Вернуть Искру

Глава 10

Мягкий солнечный свет пробился сквозь сомкнутые веки. Носа коснулись запахи свежей травы. Рядом кто-то жужжал, занимаясь своими маленькими делами, не обращая на Тиану никакого внимания. Распогодилось. Солнце приятно согревало кожу. День вообще выдался на редкость чудесным для этой холодной осени. Губы тронула улыбка, в голове всплыли воспоминания, огромной тёмной волной смявшие покой и умиротворение. «О, боги!» - Тин рывком села, затравленно озираясь по сторонам. Сердце заколотилось. Рядом из травы степенно поднялся потревоженный жук, спеша убраться подальше, сердито жужжа крылышками. Вроде никого. Только нежные звуки векового леса. Сколько же она здесь провалялась? Солнце почти в зените, а сколько помнит, пока бежала, было ещё темно. Полдня, не меньше. Неужели удалось? Потеряли след и бросили? Или нет? А если рыщут где-нибудь рядом? В груди опять тревожно застучало. Ещё раз осмотрелась. Прислушалась - вроде тихо. Робко встала на ноги и сделала шаг. Всё тело болело. Мантии мага не было. Когда-то белая блузка теперь была непонятного грязного окраса, состоявшего из множества пятен цвета земли и травы, красуясь многочисленными прорехами и оторванной пуговицей. Штанам повезло больше. Слава Павшему, что походные штаны боевого мага делают из кожи, а не из тряпок, как всё остальное. Небесные сапожки тоже утратили своё сходство с прозрачной голубой высью, но хотя бы остались целыми. Руки и лицо покрывали ссадины, соревнуясь в количестве и размерах только с синяками. «Хорошо, хотя рядом никого нет» - подумала девушка. Мысль, очутиться в таком виде среди людей показалось более страшной, чем остаться в лесу одной.

Понять, с какой стороны она прибежала, так и не получилось, впрочем, как и определить с какой стороны Север, а с какой Юг. Да и в какую сторону её могли увезти эти два подонка, тоже известно не было. Кричать побоялась. Конечно, ищут. Цер точно будет искать, но кто знает, где он её ищет? А бандиты знают хотя бы, в какую сторону она побежала и уж если ищут, то где-то рядом. И Тиана просто пошла, куда глаза глядят, надеясь только на то, что ей повезёт.

