Под другим небом

Глава 14

   До Рождества оставалась неделя, я попеременно то работала, чтобы подкопить денег, которые несомненно понадобятся в дороге, то мысленно собирала вещи. Впрочем, у меня их было немного.

   В этот день я торговала у себя в мастерской. Время от времени раздавался стук в окошко, я оставляла краски, кисти и отпускала товар хозяйкам, попутно болтая о том, о сем. Местные сплетницы делились новостями, особо заботливые приносили какие-то гостинцы. В дни торговли из дома я была вдосталь насыщена пищей как информационной, так и насущной. Обычно это развлекало и веселило меня, но сегодня я была встревожена: одна из соседок Эннет Джеймс упомянула вскользь, что та больна и лежит в постели.

Не терпелось сорваться к ней, но ко мне должны были прийти за заказом. Я ждала, дергалась и гнала дурные мысли. Мне было стыдно, что помимо искренней озабоченности здоровьем этой пожилой леди, которая уже была частью моей души, как и остальные, я невольно думала: а если что-нибудь случится и она сляжет?.. Дальше я думать боялась и изо всех сил повторяла про себя мантру: "Все будет хорошо, все будет хорошо..."

   Чтобы скоротать время ожидания, я поставила варить куриный бульон для Эннет. Этому я научилась, когда Лиса была маленькой. Тот наш мир был вполне современным и прогрессивным. Обычным. И я была крайне удивлена, когда обсуждая с педиатром способы лечения при первых признаках простуды, он посоветовал помимо лекарственных средств включать в рацион больного куриный бульон. На мой вопрос: почему именно куриный, он ответил, что курица — это природный антибиотик. Поэтому я постаралась научиться варить его вкусным.

Вода закипела, я сняла пену и кинула в кастрюлю целиком морковь, луковицу и корень сельдерея. Начистила чеснок. А потом поднялась наверх, чтобы переодеть домашнее платье, испачканное красками на более подходящее для визита.

   Эннет, слава Богу, не лежала в постели, но была одета в домашний халат, горло было закутано. Она сидела в любимом глубоком кресле, обихаживаемая прислугой, чуть менее пожилой, чем она сама. Выглядела она вполне бодро, только нос-груша увеличился почти вдвое и покраснел. Я немного успокоилась.

Мисс Джеймс с удовольствием отхлебнула мой бульон и знаком показала мне, что очень вкусно. Затем спросила лукаво:

   - Так обеспокоилась состоянием здоровья старушки, что тут как тут? - она посмеивалась, а я густо покраснела.

   - Эннет, я правда...- Она махнула рукой, засмеялась и закашлялась одновременно.

- Не переживайте, милая. Если что, мне есть замена.

В этот момент мне стало по-настоящему стыдно и страшно, я взмолилась:

   - Мисс Эннет, может быть вызвать врача из Города? Вам очень плохо? - в тот момент я ощутила, как дорога мне эта пожилая женщина.

Мисс Джеймс категорически помотала головой:

   - Ой, не выдумывайте, обычная простуда. Я сказала про замену, зная, что вы не можете об этом не беспокоиться, это нормально, Наташа. Лучше расскажите, что там происходит в городке? Вдруг мне еще не все рассказали? - она посмеивалась, продолжая с явным удовольствием прихлебывать мой бульон.

Я добросовестно пересказала ей все местные сплетни, сообщила, что мы с отцом Джастином после Рождества отправляемся по моим делам (она не удивилась этому, по-видимому, знала). Затем, поколебавшись, я все-таки спросила:

   - Эннет, расскажите, каким был тот мужчина, из Гостей, что жил у Эбби, Марк? Откуда он был, что рассказывал...как выглядел?

Она понимающе взглянула на меня:

   - Вы полагаете, что можете его знать?

   - Он может быть отцом моей дочери, - сказала я прямо то, в чем даже себе боялась признаться.

   - И если он был здесь, то меня это напрягает немного. Хотя, ну был и был, это же Бог знает когда было. И вообще это может быть не он, правда? - я сыпала словами, надеясь, что она рассеет мои сомнения.

Мисс Дженнет задумалась, потом сказала:

   - Как он выглядел, я не могу сказать, милая. Я попросту его не видела. Цель своего визита он открыл отцу Джастину, а тот мне не говорил — да я и не спрашивала. Моего присутствия для его отправки не требовалось. Знаю только, что отец Джастин был крайне озабочен в те дни, когда этот мужчина был здесь. - Она виновато посмотрела на меня, - Наташа, дорогая, если бы я хоть чем-то могла помочь, я бы все вам рассказала.

«И в этой мышеловке пусто» - к месту я вспомнила какую-то английскую пословицу. Или поговорку? Я так и не научилась их различать. Мое удрученное лицо, по-видимому, тронуло Эннет. Она взяла меня за руку и скзала:

   - Все когда-нибудь разрешится, детка. Еще никогда не было, чтобы что-нибудь закончилось ничем.

Я невольно засмеялась и всхлипнула. Прижав к своей щеке руку старушки, я стала собираться домой — уже начинало темнеть.

Двери церкви были приоткрыты — наверное Джастин собирался вот-вот закрывать ее. Я поднялась по ступеням и заглянула внутрь. Он был один, гасил лампы и свечи. Увидев меня, он обеспокоенно спросил, слегка повысив голос:

   - Наташа! Что-то случилось??

Я покачала головой, сказала устало:

   - Просто увидела свет и зашла. Можно я минутку посижу здесь?..

Он меня понял, кивнул:

   - Не буду тебе мешать.

Я села на скамью и сложила руки перед собой, видела, как делали это другие на службах. Молитв я не знала. Закрыла глаза и произнесла про себя:

«Господи, помоги мне...» Мысли закружились вихрем в моей голове. Все надежды, чаяния - все, чем я жила с того момента, как оказалась здесь - все сплелось в одном выдохе: «Господи, помоги мне...»

Я не знаю, сколько просидела так. Когда открыла глаза, Джастин стоял неподвижно в стороне, не глядя на меня. Почувствовав мое движение он вопросительно посмотрел на меня, я кивнула.

   - Пойдем, я тебе почитаю что-нибудь, - тихо произнес он, и я поняла, что именно это мне сейчас и нужно.

Джастин запер церковь и мы пошли рядом, оставляя за собой на снегу цепочку следов, ведущих к моему дому.