Марков, Сергей Леонидович

Серге́й Леони́дович Ма́рков (, Санкт-Петербургская губерния, Российская империя — , район села Шаблиевки, Ставропольская губерния, территория под контролем Добровольческой армии) — русский военачальник, политический деятель, военный учёный[1] и преподаватель.
Участник Русско-японской войны. Военный преподаватель Академии Генерального штаба (1911—1914, 1916). Военачальник Первой мировой войны, начальник штаба 4-й стрелковой «железной» бригады (1914—1915). Командир 13-го стрелкового полка (1915—1916). Заместитель начальника оперативного отдела штаба Ставки Верховного Главнокомандующего, затем начальник штаба Западного и Юго-Западного фронтов (1917). Генерал-лейтенант Генерального штаба (1917). Как поддержавший Корниловское выступление арестован Временным правительством, участник Бердичевского и Быховского сидений генералов (1917).
Участник Гражданской войны (1918). Первопоходник. Один из лидеров Белого движения на Юге России и организаторов Добровольческой армии. Получили известность личная храбрость и тактическое мастерство, продемонстрированные Марковым в ходе боёв с красными на Кубани[2]:47.
Погиб в бою у села Шаблиевки  в начале Второго Кубанского похода. Культовый герой в среде Добровольческой армии[2]:47, именем Маркова был назван Офицерский полк, а затем блок цветных частей (марковцы).
Биография
Происхождение и семья

Сергей Леонидович Марков родился  в Санкт-Петербургской губернии в семье офицера, потомственного московского дворянина православного вероисповедания[4].
В книге В. В. Бондаренко «Легенды Белого дела», изданной в серии ЖЗЛ в 2017 г., впервые приведены данные о том, что местом рождения С. Л. Маркова был город Кронштадт, где служил его отец — командир артиллерийской батареи подполковник Леонид Васильевич Марков (1839—1887), участник Среднеазиатских походов; интересно, что именно поручик Л. В. Марков в 1866 г. был направлен к императору Александру II с донесением о взятии Ходжента. Там же приводятся сведения о семье Л. В. Маркова: его жену звали Вера Евгеньевна Аллар, а кроме Сергея, у супругов ещё были дети Леонид (1879), Борис (1880) и Евгений (1883). В. Е. Аллар-Маркова была дочерью московского врача Евгения Морисовича Аллара (1808—1862), который, в свою очередь, был сыном эмигранта из Франции Мориса-Жерара Аллара (1779—1847), известного в Москве книготорговца.
Жена — Марина (Марианна) Павловна (1884—1972), урождённая княжна Путятина, дочь действительного статского советника[4], археолога князя Павла Арсеньевича Путятина (1837—1919).
Дети — сын Леонид, родился , и дочь Марианна, родилась [4]. В 1920 году семья эмигрировала из России, после Второй мировой войны жила в Бельгии[5], а в 1950-е годы дети генерала Маркова переехали в США.
Семья Маркова через родство с князьями Путятиными дружила и тесно взаимодействовала с семьёй Рерихов. Жена Маркова Марианна Павловна являлась кузиной русского религиозного философа Елены Рерих[5].
Образование и начало военной службы
Окончил в 1895 году Первый Московский кадетский корпус с отличием и был переведён  в Константиновское артиллерийское училище.  был произведён в подпоручики гвардии и был выпущен из училища в лейб-гвардии 2-ю артиллерийскую бригаду. Интересуясь военными науками, в 1901 году принял решение поступать в Николаевскую академию Генерального штаба. В октябре того же года сдал двойной конкурсный экзамен и был зачислен в младший класс Академии. Во время учёбы  был произведён в поручики. Окончив по первому разряду два класса и дополнительный курс,  получил чин штабс-капитана[6]:9.
В Русско-японской войне

