Поймать жену, или Секретарь под прикрытием

Глава 6

Знания Энтони Гранта и впрямь оказались бесценными. А еще феноменальная память. Декан мог, не заглядывая в документы и личные дела, точно сказать сколько лет магистру целебной магии и замужем ли бухгалтер Академии. Через час многострадальный отчет для Министерства был готов. С помощью все того же Тони заодно разобралась с ящиком-телепортом, который отправлял и принимал корреспонденцию. А после, тепло поблагодарив мужчину за помощь, я наконец отправилась в кровать с чистой совестью и отправленным отчетом.

На нужные и важные разговоры о чем-то постороннем у меня просто не осталось сил. Не знаю, как офисные работники выживают в этом болоте, но мне казалось, что я как минимум сражалась с многоголовой гидрой, а не с таблицей штатной численности.

Хотя, пожалуй, победить демона седьмого круга было бы проще. В воспоминаниях так точно.

С трудом успокоившись, я закрыла глаза и, кажется, даже уснула. Но спустя час проснулась в холодном поту, вытаращила глаза и уставилась в потолок в попытке вспомнить, поставила я галочку в шапке формы в строчке “высшие образовательные учреждения” или нет.

Фоссы бы побрали всех бюрократов мира!

Пришлось вставать и снова тащиться в приемную, вытаскивать из папки вторую копию отчета. Конечно же, все галочки были на месте!

Еще раз обматерив Министерство, я вновь вернулась в комнату. Шесть утра!

Если так пойдет дальше я или свихнусь или сама превращусь в бюрократа. Похоже, бессмысленная работа способствует этому лучше, чем любая магия изменений.

Поспать удалось всего час. Хотя мне показалось, что я закрыла глаза лишь минуту назад, как уже яростно затрезвонило заклинание побудки.

Не удивительно, что утром я была злая, как общипанная гарпия. И выглядела, в общем, так же. С красными от недосыпа глазами, всклокоченная и нервная, в мятом вчерашнем платье.

Завтрак соответствовал общему настроению и состоянию. Чай напоминал едва подкрашеную краской жижу, а овсянка была похожа на кирпич. Монолитный, отвратительный и безвкусный.

Та-шор, побери! Уж лучше бы эти работники ножа и поварёшки овсяную крупу крали и добавляли ее меньше, тогда хотя бы получилась просто вязкая каша. Условно съедобная, конечно, но хотя бы без желания использовать ее в строительстве вместо скрепляющего раствора. Но это не дорогой булгур, на него желающих, видимо, не было.

Моя мрачная физиономия была встречена в кухне не менее насупленными рожами работников. Абсолютно молча я прошествовала через кухонный проход и под злое сопение вытащила из холодильника трехлитровую банку с молоком и килограммовый кусок сливочного масла.

Щедро плеснула в пустую литровую кастрюльку молока, туда же отправила масло, а сверху плюхнула “кирпич” из овсяной каши.

- Эй, ты! - донесся до меня недовольный голос великанши, а когда я промолчала, сурово уперла руки в бока и конкретизировала. - Да, ты, секретутка! Что это ты себе позволяешь, белобрысая?!

- Как что?.. Действую в соответствии со своей специализацией, - ровно, даже равнодушно, отозвалась я.

- Это какой же?.. - хохотнул эльф, присоединяясь к беседе. - Опытный кашевар?

- Опытный некромант. И в данный момент пытаюсь оживить это овсяное умертвие.

- Ахах! Во, заливает! Слыхал, Феанор? - веселье овладело кухней, как диарея на корабле, на котором из еды остались лишь плесневелый хлеб и сушеная козлятина. - Еще скажи, архимаг!

Отвечать и кому-то что-то доказывать я не собиралась. К тому же, каша наконец, закипела, превращаясь во что-то съедобное.

- Неужели вам так мало платят, что вы выносите из кухни все, что не приколочено? - все же любопытство сгубило не только кошку.

- А ты думала, в золотишке тут купаемся?! - зло блеснула глазами великанша. Похоже я задела ее за живое. Вон как ноздри раздуваются и сжимаются кулаки. Того и гляди готова бросится. - Или думаешь пятнадцать фунтов это такая большая сумма, чтобы жить не тужить?

Сколько?! Даже Таша, хоть и не балует работников, но платит почти семьдесят, а в прибыльные месяцы и сотню. И при этом “Золотой единорог” точно не входит в список элитных заведений столицы.

- Ой, брось, Мартиша, что ты перед ней оправдываешься, - не менее яростно застучал ножом по разделочной доске эльф Феанор. Могу поспорить сейчас он представлял на месте сельдерея мою руку.

- Может, сама на кухню хочешь? - фыркнула великанша. - Научишь нас работать. Ну, конечно, секретуткой любая сидеть может. Бумажки носи себе и улыбайся гостям. Приказики на подпись подсовывай.

- Если у вас такая низкая зарплата, что ж вы не уволитесь? Любая таверна заплатит в три раза больше, - пожала я плечами и демонстративно хлопнула себя по лбу. - Ах да, там же воровать не получится!

- Шла бы ты отсюда подобру-поздорову, - процедил Феанор. - А то нам как раз на гуляш костей не хватает.

- В “потайном” шкафчике возле мойки поищите, - фыркнула я. - Уверена, там найдется пару килограммов отборной телятины.

На кухне повисло гробовое молчание, а я подхватила ручку кастрюльки и ушла в столовую.

На рабочее место я пришла после завтрака ровно в девять. И к собственному удивлению застала великаншу Мартишу, которая как раз выходила из кабинета ректора. Удивительно довольная, даже почти счастливая. Женщина смерила меня взглядом, фыркнула, и почти тут же до меня донесся голос ректора из коммутаторного кристалла на столе.