Кий (князь)

мини|справа|Памятник основателям Киева Кию, Щеку, Хориву и Лыбеди. Киев.
Кий — легендарный князь днепровских полян, основатель Киева.
Согласно «Повести временных лет», Кий, живший на днепровских «горах» вместе со своими младшими братьями Щеком, Хоривом и сестрой Лыбедью, построил город на правом высоком берегу Днепра, названный в честь старшего брата Киевом. Также Кий назван основателем городка Киевец на Дунае. От Кия и его братьев летописцы выводили полянское племя.
Летописец приводит и вторую легенду (хотя и отвергает её как неправдоподобную) о том, что Кий был перевозчиком на Днепре.
Согласно наиболее авторитетной точке зрения, легенды об основании города являются этимологическими мифами, призванными объяснить названия киевских местностей.
Происхождение имён и названий легенды
Имя Кий исследователями возводится к славянским словам *kyjь, *kou-, *kov- в значении «посох, жезл, деревянный молот»[1][2]. Кроме того, как предполагают учёные-лингвисты Академии наук СССР, современное название города по всей вероятности является остатком некогда существовавшего двучлена Kyjevь gordь — «укреплённый замок воеводы Кия» (детинец), соотв.  — «люди Кия», в дальнейшем распространившегося на всю прилегающую к крепости территорию[2]. Среди прочего, на это указывают упоминания Киева в скандинавских летописях: «», — это буквальный перевод на древнескандинавский язык древнерусского «».[3]
Название горы Щековица, на которой якобы жил Щек, сохранилось позже в форме Скавица.
Имя Хорив связано с названием горы Хоривица, которое не сохранилось в позднее время. Название горы сравнивают с иранским словом Haraiva — название горной страны. Народно-этимологически названием связывали с библейской горой Хорив[4].
Лыбедь — это небольшая речка, впадающая в Днепр. Имя Лыбедь возводят обычно к словам лебедь, луб, лыва.
Другое название Киева, упомянутое Константином Багрянородным в X веке, Самватас, и встречающееся как имя в византийской надписи VI века, возводят либо к еврейскому, либо к хазарскому языку. Сами же жители города, в переписке X века называли его Киевом.
При этом ряд учёных, в том числе профессор М. И. Артамонов, отмечают, что имена мифических братьев не носят никаких признаков славянской принадлежности. Так, гипотеза об иранских корнях имени легендарного Кыя (Кия из русской летописи) получила развитие в советской историографии у В. Н. Топорова. Также широко известна гипотеза американо-украинского востоковеда О. И. Прицака, который полагал, что возникновение Киева связано с хазарами и что Кий как личность тождественен гипотетическому хазарскому визирю Куйе. Гипотеза Прицака была подвергнута критике, как заведомо необоснованная[5][6].
Археологические свидетельства
На полянской земле — Киевщине — в VI—VII веках сходились границы трех культурных групп — пражской (в её корчакском варианте), пеньковской и колочинской, а в VIII—X веках — луки-райковецкой и волынцевской. Считается, что поселение на месте Киева возникло в конце V века, что фиксируется находками византийских монет того времени, однако, городская жизнь и наличие укреплений («града») уверенно фиксируются археологами лишь с VIII века.
Исторические свидетельства о Кие
Фрагмент «Повести временных лет»

Перевод Д. С. Лихачёва

Поляне же жили в те времена отдельно и управлялись своими родами; ибо и до той братии (о которой речь в дальнейшем) были уже поляне, и жили они все своими родами на своих местах, и каждый управлялся самостоятельно. И были три брата: один по имени Кий, другой — Щек и третий — Хорив, а сестра их — Лыбедь. Сидел Кий на горе, где ныне подъём Боричев, а Щек сидел на горе, которая ныне зовется Щековица, а Хорив на третьей горе, которая прозвалась по имени его Хоривицей. И построили город в честь старшего своего брата, и назвали его Киев. Был вокруг города лес и бор велик, и ловили там зверей, а были те мужи мудры и смыслены, и назывались они полянами, от них поляне и доныне в Киеве.