После окончания Академии добровольцем отправился на Маньчжурский фронт Русско-японской войны[7]:59. В июле 1904 года начал службу во 2-й Маньчжурской армии в Управлении начальника военных сообщений в городе Ляоян. С 7 августа передан в распоряжение генерал-квартирмейстера, 8 августа через Военно-топографическое отделение получил задание осуществить разведку дорог и местности в направлении от Ляояна до Мукдена и между Мукденом и Сыпингайскими высотами[7]:60. Состоял при штабе 1-го Сибирского армейского корпуса и обеспечивал его связь с Маньчжурской армией. С 16 по 19 августа участвовал в боях у деревни Шоушаньпу и на «высоте 99»[6]:10. С 22 августа во главе группы офицеров обеспечивал маршрутную разведку путей отступления русской армии от Мукдена до Телина[6]:10.
С сентября по декабрь 1904 года был офицером Генерального штаба в штабе Восточного отряда Маньчжурской армии. В это время, 3 октября, в бою на Новгородской (по другим данным — Путиловской[7]:60) сопке был ранен его брат Леонид Марков, подпоручик 86-го Вильманстрандского полка, который скончался в лазарете 13 октября[6]:10. 6 декабря в результате расформирования штаба Восточного отряда назначен в штаб 1-го Сибирского армейского корпуса. Участвовал в сражении при Сандепу 12—16 января 1905 года[7]:61 и в Мукденском сражении в феврале — марте 1905 года.
 получил чин капитана и переведён в Генеральный штаб с назначением старшим адъютантом штаба[7]:61. За боевые заслуги с лета 1904 года по февраль 1905 года был награждён пятью орденами: св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и 3-й степени с мечами и бантом, св. Станислава 2-й и 3-й степени с мечами, св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом[6]:28. По итогам Русско-японской войны написал брошюру «Ещё раз о Сандепу» (1911) и главу в коллективном исследовании «Русско-японская война в сообщениях Николаевской академии Генерального штаба» (1906).
В межвоенный период

 переведён в распоряжение начальника штаба Варшавского военного округа[6]:28. Проходил строевой ценз в качестве командира 4-й роты лейб-гвардии Финляндского полка[7]:61 с  по [8]. С января 1907 года — старший адъютант штаба 16-й пехотной дивизии, с июня 1907 года по январь 1908 года — помощник старшего адъютанта штаба Варшавского военного округа[7]:61. С июня 1908 года по октябрь 1911 года — помощник начальника делопроизводителя в отделе генерал-квартирмейстера Главного управления Генерального штаба.  произведён в подполковники (официально утверждён в должности в декабре)[6]:29.
В межвоенный период был отмечен двумя иностранными орденами — черногорским орденом князя Даниила Первого 3-й степени и Бухарской золотой звездой 3-й степени — и получил разрешение на их ношение  и  соответственно[4]. C  по  находился в командировке в Германии «с целью усовершенствования знаний немецкого языка». Согласно предположениям исследователя биографии Маркова Н. Калиткиной, именно к периоду этой командировки относится выполнение им секретного задания по фотографированию усовершенствованных фортов немецкой крепости Торн[7]:61—62.
С 1908 года преподавал тактику, военную географию и русскую военную историю в Павловском военном училище и Михайловском артиллерийском училище. Был вместе с полковником Георгием Гиссером соавтором учебника «Военная география России. Исследование отдельных театров военных действий» (1-е издание — 1909, 2-е — 1911) и учебника «Военная география иностранных государств» (1911). Участвовал в подготовке учебника «География внеевропейских стран» (1915). Издал «Записки по истории Русской армии. 1856—1891». С  — штатный преподаватель в Николаевской военной академии[6]:31—32.
В Первой мировой войне
В 4-й стрелковой дивизии

С началом Первой мировой войны переведён в действующую армию и назначен начальником разведывательного отделения управления генерал-квартирмейстера штаба армий Юго-Западного фронта[9]. С  — начальник управления генерал-квартирмейстера, с 22 октября — начальник штаба 19-й пехотной дивизии[7]:62. В составе дивизии участвовал с 28 по 30 октября в блокаде крепости Перемышль, а с 30 октября по 26 ноября во всех основных боях дивизии в Карпатах в районе Дуклинских проходов. За участие в этих боях позднее, , был награждён мечами к ордену Святой Анны 2-й степени[6]:39.

