Солёный чай

Ч.1. Глава 6

Вечером, сильно волнуясь, я поднималась на лифте в отделение онкологии. Сейчас до меня дошла вся бредовость затеи. Иду к совершенно незнакомому человеку, который болтается между жизнью и смертью, чтобы сказать спасибо. Но взятое правило, что желания должны выполняться, взяло верх.

Найдя нужную палату, я постучалась. Узнать Никиту было легко: молодой паренек, с добрым приятным лицом, абсолютно лысый. В палате был еще мужчина, но значительно старше.

- Здравствуйте, - под любопытными взглядами я подошла к парню, - Вы - Никита?

- Да, здравствуйте, - он смотрел на меня, не задавая никаких вопросов, в ожидании, что ему скажут. Взгляд у него был не по годам, я видела человека, готового ко всему и многое пережившего. Видимо, он привык к незнакомым людям, приносящим ему новости, в основном плохие, и сейчас ждал их от меня.

- Вы писали на форуме тему «Дожить достойно» перед больницей? - спросила я.

- Даа, - немного удивленно сказал Никита, но при этом улыбнулся, - А вы читали?

- Хочу сказать вам спасибо. Я вчера была ужасно подавлена, пока не прочитала ваше сообщение. Потом мне стало стыдно за себя, ну а уже потом намного легче. Думаю, что вы помогли не мне одной.

- Это круто! - немного по-детски сказал Никита и улыбнулся, - На это я и рассчитывал. Хотя и не очень-то надеялся, что кто-то всерьез задумается.

- Поверьте, это заставляет задуматься, по крайней мере меня. Может мы на «ты» перейдем?

- Давай.

- Скажи, а операция уже была? - задав вопрос, я немного смутилась, нетактично вышло, но Никита воспринял моё любопытство нормально.

- Нет, меня к ней готовят, анализы всякие, ну и лекарства дают. Говорят, на следующей неделе.

- А можно я тебя навещать буду?

- Навещай, а то тут скука смертная. Все такие грустные. То ли дело в отделении травматологии. Они там все перебинтованные, но ржут все время. А здесь тишина.

- А ты веселый. Я бы так не смогла.

- Он здесь душа компании, - отозвался мужчина. - Байки травит, поддерживает. Я бы без него совсем скис. А с ним все как-то полегче.

- Я смотрю ты любишь людям дух поднимать, - Никита мне очень понравился, было в нем что-то заразительно позитивное.

- Считаю это смыслом своей жизни, - совершенно серьезно ответил он, - Вот вылечусь и пойду учиться на психолога. Люди все такие замороченные, счастья своего не понимают, а я им попробую объяснить, что всё то, что им кажется важным, на поверку оказывается ерундой, а по-настоящему важные вещи они не замечают. Так и живут, как во сне. Думаю, я даже понял, как это до них донести. Главное - успеть.

Глаза у Никиты стали грустными. Я чуть не расплакалась, и чтобы не пустить слезу, нарочито бодро спросила, - Что тебе вкусненького принести?

- Я люблю все острое и соленое, так что принеси булочку с изюмом. Всё, что я люблю, мне сейчас нельзя, - Никита весело мне подмигнул.

*****

Я вышла из палаты в измененном состоянии. Как ужасно жаль этого совсем молодого парня, почти ребенка. Но одновременно, на контрасте с ним, я ощущала себя счастливым человеком. Медленно бредя по коридору больницы, пыталась разобраться в своих чувствах. Мимо прошла пожилая женщина. Поравнявшись со мной, она повернулась в мою сторону и произнесла тихонько:

- Ты нашла своего человека без ног, детка?

Я встала как вкопанная, а старушка пошла дальше по коридору как ни в чем не бывало. Было что-то странное в ее голосе — слишком молодо и бодро звучал он, учитывая почтенный возраст. Еще больше, чем голос, меня ввели в ступор сказанные слова, которые были цитатой нашего разговора с ангелом. Я стояла на месте и смотрела вслед удаляющейся фигуре. Ее походка... Она шла, бодрым, но каким-то странным шагом, слегка пританцовывая только ей одной слышной музыке. Было ощущение, что в ушах у неё плеер. Палочка в руке отстукивала ритм и не являлась предметом опоры, скорее щегольским аксессуаром. Слишком лёгкая походка для столь почтенной леди.

Это была худощавая, невысокого роста женщина лет восьмидесяти с хорошо уложенными седыми волосами. Серое классическое платье в английском стиле дополнено пастельно-розовым шарфиком, задрапированные концы которого скрывались под лацканами. Сочетание серого и нежно-розового было настолько приятным, что даже седые волосы придавали ей свежий вид. И хотя по всему лицу лучиками разбегались морщины, глаза, которые взглянули на меня, были молодыми и веселыми. А еще меня поразила ее прямая, как у балерины, спина.

В голову, почему-то, полезли дурацкие мысли, отводящие в сторону от услышанного. Я подумала, что когда стану такой же пожилой, то обязательно буду носить серое платье с таким же розовым шарфиком. И что пастельные тона очень освежают пожилые лица.

Пока я стояла в ступоре и думала про всякую ерунду, старушка прошла длинный больничный коридор и скрылась за стеклянной дверью, покинув отделение. Я вдруг осознала, что со мной произошло, и кинулась вдогонку. Нужно узнать, почему она сказала про «человека без ног».

Выбежав из отделения, я увидела закрывающиеся двери лифта, увозящего мою старушку и человека с загипсованной ногой. Во мне проснулся азарт охотника, вернулось «моё приключение», которого так не хватало. А, вместе с ним, вернулась и острота жизни, это никак нельзя упустить.

Я бросилась вниз по лестнице. Пробежав пять этажей, а точнее, буквально скатившись, распугивая больных и врачей, прямо до первого, я подбежала к лифту и встала перед дверью. Лифт звякнул, открывая двери....

- Девушка, может дадите пройти? - человек в гипсе раздраженно пытался отодвинуть меня костылем. Я опять растерялась — больше в лифте никого.

- Извините, - сказала я, опомнившись и освобождая проход, - Скажите, пожалуйста. А куда делась старушка, которая ехала с вами.

- Я не слежу за старушками, - раздраженно ответил человек в гипсе, ковыляя к выходу.

- На каком этаже она вышла? - не сдавалась я, преследуя беднягу.