Ровельхейм 3: Право на месть

Глава 3

Огромный зал для торжеств и приёмов. Наверное, это было самое большое помещение во дворце – за многочисленными гостями даже противоположной стороны не видно. Наспех украшенный цветами и лентами: расстарались дворцовые слуги за несколько часов. И людей столько, что оторопь берёт. Кто, откуда, зачем? Правящие семьи в полном составе я видела в первый же день, но их всех вместе взятых хорошо бы треть была от этого количества…

Играла музыка, сновали официанты с подносами, гости группировались по кучкам, не забывая стрелять глазами в сторону дверей в ожидании виновников торжества. Торжества, как же… Я, может, и проскользнула бы незамеченной, если бы не высокий красивый шахин позади меня. Я намеренно обогнала Джааля на входе, не желая быть ведомой на заклание овцой. Увы, снова подвёл цвет волос, уже ставший моей визитной карточкой. И представлять не нужно, заметили, узнали.

Лёгкий изумлённый шёпот пронёсся от входа до самых дальних гостей. Народ, не стесняясь, вытягивал шеи, пытаясь меня рассмотреть, парочка особо невоспитанных даже тыкали пальцем. Не обращая внимания, я прошла волнорезом сквозь незнакомые лица, заприметив группу унвартов. Народ сначала подался назад, затем перетёк вслед за мной в другую часть зала, всё силясь рассмотреть невиданное чудо.

Что, не так представляли себе счастливую невесту? Так и я об этой помолвке не мечтала… Астарх при виде меня одобрительно кивнул, а Хельтинге с Мексой восхищённо прищёлкнули пальцами. Нет, не зря Мекса со мной в последний раз к мистрис Скарте ходила, всё-таки чудесная швея не на пустом месте такой наряд выдумала.

Раздался гулкий троекратный стук, будто по мраморному полу кто-то ударил тяжёлым посохом. Народ разошёлся по сторонам, открывая взору в центре зала наспех сооружённую арку, украшенную зеленью и гирляндами белых и красных цветов. Рядом с ней стояли трое священнослужителей: Сагарты Милостивой, главной покровительницы Империи, Скогена-хозяина, защитника Леса, и неизвестного мне самаконского бога.

Они-то зачем здесь? Вроде помолвка – исключительно светское мероприятие, им ещё рано свидетельствовать об исполнении договора перед богами… Или я чего-то не знаю, и у южан свадьба за помолвкой следует незамедлительно?!

От толпы отделились две фигуры. Шахин Аслан был разряжен не хуже Джемрена в первый день встречи. В пышных шёлковых сине-зелёных шальварах, расшитом золотом распахнутом халате, в ушах полумесяцем золотые серьги, чёрные вьющиеся кудри зализаны волосок к волоску. А взгляд отцовский – жёсткий, решительный.

Вторую фигуру и разглядывать не надо, сердце само сжалось при виде знакомого силуэта. Арн Шентия, словно в насмешку над южным павлином, выглядел чёрным вороном. Только крылья подрезаны, как и у меня. Не распахнёт их уже, не унесёт нас обоих вдаль…

Джааль чуть тронул за локоть, кивнув мне: пора.

– Извини, Джааль. Сама.

Не дожидаясь, пока будущий названный брат подведёт меня к арке, я двинулась наперерез фигурам, избегая их взглядов.

– Милый господин, простите, а Вы хорошо видите? – донёсся до меня надтреснутый старушечий голос сзади. – Женихов-то разве три?

– Два, арнаи Зеннерс, – шёпотом ответил ей сосед в наступившей тишине. – Шахин Аслан и его светлость арн Шентия. А это идёт невеста шахина, её светлость арнаи Рен…

– То-то я и смотрю, впору этой арнаи Рен самой заморского шахина в жёны брать, нежели наоборот, – скептически пробормотала невидимая старушка. – Совсем мир с ног на голову перевернулся…

Одновременно шах Джемрен подвёл к арке и свою дочь. Точнее, искрящееся золотое облако с потупившимися глазками. О боги, Элмас и из меня хотела сделать ЭТО? То-то сейчас прожигает меня своим змеиным взглядом. А что я? Что нашла в пакете госпожи Скарты, то и надела.

А нашла я там плотно облегающие ноги и бёдра чёрные кожаные штаны. Мягкие высокие сапоги выше колена с отворотами и подбитыми железом каблуками. Обтягивающую грудь тонкую шерстяную кофту. Винного цвета широкополый плащ с капюшоном. Набедренный широкий ремень с подвесом для оружия. Исходящий чёрным туманом скимитар устроился в нём как родной. Магия же у меня «нестабильная», надо чаще использовать… Меч напоказ у бедра – отличный выбор, тем более я ничего другого толком не умею. Поблёскивающий ему в ответ щит Огдена уютно улёгся в вырезе на груди.

Волосы я заплела сама – криво, неумело, но прибрала всю гриву в жгуты и косы. Краски южанок тоже пригодились. Тонкие чёрные стрелки на их манер я всё равно не смогла бы сделать. А потому просто закрасила все веки чёрным – Хельтинге сажей от костра так делала, я видела. Одну мочку пробила неудачно, и та до сих пор кровила.

Зато сразу видно: Самакона решила породниться не абы с кем, а с Диким Лесом.

Служитель, окинув взглядом две пары у арки, снова призывно трижды стукнул посохом.

Сложно сделать торжественную зрелищную церемонию из короткой обыденной ситуации, по сути, сводящейся к одному вопросу и односложному ответу. Обычно его задают наедине, с трепетом и замиранием ожидая реакции желанной половинки. Или не задают вовсе, когда и так всё понятно без слов.

Для юной Гюленай ситуация тоже была из ряда вон: обычно согласия у самаконских девиц вовсе не спрашивают. Это решают родители и многочисленная родня. Удачной будет сделка – ударят по рукам со сватами. Так что её зардевшееся «да» было не что иное, как часть спектакля – будто кто-то из нас мог ответить иначе.