Вкус тьмы. Книга 2

Глава 13

— Какой ребенок? — недоуменно переспросила я, растеряв всю злость.

Илона настороженно посмотрела на меня и нахмурилась:

— Благодаря эрибейской маги я могу распознать беременность.

Беременность… ребенок.

«Получил своё всё-таки», проскользнула ворчливая мысль прежде, чем я окунулась в истерику.

— Нет-нет-нет, нет! — зачастила я и, отчаянно мотая головой, упала обратно в кресло.

— Это не может быть… Я не могу быть беременной!

— Уверена, я не ошибаюсь. Но если хочешь, можем отправиться к лекарю… — участливо начала Илона, но я перебила её гневным криком:

— Я не беременна! Я принимала отвар лунареса! Он всегда действует.

Горло сдавило, и слова вырывались с трудом, с каким-то тяжелым хрипом. Я раскрывала рот, как рыба, чтобы глотнуть воздуха, но его катастрофически не хватало.

Илона торопливо подошла и, присев на колени, взяла мои руки в свои, ласково поглаживая.

— Отвар лунареса помогает только в течение суток после соития. Если принимать его уже беременной, то ребенку он не повредит. Времени ведь прошло много, четыре месяца, ты уверена, что каждый раз принимала отвар?

Её прикосновения действовали успокаивающе, и мне удалось вдохнуть. Наслаждаясь теплом ладоней матери, я с ужасом посмотрела ей в глаза и пискнула:

— Четыре месяца?!

— Плюс-минус неделя, — кивнула Илона.

Значит, это произошло не в Агенории. Четыре месяца… кажется, это время в Брейгеле или чуть позже, последняя неделя в Серрате. Если второй вариант — то дитя было зачато по любви и взаимному согласию. И это… наверное, это хорошо. Вот только что мне теперь делать? Я ведь не хотела этого, уже смирилась с мыслью о том, что матерью мне не стать: от другого Катрей не позволит, а ему самому я не желала дарить дампира.

Ох, Катрей… Как он отреагирует? Обрадуется? Безусловно. Вот только захочет ли он меня видеть, когда этот ребенок родится? Или я сделала все, чего он хотел, и теперь буду не нужна?

Как ни странно, но, сколько был ни уверял меня Катрей в своей любви, в своем желании быть лишь со мной, я не могла довериться ему. Вот просто не могла! Не просто же так он лгал раньше, не просто так удерживал в Серрате, когда после отъезда Присциллы я умоляла его отпустить меня. Расскажи он мне сам — пусть не сразу, а когда мы пришли к согласию и наслаждались друг другом с Серрате, я бы, наверное, смогла смириться и, вполне возможно, сама бы захотела этого ребенка.

По сути, я никому не нужна была: ни отцу, ни матери, даже Джиал прекрасно обошлась бы без меня. Поэтому я так долго не могла довериться Катрею и так сильно переживала его предательство. Может быть, и ему я тоже не нужна?

Щеки намокли от слез, но я не сразу их ощутила. Что-то в душе отчаянно ныло, болело, и волчица подвывала в ответ, чувствуя мой страх — страх опять остаться в одиночестве, когда во мне никто не нуждается просто потому, что это я.

И еще страх того, что Катрей заберет мое дитя.

Внутри все замерло от осознания. Я плакала, потому что боялась за будущее своего малыша. Которого уже очень сильно полюбила. А потом пришло острое понимание, что уничтожу любого, кто попытается встать между мной и моим ребенком. Даже Катрея.

Благодаря этой мысли я смогла успокоиться. Оказывается, крутившаяся рядом Илона уже успела напоить меня чаем и теперь что-то успокаивающе бормотала. В какой-то момент я открыла рот, чтобы поблагодарить её, но не успела.

— Мама, ты не знаешь, где сейчас маркиз Ка… — начала внезапно вошедшая Каролина, но осеклась при виде нас.

Я поспешно отвернула голову и стерла влагу со щек, стараясь привести себя в относительный порядок. Илона коротко вздохнула и вернулась на свое место.

— Оу, простите, что помешала воссоединению, — извинилась Каролина, вот только тон её был язвительным.

— Ничего страшного, Ваше Величество, — ровным тоном произнесла я и, поднявшись, сделала реверанс. — Я уже ухожу.

Каролина не стала мне препятствовать. Лишь тихо хмыкнула, когда проходила мимо неё, и села в то же кресло, в котором сидела я.

Хорошо, что нам помешали. Не подставляю, о чем можно было бы говорить дальше — для начала бы осмыслить новость о своей беременности!

Четыре месяца… Каким образом я не заметила признаков за все это время?! Очень странно, но ни тошноты, ни резких перемен аппетита или настроения, которыми пугали все родившие женщины, не было. Я комфортно себя чувствовала, работала, тренировалась… А про женские дни я, честно говоря, просто забыла! Не до того было: смерть отца, собственное восшествие на престол, заговор Исмены, свадьба Мери, приезд Катрея и выматывающее восстановление отношений с ним… Я расслабиться могла не каждый день, не то что задумываться над отсутствием женских дней! Да и чтобы я сделала, если бы заметила раньше?

Неторопливо шагая по широким коридорам и разглядывая портреты и пейзажи на стенах, я поняла, что невольно прикрываю пока еще плоский живот ладонью. Защищаю того, о ком узнала полчаса назад.

На губах появилась неуверенная улыбка.

***

— Как прошла встреча с королевой? — спросил Исмар, бросив в мою сторону косой взгляд.

Мы с ним и Изабель сидели в саду, на скамейке, окруженной пышными кустарниками. Здесь было мало народу, тогда как на тропинках практически невозможно протолкнуться. Мы специально выбрали такое уединенное местечко, чтобы обсудить наше дальнейшее поведение.

Я не говорила про встречу Исмару. Задав вопрос напрямую, он показал мне, что уже успел обзавестись шпионами и разузнать много информации, хотя мы находились в Каринтии полдня.