Побочные действия

Побочные действия

Законотворчество

Выбираясь с утра из Мерседеса, депутат Болотин запутался в пальто, споткнулся и пребольно ударился коленом об асфальт. Подбежавший водитель помог встать матерящемуся Болотину, подобрал портфель и протянул его депутату со словами:
— Сергей Иванович, будьте осторожнее, гравитация бессердечна.
— Кто это? – удивился Болотин.
— Ну гравитация, – попытался объяснить водитель, – из закона всемирного тяготения.
— Вот чего ты такой умный, Миша? – спросил Болотин и грозно посмотрел на водителя.
— Да нет, у меня сын в школе как раз сейчас это проходит, а так я дурак дураком.
Болотин повернулся и пошёл заседать. Он очень любил это дело и достиг в нём многого. Он мог заседать в ресторане, у себя дома, на даче, в машине, на рыбалке, в отпуске на море. Поэтому никто особо не требовал, чтобы Болотин ходил заседать на работу. Если человек справляется, то какая разница, где он это делает. Тем более, что и коллеги по большей части были мастерами в заседаниях и точно так же не ходили на работу. Профессионалы!
Иногда Болотин всё же посещал своё рабочее место, потому что становилось скучно. А иногда звонил сотовый, и неизвестный голос из него тихо и очень вежливо говорил Болотину:
— Серёжа, твою мать, где тебя носит? Чтобы завтра был на месте!
Болотин не знал, кто это такой звонит с незнакомого номера, но после этих разговоров на всякий случай целую неделю ходил на работу.
Сегодня был не такой день, и никто не требовал присутствия Болотина где бы то ни было. Но с утра сломалась кофеварка, а платить кому–то за кофе при наличии бесплатного на работе – это не входило в принципы нашего депутата. Но это стоило ему расшибленной коленки и испорченного настроения.
Прохромав вверх по лестнице, Болотин потянул тяжёлую дверь и оказался лицом к лицу со своим помощником Сашей. Саша тут же услужливо растолкал двери, впуская Болотина внутрь.
— Здравствуйте–здравствуйте, Сергей Иванович! – расплылся он в широчайшей улыбке, как будто встретил любовь всей жизни, а не хромающего депутата.
— Привет, – сказал Болотин, – ты знаешь про закон всемирного тягощения?
— Ну так, – ответил Саша, – в общих чертах.
— И о чём там в нём говорится?
Саша закатил глаза, изображая мучительные раздумья, после чего выхватил из кармана телефон и сказал:
— Так давайте точно посмотрим! Чего вспоминать приблизительно?
Он включил телефон, ткнул пальцем в экран и, поднеся телефон к губам, словно собираясь поцеловать его, прошептал:
— Закон вселенского тягощения.
— Да не вселенского, а всемирного, – поправил его Болотин, – и не шепчи ты в телефон, что это за интим?!
Саша снова ткнул пальцем в телефон и сказал громко и с выражением:
— Закон всемирного тягощения!
Телефон на секунду задумался, после чего выдал кучу ссылок.
— Вот есть закон всемирного тяготения, – Саша повернул к Болотину экран, – сила гравитационного притяжения между двумя материальными точками пропорциональна обеим массам и обратно пропорциональна квадрату расстояния между ними.
— Ни хрена не понятно! – сказал Болотин. – Профессионал составлял текст. А номер у этого закона есть?
— Сергей Иванович, так с прошлого года мы перестали нумеровать законы, – развёл руками Саша, – как в компьютерах числа закончились, так и всё! Поэтому закон может быть и без номера.
Болотин снял пальто, сунул его в руки Саше со словами:
— Повесь его и потом разберись, как связана разбитая об асфальт коленка с этим законом. Разберешься – сразу ко мне. И кофе мне принеси.
Оставив Сашу, Болотин зашагал в зал заседаний. В зале было пусто, только в уголке тихонько дремал депутат Карасёв. Кто–то укрыл его пледом, поэтому выглядел Карасёв как–то тепло, по–домашнему. По залу на цыпочках, чтобы не нарушить сон депутата, бегали несколько человек, непрестанно жавших кнопки для голосования.
