Зов разлома 3

Глава 16

Забава хлюпнула носом, обняла Хельгу и посмотрела на её живот. В глазах девушки горело немое обожание и восхищение.

— Хеля, это так красиво. Он же от всего отказался ради тебя… Неужели так любит? Ну просто лучший мужчина! Всегда на твоей стороне и всегда рядом с тобой, его не надо кормить, уступать ему, он никогда не возражает, всегда дома, а главное — никого, кроме тебя, не видит… Это же мечта. Я тоже такого хочу…

— Забава, ты только это услышала? — Хельга покачала головой. — То есть то, чем мне это грозит, ты благополучно пропустила мимо ушей? И вообще, почему, когда подобное говоришь ты, это звучит так мерзко? Что значит «не видит никого, кроме тебя»? У него что, выбор есть? Я бы его выпустила, только вот как и куда? Зверь вернётся к Ингвару, как появится возможность.

— Хеля, я бы на твоём месте сто раз подумала. Зачем такого прекрасного отдавать Ингвару, который вообще неизвестно где и неизвестно с кем болтается? Может, у него сердце такое же большое, как у Пересвета, и в нём места на многих хватит! — Забава сердито нахмурилась — видать, сама себе рану разбередила. — А насчёт магии — так ты же всегда что-то придумывала, неужели сейчас не сможешь? Выкини ты эти наручи, раз колдовать мешают. Ты забрала у оборотня самое лучшее, оставь себе и махни рукой на остальное.

— Ходить со зверем внутри — это приблизительно тоже самое, как если бы ты пошла гулять с рукой или ногой Пересвета, — недовольно заметила Хельга. — Не так всё красиво, как кажется. Но меня интересует кое-что другое…

Хельга убрала со своих плеч руки Забавы, развернулась к ней и уселась поудобнее на кровати. Она чувствовала, что упоминание Пересвета доставляет её подруге боль, и девушку это сильно волновало.

— Что случилось между тобой и Пересветом? Забава, просто так ты от него не отказалась бы. — Хельга посмотрела подруге в глаза. — Говори: почему расстались!

Забава молчала. Такое поведение было ужасно несвойственно для человека, который говорит и делает быстрее, чем думает.

— Он просто исчез… — наконец произнесла Забава, опустив взгляд. — По правде сказать, мы больше и не виделись после того, как сбежал Ингвар. Я отсылала ему вестников, но он ни разу не ответил. Лишь полгода спустя мне удалось побывать в Китеже. Я хотела увидеть Пересвета, но у него уже была другая. Я встретила их там же, в Китеже, на ярмарке. Ты бы видела его лицо, когда мы столкнулись… Хах…

— Ты его не убила? — поинтересовалась Хельга.

— Нет, просто развернулась и ушла. — Забава всхлипнула, и в уголках её глаз появились слёзы. — Ты была совершенно права: я ему не пара. Он внук княжеский, а я кто?

— Ты у меня самая лучшая, — теперь уже Хельга обняла подругу, — а таких Пересветов на рынке в базарный день за вешку десяток дают, нашла по кому убиваться.

Забава уткнулась Хельге в плечо и разрыдалась.

Белозёрова-младшая в очередной раз мысленно отругала себя за то, что совсем не умеет успокаивать, и решила: «Поганец Пересвет ответит за каждую её слезинку, или я не Хельга Белозёрова!»

Несмотря на то, что уснули девушки поздно, Хельга, как всегда, встала на зорьке, ополоснула лицо, подоткнула одеяло раскутавшейся Забаве и тихонько спустилась в трапезную — готовить завтрак на шестерых.

Она заглянула в корзину, где хранились яйца, достала полтора десятка, принесла с подвала банку сметаны. Перелила сметану в подходящую ёмкость, добавила туда яиц. И после долгого перемешивания одного с другим поставила ёмкость в печь.

Сняв холстину со стоящей в углу корчаги, достала тесто, обмяла и, разделив на две неравные части, из большей сделала два каравая, из меньшей накрутила плюшек, обильно посыпав маком.

Около печи раздалось ворчание, и показался заспанный Прошка. Увидев, что его помощь в приготовлении еды не требуется, он устроился на скамейке и довольно потянулся, ожидая распоряжений.

— Проша, у нас огурцы свежие есть? — поинтересовалась Хельга, прикидывая, что одним омлетом четверых взрослых мужчин она не накормит.

— Да откуда же им взяться? Осень на носу, плети все пожелтели, — пожал плечами Прошка.

— Тогда на ледник сходи, молока крынку принеси, блинов хоть напеку, — распорядилась Хельга. — Чем кормить гостей будем? Окорок ещё захвати.

— Да и, если поголодают те гости, ничего не случится. — Прошка ухмыльнулся, однако, увидев сердитый взгляд, быстро вскочил. — Да бегу, бегу, чего ж сердиться-то сразу…

Проводив домового взглядом, Хельга вытащила из печи омлет, покрывшийся хрустящей корочкой, и кинула на него кусочек масла.

Дождавшись домового и забрав у него молоко, она достала гречишную муку, яйца, льняное масло и приготовилась печь блины. Князь Наволод подарил ей чудесный подарок — четыре железные сковородки, на которых блины было выпекать не в пример удобнее, чем на глиняных.

Раздался хлопок домашнего портала, девушка оглянулась, и через несколько секунд показался Драгомир Белозёров. Хельга удивилась столь раннему визиту отца.

— Доброго утра, батюшка, — стараясь скрыть смущение, поздоровалась Хельга — и замолчала.

После того как она встретилась с отцом у дома Ягайлы, его отношение к ней поменялось кардинально. По мнению Хельги, Драгомир, когда смотрел на неё, выглядел таким счастливым, словно на день рождения получил княжеский титул, зачарованный меч и щенка, о котором мечтал в детстве. И как себя вести, видя такое обожание в глазах отца, она не знала. Семь лет он, мягко говоря, не интересовался её жизнью, и девушка привыкла к этому. Впрочем, вины Драгомира в произошедшем не было: разве мог он противостоять магии Ходящей По Снам? Однако же столько лет назад не отмотаешь.