Беглец

Глава 8

Мирта.

Сестричка, милая моя кузина, выбрала прекрасное место. Окраина Тёмного леса. Вековые стволы старых, как мир, елей, манящая тьма густого подлеска, покров мхов на стволах и ветвях. Все зелено, все тёмно. Лес маняще обещает открыть тайну, чужую тайну, главный секрет всех времён. Тропка вьётся, напоминая о сказочном, желая удачи, исполнения главной мечты. Как же волшебно! Как сказочно! На низкой ветви придремала лесная сова, маленькая, невесомая, пытаясь слиться со стволом. Она напомнила карикатуру, смешное игрушечное чучело. Ноги сами несли меня дальше, вперёд и вперед к холму. Нити, потоки силы мерцали ярким синим светом, словно гирлянды на ярмарочном празднике.
Там на холме, где всё случится, нас уже ждут. И строгий инквизитор, и компания оператора. Иду, влекомая страстью желания, неутолимой жаждой. Скорее, только скорее обрести крылья, взлететь над лесом, морем и миром. Найти моего милого, где бы он ни был. Мысли о нём, будто саднящая в груди рана. Как там он, где он, что с ним? Будет ли он хотеть остаться рядом, рядом с будущей великой чёрной ведьмой? Силой, страстью, добром и злом в одном теле. Морочащей и чарующей? Полюбит ли он свою ведьму? Хоть бы поговорить с ним обо всём, хоть бы проследовать рядом незримой тенью, подглядеть украдкой, одним глазком за моим милым, желанным, манящим. Смело иду я на свой костер. Страстно возжелав крылья. С ними быстрей я найду его, мужчину из технического мира. Как странно! Но сейчас не о том. Я должна сыграть роль и сыграть блестяще. Никто из возводящих меня на костёр, не должен понять, что возводит живую ведьму. Что, объятая пламенем, я буду стоять и терпеть до самого края, что отделит сладкую ведьму от великой истинной сути её существа. Мечтая, выбегаю на холм. Следом кузина. Тут уже почти толпа. Инквизитор и двое мужчин.

- Как ты их сюда притащила?
- Очень просто. Собрала всех в кофейне, на окраине. Предварительно арендовала там целый зал. Сотворила почти статичный портал к самой границе Тёмного леса. Ну и привела их сюда пешком.

Макс.

