Мятежность 

- 11 -

Когда кто-то сердится на вас, на самом деле он сердится на себя...

Бернар Вербер

22:20

После очередного рабочего дня, Сонай и Нурай выходят из клиники и прощаются, направляясь в разные стороны. Сонай, как и всегда достаёт из свое сумки наушники и надевает их. А затем включает свои любимые турецкие песни, благодаря которым она может отвлечься от всего. Отвлечься и забыться, погрузившись в мир музыки. В свой мир, направляясь при этом к автобусной остановке. Но вновь из неоткуда появился Озан, выходящий из своей машины.

Озан:  Сонай. Сонай, - звал он её, идя за ней. - Сонай.

Осознав, что она его не слышит Озан решает обойти её, а затем резко останавливается перед ней. Увидев его перед собой, Сонай тут же останавливается и не верит своим глазам.

Сонай: Что...что тут делаешь? - спросила она, вынув наушники.

Озан: Я ждал тебя.

Сонай: Что? Ждал меня? После работы? Для чего?

Озан: Чтобы поговорить. Я... я не хочу тебя терять.

Сонай: А я не хочу говорить с тобой. Так что прошу, отойди, иначе я вновь из-за тебя опоздаю на автобус.

Озан: Я не уйду, пока мы не помиримся.

Сонай: Мы и не ругались, чтобы мириться. Озан, я прошу тебя отойди иначе...

Озан: Иначе?

Сонай: Иначе, я закричу. Клянусь Аллаху, я это сделаю.

Озан: Ты не сделаешь этого, - сказала он, думая, что она шутит.

Сонай: Помогите! Люди, прошу вас помогите! Меня только что ограбили и избили! Пожалуйста помогите! - закричала она на всю улицу.

Озан: Сонай, прекрати. Сонай! - прокричал он, держа её крепко и пытаясь успокоить. - Выслушай меня. Просто выслушай меня.

Сонай: Я не хочу, Озан. Я не буду! Отпусти меня! Мне больно! - сказала она сердито, глядя в его глаза.

Озан: Я не отпущу тебя. Никогда и ни за что, - сказал он сдержанным тоном, глядя на неё своим пронзительным взглядом. - Всё то, что я тебе сказал в кабинете - была чистой правдой. На следующий день после нашей последней встречи, мне позвонили и предложили написать сценарий для одного европейского фильма. И мне пришлось уехать. Уехать в этот же день для подписания контракта.

Сонай: И куда ты уехал? И почему не сообщил мне об этом?

Озан: Я уехал во Францию. Я хотел сообщить, но у меня не было твоего номера телефона. И тогда перед своим вылетом я позвонил Камилю и попросил, чтобы он продиктовал твой номер телефона, но он сказал, что не может дать без разрешения. Без твоего разрешения. И тогда я попросил его, чтобы он передал тебе моё сообщение. И я был уверен всё это время, что он выполнил мою просьбу и ты знаешь, где я, но, как оказалось...

Сонай: И ты вновь туда поедешь?

Озан: Нет. Сценарий написан и сейчас они снимают фильм. А если и поеду туда вновь, то только с тобой.

Сонай: Правда?

Озан: Правда. Я скучал по тебе. Скучал по твоему образу, голосу и то как ты хмуришь брови. И...

Сонай: И?

Озан: И по твоей пощёчине, - ответил он, улыбнувшись.

Сонай: Дурак..., - промолвила она, улыбнувшись.

Озан: Знаю. Зато твой... Я никогда не лгал тебе. И никогда не стану.

Сонай: Обещаешь?

Озан: Обещаю, - ответил он, а затем крепко обнял её, как и она его.

Сонай и Озан стояли обнявшись друг с другом, не заметив то как автобус уже приехал, остановился, а затем уехал. В этот момент они вновь почувствовали ту самую искру, что так ярко царило между ними с первой минутой их встречи. В этот момент никто и ничто им не было важно. Только он и она.

Вскоре они, всё также обнявшись, направляются к его машине, садятся в него, а после едут в сторону её дома. И во время пути они радостно общаются, смеются, постепенно узнавая друг друга. Этот день и этот вечер был одновременно тяжёлым и счастливым для каждого из них. Этот день и этот вечер был особенным для обоих.