Ювелирная лавка госпожи Таниты

Глава 8

Но тут на пути попалась маленькая, незаметная в первого взгляда вывеска. “Господин Грут. Оценщик”. Я закусила губу. Зайти? Интересно, он сможет определить настоящую цену моих изделий? Госпожа Мерден взяла не все, кое-что осталось в сумочке.

Ладно, была не была! Я занесла руку и постучала в деревянную дверь.

Открыли почти сразу. Старик в клетчатом костюме и войлочных тапках оглядел меня с головы до ног.

– Вы ко мне? – спросил настороженно, будто я могла ошибиться дверью.

– Если вы оценщик, то да, к вам, – я улыбнулась, чтобы сразу расположить его к себе.

Он кивнул и посторонился. Я прошла в просторное помещение, отмечая увешанную диковинками стену. Это были и старинные механические часы разных видов и размеров, сделанные так искусно, что в их происхождении можно было заподозрить магию. На одних по циферблату медленно двигались солнце с луной, на других танцевала влюбленная пара. Третьи напоминали когда-то популярные у нас часы с кукушкой, только эта птица была как настоящая. Она клевала миниатюрные зернышки, но звук моих шагов заставил ее замереть и поднять взгляд блестящих черных глаз.

Было и оружие: кинжалы с гравировкой на лезвиях, меч с львиной головой, настоящий боевой топор – подобные я видела только в фильмах про викингов.

На витрине за стеклом расположились украшения: старые, потертые от времени, массивные. Чем-то они напоминали скифские. А еще наконечники стрел, столовые приборы, женские гребни для волос. Хоть музей открывай!

С полки на меня смотрел чей-то бронзовый бюст. По соседству с ним – песочные часы, прибор, напоминающий астролябию, и уйма других штук, чье назначение не было известно мне даже приблизительно.

Я поняла, что увлеклась. Старик внимательно глядел и терпеливо ждал, пока его посетительница утолит любопытство.

– Молодая госпожа что-то хотела? – поинтересовался вежливо.

Я вдруг ощутила себя полной дурочкой. У него тут сокровища со всего света, похоже, собраны, а я заявилась со своими мелочами.

Ну ничего, не бежать же теперь. Дедуля-оценщик выглядел добрым и вполне безобидным, может, даст хороший совет бедной попаданке.

– Господин Грут, мне нужен ваш профессиональный взгляд.

Кажется, его заинтересовало мое заявление. Брови чуть приподнялись, во взгляде мелькнул интерес.

– Только я не знаю цены ваших услуг.

Хорошая мысля всегда опосля, как говорится. Надо было сразу догадаться, что он работает не за "спасибо"! Но иногда я сначала делаю, и только потом думаю.

Старик усмехнулся и прошел за стол.

– Давайте. Что там у вас? Иногда я не беру денег за свои услуги, если предмет, который мне показали, редкий и вызывает особый интерес.

Немного поколебавшись, я открыла сумочку и стала раскладывать перед ним свои изделия. Сцепив пальцы в замок, он спокойно ждал, когда я закончу. Но, стоило вытащить одну из подвесок, внезапно оживился. Схватил трясущимися руками и поднес ближе к глазам.

– Надо же, что я вижу!

Я перестала дышать. Что такого странного углядел оценщик?

– Это же “волосы Заступницы”! – произнес торжественным голосом.

Он держал увесистый кулон с рутиловым кварцем. В прозрачном, будто слеза, кабошоне застыли тонкие золотистые нити рутила. Я трепетно любила этот необычный камень, он напоминал солнечные лучи в чистом летнем небе. В нашем мире его еще называли волосатиком или “волосами Венеры”.

– Ну да, – подтвердила я осторожно. – Прошу вас, господин Грут, продолжайте. Мне очень любопытно.

Ох, ну что он тянет? Надеюсь, здесь это не какой-то запрещенный к добыче минерал? Да нет, вряд ли. Старик-оценщик выглядит слишком довольным…

Это украшение имело свою историю. Несколько месяцев назад мне захотелось сделать что-то этническое, дикое, напоминающее о жарких странах. Чтобы материалы были простыми, естественными и грубыми, как земля, и теплыми, как солнце.

В запасах нашелся глиняный кабошон с лицом неизвестной девы, глиняные бусины, купленные у одной из знакомых мастериц. Едва я совместила эти сокровища, рутиловый кварц и медную пластину, в голове сразу вспыхнула картинка.

А потом пришло время поработать: нарисовать эскиз, выпилить металлическую основу, нанести грубоватые узоры, какие могли делать вольные мастера много веков назад. Игорь тогда говорил, что мои наскальные рисунки никто не купит. Надеюсь, он ошибался.

– Этот камень добывают только на островах Саас, он невероятно редкий и ценный, – пустился объяснять старик с возбужденным блеском в глазах. – Немногие могут себе его позволить. Служители божественного культа используют “волосы Заступницы” в ритуалах. Глиняный лик Заступницы, – он любовно погладил кабошон большим пальцем. – Вы ведь знаете, что и медь, и глина – тоже символы светлой богини?

Я кивнула с самым умным видом. Внутри все дрожало от предвкушения. Как же так совпало? Я, сама того не ведая, создала символ местной веры? Над головой девы сияло солнышко рутилового кварца, четыре бусины из этого же камня украшали цепочку. А еще я судорожно вспоминала, сколько волосатиков есть у меня с собой.

– Заступницу детей и матерей изображают с глиняным кувшином молока в руках или миской меда. Вы знаете, что эту вещь ценители, коллекционеры, да и верующие в Заступницу богатые люди с руками оторвут? Кстати, вы не представились. Как вас зовут?

– Танита, – ответила я и, помедлив, добавила: – Зорвир. Я сестра ювелира, он работал в этом городе. Может, вы его знаете.

– Неужели? Вы его сестра? – оценщик приподнял брови. – А я гадал, откуда у вас такая редкая вещица. Это ведь осталось после него? Вы ищете покупателя?

Проще всего ответить, что да, это его работа. Если скажу, что моя, не станут ли выяснять, откуда у молодой одинокой женщины вещица с редким и ценным камнем? Нет уж, пока останусь в тени “брата”. К мертвому ювелиру вопросов не будет.

– Вы совершенно правы, господин Грут.

Он аккуратно положил кулон обратно на стол и полез в ящик за бумагами.