Ледяное пламя Книга 1

Глава 5. Алита

Сидя за туалетным столиком, Алита расчёсывала волосы. Раз за разом она проводила гребешком по длинной пряди от корней до вьющихся кончиков. На деревянной поверхности, около овального зеркала, стоял литой подсвечник, вставленная в него свеча сгорела лишь на четверть. Взгляд драконицы, казалось, был устремлен на одинокое пламя, но расфокусирован. Она совершенно не замечала колебаний огня.

Не моргая, Алита смотрела перед собой и улыбалась. В сознании проигрывалась сцена, где Кристофер желал ей спокойной ночи. Воспоминание о его взгляде и брошенной напоследок улыбке заставляло сердце стучать быстрее.

Раздавшийся короткий стук прервал размышления. Отложив гребень и поднявшись с табурета, драконица подошла к дверному проёму. Она коснулась пальцами вставленного в замочную скважину ключа и взволнованно спросила:

— Кто там?

— Это я, — настороженно ответила матушка. Из-за двери послышался одиночный стук каблука по каменному полу. — Надо поговорить.

Не спеша, Алита повернула ключ. Учитывая события сегодняшнего дня, причиной столь позднего визита могло послужить что угодно. Заметив хмуро сдвинутые брови и плотно сжатые губы Марты, драконица поняла: предстоящий разговор будет не из приятных.

Торопливо прошагав вглубь спальни, женщина оглядела комнату. Как если б в первый раз оказалась в этом помещении. Алита с интересом наблюдала за поведением Марты. Подобные действия были нехарактерны для приёмной матери. Уже и не зная, чего ожидать дальше, драконица начала нервно перебирать складки ночной сорочки.

— Вижу, ты уже переоделась, — Марта старалась говорить как можно спокойнее, но Алита расслышала суровые нотки в голосе. Матушка плавно уселась в кресло возле камина, расправив юбку нарядного платья бордового цвета, которое все еще было на ней. — Прикрой дверь, пожалуйста.

Прозвучавшая просьба вывела из замешательства. Драконица заперлась и прошла обратно к туалетному столику. Взяв табурет, она поставила его напротив Марты. Так они могли видеть друг друга при разговоре.

— Алита, извини, я устала и потому, не буду, да и не хочу ходить вокруг да около. Я сожалею, что до сегодняшнего дня мы почти не разговаривали на тему мужчин и прочего... Я не думала… — женщина замялась, опустив взгляд.

— Ты не думала, что я когда-нибудь покину замок, — подсказала Алита. — Я тоже.

— Да, но… Алита, это было заметно всем. Твоя симпатия, твои взгляды. Так нельзя.

В голове моментально появился вопрос: «Почему?». Но драконица не озвучила его. Она уставилась в пол и продолжила перебирать трясущимися от волнения пальцами край кружевной сорочки.

— Я не ожидала от тебя такого. Что же будет, когда ты появишься при дворе? Ты будешь влюбляться во всех подряд? — Марта повышала голос, продолжая задавать неловкие вопросы. Алита ничего не отвечала, так как прекрасно знала: какой бы ответ ни дала, матушку это не остановит.

— Говори тише, пожалуйста. Нас могут услышать.

— Вот что тебя волнует. Что я отчитываю тебя? Что повышаю тон?

— Я не хочу, чтобы наш разговор кто-нибудь услышал, — драконица виновато посмотрела в раскрасневшееся лицо Марты. Ей хотелось, чтобы матушка поскорее ушла.

— Алита. Это всё глупости, ты совершенно не знаешь жизни. Ты только читала о ней в книжках, но это совсем другое. В жизни много лжи. Нужно быть осторожнее, иначе тебя могут использовать, обмануть. Ты просто представить себе не можешь, как с тобой могут обойтись, если ты доверишься не тому.

Дальше драконица уже не слушала, хотя матушка старалась изо всех сил пояснить, как устроен мир за пределами Громового замка. Она в красках описывала ту жизнь, которую видела, работая в Эрте — родовом замке чёрных драконов. Не скупясь при этом на подробности. Но Алита лишь улавливала обрывки фраз, смотря на языки пламени и стыдясь.

Наконец, когда поток отвратительных по содержанию рассказов иссяк, а драконица уже испытывала к себе и своим поступкам крайнее отвращение, Марта поднялась с кресла и обняла приемную дочь.

— Ты должна понять, я очень переживаю за тебя. Я не могу поехать с тобой завтра. Я не писала об этом королю в ответном письме и не могу явиться вот так. Да и обязанности хранительницы никто не отменял. Поэтому ты поедешь одна, как и задумывалось. Прости, если наговорила лишнего. Спокойной ночи тебе, — женщина всегда напоследок извинялась: для вида или же действительно чувствовала себя виноватой, драконица наверняка утверждать не могла.

Как только матушка ушла, Алита вновь закрылась на ключ. Радостное щекочущее чувство в груди исчезло, на смену пришла горечь разочарования. Затушив свечу, драконица забралась в кровать. Её мучила совесть за своё неподобающее поведение. Хотелось извиняться, но вот перед кем и, главное, за что, она не знала. Весь разговор с Мартой, если этот монолог можно было так назвать, она держалась. Но теперь к горлу подступил ком, и слезы потекли ручьём, оставляя мокрые дорожки на щеках.

Проспав всего пару часов, Алита проснулась в обнимку с одной из подушек. Первая мысль была о нём, и девушка тут же уткнулась в мягкую поверхность, вспоминая улыбку начальника гвардии. Стиснув наволочку пальцами, драконица повернулась на спину и уставилась на деревянный полог кровати. В голове хаотично бегали мысли. Паника сменялась внезапной радостью, а затем вновь накатывало чувство страха. Как только ей удавалось хоть немного успокоиться, перед внутренним взором возникали запомнившиеся образы. Вот Кристофер сидит напротив неё, вот идёт рядом, вот бросает на неё взгляд, вот она касается его руки... Подобные прикосновения вызывали лишь улыбку, а в груди разливалось доселе неизведанное тепло.