Паргелий

Глава 36. Как испортить отношения с графом

В ожидальной для приглашенных ораторов царила тишина.

За дверями шли весьма оживленные дебаты – поднятые принцем вопросы наверняка взбаламутили Совет – но сюда не прорывалось ни звука. Отвлекать меня от конспекта речи было некому и нечему, и я коротала время до своего выступления, бездумно перечитывая текст и разминая пальцы, лишь изредка поглядывая в зеркало. Отражение тоже меня не узнавало и без конца поправляло манжеты темно-синего храмового платья.

Меня должны были вызвать еще четверть часа назад. Вопрос об обучении магов непосредственно на Ирейе в повестке шел первым, но, похоже, принц и сам подготовил складный стишок – только вот с временем выступления не подрассчитал.

Я снова посмотрела в зеркало, убрала за ухо выбившуюся из прически прядь и снова уткнулась в конспект, повторяя текст, но быстро пришла к выводу, что все равно помню его наизусть, и раздраженно отбросила тетрадь на соседнее кресло. А потом на цыпочках подкралась к дверям, ведущим в зал Совета, и организовала себе преотличную щелку для подглядывания. Стоявшие по бокам от двери бравые гвардейцы подозрительно покосились на высунувшийся в щель любопытный нос, но ничего не сказали, и я пристроилась поудобнее.

Вырезанные в скале ряды скамей и каменных столов полукругом спускались к ярко освещенной сцене. Зал был полон, и мест для журналистов не хватило: несколько человек с чрезвычайно высокомерным видом сидело прямо на ступенях, разложив на коленках планшеты и камеры. Члены Совета на «галерке» недовольно хмурились и, по всей видимости, не отказались бы перебраться на лестницу, лишь бы оказаться поближе к выступающему, – но места уже не оставалось и там.

А за кафедрой на сцене стоял Безымянный принц, сосредоточенно выслушивающий какого-то мужчину с трибун, и свет ламп короновал его золотистым ореолом вокруг головы, будто нимбом. Я не видела его с того дня, когда принесла ему черновик речи, и в первые мгновения просто застыла у двери, зачарованно пялясь на затянутую в черный мундир фигуру, пока не заметила, что несколько дам из первых рядов тоже пристально рассматривают Его Высочество, кажется, давно потеряв нить повествования. Журналистка из тех, кому не хватило места, подкрадывалась сбоку с камерой, стараясь поймать кадр поудачнее – наверное, с этим вот светом над золотисто-русой головой, от которого казалось, что в глухом зале вдруг взошло теплое летнее солнышко.

Ложное солнце. Не мое.

Я встряхнулась, отвела взгляд и заставила себя прислушаться.

Потом мне пришлось поспешно закрывать дверь, чтобы мой нервный хохот не прорвался в зал – потому как сдержаться я не могла. Третий принц сделал заговорщиков одной левой, не задействовав ни Сыск, ни Орден Королевы, ни даже дворцовую стражу.

Вместо первого вопроса на повестке Совет с жаром обсуждал второй. Об ужесточении закона о вживлении генераторов.

В зале Совета, наконец, объявили перерыв. Лично я точно не смогла бы столько чесать языком, да еще не присев ни на минуту, – но Его Высочество, видимо, был намного лучше натренирован и вместо комнаты отдыха немедленно направился в ожидальную, замерев только на несколько секунд, чтобы с широкой улыбкой изучить подпертую конспектом дверь и дать мне возможность отойти.

– Добрый день, сестра Мира, – поприветствовал принц и нагнулся, подбирая с пола мою тетрадь. – Я должен извиниться за долгое ожидание, но мне показалось, что внезапное изменение повестки – лучшее решение, нежели мобилизация Ордена Королевы.

Я хмыкнула. Ну еще бы.

Если один закон заговорщикам выгоден, а второй – нет, и принца хотели устранить между обсуждениями, то почему бы и не поменять их местами? Теперь волей-неволей достоянием общественности станут оба проекта. Даже если после этой выходки Его Высочество и попытаются устранить – дело-то уже, считай, сделано!

А предупредили там сходящую с ума с от волнения жрицу, не предупредили – кого это колышет?..

– Я думала, вы собираетесь объяснить необходимость ужесточения условий вживления исходя из возможности обучения магов непосредственно на Ирейе, – проговорила я и тоже улыбнулась.

– Я собирался, – кивнул Его Высочество. – Но когда Рино начинает сбиваться с ног, пытаясь что-либо организовать, его посещают поистине гениальные идеи, как заставить окружающих организовать все вместо него. Так что я просто переписал речь, а в самом начале собрания предложил изменить повестку, обсудив вначале наиболее важный вопрос.

Я рассеянно кивнула и опустилась в кресло, сообразив, что принц так и будет стоять на ногах, пока я не соизволю сесть.

– Мое выступление уже не потребуется? – поинтересовалась я, ощутив неописуемую смесь облегчения и досады. Я столько времени на подготовку угробила!..

– Потребуется, – покачал головой Безымянный, с таким невозмутимым видом садясь в соседнее кресло, будто вовсе и не мечтал об этом последний час как минимум. – На всякого рода ужесточения и запреты Совет в большинстве случаев соглашается с охотой, но чтобы уговорить их принять закон, который и в самом деле что-то дозволяет и регулирует, обычно приходится приложить немало усилий.

Я снова кивнула, принимая к сведению, и опустила глаза. Досаду как рукой сняло. Облегчение – тоже.

– Я не поблагодарил Вас за ритуал, – сказал принц, не дождавшись от меня ответной реплики. – Мне стало… легче.