Ведьмы не роняют слёз

Глава 9 «Нежданные гости»

Ведьма

Утро не может начинаться хорошо, если ты неплохо провел вечер — эту истину я усвоила давно, но из раза в раз добровольно шагала в эту ловушку. И вот сейчас была готова расплачиваться мигренью и ноющей болью во всем теле. Зажмурилась, опираясь на локоть, и удивленно вскинула брови. Это еще что за поворот?

Такой легкости я не ощущала давно, если вообще когда-то чувствовала себя настолько хорошо. Но почему? Так, я доставила девочку жрице, которая тут же взялась за ее лечение, и, отбившись от попыток Миралы меня полечить, собралась домой, латать свои раны самостоятельно зельями и травами. Но по дороге меня утянули в таверну — благодарить за спасение ребенка и попутно праздновать канун Дня зимы.

Когда тебя хотят накормить и напоить, ничего не требуя взамен, сложно устоять перед соблазном. Хоть горожане и побаивались меня, это не помешало им накрыть шикарный стол, достать бочонки с пивом и пыльные бутыли с вином. В общем, все переросло из праздничного раннего завтрака в настоящий пир. И, признаться, мне даже понравилось.

Я была не на одном пышном балу во дворце, присутствовала на праздничных ужинах Ковена, где помимо ведьм собиралась еще целая толпа, была вынуждена почтить присутствием семейные торжества, но все было наигранно, чопорно и невероятно скучно. Я даже не могла подумать, что люди могут вместе так веселиться — петь хором неприличные песенки, хохоча, травить байки, отплясывать до пота, есть руками и получать искренне удовольствие от праздника.

Да-да, я наелась до боли в животе и напилась до неприличного похрюкивания вместо смеха, вот только как я оказалась дома даже без намека на похмелье и состояния полуживого трупа, воскрешенного некромантом недоучкой? Покопавшись в памяти, с трудом, но кое-что все же вспомнила — парень, даже мальчишка, с вьющимися черными волосами и светящимися фиолетовыми глазами. Он, что ли, меня до дома проводил?

— Что-то я не припомню, чтобы встречала его в городе раньше,- озадаченно почесала я кончик носа. Приезжие в Черепкове были редко, богами забытый городок на окраине королевства был мало кому известен и еще меньше кому нужен. — Нужно его найти, неизвестно, что я ему по пьяни могла взболтнуть. Если он догадается, кем я являюсь на самом деле, прощай моя беззаботная жизнь.

Может, и своим чудесным исцелением я тоже ему обязана? Неплохо бы узнать. Потянувшись, я взялась за край одеяла, собираясь откинуть его, и замерла. Справа от меня спала Искорка, тревожно подергивая ушами во сне. Мягко улыбнувшись, я ласково погладила пегаса по гриве — видимо, она не спала всю ночь, дожидаясь моего возвращения. Почувствовав прикосновение руки, волшебное создание всхрапнуло и спокойно уткнуло мордашку в подушку. А вот слева.

Слева кверху пушистым пузом дрых котенок, подрагивая во сне задними лапами. Что-то не припомню, чтобы он раньше оставался в моей спальне на ночь. Мог днем заглянуть, демонстративно выражая свое недовольство, но спать со мной блохастый явно по доброй воле не стал бы. Не нужно было быть профессором по усатым-полосатым, чтобы понять — кот меня недолюбливал так же, как и я его. Но, видимо, просто пакостить мне скинутыми приборами в лаборатории, спутанными травами и рассыпанными порошками ему стало мало.

Первой мыслью было скинуть наглеца на пол, устану ведь потом шерсть его из кровати выбирать, но чем дольше я смотрела на котенка, тем слабее становилось это желание. Если здраво подумать, разве он виноват в моей слабости? Ему и так пришлось непросто. Такой крошечный, боюсь представить, что ему пришлось пережить. Пусть он и зверь, но все равно жалко.

Рука зависла над черным боком, я даже не заметила, как невольно потянулась его погладить, но в этот момент котенок зевнул. В розовой пасти с колючим языком сверкнули белоснежные иглы клыков. Мурашки пробежали от кончиков пальцев до самого плеча прежде, чем я осознала, что сердце от страха пропустило удар и упало в пятки. Передернув плечами, сморщилась и быстро соскользнула с постели. Боюсь, так быстро переступить через травму из детства мне не получится.

Холод зимнего утра, а может и вечера, тут же принялся кусать открытую кожу. Камин с давно прогоревшими углями был ледяным — Капус и Капра все еще не вернулись. Но больше меня беспокоил тот факт, что я была одета лишь в одну тонюсенькую ночную сорочку, вывернутую наизнанку. Тот парень ещё и переодел меня? Я было начала злиться, но заметив кучу моей одежды, сваленную в углу и источавшую тошнотворную вонь, немножко успокоилась. Спать в грязных, пропитанных потом и останками монстра, тряпках явно было не лучшей идеей.

Стянув через голову сорочку, я невольно задержала взгляд на своем отражении в зеркале. Сколько бы лет не прошло, а они оставались на своем месте — ряд тонких шрамов, оставленных поперек ребер. Ими меня наградили в ту злосчастную ночь, когда отец повел охотиться на ночных кошек. Я была юна, неопытна, и не смотря на силу, в бою получила несколько серьезных ран.

Лекарь тогда подлатал меня, но отец велел не доводить лечение до самого конца, лишь разобраться с самыми тяжёлыми ранами. Порезы зажили сами, зарубцевавшись шрамами, которые стали напоминанием о том, что не нужно никому говорить о своих мечтах и желаниях, а так же об отце.

— Леди должны заботиться о своем внешнем виде, быть изящными и прекрасными в любой момент, - передразнила я визгливый голос мадам Фелиции, которая обучала мою сестру и один раз попыталась отчитать меня, загоравшую на солнышке после тренировки с мечом. Даму возмутило, что я не разделяла ее рвения к белой коже, а так же ходила в бриджах, на дух не перенося юбки. Боюсь, ее бы хватил удар, если бы она узнала о всех моих шрамах и вечных мозолях на руках от меча. — Простите, мадам, но я не моя безупречная красавица сестрица, всеобщая любимица.