Алекс Гротт. Седьмая Звезда

Глава 4, в которой Алекс узнает, что у него нет выбора

Алекс Гротт знал о слиянии не понаслышке: в Академии им читали целый курс про этот сложнейший кибернейронный процесс, который затрагивает мозг человека. Алекс достоверно знал, что здесь работа не одного гения, а сразу нескольких. Это сейчас нет ничего проще: нейроматрицу к виску или затылку - и коннект с кибермозгом корабля и вторым пилотом обеспечен. А когда-то и подумать о таких технологиях было страшно. Все изменилось, когда на одной из планет Империи обнаружили залежи сиквола – кристаллов, способных обеспечивать связь пилота с кораблем. Не стоило, правда, слиянием злоупотреблять – им пользовались для выполнения сложных маневров или при посадке.
Так как во время перелета мозг испытывает просто нечеловеческие нагрузки, строго рекомендуется парное слияние. Другими словами, кресло второго пилота не должно пустовать, иначе у первого произойдет «сгорание», и летать он больше не сможет.
Конечно, все зависит от индивидуальных способностей и переносимости таких нагрузок – некоторым вовсе слияние противопоказано.
В общем, процесс этот сложный, а когда рядом маячит сознание второго пилота, и вовсе малоприятный. А если еще и иметь с этим пилотом разногласия…
Покосившись на довольно субтильного Игната Никольского, который продержался в слиянии целых восемь часов, Алекс решил, что ничего невозможного нет.
Он решительно зажмурился, позволяя нейронной сети обеспечить коннект - связь с процессором корабля - проникая в мозг, отключая внешнее сознание.
На что похоже слияние? Алексу было бы сложно описать. Для него это всегда было пропастью без дна, в которую он мог падать бесконечно. Подсознательно он всегда боялся разбиться, но все же успевал вынырнуть, не достигнув этого мифического дна. Алекс понимал, что любые ощущения субъективны, конечно. Проверить не удастся - никто из пилотов не любит делиться подобным. Слишком личное.
Сегодня к обычной бездне еще добавился огонь. Это признаки присутствия второго сознания. Алекс не просто падал, он пытался увернуться от огня, напирающего со всех сторон. В какой-то момент он запаниковал и задергался, чего делать ни в коем случае нельзя.

Но огонь никак не реагировал на него, он словно стал тише, и теперь грозил не уничтожить, а только лишь согреть. Алексу показалось это странным, учитывая, кто за штурвалом.

Тем временем в пропасти появились звезды и очертания навигационной карты. Теперь Алекс был самим патрульником: корабль признал в нем пилота, и он мог двигаться дальше, подчиняясь воле командира корабля.
Алекс подумал, что все-таки слияние – это сильная штука, серьезно действующая на сознание. Кто один раз попробовал себя в летном деле, навсегда останется к нему привязан. По-другому никак.
Внезапно он ощутил присутствие Тимьяна, увидел его.
Он представился Алексу яркой звездой, вспышкой, силой в чистом виде. Он испытал настоящее восхищение и… полнял, что испытывал уже такое, когда учился еще на первом курсе в Академии.
Воспоминание затопило сознание, и Алекс чуть не потерял слияние, но все же сумел вынырнуть и остаться в строю. Давно не летал, потерял главный навык - не отвлекаться на посторонние раздражители и воспоминания.
Часа три спустя, когда Алекс уже начал ощущать некоторую усталость, корабль дрогнул, откликаясь на гравитационную сеть, в поле действие которой попал. Они находились возле планеты Родос, как сообщил навигатор, в отдаленном секторе Империи. Именно рядом с этой планетой находилась главная арена Седьмой Звезды. Алексу от этого было жутковато.
Но его напарник по полету не испытывал никаких неудобств по этому поводу, его настроение было все таким же радужным: он предвкушал что-то Алексу неведомое, и, естественно, тот не мог не чувствовать отголоски его эмоций.
- Гедеон Три, это Арчи, я на месте, - отрапортовал Артур, и его голос показался Алексу далеким и глухим - он слишком сильно погрузился в управление кораблем.

