Радужный венец. Время потерь

Глава 12. Радужный дар

Радужное небо, радужная земля, радуга вокруг. От мерцания даже в глазах рябило. И среди всего этого переливающегося ничего стояла она. Боли не было. Только удивление, смешанное с лёгким испугом от непонимания. Этот мир был очень похож на тот, из которого Анела вытянула Малыша. Только притягивающих врат не хватало и сдерживающих лент.

За спиной что-то мешало, тянуло назад. Анела невольно посмотрела через плечо и в ошеломление коснулась радужных с чёрно-серебряными переливами крыльев. Мягкие перья, отзываясь на её движения, чуть дрожали. Она снова, на этот раз осторожно, шевельнула плечами, крылья дрогнули. А что, если?

Крылья расправились во всю ширь. Анела снова оглянулась и улыбнулась от их мерцающего великолепия. Взмахнула раз, второй, третий. Они поддавались чуть тяжело, казалось, воздух стал густым, как вода в центре храмового озера. Но с каждым взмахом становилось всё легче и легче прорезать ими воздух. И ноги, наконец, оторвались от земли. Анела, испугавшись, перестала махать крыльями и снова очутилась на земле.

Со второй попытки она оторвалась от земли и устремилась в радужное небо. Воздух ерошил крылья, играл с волосами, ласкал тело. Она летела всё выше и выше. В какой-то момент сложила крылья. На миг зависла и начала падать. Перевернулась и полетела вниз головой. Воздух свистел в ушах, восторг бурлил в душе. Это было даже лучше, чем мчаться на Северянке во весь опор. У самой земли Анела расправила крылья, на миг зависла, немного пролетела над землёй и снова устремилась вверх.

Такого счастья она не испытывала, даже когда матушка впервые восхитилась показанным рисунком. Анеле тогда было пять.

На очередном круге краем глаза заметила свечение. Пригляделась. Огонёк разгорался всё ярче и ярче, недалеко от него ещё один — зелёный, потом — синий. Но кроме ярких, рассыпанных вокруг, мелькали более тусклые, а то и совсем почти невидимые. Их было меньше. Последних она насчитала штук десять. Три, держащиеся одной группкой, неожиданно её заинтересовали. Они притягивали её теплом.

Анела полетела к огонькам и вдруг в какой-то миг поняла, что повернула обратно. Попыталась снова. Опять неудачно. Словно впереди возникала невидимая стена, не пускающая дальше. Вздохнув, Анела зависла в воздухе на одном месте, кончики перьев чуть подрагивали. Что же это было? Как пробиться сквозь стену? Да и надо ли? Надо!

Внизу под ней что-то стало происходить. Пространство изменялось, превращалось в огромную подробную карту Амбрании. С дорогами, лесами, реками, городами и деревнями. Три заинтересовавших её огонька находились у поместья Зимирия. Неужели это её сестры? Тогда…

Анела поднялась выше. Два ярких голубых огонька находились на краю Пущи. Несомненно – это Люсилия и, наверное, Анфелия. Голубой – цвет воздуха. Анела с надеждой повернулась к Храмам. Если она видела местонахождение послушниц и ведьм, то, наверняка, должна увидеть и жриц. На месте храма Игнис — пустота. У храма Аква — один ярко-синий огонёк, но чуть в стороне ещё несколько одной группкой. А у храма Терра — один единственный жёлтый.

Этого не может быть! Их должно быть намного больше! Может, она неправильно поняла? Может, все эти яркие огни — не ведьмы… точнее не только ведьмы, но и жрицы?

Вот только себя не обмануть. Она не ошибается. Яркие огни — это ведьмы со своими дикими неуправляемыми стихиями, чуть бледнее — жрицы, а совсем бледненькие — послушницы, стихия которых ещё скрыта.

На глаза попалась группа жриц — двадцать огоньков мигали тревожным красным оттенком. Они двигались по дороге, огибали Чёрную Пущу. Где-то через день будут недалеко от Анфелии.

Нужно срочно возвращаться в реальный мир! Срочно перехватить их. Благодарение Богини, скоро Анела встретится со своими сёстрами. И теперь, наверняка, она не ошиблась.

Но как вырваться из этого радужного мира?

В тот же миг перед глазами завертелся радужный вихрь. Анела на миг закрыла глаза, а открыла уже лёжа на мягкой кровати, под тёплым одеялом, с непониманием глядя в деревянный потолок. Рядом раздался радостный лай, кровать прогнулась, и по лицу прошёлся влажный язык.

— Малыш! — резко садясь и сталкивая собаку на пол, прошипела Анела.

Не удержалась и ласково потрепала обиженного пса между ушами, после чего огляделась.

Небольшая комнатушка. Большое окно напротив кровати было задёрнуто шторой, комната освещалась свечой на столике у зеркала. На кресле лежало белое платье, при виде которого Анела помимо воли с предвкушением зажмурилась. Как же ей надоели эти брюки!

****

Прошло два дня. Анеле лучше не стало, хотя ведьма и убеждала, что ничего страшного не произошло и скоро всё изменится. Она ничего так и не объяснила, как бы генерал и Китан не пытались её расспрашивать. Люсилия сразу же сказала, что ничего объяснить не может, мол, ничего не знает. Китан ей поверил, а генерал… по нему никогда ничего не поймёшь! Единственное, что он заметил: Злат слишком часто о чём-то говорил с Главной ведьмой наедине, но хотя бы приставать к Китану с королевскими обязанностями перестал.

Сам он, к своему удивлению, больше времени проводил с Люсилией. Сопровождал её в поисках трав, помогал по хозяйству. Даже научился пропускать мимо ушей её ехидные замечания, чем доводил ведьмочку до белого каления. Ему нравилось, как сверкают огнём ярости янтарные глаза, но больше всего он любовался девушкой, когда она умиротворённо и спокойно рассказывала о себе. Лишь две темы избегала. Ничего не говорила о родителях. А также, стоило только упомянуть жриц, — взрывалась. Китан, в конце концов, благоразумно перестал упоминать об этом.

Если бы не тревога об Анеле и мысли об отце, о войне и будущей коронации, то эти два дня были бы самыми прекрасными и спокойными за долгое время.

За окном начало темнеть, хотя большой разницы и не было: что днём, под этими неисчезающими тучами, вечные сумерки, что сейчас - лишь не намного темнее. Они сидели за столом и ужинали. Как и вчера - в тишине. Требование Анфелии.