Наследие Маозари 2

Глава 47

Мы насторожено приближались к деревне. Ощущая под ступнями рыхлую почву, я был готов дорого продать свою жизнь. Подойдя поближе к домам, я увидел, что их стены состоят из плотно подогнанных жердей, а крыша накрыта снопами растения, похожего на камыш. Из-за угла одного из домов выскочила небольшая рыжая собака, и начала на нас лаять, где-то за домами ей вторила другая, их громким кукареканьем поддержал петух, а после к ним присоединилось мычание коровы. С виду обычная деревенская пастораль, только вот находится этот мирный уголок посреди джунглей, кишащими жуткими тварями.

На встречу нам вышла делегация из трех мужчин. Первым шел мужчина в зрелом возрасте с пышной седой бородой, одет он был в штаны и рубаху из грубой серой ткани, а на ногах были кожаные сандалии. Выглядел он, как обычный деревенский староста, вот только цвет его кожи и радужки, форма ушей и клыки были такие же, как и у нашей спутницы. Двое других были помоложе, и имели те же отличительные признаки.

— Они что тут все родственники? — тихо спросил Оркус.

— Похоже, что они вообще не люди, — ответил я ему, также тихо. — Не могли же они, всей деревней, получить одинаковые изменения внешности, после приживления элитов.

Когда до них оставалось пару шагов, мы остановились. Наша сопровождающая поклонилась бородачу, и на своем тарабарском начала что-то ему объяснять, изредка указывая на нас, при этом испытывая затаенную надежду. Бородач задумчиво покивал на её слова, а потом указал ей куда-то в центр поселения, от чего она взвизгнула от радости, и убежала вглубь поселения. Мы ничего не понимая, перевели взгляды на бородача. Он радушно улыбался нам своей широкой белозубой клыкастой улыбкой, и бил кулаком себя в грудь со словами:

— Сухо! Сухо!

— В смысле?! Где сухо? — не понял я.

— Скорее всего, его так зовут, — подсказал мне Тим.

— А-а, точно. А меня зовут, — постучал я себя в грудь, — маг земли герцог империи Арон Леонид Сидэро, — увидев, как у мужика полезли брови на лоб, добавил, — но ты можешь звать меня Лео, просто Лео.

Дальше мы все перезнакомились, а потом Сухо повел нас в поселок. Внутри поселения была обычная деревенская жизнь; кто-то загонял скотину, кто-то чинил крышу дома, кто-то точил косу из того же материала, что и топор незнакомки, по улице носилась малышня, распугивая домашнюю птицу. Свою сопровождающую мы тоже увидели, она стояла перед женщиной лет сорока, и что-то ей втолковывала со слезами радости на глазах. Видать ей хороший бонус прилетел за нашу поимку, подумал я. Моё внимание привлекло большое строение в середине поселка, оно представляло собой купол сложенный из камня обмазанного раствором. К темному проему купала вела дорожка вымощенная камнем, и весь купол окружала толстая красная веревка на невысоких столбиках. Хм, ещё бы дорожку сделали красной... Может у них там знаменитости живут, подумал я? Об этом сооружении я и решил расспросить старосту. Когда я пальцем показал на купал, а потом развел руки, Сухо правильно поняв мою пантомиму, ответил:

— Гаш!

— Вы что, в том месте употребляете?! — показал я характерный жест, держа большой палец у рта, и оттопырив мизинец.

— Гаш! — повторил он, указывая на сооружение, потом сложив пальцы щепотью, поцеловал их, и сразу же поднял руку над головой, глядя в небо. Это выглядело, как будто он кому-то на небе отправляет воздушный поцелуй.

— А-а-а, так это храм вашему божеству?! — догадался я.

Интересно, интересно, подумал я! Кто же там живет?! Может это оно, не дает тварям приближаться к поселению?

Староста завел нас на широкий двор, и крикнув что-то женщине, стоящей на крыльце дома, указал нам на длинный стол с лавками. Мы уселись на лавки, и несколько молодых девушек начали накрывать на стол, принося из дома различную снедь в глиняных чашках и горшочках. Здесь было вареное мясо с овощами, какая-то каша, хлеб, молоко. Мы с огромным аппетитом, накинулись на еду.

— Лео, а если еда отравленная?! — запоздало спросил Тим, с набитым ртом.

— Навряд ли, какой в этом смысл, тащить нас сюда, чтобы отравить? — ответил я, пережёвывая мясо.

Пока мы набивали животы, за нами, через редкие жерди забора, наблюдала дворовая ребятня. Наевшись до отвала, мы поблагодарили хозяев, и встали из-за стола. Сухо, объяснил нам жестами, чтобы мы поседели на лавке во дворе, пока топиться баня. Усевшись на лавку, мы принялись делиться впечатлениями...

— Нужно обязательно выучить хотя бы минимум основных слов их языка, чтобы понять, что здесь происходит, и разъясняться с местными, если нам удастся сбежать с этой деревни, — сказал я.

— Как, ведь для этого нужно знать, что эти слова означают? — не понял Тим.

— Значит будем играть с деревенскими в крокодила, пока не выучим хотя бы пару сотен слов, с помощью которых нам будет проще понять смысл обычных фраз.

— Во что играть? — спросила Лиза.

Я принялся объяснять своим товарищам, как играть в крокодила. Во время моего рассказа, я ощутил прикосновение холодной ладошки к своей руке, от неожиданности я, громко ругнувшись, резко вскочил с лавки. Повернувшись, я увидел очень милую девочку лет шести, которая смотрела на меня испуганным взглядом. Девочка была в каком-то замызганном сером платьице, и прижимала к груди куклу из ткани набитой соломой. На голове куклы, чем-то черным, было нарисовано страшное лицо с ехидной улыбкой.

— Какая отвратительная рожа, — сказал я, глядя на куклу, а после, переведя взгляд на девочку, произнес ласковым тоном: — тебе чего, кроха?

Она что-то быстро заговорила на местном языке, а мне в голову пришла замечательная идея...

— Так народ, похоже я нашел того, кто нас немного обучит местному языку! — радостным тоном сказал я.