Говорящая с ветром

Глава 2.

Странное, непонятное ощущение. Совершаешь вроде привычные действия, те, которые с рождения воспринимаешь, как само собой разумеющееся, а результат не тот.

Я стояла на каменном уступе, видела отполированный временем и дождями камень, но не чувствовала под ногами опоры. Всё, что находилось ниже уступа, было скрыто плотным, каким-то бурлящим туманом. Всё, что выше, укутано облаками ярко-синего цвета. И всё это двигалось, текло, кипело и менялось, словно вокруг был сильнейший ветер. Но я не чувствовала ни малейшего движения воздуха вокруг.

Здесь не было солнца, но было светло. Зато туман, клубящийся у кромки утёса, разбивался о камни с шумом морских волн, хотя разум, или что там у меня сейчас было, воспринимал это, как несоответствие. А самое главное, я слышала биение сердца возле уха, ощущала крепкие руки, прижавшие меня к твердому телу, меня обволакивала смесь запаха раскаленных от солнечного жара камней и хвои. Терпкий, мужской запах.

Но я была одна! Только странный обрывок тумана, плотной стеной высившийся за спиной, и в котором почти полностью утопало мое тело, составлял мне компанию в этом странном месте.
- Кто ты? И почему тебя держат ушедшие? - неожиданно зазвучавший сразу отовсюду голос, заставил меня вздрогнуть.
- А кто ты? И кто такие ушедшие? - уточнила я, потому что не чувствовала никакой опасности.

Голос с несильной хрипотцой, каким обычно пели что-то из жанра шансон. Никаких эмоций, кроме любопытства, я в этом голосе не слышала.
- Забавная, как месячный прядильщик. И яркая. Необычно яркая. Настоящий огонь. - Словно сам с собой разговаривал голос.
- Кто ты? - в который раз спросила я, оглядываясь по сторонам.
- Я дроу. Мужчина дроу. Может так тебе будет привычнее... - Туман за моей спиной колыхнулся, и я оказалась прижата к широкой мужской груди.

Странного цвета кожа, многочисленные шрамы. Хорошо развитые мышцы, грудь, плечи... Тут не только намеренная раскачка мышц была, как у наших культуристов, но и тяжёлый физический труд. Причём с самого раннего детства, встрепенулся во мне профессионал, отмечая специфические признаки.

Абсолютно белые, длинные волосы были просто распущены. И хотя мне никогда не нравились длинноволосые мужчины, конкретно этому мужчине это шло. Но больше всего меня поразил цвет его глаз. Яркого насыщенного фиалкового цвета. Этакая смесь сиреневого и фуксии. Никогда в жизни я таких глаз не видела. Смотрелось жутко и красиво одновременно.

А ещё, я как могла настойчиво, убеждала саму себя, что надо отлипнуть от постороннего мужика и не виснуть на нём. В конце концов!
- Не надо, иначе снова затянет в поток. - Ответил он на мои мысли совершенно непонятной фразой.

Стоп. В смысле на мои мысли, я ведь точно не произносила ничего вслух. Что за расширение сознания? И вот тут меня осенило.

Помнится, лет так десять назад, была у меня очень познавательная поездка в горы Сьерра Масатека. В течение недели мы, а я была не одна такая, готовились к этому самому расширению сознания. В итоге, после почти недельной голодовки, допускалась только вода в немереных количествах и хлеб грубого помола, и тщательной пропитки каким-то благовонным дымом, нам преподнесли "теонанакатль", плоть бога. Как потом выяснилось, высушенные на солнце шляпки обычной псилоцибе мексиканской, галлюциногенного гриба.

Не помню, что точно я творила, но на записи камеры, я сидела почти на краю похожего на этот утёса и несла какую-то чушь из совершенно невразумительных буквенных сочетаний. Как с пеной у рта потом заверял местный гуру и шаман, точнее жрец, я разговаривала на языке ацтеков. Том самом, что звучал в Анауаке ещё до прихода конкистадоров.

Тот старик не хотел меня отпускать, пытался всучить ещё порцию "плоти", называл имена, названия городов. Теночтитлан, Куаутемок... Ну, у меня, выросшей на приключенческих романах Майн Рида и Генри Райдера Хаггарда, эти названия вызвали только приступ ностальгии, по временам школьных каникул, когда можно было провести весь день с интересной книжкой. Ожидаемого просветления не случилось.

Помнится, я тогда поехидничала, что с учётом того, что последний правитель ацтеков Куаутемок погиб в тысяча пятьсот двадцать пятом году, то тут даже патологоанатому делать уже нечего и не с чем. Но при возвращении в Мехико, сделала крюк по дороге в аэропорт. В Мексике этот мужчина до сих пор чуть ли не национальный герой. И на одной из площадей стоит его бюст. Если верить изображению, то мужик при жизни был очень красивым. Да половина современных фитнес моделей ему проигрывали.

