Эрлинг

Глава 5. Мститель

Замок Вернеца, 35 г.э. Леам-беат-Шааса

Кайл, подобно асассинам Корлайлы облачённый в серый костюм, крался позади руководительницы операции. В замок Вернеца проникнуть удалось на удивление легко: Корлайла, в отличие от кесаря, никогда не пренебрегала информацией, а потому знала о старинном сооружении куда больше его законного хозяина. Подземный ход, ведущий в канализационные туннели, начинался всего в нескольких километрах от границы поместья фон Штосса, куда Кайл, Корлайла и Гестия пробрались через искривление пространства. Там они повстречали Рогнара, который не замедлил присоединиться к спасательной операции. К тому времени, как они добрались до места, Корлайлу ждал десяток членов клана аркани. И вот они плотной цепью пробираются вдоль стен… Кайла поразило полное отсутствие охранников в этой части замка. Вернее, охранники тут, возможно и были… но всё ещё не попались диверсантам на глаза. Потом Кайл сообразил, что тёмные переходы были, вероятно, такими же потайными, как подземный ход, приведший их сюда, так что охране и знать о них было не положено. Но вот они вышли в освещённый коридор… Освещённый – это сильно сказано. В самом конце его чадил смрадный факел. Но это был признак жизни.

Кайл прислушался. Коридоры, и этот, и последующий, были пусты и безмолвны, но где-то в глубине каменных стен отдавалась мерная вибрация. Неподалёку отсюда что-то происходило.

Тем же манером, скрываясь в густых тенях, они миновали ещё несколько помещений, приближаясь к источнику звука, пока не увидели первого обитателя замка.

Это был крепкий высокий мужчина, одетый в кирасу охранника, но без остальных лат и шлема. Соли в его густой шевелюре было уже куда больше, чем перца, так что вероятно, он уже перевалил за срединный рубеж своей жизни. А может, приблизился к самому её окончанию. Бесшумный, как тень, безликий, как сама ночь, скользнул аркани к сидящему за столом, обхватившему голову руками человеку.

Кайл услышал, как выругалась Корлайла. И тут же к столу метнулась вторая тень. Перехватила тонкое лезвие у самого горла. Сидящий немедленно вскочил, обнажая меч и разворачиваясь к нападающим. Проворство и отточенность движений выдавали в нём опытного воина.

– Проклятый некромант, – прошипела Корлайла, сдирая маску с лица. – Дурной пример заразителен. Говорили мне, что с кем поведёшься… «Я называл его другом», «мы в ответе за тех, кого…»

Длинные белые волосы рассыпались по плечам. Седина сильно состарила фаворитку кесаря. Но начальник охраны замка Вернеца не заметил этого. Меч звякнул, выпав из его ослабевшей руки на каменный пол.

– Миледи, – прошептал мужчина, опускаясь на колени перед главой клана асассинов-аркани.

– Вставай, Азор, – тихим и каким-то уставшим голосом сказала женщина. – Я больше не миледи. Я просто Корлайла. Асассин, который ворвался в твой замок.

Мужчина смотрел на неё горящими глазами.

– Это… и правда… вы? – он, кажется, не слышал того, что она только что сказала.

– Это я, – вздохнула она и подала ему руку. Он почтительно поцеловал её перчатку и всё-таки встал.

– Нам сообщили, что вы… о вашей смерти. Многие не верили до последнего, ведь тело так и не показали… но то, что здесь началось, заставило нас поверить в конец света. Это… просто какое-то безумие.

– Меня воскресил некромант, – криво усмехнулась она, – так что я у него теперь на побегушках.

– Ламберт фон Штосс, – догадался Азор. – Я слышал, что о нём болтали, но считал обычными сплетнями. Доказательств мы никаких так и не нашли… Но сейчас… Миледи, вы не представляете, что здесь творится! Десятки, сотни заключённых, казни, пытки… несколько человек из гарнизона тронулись рассудком. Многие дезертировали… и я не нахожу в себе сил их винить. Я сам уже был на грани между безумием и… Но вы ведь вернулись? Теперь всё… можно исправить?

– Я не вернулась, Азор. Я пришла за этим мальчиком, врачом канцлера.

– Он здесь, миледи. Я… проведу вас к нему. Позвольте только… вашим людям взглянуть на вас ещё раз. Возможно, для многих из них это будет последняя радость в жизни.

Женщина заколебалась. Асассин в ней вопил благим матом, что она ведёт себя самоубийственно, но миледи Корлайла, уже почти похороненная, вдруг подняла голову и выступила на свет.

– Хорошо, – сказала она, гордо вскинув подбородок. – Веди их всех.

Азор был прав: гарнизон изрядно поредел, но, тем не менее, просторное караульное помещение было битком забито людьми. И все они как зачарованные смотрели на вошедшую высокую седовласую женщину. А потом, как по команде, стали опускаться на колени. Корлайла обращалась к каждому из них по имени – они все были когда-то её людьми, она знала всю их подноготную, все их сильные и слабые стороны, семейные и личные тайны… Пока замок Вернеца был её замком, он был неприступной крепостью. Состоять в его охране было честью, которой добивались. Теперь, после её ухода, гарнизон осиротел. Сивфы осиротели.

Корлайла долго смотрела на них: молодых и старых, блондинов и брюнетов, сивфанцев и иноземцев, таких разных, и так дополнявших друг друга. И наконец произнесла.

– Вы можете пойти со мной. Вы станете государственными преступниками, лишитесь своих домов, сбережений, вас будут преследовать… Но предложить вам этот путь я считаю себя обязанной.

Они встали все как один.

– Мы с вами, миледи, – сказал Азор за всех: он слишком хорошо знал своих подчинённых, чтобы сомневаться в них. – До конца.

Замок «Чёрный Дракон», 375 г. от осн. Собщества