Радужный венец. Время потерь

Глава 5. Князь Зимирий

На небе сияли звёзды. Телега сонно покачивалась. Алика и Висея, укрытые курточкой Анелы, положили головы ей на колени и уже спали. Софика, лёжа на спине, не сводила глаз с ночного неба, словно пыталась что-то высмотреть и понять. Китан, судя по склонённой голове и опущенным поводьям, дремал в седле. Пёс вместо того, чтобы просто бежать рядом с телегой, носился вокруг, то убегал вперёд, то отставал. Но забеспокоиться не успевали, он выныривал из какой-нибудь канавы, громким лаем оповещал о своём появлении, чтобы через миг снова исчезнуть. Единственный раз, когда он не отставал от них ни на шаг, это в деревне, куда они заезжали, чтобы перекусить и размять ноги. Пёс негромким рычанием не давал к ним никому подойти, он был готов накинуться на любого. Алике приходилось держать его за густую шерсть на холке. Конечно, девочка бы пса ни за что не удержала, но лишь её прикосновения его успокаивали.

- Почему так? – неожиданно тихо спросила Софика, отвлекая от воспоминаний.

- Ты о чём?

- Звёзды ничуть не изменились. Остались такими, как и были. На тех же самых местах, также холодно сияя. Им безразлично, что происходит на земле. Их ничего не беспокоит, они не знают боли и они никого не потеряют. Они были, есть и будут. Всегда... Хочу стать одной из них! Наблюдать за всеми с недосягаемой вершины, светить холодным светом и знать: никто и никогда не сможет ко мне приблизиться и навредить. И никому из родных… Некому будет. Постоянство – вот, что я хочу!

От едва вздрагивающего голоса, от ноток страха и боли, сердце Анелы сжалось. Хотелось тут же обнять девочку и сказать, что всё будет хорошо. Всё наладится.

- Софика, идём ко мне.

Девочка обернулась, в тёмно-карих глазах блестели слёзы. И вдруг она, осторожно перебравшись через Алику, уткнулась лицом в бок Анелы и зарыдала. Анела, сама сдерживая слёзы, обняла девочку и подняла к небу голову.

Младшие ещё маленькие, они не всё понимают. А вот Софика уже прекрасно знает, что теперь жизнь делится на до и после, что прежнего никогда не будет, а в будущем - неизвестность.

Рыдания начали стихать, сменяясь всхлипываниями. И Анела тихо заговорила:

- Говоришь, хочешь стать звездой? Но так ли они постоянны и не изменчивы? Говорят, что каждая звёздочка на небе - это частичка души человека, оставившего добрый след в сердцах людей. И пока про них помнят из поколения в поколение, они освещают наш путь. Но стоит о них забыть, звёзды летят к земле, желая напомнить о себе, и исчезают.

- Думаешь, Матушка…

- И остальные сёстры тоже. Они сейчас рядом с Богиней, но ночью частички их душ смотрят на нас с небес, а днём присматривают из Солнечного Ока.

Несколько мгновений они молча вглядывались в мерцающие на чёрном покрывале небес яркие звёздочки.

- Анела, а как ты справляешься? Ты кажешься такой сильной, решительной. Ты… ты ведь ни разу не заплакала.

Анела вздохнула.

- Мне нельзя… пока нельзя. Если я позволю взять отчаянию вверх над собой, то просто останусь лежать на одном месте, смотреть в небеса и не двигаться. Пока не исчезну. Но есть вы, девочки. Я в ответе за вас. Нужно предупредить наших сестёр из других храмов, нужно выяснить, кто стоит за убийцами. Для этого надо действовать. А потом… потом можно будет и поплакать о наших сестрах.

- А у меня ведь тоже есть долг, - вдруг серьёзно произнесла Софика. – Ведь мы с малышками останемся без тебя, я старшая, а они совсем несмышлёныши. Я должна приглядеть за ними, пока ты не вернёшься. Так?

Анела улыбнулась и щёлкнула девочку по носу, отчего та забавно поморщилась. Видимо, Софика ощущала свою ненужность и беспомощность. В Храме она помогала целительнице Анфесе, без дела ни секунды не сидела, а здесь от неё ничего не зависело.

- Матушка и Анфеса гордились бы тобой. Только не забывай, вера в сказки и чудо нужны всем: и взрослым, и детям… Не переставай сочинять свои сказки, сказительница…

Приближающийся топот копыт заставил прерваться и посмотреть вперёд. Даже извозчик перестал храпеть и вгляделся во тьму.

Темнота расступилась, и верхом на коне появился капитан.

- За следующим поворотом будут владения князя, - известил он. – Сможете отдохнуть.

Каменная стена устремлялась к небу. За ней виднелись башни замка с развивающимся княжеским вымпелом. Телега прогрохотала по деревянному мосту через глубокую канаву.

Стук в тяжёлые дубовые ворота остался без ответа, лишь малышки проснулись. Когда капитан постучал громче и настойчивее, донеслись шаркающие шаги. Смотровое окошко приоткрылось, выглянул старик и, кряхтя, буркнул:

- Кого на ночь глядя принесло?

Капитан Шарн шагнул ближе. Лицо старика тут же расплылось в радостной улыбке.

- Лорд, вы? Прошу прощения, - старик исчез, и немного погодя, тихо заскрипев, ворота открылись.

- Прошу, входите, - с поклоном пригласил старик. – Коней можете оставить в конюшне. Я пойду, предупрежу хозяина.

- Его светлость здесь?

- Да, вчера прибыли, - и старик, шаркая ногами, направился к дверям в замок.

Пока ждали капитана и Китана, которые расседлывали и уводили в конюшню жеребцов, малышки прижались к Анеле и сонно потирали глаза. Софика куталась в ветхую шаль, которую принёс Китан ещё в деревне.

Пса, несмотря на возражения Алики, решили оставить с жеребцами. Навряд ли в замке обрадовались бы такому гостю. Вот только ищейка была другого мнения, и только окрик Анелы заставил её, понурив голову, поплестись следом за лошадьми. Ищейка слушалась лишь двоих: Анелу и Алику.

Капитан и Китан вернулись, и все вместе направились к дубовым дверям с вырезанным на них гербом князя Зимирия – пара волков, воющих на поднимающуюся из-за горы огромную луну. Не успели коснуться двери, как та распахнулась и впустила в тёплые и светлые объятия холла. Высокий дворецкий с седыми бакенбардами поклоном поприветствовал их и сообщил, что сейчас спустится хозяин, и застыл невозмутимым изваянием у двери.