Черный олеандр

Часть 3, Глава 2

Даже вернувшись к себе, Катерина еще долгое время в растерянности прислушивалась к себе, с недоумением и некоторой опаской поглядывая на свою правую руку. Та теперь выглядела совершенно обыкновенно, рука как рука, но Катерина не могла забыть эти маленькие молнии, которые шли словно из самой глубины ее теле, ее души… ее ауры, так ведь говорила магистресса. Наказав себе обязательно поговорить об этом с Виктором (если, конечно, куда раньше с ней не поговорят об этом магистры…), Катерина задумалась, как быть с завтраком. Будить Алису было еще слишком рано, но аппетитные блюда так заманчиво стояли на подносе. Благодаря магическому стазису хотя бы запах от них не шел, но и без него Катерине было трудновато сохранять равнодушие. Поколебавшись несколько минут, она все-таки взяла свою порцию яичницы и аккуратно ковырнула вилкой. Магия тут же рассыпалась, и по комнате поплыл соблазнительный аромат. Какое-то время Катерина сосредоточенно орудовала вилкой, а когда в тарелке ничего не осталось она со вздохом посмотрела на поднос, но затем решительно отставила пустую тарелку и ушла к себе в спальню – подальше от искушений.

Там она подошла к окну и остановилась, глядя на расстилающийся под окнами парк, сейчас безлюдный, и на свое отражение в оконном стекле. Ее лицо было торжественно-строгим, брови чуть сведены, губы сжаты. Катерина была готова. Готова принять бой, если уж не остается другого выхода. Готова терпеть и идти вперед – до самого конца.

Чуть кивнув своему отражению, Катерина опустилась в кресло и взяла с комода альбом пророчеств Анабель, открыла на нужной странице. Какое-то время она пристально вглядывалась в рисунок, и вдруг, повинуясь внезапной догадке, попробовала потянуться своей силой к изображению на странице. Мгновение ей казалось, что ничего не выходит, но не успела она сдаться, как рисунок вспыхнул яркими красками и ожил, приходя в движение в точности, как и в видении Катерины. Водоворотом вращались краски, струился кровавый ручей. Но теперь ее больше интересовали силуэты женщин. Всматриваясь в них, Катерина осторожно добавляла силы, по немногу, по капле, и наблюдала, как меняется рисунок.

Вот черноволосая девушка слева вспыхнула фиолетовыми брызгами и резко сменила цвет – теперь фигурка стала белокожей, с черными волнами волос вокруг головы и плеч, и с кроваво-алым росчерком рта. Глаза, отмеченные лишь тонкими линиями, были закрыты, а черные брови сдвинуты и приподняты в центре, словно от непереносимой печали или боли. Как ни старалась, Катерина не могла понять, на кого похожа девушка на рисунке – слишком уж схематично была нарисована фигурка.

Фигура же с золотыми волосами так и оставалась черной, но даже на черном фоне Катерине каким-то чудом удалось разглядеть черные же провалы глаз, которые словно поглощали свет, впитывая его в себя. Мимолетным видением мелькнул росчерк золотых бровей, и нежно-розовые пухлые губы расплылись в довольной улыбке – слишком широкой и зубастой для человека.

А алый ручеек все продолжал течь по кругу вокруг фигурок. Но теперь Катерина замечала, как из черноволосой фигурки вырываются тончайшие багровые протоки-волосинки, которые вливаются в круговорот красного, а другие, потолще, но покороче, наоборот, вливаются в златоволосую фигуру.

Поняв, что больше ничего не увидит, Катерина захлопнула книгу и прижала к груди, словно самое ценное свое достояние. Ей было совершенно ясно: девушка с черными волосами отдает свою жизнь блондинке, страдая и мучаясь при этом. Зато та просто счастлива получить такой дар.

Увы, это не так уж много давало Катерине. Даже среди студенток девушек было больше половины, а уж рассматривать среди них всех блондинок в поисках злодейки – и вовсе занятие, обреченное на провал. Немного поразмышляв об этом, Катерина отложила альбом и встала, сделав несколько шагов по маленькой спальне. Сцепив руки в замок она неожиданно для себя почувствовала кольцо на пальце, и поняла, что эксперименты с магией для нее сегодня вовсе не окончены.

Ставшее уже привычным напряжение неощутимых сил – и Катерина почувствовала кольцо, увидела его двойным зрением: вот обычное, ничем не примечательное колечко на ее пальце. А вот темно-синий, почти черный цветок, обвивающий тонкий стебель вокруг ее пальца и прижавшийся к ней полураскрытым бутоном. Изнутри цветка при каждом движении руки словно высыпалось немного сверкающей ярко-зеленой пыльцы, которая тут же таяла в воздухе. Аккуратно пальцем правой руки, добавив и в него немного магии, Катерина коснулась кончика лепестка, и цветок еле заметно вздрогнул. Прикасаясь более решительно, Катерина одновременно мысленно позвала Виктора, и даже почти не удивилась, уловив его ответную мысль в своей голове.

«Что-то случилось?» - мысленный голос Виктора звучал чуть сонно и взволновано. Похоже, Катерина не только позвала мага, но еще и разбудила.

«Все в порядке. Просто изучаю твой подарок, наконец. Похоже, я поняла, как он работает», - осторожно ответила Катерина.

«Да ты умница, Китти!» - Виктор искренне радовался за нее, либо же крайне искусно притворялся. «Если все хорошо – можно мне еще поспать?» Легкая ирония окрасила фразу в легкий оттенок сирени.

«Конечно, конечно. Но потом – приходи. Надо поговорить о…» - Не придумав, как сформулировать в паре слов все свои волнения и предчувствия, Катерина просто аккуратно собрала их в плотный сверток и толкнула в направлении Виктора, получив в ответ безмолвное удивление, слегка приправленное волнением.

«Я все понял», через минуту ответил словами маг, - «Я зайду к вам, дождитесь меня». И исчез.

Сама пребывая в некотором шоке от того, что творила все это утро, Катерина решила прилечь и немного поспать.

* * *

- Китти, Китти, ты же не хочешь проспать свой первый бал, Золушка, открывай глаза, - назойливый голос и рука, тормошащая плечо, бесцеремонно вытащили Катерину из пелены сна. Ей ничего не приснилось, но сам сон почему-то воспринимался уютным и теплым, и, само собой, Катерина чувствовала себя прекрасно отдохнувшей и полной сил.