Звезда любви

Глава 4

Бал в доме Каменских закончилось под утро. По дороге к Лукомским Полина не могла сдержать улыбки, лёгкой тенью скользящей по губам. Она и мечтать о таком не смела! Восторг, сплошной восторг! Несмотря на усталость, сна не было и в помине, а в груди разливалось тепло при воспоминаниях об уходящей ночи. Перед глазами всё ещё вертелась сумасшедшая карусель красок и звуков, круговерть незнакомых лиц, но из всех этих лиц лишь один человек по-настоящему волновал её воображение - князь Шеховской.

Тогда, год назад, когда он не стал писать ей после отъезда из Ильинского, и она осознала, что была для него лишь мимолётным увлеченьем, Полин нашла в себе силы смириться. Но кто же мог подумать, что судьба будет к ней столь благосклонна и подарит новую встречу с Шеховским. От Полин не укрылось, как Серж, едва зазвучала мелодия, сделал шаг в сторону и преградил путь молодому человеку, чьё имя было вписано в бальную карточку напротив мазурки сразу же, как только они с братом вошли в зал. Чувствуя неловкость за случившееся, Полин послала ему извиняющуюся улыбку, но желание танцевать с тем, о ком вздыхала так долго, о ком грезила во сне и наяву, быстро успокоило угрызения совести. Она была благодарна брату за то, что он избавил её от необходимости самой объясняться с незадачливым поклонником, хотя для неё не было тайной, какие скрытые мотивы двигали Сержем на сей раз.

Шеховской умел кружить прелестные женские головки. В его обществе Полин ощущала себя если не принцессой крови, то уж несомненно самой красивой и желанной среди присутствующих дам. Она с лёгкостью убедила себя самоё, что его интерес искренний, а не просто дань вежливости. И пускай внутренний голос нашёптывал ей, что всё это не более чем иллюзия, самообман, но что значит голос разума, когда он рядом, и можно смотреть в его глаза, читая в них восхищение и радость встречи.

Пожелав брату спокойной ночи в вестибюле, Полина чинно прошла к себе в комнату, но едва за ней закрылась дверь спальни, как внешняя благопристойность уступила место безудержному веселью. Она не могла вспомнить, когда ещё ей было так хорошо. Закружившись по комнате под звучащую в душе мелодию вальса, она, смеясь, упала на кровать. «Ах! Павел Николаевич, Вы воистину способны вскружить мне голову!» - улыбнулась она своим мыслям. И уже засыпая, она будто наяву видела его улыбку, блеск серых глаз, едва заметную ямочку на подбородке и робко надеялась, что эта встреча не станет последней.

Проснувшись ближе к полудню, Полина с наслаждением потянулась. От танцев всю ночь напролёт гудели ноги, но это была столь мизерная плата за испытанное удовольствие. Поднявшись, она, пританцовывая, прошлась по комнате к окну и, отдернув тяжёлую портьеру, впустила яркий свет нового дня. Выглянув в окно, девушка замерла, созерцая шумную суету за оградой особняка. «Петербург! Невозможно не влюбиться в этот город с первого взгляда! Он пленяет, покоряет, и однажды побывав здесь, его уже не забыть», - вздохнула Полина, упираясь лбом в прохладное стекло. Вспомнилась вчерашняя прогулка с Докки по улицам столицы. Ей, привыкшей к тишине и неспешности жизни в провинции, казалось, что всё вокруг пребывает в непрестанном движении. И она, как ребёнок, радовалась тому, что стала частью этого большого города, приходя в восхищение от ощущения сопричастности к столичной жизни.

Обернувшись на звук открывшейся двери, она приветливо улыбнулась Глафире, явившейся помочь барышне с утренним туалетом.

- Доброе утро, Полина Львовна, - присела в книксене горничная.

- Ой, Глаша, - счастливо улыбаясь, вздохнула Полин. – Ты помнишь, в прошлом году к нам в Кузьминку князь Шеховской заезжал?

- Как не помнить его сиятельство, - хмыкнула горничная. - Помню, конечно. То-то вся прислуга в усадьбе с ног сбилась, когда князь обедал в Кузьминках.

- Я виделась с ним вчера, и мы даже танцевали, - вновь закружилась по комнате Полин.

- Вон оно что! То-то вы светитесь вся, - снисходительно улыбнулась Глаша, и, расправив складки на кремовом шёлке платья, принялась расчёсывать золотистые локоны барышни.

Разумеется, она помнила красавца-князя, а когда он заехал в Кузьминки попрощаться с хозяевами, в доме вся прислуга женского полу от мала до велика хоть на минутку, да подбегали к окнам поглазеть на его сиятельство. Она сама спряталась за портьерой в гостиной, чтобы никто, не дай Бог, не застал её за этим занятием, и замерла от страха, услышав, что кто-то вошёл в гостиную. Осторожно выглянув из-за портьеры, Глаша едва не выдала себя, разглядев у другого окна Юленьку: прижимая к груди ту самую книжку, что подарил ей покойный Лев Алексеевич, барышня смотрела в окно на склонившегося над рукой Полины князя и плакала, размазывая ладошкой слёзы по щекам. И потом каждый раз, убираясь в комнате младшей mademoiselle Кошелевой, она видела этот потрёпанный томик под периной, и, перестелив постель, неизменно клала его на прежнее место. «Вот интересно, - думала Глафира, закручивая золотистую прядь и втыкая шпильку, - знает ли Полина Львовна, что её сестра тоже влюблена в князя? Ну, а впрочем, мне-то какое дело до того?» - пожала плечами горничная. Уж пусть сёстры сами промеж себя решают, а она по-прежнему будет держать рот на замке.

Все обитатели особняка собрались за завтраком в малой столовой. Лукомский, любуясь сияющим лицом Полины, не скрывая интереса, расспрашивал её о вечере, и она охотно делилась своими впечатлениями. Серж был доволен ничуть не меньше сестры, и только Докки, слушая восторженный рассказ золовки, всё больше мрачнела, досадуя на так некстати разыгравшуюся к вечеру мигрень. Привыкшая к тому, что внимание Сержа принадлежит безраздельно ей одной, Доки дулась на всех присутствующих. Нынешний завтрак ей решительно не нравился: она дважды попыталась пожаловаться на плохое самочувствие, но не удостоилась в ответ даже дежурного сочувствия, и теперь сидела за столом со страдальческим видом. На смену мигрени явились боль в горле и насморк. Видимо, вчера во время столь памятного вояжа по столичным лавкам madame Кошелева умудрилась подхватить простуду, а красный нос и слезящиеся глаза никак не способствовали улучшению её настроения. Да только кому интересно выслушивать её жалобы, если Полин соловьём разливается о чудном вечере у Каменских?