Мой маг с высокой башни

Глава 25. Семейные ценности магов

– Открой дверь, Велиард! Я желаю тебя видеть.
Кернел прислушался. Изнутри не доносилось ни звука, поэтому он постучал снова. Требовательно и настойчиво – Велиард должен был понять.
– Я могу тебе приказать! Не забывай, что я все еще твой лорд!
Пошло не менее минуты, как перед Кернелом появилось измученное лицо брата. Не медля более, лорд распахнул дверь, отодвинул хозяина комнаты с дороги и прошел внутрь. Велиард замер с растерянным видом.
От прочих покоев резиденции Лироса владения второго сына отличались яркими цветами и обилием декора. Стены покрывали изображения природы и легкие драпировки, часть из которых была сейчас сорвана. Велиард перестал впускать к себе служанок, поэтому помещение выглядело запущенным.
Кернел брезгливо перешагнул через брошенный на пол плащ, а затем скинул мусор, лежащий на тахте, чтобы освободить себе место. Все это время Велиард молча наблюдал за братом. Руки младшего мага были опушены, а давно неменяная одежда свободно висела, словно не подходила владельцу по размеру.
– Зачем ты пришел? – спросил Велиард. – Я...
– Сульнис расшифровал руны.
Младший из братьев побледнел и даже не сразу сообразил, что стоит с открытым ртом. Кернел наблюдал.
– Я так и думал. У меня были сомнения, но ты их только что развеял, – произнес лорд после продолжительного молчания.
– Что... Что ты думал, брат?
– Что ты знаешь больше, чем рассказывал... Так или иначе.
Теперь уже Велиард вглядывался в лицо брата, надеясь найти немного сочувствия или хотя бы теплоты. Встречаясь с Велиардом, Кернел всегда казался отстраненным, но никогда еще владетельный лорд не выглядел настолько разочарованным.
– Как брат? Ты сказал, что пришел как брат? – горько спросил младший. – Но ведь ты уже давно не считаешь меня братом.
Кернел откинулся на спинку тахты, сложив руки на груди. Лорд сидел, но Велиард ощущал, что брат смотрит на него свысока.
– Я бы предпочел иметь в родне кто-нибудь другого, а не тебя, – безжалостно произнес лорд. – И все же общие родители у меня только с тобой, как это ни прискорбно.
Велиард сжал зубы. От обиды на его шее появились желваки, но он упрямо задрал подбородок.
– Я знаком со всеми твоими оскорблениями. Ты повторяешь их из раза в раз. Хотя бы сегодня обойдись без грубости.
Кернел поднял бровь.
– Я пришел один, без стражи и даже без Кейваса. Тебе этого мало?
– Этот предатель! – процедил Велиард.
– Сын предателя, – поправил его лорд. – Он всего лишь сын предателя.
– Есть ли разница?
– Разница огромна... Какая ирония. Сын предателя приносит Кинару пользы больше, чем сын владетельного лорда.
Велиард ощутил беспомощность. Так обычно и происходило во время его споров с братом. Велиарду никогда не удавалось одержать над Кернелом верх.
– И все-таки чего ты хочешь? Спрашивай.
Лорд кивнул. Выражение на его лице стало немного мягче... совсем чуть-чуть, но для Велиарда и это был успех.
– Что тебя связывает с колдуном?
– Ничего.
– Лучше скажи правду. Я совсем не уверен, Велиард, что тебе понравится, если я сделаю выводы сам.
– Какие выводы, Кер? Это будут лишь придумки!
Керенел прищурился. Терпение лорда, должно быть, заканчивалось, но Велиард упрямо отказывался отвечать. Гордость служила ему последней защитой.
– Целитель пришел ко мне, пока ты был в отъезде, – сообщил Кернел со вздохом. – Сульнис утверждает, что колдовской обряд проводился для создания исцеляющего амулета, предназначенного для женщины... Почти наверняка это была молодая женщина, страдающая от внезапной острой болезни... Жаль, что я не успел переговорить с Ринелией. Она скончалась раньше, но я все же сумел сопоставить твое странное поведение и ее внезапное исцеление.
– Это домысел, основанный на совпадении!
– Домысел, – согласился Кернел. – А ты думал, мне нужны доказательства? Я слишком хорошо тебя знаю. Я легко обнаружу любую твою ложь.
Лорд встал.
