Диверсанты

22. Успешный бой

Отряд продвигался в глубь леса, выбрав новое место в лесном квартале. Ребята сразу приступили к сооружению новой базы, на что ушло довольно времени. Утром тишина леса нарушилась пением поперечной пилы, стуком топора, шумом падающих деревьев. Было вырыто несколько землянок, оборудованных железными печками, готовясь к холодному времени года. Также были сделаны деревянные столы и скамейки. Кирпичи и необходимые инструменты были доставлены сюда из деревни. Приятно щекотал обоняние запах распаренного и разогретого хлеба, напоминая многим о родных деревнях, и домашнем очаге.

Место было выбрано удачно, рядом проходила лесная дорога, откуда легко можно было пробраться на железнодорожную линию.

- Разместились, как буржуи, - довольно бросил Вовка, глядя на проделанную работу.

- Ага, царские хоромы, - поддержал шутку Антон, - Даже своя санчасть имеется, и наша зеленоглазая стрекоза Маричка, – будет теперь делать нам уколы. Вон смотри, как за Снеженым ухаживает, я б тоже хотел, чтоб и за мной так, - завистно протянул Антон.

- Да, парень в надежных руках, - согласился Вовка.

- Что за разговоры? – приближаясь со спины, строго оборвал их Радмир, - Заняться больше нечем? Смените рябят на постах, а то те уже окоченели небось.

Потом прошел в землянку, устроенную под санчасть.

- Ну как Андрей? – поинтересовался у Маши.

Маша, увидев зашедшего командира, слегка вздрогнула, почувствовав, как в груди бешено застучало сердечко, но быстро взяла себя в руки.

- Уже лучше, идет на поправку, - прозвучал звенящий голосок девушки.

- Я очень рад, какая же ты умница, - и командир ласково, по-дружески коснулся ее плеча.

- А как тебе новое помещение? – вскинул рукой на просторную, освещенную землянку, отделанную изнутри деревом, в то же время любуясь ее милым личиком и непослушными белыми локонами, которые то и дело, что выбивались из общей прически.

- Я очень довольна, что выделили землянку под медчасть, очень даже, как для полевых условий. Вот только медикаменты не мешало бы пополнить.

- Попробуем достать, - ответил Радмир.

За это время, Мария обучила остальных девушек отряда оказывать раненным первую медицинскую помощь. В последующее время не одному десятку партизан девушки - санинструкторы спасали жизнь.

Наступил холодный ноябрь 1941 года, выпал первый снег, надвигалась ранняя, морозная зима.

Начались суровые партизанские будни.

Время было тяжкое. Каждый день радио приносило безрадостные известия об отступлении Советской Армии, об оккупации врагом новых городов и сел. Враг стремительно продвигался к столице. Партизанское движение в тылу врага было вторым фронтом и имело большое значение.

Все бойцы отряда с надеждой смотрели на радистку Танюшу, после очередного приема последних известий. Но сводки были безрадостные.

- Фронт уходит все дальше на восток, - сообщила она, а ее глаза пеленой застлали слезы.

Немцы рвались к Москве.

Все стояли молча, Степан с досадой сжал кулаки, все понимали, что им придется еще сложнее.

Девушки отряда активно проводили агитационную работу среди местного населения. Первое время в отряде не было печатной машинки и листовки писались от руки. Размножение листовок требовало много труда и времени.

Евгений всегда беспокоился, когда его любимая с другими девушками уходила с агитационными листовками в села. В то время такие листовки были очень важны. Фашисты рассказывали населению свою «правду», что Москву давно уже взяли. Представляя себя освободителями от коммунистического режима, которые несут новый лучший строй.

И вот такие листовки, разосланные партизанами по деревням, открывали немецкое вранье, и вселяли веру людей в советских солдат. Люди понимали, что они не одни, и даже здесь в глубоком тылу, есть те, кто ведут борьбу с захватчиками.

Девушки и женщины наравне с мужчинами несли все тяготы нелегкой борьбы.

«Одно дело, если бы моя любимая была в безопасном месте, ладно я» - беспокоился Евгений.

В тоже время восхищался отвагой девушек ихнего отряда, – думал он, возвращаясь с задания, которое они успешно выполнили, обрезав телефонно - телеграфную связь и заминировав грунтовую дорогу.

Численность отряда с каждым днем росла.

В то время уже была установлена связь и с другими отрядами.

- Наш отряд растет, - радовался командир, - Надо научить новых партизан владеть оружием и укрепить дисциплину, - обратился он к своему заместителю Карпенко Семену.

В декабре партизаны получили радостное известие, которое придало им больше сил для борьбы.

Вечером собравшись в землянке, в которой было уютно и тепло, все с нетерпением ждали новостей. Наконец девушка сняла наушники, личико ее светилось, и она дрожащим, но радостным голосом принялась читать, даже встала: - сводки Софинформбюро, 15 декабря Советские войска перешли в контрнаступление. 16 декабря ударные танковые группировки фашистов разбиты, а сам враг отброшен от столицы на десятки километров от юга, запада и севера.

С большой радостью приняли партизани эту весть, бойцы оживились, начали подкидывать верх шапки и принялись друг друга обнимать.

- Показали им нашы кузькину мать, - на радостях выразился Владимир.

На следующий день партизаны понесли эту радостную весть местному населению, поведав о разгроме фашистов под Москвой. Эта новость согревала сердца советских людей и вселяла надежду и веру в победу.

В то время как Советская Армия погнала гитлеровцев от Москвы, партизаны продолжали проводить немало дерзких налетов на фашистские гарнизоны.

В конце декабря разведка донесла, что в районный центр приехала колонна из пяти вражеских машин, которые будут продвигаться через эту местность.

Командир дал приказание устроить засаду, сам принимая участие в этой операции. Взяв с собой стрелянных ребят, на которых он уже знал, что мог положиться: Ерофеева Евгения, Баздерова Владимира, Котоменко Антона, Карпенко Семена и Воронина Дениса. Все были одеты, кто в чем, фуфайки, зимние полушубки, шапки ушанки, кто в валенках, кто в зимних сапогах. Не было на них военной шинели с погонами, перетянутой ремнем, но их лица выражали мужество и благородство достойные восхищения.