Моя злая сказка

Глава 2.1

Глава 2

Есть города, утопающие в аромате цветущих магнолий. Есть такие, где специи правят балом, где от шумных многолюдных базаров, и даже  из окон белых домиков, прячущихся за белеными заборами и в густой зелени плодовых деревьев пахнет куркумой, кардамоном, пряными травами и острым перцем. Есть города, по улицам которых плещет соленый морской бриз и волосы прогуливающихся красоток источают ароматы свободы и бирюзовой бесконечности. Но, как ни крути, ни в одном из таких городов нет величия Рогода.

Великий город, где каждое здание, каждый особняк – воплощение богатства, красоты и роскоши.

Площади Рогода, на каждой из которых мог разместиться небольшой городок, напоминали моря, куда стекались реки и речушки улиц и проспектов. Здесь никогда не бывало безлюдно. И днем, и ночью жители города и его гости в колясках, пешком или верхами прогуливались по дорожкам парков, разбитых на этих площадях, вокруг высоких цветочных клумб и фонтанов, любовались прекраснейшими статуями.

В теплое время года – тенистые аллеи, радуга разноцветных брызг и беседки с изысканными лакомствами и прохладительными напитками, в холодное – многочисленные горки, каток и тёплые шатры, в которые превращались беседки. Внутри последних зимой всегда жарко горел огонь, а посетителям подавали глинтвейн, горячий чай, грог или кофе. В меню появлялось мясо, приготовленное на углях, и прочие не только вкусные, но и сытные блюда.

 И если летом над площадями витали ароматы цветов и прохлады, зимой здесь царили запахи специй, шашлыка и древесного дыма. Даже сейчас, в самый разгар дождливой осени, хватало желающих оценить местную кухню. Но, конечно же, самое интересное всегда происходило за высокими заборами и толщей каменных стен особняков самых богатых людей великого города.

Нежнее шелка губ твоих манящих бирюза,
И очи цвета спелого агата краше солнца.
Хочу тонуть в надушенных перстах
И пяткой левой в темноте согреться…

Дай знак, что я любим твоим бедром,
Признай, что уха страстные изгибы
Тебя пленили, как болото гром,
А хор бобров нам – свадебные гимны…

Подыгрывая себе на лютне, напевал молодой мужчина.

Длинные тонкие пальцы, дорогая одежда и утонченные черты породистого лица выдавали в поющем аристократа. Качество и стоимость его одежды прямо говорили о весьма недурственном вкусе и приличном состоянии. Жаркие взгляды, бросаемые на сидящую в золоченном кресле девушку без обиняков указывали на заинтересованность мужчины в ней. Ну, или в её собственном состоянии.

- Фух… - раздался тихий шепот, который ни девушка, ни мужчина не расслышали. – Слава Богу, ты решила хоть главную героиню не калечить! Машка, наконец-то ты вняла моим молитвам.

Ехидный смешок, прозвучавший в ответ, так же остался незамеченным увлеченной друг другом парочкой. Допев очередной куплет, мужчина улыбнулся Аделаиде, которая, потупившись, изображала смущение. Тонкие девичьи руки смяли шелковый платок с кружевной отделкой.

- Ты ведь выйдешь за меня? – перебирая струны, негромко спросил Шейн Диронал Ги.

Девушка прикусила нижнюю губу и бросила притворно робкий взгляд на поклонника, а вернее претендента на руку и внушительное приданное. 

- Я подумаю, - протянула прелестница, поднимаясь на короткие, зато мощные, кривые и сплошь покрытые густым тёмным волосом ноги.

Мгновение, и пышная юбка будто удлинилась на добрую ладонь. Не мудрено. Росточка девица была невеликого. Метра полтора или около того.

- Маша, ты опять за свое? – прошелестело под потолком возмущённое. В ответ раздалось приглушенное хихиканье, но увлеченные друг другом молодые люди снова ничего не заметили. – Зачем ты ей ноги укоротила?

- Затем! Надоели твои хрупкие героиньки, ростом с фигу и ногами немыслимой длинны. Отстань. Так вот…

Узкая девичья кисть, пойманая в плен широкой ладони поклонника, испуганно дрогнула.

- Аделаида! – с мукой в голосе простонал мужчина, приникая губами к волосатой бородавке в основании среднего пальца. – Вы прелестны!

- Гы! – смущенно заржала барышня и утерла сопли рукавом свободной руки. – Гы-гы-гы!

-Машка, зараза! Ты ополоумела? Какое к чертям «смущенно заржала»? Какое «ГЫ»?!

-Какое-какое… Громкое и с прихрюком!

- С чем?

Аделаида икнула и громко хрюкнула, исполненная нежных чуйств. Вырвав ладошку у Шейна, она грациозно поковыляла на выход, слегка пованивая на ходу. Возле двери она земедлила шаг и прислушалась. Как странно – дождя на улице нет, а всё мерещится какой-то шелест, удивительно напоминающий отдаленные голоса. Поймав себя на этой мысли, прелестница скривилась и тряхнула густыми волосами, уложенными в сложную высокую прическу. На сердце было тревожно, и не зря, потому что внезапно прошелестело:

- Густыми? Как бы ни так! Реденькими космами, стянутыми на затылке потрёпанной резиночкой!

Девушка нервно вскинула руку, ощупывая куцый хвостик.

- И вши у неё тоже имелись! Голодные, крупные и отягощенные интеллектом!

Тонкие пальцы немедленно поскребли затылок. На пол упала вошь размером с перепелиное яйцо.