Сапфира – на круги своя 

Глава 5. Часть 1.

После совета и того жуткого скандала прошло два дня. Сапфира пока ничего не смогла раздобыть. Она была уже в отчаянии и стала жалеть о том, что не послушалась Митрандира. Она считала себя настолько полной идиоткой, что даже произнести хоть слово об этом боялась.

Что касается самого Гэндальфа, то он винил себя в том, что был слишком строг с королевой и не надо было вот так на неё орать. Да, он порой бывает строгим, и кажется бессердечным, но он это делает из-за любви к детям. И большую часть своей любви он больше отдавал Сапфире, чем родной дочери — Фифи. Он её так часто называл, её родное полное имя было — Нэлфия Калинель Айнурия.

Когда Сапфира выбежала из Зала Совета, Митрандир стал чувствовать вину и пустоту в сердце. Он был с ней строг, но он этим хотел показать, что она ему дорога как дочь. Он боялся потерять её, но был слишком слеп, чтобы увидеть то, что сильно пугает Эстельфейлу и не даёт ей спокойно жить.

Он в тот поздний вечер после совета вернулся домой, к семье. У мага было всего три ребёнка. Старшая из них была Фифи, младшими были любимые сыновья волшебника — Джон и Лоуренс. Они были близнецами, но отличались друг от друга оттенком волос и характером. Джон унаследовал характер матери — Анданиэль Антарес, дочери одного мельника из соседнего королевства. А Лоуренс — отца.

Маг и девушка познакомились ещё до рождения наследников Элорудрии. Он тогда путешествовал по свету и чисто случайно увидел, как одна молодая девушка, прихрамывая на левую ногу, носила полные вёдра воды. Он не мог ей отказать в помощи. Он подошёл к ней и спросил:

— Позвольте помочь, прекрасная дева, — улыбнулся волшебник.

Девушка улыбнулась Гэндальфу в ответ, не сопротивляясь, она дала ему одно ведро. Тот взял его и понёс к мельнице, девушка пошла за ним. Когда они дошли до места, то волшебник поставил своё ведро, взяв второе у Анданиэль, поставил рядышком. Деву он посадил на землю, поднял юбку и увидел большой синяк на коленке. А ниже, рядом со ступнёй, был огромный шрам, который оставляют охотничьи ловушки.

Волшебник рассмотрел рану, изучая её. Оглянувшись вокруг себя, он спросил:

— У вас есть какая-нибудь целебная трава? Хоть какая-нибудь…

— Чёрная роза есть, господин, — ответила Анданиэль. — Она растёт рядом с рекой Белорэн, в лесах Лихолесья.

— Далековато, хорошо. А королевский лист у вас растёт? Ну, чтобы хотя бы боль смягчить.

— Это же сорняк! Мы им свиней кормим. Он на огороде тыкву душит! — возмутилась девушка.

— Ну всё-таки хоть что-то есть на этой земле.

Гэндальф встал с земли и направился искать этот сорняк, как назвала его Анданиэль. Найдя растение, он добавил его в холодную воду, взял один кусочек травы и стал растирать его по синяку и ране.

Результат не заставил себя ждать — боли как будто и вовсе не было. Девушка от радости подпрыгнула и обняла волшебника так сильно, что Белый маг упал спиной на землю. Они вдвоём засмеялись.

Отец Анданиэль, местный мельник, был тяжело болен и был уже на пороге смерти. Ему было шестьдесят девять лет. Волшебник пытался ему как-то помочь, но ни местные травы, ни знахари ему не смогли ничего сделать. Эльфы тоже не смогли излечить старика от неизвестной болезни.

Через три месяца, после прихода Гэндальфа, мельник скончался. Анданиэль тяжело переживала эту потерю. Оправилась она только через год. Митрандир пытался всеми силами поддержать девушку.

Анданиэль поняла, что слезами горю не поможешь. И только одна надежда была на Белого волшебника, который и сам начал понимать, что он не может жить без его Анданиэль.

Перебравшись в Элорудрию, колдун узнал о смерти короля и о свадьбе Тинвэриен с Белегиларом. На похоронах он и Анданиэль выразили соболезнования новым правителям королевства и пожелали им долгой и счастливой жизни.

Митрандир не увидел Тогиру на похоронах своего отца. Он начал подозревать, что она убила короля ради своих корыстных целей. Он долго ломал голову, не переставая думать об этой смерти. Анданиэль попыталась успокоить возлюбленного.

— Олорин, не надо, милый, успокойся, — ласкала она его.

— Моя Антарес, — промурлыкал волшебник. — Как хорошо, что ты есть у меня, родная. Но мне всё не даёт покоя одна мысль о Тогире. Неужели она хочет захватить власть и поэтому она убила Сандотара…

— Олорин, милый… — прижалась к волшебнику девушка. — Давай поженимся, а? Тайно… никто об этом не узнает.

Так они и сделали, тайно обвенчавшись перед священником Джеймсом Туквистом. Теперь Гэндальф был не только свободным колдуном Средиземья, но и самым счастливым человеком в мире.

Через три месяца он узнал о беременности Анданиэль. Он был на седьмом небе от счастья.

Очень скоро он стал отцом. У них родилась маленькая Нэлфия Калинель Айнурия. Но Гэндальф дал ей короткую кличку — Фифи ил Нэли. Он называл её обоими именами.

Узнав о смерти Белегилара и Тинвэриен, мага призвали на совет. Леди Галадриэль поручила ему следить за Сапфирой. К этому моменту она уже знала о тайной свадьбе Митрандира, которого любила больше всех. На удивление, она не рассердилась и не высказала ничего дурного в адрес Анданиэль, а просто пожелала им семейного счастья. Она всё так же была с ним откровенна. Как и в прошлые дни.

***

Сегодня вечером Гэндальф сел в кресло напротив камина. Достав свою курительную трубку, набил её табаком «Старый Тобби». Раскурив её, он задумался. Дочь и жена хлопотали по кухне. Маленькие сорванцы носились по дому, играя в битву за Кольцо Всевластья. Джон изображал из себя Арагорна, а Лоуренс — Саурона.

Когда ужин был готов, все, кроме самого Гэндальфа, сели за стол. Позже Анданиэль заметила, что её муж сидит у камина уже целый час, не шелохнувшись.

Жена подошла к супругу, дотронувшись до его щеки, она сказала ласковым голосом:

— Олорин, дорогой, поешь. Ты не ел целый день. Там дети уже заканчивают своё…

— Оставь меня, Антарес. Я не в себе.

— Нэли! — обратилась мать к дочери. — Отведи своих братьев в их комнаты и уложи спать.