(ни) слова о любви 

Глава 1. На практику в другой мир

- Стольноград. Наше время -

Большая перемена только началась. Солнце стояло в зените, и внутренний двор Академии был залит ярким солнечным светом. Газоны и подстриженные в форме остроконечных конусов кусты самшита были ещё по-летнему зелены, но в ветвях дубов и платанов начинала золотиться листва. Студенты, устроившись прямо на газоне, грелись на солнышке. Другие неторопливо прохаживались, любуясь архитектурой старинного замка, в стенах которого расположилась Стольноградская академия магии.

В тени одного из деревьев на полукруглой деревянной скамье сидели ребята из моей группы. В центре внимания, как обычно, находился Ник Мартынов — ослепительно красивый и гордый аристократ, потомок легендарных драконов, что в Столетие Смуты не раз спасали Стольный Град от нашествия тёмных сил. Ник мне нравился, очень нравился. Не могу сказать, что сердце моё неровно застучало в его присутствии с первого же дня нашего знакомства, но однажды я таки обнаружила, что далеко не равнодушна к нему.

С трудом заставив себя отвести взгляд от Ника и стараясь не обращать внимания на оценивающие взгляды стоявших у подножия парадной лестницы первокурсников, я оглянулась в поисках Гриши Князева.

Так и есть, Гриша в гордом одиночестве примостился на скамье поодаль. Этот тип всегда витал где-то в другом измерении, носил длинные, до пояса, волосы, раскрывал рот только в исключительных случаях и обожал змей. Змеи отвечали ему взаимностью. Впрочем, только змеи. К девушкам Князев был абсолютно равнодушен, как и они к нему.

— Девушка, а девушка, давайте поспорим на сто монет, что я вас сейчас приглашу к себе переночевать, а вы откажетесь? — выпалил один из первокурсников.

Я окатила ледяным взглядом группу парней, чуть не лопающихся от гордости за свои новенькие форменные кители. Среди них особенно выделялся рослый блондин с аристократической внешностью и крохотной родинкой на левой щеке. По его надменной улыбке нетрудно было догадаться, что эта фраза принадлежала именно ему. Эти юнцы ещё не поняли, что перед ними не наивная первокурсница?

Я незаметно щёлкнула пальцами, мысленно произнесла заклинание, и маленькая родинка медленно-медленно начала расти, чтобы к завтрашнему утру расползтись на пол-лица. А что касается девушек, то все они будут говорить ему твёрдое «нет», пока я лично не сниму заклятие. Этому высокомерному первокурснику не мешало бы преподать небольшой урок.

— Девушка, так вы согласны на спор? — продолжал ухмыляться наглец.

Не удостоив мальчишку ответом, я сбежала с лестницы и быстрыми шагами преодолела расстояние, отделявшее меня от Ника Мартынова.

— Привет, Дарина! Прекрасно выглядишь! Как дела? Чем порадуешь? — раздался нестройный хор голосов. Но я, казалось, услышала лишь одно слово, сказанное парнем моей мечты: «Привет!»

Я обвела взглядом друзей, не спеша с ответом. Кое-кого мои известия несказанно порадуют, а кого-то, возможно, и огорчат.

— У меня новость: профессор Никонишин в этом году отправляет нас на практику по двое, а не группами, как обычно.

— А куда? — поинтересовался Ник. Сегодня он выглядел ещё краше обычного, будто только вернулся с фотосессии для журнала «ТОП-10 самых сексуальных драконов мира».

— Аникей Константиныч побеседует по этому вопросу с каждой парой отдельно, — ответила я, чувствуя, как громко заколотилось в груди сердце и предательски вспотели ладони от одного лишь простого слова «пара».

Перспектива отправиться на практику с Ником вдвоём выглядела очень и очень заманчиво, но… слишком много этих «но»! И главным «но», пожалуй, было осознание того, что я страшусь сделать первый шаг, несмотря на то, что в своём воображении я это сделала уже с полмиллиона раз…

— Пары уже распределены? — настороженно спросила Вероника Лебедева, уцепившись за руку Мити Череповецкого — эти двое радовали своим постоянством с первого курса.

— Профессор предоставил это нам, — успокоила я влюблённых.

— Дашунь, ты не против, если мы с Зоей отправимся вдвоём? — И рыженькие, точно лисички, сёстры-близняшки поглядели на меня такими умоляющими взглядами, что растопили бы ледяное сердце, не то что моё.

— Конечно, не против! — улыбнулась я, заранее приготовившись к подобной просьбе. — Желаю вам удачной практики!

Так уж повелось, что на практику в другой мир мы всегда отправлялись группами по три-четыре человека, а на первом курсе и по пять. Моими постоянными спутницами были повелительницы огня — близняшки Катя и Зоя Кудряшовы. Четвёртым мы обычно брали кого-то из мальчиков — когда Ника, когда Вадима или Женю, а когда и Гришу, с которым никто никогда не горел желанием работать в команде.

Я достала из сумочки блокнот и ручку и приготовилась записывать, кто с кем желает провести преддипломную практику.

— Присаживайся. — Ник потеснил Вадима Маслова, освобождая место рядом с собой. — Здесь тебе будет удобнее.

Я озадаченно посмотрела на краешек деревянной скамьи между Ником и Женей Литвиновым, вовсе не ожидая подобного предложения от парня своей мечты. Но, недолго думая, втиснулась со своим блокнотом между двумя парнями. Сосредоточиться на предстоящей практике и не забыть наставлений профессора Никонишина, явственно ощущая через плотную ткань брюк идущее от Ника тепло, оказалось весьма непросто. Мысли тут же улетели в дальние дали, телу захотелось обмякнуть и забыться в объятиях любимого, услышать те самые заветные слова…

— Даш! Всё в порядке?

Я вздрогнула. Нет, не эти слова я так жаждала услышать.

— Всё отлично, — отозвалась я, а про себя сказала: «Соберись, Дашка! Ты ещё услышишь своё признание в любви, но не здесь и не сейчас, когда повсюду столько любопытных глаз и ушей».

Много времени распределение не заняло — к пятому курсу нас осталось ровно десять из двадцати восьми. Слабым духом и телом не место на факультете светлой магии и боевых искусств. 
Итак, Катю я записала с Зоей, Веронику с Митей. Красавчика Ника буквально вырвала себе Ярослава, а тот и не возражал. Его фамилию я писала с замиранием сердца, и она, фамилия эта, почему-то сильно отличалась по почерку от остальных, словно её писала не я, а кто-то другой.