Книга шороха

Глава 2 - Сердце

В тот день Аили проснулась позже обычного. Через небольшое мутное окно в комнатушку проникал серый холодный свет. Ранняя весна: угрюмые тяжелые дни, когда теплый ветер доедает талый снег, низкое небо кишит мелкими птицами, а из леса тянутся скрипучие крики ворон. В это время хочется уйти в спячку и ничего не делать, но тут, у Проклятого леса, дел всегда предостаточно, и выполнять их проще, чем отлынивать от работы. Старый Рудид видел всё и всё знал, а его негодующее ворчание сводило с ума.

Зябко стиснув зубы, Аили вылезла из-под тонкого одеяльца, чтобы быстро одеться и выскочить на улицу. Рудид, как и всегда, провалившись в любимом кресле, сидел в соседней комнате и теребил в руках кисет. На низком массивном столе перед ним стоял кувшин козьего молока и глиняная плошка с подсохшей пресной лепешкой.

– Выспалась? – гнусаво произнес колдун, недобро посматривая на Аили из-под густых белых бровей.

Она коротко кивнула и принялась за скудную еду.

В молчании протянулось еще несколько минут. Солнечный свет воровато подкрадывался к ногам старика, заставляя золотиться пыль на старом голубом коврике. Через приоткрытое окно доносился надрывный лай ворон, круживших у опушки Проклятого леса.

Аили быстро и жадно ела, а старик, не отрываясь, следил за каждым ее движением.

– Что-то не так? – дожевав последний ломоть лепешки, спросила она.

Рудид не ответил. С тяжестью поднялся и встал позади.

Нагнулся над ее ухом и шепнул Слово, которое кроме него не знал никто. Аили вздрогнула, мир пошатнулся, и она повалилась в густую тьму, и падала так долго, что, кажется, успела уснуть. Кровь в жилах закипала и жглась, плавила кости и разъедала кожу. Она терпела, стиснув зубы, а, когда падение закончилось, и боль пропала, она не поверила своим глазам.

Поле. Кругом бескрайнее поле.

Поле покрыто клубящимся дыханием тумана. Горизонт бесконечен и везде, куда ни глянь, ползет по высоким серым травам. Ни птиц, ни насекомых. Здесь не было даже ветра. Только старая вечная трава и древнее грозовое небо.

Лежа на спине, Аили бессознательно глядела на неподвижные тучи, а они смотрели на нее. Она медленно подняла руку и сорвала колосок полевой травы. Звук ломающегося стебля эхом пронесся по пустоши. Так ненормально и жутко. Она посмотрела на метелку и увидела, что та высохла и превращается в пыль.

"Где я?"

Стоило подумать, как мысль звонко прозвучала в воздухе, расплываясь по туману многослойным эхом.

Аили мгновенно зажала рот рукой и села. Хотя в ее голове продолжали копошиться мысли, больше ни одна из них не вырывалась наружу.

"Наверное, я сама не заметила, как произнесла это", – с облегчением подумала она.

«Это сон?»

Поднявшись и ощутив прикосновение травы, решила:

«Для сна слишком настоящее. Такого во сне не случается».

В глубине души блеснула надежда, что все наколдовал Рудид.

Но зачем?

Аили в растерянности огляделась по сторонам: кругом только поле серой травы. На горизонте не видно ни лесов, ни гор или городов. Ничего. Небо и поле.

"И куда идти? Тут нет даже тропинки".

Она нахмурилась и развернулась.

Метрах в пяти спиной к ней стоял человек в черном плаще с изображением совы. Он как будто разговаривал и что-то объяснял невидимому собеседнику. Иногда проводил рукой по коротко стриженым темным волосам цвета запекшейся крови и притопывал на месте правой ногой. Отец.

Неуверенными шагами подошла к нему и, остановившись, посмотрела на острое грубое лицо. Хищное и звериное.

– Где... нужно ставить загра... не дать уйти... вернемся домой... нету ничего, – он говорил, а его слова уносили клубы тумана.

– Отец, – неуверенно позвала Аили, боясь притронуться к нему.

Он покосился на нее. У него был ледяной и недовольный взгляд, будто она помешала важной беседе.

– Айя?

Она отступила на шаг, невольно хватаясь за колосья трав. Аили вспомнила. То же самое случилось в день, когда люди в красных плащах пришли за ним. Тогда она долго не могла найти мать и пришла к нему.

Аили знала, что он скажет ей дальше. Сейчас она задаст ему свой вопрос, он опустится на колени, пригладит ее волосы, и они вместе отправятся искать Ирну.

Неуверенным голосом она произнесла то же, что и в тот день:

– Я хотела спросить...

– Я думал, придет Иал, – брови Наймарана сдвинулись.

Аили заволновалась.

– Я не знаю, где Иал. А где мы?

Маран присел рядом. Он был раздражен, но Аили пыталась убедить себя, что все в порядке, ведь она знает, что будет дальше.

Однако это был не настоящий Наймаран – всего лишь осколок воспоминания.