Красивый. Богатый. Женатый

Глава 13

— Ты точно не хочешь посмотреть свое выступление? — Швецова плюхается рядом на диван, заставляя меня подобрать под себя ноги. — У нас девчонки снимали и Славик. И все сотрудники чудесной компании Q-Invest в полном составе.

— Дымов наверняка не снимал, как и Агния с Ириной. — Усаживаюсь поудобнее, чтобы Наташке места было побольше. — Но это было бы удивительно.

— Дымов — биг-босс, за него снимал видеооператор, ты разве не видела? Ты снова танцевала с закрытыми глазами, хоть бы на людей посмотрела разок.

— Пошли лучше кофе пить. — Тяну подругу на кухню. — После такого сумасшедшего дня это точно поможет проснуться.

Я обязательно посмотрю свой номер, но не сейчас. И подруга права: я опять танцевала для себя. Просто вышла на сцену и… никого уже не видела. Ни Ирину, ни шефа, который вообще-то рядом стоял, ни Марго с Агнией. Я не видела Дымова. Услышала только вопль Глеба: «Вау, Петра! Жги!»

И закрыла глаза. Свободный танец потому так и называется, что в нем нет жестко отрепетированной хореографии, заученных движений. Двигаясь в такт только своему ритму, ты выражаешь внутреннюю свободу, свое мировоззрение, которое ничем не сковано, потому что только ты и устанавливаешь правила. Естественность и раскрепощенность — вот что в основе свободного танца. У каждого он свой, и я вчера показала в нем себя. Заново переживала и отпускала всю нервотрепку этого дня и всех прошедших недель.

И ведь отпустило. Все-таки танец — лучшая для меня терапия.

— Так что ты хотела ему доказать? — Швецова ставит передо мной чашку с эспрессо.

— То, что я — это я, Наташ. И что я — больше, чем девчонка, которую он все время проверяет «на слабо». Да, мне была интересна его реакция. Но когда я вышла на сцену, мне стало важнее другое — просто выдохнуть. Этот корпоратив меня раскатал. На самом деле все оказалось намного сложнее, чем я думала. Притом что Агния помогала, все ребята отлично выступили, никто не напился, не подрался и в речке не утонул.

— Но вчера ты была зла на Дымова, что он не особо обращал на тебя внимание.

— Мне казалось, что все катится к чертям! Когда не привезли еды достаточно и люди стали возмущаться, а я не знала, что им сказать! Успокаивала как могла, кто-то плюнул на все и поехал домой. Мне хотелось его реакции. Это был мой первый корпоратив, и я понятия не имела, правильно ли я все делаю. Да! Я хотела его внимания.

— И все? — Швецова критически меня оглядывает, а потом отворачивается к холодильнику. — Есть сырники и гречка. Что будешь?

— Сырники. Спасибо, Наташ. И я, кстати, не уверена, что Дымов видел мое выступление. Агния сказала, что он уехал с Ириной…

— Все он видел, — фыркает подруга и ставит в микроволновку сырники. — Зря ты мой видос не хочешь посмотреть. Все на тебя глазели, а я снимала Дымова. Так что, может, посмотришь?!

Молча достаю горячие сырники и раскладываю их нам с Наташкой по тарелкам. Конечно, я хочу посмотреть, но не сейчас.

— Не думаю, что вообще когда-нибудь еще увижу Дымова. Вчера Агния сказала, что «свой фидбэк по корпоративу мы передадим руководству вашего ивент-агентства». Мне кажется, это несправедливо. Я тоже хочу знать. Что называется, из первых рук.

— Как я поняла, Ирине стало нехорошо сразу после твоего выступления, и он ее увел. — Наташка по-прежнему на своей волне. — Ну и она, не будь дурой, наверняка потащила Дымова домой. Не понравилась она мне, хотя откровенной стервой не выглядит, в отличие от…

Тут Швецова делает многозначительную паузу, и мы обе смеемся.

— Да… И Глеб куда-то пропал, кстати. Может, ему тоже поплохело? Хотя парень вроде сильный.

— Вот за мажорчика я не беспокоюсь. Он точно еще не раз перед тобой появится. Ладненько, пора на работу. То, что вчера все выложились на корпоративе, Палыча же не волнует.

— Он должен сказать, как все прошло. Но вчера вроде был доволен. — Пожимаю плечами. — Хотя ты права, обычно дают денек отдохнуть, если нет никаких мероприятий. А сегодня ведь нет ничего?

— Пошли собираться. Точно не хочешь по дороге посмотреть на Дымова?

— Пока нет. Вот когда окончательно успокоюсь внутри, тогда и посмотрю. Но если бы он сидел и плевался, ты бы мне сказала?

— Он не плевался, Петрик, вот совсем не плевался.

В контору приезжаем с опозданием. Народ полусонный, но вроде все довольны. Мы же тоже все отлично чувствуем, когда лажаем, а когда нормально выступаем. Вчера было хорошо. И людям понравилось, я точно знаю.

— Ну что ж… — Палыч, как обычно, в центре зала, но на удивление один, без Марго. — В целом все прошло неплохо, хотя могло быть и лучше, да… Не сказать, что Дымов в восторге — я только что от него, — но в этом месяце всех ждет приличная премия.

Шеф обводит взглядом всех, задерживаясь на мне пару секунд, но быстро отводит глаза.

— А ты помнишь, говорил нам, что озолотимся, — шепчет подруга. — Видимо, золото Дымова мимо нас проплывет, прямиком к Палычу и Змеюке.

— ...а теперь конкретно по номерам. Значит, Света, Катя и Мариночка, ваша пантомима была лучшей…

— Слушай! — Наташка тянет меня в сторону, пока шеф разбирает наши выступления. — А тебе вообще не полагается двойная премия или еще чего? Ты это обговаривала с нашими богами? Или Дымов тебе отдельно заплатит?

— Не-а. Ни то ни другое, — отвечаю я. — Ты не забывай, что я попросила у Змеюки квартальную премию вперед. Я вообще не уверена, что она меня после этого корпоратива не уволит.

— Маргарита Семеновна еще в Q-Invest, надеюсь, этот корпоратив не станет нашей последней работой с концерном Дмитрия Дымова. Дело в том, что…

— То есть ни денег, ни повышения, — гундит Наташка. — Квартальная премия не ахти какая большая. Может, поговоришь с Палычем? Ты же слышала, они хотят с Дымовым дальше работать…

— Потом, Наташ, — шикаю на подругу, потому что снова ловлю взгляд Палыча. — Может, выйдем? А то душно что-то…

Шеф заканчивает, и мы медленно бредем к выходу.