Единственная для командора

Глава 4. Интуиция

— Остановите карету! — крикнула я вознице.

Он, видимо, не услышал, и наоборот, прибавил скорости. Я встала (в полный рост это сделать не удалось), и подошла к небольшому окну, расположенному спереди. Постучала в стенку, разделяющую нас с возничим и снова крикнула, чтобы он остановил.

— Тут не положено, госпожа. Потерпите, немного осталось, — повернув голову, крикнул он в ответ.

Я кинулась к боковому окну и увидела, что бабушка смотрела вслед моей карете и, покачав головой, отвернулась.

Вдруг навалилось ощущение опасности. Стены и крыша словно давили, мне показалось, что внутри очень темно, тени в углах будто сгустились и расползлись. Страх пробежал холодком по кончикам пальцев, сердце замерло. Мне казалось молчание кучера зловещим, а дорога — не спасением, а ловушкой. Захотелось тут же выскочить из кареты и бежать куда подальше.

Странно, что со мной? Я приложила руку к груди и постаралась отдышаться. Но совладать с паникой полностью не смогла.

— Я быстро! — сказав это, я открыла дверцу.

Карета как раз снова замедлила ход, и я воспользовалась этим и выскочила на дорогу. Побежала к бабушке, успев заметить, как она сворачивает в переулок. Позади кричал кучер и, кажется, ругался.

Впереди вдоль домов шли навстречу мне два воина из Фанфира. Что они тут делают? Вся делегация сейчас должна была быть во дворце. Неужели, командор что-то заподозрил и отправил слежку? Сразу вспомнился его пронзительный и внимательный взгляд, который действовал на меня, как магнит.

Я, не желая показываться на глаза подчинённым командора, свернула в переулок и прижалась к стене под чьим-то балконом в тени. Не ахти убежище. Оставалась надежда, что те воины шли по своим делам, а не за мной.

Я понимала, что действовала на инстинктах и перестраховывалась. Сердце только-только начало успокаиваться, а с ним и включаться разум. И почему я так запаниковала в карете? Видеть знакомую старушку в этом мире было странно, но это не повод бояться. Кстати, куда она делась? Я же должна была заметить её, ведь она свернула сюда же.

Прямо напротив переулка остановился мой возница и завертел головой. К нему подошёл крупный мужчина с абсолютно лысой головой.

— И где она? — спросил лысый.

Я не торопилась выдавать себя и прижалась к стенке. Возница точно искал меня. Второй, незнакомый, наверное, тоже был из людей принца. А значит, они те, кто должны мне помочь. Но интуиция прямо вопила, чтобы я не шевелилась и не дышала. Даже рядом с командором такого не было.

Сбитая с толку собственными чувствами, я решила для начала подумать и покопаться в памяти Люмины. Лысого она не знала и ни разу не видела рядом с братом. Но это ни о чём не говорит.

Принц же всегда помогал сестре… Нет. Люмина была уверена, что он на её стороне, но я не могла сейчас найти в её памяти ни одного поступка, конкретного действия, которое бы помогло Мине. Чойс разговаривал с ней, утешал, поддерживал… Но ни разу не вступался за неё при других. Люмина этого не замечала, верила всем оправданиям, что говорил брат.

Этот побег — единственная помощь от принца. А ещё память Люмины услужливо подсказывала, что Чойс из тех людей, что и пальцем не пошевелит без выгоды. За всеми его действиями всегда что-то стояло. Значит, ему выгодно, чтобы Люмина сбежала?

— И что мы ему скажем? — повысил голос лысый и даже отвесил моему вознице подзатыльник. — Что потеряли этот домашний цветочек, ни разу не ступавший ножками на мостовую? Или что безропотная младшая принцесса сбежала, обхитрив нас?

— Так может это… Скажем, что мы всё сделали? — вжав голову в плечи, ответил возница.

— А если он сам захочет посмотреть, а, идиотина?

— Скажем, что тело уже в речке, утонуло. Как он проверит?