Гадкая Клаффа де Варенн

23. К открытию готовы

На крышу в лес вернулись почти в темноте. «Много спала – поздно встала» - сделала вывод ведьма, когда проснулась после ночных похождений. С легкой руки Бра они воспользовались дилижансом и подъехали к городку, от которого братья обычно срезали путь вдоль болота. Там же докупили молока и сметаны, и нагруженные поклажей отправились в лес.
- А нам на хвост не сядут? - Спросила Клаффа, когда первые деревья отделили их спины от заинтересованных взглядов, если таковые имелись.
- Обычно отводом глаз Лайкус занимался, я больше заговорить и отвлечь могу.
Ведьма почесала бровь, размышляя какую бы магию применить, что б в эту сторону не совались любопытные. Но Брамолей указал на ориентир, - вырванную с корнем березу, наклонившуюся под острым углом к земле.
- Под ней и дождь можно переждать и с той стороны выйти и по кочкам, по кочкам метров двадцать, а там и тропинка заговоренная.
Если бы не проводник, Клаффа долго бы искала свою крышу. Когда встали на поваленный ствол, в небе зажглись первые звезды.
- Пруня, это мы! Я тебе подружку принесла!
Из-за ели выпорхнула большая птица и низко упала, облетая ведьму и сопровождающего.
- Угу, угу, ох-хох!
- И не говори, задержались, но столько дел переделали!
Даже не задумываясь о том, как это выглядит со стороны, ведьма начала делится с собственным фамильяром новостями.
Тот отвечал коротким ух, угу, или более длинным ох-хох-хя. А еще урчал диким котом, подгоняя уставшего Брамолея, нагруженного сумками и узлами.
- Говоришь нужно на краю болота синюшник собрать? Сегодня только цветет и в полную силу входит? Вот спасибо, чтобы я без тебя делала?
Видимо похвала сработала, филин заворковал, затоковал с переливом.
– Сейчас переоденусь и пойдем, - пообещала ведьма и скрылась за дверью балкончика.
А на следующий день пастух, заночевавший с чередой с той стороны болота, принес в городок новость, что не иначе как болото облюбовал какой-то злой дух.
Если спелый синюшник рвать, то от него по всему болоту искры летят. Вот он те искры видел, а еще Пруню слышал. А от ее монолога у кого хочешь волосы на голове зашевелятся. Так с подачи юноши на карту соответствующее обозначение нанесли и еще дальше болото обходить стали.
Весь следующий день Клаффа и Бра перебирали залежи. Дошел черёд и до попрыгаек. Это такие игрушки с очень слабым артефактом внутри. Их нужно заводить ключиком, и тогда игрушка либо прыгает, либо ходит вперевалку. Они учат детей ходить. А артефакт внутри не дает ей потеряться, по определенному свисту она будет отзываться, где бы её завод ни кончился.
На крыше имелась целая коллекция разнообразных попрыгаек. И для девочек, и для мальчиков.
А еще нашелся целый сундук коробочек распакованных подарков. Упаковка у них при открытии провозглашала «С днем рождения!», «С именинами!», «С юбилеем!» и так далее.
- Будем считать, - делилась с Бра планами на будущее ведьма, - костяк коллекции магазина сформирован. Эти вот платья и сюртуки, предлагаю разместить под вывеской – вторые руки.
— Это как? – не понял Брамолей.
- Ну вот смотри, у нас соседи кто? Натуры возвышенные и утончённые! – подчиненный захлопал ресницами, как какая-то кокетка.
- Говорю учащиеся не слишком разбалованы деньгами и общественным мнением, а значит на праздники, балы и чего у них там еще устраивают, однозначно захотят приобрести какое-то платье или сюртук. И для тех, у кого с деньгами уж совсем не густо, наши вторые руки будут, как находка! Хотя задешево я бы эту одежду не отдавала б.
- Так и не надо, - наконец проникся младший брат, - вы же сказали, что они творческие, глядишь и подберется под платье владелица. А уж сотворить из него шедевр, — это уже их рук и таланта дело. Или пусть отрабатывают своим талантом часть стоимости, если денег не хватает.
- О, - согласилась ведьма, - а самые невостребованные будем напрокат выдавать.
Для отвода глаз пришлось в ближайшем городке Брамолею прикидываться комплектовщиком лавки диковинок. Ведьма выделила в качестве реквизита роскошные усы, цилиндр и монокль, несколько золотых и к моменту возвращения в лавку, у них имелись не только вещи с крыши, но и прикупленные в лавках старьёвщиков более привычные обывателям.
Сама же Клаффа с азартом принялась носиться по окрестному болоту, направляемая Пруней, эксплуатируя небольшой вес и шустрые лапки Гадости.
За два дня, пока они собирали товары для продажи ей удалось подвесить на балясинах у камина и мокрицу, и желтавницу, и подери-траву, и даже грибов набрать, тех, что только по болотным кочкам растут, и их только раскопав мох обнаружить можно. Нюх у Гадости был на удивление острым, сморщенные комочки деликатеса сушились на разложенных вокруг камина решетках, а Клаффа подсчитывала барыши.
