Избранная для Лорда

⚜️ Глава 48 ⚜️

Что я представляла, оказавшись в склепе? Наверное, как показывают в фильме: серые массивные стены, паутину, мертвые цветы, тонкие решетки оград.

Но нет. Я стою посреди сада, а в самом центре, под лучами пробивающегося сквозь застекленную крышу солнца, стоит аккуратный гроб. Так тихо, что я слышу собственное дыхание. И спокойно, слишком спокойно. Ощущение, что я нарушаю чей-то покой, как будто не имею права здесь находиться.

Так странно быть одной в оглушающей тишине, без Ноя и Ферра. Но раз их отец сказал, что я должна пойти одна и должна поцеловать тело престолонаследника без свидетелей, то ладно. Парни, если что, снаружи, готовы прийти по первому моему зову, как и их отец. Нина тоже не пошла отдыхать и теперь, наверное, сейчас их развлекает. А еще я очень рада видеть Артиса, пусть и не успела ему об этом сказать. Ничего, выйдем с Ферром, я даже позволю себе обнять оборотня.

Мысль, что за моей спиной стоят друзья и любимый, придает мне уверенности, и я делаю шаг. Сухая ветка кустарника розы хрустнула под ногами, но больше ничего не произошло. Я двигаюсь уверенней по каменной дорожке, прямиком ко гробу. В последний момент оборачиваюсь, не поджидает ли меня кто. Стекло (или это хрусталь?) слабо мерцает, а под ним покоится совсем молодой юноша. Да, именно такого я видела в отражении Источника, именно его лицо помню до сих пор. Только вживую Ферр выглядит еще моложе; по расслабленной позе хочется думать, что он спит. Но разве ж в гроб кладут спящих?

Выдыхаю и протягиваю руку, дотрагиваюсь до мерцающего стекла. Вдруг меня как током прошибает, а мир вокруг меняется.

Я стою в склепе, мрачном, сером. Посреди стоит гроб с той же стеклянной крышкой, а возле него — статный мужчина, с опущенным плечами. С ужасом узнаю в нем отца Ноя и Ферра. А я… я как будто погружаюсь в происходящее, как будто смотрю фильм.

— Не переживай, — шепчет голос. Он как будто везде, а может, только в голове. — Ты все делаешь правильно.

— Что еще нужно сделать, чтобы это прекратилось? — Нафанаиль Вариэра стоит над стеклянным гробом своего младшего сына и с печалью смотрит в милые черты его мальчика.

— Ничего, только ждать. Скоро мое сокровище, мой магнит для высших, прибудет сюда в компании мага третьего уровня. Когда мы встречались с моей крошкой, она уже оставила след на двух высших, я почувствовал это. Так что, я уверен, к моменту ее прибытия я увижу следы еще очень и очень многих. Я найду каждого и уничтожу.

— И тогда моему королевству ничто не будет угрожать? — с надеждой спросил лорд.

— Ничто, поверь мне. Я же обещал тебе. Как только мой дух завладеет телом прекрасной белокурой рабыни, я поддержу твое царство.

— А если не получится? Мой сыночек…

— Он жив, просто блуждает в теле крысы. Ему полезно научиться жизни, чтобы быть достойным принцем.

— Ох, Луст, больно ты много знаешь, — сокрушенно восклицает лорд. В его горле замер комок.

— Я знаю достаточно. Как только мою родину разорили, я вынужден был скитаться. Я прислуживал всю жизнь, терпел, когда на меня смотрели свысока. Но теперь все изменится. Мы будет соратниками, так ведь?

— Конечно.

— Ты не потерял семью, они просто спят, — успокаивает голос. — Они будут рядом с тобой, когда ты, лорд, восстановишь Аль-Солу и позволишь ей быть такой, какой она должна была быть.

— Но как я заставлю волю этой девушки подчиниться?

— О, это тебя не должно заботить. Предоставь это мне…

Резко отдергиваю руку от гроба, но понимаю, что поздно. Рядом со мной вырастает худой высокий мужчина с бледным лицом и огромными злыми глазами.

— Не сопротивляйся, Ива, — отражается от стен знакомый голос.

— Юдин? — удивленно оборачиваюсь.

— Не слушай этого дурака, — вторит другой голос, такой же знакомый, причем стоящий передо мной человек не шевелит губами, а эхо продолжает: — Как тебе фокус, Иваннушка?

— Я талантлив, — снова звучит голос Юдина.

— Я лучший! — эти интонации принадлежат Лусту. Эхо смешивается, вибрирует, электризуя воздух.

— Хватит! — зажимаю уши. Крик застревает в горле, и звук выходит тихим, подавленным.

— Подчинись, Ива, твой крик все равно никто не услышит. Здесь наложен купол, — проникает в голову. Мужчина подходит близко и отнимает мою руку от головы. Проводит пальцами по синей венке с какой-то нежностью, а потом наклоняется и… целует холодными губами.

Пытаюсь вырвать с руку, но маг держит крепко. Мне становится ужасно мерзко, противно до ужаса.

— Не дождешься! — цежу, снова и снова предпринимая попытку вырваться. Мне не дают.

— Ты теперь моя, — сладостно произносит мужчина, втягивает носом запах моей кожи. — Моя рабыня. Белокурая, красивая. Та, которая станет моим идеальным сосудом. «Мой дух найдет идеальный сосуд в теле белокурой рабыни, чья воля вовек подчинится тебе, и тогда правление мое будет в роды родов», помнишь? Вы ж, дураки, думали, что речь об этом мальчишке. Но нет. Ему просто не повезло услышать остатки разговора, непредназначенного для его ушей. Хотя, как видишь, мне это сыграло только на руку.