У осени в долгу

Глава 11. Незнакомец.

Глава 11.

Незнакомец

«Боже мой, и я еще считал себя параноиком».
Стефани Данелл Перри «Заговор Корпорации Амбрелла»

В следующие две недели жизнь Ведики сильно изменилась. Ллойд окончательно переехал к ней в дом, заняв гостиную. Срочно пришлось переделывать свободную комнату, заваленную всяким старым хламом, под спальню для Ави. Последний, кстати, сильно обрадовался, что Магистр все время будет находиться рядом. По словам фейри, он чувствовал в Ллойде родственную кровь и подсознательно тянулся к нему, а переезд «папы» в зону доступности сильно облегчил его взаимопонимание с мальчиком, чье тело они делили на двоих.

Вообще день Авагду теперь делился на две части. С утра и до обеда он был ребенком, а после обеда – фейри. В «детское» время он часами сидел за какой-нибудь книжкой со сказками, вместе с Ллойдом или Сэном, или играл во дворе. Веде пришлось провести сложный обряд и расширить зону защиты от Волшебного народа. Теперь Сэн и Ави могли выбираться из дома, но покинуть пределы забора у них не получалось.

Ллойд, втянувшийся в роль папы, с каким-то маниакальным восторгом скупал в городе игрушки и тащил их в дом. Ави-мальчику это доставляло колоссальное удовольствие и, смотря в лучащиеся восторгом двух-цветные глаза, Ведика тоже радовалась.

До обеда они очень напоминали счастливую семью, такую же, как показывали в рекламе майонеза в родном мире Веды. Все приторно-сладко и идеально, но все равно мило. Девушка постоянно ловила себя на мысли, что ей бы хотелось иметь настоящую семью, родного сынишку, который будет возиться в песочнице, заботливого и любящего мужа, приносящего букеты осенних цветов и ласково целующего в щеку при встрече. Но червячок сомнений постоянно шептал ей: «Это не твоя семья!». Да, Ави был чужим сыном, а Ллойд никогда бы не смог стать для неё любимым мужем. И от этого становилось горько. А ещё ей постоянно снился шепот сухих листьев и золотые глаза с вертикальным зрачком.

Вечером же в маленьком домике на краю леса все менялось. В лучистых глазах Ави появлялся мудрый блеск, и личико становилось серьезно-сосредоточенным. Он усаживался в гостиной, обложившись книгами, которые ему исправно поставлял все тот же Ллойд, и мог часами просто читать, что-то изредка черкая на листках, или же пускаться в пространные рассуждения, опять же вместе с Ллойдом. Если днем Веду хоть изредка замечали, то вечером для этой парочки она просто переставала существовать.

Сэн же был странно тих и задумчив. На все вопросы он непонимающе улыбался или просто отмахивался. Веда подозревала, что бубах что-то скрывает, но рассказывать не спешит. Так же ей было предельно ясно, что разговорить его не удастся никому, особенно если молчать приказал Аэд.

Вот и сегодня вечером картина повторялась со всей возможной точностью. Сэн что-то готовил на кухне, гремя кастрюлями, Ллойд с Авагду устроились в гостиной, а Веда обнаружила себя на крыльце в задумчивости и жесточайшей скуке. В этом царстве вечно занятых мужчин ей было совершенно нечем себя развлечь. Решив, что торчать дома и бесцельно слоняться из угла в угол – глупо, она, недолго думая, отправилась в город.

Атиса поздно вечером преображалась до неузнаваемости. Обычно чопорный и строгий днем город, фешенебельный до невозможности, с закатными лучами приобретал расхлябанный вид, а в воздухе витали нотки азарта, праздника и легкий флер разврата, тянущийся от Веселого квартала.

Веда редко выбиралась в столицу к ночи, но сегодня был особый случай. Ей нужно было успокоиться и перестать обижаться на, в общем-то, совсем не виноватых, мужчин. А лучше всего для этой цели подходил ночной бар в самом центре, где каждую ночь устраивали танцы и веселье за вполне приемлемую цену. Пара бокалов вина, легкий флирт с каким-нибудь завсегдатаем, и может быть она сможет забыть прохладу и шелковистость рыжих волос в своих руках.

Заведение, куда так стремилась Веда, носило гордое название «Королевский олень». Когда-то бар был вполне респектабельным рестораном для аристократической публики, но старый хозяин умер, а его дети решили сменить антураж. От ресторана осталось только само здание и название, зато внутри появились маленькие столики и барная стойка с высокими стульями, сцена, танцпол и даже магические цветные светильники, мигавшие в такт заводной музыке. Здесь всегда было накурено, пьяно и безудержно весело, а молодежь стекалась со всех концов столицы.

Главным правилом нового «Королевского оленя» стало равноправие присутствующих. За дверьми этого заведения аристократы и простые горожане становились равны, а за нарушение этого нехитрого закона, два амбала у входа просто выкидывали на улицу возмутителей сокойствия, не считаясь с их титулами.

«Олень» встретил Ведику многоголосым гомоном и звуками ритмичной музыки, под которую, несмотря на довольно ранний час, уже двигалось несколько пар. Веда с наслаждением втянула густой запах табака, витавший в воздухе, и бодро направилась к стойке. Знакомый бармен приветливо улыбнулся и выставил перед девушкой бокал с вином. Она всегда пила только вино, не размениваясь на пиво, или, наоборот, более крепкие напитки. В этом ей чудилась особая утонченность, не дававшая отпустить тормоза и пуститься во все тяжкие. А атмосфера к этому как раз располагала.

Окинув быстрым взглядом зал, Веда с неудовольствием заметила несколько знакомых лиц. Она не любила встречать знакомых во время отдыха. Почему-то это мешало ей расслабиться и получать удовольствие.

Чтобы не столкнуться ни с кем, способным испортить ей развлечение, она подхватила свой бокал и тенью скользнула в укромный уголок за барной стойкой. Отсюда её не разглядеть, мешает вечно снующий туда-сюда бармен и подвешенная к балке кадка с лохматым цветком. Зато сама Веда могла свободно наблюдать за посетителями.