Голос Тимьяна отрезвил, дал сигнал к действию, и Алекс принялся аккуратно выныривать.
- Как слышите меня, Гедеон Три, это Арчи, прошу посадки.
Корабль завис в гравитационном поле планеты и более не нуждался в слиянии, поэтому Алекс разорвал коннект, надеясь, что будет первым и, может, сможет обезвредить Тимьяна. Сознание рисовало героические картинки с его, Алекса, участием, вплоть до награждения в самой императорской резиденции. Это тоже побочный эффект слияния – фантазировать пилот начинает много и красочно.
Алекс, конечно, ошибался. Впоследствии он бы и сам рассмеялся над подобными мыслями: решить, что можно застать Тьму врасплох - нет, ну не идиот ли?.. Но тогда Алекс плохо знал его, и подобное виделось ему вполне реальным.
Артур сидел в своем кресле, и на его лице застыло озабоченное выражение. Он был чем-то сильно недоволен.
- Не отвечают? - спросил Алекс с сарказмом.
- Это выделенная линия, - пояснил Тимьян, как будто его пояснение имело для Алекса значение, - Гедеон. Слыхал?
Алекс и правда «слыхал» про эту пиратскую сеть.
- Гедеон – это мифическая сеть. Ею пользуются пираты. По неподтвержденным данным, - сказал Алекс скучным голосом, поняв, что затея с обезвреживанием смертника провалилась.
- Тринадцатого в пятницу, - в тон ему ответил Тимьян и вдруг в голос расхохотался. - Мифическая, надо же… Этому вас в Академии учили?
- Меня учили тому же, чему и тебя, - сказал Алекс зло, - я узнал тебя, Артур, и то, что ты просрал весь свой талант, говорит только о полной умственной деградации.
Тимьян изменялся в лице, вся смешливость сошла с него в одно мгновение, смотрел он теперь на Алекса сурово и даже строго:
- Мне все равно, кем ты там был, лейтенант, и при каких обстоятельствах мы вели тренировочный кораблик. Абсолютно наплевать. Важно, кем ты стал. А ты звезд с неба не хватаешь и радуешься куску хлеба за то, что сторожишь несчастных, неугодных Империи людей. Впрочем, дело твое, на карьере твоей итак большой и жирный крест. А вот что касается Гедеона – это вполне реальная сеть, и по ней вам читали курс в Академии. Но твоим надзирательским мозгам вовсе необязательно помнить об этом, так? Ты смешон.
- Никто не мог взломать эту сеть. Ни разу, - Алекс решил не реагировать на тимьяновский выпад, что автоматически позволило сомневаться в реальности Гедеона.
- Н-да…- задумчиво сказал Артур, - измельчала Академия нынче, если не знает, что сеть существует. Доступ не у всех, естественно. И уж поверь, информация никогда не сливалась только по одной причине – обратной дороги для пирата нет. И нарушение Кодекса Братства карается очень и очень жестоко. Ваши койки с ремнями – постель с периной, по сравнению с этими наказаниями.
Во всем это разговоре Алексу отчаянно не нравилось только одно – Тиимьян рассказывал это ему, а если информация никогда не сливалась, то…
- Ты меня убьешь, - шепнул он обреченно. Алекс ощутил себя так, будто из тела разом вышибли дух. Стало мерзко и холодно, кожа покрылась противными мурашками. Умирать Алекс не хотел.
- Еще не решил, - лениво сказал Артур и, порывшись у себя в карманах летной куртки, которую нацепил прямо на тюремный комбинезон, вытащил недожёванныйграс.
- Гедеон Три, это Арчи, отвечайте, черт бы вас побрал!
Сеть не давала никакого отклика.
Алекс даже успел позлорадствовать, видя растерянного и злого Тимьяна, но не успел насладиться зрелищем в полной мере.
- Там никого нет, Артур, - тихим голосом возвестил Никольский, заходя в рубку. Алекс вдруг с радостью осознал, что принц не связан. Ни руки, ни ноги, вообще ничего, сковывающего его движений. Алекс подумал, что стоит Игнату проявить хоть каплю сноровки – они спасены.
Но Никольский не собирался никого спасать. Он стоял позади кресла Тьмы и внимательно всматривался в сетевой код на визоре перед ним.
В сетевом коде Алекс не понимал практически ничего.
- Этим каналом не пользовались уже пару недель, - добавил Игнат безжизненным тоном.
Артур грязно и витиевато выругался и попытался стукнуть кулаком по визору. Ощутимого ущерба это не принесло, так как все данные выводились на виртуальный экран, и стучать по такому – занятие весьма непродуктивное.