Сиреневый черный 1. Гнев единорога

Часть 2.6

Когда-то давно дед нынешнего Короля построил Ликию для своей жены. Та была большой поклонницей всех видов искусств, от музыки до живописания и, возглавив строительство культурной столицы, первостепенное место отвела возведению музеев, балетных школ, мастерских для скульпторов и живописцев. Город был провозглашен мирным и свободным для посещения представителями всех народов, независимо от того в мире или войне с ними находится Королевство. В подтверждение своих слов, Королева не стала возводить вокруг Ликии стену, открыв ее для всех. И, несмотря на усмешки военачальников, ожидающих, что вот-вот столицу искусств разорят степняки или разбойники, Ликия стояла, словно заговоренная, став, по умолчанию, землей мира и свободы.

После смерти бабки принцесса Нарбелия, властная и амбициозная младшая внучка основательницы Ликии, кусала локти. Величественный город достался ее сестре – Лэйле - которая, приклонив колени у одра старой Королевы, клятвенно обещала сохранить город первозданным. За верность своей венценосной бабке Лэйла впала в немилость у отца-Короля, да и раздосадованная Нарбелия приложила к этому свой острый язычок, нашептав отцу о том, что старшая сестра непокорна и опасна.

Несмотря на сплетни, слухи и угрозы, Ликия хранила нейтралитет. Королевские послы и сыщики были в городе частыми гостями. Они вынюхивали беглецов, которые искали защиты на этой мирной земле.

И теперь Лэйла радушно встретила посланников Королевства. То были эльфы, новые союзники, примкнувшие к Королю недавно, в основном, благодаря стараниям Нарбелии, крутившей шашни с одним из наследников эльфийского престола.

Скрепя сердце, Лэйла впустила погоню в город. Укрывать беглецов она не могла, не имела права нарушать закон, согласно которому распоряжения Короля относительно беглых преступников должны выполняться беспрекословно всеми. Однако на риск она все же пошла. Ведь среди странной компании беглых девиц, была гоблинша, поэтому Лэйла и решила помочь.

Мир с восточными гоблинами, обитающими по соседству, был целью ликийской принцессы, почти не достижимой, но все же реальной, и она по крупицам пыталась наладить дружеские отношения с соседями. Чтобы не навлечь на себя подозрения, Лэйла поступила просто и безопасно, отправив беглянок из дворца по потайному пути. Воспользоваться магией придворных чародеев она не могла - любой волшебный след тут же стал бы уликой.

Когда королевские посланники шагнули в зал для приемов, Лэйла встретила их благодушным кивком, однако с высокого кресла, в котором восседала, не поднялась. Два эльфа в походных одеждах приветствовали ее сдержанными поклонами.

Тот, что стоял справа, был очень молод. Он с интересом разглядывал висящие на стенах зала картины, изображающие пиры и охотничьи сцены. Его, сияющее белизной кожи, юное лицо отражало неподдельный интерес ко всему происходящему. Раскосые зеленые глаза внимательно изучали людей и предметы находящиеся вокруг. Он был невысок и длинноух: «Из лесных» - тут же отметила про себя Лэйла. «Что он забыл в компании Высокого?»

Его спутник, Высокий, был намного старше и одет гораздо богаче. Его добротная куртка поблескивала дорогими камнями, а шею увивали затейливые золотые цепи. В руке эльф сжимал поводок, пристегнутый к ошейнику черного с подпалинами темноморского терьера. Псы эти славились своей кровожадностью и силой. Губы и уши им отрезали в щенячьем возрасте, дабы придать мордам вид, сходный с головами змей. Там, на Юге, в диких Темноморских краях змею почитали как бога.

Терьер угрюмо взирал на выстроившихся вдоль стен охранников Лэйлы глубоко посаженными крошечными глазками и слегка поводил из стороны в сторону похожим на хлыст наездника хвостом, давая понять, что первым нападать не станет, но и любые попытки навредить хозяину будет пресекать в самой жесткой форме.

- Итак, господа, что привело вас в мой город?

Лэйла сидела в глубине зала, во мраке, по ее гладкому телу струились складки легкого платья из леопардового шелка, поблескивающего в свете канделябров. Голову красавицы венчал плюмаж из павлиньих перьев, переплетенный с косами и завитыми локонами в сложную высокую прическу.

- Дела, как водится, - тут же ответил Высокий эльф.

- Ловите преступников? – голос Лэйлы прозвучал на тон выше, как будто она сдерживала пробивающийся сквозь слова смешок. - У меня великолепная охрана, прекрасно обученная городская стража. Поверьте, негодяев тут нет.

- Дело не в них, - хладнокровно продолжил эльф. - Мы прибыли в Ликию для того, чтобы сопроводить группу юных эльфиек, едущих из Диорна в Нарн.

Лэйла кивнула и приподняла брови, всем своим видом показывая интерес. Нарн – крупный город Высоких эльфов, славящийся мастерами боевой магии старой закалки: преподавателями магических школ и частными учителями этого доходного ремесла. Диорн – оплот лесных эльфов, лежащий далеко к югу от Ликии, что издревле славился неприступностью и несговорчивостью. Похоже, желание Высоких наладить с лесными отношения наконец возымело успех.

По словам гостя, юные диорнские девы поступили на обучение к одному из известных нарнских магов на льготных началах, так сказать, во имя укрепления назревающего союза между лесными и Высокими. Куда и зачем направлялись лесные эльфийки на самом деле Лэйле предстояло выяснить. Это не составляло большой проблемы. Начальник охраны, поймав многозначительный взгляд госпожи, уже дал отмашку шпионам.

- Помимо основной цели, у нас есть еще пара дел, - Высокий сделал вид, что не заметил заинтересованности Лэйлы.

В нескольких словах он рассказал о том, что по просьбе королевских союзников разыскивает пропавшую из замка лаПлава принцессу, а также озвучил еще несколько целей своего приезда, связанных с поиском пропавших людей и другими делами.

***

Взрослого эльфа звали Раммаль, молодого лесного – Артис.

После аудиенции с принцессой они вышли из дворца и направились к воротам города. Въезд в культурную столицу Королевства выглядел странно: стены ее не окружали, а одинокие ворота были приветственно распахнуты перед путниками.