Роза для герцога

Глава 5

– Ну, разве не прелесть? – спросила Дори, показывая инаре шоколадного цвета пышное платье. Его юбка расширялась колокольчиком и доходила до самого пола, а корсет выглядел настолько узким, что от одного только взгляда на него Розалин испытывала удушье.

– Прелесть, – ответила она сдавленным голосом. – Чего же мы ждём? Давай быстрее порадуем Его Светлость.

Пока служанка затягивала непривычный для инары корсет, охая и причитая, умоляя её потерпеть и выдохнуть, Розалин нарочно набирала в грудь воздуха и надеялась, что Дори отчается и оставит её талию в покое.

– Как они в этом дышат? – подивилась инара полушёпотом. До юга тоже дошли новые веяния, и знатные особы всё чаще появлялись в узких, затянутых до предела корсетах, но простолюдинкам о том беспокоиться было не к чему. Поэтому Розалин впервые проходила через подобную пытку.

– Вы о ком, госпожа?

– Так, ни о ком.

Инара не стала поправлять служанку, ни в какую не желавшую обращаться к ней по имени, ведь причиной тому, как подозревала Розалин, был страх перед возможным гневом герцога. Одно дело расстроить какую-то наложницу, а другое – прогневать хозяина замка.

– Этот цвет вам очень идёт, – Дори радостно обошла вокруг инары, поправляя складки платья и бросая говорящие взгляды на распущенные густые волосы. – Может, всё-таки собрать их в причёску? – спросила она неуверенно.

Розалин отрицательно покачала головой. Этот герцог хотел сделать из неё послушную фарфоровую куклу, приодеть, причесать и поставить на полку, изредка хватаясь ею перед соседями. А когда рука времени небрежно смахнёт её на пол и по её лицу и телу разойдутся трещины морщин, он выбросит её, как ненужный хлам, и забудет. На эту же полку вскоре встанет новая кукла в коричневом платье и с высокой причёской. Но Розалин не собиралась ему подыгрывать. Пусть он лучше прибережёт это место для другой дурочки.

– Нет, никакой причёски мне не надо. Я пойду так.

По коридору разносилось гулкое эхо шагов, когда они шли в уютную небольшую столовую, где обычно трапезничал хозяин замка и его знатные гости. Двое стражников, одного из которых Розалин уже знала, шли по обе стороны от неё, молча, сосредоточенно. Слуги расступались перед ними и с любопытством рассматривали инару. В каждом их взгляде она читала: «И впрямь красивая наложница».

Слуги толкнули двери столовой. Инара, неловко придерживая длинное пышное платье, сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и вошла в комнату с витражными окнами и гобеленами на стенах. В самом её центре растянулся довольно длинный стол, на одном конце которого сидел герцог, а на другом слуга уже учтиво отодвигал для инары стул.

– И тебе доброго утра, Розалин. – Голос герцога был пропитан недовольством, хотя взгляд его радовался при виде инары. Шоколадное платье было ей невероятно к лицу. Её распущенные каштановые волосы завитками опускались на плечи и почти сливались по цвету с короткими рукавами платья. В этом наряде Розалин напоминала ему изысканный шоколадный десерт, который он, несмотря на свой статус, не мог себе позволить.

– Разве в вашей компании моё утро может быть добрым? – Инара, находясь в столь неоднозначном и бесправном положении, хотя бы словами, если не действиями, хотела преподать герцогу урок.

Слуги, крутившиеся возле стола, застыли в изумлении. Видимо, на их веку с герцогом Тэнайским никто в таком тоне не разговаривал.

– Все выйдите! – рявкнул Андриан. – Стражники тоже. – Он дождался, когда, кроме инары, в столовой с ним никого не останется. – Тебя хоть каким-то правилам приличия родители учили в детстве?

– Меня-то учили, а вот вас, мне кажется, нет. Думаете, привезли себе игрушку? А я не буду вас развлекать! И платья эти, и завтраки приберегите для другой дурочки. – Розалин поднялась из-за стола, собираясь самовольно уйти назад в комнату. Аппетита для завтрака у неё не было изначально, а теперь и вовсе к горлу подступала тошнота.

– А ну сядь! Тебя без моего разрешения отсюда всё равно не выпустят. – Он дождался, когда она вновь опустится на резной дубовый стул. – Ты можешь словами мне объяснить, что я опять сделал не так?

– Как будто вы сами не знаете? – Она буравила Андриана взглядом, и тот со вздохом покачал головой.

– Ты удивишься, но нет. Не знаю. – С этой инарой он уже отчаялся сладить. Наряды ей были неинтересны, пышные завтраки тоже, а его компания так и вовсе выводила её из себя.

– Почему в Каринэе вы никому не сказали, что увозите меня в качестве наложницы? Я вам что рабыня?! Да я лучше умру, чем разделю с вами ложе! – Она снова подскочила со стула, но, вспомнив, что за дверями столовой стража, начала нервно прохаживаться по комнате. – Я не буду… Слышите, я не буду… – она осеклась, и к глазам её подступили слёзы, а ведь она совсем не хотела устраивать истерик и плакать, как беззащитная девчонка.

Андриан наблюдал за её метаниями изумлённо, будто впервые видел эту инару. Возможно, он не первый красавец на Северной половине, но поклонниц у него было предостаточно, и любая свободная девушка радовалась бы его вниманию. Он настолько не ожидал, что одна лишь мысль о связи с ним может вызывать подобное отвращение, что на несколько долгих мгновений лишился дара речи.

– Кхм. Ты можешь успокоиться? – спросил он, наконец придя в себя. – Прошу тебя, сядь. Если бы мне нужна была наложница, я бы нашёл её и здесь.

Розалин взглянула на него удивлённо.

– Тогда зачем вы солгали слугам?

– Никому я не лгал, просто не стал отрицать. Ну, посуди. Я привёз тебя с собой и поселил в своём замке. В качестве кого? Если ты не наложница, тогда в чём твоя ценность? Мне бы не хотелось, чтобы они узнали правду. А тебе?

Розалин понимала, что правду о её даре лучше не знать никому, но даже так, положение наложницы казалось ей унизительным.

– Можно было придумать что-то ещё, – сказала она шёпотом. – Но учтите, если вы ко мне хотя бы пальцем притронетесь… – она стала подыскивать правдоподобную угрозу, но Андриан её перебил.