Колесо времен

98. Чья судьба устроится?

Прошло почти два месяца с тех пор, как ушел Волх, но жизнь в селении продолжалась, и Колесо времен повернулось на Даждьбог-день. Чернек с Пеплом и Рябчиком изладили чучело и установили на берегу. Чернек провел обряд и зажег костер. Вождь и Весна повели ближний хоровод, с ними Пепел и Златогрива, Чернек и Снежана. Молодежь веселилась. Старшее поколение за молодыми приглядывали: кто, что, с кем и куда? Младший сын Рябушки Медок, светло-рыжие вихры, конопатое простодушное лицо, коренастая фигура, он лихо ухватил за руку Рябинку, выдернул девушку из девичьего хоровода, у нее только коса взвилась и рот от удивления открылся.

- Ты чего?!

- Идем в костер, Рябинка!

- Бою-юсь! – взвизгнула она, перелетая через кострище.

Они благополучно приземлились на другой стороне костра и побежали дальше.

- Кузнец, ты смотри что делается! – ахнула Рябушка – сиротинка Древлянская нашего сыночка прихватила!

- Что ты мелешь, Ряба?! Не она прихватила, Медок сам ее выбрал – возразил ее муж.

- Ой! Выбрал он. А на что нам сирота без приданого?

- Вождь обещал ей за счет общины приданное собрать. Не переживай.

Но Рябушка не унималась.

- Рановато ему жениться, мал еще…

- Ничего не мал. Чего тянуть? И нам спокойнее. Женить последыша и делу край. У нас уже внучки на подходе, дети не грибы – и зимой растут – рассудил Кузнец.

Измира жила в избе Светлы, помогала вдове по хозяйству. Сама Светла после смерти мужа чахла, отвары, полученные от Добронравы не помогали.

На праздник Даждьбога Измира не пошла, осталась с младшей сестрой Ивой дома, а Рябинка и Лютик ушли повеселиться. Измира волновалась за сестру, поэтому велела Лютику за ней присматривать. В избе было тихо, потрескивала лучина. Светла спала, похрапывала на своей кровати, Ива смотрела десятый сон на печи. Иза вязала носки, прислушиваясь к звукам на улице, скоро ли дети вернутся, Рябинка уже считает себя взрослой, парни на нее засматриваются. «Мала еще, девчонка неразумная» - думала про нее Измира.

Рябинка прибежала с праздника возбужденная, глаза сверкают. Боясь разбудить Светлу, зашептала на ухо Изе:

- Медок выбрал меня в невесты! Мы прыгнули с ним через костер и руки наши не разъединились, это, значит, он ко мне посватается! И мы поженимся.

- Ничего это не значит, дуреха – ответила ей Иза – два года назад я тоже прыгала через костер с Думаном. И что? Зимой он на другой женился. Вот и ты не мечтай, Медок, может, тебя и выбрал, да что ему родители скажут? Пойдут ли они сватать сироту-бесприданницу?

Такие разумные речи старшей сестры, не понравились Рябинке, она надула губы.

- Вот увидишь, посватает…

- Да помогут ему боги – усмехнулась грустно Измира – давай спать ложись.

Рябинка забралась на печь к Иве, Лютик спал в сенях. Измира отложила вязание, погасила лучину и легла на лавку, вздохнула. «Конечно, хорошо бы, выдать Рябинку замуж, устроить ее судьбу. Парнишка Медок, вроде, неплохой. Отец – Кузнец, мать Ряба – женщина не злая. Может, и правда, поженятся. Моя-то судьба сломана, ничего не исправишь»

Десятник Борис в праздничную ночь в дозоре стоял на вышке, Командир велел усилить охрану, ведь народ на берегу за стеной веселится, ворота не закрыты, охранять нужно крепость, кому-то праздник, а у кого-то служба. Если бы не дозор, позвал бы Измиру хороводы водить. Правда, отец Василий не одобряет участие ратников в языческих гуляниях, скучный он, этот Василий, то нельзя, это не можно. А языческие праздники очень даже веселые… Борис наблюдал за домом Светлы, видел, что Рябинка с братом на праздник к реке побежали, а Измира не пошла никуда. «Хорошо, что дома сидит, а то еще уведут такую красавицу…»

Борис разговаривал с Командиром по поводу женитьбы.

- Дело хорошее, Борис, семья человеку нужна, даже ратнику. Я не против, только куда ты жену приведешь? В дружинную избу что ли? Нам надо церковь поставить в первую очередь, а потом и для тебя избу срубим, потерпи, десятник. Зато обвенчаешься в храме, как положено – говорил Командир – чай, дождется тебя твоя зазноба?

- Дождется поди – согласился десятник.

- А кто она, невеста твоя?

- Измиру хочу взять в жены.

Командир воззрился на десятника удивленно.

- Измира? Это ханская рабыня что ли?

- Ну да – смутился Борис.

- Да ты чего, Бориска? Я думал ты к Березке сватаешься. Ты ведь у нас не последний человек – десятник, да и собой видный. Неужто тебе рабыня глянется?

- Глянется, Командир.

- Ну, тебе жить, тебе решать. Только ты подумай… о Березке.

Борис подумал про Березку. «Неплохая девушка, но… Измира на сердце запала. Ну что с того, что рабыня бывшая, зато такая красивая, очи зеленые, губы алые, коса толстая, а фигура гибкая, стройная».

Строительство церкви шло полным ходом, рабы и ратники под руководством Архипа-градостроителя на стройке работали.

Борис поджидал, когда Измира из дома выйдет, с вышки за двором Светлы наблюдал. Дождался, Иза с ведрами к колодцу направилась, тогда и десятник, вышку покинув, за ней пошел. Она достала воду из колодца, только хотела было подцепить ведра на коромысло, а тут и Борис подоспел.

- Давай помогу. Не могу видеть, как ты тяжести таскаешь – сказал он, подхватив оба ведра.

Измира покраснела, испуганно по сторонам оглянулась.

- Зачем ты это делаешь, Борис? Что люди, скажут? – прошептала она.

- А что скажут? Ухаживаю за тобой.

- Зачем? Люди и так на меня косятся… ты еще тут… позоришь меня.

- Да, какой позор-то, Иза? Я ведь жениться на тебе хочу. Я и с Командиром говорил про тебя. Вот избу для меня срубим, приведу тебя хозяйкой. Ты только подожди немного, не выйди за кого другого.

- Ты смеешься что ли? За кого бы я вышла, никто не сватает – усмехнулась она.

- Я посватаю. Ты только покреститься должна, чтобы все по закону было.

- Хорошо, только больше не ходи за мной, Борис – попросила она у ворот, забрала ведра и скрылась во дворе. Сердце девушки разволновалось.