Одиннадцать сердец

Книга 2. Одиннадцать сердец

Часть 3. Новые друзья, старые враги
Второй месяц осени 1683 года. Вестеймград.
Глава 1. Тьма и свет
Я вернулась домой, в столицу. Вот только здесь не было витражного окна, у которого я любила читать книги по вечерам, не было лестницы, по перилам которой я съезжала под звонкий смех. Меня окружали холодные стены темницы, солома и иногда пробегающие крысы.
Я изнывала в темноте от неизвестности, в животе урчало от голода, а губы пересохли от жажды. Я лежала на соломе, находилась между сном и явью. Что меня теперь ждет? Чего хочет Аквилегия? Будет меня пытать или казнит? Или я сгнию в этой темнице?
Не было сил, чтобы плакать или сокрушаться. Усталость после зелья ярости еще не покинула меня, она смешалась с глубоким отчаянием. Я не ждала, что в моей жизни случиться теперь хоть что-то хорошее. Я не знала где Эшер, и что нас теперь ждет. Только шуршащие по углам крысы не давали полностью провалиться в глубокий отчаянный сон.
Вдруг звякнул замок, и дверца для еды отварилась. Деревянная миска с какой-то жижей проникла в мою темницу. С невиданной ранее жаждой я посмотрела на окошко для еды, и на секунду уловила свет факела. Значит, я еще не ослепла, могу видеть.
К содержимому миски прикасаться не хотелось, даже несмотря на сводящий до тошноты голод в животе, поэтому я решила отодвинуть миску от себя, попробовав одну единственную ложку. Отвернулась к стене и приготовилась снова провалиться в сон.
Из небытия меня вдруг вывел мужской голос откуда-то из-за стены.
- Эй, тут кто-то есть?
Я вздрогнула и огляделась. Крысы заговорили со мной? Или я сошла с ума и уже начала слышать голоса внутри головы?
- Кто это? – я оторвала голову от примятой соломы и оглядела стену. Увидела небольшое отверстие между кирпичами, откуда и доносился голос.
- Очередной враг королевы, которому не повезло попасться, - с невеселой усмешкой ответил голос из-за стены. – Как и тебе, видимо?
Я прислонила голову к каменной стене, пытаясь собраться с мыслями.
- Правильнее будет сказать, что мне просто не повезло встать на ее пути. Думала, что она меня убьет, но она оставила меня здесь. Сколько я тут уже? Неделю? Месяц?
- Если судить по тому, как приносили еду, меньше суток, - сообщил голос. Я зажмурила глаза, не веря в сказанное. Мне казалось, что я нахожусь тут уже очень-очень долго.
- Прости, если донимаю болтовней, но иначе тут можно сойти с ума, - продолжал говорить мужской голос. Из-за эха сложно было определить возраст, но не думаю, что человеку за стеной было больше тридцати. – Расскажешь о себе? За что тебя бросили в темницу? У меня уже три дня не было соседей.
Я пожала плечами. Голос был прав, в молчании легко спятить. Я ничего не теряла, решая без прикрас пересказать соседу про свои злоключения. Хуже от этого уже не будет.
- Меня нанял на работу один граф помочь исследовать камни, которые были найдены в его землях. В начале это не выглядело как что-то такое, из-за чего тебя могут признать врагом королевства и бросить в темницу. Я собиралась заниматься совершенно другими делами, изучать магию… А потом люди королевы пришли за камнями, и тут началось…
Я вкратце пересказала все, что произошло со мной за последние полтора месяца. Сосед мой только удивленно вздыхал, когда рассказ заходил о вещах совершенно невероятных, вроде приключения за Чертой или осады замка.
- Да уж, потрепали вы нервы друг другу, - в конце рассказа горько посмеялся голос.
