Рецепт апокалипсиса от Учиха

----11----

Закончив с основной частью плана, я направился обратно к Конохе. Теперь счет времени пошел на часы, Райкаге – мужик шустрый, и до того, как в Скрытый Лист явится делегация из Облака, осталось совсем не долго. И за это время мне надо вернуться и легализоваться, но уже под другим именем и обликом. Я даже Тсунаде не рассказал, как буду выглядеть, пообещал только, что она меня не узнает. Вот уж будет ей сюрприз.
С такими мыслями я сменил тело на копию Элис, благо, ее, кроме Итачи, никто не видел, и продолжил перемещение уже по земле. Мой глайдер – техника слишком приметная, и в будущем я собирался ее видоизменить, чтобы Элис нельзя было явно связать с Учихой Саске. Да и прибыть в Коноху лучше на своих двоих, тем более что не так уж далеко осталось. Заодно и привыкну к новому телу. Я несколько раз уже испытывал его на полигонах внутреннего мира и остался доволен, а сейчас оно еще было дополнено сенсорными способностями благодаря крови Карин.
Вообще, у меня есть возможность создать клона в любом месте, где имеется моя чакра, но пользоваться ей вслепую весьма небезопасно. Я не могу точно задать точку выхода, то есть тело создастся в непосредственной близости от «якоря», в данном случае, телефона. А так как их обычно носят в карманах… Я на минуту вдруг очень ярко представил, как материализую клона в кармане Тсунаде, одежда на ней рвется, и жить мне остается не дольше нескольких минут. Потому что Хокаге – женщина упертая, и жизнь положит, но прикончит меня. И что-то мне подсказывает, что у нее вполне хватит сил исчерпать все мои немаленькие запасы чакры и добраться до настоящего тела.
Кроме этого есть и другая проблема – перемещения на большие дистанции крайне энергозатратны. Причем настолько, что мой внутренний хомяк меня прикончит, если я попробую путешествовать таким способом. Вообще-то, чакра тратится и на перемещения в пределах прямой видимости, но незначительно, зато с увеличением расстояния потери растут по экспоненте.
Тем временем впереди показались ворота Конохи – одна из немногих уцелевших частей деревни. Время уже было позднее, да и после «визита» Пейна посетителей пускали неохотно, однако у меня имелся пропуск, выданный Хокаге. Двое чунинов, стоявших на воротах, еще долго таращились мне вслед, впрочем, их можно понять – внешность у Элис весьма примечательная. Рыжие волосы, белая облегающая майка, короткие шорты, высокие армейские сапоги и все это дополняется многочисленными ремнями перевязей, на которых крепится оружие и слегка видоизмененные сумки для всяких необходимых каждому шиноби мелочей.
Пока меня не было, деревня успела немного преобразиться – палаточные «кварталы» стали более упорядоченными, а кое-где появились небольшие группы новеньких деревянных домов – похоже, капитан Ямато уже вернулся и успел поучаствовать в восстановлении Конохи. Мне пришлось дважды спросить у проходивших мимо шиноби, где найти Хокаге, прежде чем я добрался до ее палатки. Потом потребовалось еще несколько раз предъявить пропуск, прежде чем меня пропустили к ней.
- Тсунаде-химе, я вернулась! – я помахал персональным пропуском, чтобы Пятая меня наверняка узнала. – Миссия выполнена успешно!
Брови Хокаге удивленно поползли вверх, когда она хорошенько меня рассмотрела.
- Кхм, отличная маскировка, - наконец, произнесла она. – Даже твоя чакра ощущается совсем по-другому.
- Благодарю, - я как-то ожидал более бурной реакции, но похоже, Хокаге слишком устала, чтобы сильно удивляться.
Тсунаде устало потерла виски и недовольно покосилась на горы бумаг. Похоже, она уже вторые сутки на ногах, и наверное, даже жалеет, что сейчас не лежит себе спокойненько в коме.
- Обратись к Шизуне, она займется твоим размещением, - Хокаге вновь вернулась к бумагам, давая понять, что аудиенция окончена. Впрочем, палатка – действительно неподходящее место для обсуждения деталей незаконной миссии.
