Не все девочки делают это

217. Граф

Марьяна роняла слезинки всю дорогу – украдкой, отворачиваясь в окно, не в силах смириться с их, пусть временным, но расставанием.

Несмотря на все успокаивающие уверения Влада, что уже через пару дней они снова встретятся – его ждали и в филармонии, и в музыкальном училище – острое чувство потери выкручивало душу до боли. Сейчас он уедет… И она останется одна – в этом городе, среди этих людей. Одна!!

Девушка куталась в шубу, заранее чувствуя зябкую, болезненную пустоту. Она уже успела привыкнуть к постоянному присутствию Влада, к его заботе, и прочному чувству безопасности рядом с ним!

А эта неизвестность… Как они встретятся, при каких обстоятельствах? А вдруг Северпром откажется оплачивать отель своему «придворному музыканту»? Хотя с чего бы. «У них корпоративная бронь на эти полулюксы на пять лет вперёд!» – вспоминала Марьяна слова отельера, который отчитывал администраторшу в первый день их заезда.

…А вдруг у Влада не будет времени? Бред, бред! Они – вместе, и на неё у Маэстро всегда теперь будет время, он всеми своими действиями давал и даёт ей это понять!

А вдруг он вообще там возьмёт и простит Дору, если она явится со слезами?! – бред, бред, бред! – торопливо останавливала девушка своё распалённое воображение и вновь пыталась примирить себя с неизбежной разлукой.

…Как, в конце концов, ей теперь засыпать одной?! Она уже привыкла спать на его плече, крепко обхватив любимого рукой. В темноте Влад сонно накрывал её руку сверху своей большой и тёплой ладонью, тихо поглаживая от плеча до локтя, и она замирала, упиваясь этими мгновениями, завидуя самой себе и понимая, что их ей всегда будет мало…

С каждым оставшимся позади километром ей словно становилось всё холоднее, несмотря прогретый салон авто, каждая минутка приближала их к расставанию – и в глазах щипало, несмотря на мягкие увещевания любимого…

Безумный план созрел в ту самую секунду, когда Вольский остановил машину с торца общежития, где не было фонарей и никто не мог разглядеть машину в угрюмой темноте. Но эта темнота уже не существовала для Марьяны – слёзы мгновенно высохли. Собстенная идея потрясла её красотой и дерзостью!

Она вспомнила, как Влад неожиданно встретил её на вокзале, устроив сюрприз, когда она совершенно не ожидала его увидеть, уже распростилась с ним! Это было потрясающе! Такие сюрпризы должны быть взаимны, а то Влад уже столько всего для неё сделал… И она теперь устроит любимому точно такой же сюрприз, как он – ей!!

Девушка еле сдержалась, чтоб не завизжать от радости и предкушения!

Он летит на самолёте, а она сядет на поезд, и завтра рано утром позвонит в дверь его квартиры на Заозёрном – и у них будет ещё несколько часов! А вечером она – сразу обратно… Или вообще останется, всё равно две недели учёбы уже пропустила, ещё пара дней ничего не решит!

Главное – себя не выдать.

Влад выключил слабый свет в салоне:

- Иди ко мне, котёнок…

Марьяна с готовностью обхватила его шею обеими руками. Несколько минут они исступлённо целовались – молча, жадно, перехватывая друг у друга дыхание. Наконец Влад выпустил её из объятий и, включив подсветку, поправил девушке растрепавшиеся волосы:

- Даже не представляешь, как я не хочу тебя туда отпускать, - проворчал он. – Сейчас начнётся тарарам…

Марьяна опустила глаза, изо всех сил пытаясь сохранить расстроенный вид, только слегка кивнула – она отлично помнила, что в силу профессии Влад легко распознает неискренность в голосе. Главное – не проколоться!

- Сумку, прости, придётся до крыльца самой нести…

Она дёрнула плечом – мол, подумаешь, какие-то пустяки! – и снова кивнула.

- Заснуть тебе, конечно, подружки сейчас не дадут, но ты хотя бы постарайся поспать завтра подольше! – тон у её Маэстро был таким трогательно просящим, что девушка не выдержала и вновь прижалась к нему, обвив шею руками:

- Да, Маэстро! – выдохнула она прямо в любимое ухо.

И заторопилась выходить, натянула белую шапочку-«ангорку», отстегнула ремень безопасности: безумная идея подстёгивала, хотелось сразу приступить к её осуществлению…

- Ничего не забыла?

Марьяна остановилась на всём скаку: откинувшись на спинку сиденья, Вольский методично отсчитывал крупные купюры, отсортировывая тысячные от пятитысячных. Свернув деньги в две пачки – синенькую и красную – он с улыбкой протянул их девушке.

- Это… за что? – оторопела она.

- Не «за что», а «зачем»! – поправил Влад.

- У меня есть… - пробормотала Марьяна, мучительно краснея – ещё чего не хватало, она не просила, за кого он её считает – за содержанку?!

Даже её безумная авантюра отступила на второй план.

Наслушавшись сокурсниц и их подружек, которые считали огромной удачей и житейской хваткой «подцепить богатенького буратину», насмотревшись передач про романтизацию «проститутничества» и начитавшись журналов, которые на все лады превозносили новую «философию», как продать себя подороже, и которая вызывала у неё омерзение – Марьяна страшно испугалась, что любимый мужчина даже на секунду может предплоложить, что она с ним – из-за денег!

- Я знаю, что есть, - спокойно кивнул Влад. – Но хочу, чтобы у тебя был запас. Я могу задержаться на неделю…

- Влад, не надо…

- … и я хочу, чтобы ты нормально ела в моё отсутствие. Вокалист должен много есть, много спать, и много-много заниматься! – наставительно напомнил он и, с улыбкой расстегнув верхнюю пару пуговиц на её шубе, засунул обе пачки во внутренний карман. – Чтоб не смела голодной ходить, ясно?

- Я так не могу!! – путаясь в шубе, она неуклюже выложила обе пачки обратно в руки озадаченному Владу.

- Не понял…

- Ну ладно, пока! – протараторила спешно Марьяна, открывая дверь авто. – Удачно отработать юбилей!..

- А ну, сядь! – одним движением Вольский вернул девушку на сиденье.

Заставил повернуться к себе.

Марьяне казалось, что даже в тусклом свете она рдела, как переспелый помидор.