Выбор Ведьмы. Хроники Магических Земель.

Глава 30. Первый всплеск

— Почему в учебном городке всегда одна и та же погода? — спросила Лера у Учителя, провожавшего ее на площадку порталов. Подходил к концу второй семестр и второкурсников собирали для завершающего зачета.
— Должно быть что-то неизменное, присутствующее, что послужит маячком в твоих путешествиях. В мире легко запутаться и заблудиться, но запах нагретых под солнцем трав, шелест листвы, просто солнечные лучи или летний день, напомнят тебе об этом месте, всколыхнут забытые ощущения и помогут найти свою точку отсчета. — Александр прищурился и обвел взглядом реальность: — Это особое место. Не знаю, как будет петлять твой путь, но у него всегда будет оставаться начало, к которому ты сможешь вернуться и набраться сил для нового этапа.

Они подошли к площадке, на которой уже толпились студенты. Измененный сдержанно кивнул Милене, и, коротко попрощавшись с Лерой, ушел. Инструктора собрали вокруг себя группы. Милена вручила каждому по небольшому черному полиэтиленовому свертку:
— Экзамен будет проходить в Джелидисе. Возьмите билеты. Содержимое своих пакетов посмотрите в поезде. Каждый идет сам за себя. Не разгуливайте, к семнадцати часам вы должны быть на месте сбора, я желаю вам удачи.
Инструктор подождала, пока ученики разберут конверты, и открыла портал.

Их встретило морозное осеннее утро и привокзальная суета Тенебриса — города, которого маги считали центром и столицей магических земель. Ученики, проходившие в реальность по очереди, сверялись со своими билетами и расходились в разных направлениях, теряясь в толпе. Поезд, на котором Лере предстояло ехать, уже стоял, распахнув узкие двери навстречу озябшим пассажирам. В купе, кроме нее, сидела полная женщина, отгородившаяся от своей соседки и проплывающих за окном пейзажей стопкой кроссвордов. Мерный стук колес успокаивал, унося вдаль мысли. Лера любила ездить на поездах. Ей нравилось смотреть на квадраты полей, сменяющиеся селения, спешащие вдаль машины, аккуратные грядки и разнообразные дворики. В такие моменты ей казалось, что она странник, путешествующий сквозь чужие жизни, наблюдающий за ними, чтобы сразу же забыть увиденное. Осеннее солнце поднималось все выше и девушка, наконец, вспомнила о пакете. Она заглянула вглубь черного кулька и замерла: в нем лежали аккуратные пачки стодолларовых купюр. Поспешно свернув пакет, чтоб попутчица не успела заметить содержимое ценного багажа, Лера увидела сложенный вдвое тетрадный лист, выпавший из кулька. На нем, четким почерком Милены, были выведены два адреса: один — место доставки пакета, второй — точка сбора групп.
«Интересно, кто еще, кроме меня и Милены, знает об этих деньгах? И что это за испытание?»
Она задумалась.
«Перевезти пакет не сложно. Если, конечно, никто не знает, что именно я везу. У остальных, наверное, в кульках то же самое. Так в чем же суть? Хотят посмотреть, не смотаемся ли мы с деньгами? Но это было бы глупо, учитывая, что маги легко найдут любого беглеца. Значит дело в другом. Скорее всего, кто-то будет мешать выполнить миссию, а нам нужно суметь ее завершить. — Лера с подозрением покосилась на соседку, но дама тихо посапывала, утомившись от интеллектуального развлечения. Или, — девушка вспомнила о главном, — остаться в живых».