Помощница Тсунаде выглядела не менее усталой, похоже, у нее тоже выдались крайне неспокойные дни. Но тем не менее, она быстро разобралась с моей проблемой и несколько минут спустя я стоял перед выделенной мне палаткой. Рассудив, что утро вечера мудренее, и еще раз мысленно посочувствовав Хокаге, я завалился спать. Но прежде чем уснуть, ненадолго заглянул во внутренний мир. Оказалось, что море снова увеличилось, причем без особых усилий с моей стороны. Если так и дальше пойдет, то скоро я смогу переименовать его в океан. Вода стала еще чуть темнее, а в остальном все казалось прежним. Увеличение чакры - это, конечно, прекрасно, только вот слишком уж подозрительно. Не часто судьба меня баловала такими приятными сюрпризами, обычно приходилось постараться, чтобы получить очередной левел ап. А тут вдруг как-то само собой образовалось приличное количество энергии, уж слишком похожее на бесплатный сыр. Или это у меня просто обострение паранойи? Уж во внутреннем-то мире я царь и бог, и если бы тут попытался похозяйничать посторонний, я бы сразу заметил. Впрочем, сделать в этой ситуации я мог только одну разумную вещь – лечь спать. Возможно, с утра все эти подозрения покажутся мне совершенно беспочвенными. Но предварительно все-таки стоит напрячь умников решением этого вопроса.
На следующий день шиноби Облака – ученики Киллера Би – уже были в Конохе и требовали моего уничтожения. Я присутствовал при бурной встрече иностранных шиноби и Хокаге, потому что Тсунаде решила и меня припрячь к общему делу, и сделала кем-то вроде второго помощника, чтобы хоть немного разгрузить Шизуне.

После ухода посланцев Пятая даже дала мне прочитать довольно длинное и весьма эмоциональное письмо от Райкаге, где он едва ли не ультиматум Конохе ставил.
- Доволен? – мрачно спросила она. – Твой нынешний статус государственного преступника ставит тебя на один уровень с Орочимару. Ты всерьез собираешься выкрутиться из этой ситуации без потерь? В прошлый раз все обошлось лишь благодаря моему милосердию, но сейчас ты так легко не отделаешься.
- Не будьте так пессимистичны, Тсунаде-химе, - радостно улыбнулся я. – Вполне возможно, что я погибну в предстоящей войне, и статус преступника станет вообще неактуален.
- Не смей так беспечно относиться к собственной жизни! – хокаге неожиданно стукнула кулаком по столу.
- О, так вы все-таки переживаете обо мне? Я тронут, - проникновенно произнес я и наклонился ближе к Тсунаде, и попытался накрыть ее ладонь своей. – Для меня это действительно важно.
- В твоем нынешнем виде эти заигрывания смотрятся, как минимум, нелепо, - резко произнесла Тсунаде и отдернула руку.
- Нелепо? – я притворно надулся. - Я просто подумал, а вдруг вам больше нравятся девочки… В прошлый раз вы мне даже в совместном ужине отказали, может, теперь станете благосклоннее.
Я заправил за ухо рыжую прядь и состроил Пятой глазки.
- Теперь понятно, у кого Наруто научился этой своей извращенной Секси но дзюцу.
- Что? Нет! Это он меня научил, - возмутился я.
Тут в палатку ввалились Сакура, Наруто, Сай и даже Какаши, ради такого случая убравший книжку в карман. Наруто начал орать, что произошла какая-то ошибка, и Сами-Знаете-Кто не мог такого сотворить. Тсунаде не стала долго это выслушивать и так шандарахнула кулаком по столу, что тот разлетелся в щепки.
- А ну молчать!
От этого окрика я чуть не подпрыгнул, а Узумаки даже вспомнил о субординации.
- Наруто, неужели ты думаешь, что я оставлю эту ситуацию без своего контроля? Саске все-таки до недавнего времени был шиноби Конохи, и если он действительно стал преступником, значит, в этом есть доля и моей вины. Но если произошло какое-то недоразумение, и обвинения необоснованы, уж будь уверен, я этого так не оставлю.
