Мост темных сил

Глава 2. У высшего асама

Злата почти не смотрела на дорогу. Заметила лишь, что очень быстро дикие места сменились возделанными полями, на которых копошились фигуры альвийцев.

Повозка в сопровождении незнакомца вызвала среди них переполох. Альвийцы почтительно кланялись и уступали дорогу. Незнакомец проезжал мимо, не глядя; видимо, считал поклоны привычными.

Они выехали из широкой полосы деревьев, и Злата увидела величественный замок. Высокий шпиль почти упирался в небо, протыкая пушистые, словно вата, облака. Светло-серые стены высокомерно взирали на гостью. Она невольно поежилась.

Тяжелые чугунные ворота с замысловатыми завитками тотчас же отворились, как только они подъехали. Вороной уверенно поцокал копытами по каменной поверхности, но Лысому новое место не понравилось. Недовольно фыркая и прядая ушами, он не хотел двигаться вперед, словно чуял опасность. Незнакомец прикрикнул на него и дернул за повод. Лысый успокоился и послушно побрел за ним. Они доехали до внутреннего дворика и остановились.

Навстречу бросился мальчишка лет пятнадцати. Незнакомец спешился и кинул ему поводья; что-то сказал стоявшему рядом старику с белой бородой и махнул в сторону телеги рукой. Старик кивнул головой, а незнакомец ушел, не глядя на Злату.

Она одиноко сидела в телеге, незаметно оглядываясь. Здесь все было по-другому; не так, как в деревне. Чистый двор, мощеный серым камнем; аккуратные конюшни с широко распахнутыми воротами, в стойлах которых виднелись лошади разных мастей. Они с любопытством таращились на Злату; некоторые приветственно махали головами. То и дело сновали туда-сюда мужчины и женщины. Среди них она заметила двух снувийцев. Они искоса поглядывали на новенькую и старательно отводили взгляд, лишь только встречались с ней глазами. Никто не подходил к Злате, и она сидела, как будто никому не нужная, не зная, что делать.

На дворике появилась пожилая женщина с каменным выражением на лице. Длинное, до пят коричневое платье подметало подолом и без того вычищенное покрытие.

Женщина остановилась перед Златой и стала молча ее разглядывать.

– Здравствуйте, – наклонила Злата голову и незаметно разгладила платье.

– Идите за мной, – пробурчала женщина и направилась к дверям замка.

– Куда? – спросила Злата, оглядываясь.

Фляги стояли на открытом солнце. Она боялась за молоко. Ее накажут, если оно прокиснет. Придется потом отвечать за его порчу.

– Скоро узнаете, – неприветливо блеснула глазами женщина и скрылась внутри замка. Злате пришлось бежать за ней, чтобы не отстать.

Прежде, чем зайти внутрь замка, она оглянулась. К телеге подошли два дюжих снувийца и стали снимать фляги с молоком.

– Стойте! Куда вы их тащите? – воскликнула Злата.

Снувийцы недоуменно оглянулись. Кто-то дернул Злату за рукав.

– Вас это не касается. Вы привезли молоко, остальное не ваша забота. Идемте к высшему асаму. Не заставляйте его ждать. – Процедила сквозь зубы ее проводница, все еще держа ее за руку.

Снувийцы погрузили бидоны на маленькие платформы и повезли во внутренний дворик.

Женщина поднялась по мраморным ступеням, покрытыми красными дорожками, на второй этаж и остановилась возле светлой коробочки на стене. Надавила на нее ладонью и произнесла:

– Варесса.

Стеновая панель отъехала в сторону, мягко шурша. Открылся вход в темную, плотно зашторенную комнату. В ней витал тяжелый застоявшийся воздух, какой обычно бывает, если в помещении долго находится лежачий больной. Возле дальней стены стояла широкая кровать. На высоко взбитых подушках сидел с опущенной головой седовласый старик.

Рядом с кроватью стоял тот самый незнакомец, который привез Злату. Он что-то тихо говорил. Услышав шаги, старик приподнял голову и откинул ее на подушки. На испещренном морщинами лице удивительно молодо смотрелись глаза, составляя неповторимый контраст.

По комнате поплыл едва уловимый, со сладковатой примесью запах, не похожий на запах лекарства.

Незнакомец замолчал. Злате показалось, что он чем-то недоволен. Не глядя на Злату, он приказал женщине:

– Оставь нас, Варесса.

Она присела в реверансе и вышла, пятясь и непрерывно кланяясь. Панель закрылась за ней.

Незнакомец повернулся к старику:

– Отец, я обещал, что найду лекаря, который вас вылечит. Я сдержал обещание.

– Мальчик мой, Рогидин, – отозвался слабым голосом старик. – Ты все еще надеешься меня вылечить. Пора уже смириться, что мой час настал. Пора тебе вставать во главе Альвии.

Лицо Рогидина исказилось: очевидно, сие будущее его не привлекало.

– Я еще не готов, – резко ответил он, и на лбу обозначилась резкая складка.

Злата невольно отметила, что взгляд его был жестче, чем у Ильи.

«Высший асам и его сын, – догадалась она. – Наверное, не очень-то они ладят между собой».

Рогидин повернулся к ней:

– Мой отец болен. Вы должны его вылечить.

– Я не знаю, – неуверенно начала она, – получится ли. У меня мало практики.