Темная леди для светлого Лорда

ГЛАВА 20

Ночь, как и обещал лорд Николас мы провели на постоялом дворе под названием «Домик дядюшки Рихарта». Там было чистенько и довольно уютно. Мне, в общем-то, понравилось. Дух старины. Будто бы и правда в сказку попала. Ну, или на съемки какого-нибудь исторического фильма. Если не задумываться сильно, а просто смотреть по сторонам и стараться запомнить все-все-все: от скрипящих деревянных половиц, до узора на резных стульях, это казалось приключением, о котором можно будет с радостью вспоминать.

Глупые страхи нужно гнать прочь. Меня найдут. Бажен, который, скорее всего, отыскал Антона, другие ребята. Может тот таинственный Эшер помочь согласится? В любом случае, нужно просто подождать, и все будет хорошо.

После достаточно плотного ужина мы все отправились спать. Плохо помню, как добралась до постели, но ощущение неземного восторга, что захлестнуло меня, когда я опустила голову на подушку описать сложно. Это нужно пережить. А еще… вот правду говорят — мир не без добрых людей. Хозяин постоялого двора, увидев, что я плохо себя чувствую, спросил, что со мной? Пришлось ответить. Он покивал, да и отрядил девчушку лет девяти на кухню, чтобы принесла мне горячего молока с медом. Горло сразу же перестало першить.

Утром я чувствовала себя почти здоровой. В болезни явно наступил перелом. Температура спала, а глотать было, хоть и неприятно, но уже не больно. Слабость, конечно оставалась. Но… что поделаешь? Мне по большому счету нужно постельный режим соблюдать, а я путешествую. Хорошо, хоть сейчас лето. Даже подумать страшно, что бы со мной было, попади я не в теплое лето, где встретила помощь, а снежную зиму.

Лиина радостно щебетала. Она заражала весельем, легкостью и каким-то невероятным детским задором. Глядя на нее, невозможно было не улыбаться. Этот ее виконт еще все локти себе искусает за то, что ее отпустил. Дурак. Умные за таких девушек держаться руками и ногами. Но может и хорошо, что они не вместе? Зачем такому чуду, как Лиина связывать свою жизнь с тем, кто не будет ее ценить? Вот только пока это для нее не аргумент. Она все еще его пылает нежными чувствами. А любовь, как известно, глуха, слепа и слегка неадекватна. Такой довод, как «Данный индивид тебя не стоит» к сожалению, проходит мимо сознания влюбленного человека.

Весь сегодняшний день нам предстояло, так же как и вчерашний, провести в карете. С тряской я примирилась. Не знаю… может дорога стала ровней, а может просто привыкла. И сейчас был мой черед развлекать дам рассказами о моем мире. Решив не изобретать велосипед, просто поведала о «самодвижущихся повозках», школах и университетах, где обучаются представители обоих полов и нашей моде.

На это мне ответили, что у них тоже есть университеты, но в них принимают только молодых людей. А девочки получают, как правило, домашнее образование. И лишь изредка их отправляют в некий аналог института благородных девиц, где тех обучают этикету, танцам, домоводству и изящным наукам, таким как рисование, пение и игра на клавесине. А потом стали расспрашивать про то, что носят женщины в моем мире.

Слушали меня все, даже пожилая бона — леди Элоиза настолько дальняя родственницей Лиины по материнской линии, что обе они весьма смутно представляли себе, кем же друг другу приходятся. Жадный интерес горел даже в глазах баронессы. Она видимо уже представляла, как станет рассказывать подругам о том, что в одном «варварском мире» женщины носят мужскую одежду, красят волосы и лицо.

Узнав мой возраст (я совершенно случайно проговорилась) старшие дамы буквально схватились за сердца и стали активно мне сочувствовать. Особенно усердствует блондинка:

— Ах, о чем думают ваши родители?! Хотя, шанс, на замужество еще есть. Если память мне не изменяет, у вас есть поклонник. Нужно быть расторопнее и добиться от него брачного предложения. Причем, в кратчайшие сроки. Иначе останетесь старой девой.

— Эм… — стараюсь я произнести как можно мягче. — Двадцать лет — достаточно юный возраст. Приемлемый для брака, но девушки чаще вступают в брак немного позже. Лет в двадцать пять.

— Ох, что за странные порядки у вас?! — восклицает она. — Просто не верится. Зачем мужчинам брать в жены старых дев, когда можно выбирать среди более молодых и красивых? Вы, наверное, нас разыгрываете.

— Ни в коей мере. Просто у нас люди чаще женятся уже после того, как получат образование. А ранние браки считаются… признаком дурного тона.

На самом деле я хотела сказать: «Не самым разумным подходом к проблеме создания семьи», — но в последний момент одернула себя. Она не поймет. Здесь другие жизненные реалии. И до равноправия полов еще очень далеко. Про сексуальную революцию, вообще молчу.

— Ах, ну если только так… а вы тоже учились?

— Да.

— И чему?

Боже, ну как объяснить человеку, которому даже само понятие «психология» неизвестно, чему я училась? Поэтому приходится выкручиваться:

— Правильно воспитывать детей.

Баронесса сочувственно морщит носик:

— Вы из небогатой семьи, Никанория? И после такого обучения, наверное, хотели бы стать гувернанткой или классной дамой? Я понимаю. Это весьма достойное стремление. Но все же… лучше задумайтесь о браке. Это наилучший выход. Поверьте, мне.

Киваю и улыбаюсь. Что еще остается? Не вступать же в дискуссию? Все равно без толку. У нее мозги по-другому устроены. Понятие «свобода» в них не укладывается никаким боком. А уж независимость воспринимается не иначе, как кара небесная. Но винить этих женщин нельзя. Они дети своего времени. И тут ничего нельзя поделать. И смущать их неокрепшие умы идеями феминизма крайне неразумно. Любое общество должно само к ним прийти. Такое не насаждается извне. Иначе сам же незваный просветитель и пострадает.