А как же Ты?

Часть 3 Глава 1

Проснувшись утром в отличном настроении, Ада потянулась всем телом и тут же радостно рассмеялась. Сейчас она сама себе напоминала довольную, сытую кошку. Ещё бы ей быть голодной, когда Даня снова радовал её полночи, а потом, добавил наслаждения ещё и утром!

Жизнь явно решила доставить ей радость, отсыпая маленькие удовольствия большими пригоршнями. Например, сегодня супруг на работу не идёт, а это значит, что они смогут провести этот день вместе, в кругу своей небольшой, но дружной семьи. Богдан хоть и старался уделять сыну внимание при любой возможности, но Тошка, безумно любящий отца, всё равно скучал и всегда ждал в первую очередь именно его.

Нежась в кровати, она ещё какое-то время перекатывалась с одного бока на другой, то вдоль, то поперёк, строя планы на день.

«Так… Сегодня – только семья, семья и ещё раз семья... Блин! Я так у Даньки и не спросила, какие у него на этот день планы…»

Нехотя вылезая из кровати, мельком взглянула на висевшие на стене часы.

«Боже мой! Десять часов, а я всё ещё валяюсь! Мальчишки… Любимые… дали мне выспаться! – с теплотой и любовью подумалось ей. — Данька снова Антошку на себя взял…»

Улыбаясь своим мыслям, она подошла к окну. Прямо перед ним, на газоне, Богдан что-то лепил из снега. Сын, радостный и счастливый, размахивая руками, наворачивал круги вокруг отца. Время от времени малыш останавливался, замирал на пару минут, наблюдая за его действиями. Потом раздавал папе какие-то указания и снова принимался носиться.

Нежность к её любимым мужчинам наполнила душу молодой женщины.

«И кто бы мог подумать, что из Даньки получится прекрасный отец — ответственный, рассудительный, образцовый... и такой муж, трепетно любящий, страстный».

Сердце её начало было заходиться от воспоминаний о том, что буквально недавно вытворял с ней Богдан, но тут мысли вдруг свернули ко вчерашнему вечеру, а если быть точнее — к конкретному человеку, которого она там встретила… к Артёму.

В голове тут же зароились вопросы, на которые практически немедленно захотелось получить соответствующие ответы:

«Как сложилась его жизнь с Лизой? Счастлив ли он? А есть ли дети?»

В том, что за это время у Тёмы с женой появились дети, Ада и не сомневалась.

«Наверное, у них очень красивые дети. Интересно, кто — мальчик или девочка? Сколько им лет? А какой из него получился отец?»

Сама того не замечая, она начала фантазировать, о том, как могла бы сложиться жизнь, если бы тогда они всё-таки попробовали наладить отношения, решились на то, чтобы быть вместе. И если бы не тот случай, как знать, чей ребёнок бегал бы сейчас во дворе... И тут же одёрнула себя.

«За всё это время, мне ни разу не пришлось пожалеть, о том, что рядом со мной оказался именно Даня, а не Артём. Тёма не мой мужчина! Мне нужен был рядом человек, такой как Богдан: сильный морально, крепкий духом, без внутреннего раздрая с самим собой, без злости и затаённых обид на окружающих».

Она, знала, что люди с душевным изъяном не умеют жить на полную катушку, поскольку прошлое грызёт их изнутри. Старые обиды, словно червоточины, разъедают человека и пеленают его свободу в кокон, подобно червяку, поселившемуся в спелом яблоке.

«Нельзя жить прошлым – нужно думать только о будущем! Только вперёд… только вверх…»

Не давая себе возможности погрузиться в философию жизни, она ещё раз взглянула на своих мужчин. Пока у неё в голове гуляли лирические размышления, Богдан и Антошка почти завершили начатое. Стало понятно, что они лепят снеговика. Теперь Тошка уже не носился вокруг отца. Упираясь маленькими ладошками, уютно спрятавшимися в пушистых меховых варежках, без конца путаясь под ногами отца, катил впереди себя снежный ком. Богдан же, нависая над сыном, что-то рассказывал мальчику и весело хохотал. И сразу было понятно: этим двоим сейчас вместе хорошо и им больше никто не нужен. Даже она.

Но тут, словно подслушав её мысли, Богдан поднял голову и посмотрел на окно своей спальни. Заметив жену, искренне улыбнулся и, послав воздушный поцелуй, продолжил игру с сыном.

Ада же, взяв одежду, направилась в душ.

Спустя полчаса, спустившись на завтрак, она увидела раскрасневшихся с мороза мужчин.

— Мама! – Антошка, уже выпутавшийся из верхней одежды, бросился к ней. — Мамочка! А мы шайики лепили и деда из снежка делали…

— Снежную бабу, – со смехом поправил его Богдан и, догнав сорванца, нежно прижал к себе, снимая мягкие валеночки.

— Мама! Не деда! – Активно замотал головой малыш. — Не деда делали! Бабу! Бабу! — И снова принялся вырываться из рук отца.

— Мы делали во-о-от такую! – Тошка привстал на носочки и потянулся вверх. — Во-о-от такую! – повторил он, но уже разводя ручки в ширину.

— Ты моё счастье! – присела Ада возле него. — И кто был главным строителем? Ты папе помогал или папа тебе?!

Она расцеловала его красные после мороза, всё ещё холодные щёчки. Малыш, обхватив маму ладошками за лицо, уставился на неё своими глазищами.

— Я главный! Да, папа?

— Конечно, ты! – на полном серьёзе согласился Богдан. — Ты руководил! Ты и морковку выбирал, и угольки для глазок, и веточки для ручек! Ты же всё вставлял в снежную бабу. Я только поправил, и то совсем немножко.