Стол, стул, иконы и кровать. Как сибиряк три недели отпуска жил в монастыре

Во время одного из своих отпусков Максим Соболев отправился в Свято-Успенский Псково-Печерский мужской монастырь, что находится на границе с Эстонией. В этом необычном путешествии он хотел найти новые впечатления. Но жизнь в монастыре заставила его посмотреть на мир другими глазами.

"Паломником я стал из любопытства, — говорит Максим. — Для меня отпуск и путешествие — одно и то же. При этом никогда не доверяю рекламе, только впечатлениям знакомых и родных. О Свято-Успенской обители узнал от мамы: она была в Псковской области и вернулась под большим впечатлением. И когда мне подписали заявление на отпуск, сомнений никаких не было: уже на второй день я сидел в плацкартном вагоне, а ещё через несколько — в рейсовом автобусе…

Уже при выходе из автобуса понимаешь, что попал в другой мир. Время сначала замедляется, а потом и вовсе останавливается. Воздух чистейший. Люди добрейшие. Многие из местных «туземцев» — потомки той самой чуди, о которой так много говорится в летописях. Постоянно поют птицы. Дождь, не дождь, встало солнце — защебетали. Яблони цветут. Тюльпаны… И чем дольше ты находишься в обители, тем больше поводов для удивления".

Монахи. Это люди, которые не заражены ни одной страстью. Находиться рядом с ними — это уже событие. Плюс они очень образованные. С ними вообще на любую тему можно общаться.

Паломники. В основном едут для того, чтобы поговорить с монахами, услышать совет, получить ответ на давний вопрос. Иногда ради двух-трёх слов преодолевают тысячи километров. Контингент чрезвычайно разнообразный: от рабочих из Омска до депутатов из Москвы. В обычной жизни друг другу руки не подадут. Но в стенах монастыря все они вдруг меняются, становятся искренними, внимательными. Происходит какое-то чудесное превращение.

Число паломников и послушников монастыря постоянно колеблется. Может быть 10 человек, а может — 110. Кто-то три дня здесь живёт, кто-то месяц, кто-то годами. У одних неизлечимая болезнь, у других внутренний конфликт, у третьих конфликт с обществом. Иные в итоге отдают всё своё состояние монастырю. Это те, кто в жизни наделал ошибок, а потом прозрел.

Святыни. Их в монастыре столько, что хватит на несколько царств-государств. Здесь всё святое, намоленное. С момента основания в мужской обители ни на день не прекращалась молитва. Даже после революции.

«Это десница княгини-великомученицы Татианы. Тысячу лет назад язычники отрубили ей руку, и она (рука. — Авт.) до сих пор нетленна. Это печеры (пещеры). Монахов хоронят в них с самого основания монастыря. Удивительно, но тела в них разлагаются без запаха и тления…» — Максим показывает фото, привезённые из обители.

Вообще, Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь основали в 1473 году. Вскоре он был разгромлен ливонскими рыцарями, но был восстановлен в 1519 году. И до XVII века оставался важнейшим форпостом обороны на западе России. История здесь на каждом шагу.

«Вот, — показывает Максим, — кровавая дорожка. Игумен Корнилий, при котором монастырь достиг своего наивысшего расцвета, обнёс монастырь каменной стеной. Иван Грозный, увидев её мощь, заподозрил измену, и, когда Корнилий вышел к царю за ворота монастыря, тот в приступе гнева отрубил ему голову. Голова покатилась по дорожке вниз. Иван Грозный тотчас раскаялся, взял на руки тело игумена и нёс его по этой дорожке до церкви Успения. Потом были щедрые пожертвования монастырю от царя».

Вскоре после смерти Корнилия у стен монастыря появился неприятель. Но монастырь выстоял, несмотря на грозную силу войска Стефана Батория. Полгода длилась осада. Противники бились жестоко, доходило до того, что враги добирались до нижних стен Успенского собора, и казалось, уже не будет спасения, но из Пскова приходило подкрепление, и неприятеля успевали выбить.

А это беседка, которая была построена специально для Петра I, в ней он мог покурить свою знаменитую трубку. Курение в ином месте на территории монастыря даже царю запрещалось. А за беседкой, за этой стеной, произошло одно из сражений со шведами, в котором русские одержали верх.

