Я тебя вижу

2.

Я сидела дома на кухне и пила горячий кофе. Людмилочка Ивановна колдовала над плитой, готовя какую-то вкусняшку.

- Мало ли, чем тебя там кормить будут, а так пока ты дома буду кормить на убой, твоими любимыми блюдами, - ворковала она, что-то помешивая в сковородке.

Подписав все нужные документы, оформив страховку, мы вернулись домой. Юрий Михайлович дал нам 3 дня на подготовку и сборы. Сегодня третий день подходит к концу, а значит завтра, начинается моя новая жизнь. Я вздохнула. Боюсь ли я? Блин, до чёртиков! Нет, я боюсь не медицинских манипуляций, боюсь неизвестности, и… разочарования. Разочарования, что ничего не получится.

Я решилась и шагнула в пропасть, сейчас я медленно падаю, и если у меня не вырастут крылья, то я просто разобьюсь.

Людмилочка Ивановна поставила передо мной тарелку, от которой поднимался фантастический аромат.

- Кушай давай! А потом мы с тобой всё хорошенько проверим. Боюсь, я что-нибудь забыла положить, и тогда это будет катастрофа, - взволнованно произнесла Людмилочка и уселась напротив.

- Мы всё проверили уже на сто раз. Ничего не забыли. Все будет хорошо! – я пошарила рукой по столу, нашла руку Людмилочки и сжала её.

Услышала, что она шмыгнула носом, почувствовала ответное прикосновение. Потом Людмилочка встала и с еле слышным «я сейчас», вышла из кухни. Волнуется. Главное держаться и не показывать ей, как мне самой страшно до жути. Иначе она плюнет на все, и просто запрет меня дома. Я услышала, как она заходит обратно на кухню, подошла ко мне со спины, и на мою шею опустилось что-то легкое и невесомое.

- Это кулон моей мамы. Он всегда был рядом со мной. И, как мне кажется, помогал в тяжелых ситуациях, - она застегнула замочек, - теперь он твой, пусть хранит тебя! Знай, я всегда буду рядышком, даже если физически буду далеко.

Я повернулась и обняла своего самого родного человека. Смахнула предательски повисшую на ресницах слезинку, и звонко чмокнула Людмилочку в щеку.

- Так всё! – чуть бодрее сказала она, - давай доедай. А потом отдыхать. У тебя завтра насыщенный день.

Чуть позже, лежа на кровати, я думала о том, что если вдруг все получится, то моя жизнь кардинально изменится. Я впервые увижу небо, солнце, траву, деревья, цветы… О Боже… Теперь я точно не смогу уснуть…

- Ну что? Готова? – бодро спросил Юрий Михайлович, заходя в кабинет.

Людмила Ивановна от волнения подскочила, как только он вошел в кабинет. Юрий Михайлович проходя мимо, потрепал ее по плечу и добродушно произнес:

- Ну-ну, Людмила Ивановна! Успокойтесь. Кире сейчас очень нужна ваша поддержка. Поверьте, вы оставляете ее в надежных руках, - сказав это, он прошел к своему столу и сел в кресло, - палата для Киры уже готова. Сегодня займемся подготовительными процедурами, сдадим кое-какие анализы. А уже завтра приступим к первой процедуре, - он начал перебирать на столе какие-то бумаги, словно что-то ища, - сейчас должен подойти Владислав Андреевич – ведущий офтальмолог нашего центра. Он будет моей правой рукой и моим помощником, в твоем вопросе Кира.

Так! Значит, будет еще одно светило заниматься мной. Ну, оно и понятно, дело обстоит провернуть серьезное. И если все получится, то это будет настоящий прорыв в истории офтальмологии. Дверь распахнулась, и в кабинет решительным шагом вошел мужчина. Он прошел к столу Юрия Михайловича, тот поднялся, пожал пришедшему руку. Комнату заполнил аромат дорого мужского одеколона, с древесными нотками. Я непроизвольно вдохнула поглубже. Вкусно!

- Доброе утро! – произнес мужчина низким и бархатным баритоном, - меня зовут Владислав Андреевич, я врач офтальмолог, заведующий офтальмологическим отделением данного центра. Работа нам с вами предстоит весьма не простая, но ведь от этого она становится только интереснее, верно? – довольно-таки серьезно закончил он.

- Я Кира, - тихо сказала я, и протянула руку, чтобы поздороваться с вновь прибывшим доктором.

Повисла пятисекундная пауза, я уже хотела опустить руку, как вдруг почувствовала прикосновение горячей руки к своей. Мужская рука слегка сжала мою ладонь.

- Очень приятно, - спокойно сказал Владислав Андреевич и отпустил меня.

- Ну что ж, - вставая с кресла, проговорил Юрий Михайлович, - раз все познакомились, то тебе Кира пора. Людмила Ивановна, вы можете проводить Киру в палату. У вас будет полчаса, но потом мы заберем Киру на подготовительные манипуляции, а вы сможете поехать домой и отдохнуть. Вы сможете навестить ее завтра во второй половине дня, после окончания первой процедуры.

- Да, хорошо! Спасибо вам! – тихо сказала Людмилочка, и пожала руку Юрию Михайловичу.

- Кира! – я вздрогнула, когда услышала голос Владислава Андреевича и повернула голову в его сторону, - вечером, когда будут готовы все анализы, я зайду к тебе, чтобы поговорить о завтрашнем дне. Хорошо?

Я утвердительно кивнула и вышла следом за своей спутницей. В коридоре нас ждала мед. сестра. Я сопротивлялась, говорила, что дойду сама, но меня, все-таки, усадили в кресло для транспортировки пациентов, сказав, что до моей палаты идти далековато. Я смирилась и с недовольным лицом плюхнулась в эту страшилу. Блин, как инвалид, честное слово.

Меня привезли в палату, и я услышала, что Людмилочка Ивановна не смогла сдержать восторженного возгласа.

- Какая просторная, светлая и уютная комната! Даже язык не поворачивается назвать это, палатой!

Мед. сестра вышла, сказав что придет за мной через час. Нашла диван и опустилась на него. Рукой провела по поверхности – кожа. Здорово. Видимо не дешевая обстановочка. Я услышала, как Людмила Ивановна открывает и закрывает шкафы, ящики. Бегает мимо меня туда-сюда. На моем лице, непроизвольно появилась улыбка. Пусть отвлечётся, ей это сейчас необходимо.