Солнышко

Глава 30

Глава 30

Степь шумела под порывами теплого сухого ветра, клонились травы к ногам двух усталых коней. Хан Таймаз раздраженно поглядывал на жеребца. Конь понуро брел рядом, тяжело переставляя копыта. Хан вздохнул и потрепал верного вороного, прося прощения за невольное раздражение.

- Мой хан, впереди стойбище кочевников, - позвал хана турхауд, охранник из личной стражи хана.

- Вовремя, - с облегчением произнес Таймаз.

Турхауд, молча, кивнул. Впрочем, его согласия хану не требовалось. Таймаз оставил поводья и быстрым шагом направился к стойбищу. Хана кочевники никогда не видели, но узнали сразу. Аура повелители присутствовала в каждом племени, у каждого народа степи. Стоило Таймазу приблизиться, как хозяева стойбища упали на колени, склоняясь к земле лбами.

- Мир вам, - произнес хан. - Поднимитесь.

- Живи тысячу лет, великий хан, - произнес старейшина. - Велик тот день, когда к нам вошел повелитель степей.

- Да ждут вас богатые пастбища для ваших коней и сытая жизнь для всего рода, - ответил хан, благословляя кочевников. Покончив с ритуалом, он перешел сразу к делу. - Мне нужно два выносливых быстрых коня.

- Нугай, - крикнул старейшина. - Приведи коней.

Молодой парень, еще почти юноша, сорвался с места и вскоре привел повелителю двух пегих лошадей, уже оседланных. Хан осмотрел их, не из-за недоверия, больше из интереса, и одобрительно кивнул. За спиной Таймаза встал турхауд.

- Этих коней выходите и доставьте в Азхат, - велел хан. - Там сможете выбрать двух коней из моего табуна.

- Милость твоя подобна щедрому дождю в засуху, великий хан, - вновь склонился к земле старейшина.

Все понимали, что хан позволяет взять лучших коней, о которых только можно мечтать, потому что эти, скорей всего, падут в дороге. Таймаз спешил, предчувствуя непоправимое, и щадить животных он не собирался. Повелитель запрыгнул в седло и погнал коня.

Турхауд сел на второго и пришпорил его, догоняя своего хана, уже мчавшегося вперед.

* * *

Гарем смердел, как отхожая яма, запах уже достиг второго этажа. Я с трудом перевела дыхание и поспешила на балкон, выходящий на сад. Хаят последовала за мной, а Айша спешно окуривала покои. Улуч тоже стоял здесь, спасаемый мной от невыносимого зловония. Так пахла месть Раили. Я в который раз подумала, что с ней лучше дружить и не удержалась от смешка. Страшна аминидка и безжалостна в своей мести. Она пошла дальше Агны и Италлин, да и на Биржан решила не останавливаться, приковав к горшкам. кроме своей «любимицы», оставшихся двоих приближенных Янсылу. До самой мегеры ей не удалось добраться, но та тоже легким испугом после моего визита не отделалась. К ней даже вызывали лекаршу.

- Это ужасно, - простонала Агна, просочившаяся в покои, пока Улуч прятался вместе с мной и Хаят на балконе.

- Невыносимо, - вторила ей Италлин, и только Раиля, вошедшая вслед за ними, была совершенно спокойно. - Сколько в них де... гадости накопилось.

- Госпожа хотеть, чтобы змея тоже страдала? - неожиданно спросила Хаят.

Тут же появилось личико Айши, она ждала моего ответа. Я улыбнулась девушкам. После моего вчерашнего карательного забега, когда вечером вернулась в покои, я поняла, что у меня появились две, действительно, преданные мне девушки. В глазах Айши стояли слезы благодарности, а Хаят, молча, встала на колени, взяла мою руку и поднесла к своему лбу. Так она сделала в первый раз: я заслужила ее уважение.

- Нет, Хаят, - ответила я на вопрос девушки. - Она остается одна, ее свите не до своей госпожи. Одиночество и заточение ее наказание.

- Слишком добрый госпожа, - ответила Хаят.

- Добить змея, - согласилась с ней Раиля.

- Подсыпать в еда битый стекло, - изрекла нежный и чувствительный цветочек Айша, и мы дружно посмотрели на нее.

- Ну, ты и кровожадная, - усмехнулась я.

- Янсылу плохой, - ответила девушка, потупив взгляд.

- Да кто спорит, - сказала я, переводя взгляд на сад. - Но мы же не звери.

- Скажи это трем заср... - начала Агна и замолчала, прикрыв рот рукой.

Мы переглянулись и расхохотались все, включая Улуча. Его никто не стеснялся, потому что в преданности евнуха уже никто не сомневался. Он даже спать не пошел, отказался сдавать на ночь пост, а лег прямо у моих дверей, так что пройти мимо, не потревожив его, было просто невозможно. Меня несколько начала напрягать суета вокруг, хоть и я сама была ее центром. Но войны меня учили вести иначе, и генеральный штаб я представляла несколько по-другому. Я вздохнула и снова посмотрела в сад. Хотелось выйти туда, но стоило представить, что нужно пройти по зловонному гарему, как желание прогуляться отпадало напрочь. Аппетита из-за этого тоже не было. Скорей начинало подташнивать уже от одной мысли о запахе.

- Моя госпожа, - главный евнух вышел на балкон и глубоко вдохнул. - Хорошо-то как.

- И тебе здравствовать, Кан, - усмехнулась я.

- Сирази-бей собирается допросить всех наложниц и служанок, - сказал он, искоса глянув на меня и на девушек.

- На предмет? - спокойно спросила я.

- Всего происходящего, - пояснил Кан. - Я сказал, что в гареме общее отравление. Он отложил допрос.

- Хорошо, - кивнула я. - Но нам ведь нечего бояться, змею мы не приносили. А все остальное... Так откуда же нам знать, может, гадюки своим ядом отравились.

Девушки захихикали, главный евнух покачал головой, но отвечать на это не стал.