Кощей

Глава 2.8. Океан

Вне времени...

- Теперь ты все знаешь, колдун, - Кощей тяжело вздохнул, и посмотрел в сторону.

Там, над холмами, омытыми серебристым дождем, радуга очертила цветастую дугу над тройкой коней-облаков и, казалось слуху, что там, в бескрайней вышине щелкает кнут и звенят колокольца. Луговой клевер сверкал жемчугом росы в робких лучах солнца, цветы раскрывали лепестки, роняя на землю дрожащие холодные капли. Не беда, что дорога хлюпала грязью под копытами лошадей – трудный путь подходил к концу.

- Да уж, - пробормотал Тарх, когда всадники въехали в дубовый лес, - я и представить не мог, что окажусь в такой передряге. Но, коли взглянуть иначе – в этом, наверно, и состоит жизнь: в борьбе, утратах и победах. Жаль, что годы пролетают как сон. Вот у тебя так бывало: просыпаешься с утра, понимаешь – снилось чего-то, а чего снилось - вспомнить не можешь? Только муть какая-то на душе. Было, Кощей?

Тот кивнул.

Тарх прихлопнул на лбу комара, плотнее запахнул медвежью шкуру – в лесной тени, под кронами, прозрачными ручьями растекался холод.

- Вот и я нынче проснулся, - продолжал он. - Умыл рожу росою, и подумал – а ведь уже двадцать годков минуло с того дня, как вся жизнь моя пошла наперекосяк. Нет, ты только подумай – это ж целая жизнь! Мне даже страшно на мгновение стало! Доченьке моей и восьми годков не было. Как же мало… Да и двадцать лет – много ль разве? Ты как думаешь, Кощей – после смерти люди рождаются вновь?

Черный всадник ответил не сразу, молчал некоторое время, улыбался и будто бы дивился красноречию, рвавшемуся из колдуна. Понимал: рыжего помаленьку отпускает напряжение вчерашнего боя, а это хорошо. Очень хорошо…

- Ты знаешь, Тарх, за свою жизнь я повидал множество людей – в прошлом, настоящем и даже в будущем. И в который раз убеждаюсь, что все они одинаковы: также внутри них борются добро со злом, также познают они и любовь, и предательство; также одни стремятся к власти, а иные к духовной высоте. Значит - то одни и те же люди, во все времена. Знать, одной жизни нам мало, чтобы исправить ошибки прошлого, сделаться лучше, обрести добрые помыслы, потому бог и отправляет наши души снова и снова на землю.

- А зачем становиться лучше, Кощей?

- Наверно, чтобы приблизиться к богу.

Тарх усмехнулся:

- Неужели ему так одиноко на небе, что он нуждается в друзьях?

- То мне неведомо, - задумчиво молвил Кощей. – Полагаю, дело в вечной борьбе добра со злом – каждая сторона старается привлечь на свою сторону как можно больше людских душ.

- А, - усмехнулся Тарх. – Тогда победитель очевиден - этим миром правит дьявол.

- Ну, не скажи, - неуверенно отозвался Кощей.

Долгое время ехали молча. Заросли то редели, открывая звериные тропы, то сгущались, окутывая путников тенью, пропитывая одежду липкой влагой.

Кощей вдруг натянул поводья, и конь встал под ним как вкопанный:

– Ты видишь дорогу, колдун?

Тарх посмотрел вперед, поморгал, и понял, что светящаяся полоска, оставленная стрелою, исчезла.

- Не иначе леший нас за нос водит.

- Ты знаешь, что делать.

Колдун вывернул медвежью шкуру наизнанку и снова накинул на плечи. В тот же миг показалась справа в кустах светящаяся полоска, указывающая верный путь.

- Ах, подлый старикан, - беззлобно захохотал Тарх. – Еще чуть-чуть, и увел бы нас в сторону. Надеюсь, другой нечисти мы более не повстречаем.

Долго ли, коротко, но ближе к сумеркам подъехали они к зловонному болоту. Светящаяся полоска исчезала где-то впереди, но далее пути не было.

- Здесь, - молвил Кощей.

Спешившись, обратил он свой взор в непроглядные заросли багульника и полусгнившего березняка. Медленно развел руки, зашептал заклинание. От слов его забурлило, закипело болото, заросли расползлись в разные стороны, образуя узкую просеку, вдоль которой, с шумом рассекая воздух, понеслось что-то прямо на Кощея. Тарх, не успев удивиться, разглядел какой-то темный комок и стрелу, вылетевшие из чащи быстрее ветра. Мгновение - и вот оба предмета уже в руках Кощея.

- Да, не повезло тебе с невестою, - с сочувствием молвил рыжий колдун, рассматривая безобразную лягушку, покрытую бородавками. Та тоже уставилась на него, выпучив глаза и разевая рот.

– Даже не думай! – пригрозил ей Кощей, когда лягушка хотела разразиться кваканьем.

Сунув тварь в сумку, привычным движением отправил стрелу в колчан, и вскочил в седло.

- Теперь помчим без остановок! Не отставай, колдун!

Сколько минуло времени – неведомо. Преисподняя снова шла по пятам, выдавая себя гулкими ударами о земную твердь, вспышками молний и столбами черного дыма вдалеке.

Дорога меж тем вывела всадников на широкую равнину, покрытую высокой травою и редкими деревьями. Солнце восходило впереди, заливая золотом горизонт, слепя глаза, но от этого света ликовали души Тарха и Кощея, летя ему навстречу, подальше от свинцовых туч и свирепого ледяного дождя, который преследовал их последние дни.

Ветер принес с собой соленый запах океана и крики чаек. Наконец, показался и он сам – бесконечный, величественный, прекрасный. Кощей осадил коня на краю склона, о каменистые подошвы которого шумно ударялись волны, выбрасывая в воздух соленые брызги и клочья пены.

- Дальше тебе нельзя, колдун, - с печалью в голосе молвил Кощей, - здесь суждено нам расстаться.

- Все, значит, - с угрюмой улыбкой отозвался Тарх, понурив косматую голову. – Каким долгим казался этот путь, но как скоро он закончился.

- Как и все в этом мире, - подытожил Кощей.

Они спешились. Обнялись крепко, словно родные братья.

- Что дальше, дружище? – спросил Тарх, щурясь на бескрайнюю сверкающую вселенную океана. Соленый ветер трепал его густые, спутанные волосы. Обернувшись, он увидел, как тьма стремительно ползет по равнине – все ближе и ближе. И вот уже от воздуха повеяло холодом и пустотою.