Ведьмы любят погорячее

20

Сегодня был третий день отсутствия Ренара в академии, и я начинала откровенно скучать по нему. Конечно, я могла бы постараться убедить себя в том, что мне недостает не его присутствия, а наших утренних тренировок. Но кого бы я в таком случае обманывала? Только себя, а это уж самое последнее дело. Поэтому еще сегодня рано утром, когда, по привычке сервировав стол на двоих, но, вовремя спохватившись, приготовив только одну чашку кофе, я со всей откровенностью признала, что да − скучаю. И, более того, что считаю дни до возвращения этого невыносимого командира в академию. Но только сейчас, глядя на Ренара, застывшего в дверях в ожидании разрешения войти в класс, я поняла, насколько сильно я по нему соскучилась.

Замерев, я смотрела на Ренара, не в силах отвести взгляда. Но чем больше я всматривалась в него, тем сильнее во мне росло чувство тревоги. И я пока не понимала, чем оно вызвано. Все как будто было в порядке. Ренар, небрежно подпирая плечом входную дверь, как обычно улыбался мне с легкой усмешкой. Но что-то в его облике настораживало меня.

Посмотрев внимательнее и, наконец, увидела, что именно меня насторожило. Не небрежность была в позе Ренара, а усталость. И именно она заставила его опереться о дверь, а вовсе не желание покрасоваться передо мной или, тем более, перед своими боевыми товарищами. Под глазами мужчины залегли тени, а черты лица заострились, как будто после тяжелой болезни. Ему было плохо и, возможно, даже больно, но он все равно пришел ко мне. Какое восхитительное безрассудство. Но потакать этому я не собиралась.

− Нет, я не разрешаю вам войти, офицер Лагард. Ваше опоздание слишком серьезно и прямым образом нарушает существующую в академии дисциплину. Поэтому сейчас нам с вами предстоит пройти для написания вами объяснительной записки, в которой вы подробно изложите причины своего опоздания.

За моей спиной послышался недовольный шепот офицеров «Зари», уже практически открыто негодующих из-за моего поведения. А чего еще они могли ожидать от дипломированной ведьмы? Ну, разве что того, что я все же обернусь к ним, чтобы дать какие-то указания относительно нашего занятия. Безусловно, я должна была поступить именно так. Но сейчас я не могла оторвать взгляд от Ренара. Боялась, что если отвернусь, то с ним случится что-то непоправимое. А потому, нарушая все мыслимые правила приличия и педагогической этики, я завершила занятие, стоя к ним спиной и даже не повернув головы.

− Господа офицеры, задание для подготовки к следующему занятию у меня на столе. А на сегодня все, благодарю всех присутствующих.

Произнеся это, я, не теряя больше драгоценного времени, шагнула к Ренару, увлекая его за собой в коридор. В этот момент я в который раз оценила преимущества жизни и работы в одном и том же замке. А так же мысленно поблагодарила начальника учебной части, который выделил для занятий по спецкурсу класс в непосредственной близости от моей башни. Чтобы попасть в нее, нам нужно было лишь миновать небольшой коридор и повернуть за угол.

Дойдя до входной двери я открыла ее и, не церемонясь, буквально втолкнула Ренара внутрь. И только после этого выдохнула с некоторым облегчением. Как выяснилось через пару мгновений, зря.

− И вправду заставишь меня писать объяснительную, госпожа ведьма?

Ренар произнес это с уже ставшей для меня привычной легкой усмешкой, а потом покачнулся, закрыв глаза, и стал медленно оседать вниз.

− Что за...

С моих губ чуть было не сорвалось неприличное слово, которая такая хорошая девочка из приличной семьи, как я, знать была не должна. Но знала. Вовремя успев прикусив язычок, я бросилась к Ренару, чтобы хотя бы попытаться подхватить его и не дать ему упасть.

Мне это удалось, но, вопреки моим ожиданиям, мужчина вовсе не стремился перейти в горизонтальное положение. Вместо этого он обнял меня, столь неосмотрительно оказавшуюся в непростительной близости от него, и заключил в объятия, замирая на месте. Лишь легкое покачивание его мощного тела из стороны в сторону говорило о том, что его самочувствие далеко от идеального.

Я застыла в его объятиях, удивленная столь резкой переменой его поведения. По-хорошему, мне нужно было сейчас быстро проанализировать сложившуюся ситуацию и принять взвешенное решение о характере моих дальнейших действий. Иными словами, поступить так, как я обычно делала. Но отчего-то именно сегодня, сейчас, все мысли куда-то улетучились. Осталось только желание замереть в кольце рук Ренара и еще крепче прижаться к его горячей груди.

Слишком горячей.

Слава богу, разум все же вернулся ко мне, стоило ему обнаружить несоответствие. И оно было вовсе не в том, что я находилась в столь тесном контакте с, в сущности, совершенно посторонним мне мужчиной. Неправильность заключалась в том, что температура тела этого самого мужчины совершенно определенно была выше нормы. Проще говоря, у Ренара был жар.

Осознав это, я вдруг ощутила совершенно иррациональное чувство обиды. Меня огорчало и обижало, что эти самые злосчастные объятия были просто плохо осознаваемым действием не совсем здорового человека, а вовсе не стремлением отважного командира прикоснуться к обманом плененной им ведьме.

Тоже мне, одернула я себя, нашла, о чем думать, вместо того, чтобы оказывать первую помощь раненому товарищу. Я уже хотела осторожно высвободиться из объятий, когда услышала тихий голос Ренара.

− Побудь так, хотя бы еще немного.