Моя Геройская Академия | И вдруг дорогу перешла кошка

Часть 28. Бездарный

Вдруг мир на мгновение исказился, став напоминать игру на минималках: всё кругом утратило детализацию, сделалось каким-то плоским, звук тоже утратил глубину; свет, исходивший от полной луны, стал расходиться заметными кольцами, словно став восьмибитным, а с пиксельной травы исчезла роса. Кацуки замер, пытаясь осмыслить произошедшее, как всё вернулось в нормальное состояние.

Было жутко до чёртиков, вспомнились игры, в которых мир тоже менял очертания, когда приближался монстр. Ну или он сходит с ума, что не лучше. Кацуки ускорил шаг в направлении к костру, но остановился у кустов, переводя дыхание и разглядывая три сидящие фигуры.

Челюсть медленно поползла вниз, стоило ему их узнать: это были Момо, Изуку и тощий Всемогущий.

Кацуки выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. Всемогущий должен лежать в коме, а не бодро сидеть у костра, балансируя лезвие короткого меча на кончике пальца и рассказывая что-то, отчего Момо и Изуку прыснули от смеха. Одноклассники тоже выглядели иначе: Изуку одет в лёгкую кожаную броню, да и на вид младше, выглядя лет на четырнадцать. Момо сидела в белой рубашке, заправленной в бордовые штаны с широким тряпичным поясом, а волосы вместо стильного хвостика распущены и перехвачены на висках заколкой. Но главное, выглядела она куда более худой, чем Момо из реального мира, даже её роскошный бюст, который ему пару раз снился, был поменьше.

Кацуки замер, цепляясь за неожиданный вывод: мир вокруг не может быть реальным! Последнее, что он помнит, это визит к психотерапевту, доктору Горогору! Да, точно! Она его погрузила в сон, и всё вокруг — плод его воображения! И сидящие у костра люди каким-то образом должны ему сейчас помочь преодолеть чувство вины!

Открытие воодушевило и придало смелости, Кацуки решительно вышел из кустов и направился к троице. Как только его заметили, они перестали разговаривать, Изуку тут же вскочил на ноги, встав в боевую стойку. Также поступил и Всемогущий, а Момо схватила короткий меч. Кацуки стушевался и замер, не рискуя подойти ближе и решая, что же делать дальше.

— Чего уставились? — с вызовом спросил он у плодов своего воображения. — У меня всего три часа, давайте уже со всем разберёмся.

Троица продолжала взирать на него, ничего не отвечая. Но выражение лица Изуку сменилось с сурового на откровенно враждебное.

— Чё за хрень? — не понял Кацуки, чувствуя, как начали потеть ладони — типичная реакция на непонятную стрессовую ситуацию. — Вы меня узнаёте вообще? Эй, задрот!

Изуку молча покачал головой, вокруг него начала струиться красно-зелёная энергия, он молнией метнулся к Кацуки, сбивая его с ног и впечатывая затылком в землю, благо, та была мягкой.

— Не смей! — прокричал он, ударяя кулаком Кацуки в скулу, предварительно деактивировав причуду. — Не смей! Каччан мёртв!

Растекающаяся по телу боль, звон в ушах и последовавшая за этим ярость и обида. Кацуки понял, что его не ждали до такой степени, что готовы убить, и с силой оттолкнул ногой офонаревшего задрота, тут же вскакивая и ставя руки в позицию для активации взрыва… Активации причуды не произошло. Кацуки попробовал опять, одновременно наблюдая, как Изуку группируется и несётся к нему, и снова причуда не активировалась. Изуку повалил его на землю, и кто знает, что бы сделал следом, но вступился Всемогущий.

— Юный Мидория, ты что делаешь? — приняв сильную форму, он за шкирку сдёрнул Изуку с Кацуки, но в тот же миг рядом с ним возникла Момо, приставляя меч к горлу. — Что, чёрт возьми, на тебя нашло?!

— Это не Каччан! Каччан умер! Это перевёртыш! — закричал Изуку, даже не пытаясь вырваться из хватки Всемогущего, а из его глаз брызнули слёзы. — На кой хрен они притворяются близкими людьми?..

Полученная информация повергла в шок.

— Ты совсем охуел, задрот?! — просипел Кацуки, не смея пошевелиться из-за острого клинка у шеи и глядя на Изуку незаплывшим глазом. — Какой, нахер, перевёртыш? Ау, придурок, что происходит! Эй, доктор, твоя симуляция провалилась! — громко прокричал он, хотя сомневался, что доктор его услышит.

— Симуляция? — подала голос Момо, внимательно разглядывая пришельца. — И как он смог преодолеть барьер от нежити?

— Эй, может, уберёте меч? — воскликнул Кацуки, хлюпая разбитым носом, из которого сочилась кровь. — Не нежить я! Какого хрена здесь вообще происходит?!

— Кто ты? — мягко спросила Момо, не торопясь убирать оружие от его горла. — Ты не можешь быть… этим Каччаном: он, как сказал Мидория, умер.

Кацуки на минуту завис. Никогда в своей жизни он не мог предположить, что ему придётся доказывать, что он не верблюд. Подавив в себе кипящие чувства, он ответил:

— Вообще-то я Кацуки Бакуго, сын Масару и Мицуки. Никогда не умирал, был послан сюда, чтобы… — он запнулся, не рискуя рассказывать, почему. Скула саднила, заплывший глаз ограничивал обзор, из носа всё ещё текла кровь. Слишком уж реалистичная получалась симуляция. Вдруг он и правда был перенесён в параллельный мир? Такая теория ведь и впрямь существовала.

— Чтобы что? — не выдержала Момо.

— Это моё личное дело, — огрызнулся Кацуки. — Но я явно не был послан сюда к вам, чтобы вы меня убили!

— Ты был послан к нам? — переспросила Момо. — Хм, это объясняет, почему защитный барьер и сигналка не сработали… Всемогущий-сенсей, что скажете?

Она перевела вопросительный взгляд на Всемогущего, всё ещё находящегося в сильной форме и держащего Изуку за плечо. Сенсей согласно кивнул. Момо тут же убрала меч и протянула руку, чтобы помочь Кацуки подняться. Но он сделал вид, что не заметил этого жеста, и поднялся сам. В голове сильно ухнуло, и он едва удержал равновесие.

— Ты можешь сесть у костра, — предложила Момо, дружелюбно улыбнувшись. — И не злись на произошедшее, пожалуйста, мы не ожидали внезапного пополнения команды пришельцем из параллельного мира. А вот какого-нибудь очередного упыря, перевёртыша или другого врага — запросто.

Кацуки цыкнул и прошёл к костру. Молча взял у Всемогущего смоченный водой платок, чтобы вытереть кровь.