Кадриль с выходом, или Проклятущий принц

4. Даже камни способны петь о любви

Далеко не каждому доведётся побывать в мастерской талантливого скульптора. Юлянка посетила десяток дворцов, прогуливалась в галереях и парках, видела помпезные памятники, изящные скульптуры, оригинальные композиции. Не так просто её удивить. Однако оказавшись в необъятной мастерской с прозрачным сводом, сквозь который лился естественный свет, не знала куда смотреть. Всё пространство было заставлено. Здесь и глыбы мрамора, которых ещё не касался резец, незавершённые и готовые, но требующие шлифовки, работы.

Массивная композиция, даже сдвинутая в сторону, привлекла внимание. В мраморной фигуре нетрудно было признать Эсмонда. Прикрытый лишь короткой туникой принц стоял в горделивой позе, поставив ногу на поверженного дракона. Длинное копьё в его руке указывало на основание подломленного крыла, целясь в сердце врага, другую руку мраморный витязь прижал к груди, давая клятву верности долгу.

Скользнув взглядом по мужественному лицу, крепкой шее, развёрнутым плечам, рельефному торсу, по искусно выполненным складкам одеяния и мускулистым ногам скульптуры, Юлянка уставилась на постамент, выполненный в виде лежащего дракона. В глазах защипало, так он был похож на брата! Разве что мельче. Гоша ещё не достиг размеров взрослого ящера, но даже такой «постамент» забирал бы внимание на себя, поэтому мастер взял для образца ребёнка. Дракоше, сердце которого собирался пронзить Эсмонд, по человеческим меркам не исполнилось и семи лет.

Почувствовав движение рядом, Юлянка обернулась. Темий замер за её спиной и грустно смотрел на скульптуру.

— Зачем? — спросила она, голос дрогнул: — Это бесчеловечно!

— Работа моего учителя, — вздохнул юноша. — Ваятель скончался, не успев завершить.

— Она почти готова! — девушка указала на обёрнутый вокруг тела дракона хвост. — Разве что здесь не хватает чешуи.

— Дол Юджин намерен подарить скульптуру невесте внука, поэтому велел мне продолжить работу, придав драконоборцу черты Эсмонда. — Темий отводил взгляд, поручение бывшего правителяему не нравилось.

— Черты переданы поразительно, — отметила Юлянка, но…

— Вам неприятен посыл? — прямо взглянул на неё скульптор.

— Будь я невестой принца, отказалась бы от такого дара.

Из глубины мастерской раздался звонкий голос Лефтины:

— Идите сюда! Где вы застряли? — Как только Юлянка и Темий приблизились, она метнулась к скульптору: — Хочу заказать статуэтку типа этой в подарок матушке, пойдём, обговорим детали. Подарив красноречивый взгляд Юлянке, толстуха увела Темия в дальний угол к заваленному бумагами столу.

Дельфия не шелохнулась, она и сама была похожа на кариатиду, случайно оказавшуюся в центре зала. Взгляд девушки застыл, обращённый к стоявшей на высоком табурете мраморной миниатюре. В ней без труда можно было узнать саму Дельфию, изображённую с лютней в руках. Платье, словно тревожимое ветром, соблазнительно облегало фигуру. Из поднятых в высокую причёску волос выбивались кокетливые локоны. Чуть приоткрытые губы словно бы шептали слова нежного романса.

Девушки хранили молчание. Дельфия была огорчена недавним объяснением, Юлянка никак не могла побороть шок от «Драконоборца». Из дальнего угла до них доносились обрывки фраз, Лефтина, обсуждая контракт, старалась воздействовать и на подруг, так не вовремя впавших в сонное, как ей казалось, состояние. Первой заговорила Дельфия:

— Тебе нравится?

— Очень, — призналась Юлянка.

— Батюшка заказал статуэтку Эвтерпы[1]. Не предполагал, что она будет похожа на меня. Это… это так…

— Это любовь. Не верится, что камень. Мрамор просто дышит чувствами.

Дельфия повернулась. В глазах у неё блестели слёзы, губы дрожали. Юлянке остро захотелось обнять несчастную девушку, прижать к себе, погладить, утешить. Еле сдержалась.

— Темий влюблён, это так, но я не могу ответить, — Дельфия зажмурилась и потрясла головой. — Раньше мне казалось, что я тоже люблю. Даже на отбор согласилась ехать, чтобы чаще видеться с ним.

— Что же случилось на отборе?

— Мне вдруг открылось… прежнее чувство было наивным, теперь я испытала другое: мощное как извержение вулкана! Оно затопило, опалило, потрясло меня до… — Дельфия закрыла лицо, уткнувшись в ладони. — Ты не поймёшь.

— Отчего, — довольно холодно возразила Юлянка, — вполне представляю. Во время беседы с его высочеством со мной творилось то же самое.

— Ты… — Дельфия убрала руки, подалась вперёд, вглядываясь в лицо Юлянке, — любишь Эсмонда?

— Готова была отдаться ему прямо там. Едва не сорвала с себя одежду.

— Ю-у-у! — отшатнулась собеседница, лицо её приняло брезгливое выражение.

— Пошутила! — Засмеялась Юлянка. — Хотя, если честно, меня тянуло к принцу, хотелось, чтобы он целовал меня, такой я испытывала подъём, каждой клеточкой кожи тянулась к нему. Сравнение с вулканом очень подходит.

— Как-то ты об этом говоришь… смеёшься…

— Про послание хозяйки совершенно забыла. Хорошо, что опомнилась. Вот был бы фокус, если бы не вручила то, ради чего летела сюда.

— Опомнилась? Что ты хочешь сказать? — Дельфия прищурилась и смотрела на Юлянку, закусив губу.

Слова о магическом воздействии Дельфия выслушала недоверчиво. Неужели Эсмонд влюбляет в себя всех участниц? Принимая это, нужно не только обвинить принца в мошенничестве, но и признать собственную глупость. Девушка молчала, слушая рассуждения соперницы, и посматривала на своего бывшего возлюбленного. Теперь её взгляд не казался виноватым, скорее заинтересованным. Хитрая Лефтина примеряла на себя роль обольстительницы. Она громко восторгалась талантом Темия, игриво закатывала глаза и, подаваясь всем телом вперёд, грудью касалась его локтя. Юноша, занятый обсуждением будущей работы, делал наброски и не замечал усилий девицы. В отличие от Дельфии. Её ревность вызвать получилось.

— Хочешь сказать, — обратилась она к Юлянке, не отрывая взгляда от Лефтины, — я поспешила отказать Темию?