Паук приглашает на танец

Главы 4-6

Глава 4

Вопреки всему, я прекрасно выспалась. Нежные золотисто-лиловые блики рассвета ещё теплились на небе, когда я распахнула окно и вдохнула плотный утренний воздух. В комнату тут же ворвался промозглый ветер, а вместе с ним – сладкий запах готовящейся к зиме листвы, оттенённый печальной ноткой осеннего тлена. Я поёжилась, но не стала накидывать шаль.

Из моего окна открывался прекрасный вид на окрестности Ашеррадена. Замок расположился в живописной местности, среди холмов. В отдалении виднелись какие-то развалины, вдоль них вилась серебристым ужом речка. Широкая дорога, по которой я вчера приехала, устремлялась вдаль, за горизонт. А вокруг раскинулись поля и склоны, сплошь заросшие серебристой лапчаткой. От порывов ветра по ней бежала рябь, и мне казалось, что я стою посреди бескрайнего океана из ртути, с вмешанной в него желтой крошкой цветов.

Когда последние теплые мазки на небе потухли, уступив место похожим на грязную волчью шкуру облакам, я захлопнула окно. Мне предстояло много дел.

К тому моменту, когда в дверь постучали, я уже успела привести себя в порядок. За дверью стояла Беула. Девушка принесла опрятное серое платье. Оно оказалось велико, так что пришлось хорошенько подпоясаться.

Спустившись в кухню, я обнаружила, что там уже полным ходом шла работа. Вчера замок показался мне едва ли не пустым, несмотря на доску, увешанную колокольчиками. И только сегодня, когда меня представили всем остальным, я поняла, насколько велик штат прислуги. Одних только кухарок здесь трудилось целых три: старшая, Симона, средних лет и с волосами, похожими на проржавевшую от кухонных испарений проволоку, жизнерадостная хохотушка Иветта и хмурая Кларисс, с по-мужски крупными ладонями и крепким мясистым задом.

Под всеми этими взглядами я почувствовала себя цирковой обезьянкой. Я не привыкла к тому, чтобы меня так пристально разглядывали, а потому испытала облегчение, когда все, наконец, углубились в завтрак и перемалывание местных сплетен.

- Слышали, говорят, Ваухан собирается пригласить Иззи на субботние танцы, вот смеху-то будет! – трещала Иветта.

- Что же в этом смешного? – отозвался из-за газеты флегматичный старший лакей Вилмот.

- А то, что она косолапая! Да, она же ему все ноги отдавит!

- Говоришь так, потому что сама хотела с ним пойти.

- А, вот и нет.

- А, вот и да.

- А, вот и нет! Нужен мне больно овощник, там и смотреть не на что!

Но, судя по обиженно выпяченной нижней губе, комментарий попал в точку.

Я как раз доедала в меру поджаренный тост с ароматным ореховым маслом, когда впервые почувствовала это неприятное жжение. Сперва я даже не обратила на него внимания.

- Мисс Кармель, так вы совсем расчешите. Лучше поторопитесь.

- А? Что?

Я опустила глаза и только тогда поняла, что уже с минуту скоблю ногтями запястье, под надрывное треньканье серебряного колокольчика.

- Да, спасибо Ярик. Мне действительно лучше поспешить.

К моему колокольчику вскоре присоединилось множество разноголосых переливов, и служащие Ашеррадена, торопливо закончив трапезу, разбрелись по своим делам.

Рука горела до тех пор, пока я не взбежала по ступеням на второй этаж и не толкнула высокие белые двери. Не знаю наверняка, как работал этот механизм, но ноги буквально сами вынесли меня туда. Я отчего-то точно знала, куда следует идти. Когда я вошла, леди Фабиана отложила колокольчик. Подозреваю, что она непрерывно звонила в него всё это время.

- Наконец-то, мисс Кармель. Если вы каждый раз будете так злоупотреблять завтраком, то скоро придётся перевести вас с третьего этажа на первый – там полы крепче.

- Я думала, что занятия начинаются в восемь тридцать, миледи.

- Совершенно верно. Поднимись вы на двадцать минут позже, непременно опоздали бы.

Я старалась отогнать от себя вновь нахлынувшее вчерашнее чувство.

Она в последний раз, демонстративно и с явным удовольствием, звякнула в колокольчик. Я стиснула зубы, но удержалась от того, чтобы почесать руку. Я не доставлю ей такого удовольствия. Похоже, графиня отыгрывалась за вчерашнее унижение, свидетельницей которого я стала.

- Что ж, оставляю вас ученикам. И помните: неудачи подопечных – вина наставника.

Когда леди Фабиана вышла из комнаты, я повернулась к детям. Оба ещё явно не отошли ото сна. Леди Эрселла вяло водила цветным мелком по грифельной доске, а виконт остервенело давил пальцем отчаянно жужжащую муху. Никогда не любила унылую обстановку классных комнат. Она навевает мысли об узниках, кидающих тоскливые взгляды на островок свободы за окном.

- Как хорошо, что вы тепло одеты, миледи, милорд. Здешние ветра могут испортить прогулку, если одеться ненадлежащим образом.

Дети одновременно подняли оживившиеся лица.

Я прихватила с собой покрывало, два толстых пледа, а ещё спустилась в кухню, где Симона собрала мне корзину с легким ланчем. Спустя совсем немного времени мы втроём уже поднимались по склону холма к раскинувшемуся на вершине клёну. Оттуда Ашерраден представал во всё своём блеске.

Я расстелила покрывало под деревом, среди корней. Приготовившаяся к осени трава была покрыта утренней изморозью, похожей на сахарную паутину, и хрустела. Но низко свисавшие ветви и широченный кряжистый ствол надёжно укрывали нас от порывов ветра. Днём в начале октября ещё чувствовались последние отголоски лета, но ранним утром и по вечерам было значительно холоднее.

- А мы с Мэтти всегда занимались в классной комнате. А с вами наша классная комната будет здесь, мисс Кармель?

- Если вы и виконт этого пожелаете, леди Эрселла. До тех пор, пока не надоест, или пока не наступят холода.

- А вы нас будете учить тому же, что и Мэтти?

- А чему вас учила Мэтти?