Враг мой

2-4

Ладно, наверняка всё просто: старший вампир (хотя, по внешнему виду, она не сказала бы, что шатен старше Лонгаронеля... впрочем, они все здесь выглядели одинаково молодо) решил побаловать своего приятеля миловидной жертвой. Ну если вампирам не чуждо эстетство, то, пожалуй, выпить красивую девушку действительно приятней, нежели кого-нибудь из её соседей по повозке. Тьфу ты пропасть, ну и мысли лезут ей в голову!

Эльджета уселась на диванчик, подперев голову руками, и стала смотреть в окно, за которым, собственно, не было видно ничего кроме безоблачного неба. Как же обидно умирать в такой солнечный день! Она отвела взгляд от окна, и тот снова, уже в который раз, упал на стол, разве что не ломившийся от яств. Нет, есть она не будет! Ни за что не будет! Даже если вампир станет запихивать еду ей в глотку.

Но время шло, вампир так и не появлялся – словно бы вовсе забыл о своём лакомом блюде.

За окном уже сгущались сумерки. Страх, за неимением перед глазами своего возбудителя – то есть кого бы то ни было из вампиров, вновь притупился. А вот голод мучил уже зверски.

Если бы не сервированный стол, она, наверное, и не вспоминала бы о еде. Но вид такой доступной и наверняка вкусной пищи заставлял буквально исходить слюной.

Эх, говорят, перед смертью не надышишься... Но ведь наесться-то ничто не мешает. Так хватит бессмысленно мучить себя! Ей ведь и осталось единственное удовольствие в жизни – слопать давно остывший завтрак. И пусть вампир хоть сойдёт с ума от радости, что она столь повкуснела – плевать на него!

Эльджета села за стол. Еда, даже холодная, и правда оказалась вкусной. Почему-то сразу вспомнился дом, где она воспитывалась с рождения. Своего отца она никогда не видела, лишь знала, что он эльф. Мать появлялась в том доме тоже нечасто. Наполовину эльфийка наполовину человек, она была замужем за дворянином и жила с ним и их общими детьми. Эльджета же была плодом её греховной связи с эльфом.

Как уж матери удалось скрыть от мужа рождение ребёнка, неизвестно, но как-то умудрилась утаить. В общем, о существовании Эльджеты муж матери ничего не знал, и та, естественно, прилагала все усилия, чтобы тайна не раскрылась. Впрочем, на воспитание и образование незаконной дочери мать не скупилась, одной ей ведомым образом утягивая деньги из семейного бюджета, по сути являвшегося мужниным состоянием.

Да, в детстве и юности Эльджета не бедствовала. Её окружали воспитатели, учителя, прислуга. Вот только родителей не было рядом. Но девочка давно свыклась с таким положением вещей.

А потом мать погибла. Как-то странно погибла – упала с лестницы в собственном доме и сломала шею. Эльджета узнала о несчастье от своей экономки. И сразу же на неё обрушились новые беды: стало некому платить слугам, учителям и за квартиру тоже. В итоге девушка оказалась на улице в полной нищете.

Пришлось искать работу. Правда, жалованья хватало только на скромное пропитание да на плату за маленькую каморку.

Наверное, зря она не отправилась в Лорве́йн, не стала искать отца. Но мать всегда говорила, что делать этого не стоит – эльфы не одобряют связей с людьми и нечистокровных не признают.

Утолив голод, Эльджета встала из-за стола, люто ненавидя себя за проявленную слабость. Ни один эльф никогда не опустился бы до такого. Она зажгла лампу, чтобы не оставаться в темноте, и зло плюхнулась на диван, продолжая мысленно осыпать себя проклятьями.

Крылатый ужас возник в комнате, когда за окном уже взошла луна. Погружённая в свои невеселые размышления, Эльджета не слышала, как он вошёл. Однако почувствовала его присутствие каким-то шестым чувством, когда вампир уже направлялся к ней.

Несчастную жертву сковал страх – наблюдая, как он приближается, она не могла пошевелиться, хотя вампир пока вроде бы не подавлял её волю.

Лонгаронель распахнул дверцу решётки – отпер её без всякого ключа, снова одним лишь прикосновением. По всей видимости, та и заперта была магией, ибо Эльджета не нашла вовсе никакого замка, который удерживал бы дверь.

Едва вампир переступил порог её половины, как девушка всё-таки пришла в себя, чётко осознав, что это – всё. Быстрее тени она метнулась к выходу, надеясь проскользнуть мимо кровопийцы. Однако на полпути встала как вкопанная – вампир опять начисто лишил её воли.

В скудном свете лампы блеснули белые клыки – острые как кинжалы. Эльджету охватило смертельное отчаяние. Хотело выть, кричать, сопротивляться, даже молить пощады... Но вместо этого эльфийка лишь медленно запрокинула голову, подставляя вампиру шею.

Тот тоже надвигался неспешно, словно бы смаковал каждый шаг. Холодные пальцы обхватили её за затылок, и в девичью плоть вонзились жуткие клыки..