Факультет некромантии. Выживут (не) все

Глава 8. Грань

Это ощутили все. Все, кто был хоть на каплю восприимчив к магии. Кто чувствовал ее течение не так остро почуяли только легкую дрожь. Будто горячая волна воздуха на мгновение коснулась кожи, вынуждая вздрогнуть. Странное и непривычное прикосновение, но не настолько тревожное, чтобы обращать на него внимание.

Куда хуже пришлось тем, кто дышал магией, был пронизан ее токами, дающими им жизнь.

Ощущение жара накатило внезапно, вырывая Барс из сна, подбрасывая над постелью так, будто ей поджарили пятки.

Судорожно вдохнув, Анна прижала ладонь к груди, ощущая медленно отступающую волну жара. Неожиданная и мощная волна силы стихии огня возникла из-ниоткуда. Это не было естественным колебанием магического фона. Скорее мощный выброс невероятной силы, возникшей из пустоты и туда же схлынувшей.

Некоторое время она растерянно смотрела в пустоту. Казалось волна жара появилась где-то в глубине ее души, расцветая огненным цветком, охватила всю ее, прежде чем сойти на нет. За этой волной пришла пустота. Настолько оглушительная и звенящая, что женщина невольно вздрогнула, обхватив себя руками. Какова бы ни была природа этого странного выброса, он основательно потряс некромантку. Слишком мощный, слишком неожиданный…

– Неужели все эти сказки о наследнице стихии – правда, – едва слышно прошептала она в пустоту и прикрыла глаза.

Мирная тишина ночи уже не казалась такой уютной. Из углов, перешептываясь, гудя встревоженным ульем, потянулась щупальцами тьма. Угрожающей, напряженно шелестящей о надвигающейся опасности.

Натянув на плечи одеяло, женщина уткнулась лбом в колени, напряженно вслушиваясь в затихающее эхо вспышки. На самом деле связать ее со старой легендой было достаточно сложно. Это мог быть и мощный артефакт, и сложный ритуал, и сотня других источников, но Барс с досадой понимала, что покойный Горик заразил ее своей убежденностью. Неужели он все же был прав и Принцесса пламени, положившая жизнь в последней схватке с порождениями изнанки мира возвращается? Звучало как бред. Легенда была настолько древней, что ее воспринимали скорее как сказку и это напрягало. Чем более сказочно предсказание, тем больше неприятностей стоит от него ждать.

Понимая, что уже не может уснуть, она передернула плечами и резко поднялась с места, чтобы подойти к окну. Поймать растаявший в ночном безмолвии сон все равно уже не удастся, а тревогу можно попытаться заглушить глотком свежего воздуха. Поднявшись на носочки, Барс повернула защелку, чтобы потянуть на себя створки и тотчас поежиться. Воздух оказался не просто свежим, практически ледяным, он ворвался в комнату с прелым осенним ароматом палой листвы и недавно прошедшего дождя. Его влага осела мелкой россыпью капель на лице женщины, остужая горячую кожу.

Что бы не происходило там в мире, это что-то грозило затронуть всех. И это серьезно беспокоило. Ректор академии Ливанор Арий Лунный, один из немногих свидетелей тех давних дней не много говорил о том, что видел, но о Принцессе отзывался с уважением и даже некоторой тоской.

«Слишком часто те, кто умирают героями заслуживают жизни больше тех, кто героями живут.» – порой говаривал Арий.

Вспоминая это, Анна опустила голову. Наверное, это должно было ее успокоить, но Барс не спешила расслабляться. Если это действительно ее сила, так почему же кому-то так не хочется, чтобы Принцесса воскресала? И почему убрали Горика? Преподаватель некромантии из небольшого мира уж точно не мог жить в те времена, когда жила принцесса, не мог быть ее последователем. Что такого он узнал и чем мог быть опасен?

Скривившись, женщина с силой потерла лицо ладонями. Все становилось все более и более запутанным.

Смятые стебли болиголова тихо хрустели под сапогами некромантки. Здесь сухие трубчатые побеги были смяты и смешаны с колючей листвой еще сочного чертополоха.

Щурясь на неожиданно ярком солнце, Анна потопталась на месте между двумя старыми холмиками. Над одним еще высилось каменное надгробие с полустертой надписью. Второе давно упало на холмик и за годы его почти полностью замело грунтом и прелой листвой со старой груши.

– Откровенно паршивое место, чтобы умереть, – придирчиво осмотревшись, скривилась Анна.

Место смерти Горика было возмутительно банальным и откровенно глупым. Да, в этой части погоста еще высились нетронутые заросли сухостоя болиголова и чертополоха. Для простого человека этого было достаточно, чтобы проморгать нападение упыря в сумерках. Но не для некроманта. Земля здесь была спокойной, ни одной лежанки нежити или воскреснувшего мертвеца. Значит нежить должна была явиться откуда-то со стороны. Горик должен был почуять ее. Не мог не почуять. Не мог старый лис до такой степени потерять чутье.

Поведя плечом, Барс опустилась на упавшее надгробие и, прикрыв глаза, отклонила голову назад. Нужно было сосредоточиться на течении магии. Уловить отголосок заклинания, остаточный импульс…

Ведь он должен был быть. Кто-то наверняка применил какое-то заклинание, в капкан которого и попал Горик.

По крайней мере Анна была в этом уверена, когда шла сюда, когда садилась и сосредотачивалась.

И…

– И как?

Вкрадчивый шепот у самого уха вынудил женщину дернуться от неожиданности, выхватывая из воздуха клинок.

– Киран, мать твою! – яростно прошипела Барс, едва успев остановить острие ножа в нескольких сантиметрах от шеи поганца.

– О, ты убийственно рада меня видеть? – умилился Киран, отводя клинок от шеи кончиками пальцев. – Ну и что, почуяла что-то?

Мрачно смерив жизнерадостного брата взглядом, Барс только выразительно скривилась и поднялась с надгробья.

– Нихрена. Сюда Горика привело не заклинание, не зелье и не… Короче создается впечатление, что он пришел сюда и просто дал себя убить.

Задумчиво потерев подбородок, Киран закусил губу, глядя на сестру.

– Ментальное воздействие?

Предположение было логичным, разумным, но Анна только медленно покачала головой.