Моё тайное увлечение

Сцена восьмая

После «Птицы» ребята во главе Ани настояли на более весёлых и нормальных — по её же словам — песнях. Почти все подпевали, Зар, не всегда попадая в слова, надрывал горло у моего уха, попеременно дергая меня и выразительно играя бровями с намёком, чтобы и я присоединялась. Сначала я отнекивалась, улыбаясь одними губами, но спустя некоторое время всё же решилась тихонечко подпеть некоторым знакомым композициям.

В общем, песни и пиво лились рекой. Солнце клонилось к закату, принося с собою некоторую прохладу, но я её почти не замечала, разгорячённая весельем остальных. Само сердце пело от осознания, что всё происходит наяву.

В какой-то момент гитару в свои руки взял Зар, ребята начали кучковаться, вот и Рома отошёл покурить в компании парней, к ним тут же присоединилась Аня, прилипнув к боку Ромы...

А я не имела права ревновать...

Сидела на месте и слушала немного пошлые песенки Зара, смеялась в нужных моментах, качала в такт головой. Ко мне подсела Маша, и мы с ней немного поговорили о школе. Она оказалась куда радушнее своей подруги.

А когда время начало клониться к десяти, мне позвонила мама. Ребята, будучи уже под хорошим хмельком, громко шумели, и я решила отойти подальше. К слову сказать, я тоже чувствовала себя немного пьяной, возможно, от счастья, а возможно, и от стакана пива, который всё же допила самостоятельно.

— Да, мамуль?

— Дочка, гулять — дело молодое и я его не осуждаю, — слышу в её голосе улыбку. — Но может, хотя бы сориентируешь, во сколько придёшь домой?

— Не знаю, мам, — чувствую досаду, словно меня вот-вот лишат чего-то необходимого. — Тут как весело. Ребята все такие классные... Не загоняй меня домой, ну пожалуйста!

— Я пока и не собиралась, — смеётся она. — Расскажешь, где ты?

— Недалеко! Буквально возле дома.

— Хорошо. Ладно, не буду тебя отвлекать. Будь благоразумна и постарайся вернуться до двенадцати.

— Договорились, мам! — радуюсь я.

— Люблю тебя, милая.

— И я тебя! Пока!

Скидываю вызов и, улыбаясь, смотрю на ребят в «Беседка-баре». Гитару забросили, кто-то спорит между собой, кто-то смеётся во весь голос, некоторые стоят в стороне и курят. Ловлю поворот головы Ромы, который улыбается, кажется, на очередную шутку Зара, и наши взгляды встречаются. Чувствую острое желание кинуться ему на шею и поблагодарить за то, что привёл меня сегодня сюда, но вместо этого отвожу взгляд и, обняв себя за плечи из-за нервного озноба, прокатившегося по телу, иду обратно. Мне навстречу идут трое парней, и один из них тот самый, что подходил здороваться к Роме и не угодил Мише. Если меня не подводит память, зовут его Виктор.

— Мы отчаливаем, — улыбнувшись, сообщает он мне. — Был рад знакомству.

— И я, — отвечаю вежливо.

— Пока, — бросают почти одновременно остальные.

— Пока, — улыбаюсь я.

Они проходят мимо, но через пару шагов Виктор меня окликает:

— Ксень!

Оборачиваюсь и вижу, как он спешит обратно, обаятельно улыбаясь. И милую ямочку на одной его щеке вижу.

— Мы с парнями собираемся покататься на машине по ночному городу. Может, хочешь с нами?

Оу... Неожиданно. Растерянно шевелю губами, обдумывая, как вежливо отказать.

— Не бойся. Мы парни приличные, девочек не обижаем, — подмигнув, ещё шире улыбается он.

— Я... я не могу. Извини.

— Парень есть, да? — чуть гаснет его улыбка.

— Нет, но... я же совсем вас не знаю. Как-то неудобно...

— Вить! — окликают его друзья, уже стоящие за забором. — Хорош тормозить! Погнали!

Он оборачивается и показывает им большой палец, а затем вновь смотрит на меня.

— Значит, будем знакомиться, — улыбается, начиная пятиться спиной. — Найду тебя в сети, — подмигивает и взмахивает на прощание рукой: — Ещё спишемся.

Недоумённо смотрю ему в спину. Каким образом он собирается меня там искать? И зачем? Я что, ему понравилась? Но мы ведь толком не общались даже!

— Зайка с балкона! — вздрагиваю от обвинительного окрика Зара. — Я тебя уже потерял! Ты чего там застряла? Возвращайся!

Непроизвольно улыбаюсь, оставляя эти мысли на потом. Может, вернусь к ним ночью. А может, вообще не вернусь. Всё же как-то странно всё это.

Зар встречает меня с улыбкой и следующим стаканом, но, обратив внимание на то, что я себя обнимаю, начинает улыбаться ещё шире:

— Замерзла? Иди ко мне — я тебя согрею в своих объятьях!

— Не замёрзла, — смеюсь я, уворачиваясь от его рук, и замираю, попав прямиком в руки Ромы.

Он криво улыбается, поймав мой наверняка испуганный взгляд, а через секунду на мои плечи ложится плотная ткань его толстовки.

— Поможет от комаров, — подмигивает он и склоняется к уху: — Кажется, мышка, ты очаровала здесь каждого.

«А тебя?» — так и хочет сорваться вопрос с языка, но я закусываю нижнюю губу и, чувствуя жар у щёк, благодарю его за кофту. Рома лишь усмехается и занимает своё прежнее место, а я занимаю своё. Мне тут же вручают стакан. Долго смотрю в него, пытаясь прийти в себя, но через минуту ощущаю на себе чей-то пристальный взгляд. Поднимаю глаза ровно в тот момент, когда Аня с недовольной миной на лице встаёт с места и начинает улыбаться всем, кроме меня, естественно:

— Играем? Правда или действие. Кто «за»?

Большинство кричит «за».

— Но есть условие, — продолжает Аня. — Играют все или никто. Чтобы обидно никому не было, — строит невинные глаза в конце.

Ох, это одновременно веселая и опасная игра...

Пока Зар громогласно заявляет, что играть конечно же будут всё, а если кто-то трусит, то силой его здесь никто не держит, Рома опускается с перил, усаживаясь рядом и заглядывает мне в глаза:

— Хочешь, я провожу тебя домой?

— А сам вернёшься сюда? — чувствую я неладное.

— Ну да, — пожимает он плечами.

Ну точно. Меня спроваживают. Интересно почему?