Гори свет Пересвета!

Глава 13.

ГЛАВА 13

Шурка с таким удивлением посмотрел на Гриню, что тот немного удивился.
- Меня всегда удивляла способность отче Пересвета предугадывать события, которые будут происходить.- Решил дать разъяснения оруженосец. - Вот, когда мы впервые узнали о тебе, княже, отче Пересвет мне сказал, что однажды ты меня очень удивишь и даже жизнь спасёшь. Так это и произошло. А затем немного подумал и добавил, что ты и его удивишь и поможешь сохранить жизнь самому московскому князю Дмитрию!
Шурка не знал, что сказать. Затем чуть усмехнулся и махнул рукой.
- Он, что экстрасенс что ли, твой отче Пересвет?
Глаза Грини замерли в непонимании, но потом он тряхнул головой, как бы что-то отгоняя от себя, и сказал: - Я не знаю такого духовного звания. Отче Пересвет был послушником Троицкого монастыря. Был чернецом у самого Сергия Радонежского. Ты, княже, по малости лет, вряд ли это знаешь, но…
- Но он и брат его Родион Ослябя были отправлены в войско московского князя на великое сражение против орды Мамая. – Решил сказать Шурка то, что знал ещё со школьной скамьи.
Гриня на минуту замер с открытым ртом.
- Господи, княже мой, откуда ты всё это знаешь? Мы же тебя встретили только в Дмитровском Ряжском монастыре совсем недавно! Мы вдвоём с отче прибыли туда на молебен, в тайне от князя Дмитрия и без Ослябя. Отчё говорил, что должен быть наедине с Богом. Он ждал откровение от Бога, а встретил тебя, княже. Твоя матушка прислала тебя в этот монастырь по причине усмирения твоего буйного нрава. – Гриня виновато посмотрел на Шурку – Лавра и решил продолжить свою речь. – И надо сказать, что твой нрав смог усмирить только отче Пересвет. Он подошёл к тебе и спросил: « Что …
- Что мне надо для жизни? – Удивляясь самому себе, сказал Шурка. – И я ответил: «Быть с тобой, отче».
Гриня улыбнулся и кивнул.
- И с той минуты тебя, княже, словно подменили. А отче Пересвет стал беспокоиться о тебе и заботится, как о сыне. Меня к тебе тенью приставил. Да отчитал меня, словно окаянного, когда я без тебя в войско вернулся. Пригрозил, что, если не найду княже Лавра и назад не верну, то самолично голову мне снесёт и Бога не побоится. Грех-то, какой?- Гриня перекрестился несколько раз, отдавая земные поклоны.
И вдруг в их разговор встрянул Яков.
- Это удивило и нас тоже. – Сказал он и только теперь подошёл к Грине и Шурке поближе. Выражение его лица сменилось. Былое высокомерие и явная неприязнь сменились на заинтересованность и любопытство.
Только теперь Шурке удалось рассмотреть Якова получше. Высокий худой парень без явных признаков силы в плечах. Даже под металлической кольчугой, его грудь была впалой и сутулой. Зато гонору в его словах и выражении лица было, хоть отбавляй.
- Да, нас с отцом тоже ни мало удивило твоё появление в войске вместе с Пересветом. – Повторил Яков и подошёл ещё ближе. Он внимательно с прищуром посмотрел Шурке в глаза. – Скажи мне, Лавр, без утайки, ты действительно сын княжны Марфы Боголюбской в девичьи Замятиной, дочери Псковского боярина?
Шурка почувствовал какой-то подвох в словах Якова и поэтому прислушался к внутреннему голосу Лаврентия. И вдруг он почувствовал, как в душе всколыхнулся былой непокорный нрав княже Лавра. И Шурка решил его не сдерживать.
Он сделал шаг к Якову и, ухватив его за кольчугу, притянул к своему лицу.