В размышлениях время полетело быстрее. Поезд замедлил ход и остановился. Лера вышла на перрон Джелидиса. Стрелки вокзальных часов встретились на двенадцати. На выполнение задания оставалось не более пяти часов. Убедившись, что ее недавняя попутчица устремилась вместе с толпой прибывших к зданию вокзала, а не преследует ее, Леру, с целью постыдно завалить ей зачет в самом его начале, она направилась к выходу. То тут, то там мелькали знакомые лица второкурсников, но, соблюдая условие задания, они шли каждый сам по себе, лишь украдкой кидая друг на друга настороженные взгляды. Вместе с толпой, крепко прижимая к куртке пакет, Лера вошла в здание вокзала. В душном помещении жужжание голосов стало громче. Люди медленно двигались к выходу в город, возле которого образовался затор. Сам выход был перекрыт полицией, пропускавшей по одному человеку. Еще несколько полицейских ходили в толпе. Девушка насторожилась: ее пакет, правильной четырехугольной формы, мог привлечь ненужное внимание. Да и объяснить, что это за деньги, кто она такая, где ее документы и куда она направляется, Лера не смогла бы. Краем глаза она заметила, что и другие ученики стушевались.
— А что случилась? — осторожно поинтересовалась она у стоящей рядом женщины.
— Да говорят, что ловят каких-то контрабандистов, перевозящих большие партии фальшивых денег. Вон, всех проверяют, так до вечера простоять можно, людей-то сколько!
— А, — стараясь выглядеть безразличной, протянула Лера. Внутри все похолодело. Медленно, чтоб не привлечь к себе внимания, она стала пробираться сквозь толпу назад, на платформу, но заметила копа, маячившего у выхода к поездам.
«Черт! Надо избавляться от пакета», — Лера собралась поставить его на пол, но взгляды раздраженных вынужденной задержкой пассажиров ее остановили. Вокруг возбужденно обсуждали происходящее и внимательно следили друг за другом, в надежде побыстрее поймать причину всеобщего заточения в зале вокзала. Лера растерянно оглядывалась, не зная, что предпринять. Ей на глаза попалась вывеска с указателями. По ним она нашла туалет. В нем, не смотря на переполненный вокзал, было безлюдно. С трудом протиснув пакет за сливной бачок унитаза (она знала, что в фильмах поступают именно так), она с облегчением собралась вернуться в зал.
— Ты тут что делаешь? — дверь распахнулась и на пороге возникла высокая девица. Лера помнила ее по зачету в старом поместье: именно она была настроена враждебно, считая Леру подставной фигурой, и предлагала запереть в туннеле.
— Ничего, — Воронцова хотела проскользнуть мимо, но неожиданный удар ногой в живот заставил ее охнуть и повалиться на пол. От боли потемнело в глазах:
— Ты что?! — обретя способность говорить, возмутилась Лера. Она попыталась подняться, но следующий удар пришелся по ребрам.
— Пакет где? — по-деловому спросила однокурсница, бесцеремонно обыскивая приходящую в себя Леру.
—Ты что делаешь???
Не обращая внимания на протесты, девушка оттащила Леру в дальний угол и дополнительным ударом в бок предотвратила всякую попытку к сопротивлению.
— Где твой пакет? — повторила она вопрос.
— Выбросила. А твой где? — в свою очередь спросила Лера.
— Я от него избавилась. Поэтому мне нужен твой.
— Как же ты пройдешь мимо полиции?
— Не твое дело, я нашла возможность, но после того, как избавилась от денег. Куда ты его дела?
— Выбросила в зале, охота была попадаться из-за него, — Лера сидела на полу и вставать не собиралась. По крайней мере, до того, как эта сумасшедшая уйдет.
Девушка чертыхнулась, но не поверила и принялась осматривать кабинки. Ногой она распахивала дверцу, и, брезгливо морщась, заглянув внутрь, переходила к следующей. Ничего не обнаружив, встала на батарею и проверила окна. Они оказались наглухо запертыми. Тогда она подошла к технической кладовке, порылась в ней, достала швабру и табличку «туалет не работает».
— Раз пакета у тебя нет, то и делать тебе дальше нечего,— девица собралась уйти, заперев Воронцову в общественной уборной.
