Хейлика

Ч. 6 Гл. 3

Глава 3

Однако и последующие дни были для Эрри не безоблачными. Она со своей подругой Серебриной вели себя так, что Хейлике пришлось обратиться к их родителям. Лорда Этторна все дружно решили не тревожить, поэтому в кабинет Хейлики были приглашены королева Эледия и леди Фиолента с мужем.

- Мои старания бессильны, - строго начала Хейлика с укором глядя на потупившихся девочек, - поэтому мне пришлось обратиться к вашим родителям, чтобы они помогли мне воздействовать на вас. - Девочки не отвечали, чувствуя свою вину, но из духа противоречия, наотрез отказывались ее признавать. В глаза родителей они смотреть не решались, предпочитая разглядывать паркет пола. - Сначала я хочу поговорить о Серебрине, - продолжила Хейлика, обращаясь к леди Фиоленте. Высокомерная первая Статс-дама королевы, как-то растерянно заморгала глазами, и почти с испугом посмотрела на дочь. Серебрина всем своим видом выражала пренебрежение и к словам Хейлики, и к реакции мамы, демонстративно отвернувшись к окну.

-Видите ли, - продолжила Хейлика, - она где-то нашла дохлую крысу, принесла ее в лагерь. Потом за хвост крутила ее над головой, и даже пыталась засунуть под подушку одному мальчику. Я считаю такое поведение недопустимым!

- Серебрина, - слегка заикаясь, прошептала леди Фиолента, - ты брала дохлую крысу руками?

-Я завернула ее в лист лопуха! - быстро ответила Серебрина, считая, что ее слова успокоят маму, вот только почему-то, от этих слов, леди Фиолента схватила мужа за руку и судорожно сжала ее. Главной обязанностью леди Фиоленты, в качестве первой Статс-дамы, было следить за точным исполнением Дворцового этикета, себя она считала эталоном утонченности и элегантности. Любое, даже самое мелкое нарушение, как, например, неправильный выбор букета в вазе, или неправильный выбор цветка к платью или прическе, рассматривались ею, словно преступление. Леди Фиоленту боялись все (в том числе и сама Хейлика в далекой юности). Рождение девочки, леди Фиолента сначала восприняла, как дар небес. Будет, кому передать все свои знания. И какое же страшное разочарование ожидало ее. Серебрина была кошмаром, и вот новое подтверждение этому.

- Но зачем, ты брала ее? - голос леди Фиоленты перешел в прерывистый шепот.

- Я хотела напугать Конрада. Он боится дохлых крыс! Тоже мне будущий воин, - презрительно ответила Серебрина. – Я, например, вообще не боюсь ни дохлых, ни живых!

- Хорошо, что ты не боишься, - вмешалась в разговор Хейлика, - но ты наверно забыла, как эта крыса воняла!

- А я не виновата, что она уже давно сдохла и другой, не вонючей, не было! – привела Серебрина аргумент в свою защиту, после этого она снова отвернулась к окну, обиженная на весь мир, тихо бубня что-то себе под нос, видимо упрекая всех, в несправедливом к ней отношении.

- Леди Фиолента, - снова обратилась Хейлика к даме, - я вообще-то хотела вас спросить, зачем вы этому, научили свою дочь?

- Че-е-ему этому? – Снова заикнулась леди Фиолента.

- Когда я отобрала крысу у Серебрины, я спросила ее, тебя родители научили таскать дохлых крыс? Она ответила, что да!

В эту секунду, леди Фиолента тяжело откинулась на спинку кресла, в котором сидела (что было просто недопустимым для леди ее положения), скорее всего, если бы она в этот момент стояла, то рухнула бы на пол. Хейлика еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться, так и надо, этой леди Фиоленте, в свое время она немало попила кровушки у Хейлики, пусть получает по носу за свою дочку.

- Хейлика, - вмешался отец Серебрины, - ты же хорошо понимаешь, что мы не могли научить Серебрину такому! Хватит издеваться!

- Что ж, теперь, Эрри, - согласилась со словами мужчины Хейлика и перешла к обсуждению поведения другой девочки, Эледия слегка вздрогнула.

- Родители не учили меня бросаться лошадиными какашками, - предваряя будущее дознание, и учитывая предыдущий допрос, быстро выкрикнула Эрри и густо покраснела.

-Тогда объясни, зачем ты ими бросалась в мальчиков? - уже на грани истерики, от едва сдерживаемого смеха, и с трудом сохраняя строгий вид, спросила Хейлика.

-Если бы я в них стала бросаться камнями, то покалечила бы кого-нибудь, и меня снова посадили бы в карцер! А в карцер я больше не хочу! – вызывающе ответила Эрри и, сочтя свои аргументы весьма убедительными, обвела всех торжествующим взглядом. Но Хейлика не сдавалась, желая, во что бы то достучаться до ее сознания.

- Эрри, - вкрадчиво спросила она, - а тебе бы понравилось, если бы мальчики стали кидать в тебя вонючими лошадиными какашками?

- Еще чего?! – возмутилась Эрри.

- А почему нет? – удивилась Хейлика. – Ты кидаешь в них, а они - в тебя!

- Нет, они не могут так сделать! – убежденно сказала Эрри.

- Это еще почему? – повторно удивилась Хейлика, совершенно не понимая логики девочки.

- Да потому что леди Фиолента сказала, что мальчики не имеют права ни бить, ни обижать, ни оскорблять девочек! Они должны только помогать им, заботиться о них и восхищаться ими! – в полном восторге от таких перспектив, объяснила Эрри. Хейлика на секунду опешила, потом, на всякий случай уточнила:

- Значит, леди Фиолента сказала, что мальчики не могут обижать девочек, и з этого ты сделала вывод, что девочки могут обижать мальчиков сколько им вздумается?! – Эрри, поняв, что ляпнула что-то лишнее, поджала губы, не желая отвечать на такой вопрос. Но Хейлика смотрела не на нее, а на леди Фиоленту, причем, смотрела так, что дама пролепетала побледневшими губами, пытаясь оправдаться:

- Я хотела, как лучше. Я хотела, чтобы мальчики с детства учились уважать девочек… - Еще немного побуравив леди Фиоленту взглядом, Хейлика обратилась к девочкам:

- Я сегодня же издам приказ по лагерю, в котором запрещается не только мальчикам бить и обижать девочек, но и девочкам, - грозно повысила голос Хейлика, - также запрещается бить, обижать и оскорблять мальчиков! Вы поняли?! – спросила Хейлика у Серебрины и Эрри. Девочки дружно кивнули головой.