Проклятие Синей Розы

Глава третья. Кожа.

Но дело шло уже к вечеру, а Лаура всё ещё сидела в добровольном заточении, продолжая жалеть себя и сетовать на судьбу. А ещё страх её стал более осязаем.

Зачем она ему? Для чего? Девушка ни черта не знала о призраках, и, пожалуй, впервые жалела, что вовремя  не расспросила об этом свою мать. Поподробнее.

Мари тоже больше не объявлялась. Наверное, дулась на неё за тот испуг, что она выплеснула не девочку, едва поняв, кто она. Но ведь вся эта ситуация была такой… нереальной. В плохом смысле этого слова. Она не сделала ей ничего плохо. Как и Гаспар. А вот чёрное нечто, что скоро, вероятно, не заставить себя ждать, ей предстоит сегодня пережить в одиночестве…

Лаура встрепенулась. Надо было как можно скорее поговорить с Гаспаром! Чего бы ей это не стоило. Она должна озвучить истину, он – признать всё, как есть.

Решительно начав отодвигать мебель от двери, Лаура даже вспотела. Ну и работку она сама себе задала! Да ещё это страшно неудобное длинное платье! Однако выбраться удалось достаточно быстро.

Отдышавшись и чуть остыв, собравшись духом, девушка выглянула из комнаты, боясь столкнуться со страшным тёмным монстром, и на свой страх и риск пошла по длинному коридору, по направлению к комнате Гаспара. Она долго не могла заставить себя постучать в дверь, а когда всё же отважилась, ответом ей отозвалась тишина. Заглянув, чтобы окончательно убедиться в отсутствии хозяина комнаты, Лаура решила спуститься в прихожую, в надежде, что отыщет его там. И на этот раз она не ошиблась.

Тяжёлые шторы на окнах были уже плотно занавешены, и повсюду горели свечи. Однако они не давали достаточно света, и на бледное лицо Гаспара, стоявшего у не разведённого камина, попадали лишь тусклые отзвуки крохотных язычков пламени.

Хозяин поместья был грустен и хмур. А в подобном мистическом освещении ещё и казался невероятно красивым. Светотени, подчеркивая, выделяли его правильные черты лица, добавляли глубины большим синим глазам. Свежая белоснежная сорочка с широкими рукавами и пышными манжетами, ажурным воротником, выделялась на фоне полумрака помещения, а узкие тёмные брюки аккуратно сидели на его поистине идеальной фигуре. Проще говоря, внешне Гаспар был хорош во всём. Вот только тот факт, что он был не настоящим, до сих пор заставлял Лауру тревожно всхлипывать опухшим носом.

Заметив её приближение, француз замер, и, кажется, удивился, но меж тем его взгляд заметно оживился.

- Лаура? Почему ты плачешь?

Она медленно приблизилась к нему, заглянув в синие омуты обеспокоенных глаз, пытаясь совладать со страхом и всепоглощающей обидой на жизнь. Распухший нос и веки, она знала, красоты ей не добавляли, но нужно было выяснить всё здесь и сейчас.

- Мне очень жаль, Гаспар. – произнесла она, всхлипнув в очередной раз.

- О чём ты? Я не понимаю… - начал он, но она вместо ответа подняла свою руку, и медленно, очень медленно поднесла её к лицу мужчины.

Тот завороженно следил за ней, не шевелясь и не препятствуя.

Лаура же ждала того мига, когда ладонь её пройдёт сквозь гладко выбритую щёку француза, но она вдруг наткнулась на неожиданное препятствие.

Кожа лица была тёплой, мягкой, такой приятной на ощупь…

Не веря своим ощущениям, девушка коснулась его и второй рукой, обхватив обе щёки, и тут Гаспар понял всё по-своему. Его губы резко рванули вперёд, и нежный, хотя и неожиданный поцелуй, не заставил себя ждать. А от неожиданности развязки Лаура даже забыла, что нужно сопротивляться.

Когда мужчина, тяжело дыша, чуть отстранился, чтобы заглянуть в совершенно растерянные глаза девушки, она произнесла:

-  Ничего не понимаю… Разве ты не призрак?

Гаспар, удивлённо хохотнув, вдруг искренне развеселился:

- С чего ты это вообще взяла? …

А Лаура, раскрыв от удивления рот, всё никак не могла поверить своим ощущениям. И ещё раз потянулась к щеке месье Бертрана, чтобы почувствовать, как тепла и удивительно мягка его кожа.