Некоторые же говорят, что Кий был перевозчиком; был-де тогда у Киева перевоз с той стороны Днепра, отчего и говорили: «На перевоз на Киев». Если бы был Кий перевозчиком, то не ходил бы к Царьграду; а этот Кий княжил в роде своем, и когда ходил он к царю, то, говорят, что великих почестей удостоился от царя, к которому он приходил. Когда же возвращался, пришел он к Дунаю, и облюбовал место, и срубил городок невеликий, и хотел сесть в нём со своим родом, да не дали ему живущие окрест; так и доныне называют придунайские жители городище то — Киевец. Кий же, вернувшись в свой город Киев, тут и умер; и братья его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь тут же скончались.

И после этих братьев стал род их держать княжение у полян, а у древлян было своё княжение, а у дреговичей своё, а у славян в Новгороде своё, а другое на реке Полоте, где полочане…

Армянский вариант легенды
В армянской «Истории Тарона» (возможно VI, но не позднее VIII века), автором которой является Зеноб Глак, упоминается о том, как два брата «инда» (возможно, производное от «венеды», «винден» — название славян у разных народов в древности), Деметр и Гисаней, изгнанные из родных мест, нашли убежище у царя Валаршака, пожаловавшего им землю Тарой. Через пятнадцать лет Валаршак убил братьев.
 «…и дал власть трем их сыновьям — Куару, Мельтею и Хореану. Куар построил город Куары, …а Мельтей построил на поле том свой город и назвал его по имени Мельтей, и Хореан построил свой город в области Палуни и назвал его по имени Хореан. И по прошествии времени… Куар, Мельтей и Хореан поднялись на гору Куркея и нашли там прекрасное место… так как были там просторы для охоты и прохлада… и построили там селение и поставили они двух идолов, одного по имени Гисанея, другого по имени Деметра».

Легенда своими именами и деталями очень напоминает свидетельство русского летописца. Объяснение этому можно найти как в общем источнике (вероятно, скифском) для древнерусской и армянской легенд, так и в общем мифологическом сюжете, использованном для объяснения основания города. Имя «Мелтей» по-армянски означает «змей», что повторяет славянское имя Щек.
Фрагмент Новгородской первой летописи
Новгородская летопись, сохранившая следы летописного свода, предшествующего «Повести временных лет», дополняет текст легенды о Кие, датируя её 6352 (854) годом:

И бѧше ѡколо града лѣсъ и боръ великъ · и бѧху ловѧща звѣрь бѧху мужи мудри и смꙑслени и нарицахусѧ Полѧне · ѿ нихже єсть Полѧне в Києвѣ и до сего д͠не · бѧху же поганѣ · жруще озеромъ и кладяземъ и рощениемъ · якоже прочии погани

Новгородская летопись в отличие от «Повести временных лет» утвердительно называет Кия перевозчиком, упоминая и вторую версию о том, что он был «ловцом».[7]
М. Н. Тихомиров проанализировал сообщения Новгородской Первой и Устюжской летописей о «временах Кия» в 853/854 годах и пришёл к выводу, что изначально княжение Кия привязывали к периоду правления византийской царицы Ирины (797—802), и лишь позднее все сведения были приурочены к периоду правления Михаила III (842—867). На основании этого М. Н. Тихомиров сделал вывод, что Кий, возможно, основал город Киев в конце VIII века[8]. Археологически это соответствует времени создания крепости на Старокиевской горе славянами носителями волынцевской культуры. Этот городок был на некоторое время разрушен в 840-е годы.
Фрагмент Яна Длугоша
Польский историк Длугош (XV век), который широко использовал древнерусские летописи, не сохранившиеся до наших дней, показывает, что киевская династия до Аскольда и Дира представляется прямым потомством Кия и его братьев.

