Кажется, мы пропали. Взрослая жизнь

Глава 29.

Марианна.

Несмотря на наш разговор Томас не улетел, хочет убедится, что слушанье пройдёт как следует. Но мужчина уже занимается разводом, его доверенное лицо, суетится чтобы нас развели как можно скорее. Как и ожидалось Том человек чести. Он настаивал на том чтобы я оставила себе цветочный бизнес, но я наотрез отказалась.

Сегодня день слушанья и все на взводе. Я не спала всю ночь и выгляжу как зомби: бледная, с огромными синяками под глазами, с ужасной головной болью и периодичными приступами тошноты.

Судебное заседание будет проходить в закрытом порядке, радует хотя бы, что не будет репортёров и журналистов.

Возле здания суда нас ждала целая толпа любителей сплетней, и мы с трудом протолкнулись вовнутрь. Артёма не пустили в зал суда, так как он не является прямым родственником или адвокатом, поэтому он остался ждать в коридоре.

Ни Артём, ни Том не сказали друг другу ни слова, что в принципе, не удивительно. Но лучше пусть будет так, чем бы они постоянно ругались и дёргали меня как канат.

Новый приступ тошноты был сильнее чем предыдущий и я с трудом сдержалась, чтобы не распрощаться со своим латте, который я выпила по дороге.

Складывая все симптомы, я прихожу в ужас. Тошнота, головокружение, усталость и главное задержка, которую я до этого игнорировала – всё это признак беременности.

Слушанье начинается вовремя, но всё произносимое дядь Лёшей лишь эхом отдаётся в голове. Я пытаюсь вслушаться во все эти юридические термины, понять суть дел и течение заседания, но вместо этого, каждая новая мысль возвращается к возможной беременности.

Главное, что меня сейчас волнует – кто отец этого ребенка? Что если это Томас? Что тогда? Как дальше сложится наша жизнь с Артёмом? Что будет с ребёнком?

Паника начинает бить внутри перекрывая кислород. Голова начинает кружится сильнее, в глазах темнеет, а тело становится ватным. Вот-вот и я упаду в обморок. Я закрываю глаза и стараюсь делать максимально глубокие вдохи и выдохи.

- Не виновным, – слышу сквозь туман.

Сознание приходит в норму, цепляясь за заветные слова. Отца только что оправдали, и это возвращает меня в реальность придавая сил.

Я подхожу к отцу и крепко его обнимаю, и спустя столько лет я снова вижу слёзы в его глазах, но теперь они от счастья, а не от боли.

Мы выходим из зала, и мои мужчины встречаются взглядами, и для себя я понимаю, что никому ничего не скажу, пока сама во всём не разберусь и не буду уверена.

Журналисты буквально сносят нас, и впервые с выдвижения обвинений, отец решается дать интервью.

- Как я и говорил ранее, – говорит в один из вытянутых микрофонов. – Я не виновен, – улыбается. – Это же подтвердил суд. Всё остальное сплетни, и не более.

Через несколько дней счета отца разморозили, со всего имущества сняли арест и восстановили в должности.

За это время что Томас тут, мы с Артёмом отдалились друг от друга. Не было не скандалов, не приступов ревности, мы просто стали меньше проводить времени друг с другом, но я думаю, что скоро всё наладится.

Пока мой ещё муж в городе, я живу с отцом, и безумна этому рада, с ним как-то легче, и он единственный кто от меня ничего не требует.

Я сделала тест, а точнее штук десять тестов, и все они оказались положительными. Все признаки усилились, но я ещё могу контролировать тошноту, отлично помогает лимон и имбирь. Мой врач может принять меня только через три дня, а сегодня у нас вечеринка по поводу возвращения папы.

Мы с Артёмом в центре внимание не меньше чем отец, думаю, нас обсуждают даже больше, ведь Томас сегодня тоже тут. Наш треугольник приманивает все взгляды и практически всё внимание. Костров не выпускает меня из рук, показывая, что я его, и как бы это не было глупо, это выглядит чертовски мило.

- Я завтра уезжаю, - к концу вечера Том отозвал меня на разговор. – У меня для тебя есть прощальный подарок.

- Не стоило Том, – улыбаюсь, хотя усталость наваливается с новой силой.

- Я полностью договорился на счёт операции для твоего отца, – кивает, протягивая мне бумаги. – Его ждут там через неделю, – мимолётно улыбается.

- Спасибо, – искренне радуюсь и не сдерживая эмоций обнимаю Томаса. – Правда, спасибо, – вскрикиваю. Я так рада, что всё остальное отпадает на другой план. – А я беременна – говорю, не думая. И тут же закрываю рот рукой.

- Что? – замирает Том. – От меня? – его лицо становится серьёзным.

- Не знаю, – замираю. – Ко врачу только через три дня.

- Тогда я остаюсь – жёстко. – Если это мой ребенок, я не откажусь от него.

Я понимаю, что встряла по самые уши. Моя жизнь станет самым настоящим адом, если Томас окажется отцом.

Оставшиеся три дня я словно на иголках. Я взрываюсь по пустякам и сильно нервничаю, хотя знаю, что нельзя, но ничего не могу поделать.

Артём уехал на какие-то сборы и мне это на руку, за это время я могу что-то придумать и окончательно решить, что делать.

Перед кабинетом врача минуты тянутся целую вечность, мне кажется, что я накрутила несколько километров ходя туда-сюда, не могу заставить себя ждать сидя, как остальные женщины.