Иди через лес

Глава 9

Месяц мирной жизни в Эрлисе пролетел, как один день. Кира окончательно сдружилась со своей квадрой, больше не терзаясь экзистенциальными вопросами: «А могу ли я считать их своими друзьями?». Может — и не просто друзьями, а братьями. И это осознание грело душу сильнее огня. В один прекрасный день Гаур и вовсе потащил ее к себе домой, где представил легендарной матушке Броне. Кира с внутренним обмиранием смотрела на крепко сбитую женщину со светлыми, как у самого Гаура, волосами, собранными в тугой узел на затылке, и грустными серыми глазами.

— Вот. Это Кира, это я про нее тебе рассказывал.

— Что ж тебе, девонька, в городе не сидится? — спросила женщина, тяжело вздохнув. — Неужели в лесу так хорошо?

— Не то, чтобы хорошо… Просто вариантов других нет, — Кира развела руками. Матушка Брона покачала головой, ничего не ответив, но с того дня у Киры возникло ощущение, что кроме трех братьев у нее появилась добрая тетушка. В доме у Гаура вообще было на удивление тепло, и неудивительно, что туда тянуло всех. Варстан искренне смеялся над колкими шутками Фаруин, Ортвиг безропотно помогал матушке Броне раскатывать тесто, сама Кира с удовольствием помогала Гауру лепить пироги. Это место было настоящим домом, где тебя не обидят и не причинят боли, где помогут залечить раны — будь они на теле, или на душе. Неудивительно, что и сам Гаур был словно огонь в очаге: грел каждого, щедро даря свет и тепло, не требуя взамен ничего.

Однажды вечером Кира наконец решилась — достала из сундука горшки с алхимической мазью и пошла на тренировочный полигон. Солнце уже село, мягкие сумерки разбавляли огоньки в окнах казарм, голоса и смешки из столовой и купален. Кира несколько минут постояла просто так, с закрытыми глазами, надеясь запомнить этот миг навсегда, а затем решительно зачерпнула мазь и провела по лезвию кинжала. Сначала один, затем другой… Так, теперь самое время вспомнить уроки Мэхис. Кира сосредоточилась, чувствуя, как пальцы кольнули крохотные молнии. Одно из лезвий мгновенно окуталось золотистыми искрами. Второй кинжал оставался обычным. Кира прикусила губу, призывая лед — и картина изменилась. Один кинжал покрылся острыми льдинками, а другой потух.

— Да елки-палки… — пробормотала Кира, раздосадовано почесав в затылке — и только потом спохватилась, что на пальцах еще осталась алхимическая субстанция. — Отлично, еще и голову мыть второй раз…

Она стерла алхимическую пасту и во второй раз на оба клинка нанесла одну и ту же мазь. Теперь оба ее кинжала испускали слабые молниевые разряды.

— Ладно, начнем с малого.

Кира неуверенно взмахнула руками, и залюбовалась: за лезвиями остался отчетливый золотой след. Еще взмах, шаг вперед, поворот, выпал, взмах, быстрый росчерк в воздухе, напротив шеи воображаемого Опустошенного. Кира закрыла глаза, чувствуя, что тело действует само по себе. Но на сей раз она не стала расслабляться, полностью доверяясь рефлексам, а старательно запоминала каждое движение. Быстрее, еще быстрее, кажется, даже дыхание сейчас собьется, но нет: она мерно и глубоко дышала, даже не запыхавшись. Это больше всего походило на танец. Поворот, перекат по земле от невидимого удара, пируэт на одной ноге — она сама не ожидала, что так легко удержит равновесие — новая серия ударов-узоров в воздухе. Когда клинки вдруг зазвенели, столкнувшись с чужим лезвием, Кира даже не вздрогнула и не открыла глаза. Она слышала дыхание, свист меча — и память тела услужливо подсказывала каждое следующее движение. Кинжалы поймали меч в перекрестье лезвий, и лишь тогда Кира открыла глаза. Варстан улыбался краем рта, глядя на нее с одобрением.

— Очень хорошо, — сказал он, опуская меч. — По сравнению с тем, что было поначалу — небо и земля. Решила использовать только молнию?

— Я хотела два сразу, но не поняла, как это делать, — призналась Кира, опустив руки. Плечи слегка заныли от напряжения, и она невольно повела ими.

— Ран делала так: через одну руку молнию пропускала, а через другую — лед.

— Мда… — протянула Кира, критически посмотрев на кинжалы. — Такого я еще не умею.

— Научишься. Ты очень быстро учишься, и это радует.

Кира тяжело вздохнула и развела руками.

— Спасибо. Буду тренироваться, куда тут денешься… Судьба у меня такая, видимо, — учиться.

В кровать она ложилась с мыслями, что обучение далось бы гораздо легче, если бы у нее была возможность хоть одним глазком прочитать книги по этой самой магии. Но, в библиотеку Цитадели ей хода нет, а после «приятнейшего» знакомства с магистром Лоренсом ей даже близко подходить к этой «обители зла» не хотелось. Кира поймала себя на мысли, что ей катастрофически не хватает книг. Нет, пересказывать сюжеты давно прочитанных произведений было весело, но хотелось уже и что-то новенькое прочесть, лично для себя. Да она бы сейчас и учебник по лингвистике прочитала, затаив дыхание! Кира, горестно замычав, сунула голову под подушку. Кажется, ей срочно надо возвращаться в лес: там, по крайней мере, нет времени на лишнюю рефлексию и тоску по обычной, нормальной жизни в своем мире.

Подушка оказала на нее благотворное влияние, и уже через пару минут пришла идея: вновь озадачить мэтра Ардана. Раз уж он научил ее читать и писать на здешнем языке, может, и книгой поделится. Любой! Хоть словарем для целителей, хоть сборником рецептов травяных отваров от кашля, лишь бы занять затосковавший мозг. В глубине души Кира прекрасно понимала, что это всего лишь слабые попытки найти благовидный предлог — потому что даже самой себе было стыдно и страшно признаться, что не тоска по книгам ее тянет к мэтру.

Едва забрезжил рассвет, Кира помчалась в лечебницу. Остатки совести, почти поглощенные тоской по печатному (ну, ладно, в этом мире — рукописному) тексту шептали, что будить уважаемого мэтра в такую рань — это высочайший уровень эгоизма. И это была единственная причина, заставившая Киру перейти с бега на быстрый шаг. Эрлис медленно просыпался. Солнечный свет окрасил шпиль Храма Даани, медленно перебираясь ниже. Засверкали, отражая лучи, окна верхних этажей в лечебнице. Чистильщики улиц сонно глядели на нее, не понимая, что нормальному человеку может понадобиться в такое время.