 принял должность начальника штаба 4-й стрелковой бригады (затем — «железной» дивизии) под командованием генерал-майора Антона Деникина. С этого периода начинается активное сотрудничество и дружба Маркова с Деникиным, которые затем продолжились в 1917 году во время командования Деникиным фронтами Русской императорской армии (Марков неизменно являлся при нём начальником штаба), а также в Добровольческой армии (где Марков одним из первых выразил доверие Деникину при его вступлении в командование армией после гибели Лавра Корнилова).  награждён орденом Святого Владимира 3-й степени.
Командование 13-м стрелковым полком
 по личной просьбе с разрешения Деникина временно вступил в командование 13-м стрелковым генерала-фельдмаршала Великого князя Николая Николаевича полком, действующим совместно с 4-й бригадой. Непосредственный начальник Деникин и сам Марков многократно просили утвердить его командиром полка, но не позволяла это сделать «мёртвая линия старшинства», по которой в очерёдности кандидатов он постоянно находился во втором десятке. С мая 1915 года Деникин неоднократно представлял Маркова к чину генерала, но ходатайство отклоняли по причине молодости кандидата[6]:41[10]
В июле 1915 года за бой под Творильней награждён орденом Святого Георгия 4-й степени[7]:62. Со своим полком добился успехов в боях под Журавиным, Горыньей, Перемышлем, Луцком, Чарторыйском[6]:43. В августе награждён Георгиевским оружием[7]:62—63.  утверждён в должности командира полка[6]:42. В декабре 1915 года произведён в генерал-майоры[11].
Весной 1916 года готовил свой полк к участию в предстоящем наступлении Юго-Западного фронта. По настоянию Ставки Верховного Главнокомандования из-за некомплекта офицеров Генерального штаба, а также согласно порядку вступления в командование дивизией был повторно назначен начальником штаба 4-й дивизии. В конце апреля сдал командование полком полковнику Петру Непенину[6]:44.
На Кавказском фронте и в Академии Генштаба
 в чине генерал-майора, по причине нехватки офицеров Генерального штаба на руководящих должностях в крупных действующих на фронтах соединениях, назначен начальником штаба 2-й Кавказской казачьей дивизии[6]:45. Новое назначение потребовало его перемещения на Кавказский фронт. В «прощальном» приказе о переводе Маркова его начальник Деникин написал:

В тяжёлые дни Творильни полковник Марков принял 13-й стрелковый полк.
С тех пор, сроднившись с ним, в течение более года с высокой доблестью, самоотверженно и славно провёл его через Журавин, Зубовецкий лес, Мыслятычи, по крестному пути отхода армий, через Дюксин, Олешву, Новоселки, Должицу и Будки.
Нам всем и памятны, и дороги эти имена. С чувством искреннего сожаления расставаясь со своим сотрудником (по штабу), соратником и другом, желаю ему на новом фронте признания, счастья и удачи

Выехал на Кавказ и  прибыл к новому месту несения службы. Принимал в боях на Кавказском фронте личное участие. Осенью 1916 года был вызван в Николаевскую академию Генерального штаба для чтения лекций по общей тактике для первых ускоренных курсов[7]:63. Был не удовлетворён уходом с фронта и подал прошение о возвращении в строй. Согласно воспоминаниям Василия Павлова, Марков попрощался со своими слушателями словами: «Всё это, господа, вздор, сухая теория! На фронте, в окопах — вот где настоящая школа. Я ухожу на фронт, куда приглашаю и вас!»[6]:45[12]
В штабах армий и фронтов