Вот Михайловский собор. Построен в 1827 году в честь победы над Наполеоном. В храме находится список офицеров, погибших во время Отечественной войны 1812 года.

Вообще, монастырь несколько веков провёл в жесточайшей кровопролитной борьбе. Теперь его осаждают исключительно паломники и туристы.

Закончив просмотр фото, вернулись с Максимом из древности в новую историю. Сколько стоят подобные приключения и как, собственно, удалось ему без проблем остановиться в монастыре на три недели?

Со слов Максима, он потратил на поездку и пребывание в монастыре немного: билеты на поезд, экскурсии по местным крепостям, питание в дороге и… И всё.

«Конечно, мало просто захотеть попасть в монастырь, — говорит Максим. — Мало, приехав, постучать в ворота: “Здрасьте, я тут поживу у вас недельку-другую…”. Одного любопытства тут недостаточно. Принимает паломников опытный монах, в моём случае это был отец Максим. Он общается с человеком и за несколько минут определяет, надо ли ему останавливаться или нет. Будет ли полезна для него жизнь в обители. Мало того, за тобой первую неделю присматривают: ходишь ли ты на службу, помогаешь ли братии по хозяйству…

Но сначала тебя, конечно, накормят. Гороховая каша, картошка в мундире, икра кабачковая, капуста, хлеб монастырский, чай, варенье, квас… В рационе также яйца, рыба. Нет мяса. В любом виде. Ни один монах здесь его не ест".

Далее определяют в келью. Простая комната. Стол, стулья, иконы, кровать. Кровать обязательно с деревянным настилом — немного жестковато, зато осанка быстро исправляется. Бельё меняют раз в две недели. Понятно, что нет ни холодильника, ни телевизора. Там вообще нигде нет телевизора и радио.

«Монахи так и говорят: “Чем больше телевизора, тем дальше твоя душа от Бога, — рассказывает наш герой. — Через телевизор с тобой что хотят, то и сделают”. А телефон есть практически у каждого монаха. И если во время службы у тебя зазвонит мобильный, никто в твою сторону не обернётся, не посмотрит осуждающе.

Если же сразу не получится попасть в обитель, выручат местные жители. За чисто символическую плату можно остановиться на ночлег у них. От голода тоже не умрёшь. Монастырь здесь — «градообразующее предприятие». Кормит местных жителей и паломников. В прямом смысле слова. Ежедневно в 14:15 монахи выносят за ворота обители еду для неимущих. Рыба, молоко, хлеб, яйца — чем богаты, тем и готовы поделиться со всеми желающими.

«В монастыре есть две формы временного пребывания — трудник и волонтёр, — вспоминает Максим. — Я был трудником. То есть жил в монастыре и работал там, куда благословит монастырское начальство. Мог помогать на кухне — чистил картофель, рыбу, овощи, мыл посуду. Мог работать на монастырской ферме — кормить-поить домашнюю птицу, молочных коров. Мог стоять на воротах в монастырь — встречать приезжих паломников. Работы всегда много — от службы до службы ты постоянно чем-то занят».

А вот обетов труднику брать на себя не нужно. И это большое послабление. Даже несмотря на то что жить приходится по распорядку и уставу, принятым в монастыре. А это очень ранний подъём, присутствие на службах — некоторые из них могут длиться по несколько часов. Впрочем, как утверждает Максим, в таком замечательном месте всё в радость.

"Пожив в монастыре, я теперь к людям по-другому отношусь, к церкви. До этой поездки христианин из меня был, прямо скажем, никудышный. Выстоять полчаса на службе не мог, не хватало сил и терпения. А там четыре часа в Михайловском зале пролетают как одна минута. Обязательно когда-нибудь вернусь туда.

Я там был три недели, и ничего за это время ни в мире, ни в монастыре не изменилось. Так же, как не изменилось за последние 500 лет. В обители по-прежнему готовят на дровах, никто никуда не торопится, помогают тем, кто нуждается в помощи. И самое главное — среди свободных от земных страстей монахов ты вдруг сам начинаешь себя чувствовать иначе — по-настоящему свободным человеком".