Душою наизнанку

Часть 5. Загадка выходит из тени, срывая маску

Казалось, жизнь налаживается…

Штамп «уборщицы» был успешно снят, и теперь я, вместо хозяйки таверны, по утрам гоняла немногочисленных работников со словами «Эй, дрысня, само не смоется!». Правда, потом плоды моих стараний находили способы мщения, за что приходилось неоднократно извиняться перед «работодательницей». Ну, ничего. Всё вполне терпимо, и дела идут полным ходом в гору!

Молли действительно изменила ракурс своего отношения ко мне. Порой не покидало ощущение, будто это очередная маска. Но что-то мне подсказывало, если приоткрыть чужую завесу к тайнам, то можно обнаружить предостаточное количество таких же. А пока жаловаться не на что, приходится наслаждаться возможным!

Мою мрачную каморку так и не сменили, правда, теперь поверх консерв покоился пышный матрас! Жизнь определённо благоволит! Но помимо прочего сегодня мне предоставили ванную комнату. Личную, как казалось в моём понимании. Однако кое-что популярно «разъяснило» что да к чему…

Молли проводила меня в пустующие покои, что оказались в скрытой от посторонних глаз мансарде. Запыленное помещение встретило жалостливым писком невесть откуда взявшихся мышей и похрустыванием древних половиц. С наклонного потолка свисала внушительных размеров паутина, что больше напоминала изящное подобие штор. Ни одного окна.

— Восемь метров по прямой и три налево! — бодро проинструктировала розоволосая и оставила меня в полном одиночестве.

Я боязно ступала по ветхим и полусгнившим, деревянным доскам, попутно отмахиваясь от налегающей паутины. Где-то над головой еле слышно завывал ветер. Его мелодия была грустна и отяготительна для сердца. Невольно мыслей коснулась ностальгия. Не думала, что когда-то буду столь сильно скучать по дому, родным… Интересно, как они там? Всё ли у них в порядке? Успели ли они позабыть обо мне или горестно проливают слёзы, стоит сумеркам сгуститься? Я не знала, и оттого глаза наполнялись влагой, застилающей обзор.

Запнувшись о собственную ногу, безвольно упала. Пол подо мной участливо скрипнул. К руке скоро подбежал мышонок. Чуть постоял, тихо пошуршал, пощекотал кожу, а после проворно перемахнул через преграду. С глаз сорвалась пара скупых слёз. В районе груди вновь сдавило, за чем последовал хлесткий удар. Я тут же вытерла лицо и попыталась выровнять дыхание — нельзя допускать глубоких переживаний! Мои собственные чувства — мои заклятые враги, подаренные как напоминание о проклятии. Я, конечно, знала, что не умру, но испытывать их раз за разом… Нет, никогда не привыкну к этим адским мукам!

Поднялась и отряхнулась от грязи, после чего продолжила путь к долгожданной ванне. Уже на подходе заприметила в тёмном углу блестящую ручку от магического светлячка, что верно следовал за каждым моим шагом. Открыла дверцу, и меня тут же встретил удивительный цитрусовый аромат. Вдохнула ещё раз — как же вкусно пахнет!

Прошла во внутрь, поспешно скинула одежду, не обращая внимания на интерьер. Меня влекла лишь иссиня-чёрного оттенка ванна. Дёрнула за висящую нить, и огромная ракушка вмиг наполнилась до краёв. Я погрузилась в горячую воду и наконец почувствовала растекающуюся негу по телу. Как же долго я ходила грязной! Поистине божественно!

— А-ах, — блаженно прикрыла веки, чуть не мурлыча и постепенно погружаясь в мир грёз.

Как только привыкла к высокой температуре, я вытянулась во весь рост и сполна отдалась в плен обволакивающей воды.

Плотней зажмурилась и погрузилась с головой, теряя пару пузырей из носа. Казалось, я опускаюсь на дно океана, где мерно кану в убывающих отражениях солнечных лучей. Они чуть освещают темноту сквозь прикрытые веки. Тело плавно качают еле пощипывающие потоки, а волосы непослушно путаются в друг друге, щекоча кожу на лице.

