Любовь по его правилам

Игра 1. Врождённая вредность. Часть 2

Мягкий пушистый снег аккуратно ложился на землю, скрывая грязь, истлевшие листья и прочее безобразие, которое оставила после себя осень. Никто не торопился домой, поэтому обычно быстро пустевший школьный двор был заполнен детьми. Они готовились к масштабной битве: строили укрепления из сваленных в кучу рюкзаков и заготавливали снежки. Всё было спокойно, пока не появилась Даниэла.

— А ну разойдись! — на бегу рявкнула она малышне и перепрыгнула через их импровизированную крепость.

Школьники в испуге шарахнулись в сторону от этой сумасшедшей тётки-старшеклассницы и уставились ей вслед, забыв, чем занимались до этого.

Даниэла думала только о том, чтобы успеть, поэтому не учла, что в этот день школьный двор превратился в настоящее минное поле из замёрзших луж, покрытых тонким слоем свежего снега. Очередной неосторожный шаг лишил её равновесия, и она больно шлёпнулась на землю.

— Ай! — крикнула Даниэла и потёрла ушибленное плечо. — Тупой лёд! Ненавижу!

Пока она возмущалась из-за того, что глобальное потепление никак не наступит, дети весело смеялись над её падением. Даниэла была не в духе, поэтому могла бы устроить разборки с малышнёй, однако им повезло, потому что она вспомнила про более важное дело.

«Заявление!» — пронеслось у неё в голове.

Смятый тетрадный лист, слегка припорошенный снегом, лежал рядом. Даниэла схватила его и судорожно отряхнула, но было поздно: чернила в нескольких местах поплыли.

«Ничего, сойдёт», — успокоила себя она и собралась было подняться.

В этот самый момент ей прямо в голову неожиданно прилетел снежок. От удара он развалился на части и заляпал без того пострадавшее заявление.

— А-а-а! — заорала Даниэла и снова затрясла листком.

— Есть! — услышала она радостный крик. — Десять баллов!

По двору прокатилась очередная волна смеха, что окончательно вывело Даниэлу из себя. Она оглянулась и заприметила мальчика в синей шапке, который, судя по довольному лицу, и был организатором подлого нападения. Он совсем не раскаивался, поэтому Даниэла решила, что не будет его жалеть и превратит этого мелкого хулигана в снеговика.

Спасти его могло только чудо, и, к его счастью, чудо случилось. Из школы донеслась противная трель звонка, которая напомнила, что время на исходе. После нескольких секунд сомнений Даниэла всё-таки решила отложить возмездие на потом.

— Я тебя ещё достану! — угрожающе крикнула школьнику Даниэла и жестом намекнула, что при следующей встрече оторвёт ему голову.

Жизнь её ничему не учила, поэтому она снова побежала вперёд, совсем забыв про коварные ловушки под снегом, но на этот раз ей всё же повезло добраться до входа без лишних приключений.

У многих закончился последний урок, поэтому в вестибюле было шумно и многолюдно. Даниэла расталкивала всех на своем пути, не обращая внимания на возмущение и ругань, так как была поглощена своими мыслями, в которых проклинала зиму, этих детей и всё на свете, кроме своей забывчивости.

На полной скорости она влетела в класс и с облегчением обнаружила, что староста еще не ушёл. Даниэла шлёпнула лист с заявлением перед ним на парту и с победным видом сложила руки на груди, а он едва посмотрел на её, блеснув стёклами очков, и отвернулся.

— Поздно, Денисова, тринадцать сорок три, — сказал он и продолжил прерванный разговор с приятелем.

Такое обращение Даниэле совсем не понравилось, поэтому она оттолкнула одноклассника в сторону и встала перед старостой.

— Что значит поздно? Ты сказал, что принимаешь заявления до конца уроков!

— Да, и уроки закончились три минуты назад, — ответил он и взглянул на наручные часы. — Если быть точным, то уже четыре минуты назад.

— Мне плевать, когда закончились эти уроки, — повысила голос Даниэла. — Я не для того носилась туда-сюда, ты хоть понимаешь, что я пережила?

Потеряв самообладание, она схватила старосту за воротник и изо всех сил затрясла его.

— А мне плевать, что ты пережила, — огрызнулся он и отбросил её руки. — Никто кроме тебя не виноват, что у тебя башка дырявая! Я две недели эти заявления собирал! Две недели!

Они со злостью уставились друг на друга, а остальные одноклассники переглянулись.

— Ну, начинается, — с безысходностью в голосе произнес светловолосый парень и толкнул в плечо своего друга. — Погнали отсюда, а то щас оглохнем от их ора.

Между тем Даниэла решила продолжить своё наступление.

— Староста, я даю тебе последний шанс, — сказала она. — Или бери моё заявление, или пожалеешь!

— Как я напуган! — ответил он, картинно схватившись за голову. — Я просто трепещу от страха! Сама Даниэла Денисова мне угрожает! Наверное, она сделает со мной что-то ужасное, если только не забудет об этом со своей дырявой памятью!

— А я не забуду, потому что прямо сейчас тебя и прибью!

Даниэла осмотрелась вокруг и не нашла более подходящего орудия убийства кроме стула, поэтому схватилась за него.

— Даниэла, успокойся, — сказала Вероника и оттащила её в сторону.

— Я не могу успокоиться, пока не расправлюсь с ним! — крикнула она, но всё-таки перестала вырываться и задумалась.

Сдаваться Даниэла не привыкла, поэтому по привычке прокручивала в голове десятки идей в поисках идеального плана. Пока она это делала, в дверях показалась голова незнакомого парня. Он окликнул старосту, и тот подошёл к нему. Все остальные одноклассники к этому времени разбежались, поэтому момента лучше было не найти.

Убедившись, что староста отвлёкся, Даниэла подбежала к его раскрытому рюкзаку и заглянула внутрь. Среди тетрадей ей сразу удалось обнаружить стопку заявлений и быстро запихнуть в середину своё.

— Всё, побежали, — шепнула она Веронике и поспешила скрыться с места преступления.

— Эй, Денисова, а ну стой! — внезапно крикнул староста, когда они пробежали мимо него.

На секунду Даниэле показалось, что её сердце остановилось от страха, но она всё равно постаралась сохранить внешнюю невозмутимость.