Кроха-секрет леди из трущоб

Глава 4.1

Этим я беззастенчиво пользовалась, отказываясь напрочь ехать со всеми на воскресные собрания в местном храме в Грейт-Ярмуте. Ведь ничего о таинствах и вероисповедании протестантов я не знала, только и успела почерпнуть, что основано это движение было в результате Реформации в 1517 году человеком по имени Мартин Лютер. Спасибо книжечке новостей, из которой я помимо прочего узнала про строительство храма Падмавати в другом уголке света. Неясно, правда, зачем мне было это знать. Но миниатюры украшений и убранства выглядели интересно, невольно привлекали взгляд.

Дальше несколько страниц были посвящены трудам учёного-ихтиолога, который проводил классификацию видов рыб с таким пафосом — наводил скуку и сонливость. Я начала зевать и клевать носом, поглядывая в люльку Максима. Или же всему виной способ изложения мысли? Не суть. Но вот кое-что меня заинтересовало и заставило взбодриться. Знакомое имя мелькнуло перед глазами. Исаак Ньютон! Ему была посвящена объёмная статья, но не в самом начале, а жаль. Оказывается, в прошлом году он завершил работу над великим трудом: «Математические начала натуральной философии», в котором посветил львиную долю исследования закону всемирного тяготения.

— Госпожа! — Ниа вошла в комнату и выглядела встревоженно.

— М-м-м?

— У меня плохие новости, — она понизила голос.

— Что не так?

— Помните, вы просили узнать про детей кормилицы?

Я кивнула и бросила многозначительный взгляд на приоткрытую дверь детской и моей спальни. Девушка поняла меня без лишних слов. Плотно закрыла дверь, прежде чем продолжить разговор.

— Их хотят разделить, никто из родных не пожелал взять себе такую обузу.

Прикусила губу, отчётливо понимания, это моя вина. Во всяком случае, вина Сесилии. Но и я тоже мало сделала, чтобы решить этот вопрос.

— Где сейчас герцог?

Ниа посмотрела на меня с сомнением. Явно не хотела говорить о чём-то.

— Госпожа, может быть, вам следует передумать?

А вот этого я не ожидала. У неё есть какая-то информация, которая может поставить меня в неудобное положение? Или же она переживает? Но о чём?

— Говори.

Служанка опустилась на колени и в глазах её стояли слёзы.

— Простите, я не хотела подслушивать, но когда вы бредили, вы повторяли одно и то же имя.

— Какое?

— Томми, — выдохнула служанка.

— Что бы это значило? — Я приподняла бровь. А Ниа уставилась на меня изумлённо.

— Неужели вы ничего не помните?

Кивнула и вновь произнесла:

— Поэтому ты и должна обо всём рассказать.

— Томас, так зовут мальчика, сына кормилицы, но… После того дня он пропал. Ходили слухи, что он подкидыш, понимаете?

Нет! Ничего я не понимаю!

Мои глаза наверняка расширились от ужаса, когда я смотрела на струящиеся по щекам слёзы служанки. Да я и сама была готова заплакать по неосознанной причине.

— Мне нужно их увидеть.

— Кого?

— Детей кормилицы Максимилиана, сколько им?

— Одному годик, другой семь лет, — охотно ответила моя личная горничная, утирая слёзы. — Они остались в Норидже. Но если вы распорядитесь, возьмёте их под опеку, то у нашей экономки есть там родня, она может попросить привести их вам. Вот только герцог и герцогиня вряд ли вам позволят поступить так.

— Мне нужно подумать.

— К сожалению, времени почти не осталось, и я боюсь, мы можем не успеть забрать их до того, как их увезут в Уэльс. Там находится сиротский приют при храме, но берут только взрослую девочку. А куда пристроят малютку, мне неизвестно. Могут даже отдать цыганам. Мой табор прибыл в Норидж.

— Так ты тоже? — Я сделала вид, что удивлена.

Ниа потупилась и затравлено кивнула.

— Наполовину, моя госпожа. Отец не пожелал знать обо мне. Но мне повезло, местный священник оставил меня в приходе, нашёл кормилицу и новую приёмную семью. Поэтому моим воспитанием занимались порядочные люди, местные арендаторы.

Ещё раз посмотрела на спящего Максимилиана и с огромным трудом оторвала взгляд от моей крошки. Что-то здесь явно не так. Томми? Это имя ничего мне…

Я застыла — хорошо, что сидела. Смутные воспоминания и ощущение утраты накатывало волнами, сердце в груди забилось чаще. Неужели я как-то связана с этим малышом? И снова волна воспоминаний множеством обрывков укололо голову до сильной боли. Мне вспомнились роды, но так смутно — ничего не понять. Было темно и кругом много крови. Обеспокоенный взгляд повитухи, их было двое и они о чём-то спорили, пока я лежала на кровати, теряя сознание.