— Постой, это не честно! — Лера вскочила, но однокурсница пригрозила ей кулаком:
— Какое мое дело, что честно, а что нет. Только рыпнись! — она с грохотом захлопнула дверь и заблокировала ее снаружи.
— Вот блин, — Лера со всей силы затарабанила, но дверь не поддалась. — Выпустите меня!

Туалет находился в конце длинного коридора, поэтому до зала, полного людей, ни стук, ни крики не долетали.
«Должен же хоть кто-нибудь подойти, — с отчаянием подумала она, но вспомнила о табличке. — Вот влипла».
Тело, не привыкшее к ударам, ныло. Попробовав безрезультатно сконцентрироваться и пройти сквозь дверь, Лера совсем упала духом. Она мрачно представила, как будет объяснять Учителю, что провалила зачет потому, что сначала ею вытерли туалет, а потом там заперли. Ах да, все это сделала худенькая однокурсница. И нет, не толпа однокурсников, а всего лишь одна девушка. Перспектива такого объяснения не вдохновляла и Лера с новыми силами забарабанила в дверь. Потом ей пришла мысль: если включить все краны и позволить воде затопить пол, она обязательно потечет из-под двери и уж потоп привлечет внимание уборщиц. Заткнув раковины, Лера пустила воду. Наблюдая за их наполнением, она поняла, что может просидеть здесь и до утра. Было холодно. Лера продолжала стучать и звать на помощь. По небу, видневшемуся сквозь узкие окна под потолком, она поняла, что прошло часа два. Отчаявшись, она прислонилась к двери, пытаясь расслышать, что происходит снаружи. Вдруг что-то стукнуло, дверь открылась, и в туалет заглянул Тарас.
«Интересно, что ему понадобилось в женском туалете?» — мелькнула мысль, довольно глупая, для такого положения.
— Ужасно выглядишь, — прокомментировал он, оглядывая Леру. — Отдыхаешь?
— Не могла открыть дверь.
— Я заметил. У тебя пакет есть?
— Нет, я его в зале оставила, когда увидела копов, — зачем-то соврала она.
— Жаль, я тоже. Меня чуть с ним не схватили. Я у самого выхода его кому-то в сумку впихнул. Ну, я пошел, столько времени потратили здесь.
Лера последовала за ним. Полиции в зале уже не было. Тарик медленно оглядывал людей, выискивая знакомую сумку.
— Разве его не могли найти? — спросила Лера.
— Да я тоже подумал, что они из-за нас здесь, а оказалось, что кого-то убили или что-то украли. Всем сообщили разное. Я так дернулся, увидев их, что сразу же от пакета избавился, а зря.
— Что ты делал в туалете? — задала навязчиво вертящийся в голове вопрос Лера.
— Ходил в камеру хранения, искал того человека. Услышал стук, подумал, кого это подловили? — Беленков пошел в зал.
Лере стало совестно, что она обманула его. Сбегав за своим пакетом, она хотела отдать его Тарику, но на вокзале одногруппника уже не оказалось.

Город встретил ее струей свежего воздуха и залитыми тусклым осенним солнцем улицами. Живот и ребра продолжали ныть, а мятая и местами мокрая одежда привлекала внимание. Люди брезгливо отворачивались, морща носы, когда Лера проходила в непосредственной от них близости.
«Ну а как еще может пахнуть от человека, вытершего собой общественную уборную?» — фыркнула про себя девушка, решив, что в таком виде мало для кого привлекательна, а, значит, злосчастная посылка будет целее. Наконец, она благополучно добралась до первого адреса. Готовая, после утреннего происшествия, к любым неприятностям, Лера решила не спешить являться в указанное место, а сначала оглядеться. Перед ней возвышался обычный девятиэтажный дом. Во дворе велись ремонтные работы, и подойти к нужному подъезду было возможно только по перекинутым через ров доскам. Рабочие сидели группками, куря и лениво переговариваясь. Привычную для взора картину нарушал закрытый, с тонированными стеклами черный фургон, припарковавшийся между подъездами, почти вплотную к остаткам тротуара.
