Я ненавижу тебя, любимый!

Глава 15 Ужин

Ближе к вечеру я имела возможность убедиться в том, что к Доброгорскому действительно относятся с теплотой те, кто работает в его доме. Я находилась в гостиной, куда пришла посмотреть  телевизор, висевший на одной из стен. Мое настроение было паршивым из-за вынужденного безделья. Благодаря Доброгорскому, я была лишена возможности учиться и общаться с друзьями хотя бы посредством интернета.

Ян лишил меня возможности не только звонить, но также выходить во всемирную сеть. Все, чем я могла себя занять в этом доме-это прогулки, чтение книг и просмотр телевизора. Я уже две недели как являлась пленницей в этом доме. Каждый день своего нахождения здесь я надеялась на то, что Шелест меня вызволит. Но дни шли за днями, ничего не происходило. Я уже всерьез начинала задаваться вопросом, а занимался ли вообще отец моими поисками? Неужели  такой влиятельный и могущественный человек, как Виктор Шелестов по прошествии двух недель все еще не выяснил, куда подевалась его дочь? Я просто не могла в это поверить. Я отказывалась в это верить.

Злая и раздраженная, я сидела на мягком диване, подобрав под себя ноги и переключая телевизионные каналы один за другим. Позади меня две горничные занимались уборкой дома. Время от времени девушки о чем-то тихо друг с другом разговаривали. Я не вникала в смысл их беседы до тех пор, пока одна из них не произнесла :

-Как здорово, что Ян Арменович вернулся!-мечтательно протянула одна из них.

Услышав эти слова, я стала прислушиваться к тому, что говорят горничные.

-Это точно! А еще хорошо то, что он так быстро выздоровел!

-Да, слава Богу, беда миновала его!

Затем девушки замолчали, продолжив заниматься уборкой. Я услышала немного, но достаточно для того, чтобы понять, что похоже все за исключением меня, искренне рады возвращению Доброгорского. Это меня удивило и заставило начать безмолвные рассуждения на тему того, каким образом Ян сумел заставить своих работников так хорошо к себе относится. Наиболее подходящим и точным объяснением мне показался вариант с высокой заработной платой. Другой причины работать на мафиози я не видела.

Я попыталась представить, как бы относилась к Доброгорскому, если бы работала на него и получала за это хорошие деньги. Но у меня ничего не вышло. Мое воображение не позволило это. Я пришла к выводу, что не смогла бы работать на криминального авторитета даже за высокую заработную плату. Кто-то мог бы подумать, что я лицемерю, узнай он, что мой отец так же является одним из таких авторитетов. Но родителей не выбирают, а работодателя-да. Люди, работавшие в этом доме, не могли не знать, кем является Ян. И тем не менее, они добровольно сюда приходят, выполняют свои обязанности и выглядят вполне довольными. Следовательно, они ничем не лучше своего хозяина.

-Извините, так уже вышло, что я слышала то, что вы только что сказали о Доброгорском!-обратилась я к хлопотавшим недалеко от меня горничным-Не могли бы вы объяснить, за что вы так хорошо относитесь к вашему хозяину? Неужели он настолько хорошо вам платит, что вы ради денег готовы прислуживать кому угодно, даже такому преступнику, как он?

Я была достаточно прямолинейна, так как не видела причины, по которой мне следовало бы проявить по отношению к этим двум девушкам больше такта!

Мой вопрос ожидаемо застал их врасплох. Пару секунд они  смущенно молчали, а после одна из них все же  попыталась мне объяснить:

-Вы не понимаете, Ян Арменович действительно очень щедр, но это не потому, что…

-Катя, Лиза, прервите пока вашу уборку! Сходите на кухню, помогите Галине Степановне!-голос внезапно появившегося Владимира прервал объяснения горничной. Он бросил на меня короткий, ничего не выражающий взгляд, а затем посмотрел на горничных.

Я усмехнулась про себя, думая о том, что за хорошие деньги люди готовы закрыть глаза на что угодно. Я была уверена в том, что верность и симпатию подавляющего большинства работающих здесь людей Доброгорский попросту купил. Да, они могли нуждаться в хороших зарплатах настолько, что согласились работать на человека, который жил вне закона. Я это еще кое-как могла понять, ведь жизненные ситуации бывают разными. Но разве обязательно при этом забывать о собственном достоинстве и раболепствовать перед бандитом только за то, что он платит хорошие деньги за работу в его доме?

Я чувствовала на себе взгляд Владимира, но демонстративно не замечала его! После сегодняшнего разговора мне этот человек стал откровенно неприятен! Да и вообще пребывание в этом доме с каждым днём становилось для меня всё более невыносимым.

Настало время ужина.Я взглянула на платье из небесно-голубого шелка, который передал для меня Доброгорский. Это было длинное  платье бюстье с разрезом вдоль правой ноги. Подозреваю, что оно было подобранно специально к цвету моих глаз. Оно было шикарным и при другом раскладе я с радостью надела бы его. Но сегодня я лишь скользнула по нему равнодушным взглядом. Так же, как и по голубым туфлям-лодочкам, принесенным с платьем. Даже примерять не стала.

Мои приготовления к ужину ограничились тем, что я переоделась в серую толстовку и черные джинсы, расчесала свои темно-каштановые волосы и оставила их распущенными. Ни о каком макияже не могло идти речи. Я не хотела выглядеть красивой для Доброгорского.

Ян скорее всего уже ждал меня внизу, в столовой. Спустившись вниз, я убедилась, что это действительно так. Он ещё не сидел за столом, ждал меня стоя у камина и попивая какой-то напиток янтарного цвета. В отличие от меня, Ян принарядился. На нем были черные брюки и светло-голубая рубашка с растегнутым воротом. И первый, и второй элемент одежды подчеркивали красоту его телосложения. Я была вынуждена с прискорбием признать, что он выглядел как голливудская звезда. В то время как я выглядела обычной простушкой. Впрочем, именно это было мне и нужно-дать понять, что я не в восторге от идеи Яна провести романтический ужин в моем обществе.

Заметив мое появление, Доброгорский окинул придирчивым взглядом мою фигуру, отмечая уродливую толстовку и ничем не примечательные джинсы. Его лицо не выразило не единой эмоции после того, как стало очевидным, что я плевать хотела на его просьбу надеть к ужину платье. Но недобрый огонек в его глазах все же зажёгся. Не могу сказать, что это не заставило меня насторожиться