Пытаюсь наконец-то упорядочить мысли. Захват меня бандитами помню чётко и ясно, затем -  образ лесной нимфы, что я пытался спасти. Это всё четко. Потом - молния, провал, очнулся - тюремная странная камера, портрет незнакомки. Кто её ищет? У кого я был в тюрьме? Тоже люди Концерна или кто-то ещё? Например, те, кому нужна или дорога прекрасная, но явно сумасшедшая, лесная нимфа?
Мужика сейчас при мне точно убили. Значит, тут возможна охота и на людей. Язык местных я не понимаю. Парк любителей экстремальных ролевых игр? Смешно конечно. Тут есть берёзы. Где они ещё растут, кроме как в России? Северная Америка? Но зачем меня так далеко везти? Быть может, где-то в Европе? Где допустимы такие экcтремальные развлечения? Правильный ответ -нигде в той части мира, где растут березки. Да и на полицию этот всадник ну никак не походил, даже если предположить конные патрули и устранение особо опасного преступника. Кто может убить человека в лесу, сидя верхом на коне, будучи одет в маскарадный костюм? Только псих. И мой внешний вид его не удивил. Босой грязный мужик в кожаном жилете. Определенно, мы друг друга стоили. Так может, мне просто не повезло, и я нарвался на опасного психа? А то место, где меня содержали. Что это может быть? Даже представить себе не могу. Электронные замки, но уязвимые решетки на камерах. Камер несколько. Побег-то был массовый. Частная тюрьма? Кому такая может принадлежать? Ответ напрашивается сам собой, только организованной бандитской группировке. Стало быть, это всё дело Концерна. Вряд ли я понадобился кому-то ещё из столь мощных бандитов.
Надо дойти до цивилизации и узнать, где я нахожусь. Извернуться и найти способ слить информацию по Концерну и тюрьме. Пусть и бесплатно, бесславно, зато честно. Если в лесу есть тропка, значит она куда-то ведет. По ней кто-нибудь ходит. Постараюсь идти вдоль неё, пока никому на глаза не попадаясь. А там, постараюсь передать всю информацию, включая местонахождение флешки, в отдел. Может, они и про малолеток смогут достать опровержение, если прижмут, как следует, хвосты этой банде. 
Навстречу вроде идут какие-то люди. Слышу мелодичные голоса, заразительный хохот. Слов не понять, но идёт, если прислушаться к тембру, семья. Вроде бы, детский голосок? Да, точно, расслышал совсем  ещё детский голос. Надо предупредить об опасности. Только как? Голоса нет. Язык и подавно не понимаю. Если ещё внезапно вынырну из густого ельника на тропу, то точно всех распугаю. Аккуратно вышел на тропку. Если верить ушам, то топота конских ног, вроде, нет. Навстречу идёт пять человек. Молодая семья, двое детей лет шести-семи, держатся за ручки. И ещё мужчина, явно постарше. Не понял? У всех абсолютно, реально целиком зелёные лица. Может, это случайность или местный обычай? Скажем, сейчас проходит маскарад. Точно. Теперь становится понятно, почему всадник был так одет. Маскарад, приуроченный к какому-нибудь местному празднику. Меня заметили, идут дальше, немного смешавшись. Вот уже между нами шагов двадцать. Пытаюсь показать пантомиму. Сначала тычу ломиком в ту сторону, откуда пришёл. Кивнули. Продолжим. Сел верхом на ломик. Они удивились. Дети даже открыли рты. Теперь показал удар мечом всё тем же ломиком, оружием домушных воров. Напряглись. Не дело. Ещё раз показал направление. Взялся двумя руками за свое горло и закатил глаза.
Старший мужчина о чём-то спросил. Ни слова не понимаю.
На всякий случай начертил на земле тропинки веткой «ду ю спик инглиш?» Дети снова закатились в приступе хохота. А вот мужчины шагнули навстречу. Похлопали по плечу, кивнули и достали откуда-то из-за пазухи мне лепешку и кусок сыру. Я поклонился. Они ответили тем же.
Так мы и разошлись. Я с осадком на душе и они, озадаченные. Поняли они меня? Не уверен. Тропинка, меж тем, спускалась вниз. Впереди просвет. Хоть бы деревня. Ну должна же быть тут хоть какая-то цивилизация. Телефон. Карта местности. Я не в России. Местные говорят на странном диалекте. Не французский, не английский, да и на немецкий не похож. Где я? Почему меня вывезли из страны? Не проще ли все было решить со мной на месте под Пермью? Если в той своеобразной тюрьме я ещё мог поверить, что со мной специально говорят на тарабарщине, то, чтобы ещё и местные, да между собой. Я точно не в России. Но где? Лес расступился, началось зелёное поле. В конце поля тоже виден лес, синеющий кронами хвойных. Вот где жесть. Но эти люди, они же откуда- то шли. Да ещё и с детьми, да и одежда на них была не походная. Добротное, хоть и простое платье на женщине, опрятные брюки и штаны на мужчинах. Дети, опять же. Значит, в конце тропки есть населённый пункт, скорее всего. А сыр ничего так, довольно пресный, но вкусный. Оно и хорошо то, что пресный. Пить сразу не захочу. Воду же тоже ещё надо добыть где-то. Питерский интеллигент в походе вполне может загнуться от жажды, даже если в душе он все еще оперуполномоченный . Пока иду, всё всматриваюсь в даль. Вроде, там справа есть холм и рядом с ним не то башня, не то ещё что. Надо попробовать дойти  туда. Пытаюсь вслушиваться, нет ли шума мотора или ещё чего. Нет. Ничего не слышно. Всё иду и иду. Ноги устали, болят невероятно. Никогда до этого не ходил босиком так долго, как сегодня.