Его хорошая девочка

Глава 11

Второй день подряд закрываю кабинет и ухожу по темноте. Сегодня ноги моей не будет у моря на пляже, вчера, спасибо Беркутову, по самое не хочу накупалась. Смою трудовую пыль, переоденусь и айда балдеть у бассейна: там светло, многолюдно, заодно и посмотрю, чем себя народ занимает вечером.

Чем дальше отдаляюсь от главного корпуса, тем реже на пути встречаются постояльцы. Та часть отеля, где расположены бунгало, — самая тихая и спокойная. Здесь в основном селятся те, кто ценит уединение и любит слушать, как шумит море.

Сначала было подумала, что мой топографический кретинизм в очередной раз завел меня куда-то не туда. Потому как в предположительно моем бунгало горел свет.

Огляделась по сторонам и, ничего не понимая, пожала плечами. Может быть, конечно, у меня крыша поехала, но я уверена, что не заблудилась. У соседнего бунгало на террасе как валялось сдутое розовое кресло в виде зайца, так благополучно и дальше продолжает сдуваться, да и кустарник, подстриженный якобы под божью коровку, припоминаю. Так, а номер бунгало? Мой. Ну все верно. Может, когда выходила, просто забыла выдернуть второй магнитный ключ, свет не потух и горит до сих пор.

Открываю дверь, вроде бы ничего подозрительного у порога не наблюдаю. А почему слышно, как работает телевизор? Точно с утра не включала, даже пульт не брала в руки.

Уборка номера? Нет, конечно. Пятнадцать минут девятого…

Что тогда, вернее, кто? Вор? Маньяк? Вор, и он же маньяк?

Осмотрелась, ах, жаль, нет ничего тяжелого взять в руку для самообороны в случае чего. В распоряжении есть только пластмассовая ложка для обуви, но с ней особо не повоюешь. Разве что сломать и попытаться ею глаз кому-нибудь выколоть. Фу, гадость какая. А с кем, собственно, я собралась драться? Воры шуршали бы вещами, а маньяк тихонько сидел, притаившись, например, в ванной, но никто из них телевизор точно смотреть не уселся бы.

Ладно, сейчас выясним, что происходит. Осторожно ступая, крадусь по бунгало. Затем вернулась к двери ― надо все-таки что-нибудь прихватить для обороны. Крайне обрадовалась, когда в коридорном шкафу нашлась пара вешалок, между прочим, железных и крепких.

Допрыгав на цыпочках до гостиной, аккуратно заглядываю в комнату.

Да твою же…

Нет, ко мне не вор наведался и не маньяк, у меня в гостиной на диване пьет коктейль и глазеет в телевизор псих. Он же гад, он же невыносимый и вездесущий Никита Беркутов.

Возвращаюсь обратно в коридор и, прикрыв глаза, фантазирую. Как бесшумно подхожу к мужчине со спины, как замахиваюсь вешалкой, как с остервенением колочу по его голове, как ему нестерпимо больно, как он истошно вопит, ну и самое главное и приятное, как он, превратившись в побитую собачонку, поджав хвост, убегает.

Улыбнулась, но мечты так мечтами и останутся, у меня рука не поднимется человека огреть по голове ― это раз, а Беркутов не из тех людей, которые позволят себя безнаказанно избивать, ― это два. Печалька.

Бесшумно, ну почти бесшумно, прокашлялась, одернула подол платья и уверенной походкой пошла прогонять узурпатора.

— Ты что забыл у меня в бунгало? ― специально громко спросила я, но, к сожалению, Беркутов ничуть не испугался и не подпрыгнул на пятой точке от неожиданности, как бы, например, скорей всего, отреагировала я. Вместо этого он улыбнулся и лениво развернулся ко мне.

— Ничего. Я здесь впервые. Да и свои вещи не имею привычки забывать. А ты почему так поздно? Я нам сделал коктейли, но кто-то долго ходил где-то, поэтому я их уже выпил. Теперь как бы твоя очередь шейкер трясти, соседушка. ― Мужчина, перевернув бокал горлышком вниз, продемонстрировал, что он пуст.

— Беркутов, ты сейчас дошутишься, вызову охрану, она тебя заломает и под белы рученьки выведет. Будь ты хоть сто раз совладельцем отеля, правила для всех одинаковые. Выметайся по-хорошему, без скандала, а?

— То есть коктейль смешивать отказываешься?! ― продолжает паясничать гад. ― Ладно, припомню тебе, когда придешь ко мне по-соседски за солью, спичками или чтобы спинку потер.

У каждого человека есть свой предел терпения, так вот, мой только что закончился. Не знаю, о чем думала, наверное ни о чем, злость отключила рассудок, но я замахнулась, прицелилась, и вешалка полетела в Никиту.

Как в замедленном кино, с ужасом в глазах и уже с сожалением наблюдала, как Беркутов движется в направлении бара, а выпущенная мной «граната» меткой наводкой пилотирует и, судя по всему, угодит прямо ему в голову.

Я аж выдохнула, когда Никита, который, казалось, угрозу даже не замечает, ловко поймал рукой вешалку.

— А-я-яй, Варвара Сергеевна. ― Голос Беркутова прозвучал даже ласково, но нотки с вполне себе серьезным предупреждением я уловила. ― Не советую так делать впредь. Ведь чисто инстинктивно могу «посылку» запустить в отправителя. Варя, если ненароком тебя покалечу, мне будет крайне паршиво. И в этом будешь ты виновата, а значит, помимо увечья, тебя ждет еще и моральная пытка.

Поймала себя на том, что, низко склонив голову, слушаю Беркутова с виноватым лицом. Я, конечно, не спорю, палку перегнула, но, во-первых, все обошлось, а во вторых, защищала свое жилище. Да, сегодня я тоже вторглась в номер Никиты, но он не имел права там находиться.

— Беркутов, ― задрала высоко подбородок, ― выметайся, не доводи до греха.