Осторожно подняла голову заглядывая в лицо своему собеседнику. Тааак... Либо я опять отправилась в Мексику, но почему-то помню только последний рабочий день. Либо я чем-то отравилась. Ну, либо кто-то совсем с дуба рухнул и подсыпал мне галлюциногенов. Потому что отдаленное сходство у моей, теперь уже точно, галлюцинации с принцем ацтеков было.

Отличались глаза и уши, которые вообще были странной формы.
- Твои мысли интересны и необычны, как и пламя твоей души. - Пытается сдержать улыбку мужчина из моего бреда. - Но ты ошибаешься, это не бред. Это грань. Здесь те, кто окончил свой жизненный путь, мы их зовём ушедшими, и такие как я, которые ушли от своего тела сюда, чтобы дождаться своего конца. И я наделён даром менталиста, поэтому могу уходить сюда, и слышать твои мысли, как и мысли любого живого существа.

Я уткнулась лбом ему в грудь, ну а что? Где я в реальном мире такого умницу найду? Хоть в бреду пообщаюсь с классным парнем, способным понимать меня даже без слов. Интересно, если я расскажу ему о своей работе, он начнет вопить, что это ужас, ужас, ужас и как можно на такой работе работать? Или молча сбежит, как большинство тех, с кем я знакомилась в реальности.

Определенно, мне начинало всё нравиться. Даже жалко будет приходить в себя.
- Боюсь, в себя ты не придёшь. - Он посмотрел на меня с очень грустной улыбкой. - В поток попадают только те, кто уже умер, чья жизнь закончилась. Но ушедшие, почему-то не давали тебе влиться поток и уйти за грань окончательно. Именно они выталкивали тебя, именно по-этому я смог тебя выдернуть и могу сейчас удерживать здесь. Хотя тебя и должно тянуть обратно со страшной силой.
- Нет, не тянет никуда. - Сказала, прислушавшись к себе. - А вот ощущение, что меня как будто зовут куда-то, есть. Но я знаю, что могу отказаться и не пойти.
- Да? Странно. Значит, тебя привели сюда... - задумался он.
- Что значит привели? Убили? - тут же предположила я.
- Нет, иначе бы ты рвалась в туман, видишь? - он указал на муть, клубящуюся у края уступа. - Это и есть поток. В нем души уходят за грань. Твоя жизнь видимо ещё не закончилась, но уже была на исходе. По-другому душа не откликнулась бы на мелодию зова. Значит, кому-то твоя душа очень нужна.
- С чего это ты взял? - прищурилась я, размышляя о всяких странных зовах.
- Это очень сильная магия и очень дорогой ритуал. Потому что, чтобы позвать чужую душу и найти её среди множества миров, нужен проводник. Тот кто найдёт и проведёт, кто будет держать ворота в тот мир, куда тебя зовут. Цена за эту возможность очень велика. Собственная жизнь, огонёк. - Рассказывал он. - И возможно, что далеко не в одном из миров есть подобная магия, но судя по тому, что ты прошла до граней моего мира, тебя звали при помощи наших ритуалов. Вот мне и интересно, кому же ты так понадобилась?
- Сквозь миры, множество миров, ни в одном из миров... Я начинаю путаться. - Кажется, мой разум настолько расширился, что весь этот бред просто не вмещал.
- Мир не один, их множество. Одни рождаются, другие гибнут. Наш народ ушел когда-то из такого гибнущего мира. - Словно сказку рассказывал мне этот менталист и обитатель граней. Почему-то вспомнился Харон, тоже своего рода живущий на грани.
- Почему именно я? Я же... Обычная. - Спросила у него и замерла, прислушиваясь к бою его сердца.
- Нет, ты точно не обычная. Ты сияешь и манишь, привлекаешь ярким светом огня своей души. Он очень красив, и силён. Я никогда такого не видел. - Он внимательно вглядывался в мои глаза. - Как редчайший кристалл "сердца пещер", он переливается от почти белого до почти бордового. И горит так, что слепит. И очень жаль, что у твоего проводника не хватило сил тебя довести, видно слишком издалека пришёл твой отклик на зов.
- Значит, я навсегда останусь здесь? - уточнила у него я.
- Нет. Здесь ты угаснешь. Хочешь, я доведу тебя до конца пути, Огонёк? - предложил он.
- Я не огонёк! Даже имя у меня противоречит огню и свету. Я Лилит, "ночная, тёмная". - Поправила его, сама раздумывая над тем, хочу ли я продолжать это непонятное то ли помутнение во время обморока, то ли приключение во время этого помутнения.
- Ты сказала мне своё настоящее имя? - удивился он. - Я благодарю тебя за оказанную честь.