Живые против зомби. На заре заражения. 

Радость и разочарование

После работы Альберт Борисович направился в магазин. Там он купил пять литров чистой воды, виноградный уксус, бутылку французского вина, сахар и пачку пельменей. Приехав на дачу в свою лабораторию, он прошел на кухню. Поставив кипятить воду, профессор посмотрел на часы. Примерно подсчитав, за сколько вскипит вода, он переоделся и вышел на улицу убрать за собакой. Додж счастливо бегал по участку от забора до забора и радовался приезду хозяина.

Профессор убрал территорию и поднял палку. Пес понял, что хозяин хочет поиграть, и подбежал, виляя коротким хвостом. Альберт Борисович швырнул палку в конец участка, собака галопом кинулась за ней. Поиграв так минут пять, он потрепал любимца по голове и вернулся в дом.

Вода уже закипела, мужчина открыл пачку пельменей, половину высыпал в кастрюлю, посолил и закрыл крышкой. Хаимович опустился в кресло недалеко от окна. Он сначала хотел посидеть минут пять отдохнуть, подумать, но вместо этого встал и пошел посмотреть на зверье. Все животные сидели по своим клеткам, чувствовали себя хорошо, ничего чрезвычайного за время отсутствия ученого не произошло. Профессор посмотрел на хорьков, засуетившихся в своей клетке при виде приближающегося человека. Хищные зверьки с милыми мордочками бегали от стенки до стенки. Человек смотрел на них и думал о том, сколько вот таких хорьков, крыс, кроликов и другой живности погибло в стенах его лаборатории:

«Они рождаются, чтобы умереть. Иногда мне кажется, что мы - такие же хорьки, и весь этот мир - большая клетка… бегаем, суетимся, а над нами эксперименты проводят: то тепло, то холодно, то землетрясение, то чума, выживем или не выживем?»

В последнее время на профессора часто находили такие мрачные мысли, он старался отвлекаться и думать о чем-нибудь другом.

Когда сварились пельмени, мужчина поужинал и решил после еды немножко пройтись по улицам. После дождя дышалось легко и свежо. Профессор шел по чистой дороге. Пару лет назад здесь положили асфальт, а до этого после дождя всегда была грязь. Сейчас идти было приятно. Когда-то умирающая деревня стала элитным дачным поселком. Почти у всех были высокие заборы, за которыми лаяли собаки. Альберт Борисович гулял так крайне редко, обычно значительную часть его времени занимала работа, но сейчас все мысли ученого были исключительно о грунте, вернее о том, как выкрасть его из лаборатории и принести сюда, домой. Если в грунте обнаружится жизнь, то он сможет делать с этой жизнью все, что пожелает, и никто об этом не узнает. Он в нетерпении посмотрел на часы, возвращаться в лабораторию было еще рано, кто-нибудь мог задержаться, а ему не хотелось встречаться с коллегами.

Прогулявшись, Хаимович вернулся в коттедж, спустился в подвал и решил подготовить все для работы с грунтом: убрал со стола лишние приборы и реагенты, оставил только самое необходимое. Теперь можно было собираться в лабораторию. Закрыв дом, он посадил Доджа на привязь, сел в машину и выехал за ворота.

Альберт Борисович подъехал к НИИ, припарковал автомобиль и вошел в здание. На входе профессор достал чип, поднес его к сканеру, и дверь открылась. Охранник, дремавший в маленькой соседней комнате, встал со стула, чтобы посмотреть, кто пришел так поздно.

- Альберт Борисович? – Удивленно протянул полный мужчина в форме.

- Да, здравствуйте, - профессор безуспешно пытался вспомнить, как зовут охранника. Тот работал недавно, а сейчас на нем не было бейджа, - я к себе в кабинет, забыл бумаги.

- Хорошо, нет проблем.

Профессор вошел в лабораторию, включил свет и открыл кабинет, в котором проводились опыты с марсианским грунтом. Осмотрев комнату, ученый увидел капсулу с пометкой для него. Он аккуратно убрал ее в портфель, который захватил с собой из дома, погасил везде свет и, попрощавшись с охранником, вышел на улицу. Вернувшись на свою дачную лабораторию, Хаимович почувствовал упадок сил и понял, что его неудержимо тянет спать. Даже энтузиазм, с которым он думал о поиске жизни в образцах грунта, не помогал.

Решив, что утро вечера мудренее, Альберт Борисович отложил опыты до завтра. Проснувшись на следующее утро, он выпил кофе, перекусил и отправился на работу. Хаимовичу не терпелось послушать отчет Андрея о проделанной работе. Запершись в кабинете, они беседовали больше двух часов. Профессор был доволен тем, как работает Андрей, он видел, как раскрывается потенциал парня. Сказав, чтобы продолжали дальше, профессор отправил несколько писем коллегам в Москву и Израиль, узнать, нет ли свежих новостей из лабораторий, которые также исследуют марсианский грунт. Новостей не было, доказательства жизни пока никто не смог найти.

Сегодня Альберт Борисович решил поработать в команде. Андрей, Маша и Ёся явно воодушевились, по лицу Игоря трудно было прочитать следы каких-либо эмоций. Ученые работали целый день, отбраковывая образец за образцом, вычеркивая неудачные варианты опытов. К вечеру предприняли еще одну попытку. Андрей предложил добавить в грунт воды и поместить туда аминокислоты и некоторые виды животных жиров, а также обогатить воду кислородом. Процедура не дала результата, тогда Альберт Борисович предложил нагреть раствор.

- Игорь, давай температуру 30 градусов, - скомандовал профессор.

Кузнецов, наблюдая в микроскоп, отрицательно покачал головой:

- Ничего.

- Повысь еще на пять, - с азартом продолжал Альберт Борисович.

Раствор постепенно нагревался, в колбу опустили специальный датчик, который отслеживал биохимический состав.