Оскал

Глава 6

Начало июля 1941 года.

Отдельный батальон Коломыйского погранотряда, куда вошел состав школы служебного собаководства погранвойск НКВД УССР, совершил марш-бросок из города Коломыйска до лагерей Бровары, в общей сложности 600 км.
Собаки, вместе с пограничниками, стойко переносили все тяготы военного времени.
- Леха,- сказал Дмитрий своему другу, развязывая вещевой мешок,- у меня хлеба на один день осталось, не знаю, чем Лейса кормить.
Достав из мешка буханку черного хлеба, Дима отломил часть и положил рядом со своей овчаркой.
- Поешь Лейс, тебе надо,- сказал Дима собаке.
Лейс посмотрел грустными глазами на хлеб, а потом на своего хозяина и отвернулся.
-Ну что ты не ешь? Смотри, я тоже ем,- и боец откусил небольшой кусочек хлеба.
Увидев, что его хозяин жует хлеб, овчарка, посмотрев на кусок черствой краюшки, приступила к еде.
- Вот ведь какой умный,- не замолкал Дима,- есть не будет, пока не увидит, что хозяин тоже ест.
- Это точно,- подтвердил слова друга Алексей,- мой такой же.
Так, полуголодные, измученные бойцы и их собаки подошли к селу Легедзино под Уманью Черкасской области.
Эти места называет Зеленая Брама. Здесь вначале лета 1941 года шли ожесточенные бои. В селе расположился штаб 8-го стрелкового корпуса.
-Товарищи пограничники! Обращаюсь к вам с приказом командования корпуса,- говорил перед бойцами и их собаками, начальник училища,- в связи с тяжелым положением, нам приказано отпустить собак.
Замолчав, он продолжил говорить с курсантами так, будь-то перед ним стоят его сыновья.
-Бойцы, ребятушки, я понимаю, что нашим собачкам трудно, намного труднее и тяжелее, чем нам, но отдать вам приказ отпустить их, я не могу, ведь они наши дети, поэтому я считаю невозможным исполнить его. Если кто-то из вас решит отпустить свою овчарку, то никто его осуждать не будет.
Все солдаты и командиры стояли и слушали. Никто не посмел выполнить приказ. Да и если б они отпустили собак, то ни одна пограничная собака не оставила б своего хозяина. Приказ был не исполнен.