Совершенный вид

Глава 3, часть 2

***

За окном, подернутым плотной завесой дождя, уже начали сгущаться сумерки, когда Дафна наконец встала из-за компьютера и принялась готовиться к встрече с Найей. Во время дневного разговора по коммуникатору они договорились поужинать у Дафны: «хочу поговорить наедине», загадочно сообщила ей подруга. Обычно она предпочитала встречаться в каком-нибудь ресторанчике, а то и ночном клубе – тихие задушевные беседы вдали от шумных компаний были не в ее духе – и это лишь усугубило беспокойство Дафны.

Пытаясь отвлечься от дурных мыслей, она принялась накрывать на стол в кухне: бутылка красного вина, бутерброды с ветчиной и сыром, фрукты. Фьюри, с неподдельным интересом наблюдавший за ее действиями, тотчас стащил с тарелки виноградину и ускакал с ней под диван, заставив Дафну помимо воли рассмеяться.

- Не вздумай так сделать при Найе, - предупредила она хвайка, когда он вновь показал наружу усатый нос. – Она тебя на месте прихлопнет.

Закончив с приготовлением нехитрой закуски, Дафна отправилась в спальню переодеваться – встречать подругу в поношенных шортах и футболке сегодня почему-то не хотелось. Немного покопавшись в шкафу, она остановилась на простом, но изящном платье-тунике глубокого изумрудного цвета (как кулон того дейнара, невольно подумалось ей) – Адриану оно очень нравилось. «Моя дриада», - нежно называл ее он.

Дафна усмехнулась – кто сейчас вообще помнит, кто такие дриады?

Но платье ей действительно было к лицу – и впервые за долгие месяцы Дафне вдруг стало небезразлично, как она выглядит. Порывшись в ящике прикроватного столика, Дафна отыскала свою давно заброшенную косметичку и вытряхнула перед собой ее скромное содержимое, надеясь, что тушь для ресниц и помада еще не рассыпались в прах. Накрасившись, переодевшись и распустив по плечам волосы, обычно кое-как собранные в хвост, она подошла к большому напольному зеркалу – и с некоторым удивлением, но не без удовольствия воззрилась на свое отражение.

Фьюри, все это время крутившийся у хозяйки под ногами, привстал на задние лапки и недоверчиво потянул носом в ее сторону.

- Что, тоже не узнаёшь? – хмыкнула Дафна и со вздохом добавила: - И зачем только вырядилась…

Кажется, в последние дни с ней стало происходить что-то странное.

Додумать эту мысль она не успела – тишину квартиры нарушил нетерпеливый звук дверного звонка. «Даже не опоздала», - встревоженно отметила Дафна, по пути к двери бросив взгляд на настенные часы, показывавшие почти восемь часов. Совсем не характерно для ее подруги.

Найя ворвалась в квартиру ярким, шумным, пряно пахнущим ураганом: вьющиеся смолянистые волосы неукротимым водопадом струятся по плечам, губы на смуглом лице хищно пламенеют, соперничая цветом с коротким алым платьем, проглядывающим сквозь расстегнутый серебристый дождевик.

- Пицца, - коротко бросила она вместо приветствия, сунув в руки Дафне большую картонную коробку, от которой исходил густой запах сыра и томатного соуса. Затем захлопнула за собой дверь, сбросила и отшвырнула в угол свои блестящие туфли на «шпильках», высота которых ужаснула Дафну, и, со змеиной грацией выскользнув из дождевика, порывисто обняла подругу.

- Чудно выглядишь, - заметила она, отстранившись и окинув Дафну нарочито недоверчивым взглядом. – Это что, косметика??

- Да ну тебя. Давай уже, проходи.

Найя с зажатой под мышкой сумочкой привычно направилась в сторону кухни, оставляя за собой шлейф из терпкого аромата духов и дождевой свежести – и, следуя за ней, Дафна невольно залюбовалась ее тонким и гибким телом, плавные изгибы которого нарочито подчеркивало обтягивающее платье. Удивительно, что с такой божественной внешностью девушке фатально не везло с мужчинами: в последних, конечно, отбоя не было, но и «действительно стоящих», по выражению Найи, не попадалось. Дафна на это тактично намекала, что, возможно, следовало бы попробовать завязывать знакомства где-то, помимо ночных клубов и баров, на что Найя всякий раз закатывала глаза и называла ее занудой.

Все, кто знал ее лучшую – ну, или, по крайней мере, единственную столь близкую – подругу, задавались вопросом, что могло свести двух настолько разных девушек. Найя была взбалмошной, легкомысленной, импульсивной – и совершенно далекой от всего, что вызывало интерес у Дафны. Развлечения, мужчины, красивая одежда и драгоценности – вот и все, чем ограничивались ее устремления. Обладая яркой экзотической красотой, Найя сразу по окончании университета устроилась работать танцовщицей в один из лучших ночных клубов города, превратив в прах надежды своих родителей, мечтавших о медицинской карьере для единственной дочери. Собственно, родители и стали тем звеном, что связало судьбы девушек: отцы обеих были врачами, познакомившимися и крепко сдружившимися еще во время учебы. После они стали дружить семьями; их дети росли вместе, ходили в одну школу и, несмотря на разницу в характерах и интересах, неизбежно сблизились. Найя с раннего детства считала Дафну своей самой близкой подругой, почти родственницей (тем более, они были ровесницами) – а в ее старшего брата Гая и вовсе долгое время была влюблена.

Правда, безответно.

- Ой, фу! – войдя в кухню, скривилась Найя при виде сидящего на кухонном диванчике хвайка. – Ди, можешь убрать куда-нибудь своего крысеныша? У него что, нет клетки?

- Нет, - спокойно подтвердила Дафна. – Он у меня ручной и чистоплотный.