Королева-злодейка должна умереть, или Выйти замуж?

3 глава

Чтобы развеять неловкое молчание я решила заговорить о гостях, которые должны приехать на праздник. Но стоило мне начать разговор, как Оусэнг меня прервал:

- Ириаса, давай просто насладимся прекрасной прогулкой, о делах мы поговорим за следующим ужином.

Я поперхнулась, но тут же растянула губы в улыбке:

- Конечно Ваше Величество.

- Оставьте нас! - громко сказал Оусэнг всей нашей многочисленной свите, и добавил: - Хочу насладиться обществом дорогой супруги.

Мне стало слегка не по себе. Последний раз вместе Оусэнг и Ириаса "наслаждались обществом друг друга" в далекой юности. Хочет меня отчитать? Не понравилось, что я прервала его прогулку с любовницей? И то, что ему прилюдно пришлось с ней поругаться?

Придворные сразу же остановились и начали расходиться в разные стороны. Но не далеко.

Мы же фактически остались наедине, если не считать телохранителей, моих и императора. Но воины рассредоточились по округе, находясь в поле зрения, но в то же время давая нам ощущение уединения.

Вообще за эту неделю я поняла одну не мало важную вещь - царственную чету никогда не оставляют в одиночестве. Даже во сне. Но Ириасу это никогда не беспокоило, она с детства к этому привычная, а я... я вообще-то не жалуюсь. Просто констатирую факт.

В глазах не померкло, и я мысленно выдохнула. Не хватало еще из-за жалоб вернуться домой. Но осталась еще одна проблема – император. Чего это ему взбрело в голову со мной прогуливаться?

Начинать разговор император не спешил, я тоже молча шла за ним по парку.

Он резко свернул на одну из самых узких дорожек, придворные вынуждены были отстать окончательно, потому что места нам двоим едва-едва хватало, не говоря уж о телохранителях. Воинам пришлось ступить на газон.

Мы петляли по узким дорожкам, и казалось, что Оусэнг куда-то целенаправленно меня ведет, точнее – тащит за собой.

Мы шли очень долго и слишком быстро, я даже запыхалась, и устала. Все же одежда, в которую меня запаковали перед прогулкой горничные, была не предназначена для подобного забега по кустам. Но терпела, стиснув зубы. Повторяя, как мантру - ругаться и выходить на конфликт с императором нельзя. Иначе смерть, или, еще хуже – возвращение в мою холодную квартиру.

В конце концов мы пришли почти к самой заброшенной части парка. Садовники сюда заглядывали не слишком часто.

Я надеюсь император не собрался меня тут по тихой придушить?

Я осторожно начала оглядываться по сторонам в поисках своих телохранителей и начальника охраны. Вроде все на месте.

Телохранителей для меня подбирали еще родители. Это были самые преданные рыцари нашей семьи. Не императора, а именно семьи Ириасы. Предать они не могли, потому что приносили клятву на крови в первую очередь, самой императрице. Но тут были и рыцари, принадлежащие Оусэнгу. И я не знала, кто из них сильнее. К тому же, по книге, у императора были еще и скрытые воины. Тайный орден, хранивший династию, который был создан еще на заре становления империи. Именно благодаря им, в конце книги император и выиграл страшную бойню, разразившуюся прямо во дворце. А затем и казнил императрицу. Я передернулась, вспоминая строки из книги. Как голова жены императора покатилась по помосту, а глаза с ненавистью смотрели на главную героиню.

Оусэнг наконец-то подал голос, от чего я даже вздрогнула, все же он столько времени молча смотрел на заросший сад из роз, а тут решил заговорить:

- Помнишь этот сад? – спросил он, перейдя на «ты».

Не часто он это делал.

Я взглянула на сад, в голове тут же возникли воспоминания Ириасы. Какие-то смутные образы.

- Кажется мы тут играли в детстве? – спросила я, покосившись на мужа.

- Да, - кивнул он, - когда ты впервые оказалась во дворце, я повел тебя сюда поиграть в прятки.

Я нахмурилась, пытаясь заглянуть в воспоминания императрицы, но не получалось. Видимо она и сама уже почти ничего не помнит.

- Сожалею, Ваше Величество, но за давностью лет, эти воспоминания уже стерлись из моей памяти, - улыбнулась я очень мягко, сама же внутренне напряглась еще сильнее, не зная, чего ожидать от мужа.

А вдруг он заметила, что его жену подменили, и сейчас устраивает проверку? Но мои подозрения сразу же развеялись.

- Понимаю, - кивнул он, - нам было всего по пять лет, я и сам-то вспомнил с трудом. Я увел тебя от гувернанток, и от своих сбежал. Помню, как тебе не нравилась эта игра, и глаза у тебя были на мокром месте, пока мы сюда шли, но ты мужественно боролась со своими страхами. Я тогда восхитился тобой, ведь никто из детей не соглашался сбегать вместе со мной от охраны, и постоянно сдавали меня своим хныканьем. А ты единственная не устроила вой.

Я пожала плечами, и в голове действительно возникли воспоминания о том дне.

Это был первый день во дворце. Отец перед этим вызвал Ириасу впервые одну без гувернантки в свой кабинет, и сказал, что этот день судьбоносный для всей семьи, и, если она будет вести себя неподобающе, вполне возможно всех казнят. Ириаса была в ужасе, казнь она уже видела несколько дней назад. Конюх напился и поджег конюшню. Погибло несколько породистых жеребцов. Среди них был любимец отца, который верой и правдой служил ему много лет. Конюха приговорили к смерти через четвертование. Это была жуткая смерть. Отец заставил Ириасу смотреть, ведь среди лошадей был и жеребенок, которого подарили ей на день рождения. Сказал, что когда-нибудь ей возможно самой придется отдавать такие приказы, потому что она была единственной наследницей.

И конечно же отказывать в чем-то наследному принцу Ириаса не посмела. Она была в ужасе, что, если наследник решит, что она сделала что-то не так, всю их семью казнят.

- Припоминаю, - ответила я нейтральным тоном, стараясь стряхнуть с себя воспоминания об ужасной казни.

Все же, на мой взгляд, показывать такие ужасы ребенку – это слишком. Отец у Ириасы, придерживался очень странных систем воспитания… Хотя, с другой стороны, это же высшая аристократия, и возможно уже тогда Ириасу готовили, как минимум, в герцогини, которая будет управлять целым герцогством, поэтому и обучали вот таким вот странным способом.