10 дней до осознания ( бывшее Приворот)

Глава 23. Решение

Вернувшись в палату, я не смогла заснуть и мерила комнату шагами. Рунина я не оставлю, чтобы он не говорил, но навещать его больше не стоит, по крайней мере пока. Как бы мне не хотелось проводить каждую минуту жизни рядом с ним, сейчас нужно забыть о себе и о своих желаниях, и думать о нем. Сейчас Рунину нужны спокойствие и отдых, чтобы скорей пойти на поправку. А мое присутствие на него плохо влияло. Аппарат так пищал, а кривая пульса так повысилась, что теперь я боялась вызвать своим присутствием ухудшение его состояния.

До утра я сидела в интернете и читала все, что касалось состояния Рунина, чтобы быть готовой ко всему. Часто упоминалась депрессия, и как важна поддержка близких.

Родители, как всегда появились в разрешенное для посещений время.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил папа, усаживаясь на кровать рядом со мной.

- Сердце болит, - вырвалось у меня.

У меня действительно болело в груди, но я говорила о той боли, которую не смогли бы выявить анализы и осмотр врача, и нельзя облегчить никакими таблетками.

Казалось, они поняли это, потому что папа тяжело вздохнул, а мама, прижав руки к груди, отвела взгляд заблестевших от слез глаз.

Мне так хотелось им о многом рассказать, поделиться переживаниями и покаяться за все глупости, повлекшие трагические события. Но когда-нибудь потом, позже. Я была еще не готова – не хватало смелости.

- Милая, мы разговаривали с твоим лечащим врачом, - заговорила мама после долгого молчания, поглаживая меня по голове. – Анализы хорошие и тебе можно ехать домой.

- Что? – я резко привстала, отчего в груди заболело и стало трудно дышать.

Мне нельзя домой! Здесь я хотя бы могла подслушать разговоры о состоянии Рунина, а сидя дома ничего не смогу узнать. Никто не захочет рассказать мне, как у него дела.

- Главное соблюдать постельный режим и следить, чтобы повязка хорошо фиксировала ребра, - пояснил папа, видимо решив, что я разволновалась из-за своего здоровья.

- Я еще не готова ехать домой! – с отчаянием проговорила я, глядя с мольбой на родителей.

Они переглянулись, затем папа едва заметно кивнул, отвечая на мамин немой вопрос.

- Хорошо милая, мы попросим еще пару для тебя.

Я протянула руки и тепло обняла сначала маму, потом папу. Они поняли, почему я не хотела ехать домой. И была благодарна, за то, что не стали отговаривать или задавать лишних вопросов, а просто уступили мне.

Когда они отошли на поиски врача, чтобы попросить мне остаться в больнице еще на несколько дней, я вышла из палаты и направилась к семнадцатой. Прячась за поворотом, к сожалению я не увидела Рунина, но зато заметила толпу гостей. Хорошо, что так много людей его навещало, показывая тем самым, как он всем важен.

Внезапно из палаты вышла Свирина, чтобы поговорить по мобильному, и я отступила на шаг за поворот, чтобы остаться незамеченной. Когда я увидела её вчера, то не стала заострять на этом внимание, решив, что это акт вежливости и ничего более. Но она пришла и сегодня… Возможно они с Руниным помирились? От нахлынувшей ревности я сжала кулаки и закрыла глаза. Нужно успокоиться. Мои чувства сейчас не важны. Если её приход хоть как-то улучшал состояние Рунина, то пусть хоть ночует в больнице.

Выждав несколько минут, я выглянула из-за поворота и отпрянула назад. Свирина меня заметила! В неприятных чувствах я поскорей пошла к себе, надеясь на то, что она ничего не расскажет Рунину и тем самым не расстроит его.

Родители еще не вернулись. Из-за быстрой ходьбы, в груди больно сдавило, и я старалась найти удобное положение, чтобы нормально вздохнуть.

- Так случается с каждым, кто осмелится перейти мне дорогу, - насмешливым тоном произнесла Свирина, стоя в дверях.

Мне нечего было ей ответить, и поэтому я отвернулась, пытаясь восстановить дыхание.

- Если бы ты не влезла между мной и Кирей, ничего бы этого не случилось, - в её голосе отчетливо слышалось ликование.

Я с недоумением посмотрела на неё – может показалось? Как можно радоваться, когда Рунин чуть не погиб?! Свирина походкой от бедра прошла в палату и осмотрелась.

- Олег сомневался, что ты кинешься к нему после всего, но я оказалась права.

Новость о том, что Олег не собирался быть со мной, а все это проделки Свириной, меня не тронула. Я хотела на неё разозлиться, но не смогла. Выбор сделала я, и уже не важно, что именно она выманила меня на встречу.

- Как Кирилл? – не могла не спросить я. Может получится, выудить из неё хоть крупицу информации.

Свирина явно ожидая от меня другой реакции, не могла скрыть разочарования. Победа не так сладка, когда побежденный не рвал волосы на голове.

- Как он держится? – продолжала допытываться я.

- Обычно, - с раздражением сказала она. – Я не психолог, чтобы копаться у него в голове.

- Какое у него настроение? – спросила я, не обращая внимание на её ответ.

- Вот сама и следи за его настроением. А я уезжаю, так что можешь оставить Кирю себе, - произнесла она.

Я с недоверием уставилась на неё. Не верилось в такую внезапную доброту. С чего вдруг она решила оставить нас в покое? Может что-то задумала?

- И ты больше не будешь нам мешать? - все же уточнила я.

- Делать мне больше нечего? – со смешком переспросила она и направилась к выходу.

- Но почему вдруг?

Свирина остановилась в дверях и обернулась.

- Потому что таким он мне не нужен, - скривилась она.

На мгновение я опешила из-за её ответа. Она же так сильно хотела вернуть Рунина, что ни перед чем не остановилась, а теперь выяснилось, что ею двигала не любовь, которую можно было понять, а вообще неизвестно что. Месть, из-за того, что Рунин посмел с ней расстаться? Задетое самолюбие, из-за того, что выбрали не её? Тщеславие, из-за потерянной популярности, которую давал ей статус девушки Рунина? Ради чего она сыграла на моей слепой одержимостью Олегом?