Избранница Тёмного: вернуть начало • Творения Великих 4

Глава 3. Большой день

– Волнуюсь, – стояла я перед зеркалом в гостевой спальне. – Эда, сейчас в обморок упаду, кажется.

– Дыши, – строго велела Эдана и улыбнулась, глядя на меня в отражении. – Лиззи, ты обалденно выглядишь.

– Истинно так, – подтвердила кивком Ума, напоследок сверяясь с драгоценными карточками, сидя на постели.

Мы с девчонками наконец остались одни. Мастер отправил ко мне новую мисс Вторые ножницы и пару девиц-помощниц вместе с платьем, а в подарок – изящную тиару с сахарным чем-то и камнями... какими-то. Выглядел венец потрясающе. Особенно поверх янтарных волос, уложенных в аккуратную шишку, и с фатой, спущенной за плечи.

Фата, к слову, казалась сотканной из мороси – до того тонкая. И платье цвета сумрачного рассвета с морозной вышивкой струилось и облегало. Мастер был уверен, к пламени на кончиках волос такая вышивка подойдёт лучше всего.

«Рассвет – это что? – вопрошал Мастер в письме, приложенном к платью. – Это начало дня, начало света. Это миг перед пробуждением светила Сотеи, напитанного драконьим огнём. Ты, голубка, вступаешь в брак Тёмным, а рассвет – самое мирное время. Союз света и Тени. Это знак, чтобы брак твой был таким – мирным. Живите долго!»

Я аж прослезилась. Пожалела, что не убедила Мастера прийти на церемонию.

– Если стану ходить на каждую церемонию, к которой шью платье, голубка, – заявил Циркуль, впрочем, весьма польщённый, – у меня не останется времени для работы.

...

И теперь, за окном смеркалось. Третий соресин мона Сореса обещал быть самым тёмным, а я стояла в светлой тёплой спальне перед высоченным старым зеркалом и смотрела на себя – вроде знакомую, и совсем новую.

– Брак меняет, – заметила Ума моё недоумение. – Вы становитесь едины с супругом. У нас на островах даже традиция есть. Когда мои сёстры выходили замуж, к дереву тонони вязали черенок. Вроде как невеста-жена припочковывается к мужу.

– А почему это жена – черенок? – возмутилась Эдана, крутилась рядом со мной у зеркала

– Не знаю, – искренне пожала плечами Ума, поправляя волосы в пышный праздничной косе, украшенной цветами. – Так повелось. Когда рождается мальчик, во дворе садят дерево тонони.

– Блеск. А девочка, значит, жалкий черенок.

– Не жалкий, – нахмурилась Ума, глядя на Эдану сквозь отражение. Без черенка дерево не зацветёт. И плодов не даёт.

– О, ещё и плоды... – фыркнула Эдана. – Какая прелесть!

Я рассмеялась. Ума и Эда – непримиримые враги во всём, что касалось брачных уз.

– Не спорьте, – остановила я. – У каждого свои традиции. Кстати, Велор ещё не приехал?

– Нет, – мотнула головой Эда. – Только мама с отцом, – и осторожно глянула, но я не подала виду, что ощутила тяжесть, совсем непрошенную для такого дня.

Прогнать Ариса не могла, но он пришёл без приглашения. Как бы беды не вышло.

– Пойду спрошу у Валери, как малышка Бетти, – спохватилась Ума и ринулась вниз.

Нимфе очень нравилось всё это – крутиться по хозяйству, говорить с Валери о ребёнке. Эдана всего этого сторонилась и кусалась, «как дикая шака». Это не мои слова – Умы.

– Эда, – окликнула я подругу у зеркала. – Всё хорошо?

– Если Ума тебе снова наболтала, что мы с Ассаро ссоримся... – буркнула Эдана, – не верь. Мы всего лишь немного поспорили.

– Он так и не хочет, чтобы ты шла руной на остров?

– Хочет, чтобы я пустила корни, как черенок, – фыркнула Эда.

– А что Ривел говорит? – волнение обдало макушку и пробралось в грудь. – Руна перехода... готова?

Если так, ни о какой «медовой неделе» у нас с Дракулой речи не будет. Эдана у зеркала обернулась, нахмурилась.

– Слышала, руна почти готова. Но это ерунда, ясно? Пустяки. Лиза, сегодня твой день. И я счастливая за вас. За тебя и Велора.

Я слабо улыбнулась, тревога Эданы заражала дрожью, но я не могла подруге попенять. Им с Ассаро много копий суждено сломать, прежде чем научиться друг друга слушать. Эда словно знала, о чём думаю, но сдаваться не собиралась.

– Всё у нас хорошо, Лиз. Честно. Я люблю Ассаро, если тебе интересно. Думаю, он пока ещё любит меня, – Эдана посмеялась, поправляя короткие волосы. – Расслабься! Ты красотка, – наконец улыбнулась Эдана искренне и взяла меня за руку. – Платье, прямо как с Земли, помнишь? Когда были на свадьбе Анны.

– Помню, – рассмеялась я и покружилась. – Только, кажется, это платье немного подороже.

Эдана улыбнулась веселее и подмигнула.

– Красивое колечко. Велор молодец.

– Хорошо, что Ума не заметила, – сделала я большие глаза и зашептала. – Порезала бы нас с Велором на карточки за несоблюдение традиций.

Мы с Эданой прыснули, а со двора раздался шум сквозь приоткрытое окно.

– Приехали! – ахнула Эдана, метнувшись к окну. – Велор здесь!

– Ох, боги, – потрясла я кистями рук, сбрасывая дрожь. – Ох, мамочки!

– Дыши, – напомнила Эдана со смехом. – Лиззи, дыши! О, и Мийю Насен тут... Кто её пригласил? Ой, а какой у Велора костюм!.. Лиззи, ты упадёшь.