Межгалактические игры Лизы Одуванчиковой. Наследие крови. 

Глава 1.

Торубарова Светлана

«Межгалактические игры Лизы Одуванчиковой. Наследие крови».

Книга 2.

Глава 1.

- Лиз, ты чего такая хмурая? – Хлопнула по спине Лия, явно не рассчитав силу, отчего я чуть было не поцеловала носом пол, но Софра успела поймать за плечи, зло шикнув на приятельницу:

- Поаккуратней, хорошо?

- Да все в порядке. – Вяло отмахнулась я, тяжело вздыхая и прикрывая на миг глаза.

- Прости, я не специально. – Смутилась огромная женщина, словно вылезшая из глубин ада и обладающая при этом ангельским голоском.

- Она лидирующие позиции занимает, а еще чем-то недовольна. – Фыркнула Горма, сложив руки на груди и отвернувшись к большому, панорамному окну во всю стену, откуда открывался с высоты птичьего полета потрясающий вид на город, раскинувшийся вокруг высоченной, похожей на стрелу, башни в несколько сотен этажей. Да, после «танцев над пропастью» я стала панически бояться высоты, поэтому опасливо расположилась как можно дальше от окна, рядом с прохладительными напитками, игнорируя завораживающие красоты. В эту башню из стекла и стали, искрящуюся тысячей бликов на утреннем солнце, и являющуюся главным трансляционным центром в галактике Центуриан, нас привезли в раванлетах около двух часов назад, где на двухсотом этаже в огромной студии со сводчатыми потолками и мягкими ярко-красными диванами, Льяна и Пыныр с завидным усердием, под зоркими камерами визоров, пытали нас кучей совершенно нелепых вопросов. Только я была в стороне этого немного сумасшедшего действа, так как ко мне старались практически не обращаться, разве только с самыми невинными вопросиками, типа «что я предпочитаю на завтрак?», или «какой мой любимый цвет?», видимо памятуя о чересчур прыткой журналистке, которая из-за своего не в меру длинного языка и неуемного любопытства лишилась хлебного и почетного места. Кстати, надо уточнить у Викторана, успел ли он отменить свой приказ о ее ссылке на Морозран? Очень хотелось помочь той девушке, ведь я стала невольной причиной ее бед.

Наши сопровождающие в это время были направлены в центр пустыни, на почетную трибуну возле финиша трассы, на которой мы вскоре станем соревноваться на летающих платформах. Туда, где нас уже с нетерпением ждут тысячи зрителей, пока что наблюдающие в прямом эфире за глупым, изрядно затянувшимся ток - шоу, мы поспешим сразу после его окончания. Хотя, как будет выглядеть эта трасса, даже не представляла. Но явно, простого испытания нам не предложат. Впрочем, как и всегда. Играющие со смертью все же, поэтому надо оправдывать данное нам определение.

Сейчас же был объявлен небольшой перерыв, в течение которого нам предлагалось пообедать, но большинство девчонок, заметно нервничая, так и не притронулись к ароматным угощениям. Мне, если честно, тоже кусок в горло не лез, особенно когда я вновь обращала внимание на несметное количество охраны, увеличившееся в разы после происшествия с Оркой и Ором. Участницы с подозрением косились в мою сторону, но предпочитали по этому вопросу не высказываться.

- Наверное, наша похитительница императорских сердец расстроилась из-за того, что после второго тура скатилась на пятое место, даже невзирая на столь влиятельных покровителей и их постоянную помощь? – Встряла в разговор Винавира, завистливая, рогатая, с… гадина, которой не давала покоя ее незавидная сороковая позиция, и моя личная жизнь. Глупая, да я с радостью бы с тобой местами поменялась, только чтобы не разрываться от противоречивых чувств, изматывающих душу! Боже! Да когда же все это, наконец, закончится, и я смогу домой вернуться? Если позволят, правда...

- Ничего, это временно. – Ответила за меня Софра, недобро сверкнув глазами в сторону нахалки. – Лучше за своими результатами следи, а то, как бы уже в самом конце таблицы не оказалась! Знаешь, если ты сегодня до финиша не доберешься, то мгновенно в минус уйдешь! А в моих силах тебе помочь в этом!

Девушка мгновенно побледнела, даже черные бусины глаз подернулись панической дымкой и она, поджав губы, поспешила от нас убраться подальше. На ее месте я бы с зеленоволоской, гоняющей на платформе со скоростью пули, тоже не связывалась.

- Спасибо. – Тихо ответила, бросив на подругу благодарный взгляд. Софра кивнула, улыбнувшись краешком рта, как никто, понимая причину моего немного неадекватного состояния. Только одной ей вчера вечером решилась рассказать о том, как меня пыталась убить Орка, и что за ней стоял кто-то очень могущественный, кто-то, кто не оставит меня в покое, пока не добьется желаемого. Поэтому трусливо, до дрожи в коленках, боялась третьего тура, заранее предполагая, что меня снова поджидает очередная опасность, хотя Викторан и уверял в обратном. Только ей поведала, как император не дал до конца пройти испытание в ущелье Великого Духа, правда, опустив некоторые подробности, от которых до сих пор голова шла кругом, а внизу живота сладко ныло. По этой причине считала свой результат незаконным и переживала муки совести, боясь взглянуть другим девчонкам, действительно рисковавшим жизнью, в глаза. А еще с ужасом понимала, что чувства к Викторану с каждой минутой, с каждой секундой, проведенной рядом с ним, становились все сильнее и глубже. И уже не помогали мысли о гареме, который находился от нас так далеко, что не воспринимался всерьез и то, что он повинен в уничтожении планет. Глупое сердечко старалось оправдать все его чудовищные поступки, требовало поверить, что у него действительно нет выхода, и он просто не может прекратить это безумство. Однако разум протестовал, настаивал, что Викторан безжалостный монстр, и должна держаться от него как можно дальше, напоминал, что я лишь очередная игрушка, которая никак не желала сдаваться на милость победителя, а, если это все же произойдет, то сразу стану не нужна, и мои чувства безжалостно растопчут. В итоге, решив следовать холодному голосу разума, постаралась отгородиться от неугомонного сердца, требующего большой и светлой любви. Но для этого необходимо было вырвать из души и вычеркнуть из памяти нашу последнюю встречу, когда мы сидели в моей комнате, и Викторан бережно укачивал в своих объятиях, прогоняя страх и вселяя уверенность, когда я, наверняка ошибочно, чувствовала себя нужной и как будто любимой...