«И не боится же, что его поцарапают, или что край ямы может осыпаться, — удивилась про себя Лера беспечности водителя. Она собралась уже двинуть к подъезду, но внутри что-то ёкнуло, заставив изменить решение: — Обед давно прошел, а эти сидят и не работают. Фургон, опять же. Слишком чистый для машины работяг. Да и кто нормальный припаркуется у рва? Нет, хватит с меня вокзала. Черт с ним, с пакетом. Не знаю, что за испытание маги затеяли, но Учитель говорил, что главное выжить».
Приняв решение не приближаться к дому, Лера собралась уходить. Напоследок она взглянула на окна, которые, по ее расчету, соответствовали указанной квартире. Обычные тюлевые шторки, вазоны с цветами — никаких особых знаков или намеков, что ей именно сюда. Рассматривая окна, ей показалось, что за ней наблюдает русоволосая женщина, похожая на инструктора, но женщина отступила от окна, скрывшись в глубине квартиры.

К месту встречи она добралась вовремя. Им оказался школьный стадион, отгороженный от жилых домов густым парком, напоминающим по виду лес. Сама школа была закрыта. Лера заметила нескольких однокурсников. Они сидели на ступеньках крыльца. Кто-то пытался заглянуть вовнутрь. Еще несколько человек бродили по парку. Среди них Лера увидала свою обидчицу. Девушка стояла к Лере спиной. Перспектива повторной встречи Леру, мягко говоря, не воодушевляла, и она, стараясь двигаться бесшумно, зашла за густо разросшиеся кусты. Внезапно кто-то похлопал ее по плечу:
— Ты чего здесь сидишь? — Таня с удивлением взирала на потрепанный Лерин вид.
— Тихо! — Лера жестом попросила молчать и заставила присесть.
— Ты чего? — еще больше удивилась Кузнецова. — Знаешь, где выход?
В это время девушка повернулась и пошла в их сторону.
— Тихо, — взмолилась Лера, — нельзя, чтоб она нас увидела.
— Чего ты ее боишься? — Таня в полном непонимании вращала глазами.
— Она на меня напала. Видишь, что она сделала, — Лера указала на свою одежду.
— Ну да, воняет. Так уже почти конец. Выход где, знаешь?
— Нет.
Таня разочарованно поднялась и окликнула высокую:
— Алла! Ты знаешь, где выход?
Лера попятилась, выбираясь из кустов с другой стороны, но Алла все же ее заметила. Хуже всего было то, что она заметила и пакет. Отмахнувшись от Тани, она шагнула к Лере:
— Так ты меня обманула? Знаешь, что я с тобой сейчас сделаю?
Узнавать не хотелось, и Лера рванула к школе.
— Ну вы даете, — донеслись до нее слова Тани.
Лера выбежала на открытое пространство стадиона, намереваясь пересечь его и смешаться с учениками, собиравшимися у входа в здание. Она рассчитывала, что при большом количестве свидетелей Алла оставит ее в покое. Но агрессивная однокурсница не собиралась прекращать преследование и отставать. Их заметили остальные ученики и с интересом наблюдали за происходящим.
— Я тебе сейчас покажу свой удар, — пообещала Алла, останавливаясь метрах в десяти от Леры и переводя дыхание.
Лера тоже воспользовалась передышкой, тем более что на таком расстоянии никакие удары ее не пугали. Тяжело дыша, она следила глазами за своей преследовательницей, готовая в любой момент сорваться с места.
— Что ты ко мне пристала? — спросила она, надеясь, что сумеет убедить девушку оставить ее в покое.
— Не люблю, когда мне врут, — Алла выпрямилась, не сводя взгляда с Леры, опустила руки с сжатыми кулаками и прищурилась.
— Беги! — вдруг крикнул кто-то из учеников.
— Беги, Воронцова, — подхватили остальные, — чего ждешь? Она не шутит!
