Би-полярное сияние

Ещё один рабочий день

Моё заблудшее сознание потревожили извне.
 - Том, Том! Проснись, ты опаздываешь на работу,- услышал я голос жены сквозь сон,- вставай, лежебока!- она толкала меня, а я мычал в полудреме, ворочаясь.
 - Милая, дай еще пять минуточек поспать.
 - Выходит, я зря готовила тебе завтрак? Ладно, съем сама,- обиженно ответила моя женщина.
 - Стоп, какой завтрак? – удивился я, плавно поднимая торс с матраца. Первое, что мне бросилось в глаза – поднос с завтраком прямо в постель: два яйца с цельным желтком, два тоста и чашка кофе. Все как я люблю, и она это знала.
 - Ого, тебя будто бы подменили. То орешь на меня, а теперь подаешь завтрак в постель,- заметил я, протягивая руки к еде.
 - Ну тебя, никакой благодарности,- возмутилась жена. В ответ на этот жест я  поцеловал её в щечку, проколол вилкой яичный желток и макнул в него тост,- Спасибо, Джейн. Это был действительно приятный сюрприз. Кстати, который час?

Щелчок секундной стрелки сменился тишиной.
 - Уже без десяти семь, тебе не помешало бы поспешить.
 - Ты права. Даже чудесный завтрак - не оправдание дабы припоздниться,- мельком взглянув на циферблат часов, я торопился одеться. Залпом выпил кофе и побрёл в ванную комнату.

Старое грязное зеркало встретило меня отражением вечно уставшего лица. Помятый и безжизненный вид уже давно вошёл в привычку, а теперь на висках еще и красовались две уродливые гематомы. Не помню, откуда они. Видимо, вчерашний выходной я провел на славу.
 - Опять будут задавать лишние вопросы на работе,- пожаловался я, выдавливая зубную пасту на растрёпанную щетку.
На вешалке в прихожей меня ждала куртка и ботинки, которые я носил уже много лет.
 - Одевайся теплее, ближе к вечеру обещают сильное похолодание.
 - Хорошо,- ответил я, сплевывая остатки зубной пасты в раковину и вышел из ванной.

Рубашка, теплый свитер, меховые джинсы, теплый головной убор и шерстяные носки – все, чтобы не замерзнуть на улице. Хотя нет, не все. Перед выходом обнял Джейн и еще раз поцеловал, теперь-то я точно не замерзну.

Февральский день встретил меня плавным снегопадом. Тысячи снежинок падали на землю, окутывая все вокруг; кусты и ветки деревьев уже давно надели свои белые шапки. Я шел по направлению к автостоянке.

Сотни разных следов навевали на мысль о скоротечности нашей жизни, а отпечатки от шин на снегу подчеркивали общую картину всеобщей боязни опоздать. Нажав на кнопку выключения сигнализации авто, я услышал лишь завывание ветра.
  - Ну и куда подевалась моя машина?- пожаловался  я, давил и давил на кнопку,- Отлично, видимо её увезли на штраф-площадку. Будто бы я и не спешу вовсе и на работу мне не пора!

Чертыхаясь, я побрел в сторону подземки сквозь нарастающую зимнюю вьюгу. Люди с недовольными заспанными лицами проносились перед глазами подобно бестелесным призракам. Все спешили по делам, словно каждый день для них был последним.

Для меня же этот день грозил лишь еще одним опозданием на работу и очередным замечанием от начальника. Сердце моё учащенно билось, я ненавидел опаздывать. Ты во чтобы это не стало должен оказаться в каком-то месте в положенное время, а твой внутренний таймер жадно отсчитал каждую секунду. Каждое действие, уже по привычке, вырабатываемой не один год, занимало то или иное время.

Как ни странно, но у дверей в подземку я оказался в семь тридцать, почти вовремя. Там всегда было прохладно летом и тепло зимой, за что я и любил путешествовать по городу в метро; и из-за чего я так неохотно согласился брать в кредит машину.

Здесь всегда была своя неповторимая романтика. Все эти тысячи переплетённых на миг судеб; все эти люди, которые сейчас толкали меня в вагоне метро - у всех была своя история, которую мы никогда не узнаем; как и не узнаем, какие же книги эти люди, едущие с нами, прочли в вагонах метро, и они никогда не узнают, что читали мы…

  - Следующая станция…,- начал знакомый оповещающий голос. Невозможно было разобрать последних слов, но местные и так знали карту метро наизусть. Двери открылись, и люди поспешили на выход, толкаясь между собой. Освободилась пара мест, и я быстренько втиснулся между сидящими пассажирами.

Девушка, сидевшая рядом и игравшая на смартфоне в какую-то незамысловатую головоломку, покосилась на меня. Я сразу заметил это, согревая холодные руки.
  - Представь, медицина дошла до того…,- послышалось мне.
  - Да, мне самой не верится. Вчера по новостям передавали первый…- ответила девушка, бросив на меня беглый оценивающий взгляд. Странные посылы читались в её глазах. Она зачем-то встала и поспешно ушла в другой конец вагона, хотя до следующей станции ехать оставалось не менее десяти минут.

Я почувствовал себя каким-то чудаком, пугалом, но моё лицо все еще не выражало никаких эмоций. Думаю, молодые люди увидели мои синяки и на всякий случай решили удалиться. Это нормально.
   - Внимание, двери открываются, станция…- неразборчиво оповестил  мужской голос.

Снова десятки людей устремились к дверям, и я вместе с ними; снова спешка и давка на эскалаторе; снова кто-то бежал по ступеням, вместо того чтобы просто подождать, пока эскалатор привезёт их наверх.

Я опаздывал, но не спешил. Десятки магазинов в подземке уже открылись, предлагая сомнительные товары по завышенным ценам. Как обычно, я продумывал план на сегодня, проходя возле ларьков. Прозрачные двери метро распахнулись, и холодный зимний ветер ударил мне в лицо.

Мне вдруг пришло в голову, что вот по этому же самому пути на работу всего лишь два года назад я думал о чем-то только своем, о чем-то глубоко личном, но добравшись до места назначения, выключал режим мечтателя до конца рабочей смены. Так было проще работать. Так я сделал и сейчас, следуя выработанной привычке.

Входные двери в мою компанию открывались магнитным замком, ключ-карта от которого лежала в моем кошельке. Холодными руками приложив карту к проходной панели, я увидел, что вход заблокирован.