«Absumptis deinde Kyg, Szczyek et Korew, filii eorum et nepotes linea directa succedentes principabantur apud Ruthenos annis multis, donec successio huiusmodi ad duos fratres germanos Oszkald videlicet et Dyr pervenit»
перевод
«После смерти Кия, Щека и Хорива, наследники по прямой линии, их сыновья и племянники много лет господствовали у русинов, пока преемственность не перешла к двум родным братьям Аскольду и Диру.»
Ян Длугош

Между тем, историки высказывают сомнение даже относительно того, были ли Аскольд и Дир действительно соправителями и современниками, или же таковыми их сделал киевский летописец, писавший приблизительно спустя два столетия после их убийства князем Олегом, пришедшим к стенам Киева с дружиной и выманившим их за пределы городской стены (Н. М. Карамзин, В. О. Ключевский, С. Ф. Платонов).
Параллели легенды
Среди многочисленных легенд о трех братьях и сестре, легенда о Кие наиболее часто сравнивается с готской легендой о борьбе Германариха с роксаланами в Северном Причерноморье в конце IV века.
Готский историк VI века Иордан пишет:
«Вероломному же племени росомонов, которое в те времена служило ему в числе других племен, подвернулся тут случай повредить ему. Одну женщину из вышеназванного племени [росомонов], по имени Сунильду, за изменнический уход [от короля], её мужа, король [Германарих], движимый гневом, приказал разорвать на части, привязав её к диким коням и пустив их вскачь. Братья же её, Cap и Аммий, мстя за смерть сестры, поразили его в бок мечом. Мучимый этой раной, король влачил жизнь больного… Между тем Германарих, престарелый и одряхлевший, страдал от раны и, не перенеся гуннских набегов, скончался на сто десятом году жизни».

