Только не трогать

2.2

Мир полон лжи и фальшивых ценностей. Стирание чувств, утрата лиц. “Я” навсегда заточено в безликих гаджетах.

Люди врут друг другу и самим себе. Каждый хочет казаться лучше, не зря же придумали столько фильтров для фотосъемок. А еще раньше была ретушь. Думаю, при возможности люди ретушировали бы всё вокруг, в особенности - своё прошлое и настоящее.

Где-то прочла: настоящие мы никому не нужны. Но как знать, правда ли это, если постоянно бежишь от себя? Честно говоря, я не лучше других, такая же трусиха.

А Богдан честен всегда. Умеет чувствовать глубину в простых вещах. Видеть красоту даже в уродстве. Я бы никогда не смогла написать что-то стоящее, ведь всё, что я знаю о жизни, невозможно выразить словами.

Он - мог.

И при этом не был правильным или идеальным. Просто самым подходящим для меня. Каждая строчка находила отклик в душе, заставляла сердце биться быстрее, а землю вращаться медленнее.

Раньше я ходила в художественную школу и нам рассказывали о магическом измерении, которое обретают полотна экспрессионистов за счет искажения пространственной перспективы.

Для меня магическим измерением стали книги Богдана.

Я любила читать их по ночам, под одеялом, при свете фонарика. Тихий шелест страниц был похож на шепот - казалось, Богдан разговаривает со мной, поддерживает в трудные минуты. Порой он тоже страдал - от невозможности до конца познать, почувствовать, увидеть. Но всё помогал мне сохранить себя - ту часть, которую еще можно было сохранить. А я гладила станицы и разговаривала с ним, мечтая: когда вырасту, мы познакомимся по-настоящему. Иногда засыпала в обнимку с романами.

Временами мне снился кошмар: будто я упускаю что-то важное. Словно эти книги - фрагменты фильма, который я никогда не смогу посмотреть целиком. Становилось жутко, но потом наступало утро, и страх рассеивался.

Я делала всё, чтобы приблизить свою мечту, даже смогла устроиться в «Майер Паблишинг» - место, где мы могли бы встретиться. Кстати, на единственном видео в сети  Богдан выходит из здания издательства. Тридцать восемь секунд, кто-то снял тайком. Одет он там по-простому: в джинсах и чудесной клетчатой рубашке. Волосы тоже светлые, слегка вьются, а глаза какого цвета, не разобрать. Я этот ролик сотни раз посмотрела.

Правда, работа далась мне нелегко, и дело вовсе не в тестах. Как сейчас помню первый день в «Майер Паблишинг»: в груди - мучительный жар, а руки и ноги - ледяные. Дышать тяжело, в глазах темнеет, в висках стучит, спина покрывается липким потом, - так всегда бывает, если вокруг много незнакомых людей. Целый месяц мучилась, затем немного привыкла. К тому же стала книгу писать - помогало.

Главное, что издательство находилось недалеко от дома, это определенно являлось счастливым знаком. Говорили, Богдан приезжает туда несколько раз в год.

Я чувствовала: стоит нам хоть раз поговорить, он меня обязательно полюбит.

Ведь любовь - это когда душа встречает душу. Мы встретимся и перестанем блуждать в вечной темноте. Наступит другая жизнь, где плоское станет объемным, а ограниченное - безграничным.

Мы будем жить в маленьком домике на берегу моря. Сидеть под звездным небом, слушать пение ночных птиц. Чувствовать каждую крупинку песка под ногами, каждую молекулу воздуха, и бесконечно отражаться друг в друге.

Только теперь на пути к моей мечте стоит Марк Майер. И хочет всё сломать.

Но я не должна ему этого позволить, ведь склеить себя обратно еще раз уже не получится.

Не должна не должна не должна.