Фортуния любит отчаянных

Глава 8

Храм оказался унылым и скучным местом, но обращалась к богине я искренне. Я просила успеха в своих начинаниях, особенно в тех, которые произойдут со дня на день, как только мы спустимся к югу и достигнем перекрестка с дорогой, что идет в Эдачию. В тех краях должно будет поехать посольство, и если Фортуния мне поможет, произойдет это не в октябре, а позже, когда щедро политые дождями дороги замерзнут.

Фрейлины молились поодаль, и судя по взглядам, которые они на меня бросали, их просьбы были противоположны моим. Что ж, посмотрим, кого больше любит Фортуния.

Следующие две ночи мы провели в гостиницах. Я настояла на прогулке, Клотильда меня поддержала, Хелен была полна энтузиазма посмотреть новое место, и благородным леди пришлось вышагивать по мостовой за нами. Процессия растянулась едва ли не на квартал — впереди лейтенант Джонс, чью скуку скрашивала разговорами Хелен, за ними мы с Клотильдой, дальше брюзжащие тетушки и замыкали шествие четыре гвардейца. Я не хотела привлекать внимание во время променада, но и лейтенанты, и фрейлины настояли на моей защите. Теперь только штандарта с Малой короной не хватало, чтобы объявить всем: идут принцессы.

А мне так хотелось почувствовать себя снова бесшабашной девчонкой, как три года назад, когда я еще могла выбираться на улочки столицы по подземному ходу! Вместе с Катрионой и с Сабиной мы надевали скромные городские платья и выскальзывали из подземного хода. Мы брали брата Сабины с собой, чтоб не возбуждать подозрений — три приличные девицы не могут разгуливать без сопровождения. Сабина надевала ему на глаза черную повязку, чтоб он не узнал наших тайн, и снимала, когда мы уже стояли в подворотне недалеко от дворца. Брат Сабины был на два года ее младше и старался изображать из себя взрослого, пряча ребяческий восторг от таинственных побегов. Как же мне снова вырваться из клетки...

Я подняла голову с загорающимся фонарям, чтоб скрыть набежавшие слезы. Я вырвусь, обязательно. Непременно. Или сломаю крылья о клетку и умру.

* * *

Еще во дворце мы с Джонсом расчитали, как нам двигаться, чтобы ко времени остановки оказаться недалеко от пересечения трактов. Я не говорила ни ему, ни остальным, зачем это нужно. Джонс, конечно, подозревал, что дело нечисто, но один раз приняв мою сторону, когда с товарищами вытаскивал Кардисса из кустов, держался той же линии и дальше.

Мы ехали по западному тракту с севера на юг, который шел вдоль скальной гряды. К этому тракту подходит дорога, по которой должно ехать посольство, и дальше углубляется в ущелье между скал. Установить артефакт нужно как можно выше.

Чтобы завтра к вечеру оказаться на месте, сегодня мы снова должны ночевать у дороги.

Гвардейцы привычно установили защитные и тревожные артефакты, разбили палатки, развели костер и начали готовить кашу. Фрейлины с лицами невинных страдалиц удалились в палатки, где они обычно оставались до ужина. Для нас, благородных леди, раскладывали столик и стулья, но я предпочитала взять свою миску и присесть рядом с гвардейцами, несмотря на косые взгляды от стола.

Закончив с кашей я отдала посуду Дагни и решила найти магичку. Мне нужно было предупредить ее, чтобы она хорошо выспалась этой ночью. Сегодня весь день она зевала и пыталась спать в карете, объяснив, что ночью разминалась с магическими упражнениями, чтоб не терять форму. Но завтра ей предстоит трудное дело. Мы пока ни о чем не предупреждали Хелен — чем позже узнает, тем меньше шансов, чтоб ненароком сболтнет при леди-соглядатаях или тех гвардейцах, кто не так предан мне, как троица лейтенантов. Я уверена, что и среди охраны есть не только агенты Лентса, что еще не так страшно, но и доносчики Альфреда.

Я не нашла Хелен нигде — ни у стола, ни в палатке, ни вокруг. Дагни тоже ничего не знала. Может быть, гвардейцы видели, куда она ушла? Бродить девушке в одиночку не самая хорошая мысль.

У "лейтенантского" костра сидели Динкс и Даргс. Джонса, на удивление, не было.

— Господа, вы не знаете, где леди Клаудс?

Только совершенно наивный и неискушенный в отношениях человек не понял бы, почему молодые люди быстро переглянулись и наморщили лбы, пытаясь подобрать слова. Как можно более невинным тоном я поинтересовалась:

— Скажите, господа, Джонс не мог выбрать другую даму? А не ту, отец которой устроит ему персональную снежную бурю и заморозит все то, чем он может порадовать женщину?

Динкс и Ларгс засопели. Я строго посмотрела на лейтенантов:

— Мэтр Клаудс устроил леди Клаудс во дворец, чтобы она сделала приличную партию.

— Ну... — вздохнул Динкс, — Джонса на место капитана прочат, наш нынешний скоро в штаб перейдет.

— И как вы будете "проверять караулы"? — не удержалась я.

— Уж не реже, чем раньше, — заулыбался Динкс.

— Джонс — простолюдин, — разбила я его веселье. — Мне придется обращаться к Его Величеству с просьбой предоставить Джонсу благородное звание. Вы, все трое, так просто не отделаетесь, — ехидно закончила я, но подумав, добавила: — Все четверо. Пусть Джонс проведет разъяснения со своей дамой сердца.

Вернувшись в палатку я вновь поблагодарила Фортунию. Вопроса, как убедить эту троицу и магичку помочь в авантюре, больше не было. С Альфредом придется договариваться... впрочем, я ближайшие месяцы так и так буду паинькой, чтобы не мешать планам на прием посольства.

Утром, едва я вышла из палатки, ко мне подошел сам герой-любовник.

— Ваше Величество, мне ребята сказали, вы знаете... Такое вот у нас получилось. Даже не знаю, как. Я теперь на Хелен обязательно женюсь.

— Как с ее отцом договариваться будете, лейтенант?

Тот вздохнул:

— Динкс говорит, вы можете попросить за меня Его Величество.

— Могу.

— Ваше Высочество, — Джонс посмотрел на меня несчастными глазами. — Я для вас все, что угодно... Стри-и-икс!

Поняв, что и кому он пообещал, лейтенант закрыл глаза и глухо застонал. Я широко улыбнулась.