– Молчи, если хочешь. Я приду с Кейвасом. Даже недоказанное подозрение в сговоре с колдуном навлечет позор на наш дом, но ты ошибаешься, если думаешь, что я не пойду на это. Мне нет дела до доброго имени дома Лироса.
Он направился к двери. Высокая фигура брата показалась Велиарду размытой.
– Постой! – закричал он в спину Кернелу.
Лорд остановился. Когда он обернулся, его брови были выразительно приподняты.
– Я слушаю. Что ты готов мне рассказать?
– Я знаю совсем не так много, как ты думаешь...
– Продолжай. Обряд проводили для Ринелии? Я прав?
– Да... – признался Велиард холодея.
Кернел не сжалился. Его голос прозвучал резко, словно лорд уже вынес Велиарду приговор.
– Ты просил об этом колдуна?
– Нет!
– Неужели? – с сомнением спросил Кернел.
– Клянусь!
– Тогда откуда о нем ты знаешь?
– Он мне... Из письма...
И Велиард рассказал все, почти... Он скрыл, как под диктовку госпожи Мирабелии написал две записки: в одной он назначил время встречи, в другой – сообщил о расставании. О сомнениях, что Ринелия сама наложила на себя руки, Велиард промолчал также.
– Я думал, это избавит меня от твоих подозрений! – сказал он. – Я не думал, что все так закончится. Я не хотел, чтобы она умерла! Я не желал ей смерти!
Признание не произвело впечатления на лорда.
– Жалкий трус.
– Кер...
– Если бы ты так не боялся, мы могли поймать убийцу.
– Ты мне веришь? – изумился Велиард.
– Ты слишком ничтожен, чтобы рисковать собой ради кого-то. Ты бы не связался с колдуном.
Кернел развернулся, чтобы уйти.
– А ты сам? – неожиданно для себя самого выкрикнул Велиард. – Ты годами вынашиваешь обиду! Да! Мама не позволила тебе вступить в орден, но это не делает тебя самым несчастным!
Он осекся, встретившись взглядом с братом.
– Продолжай, – велел Кернел с застывшим лицом.
– Это все! Прекрати отыгрываться на мне!
– Почему? – спросил Кернел и шагнул к брату. – Скажешь, что я несправедлив?
– Да, Кер! Ты несправедлив!
– И ты ни в чем не виноват? – лорд холодно смотрел на Велиарда. – Снова прикроешься тем, что был ребенком и не мог противостоять матери? С колдуном так не выйдет! Или это я виноват в том, что ты побоялся признаться?
Велиард побледнел.
– Ясно, – произнес Кернел. – Значит, в твоих глазах снова виноват я. Хорошо. Пусть будет так.
Он повернулся к брату спиной, но перед самой дверью задержался.
– Я считал магию своим призванием, – негромко произнес Кернел. – Но я от него давно отказался, и теперь моя обязанность – кинарское владение. Велиард, я недостаточно глуп, чтобы десять лет страдать по несбыточному. Смею надеяться, что стал не самым плохим лордом... Лучше, чем был наш отец... А ты? Ты имел все возможности изменить мое мнение о себе, но за все эти годы так и не удосужился сделать хоть что-то полезное.
Когда Кернел вышел, Велиард покачнулся, прислонился спиной к стене и осел на пол. Со злостью молодой маг ударил кулаком по колену. Именно так всегда и заканчивались его разговоры с братом. Кернел гордо уходил, а Велиард оставался с пустотой в груди и горьким вкусом обиды на языке. Если бы брат хоть раз дал ему возможность показать себя... Хоть раз обошелся бы с ним непредвзято... Тогда все могло бы быть иначе.
Велиард не помнил своего дядю Норвалда. Предателя, пытавшегося отнять у племянника титул лорда, казнили, когда Вел был еще младенцем. Зато он помнил другое...
– Между тобой и Кернелом не должно быть вражды, – любила повторять Тарлимея, расчесывая волосы подросшего Велиарда.
Он любил минуты, когда она превращалась из суровой леди в заботливую мать. Это никогда не длилось долго, но оттого казалось особенно ценными. Грозная леди ни с кем больше не становилась такой ласковой... даже с Кернелом...
– Вам нечего делить, – говорила Тарлимея. – Помни, что место лорда предназначено для твоего брата. Ты не должен вмешиваться в дела правления.
– Я не собираюсь, – легко соглашался Велиард. – Управлять слишком скучно.
– Это хорошо. Тебе так повезло родится младшим! Цени это. Ты можешь стать, кем захочешь. Ты не ограничен своим положением.
