Развод. Ты предал семью

Глава 3

Мне от этих слов так плохо становится, будто сами небеса на мою голову обрушиваются. Алия прижимается ко мне еще сильнее.

– Мамочка… я не понимаю… Почему папа такой злой?

Голос дочки заставляет меня скинуть с себя оцепенение, я будто в себя прихожу и опускаю взгляд на малышку. Замираю от того, как она на меня смотрит, распахнув свои огромные глазки, и на длинных ресничках застыли слезы.

У меня просто сердце кровью обливается, но я не могу позволить, чтобы моему ребенку нанесли тяжелую душевную травму, поэтому я заставляю себя улыбнуться и произнести:

– Все хорошо, моя родная, мы с папой просто шутим… Помнишь, игра такая, мы с тобой в куклы так же играем…

– Но папа… – отвечает малышка, и я машу головой, ласкаю дочку, прижимаю к себе и провожу пальцами по ее длинным прядкам.

– Это просто игра, Аля, просто игра, все хорошо.

И, чтобы перевести внимание дочки, я делаю обманный ход:

– А ты почему не спишь? Знаешь, который час?! Все малышки уже давно спят, вон даже твой Мистер Ушастик спит, а ты его выдернула из теплой кроватки…

Начинаю журить дочурку за то, что не спит. Беспроигрышный вариант, как говорится.

– Мам… я спала… я, правда, спала… просто проснулась…

Качаю головой и улыбаюсь, стараюсь сдержать свои слезы, когда произношу сердито:

– Да и опять босиком… Сколько раз я тебе говорила, что, когда встаешь с кроватки, нужно надевать тапочки?

– Ну… мам…

Малышка выпячивает обиженно губу, и я понимаю, что Алия рассержена. У нее характер Назара. Такой же вспыльчивый… и вот я заставляю малышку сфокусироваться на таких мелочах, как сон, а не на том кошмаре, который происходит здесь и сейчас в доме…

– Быстро в кроватку и спать! – вновь привлекаю внимание Алии, которая поворачивает голову в сторону своей бабки, та наблюдает за нами и переводит вопросительный взгляд на Назара.

Будто молчаливый вопрос адресует сыну: «Почему он меня еще не вышвырнул из дома?»

Я тоже бросаю на Усманова взгляд, и холодные мурашки бегут по моему телу, когда вижу, как он глядит на меня. Будто испепелить готов.

– Мам, пойдем, почитаешь мне сказку… иначе я не засну… ну, пожалуйста… Мистер Ушастик тоже просит…

Моя доченька вновь тянет меня за руку, и я понимаю, что это единственная возможность увести Алию наверх и уложить, поэтому я, улыбнувшись, киваю:

– Только чуть-чуть, и спать…

Дочка тоже радостно кивает и берет меня за руку. Ребенок… Так легко переключить ее внимание. Только вот, когда делаю пару шагов в сторону лестницы, натыкаюсь на взгляд Назара, равняюсь с ним, и муж поднимает руку, его сильные пальцы смыкаются на моем локте, а в глазах вспыхивает предостережение.

Эти светлые глаза… Они обжигают. Даже сейчас, когда в них плещется злость… все равно мое раненое сердце замирает, потому что за секунду любовь не стирается, не уничтожается, она лишь покрывается ранами, волдырями, и каждое слово, которое сегодня произнес Назар, станет шрамом на моей душе, но это все потом…

Сейчас я думаю лишь о своей малышке, о ее психике, о ее детской душе, которую просто обязана сберечь…

– Пусти, Назар. Мне нужно уложить дочку и прочитать ей сказку… – произношу с нажимом и смотрю в глаза собственного мужа.

Между нами будто электрические провода натягиваются, щелкают разрядами от меня к нему и обратно. Кажется, еще мгновение, и меня сожжет до основания…

Я замираю под пристальным взглядом своего пока еще мужа и, будто подсудимый на суде, жду его приговора, внутренне молюсь, чтобы он отставил свою упертую гордыню, которая прямо сейчас разрушает наш брак, и понял, что я пытаюсь спасти нашего ребенка от сильнейшего душевного потрясения…

Только секунды идут, время течет, будто песок в прозрачной колбе, а Назар продолжает молчать. И это молчание не рискует нарушить даже моя свекровь.

Все же муж не тот мужчина, на которого можно повлиять вот так открыто…

Назар медленно скользит по мне взглядом, и каждый сантиметр моей кожи будто огнем обдает, пока наконец его светлые глаза не останавливаются на наших с Алией сплетенных пальцах.

Он глядит на наши руки так, что у меня сердце останавливается… Одного резкого движения достаточно, чтобы вырвать руку малышки из моих тонких пальцев…

И вновь Назар возвращает взгляд на мое лицо. Смотрит так, что у меня душа в клочья разрывается из-за его недоверия, из-за злых слов, которыми он в меня швырял, словно те были ядовитыми дротиками.

Сегодня муж проткнул меня насквозь, показав, что с самого начала наших отношений я была глупой и влюбленной дурочкой, которой манипулировали, чувства которой использовали, заставив подписать контракт, лишающий меня всех прав…

Чувствую, как напрягаются пальчики моей дочки, долго я ее не смогу отвлекать, а пауза слишком затянулась, поэтому я вновь произношу сухими губами, ожидая решения собственного мужа:

– Прошу тебя, Назар. Дай мне уложить дочь… Позволь прочесть ей сказку, тогда Алия уснет…

Смотрю в яркие очи собственного мужа, пытаюсь донести до него, что если сейчас он не даст мне этого сделать, то, в первую очередь, навредит нашей дочери.

Секунды мчат со скоростью света, и Назар опускает взгляд на Алию, глядит на нее, и глаза моего мужа теплеют.

Будто вновь вижу своего любимого, того, кого знаю… Ведь Назар… Тот Усманов, которого я знаю, любил меня до умопомрачения, всегда был на моей стороне, всегда являлся моим надежным тылом…

Нашей семье завидовали. Когда мы с ним на мероприятия ходили, я чувствовала, как на мужа смотрят. С каким трепетом женщины, с каким почтением и уважением мужчины.

Мне завидовали!

Сразу вспоминаю, как в туалете нечаянно подслушала разговор двух светских львиц, когда еще только стала женой Назара.

– Видала избранницу Усманова?

– Боже… тихий ужас! Моль же! Ни кожи, ни рожи!

– Да ладно вам, может, ни кожи, ни рожи, но в постели, поди, умеет то, что вам и не снилось… иначе бы не взяла его за то самое и не держала бы так, что он ни на кого не смотрит, кроме своей молоденькой жены…