С  — генерал для поручений при командующем 10-й армией генерале Владимире Горбатовском. В начале февраля находился в Петрограде в служебной командировке, который покинул накануне Февральской революции.  получил приказ выехать через Минск в Брянск для успокоения солдатского гарнизона города, застал его бунт и, как офицер, едва не стал жертвой самосуда[10]. В конце марта избран в офицерско-солдатский комитет штаба 10-й армии, в котором участвовал до середины апреля, выезжал оратором в воинские части, агитировал личный состав за продолжение войны[6]:48—49. В марте — апреле был назначен на должность 2-го генерал-квартирмейстера штаба Верховного Главнокомандующего, где снова встретился с Деникиным, назначенным в конце марта начальником штаба Верховного главнокомандующего. С  — командующий 10-й пехотной дивизией.  переведён в Ставку и назначен 2-м генерал-квартирмейстером при Верховном главнокомандующем. С 10 июня — исполняющий должность начальника штаба армий Западного, с 4 августа — Юго-Западного фронта при командующем фронтами генерале Деникине[13]. В мае 1917 года произведён в генерал-лейтенанты[11].
Арест и заключение в Бердичевской и Быховской тюрьмах

Активно поддержал Корниловское выступление, за что  отстранён от должности и арестован с другими генералами Юго-Западного фронта по приказанию комиссара фронта Николая Иорданского. Заключён в Бердичевскую тюрьму, где содержался в камере № 2.  вместе с другими генералами во время отправки в Быхов едва не стал жертвой самосуда солдатской толпы, от которой в значительной степени их спас офицер юнкерского батальона 2-й Житомирской школы прапорщиков Виктор Бетлинг[14]. В конце сентября с другими бердичевскими арестованными доставлен в Быховскую тюрьму, где содержались Корнилов и его сподвижники. В тюрьме развлекал себя и других арестованных генералов, организовывая игры в чехарду[15].
Во время заключения писал в своём дневнике:

Зачем нас судят, когда участь наша предрешена! Пусть бы уж сразу расстреляли… Люди жестоки, и в борьбе политических страстей забывают человека. Я не вор, не убийца, не изменник. Мы инако мыслим, но каждый ведь любит свою Родину, как умеет, как может: теперь насмарку идет 39-летняя упорная работа. И в лучшем случае придётся всё начинать сначала… Военное дело, которому целиком отдал себя, приняло формы, при которых остаётся лишь одно: взять винтовку и встать в ряды тех, кто готов ещё умереть за Родину.

После падения Временного правительства новая большевистская власть временно забыла об арестованных, и  Верховный главнокомандующий Духонин, узнав о приближении к Могилёву эшелонов с большевистскими войсками во главе с прапорщиком Крыленко, грозившими им убийством, и опираясь на привезённый из Петрограда капитаном Чунихиным приказ с печатью Высшей следственной комиссии и подделанными подписями членов комиссии, военных следователей Р. Р. фон Раупаха и Н. П. Украинцева, освободил генералов из тюрьмы Быхова[16].
Один из вождей Добровольческой армии
Бегство на Дон и участие в создании Добровольческой армии

Законспирировался под «денщика» другого бывшего быховского пленника, генерал-квартирмейстера Ивана Романовского, переодевшегося «прапорщиком», и поездами пробрался на Дон. Часть пути была проделана на экстренном поезде подполковника Павла Кусонского. На вокзале в Харькове встретился с Деникиным, также пробиравшимся на Дон под видом польского гражданского лица[6]:51.
Одним из первых вступил в Добровольческую армию, принимал активное участие в её создании. В задачи Маркова входили срочное формирование частей и приведение их в боевую готовность[6]:51—52.  был назначен командующим добровольческими войсками, а в январе принял пост начальника штаба 1-й Добровольческой дивизии. Во время двухмесячного наступления большевиков на Ростов-на-Дону руководил Батайским фронтом, организовав с Морской ротой оборону подступов к городу.
Первый Кубанский поход

