Девятая жизнь. Напарники по несчастью

Глава 5. Горячая рука

Селетта, честно, пыталась сдерживаться. Прикусывала кончик языка, нервно дергала коленкой под партой и крепко сжимала пальцы в замке, не позволяя правой руке взметнуться вверх. Могла даже закрыть рот кулаком или ущипнуть себя за запястье. Но, стоило хоть кому-то из преподавателей сказать заветное «дополнительное задание», как все ее тело моментально забывало о заданных характеристиках, а изо рта уже вылетало предательское: «Можно мне?». За этим неизменно следовал снисходительно-понимающий взгляд и согласный кивок: «Можно, мисс Одри, можно». Вот и теперь, недовольно шагая в сторону теплиц ранним утром понедельника, Селетта в тысячный раз ругала себя за излишнюю инициативность. Кто же знал, что хрустальная орхидея, пыльца которой способна вогнать в глубокий сон любое живое существо, распускается лишь под рассветными лучами всего на двадцать минут?

Впрочем, дойти до теплиц вовремя ей было не суждено — Селетта увидела их, только завернув за угол главного здания, да так и застыла на месте. Рэйнер тин Фолльт и новенькая студентка Триста смотрели друг на друга и о чем-то говорили на повышенных тонах. Затаившись, староста медленно отошла обратно за стену. Подглядывать — дело дурное, но… Сказав что-то резкое, Триста сделала уверенный шаг назад и вдруг исчезла, тут же материализовавшись возле крона старого дуба. Селетта пораженно ахнула. Руна мгновенного перемещения! Рэйнер, судя по реакции, был удивлен не меньше: резко обернувшись, он недоверчиво уставился на Тристу и неожиданно (наверно, даже для самого себя) рассмеялся. Потом что-то сказал ей и ушел, улыбаясь собственным мыслям. Триста тоже не стала задерживаться: подобрав что-то с земли, ускакала следом, едва ли не пританцовывая от счастья. Селетте оставалось лишь гадать, о чем они говорили и какого черта обычная студентка смогла применить запрещенную руну, не использовав при этом ни единого пасса?

Правда, слишком долго размышлять над этими вопросами ей все равно не дали. Шагая на второе занятие, Селетта уже издалека приметила темноволосую макушку Хэйса. Тот не сводил с нее глаз, стоя у окна в компании нескольких друзей, и, едва староста поравнялась с ними, преувеличенно-громко выкрикнул:

— Привет!

Селетта мысленно закатила глаза, проигнорировав этот выпад. Но альфариец сдаваться так просто был не намерен. Обогнув приятелей, он поравнялся с ней и, засунув руки в карманы брюк, спросил:

— Как прошли выходные?

Девушка ничего не ответила, вышагивая прямо по коридору.

— Дай угадаю, ты сделала задания на неделю вперед и прочитала пару-тройку новых книг? — Хэйс обворожительно улыбнулся, заглянув в ее лицо. — Еще и в комнате убралась? Ну ты даешь!

Как же сильно он ее раздражал. Просто из себя выводил одним своим присутствием! Но маска холодного отчуждения плотно прилипла к девичьему лицу, не выдавая истинных эмоций.

— Ладно, ладно, я пошутил! — тут же пошел на попятную парень и посерьезничал. — Ты ведь понимаешь, что рано или поздно нам придется поговорить? На сообщения мои ты не отвечаешь, записки выбрасываешь, слова игнорируешь… Ну и как же нам быть?

Селетте остро, до чесотки на языке, захотелось фыркнуть ему прямо в лицо: «Каким еще нам?!», но в тот же миг из-за угла вывернул Рэйнер, вцепившись в нее взглядом. Девушка вздрогнула и опустила глаза в пол. И чего он на нее уставился?..

Хэйс тяжко вздохнул, так и не дождавшись ответа.

— Извини. Извини меня, пожалуйста! Сколько раз мне нужно это сказать, чтобы ты меня простила?

— Ты можешь помолчать хоть секунду? — шикнула староста, боясь привлечь к себе лишнее внимание.

Хэйс возмущенно раздул ноздри, рыкнув:

— Да что с тобой такое? — и развернулся, быстро шагая прочь.

Рэйнер прошел мимо светловолосой альфарийки, ощутив на себе ее взгляд в самый последний момент. Глупо было надеяться, что он не почувствовал ее тогда, утром. Чужая энергетика всколыхнула воздух, не укрывшись даже за спором с девчонкой, приклеившейся к нему словно банный лист. При воспоминании о Тристе по рукам Рэйнера пробежала привычная дрожь. Какой кладезь информации, да и еще и самостоятельно прискакавший ему в руки! Прежде о такой удаче альфариец мог только мечтать.

Он спустился на первый этаж и, не заботясь о верхней одежде, вышел на улицу. Двор академии пустовал. На ходу достав телефон из кармана брюк, Рэйнер открыл пустой диалог и напечатал:

Р: «В семь за теплицами»

Т: «Кто это?» — пришло через несколько секунд.

Улыбнувшись краешком рта, он убрал телефон обратно и направился в обход академии.

Так и не дождавшись ответа, Триста незаметно переложила телефон с коленей в сумку (мисс тен Бьерт жутко не любила, когда студенты пользовались ими во время ее занятий) и продолжила слушать скучную лекцию по мифологии. Хотя, честно признаться, слушала она ее в самую последнюю очередь. Все мысли были заняты скорой встречей с Рэйнером — ну, конечно, это был он! — и на лице против воли расплылась предвкушающая улыбка. Только вот откуда, интересно, у него ее номер?

Сидящая рядом Селетта оторвалась от конспекта и шепнула:

— До субботы ты должна посетить оздоровительную сауну. Лучше прямо перед ужином, так народу меньше. Она находится там же, где и бассейн.