- Что, Яшка, никак не можешь успокоиться по поводу моего рождения? Всё норовишь, меня укорить, что нагулян я мамкою? А сам-то ты уверен, что рождён от отца своего? – Шурка с удовлетворением отметил, как забеспокоился молодой человек. – Ослябя, отец твой, широк в плечах, да могуч. Глаза его черны, как ночь, а волос рыжий. А ты посмотри на себя. Белобрысый веснушчатый парень с зелёными глазами. А фигура? Глиста глистой! – Последнее выражение Шурка добавил от себя, перекрывая волю княже Лавра, который хотел сказать, что Яков слишком худ и слаб.
Яков заморгал, в страхе озираясь на своих воинов, которые стояли вдалеке, и слышать этих слов не могли. Он попытался вырваться из цепких рук Лавра, но не смог.
- Ладно, ладно, успокойся, Лавруша. - С трепетом в голосе, заговорил Яков.- Я не знал, что ты так горяч и не сдержан перед воинами и смердами. Успокойся. Вспомни, что ты всё же княже.
- Всё же княже. – Передразнил Шурка парня. – Да же в интонации унижаешь. Ох, и мелкая у тебя душонка, Яшка. Но, несмотря на это, я прошу тебя, не возвращайся в войско до завтрашнего вечера. Выдумай причину, что бы оправдаться. Скажи, что я отобрал у тебя коней.
- Зачем мне это?
- Чтобы в живых остаться, Яшка. Завтра поутру на том поле, что за лесом лежит, битва будет великая. И ты там погибнешь.
- Не бреши, Лавр. – Зло ответил Яков и рванулся из рук Шурки. Тот его выпустил. – Мне ведомы помыслы князя Московского и битву поутру, он затевать не собирался.
- Что? – Шурка вдруг понял, что ничего не понял. – Что ты имеешь в виду? Завтра должна быть битва, которая во всей истории будет называться Куликовским сражением.
- Опять твой гонор, Лавр, мутит твою голову. Не зря отче Пересвет так за неё беспокоиться. Он говорил нам с отцом, что беспокоиться за тебя, что твой нрав часто выдаёт желаемое за действительное.
Шурка не стал больше тратить время на разговоры с Яковом, он отвернулся от него и поискал глазами Гриню. Тот внимательно рассматривал шлем убитого воина и иногда почёсывал свой затылок.
- Гриня, ты чем озадачен? Ты же что-то хотел сделать, а только затылок чешешь! – Вскричал Шурка, изрядно напугав оруженосца.
- Я вот думаю, что одного факела нам мало. А вдруг с ним что случиться. Следует сделать ещё один факел.
- Так делай! Что ты стоишь?
- Так для этого мне ещё нужен ещё один шлем, а его мне никто не даёт.
Шурка быстро подошёл к рыжеволосому воину, который ещё недавно хотел схватить Любашу, и сорвал с него шлем.
- На, возьми этот. – Передавая шлем в руки Грини, сказал он. – Да пошевеливайся. Вечер сгущается, скоро совсем потемнеет. Только совсем не понимаю, зачем нам факелы? От реки достаточно света, к тому же мы пойдём вдоль её, никуда не сворачивая.
- Князь Дмитрий приказал всем своим воинам в тёмное время передвигаться только с факелами, что бы ни быть перебитыми своими же воинами. Дело в том, что ордынцы ходят во тьме без огня. Глаза у них видят в темноте, и они готовы к бою из подтишка. Нападают в темноте и наносят большой ущерб.
- Понятно. – Кивнул Шурка. – Тогда действуй быстрее.
-Но мне ещё нужна сила Гордея, а то я долго провожусь.
- Гордей! - Крикнул Шурка парню, который стоял рядом с Любашей и не спускал глаз с коней, пьющих воду из реки.- Помоги Грини. Сделай, что он скажет.
Гордей кивнул и последовал за Гриней в большие кусты.
Шурка подошёл к Любаше, обнял за плечи и спросил: - Интересуешься конями?
Девушка кивнула в ответ и улыбнулась.
- Очень люблю лошадей, особенно шестижильных! Они выносливы и сильны. Вот подбираю коня для Гордея. Его мощь не каждый конь выдержит, а вот этот, - девушка указала рукой на коня серо-чёрной масти, - выдержит. Он шестижильный!
