Рыжая племянница лекаря. Книга первая

-27-

Между тем небо, виднеющееся в просветах межу деревьями, начало светлеть – близился рассвет. Это вызвало у меня невнятное беспокойство, словно ночная темнота помогала мне скрыться от глаз всесильной колдуньи.

– Туман, – сказал Хорвек задумчиво, и мне показалось, что он отвечает на мои мысли. – Утро сегодня холодное, и с болот принесло много сырости… В тумане легко потеряться, но легко и потерять…

И впрямь, светлая дымка стелилась у нас под ногами, клубилась в оврагах и низинах, и молочно-белыми полупрозрачными полосами перехлестывала старую дорогу.

– А если в нем скрывается что-то страшное? – я с недоверием смотрела на небесное облако, упавшее отчего-то на землю и вобравшее в себя запах листвы, трав и стоячей воды.

– Что-то страшнее, чем девчонки, выпускающие на свободу демонов и рушащие чары ведьм? – засмеялся Хорвек. – Не думаю. Если уж ты решила прятаться, то болотный туман твой друг, а не враг.

И мы нырнули в первую полосу мглы.

Вскоре оказалось, что туман, хоть и не затрудняет шагов, однако порядком морочит голову странникам. Иногда нам не удавалось рассмотреть ничего, кроме каменистой земли под нашими ногами. Поднявшись на высокий пологий холм, который я смутно припоминала, мы увидели пасмурное утреннее небо и бескрайнее молочное озеро у подножия горы. Кое-где из него выступали, словно острова, верхушки самых старых деревьев, прочий же лес полностью утонул в тумане. Большой камень отмечал распутье, и мы не смогли припомнить точно, по какой дороге шли. Наобум выбрав тропу, спустились, но вскоре поняли, что ошиблись, ведь по обе стороны дороги не темнели стены леса. Мы шли по заброшенному полю, пахнущему пожухшей горьковатой полынью и дымком дальнего костра, – должно быть, где-то там, на невидимой окраине поля, пастухи коротали ночь у огня. Лишь хриплое воронье карканье изредка нарушало тишину – здесь не было шелеста листьев или скрипа ветвей.

– Мы заплутали, – огорченно сказала я. – Не стоит ли вернуться к тому камню и выбрать другую дорогу?

– Иногда случайности идут на пользу тем, кто изначально действовал неразумно, – мне показалось, что, говоря это, Хорвек прислушивается. – Намеренные твои действия добром не обернулись. Посмотрим, не принесет ли пользы ошибка?

– О чем это ты? – я покосилась на него, мысленно проклиная склонность моего нового приятеля говорить обо всем исключительно путано и неясно, точно любая понятная фраза позволила бы мне немедленно раскрыть все его тайны.

– Если колдунья, которой ты насолила, знает, что ты была в монастыре, то непременно отправит туда своих слуг, – ответил Хорвек, пожимая плечами. – Слуги эти, не найдя тебя в лесной обители, будут искать добычу на дорогах, ведущих в Таммельн. И если сейчас мы свернули на тропинку, идущую в сторону, то сможем избежать весьма неприятной встречи…

– Слуги? – я удивленно воззрилась на Хорвека, говорившего, казалось, вполне серьезно. – Ведьма далеко, иначе давно бы появилась в городе. Как ее подручные так быстро достигнут монастыря? Даже на самых резвых лошадях за ночь они не успеют обернуться! Или у колдуньи имеются волшебные кони? Пусть те кони многокрылы и быстры как ветер, разве слугам ведьмы удастся прочесать все тропы, ведущие в обитель? Отыскать путников в бескрайнем лесу – все равно, что иголку в стогу сена!

– Да, пожалуй, человеку эта задача не по силам, – согласился Хорвек. – Однако в слугах у колдуньи ходят не одни люди.

И тут же лицо его потемнело – где-то далеко раздался крик, несколько похожий на карканье ворона, однако более протяжный и заканчивающийся звуком, напоминающим злой хохот. Я поняла, что Хорвека встревожил этот звук, но едва открыла рот, чтобы спросить, что за птица издает такие громкие и пронзительные вопли, как вновь послышался каркающий смех, став громче и ближе, и мой спутник замер на месте.

– Что это… – все-таки решилась спросить я, но Хорвек, схватив за руку, уже тащил меня прочь, сойдя с дороги. Невидимое в тумане поле оказалось поросшим всеми видами сорных трав, которые я знала, и их высокие сухие стебли немилосердно царапались и цеплялись колючками за мою одежду. Крики повторялись, словно две птицы перекликались между собой, и я подумала, что в голосах их слышна ярость, как в рычании злобной охотничьей собаки.

– Держись как можно ближе к земле, – сказал тихо Хорвек, толкая меня в какую-то рытвину, оставленную стадом диких свиней. – Они могут взять ложный след. Вскоре солнце поднимется высоко, и ночным созданиям придется спрятаться в каких-нибудь развалинах, чтобы дождаться ночи.

– Кто это? – прошептала я, невольно прижавшись к нему. – Кого она послала за мной?

– Судя по крикам – двух гарпий, – любезно разъяснил мне бродяга. – Удачный выбор, когда речь идет об охоте на людей. Они быстры, остроглазы и не пропустят даже мышь, показавшуюся из норы. Но солнечные лучи им не по нраву, оттого они и злы.

– Гарпии? – охнула я, чувствуя, как мой язык от страха перестает ворочаться. – У ведьмы в подручных есть такие чудовища?

– Чародеи, которые не жалеют чужой крови, многим темным соазданиям кажутся завидными хозяевами, – ответил Хорвек. – Тебе следовало подумать об этом до того, как переходить дорогу ведьме.

Некоторое время мы лежали, уткнувшись носами в землю, – крики становились глуше, гарпии удалялись. Хорвек подал мне знак подниматься и показал, чтобы я делала это как можно тише.

– Они очень зорки, но слух у них не слишком хорош, – пояснил он шепотом. – Сейчас нас прячет туман, затем, когда он рассеется, нашей защитой станет солнце. Хорошо, что мы не в лесу, – в тени деревьев они чувствуют себя вольнее и могут охотиться дольше. Если мы не выдадим себя, то уже через час-другой будем в безопасности до самых сумерек.

Я кивнула, ведь ответить из-за испуга все равно ничего не смогла бы.

– Нам нужно уйти подальше в сторону, чтобы ни им, ни их хозяйке не пришло в голову искать нас там, – продолжал Хорвек, держа меня за руку и увлекая за собой. – Хорошо бы вернуться в город другим путем… Но еще лучше туда не возвращаться.