Замужество в подарок, или Дебют попаданки

Глава 5

Домик в пригороде был небольшим, но очень уютным. Хозяин нас радушно встретил на почтовой станции и уже на своей коляске доставил сюда. В Коверлоу было значительно теплее, чем у нас. Я даже обошлась без рукавичек, и задувающий под мою шляпку зимний ветер не морозил кожу головы.

— А правда, что во дворце поговаривают о том, что у королевы припасен какой-то сюрприз для гостей в этому году на балу?

— Люди разное болтают, милорд, — уклончиво ответил мистер Самерс. — Мы — люди маленькие, наша главная забота подготовить к приему всех участников праздника.

Дядюшка Рубен не показал своего недовольства, но он явно рассчитывал на иной ответ от мужчины.

Когда мы были на месте, мистер Самерс любезно показал наши комнаты. Дядюшка же предпочел заселиться единолично в одну из трех комнат; вторую заняли леди Даньелз с дочкой; самую маленькую оставили для меня.

Я не роптала на подобный выбор и даже была рада, что мне не придется видеть недовольные лица родственников.

Я очень обрадовалась, что и здесь было окно. Я могла издалека увидеть ночные огни столицы в вечернее время. Спокойно почитать свой учебник и перепроверить бумаги, что так настойчиво требовал Рубен Даньелз для хранения.

Сняв дорожную одежду, я сразу переоделась в ночную сорочку и легла в кровать. К ужину, приготовленному домоуправляющей мистера Самерса, родственники не сочли нужным меня пригласить. Что ж, это было вполне ожидаемым. Поэтому я решила, что с утра встану пораньше и сама позабочусь о своем питании. Наверняка работницы мистера Самерса уже привезут готовый завтрак. Мне останется лишь взять все необходимое и перекусить у себя в комнате. Морить голодом я себя точно не собиралась. Иначе откуда у меня появились бы силы для предстоящего бала?

Я так устала с дороги, что очень быстро заснула глубоким сном. Ни яркие огни столицы, ни приятное пение, льющееся из таверны неподалеку, не могли меня разбудить.

Во сне я увидела Роберта в летнюю пору. Он смеялся и катался на канатных качелях, привязанных к высокому дереву. Я улыбалась, глядя на этого сорванца. А брат настолько увлекся раскачиванием, что ни он, ни я не заметили, как один из удерживающих канатов стал лопаться. И Роберт на всей скорости слетел с летнего развлечения. Во сне я стала горько плакать, ведь мальчик лежал совершенно неподвижно, и я никак не могла до него добраться, чтобы убедиться, все ли с ним хорошо.

От страшного сна я проснулась в холодном поту, по моим щекам текли слезы. И как только я пришла в себя, то заметила, что дверь в мою комнату была приоткрыта, а дорожная сумка вся перерыта, и ее содержимое валялось на полу…

***

Сперва меня бросило в жар. Спросонья первой страшной мыслью было то, что мои бумаги нерадивое семейство Даньелзов все-таки умыкнуло.

Затем паника постепенно спала, потому что я не доверяла им и накануне, перед тем как лечь в постель, скрыла бумаги заклинанием «Водной неги».

Они лежали на самом видном месте, у окна.

И обнаружить их можно было лишь в одному случае: если температура воздуха в комнате резко понизится, тогда заклинание самоликвидируется и все тайное станет явным.

Для самоуспокоения я встала с кровати и подошла к окну. Немного дунув на подоконник, я заметила отблеск ауры магического заклинания.

Все на месте, как и было. Тому, кто пробрался в мою комнату с дурными намерениями, и в голову не могло прийти, что я могу выкинуть подобный номер и скрыть документы магией.

Разбушевавшийся не на шутку незваный гость просто выпотрошил мою дорожную сумку, изрезав ее каким-то острым предметом.

Только сейчас я заметила, что мое единственное подготовленное платье к балу также пришло в негодность.

Створка шкафа была открыта, а платье висело на вешалке внутри, свисая оборванными лохмотьями, и было облито чем-то зеленым.

Рассчитывать на то, что Даньелзы внезапно расщедрятся и купят мне новый наряд, не приходилось. Наверняка они найдут миллион причин мне отказать.

Из окна в спину ударил восход солнца, лаская нежно кожу шеи, спускаясь по плечам и рукам ниже. А я стояла, пораженная тем фактом, что идти на бал мне было совершенно не в чем, разве только явиться во дворец в дорожном платье, что сиротливо покоилось на спинке стула рядом с кроватью.

Я решила не думать об этом и вспомнила о ранее намеченном плане, первым пунктом в котором значилась еда, подготовленная домоуправляющей.

Поэтому я переоделась в свое простое платье, умылась из кувшина, стоящего на столе, и направилась в гостиную.

Как я и думала, стол уже был сервирован к завтраку на четырех персон. Не дожидаясь родственников, я решила позавтракать в одиночестве. Потому что совершенно не представляла себе, о чем можно было беседовать еще с этими злобными людьми, которые сподобились на подобную пакость, как уничтожение наряда, приобретенного на их же деньги…

Я не сомневалась, что это были проделки кузины, и после выполнения моей части договора она теперь спокойно могла чинить различные бесчинства, вынуждая меня отказаться от дальнейшего плана, зафиксированного в бумагах.

— Вы только посмотрите! Руби, — вскричала тетушка Тресси. — Проснись, дорогой…

В гостиную вошли тетушка и дядя.