Среди Льдов Далёкой Планеты

глава 4. Особняк семьи Айсберг. Земля, наши дни.

…Где это вообще?! Я покинул здание вокзала и оказался в ничем не примечательном, но опрятном городке. Отсюда до моря всего несколько километров на юг. Мне нужно найти некую Скучную дорогу и идти по ней до самого особняка (на автобус денег не хватит). Когда я уже выходил из города, мне навстречу пронеслась какая-то девчонка на роликах. Одета она была в совершенно пацанскую одёжу, и принадлежность к прекрасному полу выдавали лишь волосы, покрашенные в эпатажный ультрамариновый цвет, и мяукающий, но весьма мелодичный голосок. Не сбавляя скорости и не снимая гротескно огромных наушников, она достала из кармана мобильник и недовольно прокричала в него:

- Да, Локи, я тебя слышу! Ты что натворил?! Совсем из ума выжил, придурок?! Время это не аттракцион, это серьёзная штука, чтоб ты знал!.. Настоящее уже меняется! Что? Континуум? В МЯСО!!! Ты отклонил временную линию минимум на сорок тысяч условных вероятностных единиц, а то и все сорок пять! Я в побочной линии, да... Конечно… Где?! Здесь ещё не построили космодром. Я в две тысячи ***дцатом. В условленном месте, да. Работаю над этим. Давай, до скорого, бро…

Возможно, она ещё что-то говорила, но я не расслышал. Эта внезапная встреча настолько озадачила меня, что я хотел даже последовать за ней, но она неслась слишком быстро, а я очень устал. «Да, Локи, ты явно забросил нас в параллельную вселенную, в которой у меня появились богатые неравнодушные родственники» - мысленно усмехнулся я. Чёрт, я был почти уверен в этом.

Вид особняка превзошёл все мои ожидания. Чёрт подери, это был просто дворец! Ворота (там были ворота!) мне открыл сторож (офигеть, ещё и охрана!). Я прошёл по садовой дорожке, стараясь особо не вертеть головой, оглядывая обширный сад. Наверняка у них и садовник есть! В дом меня впустила горничная. Её можно было бы назвать симпатичной, будь она помоложе лет на тридцать. Господин Бертольд оказался высоким сухопарым мужчиной с аристократической осанкой и чопорным выражением лица. Он выглядел моложе своих лет, густые тёмные волосы только начинали седеть на висках, а черты лица были благородны и аккуратны. Короче говоря, если бы мы с ним вдруг остались двумя последними кунами на земле все три с половиной миллиарда тянок явно предпочли бы этого джентльмена. Я незаметно вздохнул. Мне даже было как-то неловко было ступить пыльными стоптанными кроссовками на начищенный до зеркального блеска паркет.

- Проходи, не бойся, - произнёс он покровительственным тоном, поприветствовав меня сдержанным кивком головы и вежливой улыбкой, - присаживайся, Курт.

- С-спасибо… - я неловко опустился в мягкое кожаное кресло напротив него. Элегантный интерьер гостиной угнетал.

- Элеонора, моя бедная покойная жена, была кузиной твоей матери. Она была очень… Привязана к ней и просила позаботиться о тебе, если с той что-нибудь случится. Я полагаю, пришло время выполнить её волю.

- Ясно понятно, - ответил я. В его взгляде отразилось едва заметное недовольство. Брови чуть приподнялись, изобличая лёгкое удивление. Думать об этом человеке менее высокопарными словами я просто не мог.
- Я хотел сказать, огромное Вам спасибо, Вы меня просто спасли! – поспешно поправился я.

- Рад помочь. Я выделил тебе комнату на третьем этаже. Ванная комната в конце коридора, надеюсь, ты не против, что прислуга тоже ей пользуется?

- Всё в порядке, - пролепетал я. У меня будет своя комната!! Личное пространство, приватная территория, убежище, обитель, логово, сычевальня, которая принадлежит исключительно мне одному!..

- Простите, что Вы сказали? – я так замечтался, что даже не расслышал его следующую реплику.

- Столовая на первом этаже, ужин сегодня в семь. Там вы и познакомитесь с моей дочерью. Я искренне надеюсь, что вы поладите. Дело в том, что у неё не так много друзей… Я решил, что ей лучше учиться дома, поэтому она так и не научилась ладить со сверстниками - добавил он уже не таким официальным тоном и запнулся, словно боялся, что сказал лишнее. Я не стал заострять на этом внимание и отправился в свою комнату, чтобы переодеться, принять душ и отдохнуть после долгой дороги.

Где-то без десяти семь я с опаской спустился в столовую. Горничная торопливо накрывала на стол, за которым уже сидели господин Бертольд и её дочь. Я ожидал увидел кого-то принцессеобразного, ну, знаете, думал, что дочь будет под стать отцу. Степенное кукольное личико, аккуратное женственное платье, возможно, золотистые кудряшки… Но за столом сидела та самая тян, которая двумя часами ранее пронеслась мимо меня, обсуждая с кем-то по мобильнику научно-фантастические катастрофы.

- Привет, ты Курт Марш? – осведомилась она, рассеянно рассматривая меня поверх блюда с салатом.

- Да. А ты, должно быть…

- Саманта Изабелла Барбара Айсберг, - дерзко перебила она.

После ужина Бертольд удалился в свой кабинет, а мы с Самантой Бла-Бла-Бла отправились в гостиную.

- Мда, - резюмировала она, ещё раз оглядев меня.

- Что «мда»? – уточнил я, чуя неладное.

- Я ожидала братишку посимпатичнее.

- Уж какой есть, любезная кузина! – возмутился я. И тут же пошёл в контратаку:

- Саманта Изабелла Барбара? Что курили твои родители в молодости? И как тебя называть прикажешь? Белла? Барби?..

- Назовёшь Беллой – получишь леща. А за Барби выцарапаю глаза. Я Сэм, для друзей – Сэмми. Но для тебя только Сэм.

- Да понял я, расслабься!

- А ты у нас значит Курт, как Кобейн?

- Как Кобейн, - вздохнул я. Почему-то я не удивлён, что у неё мало друзей. Наверное, от матери этой барышне достались зелёные русалочьи глаза, от отца – тонкий стан и дворянские замашки, фигура – от листа фанерки, а характер, как я пока только начал догадываться – от одного небезызвестного падшего ангела.