В более позднем варианте легенды, изложенной в «Речи Хамдира» из «Старшей Эдды», казненная Ёрмунрекком (Германарихом) его неверная жена носит имя Сванхильд (букв. «лебедь битв»), а за её смерть мстят три брата Хамдир, Сёрли и Эрп. Эрп по пути погибает от рук братьев, так как является незаконнорождённым, поэтому некому было добить Ёрмунрекка, раненного Хамдиром и Сёрли.
Исходя из этимологии имени Кия историки, в частности Б. А. Рыбаков, сравнивают этого князя с Божьим Ковалем, кузнецом, который в разных вариантах легенды под разными именами выступает как змееборец. Он побеждает змея, берущего с народа дань девушками, запрягает змея в сделанный им плуг, и пашет землю, после чего появляется гигантская борозда, называемая Змиевы валы. Она указывает на границу между землями кузнеца и змея и тянется до моря, в котором змей и погибает. Змиевы валы — это древняя система оборонительных сооружений, защищавшая Среднее Поднепровье от набегов степных кочевников. Она создавалась со скифских времен и окончательно оформилась к XII веку.
Скандинавским аналогом Кия, как божьего кузнеца, может выступать бог Тор.
Образ перевозчика также часто встречается в славянском фольклоре (княгиня Ольга) и скандинавской (Харбард) и других мифологиях. Он связан с мировоззренческим спором между перевозчиком и тем, кого он перевозит.
В русском фольклоре с Кием также могут быть связаны образы Белого Полянина и Чурилы Пленковича. Последний по былине живёт не в Киеве, а в Киевце.
Другие легенды об основании Киева
Из таких сведений до нас дошло немного.
Во-первых, о Киеве кратко повествуют скандинавские саги: «…Кёнмар звался конунг, он правил Кенугардами, а там сначала жил Магог, сын Иафета, сына Ноя». («Сага об Одде Стреле»). Магог обычно отождествляется со скифами, поэтому данное известие вполне может быть сопоставлено со словами русской летописи о племенах восточных славян: «…этих всех называли греки „Великая Скифь“». Название Киева в скандинавских сагах — Кенугард — буквально означает «город лодок». Это перекликается с версией, опровергаемой автором «Повести временных лет», о том, что Кий был перевозчиком.
Другое косвенное свидетельство об истории города содержит хроника Титмара, в которой говорится, что Киев населен не только варягами, но и беглыми рабами, которые вместе защищали город от набегов кочевников. Мотив о поселениях и валах беглых рабов восходит к скифской эпохе и хорошо известен на Руси. Жители разных городов награждали друг друга обидными эпитетами, унижавшими соперников. Так как информаторы Титмара — это немцы и поляки, помогавшие Святополку, правившему на Волыни, то легенда эта отражает мнение волынян и их соседей. Летописец, например, награждает эпитетом «толковины» («умники») племя тиверцев, радимичей называет «пищанцами», а новгородцев — «плотниками».
Поход Кия на Дунай и попытки отождествления
Историки неоднократно пытались выяснить, имеет ли легенда под собой какие-либо исторические основания.
Летописец не знает имени византийского «царя», от которого Кий принял «честь». Ещё в Средние века возникла версия о том, что Кий был современником императора Константина Великого. В одном из летописных сводов, дошедших в рукописи XVIII века, названа дата основания Киева: «Бысть основание его в лето от Христа 334». Эта версия, как полагает историк М. Ю. Брайчевский, восходит к трудам византийского писателя XIII—XIV веков Никифора Григоры, который рассказывает легенду о том, что сразу после утверждения христианства в Византийской империи к Константину приходили правители разных стран, чтобы получить из царских рук символ власти. Среди этих паломников упоминается и «повелитель Руси», который получил от императора титул и сан «царского кравчего»[9].
Современные историки полагают, что летописным «царём», к которому ездил Кий, мог быть один из императоров VI—VII веков. Например, Юстиниан I носил среди прочих титулов и титул Антического. По одной версии — за частые нападения в его правление антов, по другой версии этот титул Юстиниан принял после заключения в 540-х годах договора с антами, по которому они получили на Дунае земли вокруг города Туррис. Слова летописца «великую честь принял от царя» неверно понимать как «получил почести», так как слово «честь» означало на Руси также феодальную службу сюзерену. Таким образом, легенда говорит о том, что Кий был федератом византийского императора. Археологические находки более раннего времени (медальоны федератов) говорят о наличии такой практики у населения территории будущего Киева. В VI веке среди известных антов на службе императора были Хильбудий (530-е года) и Доброгаст (с 550-х годов).
Прокопий Кесарийский в своей «Войне с готами», написанной в середине VI века, свидетельствует, что Юстиниан назначил анта Хильбудия управлять провинцией Фракия и поручил ему защищать имперские рубежи по Дунаю. Однако, когда раскрылось, что анты на совете знати заставили одного из своих соплеменников, из числа рабов, с таким именем выдавать себя за настоящего Хильбудия, его отряд, продвигавшийся к Константинополю был разгромлен, а Хильбудий схвачен. Б. А. Рыбаков приводит византийскую надпись VI века на могиле некого Хильбудия, сына Самватаса, сопоставляя это имя с древним названием Киева.
Другой претендент на роль исторического прототипа Кия упомянут в византийском агиографическом памятнике «Чудеса Димитрия Солунского», осветившем, как полагают ученые, события первой половины VII века. В нём повествуется о том, как вождь прикарпатско-дунайских болгар Кубер (Кувер) восстал против авар и, потерпев поражение, вместе с остатками войска укрылся в Византии. Как и Кий, он посетил императора в Константинополе, захватил некоторые византийские владения и закрепился в Македонии и даже захватил большой и богатый город Фессалоники. Но вскоре после этого он погиб.
Храм Кия

Армянская легенда о Куаре говорит об основании братьями в лесу у своих поселений храма, в котором были поставлены два идола. Новгородская летопись, говоря о лесе на горах, также напоминает о языческих верованиях Кия и его соплеменников. В «Слове о полку Игореве» упоминается «дебрь Кисаня (Кияня)»[10], на «болони» (нижняя часть города под «градом», пустое место между оборонительными валами). Летописец специально уточняет, что язычники поклонялись священным рощам.
Раскопки киевского археолога В. В. Хвойки в 1908 году обнаружили на Старокиевской горе каменный «языческий жертвенник» округлой формы с четырьмя выступами по сторонам света, рядом, к югу, горел костер для жертвоприношений. Сооружение сложено насухо из неотесанных камней. Размеры площадки 4,2 × 3,5 м, высота 0,4 м. Расположено оно в средней части довладимирова города, в самой сердцевине княжеского двора. Хвойка объявил свою находку алтарем храма князя Кия.
Вторичные раскопки в 1937 году не подтвердили «геометричность» алтаря, в результате поставив выводы Хвойки о характере сооружения под сомнение. Датируется алтарь VIII—X веками.
Попытка отождествления идолов храма, упомянутых в тексте Зеноба Глака, принадлежит Б. А. Рыбакову. По аналогии с античной мифологией идол Деметр был отождествлён им как мужское божество плодородия. Имя идола Гисания, вероятно, содержит армянский корень «гес», который означает «волосы», «волосатый». Это согласуется с известием Зеноба Глака о том, что служители храма отличались длинными волосами, которые были признаком их веры.
Смысл легенды и датировка событий