– Я бы хотел охотиться на духов... Нет! Лучше отправиться в путешествие! Еще я мог бы научиться рисовать...
На это леди обычно смеялась и целовала Велиарда в лоб.
Кернел рассказывал, что их мать плохо перенесла предательство дяди. После той неудачной попытки захватить власть Тарлимея стала нервной и подозрительной, и с каждым годом отношения между ней и Кернелом все сильнее портились. Бесконечные ссоры с сыном подорвали здоровье магессы. Если бы брат не был так категоричен, их мать, возможно, смогла бы прожить немного дольше...
Велиард отогнал от себя предательскую мысль, как только та пришла в его голову. Это была заноза, которая крепко засела в мозгу и иногда нагнаивалась, отравляя разум. Ее требовалось решительно выжечь, но у Велиарда не хватало на это сил.
***
Солнечный день было жалко проводить взаперти, и мы с Вилом расположились во дворе конюшни. Я вязала стебли в пучки, а мой ученик развешивал получившиеся снопики на натянутой веревке. Прошлым вечером мальчики принесли по полной корзинке трав, и теперь в «Белой ласточке» одуряюще пахло свежим сеном.
– Бесконечная работа, – ворчал Вил, становясь похожим сам на себя. – Каждый день одно и тоже...
– Так может сказать любой ремесленник, – упрекнула его я.
– Поэтому я не хочу быть ремесленником... Тоска... А! Глянь! Эйна!
Одной рукой он схватил меня за рукав, а второй указал на ворота. Вилис хмурился, обнаружив Тидела в компании незнакомой девочки. Младший мальчик сразу замахал рукой и заторопился к нам, а его спутница, напротив, замедлила шаг... Ненадолго. Девчонка покачнулась, но потом быстро нагнала Тида.
– Кто с ним, знаешь? – спросила я.
Вил замотал головой.
– В первый раз ее вижу.
– Покупательница, возможно, – предположила я, хотя это казалось маловероятным.
Для приюта странников девчонка выглядела слишком уж непривычно. Она явно происходила из зажиточной семьи, и ее не должны были выпускать одну за пределы безопасных городских стен. Это Вил и Тид носились по округе, где вздумается, а обычные кинарские дети не пользовались подобной свободой... Платье девочки было испачкано серой пылью, смешные косички с лентами в тон юбке растрепались, лицо покраснело от жары.
– Тетушка! Познакомься! Это Тейла... Ей стало плохо, и я, – Тидел округлил глаза, – привел ее к нам...
Девчонка действительно выглядела нездорово, но я обратила на это внимание только сейчас. Руки Тейлы висели плетями, а взгляд казался рассеянным.
– Вил, принеси воды, – попросила я. – А ты отведи ее в тень. Не стоит стоять на солнце.
– Ага, – согласился Тидел, догадавшись взять девчонку под руку.
Он отвел ее в лестнице, ступеньки которой в этот час находились в тени, а затем с надеждой посмотрел на меня. Я же прикидывала, во сколько нам обойдется приглашение лекаря.
– Знаешь ее? – тихо спросила я. – Вряд ли она пришла в приют странников одна.
Незнакомка с благодарностью приняла стакан из рук Вила.
– Ну, – протянул Тид и покраснел. – Она со мной, тетушка...
Продолжение последовало не сразу. Мальчику потребовалось время, чтобы справиться со смущением.
– Она моя... то есть... знакомая, вроде как... Я ее водил по приюту странников.
– Зачем? – спросила я, испытывая острое чувство растерянности.
– Тейла попросила... Тетушка?
Мальчишка окончательно застыдился, когда услышал фырканье Вилиса.
– Нет, ничего! Неважно, – сказала я. – Наверное, ей нужен лекарь...
– Не надо, – внезапно произнесла девочка. – Мне уже хорошо.
Она и правда выглядела лучше: лицо больше не напоминало наливное яблоко, и руки перестали дрожать. Тейла вытерла рот рукавом, а затем вернула чашку Вилу.
– Благодарю за заботу, – неожиданно вежливо добавила девочка.
Она поднялась со ступеньки, выпрямила спину и сделала поклон по всем правилам. В замешательстве я посмотрела на Тидела.
– Хорошее утро. Мое имя Тейла. Мой отец – мастер механизмов Терул из Жаворонного огородка.