В день начала Первого Кубанского похода Добровольческой армии () находился в Заречной, откуда по левому берегу Дона вышел к станице Ольгинской[7]:64.  принял в командование Сводно-офицерский полк[17], состоящий из трёх офицерских батальонов, отряда моряков и студенческого батальона генерала Александра Боровского[18].
Возглавляемые Марковым войска отличились  в бою под селением Лежанка (первой победе Добровольческой армии в походе), затем в боях у станицы Березанской , у станции Выселки 2 (15) — , на переправе через реку Лабу у станицы Некрасовской 7 (20) — 8 (21) марта, в бою у станицы Филипповской , при переправе через реку Белую . Переход полка Маркова в сложных погодных условиях под станцией Ново-Дмитревской и успешное взятие станицы с боем  сделали возможным соединение Добровольческой армии с Кубанской армией[7]:65—66. С  принял командование 1-й пехотной бригадой Добровольческой армии.
Во время штурма Екатеринодара части Маркова находились в арьергарде и резерве, поэтому вводились в бой частями.  он получил приказ Корнилова «овладеть конно-артиллерийскими казармами, а затем наступать вдоль северной окраины, выходя во фланг частям противника, занимающего Черноморский вокзал». Казармы войсками Маркова были взяты, и его войска закрепились на них, готовясь к новому наступлению, но гибель Корнилова  отменила дальнейший штурм города[7]:67.
Выразил полное доверие и подчинился новому командующему Добровольческой армии Деникину, принявшему решение отвести армию от Екатеринодара. В обновлённой армии принял командование 1-й отдельной пехотной бригадой[17].  Деникин издал приказ № 198, в соответствии с которым следовало «Генералу Маркову с частями 1-й бригады выступить из колонии Гначбау в 17 часов и следовать по направлению Медведовской, по взятии которой выставить заслоны к северу и югу по железной дороге, по проходе обоза следовать за ним, составляя арьергард». В обозе армия везла большое количество раненых, при нём находились гражданские лица и Главнокомандующий Добровольческой армией генерал от инфантерии Михаил Алексеев. Ночью 1-я бригада Маркова подошла к станице Медведовской[7]:68.
Подвиг генерала Маркова

Особо отличился в бою в ночь со 2 на 3 апреля 1918 года у станицы Медведовская, когда энергичные действия генерала Маркова спасли от полного разгрома остатки отступавшей от Екатеринодара Добровольческой армии. В результате проявленной военной хитрости и личного подвига Маркова добровольцы смогли взять железнодорожную станцию Медведовка (Ведмидивка) и станицу Медведовская, захватить и уничтожить один бронепоезд советских сил и заставить отойти второй, взять много трофейных патронов и снарядов, прорвать окружение и уйти от преследования многократно превосходящих советских войск[7]:68[19].
Результат боя оценивается современной историографией как спасение остатков Добровольческой армии после неудачного штурма Екатеринодара в конце марта 1918 года от окончательного поражения. Бой у станции Медведовская дал возможность остаткам добровольческих сил избежать полного разгрома и продолжить развитие Белого движения на Юге России в 1918—1920 годах[7]:68[20].
Действия Маркова в этом бою описаны в ряде воспоминаний участников и представителей эмиграции, в частности, в воспоминаниях генерал-лейтенанта Антона Деникина («Очерки русской смуты»)[21], генерал-лейтенанта Африкана Богаевского («Ледяной поход. Воспоминания 1918 г.»)[22], подполковника Василия Павлова («Марковцы в боях и походах за Россию»)[19], члена Государственной думы Льва Половцова («Рыцари тернового венца»)[23] и ряда других, а также получили подробное описание в эмигрантской литературе.
Завершающая фаза похода

