Герой (не) её романа

Глава 6

Наутро Поля вновь встала раньше Романа. Не только для того, чтобы приготовить завтрак. Но и ради наведения красоты. Причесалась, заплела косу, надела одно из подаренных платьев: длинное, голубое с ромашками. К нему прилагался еще поясок, но его Поля отложила. Хотя беременность пока не заметна, лучше перестраховаться.

— Хорошо, что тошноты нет, — шепнула Поля отражению в зеркале. Пощипала щеки, придавая им румянца. — Иначе нам пришлось бы худо.

Огладила живот и с лучезарной улыбкой отправилась подавать на стол полковнику.

— Пожалуй, тебе не стоит для меня это делать, — сонно пошутил он. — Могу привыкнуть. Как потом мне выдать тебя замуж?

Он искренне пытался взять на себя роль опекуна и наставника. Выходило не слишком. Стоило увидеть Полю в цветастом платье, как вспомнилось детство, ромашковые поля и юношеская беспечность. Захотелось водить хороводы, жечь костры и ночами петь о любви.

И все это — для ясноглазой девушки, нежданно ворвавшейся в его размеренную жизнь.

— Не волнуйтесь, замуж меня выдавать не придется, — честно отозвалась Поля. — Тошно на мужчин смотреть. Как вспомню о поступке Дениса, так жить не хочется.

— Не говори глупости, — попросил Роман. Поймал руку Поли и согрел ее в своих сильных ладонях. — Считай, ты прошла крещение огнем. Один раз обожглась, зато стала крепче и выносливее. Как глина. Только гончар тебе попался неискусный.

Поля кивнула. Высвободила руку и через силу улыбнулась:

— Вы правы, Денис для меня умер. Не будем больше об этом.

— Согласен! — объявил Роман. — Прости, что задел больную тему. Больше не буду говорить о мужчинах, раз они вызывают у тебя дурноту.

Улыбка Полины стала правдивее. В карих лазах зажглись озорные огоньки.

— Мне не все мужчины противны, — призналась она. — Вот вы, к примеру, очень симпатичны. Жаль только…

Она не договорила. Прикусила губу и отвернулась. В порыве чуть не призналась, что беременна от другого. Ни один мужик не станет воспитывать чужого ребенка, это мама Валентина вдолбила дочери в голову.

— Староват для тебя? — по-своему расценил оговорку Роман.

— Нет, что вы?! — опомнилась Поля. — Дело вовсе не в этом. Я… Просто мне… Нам не пора собираться на работу?

Роман проводил Полину в буфет. Открывался он, судя по вывеске, только в девять, а работал — до шести вечера.

— На обратном пути буду тебя забирать, — пообещал Роман. И тут же добавил: — По крайней мере, буду стараться. Но дубликат ключей от квартиры сделаю.

— Мне так неудобно, — призналась Поля. — Может быть, мне в другом месте койку выделите?

Роман прокашлялся в кулак и подавил усмешку. Посмотрел озорно и подмигнул:

— Не в казарму же тебя к солдатам селить. Ты не волнуйся, если останешься при части, майор Петров обеспечит жильем. Медкомиссию пройдешь, документы получишь.

От последних слов Поля вздрогнула, точно от удара плети. Роман не заметил и продолжил:

— Вот еще: хочу маму в гости пригласить. Она у меня дама болезненная и слегка капризная, но смирная. Вообще мама в Москве живет, но часто по санаториям и лечебницам разъезжает — суставы лечит. Ты ей поможешь немного по хозяйству?

— С огромной радостью! — согласилась Поля. — Уверена, только добрая и отзывчивая женщина могла воспитать такого сына, как вы.

Не успел Роман достойно ответить на реплику Поли, как дверь буфета отворилась и на пороге возникла приятного вида старушка в огромном белом колпаке и таком же переднике. Слегка обветренное простоватое лицо женщины точно топором высекли из куска скалы. Работали грубо, наскоро, но широкая, щедрая от природы улыбка, совершенно преображала буфетчицу. Делала ее похожей на старушку из детской сказки.

Матрена поздоровалась с командиром части и обратилась к Поле со словами:

— Так вот она какая, девушка, сумевшая проделать брешь в обороне части и в сердце командира.

— Будет вам, — попытался оправдаться Роман. — Забор ураганом накренило. А сердце мое отдано Родине.

Матрена не обратила на его вялую попытку ни малейшего внимания. Прищурилась, присмотрелась к Полине. Так только пожилые люди изучают, да, пожалуй, опытные психологи. Глядят мимо внешности, прямо в душу.

— Хороша, — призналась Матрена. — Бывал, говорят, сын полка. А ты у нас дочерью части будешь. Пойдем, покажу тебе все.

Матрена приобняла Полину и ввела в небольшое помещение. Помахала Роману:

— Не волнуйтесь, товарищ полковник, мы с вашей протеже непременно подружимся.

Полина оказалась в небольшом помещении: барная стойка, как в советских фильмах; три столика, накрытых белоснежными скатерками. На подоконниках — герань, в витринах — пирожки, булочки и конфеты. Над всем этим уютным великолепием витает аромат выпечки и специй.