На Пределе

Глава 25

Глава 25

С гипподрома мы возвращались в хвосте свиты Наместника. Плелись еле-еле, со скоростью, которою могли развить рабы, несшие паланкин Публия. Могли бы выехать раньше и уже давно быть во дворце, но нас попросту не выпустили. Победа – победой, заявил распорядитель, но, вы, альбионцы, знайте свое место.

Придержите лошадей и языки!

Наше место оказалось в конце очереди, в самом хвосте за эскарийскими приспешниками Публия. Впрочем, настроения мне это не испортило, потому что народ продолжал меня приветствовать и делал это всю дорогу до виллы Наместника. Мы ехали с Руэйдом на колеснице. Брат правил, я же купалась в людской любви, принимала поздравления, кивала и благодарила. Правда, эйфория, которую испытала на гипподроме, давно уже прошла, оставив после себя тревожные размышления.

Выиграть-то я выиграла, но кто знает, как переживет проигрыш Публий? Наместник ехал в одиночестве за красно-золотыми шторами паланкина и, подозреваю, думал тяжкую думу. Одним богам ведомо, до чего он додумается!

Меня же продолжали закидывать цветами. Белыми. Если что, хоронят здесь тоже в белом.

Усмехнулась невеселым мыслям, жестом подозвала Ангуса, трусящего неподалеку верхом на рыжей лошадке и спросила у него про жасмин. Тот пожал плечами и сказал, что этот цветок похож на меня. Такой же нежный, но удивительно сильный. Поэтому, когда встал вопрос об отличительном знаке, друиды подумали именно о жасмине, в изобилии цветущем в окрестностях Лондиниума.

Странные же у некоторых ассоциации! По мне, какой уж тут жасмин!..

С каждой минутой тряски по улицам Лондиниума я все больше напоминала себе измочаленную тряпку. Чем ближе мы подъезжали к дворцу, тем меньше у меня оставалось сил стоять в колеснице. Хотелось добраться до своих комнат, смыть пот и пыль, а также нервное истощение последнего дня, после чего отправиться в Инсурим. По дороге впасть в спячку и быть уверенной, что нам не перережут горло наемники раздосадованного Публия.

«Не досталась ты мне, так не достанься никому!». Или как там было?

Причем, наши вещи давно уже сложены, хлеб закупили еще этим утром, повозки и слуги дожидались нашего возвращения позади дворца. В пути бриганты собирались охотиться, я же пользоваться местным гостеприимством. С удовольствием подумала о посещении королевского дворца дуббонов. Уверена, мне там все так же будут рады! Правда, за их землями начинались территории коритан, и этот факт меня серьезно беспокоил. Кто знает, какую встречу приготовил мне затейник-Вентурий? Вооруженный конфликт, ядовитое зелье или же речи, полные благодарности?

Из-за него я рисковала не только головой, но и собственной честью вместе со своим браком. Теперь же долги его племени выплатит Наместник, если, конечно, не обманет.

Как на подобное отреагирует Вентурий?! Додумать не успела, потому что в небе показался новый повод для тревоги.

Черные птицы, приближавшиеся со стороны реки, оказались вовсе не пернатыми и крылатыми, а чешуйчатыми, панцирными и земноводными, по воле их собственных богов обретшими крылья. Шесть, нет же, семь черных драконов... Мне почему-то казалось, что эти «птички» летели по мою душу.

И я не ошиблась.

Муж поджидал меня у входа во дворец, прибыв всего лишь на несколько минут раньше пестрой многолюдной процессии, возглавляемой музыкантами и глашатыми, за которыми несли Публия. Наконец, остановились. Квинт, замерший с шестью легионерами на ступенях, окинул меня быстрым взглядом, но легата, кажется, куда больше заинтересовал паланкин Наместника.

Пусть рабы давно уже поставили носилки на мраморные плиты перед входом на виллу, но Публий все не спешил показываться из-за бордово-золотых занавесей. Зато я спрыгнула с колесницы и решительно отправилась в сторону драконов. Раз уж гора не идет к Магомету, то жена вполне в состоянии прогуляться к стоящему в окружении высшего офицерского состава мужу!

Мечтала броситься ему на шею, но мое намерение разбилось о стену его холодного взгляда.

- Аэлика, тебе здесь не место, – приказал легат даже не мне, а моей охране, следовавшей за мной по пятам. – Прошу тебя, уйди!

Негромко так попросил, во избежание прилюдной сцены. Я слегка растерялась. Сегодня мне уже успели намекнуть, что надо знать свое место. Но где же оно? По мнению распорядителя, оно было в хвосте свиты Публия, а вот что решил мой муж?

Злился, по лицу видно. Судя по его мрачному виду, прилети он на час раньше, утащил бы меня с гипподрома вместе со всей колесницей!

- Я выиграла гонку, – доложила ему с безопасного расстояния, а вдруг еще не знает!

Квинт бросил выразительный взгляд на меня, затем дворец Наместника. Посмотрел на Руэйда, стоявшего рядом. Даже без сурдопереводчика я догадалась, что это означало. «Топай домой, дорогая, мы поговорим позже!».

Вот и нашлось мое место – в женском крыле виллы Публия! Кивнула, повернулась и пошла прочь, чувствуя, как на меня смотрит вся площадь.

- Сестра, позволь, я тебя отведу, - Руэйд обхватил меня за плечи, вознамерившись исполнить молчаливое приказание легата. – Не надо тебе этого видеть.

– Ты о чем?!

- Твой эскариец знает, что делает! То, что сейчас произойдет - не для женских глаз то.

- А что сейчас произойдет? – испугалась я.

- То, во что ты не должна вмешиваться.

- Руэйд, черт тебя побери! – завопила я. – Да говори уже ты!

- Он сам тебе расскажет. Позже, если выживет! Да выживет он, - быстро поправил себя Руэйд, - не смотри на меня так! Я бы тоже так сделал. Потом бы тебя выпорол, чтобы впредь неповадно, а после бы простил…

– Это тебя надо было сперва казнить, а потом простить, чтобы впредь неповадно! - заявила ему мстительно.

Обернулась как раз в момент, когда шторка палантина одернулась, и показался Наместник всея Альбиона Публий Тацит. И тут раздался голос мужа. Он говорил на своем языке – громко и отчетливо. Так, что его слышала вся площадь.