Помещицы из будущего

Глава 32

Выглядели мы довольно нелепо, но в нашем случае выбирать не приходилось. Широкие рубахи скрывали наши выпуклости, которые мы еще и перетянули старыми рушниками. Косы были спрятаны под картузы, и мы вполне могли сойти за парнишек лет четырнадцати. Еще мы вымазали лица, чтобы легкая чумазость еще больше скрыла девичьи черты. С лаптями и онучами нам пришлось помучиться, но, справившись первой, Таня помогла и мне, ловко обмотав оборы вокруг икр.

Ванька долго хохотал, когда мы предстали перед ним. Он хлопал себя по бокам и приговаривал:

- Ежели кому расскажу, не поверят! Скажут, Ванька брешет! Ой, не могу! Смех, да и только! Евсютка и Елхозя!

- Я тебе дам, Евсютка и Елхозя! Только попробуй кому-нибудь разболтать! – пригрозила я, показывая ему кулак. – Посмотришь, что я потом сделаю!

- Да ладно… не боитесь, барышни… Я не из болтливых, - мальчонка смешно приосанился и стал похож на маленького мужичка. – Ванька свое слово держит…

Мы рассмеялись, и Таня, весело сказала:

- Давай уже показывай, где табор стоит.

Мы залезли в кусты жимолости и, миновав их, вышли на опушку леса, а дальше пошли по высокой траве подальше от дороги, чтобы меньше попадаться на глаза случайным проезжающим. Когда показалась блестящая лента реки, я услышала ржание лошадей и веселый женский смех. Табор был совсем рядом.

Высоко в небе светило оранжевое солнце, в лесной чаще пели птички, а дно реки у берега светилось, будто янтарное. Несмотря на жаркий день, от реки веяло прохладой. И даже запах дыма от костров не мог перебить свежесть воздуха.

Табор расположился на лугу, рядом в леске паслись кони. Я навскидку насчитала около тридцати шатров. Рядом стоял целый обоз телег, в которых цыгане, видимо, перевозили свое добро. У реки я заметила бородатых мужчин, ловивших рыбу, женщины что-то готовили, чуть поодаль носились чумазые цыганята. Дети сделали из прутьев и палок дугу, запрягли "тройку", в которой коней изображали мальчишки, а роль возницы играла размахивающая прутиком девочка. Подростки же бросали ножи в дерево, весело галдя на своем языке. Мальчишки заметили нас и подбежали ближе, сбившись в любопытствующую кучку, а через минуту к ним присоединились и старшие ребята.

- Что вам надо, гаджо? – неприязненно поинтересовался самый высокий из них. – Зачем пришли?

- Нам кузнец нужен, - стараясь подражать говорку, каким обычно разговаривают мальчишки, ответила Таня. – Барышни послали. Они хорошие деньги за работу дадут.

- Не сможет он, захворал. Уходите отсюда, - грубовато сказал парень, косясь в сторону одного из шатров. – Если в глаз не хотите.

- Сейчас сами получите, - угрюмо произнес Ванька, сжимая кулаки. – Сопли черномазые.

- Что-о-о?! Кто это сопли черномазые?! – цыганенок двинулся вперед. – А ну, повтори!

Только этого еще не хватало! Мне бы не хотелось, чтобы нам с Таней сейчас накостыляли малолетние рома.

- И повторю! – Ванька сделал грудь колесом. – Сопля черномазая!

Недолго думая, цыганенок размахнулся и припечатал ему прямо в нос. Мальчишка взвыл, не удержался на ногах и упал, но сразу же подскочил.

- Зашибу!

Как маленький таран он попер в самую гущу, а я услышала, как кто-то из цыганят кричит:

- Бей гаджо! Не жалей!

Я не успела даже пискнуть, как мне прилетело прямо под глаз. Посыпались искры, закружились звездочки, и для полного сравнения с пресловутым мультфильмом не хватало только птичьего щебетания.

- Ну, все! – услышала я, как рявкнула Таня, и поняла, что она тоже отхватила. – Теперь не обижайтесь!

Она пронеслась мимо меня, нырнула в самую гущу, а я прыгнула туда следом. Я чувствовала болезненные тумаки, но не терялась и раздавала тоже, пытаясь добраться до Ваньки, который вопил, словно пожарная сирена.

- Миро дэвэл! Тырдев! Тырдев, бибахт! – раздался громкий мужской крик и, вытянув шею, я увидела несущихся к нам взрослых цыган с кнутами в руках. – Разойдись, кому сказал!

- Атас! – Таня все-таки дотянулась до задиристого Ваньки и, схватив его за руку, потащила прочь. – Уходим!

Мы помчались прочь под забористые ругательства и улюлюканье, которые неслись нам вслед, а Ванька упирался что есть мочи.

- Пустите, я им задам сейчас! У меня кулаки, как у бати, крепкие!

- Иди уже! Язык как помело! – прошипела я, дав ему пинка. – Герой! Посмотрел на медведя?!

Когда нас скрыла стена деревьев, Таня остановилась и, отдышавшись, протянула:

- Наведались в табор…

Я же стояла, упершись руками в колени, чувствуя, как болит каждое ребрышко. Воздух со свистом вырывался из моих легких, а перед глазами плавала красная пелена.

- Ой, горюшко… барышня… - голосок Ваньки прозвучал протяжно и жалостливо. – Фонарь видать будет знатный…

Я медленно разогнулась, переполняясь страхом. Только не синяк! Ванька смотрел на Таню и качал лохматой головой, цокая языком.

- Зря полезли в драку-то… Цыгане хорошо бьются…

Несмотря на весь ужас происходящего, я не могла сдержать смеха. У подруги под глазом начинал появляться шикарный бланш. Ее руки были в ссадинах, штаны порваны, но, на удивление, что мой, что ее картузы остались на месте.

- Чего ты? – Таня подозрительно посмотрела на меня. – Правду Ванька говорит?

- Правду! – я старалась не смеяться, но у меня это плохо получалось.

- Очень смешно! На себя посмотри! – нервно произнесла подруга, и я испуганно замерла.

- Что, тоже???

- Ага, - она широко улыбнулась. – Красота!

Ванька быстро закивал, подтверждая ее слова.

- Правду говорит сестричка ваша. Тоже присвистело, барышня.

У него самого распух нос, была разбита губа, но мальчишку это совершенно не беспокоило.

- А зачем вам кузнец? – Ванька нахмурился. – Мы только за этим в табор-то пошли?

- Нет, на медведя в портках смотреть… - огрызнулась Таня и вдруг сказала:

- Ты видела, как цыганенок этот, который Ваньке нос разбил, на один из шатров посмотрел? Точно Сашко там!