Бессердечный

XVI

Утром следующего дня  Анна, проснувшись, стала ждать прихода Глена. Она, конечно, могла пойти сама, но ей хотелось, чтобы в этот раз и он проявил инициативу. Но, вопреки ожиданиям, Леви не пришел, как не пришел ни завтра, ни послезавтра. Анна твердо решила его дождаться.  Неужели он забыл о ней? Или чувства, были они или нет, остыли?   Неделя пролетела быстро, а Анна так и не увидела Глена. Наконец, она не выдержала и направилась в его особняк. Но при входе  в дом Фонита сказала, что Глен уехал.

– Как уехал? Куда?

– Господин не посвящает нас с сестрой в свои дела. Уехал и все.

– Как давно?

– Пару дней назад. По его приезде сказать о вашем визите? – учтиво спросила Руфина, подходя к сестре.

– Нет, не нужно. До свидания, – ответила Анна и направилась к выходу. Ее терзали тревога и сомнения. Куда же он мог уехать?  Да и зачем? Человек, который редко  и из дома выходит, а тут взял и уехал из города. Она решила не придумывать себе невесть что, а спокойно дождаться его возвращения. Но как раз это невесть что, так и норовит залезть тебе в голову в таких неопределенных ситуациях. Домой она пришла в смешанных чувствах. Глен даже не предупредил ее об отъезде, что задевало ее больше всего. «Мог бы, в конце концов, письмо отправить» – думала она, лежа на кровати в своей комнате. Пробовала Анна  отвлечься  за чтением книги, но между строк постоянно вылезало назойливое «Глен» и «уехал».  Она читала, но до нее совершенно не доходил смысл прочитанного, ее мысли были далеко. Отложив книгу, Анна пошла прогуляться в саду. Но и из этого тоже ничего хорошего не вышло. Писклявые комары и редкий холодный дождь быстро загнали  ее в дом. Она хотела приготовить обед, но на кухню ее не пускали кухарки, уже занимающиеся этим нехитрым занятием. В итоге она вернулась в комнату и пробыла в ней до обеда. После, такая схема повторилась ближе к ужину. Следующие ее три дня прошли также. Это стало Анне порядком надоедать. Она решила найти себе какое-нибудь занятие. Выбор пал на писание картин. Выпросив у Агаты деньги, Анна отправилась в художественную лавку, где приобрела холст, кисти и краски.  Когда же она благополучно уселась перед большим окном своей комнаты, все ранее приходившее ей в голову идеи улетучились. Сначала ей захотелось нарисовать натюрморт, затем пейзаж, и даже портрет. Но все эти мысли она отбросила. Натюрморт – не интересно. Горшки да яблоки. Пейзаж – Тэнебрис этим особо не славился. Разве что горы, но до них с грудой  художественных принадлежностей не дойдет хрупкая девушка, к тому же шел мерзкий дождь. А портрет – слишком сложно. Да и некого было запечатлевать. В итоге холст долгое время лежал абсолютно чистый. Потом же Анне  надоело сидеть, уставившись на пустое полотно, и она по памяти нарисовала обрыв и сидящих на нем два темных силуэта. Мужской и женский. А над ними расстилалось голубое небо. Картина понравилась девушке. Довольная, она поставила ее на прикроватную тумбочку и, улегшись на кровать, стала ею любоваться. Затем она помыла и убрала испачканные кисти, вытерла подоконник. Настроение ее улучшилось. Но события этого дня на этом не заканчиваются. За обедом служанка поднесла Анне письмо, аккуратно упакованное в конверт и запечатанное красной сургучной печатью . Пытливый взгляд Агаты не дал ей раскрыть его сразу. Она решила открыть письмо в своей комнате, подальше от лишних глаз.  Быстро покончив с обедом, девушка поднялась в свою комнату. Агата не стала до нее допытываться и спокойно отпустила.

– Эх, – вздохнула она, устремляя свой взгляд куда-то вверх. – Когда-то и ты мне записки с письмами писал. Тот еще романтик был.

 В ее голове всплыли  строчки из многочисленных писем, которые посылал ей покойный муж еще до свадьбы. Так, поглощенная в прошлые воспоминания она долгое время сидела на кухне, устремляя свой отстраненный взгляд в окно.

 Поднявшись  в свою комнату, Анна присела на уголок кровати. Рассмотрев конверт, она осторожно развернула письмо. Перед ее глазами замелькали ровные строчки красивого почерка. Анне даже немного стало неловко, ее почерк не был столь аккуратным. Она уже видела почерк Глена раньше, но это осознание пришло к ней только сейчас.

  Дорогая Анна. Сначала я бы хотел извиниться за мое долгое отсутствие. Мне пришлось уехать, не предупредив тебя. Могу себе представить, что ты успела придумать себе за эту неделю. Не волнуйся, ничего плохого не случилось. Прошу приходи  завтра в  3 часа дня на наше место,  мне нужно сказать тебе нечто очень важное.  

Глен Леви

 На душе у Анны стало легче. Короткого объяснения в отсутствии успокоило ее. Снова придется ждать следующего дня. Ожидание уже измучило ее.

– Неужели нельзя придти сегодня? Все завтра, да завтра.  Может у меня дела неотложные есть? – вслух возмущалась она.  Не смотря на то, что дел у нее как раз и не было, недовольство все равно нужно было высказать. Спрятав письмо в маленький шкафчик своего трюмо, она спустилась на кухню, где все еще сидела Агата. Заметя дочь в дверном проеме, она встала из-за стола и принялась убирать  послеобеденную посуду.

– Ну и что там пишет твой женишок?

– Он вовсе мне не женишок, – нахмурилась Анна.

– Да ладно тебе. От матери-то нечего скрывать. Что пишет?

– На встречу завтра зовет.

– И куда?

– В горы на обрыв.

– Что за джентльмен такой? Заставляет тащиться в этакую даль! Девушек в рестораны надо приглашать, в театры. А не  к черту на кулички!