Время сказок

глава 8

Михась бежал по темному лесу, пригнув голову и внимательно глядя под ноги, – боялся в темноте свалиться в какую-нибудь канаву или овраг. Ветки хлестали его по лицу, но на них он почти не обращал внимания. Ему было не до того.

Он здесь один: Марья потерялась неизвестно где, Ванька и Аленка в плену, Домовик убежал искать дружбана где-то там и только он один – здесь. Раньше ему не приходилось бывать в ситуации, где от его решения зависели бы другие люди. Конечно, он хотел быть героем, идолом, полубогом, но только в мечтах. Про ответственность за свои поступки он редко думал.

Зато Мишка часто видел себя в красивом строгом мундире, с золотыми погонами и в белых перчатках. Перчатки были очень важны для всего образа. Вот он стоит на мостике космического корабля, внизу восторженная толпа  встречает его, героя покорившего космос, несколько планет, ну, или, в крайнем случае, спасшего мир от нападения пришельцев. Он стоит прямо, высоко подняв гордую голову, на согнутом локте фуражка, твердость и ум во взгляде, пронзающем далекие миры и козни врагов одновременно.

Черная блестящая форма отливает металлом на свете дня, и так же сталью блестит взор его синих глаз. Девушки, и не только, бросают ему цветы, но Мишка не обращает внимания – герои равнодушны к этой мишуре, к цветам, к слезам.  Парень отрывисто и резко, как положено закаленному в тяжелых боях герою, козыряет на солнце и само светило, кажется, озаряет его персональным, посланным только храбрецу, лучом.

Народ беснуется и, с высоты постамента смельчака, выглядит беспокойным морем восхищения, обращенным к одинокой фигуре, на далеком высоком пьедестале. И хоть лица героя не видно на этой недостижимой высоте, Мишка не может позволить себе ни игривой улыбки, ни лишнего вздоха, ни слезы умиления. Он – герой из камня, стали, мрамора, всего разом. Вот так застывший и стоит всю оставшуюся жизнь, после возвращения из своего одинокого исторического похода, как памятник самому себе!

Никогда ему не приходило в голову, что у капитана должна быть команда такая же сильная и умелая, а еще дружная и уважающая своего капитана. Нет, он верил, что один пройдет и сможет все. И конечно, в этих видениях все испытания были позади. Не то, что сейчас!

А сейчас он здесь, ровно посередке этих испытаний и что делать, просто не знает!  Но его, наконец, осенило: «Вот же он, его шанс! Доказать всем и каждому что он тоже не дурак, и может…».

А вот что именно он может, Михась еще не решил, но теперь у него была цель – он найдет то место, где на них напали.

Лес сгущался вокруг героя, но это его не смущало. Скорее радовало. Ведь потом он сможет рассказывать благодарным потомкам о совершенных подвигах и правды в его рассказах будет больше, чем выдумки. Слово «ложь» Мишка старался не применять, по крайней мере, к своим мечтам.

Итак, ночной лес был темный и непролазный. Такой вполне себе обычный лес, только сказочный. И каждая кочка казалось уставшему Мишке чудищем лесным, в каждом пеньке он видел лесовика, а за многими кустами угадывал силуэт домового.

Но никого не было. С одной стороны это удручало, а с другой, конечно, радовало. Подвиги подвигами, но Мишке вряд ли хотелось бы кого-нибудь встретить ночью в лесу.

Лес днем и лес ночью – это разные места. Здесь растут разные деревья, живут разные звери. Ночью мир вокруг полностью меняется, становится другой, новый, темный, опасный.

Но Мишка упорно шел к своей цели. Если его вдруг пугал пробегающий невдалеке зверь, то он старался не оборачиваться. Если шум будил его фантазию, то он старался не слушать. Нет, это была не тактика «голову в песок», а скорее тактика «вижу цель, но не вижу препятствий».

Не думая ни о чем постороннем, Мишка бежал и бежал по лесу. И ему казалось, что он точно представляет, куда именно бежит.

И действительно, толи помогли уроки отца, толи личное стремление, но парень нашел ту самую полянку, где минувшим днем все нежились на солнышке и не думали о проблемах. Естественно, на поляне никого не было. А как же он докажет что был здесь? Вдруг ему не поверят, также, как отец не верил, что Мишка умеет ориентироваться и запоминать дорогу в лесу?

Ванька что-то гундел о своем плеере… ну, точно, если принести игрушку в доказательство, то у них просто не будет шансов сказать, будто Мишка соврал.

В медленно светлеющем лесу, на дальней полянке лазил по земле парень и ощупывал пред собой землю руками, как слепой крот. Через час безуспешных поисков искатель решил сделать перерыв, отдохнуть и дождаться, наконец, полного рассвета. На солнышке он бы лучше сориентировался, да и рыскать удобнее.

Он сел, прижался спиной к дереву, представил себя последним из могикан и задремал. Он устал и заслужил спокойный отдых.

Отдохнувший и намечтавший себе очередной памятник, Мишка открыл глаза, когда солнце прошло едва ли не половину небосвода. Ноги затекли, кроссовки полны земли, а толстовка в паре мест порвана. Да уж, ничего себе герой на постаменте.

Решив не думать о глупостях, Михась принялся снова за свои бесполезные поиски. Через час внимательных поисков в позе скрюченной улитки парень почти отчаялся, но к его удивлению, у самой кромки леса что-то блеснуло металлическое. Точно, он – плеер!

Радостно схватив плоскую коробочку, подтянул наушники, скрутил все и положил в карман, не приглядываясь к чужой вещи.

Ну, вот, этот подвиг совершен. А что же дальше?

Мишка стоял на краю опушки, руки в карманах, разглядывал мир и думал. И не придумал ничего интереснее, чем отправиться на поиски домового. Но домовой это создание маленькое и легкое, проходя по лесу, не оставил следов. Толи дело, Марья. Она, конечно, тоже не большая, но явно не следопыт, а потому ее отпечатки читались легко. И здесь ему снова пригодились уроки отца – он вернулся на самую первую тропку и отправился за потерявшейся девчонкой.

Но не прошло и пяти минут, как Мишка почувствовал неприятное жжение левой руки. Выдернув руку из кармана, все еще зажимая в ней плеер, он посмотрел на свою кисть, будто она стала отделенным злобным существом, напавшим на своего бывшего хозяина.