Зеркало Вечной Невесты

СЫН МОЛНИИ. Пролог

Гибкие танцовщицы двигались превосходно. Царь наслаждался зрелищем и отдыхал душой. Рядом сидела любимая жена. У него было много жён, молодых ослепительных красавиц, но старшая жена так и осталась самой любимой и единственной, к чьим советам самолюбивый владыка прислушивался.

Неподалёку расположились придворные и приглашенные гости. В этот день был устроен праздник — впервые зацвёл навесной сад, построенный по подобию садов Семирамиды. Его создатели зодчий и садовник находились тут же.

Из зала, где проходило празднование, открывался чудесный вид на цветущие финиковые и апельсиновые деревья, на оплетающие ажурные решетки яркие цветы и нежно-изумрудную зелень травы.

— Почему ты печален, мой лучший зодчий? — обратился царь к мрачному седому человеку, сидевшему по правую руку от него.

— Мой господин, печаль не отпускает меня, терзая душу: моя единственная дочь влюбилась, — тяжело вздохнул зодчий.

— Неужели это так плохо, Хаим? — обратилась к нему царица. — Юные девушки должны влюбляться.

После этих слов глаза её обратились на человека, не только ставшего ей супругом, но и заменившего собой весь мир.

— Ох, моя госпожа, — снова вздохнул Хаим. — Девочка сохнет от тоски, а её избранник даже не глядит в её сторону. А ведь я назначил ей очень большое приданное.

— А кто её избранник? — заинтересовалась царица.

— Джафар, моя госпожа, — ответил зодчий.

— Супруг мой! Не можешь ли ты повлиять на юношу, ведь он из твоей охраны? — женщина нежно прижалась щекой к руке царя и вопросительно на него посмотрела. Царь вовсе не считал правильным заставлять людей жениться против воли, но просьба любимой была для него законом. Он немного подумал:

— Я давно подбираю начальника дворцовой стражи. Джафар молод, смел и честолюбив. Я могу предложить ему этот пост, с условием, что он женится на дочери Хаима. Да, так и будет. Уверен, что он согласится. Хаим, можешь идти обрадовать дочь. Эй, слуги, позовите мне Джафара.

Под восхищенным взглядом жены царь невольно выпрямился. Рядом с ней он всегда чувствовал себя умным, красивым и молодым — таким, каким отражался в любящих глазах.