Испытание

Глава 4

Всю следующую неделю наш офис напоминал пчелиный улей во время сбора меда. Поставив перед каждым отделом соответствующую задачу и определив сжатые сроки для ее выполнения, Нежинский не без удовольствия наблюдал за нашими лихорадочными метаниями. Понедельник, и без того не вызывающий приятных ассоциаций, обещал быть особенно отвратительным. Интуиция не подвела: концепция, которую мы разработали все отделом, была раскритикована шефом в пух и прах.

– Я знаю, что ты можешь лучше, Вероника. Покажи, на что ты способна или так и будешь занимать должность рядового специалиста.

Я кивнула и покинула кабинет. Умел мотивировать: вроде бы и способности отметил, но и намекнул, что в случае провала повышения мне не видеть, как своих ушей.

Коллеги знали меня достаточно, чтобы понять мое состояние и посочувствовать.

Где наша не пропадала? Прорвемся! Так я пыталась себя утешить, но получилось слабо.

Вторая неделя прошла в бесплотных попытках придумать что-то "новое, свежее и совершенно уникальное", как того требовал Михаил Федорович, «царь», как его прозвали с легкой руки нашей Леры за внешнее сходство, а также совпадение имени и отчества с первым Романовым на российском престоле[1].

Настроение стремилось к нулю. Последней каплей стали таблетки, которые закончились накануне. Я начинала нервничать уже из-за того, что их не было под рукой. Несмотря на многолетнюю терапию, боялась новых приступов паники и того, что Андрей мог увидеть меня в таком состоянии. Может быть, обойдется? За один день ничего не случится, завтра куплю.

"Завтра" началось с несработавшего будильника, что было чревато новым опозданием. Такси я вызвала из дома, позавтракать не успела.

– Оставила тебе блинчики, – крикнула, что Андрей услышал.

– Зачем? Сегодня пятница, а домработница в прошлый раз приготовила столько еды, что до сих пор что-то осталось в холодильнике.

Стало немного обидно. Я весь вечер созванивалась с мамой, готовила под ее руководством, чтобы сделать ему приятное, оказалось, зря. Решила не скандалить по пустякам и отправилась на работу.

Весь день посвятила изучению рынка оливкового масла. Узнала об этом продукте больше, чем за предыдущие двадцать три года жизни. К вечеру мой мозг, казалось, превратился в одну большую оливку, а они, как известно, думать не способны.

– Ника, ты собралась?

Андрей стоял в дверях со спортивной сумкой, перекинутой через плечо.

– Куда? – опешила я.

– Шутишь? На выходные мы едем играть в теннис на базу отдыха.

Я начала что-то смутно припоминать. Андрей говорил об этом накануне, но я совершенно упустила этот момент, полностью поглощенная работой и новым заданием.

– Только не говори, что забыла! Там такая природа, такой воздух, что никого не оставит равнодушным. Наверняка тебя посетит вдохновение.

Андрей говорил о поездке с таким восторгом, что мне стало стыдно. Опустив глаза, прошептала:

– Прости. Этот проект совершенно лишил меня сил. Боюсь, не смогу поехать. Может быть, останешься со мной?

– Не в этот раз, – ответил мой парень. – Я всю неделю работал, не покладая рук и заслужил отдых. Доберешься до дома сама?

Разочарование в его голосе смешалось со злостью, а меня захлестнула обида.

– Не в первый раз, – ответила. – Отдыхай, ни в чем себе не отказывай.

Он наклонился, чтобы поцеловать меня, но я отвернулась. Губы неловко мазнули по щеке. Андрей выпрямился и произнес сдержанно:

– Не злись, Ника. Я не единожды напоминал тебе об этом. Нет смысла обижаться, если ты не умеешь планировать время.

– Проехали.

Я махнула рукой, не желая продолжать неприятный разговор. В чем-то Андрей был прав, но признавать его правоту совершенно не хотелось. Все три дня майских выходных я буду вынуждена посвятить работе вместо того, чтобы провести их за городом с любимым человеком, в хорошей компании. Хуже наказание было сложно придумать.

***

Было обидно до слез, но поехать я все равно не могла. Шеф вызвал к себе, едва за Андреем закрылась дверь и произнес:

– Корсакова, за выходные не справишься, пеняй на себя! В понедельник приедут наши греческие партнеры и, не дай Бог, к тому времени у тебя не будет презентации рекламной компании.

– Я все сделаю, – ответила, впрочем, без особой уверенности в голосе, что «царь» сразу почувствовал.

– Ты меня слышала, – добавил он с нажимом.

Домой возвращалась в отвратительнейшем настроении. Выходные, которые я думала провести со своим парнем, стали продолжением рабочих будней.

И все-таки в вечер пятницы хотелось себя побаловать, поэтому по дороге я заглянула в кондитерскую и купила целый набор пирожных. Справедливо решив, что утро вечера мудренее, или понадеявшись на "авось", отложила работу на завтра. Заварила чашку черного чая с клюквой и ванилью, села на диван, подобрав под себя ноги, чего никогда не позволяла себе в присутствии Андрея. Поставила на колени поднос со сладостями, и включила телевизор. Демидов не любил сладкое, не смотрел телевизор, поэтому я воспользовалась его отсутствием и позволила себе сразу две слабости. По ТВ показывали "Кейт и Лео". Я смотрела этот фильм далеко не в первый раз, но всегда с большим удовольствием. Эта романтичная мелодрама мне нравилась, хотя и ежу понятно, что путешествовать во времени невозможно. Все же история любви, для которой даже время не стало преградой, грела мне душу.

Не заметила, как заснула. Проснулась, когда титры возвестили об окончании фильма. Выключила телевизор и осталась спать в гостиной, накрывшись пледом. Было так уютно, что не хотелось никуда идти. Едва голова коснулась подушки, я тут же задремала.

Я обнимала мужчину, уткнувшись лицом в его грудь и вдыхая его запах – еле ощутимый аромат его кожи и каких-то трав. Его подбородок покоился на моей макушке, а сильные руки воина держали крепко, но осторожно. Никогда раньше я не испытывала такого ощущения покоя, как рядом с ним, в кольце его рук. Было тепло и уютно, несмотря на свежесть раннего утра. Я подняла глаза, что рассмотреть его лицо…