Дракон и ведьма

Глава 7. В поисках русалки

Год назад, сразу после исчезновения Лили, Ирис и Изольды Карповны, были подняты «все городские и лесные силы», как любил говорить стражник Булат Арабей. Через неделю активных действий стало очевидно, что поиски затянутся на неопределенное время. Феникс это понимал и смирился с обстоятельствами. Его страшило только одно. Он боялся, что Лиля и Ирис погибли.

Драконы сразу предположили, что смытые дождем женщины и девочка являются русалками, о чем свидетельствовала горстка рыбьей чешуи. Но как найти поток воды, в который они превратились? Да и возможна ли такая трансформация? На эти вопросы ответов не было.

— Знаю точно, что водяной может превращаться в рыбу, селезня и воду, — рассказал тогда хранитель Левон Гавран.

— В рыбу и птицу — это понятно. Но в воду? Наиболее вероятно, что он превращается в какую-нибудь нерастворимую жидкость, как масло или нефть, — предположил лекарь Гордей Морган.

— В самую обычную воду, — возразил Левон. — В таком случае озеро или река становятся единым огромным водяным. Именно так он устраивает шторм или наводнение.

— Еще скажи, цунами, — не поверил Булат.

Левон с сердитым видом вышел из гостиной и вернулся с внушительной книгой, которую осторожно опустил перед стражником:

— Сам почитай.

Булат отодвинул от себя манускрипт и примиряюще сказал:

— Верю я тебе, верю. В старых книгах много чего написано. Только существа нынче совсем другие.

— Русалки — это не водяной, — заметил Феникс.

— Тут есть про них, — сказал Гордей, найдя нужную главу. — О, какая красавица, — показал он на рисунок прекрасной девы, сидящей на борту лодки. — О превращениях в воду ни слова.

Лекарь передал книгу Фениксу. Молодой дракон прочитал название — «Водная жизнь» — и стал медленно перелистывать толстые страницы с великолепными гравюрами. На них были изображены прекрасные нимфы-океаниды, наяды, лимнады, русалки, сирены, мужественные тритоны, лохматые водяные, ихтиокентавры, гиппокампы, запряженные в колесницы. О некоторых существах Феникс даже не подозревал.

— Не расстраивайся. Бывает так, что в книгах не найдешь самого главного, — сказал Амадиус.

— Здесь есть пустые страницы. Зачем они? — спросил Феникс.

— Их можно заполнить своими историями, — объяснил Левон.

— Я хотел бы написать про Лилю, — задумавшись, сказал Феникс.

— Отлично. Хорошая мысль. А я сделаю запись про рождение двойни от союза дракона и русалки. Это исторический факт, — поддержал его Гордей.

— От ученых книг толку мало. Нужно какую-нибудь русалку изловить и все выяснить, — предложил Булат.

— Давай-ка без грубости, — сказал Амадиус. — Не стоит никого пугать. Иначе поиски еще больше осложнятся.

— Ну спросить-то надо, — объяснил стражник.

— Для этого ловить не нужно. У нас в лесу одна смышленая русалка трактир держит. Лобастой зовут. Мы к ней с Фениксом ходили, когда наш полетный камень искали. Она еще на чудо-юдо указала, — вспомнил Гордей.

— Во баба, не побоялась такого злодея сдать, — гоготнул Булат. — Она расскажет еще и не такое.

— Других не знаю, — усмехнулся лекарь.

— Русалки живут в сероводородном озере в Дохлом ущелье. Мы видели их с Генрихом во время нашего похода в Скрытое Трехгорье, — сказал Феникс.

— Это далеко. А вот Лобасту навестить стоит. Сходи-ка туда сам. Дорогу ты знаешь. Развеешься, а может, и выведаешь что-нибудь, — заключил Амадиус.

Получив задание, молодой дракон отправился в лес. К тому времени он уже хорошо изучил окрестности, прилегающие к острову Прилета, и познакомился с лесными жителями. Они иногда хворали и нуждались в помощи драконов-лекарей.

Накануне выпал первый, еще редкий снег, слегка припорошив давно опавшую, сбившуюся в плотную подушку листву. В лесу пахло глухой осенью и было очень тихо — ни птиц, ни мошек, ни зверей. Феникс быстро нашел приметную поваленную осину у болота, на которой они часто отдыхали с Гордеем, вдыхая тяжелый, дурманящий запах трав и сырости.

Оттуда он уверенно двинулся в глубь леса, через высокий ельник, затем через бурелом и густой подлесок. Примерно через час вышел на полянку, где год назад стоял трактир «У дороги на Москву», в котором хозяйничала Лобаста. В нем молодой дракон ел пшенную кашу с луком и пил самогонку.

Избушки на полянке не оказалось. Феникс был уверен, что не ошибся с местом. Но она могла переместиться и в другое, ноги у нее имелись. «Надо вокруг поискать. Если не найду, Аука позову», — спокойно рассуждал Феникс. Такие загвоздки на фоне личных невзгод его не смущали.

Перед дальнейшими поисками он решил обсушиться и перекусить. Собрал дровишек побольше, дыхнул огнем. Ветки загорелись сразу, резво и весело. Дракон присел рядом, достал припасенный кусок мяса с хлебом. От мокрой одежды повалил густой пар.

Не прошло и четверти часа, как с другой стороны послышались тяжелые шаги. На поляну ввалилась избушка на курьих ножках. «Гулять, видно, ходила. Хорошо, что искать не пришлось», — подумал Феникс, поднимаясь и собирая свои вещи.

Избушка остановилась, постояла немного, а потом развернулась и ломанулась через ельник. «Да что ж такое! — расстроился Феникс. — Стой, стой!» — закричал он, бросаясь в погоню.

Тогда они побегали по лесу порядочно. Избушка оказалась удивительно шустрой. Феникс еле поспевал за ней. Она неслась напролом через бурелом, при этом не ломая веток и ловко перепрыгивая через препятствия. Деревья раздвигались перед ней и тут же сдвигались, преграждая путь Фениксу. Наконец она устала, остановилась и затихла. Молодой дракон, чуть отдышавшись, подошел поближе и проговорил:

— Избушка-избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом.

Она послушалась. Никаких надписей на ней не было, ни о том, что это трактир, ни о том, что он у дороги на Москву. «Обознался», — расстроился Феникс.

Дверь избушки скрипнула, и оттуда на крыльцо выскочила худая, горбатенькая старушка с морщинистым лицом, висящим до подбородка бугристым носом и злыми навыкат черными глазками под красными короткими веками без ресниц. Одета она была в длинную цветастую юбку и телогрейку.