулки.

С нашего маленького парома можно было неспешно рассмотреть город, увидеть некоторые достопримечательности под неожиданным углом. Мы проплывали под парижскими мостами, каждый из них имел свою необыкновенную историю.

Не верила глазам своим: эмоции переполняли душу. Париж…Средневековье…

Спустя какое-то время вдали показался Лувр — пристанище королей. Сначала был виден павильон Флора, с реки, конечно, не был виден весь дворец, во всём его великолепии, только его часть – крыло Денон, но как же хотелось попасть в это здание, которое в далёком двадцать первом веке станет одним из самых грандиозных музеев в мире и всё рассмотреть.

Возможно, когда-нибудь мне представиться и такая возможность. Я мечтала, как пройдусь по галереям, в шикарном наряде…, может быть, это будет светский приём, я слышала во дворце, в саду цветут просто необыкновенные розы. Градус настроения поднялся, уже не казалось, что всё так безнадёжно и сумрачно в нашей жизни, как утром. Нас с детьми ждало уютное жильё, в котором в скором времени мы устроим по-своему семейный уют и быт.

Мы подплывали ближе к нашему временному убежищу, мне казалось, что оно опустело и выглядело совершенно безжизненным, очень тревожно стало на душе.

Какие качели в настроении, я и позабыла, с чем они связаны. Эти сложные женские дни…

Дон Рикардо помог ступить на берег, побежала к дому, к окну на кухне и громко стукнула два раза по стеклу, как было условлено. Через некоторое время открылась тихонько входная дверь, я бросилась в объятия к Мари-Энн.

- Так тихо в доме, что случилось? – спросила тихо.

- Кто-то стучался недавно в двери, мы не открыли, дети спят, – девушка была напугана.

- Всё правильно, молодцы, что не открыли. Переезжаем, собирайтесь. Берём всё самое необходимое и ценное. Внизу баржа ждёт.

Мы как тени скользили по дому, не зажигая свечи, не раздвигая портьеры. Собирались, и на ходу перекусывали с сеньором Рикардо остывшим обедом. Все остальные уже пообедали и конечно, для них ожидание тянулось мучительно долго. И ещё этот стук в дверь, который всех напугал. Даже думать не хотелось, о том, кто это мог быть.

Затем спускались к барже, в плащах с покрытыми головами, с закутанными в тёплые одежды детьми. Мэри – Энн с сеньорой Пломмией ждали, держа на руках спящих близнецов, сидя на лавках.

Мы сделали несколько ходок, перенося необходимые вещи. Из дома забрать старались как можно больше, мужчины переносили объёмные сумки, чтобы в следующие дни им ни было так хлопотно с переездом. Хотелось оставить только крытую телегу с прицепом, для дальнейшей транспортировки к отелю.

Погрузились и собрались, уже было отплывать, как, обернувшись посмотреть в последний раз на дом, который нас приютил, в стороне я увидела сгорбленную фигуру человека, мужчины, которая лежала практически в кустах, уходящих в реку, на влажной и холодной земле. Мужчина же был, на мой взгляд, очень легко одет. Это могло закончиться тяжёлой простудой для незнакомца. Указала на него виконту, он нахмурился.

Сеньор Рикардо с охранной отправились проверить лежащего человека. Обратно в плаще они волокли бездыханное чьё-то тело, мы с женщинами, с тревогой смотрели на происходящее.

Ужас накрыл меня, когда они положили на дно баржи нашего кузнеца Вейлра. Я бросилась к нему, он еле дышал, стала по капле вливать тёплую воду в рот из захваченной с собой бутыли. Его трясло, словно в лихорадке.

- Месье Вейлр, пожалуйста, посмотрите на меня, – звала его потихоньку, скинула свой плащ и укрыла. Мне казалось, он приходит в себя.

Кто-то из охраны подошёл и дал мне в руки флягу со спиртным, и ещё меня укрыли тёплым одеялом. Также одеялами дополнительно покрыли кузнеца. Я потихоньку влила несколько капель самогона ему в рот. Растёрла ледяные руки, а потом и грудь мужчины, чудо- средством, ноги его укутали плащом. Раздался кашель, а потом Вейлр приоткрыл веки:

- Вы нас так напугали месье, не делайте так больше, я ждала вас, - сказала тихо, вглядываясь в серые с голубизной глаза.

– Ничего не говорите сейчас, всё расскажите потом, выпейте вот ещё, а этим запейте, – мужчина выполнял всё, что я ему предлагала сделать, а затем прижался к моей руке щекой, по которой потекла, скупая мужская слеза. Я же, подняв лицо к небу, смотрела в такую далёкую и прекрасную синеву, парижского неба и спрашивала:

- Господи, ну почему так тяжела сия ноша, почему за нас страдают ни в чём не повинные люди - все молчали, графиня тихо всхлипывала.