Подари мне ребёнка!

Эпилог

Сегодня наша семья решила устроить пикник. Самым интересным было то, где именно он намечался.

С того момента, как я покинула Землю, прошло шесть лет, и вот, наконец, мы смогли посетить мою родную планету. Энтузиазмом загорелась не только наша семья, но и Таллина с Фийяном, и Надъян с Нортисом. А я и не была против, мы были практически родными друг другу. Да и наши дети часто и подолгу играли вместе, став лучшими друзьями.

С организацией поездки было тяжело, она постоянно откладывалась то из-за чьей-то беременности, то из-за работы. И не только из-за занятости мужчин. У каждой из нас была довольно успешная карьера.

Таллина оправдала доверие и провела ряд важных исследований, касающихся магии и сохранения энергии. За них она получила несколько наград Союза.

Надъян вошла в Совет и отвечала за один из самых важных вопросов – социальную политику. Сейчас она как раз разрабатывала закон о создании новых школ с совместным обучением детей разных рас. Вся загвоздка состояла в межвидовых различиях и разной профильной ориентации.

Я также не сидела без дела. Каждая минута была занята и расписана на несколько месяцев вперёд. Во-первых, шло восстановление заброшенного города. Он потихоньку оживал и начинал заселяться новыми семьями. Тестовая система заключения браков изжила себя, и теперь часто заключались межрасовые браки, а главное, вновь начали возникать истинные пары.

Но и это не единственное моё занятие. Дети – вот что стало моей радостью. Не только мои маленькие копии мамы и папы, а множество детей, рождённых в счастье и благоденствии нового мира. Именно мне поручили обучать их правильному использованию магии. Ведь магия – это не только уникальные возможности и силы, но и ответственность за других. Это умение дарить тепло и понимать тех, кто вокруг тебя.

Вот поэтому каждый раз находилась причина, по которой всё переносилось. И, наконец, Киран решил организовать нас, взявшись за это дело вплотную и заявив, что у нас ещё не было медового месяца. Так мы и оказались здесь.

Всем, и слишком помолодевшей мне в том числе, пришлось использовать голограммы, чтобы не привлекать внимания, но никто не жаловался.

За несколько дней мы посетили практически все запланированные достопримечательности, друзья удивлялись, и радовались, как малые дети, очередной экскурсии. Особенно любознательная Таллина. Да и малыши были в восторге.

Осталось одно-единственное место, посещение которого я оставила напоследок, и куда пришла в одиночестве - мой бывший адрес обитания.

Войдя в старую квартиру, где я выросла и познала как счастливые моменты, так и не очень, я растерянно осматривалась по сторонам, пытаясь понять, чувствую ли себя как дома. И пришлось признать, что нет.

Всё воспринималось как давно покинутый родительский дом. Я выросла и нашла своё место в жизни. А стены – это всего лишь стены. Так что забрала самое дорогое: фотографии и памятные вещи, и позволила квартирующим здесь родственникам менять всё по своему усмотрению, написав дарственную.

Навестила я и бывшего мужа. Зрелище было не самым вдохновляющим. Время не пощадило его. Похоронив мать, Сергей стал унылым, несчастным человеком, которого заел быт. Привычку готовить и убирать у него никто не забрал. С работы, после нескольких появлений в женском платье, его тоже уволили. И теперь он перебивался несерьёзными подработками то тут, то там.

Меня он не узнал даже под голограммой моей старой внешности, и лишь пробежав мимо с авоськой в руках, несясь за продуктами, вдруг осознал, кто это. Он развернулся и уставился долгим сожалеющим взглядом. А потом вдруг тихо произнёс: «Прости!», и снова бросился по ступенькам вниз, словно неведомая сила тянула его в близлежащий супермаркет.

Я не злопамятна, а увидев такую жуткую картину, попросила мужа сжалиться над ним и дать спокойно дожить оставшиеся годы. Теперь розифцу предстояла ещё одна небольшая миссия.

И, наконец, выполнив то, что должно, мы с Кираном и детьми выехали на природу. У остальных тоже были свои романтические планы на этот последний день земных каникул, отдельно от нас.

***

Осеннее жёлтое пшеничное поле залито ярким полуденным солнцем. Мы с Андреем играем в прятки.

Мой отважный прекрасный мальчик, точная копия дедушки. Он выжил, несмотря на все приключения матери и опасения окружающих. И оказался магически одарён!

Детский придушенный смех заставляет вынырнуть из раздумья. Как же мне легко, весело и хорошо сейчас.

– Ага, вот ты где, – нашла я своего замечательного пятилетнего сына, присевшего за высокими колосьями, буквально в двух шагах от меня, – попался! – начинаю щекотать его, а он хохочет до упаду. Как же я люблю такие моменты.

Наконец, уставшие, но довольные, валимся прямо там, раскинув руки. Сын поворачивает ко мне лицо, хватает за руки и предлагает:

– Мама, мама, а давай пойдём к папе!

Как приятно слышать это слово!

– А давай! – откликаюсь я. Мы не виделись пару минут, но я уже соскучилась.

Выбираемся из этого густого поля на более приземистую пожелтевшую траву и видим покрывало, на котором лежит муж, повернувшись спиной ко мне. Маленькая одиннадцатимесячная дочь в белом весёленьком платье и с панамкой в тон, скрывающей едва проклюнувшиеся тиры, играет с ним в прятки, опустив полотенце на его голову и ожидая, когда он снимет и скажет сакраментальное: «Ку-ку!». Это её любимая игра. Какая же проказница наша Инар, вся в тетку, в честь которой её и назвали.

И вот дочь подняла на шум глаза, и, увидев меня, протянула маленькие ручки, лопоча: «Ма-ма-ма!». Радость и любовь затопили душу! Киран медленно снимает своё «укрытие»… и, повернувшись ко мне, параллельно на лету подхватывает дочку, поднимая её высоко над собой. Она хохочет.