Болотин помнил этот зал ещё в те времена, когда можно было драться на заседаниях. Тогда с посещаемостью всё было в порядке, народ просто приходил посмотреть на драку. К тому же в пылу этих баталий можно было и самому как бы случайно заехать кому–нибудь кулаком в ухо и делать вид, что это не ты, в толпе никто не разберёт. Сейчас не то, сейчас цивилизация. Сначала собери хотя бы нескольких депутатов в зале, а потом попробуй найди хоть один вопрос, в котором они не согласны друг с другом. Невыполнимая же задача!
Прокравшись тихонько через весь зал, Болотин сел около Карасёва, чтобы не было одиноко. Теперь можно было бы и поработать. Как раз в этот момент на табло в центре зала загорелась надпись: «Голосование за проект закона о стандартизации размера облаков. Автор Карасёв А.А.».
Болотин толкнул Карасёва, тот открыл глаза и непонимающим взглядом уставился в экран.
— Андрей Андреич, за твой закон голосуем, – подсказал Болотин, – ты не хочешь поучаствовать?
— О, Серёжа, спасибо, – спохватился Карасёв, – а ты какими судьбами сюда?
— Да вот выдался свободный денёк. Полгода не мог выбраться к вам. Зато сейчас помогу тебе с твоим законом.
С этими словами он потянулся к кнопкам для голосования, но в этот момент пробегающий мимо человек со словами «Не беспокойтесь, я сам» нажал вместо Болотина на кнопку с надписью: «Отличный закон!». Заодно он нажал на кнопку и за Карасёва.
Болотин уже хотел возмутиться, но тут заметил, что рядом с кнопками написано: «Степанченкова Н.В.».
— Это что за надпись? – ткнул он в кнопки пальцем.
— Просто это место Степанченковой, а не твоё, – сказал Карасёв и потянулся.
— А у нас что, места свои есть? – удивился Болотин.
— Так с самого начала были. Ты не знал?
Болотин посмотрел на кнопки напротив Карасёва. «Прохоров А.С.» – гласила надпись. Карасёв уловил этот взгляд:
— А, я с ним поменялся, – пояснил он.
В этот момент сбоку раздались шаги, депутаты повернулись и увидели спешащего к ним помощника Сашу с кофе и телефоном наперевес. Он добежал, поставил перед Болотиным кофе и сказал:
— Я разобрался!
— Ну рассказывай, – разрешил Болотин, а Карасёв заинтересованно выглянул у него из–за плеча.
— По закону притяжения все тела притягиваются друг к другу, – начал Саша, – поэтому асфальт и коленка тоже притягиваются. И если асфальт быстро притянет коленку, то её можно разбить!
— Чепуха какая–то! – сказал из–за плеча Карасёв. – Асфальт бы тогда голову притягивал, она же больше коленки!
— Ты это откуда взял? – спросил Болотин, отпивая кофе маленькими глотками.
— Я сначала юристам позвонил, они про этот закон не знают, но сказали, что будут выяснять. А тут водитель ваш, Миша, зашёл и сказал, что его сын в школе этот закон изучал. Мы ему и позвонили.
— Вы бы ещё в детский сад позвонили! – пробубнил Карасёв уже из–под пледа.
— Да я в школу потом позвонил, – стал оправдываться Саша, – они там правда этот закон изучают. Мне учительница сказала.
— А в Академию наук ты не звонил? – поинтересовался Болотин.
— Нет, но если надо, я позвоню. Позвонить?
Болотин махнул рукой, и Саша встал, чтобы уйти.
— Постой, – сказал Болотин, – надо же этот закон как–то подредактировать. Давай внесём правки, чтобы он не распространялся на государственных чиновников. Можно устроить?
