Другими глазами

Другими глазами

ДРУГИМИ ГЛАЗАМИ

Голографические часы беззвучно пульсировали секундами, отмеряя потерянное время.

Капитан прославленной боевой восьмёрки, герой Клиптианской войны, наставница Лэми Аррах будто приклеилась к стулу. Сидела в своём кабинете на двухсотом этаже лётно-космической академии – величественном здании в форме устремлённой ввысь ракеты – и рассеянно смотрела в окно.

По яркому весеннему небу раздувшимися гусеницами ползали грузовые паромы, стайками железных птиц проносились бытовые глиссеры и пузатые служебные боты. Внизу, утопая в роскошной зелени аллей и парков, раскинулся нарядившийся к празднику город.

Пять лет прошло с войны, а на утреннем заседании совета наставников вновь пришлось отбиваться.

Да, Мио Краас блестяще сдал вступительные экзамены. Лэми честно призналась, что не может принять одарённого парня на свой курс по личным причинам. В конце концов, имеет на это полное право. И пусть другие наставники осуждают её в кулуарах, приписывают ей гордыню и самодурство.

Да что угодно!

Она не будет отчитываться ни перед кем, даже перед начальником академии, что и сказала, когда он попросил выйти из конференц-зала, чтобы объясниться наедине.

– Вы, кажется, воевали с его отцом в одной команде? – осторожно поинтересовался он.

– Вот именно, воевали, – отрезала Лэми.

Не стала продолжать, при всём уважении к сдержанному генерал-лейтенанту.

Да он и сам мог бы узнать причину, но видимо посчитал неприличным разнюхивать у неё за спиной. Вот и теперь за язык тянуть не стал. Посмотрел в глаза, стушевался и поспешил уладить дело.

Мио отдали другому наставнику. Но отчего так пакостно на душе?

Лэми глотнула из чашки остывший кофе и заставила себя подняться. Уже два, к семи нужно быть у Сани, а она тут расселась.

– Здравствуй, Лэми, – обратились к ней, не успела переступить порог кабинета.

Голос с резким металлическими нотками она узнала прежде, чем подняла взгляд. Отвернулась, ускоряя шаг.

Бывший нападающий не дал уйти, догнал и резко повернул к себе.

Лэми оказалась прижатой к стенке, лицом к лицу с предателем. Рванулась, что есть сил, едва не задохнувшись от нахлынувшей ярости, но Краас вцепился в неё мёртвой хваткой.

– Руки убери, – процедила сквозь зубы.

– Я здесь из-за сына, Мио хочет учиться только у тебя. Поговори со мной, прошу, – тихо проговорил Краас.

Заискивающий тон нападающего взбесил ещё сильнее:

– О чём ты можешь меня просить? Арраха нет, а ты – живой, здоровый, рыло наел..., ты...

– Ты не раз оспаривала выводы комиссии по расследованию, – перебил её Краас. – Выстрел произошёл самопроизвольно, опознавательная система глайдера Арраха не сработала. – Он выдержал паузу, потом добавил: – Я был его другом, Лэми.

– Другом?! – Если бы взгляд мог убивать, Краас тотчас свалился бы замертво. Лэми справилась с собой и продолжила с холодным спокойствием. – Ты целился, Краас. В блок гравитора случайно не попадёшь. Мне интересно, как ты теперь живёшь? Кошмары не мучают?

Краас отшатнулся, словно получил пощёчину. Лэми не сдвинулась с места:

– Список моих курсантов утвержден советом наставников, так что если у вас есть претензии – это не ко мне.

– Ладно, можешь меня ненавидеть, но при чём здесь Мио? Он хороший парень. Он бредит космосом.

– Если Мио хочет летать – будет летать. В наше время не выбирали наставников.

– Мио получил ответ, закрылся в комнате и не выходит. Не может понять, почему ты ему отказала.

– Так может, ты объяснишь? – не выдержала Лэми и, отпихнув предателя в сторону, быстро пошла прочь.

Не могла прийти в себя даже оказавшись в кабине поджидавшего на парковке одноместного глиссера. Включила автопилот и пока машина набирала высоту, безотчётно тёрла ладонями лицо, точно пыталась смыть с него несуществующую грязь.

На экране инкома всплывали поздравительные сообщения от курсантов, друзей, знакомых и совершенно чужих людей.

Не сейчас!  Лэми откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

"Да как он вообще посмел явиться? –  вновь пошли по кругу мысли. – И к начальнику академии на поклон бегал, не иначе. Пытался надавить, бряцал боевыми заслугами".

Пусть она плохо обошлась с Мио, но что было делать, он слишком похож на отца. То же крючконосое лицо с колючими глазами, те же рваные жесты и голос.

Во время личного собеседования с Краасом-младшим Лэми дважды брала перерыв. Выскакивала в коридор, хваталась за стену и часто дышала, чтобы не выплеснуть растущий внутри гнев на парня, виновного только в том, что он оказался сыном предателя.

Вера Краас хладнокровно расстрелял флагманский глайдер, когда десятка Арраха возвращалась на базу после тяжёлого столкновения с триариями – самыми опасными нападающими противника.

Это неотёсанных велитов, горохом сыпавшихся из подпространства, отстреливали как стайки непуганых воробьёв и пачками брали в плен. Гастаты приходили группами поменьше и кое-что умели. Но схватка с десяткой клиптианских триариев была настоящей игрой со смертью.

Вражеский ловец сел Лэми на хвост и, несмотря на все её хитрые увёртки, упрямо сокращал расстояние. Вторил каждому движению, будто мысли читал. Ему почти удалось захватить её глайдер магнитной ловушкой.

Ушла в последний момент.

Остановившись на последнем витке спирали, резко потянула вверх. Враг не успел среагировать и оказался в перекрестии виртуального прицела. Этот спёкся, но бой продолжался.

Команде едва удалось вернуться на базу без потерь.

Вышли в исходные точки над низкой атмосферой Луны. Ждали сигнала, чтобы отдать корабли на волю гравитационных уловителей посадочных шахт.

Ничто не предвещало беды.

Миг, когда лазерный луч, испущенный от глайдера Крааса, вспорол капитанский флагман, в доли секунды оставив от машины сгусток пылающей плазмы, запёкся в памяти выжженным клеймом.