Пастух для крокодилов

Часть I. Глава 3.

Глава третья.

В которой речь идет о давней истории и

древнейших профессиях.

Золото притягивает умы. Всегда притягивало, несмотря на старания наивных идеалистов. Умы, рабочие руки, зоркие глаза, кинжалы, мечи, а также танки и вертолеты. Именно золото, в прямой или косвенной форме было и остается причиной всех войн, покушений, заговоров. Банально, но факт.

На территории нынешнего Сайбана пресловутый желтый металл находили еще в эпоху Египетских фараонов. Племена, обитавшие здесь в ту пору, слыхом не слыхивали ни о фараонах, ни о цивилизации как таковой, а потому жили себе первобытно-общинным укладом и в ус не дули. Живность тут, по причине теплого климата, обитала в изрядных количествах, копья и стрелы у людей не переводились, а все прочее было делом наживным. До поры до времени. Лет за тысячу до Рождества Христова иные изыски великих цивилизаций достигли, наконец, Юго-Восточной Азии, породив в людских умах жажду наживы. Люди научились ценить золото. Научились его добывать и обрабатывать. Научились делать монеты, презрев всякие там раковинки и кусочки звериных шкур. Не будем, впрочем, углубляться, потому как описанный процесс известен каждому еще со школьных уроков истории.

Шли годы, сменялись века, а жадность и корыстолюбие человечества возрастали в геометрической прогрессии. Лет за двести все до того же Рождества в джунглях появились новые люди – низкорослые, жилистые и воинственные племена сайбо, вооруженные бронзовыми мечами. Исход столкновения был предрешен логикой исторического развития – деревянные копья не могли противостоять тяжелым клинкам пришельцев. Многочисленные как муравьи сайбо взялись активно расчищать джунгли, и золото, обнаруженное здесь, послужило племенному вождю приятным сюрпризом. А время все шло. Раннефеодальное государство Шаккья разгромлено было, спустя четыреста лет, немытыми парнями Чингисхана, а уж этот народ имел особый нюх на золото. Дальнейшая история Сайбана во многом схожа с биографиями прочих стран Азии: сплошная череда войн и оккупаций. Монголов сменили китайцы. Потом – англичане. Цивилизованная Британская империя привыкла мыслить широко, а потому, кроме золота, принялась активно добывать уголь, рубины и прочие ценности. Сто с лишним лет подобной разработки весьма истощили лесные месторождения, а век двадцатый породил в умах бурную жажду свободы. Вскоре после Второй Мировой колония Сайбан превратилась в независимую республику, абсолютно не ведая, что за этим последует. Первое и единственное всенародно избранное правительство попыталось направить страну курсом рыночных реформ, а потому продержалось недолго. Как показывает историческая практика, демократы-рыночники, абсолютно не умеют защищать ни страну, ни даже себя, любимых – слишком увлекаются процессом накопления капитала. Уже в середине шестидесятых власть в стране надежно прибрала к рукам некая Народно-Революционная Партия во главе с товарищем Джуй Вэном, провозгласив, при поддержке СССР, «Сайбанский путь к социализму». Оригинальностью названный путь не отличался, представляя собой нечто среднее между китайской «Культурной революцией» и Советской коллективизацией, с добавлением кровожадности в духе Пол Пота. Крестьяне, не желавшие отдавать своих быков и свиней в общую собственность, нещадно прессовались методом помещения в яму, либо прямого усекновения головы с плеч. За двадцать лет такого правления численность сайбанцев сократилась весьма значительно – почти на треть. Так бы оно и дальше шло, не начнись в восьмидесятые «оттепель по Сайбански» - пришли опять к власти люди, настроенные куда либеральнее. Быков и свиней, ошарашенным крестьянам стали помаленьку возвращать, репрессии, за ненадобностью, отменили и завели даже разговоры, ни много ни мало, о ревизии всей деятельности НРП. Покойный товарищ Джуй Вэн многим оказался вовсе не товарищем, линию его признали ошибочной… Много чего сделали, в общем. Завершился процесс «оттепели» и слякоти вполне закономерно, и опять же, по азиатски – военным переворотом генерала Пхай Гонга. С демократией в государстве Сайбан покончено было раз и навсегда, как, впрочем, и с социализмом…

- Что мы видели, это еще цветочки, - заявил Суханов, расположившись с телохранителями в салоне задрипанного такси. Судя по дребезжанию и обводам кузова, изготовлена машинешка была годах в шестидесятых, чудом сумела не сгнить дотла в здешнем климате.

- Всего-навсего вояки, да еще и вежливые. Гораздо хуже бывает привлечь внимание людей из «Дабл Е».

- Откуда?

- «Двойное Е» или просто «Е энд Е». В переводе означает «глаза и уши»[1]. Официальное наименование здешней тайной полиции, хотя сами сайбанцы предпочитают местную кличку: «катуны», или «невидимки».

- Звучит интригующе.

- Только не для того, кто попадет к ним в разработку. Слышал что нибудь про гаитянских тонтон-макутов?

- Краем уха.

- Так вот, методы примерно те-же. Пыточные подвалы, всеобщая засекреченность и смутные намеки на черную магию. Местному населению этого более чем достаточно. Здесь считается, что катуны могут узнать даже твои мысли, буде решишь ты непочтительно подумать про генерала Пхай Гонга. За неуважительные о нем слова к тебе могут прийти среди ночи и вырезать язык, без суда и следствия.

-Бр-р, ужас какой! - вздрогнула хладнокровная обычно Кира и плечами даже повела зябковато. - Как они терпят!?