Сосед в наследство

Глава 10

МАРИНА

Я не сдержалась, роняя слёзы на дорогую рубашку отца. Не могла отказать. Просто не имела право отнимать у нас этот шанс. Моё сердце сжалось от боли и обиды, и я, наконец, смогла посмотреть в его глаза. Почувствовала, что он не лжёт, сам неимоверно страдая, и уже через несколько часов лежала на широкой кровати в одной из комнат дома отца. Я вспоминала всё до мельчайшей подробности. Каждое его слово, взгляд, каждый жест. Словно пытаясь запомнить, прокручивала у себя в голове в сотый раз прошедший разговор с отцом и, не находя ни единственного признака его лжи, мысленно улыбалась и переворачивалась на другой бок.

В груди клубилось двоякое ощущение. С одной стороны, было радостно, что теперь в этом мире я не одна, что теперь есть человек, который может меня подержать в трудную минуту. Человек, который просто будет рядом. Но с другой – чувствовала себя в этом доме не в своей тарелке, потому что знала – я тут чужая, среди всей этой роскоши и богатства.

Тяжело вздохнув, стала невольно всматриваться в тени под потолком. Надо же… Как получилось так, что сама рассказала отцу о своей жизни? Абсолютно всё. Впрочем, мои неудавшиеся годы вместились всего в час с небольшим. А когда я сообщила, что завтра же собираюсь улететь обратно, на его лице застыла маска непонимания и грусти. Именно поэтому мне пришлось поддаться его уговорам и остаться в Москве ещё на несколько дней.

Пелена недоверия и страха упала с моих глаз в тот момент, когда я показала отцу ожерелье своей матери.

– Неужели она хранила его столько лет? – изумился он.

– Я нашла его в маминой шкатулке – никогда не видела раньше.

– Это мой подарок, – невесело улыбнулся он. – Я подарил ей, когда она отказалась стать моей женой.

– Грустно… – едва слышно произнесла я.

– Теперь всё будет по-другому. Я тебе обещаю, – он крепко сжал меня в объятиях и поцеловал в макушку. Так, словно мы и не расставались. Словно были знакомы всю жизнь, а я до сих пор была для него самым любимым и самым дорогим человеком.

Такая простая, но многозначащая ласка была для меня чем-то сродни глотка свежей воды для путешественника в пустыне. Я прижалась к сильному плечу отца и прислушалась к своим ощущениям. Как же хотелось напасть на него, упрекнуть в своих неудачах, обвинить во всех смертных грехах, но сострадание в его глазах не позволяло мне сделать этого.

Удивительно, как быстро я простила его и как всего несколько часов разговора сумели изменить меня. Изменить моё отношение к Артуру Ратманову, которое, как и прежде, граничило с недоверием. Однако противостоять той искренности уже было невозможно. Не могла заставить старика страдать так же, как страдала сама. В мелкой сеточке морщин читалось так много: страх, предубеждение, отрада, тоска и счастье. Всё то, что чувствовала я сама.

Я дала ему шанс. Я дала шанс нам. Шанс, который мы просто не имели права упускать. Шанс, которого возможно, больше никогда не будет.

***

АЛЕКСАНДР

– Мальчик мой, проходи. Я так рад тебя видеть! – заметив моё появление, отец бросился обнимать меня.

– Отец… я не вовремя? – нерешительно переступил порог зала сразу после того, как его покинула Марина.

– Что за глупости! Ты не можешь быть не вовремя, – добродушно улыбнулся он, усаживая меня в кресло.

– Как всё прошло?

– Я не знаю… Я так виноват перед нею, – сказал без стеснения отец.

– Она знает обо мне?

– Я ей пока ничего не говорил, – улыбнулся в ответ он.

– Может, и не стоит. Кто знает, как Марина отреагирует на это? – пожал плечами я.

– Как ты себе это представляешь? Ей всё равно кто-то расскажет, поэтому, я думаю, будет лучше, если это сделаем мы с тобой, а ни слишком разговорчивая горничная.

– Пап, я не думаю, что она обрадуется такому родственнику, как я, – смутившись, я всё ещё сомневался, стоит ли сообщать Марине о своём настоящем статусе в этой семье.

– Поездка явно повлияла на тебя не так хорошо, как хотелось бы, – отец строго посмотрел на меня, – о таком брате, как ты, можно только мечтать…

– Да… но… в самолёте я сказал Марине, что она – твой единственный ребёнок.

– Саш, ты словно до сих пор боишься чего-то. Неужели быть моим сыном – это настолько плохо?

– Пап, я счастлив, что у меня есть ты, но Марина… Как она отреагирует на то, что в то время, когда она росла без отца, он усыновил мальчишку своих друзей? Вряд ли ей это понравится…

– Что за чушь ты несёшь? Ты – мой сын. И неважно, кто твой настоящий отец! – возмутившись, отец вдруг схватился за сердце. – Если ты думаешь, что я буду делить свою любовь между вами, то ты ошибаешься. Я одинаково сильно люблю вас обоих. Я рад, что наконец-то нашёл дочь. Но я не намерен отказываться от тебя. Ты – Ратманов. И точка.

От возникшего волнения ему пришлось опуститься в кресло, судорожно хватая воздух.

– Отец, тебе плохо? – я в пару секунд оказался рядом с ним.

– Да… что-то сердце опять шалит… не волнуйся, – тяжело вздохнув, он стал бледным как мел.

– Я сейчас позову доктора. Тебе не следовало так нервничать, – отчего-то растерялся, не зная, что мне в такой момент делать.

– Мальчик мой, не стоит так переживать за меня. Старик уже своё отжил, – болезненно скривился отец.

– Вздор! Подожди немного! Я позвоню врачу, ведь его сегодняшняя смена только что закончилась, и он не успел далеко отъехать от дома. Всё будет в порядке. – Налив из графина воды в стакан, я протянул его отцу и выбежал из зала в поисках доктора.

***

КАМИЛЛА

– Ты её видела? – мужской шёпот коснулся моей шеи.

– Да. Но там и смотреть-то не на что, – я поудобнее устроилась на мужском плече.

– А Фёдор сказал, что она очень даже ничего.

– С каких пор ты доверяешь вкусу дворецкого? – недовольно фыркнула в ответ.

– С тех самых, – спокойно ответил он и закурил сигарету.

– Вы все словно сговорились. Сначала Алекс, теперь ты… – надув губы, обиженно проговорила я.