Обжигаясь о платину

Глава 64. Противоположности

Еще минут пять Алиса не могла осознать реальность произошедшего.

Она вернулась?! Так скоро?! Но ведь дождь только-только начал идти!

Вероятно, картина заранее знала, что эти капли будут смертоносны для пойзена.

Картина умнее их. Намного умнее.

Алиса обернулась.

Федька позади стоял с выражением какой-то детской нелепой обиды. Джинсы его были по-прежнему дизайнерски разорваны, и не осталось и следа от стараний Флорики.

Алиса полностью разделяла чувства друга.

Именно так же обидно ей было после ухода из второго мира...

- Какой в этом был смысл?! - вскричал внезапно Федя. - Для чего? Для чего создавался третий мир, для чего нам нужно было туда попадать? Мы ведь и не сделали по сути ничего! Только...

- Только побудили великанов сковать огромную чашу, натаскали туда воды, испарили оттуда всю влагу, из слепящих камней изготовили гигантского идола и потом его же и разрушили. Обежали все селения, дали людям настойку, каждому многократно готовили есть и убирали избу. Да, ничего существенного мы не сделали. Так, по мелочам...

Алиса ловко поднялась с пола и подошла к пыльной книге.

"Иван и Людмила" - так нарекалась книга. И внизу, разумеется, традиционная подпись "Книга".

- Этот мир потребовал сильной смекалки и огромных усилий, - бормотала Алиса, листая том. - Смогли бы мы все это сделать в одиннадцать лет? Я думаю, что нет.

Удивительно! Книга оказалась любовной повестью! Писалось в ней о чувствах двух молодых людей - столяре Иване и прекрасной девушке, которая работала у него по хозяйству - готовила еду и убирала дом. Повесть говорила о небесных и прекрасных чувствах, прогулках по лесу, встречах заката...

Это про Ваньку и Люську?!

Насколько же велика сила пойзена!

- Там есть о Флорике? - взволнованно спросил Федор, приблизившись к книге.

- Только из фразы ее отца: "Садись, Ванек, сейчас тебе моя доча чаю нальет. Флорика, подь сюда!". Все. Больше о ней нигде не упоминается... кажется.

Федор всплеснул руками.

- Я поражен, - тихо произнес он. - Даже и не главный герой... Вскользь упомянутый персонаж может ожить! Это... безумие... Это противоречит законам физики!

Алиса издала смешок.

- Пойдем-ка отсюда, физик ты наш. Оставим эту комнату еще на некоторое время. Пусть она отдохнет. И мы отдохнем, наберемся сил... станем взрослее. Мудрее. Кто знает, что ждет нас в мире четвертом...

***

Сам его облик вгонял Алису в необъяснимое смущение.

Она не знала, что ему говорить. Не знала, с чего начать диалог и какие темы ему вообще интересны. Он действительно был для нее чужой.

Разница в сферах, в возрасте (даже с Мироном она такой возрастной пропасти не ощущала, напротив - бывший гувернер казался Алисе ее сверстником, ибо только он ее и понимал).

- Здравствуй, - неловко начала Алиса и в смятении опустила взгляд.

На нем была порванная в локтях запачканная дегтем рубаха, дырявые в районе колен свободные черные треники (тоже писк моды?).

Он подкручивал колесо старому полуразвалившемуся мотоциклу.

- Юр, я тебя попросить хотела... - Алиса теребила рукава свитера. - Ты не мог бы меня до перрона подбросить?

Юрик бросил короткий взгляд на девушку и продолжил ковыряться в мотоцикле.

- Свалить куда решила? - усмехнулся парень, даже не глядя в ее сторону.

Алиса вздохнула.

- Мне нужно Мирона встретить, он сегодня с лыжной базы возвращается.

Юрик поднялся, почесал замаранной в нефти рукой бритый затылок и сплюнул.

- Ну ничего не понимаю, - горестно вздохнул он, вставив в зубы сигарету и чиркнув зажигалкой. - Чего он у меня барахлит-то так? Вроде все с ним нормально, не сломан. А барахлит, как трактор!

Юрик задумчиво затянулся табаком, взглядом оценивая состояние мотоцикла.

Алиса не одобряла его пристрастие к сигаретам, поэтому невольно отступила на шаг.

- Заканчивал бы ты с этим, - кашлянув, сказала девушка и замахала перед своим лицом ладонью.

- С чем? - не понял Юрик и нахмурился.

- С табаком. Тебе, наверное, многие это говорят. Вся эта дрянь... она образует зависимость. Она портит людей, только человек этого не осознает. И понимает лишь тогда, когда становится слишком поздно что-либо исправить.

Юрик обидно рассмеялся и демонстративно пустил дым прямо в лицо Алисе.

Она закашлялась. Переносить запах девушка не могла, ее сразу начинало тошнить.

- Давай, дальше продолжай, - ухмыльнулся Юрик. - Че, аргументы кончились? Сопля зеленая еще, а туда же! Старших поучает. У меня-то побольше тебя опыту будет. И какого вдруг черта тебя колышет мое здоровье?

Алиса поджала губы.

- Человек не должен быть эгоистом! - выпалила она.

- Как раз-таки эгоизм - самая лучшая черта. А вот отзывчивость и тому подобная чушь портят человека и мешают ему жить. Только ты кому поможешь - а тебе на шею сядут и ноги свесят. Тьфу ты!

Юрик потушил сигарету, завел мотоцикл. Вновь почесал затылок и заглушил опять.

- Слышала теперь? - озадаченно спросил он. - Вот чего он так тарахтит? Раньше ведь спокойно работал. Надо бы Вовчику его показать, он во всей этой технике прямо четенько шарит.

- Может, сломался? - неуверенно предположила Алиса.

Где его романтика? Где воображаемые девушкой танцы под луной? Где букеты роз, которые гарантировал от Юрика Федор?

Неужели человека и вправду может интересовать только то, что его мотоцикл, видите ли, барахлит?

- Сломался? - хмыкнул парень. - Так заводится ж. И ездит. Вот только трещит...

Юрик снова завел двигатель и тут же заглушил. Для чего он вообще это делает?

Окно второго этажа вдруг распахнулось, и из него высунулась довольно-таки полная женщина лет тридцати с химией на голове.

- Опять ты со своим драндулетом возишься! - закричала она, размахивая руками. - И тыркает его, и тыркает, и тыркает, и тыркает... Когда ж он у тебя сдохнет-то?! Целый день тыркаешь!