Магия обмана Том 1

Глава 31

Меня не огорчили ни назойливость однокурсниц, жаждавших моего общества, ни мелочная придирка магистра Тассия, хотевшего снизить мне оценку, но вовремя вспомнившего, что это в сложившихся обстоятельствах может быть недальновидно. Не расстроила и необходимость потратить силы и время на дипломатию и написать вежливый отказ лорду Такенду. Не смутил настороженный, полный скепсиса и подозрительности взгляд, которым окинул меня университетский почтальон, когда прочитал имя адресата на конверте.

Ничто, решительно ничто не могло испортить мне настроение.

На сердце было светло и легко, я то и дело поглядывала на часы и предвкушала прекрасный вечер в обществе лорда Адсида. Стоя перед зеркалом, оценивала новое платье, перевитую зеленой лентой и уложенную вокруг головы косу. Еще я думала, что стоит последовать совету сиятельного опекуна и купить себе пусть недорогое, но украшение. Даже жалела, что золотого жука не вернут — он хорошо смотрелся бы в неглубоком вырезе.

Лорд ректор ждал меня, ужин был уже сервирован, горели свечи, приглушенный свет кристаллических ламп делал просторный кабинет уютным и теплым. Беседа текла непринужденно, а ее темой вновь стало искусство.

Прислушиваясь к едва ощутимым эмоциям лорда Адсида, я постепенно убеждалась в том, что он действительно получал удовольствие от общения со мной. Все его комплименты были искренними, он говорил от чистого сердца, когда отмечал, что я очень неплохо знаю классическую литературу. При этом он ни разу не сказал, что такой уровень знаний удивителен для бывшей рабыни. Ни разу.

Магистр Форож, как и другие преподаватели, временами позволял себе подобные замечания. Такие слова всегда звучали уважительно, и, думаю, вряд ли кто-нибудь догадывался, как на самом деле оскорбляло меня это подчеркивание былой ущемленности в правах и возможностях, былой ущербности.

Тактичность и открытость лорда Адсида выглядела совершенно естественно, что хорошо чувствовалось в сравнении с поведением лорда Цорея. Будущий глава рода Татторей опасался меня чем-то задеть и осторожно подбирал слова. Это было особенно заметно на первых порах, потом впечатление сгладилось, но не исчезло.

Подмечая отличия, невольно задумалась о том, как со мной будет общаться принц Зуар. Никто ведь не делал тайны из того, что моя семья еще два года назад была в рабстве. До первой встречи с Его Высочеством я думала, участие бывшей рабыни в отборе его оскорбит. Но знакомство в оранжерее показало, что я ошибалась. Принц Зуар, казалось, нисколько не переживал из-за происхождения возможной невесты.

Ужин подходил к концу, бокал изысканного вина пьянил ровно настолько, чтобы ушли догадки о целях, с которыми меня пригласил Шэнли Адсид. Я приняла как приятную данность, что сама наслаждаюсь его обществом и надеюсь, ему моя компания нравится не меньше.

Собеседник бросил короткий взгляд на рабочий стол, но решил обсуждать дела за обеденным.

— Я должен признаться в новом неумышленном зачаровании, — Шэнли Адсид смотрел мне в глаза и вовсе не казался расстроенным, скорей уж настороженным. — Сегодня в кабинете магистра Форожа я хотел вас приободрить перед разговором о снах.

— У вас получилось, — улыбнулась я.

Может, так влияло вино, возможно, дело было в том, что даже воспоминание о кратком единении даров я считала совершенным и прекрасным. Поэтому не видела в случившемся ничего плохого.

— Госпожа Льяна, — он чуть подался вперед, взгляд стал цепким, — кажется, вы не поняли, что тоже зачаровали меня.

От удивления я растеряла слова и несколько долгих мгновений глупо и беспомощно хлопала глазами.

— Как можно зачаровать кого-то и не заметить этого? — выдохнула я, наконец.

— Не знаю, — ответил он, и видно было, что лорд не лукавит. — Я сам не понял, что происходит, пока не увидел свечение. Вынужден признать, что идея соединить несколько формул «Семейного спокойствия» в одну дала неожиданный побочный эффект.

— Но вы все еще не видите причин для беспокойства? — уточнила я.

— Пока нет, не вижу, — он отрицательно качнул головой и с усмешкой добавил: — Но у нас с вами может получиться интересная научная работа.

— Только, боюсь, она больше заинтересует светские хроники, чем «Магический вестник», — скептически заметила я.

Лорд Адсид рассмеялся:

— Вполне возможно. Тут я с вами соглашусь, — он кивнул и продолжил серьезней. — Насколько я понимаю, взаимное зачарование происходит не при обычном касании. Тут важен эмоциональный фон. «Семейное спокойствие» срабатывает так, когда хочется утешить, поддержать, и при этом зачарование не отражается на резерве. Любопытный эффект. Нужно будет понаблюдать.

— А как вы почувствовали, что я вас тоже зачаровала? — легкий хмель придал мне храбрости, иначе не отважилась бы спросить.

— Трудно объяснить, — он пожал плечами, обезоруживающе улыбнулся. — Я просто почувствовал.

Я знала, что он скрытничает, но настаивать не решилась. Тем более лорд Адсид заговорил о другом.

— Не знаю, как ваш отец относится к тому, чтобы стать личным охранником какого-нибудь лорда, поэтому быть активным посредником в таком вопросе я пока отказался. Но, думаю, вы в скором времени получите письмо от леди Сифгис.

Видя мое молчаливое недоумение, лорд ректор пояснил:

— Ее тревожит безопасность племянника со стороны мужа. Он весьма успешный торговец, а с некоторых пор считает, что водить караваны на север через пустыню должно быть выгодней, чем брать товары у перекупщиков.

Я пожала плечами:

— Думаю, он прав. Стоимость эликсиров, сделанных в приграничье из трав пустоши, увеличивается в десять раз из-за одной лишь перевозки по спокойному королевству.

— В десять раз? — вскинул бровь лорд Адсид. — Неплохая наценка.

— Это только на эликсирах, на сырье наценка меньше, — заверила я. — Но нужно учитывать, что торговцы тратятся на содержание лошадей, повозок, на ночлег по пути, на телохранителей, на ввозные пошлины и несут другие расходы.