Раскаяние

Глава 1

1857 год. Владимирская губерния, Ильинское.

Лето подходило к концу. Август напоследок радовал тёплыми, погожими деньками.

Володя, сидя на деревянных мостках чуть заросшего ряской и кувшинками пруда, удил рыбу. Солнце мягко пригревало, играя весёлыми бликами на тёмно-зелёной глади воды. Над слегка пожухлой травой, иссушенной июльским зноем, порхали разноцветные бабочки и стрекозы с прозрачными крылышками. Кругом царило умиротворение и тишина, нарушаемая лишь таинственным шёпотом листвы. Володе нравилось в одиночестве приходить сюда, к старому пруду, находящемуся на самом краю усадебного парка. Не отводя внимательного взгляда от поплавка, он рассматривал причудливые очертания плывущих по небу облаков, отражавшихся в зеркальной поверхности воды. Душу ласкала безмятежная радость и предчувствие чего-то необыкновенно хорошего.

Рослый черноволосый и кареглазый паренёк учился в кадетском корпусе, а вакации проводил дома. В августе завершались лагерные сборы и учебные маневры в Петергофе, и кадет отпускали повидать родителей. Здесь, в Ильинском, родовом имении Протасовых, Володя гостил у бабушки.

Тишину и уединение нарушили весёлые голоса и звонкий смех, доносящийся с противоположного берега пруда. Володя приставил ладонь ребром ко лбу, загораживая глаза от слепящего солнца. Верочка, старшая сестра Володи, держа за руку младшего брата, помахала рукой. Паренёк вздохнул и выдернул удочку из воды. Захватив свой нехитрый улов для жившей в доме кошки, Володя пошёл по узкой тропке, проложенной вокруг пруда. Папенька рассказывал, что в прежние времена и он, и его сестра часто купались здесь. Сейчас уже не то. За последние годы пруд, да и парк, пришли в некоторое запустение – у бабушки до них попросту не доходили руки. Володя подумал о том, что когда вырастет, непременно займётся всем этим и наведёт должный порядок, чтобы здесь снова стало так же красиво, как было при дедушке.

- Много наловил? – поинтересовалась миниатюрная черноволосая девушка, заглядывая в ведёрко. - Бедная кошка, разве этого хватит ей на обед?

Верочка склонила прелестную головку набок, лукаво глядя огромными чёрными глазами на Володю.

- Хватит, Верочка, ещё и на ужин останется! – воскликнул десятилетний Митя, впечатлённый количеством наловленной братом рыбы.

- Не останется! Спорим, кошка всё слопает за один раз? – озорно рассмеялась девушка и, взлохматив чёрные волосы братишки, побежала вперёд.

Оглянувшись на бегу, она весело крикнула братьям:

- Догоняйте, а то я все пироги съем, и Вам ничего не достанется.

Подхватив широкие юбки розового тарлатанового платья, Верочка вихрем неслась по дорожке усадебного парка, не давая братьям обогнать себя.

Графиня Протасова, только что вышедшая из тенистой беседки, увитой плющом, укоризненно посмотрела на дочь.

- Вера, когда же ты оставишь это ребячество? Тебе скоро шестнадцать! Пора бы вести себя, как подобает взрослой барышне. Ты не находишь? - недовольно сказала Елена Николаевна.

- Маменька, вот когда будет шестнадцать, тогда я и стану вести себя степенно, - звонко рассмеялась Вера, подражая плавной, грациозной походке маменьки.

Братья дружно захохотали, когда сестра, изящно отведя в сторону сжатую в кулачок кисть, церемонно прошествовала по дорожке, вскинув подбородок и плавно покачивая юбками.

- Матушка, не браните Верочку! Это я подбил её бежать наперегонки, - сказал Володя, по-рыцарски желая выгородить любимую сестру.

- Знаю я, кто кого подбил. Всегда-то вы её защищаете, - сказала Елена Николаевна, обнимая за плечи старшего сына. - Ну, дорогой мой, показывай свой улов!

***

Графиня Протасова, невысокая, изящная тридцатишестилетняя дама, раскрыв кружевной зонтик, грациозно прошествовала к роскошному трёхэтажному особняку. Цыганята, как в семье шутливо называли черноволосых детей, совершенно не похожих на светловолосую мать, послушно следовали за ней. Верочка беспрестанно шутила, вызывая весёлый смех братьев. На мраморном крыльце особняка, оформленном портиком с колоннами, их дожидался отец – граф Протасов. Митя, оторвавшись от компании, чинно шествовавшей по каштановой аллее, помчался вперёд.

- Папенька, Володя целое ведро рыбы наудил! Вы позволите мне завтра пойти с ним? Я тоже хочу накормить Мурку.

- Митя, без присмотра я тебя на пруд не отпущу – ты плохо плаваешь, а мостки уже шаткие. Месье Турель – господин пожилой, он не сможет вытащить тебя из воды.

- А Вера? Она же хорошо плавает?

- Да, Вера хорошо плавает. Но, мой милый, подумай сам, как она сможет плыть в своих пышных юбках?

Митя сдвинул тёмные брови к переносице и задумался. Потом вскинул на отца сияющие радостью серые глаза:

- Придумал! Папенька, Вы пойдёте с нами!

- Весьма польщён сей честью! А о моём желании не следовало спросить, многоуважаемый Дмитрий Алексеевич? – притворно нахмурился Алексей Сергеевич.

Митя задумчиво почесал подбородок.

- Право, папенька, соглашайтесь! Я не приму отказа, - лукаво ухмыльнулся мальчик.

- Что ж, завтра утром я как раз собирался писать с натуры. Заросший пруд выглядит весьма живописно. Тогда беги и Верочку звать, пусть тоже завтра захватит с собой альбом, краски и зонтик, - ответил Алексей Сергеевич.