Во-первых, легенда появляется в летописи для объяснения Аскольду и Диру истории Киева, в котором они собирались править. Именно поэтому в Новгородской первой летописи легенда датируется 854 годом, обозначающим «начало земли Русской», когда русь напала на Константинополь. В «Повести временных лет» легенда также пересказывается под 862 годом: «Были три брата Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их потомки, и платим дань хазарам».
Во-вторых, легенда рассказывает о происхождении полян. По «Повести временных лет», единый славянский народ, живший на Дунае ещё при апостолах Христа (I век), расселился оттуда под давлением валахов (скорее всего — римлян), предки полян осели на днепровских «горах», где и основали Киев. При этом в тексте летописи сказано, что поляне получили своё название оттого, что сидели «в поле», то есть в степи, и что племя существовало до «братии» Кия, Щека и Хорива, потомками которых являются киевляне (кыяне). Б. А. Рыбаков связывал происхождение полян с черняховской археологической культурой (II—IV века), которая была распространена в степях Северного Причерноморья и Нижнего Дуная, а также в Поднепровье. Гуннское нашествие в конце IV века стало причиной упадка культуры и переселения её носителей в более северные лесные районы.
В-третьих, легенда о Кие рассказывает о союзе восточнославянских племён, который существовал во времена Кия и распался после смерти братьев, что привело к попаданию полян в зависимость от хазар. Историки отождествляют этот союз племён с антами, которые упоминаются в VI—VII веках. Иордан упоминает об участии антов ещё в событиях конца IV века, когда антский вождь Бож был убит готским полководцем Винитарием. Иордан рассказывает, что анты занимают Северное Причерноморье от Днестра до Днепра и к середине VI века разделились на отдельные племена, получившие названия по местностям проживания. Эти сведения перекликаются с рассказом «Повести временных лет» о разделении славянского языка и происхождении названий племён (IX—XI века). С антами письменных источников В. В. Седов связывал распространение пеньковской культуры, считая её продолжением черняховской культуры. Пеньковская культура датируется концом V—VII веками и распространяется вплоть до Дуная. В её ареале достаточно городищ, которые можно связать с легендарным Киевцем.
Дальнейшая судьба союза описана летописцем так: «По прошествии времени, после смерти братьев этих, стали притеснять полян древляне и иные окрестные люди. И нашли их хазары сидящими на горах этих в лесах и сказали: „Платите нам дань“». Анты упомянуты в последний раз в 602 году, однако зафиксировано участие князей «тавроскифов» в осаде Константинополя в 626 году, которую считают последним военным походом антов. , а к концу VII века, по мнению историков, поляне и другие племена славян попадают под власть Хазарского каганата, от которого освобождаются только в IX—X веке.
Легенда описывает историю периода с конца IV до конца VII века. Но есть фраза, уточняющая датировку: «Поляне же жили в те времена отдельно и управлялись своими родами; ибо и до той братии были уже поляне, и жили они все своими родами на своих местах, и каждый управлялся самостоятельно». Таким образом, легенда говорит об объединении, или точнее, воссоздании, при Кие союза племен антов после гуннского нашествия. В 376 году гунны опустошили Приазовье и Причерноморье. Гуннская «империя» Аттилы, в которую входила и часть славян, стала распадаться после 453 года. Гунны занимали нижнее течение Дуная вплоть до 471 года, а готы жили в пределах Восточной империи до 488 года, что не давало антам возможности совершать набеги на Византию, но в конце V века, судя по находкам монет Анастасия I (498—518), такие походы стали возможными и упоминаются с 493 (495) года. Именно во второй половине V века мог появиться прототип Кия. В VI веке прибывание антов на Дунае и на службе в Византийской империи стало обычным явлением.
В средневековье объединительной роли Кия уделялось много внимания. В Никоновской летописи (XVI век) сказано о подчинении Кием своей власти («миром» и «мечом») славянских племён и о борьбе на Дунае с болгарами.
Четвёртая смысловая функция легенды о Кие связана с ответом на вопрос о начале русской государственности. Летописец, связывая начало Русской земли с появлением варягов и походом 860 года на Константинополь, также увязывает вопрос о начале государственности с тем, «кто в Киеве начал первым княжить». Говоря о киевлянах, плативших дань хазарам мечом, летописец как бы указывает на тот факт, что киевляне к моменту написания летописи не только освободились от этой дани, но и стали повелевать другими народами, в том числе и хазарами после походов Святослава. Неудача Кия на Дунае воспроизводится в рассказе о Святославе, покорившем дунайские земли, но погибшем, забыв о Русской земле. Несомненно, летописец, восхваляя Русскую землю, отождествляет её историю не с историей варяжского продвижения, а с историей полян, назвавшихся русью, выражая позицию киевлян в их отношениях и распрях с князьями (969, 1068 и 1113 годов).
Пятый смысл легенда стала играть при принятии христианства. В армянском варианте Зеноба Глака и в Новгородской первой летописи языческие верования Кия и его братьев противопоставляются христианской религии, а языческий храм — христианским церквям и монастырям. Возможно, уже в языческой легенде существовало религиозное содержание, как полагают армянские исследователи, оно было связано с утраченным сюжетом о Лыбеди. Религиозный характер легенды был настолько важен, что даже породил ещё в средневековье версию о принятии Кием христианства.
Хазарская гипотеза