В среде Добровольческой армии Марков за свои значительные военные успехи в Первом Кубанском походе получил ряд прозвищ, таких как «Белый витязь», «шпага генерала Корнилова», «Бог войны», а после боя у станицы Медведовской — «Ангел-хранитель»[6]:52. Историк Руслан Гагкуев пишет, что несмотря на формальную непринадлежность Маркова к вождям Добровольческой армии, его имя получило известность в качестве одного из символов Белого движения[6]:52.
Во второй половине апреля бригада Маркова выполнила задачу по набегу на станцию Сосыку с целью пополнения армии оружием, патронами, а также парализации передвижения советских войск. Бригада захватила 3 поезда и 70 пулемётов.  с окончанием этой операции завершился Первый Кубанский поход Добровольческой армии.  его бригада расположилась на отдых в станице Егорлыкской[7]:69, затем Офицерский полк перешёл в Ростов-на-Дону.
В период перерыва в боях выступал с докладами о политическом положении и результатах Первого Кубанского похода в Ростове-на-Дону и Новочеркасске, посещал раненых и готовил свои части к дальнейшим боевым действиям[7]:69.
С начала июня был назначен командиром 1-й пехотной дивизии Добровольческой армии[17], в состав которой были включены Офицерский полк, 1-й Кубанский стрелковый полк, батарея артиллерии, Сапёрная команда и Ординарческая команда при Маркове. Отказался от формирования собственного штаба, избрав единственного помощника — полковника Николая Тимановского[7]:69—70.
Второй Кубанский поход и гибель

Во главе 1-й пехотной дивизии с  совместно с частями 2-й группы Добровольческой армии, 1-й конной дивизией и донскими частями выступил во Второй Кубанский поход.  со своими частями подошёл к железнодорожной ветке Царицын — Торговая, где встретил сильное сопротивление советских войск у хутора Попова вблизи станции Шаблиевка. Бой для добровольцев развивался с затруднениями, но к полудню войска Маркова взяли хутор, и советские силы начали отходить от Шаблиевки. Марков распорядился выслать несколько сотен пехоты для занятия станции с командой подрывников для порчи путей в направлении станции Великокняжеской, а сам с полковниками Туненбергом и Тимановским перешёл на открытое место и сделал наблюдательный пункт на сложенных шпалах возле станции. В это время с советского бронепоезда был открыт огонь по наблюдательному пункту, и граната разорвалась вблизи Маркова, смертельно ранив его в голову и левое плечо[7]:70.
Был вынесен из-под огня и размещён неподалёку в доме, где в четвёртом часу ночи  скончался. В пятом часу утра с почётным караулом 1-й Инженерной роты перевезён на станцию Торговая, к месту расположения штаба Деникина. Деникин, по собственному признанию, тяжело переживший гибель Маркова[24], написал на его венке: «И жизнь, и смерть — за счастье Родины». Сразу же после получения известия о смерти Маркова 1-й Офицерский полк был переименован приказом Деникина в 1-й Офицерский генерала Маркова полк — один из четырёх «цветных» полков белой армии на Юге России, развёрнутый потом в Марковскую дивизию[7]:70.
Утром 14 июня гроб с телом Маркова был привезён в Новочеркасск и поставлен в Вознесенском (Войсковом) соборе, а затем перенесён в домовую церковь при Епархиальном училище.[25] У гроба Маркова стали почётные часовые его полка, в течение всего дня в церковь приходил народ, марковцы, несли венки.[25]  в Вознесенском соборе состоялось отпевание и прощание с генералом[7]:70—71. Траурную речь у гроба произнёс генерал Михаил Алексеев, который поклонился присутствовавшим на похоронах жене и детям Маркова. Марков был захоронен на военном кладбище Вознесенского собора Новочеркасска[26].
Судьба захоронения
Захоронение генерала Маркова оказалось утрачено[27]. В отличие от тела Дроздовского, которое было вывезено дроздовцами при отступлении в 1920 году, а также тела Михаила Алексеева, также забранного с собой белыми при отступлении, тело Маркова подшефными частями вывезено не было, в том числе и по причине того, что в конце 1919 года марковские части лишились командования и при отступлении попали в окружение у села Алексеево-Леоново (район современного города Торез Донецкой области), потеряли значительную часть личного состава и не смогли решить задачу вывоза тела Маркова из Новочеркасска.
Оценки
Исследователь В. В. Литвинов пишет, что Марков, по мнению современников, «принадлежал к плеяде генералов скобелевского типа, сочетающих в себе личную храбрость и талант полководца»[18]:113. В среде современных российских исследователей частыми являются оценки Маркова как офицера-патриота, безупречно служившего Родине[6]:57[7]:71.
Соратник и друг Маркова генерал Деникин писал о нём: «В его ярко-индивидуальной личности нашёл отражение пафос добровольчества, свободного от тёмного налёта наших внутренних немощей, от разъедающего влияния политической борьбы. Марков всецело и безраздельно принадлежал армии. Судьба позволила ему избегнуть политического омута, который засасывал других». «Он любил Родину, честно служил ей — вот и всё», — резюмировал свою характеристику Деникин[6]:52—53.
В среде всех поколений белой эмиграции образ Маркова имел отождествление с «рыцарем без страха и упрёка»[18]:115. И представители эмиграции, и российские исследователи в целом сходятся во мнении, что в его лице русская армия потеряла одного из самых перспективных офицеров своего поколения.
В Советском Союзе в отношении Маркова, как и других белых генералов, был сформирован негативный образ. Литвинов пишет, что писатель Алексей Толстой в романе «Хождение по мукам» предпринял попытку «подкорректировать» образ генерала, написав о нём:

