Omega. Прием вне правил

Глава 25.2

Когда мы закончили с чаем, мама предложила мне перебраться в гостиную. Я кивнула, а когда мы зашли в другую комнату, мама указала мне на диван. Я села на край кремового цвета дивана, а мама села рядом, забравшись на него с ногами.

— Садись удобнее, — мама поджала губы. — Ты же не на допросе.

Я поменяла позу, садясь удобнее, но слегка усмехнулась:

— На допросе я бы сидела по-другому.

Мама коротко рассмеялась:

— Да, представляю… Погоди. Ты когда-нибудь была на допросе?

Мама с подозрением посмотрела на меня, в её взгляде мелькнуло недовольство, словно она спрашивала, не пила ли я алкоголь.

Я задержалась с ответом, и мама вздохнула.

— Можешь не отвечать, все ясно, — пробормотала мама. — Вообще, я так долго тебя не видела… кажется, что прошло сто лет, и ты так изменилась.

Мама протянула руку и заправила прядь моих волос мне за ухо.

— Ты стала такой взрослой… Даже теперь на меня похожа, хотя у тебя глаза твоего папы.

Мама грустно улыбнулась, словно вспомнив о чем-то. Наверное, как раз о моем отце.

— Я бы хотела спросить у тебя, как твои дела, как твое здоровье, чем ты занималась… Но я понимаю, что это какие-то глупые вопросы, — мама рассмеялась, но её смех звучал немного нервно. И я её понимала. Хоть мама и не чувствовала себя неловко, как я, я видела по ней, что ей комфортно, но она все равно была скована. Наверное, она боялась задеть мои чувства, как будто это было легко сделать… Но мама не знала, что именно я пережила и с чем столкнулась, поэтому… Да и я была уверена, что мама также боится узнать что-то, что ранит её саму.

— Нет, ничего глупого, — слегка улыбнулась я. Я делала это редко, но теперь могла себе позволить, да и мне хотелось. Я, чувствуя к этому тягу и понимая, что никто мне не запретит, протянула свои руки и взяла в свои пальцы ладони мамы. Она, в свою очередь, сжала мои пальцы в ответ. Мне показалось, что этот жест очень обрадовал маму и даже удивил.

— Спрашивай, что тебе хочется. Говори, что захочешь. А я буду отвечать и слушать. И я спрошу тебя что-то, что может показаться мне глупым… Но я тоже буду хотеть задать тебе этот вопрос.

Мама слегка улыбнулась.

— Тогда… как твое здоровье? — спросила она. Её взгляд упал на мои протезы. - Они новые, да? Тебе их просто так заменили, или что-то случилось?

— У меня нет проблем со здоровьем, можешь не волноваться. Ты же знаешь, какая я крепкая. Но да, один из моих протезов слегка повредился, да и вообще, почему-бы не обновить протезы, раз уж создали немного улучшенную версию.

Мама кивнула.

— И как же ты повредила протез?

Я ответила не сразу, и мама вздохнула.

— Ну да, конечно, все понятно. Нашла, о чем спрашивать, да? Не знаю, нужны ли мне подробности, — проговорила мама.

Я коротко рассмеялась:

— Ты выглядишь так, словно нужны.

Мама тоже рассмеялась:

— Не пойми меня неправильно… Я знаю, что твоя работа была опасной, я не знаю подробностей, но ты же шпион. Двойной агент. Я понимаю, с чем ты могла сталкиваться, и это меня пугает, но я знаю, какая ты сильная, талантливая, обученная. И мне интересно, что ты делала. И не только интересно, — мама словно не знала, как выразить свои чувства. — Я хочу знать, вот что. Да, я еще просто хочу знать, что происходит с моей дочкой. И знаешь… я еще горжусь тобой. Ты такая молодец. Я бы хотела, чтобы ты жила более спокойной жизнью, стабильной и безопасной… Но я горжусь тобой, и мне нравится, что у тебя такой сильный характер, такая сила воли…

Мама замолчала, а я просто чуть крепче сжала её пальцы.

— Да, я шпион. И солдат. У меня было задание, и часть его я выполнила. Мне приходилось сталкиваться с солдатами той Точки, в которой я была. И раз я двойной агент, мне приходилось быть среди врагов. Мне даже приходилось совершать побег… Пару раз. И искать заговорщиков… Мы даже работали вместе с агентом Второй Лаборатории. Он бы тебе понравился, наверное, — я на секунду задумалась, а потом усмехнулась. — Точнее, сначала он бы тебя раздражал, но ты бы сразу поняла, что он хороший человек.

И я выполнила миссию… Точнее, её часть. Да, это было опасно. Но теперь я тут. Но скоро я отправлюсь продолжать то, что начала. И если у нас все получится, мы защитим Программу. Иначе… она под угрозой.

Мама на секунду вскинула брови, но я видела, что это её не особо заботит. Она, как и большинство людей что в столице, что в Периферии была далека от Программы, воспринимая её как нечто само собой разумеющееся, правильное, но далекое. А вот лично я… я была интересна маме намного больше, ведь прямо сейчас сидела напротив неё.

Мама задала мне еще несколько вопросов про мое пребывание в Точке, не ранили ли меня, были ли у меня друзья, откуда это мне приходилось убегать и кто меня и зачем допрашивал. Я кратко рассказала маме, что жила на Базе мятежников, но опустила, что была в тюрьме и была близка к казни. Рассказала, что участвовала в игре на выживание, но не рассказала, что меня сделали мишенью для рейтингов. Затем объяснила, что сбежала, но и что мне необходимо было вернуться в замок, а потом вновь покинуть его, и что после я искала тех, кто пытался сломать ход программы в Третьей точке.

Больше всего маме не понравилось мое участие в игре.

— Как такое могут снимать… — удивилась мама. — Но я не удивлена, что люди это смотрели. Какой ужас. Но я рада, что ты показала этим сумасшедшим, что снимали шоу, какая ты крутая.

Я слегка улыбнулась, но сердце на секунду словно замерло, когда я вспомнила, что одним из тех, кто отвечал за игру, был Волков. Мне было все равно на его роль в этом шоу, но сама мысль о нем заставила что-то в моей груди потяжелеть, а сердце словно ускорить свой ритм. Но я постаралась выкинуть имя этого мужчины из головы, сосредотачивая свое внимание на маме.

Я узнала у неё, чем она занимается и как себя чувствует. Как оказалось, она продолжает давать детям, проживающим тут же, в городе, уроки математики, а также любит бегать по утрам по парку, что находится неподалеку.