Драконов больше нет

55. 20. Часть 3. Лес. 6.1. Побег

Несколько дней я наслаждалась покоем. В маленькой спаленке в доме у лесовиков, где совсем недавно возвращался к жизни Лестис, действительно почувствовала себя принцессой.

Благодаря хлопотам Авэ, которая оказалась умелой знахаркой, я быстро поправлялась. Моя рана заживала буквально на глазах.

Используемая лесовичкой мазь, по своим свойствам не уступала той, которую когда-то пожаловал мне старый знахарь из Странполя. Травяные отвары, приготовленные для меня Авэ, бодрили, придавали сил. Лесовичка оказалась также и весьма талантливой стряпухой. Её пышки, пирожки и кулебяки были просто волшебно вкусны. Устоять перед этим тающим во рту искушением мне никогда не удавалось. Часто случалось так, что ешь, наедаешься, а желание съесть ещё хотя бы кусочек всё равно не исчезает.

Поздоровела и окрепла я мигом почти без всякого волшебства, если не считать чудодейственным сам лесной воздух. А вот им даже надышаться вволю не могла так же, как и насытится разносолами Авэ.

Здесь, в этом лесном сказочном царстве под опекой заботливого народца я чуть ли не впервые почувствовала себя совершенно беззаботной, успокоенной, и возможно даже счастливой. Хотелось и дальше жить так, ни о чём не думая, наслаждаясь простой жизнью лесных жителей, радуясь их добродушному, бесхитростному отношению ко мне, как к обыкновенной девушке, а не дракону, избранному спасти мир.

Я привыкла просыпаться под пение птиц и весёлый голосок Авэ, которая спозаранку спешила поделиться своими незатейливыми радостями: удачной охотой, новорождёнными волчатами или небывалым урожаем ягод.

Верилось, если бы могла остаться здесь навсегда, то, пожалуй, научилась быть счастливой, как и эта девушка.

Если бы могла…

Даже мой дракон радовался покою, забыв о гневном рычании. Он едва тлел во мне, умиротворённо ворча, больше не пытаясь бушевать и яриться, словно смирившись перед полной моей властью над ним.

Нужно, впрочем, сказать, что в совершенное уединение мне погрузиться так и не удалось. Заботливая Авэ старалась не оставлять свою подопечную надолго в одиночестве, да и Рануг заглядывал частенько, чтобы «наведаць хворую дзявчыну», каждый раз не забывая принести новый гостинчик: сладкие ягоды, соленую рыбку или же кожаную жилетку, сшитую собственными руками специально для меня.

Кроме хозяев ко мне ежечасно наведывались и другие гости.

Лестис по-отцовски целовал меня в лохматую макушку, справляясь о здравии своего любимого дракона. Он искренне радовался, что мне удалось избежать столь печальной участи.

Частенько прибегала малышка Мальва и сидя у моего изголовья рассказывала мудрёные сказки, которыми потчевал её когда-то мой дед Рэй, бывший на её попечении при своей жизни. Девочка часто вспоминала его с теплотой и грустью, никак не желая верить, что больше не за кем ей будет приглядывать. Она порадовала меня новостью о том, что украсила могилу старика живыми цветами и теперь взяла за правило поливать их каждое утро, слушая шелест калинового куста, в котором отныне поселился дух её любимого Рэя.

Каждый день приходила ко мне и безумная Эйлин. Магичка более со мной не разговаривала, лишь стояла у порога спаленки и пытливо вглядывалась в лицо, как и прежде, пытаясь что-то разглядеть в моих чертах. А может быть, она просто проверяла, сбывается ли её предсказание: жива ли я ещё, как было ею обещано, и не собралась ли вдруг беспричинно помереть, дабы опровергнуть её талант к пророчествам.

Астамир не заглядывал. Видимо, не решался обеспокоить, подозревая, что его появление радости мне не доставит. Но я часто слышала его встревоженный голос под окнами домика лесовиков. Авэ говорила, что он никогда не уходил надолго и возвращаясь всегда спрашивал о моём самочувствии.

Синилья и Арутин побывали лишь раз. Нянька меня побаивалась, а Старику не нравилось, когда она начинает плакать при встрече со мной. Я так и не смогла её простить, потеряв навсегда тепло, которое чувствовала к ней прежде, до её мнимой смерти.

Даже к Арутину относилась с большим терпением, хотя и не собиралась забывать, что именно этот маг покалечил моего деда, пусть и ненамеренно. Именно к нему я обратилась с вопросом, который давно уже собиралась задать кому-нибудь. Старик показался наиболее осведомлённым в магических делах и несмотря на мою к нему неприязнь я всё же верила Арутину больше, чем прочим, считая достаточно благоразумным и рассудительным.

- Почему вы решили, что кровь дракона, или же он сам могут вернуть в наш мир магию? – спросила я мага в тот единственный визит ко мне.

Арутин, поразмыслив над моим вопросом, ответил спокойно и обстоятельно:

- Видишь ли, дитя, некогда наш мир принадлежал драконам. Именно поэтому принято считать, что запас его магической силы напрямую зависит от присутствия в мире этих существ. К сожалению, древние маги прошлого не сразу поняли это. Войны с драконами и последующее их уничтожение, приведшее к полному вымиранию легендарных владык нашего мира, способствовали тому, что и магия стала исчезать вместе с ними.

Нынешние маги не придерживаются единого мнения о том, как возвратить силу. Самый простой способ тебе уже известен – создание волшебного существа по имени Чёрный дракон. Но теперь, когда священный камень уничтожен, никто не сможет провести необходимый ритуал.

Впрочем, у нас есть дракон. Маги надеются, что он окажет нам помощь – возглавит борьбу, подскажет, где отыскать источники магической энергии. Ведь драконы всё знали о нашем мире.

- Значит, вам теперь не нужна моя кровь, ведь вы не сможете её использовать?

Этот вопрос беспокоил меня больше всех других. Я очень надеялась, что меня не станут здесь задерживать. Но Арутин не оправдал моих ожиданий. Он честно предупредил:

- Я успел уже заметить, что дракон не склонен ввязываться в нашу вражду с мудрецами, захватившими власть. Если мы не сможем хотя бы как-то повлиять на него и он уйдёт, то только ты по-прежнему остаёшься нашей последней надеждой.