Избранница Тёмного: вернуть начало • Творения Великих 4

Глава 3. Прощай, столица песка

Как добрались с Эдмондом до гостевого крыла? Не вспомню. Шла, как лунатик, смотрела под ноги, а взгляд Велора в кабинете Бра-мура – больной, разочарованный – обрастал всё новыми смыслами.

– Он не хочет меня видеть, – в одиночестве сползла я по стене в своих покоях и села на пол, обняв коленки.

Клеймо снова зудело. Я его рассмотрела в зеркале – то была ладонь, отпечаток. Ажурный ожог, забитый кручёными символами таким, которые начертал мастер Бра-мур, в точности повторял очертание пальцев Эдмонда, и пусть знаки были начерчены тушью, горели они, точно вырезанные на живую. Болели.

– Ладонь, – покачала я головой у зеркала, приспустив с плеча невесомый рукав платья. – Как лапу наложил.

Это походило на правду и отвечало характеру Эдмонда. Я скосилась на новенькие котомки и свёртки, сваленные на пол у туалетного столика – их по возвращении принесла служанка из крыла кровопийц – пожилая, если судить по морщинкам, тронувшим фарфоровую шею.

– Одежда, подходящая для холодных земель, аори*, – отчиталась она с поклоном. – Аор Лайн велел доставить. (*аори - юная леди в Тёмных землях, каори - замужняя)

– Велор? – вырвалась у меня, когда я вытянула из свёртка платье нежнейшей тонкой шерсти, а на груди слева – крохотная жемчужинка-брошь. Веточка, похожая на сирень.

– Нет, разумеется. Аор Эдмонд, – выделила служанка и с поклоном заторопилась. – Мне велели помочь вам собраться в дорогу до обеда.

Я вздохнула. От клыкастой так легко, как от рогатой Мары, не отобьёшься, меня она не послушает, а раз Эдмонд собрался представить меня обществу... Нельзя облажаться с порога. Я молчаливо кивнула, дескать, выполняйте работу, и женщина принялась за дело. Ворочала чемоданы и поразительно ловко наряду с новыми тёплыми укладывала мои «пустынные наряды», звенящие камешками и монетками. Не настаивала, мол, вам, аори, такое не пригодится в холодных землях Сореса, и лишь моя несчастная ирия – три жухлых листочка, похожих на луковые перья – остановили её отлаженные движения.

– Если позволите, аори... – начала кровопийца, – ириям не место в горшках. Они не цветут в неволе. Любят простор.

– Это подарок, – покачала я головой. – Я не могу его оставить. И моя подруга обещала, что ирия зацветёт.

Женщина промолчала, укутала цветок в платок и спрятала в корзину. Лицо кровопийцы в невозмутимости могло бы потягаться с физиономией Велора. Я было улыбнулась, но скисла снова.

Дракула... Как он там? Неужели не попытается встретиться? Мне нахватало его. Не хватало всё сильнее с каждым аккордом ноющей рези в лопатке. Ещё и метка странно действовала на рысь. Спорила. Кошка злилась и когда кидала жар моего огня к печати, будто пыталась выжечь червоточину, ажурная татуировка на лопатке раскалялась словно добела.

Я дозволила служанке хозяйничать, а сама обняла себя за плечи и смиренно подошла к окну. Вдохнула, насколько хватило лёгких. Утро накнец занялось, и столица Пустынных земель, омытая ночным дождём, блистала. Из окон тянуло прибитой пылью и морской свежестью. Похоже, скоро снова заморосит.

Так и вышло.

Погода до обеда и впрямь выдала грозу, но отъезд гостей всё равно огласили песнями и танцами. Мой страж сопроводил меня в тронный зал, а оттуда вместе с тёмными вышли во двор. Там уже гремели барабаны, громыхал далёкий гром – плыл на колеснице туч в пустыню, а танцоры в лёгких нарядах плясали, как по раскалённым углям. Высоко вскидывали коленки, вскрикивали и рассыпали охапки жемчужных лепестков.

Театральное действо, похожее на бескровный танцевальный турнир, впечатляло, но само прощание вышло коротким, почти торопливым. Ассаро в компании Гакэру Авара заметно хмурился и поглядывал на меня с тревогой. Смешливый принц едва ли улыбался. Похоже Велор прав, рогатый друг занял сторону вампирюги и огорчился, цитирую: «..что Ворт понёс меня в Тёмные земли».

Уточнять, что понёс меня вовсе не Ворт, а его тёмный ушлый побратим, я не рискнула – Эдана постоянно была рядом. Она так внезапно сбросила оковы неминуемой свадьбы, пусть даже на время, оттого нервничала, кажется, даже больше меня. Теребила кольцо с тёмной жемчужиной на пальце, словно пыталась тщетно его снять. На кронпринца будущая королева не смотрела, а я не смотрела на Эдмонда. И с Ассаро обменялись лишь парой фраз.

– Пиши, если что, – хмуро наставлял принц, завесив бровями ясные раскосые глаза. – Руна моей почты у тебя записана.

– Хорошо, Ассаро. Спасибо. Спасибо тебе... за всё.

Друг тепло улыбнулся и поклонился, как требовали приличия – заложив левую руку за спину. Я поклонилась в ответ, заведя обе руки. Обнять друга на виду у всех было бы неприлично, хотя, по правде, душевно необходимо. Я не знала, надолго ли прощаюсь с Ассаро, не знала, встретимся ли мы снова, оттого хотелось дать волю чувствам. Однако с меня глаз не спускали ни кровопийцы, ни пустынники.

Похоже, весть о «первой ими-арэ бывшего Этора» разлетелась по дворцу со скоростью песчаной бури. Ещё и метка, так стыдно-заметная на плече, наполнилась тянущей болью, стоило увидеть Велора во дворе. На меня Дракула не смотрел. Ни разочка не взглянул, будто знать не знал. Ох, ещё немного, и на радость Арису точно завою, как подбитая рысь.

Метка заныла совсем невыносимо.