Кровные драконы. Часть 1. Академия

Глава 15.2.

Артемий Круторогов собственной персоной. Известный правовед, наш попечитель, друг крола Казимирова и мой отец. Отец.

– Элиф! – воскликнул, но быстро взял себя в руки, и галантно улыбнулся самой своей доброжелательной улыбкой. – То есть сударыня Стрелицкая. Я должен просить прощения за такую фамильярность. Я думал, вы спите.

– Бодрствование приносит больше полезных новостей.

– Да, конечно, абсолютно верно, – невпопад ответил дракон. – Как вы себя чувствуете? Целители сказали, вы быстро идете на поправку.

– Благодарю за заботу, мое восстановление действительно происходит быстро. Хотя нанесенные мне раны должны были убить меня еще несколько дней назад. Странно, не так ли?

– Ничего странного, вами занимался сам господин Клеверов, целитель крола Казимирова. Вы не смогли бы умереть, даже если бы захотели!

Откровенничать он не хочет... Ну и неважно, я заставлю его говорить!

– А, может, дело в моем отце? Мог ли он передать мне свое наследие?

– Отце... О чем вы?

Бескровное лицо побледнело еще больше.

– О том, господин Круторогов, что смертная выжить не смогла бы. Зато сущность драконицы спасла мне жизнь.

– Вам явно нужно поспать, сударыня. Отдых важен для исцеления.

Показательно вздохнула.

– А я-то надеялась на откровенность. Хорошо, не хотите помочь мне, и не надо. Я сама дам вводную. Итак, целители недоумевали, как я выжила, ведь человек не смог бы уцелеть после боевого огненного оружия. Я и сама была в полной растерянности. Но потом... – стоит ли признаваться в подслушанном разговоре? Нет, лучше об этом умолчать. – Потом несколько оброненных слов, шуток и научных споров целителей подсказали, что произошло на самом деле. Полагаю, я – драконица, хоть и непризнанная. Можно допустить, что и незаконнорожденная. Только мои силы дремали все эти годы, и пробудились только здесь, в Академии. Зрение, слух стали меняться, а потом на меня напал Хрусталев, и огненный хлыст лишь изранил, вместо того, чтобы убить. Как вам такая версия?

Он не проронил ни слова, смотря на меня, как осужденный на виселицу.

– На мой взгляд, вполне правдоподобно. Но вот только кто же тот человек, то есть дракон, прошу прощения, который дал мне жизнь, а после – отказался? Ведь те, кого я считала родителями, погибли в пожаре, и уж сто процентов были людьми. Ну так что вы об этом думаете, господин Круторогов, есть ли у вас идеи, кто может оказаться моим отцом? У меня вот есть кандидат. Он и первым встретил меня в Академии, и приставил ко мне свою доверенную помощницу, и во время бала после представления пригласил на танец, когда все отцы вслед за Беломорским вели своих дочерей на середину зала. Что вы думаете по этому поводу? Ответьте, скажите хоть что-нибудь!

– Элиф, – хриплым голосом выдавил он, и сильно зажмурил глаза. – Не так все должно было произойти, не так!

Теперь пришло мое время хранить молчание, и я просто отвернулась от него, не в силах больше сдерживать слез.

– Нет, не плачь, прошу тебя! – он стремительно встал передо мной на колени, взяв руку в свою. – Я не знал, что ты драконица, я думал, что тебе не передалась эта сила. Мне лишь хотелось, чтобы ты была рядом, училась здесь, где должна была учиться, если бы носила мою фамилию. Я любовался твоим прекрасным личиком, нежным и умным, как у моей матери. Ты так на нее похожа! И радовался, что ты здесь, со мной, моя дочь, мой единственный ребенок.

Теперь из его глаз потекли слезы, и он прижался губами к моей руке.

– Но почему вы не сказали мне правду? Почему я росла все это время в пансионате госпожи Стрелицкой? Почему вы отказались от меня?

– Клянусь своей честью, я бы никогда не отказался от своего ребенка! Все было не так... На некоторые вопросы лучше не искать ответов, они ранят.

– Меня ранит неведение, я имею право знать! Расскажите мне правду.

Он судорожно вздохнул, и крепче сжал мою руку.

Вот и на один секрет меньше! Искренне надеюсь, что вам понравилась эта прода, и вы вернетесь узнать больше о матери и детстве Элиф, ее настоящем имени и причине ее жизни в пансионате, а не рядом с отцом! Не пропустите!

А сейчас - отрывок из второй книги:

"– Сударыня, я...

– Не нужно, все хорошо. Таково правило общества: все винят девушку, на которую обратил внимание мужчина, а не самого мужчину, который не сумел сдержать свое слово.

Ярослава кивнула, и быстрым шагом удалилась, я же прислонилась к двери своей комнаты, пытаясь усмирить сердцебиение."