Мой домовой — сводник

Глава 7: Сыночки-матери vs чужие дочки

Впереди Вадима ждали два рабочих дня, поэтому вечером мы с ним не встретились. Я лежала на диване, заложив руки за голову, и представляла себе Орлова сидящим напротив матери: он ей обязательно расскажет про нас, чтобы отрезать мне все пути к отступлению. Или даже уже рассказал. А вот что Марина Александровна ответит на подобное заявление сыночка, я не знала, но лучше бы она закатила ему скандал, заявив, что делить со мной крышу над головой не будет. Если бы только она так сказала… Тогда бы я не выглядела зажравшейся истеричкой…

А в чем я зажралась? В том, что, сбежав из-под родительского ока и от ежевечерних перемываний моих бренных костей, не хочу к подобному возвращаться?

После нашего любительского спектакля руководством библиотеки было запланировано чаепитие, но оно почти не состоялось. Заниматься рекламой наша заведующая не умела от слова совсем и ни один профессионал помочь ей в этом не мог, потому что Раиса Илларионовна железно верила, что жить надо как прежде, во всем полагаясь на советские наработки. Привели тех маленьких зрителей, которым наши действа были еще не по возрасту. Ну, а те, кто пришел сам, якобы случайно, были в основном мои ученики-переростки… С ними-то мы и пили чай. В своей языковой среде ребята оказались куда более разговорчивыми, и я поймала себя на мысли, что забыла с ними литературный язык и перешла на молодежный сленг. Очень легко… Наверное, все дело в волосах, они действительно очень влияют на человека, и потому профессия парикмахера есть самая что ни на есть важная в мире… Впрочем, как и учителя…

Я соскребла себя с дивана и прошла в ванную. Душ мне, кажется, сегодня не светит. Так и не выйду из ведьминского образа до утра! Маленькая баба Яга колдовала над котлом в облаке пара от искусственного льда. Теперь лед доживал свои часы в ванне, никак не желая помирать… Как и надежда на то, что моя жизнь если и не будет прежней, то все же не будет выстроена по плану Орлова и его маман. Чтобы там ни было, я сниму квартиру, даже если придется голодать… Или… Я ведь пила только чай, так что могу мыслить здраво: если ко мне вернутся от Аришки десять штук, я сама смогу позволить себе личные апартаменты. Милая сестренка, найди уже наконец работу… Только не у этого типа, который даже в очках дальше своего носа ничерта не видит!

Чаепитие с плюшками отменило ужин, но сейчас мне вдруг безумно захотелось шоколада. Я помнила, что положила в шкафчик плитку пористого шоколада, которую удачно нашла среди груды конфет, надаренных мне учениками к Восьмому Марта. Половину я сбагрила родителям, что-то с барского плеча скинула Марине Александровне, а что-то оставила к чаю для Вадима здесь и для себя… одну единственную плитку и сейчас… Я даже табуретку взяла, чтобы удостовериться, что ее действительно нет… Нет, она была… в виде скомканной блестящей обертки. Орлов! Мне хотелось орать благим матом! Он жрет все, что сладкое, и надо было… Надо было взять именно мой шоколад, зная, что другой я просто не ем…

Я плюхнулась на табурет мягким местом, готовая разреветься от досады, как маленькая девочка… Или маленькая баба Яга, которая и с четвертого раза не сумела наколдовать дождь не из собственных глаз! Если бы я действительно дошла в колдовской книге хотя бы до двести тридцатой страницы, то сумела бы наколдовать этому пожирателю чужого шоколада ослиные уши, свиной пятачок, козлиную бороду и все то, что маленькой ведьме хотелось сотворить со своей теткой, ветряной ведьмой Румпумпель!

За окном действительно выл ветер. Мутное стекло без занавески зло отражало мою разъяренную физиономию. Почему я не умею колдовать? Ну, почему?!

Проснулась я в таком же поганом настроении, но теперь хотя бы смогла смыть горечь несъеденного шоколада горячей водой. Вместе с дрянью, залепившей мне волосы. Наконец я выглядела человеком… Пока не поднимала к лицу рук — с маникюром придется жить недели две, а то и все три, пока я попаду на прием к Нинке. Мои старшие ученики уже одобрили палитру, а младшим плевать: они смотрят мне в рот, а не, к

ак крупье, на руки… Может, мои цветные ноготки все же помогут волшебным образом смешать чужие карты?

Зазвонил телефон, и я выдохнула. Номер незнакомый. Это могли звонить расстроенные по независящим от меня причинам родительницы. И от перспективы разговора с ними делалось страшно.

— Алло, — сказала я осторожно и чуть не подпрыгнула, услышав мужской голос.

— Доброе утро, Ирина. Это Роман Востров. Мы с вами обсуждали съем квартиры…

Захотелось ответить, что мы с ним ничего не обсуждали, и вообще мне сейчас не до съема. Вернее, на съем у меня пока что нет денег… Как бы так повежливее объяснить ему, что я временно (буду на это надеяться) некредитоспособна. Я ругала себя на чем свет стоит за то, что не прикусила в чужой темной прихожей язык. А сейчас бы мне его побыстрее развязать, но я упустила мгновение, дав Роману зеленый свет…

— Тут произошло небольшое недоразумение, скажем так… Мать с сыном немного не сошлись во мнениях, что делать с квартирой. Как я понял, он хочет продать, а мать, которая является наследницей, хочет квартиру сохранить…

— Зачем вы мне это рассказываете? — не выдержала я.

— Хозяйка выказала желание встретиться с вами на предмет съема. Ей нужно срочно кого-то туда вселить, чтобы связать сыну руки.

— Я не готова ничего снимать. Прямо сейчас. Я снимаю другую квартиру…

— Ирина, послушайте… Первый месяц точно будет бесплатным, пока оформляются всякие документы. А, может, и второй тоже. Хозяйке важно, чтобы в квартире кто-то жил, а не деньги.

Ну только чужих семейных разборок мне не хватало! Спасибо, у меня есть собственная мама и чужая маман.

— Ирина, — не унимался Роман. — Вы должны объективно понимать, что с вашим бюджетом очень сложно будет найти приличное жилье…