Я ничего не расскажу тебе о других мирах

Кн. 2 Ч. 2 Гл. 2

Глава 2

- В нашем племени так называли женщин, которые своим пением могли приворожить любого мужчину, - нахмурившись ответил Стэб, не совсем понимая, зачем Фэт это у него спрашивает. – Последняя из гарфий умерла много лет назад, еще до моего рождения и больше о гарфиях никто не слышал.

- Все так, - согласилась Фэт, - но с небольшими уточнениями. Последняя из гарфий успела передать свой дар через кровь одной маленькой девочке. И этой девочкой была Хельдина – твоя мама. – Стэб посмотрел на Фэт какими-то безумными глазами, потом развернулся к фонтану и сунул голову в воду. Через несколько секунд, он, спокойно расположившись на бортике, продолжил внимательно слушать девушку. – Все было хорошо, пока твоя мама не встретила твоего отца. Она отчаянно влюбилась в него и не зная, как добиться взаимности, использовала свой дар, чтобы привязать его к себе любовными чарами. Теперь твой отец уже несколько десятилетий принимает зелье, чтобы хоть немного ослабить действие этого приворота. Побочным следствием настоек является почти полное отсутствие эмоциональных всплесков, превращая жизнь твоего отца в серое, унылое существование. – И снова Стэб, развернувшись к фонтану нырнул в него чуть ли не до плеч, а потом, уже не обращая внимания на воду, бежавшую с волос за воротник, снова сел на бортик бассейна и все также внимательно, не сказав ни слова, продолжил слушать Фэт. – Это все я тебе рассказываю для того, - пояснила она, - чтобы намекнуть, что случилось после того, как мы с твоей мамой провели ритуал обмена кровью, - многозначительно сказала Фэт. – Глаза Стэба расширились до предела.

- Ты…ты, - запинаясь начал говорить он.

- Да, я через кровь приняла дар твой мамы и была вынуждена стать гарфией. – Стэб нырнул в фонтан уже неизвестно какой по счету раз. – Но есть и хорошая новость, - немного успокоила его Фэт. – Я смогла освободить твою маму от этого проклятия и теперь ее приворот на твоего отца не действует. – Фэт ненадолго замолчала, а потом бодро продолжила: - Теперь о Максе.

- Что о Максе? – сразу же насторожился и ощетинился Стэб. Имя брата было для него, как красная тряпка для быка.

- Твой брат оказался дотошнее тебя, - спокойно сказала Фэт. – Он не успокоился, пока не послал людей в тот город и в то селение, что я указала в своей анкете при поступлении.

- И что выяснилось? – лицо Стэба стало угрюмым, он ненавидел, когда брат оказывался хоть в чем-то лучше него.

- Все, что было записано в анкете – выдумано от первого до последнего слова, - со вздохом призналась Фэт. - И мое имя, и имя отца, и дом, находящийся в далеком графстве – все ложь. Макс это выяснил, и мне пришлось рассказать ему правду, о которой ты не знаешь. Врать Максу не имело смысла – он чувствует ложь, в этом я убедилась, попытавшись соврать в некоторых моментах.

- И что же ты ему рассказала? – раздраженно спросил Стэб.

- Я ему рассказала, что представления не имею как меня зовут на самом деле, что я представления не имею как называлось королевство, или Империя, или селение, в котором я родилась. Моя память частично закрыта или стерта и себя я помню только с десятилетнего возраста. И все, что я помню – ужасно. Нас с сестрой хотели убить, чтобы спастись мы бросились в реку. Сестра утонула, меня подобрал корабль. Потом меня продали на рынке рабов, потом еще раз и еще раз. Каждый владелец ставил мне клеймо и Элету пришлось постараться, чтобы их не было видно, на ощупь они чувствуются (Макс обещал отвезти меня к лучшим целителям, чтобы эти шрамы окончательно исчезли). Сбежать мне удалось, спрыгнув с корабля, меня подобрал Элет и целый год выхаживал и учил, чтобы я могла поступить в Академию. Что еще сказать? Ах, да! Макс выяснил какой язык мой родной… - Фэт сделала театральную паузу, с удовольствием наблюдая нешуточный интерес в глазах Стэба. – Шегордский! – торжественно сказала она. – Я родилась в Шегорде.

- А как Макс выяснил это? – с недоверчивыми нотками в голосе спросил Стэб. – Я искал специалиста по шегордскому языку и не нашел. А он где смог найти? – Фэт не ответила, глазами указав на дом. Этой крошечной подсказки Стэбу хватило с лихвой. – Отец? – неуверенно спросил он, но сам же себя перебил: - Дед! Только он мог это знать. – Фэт кивнула. – И откуда дед все знает? – вдруг спросил Стэб. Было понятно, что над этим вопросом он задумался впервые, но Фэт было не до его размышлений.

- Осталось рассказать о самом главном, - перебила она его. – О том, что произошло в пещере. – Глаза Стэба мгновенно вспыхнули интересом и вопрос о деде, был временно отложен в сторону. – Я не буду тебе рассказывать, каким образом я это сделала, но я все-таки смогла перенести символы со стены на бумагу. Ты говорил, что в каком-то Храме есть алтарь, положив на который страницу с текстом и прижавшись к алтарю лбом, можно понять, что там написано, на каком-бы языке это не было. – Стэб кивнул. – Я хочу, чтобы мы вместе отправились в этот Храм, и я хочу, чтобы ты мне потом рассказал, что за послание оставлено твоими предками в той пещере.

- Я думаю это излишне, - коротко ответил Стэб.

- Что излишне? – не поняла Фэт.

- Твое присутствие я думаю будет излишним, - терпеливо пояснил Стэб. – Я уверен, что смогу справится и сам.

- Ну так и справляйся! – мгновенно взъярилась Фэт. – Ничего я тебе не дам, ничего не покажу, а ты иди и справляйся!

- Фэт, - стараясь говорить как можно убедительнее сказал Стэб. – Я понимаю, что тебе любопытно, но это не тот случай, когда свое любопытство нужно поощрять. Это касается меня одного, значит, я один и должен со всем этим справиться. – Фэт внимательно посмотрела на него… в смысле как на дурочка, но увидев в его глазах непримиримое упрямство, мысленно шепнула про себя: Вот оно ярчайшее проявление мужского шовинизма», но вслух сказала совсем другое, стараясь как можно точнее скопировать его интонацию.

- Стэб! Я бы, конечно могла еще раз напомнить тебе, что если я откажусь тебе помогать, то у тебя ничего не получится, могу напомнить тебе, что если я тебе не отдам бумагу с текстом, то тебе и в Храм незачем будет ехать, но все это слишком напоминает шантаж, поэтому я постараюсь достучаться до твоего здравого смысла. – Фэт взглянула на Стэба, с удовольствием заметив, как у него скорбно поджались губы, что уже означало половину победы. – Так вот, - продолжила она нормальным голосом. – Ни ты, ни я не знаем, что там написано.