Наследник чужого рода

Пролог

Отчаянье гнало вперёд. Тёплый свёрток у груди не давал остановиться или повернуть назад. Выхода нет. Остаться означало бы потерять самое дорогое, что у меня есть — сына.

Я продиралась сквозь густую листву окончательно убеждаясь, что заблудилась. Этого и следовало ожидать. Непроглядная ночь. Пусть я скрываюсь здесь полгода, но в такие дебри никогда не заходила понимая, что без помощи не выйду.

Сын заворочался, недовольно покряхтел.

— Спи, мой хороший, спи, — поправила сползшее с головки одеяло, крепче прижала к себе, легонько поцеловав. — Я тебя никому не отдам.

Сколько я бегу? Посмотрела наверх, но густые ветви надёжно скрывали луну.

Я же ничего не хотела, ничего не просила. Сбежала, чтобы никто не узнал о моём позоре.

Наивная Эмелисса, думала, подарила себя Гаррету, чьё имя сладко сжимает сердце в предвкушении. Глупая Эмелисса. Он даже не знает меня и никогда не смотрел в сторону безродной сиротки. Чудовищная ошибка, жестокая месть ни за что обрушились утренней горечью осознания. Надменный смех до сих пор звенит в ушах, рвёт сердце в клочья. И только бесценный дар, в моих израненных в кровь руках, даёт силы жить и надеяться на лучшее. Мой маленький Адаир. Ради него я готова на всё.

Неожиданно ветви расступились, выпуская меня на широкую поляну. Здесь можно дождаться утра и по светлому найти нужную дорогу. Больше бежать не могу. Мне надо отдохнуть.

Стоя в центре освещённой поляны успокаивала сбившееся дыхание. Вздрогнула, услышав хруст за деревьями. И ещё один. Оглянулась, но никого не увидела. Вновь ломается сухая ветка, низкий, утробный рык дополняет его.

Ой, мамочки.

Я знаю кто это и всё равно не могу поверить, что сбежав от одного зверя, угодила в лапы к другим.

Крепче прижимаю сына к груди, медленно отступаю. Ищу куда бы спрятать ребёнка, но ничего подходящего не вижу. Волки осторожно выходят под свет луны, слегка пригибая морды, скалясь.

Мне не спастись и сына спрятать некуда.

— Неприятная встреча, неправда ли? — голос ненавистного мне человека издевался.

Теперь понятно почему волки не спешили нападать. Гардар сильнейший маг в городе, одно движение руки и от волков только пепел останется. Это я слабенькая магичка, которой нечего противопоставить хищнику.

Насмешка судьбы тот, кто играючи разрушил мою жизнь сейчас может её сохранить. Если захочет.

— Что-то ты не сильно разговорчива сегодня, Эмелисса. Страшно?

— Мне? Да, — я слежу и за мужчиной стоящем в тени, только кипенно-белая рубашка выделяется в темноте, и за волками.

— Правильно. Хоть на это ума хватает.

Вести светские беседы мне совсем неинтересно, но и просить этого зверя так же бесполезно, как и волков.

— Отдай сына и я спасу твою никчёмную жизнь.

— Никогда!

— У выброшенной сиротки гордость?

— Я не отдам вам моего сына.

— Нашего, — он поморщился, словно кислого выпил. — Он мой наследник. Древо рода выпустило новую ветвь. У тебя нет выбора.

Волки в нетерпении переминались, поглядывали на Гардара, постепенно приближаясь ко мне.

— Я не отдам своего сына, — от страха тряслись поджилки, но я скорее умру, чем, как родители, откажусь от своего ребёнка.

— Ну как знаешь, — он пожал плечами и отвернулся, делая шаг.

Волки поняли, что сильнейший разрешил охоту и кинулись ко мне. Прижав сына к груди, упала на колени закрывая его собой, пряча в коконе рук. Остаётся надеяться, что Гардар всё же спасёт моего мальчика.