У судьбы свои причуды

4. Конная прогулка

Ивер

Встретиться с баронессой договорились в восемь утра. Цокот копыт Бурана звонко раздавался по пустынным улицам. Немногочисленные слуги, спешащие по своим делам, с удивлением поглядывали на столь рано поднявшегося лорда, обитатели дорогих особняков обычно просыпаются значительно позже.

К месту встречи баронесса приехала в сопровождении насупленного Брана.

˗ Что это с ним? ˗ кивнул я на обычно невозмутимого телохранителя.

˗ А, это мы с утра поругались, ˗ легкомысленно отмахнулась девушка. – Он собирался тащить с собой всю мою охрану, а я хотела поехать одна. Согласитесь, странно ехать гулять с кавалером и тащить за собой толпу охранников. Проспорили целый час, сошлись, что он будет сопровождать нас один.

Покосился на телохранителя с уважением, уж я-то знаю, как трудно бывает переубедить женщину, если она надумает что-либо.

День для прогулки выдался чудесный. Чистое, без единого облачка небо обещало дневную жару, но пока дышалось легко, солнце ласкало, но не пекло. Стоило покинуть городские предместья, и перед нами раскинулась степь. Почуяв родную стихию, застоявшиеся кони заплясали и ускорили шаг, норовя сорваться в галоп. Мне и самому хотелось забыть обо всех проблемах, подставить лицо ветру и нестись вперед, наслаждаясь свободой и простором.

Оказалось, что баронесса предпочитает мужское седло. Неоднократно слышал мнение, высказанное самими женщинами, что дама в мужском седле выглядит недостаточно женственно, и это может отпугнуть мужчин. Но, лично мне, женские седла внушают опасение. Кажется, что наездница того и гляди свалится с лошади, стоит чуть прибавить скорость.

Баронесса же держалась в седле уверенно. Ее горячая кобылка то и дело вырывалась вперед, позволяя мне любоваться стройной фигуркой в белой амазонке с синим пояском. Из-под широкой юбки иногда выглядывали ножки, обтянутые узкими белыми брюками. Надо будет предложить ей повторить прогулку позже, когда все закончится и можно будет просто получать удовольствие от скачки и хорошей компании.

На первом же перекрестке мы свернули налево в сторону моря, и вскоре дорога привела нас к обрыву. Мы, не сговариваясь, остановились на краю. Две стихии, два величественных простора: небо и море, отражались друг в друге, делились синевой, чтобы слиться в одну туманную линию горизонта. Вокруг ни души, только чайки кружатся наравне с нами, да у дальнего мыса маячат рыбачьи лодки.

До места, где прятался дозорный, добрались довольно быстро, то и дело устраивая скачки наперегонки. Даже Бран немного расслабился и перестал зыркать из-под насупленных бровей. У камней коней придержали и дальше поехали чинно, перебрасываясь ничего не значащими фразами, в основном же внимательно осматривали берег и прислушивались к ощущениям.

Оказалось, что ночью до нужного места мы не доехали совсем немного. Берег здесь немного снижался и был прорезан оврагом, полого спускающимся к морю. По широкой дороге, проложенной по дну лога, легко могла проехать даже телега. Меня неумолимо тянуло в этот овраг.

˗ Смотрите! Тут тропа! По ней можно спуститься к морю! – звонкий голос баронессы разнесся, казалось, по всему побережью. – Поедемте скорее!

Мы с Браном переглянулись и одновременно понимающе вздохнули. Нам вряд ли удалось бы подобраться к логову бандитов незамеченными, но ведь можно было хотя бы попробовать! Баронесса на наши переглядывания только фыркнула и направила свою лошадь в овраг.

Неказистая лачуга, слепленная из старых досок и необработанных камней, притулилась на середине склона и выглядела так, будто готова развалиться от первого же сильного порыва ветра. Казалось, что лачуга пыталась спрятаться от моря, но сил доползти до верха у нее не хватило. Скорее всего, так и было, рыбацкий домик построили повыше, чтобы защитить от штормов. Идеальное место для контрабандистов: имеется подход как со стороны моря, так и с суши, единственный дозорный, посаженный на соседней скале, может контролировать все окрестности.

˗ Ой, а тут кто-то живет? Как тут мило! – баронесса старательно отыгрывала роль юной восторженной барышни, первый раз гуляющей без присмотра маменьки. – А давайте туда заглянем!

Мы с Браном придвинулись ближе, еще не зная, придется защищать баронессу от обитателей избушки или их от баронессы.

˗ Госпожа, вам нельзя туда заходить! – встревоженный голос раздался у нас за спиной. Вслед за нами по тропе торопливо сбегал испуганный мужчина. ˗ Вам там не понравится! Там очень, очень грязно!

Телохранитель предупреждающе развернул к нему коня, а я постарался придать лицу выражение высокомерное и скучающее.

˗ А кто здесь живет? – голосок девушки сочился наивным любопытством.

˗ Мы здесь с приятелями рыбачим, ˗ одежда на мужчине действительно была рыбацкая, только лицо и руки слишком чистые, по сравнению с обветренными и заскорузлыми руками настоящих рыбаков. – Утром вот рыбу разделывали, испачкаетесь еще.

˗ Сырую рыбу? Фу, она же пахнет! ˗ баронесса смешно сморщила носик. – Нет уж, тогда я туда не пойду! Господа, поедемте лучше дальше!

Мы развернули коней. Все, что требовалось, мы уже увидели и, главное, почувствовали. От лачуги так несло страхом и опасностью, что это ощущалось без всякой магии.

Прежде чем возвращаться, мы проехали еще версту вперед, уже без всякого удовольствия, но роль праздно-катающихся следовало отыграть до конца. На обратном пути берег снова выглядел совершенно пустынным, но я успел засечь напряженный взгляд и кучку камней, за которой снова спрятался наблюдатель.