Hyundai i40: начальник транспортного цеха

«Чтобы изготовить 1 килограмм качественного сыра, потребуется не меньше 11-12 литров молока. Сколько сейчас стоит литр в магазине? Теперь вы понимаете, почему настоящий сыр не может стоить ниже 500 рублей? Все, что продается дешевле, напичкано стабилизаторами и пальмовым маслом. Пальмовое масло — это дешевый и распространенный растительный жир. По сути, вы приобретаете продукт из сплошного жира, но не сыр», — делает неутешительное заключение Джон Кописки во время небольшого ликбеза по сыроварению.

Про этого веселого дядьку, похожего на Санта-Клауса, слагают легенды. Джон Кописки — российский фермер английского происхождения, сыровар, коневод и многодетный отец, который вот уже 20 лет пытается воплотить мечту крестьянина в деревне Крутово Владимирской области. Ему уже за 60, но энергии и жизнелюбия в нем как в «мужчине в самом расцвете сил». Именно к воротам его фермы и привел 140-километровый маршрут тест-драйва обновленного Hyundai i40.

Увы, я не ездил на дорестайлинговой «сороковке», зато хорошо помню «Сонату» образца 2011 года. Для Hyundai это был прорывной автомобиль, но его портили «пресные» ходовые качества: не хватало мощного мотора и нормальной подвески, которая обеспечила бы плавный ход, энергоемкость и стабильность на высоких скоростях. Поэтому от обновленного i40 я не ожидал чуда.

Появился новый подлокотник для задних пассажиров с емкостью для хранения мелочевки, изменилась отделка руля, рычага трансмиссии и центрального подлокотника.

И... Оказался почти прав. Все то же «синтетическое» усилие на руле, все та же чрезмерная «внимательность» к профилю дороги и гремящие удары, передающиеся на руль, сиденье и кузов после проезда ухабов. Hyundai i40 по-прежнему страдает из-за «мягкотелости» подвески. Она комфортно «переваривает» лишь дорожную мелочь. Хотя в целом рулится i40 легко и предсказуемо. Седан точно выполняет все команды водителя и несильно упирается на входе в поворот.

Да, чуда не произошло. Именно по этой причине я и процитировал Джона Кописки, который говорил, что невозможно купить настоящий и вкусный сыр за 300 рублей. Так и невозможно кардинально изменить характер автомобиля даже после череды обновлений. Сравнивать i40 с растительными жирами или сырным продуктом, конечно, оскорбительно, но некоторая аналогия напрашивается: i40 метит в бизнес-класс, но не дотягивает до него.

Линейка двигателей пополнилась новым 1,7-литровым 141-сильным турбодизелем, который поставляется в паре с «двухсцепленчатым» 7-ступенчатым «роботом» D7UF1. Hyundai i40 стал первым серийным автомобилем в России с этой трансмиссией. Даже при интенсивном разгоне дизелек не раздражает шумностью, ведь у таких машин расширен пакет шумоизоляции. Мотор тянет с самых низов. На тахометре меньше 2 тысяч, а уже чувствуется подхват — 340 Ньютонов взялись за дело! Причем 75% тяги доступны с 1250 оборотов! Роботизированная коробка тоже понравилась — работает быстро, мягко и без рывков. Хотя динамикой i40 поразить не может — разгон до «сотни» занимает 10,8 секунды. Да, нешустрый аппарат, зато контролировать ускорение легко, и в довесок получаем экономичность. Удержать расход топлива в городе в пределах 7-8 литров не составит проблемы.

После турбодизеля бензиновый мотор (2,0 л, 150 л.с.) в паре с шестиступенчатым автоматом показался пресным. С ним седан едет ровно, без «искорки». Лишь в режиме Sport появляются потуги хоть на какой-нибудь «драйв».

