Смерть и любовь в академии темных сердец

Глава шестая

Лара кинула на себя придирчивый взгляд в зеркало, погладила пуговицы на жакете и улыбнулась. Вот уж не думала, что захочет нравиться этому белобрысому недоразумению! И переоделась зачем-то. Будто на свидание. Снова оглядела с головы до ног высокую стройную женщину в зеркале, заправила выбившуюся из прически рыжую прядку, разгладила длинную юбку, водрузила на голову шляпку и подмигнула. Кажется, все. Готова не только к встрече с созвучным, но и в бой за свободу и магию.

Положила в кормушку Кики розовых лепестков, нырнула в ботинки и вышла из комнаты. Заперла дверь на ключ. К вечеру, скорее всего, будет дома, но лишние предосторожности не помешают. С замком придется повозиться, даже если к ней в гости нагрянут опытные маги. Сбежала по лестнице, миновала полутемный коридор и нырнула в ожидающую у крыльца карету. Тартис уже ждал внутри. По-свойски усадил темное сердце напротив, прикрыл дверцу и велел трогаться. Карета плавно поплыла в столицу. Лара устроилась на сиденье поудобнее и вздохнула, мысленно готовясь к скучной дороге.

Дознаватель, напротив, не собирался скучать. Он одарил Лару улыбкой и ринулся в пучину светской беседы.

– Вы великолепно выглядите, – с легкой ехидцей в голосе заметил он. – Мне приятно думать, что так старались из-за меня.

– Готова на все, чтобы разговорить вас, – улыбнулась Лара и будто невзначай провела пальчиком по выступающей горизонтальной детали дверцы.

Томно вздохнула, представляя, что это вовсе не прохладное дерево, а сильное мужское плечо. Усмехнулась. Собеседник, похоже, хочет посостязаться в умении довести другого до ручки? Она с удовольствием примет вызов! Что там рассказывала Мера? Созвучный теряет голову от одного только присутствия своего темного сердца? Так у нее есть два часа, чтобы лишить разума Тартиса Нортея. Главное – самой сохранить хотя бы остатки здравого смысла.

– Рассчитываю на приятный вечер, – пожал плечами дознаватель. – Все откровенности на десерт.

– Мне казалось, на десерт принято подавать другие блюда, – Лара поймала его взгляд, прикусила губу и подмигнула.

Тартис покачал головой:

– Если бы вы хотя бы представляли, каких усилий мне стоит держаться на расстоянии, вы бы не вели себя так смело, – почесал подбородок и ухмыльнулся: – К Нориалю все! Побудьте в моей шкуре!

Взял ее руку в свои, прошептал несколько слов и щелкнул адастровым браслетом.

– Помните, чтобы угробить вас, мне хватит и другого украшения, – прошептал назидательно и спрятал адастровый браслет в карман сюртука. – А теперь давайте поговорим о десерте… Что вы предпочитаете?

– Сладости со свежими фруктами, – еле слышно прошептала Лара, пытаясь взять себя в руки. – И булочки…

Сила внутри бурлила и не желала успокаиваться. Конечно, не так чтобы можно было опасаться за жизнь Кики, ее последнего балансира, но довольно ощутимо. А еще страшно хотелось нырнуть в объятия Тартиса. Казалось, именно он, а не птаха, поможет утихомирить разгулявшееся магическое поле, сгладить все колебания.

Духота кареты стала невыносимой.

– Верните его, – взмолилась Лара и посмотрела на дознавателя. Мужчина, тоже не отрываясь, прошивал ее взглядом. Темное сердце нахмурилась. Да что же происходит, в конце концов? Не может связь с созвучным быть такой сильной!

– Не хочу, чтобы мной пользовались, как дешевой безотказной шлюхой! – выдала последний аргумент и, зло фыркнув, скрестила руки на груди.

– Никто не собирается пользоваться тобой, Би, – нежно прошептал Тартис, и у Лары перехватило дыхание. Когда созвучный отходил от официального тона, разум окончательно покидал ее рыжую голову.

Протянула руку и погладила выбритую щеку. Дознаватель накрыл ее ладонь своей и резко, будто хотел вытащить Лару из ледяной воды, перетянул на свою сторону кареты. Усадил рядом и осторожно и нежно коснулся губ поцелуем.

Закрыла глаза. Нос обожгло ароматом грейпфрута, а по телу разлилось тягучее ласковое тепло. Ничего не хотелось, только вечность сидеть рядом с этим мужчиной и целовать его, пока тело не заноет от желания. Пока глупое сердце не начнет беспокойной птахой выпрыгивать из груди.

Ближе к городу поцелуи стали жарче и требовательнее, руки настойчивее, но Тартис не обманул. Не воспользовался слабостью своего темного сердца. Лара видела, как он сходит с ума, как его глаза затуманиваются поволокой желания, и ожидала продолжения, но созвучный не потребовал ничего лишнего. Только немного жадной нежности.

– Теперь ты играешь со мной? – поинтересовалась Лара, когда желание стало невыносимым.

– Теперь как раз не играю, – парировал Тартис. – Хочу, чтобы ты была моей по всем правилам. Без спешки. Как полагается у взрослых людей…

Темное сердце усмехнулась и вернулась к поцелуям. Кровь закипала киселем на огне, зато магическая сила успокоилась и душой завладела безмятежность.

Прервались, когда карета начала подъезжать к ипподрому. Тартис, как приличный кавалер, помог спутнице выйти на улицу и тут же предложил взять его под руку. Лара согласилась. Хотела заметить, что дознаватель так и не вернул на место адастровый браслет, но в последний момент передумала. Рядом с мужчиной было хорошо до безобразия, и расставаться с этим ощущением не хотелось. Вряд ли произойдет что-то страшное, если она побудет без побрякушки несколько часов.

– На кого поставим? – поинтересовался Тартис, когда они миновали толчею на входе и вошли на территорию ипподрома. – На Принца или на Красавчика?

– На Колючку! – задумчиво выдала Лара, рассматривая таблицу с победами над окошком букмекера. Принц и Красавчик, конечно, безусловные фавориты, но и Колючка выигрывает время от времени. А сегодняшний заезд просто обязан стать для него победным!

– Уговорила, – усмехнулся созвучный и, оставив ее, протиснулся сквозь кучку стоящих рядом мужчин сделать ставку.

Темное сердце только покачала головой и подавила желание пойти следом: не хотелось отпускать его ни на мгновение. Странная, неестественная и болезненная привязанность! Но такая приятная! Казалось, стоит только дождаться объятий Тартиса, и можно провести в них всю жизнь. О продолжении и говорить нечего. Прикрыла глаза, предвкушая приятный вечер с десертом, и тут же охнула. Ледяные, будто мертвые пальцы коснулись затылка и сжали шею.