- Но…
- Ты во мне сомневаешься? – грозно перебила его Пятая.
- Нет-нет, бабуля Тсунаде! – тут же пошел на попятную Наруто.
Я недовольно посмотрел на него, покоробленный обращением «бабуля», и Узумаки соизволил обратить на меня внимание.
- А ты еще кто? – удивился он, рассмотрев протектор Конохи у меня на поясе. – Я тебя никогда в деревне не видел.
- Это моя вторая помощница, - представила меня Тсунаде. – Шизуне сейчас слишком загружена, поэтому пришлось подключить и Элис.
Я приветливо им улыбнулся, и пользуясь своим статусом «помощницы», выставил всех из палатки.
- Что с его глазами? Я думал, они будут выглядеть, как и у Пейна, - я наконец смог задать вопрос, терзавший меня с тех пор, как вошел Наруто.
Ему всего несколько часов назад сняли с лица повязки, которые нужно было носить в течение суток после трансплантации, и к моему удивлению, его глаза остались почти прежними. Радужка все так же была голубой, только чуть потемнела, да на склере появились тонкие, едва заметные концентрические круги.
- Операция пошла не так? – недоумевающе произнес я, сам не веря в собственные слова, ведь трансплантацию проводила лично Тсунаде.
- Пересадка прошла удачно, но когда Наруто снял повязки, его глаза были уже такими. Возможно, это означает, что для начала риненган нужно пробудить, а потом уже пользоваться его возможностями. Но вероятен и другой вариант – глаза Наруто всегда были подвержены изменениям, в зависимости от состояния меняли не только цвет, но конфигурацию зрачка. Риненган просто мог стать еще одной формой, которая начнет работать только в определенных условиях.
- Понятно, - задумчиво произнес я.
Если такие глаза действительно сначала необходимо пробудить, то это объясняет, почему в моих клонах они не работали.
Пятая устало помассировала виски, не знаю, удалось ли ей хоть пару часов сегодня поспать. Пытаясь немного помочь ей, я то и дело заваривал зеленый чай с травами, и даже послал клона «умыкнуть» из собственного поместья какой-нибудь выпечки, ставшей в Конохе редчайшим дефицитом. Кроме того, сортировал документы на срочные и не очень, принимал жалобы от жителей, решал мелкие организационные вопросы… Пришлось даже создать несколько своих копий, чтобы все успевать. Наверное, в любой другой ситуации Шизуне бы взревновала, что я занимаю ее место, но сейчас она даже рада была помощи, ведь кроме обычных обязанностей, многократно возросших из-за разрушения деревни, она еще была ответственна за раненых. Зато я оказался действительно полезен, и с моей помощью Тсунаде даже удалось разгрести завалы бумаг вокруг новенького, принесенного мной стола.
В своей заботе о здоровье Хокаге я дошел до того, что чуть не начал разминать ей плечи, но Пятая не вовремя вспомнила, кто кроется под личиной ее новой помощницы, и выставила меня из палатки с напутствием пойти и развлечь экскурсией наших гостей из Облака, чтобы они ничего не натворили. Я был уверен, что иностранные шиноби с Наруто не пересекутся, ведь тот держал данное мне слово и моего имени не упоминал, но пожалуй, стоит лично в этом убедиться.
Чужестранцев я нашел у библиотеки, уцелевшей только потому, что она находилась на скале, и взрывная волна до нее не докатилась. Неугомонная красноволосая Каруи как раз допрашивала сопровождавших их коноховцев на предмет дополнительной информации о последнем из клана Учиха. Хотя команда из Облака до этого несколько часов в архиве проторчала, переписывая более-менее общедоступную информацию обо мне. Впрочем, меня это не особенно интересовало – сведения порядком устарели, к тому же о самой главной моей технике там не было ни слова. Коноховцы с трудом сдерживали напор красноволосой, отговариваясь, что почти ничего обо мне не знают.
