С каждым ударом сердца

Глава 3. Уроки молчания

На второй день девушка решилась попробовать изучить дом и окрестности. Ее загадочный спаситель с утра отправился в море на небольшой лодке. Она следила за ним с порога, пока треугольный парус не исчез за изломанной черной скалой. Вообще удивительно, что Дана нашла практически единственное место у берега, где можно было беспрепятственно выбраться на казавшуюся безобидной песчаную полосу. Совсем рядом с безмятежной гладью моря таились острые скалы и быстрое течение с водоворотами.

Вчера они прошлись по берегу, и он рассматривал ее следы, уже практически неразличимые на песке у дома, а затем, когда они вышли к кромке воды, показал, что было укрыто в серых, мутных волнах всего в двух десятках шагов дальше.

Увиденное заставило поежиться совсем не от холода. И не от промозглого сырого ветра. Упади она в море там, где острые грани скрывались в полуметре от поверхности, вряд ли смогла бы выбраться из воды.

Потом прилив скрыл и скалы, и песчаный пляж, оставив плавную, девственную чистоту там, где они бродили среди камней.Она делала вид, что ищет следы своего прибытия, а Реган, она все-таки смогла понять, что его зовут именно так, старательно делал вид, что не замечает взгляды, которые она украдкой бросала в его сторону.

Это было немного стыдно и грустно. Еще вчера она бежала из дома, уличив своего… Вот тут уже невозможно было подобрать правильное слово. Любовника? Но любви уже не было, не было, как бы ни пыталась она скрыть это сама от себя. Не друга точно. Дружбы, основанной на общих интересах, у них не было изначально. Что же было? Ничего. Пустота. Сила привычки, которая тоже растворилась, исчезла со временем. Возможно, приди он к ней с объяснениями, с признанием, может быть она сумела бы принять это спокойно. И даже с тайным удовлетворением. Но такой обман невозможно было просто принять. И боль воспоминаний рвала сердце, боль оставалась даже сейчас.

Дана обошла дом и начала подниматься по деревянным доскам-ступенькам, почти утонувшим в большой песчаной дюне. Сверху гора песка поросла соснами, причудливо изогнутыми и замершими, словно посреди странного танца. Дальше деревья расходились вправо и влево. Пожелтевшие иголки покрывали песок густым слоем. Рыжие муравьи деловито спешили куда-то, выбирая себе дорогу среди желтых россыпей. Для них этот день был таким же, как и череда других, обычных, спокойных дней. Работа-дом-работа.

Она подняла голову. Солнце по-прежнему не было видно, одни низко нависшие серые тучи, неподвластные ветру и, словно давящие на плечи всей огромной массой воды, таящейся в их глубине.

Но, может, солнце все-таки выглянет? Видела же она солнце! То, что необыкновенная картина вечернего купола небо-моря не привиделась, она знала совершенно точно. В первый же вечер, когда боль прошла, и она нарядилась в огромные штаны и рубаху, Реган показал ей остатки одежды, в которой он нашел ее на пороге дома. Наполовину сгоревшие, расползающиеся лоскуты с обуглившими, почерневшими краями.

Мужчина молча следил за ее реакцией, а она машинально комкала почерневшие лоскуты несчастной сорочки и даже не замечала его взгляда.

Перед глазами у нее стояли черные огромные зрачки и почти невидимое, прозрачное пламя, охватившее ее в момент падения. Странно, что в тот момент она не почувствовала боли, хотя жар она, кажется, помнит. Невозможно, что это просто игра воображения.

И в то же время на теле не было никаких ожогов, совершенно. Только множество синяков, царапин и порезов. Странный хозяин дома смазал их мазью, которую достал из глиняной баночки. Снадобье распространяло приятный, необычный аромат, и этот запах успокаивал, расслаблял. Это было вовремя, особенно после того, что она испытала минутами ранее.

Дана добралась наконец на верхушку дюны и огляделась. Остров. Она находилась на небольшом острове. Почти круглой формы, весь поросший соснами, с набегающими в нескольких местах на прибрежные скалы волнами, с водоворотами, хорошо видимыми с высоты. И совсем без строений. Только один дом внизу. Дом, в котором сейчас ее ждала плита, на которой она решила приготовить сегодня что-нибудь съедобное. Выбор продуктов, правда, был невелик: рыба, рыба и рыба. Очищенная вчера и ожидающая в ящике со льдом. Кстати, интересно, откуда у него здесь лед? Ну и немного овощей с маленького огородика. Вчера они нарезали их вместе, так что она уже знает, что к чему.

От мыслей отвлекло стрекотание флюгера, очнувшегося в резком порыве свежести и теперь радостно демонстрирующего свои способности на легком ветру. Она оторвалась от мыслей и вновь посмотрела в море. А вот там, кажется, другой берег. Во всяком случае, очень похоже, словно какая-то расплывчатая полоса в туманной дымке. Нет, там определенно что-то должно быть.

Лодка островитянина вынырнула из-за скалы. Неужели она провела здесь столько времени? Не может быть. Вчера Реган отсутствовал не менее трех часов. А сейчас, может быть, что-то случилось? Ей лучше вернуться в дом. Девушка встала на ступеньку, когда ее привлек отдаленный, еле слышный звук, похожий на равномерный стук. Тук-тук-тук-тук. Равномерный и непрерывный. Там, очень далеко, в стороне, где, кажется, была суша, в небо поднималась тонкая, почти неразличимая струйка дыма.

Что-то двигалось к острову со стороны материка. И это что-то заставило мужчину поспешить вернуться.

Дана торопливо спустилась вниз и вошла в дом. Оставалось только дождаться и попытаться узнать причину непонятной спешки. Она зашла на кухню и оглядела разложенные продукты. Пожалуй, теперь не до жарки рыбы. Или наоборот, надо просто поторопиться? Во всяком случае, заранее разведенный огонь уже успел нагреть плиту.

Дверь предостерегающе скрипнула, и она поспешила стряхнуть с рук муку. В любом случае все почти готово, даже если сейчас появятся гости, они не останутся голодными.

За спиной раздался грохот, и девушка испуганно обернулась. Реган у камина сбросил на пол целую груду подсушенного заранее топляка. Значит, действительно будут гости. Вчера он только немного протопил ближе к вечеру, когда на дворе уже стемнело. Но сегодня день будет очень длинным.