Судьба на выбор

Глава 15

Глава 15

Она ответила. После, подбадриваемая собеседницей, рассказала о жизни в пансионе, внутреннем укладе и занятиях, стараясь ни на миг не забывать, что в этом рассказе она – Гвенда Грин, дочь фермеров, а не Гвендолин Фолстейн, наследница разорившегося альда-мага и его самое большое разочарование, а быть может, и сама причина разорения и ранней кончины…

— Ребекка обучалась в подобном месте, — с пренебрежением высказала Белинда. – Тоже хвасталась при каждом удобном случае.

Гвен удивлённо притихла. У неё ведь и в мыслях не было хвастать, она лишь отвечала на вопросы. Но, видно, госпоже Дельвен пришлось не по нраву, что кто-то другой, а не она, оказался в центре беседы.

— Дорогая, ты слишком часто вспоминаешь сегодня Ребекку, — неискренне упрекнула племянницу тётушка Фриберта. – Карлиону это может быть не очень приятно.

«Как и ваша фальшивая забота», — мысленно вздохнула Гвен, перехватив вымученную улыбку альда Линтона.

— Полагаю, Белинда скучает по кузине, — сказал он. – Но поскольку мне писем из дальних стран не шлют, поддерживать беседу о ней не могу. И не желаю.

Последняя фраза прозвучала холодно и резко и, казалось, должна была смутить госпожу Дельвен, но та напротив выглядела так, словно только и ждала этих слов.

— Рада это слышать, — промурлыкала она довольной кошкой. – Так приятно, что вы наконец-то решили забыть о прошлом. Мы с тётушкой уже боялись, что вы похороните себя в тоскливых воспоминаниях. Жизнь ведь не кончена, и я уверена, что вы ещё встретите достойную женщину, рядом с которой будете по-настоящему счастливы.

Осенённая внезапной догадкой Гвен приоткрыла рот и тут же прикрыла его ладонью. Глядя на Белинду, сложно было не догадаться, что именно себя она полагает той самой достойной женщиной.

Интересно, понимал ли альд Линтон, какие планы строила в отношении него девушка, к которой он относился, как к дальней родственнице, причём не слишком любимой?

— Я тоже в этом не сомневаюсь, — ответил он спокойно.

После разговор зашёл о каких-то общих знакомых госпожи Фриберты и сквайра, о погоде, о том, как нелегко найти расторопную и честную прислугу. Вспомнили и о школе. Но о чём бы теперь ни заговаривали, Гвен уже не могла не замечать взглядов, что Белинда бросала на бывшего мужа кузины. Со стороны это смотрелось и смешно, и грустно одновременно.

Но Белинду можно понять. Альд Линтон учтив, умён и весьма хорош собой. Особенно в профиль. Тонкий нос, чётко очерченный губы… Мелкие морщинки у глаз и седина на висках его ничуть не портят, а будто бы дополняют образ сильного и надёжного мужчины…

Гвен сама не заметила, как засмотрелась, и очнулась, лишь почувствовав на себе колючий взгляд госпожи Дельвен. Та глядела на неё с почти нескрываемой злостью, как на соперницу, и, если быть откровенной, у неё имелись к тому основания.

В жизни данная ситуация смотрелась отнюдь не так занимательно, как в романе. Гвендолин чувствовала себя донельзя неуютно. На счастье, альд Линтон заметил, что время уже позднее и пора прощаться.

Госпожа Фриберта, которой, очевидно, настолько понравилось, как гостья хвалила её дом и угощение, просила Гвен обязательно как-нибудь навестить их ещё раз. Пришлось пообещать это, исключительно из вежливости, потому что вторая обитательница безвкусного пёстрого дома вряд ли будет ей рада.

— Надеюсь, когда-нибудь вы простите мне этот вечер, — сказал Карлион Линтон, когда экипаж уже нёс их с Гвендолин обратно в Трелони. В полутёмном салоне негромкий голос звучал особенно печально. – Не думал, что он пройдёт так. Вернее, надеялся, что в вашем присутствии всё будет иначе.

— Потому и просили поехать с вами?

— Да, — сквайр покаянно склонил голову. – Вы сердитесь?

— Нет, я…

Гвен хотелось сказать, что она всё понимает и не держит обид, ведь альду Линтону это чаепитие было стократ неприятнее, чем ей, но нужных слов не нашлось, и она, поддавшись какому-то порыву, протянула руку и осторожно дотронулась до напряжённо сжатых в кулак пальцев спутника.

Ладонь его разжалась, словно от неожиданности, но в следующий миг мужчина перехватил отдёрнутую было руку Гвен и быстро поднёс к лицу. Коснулся губами обнажившегося запястья. И отпустил.

Если бы теперь они решили продолжить разговор, он вышел бы ещё более неловким, чем тот, что вёлся в доме госпожи Фриберты, и потому остаток пути проехали молча. Даже прощание было коротким и немногословным.

По-прежнему накрапывал дождь, но Гвен и не вспомнила о зонте. Не чувствуя текущих по лицу капель, она стояла на дороге до тех пор, пока привёзший её экипаж не скрылся из вида, и только затем пошла к дверям школы.

Жавшуюся к стене тень она тоже не сразу заметила и испуганно отшатнулась, когда та подалась навстречу.

— Это я, — успокоил знакомый голос.

— Джесмин? – с изумлением узнала Гвен кутающуюся в плащ подругу.

— Да, решила тебя навестить. Но тебя не было, и Талула уже ушла, спросить не у кого. Я волновалась.