5 причин в тебя влюбиться

Глава 7

К этому моменту Мира уже решила отказаться от своего плана, посчитав его глупым и нелепым, но Миша и на этот раз предугадал ее намерения. Хотя прокатные коньки были не самыми удобными, в них она почувствовала себя гораздо увереннее и спокойнее. Кажется, сказывалась давняя привычка всегда быть собранной во время тренировок.

— Можно, я буду за тебя держаться? Я не очень хорошо катаюсь, — сказала Мира, когда они вышли на лед.

— Без проблем, — ответил Миша и выставил правый локоть.

Мира ухватилась за него и поехала вперед, забыв от волнения, как дышать. К сожалению, забыть, как кататься, она не могла ни при каких обстоятельствах, поэтому приходилось прикладывать немало усилий, чтобы изображать из себя неумеху. Хорошо хоть, что не так давно ей удалось понаблюдать за Кристиной, и в ее памяти осталось хоть что-то, на что можно было ориентироваться.

Уже потемнело, и по льду запрыгали огоньки от гирлянд. Мира делала вид, что пытается не упасть, но на самом деле просто ничего не могла сказать. Иногда они с Мишей перебрасывались парой слов, и даже посмеивались, но Мире казалось, что все это выглядит, как обычная дружеская прогулка.

«Нужно попытаться упасть» — подумала она.

Не совсем упасть, а так, чтобы Миша ее поймал. Старый прием, но вдруг сработает?

Понять, как можно потерять равновесие, когда просто едешь по прямой, для нее было практически нереально, но в этой ситуации пришлось импровизировать. Мира резко отклонилась назад и моментально полетела на землю. Она успела ухватиться за Мишу второй рукой, но он, как назло, именно в этот момент отвлекся и не смог вовремя отреагировать. И вместо романтичной сцены, которую ожидала Мира, они вдвоем полетели прямиком на лед. Она приложилась головой, да так, что шапка отлетела на метр назад, а Миша лишь чудом успел выставить руку, и не раздушил Миру.

— Ай, — заныла она, потирая ушибленную голову.

— Сильно ударилась? — обеспокоенно спросил Миша.

— Ага, — ответила Мира и приподнялась. — Прости, я же говорила, что не очень хорошо катаюсь.

— Зато падаешь отлично, — заметил Миша.

Он повращал пару раз запястьем левой руки и поморщился.

— Болит? — спросила Мира, заметив его реакцию.

— Перелома вроде нет, остальное пройдет, — неопределенно ответил он.

Хотя Миша и делал вид, что все нормально, Мира не могла не заметить, что запястье у него слегка распухло. Забыв про свое неумение стоять на льду, она быстро поднялась и протянула Мише руку.

— Вставай, поедем тебя лечить.

— Зачем, само пройдет, — сказал он, но Мира уже вцепилась в него и потащила к выходу.

Для таких счастливцев как они в прокатном пункте была аптечка, хотя большая часть ее содержимого была абсолютно бесполезна. Мира с видом ученого копалась в ней, читая названия на пузырьках, и с недовольным видом ставила их обратно. Ей так и не удалось найти ничего подходящего, кроме бинта, с которым она и вернулась к сидящему на лавке Мише.

— Это тихий ужас, — возмутилась Мира. — Кто эту аптечку собирал? Накидали в нее все самое ненужное.

— Не нервничай ты так, — сказал ей Миша.

Он с улыбкой смотрел на то, как Мира с серьезным лицом уверенно накладывала повязку на его руку.

— У тебя хорошо получается, — заметил Миша. — Часто калечишь людей?

Услышав это, Мира усмехнулась. В последнее время ей действительно часто приходилось оказывать первую помощь, но обращаться с травмами она научилась на тренировках.

— Просто в детстве хотела стать врачом, вот и научилась. Готово.

Миша поднял руку, туго перевязанную бинтом, и посмотрел на нее.

— Нужно еще купить гель в аптеке, — сказала Мира. — Только нормальный, а то от некоторых толку ноль.

— Обойдусь как-нибудь.

— Почему ты такой упертый? Между прочим, так быстрее пройдет. А сейчас что-то холодное надо приложить, пойдем.

Когда они вышли на улицу, Мира наклонилась и схватила снег. Она слепила из него снежок и подала Мише.

— Приложи к ушибу.

— Ты хочешь, чтобы я еще и обморожение получил? — весело ответил Миша. — Ты точно врачом хотела стать?

Мира улыбнулась, но ей было совсем не до смеха. Первое свидание с ним она точно запомнит на всю жизнь, если конечно, оно не станет последним. На месте Миши она бы сто раз подумала, прежде чем еще раз подпускать ее к себе ближе, чем на три метра. Хотя начать следовало с того, что свиданием это было только в голове у Миры.

«Дура, какая же ты дура», — говорила себе Мира вечером, когда уже была дома.

Она билась головой об подушку, пытаясь забыть о том, как нелепо и глупо себя вела, но эти воспоминания, судя по всему, собирались остаться с ней навсегда.

Из-за Мишиной травмы она переживала больше, чем он сам. Во-первых, потому что, если бы не устроенный ею спектакль, все было бы нормально. А во-вторых, сколько Мира его помнила, он постоянно что-то рисовал, теперь же в лучшем случае на несколько дней ему придется об этом забыть.

Чувство вины было настолько сильным, что Мира как-то забыла о том, что еще утром она боялась даже открыть их переписку с Мишей. Ей казалось, что она не может просто сделать вид, будто все нормально, поэтому на следующий день Мира решила снова его увидеть. На этот раз она без лишних раздумий написала ему сообщение, в котором заявила, что им нужно встретиться. Это не был какой-то надуманный предлог: Мира собиралась серьезно взяться за лечение Миши, чтобы к понедельнику он снова смог рисовать свои цветочки.