Ведьмы. Лабиринты памяти

Глава 4.5.

Олег вернулся домой только под утро. Последствия вечернего скандала были полностью ликвидированы, в комнате было прохладно и тихо, свет не горел. Олег тихонько разделся, стараясь не потревожить свернувшуюся на дальнем краю кровати Людмилу. Девушка изо всех сил притворялась спящей, но напряжение, царившее в воздухе можно было резать на куски и использовать для производства энергии. Олег постоял у окна, затем прилег рядом с Людмилой и осторожно развернул девушку к себе. Она нехотя поддалась:

- Чего тебе? – прошипела Людмила, прижимая к груди одеяло.

- Люд, выходи за меня? – решился Олег.

Девушка помолчала, вздохнула и так же шепотом спросила:

- Ты меня любишь?

- Да, - соврал Олег, - Хочу, чтобы у нас была семья, а у ребенка – родители.

- Хорошо, - Улыбнулась Людмила, - Я очень-очень тебя люблю и хочу за тебя замуж.

- Вот и славно, - сказал Олег, целуя девушку в лоб и прижимая покрепче.

Через несколько секунд Людмила услышала его ровное дыхание. Она долго лежала, улыбаясь в темноту. Бывшее через край счастье не давало уснуть. Ситуация, казавшаяся неразрешимой, обернулась редкой удачей. Это ничего, что Олег не очень обрадовался ребенку, в конце концов это большая неожиданность. А Олег – мужчина ответственный, любит всё продумывать и планировать. А это вроде как не совсем его план. Ничего, время есть, очень скоро Олег привыкнет к мысли о предстоящем отцовстве, а необходимые хлопоты, связанные с обретением отца семейства, развлекут его и докажут, что ничего страшного не происходит. Многие так женятся и счастливы. Мужчины – такие паникеры, вынесла вердикт Людмила прежде чем погрузилась в сон.

***

Утром Людмила застала Олега в гостиной. В комнате витал запах свежезаваренного кофе. Небольшая турка стояла в уголке стола, заботливо прикрытая блюдечком и завернутая в полотенце.

- Наливай скорее, пока не остыл, - улыбнулся Олег.

- Спасибо, солнышко! – Людмила достала из шкафчика печенье и устроилась за столом – Какие планы на выходной?

- Планы – планы… - протянул Олег, - Грандиозные у нас планы!

Он вскочил из-за стола и приобнял Людмилу за плечи, зайдя со спины:

- Заявление подавать пойдем!

- Так быстро! – обрадовалась девушка. Она не верила своим ушам.

- А что ждать? – ответил Олег, - Тем более, что можно любую дату выбрать. Оставим времени с запасом, чтобы успеть хорошо подготовиться.

- Отлично! – Людмила с удовольствием захрустела крекером, то и дело заглядывая на жениха. Она уже прикидывала в голове список необходимых дел и сроки, которые потребуются на их реализацию. Было трудно усидеть на месте, но она изо всех сил старалась выглядеть спокойной.

Молодые люди закончили завтрак и поспешили в ЗАГС. Всё складывалось как нельзя лучше. Им даже не пришлось стоять в очереди – утром буднего дня было не много желающих оповестить мир о намерении пожениться. Толстая работница конторы долго вглядывалась в лицо Олега и мусолила в руках тонкую книжечку паспорта, но затем, видимо не найдя к чему придраться приняла заявление:

- Подпишите здесь, здесь и здесь, - указала она остро отточенным концом карандаша на строчки в бланке, - на втором экземпляре тоже.

Олег и Людмила послушно расписались, где было велено.

- Может пораньше есть даты? – спросила девушка.

- Да, нормально, - перебил её Олег.

Конторская дама многозначительно хмыкнула. После чего поставила печати на обоих экземплярах заявления и один вручила Людмиле, еще раз подозрительно зыркнув на Олега.

Радостное событие тем не менее посеяло в душе Людмилы некоторые сомнения. Она не рассчитывала, что ждать свадьбы придется так долго. Олег настоял, чтобы регистрация состоялась в середине ноября, то есть больше, чем через три месяца. Это был бы нормальный срок, если бы не обстоятельства. Людмила напомнила, что в ноябре всем уже будет видно, почему именно они женятся и нельзя будет устроить большой праздник, которого так хотелось девушке. Жених был непоколебим. Он привел веские аргументы, о смене места жительства, ремонте, обустройстве, да и денег надо подкопить. Напоследок вообще заявил, что можно пожениться и весной. Ребенок к тому времени уже родится, и будет возможность наряжаться и праздновать, раз Людмиле так хочется выпить в компании кучи родственников, которых они сто лет не видели и после свадьбы ещё сто лет не увидят. Людмиле эти обвинения показались весьма оскорбительными, и она поспешила заверить Олега, что конечно ничего такого ей не хочется, ведь главное, что они вместе.

Следующие дни с одной стороны успокоили девушку, но с другой вселили в душу еще больше сомнений в правильности предпринятых шагов.

Было приятно наблюдать, как в одном из шкафов постепенно скапливалась горка вещей для ребенка. Некоторые считали плохой приметой покупать приданое для малыша до его рождения, но ни Людмила, ни Олег не верили в подобную чушь, считая, что, если есть возможность выгодно приобрести множество полезных вещей заранее, то следует это сделать. Покупались так же предметы быта для новой квартиры. Людмила впадала в настоящую эйфорию от вида множества покрывал, скатертей, салфеток и штор. На полу у батареи «поселились» коробки с двумя чайными сервизами и тремя наборами тарелок. Олег раздраженно отмечал, что для того, чтобы развесить столько занавесок и застелить такое количество постелей им придется просить дворец, а чтобы вымыть столько посуды нужны слуги, а они совсем не лорды. Людмиле было всё равно. Из девушки сомнительного поведения, оказавшейся в интересном положении, она в одночасье превратилась в счастливую невесту, будущую мать семейства. А это, нельзя не отметить, совсем разные категории женщин.

Олег, и раньше не отличавшийся эмоциональностью, набрал дополнительных подработок и почти не появлялся дома. Он не принимал никакого участия в выборе будущей квартиры, сказав, что они одинаковые и ему всё равно. Квартиры были однокомнатные, но совсем разные: одна ближе к работе, другая дальше, но значительно больше по метражу, а третья была в доме с лифтом, что было очень важно, если думать на перспективу. Это, а также множество других мелочей сбивало Людмилу с толку, ставя перед выбором, который она не хотела принимать одна. В повседневных делах Олег тоже стал более отстраненным. Но, когда Людмила пыталась выразить своё беспокойство словами, её печали казались маленькими и неважными, такими, что и говорить не о чем.