Шурка внимательно посмотрел на коня.
- Конь, как конь! Ничем не отличается от других.
Девушка засмеялась и подошла к выбранному коню. Она погладила его по гриве, прошлась ладонью по его спине и слегка шлёпнула по крупу.
Конь фыркнул и слегка стукнул копытом о прибрежную волну.
- Смотри, как все шесть жил в нём играют!- Восхитилась конём Любаша. – Четыре жилы в ногах его, а две – хвост держат, значит, круп у него сильный двужильный. Понял?
Шурка усмехнулся и только теперь понял различия коня.
- Да, действительно, конь сильный двужильный, как и наш Гордей. Вот только я боюсь, что он с конём не справиться. Мне кажется, что он их боится, как слон боится мыши.
- Слон? – Спросила Любаша. – А кто это?
- Это большое животное.- Попробовал описать слона Шурка и вдруг понял, что не знает, как это сделать. – Ну, он размером с четыре коровы, да ещё четыре коровы поставить на них…
Глаза девушки расширились от испуга, и она закрыла рот ладошкой, скрывая свой «Ах…».
- У него большие уши. – Шурка сделал большой круг своими руками. – Вот такие огромные! И очень длинный нос. Его называют хоботом. Поняла?
Любаша отрицательно помотала головой, схватила себя за нос и тут же заметила, что и Яков тоже с интересом слушает Шурку и тоже ничего не понимает.
«Эх, темнота вы древняя. – Подумал Шурка. – Придётся рисовать на песке, хотя художник я липовый».
- Сейчас, я его нарисую. – Сказал он, взял длинную палку, и попробовал изобразить слона на прибрежном песке.
Яков хмыкнул, а Любаша вновь ахнула, лишь только они увидели рисунок Шурки.
- Да, где же такое чудовище водится? – С ужасом в голосе, спросила девушка.
- Да, где? – Вторил ей Яков. – И откуда ты его видел?
- Где видел, не скажу, а то ты совсем умом тронешься. А живёт он в далёкой стране, название которой Индия. Слышал, аль нет?
Яков ничего не ответил. Он с ужасом посмотрел на Шурку - Лавра и только медленно попятился от него.
- Понятно. – Вздохнув, сказал Шурка. – Опять думаешь, что у меня головная горячка? Ну, а ты, Любаша, тоже думаешь, что я свихнулся?
Любаша улыбнулась и отрицательно помотала головой.
- Если бы я так думала, то бы уж давно от тебя сбежала, ещё в стане Мамая.
- Где? - С ужасом спросил Яков.
- Не напрягай мозги, Яшка, а то тоже умом тронешься. – Словами Шурки ответила Любаша. – Ты и с виду-то слаб, да и умом не силён. Так что просто стой и слушай.- Любаша вновь обратилась к Шурке. – Скажи нам, сокол мой, а почему это большое чудовище боится такой малости, как мышь?
Шурка обнял Любашу за талию и поцеловал в щёку.
- Люблю тебя за твой пытливый ум, да смелость! – Воскликнул он. – Мышь способна прогрызть слону ступню. А ступня у него толстая, размером с бревно. – Шурка попытался показать руками размер ступни слона, но они всё-таки более мягкие, чем дерево. – А зубы у мыши острые и сильные, и она может дыру прогрызть в его ступне. Слон заболевает и умирает. Понятно?
Почти минуту, Яков и Любаша пытались осознать услышанное.
- Да так ему и надо, этому чудовищу! – Вдруг воскликнула Любаша и засмеялась.
- Слон очень спокойное и миролюбивое животное. – Ответил Шурка. – Он служит людям. Его сила способна переносить брёвна и людей на своей спине. Он хороший помощник в хозяйстве, и люди его давно приручили. Они сильнее любого быка в несколько раз!
- Ну, надо же!- Удивлению Любаши не было предела. Она с интересом рассматривала рисунок на песке. Тоже делал и Яков, но как-то странно покачивая головой.
