Черная метель

Глава 3. Кто может путешествовать в поисках себя

Выйдя через дверь, Реган почти ослеп от солнечного света, царствующего наверху. Постоял некоторое время, приложив ладонь ко лбу, оглядывая двор, в котором не было ничего необычного. Белые камни, разбросанные в беспорядке, пережили уже не одну эпоху, но это были просто камни. Так же, как и трава, кое-где нашедшая себе место в расщелинах и трещинах. Магия ее не интересовала. Или она сама была зеленой магией. Магией жизни. Самой сильной из возможных.

— Госпожа там. На самом краю скалы.

Реган кивнул, раздумывая, что можно ожидать от этого разговора.

— Что я должен ей сказать?

Голос Лены прозвучал, как звон серебряного колокольчика в шелесте ветра:

— Сказать? Слова иногда не нужны. Даже очень часто. Вам кажется, что нет ничего важнее слов. Но стоит только коснуться, дотронуться, и чувства становятся громче и понятнее любых придуманных фраз.

Реган почувствовал себя глупо, позволив произнести последние мысли вслух. Но альву это не смутило, и она чуть-чуть подтолкнула его, слегка дотронувшись до локтей мага подушечками пальцев.

— Она ждет. Идите же. Мне всегда казалось, что мужчины должны быть решительными. И властными. Даже если перед ними дракон.

Реган ступил на песчаную дорожку, уводящую от дверей с символом дракона.

— Ну или так мне подсказывало воображение. Я излишне романтична. Или просто еще слишком молода.

Смех заставил его оглянуться, но дверь уже закрылась, и только отблески солнечного огня играли на черном прямоугольнике всевозможными оттенками красного и желтого.

Дана действительно ожидала его на самом краю скалы, там, где дорожка, выстланная желтым песчаником, обрывалась прямо в бездну. В нескольких десятках метров от нее внизу морская гладь играла и переливалась отблесками света.

Она сидела на маленьком коврике, сложив руки на коленях и оперев на них голову в задумчивости. Дана будто не замечала, что Реган уже здесь, и его тень накрыла ее и протянулась к самому краю скалы и дальше, куда-то за грань мира.

— Здесь начиналось все. Здесь я встретила Дара. Отсюда я отправилась к тебе.

Реган не ответил. Он любовался ее волосами, пряди которых свободно играли на ветру. Стоило тронуть их или, осторожно убрав в сторону, коснуться губами шеи? Там, где у нее была родинка, о которой она не подозревала. Или просто так говорила. Ей нравилось так говорить.

Вчера Девона сказала, что ей интересно беседовать с ним, пусть даже без темы, без повода. С другими она тоже могла разговаривать с интересом. Вокруг нее достаточно много необыкновенных людей. Или даже не так, все окружающие ее люди по-своему необычны.

Но с ним ей нравилось разговаривать потому, что он отвечал ей не только словами. Он отвечал ей сердцем.

— Иногда я думаю, что все это сон. Длинный необыкновенный сон. Цветной и с такими подробностями, которых я никогда не смогла бы придумать сама.

Реган опустился на колени и прижался к ее спине щекой. Дана не обернулась, а он, закрыв глаза, просто слушал ее голос и где-то в самой глубине спокойные ровные удары.

Она продолжила так размеренно и отстраненно, словно разговаривала не с ним, а с невидимым собеседником. Или даже сама с собой, делая записи на видимой одной ей странице дневника.

— Сегодня я решила проверить, смогу ли попасть в определенное место не по велению сердца, не из-за всплеска эмоций или страха, а в поисках убежища.

Сквозь тонкую ткань рубашки Реган ощущал тепло, исходящее от ее тела. И, в общем-то, даже не прислушивался к тому, что Дана говорила. Так вот почему она так странно сегодня одета. Кто-то даже мог сказать, неприлично. Совсем не по-женски. Мысль лениво проплыла в голове и растаяла в прошлом, словно малое белое облачко, случайно оказавшееся в безбрежной синеве у них над головами. Реган не знал, нравится ли ей ощущать сейчас его руки, сомкнувшиеся вокруг талии, но ему их поза определенно доставляла удовольствие.

— Ты не находишь, что это достаточно нелепо, прижиматься к моей спине словно в поисках, — тут она сделала паузу, подбирая правильное слово, — в поисках опоры. Ну и покоя, наверное, — и еще через секунду добавила: — Мне очень приятно, — Дана глубоко вздохнула. — То, что я пытаюсь тебе рассказать достаточно важно.

Он попробовал изменить позу так, чтобы одна рука смогла проникнуть под ее рубашку.

— Я просто еще не совсем проснулся и не догадался, что твои слова предназначены именно мне.

— Ну а кому еще? Разве здесь есть еще кто-нибудь? Не хулигань!

— Прелестное слово. Вот только на самом деле я не знаю, что оно может означать. Может быть, ты объяснишь, что я не должен делать. И подробнее.

Но Дана только повела плечами и замолчала. Сердце ее продолжало биться все также спокойно и ровно.

Так они сидели некоторое время, а потом Реган сдался, встал, обошел ее и сел лицом к лицу, скрестив ноги, проклиная камешек, оказавшийся в самом неудобном месте.

Только теперь он увидел, что она сосредоточенно хмурится, размышляя о чем-то с закрытыми глазами.

— Я отправилась домой. Я боялась, но должна была попробовать.

Реган смотрел, как Дана крутила амулет на груди, переворачивая то в одну, то в другую сторону. Камень менял свой цвет, играл оттенками синего, зеленого и даже черного. “Неужели она так избегала солнца: лето уже заканчивалось, и ни малейших следов загара”. В сущности, Реган ничего не знал про нее: никто она, ни то, каким образом оказалась на острове. Тайной оставалась ее способность появляться и исчезать как тень. Все магические науки, все учебники и рукописи покрытых пылью эпох ничего не говорили о подобной способности. Их свидания, переполненные эмоциями и страстью, не добавляли ничего к пониманию ее магии. Возможно, сегодня она наконец решила рассказать о себе, о том, кто она на самом деле. И место, где они сейчас находились, должно было поспособствовать, помочь ей высказаться.

— Попробовать свое перемещение? Или как это назвать правильно, полет?