«Это замечательная пушка» В СССР создали супероружие для космонавтов. Как оно пугало США?

Некоторые модели оружия, как винтовка Мосина, определяют тренды на десятилетия и известны каждому. Другие известны узким специалистам и имеют запутанную судьбу. Но есть и настоящие диковинки советского оборонпрома — трехствольный пистолет ТП-82. Что это? Смычка космонавтов и тульских оружейников? Дерзкий эксперимент? Вундерваффе для будущих космических войн? Или пример того, какую креативную силу могут иметь некоторые страхи. «Лента.ру» рассказывает о пистолете, разработанном при участии космонавта Алексея Леонова.

Весной 1965 года космонавт Алексей Леонов вышел в открытый космос, укрепив звание Советского Союза как лидера космогонки. В сообщениях ТАСС все выглядело если не безоблачно, то привычно героически, однако закулисная история полета, точнее — приземления, всплывет гораздо позже и покажет героя-космонавта… героем вдвойне.

Дело было так. Перед возвращением на Землю экипаж «Восхода-2» узнал, что сломалась система ИНК-2 «Глобус», необходимая для корректировки положения корабля. Удивительно, но это и правда глобус, вращающийся по двум осям и соединенный со всякими соленоидами, шестеренками, кулачками и дифференциалами. Он никогда не ломался, а если ломался, то, считай, — нештатная ситуация. 18 марта 1965 года, перед приземлением «Восхода-2», «Глобус» сломался.

Команде в лице Леонова и командира Беляева пришлось сделать два лишних витка и перевести машину в ручной режим. Погрешность была неизбежна, вопрос — какая? Четыре года назад в случае с Гагариным переживали, что он приземлится вообще в США, и дали ему на этот случай пистолет Макарова.

«Восходу-2» посадка в «логове империалистов» не грозила, однако пистолет здесь такой же сюжетообразующий элемент, как и в случае с «Востоком-1».

19 марта 1965 года. Ситуация напоминала фильм-постапокалипсис при особо низких температурах. «Восход-2», пролетев сквозь кроны таежных деревьев, грохнулся в снег по самую макушку и оказался зажат между сосной и березой. Локализация? Где-то между Обью и Енисеем. С помощью лома командир Беляев открыл дверь, вылез наружу и тут же увяз в рыхлом снегу по уши. Вслед за ним выскочил Леонов.

Впоследствии выяснилось, что сигнал тревоги приняли Бохумская обсерватория под Дюссельдорфом, Алма-Ата и Петропавловск-Камчатский. При этом Пермь, Свердловск и Москва ничего не услыхали.

Дальше вопрос выживания. Температура минус двадцать — разожгли костер. Попытались посушиться. Обнаружили тубу с кофе, попытались разогреть бодрящий напиток на костре, да только передержали, туба взорвалась и улетела ввысь.

По законам жанра, кроме голода и холода, основные враги героев — дикие звери, дурные люди и прочая нечисть. В пермской тайге водятся кабан, медведь, росомаха, волк, рысь. Они тоже там выживают, но для них, в отличие от залетных гостей, это основная профессия.

«Корабль обнаружен по радиосигналам в северо-восточном направлении, в 180 километрах от Перми. Эвакуация пока невозможна. Принимаем меры», — рапортовала поисковая группа на Байконуре.

Даже Королев, который был в курсе инцидента, паниковал, понимая, что тайга — это не космос, там свои законы, не менее суровые. К ним ребята не были готовы, а обессилевший космонавт — легкая добыча для хищника. Леонов, Беляев и присоединившиеся к ним по ходу спасатели несколько раз были на волосок от гибели.

«Наиболее драматичной была ситуация, когда к костру из леса выходили голодные медведи, а космонавты не имели серьезной возможности защититься от них… Они стреляли в воздух, лишь возбуждая их любопытство… Благодаря счастливой случайности космонавты тогда не пострадали», — описывал ситуацию ученый-конструктор Борис Черток в своей книге «Ракеты и люди».

Днем 21 марта 1965 года космонавты и присоединившиеся к ним спасатели дошли на лыжах к мини-площадке с вертолетом Ми-4, перебросившим их на большую площадку, где стоял вертолет Ми-6. Вечером 21 марта космонавты добрались до Байконура.

Первое оружие космонавта — классический ПМ, неизменный с 1951 года. Пистолет — это не прихоть, он входил в НАЗ (носимый аварийный запас), куда также входили: сухпай, аптечка, сигналка, компас и так далее.

Но когда НАЗы укомплектовывали «Макаровым», не особо задумывались, что будет делать с таким оружием попавший в беду космонавт? От врага, пожалуй, что отстреляется. А если ранена или сломана одна рука — выстрелить из ПМ и вовсе проблематично.

