Друг брата в подарок

Глава 5. Мне 16. Встреча в городе

Мне 16. С того самого вечера, когда Андрей съездил со мной в больницу, я не видела его ни разу. Написал пару сообщений, чтобы узнать о моем самочувствии — и всё. Еще и брат, скотина такая, невовремя съехал от родителей. Теперь я и самого Егора-то редко видела, не говоря уже о его друзьях.

Ключица (а она и правда была сломана) срослась за два месяца. Ни родители, ни Егор так и не узнали, где я её на самом деле повредила. Маша могла быть довольна! Её работе и репутации ничего не угрожало. Что еще? За этот год я, к сожалению, не перестала расти и стала еще выше, но зато хотя бы перестала быть такой худой: появилась грудь, округлилась попа, и, как следствие, одноклассники перестали обзываться и стали неуклюже со мной флиртовать. Смешные! Как будто мне кто-то из них интересен! Все мои мечты были по-прежнему о Локи — об этом рыжеволосом боге. Как шкатулку с сокровищами, перебирала я перед сном драгоценные воспоминания: вот Андрей склоняется над моим столом, объясняя решение задачи; вот приобнимает за плечи на скалодроме, уговаривая не плакать. А вот держит за руку у кабинета травматолога, успокаивающе сжимая мои дрожащие пальцы в своей горячей ладони. И стоит ли удивляться тому, что и во сне меня преследовал этот пронзительный взгляд голубых глаз. Только в моих снах Андрей смотрел на меня не как на ребенка, а как на желанную, самую любимую на свете женщину. И я плавилась, растекалась в огне этих глаз, а внутри все обмирало, становилось горячим и влажным. И так обидно было выныривать из этого сладкого мира сновидений в пустую реальность, где он далеко от меня.

В тот июльский вечер мы с девчонками с волейбола собрались погулять по Богдашке. Так называлась пешеходная улица в центре города, где тусовалась вся молодежь. Каких только компаний там не встретишь! Весь цвет общества: от гопников и готов до молодых поэтов и рок-музыкантов. Может, мы и рисковали немного, сверкая нашими длинными ногами в коротких юбках на виду у всей этой толпы, но на тот момент нас это заботило мало. Мы пили Колу, сплетничали, хихикали, как ненормальные, и ощущали себя самыми красивыми на свете. Вдруг мой взгляд выцепил знакомый образ. Не может быть! Это же… он! Я затормозила и ошарашенно уставилась на Андрея, в одиночестве сидящего на скамейке. Знакомые взъерошенные пряди блеснули в лучах закатного солнца медными бликами. В руках у него была бутылка виски, и он отпивал из горлышка янтарную жидкость так невозмутимо, будто это был не крепкий алкоголь, а обычный чай.

— Девочки, я вас покину, — бросила я своим и, едва справляясь с волнением, подошла к Андрею. Вблизи стало понятно, что он пьян. Впрочем, это было неудивительно, учитывая, что в бутылке оставалось чуть меньше половины. Другая половина, очевидно, уже плескалась в Локи, прилично затуманив его ясные голубые глаза.

— П-полина, — нетвердо выговорил он, как будто даже не удивившись, — а я вот. Пью.

— Я вижу, — вздохнула я и села рядом. Терпеть не могла пьяных, мне даже родной брат казался отвратительным в таком состоянии, но почему-то на Андрея это не распространялось. Я не испытывала привычного чувства гадливости от вида пьяного парня, скорее горячее сочувствие. Андрей же почти не пьет, значит, у него была веская причина сидеть тут и надираться в одиночестве.

— Как у тебя дела, Локи? Я тебя целый год не видела, — говорить с ним было непривычно легко, наверное, мне казалось, что в таком состоянии он наш разговор потом и не вспомнит. А значит, можно было не бояться.

— Хрен-ново, — с трудом выговорил Андрей. — Ником-му я не нужен. Вот так.

— Маша? — тихонько спросила я, пронзенная внезапной догадкой.

Лицо Андрея исказилось, он молча кивнул и сделал еще один глоток виски, даже не поморщившись.

— Я так себе парень, п-понимаешь? Не для семьи. А ей надо, чтоб женился. Чтоб дома сидел. Ну а мне…Как я без гор? Как я без Эн-ка-ун-те-ра? — старательно выговорил он название той самой игры, которую я еще с того вечера запомнила.

— Неправда, — вдруг упрямо и решительно сказала я. — Ты не так себе! Ты самый лучший! Ты очень умный, очень добрый, а еще сильный, смелый и ничего не боишься. Ты просто мечта любой девушки! А еще ты красивый и…

Тут я вспыхнула и замолчала. Иначе открытым текстом призналась бы в любви другу своего брата.

— Полинка… — тихо проговорил он, пристально глядя на меня. Сквозь пьяную пелену, которая заволокла его глаза, я вдруг увидела настоящего Андрея. И он выглядел так, будто я сумела его удивить.

— Пойдем, — попросила я его ласково, — тебе надо домой.

Он отрицательно мотнул головой.

— Ну пожалуйста! Ради меня! — я потянула его за руку (пальцы сладко заныли от прикосновения к теплой гладкой коже), и Андрей на удивление подчинился, встав вслед за мной со скамейки.

Черт, нет! Какой ужас!!! Только стоя рядом с Андреем, я вдруг сообразила, что теперь я выше его. Выросла, блин, за год. Сам Андрей ничего не замечал, потому что сосредоточенно решал задачу, как устоять на ногах, не хватаясь за мою руку. А я проклинала свою великанскую наследственность. Зачем?! Ну вот зачем мне такой рост? Да Андрей теперь на меня вообще как на девушку не посмотрит, зачем ему такая каланча?

— Нет, — вдруг грустно сказал Локи.

— Что нет? — не поняла я.

— До дома я не дойду, — очень твердо и трезво сказал он и сел обратно на скамейку. Я машинально присела рядом и через секунду меня будто кипятком ошпарило, потому что Андрей внезапно уронил голову мне на плечо и ровно задышал. Он что, спит? Вот так вот мгновенно уснул?

Я, растерявшись, сидела на скамейке, а на мне спал Андрей. Он дышал мне в шею, рыжие волосы щекотали мою кожу, я ощущала его запах — знакомый древесный одеколон и аромат виски — и мне безумно кружило голову от того, что он так близко.

Я сидела так, пока не затекло плечо, а потом набрала номер брата.

— Егорка, я тут пьяного Локи в центре нашла. Он спит. Приезжай, а?

Перед тем, как тут окажется братец, Андрея на моем плече уже, конечно, быть не должно. Придется перекладывать его на лавочку. С замиранием сердца я легонько коснулась его волос — и от нахлынувших эмоций внутри заискрило. Вот так. Еще один драгоценный памятный момент для моей шкатулки. И будет очень хорошо, если у самого Андрея после сегодняшнего вечера никаких воспоминаний не останется.