Об интеграции и адаптации ведьм в иномирном обществе

ГЛАВА 22

- Засекли! - крикнул один из двадцати трёх магов, что сегодня дежурили на поиске.

Десятый день маги Совета пытались найти Бакаира. У них имелись его личные вещи, и создать поисковики было не сложно, но мальчишка учился у Ильвара, поэтому умел прятаться, и прятался хорошо. Бак закрывался «щитом», это заклинание требовало серьезной концентрации, но держать его можно было довольно долго. Правда, видимо, сейчас он эту самую концентрацию потерял.

- Где? - тут же спросил Тахек.

- Правый берег Седой реки. Семь пеших часов вверх по течению от Вариона. - подбежал молодой маг к представителям Совета, что заседали опять без своей ведовской половины, тесной магической компанией.

На стол перед мужчинами легла подробная карта Империи. Слева раскинулось море, вверху, точно корона, венчал Арвирию Гаридский Хребет, а в нижней правой части петляла Седая. Ткнув пальцем в Варион, Ильвар повел вверх, обрисовывая русло, и наконец-то обнаружил крохотную черную точку.

«Да, это определенно поисковик прожег» - кивнул своим мыслям Синаир.

Когда поисковики использовали не «напрямую», от тела к телу, а по картам, то магам нужно было быть очень внимательными: при обнаружении объекта место вспыхивало, и тонкая бумага обугливалась за секунды, рассыпаясь пеплом. Чем быстрее реагировал ищущий, чем резче он успевал прихлопнуть ладонью место нахождения объекта, тем меньше был радиус поисков. «Щит» в этом плане играл со своим хозяином злую шутку: если ты сконцентрирован и держишь, то тебя никто не сможет найти, никак и никогда, но если ты держишь, и потерял концентрацию, то тебя найдут по «ниточке». Эта тончайшая связь не горит и не вспыхивает при обнаружении, она оставляет едва заметный след, подпалину, даже не прожигая бумагу насквозь. И эта точка даёт чёткие координаты. Очень точное определение местоположения.

Как говорится, за всё нужно платить.

- Что ж, посмотрим, из-за чего он «расслабился». - проговорил Ильвар, и перенесся.

Вслед за хорьком разорвали пространство остальные. И все действительно увидели причину потери концентрации Бакаиром. И «причина» эта лежала на огромной кровати, а над головой её пестрели картины, изображающие соитие. И изображена была на них она сама.

Ведьма отбивалась молча, остервенело. Сжав зубы и молотя кулаками везде, куда могла достать. Она лягалась и выворачивалась змеёй из мужских мук. Василиса не кричала и не звала на помощь, понимая, что не поможет никто, но ни на секунду не замирала, не останавливалась в своих попытках отбиться, отчего на светлой коже её оставались красные следы, а кожаный ремешок на шее всё сильнее затягивался.

«Синяки будут» подумал Ильвар. А еще он думал о том, что девочка - настоящий боец. Жалко таких, потому что они идут до конца. Ведьма не прогнется, и либо победит, либо сдохнет. Причем, второй вариант более вероятен.

Они ударили вдвоём, Тахек и Ильвар не сговариваясь стегнули по спине Бакаира парализующим заклятьем, и маг замер. С учетом двойной дозы, замер надолго.

Стащив полуголого мужчину с тяжело дышащей ведьмы, они, от греха подальше, обездвижили и её: нужно всё продумать. Для наступления сейчас, вроде бы, слишком рано, но ситуацию уже раскрутили до точки невозврата. Император в курсе и не закроет глаза на похищение одного из членов рода. В том, что ведьма теперь Ир-Мо-Дэтэми и вступила в род Ираконидов, сомнений не было. И это еще один минус: потомства от неё теперь никто, кроме мужа не получит.

Глянув на ученика, Ильвар устало покачал головой. Лежащий у его ног мужчина казался почти незнакомым. Кожа чуть поблескивала от выступившей в возбуждении испарины, рубашки нет, штаны расстёгнуты и приспущены, но главное - глаза. У его ученика никогда не было такого взгляда. Он всегда был похож на своего учителя в стремлении всё просчитать и продумать. Раньше в глазах его Бака светился ум и трезвый расчет. И лишь боги знают, как приятно было видеть это самому старому лису.

Теперь же... Что ж, изолировать обоих. И странную, вызывающую уважение ведьмочку, и мага, который доказал, что он истинный сын своего отца. Запереть… а потом будем думать.

Комната опустела в пару мгновений, будто и не стояло сейчас здесь почти два десятка человек. Лишь развороченная измятая постель свидетельствовала, что в этом богатом доме женщиной могут пытаться обладать против её воли.

***

«Эй... Пссс... Эй... Василиса, ты уже проснулась. Я же знаю. Эй... Васили...»

- Ну, здравствуй, предатель. - сказала я вслух, не открывая глаз.

«Я не предатель» - не обиженно, а жестко и уверенно проговорил Ист.

- Из-за тебя, меня, как кроличью тушку, рвёт на части собачья стая. Кто же ты после этого, если не предатель?

Я не боялась говорить вслух: кроме меня в комнатушке, больше похожей размером на кладовку, ни души - я единственная удостоилась чести сидеть в карцере.

Окна здесь не было (а, соответственно, и воздуха со светом тоже), только четыре стены и дверь. Лечь на полу можно было лишь по диагонали «от угла, до угла». И всё это счастье привалило мне за попытку побега, в процессе которой я вывела из строя двоих магов.

После того, как с меня стащили разгоряченного Бакаира, мы перенеслись. Ошейник с меня никто и не подумал снять, привели в очередное поместье и заперли в комнате, дважды в день снабжая едой. Как однажды пояснил один из магов: «Все заняты. Чаще заходить некогда». Видимо по той же причине «крайней занятости», ко мне не приставили охрану. Маги вообще не считали меня хоть сколько то опасной: Силу ведь мне полностью заблокировали. А что без Силы может физически слабая ведьма?

Не считали они меня Жаном Клодом Ван-Дамом. Не считали... Да я и сама не питала иллюзий... но и не попытаться не могла.