Отражение стрекозы

Глава 17. Душевные переживания: Хани

«Не думала, что мой герой может быть таким сексуальным, но и в то же время мудаком. Эх, надо же было мне брать персонажа с типажом милый с главной героиней, демон с другими», — размышляла поздней ночью, я лёжа на полу.

Я глубоко вздохнула. Ветер слабо коснулся моих распущенных волос. За пару недель в Михве красная краска полностью смылась и даже блонд стал незамедлительно отходить.

«Без современных шампуней, бальзамов и масок даже естественный цвет волос может вернутся».

Внезапно нахлынули воспоминания про моих выдуманных детей-персонажей.

«Волосы у Йен-а такие блестящие, иссиня-черные, а у Муёна обгоревшие каштановые с легкой кудрявостью. Если подумать, то точно ли Йенгук, Хваён или другие — вымышленные герои, что если это все-таки не мои фантазия, а мир, что на самом деле существует?..»

Я помотала головой и повернулась на правый бок в сторону Мирэ.

«Хани, ты сошла с ума! Не может быть такого: ты продумала сюжет, писала арки, расписывала персонажей, их одежду, вкусы… О, тигр, Хани, кого ты хочешь обмануть. — Я снова с тяжестью вздохнула. — Мирэ так спокойно спит, несмотря на новые проблемы вокруг. Сколько не думала, но я всегда ощущаю рядом яблочный запах с молоком, прям как молочный коктейль. Мирэ, что же ты скрываешь, раз так необычно пахнешь?» — последняя мысль сопровождалась внутренним смехом. За все время нахождения здесь Мирэ почти не каждый день ела с удовольствием яблоки.

Не сумев заснуть, я в итоге вышла во внутренний двор. Второй причиной было не мешать дальше спать подруге.

«Подруга… у меня теперь есть хороший друг, который, надеюсь, не бросит меня в беде. Снова».

С первого дня Мирэ смогла меня удивить. Что-то в её внешности зацепило меня, как будто я уже видела подругу раньше, а спустя пару дней совместной работы, поняла, что мы хорошо ладим из-за похожих характеров. Любопытство, рвение узнать и попробовать новое, поддержка… От прошлых помощников я не ощущала такой отдаче. Может быть, из-за моего непопулярности или непредсказуемости.

На самом делу друзей у меня было много, но после окончания университета я заперлась дома и только писала, писала и ещё раз писала до дедлайнов, чтобы не потерять заинтересованность к своим новеллам. Любовь читателей достаточно непредсказуемая тема: одно произведение, обладающее морем неточностей и глупостей, могла получить много любви и признание, в то время как книга, написанная по-настоящему интересно с проработанным сюжетом и персонажами, пылилась на книжных складах или более обидное — в интернете, где работа терялась среди других миллионов рукописей.

«Что ж, мне не хватало времени связываться с друзьями, вот они и решили меня тоже не беспокоить по пустякам. Однако теперь я в чужом мире, и все-таки честно, если бы не Мирэ, то я бы реально сдохла от нахлынувшей социофобии без возможности перезапустить игру. Ким Мирэ-щи теперь я официально могу звать тебя лучшей подругой. Хоть даже если ты можешь этого и не узнать».

Я потянулась и вдохнула ночной воздух. Давно я не чувствовала себя такой счастливой, хоть сейчас мы и находимся в шатком положение.

— Ммм, какой двор, как же хорошо, что Хосок нашел нам приличный дом в столице. Даже не верится. Эх, какой же он все-таки хитрый филин. Боится же, что мы перейдем на сторону его конкурента — О Кёниля.

О Кёниль, старший сын древнего торгового рода О, всегда соревновался с Хосоком на получение большей прибыли, а тот в свою очередь игнорировал молодого торговца и продолжал изводить Йенгука. Только к двадцати двум годам Кёниль смог привлечь внимание всех, особенно его важного врага номер один. Старший сын О обручился с младшей принцессой — Ван Саран, который на тот момент исполнилось десять лет. Недавно мы видели указ от Чхомок вана, запрещающий рано выходить замуж и жениться. Скорее всего он сделал это ради любимой дочери от фаворитки-наложницы. Так что теперь О Кёнилю нужно было или подождать невесту до совершеннолетия, или найти новую выгодную партию.

В любом случае Хосок, действительно, подобрал нам хороший дом. Мы жили одни — что само по себе взволновало в первую очередь — но рядом находился патруль стражников, из-за чего становилось менее беспокойно. Никто не мешал или следил за нашими действиями, никто не выпрашивал личную информацию или плевался завидно на чужое имущество, как бы произошло в современном мире. Однако, несмотря на всё, Квон Хосок разбивал сердца девушкам чаще, чем михванцы успевали говорить: «о, тигр». Фальшиво улыбаясь и ласково флиртуя, он легко заманивал их в постель. После одной ночи Хосок больше с ними не имел дела, если только они не участвовали в его плане по завоеванию мирового рынка торговли.

«Всё же Квон Хосок не оповестил Йенгука о нас и не отправил в тюрьму как сумасшедших женщин. На этом уже огромное спасибо».

Сев на древнем пхёнсане[1] на улице, я начала всматриваться в звезды.

[1] Пхёнсан (평상) — корейский деревянный настил, сидение, кушетка. Он выглядит как низкий стол с ножками, где можно лежать, сидеть. Он может умещать три и более сидящих людей.

— Блестят как безумцы. Неужели вы тоже рады, звездочки? Ким Йенгук из-за своей гордости ты ведь так и не узнал бы в новелле, как любит Хваён звезды, если бы не Шин. Хотя сейчас мне уже должно быть все равно, ведь в новой, нынешней версии тебя заинтересовала другая, и с ней ты ведёшь себя по-другому, по-настоящему, не фальшивя чувствами. Даже хоть она сразу и не поняла твои намерения. Только… Я глаз натяну тебе на жопу и заставлю моргать, если ты обидишь её! Реально это сделаю! — Хани представляла лицо Йенгука в небе и угрожающе показывала кулак. Перестав думать о плохом, я расслабила руки, голову и легла на пхёнсан.