И благодушное настроение у нее было до тех пор, пока они не вернулись назад в лавку.
Но об этом следует рассказать по порядку.
Грузовой дилижанс, забитый под завязку, подкатил к запертым воротам в двенадцать.
Разгрузив его, и сложив вещи в подвале, братья предложили пообедать в ресторане.
- Вы же меня не предупредили, - старший был не слишком рад возвращению хозяйки. Клаффа заметила, как его перекривило в первый момент. Интуиция намекала, что все дело в женщине. Да и Пруня, которая впорхнула в раскрытое окно башни, отчиталась о забытом легком шарфе на заднем дворе.
Ведьме хотелось наорать и потребовать отчета, но в то же время она понимала, что, если отправится на ту сторону, то этим двоим нужно доверять. Магический договор не давал возможности навредить хозяйке, но не договаривать, если дело касается не совместного бизнеса, брат мог без больших усилий.
Комнату на втором этаже башни Клафа оставила для себя в качестве жилья. И хотя санузел в башне был совсем крохотным, и включал унитаз и рукомойник, она решила не жить в основном здании. Последний владелец использовал эту комнату, как кабинет, совмещенный со спальней. Поэтому в ней было очень тесно, да и кровать была узковата, но все же была, а не тот топчан, что на крыше в лесу. Высокий третий этаж был лабораторией. Астрономической и алхимической, судя по телескопу и углу, в котором присутствовал реквизит зельевара, химика и ведьмы, в одном флаконе. К сожалению, этот угол оказался девственно чистым. Ни одного компонента, ни одного состава, только оборудование, печь, котелки разных размеров, перегонные кубы, пробирки, колбы, ступки и так далее.
К себе в башню Клаффа отлучилась чтоб переодеться. И именно тогда смазанной тенью пронеслась Пруня, отчитавшись о находке на заднем дворе и закрытых окнах в комнатах братьев. Если они и осуждают что, то подслушать не удалось. Дом приглушил не только внешний звук, но и не позволяет услышать снаружи то, что происходит внутри.
Ведьма решила не афишировать, что прибыла в город со своим фамильяром. Меньше знают, - крепче спят, - этим девизом она воспользовалась еще и потому, что дело, которое собралась развивать, должно выглядеть легальным. И быть таковым, по крайней мере с фасада.
На обеде, Лайкус раскололся сам. То ли на этом настоял младший, то ли это решение было исключительно его личным, но он поведал, что успел познакомиться с вдовой, которая держала лавку с пирогами и сдобой чуть дальше по улице. Видно, вдова была запоминающейся, раз мужчина, при воспоминании о ней, покряхтывал непроизвольно.
- О! – хмыкнула Клаффа, - развлекаться ты можешь только в нерабочее время!
- Она вчера принесла поздравительный пирог, как соседка! – начал оправдываться мужчина, - я не мог не пригласить ее на чай.
- В дом?
- Нет, что ты, я провел ее по тропинке вдоль живой изгороди, жалуясь большей частью на шумных соседей.
- Она пожалела и поделилась информацией?
- Да, то есть нет. Она, конечно, посочувствовала шуму, но и успокоила, что для нашего вида деятельности это не так страшно, как действие шума на опару.
- На опару? – удивилась ведьма.
- Да, от шума она не подходит и пироги выходят, как камни. Это одна из причин, по которой город ограничил эту местность звукоизолирующим забором.
- Так и о чем же вы разговаривали? – Клаффе было любопытно, Лайкус очень импозантный мужчина, и то, что на него положила глаз вдова, говорило о многом. Если его оставить торговать, то тут будет столпотворение.
- Она жаловалась, что племянница криворукая, одни убытки от нее. Ни рожи, ни кожи. Опара опадает, клиенты разбегаются. Еще рассказывала новости из столицы. Вот уже неделю ищут кого-то, а кого не понятно.
— Это она пыталась пристроить племянницу к нам? – сделала правильный вывод ведьма. – То, что она не красавица – это плюс, но то, что торговля – не ее стезя – это минус.
- А может посмотрим на ее умения, - неожиданно поддержал старшего брата младший.
Клаффа и сама понимала, что необходимо нанять продавца. Лайкус мог быть управляющим, если показать ему как вести учет, как вести себя с проверяющими, при его умении отводить глаза, это было бы легким делом. А Брамолея чуть позже отправить за янтарем. Все равно, если появятся первые монеты, их следует пускать в оборот. Деньги должны приносить деньги.
«Может не распыляться пока на янтарь?» - предприятие, которое вырисовывалось в голове Клаффы требовало максимального присутствия на стадии запуска. Максимального внимания к деталям и контроля за подельниками и наёмным персоналом.
