Эффект кобры

2.6.3. Вадим

Часть 2. Глава 6

3. Вадим

Когда Вадим задул свечу, за давно не мытым окошком проявилась темная ночь с разбросанной по небосклону россыпью звезд. Здесь, вдали от человеческого жилья, ни один фонарь, ни один отблеск крикливой рекламы не бросали свою тень на притаившуюся вечность. Частокол черных деревьев на опушке серебрил поверху тонкий серпик новорожденной луны. Растрепанные кроны тряслись беззвучно под далекими порывами ветра.

Вадим встал и, стараясь производить как можно меньше шума, вышел из избушки, где спали, утомленные событиями, его друзья. Даже Егор вырубился, завернувшись в жесткий чехол от спального мешка.

Плотно прикрыв дверь, Вадим спустился по гнилым ступеням и, оглядевшись, сел на верхнюю, приготовившись ждать и наблюдать. Вокруг царила тишина, притихли ночные птицы, не шуршали в траве мелкие грызуны, и лишь ветер нет-нет, да и пробегался со свистом по вершинам сонной дубравы.

Вадиму не раз приходилось использовать ночное одиночество для полезных размышлений. Он и сейчас планировал этим заняться, но происшествие на дороге оставило слишком яркий след. Внешне Коростылев держал себя в руках, но внутри у него до сих пор все клокотало, а память то и дело подсовывала будоражащие воспоминания.

Вот он ведет автомобиль, прислушиваясь к посторонним звукам, и гадает, был ли прав, настаивая на продолжении путешествия... Вот тормозит, чтобы дать пассажирам убежать подальше. Нервы едва выдерживают, в теле бушует гормональный шторм, который не подавить усилием воли…

Отдав команду Степану покинуть машину, Вадим распахнул свою дверь, но оставался за рулем до последнего. Только поймав в зеркале движение квадрокоптера, испуганно метнувшегося в сторону, он стремительно вывалился на дорогу и покатился по жесткому полотну, стараясь не угодить под колеса. «Крысы сбегают – значит, сейчас последует удар!»

Всесезонник проехал еще несколько метров и врезался в отбойник там, где дорога делала очередной поворот. Отбойник с лязгом прогнулся и порвался, не выдерживая конкуренции с укрепленным бампером трехтонного автомобиля, но от удара машину чуть отбросило назад и развернуло. И в этот самый миг ярчайший луч с шипением упал на нее с ясного неба. Словно острейшее копье, он проткнул салон насквозь. Одновременно раздался чудовищный треск, волосы встали дыбом, и Вадим вжался в землю.

Их несчастный транспорт вспыхнул огненным шаром. Шар рос, разбухая оранжево-синим, расширялся во все стороны и наконец взорвался. Огненные капли разлетелись веером и пролились в ущелье. Какая-то часть обломков вылетела на дорогу, с грохотом прыгая по шоссе. Погнутый колесный диск покатился с ускорением прочь, будто желая догнать звуковую волну, но наткнувшись на Коростылева, с дребезжанием рухнул подле.

Удар прижал Коростылева к земле, одновременно пытаясь сдвинуть с места. Секунды две Вадиму даже казалось, что его размажет тонким слоем по шоссе – но огненный смерч пронесся мимо, распадаясь на отдельно живущие, загибающиеся к небу языки. Однако еще долго на Коростылева падал горячий пепел и жег спину до волдырей. Приходилось терпеть и лежать неподвижно, чтобы не привлекать внимание соглядатая, болтавшегося в отдалении…

«Хорошо, что Оля не заметила прожженную в нескольких местах рубашку», - подумал Вадим, давя усмешку, и откинулся затылком на шершавые бревна, из щелей которых свисала неопрятная пакля.

Ольга – настоящая боевая подруга, которая все понимает и принимает таким, какое есть. Ни одного лишнего слова она ему не сказала, и даже в глазах ее он не заметил немого укора, хотя она сильно переживала, а возможно, и не одобряла некоторые из его поступков. Ему сейчас так не хватало ее тепла, рук, податливых губ… Вадим даже оглянулся на закрытую дверь – столь велико было желание войти и полюбоваться на нее, пусть спящую, молчаливо-расслабленную, но такую милую и родную…

Хулиганистый ветер ринулся на зажатую высокими деревьями поляну, как пьяный мужик в поисках приключений. Он с безбашенной удалью принялся кидаться на кусты, швыряться ветками и корой, поднимать опавшие листья, закручивая водоворотами. Постучав оторванной доской на крыше избушки, он взметнулся ввысь, свистя по-разбойничьи лихо. Деревья над головой закачались и заскрипели осуждающе, да ветру было хоть бы хны. Сейчас он здесь, а через минуту уже улетел и пропал.

Вадим поежился – холодало – и встал, решив обойти избушку, чтобы получше ее разглядеть и наметить пути отступления. Как знать, что им скоро понадобится? И что будет лучше – дать Степке отлежаться немного или с утра искать дорогу в обход обжитых мест? Надо уже решать, а не ворошить без толку воспоминания.

Но прежде Вадим спросил себя, рискнул бы он покинуть турбазу у Денисовской пещеры, если бы знал, что их ждет? Наверняка он бы оставил своих спутников на базе, а сам отправился на встречу с энергетическим лучом. Один. Так не потому ли «шведы» ни о чем их не предупредили? Может, им нельзя было разделяться?

Как и двойники, доброхоты-туристы делали свое дело, избегая пространных объяснений и оставляя недоуменно гадать об истинных целях. Но что если в этой манере заключался особый смысл? Существует же научная теория «о взмахе крыла бабочки», когда незначительные на первый взгляд поступки влекут за собой грандиозные изменения в грядущем...

Обойдя избушку, Вадим вернулся к крыльцу и снова пристроился на ступенях. Непосредственной опасности замечено не было, его спутники продолжали мирно спать, а небо над головой оставалось чистым, и ни одно техническое устройство не пыталось подобраться к ним незамеченным. Кажется, судьба дала передышку, и ей следовало воспользоваться, чтобы все разложить по полочкам и впредь не действовать наобум...

Итак, выходило, что «шведы» знали будущее, как и двойники на станции, и корректировали его. Любопытно, они путешествовали во времени или обладали ясновидением, как настоящие маги? Несмотря на то, что его друг Егор не был чужд магической практики (как же верно он обозначил место нападения!), Вадим мог серьезно рассматривать исключительно первый, научный вариант.