Маруся из Цыбулевки

Глава 17. Хорошо быть дома гостьей

Утро пришло неожиданно. Казалось, только закрыла глаза и уже... Все закрутилось, завертелось. Навзрыд плакала мама, а у Маруси слез не было. Она молча стояла и смотрела, стараясь запомнить каждую черточку отца.

Кто-то потянул за рукав. Это пришла Светка. Светка, из-за которой она попала в ту непредвиденную ситуацию, и пришла она не вовремя.
— Маруся, прости меня. Я поступила по-свински. Но пойми: тогда я забыла обо всем. Он такой гад. Не хочу даже вспоминать. Но зато у меня есть малыш. Мой сыночек. Выращу сама, родители помогут. Конечно, не о такой жизни я мечтала. Но потерплю немного. Зайдешь? — Светка смотрела на нее, как побитая собака.
— Свет, не сержусь я уже давно. Что было, то прошло. Конечно, забегу потом, — Маруся думала о том, что было бы хорошо, если бы все это повторилось еще раз. Тогда бы она поступила по-другому. Это точно.
Место, где нашли свой последний приют дедушка с бабушкой, другие родственники и жители их деревеньки, встретило тишиной. Давно заброшенные и никем не навещаемые холмики заросли кустарником и бурьяном по колено. В кроне деревьев ютились птички. Их голоса на фоне этой тишины звучали громко и, казалось, даже нелепо.
Прошли мимо церкви, только остановились, но не входили, потому что отец не посещал ее никогда и другим не советовал. Не то было воспитание. Запричитали тетушки и старушки. Только гусям ни до кого не было дела. Они спокойно перешли дорогу в поисках наиболее сочной травы прямо перед людьми. Все равно зазвонили колокола...
Маруся с мамой задержались дольше других. Попрощаться еще раз, но без чужих глаз. Нужно было спешить. Накрыть столы на обед для всех желающих. День был тяжелый и суматошный. Только поздно вечером удалось отдохнуть.
Маруся старалась утешить мать, как могла. Старалась найти нужные слова. Помогала по хозяйству. Когда выдавалась свободная минутка, она уходила к озеру. Сидела подолгу там, у старой пожелтевшей ивы на мостике, который смастерил отец, и размышляла. Подумать было о чем. Андрей не позвонил ни разу. Может, что-то случилось...
Жалко было бросать маму совсем одну. Тяжело ей будет. Но у нее много подруг, и соседи есть. Здесь, в деревне все друг друга поддерживают. Как можно было остаться здесь, когда уже узнала, что жизнь может быть совсем другой. Особенно после того, что случилось, когда делали поминки отцу на сорок дней. Пока ели, все было тихо, мирно. Но когда уже изрядно помянули, сосед дядя Василий затянул песню, которая была в этот момент вообще не к месту. Конечно, его быстренько выпроводили из-за стола. Но глядя на эту ситуацию, Маруся понимала, какая жизнь ее здесь ждет. Тем более, что было и другое обстоятельство, которое подсказывало, что пора уезжать.
Оказалось, что Степка, который не давал проходу в прежние времена, успел развестись. Бабки у колодца говорили, как он поколотил свою жену. Она сразу же собрала свои вещи и с огромным синяком под глазом отправилась к своим родителям в соседнюю деревню. Строптивая оказалась.
Поздним вечером выскочила за водой к колодцу. А там уже давно поджидал Степка, прячась за деревом.
— Маруська, погоди. Я чё хотел сказать: может ты останешься. Так я сватов зашлю.
— Степка, ты чего в ночи выскакиваешь. Испугал. И даже не мечтай. Я не хочу быть битой, как твоя жена, — рассердившись, Маруся повысила голос. Мама открыла дверь и испуганно спросила: "Дочка, у тебя все в порядке?"
Успокоив мать, Маруся подхватила ведро, чтобы уйти, но ее догнали слова Степки:
— Ой, больно надо! Да, кому ты там нужна! Городские женятся на своих. А ты, хоть и выкрасилась, все равно видно, что деревенская. — Маруся ничего не ответила, только закрыла дверь на щеколду: "Может, он и прав..."
Он шел по темной улице и бормотал себе под нос: "Здоровому мужику уже и нельзя опрокинуть стопку после рабочего дня. Так сама она и виновата была. Вылила все запасы прямо под сирень. Дура!"
Заметив тревогу в глазах матери, успокоила ее. Но, видимо, это не помогло.
— Доченька, пора тебе домой. Нечего тебе здесь делать. Некому больше за тебя заступиться. Не надо меня жалеть. Я не хочу, чтобы ты так жила. Это и не жизнь вовсе. Так что завтра собирай сумки, а я договорюсь с Вениамином. Он отвезет. Уезжай отсюда, доченька, беги от этой жизни!
Всю ночь Маруся не могла уснуть. Ее беспокоили тревожные сны. То Степка гнался за ней, и она убегала. То где-то плакал ребенок. Проснувшись поутру, она долго думала, к чему бы это. Но у матери так и не спросила.
Долго оглядывалась назад, когда отъехали. Мать стояла совсем одинокая и украдкой вытирала фартуком набежавшие слезы. Когда дорога опустела, вошла в свой двор и закрыла за собой калитку.
Уже в машине, когда ехала в районный центр, в голову пришла неожиданная мысль: "А когда у меня были..." Она не могла вспомнить. Побледнев, Маруся прикрыла рот рукой: "О, Боже..." Венька, испугавшись, даже притормозил: "Тебе плохо? Может, окошко открой, воздухом подыши".
Качнув головой, Маруся задумалась: "Как хорошо, что уехала. Зачем маме лишние волнения. Я уже сюда не вернусь. Приеду — узнаю".
Хорошо быть дома гостьей, а жить в деревне она уже не хотела. А если вдруг...
Что будет делать, она еще не знала.
Продолжение следует