Фарфоровое сердце

4 глава

–Ты несказанно права,– начал Лотов,– Смотринский  – странный человек, не верящий ни во что.  Антаров на него впечатления, мне кажется, никакого не производит, он для него вполне поверхностный, а зримое для Леонида хоть и первично, но не главное.  Но его я все-таки  уважаю, какая-то мощь  в нем заключается. И Кирилл находил его сильным во всех смыслах.

Лотов горячо обожал  своего приятеля Кирилла, он относился к нему с уважением, «маленький гений из большого хаоса» – так он его называл, под хаосом он имел в виду его картину мира, которая с каждым днем обретала фантасмагорическое явление. Он часто приходил к Анне, чтобы только увидеть и услышать ее соседа по даче.  Кирилл как-то назвал Анну «маленькой соседкой», она сочла, что рост подходит под это определение. Они с Лотовым могли сравнить ее с одной из фарфоровых кукол, которые населяли дом Марины Николаевны, за белую кожу и огромные глаза, и неестественную кукольную фигуру.

–Безумное приключение трех совершенно разных людей. Ник – заинтересованное в сюжетах лицо,  Марк–совершенно незаурядная личность, которой предстоит раскрыться, Анна – наше связующее, наша  маленькая Анечка, – Лотов находил свои сравнения занимательными, и слишком увлекся, он выпалил все свои задумки новых произведений, переделал на ходу старые, затем посоветовался с Анной, можно ли взять что-то из записей Кирилла, но девушка не желала и слушать об этом. Ей не хотелось, чтобы Ник заимствовал что-то из сакральных для нее источников.

Вечер сгущался, с улиц исчезали люди, они медленно брели к своим участкам, заходили в свои квартиры и принимались за  увлечения, вечерние дела. В окнах то и дело зажигались огни,  голоса разносились по улицам из открытых окон. Кто-то бесхозно бродил по дачному поселку, прогуливался с собаками, своими приятелями или детьми.

Лотов достал фотоаппарат и присоединил мануальный объектив.

–Аня, повернись ко мне. Вот так, да, хороший ракурс, мне нравится боке здесь. Кстати, Аня, как думаешь, почему вода в Чертаковском озере черная? Что туда сливают? Отец говорит, что там топь, к нему не подобраться, но место удивительное, конечно.

Анна не нашла  ответов на его вопросы. Пока Ник с удовольствием рассматривал снимки, девушка сменила собеседника.

–А ты знаком с Антаровым? – спросила Анна

–Вполне, но практически не общались, – с какой-то иронией произнес Марк эти слова,–затем спросил, давно ли у Лотова камера, но тот словно не услышал его. Он весь вечер вел себя так, будто Марка не существует.

Лотов вел себя слишком странно, он боялся чего-то. Анна думала, что Антаров внушает ему неприязнь и страх в одном флаконе, как любила выражаться ее тетушка Марина Николаевна.

Анне пришлось повторить вопрос, заданный Марком.

Ник ответил, что несколько лет назад купил фотоаппарат на барахолке и точно не помнит, когда он появился в его коллекции. С этим спутником он не расставался.

–Буду умирать, кажется, держа его в руке,– пошутил  Лотов, но эту шутку никто не оценил, Анна ответила  на нее ее лишь гневным жестом.

Антаров должен был появиться на улице с минуту на минуту, поэтому молодым людям пришлось спрятаться во дворе опустошенного дома. В нем никто не жил, соответственно, искушение молодого режиссера не были направлены на него. Лотову это казалось увлекательным и смешным.

–Чего только от скуки здесь не сделаешь! – говорил тихо.

И с чего молодые люди взяли, что он придет? Их наивности можно было позавидовать. Но Марк говорил убедительно, Анна согласилась с ним, после чего убедила Ника в точности информации, которая зачем-то была нужна. Лотов сказал своей подруге, что слух об Антарове просочился еще до премьеры, какие-то девушки громко разговаривали, гуляя  с маленькими  собачками, а Ник услышал краем уха, но не придал значению.

–И что же ему нужно от людей?– вдруг спросил Ник.

–Им движет не поиск истины или поиск сюжетов. Его руки в грязи, его фильмы в невежестве. И сам он испорчен, хотя на экране я смог найти несколько элементов достойных,– отозвался Марк, лицо его исказилось. Оно на мгновение покрылось белыми пятнами, он прикрыл их, сославшись на боль в зубах.

–А я нашла в них себя, будто он подглядывал за моим поведением, будто знал наверняка, что я приду.  И эта женщина, что кричала в фильме,– Анна закрыла лицо руками и хотела заплакать, но слезы не смогли даже сформироваться.

Темнота сгущалась, фонари были недоступны в этом месте, их бессилие перед девушкой в синем платье  сыграло злую шутку с освещением. Работы по восстановлению длились целый день, рабочих рук не хватало, а улиц было предостаточно. В течение недели должны были фонари вернуться вновь на свою службу.

Анна боялась снова увидеть синее платье и его ужасы, которые оно демонстрировало перед ней прошлым вечером. Она с испугом взглянула на Марка: напряжение читалось в каждом движении, в каждом его слове.

–Я покажу тебе, что такое Антаров,–сказал Марк своей спутнице так, чтобы Ник не смог расслышать ничего. – Но я не  внушаю страх, я пытаюсь тебе показать. Считай, что я твой проводник.

–Не надо, можно  не сегодня?– умоляющий шепот витал в воздухе.– Я хочу уйти домой.

Но Анна понимала, что это невозможно, тем более оставить Лотова на территории заброшенного дома было неприлично и не по-приятельски, она не могла так поступить.