Вилис присвистнул, а Тидел робко улыбнулся. По красноречивой переглядке мальчишек я догадалась: девочка обитала в совсем не бедной части Кинара.
– Далеко, – протянул Вил.
– Далеко, – согласилась Тейла и тоже посмотрела на Тида, который, наконец, догадался познакомить нас.
– Это Эйна, травница... Я говорил... И мой друг Вил...
– Вилис, – важно поправил Тидела старший товарищ.
– Да. Вилис.
Тейла снова поклонилась. Она выглядела уже совсем здоровой. Странный приступ полностью прошел, и я смогла рассмотреть девчонку. Тейла кого-то мне напомнила...
– Ты уверена, что тебе не нужен лекарь?
– Уверена, тетушка Тида.
Девчонка вежливо улыбнулась, и на ее щеках появились миленькие ямочки.
– И часто на тебя нападает слабость? – спросила я, потому что все это было довольно странно.
– Иногда... Не нужно беспокоиться...
Она переступила с ноги на ногу.
– Тид, – попросила я со вздохом, – проводи ее домой.
Мальчишка, которому Вил как раз что-то выговаривал на ухо, обрадовался возможности сбежать.
– Ага! Пойдем, Тейла?
– Пойдем, – девочка потупилась и поклонилась. – Спасибо еще раз...
Вилис проводил ее недовольным взглядом.
– Вежливая какая! – фыркнул он.
– Тебе-то что?
– Он отпросился на целых полдня, чтобы погулять с ней! – возмутился Вил, косясь на уже подвяленную кучу зелени, которую нам предстояло перебрать.
– Не завидуй, – посоветовала я. – И за работу! Нам нужно закончить до заката, иначе это все придется выбросить.
Вилис поник, но подчинился, а часа полтора спустя вернулся Тидел. Голова у мальчика была опушена, плечи поникли. Я ждала, когда Тид заговорит сам, но Вил опередил друга.
– Тебе на обрадовались? Ну еще бы! В Жаворонном огородке-то!
Тидел горестно вздохнул. Взгляд его был устремлен на заваленный травой стол.
– Подумаешь, – отмахнулся Вил, рассматривая друга с высоты скамеечки, на которую забирался, чтобы дотягиваться до веревки. – Мне было бы все равно! Какая-то девчонка!
Тидел мотнул головой, а затем с обидой произнес:
– У Тейлы брат – маг. Он ее ждал и так меня отчитал... Просто ужас...
Мальчик шмыгнул носом.
– Маг? – переспросила я, возможно, слишком резко. – Как его зовут?
– Тетушка? – удивился Тидел. – Что?
Я была готова поспорить, что Вилис снова присвистнул.
– Как зовут этого мага? Не почтенный ли Мерат?
Я только теперь поняла, кого мне напомнила Тейла. Брат с сестрой действительно были очень похожи. Меня совсем не удивило, что Тидел кивнул.
– Ого! – выдохнул Вилис. – У нее в семье есть маг... Важная птица!
– Тогда и хорошо, что он запретил вам общаться. Держись подальше от магов.
Тидел замер, жалобно хлопая лазами и крутя в руках стебелек череды. Мальчишка выглядел потерянным.
– Тетушка Эйна?
Я посмотрела на своих подопечных в надежде, что они поймут серьезность положения.
– Я знакома с почтенным Мератом, и я ему не нравлюсь. Вряд ли он обрадуется, если его сестра будет приходить в «Белую ласточку».
– Я понял, – Тид вздохнул. – Мне нравилось с Тейлой... С ней было весело.
Я потрепала ребенка по голове.
– Не переживай. Может статься, эта девочка сама окажется магессой... Уж очень необычная у нее внешность. Если я права, вам точно будет не по пути.
– Я все понял, тетушка.
Он выглядел ужасно грустным, но не пытался спорить... Никто предвидел, что спустя несколько дней Тиделу станет не до новой знакомой, и мальчик сляжет с внезапной лихорадкой.
***
Берег был пуст. Брат запретил Тейле появляться в приюте странников (ей пришлось дать слово), но про это место Мерат не знал... Если бы только Тидел догадался прийти еще раз. Тейла могла бы написать письмо, но передать его все равно было не с кем.
Проводя время на берегу, девочка вспоминала обидный разговор с братом...
– Мальчишка ушел. Больше он тебя не потревожит.
Тейла промолчала. Она сидела на кровати, опираясь на отставленные за спину руки и смотрела в пол.
