3 желания для мецената

28. Глава 5.

Глава 5.

Этот сумасшедший Новый Год закончился.

В школе я стала настоящим героем, появившись после зимних каникул под бурные овации сослуживцев.

Поначалу меня еще будоражили воспоминания о драконе, который финансирует наше благое дело. Что говорить, - наш танец на том безумном балу проникал в мои сны, а чувство мурашек по коже не проходило даже по утрам.

Я дергалась от каждого телефонного звонка, опасаясь, что меня снова вызовут в кабинет мецената. Даже поначалу почему-то была уверена, что он вдруг сообщит мне, что передумал и выставит какие-то новые условия.

Трудно сказать, чего во всем этом было больше. Опасения и трепет сплелись в одно. Меня не отпускал этот странный человек, до сих пор окутывая своей харизмой и удивительным характером, хотя, иногда глупо фантазируя в ванной о том, что бы могло с ним получиться, я каждый раз убеждалась в том, что жить с таким точно невозможно. И все же… Руки почему-то сами начинали дрожать, стоило мне лишь взглянуть на золотую рыбку, подвешенную на лампу на столе.

Я переживала еще и о том, что феерическое появление на страницах интернет-журналов в качестве чужой невесты просто так не обойдется. Постоянно дергалась в первые дни, выходя из дома, ожидая, что на меня из-за угла сейчас налетит стая журналюг. Ну, или какая-нибудь его Барби, или секретарша, или просто сумасшедшая влюбленная поклонница. Но и тут обошлось. Интернет глухо молчал про личную жизнь мецената. Меня никто не трогал. И все постепенно забылось, возвратив жизнь в привычное мне русло.

Работа, дети, долгие вечера за книгой или за чашкой кофе с Наткой, - увы, ей так и не подошел ни один из кавалеров, с которыми она успела познакомиться в новогоднюю ночь. Ну, а Сашка теперь набирал горы халтуры, чтобы разгребаться со своими долгами и почти до утра сидел над починкой компов. Вообще-то он программист, но руки у него реально золотые и от заказов на починку просто нет отбоя. Так что по вечерам я, как и подруга, теперь почти все время была одна.

И все равно, к восьмому марта сердце забилось как-то по-особенному. Я почему-то была уверена, что Филатов вспомнит обо мне и обязательно поздравит. Весь день срывалась на каждый звонок. А щеки горели, будто на морозе.

- Подруга! – подкалывала меня Натка. – Да ты, кажется, завела себе кого-то на стороне! И светишься вся! Что, - прощай, Сашка?

Но я только отмахивалась, - ведь не влюбилась же я в этого сумасшедшего, в самом деле? Нет, это было совсем не то. Просто… Какая-то эйфория, которая немножко заразила меня той новогодней ночью.

В конце марта я снова напряглась, - три месяца закончились. Филатов должен был появиться с новыми требованиями и новыми желаниями. Руки дрожали, глаза блестели так, что у меня начали спрашивать, нет ли у меня температуры, а голос почему-то срывался и в горле пересыхало.

Но начался апрель. На школу пришел новый чек со всей нужной суммой. А обо мне Филатов, кажется, совсем забыл. Да и это, наверно, и неудивительно. Ведь, - кто я для него? Так, решил под Новый Год немного посмеяться, напугал пришедшую просить своими страшными желаниями, поразил всех, появившись с якобы невестой, - да и все. Это для меня все оказалось таким ярким, что еще долго в глазах рябило, а для него, - просто пустячок. Он, может, даже уже и не помнит о своих условиях!

Дожив до мая, я поняла, что можно расслабиться окончательно. Судя по всему, никто с меня больше никаких желаний требовать не собирался. Сердце перестало дергаться, вернувшись к своему привычному ритму. А я, - мечтать о всяких глупостях, представляя себе нашу возможную встречу и вспоминая волшебный танец.

Меня будто кипятком обдало, когда однажды, в обыкновенный, радостный майский день, - из тех самых, в которые вокруг все цветет, а голова идет кругом от невероятной красоты и аромата, и кажется, что весь мир окутан запахом, который просто можно черпать пригоршнями и пить, а сердце вместе с ногами с самого утра, откликнувшись на мягкий лучик еще не жаркого, зато невероятно бодрого и освежающего солнца, само по себе хочет пуститься в пляс, и, если честно, все вокруг тоже кажется волшебным и немного нереальным, за последней партой моей выпускного класса я заметила знакомую фигуру.

В безупречном черном костюме, все так же идеально выглядящий, как будто его только что отфотошопила сама природа или какие там колдуны у драконов, Филатов с самым серьезным видом осматривал класс, поигрывая оставленной ему когда-то браслеткой. Даже поднялся вместе со всеми, когда я вошла и поздоровалась.

- Олег Викентьевич? – я не знала, как себя вести. Если чего-то хотел, то мог бы и сам вызвать. Ситуация, конечно, не такая уж и из ряда вон выходящая, - ну, подумаешь, спонсор пришел, да и открытых уроков в своей практике я провела немало, но что-то предательски заставляло сердце сбиваться, а с голосом творилось вообще что-то совсем невообразимое. Воздуха не хватало невероятно, отчего пришлось сжать кулаки и напряженно следить за интонацией, которая все прыгала то на высокие ноты, то на какой-то томный выдох. И почему я только нервничаю?

- Не обращайте на меня внимания, - очень скромно отозвался меценат. – Просто решил посмотреть школу, которую финансирую. Должен же я знать, на что идут мои деньги. Посмотрим, так ли эти дети на самом деле талантливы и одарены. Может, даже присмотрю себе кого-нибудь на летнюю практику. Просто ведите урок, Жанна Игоревна. Как будто меня здесь нет.

Да. Это, конечно, звучит очень просто. Только вот не тогда, когда память предательски рисует разные картинки. А по губам проходят волны поцелуя, который ничего не значил и давно должен был бы забыться. Я бы списала дрожание рук на то, что волнуюсь из-за неизвестности, - ведь, раз он появился, то, скорее всего, потребует очередного транша в виде исполнении желаний с моей стороны, но кому я вру? В пелене, которая появилась перед глазами, возникал только один образ, - его невероятно близкое лицо, пока мы кружились в танце и огромные, с золотыми искорками глаза, в которые я как будто улетаю…