Саша опять включил телефон, полистал что–то внутри и сказал:
— Очень удачно получается, сегодня как раз на три минуты отложили голосование по закону об оснащении автомобилей четырьмя запасными колёсами. Так что можем успеть, если прямо сейчас подадим заявку.
— Ну так иди подай, чего сидишь? – удивился Болотин, и Саша убежал.
— Вот скажи мне, Андрей Андреич, почему нас люди как–то недолюбливают? – повернулся Болотин к Карасёву, и тот открыл один глаз и немного высунулся из–под пледа.
— Я не знаю, как тебя, а меня все любят! – ответил он.
— Ну по телевизору и меня все любят! Но я тут недавно заглянул в Интернет, а там такое пишут про меня! Да и про всех пишут! И не стыдно им совсем.
— Много врут? – спросил Карасёв и зевнул.
— Неправильно освещают факты!
— Народ у нас неблагодарный, не обращай внимания! – сказал Карасёв и заснул.
В этот момент на экране загорелась надпись: «Голосование за поправку о нераспространении закона всемирного тяготения на государственных чиновников. Автор Болотин С.И.» Болотин отогнал кружащегося рядом человека–голосователя и сам нажал на кнопку «Потрясающие поправки!».
После этого стало скучно. Сначала пришло сообщение от Саши, что проект поправок принят единогласно и вступает в силу в 24:00 уже сегодня. Потом Карасёв окончательно заснул и захрапел, на экране проекты законов менялись так часто, что слились в один сплошной поток. Бегающие по кругу голосующие люди нагоняли сон и на Болотина, поэтому он встряхнулся, допил уже остывший кофе и пошёл из зала.
Оставшийся день Болотин весело провёл, катаясь с мигалкой по городу. Потом поужинал в ресторане, приехал домой и завалился спать в девять вечера. 
Посреди ночи он проснулся от странных ощущений. Ничего подобного он не испытывал за всю свою жизнь. А если вы в 45 лет чувствуете что–то совершенно новое, то обязательно надо проверить, не умерли ли вы. Болотин решил встать и попробовал спустить ноги с кровати. Вместо этого произошло нечто совершенно странное – что–то завертелось в темноте перед глазами и Болотин стукнулся лбом и всё ещё ноющей коленкой о какой–то твёрдый предмет.
— Мамочки! – сказал Болотин вслух.
Он попытался ухватиться рукой за постель, но рука поймала какой–то странный предмет, перед глазами опять что–то замелькало.
— Помогите! – заорал изо всех сил Болотин.
Откуда–то донесся шум, потом последовали шлепки босых ног, и в комнате загорелся свет. Болотин замолчал и осмотрелся. Левой рукой он сжимал люстру, привинченную к потолку, а где–то над его головой стояла жена Болотина, с ужасом смотревшая на то, как её муж болтается под потолком в одних трусах.
— Серёжа, что с тобой? – дрожащим голосом спросила она.
Болотин рад был бы ответить на этот вопрос, но сам не понимал, что произошло. Непонятно было, куда делись верх и низ. То ли его перевернуло, то ли жену вместе со всей комнатой.
— Не знаю, – наконец сказал он, – вызывай скорую.
Жена схватила телефон и стала набирать номер. Болотин пока на всякий случай ухватился за люстру обеими руками.
— Алло! Скорая? – сказала жена в трубку, – Да… Тут вот что… Да не надо, нам помощь нужна! У меня муж летает! Алло?! Алло?..
Она подняла глаза на Болотина и сказала:
— Они трубку положили.
— А зачем ты им сказала, что я летаю? – закричал начавший приходить в себя Болотин. – Дай телефон, я сам позвоню!
Жена протянула телефон вверх, но не смогла дотянутся до руки Болотина.
— Лови, – сказала она и подбросила сотовый.
Болотин инстинктивно попытался схватить летящий к нему телефон, отпустил люстру, взмахнул руками и закружился в воздухе. Телефон упал на пол, а Болотин стукнулся лбом о потолок, после чего опять ухватился за люстру, но теперь уже и руками, и ногами.