До полета Леонова особо в детали не вдавались, но нештатная ситуация выявила ахиллесову пяту.

«До аварии “Восхода-2” все приземления проходили штатно, но в 1965 году мы были вынуждены высадиться на 1,5 тысячи километров западнее изначального района приземления, в пермской тайге: снег толщиной полтора метра, полная глушь. Мы провели там почти трое суток, прежде чем добрались на лыжах до вертолета. После этого была собрана госкомиссия, целью которой было разработать меры, чтобы обезопасить жизнь космонавтов», — вспоминал Алексей Леонов.

Он обдумывал свои идеи на протяжении 1965−1969 годов. Параллельно участвовал в подготовке лунно-облетной и лунно-посадочной программ. Да и занимались все своими делами: космонавты — космосом, оружейники — оружием.

С 1970 года Леонов стал работать в Центре подготовки космонавтов. В июле 1975-го в качестве командира участвовал в полете корабля «Союз-19» по программе «ЭПАС» («Союз — Аполлон»).

Но когда он занял пост заместителя начальника Центра подготовки космонавтов, закономерно вернулся к вопросу безопасности космонавтов, составу НАЗ, а также разработке специального оружия. Надо сказать, что не только космонавтам, но и летчикам дальней авиации требовалось нечто подобное. А сама потребность, по словам некоторых конструкторов, существовала со времен докосмической эпохи.

«Задача выживания человека, который попал в безлюдную местность, имеет свою предысторию. Еще во Вторую мировую войну немецкие летчики, воевавшие в Африке на бомбардировщиках, брали с собой трехствольные охотничьи ружья с двумя дробовыми и одним пулевым стволом для защиты от диких зверей и добывания пищи в случае вынужденной посадки. Известно немало случаев гибели летчиков во время Второй мировой войны, перегонявших самолеты с Дальнего Востока через Сибирь на Запад», — приводятся слова конструктора Валерия Очнева в книге «История советского стрелкового оружия и патронов».

Было бы несправедливо отдавать все лавры, пусть и заслуженные, Алексею Леонову. Но дело в том, что «пистолет для космонавта», как и любое оружие, — плод коллективной работы. Другое дело, что необходимый административный ресурс — заслуга Леонова. Он продавил инициативу, благодаря чему уже через пару лет появился осязаемый результат.

Идея создания специального пистолета была оперативно передана в работу. Главные требования: многофункциональность, эргономичность, убойность, расчет на экстремальные условия. Пистолеты этого типа не зря сравнивают со швейцарскими ножами, и они действительно некая боковая линия огнестрельного оружия, дальний родственник Swiss Army Knife, швейцарского армейского ножа.

К 1979 году, когда Леонов дал толчок этому направлению, некоторые наработки уже имелись. Был конструктор Александр Жук, автор главных советских бестселлеров о стрелковом оружии. Одним из его хобби был дизайн оружия. С детства Жук рисовал-перерисовывал пистолеты, винтовки, автоматы, пулеметы. И однажды сидя на очередном собрании профсоюза, он набрел на ноу-хау. В его мемуарах много технических подробностей, суть же в том, что инсайтом был как раз искомый «пистолет для космонавта». Это была переделка «Нагана».

«Ни о каком развитии этой идеи я и не помышлял, но вспомнить о ней помог случай. Как-то раз во время одной из встреч с известным конструктором-оружейником Н. И. Коровяковым речь зашла об оружии для космонавтов — оно должно было обеспечивать их выживание в экстремальных условиях. Николай Иванович предложил мне участвовать в этой работе в качестве дизайнера. Тут я и вспомнил о своем перевернутом револьвере и предложил использовать мою компоновку механизмов», — вспоминал Александр Жук.

Идея понравилась Коровякову, он включил в состав проектной группы «Марс» Жука, себя, Леонова и других. «Богом» проекта «Марс» был Владимир Парамонов, возглавлявший тогда Тульский оружейный завод (ТОЗ). Алексей Леонов представлял заказчика в лице Центра подготовки космонавтов.

Следующий этап: чертежи без расчетной деталировки, макет «Топора» (рабочее название пистолета) из полистирола.

По ходу работы «Марса» над «Топором» отвалился Коровяков, которого отправили на работу в Болгарию. Его работу закончил другой тульский мастер Сергей Попиков (уроженец воронежской области, как и Мосин), который в 90-х уедет работать в Германию на концерт Blaser.

