Меня убьет Рубиновый Дракон

Глава 27

Королева жадно впитывала каждую крупинку информации о проклятой сопернице. Каждый жест, каждое слово, каждый оттенок в интонации. И пришла к неутешительному выводу.

Мерзавка умна. Как ни надеялась Саила обойтись тупоголовой вертихвосткой – ее встретило разочарование. Ум человечки проявился в реакции на чарующее воздействие, которое королева подключила при встрече с соперницей.

Это не было магией в строгом понимании. Подлинную магию Саила не стала бы использовать в покоях вождя, чтобы не оставлять следов. Если Эредин так трясется над попаданкой, непременно проверит следы магического воздействия.

Саила использовала чары саламандры. Способность использовать собственную мимику, интонацию и язык тела так, чтобы вызывать бессознательную расположенность и симпатию собеседника.

Стержневая магия этих чар – абсолютный контроль над собственным разумом. Чтобы ни один поступок оппонента, ни одна его реакция на тебя не могли вызвать негативные эмоции и вывести из равновесия.

Используя чары, саламандра не могла расстроиться, разозлиться, прийти в шок. При любой реакции она была в состоянии стимулировать своим поведением самые позитивные чувства к себе. А эмоции «откладывались на потом» - когда задача будет выполнена.

Со стороны магию этих чар невозможно отличить от простейших ментальных щитов. Если Эредин Файларден проверит, с чем явилась Саила к его Истинной, увидит лишь легкую защиту разума, которая вполне естественна и безвредна.

Королева видела, что девчонка явно подпала под действие чар. Вождь еще не дошел до того, чтобы собственноручно упаковать ее в кокон из различных защит, или поручить упаковку сильнейшим драконьим магам. Она была беззащитна – и среагировала так, как должна была.

Так, да не совсем. Несмотря на очарование, она не действовала бездумно, на эмоциях – что и было целью чар. Она размышляла над словами Саилы и своими. Говорила и делала только то, что было ей выгодно. Хотя явно прониклась симпатией к саламандре.

Это означало лишь одно. Девица была того сорта, кого называют – «себе на уме». Что бы ни творилось вокруг нее, она обязательно будет обдумывать, оценивать, делать выводы и продумывать стратегию поведения. Не бросится импульсивно в омут с головой.

И этот склад характера у соперницы невероятно осложнял задачу Саилы. Избавиться от нее быстро и без последствий, а потом занять место в сердце Эредина Файлардена, отведенное его Истинной Паре.

Саила анализировала свои наблюдения над иномирной обезьянкой в то же самое время, когда та сама улетела в размышления. Над ответами, полученными от Саилы. Королева не лгала ей – общие вопросы о вулканах, саламандрах, порталах в другие миры легко проверить. Да и правда ничем не грозила ее планам, так что Саила ничего не скрывала.

А затем обезьяна сумела ее удивить. Прямой вопрос о пророчестве стал неожиданностью. Но и тут скрывать было нечего. Перед ритуалом все участники принесли клятву Эредину Файлардену, что не разгласят ответ Гайданы без его ведома. Кроме них и драконьих старейшин никто не был посвящен в тайну.

И вот, пока обе соперницы предавались размышлениям, в библиотеку нагрянул Эредин собственной персоной. Саила была готова к такому развитию событий. Но сердце все равно екнуло. Он непременно потребует объяснений. И ей придется отвечать.

Она неплохо изучила Эредина Файлардена. Он так и сделал. Смотрел то на одну женщину, то на другую. Явно желая наказать обеих. За что – неважно. Он был зол. Выбешен их встречей и разговором.

И наверно, сам не понимал, что именно выбесило его. Сам факт встречи любовницы с Истинной, обреченной на смерть. Или их дружелюбная беседа. За свою долгую жизнь Саила убедилась, что мужчинам изрядно не по себе, если две их любовницы (или больше) вдруг начинают спокойно общаться и договариваться, вместо того чтобы выцарапывать друг другу глаза.

Саила тревожилась – но чары делали свое дело. Мысли текли ясно и спокойно. Бурные эмоции творились будто бы не в сердце Саилы, а где-то в стороне, а она невозмутимо наблюдала за разгоравшимися в ней самой страстями. При этом внешне она непринужденно поклонилась драконьему вождю по всем правилам этикета.

Короткий кивок в ответ.

- Саила. Жду тебя в кабинете.

И развернулся, шагнув к двери. А человечка окликнула его:

- Вождь Эредин. Прошу уделить мне несколько минут, когда освободитесь. У меня к вам важный разговор.

Он замер. Саила видела напряженно взбугрившиеся мышцы на обнаженной спине. И безумно жалела, что он успел повернуться к ним спиной. Чего бы только она сейчас ни отдала за то, чтобы видеть его лицо!

- Хорошо, - бросил наконец через плечо, не соизволив обернуться.

И вышел. Саила посмотрела на человечку. Та нервозно закусила губу. Королева одарила ее улыбкой – слегка ободряющей, слегка сочувствующей, слегка извиняющейся.

- Эвелина, вынуждена покинуть тебя… Вождь Эредин требует неукоснительного исполнения своих приказов. Была рада нашему знакомству! Надеюсь, это не последняя наша встреча.

- Взаимно, Саила, - кивнула та, натягивая ответную улыбку.

А мыслями явно витала далеко от новой знакомой и перспективы их встреч. Саила отбросила наблюдения и анализ соперницы и поспешила в кабинет Эредина Файлардена.