- Эээй, всем привет! – я преувеличенно радостно поздоровался со всеми, потому что при первой встрече капитан команды - Самуи, отдававшая письмо, на меня внимания обратила не больше, чем на предмет мебели, а Каруи и Омои и вовсе в палатку не входили. – Хокаге-сама попросила меня проверить, все ли у вас в порядке. Если хотите, я могу рассказать вам о Саске…
Не успел я договорить, как Каруи вцепилась мне в руку и затрясла:
- Говори все, что о нем знаешь!
- Да я и собиралась, только отпусти меня.
- Каруи, держи себя в руках! – прикрикнул на нее капитан команды.
Красноволосая меня все-таки отпустила, но глаз не сводила, будто это не я сам к ним пришел, а они меня поймали.
- Ну, хорошо, тогда я начну рассказ. Родился Саске в этой деревне, примерно за полгода до того, как на Коноху напал Девятихвостый биджу. В детстве Саске был очень милым, и поэтому все так и норовили потрепать его за щечки или погладить по голове…
- Да что за бред ты несешь? – снова перебила меня Каруи.
- Но ты же сама сказала рассказывать ВСЕ. Вот я и стараюсь, - я обиженно надулся, старательно отыгрывая «блондинку».
- Да плевать нам на его детство! Рассказывай о его техниках!
- Ооо, техники у него совершенно потрясающие. Особенно техника поцелуев - от одного прикосновения губ колени подгибаться начинают. Остальные его способности тоже впечатляют, но об этом я рассказывать стесняюсь, - я порозовел и якобы смущенно отвел взгляд. Нехорошо себя нахваливать, но у окружающих были такие забавные лица, что я просто не в силах остановиться. – Могу только сказать, что до встречи с ним я считала множественные оргазмы мифом.
Какие они тут все неиспорченные, парой слов можно напрочь шокировать. Вот у Омои даже леденец изо рта выпал, а куноичи покраснели не хуже помидоров.
- Дура! Я у тебя про дзюцу спрашивала, а не про извращения! – завопила опомнившаяся Каруи.
- Ты… ты такая злая! – мои губы задрожали, а глаза наполнились слезами. – Я рассказывала тебе о самом дорогом для меня – о моих чувствах к Саске, а ты надо мной издеваешься!
Я всхлипнул и постарался выжать из себя полноценную слезу. Самое сложное при этом было – не заржать, а то они точно попытаются меня прибить.
- Каруи, нельзя быть такой резкой, - укоризненно произнес Омои и достал из кармана два новых леденца на палочке, один из которых протянул мне. – Извини ее. Просто Учиха Саске убил нашего учителя, поэтому мы все на взводе.
- Ладно, - я напоследок всхлипнул и сунул в рот предложенную конфету. – Но тут явно произошла какая-то ошибка. Саске бы никогда не стал убивать джинчуурики, потому что его лучший друг – тоже джинчуурики. И вообще Саске очень добрый, однажды он принес домой маленького котенка, который замерзал под дождем, а потом сам отпаивал его теплым молоком из пипетки. А еще он собирается на собственные средства основать школу-интернат для сирот, и уже выделил часть своего квартала для строительства. Неужели вы думаете, что такой человек убил бы вашего учителя?
- Не дави на жалость! Мы знаем, что этот Учиха, как и его брат, работали на Акацуки и убивали людей для них.
- Саске убивал только преступников, - я наставительно воздел к небу вытащенный изо рта леденец. – Можете сами проверить списки его жертв – они полностью совпадают с книгами бинго АНБУ разных стран. Можно сказать, он просто выполнял за них работу. Да и то, ему приходилось это делать только ради миссии. На самом деле он шпионил за Акацуки ради Конохи.
- Да плевать мне на это! Рассказывай о его дзюцу, - снова вспылила красноволосая куноичи. Начинаю подозревать, что такой цвет волос – всего лишь признак дурного характера.
- Каруи, угомонись, - капитан решительно отодвинула девушку в сторону и взяла нить переговоров в свои руки. – Расскажи нам, пожалуйста, о его дзюцу.