Но в итоге сгубило проект не это. Когда ТОЗ-81 «Марс», этот «топор» космической войны с дикими животными был проработан, доработан и подтвержден, изготовили всего один экземпляр. Для заводского музея. Что он хотя бы из себя представлял? Ружье с пятизарядным барабаном, калибром .410, ударно-спусковым механизмом двойного действия.

The Drive писали: «В ТОЗ-81 был встроен складной нож, расположенный над стволом. Кроме того, в отъемный алюминиевый приклад был встроен компактный радиопередатчик со складной антенной».

«В 1986 году космонавты и летчики получили трехствольный пистолет ТП-82, созданный другим, возможно, конкурирующим коллективом или предприятием. По существу, этот пистолет представляет собой как бы обрез охотничьего ружья», — вспоминал Александр Жук.

История космических вооружений нелинейна, и пытаться сейчас понять ее логику житейским умом не стоит. Слишком мало вводных данных даже у историков оружия. Суть в том, что вместо ТОЗ-81 «Марс» тульские мастера совместно с ЦНИИточмаш разработали ТП-82. ТОЗ-81 смотрелся более футуристично и больше напоминал бластер из сай-фай-боевиков. Тогда как ТП-82 больше походил на очень стильный артефакт эпохи стимпанка.

Официальная причина забраковки ТОЗ-81 «Марс» — неходовой калибр. Хотя кому и когда что-то мешало поменять диаметр ствола? Тем более в Туле.

«Возможно, решающим здесь оказалось удовлетворение основного требования, предъявляемого к оружию столь необычного и ответственного назначения, — это надежность, надежность и еще раз надежность. Известно ведь, что теоретически у более простого устройства и надежность должна быть выше. Вот эта простота трехстволки, вероятно, и сыграла решающую роль в выборе модели. Но, возможно, были и другие доводы», — отмечал Александр Жук.

Комплекс состоит из трехствольного пистолета ТП-82 со съемным прикладом в виде мачете, пулевых (СН-П), дробовых (СН-Д) и сигнальных (СН-С) патронов и снаряжения.

«Охотничий комплекс ТП-82 предназначен для защиты от хищных зверей, добывания пищи и подачи световых сигналов. Кроме того, входящий в состав комплекса приклад-мачете может быть использован для прокладывания пешеходной тропы в зарослях, заготовки дров и строительных материалов для шалашей, рытья канав, ям и тому подобного», — отмечал историк-оружиевед Давид Болотин.

Тактико-технические характеристики: два ствола 12,5 миллиметра и третий ствол 5,45 миллиметра, плюс сигнальные ракеты, бьющие на высоту до 1,5 километра. Выходила также модификация, у которой все три ствола 32-го калибра.

Этот пистолет можно смело назвать «мечтой Джона Рэмбо», тем более что «Первая кровь» вышла как раз в 1982 году, когда и ТП-82. Но если американское кино вскоре мощным потоком хлынет в СССР, ТП-82 был полностью «отечественным продуктом». Конструктор Парамонов в одном из интервью отмечал: «Импортные материалы и комплектующие было запрещено использовать».

Последующие три года ТП-82 проходил различные испытания — как в полигонных условиях, так и в условиях охоты в различных климатических условиях. Из него стреляли зимой и летом, в пустыне и на Крайнем Севере, в условиях высокоствольного леса и на море.

«Зона поражения от патрона СН-П в 8−10 раз больше, чем от пули автоматного патрона 7Н6 калибра 5,45 миллиметра, — отмечал историк оружия Давид Болотин. Сигнальный патрон СН-С значительно превосходит прежний 15-миллиметровый патрон 7С8 этого же назначения по времени горения сигнальной шашки».

Нареканий он не вызывал ни у кого и никогда. Правда, некоторые в шутку его называли «мечтой браконьера», отмечая, что при трех стволах, мачете и столь обширном боезапасе зверюшкам точно не поздоровится. Почему же сторонники ТОЗ-81 «Марс» считали его «откатом к каменному веку»? Видимо, потому что слишком простая и слишком надежная конструкция у него.

В 1986 году ТП-82 приняли на вооружение. Тогда же его продемонстрировали широкой публике на мероприятии ВДНХ «Дорога к звездам», посвященном 25-летию полета Гагарина в космос. Серийное производство продолжалось до 1990 года. Всего произведено около сотни таких пистолетов. Все они разошлись в основном по музеям. Первыми ТП-82 опробовали французы с «Союз ТМ-7». Тогда же один экземпляр пистолета подарили французскому космонавту Жан-Лу Кретьену.

