Мария Порошина рассказала о трудностях в воспитании четырех детей

Обо всем этом и о многом другом Мария рассказала журналу «7 Дней». Это первое большое интервью актрисы после рождения младшей дочери, Глафиры, появившейся на свет 3 февраля 2016 года. У 42-летней Марии и ее мужа, Ильи Древнова, есть еще две дочки – 10-летняя Серафима и 6-летняя Аграфена. Кроме того, с ними живет 20-летняя Полина, дочь Марии от брака с актером Гошей Куценко.

«За все в семье, в доме отвечает мать. Какая проблема возникает, такую и решаю, – говорит Порошина. – Вот недавно я пылесосила и мыла полы, а Глаша у меня сидела в «кенгурушке» на животе – некому было ее уложить. Сначала дочка была недовольна, ей не нравился звук пылесоса. Но потом благополучно уснула, невзирая на шум. Я спокойно доделала уборку и положила Глашу в кроватку. Вот таким образом я постоянно пытаюсь исхитриться и устроить все так, чтобы одновременно можно было и ребенка укачивать, и обед готовить, и белье гладить».

Мария рассказала, что вышла на работу, когда Глаше было всего полтора месяца. «Конечно, сердце екало: волнительно оставлять такого маленького ребенка даже в надежных руках», – вспоминает Мария. Уезжая на гастроли, она сцеживала и замораживала молоко, чтобы сохранить грудное вскармливание. Но, несмотря ни на что, через три месяца молоко все же закончилось.

Мария Порошина, конечно, не остается один на один со всеми проблемами – ей помогают няни, бабушки, муж. «Знаете, на протяжении многих лет я мечтаю только об одном – выспаться. Если удается лишние два часа отдохнуть, я уже чувствую прилив сил и энергии. Но когда на протяжении десяти дней спишь всего по четыре часа в сутки, силы заканчиваются. А с возрастом становится только тяжелее. Поэтому иногда говорю: "Хэлп ми, помогите, смените меня!" И тот, кто в тот момент свободен – муж, бабушки берут девочек на себя, и я получаю полдня отдыха. Потому что без сил невозможно вырастить детей», – призналась Мария.

Несмотря на все трудности и постоянную усталость, Маша все же старается не повышать на детей голос, если те плохо себя ведут. По ее словам, в детстве для нее самым страшным наказанием была ситуация, когда мама переставала с ней разговаривать. «Я понимала, что провинилась, и прокручивала в голове, что же сделала не так, почему на меня мама обиделась, – вспоминает Мария. Сама она применяет тот же метод наказания: «Если расстроена, не буду ругать детей, кричать, повышать голос. Дочки видят, как я переживаю, и им становится стыдно. Мама работает, устает, тратит на них силы и время, подарки дарит, а оказывается, они взамен не могут даже элементарных вещей сделать... Они плачут, извиняются, и это более действенно, наверное, чем наказать, поставить в угол, применить агрессию».

«Конечно, нелегко, когда семья большая, но я, наверное, с самого детства об этом мечтала, чтобы было много детей, большой стол... – говорит Мария. – В моей спальне стоит большая кровать – два на два метра. Дети обожают в ней играть. Забираются все вместе (иногда даже Полина к ним присоединяется) и устраивают игры, то шумные, то тихие. Теперь берут с собой и Глашу. Когда я вижу, как они вчетвером все вместе копошатся, понимаю: вот оно, счастье!»