Проклятая 

Глава 1. Первый снег

— Ядвига, Ядвига!

Грузная круглая женщина стояла, оперевшись о перила каменного крыльца, и жмурила глаза от яркого света. Одной рукой она придерживала чепец, а другой прижимала к телу фартук, чтоб ветер не задувал под юбку. Няня звала девочку лет шести-семи, которая в расстёгнутой шубке и осенних башмаках вылетела на улицу, лишь только завидев, что за ночь ещё вчера охровый сад превратился в искрящуюся на солнце снежную сказку.

— Да что ты будешь делать! — сокрушённо воскликнула женщина. — Ядвига, вы же простудитесь! О себе не думаете, так подумайте обо мне. Ваш батюшка корить меня станет!

— Не простужусь! — весело ответила девочка и, зажмурив изумрудные глазки, показала женщине язык.

— Вот же коза! — няня, кряхтя и покачиваясь, неуклюже спустилась с лестницы.

Она ступила на снег и скривилась, в её низенькие кожаные бочкоры, надетые на босу ногу, попала горсть слипшихся снежинок и холодом обожгла нежную кожу.

— Ядвига! А ну идите в дом! — раздражённо повторила женщина.

Девочка не повела и глазом. Она радостно прыгала по сугробам, падала на спину прямо в снег, а затем подскакивала и заливалась громким заразительным смехом. Снежинки липли к коричневой шубке, повисали на бахроме и застревали в огненно-рыжих волосах. Королевна уже вся была белая и мокрая, но едва ли ее это волновало.

— Маленькая ведьма, — пробурчала няня под нос. — А ну постойте, идите-ка сюда! — вновь предприняла попытку приструнить упрямую девчонку.

Ядвигу забавляло бухтение женщины. Проказница специально её дразнила, а потом звонко хохотала над неуклюжими потугами грузной тетки её поймать.

— Ну всё, вы у меня сейчас допрыгаетесь! — женщина подобрала юбки и прямо по сугробам пошла к девочке, корча угрожающее выражение лица.

Впрочем, рожа у нее скривилась не столько с целью напугать шалунью, сколько от снега в бочкорах, в которых уже будто бы и смысла не было. Снять и идти босиком - ощущения примерно те же. Только няня хотела схватить упрямицу, как вдруг рыжеволосая бестия резво отпрыгнула в сторону.

— А ну стойте! — не выдержав, взревела тётка и попыталась угнаться за ребёнком, но ее правая нога застряла в снегу, и женщина, потеряв равновесие, плюхнулась лицом прям в сугроб.

— Ой, — девочка остановилась, сморщив хорошенькое личико в выражении, свидетельствовавшем об осознании того, что она набедокурила. — Знаете, няня, мне что-то прохладно стало. Я, пожалуй, в дом пойду, а то, может, и вправду заболею. - пролепетала девочка и пустилась наутёк.

Не дожидаясь, пока женщина, кряхтя и причитая, подымется, Ядвига скрылась в доме.

***

— Скоро Рождество, нужно помолиться и дом украсить, — няня поставила на стол рыбный суп халасле.

— Не буду я молиться! — дерзко ответила девочка. — И Рождество ваше праздновать тоже не буду!

— Ядвига, это традиции нашего народа, ваш долг, как королевны, их соблюдать. К тому же ваш будущий муж согласился ради брака принять христианство и крестить литовцев, это очень важно для Венгрии и католической церкви, — попыталась объяснить женщина.

— Во-первых, мне семь, — невозмутимо парировала Ядвига. — И я не хочу ничего слышать о каком-то мужлане, который возомнил себя моим будущим мужем, даже если он наследник литовского престола.

Девочка в этот момент выглядела очень серьёзной, хоть и, не переставая, болтала ногами под столом.

— Во-вторых, я не собираюсь молить о чём-то какого-то другого мужика, который возомнил себя Богом! А уж тем более день рождения его праздновать! — Ядвига, сложив маленькие ручки на груди, надула щёки.

— Экая вы упрямица! Уже и народ весь единого Бога принял, а Вы… — женщина махнула рукой. — Не надо было вам сказки про прежних богов рассказывать!

— Никакие это не сказки! Это правда! Я вырасту и докажу вам, что они есть! А вашего Иисуса нет!

— Господь с вами, милая, побойтесь своих слов! Как же вы доказывать-то собрались? — с сомнением спросила няня.

— Пойду в лес и тёрпеков спрошу! Они расскажут, кто настоящий Бог! Я уверена, что про этого выскочку тёрпеки даже не слышали! — Ядвига грозно ударила кулачком по столешнице.

Девочка, как и многие дети, в силу возраста всё ещё верила в различных сказочных существ, например, в тёрпеков — хитрых карликов, живших в лесах и прятавшихся от любопытных глаз под землей. Ядвига считала, что, если принести им булку с молоком, тёрпеки непременно согласятся подняться на поверхность и ответить на все вопросы. Когда девочка вместе с сёстрами ходила к озеру, она обязательно шептала у воды все самые свежие новости, думала, что на глубине живёт полудева-полурыба Шелло, которой наверняка очень одиноко среди немых рыб и хочется поговорить хотя бы с маленькой рыжеволосой проказницей. Верила королевна и в языческих богов — в тех, в чьих руках сверкают молнии, и чьё дыхание, словно буйный ветер, клонит к земле вековые сосны. Ей казалось глупым верить в Бога Единого, ведь девочка хорошо знала, что один в поле не воин. К тому же Христос не смог защитить от кучки людей даже себя, не то что других. Если подумать, то папа Ядвиги Лайош ладе больше достоин быть богом, он ведь сильнее того, распятого. Лайош — герой, прошедший множество сражений. И то, папу, хоть и называли Великим, Богом не величали, лишь человеком.

— Тёрпеки — сказка для маленьких деток! — рассмеялась тетка. — А вы уже не маленькая, ещё годочков пять, и поедете к мужу.

— Немаленькая, но к мужу не поеду. Зачем мне старик на десять лет старше меня? Вот найду яйцо таинственного лидерца, выношу подмышкой и выйду за него замуж! — девочка показала язык и тут же отправила в рот большую ложку халасле.

Няня заохала:

— Ишь, чего удумала! Лидерца она найти хочет! Вот окажется он монстром, каких свет не видывал, и что вы делать будете, скажите-ка на милость?

— Любить его буду. Пусть страшный, зато это будет мой выбор! — ответила девочка и, доев суп, вытерла рот и спрыгнула со стула.