Фея Желаний

Глава 8

Не люблю кушать вне дома, особенно когда настроение вот такое, взвинченное. Просто народ обычно таращится так, что риск подавиться подскакивает до небес.

Вот и сегодня… Я стремительно обгладывала гуся, обсасывая косточки и вымакивая лепёшкой ароматный жир, а посетители за соседними столиками даже разговаривать перестали. После того как я залпом осушила половину кувшина, все с сомнением посмотрели на свои небольшие, если сравнивать, кружки, и один здоровяк произнёс:

– Ну вообще.

Не засунь я к этому моменту в рот гусячью ногу, обязательно ответила бы: не сглазь!

Людей смущал не столько аппетит, сколько комплекция. Я ведь на полголовы ниже большинства женщин, и вешу так мало, что в ветренную погоду без дополнительного груза на улицу не выхожу.

Полли – добрая душа! – в такие дни стоит возле витрины своей лавки и караулит мой выход, чтобы похихикать. Ну а я, если иду мимо, украдкой показываю подруге кулак.

Нет, обычно-то ем как все, если не считать повышенную любовь к шоколадным конфетам. Но иногда, в минуты сильного напряжения, на меня нападает даже не жор, а жорище! Вот как сейчас.

Гусь исчезал быстро, брага закончилась ещё быстрее, и я махнула подавальщице пустым кувшином. Когда девушка притащила новый, поманила её, заставляя нагнуться, и шепнула:

– А пироги есть? С чем?

Девица начала перечислять, загибая пальцы, а сзади, от того самого стола, донёсся новый взрыв мужского хохота. Когда стало чуть тише, зазвучал бархатистый голос Грэма Эйнардса:

– На заставе было достаточно девушек, дело не в этом. Я не хочу торопиться с выбором. Мне нужна особенная. Такая, от которой мурашки по коже и кружится голова.

Мужчины загалдели, а я закатила глаза – ой, да он романтик!

– Главное чтобы бёдра широкие, – воскликнул кто-то из товарищей Грэма. – Чтоб рожала хорошо.

– Ну нет, – отозвался назначенец. – Мне миниатюрные нравятся. Такие, чтобы поднял одной рукой, забросил на плечо, и…

Дальше я не услышала, но пространство снова взорвалось смехом, кто-то точно выдал неприличную шутку.

– Мисс Ами, хозяйка антикварной лавки, знаете? – новая реплика от Грэма.

Так. Стоп.

– С малиной, – вспомнив о пироге, объявила я. – И чай не забудьте.

Подавальщица, которая тоже с интересом прислушивалась к разговору высокопоставленных стражников, кивнула и удалилась. Я же, оторвав новый кусок лепёшки, вернулась к гусю.

– Мисс Ами? Да, она симпатичная, – сказал кто-то.

– А я не помню, – другой мужской голос.

– Ну такая! – третий мужчина. – Мелкая, но фигуристая. Особенно сверху. Да и снизу, наверное, ничего.

– Кхм! – громко, но весело прокашлялся Эйнардс. – Полегче. Возможно вы говорите о моей будущей жене!

Он шутил, но я всё равно подавилась. Посетители, которые наблюдали за уничтожением гуся, истолковали этот момент по-своему, и я услышала:

– Ну вот. Я же говорил, что не съест, – заявил тот, что недавно наградил изумлённым «ну вообще».

Я недобро сверкнула глазами и, отпив браги, продолжила кусочек за кусочком уничтожать печёную птицу.

– Слушай, а ты замужем? – снова не выдержал тот парень.

– Конечно нет, – ответил за меня один из его товарищей. – Кто ж такую прожорливую возьмёт?

Вот тут очень захотелось опустить руку под стол и щёлкнуть пальцами, вызывая у «эксперта» расстройство желудка или приступ икоты. Но волшебство штука в самом деле ценная, к тому же у меня правило – без очень веской причины людям не вредить.

Не будь этого правила, я бы среди смертных точно не выжила – уж слишком они бывают наблюдательными.

Увы, в этом кабаке наблюдательные тоже имелись, и нашу небольшую перепалку заметили. Едва я принялась обкусывать и обсасывать последнюю кость, обтянутую остатками белого мяса и удобренную золотистым жиром, за спиной, со стороны ниши, прозвучало:

– Так, погодите. Мне чудится или…

Через пару секунд напротив меня, загородив массивной тушей весь обзор, возник Грэм.

– Мисс Ами? – изумился он. – Вот так сюрприз!