- Это совсем невесело, - я уткнулась лицом в колени. – Теперь я совершенно одна в этой тьме, и у меня возникает ощущение, что я разговариваю сама с собой, а ты мой глюк…
- Глюком меня еще никто не называл! - засмеялся голос, хотя это трудно было назвать смехом, скорее приглушенный кашель. – По-разному меня величали, но глюк – это что-то новенькое…
- А еще я совершенно не знаю, где Эшер. Я так волнуюсь за него, - продолжала я о своем.
- Скорее всего, тоже сидит на этаже. Если бы его пытали, то обязательно позвали бы тебя посмотреть.
Я с изумлением посмотрела на стенку. Какой прямолинейный человек. Человек ли?
- А ты? Расскажешь о себе? Как тебя зовут, голос внутри моей головы? – я прислонилась затылком к стене.
Голос по ту сторону немного помялся, затем глубоко вздохнул.
- Раз уж ты поделилась своей историей, то и мне следовало бы поведать о себе, твоя правда. Я был одним из зачинщиков восстания на рудниках. Многих перебили, нескольких отвезли в столицу. Королева должна была с нами поговорить, но, кажется, у нее слишком много дел, и она забыла о нас.
- Восстание на рудниках? - присвистнула я. – И как ты попал на рудники? Я слышала, что нужно очень постараться, чтобы получить туда приглашение.
На моих губах появилась странная улыбка. Я чувствовала, что отчаяние довело меня до той стадии, когда хватает сил только на саркастичные шуточки.
Голос поник и не особо жаждал отвечать.
- Я очень плохой человек… Да и не человек, если уж на то пошло. Монстр с проклятой кровью. Дуан-расо…
Я тут же вспомнила Эшера, вцепилась пальцами в солому, на которой сидела.
- Не называй себя монстром только из-за своей крови. Дуан-расо не делает тебя хуже других людей!
Я не знала, почему мне так хотелось убедить голос в этом. Возможно дело было в Эшере, и не осознано, вспомнив о дуан-расо, провела ассоциацию с ним.
Голос умолк, и я уже подумала, что он больше не заговорит. Но спустя время до меня дошел голос из-за стены.
- Может, ты и права, незнакомка. Кровь не делает меня монстром. Но мои поступки… Если я скажу тебе, то ты больше не будешь говорить со мной.
- Буду, - отрезала я. – В конце концов я не хочу сойти с ума, сидя в этой тишине…
Голос снова умолк, раздумывая над тем, чтобы поведать свою историю. Наконец я услышала горький вздох, и голос признался.
- Я убил двоих… Множество ночей я не спал, пытаясь себя убедить, что не мог поступить иначе, но это не так. Во мне взыграли ярость и жажда мести. И за это пострадал невинный человек, которого я любил больше всего на свете.
Я не знала, что сказать. Все-таки не была готова к подобному признанию. Но чувствовала, что нужно было что-то сказать, не хотела нарушать свое обещание.
- Я… я понимаю. Меня тоже погубила ярость и жажда мести. И я чувствую, что она еще живет во мне, где-то глубоко в сердце. Но..., - я сглотнула, - я решила больше не проваливаться в это чувство. Нет ничего ужаснее, чем это.
Снова наступила тяжелая тишина, которую иногда нарушали шуршащие по углам крысы.
- Жаль, нельзя отмотать время назад, - нарушил тишину голос из-за стены. – Я бы многое поменял. Но, увы, от сделанного не сбежать. Поэтому я полностью заслужил то, в какой ситуации оказался. А вот ты не заслужила оказаться здесь.
- Точно не заслужила, - хмыкнула я. – Так как ты говоришь тебя зовут?
- Алан, - ответил голос за стеной.
- Айрин, - представилась я в ответ.
Мысль о том, что за стеной сидит убийца, меня смущала меньше всего. После всего пережитого это меня совсем не ужасало, тем более в голосе слышалось искреннее раскаяние.
Но скоро наш разговор постепенно сошел на нет, и я задремала.
Из сна меня выдернул лязг замка на двери, а в следующие мгновение меня резко поставили на ноги и повели куда-то по коридору. Факел в руке одного стража осветил хмурые лица моего конвоя. Куда меня ведут? На эшафот? В пыточную?