– Больше ты не пойдешь в приют странников, – сказал Мерат. – Ты это понимаешь?
Тейла посмотрела на брата, но сразу отвела взгляд и кивнула.
– Я понимаю... Я больше туда не пойду.
– И видеться с этим мальчишкой ты тоже не станешь.
Мерат не заходил в комнату. Он стоял на пороге, пока их мать ждала у лестницы, в тревоге заламывая руки. Отца поблизости не было.
– Почему? – тихо спросила Тейла. – Я сделала что-то плохое?
– Нельзя уходить так далеко от дома. Кто тебе разрешал выходить за ворота?
Тейла опустила голову. Брат злился.
– Это был плохой поступок, Тейла. Ты понимаешь?
Девочка кивнула, но потом тихонько спросила:
– А почему... Зачем ты напугал моего друга?
– Он тебе не друг, – процедил Мерат. – Этот мальчик – настоящий дикаренок. Он испортит тебя окончательно, а ведь ты сама далеко не образец послушной дочери.
Замечание задело Тейлу. Она засопела, а затем все-таки решилась посмотреть на Мерата. Даже злясь, он выглядел очень красивым, но девочка сумела пересилить себя.
– Я слушаюсь, – сказала она, словно обвиняя, – но мне все запрещают.
– Потому что за стенами города опасно, Тейя! Приют странников – это не место для маленьких девочек... Особенно та конюшня, где живет твой новый друг!
Мерат смотрел на сестру, ожидая, верно, что она согласится, как всегда и бывало. Внезапно рука девочки подогнулась, и Тейла завалилась на бок.
– Тейла! – испугался маг.
Он махнул матери, чтобы Эрия не подходила. Женщина безропотно подчинилась, и Мерат поспешил к сестре, которая не без труда пыталась выпрямиться.
– Что с тобой?
– Я не знаю... Не знаю...
Мерат ладонями обхватил голову Тейлы, стараясь поймать ее расфокусированный взгляд.
– Как давно это с тобой?
– Я... Уже полцикла... – Тейла испуганно распахнула глаза. – После обряда...
– Обряд ни причем, – резко возразил Мерат. – Я провел его, чтобы защитить семью от болезней. Обряд – благо для тебя.
Он прищурился, и Тейла испугалась.
– Ты понимаешь?
Девочка покорно склонила голову.
– Я приду завтра, и мы вместе разберемся с твоими приступами... Сейчас я помогу тебе лечь.
– Спасибо, – прошептала она, когда брат отстранился.
– Мама! – позвал он.
Мерат подхватил Тейлу на руки, помогая занять более удобное положение на кровати. Затем в комнате появилась Эрия.
– Все хорошо, Тейя? – с беспокойством спросила она.
– Все хорошо, – ответил за Тейлу брат. – Помоги ей раздеться, и пусть поспит. Она устала.
Девочка кивнула. Она дождалась, когда Мерат уйдет, а затем схватила мать за руку.
– Мне страшно, мама.
– Ну что ты, – произнесла Эрия, прижимая дочь к себе. – Это же просто усталость?
– Я боюсь, что Мерат ошибся во время обряда, – призналась Тейла. – Он сделал что-то не то...
Она положила руку себе на грудь, где поселился мешающий вдохнуть комок. Именно из-за этой штуки где-то внутри, как полагала Тейла, она и слабела.
– Не говори глупостей, ягодка, – ласково отчитала ее мать. – Такого не может быть.
– Я чувствую, что мне плохо.
– Это пройдет.
Эрия натянуто улыбнулась. Она была встревожена, но старательно пыталась это скрыть. Тейла вздохнула.
– Мерат не мог ошибиться, – повторила Эрия, – а ты просто устала. Видимое ли дело, пробегать по жаре целый день!
Тейла прикрыла глаза. Было невмоготу видеть собственную комнату, слишком красивую для нынешнего настроения девочки. Тут имелся сундучок, забитый нарядными платьями, половик у кровати, заботливо связанный мамиными руками и вышитые ими же занавески. С полки за Тейлой следили дорогие куклы, которые дарил ей брат на каждые именины.
– И еще в приюте странников! Там столько опасных людей. Недавно там был колдун! Тейя, как ты могла туда пойти? Одна!
– Прости... Я...
– Так нельзя, Тейя! Чем тебе плохо дома? Почему бы тебе не найти подруг в нашем огородке? Я была бы так рада этому!
Тейла прикусила губу и отвернулась от матери.