- Хорошо, - я радостно улыбнулся им. – Саске – самый крутой шиноби из всех, кого я знаю. Он таааакой сильный…
Я замолчал, изображая мечтательность, а на лицах собеседников начало проступать все более отчетливое желание чем-нибудь меня стукнуть. Только Омои все еще оставался более-менее дружелюбным.
- И? Поподробнее, - прервала мои «мечты» капитан.
- Нуу… вот, например, этот памятник в честь Наруто он сделал с помощью техник Дотона, - я указал на монумент в центре деревни.
- В досье не было указано, что он владеет стихией земли! – возмутилась Каруи.
- Так он же никому об этом не говорил раньше, а впервые показал только два дня назад, просто не успели еще в досье внести. А вообще Саске всеми пятью стихиями владеет, - я пожал плечами, словно это было в порядке вещей.
- Это невозможно!
- Я лично знакома с тремя шиноби, которым подвластны все стихии.
- Если мне придется столкнуться с Учихой лично, а у меня только стихия молний, и он использует против меня ветер, и мне придется сражаться только с помощью меча… А у меня кисть отсохла после писанины в библиотеке, и мое кендзюцу будет плохим, и я погибну от рук последнего Учихи… - начал «пессимистить» в своей странной манере Омои.
- Ну что ты, - я утешающе похлопал его по плечу. – Саске ни за что не станет с тобой драться, потому что ты хороший. И леденцы у тебя вкусные. Кстати, яблочного нет? Я их больше всего люблю.
- Ты так думаешь? – парень даже слегка порозовел от оказанного ему знака внимания и отдал мне яблочную конфету, кстати, последнюю в его запасах.
- Конечно. Я при встрече обязательно ему о тебе расскажу, пусть он тоже знает, какой ты добрый, - я одарил парня широкой улыбкой.
Каруи пробурчала что-то нелицеприятное о блаженных идиотах, но так как она не орала это вслух, я сделал вид, будто не услышал. Хотя вполне может оказаться, что она и Омои имела в виду. Мне вдруг ужасно захотелось увидеть, какие у них были бы лица, узнай они, что я и есть тот самый Саске Учиха. Самые впечатлительные такого потрясения могли бы и не пережить.
По доброте душевной я предложил проводить гостей до выхода и не дал им возможности отказаться. Похоже, от моей жизнерадостной болтовни в стиле «А вот тут было мое любимое кафе! Или не тут, а вон там?» не тошнило только Омои. Куноичи же шли с отрешенными лицами, старательно пропуская мимо ушей тонны бесполезной информации о любимом цвете или о сладостях, которые ел Саске в свой день рожденья.
У ворот я предложил еще и рассказать о тяжелом детстве последнего из Учих, но гости скрылись из виду прямо-таки с неприличной скоростью, даже не попрощавшись. Только Омои на ходу обернулся сказать мне «до свидания».
У меня, как и всегда после надругательства над чужой психикой, даже настроение поднялось. И на обратном пути до палатки Тсунаде я радостно приветствовал всех встречных и одаривал улыбками. На месте Хокаге указала мне на новые стопки бумаг, которые выросли вокруг стола за то недолгое время, что я отсутствовал, и мы снова погрузились в работу. Необходимо было покончить с ними сегодня же, ведь завтра с утра Пятой нужно отправляться на Совет Каге. Я предупредил ее о возможном появлении там Тоби или кого-нибудь из Акацуки, и меня тут же назначили одним из двух телохранителей, которые должны сопровождать Хокаге.
Похоже, Тсунаде убедилась в моей исключительной полезности и теперь собиралась эксплуатировать на полную катушку. И что самое обидное – у меня не было ни одного уважительного предлога, под которым можно было бы увильнуть от взваленных на меня обязанностей. Поэтому пришлось до глубокой ночи перекладывать ненавистные бумажки, помогая Пятой разгрести все это. И почему Наруто так хочет стать Хокаге? Он бы и самую тоненькую пачку документов несколько дней осиливал, а их тут просто горы.