Оран: Академия темной магии

Глава 6. История магии

— Все фамильяры рано или поздно умирают, — с этих слов начал профессор Липман свой урок. — Как правило, это происходит в день, когда его хозяин достигает пика своего мастерства в магии. Зверек чувствует, что больше не может быть полезен своему хозяину и, отдав ему свои последние силы, умирает. Это закон их жизни.

— Сколько лет обычно живут фамильяры? — спросил один из учеников.

— На моем опыте еще ни один фамильяр не остался в живых после окончания учебы в Академии, — грустно поджал профессор тонкие губы и поспешил ободряюще добавить: — Но этот факт как нельзя лучше доказывает, что наша Академия выпускает только лучших магов, полностью познавших себя и свою магию.

— Стало быть те, чей фамильяр уже умер, может не доучиваться в Академии?

— Рано радуешься, Дэйв, — насупился профессор. — Пока призраки не отпоют твоего фамильяра, что занимает не меньше месяца, Академию ты не покинешь. Ко всему прочему, хочу тебя предостеречь, что наши гости будут манить тебя по ночам к себе. Твоя задача не поддаваться искушению. Иначе, — профессор Липман перевел взгляд на Изабель, — ты рискуешь попасть в призрачный лабиринт. Изабель, не расскажешь нам о своем опыте?

— Воздержусь, — сухо ответила маг и равнодушно отвернула голову к окну.

— Отчего же? Тебя расстроило пение гостей, или вместо пения ты слышала другое?

Изабель молчала, делая вид, что жуткий дождь за окном ей интересен куда больше истории магии. Оран, сидящий позади нее, задумчиво постукивал пальцами в такт ударявшихся об окна капель дождя. Не удержавшись от любопытства, он спросил профессора:

— Почему каждый маг слышит разное от призраков?

— Призраки — отражение наших страхов, неудач, слабостей и даже любви. Наши гости завлекают каждого из нас в свои покои. Как? В зависимости от того, что может заставить вас подняться к ним. Но не беспокойтесь, юные маги, опытные профессора охраняют вход в их покои во избежание повторения недавнего случая.

Профессор, толстоватый старик с густой бородой, вновь бросил взгляд на Изабель, но на этот раз с неким беспокойством.

— С призрачного лабиринта до недавних пор никто не возвращался. Почему? Видимо, оттуда нет выхода, хоть одна особа, присутствующая среди нас, могла бы рассказать, как все было и что помогло ей оттуда выбраться.

Все, как один, повернулись в сторону Изабель, девушка же, повернулась к Орану.

— Я расскажу, но только если Оран расскажет о неудавшемся эксперименте. Мне не менее интересно знать, что произошло на самом деле. Слухи слишком отличаются, а я хочу знать правду.

Маги смотрели друг на друга с нескрываемой злобой. Оран знал, что она и сама не хотела говорить правду, а условия поставила, прекрасно зная, что маг рассказывать подробности не захочет.

Спустя минутное молчание, девушка вновь отвернулась к окну, на этот раз недовольно скрестив руки на груди.

— Значит, моя тайна умрет вместе со мной.

Оран едва ли сдержался, чтобы не закатить глаза и повторить за ней тот же жест с руками. Вместо этого он откинулся на спинку стула, вытянул длинные ноги и, подняв глаза на потолок, спросил:

— Почему они веселятся, если нужно отпевать покойного?

— Что веселье для призрака, то горе для мага, — вместо профессора ответила Изабель. — Это мы плачем по умершим, они же — радуются бессмертию и веселятся, когда их ряды пополняются новой душой.

— Все верно, — кивнул профессор Липман и, вернувшись за рабочий стол, продолжил. — Поговорим об истории. Кто из вас знает, каким был первый фамильяр в нашем магическом измерении и кто был его хозяином?

— Фамильяры не служат светлым магам, — начал размышлять Дэйв вслух, — очевидно, первым хозяином был темный маг.

— Верно. Как его звали?

— Арне Дельгадо, — в один голос произнесли ученики, — и его верный фамильяр — дикий сокол.

— Все правильно, — довольно закивал профессор. — Я рад, что ваши родители об этом рассказывали. Но кто знает, почему светлым магам фамильяры ни к чему?

— Они слишком высокого мнения о себе?

— Их магия сильнее нашей?

— Их всех охраняет стража?

— Есть еще идеи? Пока я слышу одни глупые мифы, — профессор бросил взгляд на Орана. — Ну же, Гиллер, ты из высших кругов, поделись размышлениями.

Маг долго думал, но скрывать правду не стал.

— Нас тренируют с юных лет, — начал Оран под любопытным взглядом окружающих. — Мы в идеале владеем техникой самообороны. Мы поступаем в Академию, уже зная все о своей магии. Окончание обучения — лишь гарантия полного усвоения. Мы боремся за престол, соревнуясь в магии, знаниях, физической подготовке и во многом другом, что мы обязаны продемонстрировать на вступительном экзамене. В Академии при поступлении сразу смотрят, каким из тебя выйдет правитель.

— А в нашей Академии?

— Здесь все иначе, — попытался подобрать Оран нужные слова. — Вы не соревнуетесь, вы не пытаетесь выжить. Вы все просто…

— …живем, — подсказала Изабель. — Живем, не пытаясь превзойти самих себя, так ведь? И ты в самом деле считаешь, что фамильяр тебе не нужен.