- Я зачем ему такой большой нос?
- Им он обхватывает брёвна или людей и переносит их или закидывает себе на спину. Любаша я однажды видел его в приезжем цирке и даже посидел у него на спине. Здорово! Вот только он сильно пахнет…
Только теперь Шурка понял, что сказал лишнего. Глаза его слушателей буквально «вылезали из своих орбит».
«И кто меня за язык тянет?! – Сам себя спросил Шурка, давая мысленно себе затрещину. – Вот как теперь им объяснения давать?».
Но в это время из кустов возвратились Гриня и Гордей. И как же им обрадовался Шурка.
- Где же вас долго носило? - Воскликнул он и заметил, что лицо Гордея перекошено от неудовольствия. – От чего его так перекосило? – Спросил он Гриню, рассматривая в его руках два больший кола и шлем воина, наполненного сосновой смолой.
- А он смолу сосны на вкус попробовал. – Усмехнувшись, ответил оруженосец.- Я ему говорю, что это не сок дерева, а его смола. А он всё твердит, что сок очень вкусен и сладок. Вот и напробовался. От горечи его и перекосило.
Гриня высыпал смолу из шлема воина и сказал Шурке: - Княже, теперь надо мечём отрубить концы у шлемов, а это под силу лишь тебе да Гордею. Он не может, всё отплёвывается от смолы. Может, ты мне поможешь?
- Говори, что делать?
- Отруби мечём концы шлемов размером на палец. – Сказал Гриня, и показал свой палец.
Шурка поднял с песка меч убитого воина и одним махом отрубил конец одного шлема, а другим – конец второго шлема.
Гриня быстро воткнул шлемы отрубленным концом в песок и вставил в них по деревянному колу.
- Гордей, хватит на землю плевать. – Вскрикнул Гриня. – Иди сюда, твоя сила нужна. Бери меч, да плашмя стукни по колу в шлеме.
Гордей, всё ещё с перекошенным лицом, взял меч из рук Шурки и стукнул по колу. Кол вошёл в шлем, раздвигая его края.
- Слабо стукнул. – Вновь воскликнул Гриня.- Стукни так, что бы кол полностью вошёл в шлем. Понял?
- Понял. – Еле выговорил Гордей и перевернул меч в своих руках. – Тогда бить надо рукояткой.
Гордей размахнулся и вбил кол в шлем. Так же он поступил и с другим колом.
Шурка и Гриня еле выдернули из земли то, что получилось. Шурка с интересом рассматривал один из полученных факелов, а в это время Гриня делал проколы своим топориком в другом факеле. Затем он обмазал смолой внутри шлема и вдруг сказал Шурке:- Княже, а мне ещё надо металлические накладки с груди воинов.
Шурка приказал принести ему накладки, но это сделал рыжеволосый воин, с интересом рассматривающий все их дела.
Работа над факелами продолжилась. Когда были сделаны отверстия и в другом шлеме, и он промазан смолой, Гриня выбрал хорошие угли из костра и засыпал их в шлем. Затем наколол много колышков и закрепил их в шлеме, как клинья, в вперемешку с металлическими накладками. Факел стал похож на ежа, с тлеющими углями внутри шлема.
- И что, это будет хорошо гореть? – С сомнением в голосе, спросил Шурка.
- Ветер сделает своё дело, и факелы вспыхнут. Вот увидишь, княже.
- Тогда в дорогу! - Воскликнул Шурка. – По коням, время не ждёт!
Но прошло немало времени, прежде чем Гордей уселся на своего коня и, как статуя, застыл в его седле, обеими руками за него держась.
- Гордей, один факел твой. На, держи одной рукой, а второй держись за седло. – Пытался расшевелить его Шурка, но парень не реагировал.
Шурка взял поводья его коня и прикрепил их к седлу лошади Любаши.
- Ты отвечаешь за него. – Сказал он оруженосцу. – Следи за ним, как бы он из седла на землю не свалился. Придётся ехать не очень быстро.