Когда воздух был на исходе, разомкнула глаза и с удивлением обнаружила себя, стоящую в непроглядном мраке. Окутавшая тело вода враз исчезла, будто иссохла с чьим-то щелчком. В спину неожиданно подул ветер, а по щекам больно ударили мокрые пряди. Обернулась назад — передо мной стоял мужчина: волевой подбородок, по обе стороны которого аккуратно вились золотые локоны волос, скривлённые в ухмылке тонкие губы…

Меня хлестнуло по груди, от чего я на мгновение раскрыла рот, потеряв бдительность.

Тьма рассеялась, возвращая в ванную, где я сжалась в нервной судороге, силясь избавится от проникшей в горло воды. Перед глазами лениво тянулись багровые следы — тело вновь начало кровоточить. И это было впервые с момента моего пребывания в Изнанке! В лёгких уже остро жгло. Взгляд метнулся наверх и тотчас столкнулся с посторонним: сквозь толщу краснеющей воды на меня пронзительно смотрели тёмные глаза, в которых бушевали сапфировые языки пламени.

Очередной удар невидимой плетью.

Из глотки вырывается пронзительный крик, что раздирает слизистую остатками не вышедшей жидкости. Лихорадочно размахиваю руками в попытке ухватиться за бортики ванны, но руки то и делают, что соскальзывают с гладкой поверхности. Пятки до синяков колотят по дну, пока грудную клетку продолжают рассекать.

Удар. Второй. Третий. Четвёртый…

Я наконец ухватилась ослабевшей рукой за магическую нить, которая свисала с потолка прямо над головой. Потянула за неё — вода вмиг растворилась. Как тогда… во тьме….

Из глотки вырывался надрывный кашель. Тело било дрожью. Мышцы часто сокращались, от чего кровь хлыстала ещё большими ручьями. В голове до сих пор стоял шум настигнувшей паники. Кто это был? За что меня вновь стегали? Неужели из-за страха?!

Я подолгу не вставала с опустевшей ванны, не чувствуя гуляющего холода вокруг. Где-то рядом неровно мерцал светлячок. Раны теперь лишь пульсировали, но скованное тело так и продолжало судорожно вздрагивать. Погружённая в собственные страдания, я не заметила, как в дверь сначала громко постучали, а после решительно отворили ударом с ноги.

— Сандра! — возмущённо окликнула меня Молли.

Но стоило ей увидеть обездвиженное тело в уже чуть высохшей луже крови, как она обеспокоенно подскочила ко мне. Не проронив ни слова, женщина с лёгкостью подхватила нагое тело, не переживая, что может запятнать белое в кружева платье. Я ничего не понимала, и мне было абсолютно всё равно: куда меня несут, зачем и не тяжело ли. В голове кружил рой пчёл, а сознание незаметно покидало…

— Не спать! — строго воскликнула Молли. — Закроешь глаза — и я лично поделю твое тело надвое!

Очень взбадривающее предложение, однако… Но почему мне как-то неважно за себя?...

— Александра! — меня огрели по щеке.

— Ай! — запоздало среагировала хриплым вскриком.

— То-то же. Ещё покойника мне тут не хватало!

— Ч… что… слу… чилось…? — сипло выдала из саднящего горла.

— Чужой вопрос крадёшь, дорогая! Это я хочу поинтересоваться: что же такого случилось, что теперь я вынуждена вправлять твои коньки на место? — К носу поднесли небольшую склянку, от которой дурно пахло.

Нашатырь?

— Фу-у… Кх-кх-кхы! — Тело зашлось в приступе кашля. — У… кх… бери! Кх-кхы…

Противный раствор отставили в сторону, однако его ядрёный шлейф продолжал свербеть в носу и по всей слизистой горла. Какая мерзость! Брр!

Ран коснулись прохладной мазью, которая тут же вызвала ощутимое раздражение, заставляя те пульсировать ещё сильней.

— Кхм-м-м-м!!! — случайно прикусила язык.

— Терпи, — сердито отозвалась заботливая хозяйка таверны. — Уж точно не больней того, что было!

Правда? Интересно… Я что, должна помнить каждую свою муку? Да они следуют одна за другой, не успев и кончиться…!