- А веди ее к нам, - приняла решение, чувствуя, что внешность не отпугнет желающих приобрести диковинку. Если эту внешность обыграть соответствующим образом, от желающих поглазеть – отбоя не будет. – Там эта добрая женщина шарф забыла, отнесешь, и порадуешь ее. Скажешь, что проникся ее проблемой и сделал протекцию нерадивой девице.
Максимилиана произвела неизгладимое впечатление.
Они как раз перетаскивали тумбы-витрины, когда Лайкус нарисовался в распахнутых дверях, с чучелком за руку.
- Астролябия и алидада! – выдала девица, сверкнув острым взглядом из-под сросшихся густых бровей.
Клаффа проследила за ее взглядом и выдохнула. Если она знает такие сложные названия, то у нее все же есть талант. Просто тетка его не рассмотрела.
- Как зовут-то тебя? – попыталась расположить к себе худенькую, и несколько скособоченную девушку.
- Максимилиана я, госпожа, - поклонилась та, будто вспомнив наставления тетки.
Лайкус подпихнул ее в спину.
— Вот госпожа, простите если провинился.
А сама ведьма вдруг почувствовала расположение к странной девушке, что-то такое родное, просто давно забытое попыталось поднять хвост в душе и пока еще очень слабо завилять ним.
- А сократить никак нельзя? – улыбнулась слегка, отследив вспыхнувшее во взгляде недовольство.
Тут же прямо за спиной у ведьмы что-то хрустнуло, и от витрины отвалилась дверца, громко приземлившись на дощатый пол.
Ведьма оторвала взгляд от дверцы и приказала братьям закончить перестановку, пока она будет собеседовать Максимилиану в более непринужденной обстановке.
Кабинет за торговым залом произвел на девушку неизгладимое впечатление. У нее начали подрагивать руки, когда она увидела книги на полках.
- И давно умерли твои родители? – спросила Клаффа, наливая в чашку чай, заставляющий собеседника выкладывать правду и ничего кроме правды. В тетрадке одной нашла. Там, то есть в тетрадках еще было много всего интересного. Про поиски, про отслеживание связующих нитей. Про руны тоже было, зачитано до дыр, на первый взгляд. Но вот справочник зельевара заставил отложить все остальное.
Максимилиана пригубила напиток, стараясь смотреть исключительно в чашку.
- Пять лет назад от черного мора.
- А лет тебе сколько?
- Девятнадцать.
— Это хорошо, и читать ты любишь?
- Очень, - девушка оторвала взгляд от чашки, - у нас была огромная библиотека дома. Отец обучал меня, - она вдруг прикусила губу, и вновь опустила взгляд.
- И ничего подобного у тетки тебе не светило, сочувствую.
- Я благодарна ей, что она приютила меня, - как-то уж слишком тихо пробормотала девушка.
- Нам нужна продавщица, способная объяснять назначение различных диковинок, которые будут представлены в нашем магазине. Кроме этого, она должна обладать талантом подбирать нужное каждому конкретному посетителю. Выдержанная и улыбчивая, располагающая к себе. Сможешь ли ты стать такой? Переступить через собственное разочарование несправедливостью судьбы?
- Я могу попробовать, - подняла повлажневший взгляд девушка.
- Ты не сможешь рассказывать никому, что происходит здесь, когда двери магазина закрываются. Откуда мы берем наши диковинки. Кто наши поставщики.
- Я буду нема, как рыба! – девушка бросила голодный взгляд на книги.
- Тогда мы заключим магический контракт на испытательный месяц.
- Вы берете меня? – ресницы распахнулись и Клаффу поразила глубина темно-шоколадного омута.
А потом до самого вечера они вчетвером разбирали и раскладывали привезенное из леса.
И Клаффа раз за разом ловила осторожные поглаживания девушки, как будто она считывала историю каждой вещи, каждого предмета. Тактильно запоминала их параметры, создавала в голове собственный каталог. И дело было не в зарплате, которая будет зависеть от количества проданного и исчисляться в процентах, а скорее из-за возможности читать, когда в лавке отсутствуют покупатели.
Что-то подсказывало ведьме, что она даже мечтать не могла о подобной продавщице. Оставалось купить ей платье с белым воротничком, пусть будет темно-серым, чтобы не отвлекать покупателей от многообразия вещей и цветов, выставленных на полках и в витринах.
Каждый предмет, расставленный на полке, обзавелся крохотной этикеткой с ценой. А Брамолей начал стонать, что у него рука отваливается, все же записывать товар в книгу в течение четырех часов, это муторное дело.
Ужинали на заднем дворе. За племянницей пришла тетка, принесла приличный мясной пирог и постреляла на Лайкуса коровьим взглядом.
Клаффа фыркала в душе, наблюдая, как мужчина распустил хвост и принимает благодарности от пышной и фигуристой женщины.
- Ну что ж, каждый остался при своих интересах, - делилась с Пруней информацией о прожитом дне.
- Слетай, погляди на окрестности, проверь, все ли спокойно в округе?
- Угу! – подтвердила задание Пруня и растворилась в темноте сада.