— Она тебя ударит!
Лера с непониманием оглянулась, проверяя, не разыгрывают ли ее, но на лицах однокурсников улыбок не было. Напротив, они выглядели растерянными.
— Алла, не надо, — позвала Таня, но девушка не обратила внимания на ее просьбу, продолжая неотрывно глядеть на Леру.
Лера не сдвинулась с места: она пыталась понять, почему все советуют ей бежать. Краем глаза она заметила, что ученики отступили.
— Да что с тобой… — Лера осеклась: она увидела, как воздух вокруг Аллы начал вибрировать, сжиматься, уплотняясь в темный вихревой шар. Шар рос, увеличиваясь в размерах и сгущаясь больше и больше. Внутренним чутьем она поняла, что разборка в туалете была детской шалостью или дружеской разминкой, на которую и обращать внимание-то не стоило, а сейчас шанса остаться целой, у нее нет. Ледяной вспышкой взорвался и разлетелся по телу страх. Уши заложило. Крики однокурсников доносились издалека. Она заметила инструкторов, бежавших к ним через стадион, но знала, что они не успеют, как знала и то, что убежать она не сможет. Шар медленно оторвался и, ускоряясь, понесся прямиком на нее. В один миг краски вокруг посерели, а время для Леры остановилось: ожидая удара, она закрыла глаза. Внутри, громко стуча, пульсировала только одна мысль: «Хватит! Хватит! Хватит!». А потом мир взорвался, увлекая ее в черноту…

Ее вернул в себя крик, раздавшийся рядом. С облегчением осознавая, что все еще жива, Лера открыла глаза. Она по-прежнему стояла на стадионе, целая и невредимая, если не считать утренних синяков. Алла, скорчившись лежала на земле и растирала тело. Над ней склонились Милена и Лариса. Милена что-то говорила. Лера подошла на несколько шагов, пытаясь разглядеть, что случилось и почему Алла лежит. Увидев Леру, Лариса отстранила Милену от своей подопечной:
— Мы разберемся сами. Будет лучше, если ты уведешь ее. Подальше. Как можно дальше. На необитаемый остров, например.
Милена выпрямилась:
— Ты допускаешь, чтоб твоя ученица использовала способность, не умея ею управлять, а потом удивляешься, когда ситуация выходит из-под контроля.
— Уведи ее, ты не видишь, что девочка испугана!
— Твоей девочке пора объяснить, что она не справилась с ситуацией, которую сама же затеяла.
Милена повернулась к Лере:
— Пойдем.
Ученики, расступились, пропуская инструктора. Милена завернула за угол здания и остановилась:
— Я не хочу, чтоб ты к кому-нибудь подходила. Держись подальше, от всех. Вряд ли кто-то сможет тебя понять.
— Почему? Что случилось?
— Понимаешь, — волшебница сделала паузу, потом продолжила, слегка смягчив тон, — у меня есть группа, которую я веду со дня их поступления в Академию. И я несу за них ответственность. Тебя привел Измененный, позже, в середине курса, и попросил позволить тебе заниматься с моей группой. Есть разница, между «быть в группе» и «заниматься с группой». За тебя ответственность несет он, он принимает решения о том, как и чему тебя обучать. Я же отвечаю за этих людей. Пока все идет гладко — хорошо, но я не могу допустить возникновения каких-то непониманий или обид, или вот таких случаев. Поэтому будет лучше, если ты будешь держаться от них подальше. Во избежание последствий.
— Но она напала на меня…
— Ее накажут. Хотя она достаточно поплатилась за свое поведение. Ей и без того больно.
— Милена, — Лера перестала что либо понимать, — ты защищаешь человека, который сначала избивает физически, потом применяет магию, а его в ответ даже пальцем не трогают?