Есть и еще один мелочный косяк: вот вроде бы «мультимедийный комбайн» классный поставили: удобное меню, красивая графика, но почему шрифт «гуляет» как на китайском авто? Но это мелочь по сравнению с тем, что система не позволяет на ходу подключить телефон через Bluetooth. Для этого обязательно надо остановиться. Наверное, создатели решили это сделать ради безопасности, чтобы водитель не отвлекался от дороги. Хорошо, а теперь представим ситуацию, что пассажир решил подключить свой телефон?

Но во всем остальном Hyundai i40 производит хорошее впечатление. Новый дизайн сделал машину не просто красивее, а благороднее и дороже. Очень понравилась идея с горизонтальной решеткой радиатора и прямыми линиями светодиодных огней. Салон удобный и современный. Оснащение более чем достойное: 9 подушек безопасности, система бесключевого доступа, панорамная крыша, подогрев руля, круиз-контроль, голосовое управление мультимедией, память водительского места, камера заднего вида и вентиляция передних кресел. А самое заманчивое — это цена. В базовой версии седан можно приобрести от 995 тысяч, а цена топовой комплектации — 1 475 000 рублей.

Так можно ли считать Hyundai i40 полноценным бизнес-классом? Все же нет. Корейский бизнес-класс начинается совсем с другого автомобиля — с такого, как Hyundai Genesis. А Hyundai i40 — это добротный и комфортный семейный седан, который, впрочем, сгодится и на роль «персоналки». Сегодня Hyundai i40 является одним из лидеров своего сегмента. В прошлом году он замыкал пятёрку самых продаваемых седанов в классе D+, а за первые пять месяцев 2015-го достиг второго места. И причины такого успеха понятны: удобный салон, большой багажник, приличное оснащение, добротные силовые агрегаты, пятилетняя гарантия, тотальное игнорирование со стороны автомобильных воров, а также недорогая страховка и обслуживание. Что еще нужно, чтобы ездить долго и счастливо? Вот она та самая мечта «начальника транспортного цеха» пусть и не бизнес-класса. И точка.

В Англии Джон Максвелл Кописки был преуспевающим бизнесменом в угольной промышленности, которого судьба немало помотала по свету. Но, пробыв всего три дня в декабре 1991 года в России, Кописки понял, что хочет остаться здесь навсегда. В России он нашел себе жену и завел пятерых детей. «У меня славянская душа. Мой отец был поляком. Я вернулся домой», — вот так объясняет Джон свое решение. В 1993 году он получил российский паспорт — Джон стал вторым англичанином после разведчика Кима Филби, получившим российское гражданство. Документы ему подписывал лично Борис Николаевич Ельцин. С этим связан один забавный эпизод. Когда мистера Кописки вызвали в ФСБ и начали выяснять мотивы его решения о смене гражданства, один из офицеров попытался «отрезвить» опьяненного загадочной русской душой англичанина, мол, зачем все это ему нужно, ехал бы он обратно, ничего хорошего не выйдет, и вообще — Россия очень криминальная страна, кругом мафия, все дела... Но Джон отмел все сомнения «чекистов» с юмором, свойственным настоящему англичанину: «У меня хорошая “крыша” — Господь Бог!».

В середине 1990-х, еще продолжая заниматься угольным бизнесом уже в России, Джон построил дачу в деревне Крутово Владимирской области. Находившаяся неподалеку полуразрушенная ферма и монастырь привлекли внимание «нового русского англичанина». От настоятельницы монастыря он узнал, что ферма дышала на ладан — там было около сотни голов скота. Джон предложил выкупить коров для монастыря, но игуменья не решилась на такой крупный дар, потому что за этим поголовьем будет сложно уследить. Тут-то в голове мистера Кописки и родилась идея заняться сельским хозяйством. Впоследствии практически весь свой капитал дядя Джон «вбухал» в землю.