Я честно хотела высказаться на это заявление, но мне было так дурно, что сил на споры совсем не осталось. Потому я вынуждена была отделываться то короткими шипениями, то протяжными мычаниями, что чередовались хриплым кашлем. Да что же это такое!

Сфокусировав помутнённое зрение, я отметила, что находимся мы в комнате у Молли, и лежу я на мягкой кровати… Чужой кровати. Что с ней? Не может быть, чтобы обо мне столь сильно страдали. У всего должны быть причины. Что же эта розоволосая дама скрывает от меня? Ведь определённо есть, что!

Пусть мы и подружились с Молли после того случая с господином Превье, но я не могла с распростёртыми объятиями кинуться ей на шею и поплакаться о тревоживших меня мыслях. Да, женщина изменила своё отношение ко мне: стала более открыта, отзывчива, помогала советами, порой подбадривала стимулирующими пинками по одному месту, многое позволяла… Кроме, пожалуй, выхода за дверь таверны. Однако какая-то часть меня боялась полностью довериться, будто ощущала притворство со стороны неожиданной доброжелательности и резкой смены отношения к моей персоне.

И теперь повис решающий вопрос: довериться или… снова отнекиваться небылицами, придуманными в скорой горячке? Сомневаюсь, что от меня отстанут, особенно после таких ранений… Но самое подозрительное, даже для меня: почему они вновь пустили кровь? Разве Изнанка — не место, где смерть настигает тебя лишь по истечению срока, без рукоприкладства? И даже без кровотечений — тело просто иссыхает и тлеет в течении нескольких дней или порой недель. Что же это такое…?

— Я жду, — напомнила о себе Молли.

Оказывается, женщина уже давно покончила с обрабатыванием рассечённой плоти, плотно перебинтовав мне грудь, а сама сидела в очередном роскошном платье. И когда только успела? Ладно.

Обречённо вздохнув, покорно отозвалась:

— В ванной кто-то был. А ссадины, видимо, от страха…

— Фр, ссадины? — она насмешливо вскинула изящную бровь. — Да у меня полбанки ушло на них! Нет, дорогуша. Так дело не пойдёт! Помнишь, что я обещала? Да-да, не побрезгую и четвертую тебя! На половинки! Могу даже формы для кромсания предложить…

— Всё-всё! Поняла… — поспешно заверила, жаль, руками для должного эффекта так и не смогла замахать. — Мужчина! Там был мужчина… Я без понятия, кто он…

— Так. А теперь в деталях, с красками, вплоть до алых! — вовремя перебили меня.

Эх… А ведь только хотела опустить их… И где моя честно заработанная фортуна? И жалобы даже некому написать…

— Зашла в ванную. Набрала воды. Окунулась. С головой. — Я почувствовала испытывающий нервы взгляд и чуть поёжилась. — Не знаю! Захотелось почему-то… В общем, открываю я глаза спустя какое-то время и вдруг оказываюсь во мраке. Я не спала — это точно. Просто в мыслях витала, а тут такое! Когда в спину ударил ветер, обернулась — а там мужчина! И вот с него всё началось…

— Опиши его, — серьёзно потребовала Молли, и мне на мгновение показалось, что она напряглась, вперив в меня стеклянный взгляд.

— Золотые кудри… — только начала я и в груди отчего-то заныло вновь. — М-м! — зажмурилась от боли, прикусив и без того опухшие губы, не успевшие исцелиться ещё с предыдущего раза.

На голову опустилась ледяная ладонь, усмиряя продолжение адских мук.

— Всё ясно, — вынесла она вердикт после долгого молчания.

— Ч-что? Почему… снова? — боль уже почти утихла, но оставила малоприятный осадок.

— Можно накрывать на стол, — усмехнулась хозяйка, а у самой в глазах холодная сталь.

Я, насколько это было возможно при сморщенном лице, вопросительно уставилась на неё.

— Гости спешат! — раздражённо отозвалась Молли, вставая с места и двигаясь по всему периметру комнаты как юла. — Даже гость! Прям летит и не споткнётся, зараза такая!

Я не имела представления, о ком идёт речь, потому задала самый глупый вопрос из возможных в данной ситуации:

— Кто?

А ведь догадывалась…

— Кто-кто? Кристиан, чтоб его за… — а дальше моё сознание позорно отключилось в спасительную темноту.