Шурка помог Любаше сесть в седло лошади и тут же заметил, что и рыжий воин тоже был уже в седле.
- А ты куда собрался?- Спросил он его и подошёл к парню.
- Княже, слёзно молю, возьми меня с собою. Мне нельзя быть в вдалеке от войска. Там у меня два брата меньших. Я не могу их оставить без своей помощи. А, если завтра битва, как ты сказал, то тем более я не могу быть в стороне. Возьми с собой, слёзно молю.
- Хорошо. – Кивнул Шурка. – Будь с нами. Как зовут тебя?
- Иван Ворона. Братья мои – Степан Ворона и Матвей Ворона. Мы из войска князя Псковского Ивана Белозёрского. Отряд наш разведывательный. Идём впереди войска. Ловим татарский лазутчиков, ищем пути продвижения Московского войска. Поутру нас разделили и в разные сторон направили для разведки. Наш отряд возглавил Яков Ослябя.
- Понятно.– Кивнул Шурка и, посмотрев на Якова, сказал ему. – Ты ещё одного воина лишился, Яков. Да он тебе и не нужен. Здесь сидеть можно и без большой охраны.
- Я всё равно поеду за вами. – Воскликнул княже Яков и сделал шаг вперёд.
- Не делай этого, Яша. Поверь мне, тебе не стоит там быть.
-А я всё равно…
Слушать его Шурка больше не стал. Он быстро оседлал лошадь, взял в руку факел и воскликнул: - Вперёд, друзья мои. Нам надо как можно быстрее добраться до войска князя Дмитрия…
Как ни пытался Шурка скакать быстрее на своём коне, но всё же пришлось поубавить прыть, что бы Любаша в связке с Гордеем, на своих конях от них с Гриней не отставали. Замыкал их отряд Иван Ворона.
Шурка ни мало был удивлён, как вспыхнул факел, сделанный Гриней. Поначалу его тлеющие угольки мало давали огня, но стоило лишь ему быть обдутым сильным ветром от скачки, как заполыхал он огнём, освещая прибрёжную темноту.
«Интересно, надолго ли хватит этого факела? – Подумал Шурка.- Сгорит, как свеча на ветру, минут за двадцать.- Он мысленно прикинул расстояние, которое им следовало бы проехать, и пришёл к выводу, что на это расстояние факела должно хватить».
Шурка оглянулся и вновь заметил, в каком напряжении сидит в седле Гордей. Он тормозил всю процессию, но это его не волновало. Он ехал на своём коне, словно мраморная фигура, слившаяся с конём в одно целое. И только огонь его факела был живым.
Вечерняя темнота сгущалась и только рябь речной воды, серебрилась от света луны и яркого пламени факелов. Они проехали уже три поворота реки, вдоль высоких прибрежных косогоров, как вдруг…
Шурка сначала услышал свист летящих стрел, а уж заметил их позже. Одна из них пролетела перед самым лицом его над головой лошади. И тут он услышал, как взвыл за его спиной Гордей и вскрикнул Иван Ворон. Он придержал коня и резко развернулся.
Одна стрела попала в древко факела, который держал Гордей. Факел выпал из его рук, одновременно обжигая огнём и парня и его коня. Конь взбрызнулся, встал на дыбы, и Гордей рухнул на прибрежный песок с яростным воплем. Факел с горящим огнём покатился по прибрежному песку. Иван Ворона успел соскочить со своего коня и поймать факел у самой кромки воды.
Его падение затормозило и лошадь Любаши. Видя это, Шурка тут же срыгнул с коня и крикнул оруженосцу, подъезжавшему к нему. – Гриня, держи факел и вперёд! Не останавливайся! Ты должен доставить Любашу в войско и привести подмогу. Я остаюсь здесь вместе с Гордеем! Вперёд.!!!
Шурка не дал Грине сказать даже слово. Он быстро вставил факел в его руку, сильно стукнул его коня по крупу и тут же побежал к коню Любаши.
