Нет, нет и ещё раз... да!

Глава 43. Как остановить?

Что разбудило Карину рано утром? Правильно — голубиная почта. Бесцеремонность местных почтальонов, мягко говоря, зашкаливала. Корреспонденция снова была доставлена прямо в постель. Причём на этот раз на Карину свалился не только свежий выпуск газеты "Утренние новости", но и письмо.

Она с любопытством изучила конверт. Хотелось понять, кому адресовано послание. Вряд ли ведь Карине? Скорее, Матильде. Пока очень мало кто знает, что в особняке проживает квартирантка. Однако на конверте чёрным по белому было написано:

Вручить лично в руки Кристэне Лоиз Каролайн.

Ого! Значит всё-таки письмо для Карины. Любопытство заставило быстро распечатать конверт и достать листок. Послание оказалось довольно коротким.

Если хотите найти то, что потеряли, загляните в заброшенную часовую башню, что на окраине Бьонсберга. Ровно в полночь. Вы должны прийти туда одна без сопровождающих.

Карине совершенно не понравилось содержание. От текста веяло скрытым ультиматумом или даже угрозой. Подозрительным было и то, что отправитель не потрудился подписать послание, но это ещё полбеды. Карина не поняла о чём речь. Разве она что-нибудь теряла? Её рука машинально потянулась к груди, проверить, на месте ли кулон. На данный момент это, пожалуй, единственная вещь, утратить которую было бы по-настоящему жаль. Всё остальное — дело наживное. Но кулон, к счастью, оказался на месте.

А раз так, Карине, вообще, можно никак не реагировать на письмо. Если кому-то что-то от неё нужно, пусть по-человечески выйдет с ней на связь, а не прячется за анонимными посланиями.

Цепочка логичных доводов успокоила Карину, и она принялась за обычные утренние дела. Сегодня кормить "милых крошек" и завтракать пришлось в одиночку — Корнелиус из своей комнаты не выходил. Карина догадывалась, что он спит, и не хотела его тревожить.

Сразу после завтрака она отправилась в ателье, и всю первую половину дня они с сёстрами-модистками не покладая рук шили платки. Сегодня Карина чувствовала себя хорошо, к ней вернулась её обычная бодрость, поэтому работала она за четверых.

За два часа до официального открытия праздника они собрали всю партию, которую успели пошить, прихватили переносной торговый лоток и отправились на центральную площадь.

Сложно было не заметить, как город преобразился. Он был украшен цветами, но не они являлись основным источником праздничной атмосферы. Это удивительно, но на шеях многих горожан, спешивших на площадь, красовались оранжево-зелёные платки. Причём, не все они, разумеется, были пошиты в салоне сестёр Бринхилд. Другие ателье тоже подключились к инициативе. Более того, часть горожан, особенно те, кто не слишком богат, проявили изобретательность и сделали себе праздничную атрибутику самостоятельно.

Окрашенный в зелёные и оранжевые тона, город казался весёлым, ярким и эксцентричным, а сама центральная площадь, уже заполненная людьми, плескалась словно море, насыщенная возбуждённым гулом и томлением предвкушения.

Ох, как, наверное, было досадно тем, кто не обзавёлся символом сопричастности к предстоящему действу, но Карина и сёстры Бринхилд готовы были помочь. Они развернули лоток, чтобы распродать партию платков. Торговля пошла бойко.

Желающих отовариться было так много, что на какое-то время Карина забыла обо всём, в частности и о том, что она собиралась встретиться на празднике с Торбьоном. В такой толпе не легко друг друга отыскать, но Карину это пока не заботило. Если не удастся с ним увидеться — ничего страшного, встретятся в другое время в другом месте. Она всё равно планировала уйти ещё до начала праздника — сразу, как только все платки будут проданы. Ожидалось, что скоро на площадь прибудет гранд-канцлер, чтобы произнести приветственную речь, а Карине сильно не хотелось попасться ему на глаза. Вдруг он узнает в ней свою дочь. И хоть разглядеть в большой толпе одного конкретного человека сложно, но зачем Карине риск?

— Сколько вам штук, господин? — спросила она у очередного покупателя и вдруг обнаружила, что перед ней стоит Торбьон собственной персоной.

Значит, всё-таки нашёл. Хотя ему, наверное, было не так и сложно — у него же есть шпионы, которые следят за Кариной. Но это и хорошо — теперь он убедится, что она действительно в состоянии заработать деньги.

— Хотел взять два: для себя и для одной очаровательной госпожи, которая не перестаёт меня удивлять. Но оказалось, что у неё уже есть такая вещица, — Торбьон насмешливо улыбнулся, глянув на платок, который был повязан на шеи Карины, однако она видела, что им владеет не столько ирония, сколько изумление.

Да, его светлость крайне удивлён. Ему сложно понять, как аристократка и дочь гранд-канцлера может заниматься уличной торговлей. И это он ещё не знает, что платки, которые Карина продаёт, она же и пошила.

— С вас один сфольдо, — произнесла Карина невозмутимо.

Она приняла монету и отоварила Торбьона. Одновременно Лия взяла с лотка два платка, чтобы продать их пожилой паре, которая подошла следом. Стопка изделий таяла на глазах. Распродажу можно было назвать исключительно удачной, если бы не один досадный инцидент. Внезапный сильный порыв ветра подхватил оставшиеся несколько платков и понёс по воздуху. Лия и Мия бросились догонять.

Погода сегодня, вообще, была переменчивой. То ясно, то вдруг набегут тучи. Вот и опять небо начало затягиваться облаками. А ветер и не думал утихать, наоборот становился всё сильнее и сильнее. Карина осознала, что надвигается гроза. Первые редкие капли падали на землю. Эх, если сейчас начнётся ливень, праздник будет испорчен. Но Карину беспокоило даже не это. Ей стало очень не по себе от мысли: а что если это она виновата в том, что происходит? Но ведь в этот раз её никто не провоцировал, никто не злил, никто не угрожал. Всё же шло хорошо. Она озиралась по сторонам, пытаясь взять в толк, что не так. А в это время на горизонте уже начали сверкать молнии. Карина растеряно смотрела на сполохи не в силах понять, почему это случилось и как это остановить.