Твоя Мэри

Глава двадцать пятая

ГЛАВА V

Валентин Тарасов:

— Относительно недавно видел в каком-то блоге в Интернете обсуждение одно, то ли студенты, то ли школьники. Это про то, почему с нынешних музыкальных каналов пропали передачи, типа «Позорная десятка», «Двенадцать злобных зрителей» и так далее. Уж не потому ли музыкальные каналы окончательно скатились в хлам?

На самом деле, это уже давно не секрет, у этих передач была обратная сторона. Заключалась она в том, что даже обвинение в отстойном исполнении или отстойном стиле каких-либо музыкальных коллективов тоже приводит к рекламе последних. Как это работает? Начнем с того, что антиреклама в принципе запрещена законом о рекламе.

— А обвинение в пошлости конкретного музыкального бренда, попытки этот бренд задавить, прямые призывы не покупать их — законом не определяются, как антиреклама?

— В интерпретации права, антиреклама — это оплаченное сообщение, призывающее не покупать что-либо. Разработка и размещение в СМИ материалов перед словом «антиреклама». Это не может себе позволить ни одно средство массовой информации, иначе бы помимо рекламы, передачи прерывались бы антирекламными блоками. Обвинение в пошлости не дотягивает, это всего лишь критика. Передачи о которых мы говорим являются подложкой для рекламы, следовательно, в документах ничего об антирекламе не сказано, формального нарушения закона нет.

— Но ведь всегда различалась формальная и неформальная сторона. Почему это поднимало продажи?

— Продюсеры делали ставку на одну аудиторию из двух. Соответственно, первые, которые верили в заглавие, что эту музыку действительно покупать не стоит, и вторые. Это всякие школьницы, которых разжалобила критика, мол, они же старались, а их так опустили, пойду-ка поддержу их проект. Все это действительно работало по такой схеме. Телевизор стоит не только у тебя и не только у меня, такая школьница была далеко не одним человеком. Некоторые музыканты, которые были абсолютно никому не известны и не нужны сейчас гордо именуют себя звездами и даже суперзвездами. Они забыли как были как бы полным отстоем? Это даже неочевидно, но целевой аудиторией таких программ на самом деле являлись люди, которые почему-то хотят купить отстой.

— А почему они выбирали такой способ рекламы? Это дешевле или проще, чем скажем участие в каком-нибудь, ну, хотя бы региональном музыкальном конкурсе?

— Разумеется, но дело не только в этом. Дело в том, что и на клипе можно сэкономить. Необязательно создавать что-то уникальное, придумывать сценарий. Покупаем права на того же «Гарри Поттера» — создаем из этого нарезки под песню, называем это профессиональным клипом. Все равно же это, как бы полный отстой, ну, и зачем тогда стараться что-то делать? При этом найдется школьница, которая с пеной у рта будет доказывать, что создавать такие клипы — тоже надо уметь. Может, потому что сделать что-то более серьезное прежде всего ей самой не под силу?

— Почему сейчас пропали эти передачи? Усовершенствовали законодательство?

— Нет, в наше время обвинение в отстое — это медиавирус. Все это дело имеется в блогах и социальных сетях в Интернете, никак не зависимых от музыкальных продюсеров. Этот пиар и раньше был дешевле участия в тех же конкурсах, сейчас на него вообще не нужно ничего тратить, халява. А насчет законодательства — нет, дело не в этом. Иначе красная кнопка от Пугачевой тоже, возможно, являлась бы антирекламой, — смеется. — Выбирают это, конечно, не музыканты, а продюсеры, менеджеры. Такой пиар по моему, не продюсерскому мнению вроде азартных игр. Совершенно необязательно, что он приведет к взлету популярности, хотя вполне и может. Поскольку продюсер никому ничего не платил, а пустил все на самотек, то и никто не может гарантировать результата такого продвижения. Лучше все же добиваться популярности реальным талантом. Не попыткой назвать самого себя отстоем и ждать разжалобившихся, не попыткой скандалить с общественностью, что тоже любят не меньше первого, и даже применяют куда чаще.

В конце концов, нужно определиться, кто ты — то ли музыкант, то ли общественный деятель. Я всегда считал, когда ты делаешь что-либо — не нужно говорить, чем ты занимаешься. Люди должны видеть готовый (ком: лишний пробел) результат, а не обещания. Кроме того, углубившись в обещания, посвятив обещаниям слишком много времени, начинаешь хуже делать то, что ты и так знаешь.

— А что насчет самоиронии?

— Марина стала известной далеко не только за счет самоиронии, а вот спуститься с небес не каждому дано. Мне кажется, есть разница между звездами, которые раньше были отстоем, а сейчас будут обижаться, если к ним обращаются или про них пишут материал без приставки «супер» в слове «звезда» или даже просто без слова «звезда».

— Раз уж мы заговорили о законах, то в свете недавних событий, что скажешь по поводу так называемой «нравственной» чистки на эстраде?

— Ни о какой «чистке» говорить не приходится. Даже единичными наездами это назвать сложно, потому что никаких серьезных убытков еще никто не понес. Имеются лишь неумелые попытки запугать людей, не более. Напомню, я музыкант, а не общественный деятель. На кого спишут все грехи завтра — неизвестно. Просто есть такой тренд — виноваты то режиссеры ужастиков, то музыканты, то еще кто-нибудь. А ошибок из-под своего носа стараются не замечать.