Благодатная для демона

Глава 11

С этого дня время понеслось с какой-то невероятной скоростью. Дни сменяли друг друга так быстро, что слились в моем сознании в одно сплошное марево. Расписание занятий несмотря на недавнее распределение у меня особо не изменилось, добавились только лекции по теории боевой магии. Как объяснил Нант, все «приключения», заключающиеся в практических занятиях по боевой подготовке, начнутся только во втором триместре. А пока оборотень ежедневно тренировал мою выносливость по средствам утренних пробежек. Давались они мне ой как не легко. Тело Ильминит было не тренировано совсем, похоже эта неженка ни разу в жизни не бегала. Потому я теперь, как новая владелица этого тела, лишённого мышечной массы и развитой какой-либо подготовки, начинала задыхаться на втором десятке метров.

Был последний день первого триместра. Мы с Нантом вышли на пробежку рано утром, когда все приличные студенты еще спят и видят сладкие сны.

- Ну что, какие новости? – спросил оборотень, как только вышли на крыльцо. Он давно меня предупредил, что перед самым концом триместра должна быть первая практическая тренировка с новораспределенными.

- Вчера появилась в расписании. Сообщение пришло на коммуникатор, - ответила я. – После обеда, малый тренировочный зал.

- Ясно, - бросил оборотень. – Значит ничего нового не будет, работать будете по той же программе, что и мы в прошлом году. Побежали.

И мы шагнули на чуть схваченную первым ноябрьским морозцем тропинку перед студенческим домом. Бежали молча, уже привычным маршрутом через разброшенный участок сада, затем вдоль студенческих домой, которые надо сказать выглядели не в пример лучше нашего, по парку, а потом обратно.

Я старалась прокручивать в голове заученные боевые знаки, которые прошли на теоретических занятиях и те, которые я вычитала сама в книжках по боевке. Но чем усерднее старалась на них сосредоточится, тем быстрее мои мысли уплывали в другую сторону: к ви Грарду. Думать об этом демоне за последние несколько недель стало для меня так же привычно, как дышать. Он нет-нет, да и появлялся сам собой сознании. Вот он глядит сурово на меня в академическом коридоре, вот я словила его на том, что он смотрит на меня, и сама хмурюсь. Вот он смеется, и наклоняясь к уху какой-то красноволосой демонессе, шепчем ей что-то, притягивая к себе за талию, а я отчего-то злюсь. Все моменты, когда мы с ним сталкивались, один за одним, снова и снова. Каждый раз гладя на него, я ощущала, как внутри что-то словно зажигается, теплеет, густеет. Будь я на земле, решили бы, что влюбилась, как школьница. Но я не на земле. И я – благодатная, а он – демон. Какая уж тут любовь? Не может быть такого.

Стараясь избавиться от мыслей о белых волосах и голубых глазах Грарда, задумываюсь о ви Лассе. Этот демонюка последнее время тоже постоянно вьется по близости. Или мне только кажется? Однажды не выдержала, да и спросила его напрямую, что это он так часто стал ошиваться близ ничтожной благодатной, то есть близ меня.

- О! Оберегаю твой покой! – закатив глаза отшутился он. Его свита тут же заржала. – Брысь отсюда! Еще раз подойдешь ближе, чем на три шага, сожру!

Наверное, у меня уже мания преследования какая-то. От раздумий о рогатых отвлекла природа: хлынул ливень, который застал нас с Нантом в парке. За пару секунд вымокли до нитки.

- Давай за мной! – бросил бегущий впереди оборотень и свернул с привычного маршрута. Метров через сто я увидела беседку, добротную такую с крышей. Туда мы и забежали. С меня текло в три ручья, и с одежды, и с волос, обувь неприятно хлюпала.

- Вот же попали, - заметил Нант, стянул с себя промокшую кофту и отжал ее.

Я невольно пробежала взглядом по обнаженной спине парня и смутилась. Неожиданно мой взгляд привлекла цепочка, на которой висел традиционный оборотничий медальон. Там, где она касалась кожи парня, оставался странный черный след, словно мазнули какой-то вязкой грязью.

- Что это тут у тебя? – спросила я и машинально потянулась к шее оборотня, коснулась кожу кончиками пальцев.

Черная грязь шевельнулась, вспухла, я вскрикнула и отпрянула. Цепочка враз вся покрылась этой шевелящейся дрянью, поползла на медальон, а с него на грудь оборотня.

- Что? – опешил Нант. – Что это?

- Цепочка! – затараторила я. – Сними цепочку.

Нант быстро стянул ее через голову, отлепляя вместе с ней с себя и смолянистую пакость. Черная жижа поползла по его пальцам. Она однозначно была живая, росла, словно впитывалась в кожу парня, завладевая им миллиметр за миллиметром. А на меня так же медленно, но неотвратимо накатывала паника. Что это такое?

Вопрос оказался верным. Чуланчик знаний приоткрыл дверь и выдал порцию знаний. Эта живая, дышащая, разрастающаяся чернота была ничем иным, как миазмами Мрака. Теперь я понимала: Нант в смертельно опасности. Эта дрянь способна завладеть им, сожрать его магический дар, убить, превратить в свою марионетку, в разлагающегося порабощенного. И, кажется, в этом виновата я.

Не знаю, как миазм попал на цепочку парня, но видимо он жил там давно, вытягивая силы из оборотня, таким питаясь образом, запасая их на черный день. Нант мог бы жить с этим крошечной кляксой древнего зла всю жизнь, и даже не знать об этом. Но меня, глупую незнайку-неумеху, дернул черт потянуть к миазму свои ручонки. И тот, почувствовав смертельно опасный для него благодатный дар, среагировал. Выплеснул все запасы силы, выкаченные из парня в попытке того поработить, завладеть его телом и сознание. Судя, по тому, как быстро чернела рука оборотня, у миазма Мрака это получалось.