В 2020 году ТП-82 оценили эксперты журнала The Drive. «С самого начала заточенный под космонавтов ТП-82 выглядел как пистолет увеличенного размера, но на самом деле представлял собой инновационное “ружье-трансформер”, или точнее — двуствольное ружье в паре с короткоствольной винтовкой. Из трех стволов два верхних были гладкоствольными и под патроны 12,5×70 миллиметров. Нижний нарезной ствол стрелял патронами 5,45×39 миллиметров, теми же патронами, которые использовались в тогдашнем советском стандартном автомате АК-74», — отмечал военный эксперт Томас Ньюдьик.

Американцы также назвали ТП-82 лучшим космическим револьвером Советского Союза: «Это удивительное оружие отражает суровые условия, в которых приходилось работать космонавтам не только на орбите, но и после возвращения на Землю. Эти советские космические пистолеты предназначались не для дуэлей с американскими астронавтами в космической битве времен холодной войны, а для защиты от медведей и других диких животных — возможно, даже тигров — после возвращения на Землю».

Но пригодился ли хоть раз ТП-82 в экстремальной ситуации? Спас ли он хоть одну жизнь? Убил хоть одного разъяренного гризли, тигра или волка? Нет, как-то не довелось. К этому времени у советских кораблей с навигацией стало намного получше, и они перестали по приземлении залетать куда ни попадя. Но с ТП-82 все равно было как-то поспокойнее.

«По нашим сведениям, нет [его не использовали космонавты]. Но, наверное, приближаясь к Земле, космонавты чувствуют себя более спокойно, когда знают, что в случае чего смогут защитить свою жизнь», — отмечал конструктор Владимир Парамонов.

Впрочем, не все «западные партнеры» относились с пониманием к оружию российских космонавтов. Некоторые считали это дикостью. К примеру журналист Джеймс Оберг на протяжении многих лет называл аргумент «защита от медведей» спорным и требовал запретить проносить на МКС огнестрельное оружие.

«Юристы и дипломаты не смогли добиться запрета оружия в космосе, а один настырный космический инженер, видимо, смог», — писал Джеймс Оберг в статье с нескромным названием «Как я остановил космонавтов от ношения оружия. Крестовый поход одного человека против оружия в космосе».

Оберг рассказывает, что, несмотря на все попытки политиков ограничить использование оружия в космосе, на протяжении десятилетий СССР удавалось обходить ограничения: «Русские были единственными, у кого было оружие в космосе».

«Думаю, я заслужил похвалы. В течение многих лет я подкалывал и дразнил русских по поводу ношения пистолетов в космосе, в то время как они ратовали за то, чтобы в космосе не было никакого другого оружия. Я говорил об этом и в своих статьях и в интервью. Обе космические программы отмалчивались, но я продолжал возвращаться к этой теме».

В результате ТП-82 действительно перестали использовать после 2006 года, когда «оставшиеся запасы боеприпасов пришли в негодность». Оберг утверждает, ссылаясь на слова представителя НАСА и космонавтов, что из российского аварийного запаса вовсе убрали огнестрельное оружие.

Есть и другая версия. «Пистолет по-прежнему входит в официальный состав носимого аварийного запаса, — вспомнила итальянская женщина-космонавт Саманта Кристофоретти инструктаж перед полетом на МКС. — Но перед каждой миссией мы собираемся, чтобы проголосовать за исключение пистолета для данного конкретного полета». Неизвестно и то, какое оружие пришло ему на смену. Аналитики предполагают, что это может быть пистолет Ярыгина «Грач» или все тот же ПМ.

Но все же те, кто успел подержать ТП-82 в руках, оказались если не в восторге, то в близком к нему состоянии.

«Поразительно, сколько бутылок из-под вина, пива и водки могла найти команда корабля для тренировок по стрельбе, — рассказывал астронавт Джеймс Восс. — Пистолет был невероятно точным. Мы бросали бутылки как можно дальше, метров на 20−30, а потом стреляли по ним. Попасть в них было легко даже с первого выстрела».

Астронавт Дэвид Вулф, который также перед полетом проходил тренировки с ТП-82, и вовсе называет ТП-82 «замечательной пушкой»:

Судьба ТП-82 в некотором смысле пример того, как СССР готов был вкладываться во второстепенные проекты, следуя в первую очередь некоему экспериментально-конструкторскому азарту. Начиная с 90-х это трудно себе представить. Ведь, по сути, с точки зрения рынка ТП-82, пистолет для космонавтов, вещь убыточная. Но зато с точки зрения престижа и своего рода психологической защиты космонавтов цены ему нет.

Отвечая на вопрос, заданный в начале данного материала, по смыслу содержащий фразу «что это такое было», можно ответить так: «Один из последних памятников позднесоветской космической гонки, несколько более изящный и миниатюрный, чем “Буран”».