Ничего не меняется

Спросить у Гринграсс

Настоящий герой — это мертвый герой,

Ну а кто еще жив — тот предатель идеи...

— Гринграсс, куда несешься?

— О, Грейнджер, ты про меня вдруг вспомнила. Что, надо передать Локхарту любовную записку? Так это не ко мне, — вопреки сказанному, Дафна удобно устроилась в нише напротив.

— Ну что ты. Просто хотела поздравить тебя с Днем Рождения, — максимально ядовито улыбнулась Гермиона.

— Ой, не беси меня! Еще одно слово на эту тему, и в следующем году я всем расскажу про твой День Рождения.

— Забудешь, — отмахнулась Гермиона. — А пока что держи.

Она прицелилась и кинула в Гринграсс коробкой с подарком. Она его поймала и хмыкнула:

— Ты туда камней положила, что ли? Что там такое тяжелое?

— Ну сама подумай, Гринграсс: что может дарить людям книжный червь, вроде меня? Конечно же, там книги!

— О, ну конечно, как я сама не догадалась! — презрительно скривилась Гринграсс. — Книга — лучший подарок, да? Грейнджер, да ты ходячая банальность!

Впрочем, взгляд, который Гринграсс бросила на тщательно перевязанную коробку, демонстрировал, что «лучший подарок» все-таки ее заинтересовал. Это она еще не знала, что кроме книг (исключительно маггловская классика, грязнокровка она или где) там лежали самые девочковые-предевочковые раскраски на свете, с принцессами и феями, и большая коробка фломастеров. Идея настолько идиотского подарка родилась у нее еще в прошлом году, когда она застала Гринграсс сидящей перед четырьмя чернильницами одновременно и четырьмя же перьями выводящей какой-то простенький узорчик. Художницей Гринграсс не была совсем, она и рисовать-то толком не умела, как сама призналась. А вот просто красить или выводить узоры ей нравилось. Гермионе тоже. Поэтому она как никто другой могла посочувствовать ей и предложить альтернативу чернилам. Что она и сделала. Ну, а тематика раскраски сама собой подобралась. Ей очень хотелось проверить, что же победит: снобизм или творческий зуд. То есть, будет раскраска использована по назначению или нет. Правда, она так и не придумала, как выжать из Гринграсс правдивый ответ на этот вопрос (следящие чары не помогли бы, они срабатывают, если предмет просто взяли в руки, а это не то). Но впереди еще почти шесть лет совместной учебы, за столько времени она уж как-нибудь узнает правду!

— В данный момент я сидячая банальность, а не ходячая, — педантично поправила ее Гермиона. — И вообще, подарки подарками, но я с тобой не об этом хотела поговорить.

— Все-таки любовная записка Локхарту, — вздохнула Гринграсс.

— Нет, Снейпу.

— Поздравляю. Ты почти сумела меня удивить. Что из твоего высказывания не было шуткой?

— Шуткой не было то, что я хочу поговорить о нем.

— Со мной? — удивилась Гринграсс.

— Нет, с Малфоем! Конечно, с тобой. То есть, в идеале я хотела бы поговорить с деканом, но инстинкт самосохранения подсказывает мне, что не стоит лезть к нему с такими вопросами. Поэтому я буду лезть с ними к тебе.

— И что за вопросы?

— Вопрос, в принципе, один. Гринграсс, а расскажи мне его историю? Я имею в виду — он же был Пожирателем Смерти?

— А, грязнокровка заволновалась, что декан ее не любит? Так ты к профессору Трелони сходи, она тебе на картах погадает. А если тебе факты нужны, то за этим в библиотеку, газеты читать. Странно, что ты еще не там. Может, приболела?

— Гринграсс, я бы и рада в библиотеку, но там почему-то хранятся газеты только за последние пять лет. Если ты произведешь нехитрые математические вычисления, то поймешь, что это не те годы, которые меня интересуют. Возможно, конечно, за пять лет в газетах зачем-то упоминали профессора Снейпа и подробно излагают его биографию, но я подозреваю, что зачахну раньше, чем это упоминание найду.

— Грейнджер отказывается сидеть и читать буковки! Ушам своим не верю!

— Просто это же время можно потратить на какие-нибудь другие буковки, более симпатичные и интересные. Трансфигурацию почитать, например. Ну что, я тебя убедила, что мне без тебя никак?

— Ну, по-хорошему, ты должна еще сказать «Гринграсс, мне нужна твоя помощь».

— Да пожалуйста: Гринграсс, мне нужна твоя помощь! Годится?

— Мерлин, и почему в моем воображении это был куда более волнующий момент? Видимо, ты что-то сделала не так.

— Я даже не буду спрашивать, почему ты воображаешь такие странные вещи. Ты меня не отвлечешь. Декан. И его история. Пожалуйста.

— Ты думаешь, я так долго ломаюсь только чтобы тебя позлить? Дело не только в этом. Просто я знаю официальную версию, да и ту не очень точно, а что там было помимо нее, это, возможно, известно тем, кто состоял в одной организации с профессором. А моя семья в том конфликте занимала нейтральную позицию и к Лорду не примкнула, поэтому то, что я могу тебе рассказать, и так каждая собака знает.

— Я не собака, я не знаю. Рассказывай.

— Ладно. Начнем с того, что декан наш полукровка. Да, вот не надо так на меня таращиться, у него мать чистокровная, а отец магл. Как он при этом умудрился попасть к Темному Лорду — непонятно. Слизерин-то к полукровкам относительно лоялен, вон, даже тебя терпим, хотя ты и вовсе магла, но то Слизерин, а то Лорд. И тем не менее, он как-то к нему попал, вроде бы сразу после школы, но это уже только слухи. Он даже занял не последнее место в тамошней иерархии. Про его деятельность там я, само собой, ничего не знаю, уж извини. А когда Темный Лорд пал, пошли аресты его уже известных сторонников, кто-то довольно быстро выдал и профессора, и его, кажется, даже задержали, но тут вдруг Дамблдор заявил, что профессор был его шпионом среди Пожирателей Смерти. И его выпустили. Конец истории.