Марков был из тех людей, дравшихся в мировую войну, которые навсегда отравились её трупным дыханием; с биноклем на коне или с шашкой в наступающей цепи, командуя страшной игрой боя, он, должно быть, испытывал ни с чем не сравнимое наслаждение. В конце концов, он мог бы воевать с кем угодно и за что угодно. В его мозгу помещалось немного готовых формул о боге, царе и отечестве. Для него это были абсолютные истины, большего не требовалось. Он, как шахматный игрок, решая партию, изо всего мирового пространства видел только движение фигур на квадратиках. Он был честолюбив, надменен и резок с подчиненными. В армии его боялись, и многие таили обиды на этого человека, видевшего в людях только шахматные фигуры. Но он был храбр и хорошо знал те острые минуты боя, когда командиру для решающего хода нужно пошутить со смертью, выйдя впереди цепи с хлыстиком под
секущий свинец.

Аналогичное представление Маркова было и в экранизации этого художественного произведения в СССР в 1974 году (телесериал «Хождение по мукам», исполнитель роли — актёр Георгий Соколов).
Поручик Резак Бей Хаджиев, адъютант генерала Лавра Корнилова, о Маркове времён Быховского заточения вспоминал: «Генерал Марков по натуре своей был офицером старой русской кавалерии — бесшабашный, море по колено, жизнь радостная, душа нараспашку». Далее поручик в доказательство этого приводил эпизод, как Марков, чтобы избавиться от мрачного настроения, предлагал арестованным вместе с ним генералам поиграть в чехарду[15][28].
Военные чины
Вступил в службу (01.09.1895)
Подпоручик (31.10.1878) (08.08.1898)
Поручик (08.08.1902)
Капитан (31.05.1904)
Подполковник (29.03.1909)
Полковник (06.12.1913)
Генерал-майор (06.12.1915)
Генерал-лейтенант (16.08.1917)
Награды
Орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» (1904)[4]
Орден Святого Станислава 3-й степени с мечами (1904)[4]
Орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (1905)[4]
Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (1905)[4]
Орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1905)[4]
Орден Святого Владимира 3-й степени (1914)[4]
Орден Святой Анны 2-й степени (1915)[4]
Орден Святого Георгия 4-й степени (1915)[4]
Георгиевское оружие (1915)[4]
Высочайшее благоволение (1916)[4]
Медаль «В память 100-летия Отечественной войны 1812 г.» (1913)[4]
Медаль «В память 300-летия царствования дома Романовых» (1913)[4]
Иностранные:
черногорский Орден Князя Даниила I 3-й степени (1908)[4]
бухарский Орден Золотой звезды (1910)[4]
Память
В Белом движении

