Ночь золотой саламандры

Глава пятая. Охота на саламандр

Остаток дня Сальма мучилась мыслями о книге. Никак не могла вспомнить название прихваченного Олафаром инкрустированного камнями тома. То ли фолиант не интересовал ее в юности и она обошла его вниманием, то ли он обладал волшебным свойством забвения. Сальме казалось, в библиотеке она знает все, но эта книга заставляла сомневаться в собственном разуме.

Сидя в одиночестве за ужином, чародейка попыталась прикинуть, что входит в прихваченный магом набор, но потом оставила мытарства. Разум отказывался даже предполагать, каким может быть дополнение к собранию легенд острова и учебнику по церемониальным танцам. Сальма махнула рукой и решила завтра утром поинтересоваться у Олафара прямо. Не будет никакой беды, даже если все узнают о ее неосведомленности. В конце концов, книг в библиотеке великое множество и она имеет право забыть парочку названий.

Доедала второпях. Ближе к ночи запланировала серьезный разговор с теткой и любовником и сейчас хотела выкроить побольше времени для общения с сыном. Пусть сегодня Ладир вряд ли будет в человеческом обличье, ей это не помешает. Покончила с трапезой, забежала в спальню прихватить книгу со сказками и направилась к фонтану. В хвостатой ипостаси сын дремал почти весь день и просыпался только к сумеркам, но после ужина привычно ожидал мать, нежась в чистой воде.

Сегодняшний вечер не стал исключением. Когда она подошла к самому большому фонтану сада, кроваво-красный с черными пятнами хвостатик уже плавал среди танцующих медных фигур. Сальма зажгла магический огонек. Это сын хорошо видел в темноте, а зрение чародейки в двуногой ипостаси мало отличалось от человеческого. Положила книгу на лавочку, протянула руки и вынула Ладира из воды. Потрогала лапки, смахивая лишние капли воды. Погладила его нежную спинку и устроилась на скамейке рядом с фонтаном.

– Как дела, мамочка? – поинтересовался он едва слышно, и сердце Сальмы сжалось от нежности.

И без слов нашла бы сына среди множества других, но все-таки было приятно услышать его голосок.

Жители острова Черных песков в хвостатом виде почти не отличались от обычных обитающих в морской воде саламандр, разве что были чуть крупнее, но их выдавали глаза. Вместо привычных черных бусин оборотни обладали голубыми, а Ладир, как и положено хвостатому великого рода, – ярко-синими.

– К вечеру все заботы отступают, – улыбнулась Сальма и погладила сына по голове. Когда он вырастет, станет размером со среднюю собаку, а сейчас он скорее напоминал котенка. Хотелось обнять его и защитить от всего на свете. – Я принесла сказки.

– Замечательно, – Ладир забрался ей на колени и как тряпочка растекся по ним длинным тельцем.

Сальма провела рукой по его спине и поправила юбку. Как ни стряхивай с лапок воду, все равно часть попадает на платье. Улыбнулась, сделала поярче магический огонек, открыла книгу на очередной истории и принялась читать. Это была сказка о благородном моряке, который спасал свою возлюбленную из лап монстра-осьминога. Мужчина прошел много испытаний: отгадал загадки вредной черепахи, обманул коварную змею, в последнем сложном поединке одолел могущественного похитителя и увез возлюбленную домой, на таинственный остров. Ладир слушал, почти не шевелясь, а Сальма в который раз с радостью отметила, что сыну нравятся те же сказки, что и ей в его возрасте.

Погладила малыша по спинке и вздохнула. Если они останутся живы к зиме, надо будет заняться азами магии. Тяжело проглотила застрявший в горле ком и прикусила губу: хорошо бы получилось организовать это чудо. Отправляться в темную бездну из-за чужого желания захватить власть совершенно не хотелось.

– Зачем к нам приехали эти дяди? – отвлек от невеселых мыслей Ладир. История закончилась, и сейчас он понял, что у матери на коленях ему тесно, и принялся топтаться, пристраиваясь поудобнее.

– Какие дяди? – нахмурилась Сальма. – Где ты их видел?

– Одного здесь, остальных в саду у корабля. Они не заметили меня, не волнуйся.

Сальма сжала губы. Фонтан с кораблем располагался в общедоступной части сада, и сыну строго-настрого было запрещено показывать там даже перепонку передней лапки.

– Сколько раз я говорила тебе, что за фиолетовый ручей нельзя? – как умела грозно поинтересовалась она. – Пойми, там я не смогу тебя защитить!

– От кого? – едва слышно прозвенел Ладир и, подпрыгнув, уперся передними лапками ей в грудь. Наклонил голову, создавая иллюзию взгляда в глаза. – Ты же сама говорила, нас даже морские обители не трогают.

Сальма покачала головой. Сердиться долго на него просто не могла.

– Морские обитатели понимают, с кем имеют дело, а люди – нет. Они не знают о наших возможностях и примут тебя за животное. А если учесть, что ты не способен обратиться по собственной воле, может случиться что угодно… Пожалуйста, не ходи туда больше.

– Почему нельзя рассказать им о нас?

– Потому что они не друзья.

– Когда вырасту, я не буду пускать на наш остров чужаков, – пообещал Ладир и прижался головой к ее шее. Сальма прикрыла глаза и обняла маленькую тушку.

– Конечно! Когда ты вырастешь, остров беспрекословно будет выполнять твою волю, – подтвердила чародейка и поморгала, пытаясь отогнать набегающие на глаза слезы. Еще не хватало разнюниваться при ребенке!

– Почитай мне еще! – потребовал Ладир.

– Хорошо, – усмехнулась Сальма и снова потянулась к отложенной книге. Сын привычно устроился на материнских коленях.

К себе возвращалась поздно. Несмотря на холодное утро, вечер оказался хорош: теплый, безветренный и удивительно спокойный. Сальма даже подумала отложить гневные разговоры до завтрашнего обеда, но, нырнув в ведущий к спальням коридор, поняла, что побеседовать все-таки придется. Около двери в ее комнату, будто маятник от часов, туда-сюда вышагивал Марир. Чародейка нахмурилась и сжала кулаки: она уже переделала охранное заклинание и без помощи Оливарис мужчина сюда бы не пробрался, не пропустила бы магия! Похоже, само море желает, чтобы Сальма навела в доме порядок! Пока еще она здесь хозяйка.