Конь Гордея, опалённый огнём факела, никак не мог угомониться. Он брыкался и ржал, тем самым принося беспокойство и коню Любаши, к седлу которого был привязан своими поводьями.
Шурка быстро ухватил эти поводья и перерезал их ножом.
- Любаша, - прокричал он девушке,- следуй за Гриней, не останавливайся! Приведите подмогу к нам! Я остаюсь здесь с Гордеем! Вам осталось обогнуть ещё один поворот реки, а там… - И ты, Ваня, быстро в седло! – Приказал Вороне Шурка. – Скачи им вслед и помни, что отвечаешь передо мной за бояришну головой. Понял?
Иван Ворона, с одного маху вскочил в седло и, как птица, поскакал за Любашей, прокричав напоследок Шурке: - Не беспокойся, княже, я знаю, где икать её отца. Доставлю её в полном здравии!!!
Лишь они скрылись за лесным поворотом, как тьма окружила речной берег. Стрелы продолжали свистеть в воздухе и исчезали в речной воде.
Шурка быстро присел и присмотрелся. Темнота скрывала Гордея, который продолжал лежать не берегу. Он понял, что их обстреливают с высокого косогора. Вскоре свист стрел прекратился. Шурка на полусогнутых коленях добежал до Гордея и, упав на песок рядом с ним, ткнул парня кулаком в бок.
- Эй, Гордей, ты живой? – Шёпотом спросил он.
- Живой. – Хриплый голос парня прорезал наступившую тишину.
- Тогда чего лежишь, как мешком ударенный?
- Я упал с коня и меня обжёг огонь.
- И что, теперь ты будешь лежать и ждать отходную молитву?
- Не-е-ет… - Гордей зашевелился и повернулся лицом к Шурке. – Я не знаю, что делать?
- Следуй за мной. Нам надо укрыться под косогором. На нас открыли охоту. – Быстро заговорил Шурка. - Только следуй за мной почти на четвереньках, а не во весь рост. В такую махину, как ты, попасть стрелой можно и в темноте. Ну, пошли…
Шурка рванулся с песка и тут же услышал за собой сопение парня и шорох его шагов. Они укрылись под высоким песчаным косогором, слегка поросшим мелким кустарников и травой.
Тьма полностью поглотила их, и надо было время, что бы привыкнуть к темноте.
- А кто на нас охотится? – Шёпотом спросил Гордей, лишь они присели на песок. – Тьма такая, что можно глаз выколоть. Кого и где ты увидел, княже?
-Я так понимаю, что это ордынские разведчики. – Ответил Шурка, доставая из своего потаенного пояса электрический фонарик. Он прислушался и вскоре вновь заговорил. – Сдаётся мне, что нас окружают. Видно хотят нас схватить, да Мамаю предоставить, как трофей. Придётся бой принять. Ты, как, Гордей, не прочь кулаки размять, или опять в полон к Мамаю желаешь угодить? – Гордей отрицательно закачал головой и тихо прорычал. Шурка усмехнулся и добавил. - Оружия у нас нет, вот только нож один у меня, а тебе придётся пользоваться своими кулаками.
- Да я только этому рад, а вновь схватить себя не позволю! – Воскликнул парень и тут же зажал свой рот кулаком. Дальше он говорил уже шёпотом. – Я так рад, что оказался опять на земле, что готов не только драться, но и ломать всем шеи.
- Вот что, Гордей, сейчас они с косогора спускаются. По моим подсчётам, их столько же, сколько было на поляне. Помнишь?
- Да это же самая малость. – Улыбнулся парень, и его белозубая улыбка сверкнула в темноте. - Как раз, чтобы размяться от поездки на коне. Что б я ещё на него сел?! Я думал, что помру, так меня взбултыхал этот конь. Всё нутро к шее подступило!
- Ну, тогда развлекайся. – Ответил Шурка, указывая рукой в темноту. – А сейчас не пугайся, я тебе их покажу. Но помни, что это должно напугать их, а не тебя!
