Птичка в клетке, или Ведьма на выданье!

Глава 27. Путь до коттеджа

- Пойдем? – махнула рукой Винсу, снова торчащему у окна в коридоре. Ему там медом намазано, что ли?..

- Ого, – присвистнул парень, без спросу забирая у меня сумку с пожитками, – как быстро! Думал, ты успела разжиться здесь некоторыми вещичками, и на сборы понадобится больше десяти минут. Неужели добрые братья-инквизиторы экономят на своих подопечных ведьмах?

Я понимала, что подтрунивает он надо мной без всякой злобы, но последние слова почему-то неприятно задели. Наверное, потому, что эти самые братья-инквизиторы отлично ко мне относились, а Дамиан так и вовсе постоянно тратил на меня свои личные деньги – то пряник мятный откуда-то притащит, то матрас новый купит, то платье подарит. То самое, незабудковое.

- Не сопи, Алька, – шутливо пихнул меня плечом Винс, тут же обезоружив белозубой улыбкой, – знаю я, что тебя здесь не обижали. Потому что если бы обижали…

Парень не договорил, но явная угроза в его голосе заставила меня тоже украдкой улыбнуться. Чужая забота и желание заступиться грели мою душу, будто солнце – кошку на черной крыше.

- А твои вещи где? – спохватилась я, когда впереди, среди распускающих почки деревьев, заалела красная черепица коттеджа.

Винс и бровью не повел:

- Вечером за ними схожу. Кстати, – он секунду помедлил, – твои вещи я тоже сберег. Правда, не знаю, нужны ли они тебе.

Я тут же ухватилась за эту возможность:

- Конечно, нужны! Это может подстегнуть возвращение воспоминаний!

- Да? – моя реакция явно приятно удивила и даже обрадовала парня. Он будто бы не верил до конца, что я и правда хочу его вспомнить. Хотя, учитывая мою первую реакцию, это и неудивительно. Надо скорее исправляться! Винс не виноват, что кое-кто – не будем называть имен! – стер мне память.

- Конечно! – моя улыбка вышла удивительно естественной и открытой. Как будто я улыбалась… другу!

Парень сунул руку в карман свободных брюк:

- Тогда у меня есть для тебя подарок прямо сейчас.

На широкой, огрубевшей от кочевой жизни мужской ладони лежала маленькая разукрашенная свистулька в виде птички. Дуешь через хвостик – и деревянный соловей начинает петь.

Краска на дереве давно истерлась, облупилась. Крылышки, некогда выкрашенные в желтый, потускнели и теперь были скорее грязно-охряными. Ярко-алый клювик растрескался, а возле хвоста и вовсе появилась пока еще неглубокая трещинка.

И все же при виде этой безделушки мое сердце забилось чаще, а пальцы, сжавшие свистульку, на секунду дрогнули.

- Я ее помню!

Винс ласково накрыл своими пальцами мои:

- Это первый подарок, который я сделал для тебя своими руками. Тебе было всего двенадцать, ты тогда только сбежала из своего ужасного приюта, и выглядела такой потерянной и несчастной, что мне захотелось тебя порадовать.

На ресницах задрожали непрошеные слезы, горло свело спазмом, и я неловко высвободила свою руку из ладоней Винса. Слишком много эмоций сразу, я просто не могу это вынести!

Через минуту, сумев кое-как справиться с собой, я выпалила на одном дыхании:

- Винс, я очень хочу тебя вспомнить! Хочу вспомнить все-все! И хорошее, и плохое, если оно было.

- И в радости, и в горе, – усмехнулся парень, – так мы когда-то обещали друг другу. А может, и еще пообещаем, только уже в других обстоятельствах. Ты как, выйдешь за меня замуж?

От этих слов, сказанных будто между делом, в шутку, меня бросило в краску.

- Кажется, я начинаю узнавать твое великолепное чувство юмора, – проворчала, скрывая смущение.

- Кстати, о птичках, – тон Винса сменился на серьезный, – ты ведь не забыла про свою истинную пару?

От напоминания об Айке я вздрогнула.

Каждый раз, когда я вспоминала об оборотне и всем, что с ним связано, у меня начинала жутко болеть голова. Раньше я думала, что это негативное воздействие кулона, от которого невозможно избавиться, или какая-нибудь там связь истинной пары, но теперь более логичным казалось другое объяснение. Скорее всего, забыть Айка насовсем, как я забыла Винса, мне не дал действительно именно кулон, а вот головная боль могла быть вызвана тем, что воспоминания об оборотне были слишком тесно связаны со стертыми воспоминаниями о друге.

Я решила проверить свою догадку:

- Я ведь была с тобой, когда произошла вся эта... ситуация?

На последнем слове я неожиданно смутилась. Не знаю, насколько тесно Винс связан с этим делом, но если мы были друзьями – наверняка он был всегда рядом и, конечно, мог знать о моих поцелуях с Айком.

Что я хотела услышать в ответ? Что он не знает слишком многого.

К счастью, парень проявил необычайную проницательность, будто бы сумел прочесть мои мысли. Хотя, возможно, он просто хорошо меня знал и умел распознавать эмоции на моем лице.

- Мы с тобой тогда временно разделились, так что большую часть произошедшего я знаю только с твоих слов. А что ты сама помнишь о нем?

Я замялась, не желая углубляться в обсуждение оборотня, и Винс тут же понятливо сменил тему.

- Ладно, потом расскажешь – мы уже почти дошли. – Он внезапно рванул вперед и крикнул, не оборачиваясь, – кто добежит первым – тот выбирает комнату!

То ли отсутствие тяжёлой сумки сыграло мне на руку, то ли Винс по какой-то причине решил поддаться, но в дверь коттеджа я влетела первой под громкий смех парня:

- Ты совсем не меняешься, Алька!