Сигрульская ведьма

Глава 3

Фриэд Дор

42 день 879 года от Падения Триумвирата

Теплые солнечные лучи заливали просторную комнату топленым золотом. Рабочий кабинет архонта Сафир пребывал в блаженном покое, словно время в нем остановилось, подвластное воле королевы-солнца. Алые стяги на каменных стенах поблескивали нитями безупречного шитья, мягкий ковер под ногами скрадывал шаги, массивный дубовый стол ломился от развернутых карт, раскрытых книг и вскрытой корреспонденции.

Однако сама Сафир Фабер казалась чужеродной этому привычному спокойствию. Архонт молча восседала на своем кресле, прикрыв глаза растопыренной пятерней упертой в подлокотник кресла левой руки. Ее белоснежные волосы с легким янтарным оттенком длинными локонами спадали вниз, обрамляя похудевшее, но все еще прекрасное лицо. Она казалась застывшей и лишенной жизни, но только лишь на первый взгляд. Даже со своего места Ноа видела раздраженно сжатые губы своей повелительницы. Пальцы второй руки, с усилием вцепившиеся в подлокотник кресла. Ее напряженное, словно натянутая тетива, точеное тело, облаченное в золотую струящуюся ткань, выгодно подчеркивающую легкую кольчугу, с которой архонт не расставалась никогда, даже, вполне может быть, и в опочивальне, и остальные элементы доспешного комплекта.

Архонт молчала, и Ноа молчала тоже, так и не встав с ковра, на котором она сейчас стояла, преклонив одно колено.

С тех пор, как Ноа вошла в кабинет, солнечный луч из окна успел проползти по ковру ближе к ней, взобравшись на самый краешек серебристого наколенника, украшенного витиеватым узором тиснения.

От солнца пахло псом, хотя, вполне возможно, псом пропахлась именно она, Ноа.

Сафир вскинула голову и, казалось, только сейчас поняла, что в комнате есть кто-то еще, кроме нее самой. Время ускорило бег. Взгляд сфокусировался на коленопреклоненной.

- Ты всегда верно служила мне, моя Серебряная Волчица, - произнесла архонт, ее голос потек густым топленым медом, необычайно приятным слуху. - Только тебе я могу доверить эту задачу.

Словно подчеркивая важность слов, она встала с кресла, так и не подав Ноа знака подняться с колен. Взгляд Сафир не отрывался от отрешенного лица ее рыцаря. Ступая тихо и грациозно, словно большая кошка, она подошла ближе, на расстояние вытянутой руки.

- Привези девчонку ко мне, живой, - уточнять, кого именно, не стоило. Ноа и так знала, о ком речь. Ноа вообще очень много знала. - Любой ценой.

Архонт склонилась и подцепила подбородок рыцаря тонкими, но сильными пальцами, заставляя женщину вскинуть голову и заглядывая прямо в ее светло-карие, почти золотые глаза.

- Убей ее брата, если будет необходимо.

Сафир замолчала, не сводя взгляда с Ноа. Однако рыцарь оставалась по-прежнему бесстрастной. Не холодной и не равнодушной, нет. Золото глаз то и дело вспыхивало в самой глубине, свидетельствуя о яростной работе мысли. Этот блеск был знаком архонту еще с тех времен, когда Серебряная Волчица прикрывала ей спину в бою на Ледяной Пустоши.

Хорошо, это именно то, чего требовалось королеве.

Сафир жестом велела Ноа встать, и та поднялась так, словно вес массивного доспеха ничего не значил для нее. Солнечный луч, воспользовавшись возможностью, скользнул по серебру коротких волос.

- Помни - ты должна успеть туда до прибытия этого ублюдка, Шейхарда. Эта свадьба не должна состояться. Никогда.

Ноа едва заметно кивнула. Еще одной восхитительной ее способностью было умение понимать все, что скрывалось между строк. В замке, где даже стены имели уши, это стало воистину неоценимым даром.

- От тебя зависит многое, Ноа. Будущее Фриэд Дора. Само его существование, - руки архонта легли на кованные наплечники Серебряной Волчицы. Жест высокого доверия и особой близости, соединявший этих двоих. - Не подведи же меня и в этот раз.

Ноа низко склонила голову, вкладывая в этот лаконичный жест целый букет смыслов.

***

Когда Волчица ушла, Сафир подошла к окну, наслаждаясь легким ветерком, приносящим из королевского сада ароматы ранних цветов, которые так любил Рауль. Мысли о нем заставили ее печально нахмуриться.

В каком-то смысле даже иронично, что ей придется пожертвовать чужим братом ради спасения своего.

Однако время ускользало сквозь пальцы, словно ледяной песок.

Вскоре во дворе началось шевеление. Ноа, уже облаченная в дорожный доспех, дополненный плотным черным плащом, раздавала лаконичные команды. Вышитый золотом на спине герб ордена переливался в солнечных лучах. Серебристо – серый крупный волк деловито наблюдал со стороны,

Конюхи готовили четырех верховых и четырех запасных лошадей. Из трех будущих спутниц Ноа, появившихся внизу пару мгновений назад, Сафир помнила лишь одну, темнокожую и массивную, выглядевшую воистину устрашающе в своих тяжелых доспехах.

Дайна Ризваль.

Могло показаться, что она – не самый удачный выбор в деле, который требует привлекать как можно меньше внимания, однако Сафир доверяла Ноа. Та всегда точно знала, что делает, и находила самые эффективные и самые изящные пути решения любой проблемы.