Дочь вампира

Глава XV. Весёленькая ночка

Должен признаться, спокойствие, которое я продемонстрировал Насте, отчасти было напускным. Я не настолько глуп, чтобы недооценить противника. Меня, например, очень беспокоила личность таинственного вожака болотовских вурдалаков. Я не только пока не знал, где находится его могила, но не имел ни малейшего представления о том, где её следует искать.
История попадьи не придавала мне бодрости. Представьте себе прелесть перспективы обшаривать все болотовские дома в поисках скрытых под полами могил! А кроме домов ещё есть сараи, коровники, овины… Нет, столь масштабное мышление не могло добавить мне энтузиазма. Поэтому я опять решил положиться на волю случая.
В первую очередь я проверил надёжность всех заранее подготовленных систем, которые должны лишить нападавших ряда преимуществ. Затем я укрепил сам дом: на сей раз кроме алхимических свечей и магического круга я использовал ещё и некий порошок, изготовленный по рецепту Вольфрама фон Аушвица, давно забытого неблагодарными потомками борца со всякой нечистью.
Я не решился оставлять в лендровере Патрика. Эту ночь ему надлежало провести со мною в доме, а вот Корвину предстояло одному следить за подворьем, а возможно, и биться в чистом поле.
Вместе с сэром Галахадом я ещё раз обошёл весь дом и остался вполне удовлетворён поведением кота. Сэр Галахад подтвердил мою уверенность в том, что теперь дом действительно стал крепостью. Оставалось ждать.
Пока догорала вечерняя заря, я курил, потом грыз орехи, а когда ночная тьма накрыла Болотово, я поднялся на чердак, предварительно наказав Патрику соблюдать спокойствие и ничего не предпринимать без моей команды. Сэр Галахад последовал за мной. Мой кот, как всегда, полагал, что без его присмотра я непременно что-нибудь напутаю.
Волчий вой раздался внезапно, к тому же очень близко от дома. Я взглянул на часы: до полуночи ещё оставалось более часа. Вооружившись прибором ночного видения, я подошёл к слуховому окну, выходящему в сторону леса, внимательно осмотрел подворье. Несколько здоровенных волков сидело на дворе и, задрав к звёздному небу морды, выли. Я слышал, как постепенно в этом вое нарастали угрожающие нотки.

Что ж! Пусть попоют прежде, чем я заставлю их сплясать. Я взял арбалет, заряженный хорошей осиновой стрелой, и бесшумно отворил предварительно смазанное слуховое окно. Ночь была достаточно светлой, но я не отказался от прибора ночного видения. Первый выстрел должен был быть точным. Некоторое время я размышлял над выбором жертвы. Один из волков показался особенно нахальным. К тому же он сидел как нельзя лучше, прямо-таки напрашивался на прицельный выстрел в сердце. Задержав дыхание, я нажал на спусковой крючок. Тихо щёлкнул замок, взвизгнула тетива, и я увидел, как один из волков, обмякнув, упал мордой вниз.
На ощупь взводя воротом арбалет, я следил за происходящим. Дрожь пробежала по телу сражённого осиновой стрелой волка, оно стало вытягиваться, а через мгновение на его месте лежал труп худого мужика, уткнувшегося лицом в землю. Omen bonum (Добрый знак, лат.).
Волчий вой стих. Волколаки уставились на мёртвого собрата, не понимая происходящего. Может быть, они наивно ждали безопасных для них ружейных выстрелов или безумной контратаки, вроде той, которую предпринял капитан Миронов со товарищи при осаде Белогорской крепости. Кто знает? Но они явно оказались не готовы к изящным осиновым кольям, поражающим на весьма приличном расстоянии.
Воспользовавшись их замешательством, я сделал ещё один выстрел. Но удача отвернулась от меня. То ли, увлечённый происходящим, я поторопился, то ли дёрнулся волколак, в которого я целился, но истошный визг сообщил мне, что стрела прошла мимо сердца. Волколак завертелся на месте, как щенок, ловящий свой хвост, а затем, припав на брюхо, начал отползать к лесу.
Ругаясь на себя за промах, я перезаряжал арбалет. Шипение сэра Галахада заставило меня насторожиться. Приглядевшись, я увидел, как от леса отделилось несколько теней. Группа людей, пригибаясь к земле, подбежали к убитому мною волколаку, подхватили его и унесли в сторону.
Осада велась по всем правилам военного искусства. Нападавшие располагались в два эшелона: впереди – волколаки, за ними – вампиры, те самые, чьи могилы до сих пор остались скрытыми невесть где и более всего тревожили меня. Такое грамотное ведение боевых действий заставляло предполагать использование обходных манёвров.
И в самом деле, трое волколаков, вздыбив шерсть, бросились вокруг дома, сдерживаемые от прямого нападения лишь магическим кругом, да постепенно разгорающимися алхимическими свечами. Внизу глухо заворчал Патрик, выражая своё возмущение тем, что его держат так долго в резерве. Я закрыл слуховое окно, перебрался на другую сторону чердака. Здесь тоже имелось слуховое окно, сквозь которое я увидел волколаков, ищущих слабое место в моих заграждениях. Увлечённые своим занятием, они пропустили мой выстрел: ещё один оборотень вынужден был пройти печальную процедуру окончательного перевоплощения.
Тревожный зов сэра Галахада заставил меня метнуться на первоначальную позицию. Вначале я не понял причин его беспокойства. Но кот раздражённо орал, упрекая меня за бестолковость. Наконец я понял, что привлекло его внимание. Две огромные тени бились у слухового окна. Что же, противник воспользовался поддержкой с воздуха.

Гаденько улыбнувшись, я щёлкнул тумблером: яркий свет залил подворье. Два привезённых мною компактных, но мощных аккумулятора давали питание расположенным на крыше прожекторам с лендровера. Одновременно включились фары самого автомобиля. Вспышка света заставила нападавших смять свои ряды и заметаться. Реверсом я приглушил прожектора, оставив достаточно освещения для боевых действий. На мой свист мгновенно отозвался Корвин, спикировавший сверху на одну из беспомощно хлопавших крыльями перед слуховым окном летучих мышей. Саданув её своим мощным клювом прямо в голову, он попытался схватить её когтями, но тварь, разом потяжелев, рухнула вниз, в падении меняя форму.
Этому вампиру сильно не повезло. Он упал на одну из приготовленных мною ловушек. Я судорожно шептал магическую формулу, пока он, оглушённый, медленно поднимался с земли. К счастью, я успел. Порошок достойного магистра фон Аушвица вспыхнул зеленовато-жёлтым огнём, а его пламя мгновенно охватило тело поднимающегося с земли упыря. Тот страшно закричал и вновь упал, пытаясь сбить пламя. Наивный! Сначала следовало отойти в сторону. Он улёгся как раз туда, где совсем недавно я, не жалея, сыпал это адское зелье!
Тем временем продолжалась борьба за превосходство в воздухе. Корвин, ошеломлённый странным поведением своей жертвы и последовавшим за этим фейерверком, на какое-то время растерялся. Вторая летучая мышь, воспользовавшись этим, попыталась скрыться в спасительной темноте леса. Но, как всем известно, летучие мыши летают медленно. Ворон, справившись с замешательством, взмыл в звёздное небо и у самой кромки леса пошёл в атаку unquibus etroqto (клювом и когтями, лат.). Второе тело упало на землю. Увы! Там не было порошка мейстера Вольфрама, не подвернулся упавшему вампиру и осиновый кол! Ковыляя, поверженный упырь скрылся в лесу.