Стемнело. Но стать на ночлег негде - вокруг только лес. Ни дерева с большим дуплом, ни пещеры. Не ложиться же просто в траве? Всё равно на открытом месте уснуть не сможет. Решила идти, пока не найдёт укрытие, или пока не повалится без сил. В ночном лесу было страшно. Каждый замшелый пень казался лютым зверем, за тёмными кустами мерещились притаившиеся бандиты, а выскочившая с громкими криками из-под ног птица, едва не отправила к праотцам. Тиана успела тысячу раз проклясть и тот день, когда согласилась на эту авантюру, с подменой брата, и странную хворь, его скосившую, да и самого несносного братца, который, похоже, нашёл способ как от неё избавиться. Дошла до того, что сейчас была бы готова расцеловать любого воина, который бы её здесь нашёл. Пусть это будет даже ни Цэр и ни кто-то из его бойцов. Пусть даже тупоголовый латник. Да хоть мерзавец Транкут лично, только бы нашёл. Есть хотелось страшно. Даже жажда ещё не смогла заглушить голос пустого желудка. Нос уловил новый запах. Совсем слабый, но очень знакомый. Точно, пахнет дымом. Где-то жгут костёр. Потихоньку, стараясь как можно меньше шуметь, двинулась против ветра. Запах постепенно усиливался, а скоро вдалеке забрезжил и слабый свет. Не успела обрадоваться, как сердце ёкнуло – «А если бандиты?». Долго смотрела на далёкие отсветы, затаившись в кустах, не решаясь двинуться дальше. Но желудок напоминал о себе всё настырнее, а нос давно уловил в горьком запахе дыма и тонкие нотки чего-то жареного. От холода тело начало пробегать мелкой дрожью, и Тин решилась – «Будь, что будет, но уж лучше попытаться подобраться ближе и хотя бы послушать, чем сгинуть посреди этого леса от холода и голода». Опустилась на четвереньки и поползла на свет, чувствуя себя кошкой, крадущейся к хозяйскому столу. Десятках в трёх шагов от костра раскинулись пушистые заросли, за которыми и спряталась затаив дыхание, вслушиваясь в ночные звуки, но ничего нового, кроме богатырского храпа, до её ушей так и не донеслось. Страшно было до дрожи в коленях, но запах жареного мяса буквально сводил с ума, заставляя забыть обо всём. Даже о собственном страхе. Круг света медленно приближался. Девушка аккуратно выглянула из-за дерева и обомлела. На поляне, у почти прогоревшего костра, безвольно уронив голову на грудь, сидело огромное, полуголое существо, с ног до головы перевитое буграми мышц, с кожей зеленоватого оттенка. «Орки!» - едва ни вскрикнула, вспоминая картинки из книжек по землеописанию в академии. Рядом, на земле, валялись ещё две такие же фигуры, оскалившие во сне огромные клыки и беспрестанно храпящие так, будто отгоняли своим храпом ночных хищников. Из учебного курса удалось вспомнить, что орки условно дружественная раса, с которой есть даже относительно регулярная торговля и, вроде, после разгрома Рэррика Свирепого и священного карательного похода, выжегшего половину Дикой Степи, со степным народом даже был заключён мир, который держится и по сей день. Но, учитель не раз говорил что, не смотря на прошедшие столетия, настоящего доверия между народами так и не появилось. Кроме того, Степь разобщена и правят ей несколько крупных кланов, но более мелкие роды часто и отступают от договора, выбираясь на грабёж к дорогам. Да и одиноким путникам оркам лучше не попадаться. Закон у них простой и по сути всего один – «Кто сильнее, тот и прав». Всё остальное, его производные. Единственное, что любое бесчестие всегда карается смертью: хоть бы ты украл, хоть обманул, хоть предал. И тем, кто струсил в бою, покрыв себя позором, прощения тоже нет. Но таких просто изгоняют из племени. Да и в другое племя труса тоже не примут. Такие тоже часто сбиваются в небольшие шайки и добывают себе пропитание боевыми топорами. В общем, вне людских городов, советовал мастер держаться от орков подальше. Даже не смотря на то, что магов они уважают и побаиваются. Но мясо! Целый кусок жареного окорока, лежавший в двух шагах от так удачно задремавшего часового. Если очень тихо подобраться и стащить немного еды, орки наверняка не обидятся. Тиана сглотнула вязкую слюну, обильно скопившуюся во рту и крадучись, замирая после каждого шага, направилась к костру. Зеленокожий по-прежнему сидел, держась двумя руками за упёртый в землю огромный боевой топор, безвольно уронив голову. Ещё шаг и ещё и ещё один. Вроде никто не шелохнулся. Наклонилась, вытягиваясь всем телом вперёд, протягивая руку к такой близкой добыче, как орк с рёвом взлетел на ноги, замахнувшись своим жутким оружием, впившись в неё безумными глазами. Тин отлетела в сторону, завизжав так, что зеленокожих громила так и застыл с занесенным над головой топором, подавившись собственным криком. Их взгляды встретились, а в следующее мгновение девушка сорвалась с места, бросившись прочь. Орк тоже опомнился, и вновь заревев, кинулся следом. В три прыжка огромных ног догнав беглянку, подхватил за талию страшной лапой и зажал подмышкой. Зажатая как в тисках девушка затрепыхалась выдернутой из воды рыбой, пытаясь молотить кулачками по зелёной ноге, казавшейся деревянной, когда хватка внезапно ослабла, выпуская её на волю. Девушка плюхнулась в траву, едва успев подставить руки, а зеленокожий бугай заревел. И заревел так, что поджилки затряслись, а тело сковало страхом, подавляя волю, не давая даже пошевелиться. В голове поселился ужас, сквозь который пробилась догадка - «Наверно это и есть боевой клич орков, о котором писали в книгах». Повернула голову и увидела короткое копьё, торчавшее из плеча громилы. Поднялась на негнущихся ногах и, спотыкаясь, бросилась вперёд, налетев на кого-то мелкого и противного, из пасти которого дохнуло смрадом, сбив его с ног и повалившись следом. Попыталась отползти в сторону, но чья-то маленькая рука крепко вцепилась в лодыжку. Рывком перевернулась на спину, успев с маху засадить носком сапога по занесённому кулаку, выбив из него что-то, отлетевшее в кусты. Существо прыгнуло прямо с земли, тут же оказавшись верхом на девушке, сжав горло костлявыми пальцами, довольно хрюкая себе под нос. Заклинание опять пронеслось в голове автоматически, а правая рука взлетела, упёршись указательным пальцем в нос противника. В ушах громко треснуло, а вокруг на мгновение стало светло от малой молнии, вырвавшейся из затылка маленького уродца, прошедшей сквозь ушастую голову насквозь. В память впечаталось уродливое лицо гоблина, с навечно застывшей на нём злорадной ухмылкой и кривыми грязными зубами. Пальцы на горле разжались, позволив, наконец, вздохнуть. Тиана закашлялась, переворачиваясь набок, а в двух десятках шагов ревел боевой клич орков, звенело железо и на все лады визжали гоблины.