Кровь Меровингов 

Глава 21. Старые счеты

Проводив Луизу, Филипп вернулся к себе в шатер. Там ждали оруженосцы побежденных им рыцарей. Они держали под уздцы боевых коней своих господ, нагруженных оружием и доспехами, в которых рыцари сражались на турнире. По закону граф был волен взять это имущество себе или потребовать за него выкуп, коим он и ограничился, отослав коней и вооружение обратно.

– Альваро нашли? - поинтересовался Филипп у своего оруженосца Анри.

– Утром граф выехал из гостиницы. Хозяйка говорит - с вещами. Распоряжений не оставлял.

Филипп нахмурился. После вчерашней ссоры он ждал испанца. А тот бежал! Бежал позорно, как трусливая собака! Не ожидал Филипп от рыцаря такой низости.

Вскоре наступил вечер, а с ним время торжеств. Перевязав свои раны и облачившись в лучшие наряды, рыцари спешили туда, где их ждал богатый ужин, музыка, танцы и прелестные женщины.

Благородные шевалье разной степени тяжести кошельков и даже вовсе не имеющие средств к существованию, но по счастливой случайности имеющие коня, меч, копье да пару латаных доспехов, а потому считавшие себя людьми обстоятельными, все они, преломившие копья на этом турнире, с важным и достойным видом явились на пир графа Тулузского.

Хауберки и латы сменили бархатные камзолы и драгоценности. Воинственный пыл уступил место куртуазным речам, а также обмену последними новостями. Почти весь достославный Юг собрался попировать, покрасоваться и позлословить.

Плавной поступью вошла Луиза в пиршественную залу городской ратуши. Ее сопровождали дядя, брат и несколько вассалов графа де Арманьяка. Платье нежно-лазоревого бархата и белого шелка, искусно переплетенное на груди и рукавах нитками жемчуга, подчеркивало изящный стан. Голову украшала жемчужная диадема и вплетенные в распущенные волосы шелковые ленты того же цвета, что и бархат платья. Опираясь на руку своего дяди, Луиза являлась сейчас воплощением очарования и достоинства.

Раймонд Тулузский поспешил навстречу Королеве Любви и Красоты. Ее встретили рукоплесканиями. Толпа поклонников окружила юную красавицу. Луиза снисходительно выслушивала многочисленные комплименты, не выделяя никого своим расположением. Цвет рыцарства южной Франции сейчас был у ее ног. Луиза не спешила завладеть вниманием знатных, доблестных и богатых сеньоров, держа себя скромно и дружелюбно, как и подобало благовоспитанной леди. Сэр Роже гордился успехом своей племянницы.

– С какой легкостью покоряешь ты умы и сердца. Блистать при дворе или в качестве хозяйки знатного дома - вот твое призвание! - сказал он Луизе.

– Я выполняю всего лишь долг королевы турнира, - шепнула она в ответ. - Моему сердцу дороже холмы Арманьяка и бескрайние пиренейские леса.

Луиза скучала. Она мечтала поскорей вернуться домой. В лес.

После официальной вступительной речи графа Тулузского, восхваления рыцарской доблести победителя первого дня и других удачно сражавшихся рыцарей началось пиршество. Потянулись длинные вереницы слуг, подносивших всевозможные яства и вина.

Менестрели старались своими романтическими фантазиями развлечь гостей. Прекрасные дамы и девицы зорко высматривали себе кто жениха, кто покровителя. Сидя бок о бок за столом, Раймонд граф Тулузский и Роже де Арманьяк с удовольствием подняли серебряные древние кубки за победителя турнира - графа де Альбре. Пряное вино, проникая внутрь, приятным теплом разливалось по телу. Потрясающие кушанья разжигали аппетит.

Раймонд любил попировать. Он ел много и долго. Роже иногда диву давался: как худощавый граф может поглощать такие немыслимые объемы пищи.

– Клянусь святыми угодниками, а ведь этот достойный рыцарь и завтра станет победителем турнира! - заявил сэр Роже, указывая на Филиппа.

– Альбре силен и вынослив, признаю. Однако нельзя побеждать постоянно, - заметил Раймонд, отрезая себе кинжалом добрый кусок сочной косули в яблочном соусе и пододвигая ближе паштет из гусиной печени.

– И, тем не менее, граф, он станет победителем, - настаивал Роже с уверенным видом.

– Готов поспорить, - подхватил сэр Раймонд, прожевывая мясо.

– Ваша ставка, граф? - быстро поинтересовался Роже.

– Вы давно глаз положили на мой нормандский кинжал, не так ли? Вот его-то я и ставлю.

– А чего бы Вам хотелось получить в случае моего проигрыша?

– Ваш мавританский кривой меч!

У Роже на миг брови поднялись от изумления. Потом он смекнул - вряд ли ему грозит расставание с редкой вещицей, привезенной с Востока. Подняв кубок с вином, он согласился на очередное пари. Сеньоры ударили по рукам.

Сделав глоток, Раймонд Тулузский с удовольствием крякнул, довольный крепостью напитка. Он угощал гостей разнообразными винами, привезенными из Парижа, Мадрида и Рима, сам главное внимание уделял бренди, доставленному в качестве подарка от отца Луизы. Крепкий напиток в отличие от вин разбавляли кусочками льда, доставленного с Пиренеев, и разливали по кубкам.

– Эк, хорош! - воскликнул Раймонд, обращаясь к Роже. - Клянусь небом, в Арманьяке знают толк в виноделии!

– Благодаря славным традициям! - гордо кивнул головой сэр Роже. - Наш род сохраняет тайну его изготовления, передавая древнее искусство по наследству.

На этом он пустился в рассказ об истории славного напитка. Да, ему было что поведать, ведь Арманьяк возник на стыке трех культур: римляне научили местных жителей выращивать виноград, арабы завезли перегонный аппарат, а кельты - дубовые бочки.

В этот момент слуги пополнили стол блюдом внушительных размеров со всевозможной мелкой дичью. Жаренные в масле бекасы, вальдшнепы, дупеля, жаворонки, кулики, дрозды, перепелки, овсянки и зуйки возвышались аппетитной горой.

– Слышите, мессиры? - обратился сэр Раймонд к вельможам, приехавшим на турнир из более северных графств. - Не только Бордо и Коньяк славятся своими винами!

– Превосходный вкус! - согласился с ним барон де Труа. - Не хотите ли, граф, поделиться с нами секретом вашего родового напитка? Сдается мне, его неповторимость является результатом не только усилий виноделов, - обратился он к сэру Роже с видом знатока дела.