Шурка включил фонарик на мгновение и его луч тут же высветил в темноте приближающихся к ним татар. У них в руках были кривые мечи и кожаные плети-нагайки. Шурка с ужасом понял, что татар было больше, чем он думал.
«Должно быть, целый отряд из человек двадцать тридцать. – Мелькнуло в его голове. – Но говорить об этом Гордею не следует. Пусть думает, что можно с ними справиться. Никакой паники!» - Мысленно приказал себе Шурка и вновь включил фонарик.
- Ты их видел? – Шёпотом спросил он Гордей и посмотрел на богатыря.
А Гордей, вновь замер, не смея пошевелиться от страха. Всё же свет фонарика напугал его, а не только татар, которые на несколько минут скрылись за деревьями, не зная, что делать.
Пришлось Шурке вложить в его руку фонарик и заставить включить свет несколько раз, пугая татар в темноте леса. Вскоре, Гордею это даже понравилось. И тут стало понятно, что татары решили пойти с другой стороны или даже…
Вдруг яростный свист прорезал темноту над их головами и сверху на них свалились несколько человек. Прежде чем их увидеть, Шурка почувствовал их запах. Смесь курдючного сала, пота, мочи и лошадиного навоза заставило на мгновение замереть и его и Гордея, но потом…
Первые две шеи Гордей сломил с яростным хрипом победителя. Одного нападающего он буквально поймал на лету, когда тот прыгал с косогора. Фонарик выпал из его рук, и луч света покатился по земле вниз к реке, пугая нападающих ордынцев. Шурка рванулся за ним и тем самым избежал прыжка сверху на его плечи бешеного татарина. Его яростный рёв заставил оглянуться Шурку. Он уже успел схватить фонарик и направил его луч на нападающего. Татарин застыл на месте с мечём в руках на какое-то мгновение, но потом вновь рванулся к Шурке. Его жёлтое узкоглазое лицо было перекошено злобой и торжеством победы. В одной его руке сверкнул кривой меч, а во второй руке свистели от раскрутки плети нагайки. И это не понравилось Шурке.
Ударом ноги в челюсть он был откинут в сторону. Следующих два татарина постигла та же участь, только Шурка успел их поранить ещё и мечём первого татарина, которым он успел вооружиться. А вот Гордей явно его опережал. Вокруг богатыря уже лежали шесть или семь ордынцев с кривыми лицами и без признаков жизни.
«Итак, надеюсь, что половину отряда мы уже уничтожили. – С удовлетворением отметил про себя Шурка. – Глядишь, так мы продержимся до прихода помощи от Грини. А Гриня должен вернуться! Должен!» - В этом он не сомневался.
- Гордей, ты как? – Крикнул ему Шурка, освещая богатыря светом фонарика и замечая на его теле несколько кровяных порезов. – Не ранен?
- Разве это раны? – Крикнул в ответ парень и раскинул руки в стороны. Он прокрутился вокруг себя, и Шурка заметил на его спине следы от ударов татарских плетей – нагаек.
- Ну, если это для тебя не раны, тогда я рад. Я тоже в порядке. Держись, Гордей, помощь уже идёт к нам. Об этом позаботиться Гриня. Будь уверен! Гордей, двигайся ближе к реке, там светлее и там нас будут искать.
Гордей кивнул в ответ, налету перехватывая рукой удар плети ещё одного нападающего татарина. Шурка отвлёкся от него. Пришлось уложить на землю ещё одного татарина, о нагрудные металлические накладки которого он поранил руку.
А Гордей в это время уже швырнул в реку двух татар и поднял над собой третьего татарина. Дождавшись, когда одна татарская голова появится над речной водой, одним махом послал на неё тело его собрата.
Шурка вновь услышал свист стрел и пригнулся.
- Гордей, будь осторожен, они опять стреляют. Прикройся чем-нибудь.– Успел крикнуть он, прежде чем за что-то запнулся и упал на землю. Это был небольшой круглый щит татарского воина, которого Гордей уже успел отправить к праотцам. Шурка схватил щит и, укрываясь за ним, двинулся к реке. А на берегу его уже ждал Гордей, прикрываясь телом одного татарина от стрел.
