Что такое любовь? 

Глава 15. Алевтина Крылова

Смотреть на то, как капли дождя с глухим стуком растворяются в неглубоких лужах, а затем сама вода постепенно перестаёт падать с неба, очень успокаивающе… но ещё лучше, если при этом мою голову не забивают лишние мысли.

Сперва их был целый рой, они не могли угомониться, вызывали во мне смешанные чувства обиды, злости, негодования, однако потом, словно бы всего по одному щелчку пальцев кого–то извне, они успокоились и не то, чтобы исчезли совсем… просто на данный момент мне стало уже всё равно. Апатия, которую совсем не ждали, накатила без предупреждения.

Уже всё равно на то, что от меня долгое время скрывали правду. Для кого–то это может показаться чем то пустяковым, обыденным, ну подумаешь, не сказали, дел-то… но для меня, с детства привыкшей к правде, когда ни одна тайна не была сокрыта родителями, это, как минимум, неприятно. И сейчас уже не имеет значения то, что скоро папа уедет, а мы с мамой останемся здесь вдвоём, хоть это и не конец света, всё равно это уже не то, это уже – не семья. Возможно, я сейчас слишком драматизирую, но…

Расстояние рушит любые отношения, даже те, которые проверены временем. Расстояние рушит любовь.

Хе-хе, даже как–то забавно с одной стороны. Я столько стремилась понять эту тему, раскрыть, даже разработала собственный план, ещё и опрос людей собиралась проводить, а любовь была у меня прямо перед глазами… и этот пример разрушился до основания.

Или, как в сказках, ещё не всё потеряно?..

– Привет, аферисточка… – аккуратно присаживаясь передо мной на корточки, вкрадчивым шёпотом произнес Дима.

Его появление застало меня совершенно врасплох, а потому облегченно выдохнув после небольшой вспышки адреналина, я попыталась улыбнуться. Но, видимо, сейчас мне лучше этого не делать, ибо сомневаюсь, что на моем лице именно она, а не оскал парализованного зверька.

После рыдания я вообще не уверена в правильности выражения своих эмоций, а какие–либо чувства отбились вовсе. Я сейчас словно опустошенный сосуд: заполняй, чем хочешь, но только не стоит забывать о последствиях.

– Привет, – после долгого молчания из горла вырвался хрип и я прочистила голос, прежде чем дальше ещё что–то говорить. Но пока мне хотелось только молчать…

Я смотрела в глаза парня, сидевшего напротив, и запоминала каждую крапинку, каждый светлый оттенок среди остального, тёмно-карего пигмента. Казалось, что ещё немного и я погружусь в их глубину и обратного пути уже не будет. И так ли это имеет значение для меня? В омут с головой?

– Вижу, что дела у тебя не ахти, – прерывая нахлынувший поток мыслей и окидывая меня задумчивым взглядом, Стрельцов решительно поднялся и протянул в мою сторону руку. На его лице засияла широкая улыбка, но пока что его энтузиазм не спешил передаваться и мне. Я была настроена весьма скептически. – Вставай.

– Что? – удивилась, на время даже забывая, что недавно у меня, вообще–то, был эмоциональный всплеск. Или что, с приходом Димы это всё отошло на второй план? – Что ты задумал?

– Я? Пока ничего, – пожимая плечами и всё–таки помогая мне встать со скамейки, ибо сама я делать этого не торопилась, парень стянул с себя тёплую толстовку и надел на меня. Я даже пикнуть не успела, а этот наглый человек уже уверено шагал и тянул меня за собой в сторону припаркованного автомобиля. – А вот если ты потом заболеешь, я себе этого не прощу. Пошли в машину, там тепло.

– Вот ты… – я не могла подобрать нужного слова, чтобы правильно описать то, что я хотела сказать. Из головы в миг вылетели все подходящие эпитеты, а хорошее настроение моего спутника на этот вечер обезоруживало. Разве это справедливо? Хотя, глупо надеяться на справедливость, тем более, если перед вами наглая моська Стрельцова. Этот парень добьётся желаемого любой ценой.

Внутри салона действительно оказалось очень тепло и я, продрогшая до самого основания, только сейчас осознала, насколько глупым был мой поступок убежать в одном тонком платье в такой ливень, да ещё и сидеть потом под дождём неизвестно сколько. Ну не дура ли? Если ещё заболею, тогда точно буду знать.

– Ну что ж, аферисточка, тебе уже получше? – поворачиваясь ко мне корпусом и внимательно окидывая взглядом, поинтересовался Стрельцов.

Его сопереживание пропиталось в воздухе и обволакивало меня, успокаивало, давало хоть какую–то надежду на то светлое и хорошее, что может быть с нами в будущем. В это хотелось верить, к этому хотелось стремиться, а то, что сдерживало меня на одном месте тяжёлым балластом, хотелось поскорее забыть и оставить в прошлом.

И, хоть я и не говорю этого парню лично, я очень благодарна за то, что он вот так спонтанно бросил все свои дела и, практически, поздним вечером приехал неизвестно куда, ради какой–то малознакомой девчонки. Это многого стоит. Многое значит лично для меня.

– Да, мне определено лучше, – вяло улыбаясь, в попытках совладать над своими противоречивыми эмоциями, я все же рискнула посмотреть на Диму и поймала его на том, что он с интересом изучает меня.

Его взгляд скользил с некогда роскошных золотистых локонов, сейчас превратившихся в мокрые сосульки, по всему моему лицу, особенно задерживаясь на глазах, а затем и на губах.

Невольно приоткрыв их, я краем сознания подметила, как учащенно начало биться моё сердце, иногда не поспевая в ритм и пропуская удар. Тогда я сама не выдержала прямого натиска любопытства и всего лишь одним движением глаз обратила своё внимание на чуть пухловатые, нежно–розовые губы Стрельцова. Ох, кажется, зря я это сделала…