Развод. Боль предателя 

Глава 12

— Ты можешь сказать в чем дело? — спросила я онемевшими губами. Я не переживу такого предательства. Только не от Катюхи.

— Ась, это не телефонный разговор… — выдохнула сестренка, и я услышала сигналы машин. Катя была где-то в дороге. И она позвонила и не спросила где мы. Она знала, что я в городе осталась, хотя я только глухому перед вечеринкой не рассказала, что мы с Игнатом уезжаем на второй день в небольшую романтическую поездку.

Катя точно знала, что я в городе.

Я уперлась ладонями в кухонный стол и произнесла:

— Через сколько ты будешь? — голос ломался и хрустел словно осколки льда на весенней реке.

— Минут пятнадцать, — тихо сказала сестренка, и я кивнув, отложила мобильный. Задышала через рот, стараясь отогнать тошноту, но не смогла. Едва успела добежать до туалета, где меня вывернуло водой с основном. А вся кожа стала липкой. Я ощупала лицо и скривилась. Включила воду и стала умываться. Внутри все тряслось и почему-то жутко давило на мочевой. Я старалась успокоится. Ещё чего не хватало. Так переживать из-за изменника. Я же Рокотова. А как любил говорить Игнат, Рокотовы не сдаются. Так капец этому самому наглому Рокотову.

Я выключила воду и вытерлась полотенцем. Промокнула слезящиеся глаза и вышла из туалета.

Жесть.

Если Игнат и моя Катька…

Я такой скандал устрою, что всем тесно станет. Хотя если они вместе, то папе не о чем переживать. Какая разница, не одна дочь, так вторая. Подумаешь…

Циничные злые мысли, которые могли быть у родителей относительно моего брака расковыривали в душе огромную рану.

Интрига нарастала. Я сидела и смотрела на входную дверь. Ну же. Сколько прошло?

Я потянулась за телефоном, и в этот момент домофон зазвонил. Я встала и, положив руки на живот, прошла в коридор, открыла дверь и увидела заплаканную Катерину. Она не стала ничего говорить, а просто кинулась мне на шею. Ее трясло от мелких рваных рыданий и вскоре вся моя шея оказалась мокрой. Я пыталась завести Катю в квартиру, но она только сильнее цеплялась в меня своими маленькими тонкими пальцами.

Блин, почти как в детстве.

Непроизвольно я сглотнула и, похлопав ее по спине, произнесла:

— Зайди в квартиру. Не проветривай мне дом, а то еще простыну беременной.

Катя дёрнулась и судорожно кивнула, шагнула назад, и я увидела, что у самой двери стояла большая спортивная сумка цвета неонового розового. Я округлила глаза.

Это что еще за выкрутасы?

Катя, смущаясь, запихнула сумку в квартиру и зашла, закрыв за собой дверь. Скинула с ног тонкие из кружевных ленточек босоножки на плоской подошве и проскользнула мимо меня в зал. Села на диван, прижала к груди подушку.

— Что произошло, Кать? — спросила я, в душе боясь услышать один ответ. Катя вытерла сопливый нос запястьем и судорожно выдохнула.

— Понимаешь, вчера, после того как вы уехали, мама так злилась. Она такое говорила, что в итоге я не смогла удержаться, — у Кати затряслись губы и она прикусила их.

— Почему злилась? Что ты сделала? — спросила я, холодея от понимая, что мать скорее всего все узнала и была недовольна. А может наоборот.

— Я ничего не сделала! — в истерике выкрикнула Катя и обернулась ко мне. — Она говорила, что ты безнадёжна. Что такого мужчину как Игнат отталкиваешь. А то, что тебя вырвало… Ее несло так, словно бы она не о дочери говорила, а о какой-то приживалке…

Я покачала головой, догадываясь, что у мамы как обычно один Игнат золотой, а я так, рядом постояла.

— И ладно бы она это мне высказывала. Но она об этом говорила с тетей Ниной. И стояли так поддакивали друг другу. А я не выдержала и сказала, что у тебя есть право на рвоту и вообще ты беременная… — Катя заплакала и закрыла лицо руками, а я окончательно потерялась в этой ситуации. Она так поругалась с матерью, что ее выгнали из дома?

Тогда причем здесь Игнат?

— И уже дома мы продолжили ругаться. Папа блин сказал, что ты вообще по-свински поступила и если тебе так плохо, не надо было собирать гостей…

Я покачала головой, отменяя внутреннюю тревогу и встала принести воды сестре. Катя проследила за мной взглядом, а потом пошла следом.

— А потом слово за слово и дальше мы ругались, — говорила Катя, идя на мной. — И мама все высказывала, говорила, что я вертихвостка. И в общем, Ась… Меня мама выгнала из дома…

Я посмотрела на сестру, вскинув брови, и она замялась. Обняла себя руками, словно стала замерзать.

— Почему вертихвостка? — спросила я с затаённым страхом. Пальцы задрожали, и вода в стакане стала волноваться.

— Ась, мне правда очень жаль… — со слезами в голосе начала Катя. Она отвернулась от меня, чтобы я на видела ее глаз. — Я знаю, что поступаю плохо, но Ася, просто так получилось. Это было случайно…

— Кать… — горло перехватила стальная проволока. — Что случайно получилось? Кать?

Сестра вздохнула и, закрыв лицо руками, прошептала:

— То, что я встречаюсь с мужчиной намного старше. И Ась… У него жена…

Поясницу прострелило болью, а потом она ударила куда-то вниз. Из ослабевших пальцев выпал стакан с водой. Разлетелись осколки…

***

Милые мои, как вам Катя?