Обыкновенный дракон

Глава 10. Перед отъездом

Тео и Мэй, лёжа на шезлонгах рядом друг с другом, вполуха слушали весёлую болтовню мистера Джеймса, устроившего барбекю-пати, Делфины и мистера Чанга: мужчины после совместно распитой бутылочки пива отказались от официоза. Правду говоря, дядя Ю, не изменяя себе, почти не пил, больше делая заинтересованный вид, и мясо лишь попробовал, сославшись на то, что завтра утром предстоит традиционный спарринг с учениками, а мясо придаёт телу чувство тяжести. Но от овощного барбекю не отказался, и мистер Джеймс с Вилмером, весь вечер крутившимся со взрослыми (“учился делать барбекю”, а на самом деле выполнял задание Мэйли), старались угодить вкусам мастера кунг-фу.

Мэй лениво листала журнал, зевая и заражая без того сонного Тео. Оба устали за четыре дня, спеша подготовить Тео к Шаолиню.

Первая тренировка с пяти до семи, потом душ, завтрак и в школу. После неё Тео помогал Делфине в гостинице, затем – выполнение школьных заданий и, если требовалось для этого, – посещение библиотеки; вечером вторая тренировка. Поэтому перед сном Тео из последних сил принимал душ, а затем валился на кровать и засыпал мгновенно. Мистер Чанг прозорливо обещал излечение спортом, возможно, благодаря именно ему сил на лунатизм не оставалось.

В эту неделю Вилмер две ночи провёл с Тео, сам не высыпался, и поэтому просто списывал то, что ему давали друзья. Похождений дракона-портальщика не было. И в другие две ночи тоже, ибо причина выздоровления стала очевидна всем – хорошая физическая нагрузка.

Поэтому вместо уик-енда Тео предпочёл бы отоспаться, а не присматривать за младшими детьми Делфины, впрочем, сейчас спокойно игравшими на брошенных в траву карематах.

В конце концов, Вилмеру удалось раскачать взрослых на нужное направление разговора – вспомнить историю с коллекцией мистера Эттуэла и яйцом псевдо-динозавра. Делфина обернулась на приёмного сына. Тео делал вид, что спал, поэтому не отреагировал на когда-то болезненную тему.

– Вообще-то, молодой человек, не стоит совать нос в чужие дела, даже если это фактически гробница ненужных вещей, – заметил мистер Чанг, делая глоток домашнего цитрусового лимонада.

– Пожалуйста, мистер Чанг, интересно же! – упирался Вилмер, спиной чувствуя одобрение Мэй. – Какого размера было то яйцо, из-за которого вас уволили?

– А у вас троих друг от друга секретов нет, не так ли? – китаец неодобрительно повёл бровью. – Мэйли, не смей без моего ведома...

– Мистер Чанг, а может, я хочу написать книгу про вас? Это же настоящий блокбастер: бывший секретарь становится мастером кунг-фу и побеждает наркоторговцев... Кстати, вы хотя бы одного человека убили? Ловким ударом в секретную точку!

Вилмер тыкнул пальцами в пустоту, и Чанг хмыкнул. Ничего не подозревающий Джеймс посмеялся над фантазией молодёжи и заметил, что подобный сюжет нынче в моде, а Вилмер вполне может влиться в киноиндустрию как сценарист с хорошей чуйкой. Беседа чуть было не повернула к голливудскому горизонту, но Вилмер напомнил про яйцо.

– Тридцать два дюйма,[1] – глядя на закат, вспоминал Чанг прошлое. В те дни он знал обо всех приобретениях хозяина досконально, до малейшей детали. – Вес около пятидесяти фунтов[2], тяжёлое. Признаться, был удивлён, когда оно оказалось пустым. Мы предположили, что жидкость, после того как яйцо раскололось, быстро испарилась из-за пожара. Хотя, какая жидкость в яйце возрастом полторы тысячи лет?

– Наверняка, это был гель, которым накачали мошенники скорлупу, – Джеймс раскрыл сетку, в которой прожаривались овощи и вывалил их на протянутую Вилмером большую тарелку. – Однако, Делфина рассказывала, будто скорлупа лопнула от громких звуков. Стало быть, то было стекло или фарфор?

Чанг пожал плечами:

– Хорошая подделка русских. Сплошной кальцит с вкраплениями металлов, если верить экспертизе. Кварца там и близко не было.

Теперь даже Делфина встряла в рассуждения:

– А я верю Роджеру. В то время он был милым мальчиком, далёким от вранья. Если бы кто из его дружков стукнул инструментом, Роджи не стал бы врать. А ваша наука ещё многого не знает.

Мистер Чанг вдруг засмеялся, слишком громко и заливисто, непохоже на себя. На него посыпались вопросительные и изумлённые взгляды. Немного успокоившись, он поведал о причине смеха:

– Простите, не удержался. Историю про второе яйцо, вероятно, вы не знаете. Судьба его была предрешена в тот день, когда вернулся мистер Эттуэл и начал допрашивать сына...

Хозяин довёл тринадцатилетнего тинейджера до истерики и слёз. Роджер стоял на своём: никто к яйцу не притрагивался, кроме подружки, и та – слегка, потрогала. На самом деле, яйцо начало раскачиваться после трубных воплей вувузелы. Но даже Иисус, будь он завёрнут в свою плащаницу и лежи в одном из сундуков мистера Эттуэла, воскрес бы, лишь бы прекратить адскую какофонию звуков и изгнать двуногих бесов. Мистер Эттуэл ругался ещё два дня, а потом, задетый упорством наказанного отпрыска придумал занятную проверку.

Вспомнив о маниакальной дурости своей бывшей жены Мишель, ныне второй половины французского коллекционера Дюпри и обладательницы первого яйца, найденного в жерле вулкана, мистер Эттуэл в присутствии секретаря позвонил в Париж и поделился удивительной новостью: в яйце, вероятно, находилось особое вещество, реагирующее на звуки. Якобы мистер Эттуэл который день наслаждался фантастическим шоу и подумывал пригласить телевизионщиков и экспертов. Яйцо реагировало на громкие звуки древних инструментов – вувузелу, барабаны и высокий тенор. Если мсье Паскаль желает, он может лично узреть чудо.