Злодейка из другого мира

Глава 3

Небо над этим миром оказалось вовсе не синим. Я прижалась спиной к стене каменного дома и смотрела на персиково-голубую гладь, прорезанную перистыми облаками. Не сразу, но осознала, что щёки влажны от слёз. Расточительно – плакать зимой.

А на дворе именно она. Не слишком, правда, лютая. Там, откуда я родом, не чувствовала бы уже ни рук, ни ног. А здесь пока ещё сносно, хотя обувь у меня износившаяся, тонкая, не предназначенная для долгих пеших прогулок. Из хиленьких плюсов - у замызганного платья, что Генерис носила с момента ареста, к счастью, несколько нижних юбок. Один из моих тюремщиков отдал мне старый плащ. Не иначе, как по велению, принца – чтобы не слишком быстро сдохла.

Грудь сдавило, но всхлип так и не вырвался. Странно, но пока я не увидела этот чужой небосвод, во мне теплилась надежда, что это сон – долгий и затянувшийся.

Когда с моей головы сняли мешок и толкнули в спину, я вперилась взглядом в горизонт. Сначала, почудилось, что вот-вот настанет ночь, и это закат над городом. Но солнечный диск замер высоко, и не стремился в ближайшее время уступать место луне. Цвет у небосвода оказался странным – закатным, персиково-розовым с голубыми переливами. Чудилось, что высь мерцает и переходит из одного цвета в другой, никогда не становясь какой-то определённой.

Сомнительно, что этот феномен можно объяснить метеорологическими или астрономическими явлениями…

- Эй, ты! Пшла вон отсюда! – мою апатию прервал хриплый возглас. Я встрепенулась и настороженно взглянула на его источник. Два стражника, если судить по одинаковой одежде и обмундированию. На кожаных нагрудниках странный знак – ворон с пронзённым стрелой сердцем.

Я склонила голову, с одной стороны желая показаться безропотной и безобидной, а с другой… Что там говорил принц? Генерис красива. Не уверена, что сейчас это разглядел бы хоть кто-нибудь, но рисковать не стоило.

- Падали, как ты, не место здесь, – темноволосый мужчина, обратившийся ко мне раньше, сплюнул на мостовую. – Не надейся на подачку. Сколько там положено палок за это нарушение?

- Нисколько, - спокойно ответил его спутник, мужчина в возрасте, явно не желая отыгрываться на оборванной нищенке. – Уходи-ка ты отсюда подобру-поздорову, и чтобы мы больше тебя в Верхнем городе не видели.

Дважды мне повторять не надо было. Я подхватила полы большого мне плаща и торопливо направилась дальше.

- Куда? – зло бросили мне в спину. – В другую сторону.

***

Я ловила себя на невольном сожалении о времени в камере, потраченном в пустую. Я хотела забиться в какую-нибудь тёмную нору и собраться с мыслями.

Но норы у меня не было. А тревожный мандраж и холод, сотрясающие тело, никак не помогали сохранять хладнокровие.

Если отбросить издевательское предложение принца податься в ближайший бордель, выбор невелик – работный дом или храм. Я не уверена в существовании первого, как и в том, что для молодой девушки он будет сильно отличаться от того самого Цветочного дома. С храмом ещё сложнее. Ничего не знаю о здешней религии, но в нашем мире в Средние века, например, далеко не каждый находил приют в монастыре. В монахини предпочитали брать благородных девушек с приданным или тех, за кого платили, чтобы убрать с глаз подальше.

Генерис, как ни крути, на монахиню не тянула бы даже с деньгами – после всех её приключений. Но выхода у меня не было.

Я долго выбирала к кому подойти на улице – большая часть людей не обращала на меня никакого внимания, либо презрительно кривила губы и отворачивалась. Наконец, я приметила крепкую женщину с открытым, смуглым от солнца лицом и спросила у неё, как пройти к храму.

Она посмотрела на меня с опаской и некоторой неуверенностью. Я и сама так глядела когда-то на бомжеватого вида алкашей, выпрашивающих деньги на «проезд». Вроде, и знаешь, что проще не связываться и игнорировать, но лишний раз обижать даже опустившегося человека не хочется.

- К какому-такому храму? Ты чего это, страдалица?

Я неуверенно уточнила:

- Церковь.

Но не похоже, что и это слово было женщине знакомо. И тут меня посетила не самая приятная догадка. А что если в этом мире, подчинённом магии, для религии не осталось места?

Я закрыла на секунду глаза, пытаясь собраться с мыслями, и снова ощутить почву под ногами.

- Мне нужно помолиться и попросить помощи, - наконец, сформулировала я свою нужду, стараясь не цепляться за привычные для моего мира понятия.

Взгляд женщины изменился. На миг в нём промелькнуло изумление, а потом вспышка ярких чувств сменилась лёгкой задумчивостью.

- Да кто же тебе, страдалица, скажет, где найти алтарь? Тут уж как повезёт. Они появляются, когда пожелают сами, и открываются, кому хотят. Можно всю жизнь искать и не найти ни одного. Странно, что ты в своём возрасте до сих пор не знаешь этого, - в голосе незнакомки послышалась боль, какая бывает от потери любимого человека, не утихающая с годами. - Однажды мне повезло. И я побывала у алтаря Коринуса. Там я встретила его, другого человека, нашедшего священное место одновременно со мной. Мы обязаны были разделить ночь. Ну, а с детьми, зачатыми у алтарей, известно, что случается.

Она судорожно вздохнула, сдерживая не пролитые слёзы, и пошла дальше, не сказав больше ни слова. Я не решилась на оклик. Вид опущенной головы и сгорбившейся спины заставил меня впервые за время пребывания здесь подумать не только о себе.

Одно ясно точно – местные боги, очевидно, не просто дань тёмным верованиям. Почему-то меня посетило плохое предчувствие.