Посёлок у станции Торговой в 1918 году был выделен в город и полтора года назывался Марков. После установления на Дону в 1920 году советской власти город был переименован в Сальск[1].
Именем Маркова в Добровольческой армии был назван Офицерский полк, а затем блок её цветных частей (марковцы). Аналогичное название данные воинские части носили и в эмиграции, где также создали несколько эмигрантских организаций с использованием имени Маркова в названии.
17 июня 1919 года в составе Вооружённых сил Юга России в Джанкое из Бронепоезда № 3 Крымско-Азовской армии был создан лёгкий бронепоезд «Генерал Марков», существовавший и действовавший на территории современной Украины в 1919—1920 годах[29].

В современной России

В 2001 году художник Римма Былинская написала портрет генерала Маркова[30]. В этом же году в Москве в издательстве «Посев» вышло в свет капитальное издание «Марков и марковцы», основанное на архивных документах и воспоминаниях соратников генерала[31]. В 2012 году было осуществлено дополненное и переработанное переиздание[32] этой книги[33].
В октябре 2002 года в кафедральном Свято-Вознесенском соборе города Новочеркасска был открыт памятный киот в честь Сергия Радонежского как небесного покровителя генерала Сергея Маркова и марковцев[34].
13 декабря 2003 года в городе Сальске Ростовской области состоялось открытие бронзового памятника генералу Маркову, который стал первым в России памятником деятелю Белого движения[1].
В искусстве
В белой песне «Смело вперёд за Отчизну святую» (1919) поётся «Как под Медведовкой лихо там дралися, Марков там был генерал. С ним в бронированный поезд ворвалися, и большевик побежал…»[35]
Михаил Шолохов. «Тихий Дон».
Алексей Толстой. «Хождение по мукам»

Телесериал Хождение по мукам (1974), серия 9 — Георгий Соколов[36]

Сочинения
Check date values in: |date= (help)
Check date values in: |date= (help)
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)

Check date values in: |date= (help)CS1 maint: multiple names: authors list (link)
CS1 maint: multiple names: authors list (link)
CS1 maint: multiple names: authors list (link)
Примечания

Литература
Исследования и научно-популярная литература
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)

Cite journal requires |journal= (help)
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)
Cite journal requires |journal= (help)
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)
Cite journal requires |journal= (help); Check date values in: |year=, |date= (help)CS1 maint: date and year (link)
Cite journal requires |journal= (help); Check date values in: |year=, |date= (help)CS1 maint: date and year (link)
Воспоминания и документы
Cite journal requires |journal= (help); Check date values in: |year=, |date= (help)CS1 maint: date and year (link)

Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)

Cite journal requires |journal= (help); Check date values in: |year=, |date= (help)CS1 maint: date and year (link)
Ссылки

Unknown parameter |description= ignored (help)

Категория:Выпускники Первого Московского кадетского корпуса
Категория:Выпускники Константиновского артиллерийского училища
Категория:Выпускники Николаевской военной академии
Категория:Генерал-лейтенанты (Российская империя)
Категория:Генерал-лейтенанты России (Белое движение)
Категория:Участники Русско-японской войны
Категория:Военачальники Первой мировой войны
Категория:Первопоходники
Категория:Монархисты России
Категория:Персоналии:Белое движение
Категория:Персоналии:Санкт-Петербург
Категория:Марковцы
Категория:Участники Быховского сидения
Категория:Погибшие в Гражданскую войну в России