Жена светлейшего князя

Глава 27

Было решено, что я поеду в карете — проделать столь длинный путь верхом справедливо посчитали выше моих сил.
— Можем взять вашу Серебрянку с собой, — великодушно предложил Геллерт. — Чтобы можно было размяться, если надоест трястись по ухабам.
— Нет, спасибо, — поспешила отказаться я. — Не стоит утруждаться.
Геллерт как-то странно на меня посмотрел, но настаивать не стал. А ко мне вдруг пришло не воспоминание даже, а просто знание — по дороге из столицы в княжество всё именно так и было. Я ехала в карете, но когда уставала от тряски и болтовни Жюли, пересаживалась в седло и рысила бок о бок с Геллертом.
«Жаль, не получится повторить».
Мне вспомнилась реакция тонконогой Серебрянки на моё появление в конюшне и твёрдая уверенность: верховой езде надо учиться заново. Всё, что я сейчас могла, это кулём свалиться с конской спины, а такого не было нужно никому.
«Может, сознаться, что больше не умею ездить на лошади? Но вдруг это покажется Геллерту подозрительным?»
И я промолчала, пусть и осознавала, что рано или поздно всё откроется.

***

До отъезда оставалось четыре дня, когда от Дамиена Кератри — третьей Опоры княжеского трона — пришла преисполненная уважения просьба о встрече со светлейшим князем.
— Придётся потратить вечер на болтовню, — недовольно прокомментировал Геллерт, все эти дни почти не покидавший кабинета. — Как же не вовремя.
— А по-моему, очень вовремя, — возразил сенешаль, лично принёсший письмо в столовую, где мы обедали. — При всём уважении, монсеньор, но вам надо больше отдыхать. За две дюжины дней княжество точно не развалится, поэтому нет нужды так усердно подготавливать дела к вашему отсутствию.
Геллерт сделал вид, будто не услышал слов Амальрика, и обратился ко мне:
— Этикет требует, чтобы вы встречали гостя вместе со мной, но если не чувствуете себя готовой к этому, я извинюсь за вас перед Кератри.
— Нет-нет, всё в порядке, — поспешила заверить я, хотя после известия о неожиданном госте на сердце мне беспричинно лёг холодный склизкий камень. — Конечно, я буду встречать герцога Кератри вместе с вами.
Геллерт слегка наклонил голову, одобряя моё решение, однако тяжесть из груди никуда не делась.
«Неужели здесь есть какая-то связь с моим прошлым? — у меня по спине пробежала волна неприятных мурашек. — Ох, только бы не это! Не хватало ещё упасть перед герцогом в обморок и опозорить Геллерта!»
«Дурное самочувствие не позор», — со вздохом возразил внутренний голос, и в памяти вдруг всплыла даже не картинка — обрывок разговора на фоне музыки и гула голосов.

— Вы побледнели. Не желаете выйти на балкон?
— Благодарю. Здесь и в самом деле немного душно.
— Воды?
Заботливо поданный бокал из венетьянского стекла.
— А разве это не вино? — Касающаяся губ прохладная, вкусная влага. — И вправду вода. Но как?
— Неужели вы не слышали, что в наших краях все знатные люди в той или иной степени владеют Искусством?

«Видишь? — шепнул внутренний голос. — Геллерт поймёт». А вслед за этим пришло другое воспоминание.

— Крис, не неси чушь. «Живот болит» — ты же не ребёнок. Прими таблетку и собирайся, вечеринка скоро начнётся. Давай, милая, давай. И так уже опаздываем.

— Кристин, вы в порядке?
— Да. — Должно быть, у меня сбежала с лица краска, раз это заметили. — Всё хорошо, не беспокойтесь.
И сосредоточилась на содержимом своей тарелки, надеясь, что так быстрее исчезнет ощущение вонзившейся в левый висок иголки.
«Геллерт поймёт. Он всё-таки другой».

***

Сенешаль Амальрик заботливо предупредил меня, что с герцогом Кератри мы уже виделись, однако волноваться не стоит. Гость предупреждён, что я могу плохо его помнить, и потому мне не нужно этого скрывать.
— Спасибо, — я и впрямь почувствовала облегчение. Хотя бы здесь нет необходимости притворяться. А когда Геллерт повторно представил мне молодого и бесконечно обаятельного Дамиена Кератри, успокоилась окончательно.
«И почему я так не хотела его видеть? — мелькнула у меня мысль. — Вот же глупость».
Тем временем гость, которому чрезвычайно шёл тёмно-зелёный с золотом камзол, подчёркивавший медный отлив каштановых волос, вовсю демонстрировал свой талант превосходного собеседника. Он недавно прибыл из столицы и теперь щедро делился новостями королевского двора. И хотя имена и названия звучали для меня незнакомо, слушала я с неослабевающим интересом.
— Ничего не изменилось, — вдруг заметил герцог, завершив очередную историю. — В прошлый раз вы точно так же слушали меня — словно путник в пустыне, набредший на колодец с водой. Неужели жизнь в горах для вас настолько скучна?
— Вовсе нет, — отмела я его предположение. — Просто вы настолько владеете мастерством рассказчика, что легко заслушаться.
— Благодарю за комплимент, — тонко улыбнулся Кератри. И перевёл взгляд на Геллерта: — Кстати, монсеньор. Моя сестра нижайше просила напомнить вам о себе.
К счастью, я успела стиснуть зубы — от этой невинной фразы мне в затылок будто воткнулась раскалённая спица.
«Только не сейчас, пожалуйста!»
— Что же, вы напомнили, — равнодушно отозвался Геллерт и вернул разговор к событиям в столице. Но теперь я слушала вполуха, бросив все силы, чтобы не уронить маску вежливого интереса. Через какое-то время головная боль ослабла, но окончательно исчезла, лишь когда мужчины наконец отправились обсуждать дела в княжеский кабинет, а я смогла подняться в свои комнаты.

«Что же там за история с этой сестрой, что я так отреагировала на банальнейшее упоминание? Надо попробовать расспросить сенешаля».