Академия Ады. Злая Наука

Урок 11. Почтенные предки - 3

III.

Ада шагала к отцу по траве. Мысли носились беспорядочно, словно сноп осенних листьев, разметанный неистовым ветром. Понадобится время, чтобы они снова улеглись.

Она помнила тот день, будто все было только вчера. Первую вспышку магии, то, как прибежала к родителям, сгорая от нетерпения поделиться. Уж не с него ли началось отчуждение в их семье?

Мать тогда пришла в такой восторг, что сразу стало ясно, как терзали ее прежние сомнения. "О, Лен, у нашей девочки есть Дар!" Она только что не прыгала на месте, вся привычная сдержанность испарилась. Отец улыбался, но выглядел задумчивым.

Ада обняла его. "У папы нет никакого дара, но он все равно самый лучший". "Твоему отцу не нужна магия - для этого у него есть мы!" согласилась Атенаис, с гордостью взирая на дочь. "Я все равно не буду магичкой", заверила Ада отца на всякий случай, а мать сказала: "Сперва тебе нужно научиться владеть магией. А там посмотрим".  И добавила: "О, Ада, тот, кто никогда не летал, не знает, что это - лишиться крыльев. Но у тебя они будут! И ты взлетишь в самое поднебесье".

Если бы не то происшествие, наверное, потребовались бы еще годы, чтобы ее Дар проснулся, потому что после первого всплеска магия в ней заснула надолго. Все произошло, когда они с Тристаном залезли на огромное дерево у пруда - на спор, как обычно, не в первый раз. Но сегодня одна из ветвей, толстая и крепкая на вид, вдруг сломалась под его ногами с коротким сухим треском. Этот звук навсегда врезался Аде в память, как и картинка, запечатлевшаяся черно-белым дагерротипом: побелевшее лицо Триса, взметнувшиеся волосы, рот, распахнутый в безмолвном крике. Он падал спиной назад. Ада потянулась к нему - ее руки остались пустыми, и все же, каким-то образом, она держала его, дрожа от напряжения, крепко-крепко, всей силой своей привязанности и своего страха. Несколько мгновений - пока Тристан, уже неплохо натренированный в основах магии, сориентировавшись, не притянул себя назад. Когда они спустились вниз, он чопорно поблагодарил ее, и Ада знала: его бесит, что она спасла его, а не наоборот. Она тут же великодушно решила напоминать ему об этом не более, чем пару раз за месяц. А потом разревелась.

Да, давно это было… Задолго до того, как они узнали, что их родители распланировали их жизни заранее, и поняли, как сильно на самом деле бесят друг друга.

Вот и отец. Ей показалось, или он как-то осунулся? Отец смотрел в пространство, забытая сигара дымилась меж пальцев. Вид у него был такой одинокий и потерянный, что внутри что-то сжалось.

- Как вам праздник?

Он только сейчас заметил ее и рассеяно улыбнулся. 
- Очень-очень мило.

- Даже из древних ритуалов они умудрились сделать скучное светское представление.

- Действительно.

Ей о стольком хотелось его спросить. Привычный мир разлетелся на осколки, и из них нужно было собрать что-то новое.

- Признайтесь, вы  расстроились, когда выяснилось, что у меня есть Дар? - Слова сами вырвались из нее.

- Расстроился? - Отец недоуменно уставился на Аду. Было заметно, что мысли его витают где-то далеко. - О нет. Все замечательно. Я очень рад тебя видеть. Очень мило сегодня выглядишь.

Только лишь мило? Хотя нельзя ожидать от отца, чтобы он обращал внимание на наряды.

- Нам надо поговорить, - начала она.

Он начал крутить головой.
- Я позову твою мать...

- Я хочу говорить не с ней, а с вами!

- Мы обязательно поговорим, потом, позже. А сейчас мне уже пора собираться домой, - Он потер переносицу. - Меня ждут мои чертежи.

Ада вогнала ногти в ладони, пытаясь успокоиться. Сегодня у нее не было настроения слушать про его гениальную задумку.

- Изобретение ждет уже много лет, может подождать еще пару часов!

- Но я только что набрел на важную мысль. Мне нужно взглянуть на чертежи, сверить...

- Что там сверять? Вы столько пялитесь на ваши чертовы чертежи, что пора бы уже помнить каждую деталь по памяти!

Сейчас он разозлится на нее, рявкнет, чего не делал уже сто лет. Отец редко сердился, но когда это случалось, его голубые глаза отливали сталью, а голос падал на октаву ниже, обретая властные ноты. В детстве она опасалась его гнева больше всего на свете, а услышать тихое "я в тебе очень разочарован" было для нее худшим наказанием. Теперь она ждала вспышки почти с нетерпением. Вот, вот...

Между ними вклинилась Атенаис. Несомненно, все это время она следила за их беседой.
 - Ада, Ада. Не надо кричать на отца, - Она сжала ее локоть. - Бедный, ты же знаешь, ему всегда не по себе на таких мероприятиях. Он заставил себя выбраться сюда только потому, что хотел увидеть тебя.

- Только почему-то он на меня и не смотрит! - В горле застрял ком, и сердитые слова прозвучали как-то жалко. Вырвавшись из хватки матери, Ада не глядя зашагала прочь.

Кто-то заступил ей дорогу - Тристан.

- С вами все в порядке? 
 
Ему-то что? 

- Всё великолепно, - процедила она сквозь сжатые зубы. - Ваш отец улетел?