Луна Васмиора

18.3

Та ночь стала для меня роковой, она изменила слишком многое, еще большее уничтожила, и к сожалению, ничего не оставила на своих местах.

Но обо всем по порядку.

Около покоев принца Дамирана меня покорно дожидались солдаты во главе с Сэтом, он смотрел на меня с толикой сожаления, как будто бы понимал, что встретило меня в покоях и что ждет в ночи. Увидев прижатые к груди две толстые папки, начиненные плотными желтоватыми листами, Сэт нахмурился, окончательно уверившись в каких-то своих соображениях.

Перед уходом Дамиран успел вручить эти злосчастные папки, не забыв упомянуть о нашем хрупком перемирии на время поездки до Онтастара. Он со своей стороны обязался предоставить мне неприкрытую правду произошедшего с городом и происходящего с королевством. По его словам, ответ на все это есть в записях, любезно мне предоставленных. Я же обещала отстраниться от привычной вражды и взглянуть на принца иным взглядом. Пока только понятия не имею, каким. Но Его величество заверил, что в поездке я обязательно пойму.

Что ж, выйдя из покоев решительно направилась в свою комнату, в тайне надеясь, что служанки успели привести весь хаос к порядку, потому как единственное, что мне требовалось, крепкий сон перед тремя неделями походной жизни. Разговор с принцем закончился на обсуждении данного путешествия (для меня это несомненно путешествие, потому что до того, я лишь однажды вышла в город, а еще раньше – ни разу не покидала стены замка). Итак, предполагалось, что я отправлюсь в путь в карете в то время, как Его величество будет преодолевать то же расстояние верхом вдвое быстрее. От этого я поспешила отказаться, заверив Дамирана, что могу путешествовать верхом. Ужаснейшая ложь, но позволить ему быть впереди не могу, в то время как он, подобно благороднейшему рыцарю станет оберегать карету с якобы благородной дамой, а мне останется лишь наблюдать за окружающим пейзажем. Вот уж нет.

Сегодня я потребовала признать мои права на трон, другими словами, я объявила себя королевой, потому и держаться должна не хуже королевской персоны.

В детстве, когда мама читала сказки на ночь, помню, что во всех тех историях королевы были неким дополнением к королю, они редко выезжали куда-то из дворца, предоставляя супругу делать всю грязную работу. Королевы в сказках всегда представлялись неким подобием прекрасной богини, но никак не стратегом и не воином. На деле все обстоит иначе, этому меня успела научить госпожа Соловетта. Правящая женщина не обязана являться всего на всего украшением своей страны. В первую очередь, она та, кто жертвует многим ради народа, внешне оставаясь непоколебимой и хладнокровной. Конечно же королева должна соблюдать некоторые нормы принятого этикета даже в походе, но, с другой стороны, очень многим можно и пренебречь в силу обстоятельств.

Таким образом, я вдруг неожиданно умею ездить верхом. Даже принца это отчаянное заявление покоробило, однако он учтиво кивнул, делая вид, что поверил. Представляю, сколько смеха будет по утру, когда я не буду знать, с какой стороны подойти к лошади.

Пусть. Главное, не останусь в стороне, заточенная в комфортную карету, наравне с принцем буду держаться солдат и слышать все сказанное. Это не просто прихоть зазнавшейся девки, мне отчего то кажется, что крайне важно слышать все разговоры, что будут вестись на протяжении всего длинного пути.

Остановившись у непримечательной двери, ведущей в мою комнату, я хотела развернуться и попросить у Сэта помощи в завтрашнем отважном подвиге – забраться на лошадь, но передумала. Нет, я должна сама справляться с трудностями, сама находить пути решения различных проблем. Поэтому завтра самостоятельно вскарабкаюсь на ретивую животину, надеясь, что ей не взбредет в голову скинуть меня на смех всем.

Прощаясь с солдатами на ночь, лишь тихо поблагодарила их за непоколебимую верность самозванке, за которую им пришлось заплатить кровью. Ни один из них не ухмыльнулся, не съязвил, хотя лично я считаю, что они в праве ненавидеть меня. Ведь не поведи я себя словно взбалмошная кобыла, не терпящая возражений, их бы не высекли. Сэт тепло улыбнулся на прощание и развернулся спиной, приготовившись нести ночной караул, остальные поспешили удалиться в казармы, чтоб как следует отдохнуть перед поездкой.

Всякий раз, наблюдая, как на ночной караул остается только Сэт, а после с утра он не уходит отдыхать, поначалу удивлялась, каким таким образом мужчина не нуждается в отдыхе. Недавно главная служанка приоткрыла завесу тайны: Сэт не только хороший воин, он маг и достаточно сильный, поэтому караул несет в гордом одиночестве, а не уставать и не иметь острой потребности в постоянном (или хотя бы регулярном) сне, ему помогают особые зелья, какие, служанка не уточнила.

В гостиной мне встретилась злющая Тирива, она в прямом смысле слова рычала, стреляя бешенными глазами по служанкам. Дакам и Глиса носились по комнате, как укушенные, непривычно тихие и грустные.

— Что случилось? — Я положила папки на стол около дивана и неподвижно застыла, когда Тирива обернулась ко мне.

— Зачем вы вазу разбили вчера? — Пытливо спросила старшая служанка. — Неужели вы не понимали, что этого делать категорически нельзя?

Прежде чем ответить, я заметила на ее руках синяки, женщина пыталась прикрыть свежие отметины рукавом.

— Что? — Я прямо-таки почувствовала негодование на собственном лице, мышцы неприятно напряглись, уводя уголки губ вниз, брови сдвинулись, прочерчивая мелкие морщины. Это продлилось всего секунду, после я сумела совладать с эмоциями, но губы так и остались плотно сжатыми.