Год без Табакова. Марина Зудина — об артисте и реформаторе

Сложно писать о человеке, с которым была рядом со студенческой скамьи, любила и которому обязана всем хорошим, что было, есть и будет в моей жизни. Сейчас я жалею о том, что о многом не успела спросить Олега Павловича. Не было необходимости. Зачем спрашивать, ведь мы ощущали, думали, оценивали какие-то события, поступки людей почти одинаково. Очень часто смеялись, но могли и молчать, прекрасно понимая друг друга без слов.

О чем бы спросила, будь у меня такая возможность сейчас? Наверное, хотела бы узнать, что он на самом деле чувствовал, когда предавали и когда разочаровывался в людях. Он никогда и ни с кем этим не делился. Переживал молча. А после опять шел с улыбкой вперед. Олег Павлович никогда не терял веру в людей.

Табаков принадлежит к великому поколению шестидесятников. Это было уникальное время, взлет, расцвет. Об Олеге Павловиче не зря говорят — человек эпохи Возрождения. А Андрей Вознесенский называл его Моцартом своего поколения. Есть люди, которые опережают время. Таким был Табаков.

Наблюдая за тем, как он живет, как думает, как поступает, мы, его ученики, хотели быть такими же, как он. Он не просто обучал нас профессии. Общаясь с ним, мы становились лучше. Олег Павлович формировал нас. Когда мы повзрослели, он стал для нас не только учителем, но и другом.

Думаю, реально оценить то, что Олег Табаков сделал для развития современного театра, мы сможем спустя годы. Я не знаю другого такого человека, кто бы воплотил в реальность столько глобальных проектов. Начав с угольного подвала на Чаплыгина, который стал всем известной «Табакеркой», он построил для своего театра еще и новое здание на Сухаревской площади. Его стараниями появились огромные декорационные мастерские на Ижорке. Табаков провел реконструкцию МХТ имени Чехова, начал строительство филиала Художественного театра на Коломенской. Олег Павлович восстановил и содержал могилы мхатовцев на Новодевичьем кладбище. Ему важно было сохранять память о тех, кто учил, был рядом, тех, кто был до него.

Долго и сложно он пробивал установку памятника Станиславскому и Немировичу-Данченко. Искал на него деньги. Теперь памятник стоит в Камергерском переулке рядом с театром, который они основали. После своих спектаклей Олег Павлович всегда клал к нему цветы. А во дворе «Табакерки» он установил скульптуры великих российских драматургов Розова, Вампилова и Володина. Табаков считал, что они дали возможность родиться очень многим режиссерам и актерам.

Помимо актерского, режиссерского, продюсерского таланта, у Табакова был дар озарять солнечной энергией всё вокруг себя. Об Олеге Павловиче говорили — не звезда, а планета! Виктор Розов правильно называл его: человек, проглотивший «атом Солнца». Когда Олег Павлович входил в театр, было ощущение, что вокруг него становилось светлее. Такой дар был у него от Бога. Всё, что он задумывал, было обречено на успех. К нему тянулись люди, его любили.

Но главным своим достижением он считал открытие театрального колледжа для одаренных детей, строительство здания для которого тоже его заслуга. Лет тридцать Табаков мечтал о нем. Ему было принципиально, чтобы актерское образование начиналось лет с 14. Он говорил так: «Девица Ермолова дебютировала в 16 лет, девица Яблочкина — в 15. Начинать надо как можно раньше». Талантливых ребят Олег Павлович искал по стране вместе со своими учениками. А затем привозил их в Москву в колледж, где дети жили и учились профессии совершенно бесплатно. Многие из них сейчас работают в Табакерке, в МХТ и других театрах.

Уникальность Олега Павловича еще и в том, что он был очень молод душой. Надо обладать колоссальным чувством внутренней полноценности, смелостью, чтобы в зрелом возрасте принять технику сдержанного актерского существования, предложенную ему режиссером Константином Богомоловым в спектаклях «Год, когда я не родился», «Чайка», «Юбилей ювелира». «Дракон» — их последняя совместная работа и последняя роль Табакова. Для меня этот спектакль очень метафоричный и чувственный. В нем Олегу Павловичу режиссер наконец-то разрешил хулиганить. «Костя, можно я выйду с пластиковой бутылкой?» — как-то предложил Табаков. «Выходите». — «А можно я буду стучать ею?» — «Стучите!» Для Олега Павловича «Дракон» был праздником. А кто-то из молодых критиков восторженно назвал его в этой роли хипстером.

Я как-то спросила Олега Павловича, чем ему больше всего нравится заниматься: руководить театром, ставить спектакли, преподавать или играть на сцене? Не задумываясь ни на минуту, он сказал: «Играть на сцене!» Прежде всего, он был артистом — уникальным, ярким, неповторимым.

В современной режиссуре Табакову что-то могло больше нравиться, что-то меньше, но он понимал: без этого не будет дальнейшего развития театра. Поэтому не боялся экспериментировать. Мне кажется, что если бы основатели Художественного театра Станиславский и Немирович-Данченко жили в наше время, они бы так же, как Олег Павлович, убрали букву А из названия, оставив только МХТ. Интересовались бы больше современными авторами. Как в свое время — Чеховым и Горьким.

Думаю, где-то там Станиславский, Немирович, Ефремов и Табаков все-таки встретились. Они наверняка выпили, посмеялись, поговорили и поставили спектакль, используя экраны, подзвучку, концептуальную сценографию. Вот это и есть по-настоящему молодой и современный театр.