Агротора. Книга 1. Подаренное пламя

6.1

Когда мы вернулись к дому, приехавший уже выгрузил свои вещи из катера. Точнее, приехавшая, и вещи помогал разгружать Влад. Катер быстро исчезала за деревьями.

Агния выглядела ослепительно. На ней была свободная полупрозрачная блузка, заправленная в ярко-красные брюки, и черные туфли на высоком каблуке. Насыщенно-черные волосы крупными локонами обрамляли фарфоровое личико, серо-голубые глаза густо подведены, а губы, подкрашенные красной, в тон брюкам, помадой, кривились в кокетливой улыбке. У неё было три больших чемодана, и все их легко поднял Влад, чтобы покрасоваться перед очаровательной колдуньей.

Я улыбнулась, когда Агния, поворковав с золотоволосым вампиром, направилась в мою сторону. Оказавшись рядом, она насмешливо приподняла брови:

- У меня галлюцинации! Неужели это ты?

- Это я, Агния.

Естественно, Агния полезла обниматься, а когда отстранилась, то заинтересованно глянула мне за спину. Её лицо приобрело кокетливое выражение.

- Ты, должно быть, Матвей? Старший Вишневецкий? – с заигрывающей улыбкой спросила Агния.

Вампир взял её руку в свою и с улыбкой поцеловал:

- Рад познакомиться, Агния.

- Я с удовольствием пообщаюсь с тобой позже, Матвей, а теперь прости, хочу поговорить с бабушкой. И с Соней, - многозначительно добавила колдунья.

- Нет проблем, - Матвей загадочно улыбнулся ей.

Святые черти! Неужели Вишневецкий-старший только что флиртовал с моей сестрой? Стоп, а мне-то какое дело?

Хм, а шансы на то, что Вишневецкие выберут Агнию, с каждой секундой увеличиваются. Не хочу быть эгоисткой, но меня этот факт сильно радовал. Семейная жизнь, как и превращение в вампира, - не мое.

Агния повернулась к дому и с очаровательной неуклюжестью проковыляла на утопавших в земле каблуках к дому.

- Бабушка-а! – громко позвала она. Вся семья знала, как Галина ненавидит, когда её называют так, но Агния любила дразнить старуху. Это у нас общее - любовь к экстриму, только ищем мы его по-разному.

- Чего орешь? – мрачно спросила Галина, выходя из дома.

Агния широко улыбнулась:

- Привет. Я приехала, ты рада?

Галина молча указала ей на дом. Агния хихикнула и зашла туда, следом за ней Влад, нагруженный чемоданами. Интересно, комфортно ли ему в роли носильщика?

На некоторое время Матвей был предоставлен сам себе, а я направилась за Агнией.

В нашей комнате уже сидела на кровати Маша и крутилась под ногами Эльвира – обе девочки искали внимания Агнии. Та успевала и вещи раскладывать, и рассказывать им о своей жизни в Питере.

- …последняя выставка прошла невероятно успешно, - говорила Агния. – Я популярная художница.

- Круто, - выдохнула Эльвира, наматывая на палец одну из двух косичек. – Я тоже хочу быть художницей.

Агния только улыбнулась, но ничего не сказала. Я знала, что по большей части талант Агнии заключается в том, что она рисует будущее, и эти картины получаются изумительными.

- Ой, - Маша взялась руками за голову. – Я плохо себя чувствую.

Я мигом оказалась рядом и, перебросив её руку через плечо, помогла выйти из комнаты.

- Что именно не так, Маша? – тихо спросила я, краем уха услышав, как Агния отвлекает в комнате Эльвиру. – Что ты чувствуешь?

- Голова, - прошептала девушка. – Такое ощущение, что голову стиснул железный обруч.

Я не сбилась с шага, но в уме запаниковала. Никогда, никогда за все время существования колдунов головной боли не было в числе симптомов. С Машей творится что-то странное.

Я успешно дотащила девушку до подвала и аккуратно положила на кровать. Маша тихонько стонала, прикрыв глаза.

Послушались быстрые шаги по лестнице. Галина зашла в комнату и начала что-то искать на пыльных полках среди трав и банок.

- Где же… где же оно… - бормотала Галина. – А! Нашла!

Галина достала с верхней полки небольшую стеклянную бутылку с полупрозрачной зеленой жидкостью. Она налила немного в стакан и помогла Маше выпить:

- Давай, Мария, пей.

Бледная девушка безропотно выпила все до дна.

- Что это? – с любопытством спросила я.

Галина, казалось, только сейчас заметила мое присутствие.

- Тебе лучше уйти, - заявила Галина, лоб её был озабоченно нахмурен, а губы сурово поджаты. Почему-то мне показалось, что её беспокойство было не из-за Маши, а из-за меня.

Маша взяла мою руку и слабо сжала, прошептав:

- Останься.

- Соня, это не самое приятное зрелище, - недовольно заметила старуха.

- Маша хочет, чтобы я осталась. Значит, я остаюсь, - уперлась я. Мое упрямство неизлечимо. Впрочем, это семейное.