Норденийка. Паутина дорог

Глава 10. Поход на Рантеран

Дорогая Дейна Морлан!

Мы, руководители независимой книжной гильдии, счастливы сообщить вам, что ваша книга «Крестьянка и дракон» одобрена нами и будет напечатана зимой следующего года. Напоминаем, что две трети вырученных средств пойдут на развитие гильдии. Оставшиеся деньги получает автор. Данное правило действует для всех новичков, независимо от возраста и опыта.

Желаем Вам всего наилучшего.

Независимая книжная гильдия.

Дейна перечитала эти черные строки, аккуратно выведенные красивым почерком, несколько раз, но ее сердце стало колотиться от радости сразу после первого прочтения. О том, что для автора первой книги, да еще и женщины, такое письмо – большая честь, уже было известно девушке. Герцог Виенто не раз вскользь упоминал, что она способна, но книжные гильдии не берут все рукописи подряд, и к тому же весьма придирчиво относятся к женским историям про женщин.

С детства Дейна в глубине души мечтала помогать женщинам, точно, как ее мать. Она не имела медицинских навыков и целительского дара, зато с детства шлифовала писательское мастерство вместе с магией. И сейчас ее талант и упорство принесли свои плоды.

Последний осенний месяц подходил к концу. Уже давно выпал первый снег, и теперь лежал тонким слоем на внезапно посветлевшей улице. Ветер усилился, мороз покалывал щеки, словом, было все, как в северной стране.

Поводов грустить и тревожиться у Дейны, как и у всякой другой женщины, чей возлюбленный, жених или муж служил в войсках, было предостаточно. Но она старалась обращать внимание только на хорошее. Во-первых, бабушка Софи в последнее время занемогла и отказывалась навещать дочь с внучкой. Ходить к ней она тоже запретила. Мама бесконечно вздыхала, что бабушка слаба здоровьем и неровен час может ускользнуть от них за Грань, но Дейна только отмахивалась с нетерпением и злостью.

Дейна не любила бабушку, хоть и исправно носила подарки на все праздники, как глупая маленькая девочка из детской сказки. Любви Лилианы и собственного самолюбия Софи хватало более чем достаточно. Да и в чем радость тянуться к старой ведьме, которая отвечает колкой грубостью на каждую попытку поговорить спокойно и мирно?

- Бабушка прожила тяжелую и трагичную жизнь, - иногда говорила Лилиана с самым философским выражением лица. – Она имеет право на это.

- На что, матушка? – Дейна тяжело вздыхала и недовольно корчила гримасы. – На возможность портить нам настроение?

- Хватит, дочка! Ты выросла ужасно злопамятной.

- А ты – до отвращения терпеливой!

- Зато я умею любить и ценить семью. А ты ценишь только себя.

- Кто бы мог подумать, - девушка картинно возводила глаза к потолку. – Интересно, с кого бы я могла взять пример.

- Со своего умирающего папаши.

- Вот как? – ухмылялась Дейна и хрустела пальцами, хотя ей становилось очень больно от каждого такого сравнения. – Провести параллель между тобой и твоей матушкой-крикуньей?

- Хватит! Замолчи! Ты ужасно злая!

Разговор заканчивался обычно тем, что либо Дейна выскакивала в одном тонком домашнем платье на улицу, либо Лилиана принималась шумно мыть посуду, всем своим видом давая понять, что не желает слышать о старой злюке ничего дурного.

Месяц Датин подходил к концу. Мороз крепчал, снега становилось все больше, а ветер жутко выл в трубах каждую ночь. Дейна прожила в этом доме чуть меньше пятнадцати лет, но каждую зиму привыкала к этому зловещему звуку. По ночам она куталась в старое теплое одеяло, и в минуты бессонницы думала про Леона. Как он там? Западные войска охраняют столицу, и любимый должен находиться в безопасности, но за последние месяцы Дейна усвоила, что безопасность – всего лишь иллюзия.

Беда может явиться в любой дом, постучаться посреди ночи огромным кулаком в любую дверь, и отобрать все, что дорого. Жизнь, дорогих людей, деньги, честь, здоровье… Думать и знать об этом тяжело и страшно, но все лучше глупого отрицания.

В двадцать второй день месяца Датина гонец от инквизиции привез ей еще одно письмо. Это известие уже не смогло порадовать девушку так же сильно, но заставило гордиться собой.

Каждый год один маг, выбранный случайным образом, принимал участие в дебатах с инквизитором. Последнего выбирали также случайно, без предвзятого отношения епископа. Это происходило во всех городах, кроме столицы – в ней устраивали нечто более масштабное. В течении часа маг и инквизитор должны были вести жаркий спор о том, чья сторона права. Решение о победителе выносили горожане, а о призе объявлял городской глашатай.

- Только, заклинаю тебя, не называй инквизиторов тварями и гадюками, - посетовала Лилиана, когда дочь показала ей письмо, скрепленное круглой печатью епископа. – Ты им все равно не объяснишь очевидного. Виенто точит на тебя зуб, а я простая целительница и не смогу помочь.

- Все в порядке, матушка! – Дейна шутливо поклонилась и принялась одеваться. – Не тревожься попусту.

- Дай-то Боги.

Девушка надела шерстяное платье и теплый плащ, обула новенькие зимние сапоги и вышла из дома, стараясь не оскальзываться на обледенелых лужах. Ее душа пела и плясала. Победа в дебатах – великая честь для ведьмы, а еще есть надежда на денежный приз. Только призы распределяют тоже случайно. Одним дают мешок золота, а вторым помилование от казни, которая должна наступить, якобы за дерзость.