Русский историк-«евразиец» Г. В. Вернадский выдвинул маловероятную гипотезу об основании Киева хазарами не ранее 830-х годов, когда в результате большой войны хазары завоевали вятичей, северян и радимичей. (Конечно не исключено, что на месте Киева было и более древнее поселение.) Согласно этой гипотезе, три брата были хазарами, либо, что вероятнее, их вассалами — мадьярами.
«Имя „Кий“, возможно, происходит от тюркского слова kiy („берег реки“). Поскольку правящий клан Хазарского государства был тюркского происхождения, мы можем связать название города Киева с приходом хазар. Хазарские войска, должно быть, подошли к Киеву с востока, и их привлекли крутые холмы (kiy) по ту сторону Днепра. Отсюда, видимо, и название города.
Представляется, что имя третьего брата, Хорива, имеет библейское происхождение. Хорив — это русская транскрипция имени Хореб. Имя это связано с названием холма Хоривицы, — по видимому, места поселения хазарских евреев в Киеве.
Что касается второго брата, Щека, то он, судя по всему, может быть отождествлен с Чоком, булгарским бойлом, который воевал в Днепровском регионе в начале девятого века. Следует отметить, однако, что подобное же имя, Шок (Saac) упоминается в старых мадьярских хрониках.
Имя сестры мифических братьев, Лыбедь, ясно указывает на мадьярское происхождение, поскольку оно, вероятнее всего, связано с именем мадьярского воеводы Лебедя. Примечательно то, что царевна Лебедь стала популярным персонажем русских былин и народных сказок»[11]).
Примечания

Литература
Щавелёв А. С. 

Сахаров А. Н. Кий: легенда и реальность // Вопросы истории. 1975. № 10.
Топоров В. Н. Об иранском элементе в русской духовной культуре // Славянский и балканский фольклор. Реконструкция древней славянской духовной культуры: источники и методы / Отв. ред. Н. И. Толстой. — М.: Наука, 1989
Ссылки
(in Ukrainian)

Категория:Русь
Категория:История Киева
Категория:Эпонимы городов
Категория:Полулегендарные исторические лица
Категория:Правители восточных славян до Рюриковичей
Категория:Персоналии на почтовых марках