Жертва первых колонистов

Часть 1. Техника безопасности

Широкая полоса Звёздного пахаря пролегла на ночном небе Лаптуна. Маленькие точечки орбитальных станций быстро двигались по орбите. Их легко можно было бы спутать со звёздами. При должной сноровке, можно было разглядеть самую большую станцию — Ореон.
Айсуль расправила складки покрывала и прикрыла глаза. День выдался суматошным и казалось самым правильным скоротать вечер на своём небольшом балконе в старом квартирном домике.

Жизнь её не баловала. В шестнадцать мать выгнала Айсуль из дома, потом были несколько лет скитаний, учёба в Межпланетарном Техническом университете, страстная любовь и столь же яростный разрыв, работа на Орбитальных станция в трёх галактиках и вот Айсуль решила всё же осесть на Латуне. Здесь было около двух десятков разных станций и найти работу не составило труда. Кто бы подумал, что замухрышка с Дайрика сможет стать Контролёром планетарных сетей жизнеобеспеченья? Смешно сказать.

Сон прервался резким сигналом первого утреннего поезда, пути которого пролегали недалеко от дома. Айсуль подскочила и собралась за какой-то час. Она едва успела на орбитальный челнок, что курсировал между станциями и планетой. Коллеги сонно помахали ей. Челнок выкатился на взлётную площадку, расправил крылышки и со скрежетом стал подниматься в небо. В маленький иллюминатор было видно как всё дальше и дальше отдалялась земля.

Древнее нутро челнока типа Пчёлка гудело. Этот аппарат давно пора было списать, но небольшая станция Рудная Тарелка не могла себе позволить закупить что-то приличное. Айсуль опасалась, что через несколько месяцев ей и вовсе придётся искать новую работу, а родная Тарелка отправиться прямиком в один из трёх океанов Лаптуна.

Несколько коллег выругались, когда включились антигравы — они барахлили и работали с задержкой. Искусственное притяжение неприятно придавило людей к креслам. Айсуль поправила ремни, впившийся в плечи и вновь обратилась к окну.

Солнце освещало край Тарелочки. Издали станция действительно походила на тарелку, только вытянутую и с длинными цилиндрическими модулями. Челнок в последний раз натужно фыркнул и с первого раза пристыковался к станции. Работники зашевелились и прежде чем загорелся разрешающий сигнал, повскакивали со своих мест. Айсуль, которая чтила технику безопасности, особенно когда от безжизненного пространства их отделяет тонкая стенка челнока, осталась на месте. Челнок дёрнулся, скрипнул и несколько человек упали. Открылась дверь. Ругая криворукого пилота, работники станции спешно покидали древнюю Пчёлку.

В кабинете Айсуль ждали отчёт ночной смены, несколько сигналов систем жизнеобеспеченья, только предупреждающий пока и готовый к труду и обороне Игорь. Единственный сотрудник её отдела. Игорь был самым настоящим землянином и, как многие молодые люди, отправился покорять космос сразу после института. На Тарелочку его привела жажда получить первый опыт, а уже потом попытать счастье на более круных станциях.

— Доброе утречко! — Парень широко улыбнулся. — А я уже приготовил кофе.
Айсуль как раз просматривала поступившие системные сообщения.
— Некогда. Одевайся и пойдём в третий блок.
— Я видел. Ничего страшного. Наверное, какой проводок отошёл. Вы же знаете, эти датчики древнее чем моя бабушка.
Но Айсуль уже скрылась в своём кабинете. Вскоре они, облачённые в рабочие комбинезоны, спустились по длинной лестнице в технический узел. Сообщение гласило об излишней утечке кислорода.
— Кажется тут прохладно, — проговорила Айсуль, идя вдоль уложенных кабелей и труб.
— Не более обычного. Тут всегда так. Экономия.
До панели управления они дошли довольно быстро. По расширенным данным утечка происходила в районе стыка двух модулей. Решив проверить, они отправились туда. На всякий случай Айсуль прихватила из ящика два небольших кислородных аппарата.

Стыковочный узел ничем не отличался от прочих и на первый взгляд никаких разрывов на нём не было. Айсуль достала прибор и принялась за замеры, поручив Игорю записывать данные в специальную табличку.

Может быть, причина невнимательности была в плохом сне или Айсуль просто устала, но неприятный треск она услышала слишком поздно. И тут же вспомнила, что по технике безопасности они должны были надеть скафандры.

***

Эльдегор Буревестник был родом из самого древнего, самого знатного рода эльфов Родниковой долины. И самым младшим сыном Повелителя. У него было всё, чего бы он не пожелал, кроме одного — свободы.

Тёмной безлунной ночью Эльдегор пробрался в конюшню, сам взнуздал своего рыжего коня Альморена и бежал из Родниковой долины. Тонконогий конь породы Быстрый ветер, легко преодолевал длинные расстояния и к утру они уже были на границе.

Эльдегор остановился на холме. Перед ним простирались земли людей — поля, леса и речушки. Он никогда раньше не бывал за границей эльфийских земель и вот ветер позвал его в дорогу. Границу между землями обозначал разлом в земле, что тянулся, казалось, от одного края земли до другого.

— Ну что, Колосок, едем дальше!
Конь двинулся вниз по едва заметной тропке. Они достигли едвали половину пути, когда над эльфийским лесом разнёсся тонкая и красивая мелодия рога. Эльдегор упрямо нагнулся вперёд и похзлопал Колоска по шее.

— Быстрее, друг мой. Нам всего лишь надо дойти до моста.
Рассвет вызолотил землю и осветил путь. Эльдегор успел добраться до моста, когда погоня его настигла.

— Ваш отец желает видеть вас!
— А я не желаю, — непривычно смело ответил беглец и направил Колоска прямиком на мост. Он пересечёт и его и тогда ни один эльф не сможет остановить его.

Мост покачивался и скрипели старые доски. Колосок обеспокоенно стрекотал ушами.

— Шайлиран, не ходите! Мост не выдержит! — Прокричали за спиной и тут же мост стал раскачиваться сильнее.

Эльдегор пожалел, что не спешился, но теперь у него не было такой возможности.

— Ваше высочество, отец приказывает вам…
— Возвращайтесь домой! Я уезжаю, — прокричал в ответ Эльдегар.