— Ты зачем это делаешь? – спросил он у жены.
— Ты попросил телефон, я тебе его и бросила!
— А ты не могла на кресло встать и просто подать мне его? – заорал Болотин.
— А ты не мог бы не висеть на люстре как Маугли? – закричала жена в ответ. – Спускайся вниз и звони как все нормальные люди!
Болотин глубоко вздохнул, осмыслил ситуацию и сказал:
— Мишу позови, он что–нибудь придумает.
Жена подняла телефон с пола, позвонила водителю и попросила зайти. После чего накинула халат и пошла открывать ему дверь. Через пять минут сонный водитель в мятых спортивных штанах и не менее мятой футболке стоял на пороге спальни Болотина и с удивлением смотрел на своего хозяина, который изображал из себя мотылька, стремящегося к свету. 
— Ну что ты встал? – спросил Болотин. – Сними меня отсюда!
— Давайте я сейчас кровать подставлю под вас, вы отпустите руки и упадёте на мягкое, –сказал Миша и ухватил кровать за ножки.
— Да оставь ты кровать в покое! – крикнул Болотин. – Я упасть не могу, смотри!
С этими словами он аккуратно отцепился от люстры, боясь вновь начать вращаться, и остался висеть под потолком.
— Во дела! – удивился Миша и повернулся к жене Болотина, – можно мне пояс какой–нибудь? Мы его сейчас поясом зацепим и вниз спустим.
Жена утвердительно кивнула и вытащила из шкафа пояс от халата. Водитель взял его, схватил стул и поставил под Болотиным. Он взобрался на стул и протянул один конец пояса депутату.
— Держите крепче, Сергей Иванович, – сказал он, – а я вас сейчас потяну.
Болотин ухватился одной рукой за пояс, и водитель стал медленно тянуть пояс на себя. Через минуту Болотин уже болтался между полом и потолком, полностью отпустив люстру. Выглядело вся сцена так, словно Пятачок решил подарить ослику Иа очень странный воздушный шарик на день рождения.
Водитель продолжал тянуть и ещё через минуту удалось схватить Болотина, перевернуть его вверх головой и усадить в кресло, примотав за ноги скотчем. Без скотча Болотин норовил снова взмыть в небеса.
— Дайте телефон, – сказал окончательно успокоившийся Болотин, – позвоню Карасёву, он наверняка знает, что делать.
Жена принесла его телефон и Болотин долго слушал гудки в трубке.
— Серёжа, чего так поздно? – наконец раздалось в трубке, – что случилось?
— Андрей Андреич, я летаю, – жалобно проскулил Болотин, – я сегодня поправки внёс в этот закон тягощения, теперь меня пол не притягивает, зато потолок начал! Ты же тоже летаешь?
— Ну ты даёшь! – уважительно сказал Карасёв, – сними на телефон, посмотрим завтра.
— Так ты сам–то не летаешь что ли? – удивился Болотин, – я же для всех госчиновников правки внёс!
— Я не летаю, я пока в своём уме.
— Так почему тогда на меня закон действует, а на тебя нет?
В трубке помолчали и Болотин начал волноваться, не заснул ли Карасёв по привычке. Но к счастью на том конце послышалось:
— Серёжа, а ты в какой стране живёшь?
— Андрей Адреич, я знаю, где я живу, дело в чём? – не выдержал Болотин.
— Дело в том, что у нас не обязательно соблюдать все законы подряд. Уж как депутат ты должен был это знать! Ты много видел чиновников, которые законы соблюдают?
— Так и в этой ситуации тоже работает?!
— А ты попробуй! – сказал Карасёв и повесил трубку.
Болотин посидел ещё минутку, подумал, потом отклеил от ног скотч, встал с кресла и прошёлся по комнате. Жена и водитель заворожённо смотрели на него. Болотин остановился, повернулся к ним и сказал:
— Ну что вы смотрите? Спать идите! Развели тут спектакль, понимаешь…