— У Аллы есть способность концентрировать и направлять свою энергию. Но она не умеет управлять процессом, у нее выходит стихийно, и ей предстоит взять свою способность под контроль. Пока что ее энергия следует за ее эмоциями. Когда она научиться признавать их, она научиться и управлять ими. Но сегодня, если бы мы ее не прикрыли, она могла бы погибнуть или, в лучшем случае, лишиться энергии.
— Но я не виновата, что она решила всю свою энергию вложить в удар!
— Ты могла не ударять ее, видя, что она по глупости себя опустошила и ей нужно время на восстановление. Ей просто нечем было отразить твой импульс.
— Милена, но я не била ее никакими импульсами! Я ничего не делала, это все видели!
— Все видели, как ты нанесла ей удар. Но, — инструктор задумалась, — если ты ничего не делала, то тем хуже. Это будет означать, что заниматься в группе ты больше не можешь. И, пожалуйста, не подходи ни к кому.
Милена еще раз глянула на Леру и пошла к ученикам, оставив ее стоять в недоумении.

Портал появился с наступлением темноты, когда все ученики, замерзшие и раздраженные, валились с ног от усталости. В учебный городок они попали после отбоя. Маги, встречавшие их, занялись Аллой, которая едва могла передвигаться. Отправив подопечных спать, Милена поднялась в кабинет Александра, в котором, несмотря на поздний час, горел свет:
— Ты, наверное, догадываешься, зачем я пришла.
Измененный кивнул, предлагая волшебнице присесть.
— Не знаю, чего ты добиваешься, — Милена проигнорировала приглашение, — но ты создаешь монстра. Ты не сможешь контролировать ее. А я не хочу принимать участия в том, что происходит. И не могу позволить ей остаться в группе.
— Мне казалось, вы нашли общий язык, — лицо Снегова осталось безразлично-спокойным.
— Не пытайся меня отговорить. Она собой не управляет.
— Разве одна она? — внимательно глядя на женщину, приподнял бровь Измененный.
— Да, согласна, ситуация вышла из-под контроля, но та девушка знала, какой силой обладает и что делает, ей можно объяснять, на нее, в конце концов, можно воздействовать. А Лера понятия не имеет, что таится в ней. Никто не сможет спрогнозировать, когда в следующий раз она взорвется. Это бомба замедленного действия.
— Милена, — Александр удивленно развел руки, — у каждого есть своя темная сторона, и далеко не каждый подозревает о ее существовании.
— Она слишком концентрирована. И я боюсь предположить, какие последствия будут, если она начнет использовать свою, как ты говоришь, темную сторону.
— Хорошо. Раз ты приняла решение, я не буду настаивать. Это был хороший шанс для вас обеих найти ответы на свои вопросы.
— А какой интерес у тебя? — перебила Милена. Мотивы Измененного до сих пор оставались для нее загадкой, а пространные рассуждения об упущенных возможностях и шансах, убедительными не казались.
— Я учитель. Мои действия направлены на эффективность обучения. Из всех инструкторов в Академии ты лучше всех сможешь уравновесить темную сторону моей ученицы. А она, в свою очередь, даст тебе то, что ты ищешь.
— Откуда тебе знать, что я ищу? — тон Измененного начал ее раздражать.
Александр не обратил внимания на вопрос:
— У кого сильна темная сторона, сильна и светлая. И наоборот. Кому, как ни тебе знать, насколько важно выйти из-под влияния обеих сторон? Или ты предпочитаешь признавать только одну сторону? Для мага это непозволительная оплошность. Что же, я думаю нам больше нечего сказать друг другу. — Измененный сел и вернулся к прерванным делам.
— Она может посещать групповые занятия, — подумав, разрешила Милена, — но при условии, что ты будешь ее контролировать.
Снегов кивнул, не отрываясь от бумаг. Когда дверь за инструктором почти закрылась, он окликнул Милену:
— Ты считаешь лучшим общение с людьми, чью темную сторону ты не видела? С ними тебе безопаснее, чем с тем, чью скрытую сторону личности ты знаешь?
Ничего не ответив, волшебница притворила за собой дверь.