Путь от захудалого хозяйства до процветающей фермы был тернистым: тяжело было заставить селян поверить в чудо, ведь куда проще сидеть на завалинке, сетуя на нелегкую судьбу. Однако «заморскому пришельцу» хватило сил, упорства и средств, чтобы добиться своей цели. Разгильдяйство сошло на нет, а откровенные «вредители на производстве» были уволены. Параллельно велось восстановление всей инфраструктуры: коровники были модернизированы по европейскому типу — их сделали открытыми без отопления, а скот стали выгуливать без привязи. Оказывается, если сызмальства приучить животное к холоду, то оно будет меньше болеть. Вследствие этого сократится падеж скота. Более того, таким образом можно здорово сэкономить на энергоносителях. Джон также стал воплощать идеи, заложенные в «Пермакультуре Хольцера», когда все окружающее человека пространство и само ведение сельского хозяйства основано на взаимосвязях, наблюдаемых в естественных экосистемах — своего рода грамотный функциональный дизайн каждого элемента, из которого строится все приусадебное хозяйство. Затем Джон завел кур, уток, гусей, кроликов, лошадей, коз, овец и даже ослов!

Первая ферма Кописки получила название «Богдарня», что означает дар Бога. Через некоторое время Джон открыл еще один молочно-животноводческий комплекс «Рождество», где ныне содержится почти в 3,5 тысячи голов крупного рогатого скота. Сегодня Джон Кописки является поставщиком молока, сыра и мяса, как сейчас принято говорить, «премиум-класса». Ферма производит более 10 сортов домашнего сыра: «Филадельфия», «Рикота», «Гауда», твердые и мягкие сыры с добавлением пряностей, чеснока, укропа и тыквенных семечек. Сыры готовятся по голландской технологии и закваске. Также имеется производство сметаны и йогурта. Еще одним фирменным «коньком» Кописки является телятина и баранина сухой выдержки, колбасы, купаты и, конечно же, вкуснейшие стейки: рибай, клаб-стейк, стриплойн, филе-миньон, ти-боун и портерхаус. Теперь Джон подумывает о самогоноварении в промышленных масштабах, благо в этом году начал действовать ГОСТ, легализующий производство зерновых дистиллятов.

Помимо фермерского хозяйства в «Богдарне» развилось агротуристическое направление — тут есть гостиница, ресторан, коттеджи, конно-спортивная база, контактный мини-зоопарк, детский лагерь и многое другое. Здесь регулярно проходят курсы естественного растениеводства и восстановительного земледелия, экскурсии и фестивали. Соратники Джона обучают всех желающих русским народным танцам и играм, верховой езде и вождению конных экипажей, навыкам владения казачьим оружием, рафтингу и даже парусному спорту. Отдельной строкой идут мастер-классы по изготовлению сыров, выпечки и стейков. В ставшей родной ему деревне Джон построил часовню и храм.

Казалось бы, вырисовывается фантастическая картина: среди мещерских лесов затерялся самый настоящий фермерский оазис. Однако у этой сказки есть и «обратная сторона». Несмотря на то, что дела в хозяйстве Кописки вроде бы идут хорошо, люди обеспечены работой, получают неплохое жалование, сам фермерский бизнес оказался убыточным для своего основателя. За более чем 15-летнюю деятельность дядя Джон так и не смог сделать его прибыльным делом — все зарывается в землю, выплату долгов и поддержку всего того, что было создано за предыдущие годы. Кредиты, в которых так нуждаются фермеры, выдаются банками под грабительские проценты и на очень короткий, по меркам ведения сельского хозяйства, срок. Молоко, по словам, Кописки, приобретается оптовыми покупателями по цене ниже себестоимости, и доступ в сетевой ритейл затруднен. К тому же, как оказалось, дети Джона не жаждут заниматься сельским хозяйством. Поэтому сейчас Джон продает свою ферму. Правда, в условиях кризиса, найти покупателя на такое крупное хозяйство непросто. Поэтому Джон пока продолжает свое дело. Есть слабая надежда на то, что лет через 5 Джону Яновичу, как его ласково зовут все местные, удастся полностью вернуть долг в 300 миллионов рублей и выйти на прибыль. По некоторым данным, в фермерское хозяйство Джон Кописки вложил 1 миллиард рублей.