Северная верность

Глава 26.

Двадцать шесть лет спустя.

Вся наша большая семья, за исключением Дамиана, сидела за накрытым к завтраку столом. Мы редко садились за стол с придворными, считая, что рабочие вопросы необходимо и решать в рабочем порядке, а держать при себе лизоблюдов у нас было не в моде. Его Императорское Величество сегодня должен был вернуться из трехнедельной рабочей поездки. Я его не сопровождала в связи с сильно пошатнувшимся в последнее время здоровьем. Старший сын Генри остался, так сказать, "на хозяйстве", то есть три недели самостоятельно занимался вопросами управления государством. Второй по старшинству Эдвард также не мог сопровождать отца, так как был занят делами Службы Обеспечения Внутренней Безопасности, замещая ушедшего в отпуск господина Дагона, его брат-близнец Даниэль уже три месяца как единолично, без помощи леди Эстель и лорда Армана, управлял делами Северного края. Четвертый по старшинству Сэмюэль сопровождал отца в первую неделю, а затем вернулся в столицу заниматься обеспечением внешней безопасности Империи Рамин. Наша дочь Эмилия сопровождала отца во вторую неделю, а затем вернулась в Янтарию на заседание промышленников. За завтраком мы не говорили о делах, поэтому за столом царила весёлая и  оживленная атмосфера. Но вот завтрак подошел к концу, и дети разбежались по своим делам, не забыв поцеловать и обнять меня перед уходом. Они немного волновались перед возвращением отца, так как в эту его поездку они впервые делали всё самостоятельно, и теперь готовили небольшие отчеты о своих действиях, а также списки вопросов, на которые хотели получить ответ от отца. Планировалось, что он  вернётся домой ближе к ужину.

Я встала из-за стола и в очередной раз почувствовала невероятную слабость. Пришлось снова сесть. Эти приступы становились всё чаще, продолжительнее. И даже когда эта смертельная слабость отступала, я чувствовала, что мои жизненные силы утекают всё быстрее и быстрее. Мы все когда-либо шагнем за грань, но каково жить, точно зная, что тебе предстоит уйти раньше срока. Я старалась об этом не думать, пила жизнь огромными глотками, не боясь захлебнуться. Мне не на что жаловаться. Боги позволили мне родить пятерых детей, вырастить и отдать им своё тепло, увидеть, как они взрослеют, вступают в самостоятельную жизнь. Я была счастливой женщиной, любимой своим мужем. Он словно понял или почувствовал, что я отдала в то утро взамен его спасения, и окружил меня вниманием, заботой и любовью, больше ни о чём не спрашивая. Я так и не вернулась к государственным делам, о чём ни разу не пожалела, но это не мешало мне быть в курсе всего, что происходит в Империи Рамин. Дамиан и Кир очень сдружились, а ко мне он по-прежнему испытывал самые нежные чувства без романтического подтекста.

Сердце зашлось в неровном ритме и остановилось. В груди разлился холод. Но вот оно снова неуверенно забилось. Мне безумно, до потемнения в глазах захотелось увидеть Дамиана, прикоснуться к нему, провести с ним последнюю ночь, и, видимо, боги решили дать мне ещё совсем немного времени. Слабость немного отступила, и я отправилась к одному из служебных въездов на территорию дворцового комплекса, твердо решив сидеть там до возвращения мужа. Не успела я до него дойти, как услышала шум, ржание лошадей, а спустя минуту мне навстречу по парковой дорожке уже почти бежал мой пропыленный, пропахший лошадиным потом супруг. Время почти не отразилось на нашей внешности благодаря сильному дару, лишь в глазах светилась мудрость прожитых лет.

- Привет, любовь моя. - Дамиан закружил меня и крепко поцеловал. - Прости, я грязный и вонючий.

- Ты - любимый. - Счастливо рассмеялась в ответ.

Он приехал раньше. Я ещё раз поблагодарила богов. Поначалу казалось, что Боги меня невзлюбили, но сейчас я думала иначе. В моей жизни было столько безнадёжных случаев, когда могло помочь только чудо. И это чудо случалось каждый раз. Теперь я склонна считать, что была любимицей Богов.

***

На рассвете, когда край неба лишь слегка порозовел я тихонько выбралась из-под одеяла приняла ванную и надела белое шелковое платье с тонким кружевом и жемчужным шитьем. Если идти на встречу с Богами, то только в лучшем платье. Страха не было давно. Я по очереди заглянула сначала обратно в нашу с Дамианом спальню, а затем в комнаты детей и оставила по письму для каждого. Сегодня в нерабочий день они должны проснуться позже. Я не спеша дошла до часовни. Охрана, как обычно, осталась за дверью. Сегодня все было, как обычно. Обычная погода. Обычная утренняя тишина, когда слышны только звуки природы. Обычный рассвет. В часовне было тихо. Служителя тоже не было. Он приходил раз в неделю из главного храма. Статуи Богов стояли в темноте и углублении, а напротив узкого окна в пол стоял небольшой белый алтарь. Солнце ещё не успело осветить внутреннее убранство часовни. Сейчас она больше походила на неудобный, необжитый дом, чем на святилище Богов. Я чувствовала себя сносно, сердце не пыталось остановиться, но понимала, что время пришло. Поэтому спокойно прошла вглубь, присела перед алтарем, а затем и вовсе удобно устроила на нем голову, подложив вытянутую руку. Время как будто бы остановилось или наоборот стремглав понеслось вперёд, вдруг солнце показалось в окне и залило все ослепительным белым, но холодным светом. Но я точно знала, что стоит только Дамиану проснуться, как он тут же окажется здесь. Значит, это не полдень, все уже случилось, и нет там ни боли, ни тьмы. Есть только этот слепящий холодный свет. Глубоко вздохнула и поняла, что не чувствую воздуха в лёгких, что и дышать мне уже не нужно. Я поднялась и огляделась вокруг. Часовня исчезла, а свет превратился в неподвижный туман. Из него выступила женская фигура, словно высеченная изо льда. Леда. Снова она.  Красивая. Холодная. Тогда, в храме Сикьятево, она мне казалась близкой. А сейчас она была чужой.

- Здравствуй, Доротея.

- Здравствуй, Леда. - Я поклонилась. Богов я всегда уважала, хоть и не была ревностной послушницей. Наверное, интуитивно понимала, что сила веры не в молитвах и постах, а в делах, которые ты творишь каждый день.