Трудная дорога. Друзья по несчастью, часть первая

Глава 12

– Офицерам доложить о состоянии!

– Первая рота – норма!

– Вторая рота – норма!

– Третья рота в полном составе, с грузом, в аппарате и в полном порядке!

«И тут Ситопан выделился! Ну, я ему устрою, как выберемся».

Батальон в полном составе, экипированный сидел в планере, ожидая старта уже примерно час. Напряжение нарастало. Было жарко, а нас, всех офицеров и учёных, заставили надеть скафандры, которых всего десяток нашлось, так что всё равно, всем не хватило бы, но приказ есть приказ, отданный лично адмиралом: офицерам батальона и научной группе экипироваться в скафандры! А на его территории, мы обязаны подчиняться. Если, вдруг, адмирала закинет на планету, тогда уж я – капитан, согласно Уставу буду старшим, но сейчас остаётся терпеть невыносимую жару и ждать.

– Личному составу проверить крепление груза! – отдал приказ, чтобы хоть чем-то занять изнывающих от ожидания солдат, но тут, по громкой связи, раздался голос Курсевича: «Отставить! Внимание! Занять свои места и приготовиться к старту!»

Только успел продублировать команду, как через большие иллюминаторы планера увидел открывающиеся створки шлюзовой камеры. Лёгкий толчок и «Эрика» покинула чрево крейсера, уходя по инерции в сторону планеты, огромной сферой зависшей в пространстве.

«Хм. Почти как Земля, только поменьше и не такая голубая, а скорее грязно-оранжевая». Мне ранее не удавалось увидеть вот так, через иллюминатор пространство космоса, тем более при спуске на планету, а тут такое завораживающее зрелище. Некоторые солдаты, которых видел, прильнули к иллюминаторам и с интересом наблюдали за предстающей взору величественной картиной.

«Невесомость!» – только и успел подумать, как мимо меня пролетел чей-то ботинок. «М-да. Не додумался приказать не ослаблять ремни и застёжки. Интересно, чей ботинок?! Но, хорошо хоть не контейнер с боеприпасами летит».

Зашипел трубопровод, наскоро уложенный внутри салона. Планер толкнуло и он, набирая скорость, направился к планете, которая с угрожающей быстротой приближалась, увеличиваясь в размерах.

«Внимание! Сейчас тряхнёт немного, не переживайте – это нормально», – раздалось по громкой связи.

С гулким стуком упал ботинок. Гравитация планеты сделала своё дело. Ощутимый толчок и, огненная аура за бортом заставила отпрянуть от иллюминатора.

– Наверно, слишком круто вошли в атмосферу, – подумал я.

Трясло сильно, но терпимо. Не болтало. И, буквально через десяток секунд, вибрация прекратилась. Планер принял устойчивое горизонтальное положение и плавно, но ощутимо быстро летел над поверхностью планеты, постепенно снижаясь.

Через командный коммуникатор вызвал ротных, но связь не прошла. Прибор, постоянно помигивающий индикаторами готовности, погас. Откинул шлем скафандра, расстегнул верхние застёжки и выкрикнул:

– Передать по цепочке! Готовность номер один! – и добавил, – спросите у пилота время подлёта.

Команда, как ручеёк, от одного к другому, побежала распространяться по салону.

– До цели двадцать минут! – донёсся до меня ответ пилота.

Посмотрел в иллюминатор. Внизу простиралась равнина – ни деревца, ни строения. Ровная скалистая поверхность пугала.

«Где отыскать укрытие, где найти ориентиры и ещё множество «где и как»…».

– Посадка через две минуты! Приготовиться! – донеслось по цепочке предупреждение пилота.

Дублировать команду не стал, проверил ремни безопасности и приготовился к посадке.

При первом касании поверхности планер подпрыгнул. Второе касание, и он скользит, постепенно снижая скорость. Слышится ругань, и нарастающий гул из передней части салона. Топот ног, толкотня.

– Отставить! Сесть и пристегнуться! – командую на пределе своих голосовых связок.

Упавший рядом боец говорит: «Пилот приказал всем в хвостовую часть бежать!»

– Всем в хвост, но не толкаться! Не нарушать центровку! – не успеваю закончить, как удар опрокидывает меня вперёд, потом резко вбок и назад – ремни безопасности, которые не успел расстегнуть, удержали, что и спасло от получения травм.

В салоне темно. Планер остановился, накренившись носовой частью вниз.

– Группе охраны периметра покинуть салон – осмотреться! Остальным, доложить о повреждениях!

Створки люка медленно ползут вниз. Зев рампы[1] постепенно увеличивается, открывая салон аппарата.

– Капитан, – слышу голос комроты, – пилот погиб.

– Группа прикрытия, доклад! – кричу со всех сил. До сих пор стоит звон в ушах от предшествующего остановке грохота, а темнота оказалась не только внутри салона, но и на поверхности планеты, куда мы приземлились.

– Чисто! Периметр под контролем! – услышал доклад кого-то из бойцов.

– Внимание! Батальон! Высадка! Ничего не забывать! Всё наше берём с собой! – отдаю команду, а сам, иду по чуть наклонившемуся полу в сторону пилотской кабины.

Дверь пилотской рубки приоткрыта, а в кабине в неестественной позе, изогнувшись в кресле, замер силуэт. Протиснулся в рубку, зажёг спичку и осмотрел тело. Глаза пилота открыты, руки крепко держат штурвал, а из пробитого лобового стекла торчит обломок чего-то, отдающего холодом металла, прям на уровне его груди, проткнутой насквозь.