Моя. Твой. Наши

Глава 5. Лера

Никогда не перестану восхищаться женщинами поколения моей бабушки. У них было по три-пять детей (а-то и больше), и они каким-то образом находили силы на то, чтобы работать в поле после основной работы, печь пироги, шить одежду, и при такой занятости смогли воспитать своих детей достойным людьми. И я уверена, это лишь малая часть, рассказанная бабулей, из того, через что ей приходилось проходить ежедневно.

А я выдохлась и хочу плакать из-за того, что не могу собрать комод для вещей дочки.

- Где наше поколение свернуло не туда, бабуль? – спросила я, подняв взгляд к потолку.

Сокрушенно вздохнув, я села на пол и отползла к стене. С ненавистью посмотрела на конструкцию перед собой, которая должна была уже стать похожей на комод, но пока напоминала старю покосившуюся собачью будку.

- Ну, что я делаю не так?! – рыкнула я нервно и в сотый раз вгляделась в инструкцию в своей руке. – Ну, всё же пошагово, по пунктам… Почему всё через ж…?!

- Не получается, да? – вошла дочка в свою комнату, которая сейчас являлась складом всего корявого и никчемного в лице комода и меня.

- Не получается, Алиса, - вздохнула я и потянулась к дочке, которая охотно взобралась ко мне на колени и вместе со мной начала смотреть на то, что я тут «собрала».

- Как некрасиво, - сказала она тихо.

- Знаю, доча. Знаю, - хохотнула я, обняв дочку крепче, и уткнулась носом в её макушку.

Я, зачем-то, пообещала ей, что сегодня соберу комод, и мы разложим её платья. Но почти весь выходной был потрачен на убийство моих нервов и ногтей.

- Тебе кто-то звонит, - сказала дочка и ловко подскочила на ноги. Быстрыми шагами домчала до другого конца комнаты и вынула мой телефон из-под пакетика с болтами, саморезами и прочими «пыточными» материалами для моей изнеженной женской натуры. – Деда! – крикнула Алиса, увидев на дисплее фотографию моего папы.

- Давай, я поговорю с ним, - Алиса передала мне телефон и вышла из комнаты. А я ответила на звонок и приложила телефон к уху, вновь откинувшись спиной на стену. – Да, пап. Привет.

- Привет, Лер! – бодро отозвался папа. Судя по шуму на фоне, он ехал в машине. – Я тут проезжаю мимо твоего ЖК. Заехать к тебе? Что-нибудь сделать, может, надо? По сантехнике или так…

Я огляделась вокруг себя и поняла, что не готова в двадцать четыре года стоять в углу за бардак и враньё – ведь я уже сказала родителям, что вся мебель давно собрана, а вещи разложены по полочкам.

- Нет, пап. Не надо. Мы с Алисой собрались гулять, а ты лучше отдохни после работы. Я позвоню, если нужно будет что-то делать по хозчасти, - даже для меня самой мой голос казался очень писклявым из-за вранья.

- Ну, смотри, - бросил папа. – Что там моя внучка делает?

- Рисует.

- Дашь поговорить-то? – хохотнул папа.

- Вы же вчера виделись, - вздохнула я, но, всё же, встала с пола и пошла в гостиную, где, сидя за детским столиком, рисовала дочка.

- Тебе жалко, что ли? – цокнул папа.

- Ладно-ладно, - вздохнула я, выпучив глаза, и передала телефон Алисе. – Деда хочет с тобой поговорить.

Отдав телефон дочке, я вернулась в комнату, где с ненавистью посмотрела на то, что собрала из листов ДСП. Захотелось как в карате ударить по всему этому ребром ладони с криком «кия!». Но вместо этого пришлось взять себя в руки и в эти же руки взять инструкцию по сборке и шестигранный ключ, который шёл в комплекте с этим комодом. Не ключ, а символ зла и моего будущего нервного срыва.

Пока я пыталась собрать нечто новое, Алиса говорила с дедом, а затем пришла в комнату, неся телефон в вытянутой руке.

- Мама, тебе кто-то ещё звонит, - сказала она. – Тут просто циферки, без фотографии.

Я взяла телефон и несколько секунд вглядывалась в номер, пытаясь вспомнить, кому он принадлежит. Но безуспешно. Обычно незнакомые номера звонят мне только в рабочее время, но точно не в выходной.

- Алло, - всё же пришлось ответить на звонок, но с твердым намерением послать звонящего куда подальше (до будней), если это по работе.

- Лера? – спросил приятный мужской голос, отчего мои брови неосознанно приподнялись.

- Д-да, - ответила я, чуть заикнувшись, пытаясь вспомнить, кому этот голос мог принадлежать.

- Это Никита. Помнишь?

- А! Тугосери! – сказала я и тут же пожалела об этом, накрыв лицо листком с инструкцией к комоду.

- Ну, в общих чертах, да, - усмехнулся Никита, к счастью, нисколько не обидевшись.

- Что-то случилось? Со Стасиком что-то?

- Нет-нет, с ним всё в порядке. Я звоню по поводу сборки мебели. Ещё актуально? Просто мы договаривались ещё неделю назад, но ты не звонишь. Вот я и решил узнать. Всё-таки, я твой должник…

- Мебель? – спросила я, отчего-то чувствуя, что начала краснеть. А ещё начала хаотичным взглядом бегать по комнате и всё сильнее осознавать, какой у меня здесь бардак. Да и сама я выгляжу как-то не очень: протёртые лосины в лохматый катышек, растянутая футболка, которой я всё планирую начать мыть полы, но каждый раз вместо швабры надеваю на себя. – Знаешь, у меня тут остались мелочи. Думаю, я сама справлюсь.