- Гордей, - крикнул ему Шурка, - что стоишь, как статуя? Бросай татарина и быстрее за мной в кусты. Скроемся в них от стрел.
Прибрежные кусты скрыли парней от стрел, но не от нового нападения. Шурка просветил кустарник своим фонариком и понял, что половина куста засохла.
- Гордей, поджигай куст. Это и нам даст свет, да и покажет Грини, где мы.
Гордей чиркнул зажигалкой. Подаренной ему Шуркой, и вскоре сухая трава и кустарник вспыхнули ярким огнём. Это напугало татар, и они некоторое время не смели вновь нападать. За это время парни успели собрать с прибрежного песка несколько татарских мечей и круглых щитов.
- Ну, вот мы и вооружены. – С усмешкой произнёс Шурка. – Судя по всему, татары теперь пойдут на нас стеной, что бы окружить. Так что пробивать эту стену придётся нам, Гордей, с помощью этих вещей. Здесь мы уже одними кулаками не обойдёмся.
- Не горюй, княже, я однажды уже голову снёс таким щитом одному ордынцу, так что нам не впервой!
Из реки на берег вылез один татарский воин и быстро скрылся в темноте.
- Ишь, драпанул. – Усмехнулся Гордей, указывая рукой на татарина. – Смотри, княже, рванул к своим. Жаль не добил я его! Или не дотопил?
- Испугался, бесёнок, да к деду рассказать про Болдову победу… - Сказал Шурка, и усмехнулся.
- Что?! – Не понял Гордей. – Какой бесёнок?
- Долго тебе это объяснять. Эх, было бы время? Я бы рассказал тебе о многом, ещё не виданным тобой, да и этим веком тоже, но… - Шурка указал рукой в темноту за спиной Гордея. - Но нам пора принять бой, враг не дремлет. За твоей спиной появились татары, и они идут стеной, как я и предполагал.
- И за твоей спиной, княже, тоже. Ох, и много их!!!
- Ничего, прорвёмся! Где наша не пропадала? И здесь не пропадёт! - Прошептал Шурка и взял в руки по татарскому щиту.- Ну, что, Гордей, метнём щиты в татар?
- Метнём! – Кивнул в ответ парень и взял в руки щиты. – Метнём! – Прокричал он ещё сильней, развернулся и запустил в стену татар оба щита.
Шурка сделал то же самое и с удовольствием увидел, что щиты уложили на землю троих ордынцев. Тут же он услышал радостный возглас своего товарища. Видно и у Гордея были не малые подсчёты. А через минуту началась настоящая драка. Шурка слышал только яростный рык богатыря за своей спиной и успевал лишь отбиваться от шести татарский воинов. Вот тут ему пришлось применить все навыки своей воинской подготовки. Его руки были поранены о доспехи нападающих и кровоточили, но это только придавало ещё большей злобы и силы его рукам и действиям.
Гордей тоже от него не отставал. Краем глаза, Шурка заметил, как отлетали от него татары с перекошенными лицами или сломанными шеями на приличное расстояние. Один даже попал в одного из нападающего на него воина.
Свет от пылающего кустарника давал возможность полностью оценивать обстановку и не попадаться на хитрости татарских воинов.
Шурка не мог сказать, как долго шло это маленькое сражение, как вдруг…
Вдруг нападающие с криком кинулись в рассыпную и скрылись в темноте ближнего леса. И только одного воина Гордей удерживал возле себя обхватом руки за его шею. Воин трепыхался в руке богатыря, стараясь задеть Гордея, своим мечём, но силы его таяли. Вскоре он затих и был отброшен в реку.
И только теперь оба парня увидели, как из темноты леса во всю мощь скакали к ним на помощь русские воины. Впереди с факелами в руках скакали три воина. Одного Шурка узнал, это был Гриня. А вот два других ему были не знакомы. И только, проснувшийся в душе Шурки, княже Лавр, их узнал.