Подарок богов

Глава 4

Жизнь в отдалённой лесной деревушке протекала размеренно, без шума и потрясений. По крайней мере, так казалось Ватауру. Мелкие дрязги соседей его не волновали. Он вообще старался держаться от людей на расстоянии. Не то, чтобы отказывая им в разумности, но и не ставя их на один уровень с хасурами.

Первоначальные попытки войти с ним в контакт быстро угасли из-за отсутствия встречного интереса с его стороны. А для того, чтобы не вызвать волну ненависти или агрессии в ответ на такое пренебрежение, Ватаур взялся избавлять людей от серьёзных недугов. С его знаниями и умениями, это не составляло труда.

Шаткое перемирие длилось седьмой год, и Ватаур всё чаще подумывал о том, чтобы снова отправиться в путь. Он и так чересчур долго оставался на одном месте. Душевное равновесие, утраченное из-за связи с чужой женой, казалось, было им восстановлено. Малини больше не являлась ему во снах, и он даже перестал желать смерти её супругу – ничтожному гессу Арнадиру, не достойному называться мужем прекраснейшей из женщин.

Непрошенные воспоминания об очаровательной Малини, нежной и хрупкой, как весенний цветок, отозвались в груди Ватаура глухой болью. Спокойствие оказалось мнимым. Его душу вновь затопила тоска. В том, что они встретились слишком поздно, не было ничьей вины. Просто так вышло, что на момент их знакомства похитившая его сердце женщина уже принадлежала другому.

Их чувства вспыхнули ярко, не оставив ни единого шанса на сопротивление. И тем неожиданнее прозвучали для Ватаура слова Малини, произнесённые ею в их последнюю встречу:

- Нам нужно расстаться, - сказала она без тени эмоций, держась холодно и отстранённо, как никогда прежде.

И даже взгляда не отвела, когда он, растерянный и оглушённый попытался заглянуть ей в глаза, чтобы убедиться в том, что это всего лишь неудачная шутка. И в самом деле, не могла же его Малини говорить об их расставании всерьёз?

Оказалось, ещё как могла и немедленно подтвердила свои намерения небрежно брошенной парой фраз, окончательно разбив ему сердце.

- Не приходи больше. Не хочу тебя видеть. Прощай, - выпалила Малини на одном дыхании, взирая на него потухшим взглядом, в котором больше не было ни любви, ни жизни.

Ватаур смотрел на неё и не узнавал. Перед ним стояла совсем другая женщина. Не та, которую он полюбил и ради которой готов был пойти на многое, даже связать себя узами брака, что при его свободолюбивом характере было сродни жертве.

Он так и не понял, когда Малини успела так измениться. Вряд ли те несколько дней, что они провели в разлуке, могли повлиять на её отношение к нему. Быть может, ей стало жаль мужа? Или её замучила совесть? Ни для кого ведь не секрет, что женщинам временами свойственна неуместная жалость.

Или она испугалась общественного порицания и потому решила пожертвовать их любовью, дабы сохранить своё доброе имя?

На самом деле, Ватауру было плевать на причины, приведшие их к расставанию. В те дни он и дышал то с трудом, а думать и вовсе не мог, инстинктивно стремясь убраться из Аливасара подальше. Он не стал требовать от Малини объяснений, не сказал ей ни слова упрёка. Просто исчез из жизни любимой женщины, как она и просила.

***

Время шло. Душевные раны зарубцевались.

Расставание с любовью всей своей жизни далось Ватауру нелегко. Он чувствовал, как разрастается внутри него пустота, вытесняя из души все те светлые чувства, что жили там раньше. Его волосы посеребрила ранняя седина, а взгляд сделался холодным и безразличным, как вечная мерзлота.

Оставаться рядом с Малини Ватаур не мог, просто не вынес бы её безразличия. Он тогда вообще никого не хотел видеть, но и жизнь в полной изоляции не принесла ему облегчения. Людское поселение, затерянное в лесной глуши, показалось ему подходящим пристанищем для добровольного изгнанника, пытающегося уберечь себя от саморазрушения и начать жить заново.

Люди оказались на удивление отзывчивыми существами. Когда он только начал строить свой дом, они, не спросясь, явились ему на помощь. Валили лес, обтёсывали брёвна, откуда-то привозили камни для фундамента.

Своими слаженными действиями люди напоминали Ватауру муравьёв. Он даже на время забыл о своих переживаниях, так сильно поразило его человеческое участие. Но удивительнее всего было то, что его добровольные помощники ничего не потребовали взамен.

Позже Ватаур понял, что такая вот безвозмездная помощь при строительстве дома в этих местах является делом обычным. И если разобраться, то не так уж она бескорыстна. Тут действовал общеизвестный принцип – ты мне, я тебе. И однажды настанет день, когда ему придётся принять участие в возведении дома одному из участников нынешнего строительства.

Поразмыслив немного, Ватаур признал сделку честной и не вызывающей у него протеста. И если понадобится, он готов отплатить добром за добро.

Совместными усилиями дом был поставлен за три недели. И Ватаур, не собиравшийся оставаться надолго на одном месте, сам того не ожидая, провёл в этой деревне без малого семь лет.

***

Этот день начался как обычно. Ранний подъём, работа над собой, включающая тренировку и медитацию, затем омовение ледяной водой, сытный завтрак и приём недужных соседей.

Ватаур помнил, как вышел во двор, как привычно расправил плечи и подставил лицо ветру, неожиданно принёсшему с собой водяную пыль. И это в безоблачный солнечный день, когда воздух буквально дрожит от зноя, а пересохшая земля молит о дожде.

Ватаур распахнул глаза, и они расширились ещё больше, когда он увидел, как река, выгибаясь подобно рассерженной кошке, поднимается чуть ли не до небес, тем не менее продолжая течь в положенном ей направлении, но только более не касаясь земли.

Мужчины хасуры были не так чувствительны к проявлению силы, как женщины их расы, потому Ватаур и не ощутил энергию этого всплеска, даже находясь в непосредственной близости от него. Однако, столь явную демонстрацию силы даже он не мог оставить без внимания. Кто-то из его сородичей находился в деревне и более того творил что-то странное, не поддающееся никакому объяснению. Ватаур не понимал, зачем кому-то понадобилось поднимать реку, но собирался это выяснить, причём немедленно.