Ведьмина Любовь, или в гостях у бабушки.

Глава 3

- А вот это, моя дорогая, не твоего ума дело! - грубо поставила девицу на место бабка. - Что я буду делать и с кем, тебя вообще никак не касается. Сказала же, обучение закончено. Так что скатертью дорожка. Не смею задерживать.

Поскольку Агриппина продолжала задумчиво меня разглядывать, я смогла заметить, какой ненавистью после этих слов полыхнули её глаза и как злобно сжались в тонкую линию губы. Но это видела лишь я. К Тамаре Иннокентьевне потупив глазки повернулась снова кроткая, послушная девушка, сама невинность. Правда, старуху не обмануло её представление, но, судя по дернувшемуся уголку рта, позабавило.

А мне уже стало интересно, что будет дальше. Сможет ли старая ведьма без ущерба для себя избавиться от молодой. Интрига. Даже моё бедственное положение отошло на второй план. Тем более, внутри ещё теплилась надежда, что всё это сон, а значит рано или поздно закончится. И раз так, почему бы и не посмотреть на схватку мудрости с хитростью.

- Хорошо, как скажете, - тяжело вздохнув, смиренно произнесла девушка. - Никогда за все три года своего обучения, я вам ни в чем не перечила. Я уйду... Но завтра. Сегодня уже совсем поздно. Вы же не прогоните меня в ночь?!

"О как. Молодец!" - невольно восхитилась изворотливостью Агриппины я. Действительно, кто же выгонит молодую девушку из дома ночью?! Даже если за окном только начало темнеть, но пока соберёшься, пока посидишь на дорожку...

Что ж, победа присуждается молодости. Я утолила своё любопытство. Теперь... Разбудите меня, наконец, хоть кто-нибудь!!! Сама я, похоже, не в силах проснуться. Наоборот, меня словно сильнее затягивает в этот сон. Такой яркий, натуралистичный, жуткий...

Между тем Тамара Иннокентьевна предсказуемо согласилась оставить ставшую вдруг нежеланной ученицу на ночь, но поставила такие условия, что та, наверное, была не рада подобной щедрости: дрова нарубить, печь растопить, воду натаскать, ужин приготовить... По крайней мере, я бы на её месте не обрадовалась.

Однако Агриппина приняла приказ как должное и кивнув молча выскользнула за дверь, оставив нас со старухой одних. Я беспокойно поёрзала на лавке, не зная, как поступить. То ли последовать примеру девушки и выйти из дома, тем более, что меня, вроде, никто насильно тут не удерживает, то ли продолжить терпеливо дожидаться своего пробуждения здесь.

- Н-да, не так я видела нашу встречу, - неожиданно мягко, с сожалением в голосе сказала Тамара Иннокентьевна. - И ведь даже познакомиться не успели... Представляю, сколько у тебя накопилось вопросов. Ну, ничего, завтра всё обсудим. Будь моей гостьей и не бойся, я тебя не обижу. Но вот способность говорить пока не верну. Для твоего же блага, чтобы по незнанию не сказала лишнего. Понимаешь?

Серьёзно?! Нет! Абсолютно. Как тут что-либо можно понять?! Я выразительно развела руками и вздохнула, поражаясь вывертам своего подсознания. Это ж надо подобное придумать, да ещё так подробно, в деталях. Хм, может, во мне скрыты творческие таланты, а я и не в курсе?! Вот вернусь, обязательно запишу всё, чему была свидетелем, главное не забыть, ага.

Проследив за моим жестом, Тамара Иннокентьевна досадливо поморщилась и покачала головой:

- Ладно, завтра со всем разберёмся. А пока сильно не отсвечивай и держись от Агриппины подальше. Кстати, в сундуке можешь посмотреть, что тебе ещё может понадобиться. И платье своё туда убери! - продолжила раздавать указания женщина, но тут спохватилась и быстро подошла ко мне, запуская руку в белоснежный ворох у меня на коленях, бывший когда-то дорогим свадебным нарядом. - Ах да, это я, пожалуй, заберу. Оно выполнило свою задачу.

К моему изумлению, в руках у ведьмы оказалась та злополучная брошь, которую меня заставила надеть мама, правда теперь она сверкала и переливалась, словно новая, от желтизны не осталось и следа, вот только белый прозрачный камень в центре раскололся на две половинки. Но если не приглядываться, брак был практически не заметен. А приглядеться очень хотелось, до зуда в кончиках пальцев, так же, как и подержать украшение в руках, оно будто магнитом притягивало меня.

Я протянула ладонь, чтобы коснуться, забрать и вернуть вожделенную вещь себе...

Однако наблюдающая за мной со снисходительной усмешкой старуха резко убрала руку и спрятала украшение в карман, заявив:

- Оно принадлежит мне, всегда принадлежало, спасибо, что вернула.

То есть как, ей? Почему? Это ведь наше семейная, передаваемая по наследству, реликвия! Её оставила ещё моя пра-пра-пра-прабабушка, наказав надевать всём женщинам рода перед брачной церемонией! Брошь никак не может принадлежать Тамаре Иннокентьевне, если только... Она сказала, вернула?!

Открыв от изумления рот, я стала лихорадочно вспоминать, что знаю о той своей знаменитой родственнице, что оставила потомкам этот подарок.

В голове всплыла картинка, как я подростком рисую заданное на биологии генеалогическое древо, расспрашивая или, правильнее сказать, пытая маму и бабушку о почивших предках.

- Бабушка, а как звали твою бабушку?

- Тамара Иннокентьевна Лихнина... Великая была женщина. Травница, знахарка... Её вся деревня боялась и уважала, на тот свет правда уходила тяжело - долго мучилась...

Так это получается... Нет, не может быть! Она ведь давно умерла! А я? Неужели тоже? Но как? Почему? У меня ведь планы!

Из горла вырвался стон отчаяния, меня начало колотить, а из глаз непроизвольно опять хлынули слёзы. Чья-то заботливая рука протянула мне кружку с водой. Я приняла, но пить не спешила, памятуя о том, что было в прошлый раз.

- Теперь ты мой гость, можешь не волноваться за еду и питьё. Заветные слова произнесены. - успокоила меня бабушка, а сама, не теряя времени, поднесла стеклянную ёмкость к моим щекам и стала собирать слёзы. – Вижу, ты кое-что поняла, внученька. Однако выводы сделала неверные. Могу сразу тебя успокоить: ты не умерла и, если захочешь, сможешь вернуться в тот день и час, когда я тебя забрала. Но это будет очень непросто. Я обязательно всё расскажу, объясню и помогу тебе, если ты сперва поможешь мне...