Кровавый трон. Потерянная в темноте.

Глава 15

Глава 15

Сегодня мой первый долгожданный выходной, работа в библиотеке была не сложной, но работать столько времени без отдыха даже на легкой работе изматывает. Хэйвуд предложил этот день занять своеобразным походом, к которому мы готовились целую неделю, хотя само приключение займет всего один день. Архимагу несколько дней назад пришло известие о том, что в городе, который был в трех часах от Арагоса слетела защита. Как оказалось здесь на поселения ставят купола, наполненные магией и защищающие от нежити и другой пакости. У нас же с чудовищами борются по-другому, вспомнить только мой поединок в деревушке. Да уж, даже тут разница. У нас меч - у них купол.

- Ну, что племяшка, готова? - Хмыкнул старик.

Сейчас было утро, однако солнце уже светило ярко, освещая сугробы и ослепляя. Лучи пронизывали снег и, отражаясь, заставляли зажмуриться. Требовалось время, чтобы привыкнуть. Одеться пришлось очень тепло, ведь путь предстоял хоть и не длинный, но все-таки зимой, что несколько осложняло задачу. Хэйвуд нацепил на себя черную шубу и черную шапку, однако шарфик цеплял взгляд. Шарф был разноцветный, в полоску, и напоминал радугу. Как признался сам маг, это Марша позаботилась, чтобы он не заболел. На ногах же у него были сапоги для верховой езды, почти такие же были и у меня. Илли подыскала мне теплую красную шубку, желтые рукавицы и белый шерстяной платок. Выглядела я забавно, но зато мне было тепло.

- Готова! - Улыбнулась я, предвкушая веселый день.

- Тогда получай подарок. - Сказал Хэйвуд и обернулся, чтобы дать кому-то приказ. - Выводите.

Ко мне подвели прекрасного белого жеребца, его грива, казалось, отливала серебром, а весь его вид говорил о превосходстве. Он должен был слиться с белым пейзажем, однако снег его лишь выделил, словно показывая, кто здесь главный. Мои глаза встретились с его, и моя улыбка тут же осветила все вокруг.

- Нравится? - Спросил Хэйвуд и, получив мой кивок. продолжил. - Пусть будет твой, все равно никого не слушается. - Я счастливо засмеялась и даже не заметила, что на моих глазах выступили слезы. - Ну-ну, только не реветь.

- Спасибо! - Я утерла варежкой глаза и обняла старика, что так просто подарил мне самое прекрасное животное. - А как его зовут?

- Назови сама, он теперь твой. - Сказал он, выпутываясь из моих рук.

- Будешь Восход, хорошо? - Спросила я у коня, перебирая его гриву.

«‎Надо же, когда-то я хотела назвать коня Восход. А теперь моя мечта исполнилась, исполнилась в темном королевстве.»‎ - Пролетели мысли в моей голове. - «Надеюсь, Снежок подружится с Восходом.»‎

* * *

Мы пробирались через нетронутый снег уже около пары часов. Лес искрил, светился, казалось будто я находилась не просто в каком-то сосновом бору, а в настоящей сказке и лет был сказочным. Тишина завораживала, я несколько раз, когда мы только выехали, пыталась разговорить старика, однако он сначала меня игнорировал, а потом и вовсе сказал: «Научись слушать тишину.» И действительно тишина завораживала, не было слышно ни пения птиц, ни звуков других животных, кроме наших лошадей. Лишь размеренный звук шагов по снегу. Деревья почти не пропускали свет внутрь леса, и казалось, что лес просто бесконечный.

«Чудесно!»‎

Удивлял еще тот факт, что Хэйвуд невероятно легко управлялся со своей лошадью, Примой. Когда маг только забрался на кобылу, я только, совсем не по-аристократически, открыла рот, ведь так лихо на лошадь даже я не могла забраться.

- Годы тренировок. - Сказал тогда Хэйвуд и представил мне свою прекрасную игневую Приму. Цвет ее был золотистый, а грива, хвост и нижние части ног - черные. Прекрасная лошадка.

* * *

В город мы заехали в полдень, дорога немного затянулась. Селение напоминало деревню, в которой я была в сентябре, недалеко от хижины Хэйвуда, только больше, крупнее. При въезде мы сразу остановились и спешились, дальше ехать не имело смысла, здесь стоял храм из белого кирпича, здание с башней, где висел большой колокол. У него Хэйвуд и решил возобновить защитный купол. Вход храма ознаменовали каменными скульптурами богов, в которых в темном королевстве верили. В середине стоял Единый, мужчина среднего возраста в бесформенной накидке с серьезным лицом и взглядом, будто смотрящим на всех свысока, его рука была вытянута вперед и над ней, замерев во времени, висели символы четырех стихий: огонь - небольшой огонек, вода - капля, воздух - маленький вихрь, земля - камень, все они были переплетены и связаны в некую спираль. По левую руку от него стояла молодая девушка, она казалась такой счастливой, что невольно вызывала улыбку, а на ее голове красовалась корона, изображающая солнце. Эос - богиня солнца, рассвета. За руку ее держал юноша, на вид они были одного возраста, его глаза были темными омутами, но улыбка яркая и озорная. Голову его венчала корона, только уже изображающая месяц. Орфей - бог ночи, заката, темноты. Близнецы Эос и Орфей, день и ночь, старшие дети Единого. Следом шла фигура парня, лет четырнадцати, его руки были покрыты шерстью, а на голове красовались маленькие кошачьи ушки, да и взгляд был немного звериным, но каким-то добрым. Павлос - бог всех живых существ, фауны, средний ребенок Единого. По правую же руку от центра стояла прекрасная женщина лет сорока, ее волосы были покрыты платком из цветов, а платье сливалось с землей и имело фактуру коры дерева. На руках она держала сверток, откуда выглядывала крошечная девочка, ее глаза, не смотря на ее возраст, были полны решимости, а в ладошке, что вырывалась из пеленки, она сжимала маленькие весы, ножка которых была выполнена в виде клинка, именно за рукоятку малышка и держала мерило. Семел - богиня природы, жена Единого. Оганесцы считали, что природа должна быть всегда в дуэте с магией, они не ровняли стихию земли и фауну под одно, ведь природа - это основа всего, а магия - совокупность действий и слов. Адрастеия - богиня справедливости, войны и, по некоторым справкам, богиня верного пути, самая младшая дочь Единого. И последней фигурой была девушка с книгой в руках, ее слезы, казалось, прямо сейчас упадут из глаз на каменные страницы. Я подошла поближе и заглянула, меня невыразимо сильно тянуло прочитать строки. Книга была пуста, но не отпускала меня, голова закружилась, и на листах стал появляться читаемый, знакомый мне текст. История Гелии и Скотоса. Не знаю, сколько времени я простояла, склонившись над книгой, но, когда Хэйвуд выдернул меня за рукав, я обнаружила, что плачу вместе с богиней. Агейп - богиня любви, сестра Единого. Девушка, облаченная в легкое летящее платье, была, по поверьям, самой частой гостьей мира людей. Она жила здесь, среди нас, но это было в прошлом. Старший брат, Единый, забрал ее к себе, когда она разочаровалась в своей способности дарить любовь, давать силы совершать достойные поступки, давать возможность чувствовать. Сейчас она по-прежнему помогала людям, однако уже писала истории сверху, глядя на нас.