Вользевир

Глава 34

Глава 34

Шон, стоявший у окна в своей хижине "живые души" также, как и Гловер наслаждался безумной красотой луны. Ее свет падал через открытое окно освещая прилавок, несколько полок и самое главное, что было в жизни демонолога. Немыслимых размеров рамка, за стеклянной дверцей которой скрывалось огромное количество кристаллов. Дремлющих, но всё же от части живых душ, скованных в камень. Все это были глаза демонов, существование которых было и будет угрозой для любого из миров. Истинный одержимый коллекционер обязан обладать душой каждого когда-либо существовавшего существа, вне зависимости от миров.

Именно таким ярым любителем своего дела и являлся Шон. Желание коллекционировать души всех живых существ постепенно переросло в неудержимое, неконтролируемое помешательство, которое желало завладеть тем, чего нет в коллекции не у единого демонолога.

«Душой Бога»

Мысль о том какую силу она может дать ее обладателю сводила Шона с ума. Нездоровый блеск в глазах загорался каждый раз, когда он представлял у себя в руках немыслимую и непостижимую для человека силу. Сейчас же он стоял у открытого окна и всматривался в чистое освещённое луной небо и не мог точно припомнить, когда это навязчивое желание им овладело, и еще более туманным было воспоминание, когда он возжелал в коллекцию вторую душу бога, завладев первой. Находясь в состоянии предвкушения, Шон с наслаждением вдыхал осенний воздух. Он чувствовал, что скоро получит то чего так сильно желает. Ведь почти вся работа позади, осталось лишь выждать время, а это было самой легкой частью плана.

Шон открыл стеклянную дверцу за которой хранились все его труды. Каждый из кристаллов лежал отдельно друг от друга, помещенный в выемку четко подогнанную под размер камня. Вся панель, на которой расположены души оббита темно-красным бархатом. Демонолог наклонился и с самого нижнего ряда взял огромный черный камень. Его размеры поистине впечатляли, многочисленные грани казалось доведённые до идеала, лучшим ювелиром, переламывались, отражая падающий на него лунный свет. Шон стрепетом установил камень, на маленькую подставку на подоконнике, и взяв стул сел рядом. Наблюдая как в до блеска отполированных гранях преломляется отражение луны. Ее цвет поменялся внутри камня, луна имела бледно багровый окрас.

- А я ведь помню тот день, когда впервые тебе помолился - нервно сказал Шон глядя на кристалл.

Его голос был строгим и озлобленным. Он обращался к душе будучи уверенным что произнесенные слова проникают вглубь камня.

- Тебе наверно одиноко на полке одной? Это нечего, подожди чуть-чуть Криморрия, и твоя семья к тебе присоединится, украшая мою коллекцию, осталось совсем немного подождать, и я получу желаемое, я проделал долгий путь и много работы уже позади. Шон презрительно рассмеялся - готов поспорить, что вы даже не представляли, что ничтожества которых вы создали, и чьими молитвами вы питаетесь, рано или поздно возьмут над вами в верх. Еще немного времени, и я стану обладателем ваших миров, я... я стану Богом.

Ярко выраженный восторг в собственном голосе заставил Шона испытывать неописуемое удовольствие, чувство предвкушения имело невероятно сладкий привкус.

Аринуэль и Турвехольд сойдутся в битве, в результате которой будет проигравший и измученный, истративший все силы победитель, вот тогда Шон и воспользуется душой Криморрии...