Его призванная

Глава 10

Великий повелитель эльфов почему-то морщится.

Во дворце оказалось невероятно красиво, просторно и пустовато. Во дворе и то больше мною замечено было людей.

– А где все? – удивляюсь я, то и дело озираясь по сторонам, пока повелитель несет меня по монументальной белоснежной лестнице куда-то наверх.

– А кто тебе нужен?

– Работники? Кто за всей этой дворцовой красотой следит и чистит?

– Магия.

– Придворные?

– Мне не нужны здесь постоянно чужие люди. Город небольшой, у всех свое жилье, сюда приходят только по большой необходимости.

– Ну не знаю. Любовницы? Или как это у вас называется…

– У меня?

– А, фаворитки! Где встречающие фаворитки?

– Их здесь тоже нет.

– Ну вы прям затворник. Ну хотя бы животные. Питомцы? Хоть вы и сам себе… кхм, – вовремя замолчала, чтобы не ляпнуть дичь.

Мой новый знакомый наконец заносит меня в шикарнейшую спальню, оформленную в нежно-голубых тонах, хочет уложить на кровать, но…

– Сто-ойте! – ору я, цепляясь за мужскую шею. – Я не могу сюда лечь. Грязная не могу. У меня одежда вся в крови и пыли, обувь тоже.

– Отнести в ванную?

– Ну, наверное.

Почти эльф покладисто направляется в соседнюю комнату.

– Ого-го! Это что, ванная?! – удивляюсь я. – Тут же целый бассейн!

– Всего лишь купель, – безразлично отвечает повелитель, усаживая меня на бортик, затем лично открывает краны. Купель начинает быстро заполняться водой. – Много не буду набирать, ты еще слаба, будь аккуратнее и не утони. Вот здесь, смотри, кладу тебе полотенца и халат, а вот там есть разнообразные масла, соли, мыло и прочее необходимое. Когда закончишь, можешь позвать меня, я перенесу тебя в кровать.

– Спасибочки. А вы услышите? В смысле вы же не будете караулить за дверью?

– Нет, не буду, и да, у меня очень хороший избирательный слух, если понадобиться, я услышу тебя из любой точки дворца.

Повелитель вышел из ванной, а я кое-как скинула с себя одежду и с огромным наслаждением осела в купиль. Блаженство!

Минут через пять осознала, что упускаю возможность насладиться какими-нибудь эксклюзивными эльфийскими косметическими средствами, стала рыться в полочке с разнообразными бутылочками, но, к сожалению, они оказались почти все не подписаны. Нашла шампунь, с мылом тоже разобралась, все использовала по назначению, в вот остальное…

Решила пробовать все, понемногу заливая в ванную, что-то наверняка даст эффект. Одну бутылочку случайно всю уронила открытую в воду, она, наверное, смшалась еще с чем-то, что я уже залила, или сама так сработала… но вода вдруг началасловно закипать, забулькала страшно, а потом на ее поверхности стала быстро образовываться белая пена. Много пены.

– А-а-а! – заорала я, когда пена оказалась повсюду вокруг меня, ничего кроме нее не видно. Я правда очень испугалась. Показалось, что я утону в ней, не смогу дышать, она забьет собой все. глаза, нос, уши, забьет всю комнату.

Еще более неожиданно из этого пенного тумана вдруг показались две сильные большие руки с огромным полотенцем наперевес. Уже в следующую секунду эти руки меня в это полотенце спеленали и вынесли из ванны пенного ужаса.

– Все хорошо? – с каменным выражением на лице спрашивае повелитель, укладывая меня на кровать.

– Наверное, – нервно отвечаю я и смущенно смахиваю с макушки и волос почти что эльфа прицепившиеся облачка пены. – Извините.

– Ты кричала так, будто тебя убивают.

– Это было очень страшно. Думала, задохнусь в этой пене, – с ужасом покосилась на закрытую дверь ванной комнаты. – Это было куда страшнее, чем убегать от медведей.

Леррет с удивлением улыбнулся.

– Медленно умирать от боли и ран не так страшно, как быть окутанной мягкой пеной?

– Ну там хотя бы понятная смерть. Можно сказать, что несчастный случай во время охоты на медведей. Погибла бы почетно, как истинный орк. А тут позорище. Задохнулась в пене, которую сама же и налила. Вот это и правда смешно и страшно.

– Да, кажется, я очень далек от орочьих взглядов на жизнь, – усмехается повелитель, закутывая меня в одеяло. – Отдыхай. Желательно поспать, а завтра уже будешь снова бегать.

– А как же пена? – зевнув, спрашиваю я. – Ее, наверное, нужно как-то убрать.

– Я с этим разберусь.

Устало прикрываю глаза.

– Вы, оказывается, такой хороший, добрый, а у нас в деревне на праздниках ночи старая ведунья всегда детворе про вас страшные сказки рассказывала.

– Возможно, не такие уж и сказки, – замечает с потаенной грустью в голосе повелитель.

– Я теперь еще и спать буду бояться – замечаю, вновь сладко зевая. – После этой пены кошмары будут сниться.

– Не бойся, я прослежу, чтобы в твои сны ни один кошмар не проник.

Такое необычное ощущение, будто меня медленно и аккуратно окутывает теплая вода, затягивая в свои глубины.