Альвиана: по зову луны и сердца

Глава 9

– Алена Нотка! Ты сильная, умная, уверенная в своих силах! Ты все сможешь! – твердила я себе утром, собираясь в академию.

Чтобы успеть уйти без Липучки, встала пораньше, перекусила припасенной вчерашней булочкой. Заплела наспех простую косу. А надевая самый скромный наряд Падии, решила, что возьму немного денег из заначки и обязательно схожу к портнихе – закажу простенькое платье из простой ткани, чтобы перестать будить зависть и не плодить слухов. Ведь видя меня в красивых нарядах, что думают окружающие? Что я жажду внимания элитников.

Приоткрыв дверь, высунула голову и оглядела пустынный коридор. Затем осторожно выскользнула наружу и, почти бесшумно заперев дверь, на цыпочках побежала к лестнице.

Спустившись во двор, выдохнула с облегчением. Чудесное утро! Я одна! Под ухом никто не стрекочет глупости!

Мадам Пуи с сыном-подростком, как две капли похожим на нее, уже хлопотали у кухни, начищая корзины овощей.

Приветливо помахала им рукой, пожелала доброго утра, и в ответ комендант лукаво улыбнулась.

– Иди и сведи там их всех с ума!

– Да я… – попыталась объясниться.

– Скромная? Как же! Чую, в душе ты бестия. С появлением только и баламутишь округу. Иди уж! – и, вытерев натруженную ладонь передником, махнула мне вслед.

Я шагала по хорошо знакомому маршруту. Сквозь листву светило утреннее солнце. Каменные ступени, ведущие в академию, еще не нагрелись. А из леска тянуло влажной прохладой, душистыми ягодами, полевыми цветами и зеленью.

И все-таки я благодарна мирозданию. Пусть свалилась куча неприятностей, но все еще жива. В запасе есть почти три лунья, чтобы узнать этот мир и принять решение. Благодаря магистру Эйфелю и его лекциям появилась надежда избавиться от влияния отца и жить самостоятельно. Правда, для этого надо решиться на неслыханную для здешних мест дерзость: обратиться в общий суд и попросить признать мою самостоятельность. Так иногда делали оборотни-мужчины, рискнувшие пойти против клана, но чтобы женщины? Но я смогу! Главное начать зарабатывать, а там, как будет.

Но чтобы дело пошло, надо начинать рекламировать свои умения уже сейчас. Так и быть, заплету сестрицам Мали и Энли по косе. Девочки на них посмотрят и тоже захотят – уже копеечка будет. А там и наладятся с кем-то отношения и первые знакомства. Надо учиться жить в обществе, каким бы оно ни было. Конечно, можно строить из себя гордячку, но, по правде, быть изгоем – худший из вариантов. А насчет Сарнара скажу, что мое сердце занято другим – простым парнем с окраины. Так люблю, что жить без него не могу, и богатство Сарнара не нужно. Пусть все гадают. Глядишь, и успокоятся…

Вдруг за спиной послышался шорох. Я резко обернулась и заметила между стволов мужскую фигуру в блеклой одежде. Дурное предчувствие зашевелилось в груди и разлилось холодком по спине. В защитном жесте я прижала к груди сумку, будто могла защититься ею, и попятилась от незнакомца со злобными, безжалостными глазами, который выйдя из тени, наступал на меня.

Это был явно оборотень с окраины. Лишенный лоска, даже налета цивильности, чем-то отдаленно похожий на громилу Эрха, только безжалостнее, агрессивнее, моложе и ростом ниже. Но что в нем силы много – без сомнения.

– Что… в-вам надо?! – задала я глупый вопрос, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы разговорить его. Да все отдам, только бы унести ноги.

Двуликий остановился, и на его губах появилась злая ухмылка.

– Зазналась, тварь?! – просипел он, почти не размыкая скривленного рта. – Друга не узнаешь?

На меня нашел такой животный ужас, что я онемела и остолбенела. Слишком хорошо понимала, что это хитрое, хладнокровное животное в человеческом обличье, умеющее говорить и мыслить, сейчас свернет мне шею.

Он поравнялся со мной, шумно повел носом – и я покачнулась. Какой же он уродливый! Чего только скошенный лоб стоит.

– Ты не она! – в его, полных ненависти, глазах на мгновение мелькнуло удивление. Не успела я пискнуть, тяжелой лапищей схватил меня поперек талии, рывком поднял, будто невесомую пушинку, и потащил в лес.

Двигался ловко, быстро, не как человек, и уже через несколько мгновений швырнул на землю. Поросль смягчила удар, и все равно дыхание сперло, в глазах потемнело, и вдобавок оборотень схватил меня за волосы и заставил встать на ноги. Боже, лучше бы я не видела его так близко!

Он скалил желтые клыки и шумно сопел, находясь у самого моего лица.

Я старалась не дышать, чтобы не стошнило от его своеобразного, тяжелого запаха, чем-то похожего на собачий. Зато он уткнулся носом мне в шею, дыша глубоко, ненасытно, так, когда запах нравится.

– Пахнешь странно… Свежо…

Я задрожала и, позабыв о косе, зажатой в его кулаке, дернулась. Боль опалила кожу, проступили слезы. А он лишь сильнее вцепился в волосы, задирая голову, и слюнявым языком медленно заскользил по коже, оставляя влажную, противную дорожку. Или мой нюх обострился, или от него так мерзко разило, но еще чуть-чуть, и меня вывернет от омерзения.

– Отпусти! – выпалила я, не надеясь на чудо, однако он неожиданно замер.

– То-то гадал, что Сарнаский щенок нашел в тупой порченной девке? – зло рассмеялся и, еще раз проведя языком по щеке, резко, с силой отшвырнул от себя.

Падая, я плечом налетела на ствол и оцарапала висок о шершавую кору дерева.

– Еще встретимся, когда высокородные щенки натешатся, да вышвырнут, – он смачно плюнул мне под ноги. – Еще в ногах ползать будешь.

Он давно скрылся в зарослях, а я все еще продолжала стоять, обнимая дерево, и пыталась успокоиться.

Откуда это чудовище взялось? Разве слушателей и слушательниц собирают не в разных полугодиях? Неужели папаша Альвианы тоже в городе?