Я поцелую вас, доктор!

Поцелуй

Поцелуй в полночь — глупая традиция, которую было бы лучше оставить в прошлом. Однако я в миллионный раз оглядывала комнату, задаваясь вопросом, есть ли кто-нибудь, кого бы я хотела поцеловать. Но такого всё ещё не было. Я выбрала бы Джима, меньшее из всех зол, но он помолвлен с одной из моих подруг — и он будет целоваться с ней.

Я развернулась на стуле лицом к бару и выпила рюмку Саурианского бренди. Поднеся стакан к губам, сделала большой глоток, чувствуя жжение в горле. Импровизированный отпуск на берегу на Арчере IV был приятным, но я бы предпочла продолжить изучение животного мира, о котором я только читала в Академии. Здесь же было несколько ночных сумчатых, которых я могла видеть прямо сейчас.

Причина, по которой мы вышли на орбиту Арчера IV, состояла не только в увольнительной на берег: у капитана были какие-то дипломатические дела, и мы заменяли некоторых членов экипажа. Так случилось, что в это время был канун Нового года на Земле, и главный врач заставил капитана отправиться на берег на два дня.

— Лейтенант, — вдруг произнёс грубый голос.

Я посмотрела налево и увидела того самого главного врача, который просил об этой небольшой передышке.

— Доктор.

Я не поддерживала хорошие отношения с доктором Леонардом МакКоем. В первую неделю на «Энтерпрайзе» я неосознанно подхватила Камараазитовый грипп, заразив большую часть экипажа до того, как добрый доктор сумел взять это под контроль. Это не сделало мне чести.

— Наслаждаешься вечеринкой? — он попросил бармена-Бетазоида наполнить его бокал.

Я искоса посмотрела на него. Доктор МакКой разговаривает со мной? Что, если я заражу его какой-нибудь мерзкой болезнью? Он, конечно же, заразился от меня Камараазитским гриппом.

— Всё в порядке. Напиток очень вкусный.

Он выразил согласие. Бармен вновь наполнил его стакан, и МакКой кивнул в знак благодарности, прежде чем проглотить половину содержимого.

— Напиток хорош, — повторил он.

— Я думала, вам будет веселее, — сказала я. — Разве не вы просили нас взять отпуск на берег?

— Кто сказал, что мне не весело? — огрызнулся он, как будто я оскорбила его мать, бабушку и прабабушку одновременно.

— Тогда извините меня, — я отвернулась от него и посмотрела на стойку. Ухура была там, заказывала напитки.

— Скоро полночь, — заметила она, подмигнув.

Я кивнула и заставила себя улыбнуться.

— Передай Споку мои наилучшие пожелания.

Эта одержимость поцелуями в полночь была нелепой. Человечество переросло множество традиций, но, на мой взгляд, ещё оставалось над чем поработать.

Словно прочитав мои мысли, МакКой снова заговорил:

— У тебя есть кого поцеловать в полночь?

Я едва удержалась от того, чтобы поднять брови. Это не его дело!

— Не нашла никого, кто соответствовал бы моим стандартам, — ответила я, смотря на свой стакан с бренди.

МакКой только хмыкнул и взглянул на свой коммуникатор.

— Осталось десять минут. Лучше поторопитесь и понизьте свои стандарты.

— А вам есть кого поцеловать? — теперь я полностью повернулась к нему, немного раздражённая тем, каким сварливым он был, тем, что он осмелился сказать мне это.

— Тебе ни к чему знать об этом, — ответил он, но я заметила, что его взгляд на долю секунды скользнул к моим губам.

Я фыркнула и очень неженственно допила Саурианский бренди.

— Что же, вы будете огорчены, узнав, что, даже если я полностью отменю свои стандарты, я всё равно не поцелую вас. Кроме того, я могу заразить вас ещё одним гриппом.

— Очень неосторожно с твоей стороны было тогда подхватить этот чёртов грипп.

— У меня был полный медицинский осмотр, когда я телепортировалась, — я повернулась лицом к бару, защищаясь. — Не моя вина, что доктор марсианской колонии 3 не нашёл его.

— Если бы вы пришли прямо в лазарет, чтобы пройти медосмотр, я бы ограничил вспышку.

— Нет никакого правила, которое говорит, что я должна идти прямо в лазарет после завершения — всего за четыре часа до того, как я телепортируюсь с планеты Федерации.

МакКой стиснул зубы, мышцы его висков почти вибрировали.

— Боже мой, ты меня бесишь, — пробормотал он. — Прямо как Джим.

— Я слышала это.

— Прекрасно.

Я хотела снова налить себе бренди, чтобы плеснуть ему в лицо, но, даже если бы мы были не при исполнении, а капитан был бы не так пьян — судя по тому, как он держал руки на своей невесте, — я была уверена, что Джим вынес бы мне за это мозг.

— Минута до полуночи, — крикнули откуда-то.

— Нашла кого-нибудь? — спросил МакКой. Он тоже оглядывался по сторонам.

— Если ты продолжишь спрашивать, есть ли у меня кто-то, кого можно поцеловать, я начну думать, что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала, — огрызнулась я.

Он покачал головой:

— Только когда свиньи начнут летать.

— Тридцать секунд до полуночи!

— У Гарри Мадда есть корабль, который умеет летать.

Глаза МакКоя расширились, уголки его губ дёрнулись. Он сжал челюсти, и я не могла поверить, что заставила сварливого главного врача изо всех сил пытаться не рассмеяться.

— Десять! Девять! Восемь! — люди начали обратный отсчёт, и с каждой секундой к нему присоединялось всё больше голосов.

МакКой всё ещё смотрел на меня; подавленный смех покидал его лицо.

— Семь! Шесть!

Его лицо приблизилось к моему, и я не отступила.

— Пять! Четыре! Три!

Одна из его рук переместилась к моему затылку, и он облизал губы.

— Два!

Я почувствовала запах бурбона.

— Один!

Его губы коснулись моих.

— С Новым годом! — всюду раздавались крики и свист, но я едва ли слышала их.

МакКой коснулся моих губ, а другой рукой приподнял моё лицо. Я немного выпрямилась на сиденье, сильнее прижимаясь к нему, и он шагнул ближе. Мои руки переместились на его талию и сжали его белую рубашку, удерживая.