Я попыталась запомнить коридоры темницы, прислушалась в тишину, страстно желая уловить голос Эшера.
Вдруг на встречу из темноты шагнули еще стражи, они вели женщину в кандалах. Выглядела она не самым лучшим образом – истрепанные лохмотья, длинные грязные волосы скрывали половину лица. Когда они прошли мимо, я едва не удержалась, чтобы заткнуть нос от ее запаха.
Из-под черных сальных волос на меня глянули темные глаза, и в них мелькнуло странное узнавание. Но я ее никак узнать не могла, видела впервые. Женщина запнулась, что-то пробормотала про себя, а затем ее толкнули стражи, чтобы она шла вперед. На этом наша встреча и закончилась.
Меня ввели в допросную. Немного хуже той, что я видела во дворце королевы. Тут было окно, из которого выступал вид на площадь. Я очень хорошо знала эту площадь. Здесь казнили особо опасных преступников, врагов страны.
В комнате красовались различные пыточные принадлежности, но было видно, что это всего лишь музейные экспонаты, и ими замучить можно было скорее тех, кто решит их собрать и воспользоваться по предназначению. В уголке комнаты стоял мегафон, на котором крутилась пластинка, и я искренне заинтересовалась, зачем это устройство в комнате. Приглушать крики? Для настроения? Или еще одно устройство для пыток? Возможно, три в одном.
За столом сидел старый знакомый, которого я уже не ожидала когда-либо увидеть.
- Джайлс, - пробормотала я, глядя на этого «примерного семьянина». Руки самопроизвольно сжались в кулаки. В последний раз я видела его на той лесной полянке, убивающего Неру.
- Айрин, - широко улыбнулся Джайлс, словно встретил своего старого знакомого. – Много воды утекло с нашей последней встречи.
Я молча села перед ним, точнее меня грубо усадили на стул, а руки сковали наручниками.
- В допросе совершенно нет смысла, мы и так знаем, чем закончится эта история, - бодрым голосом говорил Джайлс. – Однако королева посвятила мне это дело, и я подойду к нему со всей ответственностью.
«Конечно же со всей ответственностью. Сэйдок говорил, что ты на плохом счету» - подумала я, но вслух говорить не стала. Честно говоря, Джайлс навевал на меня скуку, не хотелось тратить на него силы. Очевидно, что в этом разговоре совершенно не было смысла.
В ближайшие полчаса он в красках описывал наше с Эшером будущее – великолепную казнь, на которую придет посмотреть полгорода. И из нее сделают настоящее событие. Сначала Эшера казнят прямо на площади, а затем меня повесят, выкинув из этого окна. Отсюда же и будут читаться все приговоры. Я равнодушно слушала Джайлса, и это ему не нравилось. Он приблизил свое лицо к моему и промолвил.
- Что, тебя хватил такой удар, что туго соображаешь? Ты умрешь завтра. И сынок древних тоже.
Ему хотелось увидеть в моих глазах блеск отчаяния, слезы или ярость. Но мне было все равно. Я хотела, чтобы это все побыстрее закончилось.
Джайлс хмыкнул и отвернулся.
- Завтра будет великое торжество. Победа королевы над очередными предателями. Завтра же она сообщит, что знает, как усилить магию в этом мире. Так что гордись собой, ведьма, потому что завтра умрешь в великий день, а не на две канавы, чего ты и заслуживаешь.
Я покосилась на Джайлса и покачала головой.
- Видимо, в твоей жизни сейчас действительно все так плохо, что ты срываешь свою злобу на меня.
Мужчина ощетинился и холодно посмотрел на меня.
- На себя посмотри. Наступил твой конец.
Он взглянул на стражников и взмахнул рукой.
- Уведите ее. У меня еще много работы. Увидимся завтра на твоей казни, - бросил он мне в лицо. Казалось, я его все-таки смогла задеть.