Война - не место для любви

В путь...

-« 5 июля 1943 года 02:47. Поспали всего два часа, можно даже и сказать, что и не спали вообще. Сегодня отправляемся на задание, не знаю, вернемся ли»,- записал в еле живом, маленьком, коричневом блокнотике Дмитрий, ожидая остальных на улице.

***

-Возьми еще вот этот кусок, положи себе в сумочку, а то мне не помещается,- сказала Вера Наде, указывая на кусок ткани, для перевязывания ран.

Она послушно и очень бережно положила «бинт» в свою, потрепанную временем и войной, сумку.

-Так, ну все, можем идти,- пробормотала Вера и потащила Надю к выходу.

Выйдя на улице, у костра, они увидели Диму, Лену, Сёмку и нового знакомого Ивана и направились в их сторону.

-Все в сборе, можем доложить и отправляться в путь,- произнес Дмитрий.

Услышали его только Надя , Семен и Лена, так, как Вера и Ваня были заняты другим – они рассматривали друг друга. Было видно, Вера и Ваня понравились друг другу с первой же секунды. Тут, на войне, сразу чувствуешь свое и это «свое» нужно беречь и принимать, потому что завтра может быть поздно.

-А, забыл вас познакомить. Это – Иван, мой давний друг, мы с ним воевали раньше, а потом разошлись, думал, умер, а он вот живой всех живых,- с улыбкой сказал Дмитрий.

Иван, не отрывая взгляда от Веры, протянув ей руку, медленно пробормотал: Иван!

-Вера,- протянув руку в ответ, проговорила она.

-Так, а это Надя, разведчица наша и Лена, радистка,- оборвал нависшую паузу Дима.

-Очень приятно девчонки,- наконец оторвавшись от Веры, произнес он.

-Значит, Вера и Надя отчитаетесь перед полковником, возьмете карту и выдвигаемся, ясно?- отдал приказ капитан.

Надя кивнула и, взяв остолбеневшую Веру за руку, направилась, в сторону места обитая полковника.

На полпути Вера, остановившись, выдала: Надька, мне кажется, я влюбилась. Эта самая, ну любовь с первого взгляда, бывает же такое?

-Да я ж не слепая, все вижу,- с усмешкой произнесла Надя, и опять взяв за руку, витающую в облаках Веру, пошла вперед.

Она что-то бормотала себе под нос, восхищалась Ваней, говоря: А какие глаза, а какие волосы.

Дойдя до избы, и постучав, девушки зашли.

-Товарищ полковник, докладываю, «Все в сборе, можем отправляться в путь»,- поднеся руку ко лбу, как положено, прокричала Надежда.

-Хорошо Ковалева, карту возьми. Командование на себя возьмет Дима,- приказал он.

Поклонившись, девушки собирались идти, но их остановил голос полковника.

-Удачи вам бойцы. Возвращайтесь все, живыми!

Улыбнувшись, Надя волнительно произнесла: Вернемся товарищ полковник, вернемся.

Все было готово, и ребята, несмотря на страх, отправились в путь.

Дойдя до тропы, которая ведет в лес, Иван, остановившись, сказал: От Платкино до Платкого километров 50 – это десять часов ходьбы. Пойдем лесом. По маршруту протекает река Луцня. Переплывем ее, потом нас встретят в Монастырщинском районе, там знакомый есть, у него и переночуем. Через три часа светло будет, в лесу немцы ходить могут, поэтому винтовки всегда держим при себе. Всем понятно?

Все кивнули.

Подумав, он сказал: Да, и еще забыл, в лесу могут быть мины, будьте внимательнее.

Группа из шести молодых, а уже познавших жизнь, отправились спасать родину и миллионы жизней других людей, рискуя собственными.

Шли быстро, но аккуратно, оборачиваясь на каждый шорох. Когда они прошли полпути, было уже темно. Ребята устали, поэтому решили сделать привал, хотя бы на часа два. Остановиться было решено в недавно нашедшем укрытии, в виде неглубокой, но скрывающей яме.  Сбросив с плеч сумки, они разделили обязанности. Вера, осталась готовить еду, Иван остался ее охранять и разводить костер, Лена чистила рацию, Дима осматривал место, а Надя с Сёмкой пошли собирать дрова.

-Вон, еще,- сказала Надя, указывая на толстую, хорошую ветку.

-Ага, вижу,- поднимая ее, произнес Семка.

Неожиданно для себя, Надя спросила: Семка, а сколько лет то тебе?

-Да, вот, недавно семнадцать исполнилось, никто не знает, что мне семнадцать, я год себе приписал, чтобы в армию взяли,-  ища дрова, рассказал он.

-А ты давно тут?- поднимая, только что попавшую под ноги палку, поинтересовалась Надежда.

-Да, нет, наверное, двумя, месяцами, раньше тебя прибыл. Родители и сестренка в Ленинграде погибли, а мне терять нечего было, вот и ушел-то на фронт,- проговорил он.

Говорил он это все спокойно, и даже сейчас на его лице была улыбка. Но Надя поняла, что за этой невинной улыбкой, которая всегда была на его лице, скрывалась потерянность и боль.

Собрав достаточно веток, они отправились обратно.  Ваня разжег костер, Вера приготовила кушать. Сев в круг, возле костра, Дима вдруг произнес: Что-то скучно как-то, давайте споем что ли или стих какой-нибудь прочитаем.

Вера вдруг прокричала: Пусть Надя прочитает, она мне как-то стих рассказывала, я а ж плакала.

-Давай Надя, расскажи,- произнес Дима.

-Да не знаю,- смущенно сказала она.

Послышался гул толпы, все кричали: Расскажи, расскажи.

-Ладно, ладно, успокойтесь только, - вставая, пробормотала она.

Приготовив голос, она на одном дыхании, так чувственно и так трогательно начала рассказывать: Летела с фронта похоронка
На молодого пацана,
А он еще лежал в воронке…
Ах, как безжалостна война!

И проходили мимо танки…
Чужая речь… а он лежал,
И вспоминал сестру и мамку,
Лежал и тихо умирал.

Пробита грудь была навылет,
И кровь стекала в черный снег,
А он, глазами голубыми,
Встречал последний свой рассвет.

Нет, он не плакал, улыбался,
И вспоминал родимый дом,
И пересилив боль поднялся,
И, автомат подняв с трудом,

Он в перекошенные лица
Горячий выплеснул свинец,
Приблизив этим на минуту
Войны, безжалостной, конец.

Летела с фронта похоронка,
Уже стучался почтальон,
Солдат, глаза закрыв в воронке,
На миг опередил её.