Отпустить мечту

20

Приехав на площадь Победы, группа постепенно начала редеть: туристы спешили в метро и на вокзалы – разъезжаться по своим городам.

Выйдя с площади, Алексей повел Даниэль к подземной парковке. Свои вещи она несла сама, нахмурившись, когда он только протянул к ним руку.

- Я не калека, - холодно сказала она. – А сумка не так тяжела. Справлюсь сама.

- Я лишь хотел помочь, - обиженно произнёс Алексей.

- Спасибо. Но не нужно.

И теперь, подходя к мотоциклу Алексея, она видела, как загорелись его глаза: он явно скучал по своему «коню». Даниэль рассматривала машину: чёрный, без вычурностей и всяких «прибамбасов», пропорциональный, негромоздкий, элегантный и в то же время производящий впечатление силы и мощи. Невольно она позавидовала Алексею: если бы не её «велосипедный кретинизм», как назвал её неумение ездить отец, она бы, не сомневаясь, накопила бы на байк. Даниэль тут же очнулась: что за мысли? С ума она, что ли, сошла? Даниэль удивлялась самой себе: Алексей сказал, что она в нём перевернула с ног на голову, но и он поколебал её взгляды, раз она, раньше не признававшая байков категорически, сейчас была бы рада сама рассекать на них.

Алексей протянул ей шлем и сел в седло. Даниэль небрежно закинула ногу и уселась позади него. Обхватив его руками, она поймала себя на мысли – сумасшедшая. Всегда такая серьёзная, рациональная и спокойная, она вдруг отдаётся во власть безумца, который наверняка её угробит. Что с ней стряслось? Куда подевалась её рассудочность? Поездка в отпуск сделала из неё какую-то чувствительную и восторженную дуру. Она уже хотела было слезть, но тут двигатель завёлся, и они тронулись с места. Выехав из подземного гаража, Алексей прибавил газу. У Даниэль захватило дух: вот это скорость! Восторг стал переполнять её – невиданное доселе ощущение. Чувство абсолютной свободы охватило её: ещё никогда она не была настолько раскована, радостна, счастлива. Никакой секс, который был у неё до сих пор, не смог доставить ей подобного наслаждения! Сорвав шлем и раскинув руки, она закричала от полноты чувств. Ветер бил ей в лицо, рвя волосы с головы, машины рядом как будто стояли, пока они проносились мимо. Алексей слегка повернул голову. Но она надела шлем, снова обняла его и прижалась к его спине. Мотоцикл вильнул. Наступающая ночь и редкие прохожие не мешали Даниэль наслаждаться новыми ощущениями. Эта странная женщина всё более привлекала Алексея к себе. Ещё там, на стоянке, когда она, садясь, обняла его, он чуть не задохнулся от желания. Именно поэтому он не сразу завёл двигатель – ему надо было успокоиться. А теперь, когда она прижалась к нему, такая радостная, возбуждённая, горячая, он еле удержал руль. Зачем она надевает маску холодности? Ну не может один человек быть столь противоречив – одновременно льдом и огнём. Однако вот она – едет позади него. Её холодность удерживала его от фривольности вначале поездки, приводила в отчаяние после. Ведь он видел, какой она могла быть, когда позволяла себе расслабиться. Он терял контроль. Он был уверен, что она хочет его. Но всякий раз её слова и поведение его отрезвляли. Поначалу, слов нет, его это отталкивало. Потом он стал думать, что это такая игра: поманить вечером, охладить наутро, чтобы днём он весь исходил от желания. Однако, чем настойчивее он играл в эту игру, как ему казалось, тогда тем упорнее Даниэль сопротивлялась ему. В то время он бесился, не понимая – выходит, он ошибался, и это не игра? Тогда как это вообще можно понять? Потом он смирился, позволив ей быть собой. Он её не понимал тогда и не мог понять сейчас. Только ему казалось, что он в чём-то нашёл опору, как Даниэль снова мешала ему карты.

При въезде в центр Даниэль опомнилась. Интересно, куда он её везёт?

Когда они остановились на очередном светофоре, Даниэль наклонилась к Алексею.

- Высадите меня у какого-нибудь метро.

- Что? Почему? – Алексей обернулся.

- Потому что я так хочу.

Алексей не сводил с неё напряжённого взгляда.

- Алексей, я прошу вас, - произнесла Даниэль, презирая себя за подобный просительный тон. – Отпуск закончился. Пора зажить реальной жизнью.

Повисла напряжённая пауза.

- Ладно, - наконец бросил Алексей.

Он довёз её до метро и приглушил мотор.

- Я напишу тебе на почту, - сказал он, передавая ей её сумку.

- Не думаю, что это хорошая идея, - сказала Даниэль, снова обретя присутствие духа и прежнюю холодность. – Я же говорила вам.

Он наклонился поцеловать её, но она отстранилась.

- Не нужно, - дрогнувшим голосом произнесла Даниэль.

Она смотрела на Алексея, и противоречивые чувства овладевали ею.

- Спасибо за всё, - сказала она. – Прощайте.

Она повернулась, чтобы уйти.

- Дэнни! - позвал Алексей. Даниэль остановилась. – Я напишу тебе, - сказал он ей в спину.

Она медленно повернулась, придерживая сумку. Глядя на напряжённое лицо Алексея, она пыталась унять вновь поднявшуюся бурю в своей душе. Внезапно, подчиняясь импульсу, она, сбросив сумку с плеча на землю, кинулась к нему. Вцепившись в его плечи, она впилась в его губы, словно утопающий цепляется руками за бревно. Опешивший Алексей быстро пришёл в себя и в свою очередь обнял её за плечи. Он гладил её спину и целовал так, как будто она была первой его женщиной за многие годы воздержания. Он целовал её щёки, глаза, шею, заставляя тихо постанывать. Потом он снова приник к её губам. Мир вокруг перестал существовать…