Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник  

Глава 5. Ab ovo usque ad mala 5.1

Глава пятая

Ab ovo usque ad mala

Капитан Доус стоял напротив широкой грифельно-черной доски, на которой полупрозрачной рябью светилась галокарта. Он следил за единственной мигающей точкой уже более суток, и так до сих пор и не ложился спать.

Этой самой точкой был Лариан.

Недавно крохотная мигающая лампочка переместилась на территорию, неподалёку от которой, по нынешней информации, находилась одна из станций.

То, что Доус не рассказал об этом Судье Дилгертону, было сродни подписанию смертного приговора. Опасность подстерегала на каждом шагу. Никакой гарантии и уверенности в чём-то уже не было.

Капитан Доус устало выдохнул — зато, по крайней мере, Лариан жив. Ему хотелось в это верить, пока огонёк светился на карте.

В дверь послышался стук, который отвлек Капитана от раздумий. Створки раздвинулись, и в кабинет зашел один из его солдат.

— Вам прислан доклад, Капитан, — вскинув голову, сообщил он.

Доус кивнул.

— Хорошо. Я просмотрю, — сказал он.

Солдат приложил руку к головному убору и, крутанувшись на каблуках, скрылся за смыкающейся дверью.

Лёгким движениям руки Капитан сузил карту и отослал её в угол грифельной доски, затем повел в воздухе пальцем и перед ним выпорхнули испещренные буквами строки. Тут же весь кабинет заполнил механический женский голос:
— Вас вызывают, Капитан Доус, — протараторил он.

— Кто? — нахмурился Доус.

— Господин Праймус, — ответил голос.

— Подключай, — нехотя отозвался Капитан.

Доска перед ним засияла, и из пустоты выплыл тощий полупрозрачный силуэт советника Праймуса.

— Вы получили доклад, Капитан? — прищурился он.

Что-что, а Праймус, пожалуй, был самым нормальным из совета... так думалось Доусу.

— Да, — ответил он. — Только что хотел его изучить.

— Ясно, ясно... Значит, вы ещё не знайте.

Крысиные глазки Праймуса тревожно бегали по сторонам, и Капитан не смог этого не заметить.

— Что вы имеете в виду?— насторожился он.

Советник ответил не сразу, пытаясь собраться с духом.

— Вы помните о том, что произошло с турбиной? — начал Праймус. Его голос звучал взволновано.

Капитан молча кивнул.

— Столь совершенная техника, как мы и предполагали, сама собой выйти из строя попросту не могла...

— К чему вы клоните? Скажите!

— Кто-то специально заставил турбину остановиться, — голограмма не могла передать всю нервозность советника Праймуса, однако даже ей не удалось скрыть его трясущиеся руки и пот, выступившей на покатом лбу.

Сам Капитан держался более уверено и спокойно — годы службы у Галлитерия всё-таки давали свои плюсы.

— И вы знайте кто... Не так ли? — предположил Капитан.

Праймус нервно откашлялся.

— Кончено же! — буркнул он, и мрачно добавил: — Это Робайты.

Капитан, казалось бы, слегка ошеломленный новостью, ничего не ответил и советник решил продолжить:

— Это ещё малая часть самой проблемы — лишь её вершина, но то, что затаилось глубже, куда страшнее.

— Я в этом и не сомневался, — холодно произнес Капитан.

Праймус нахмурился.

— Численность Робайтов на поверхности Земли увеличилась втрое,— продолжил он, не обратив внимание на сказанное Доусом.

— Как они оказались так далеко от Земли? Как добрались до турбин? — встрепенулся Капитан.

— Мы пока точно не знаем, — Праймус потупился. — Судья Дилгертон говорит, что нам это ни к чему.

Доус с яростью ударил кулаком по столу и голограмма слегка зарябила.

Наступило молчание.

Что-то тут было не так. Капитан Доус понимал это. Но что служило причиной? От чего Судья вдруг стал так… опрометчив?

Человек, яро защищающий закон и безопасность Галодринона, просто бездействует, когда ему угрожает настоящая опасность.

— Ваш племянник... — начал было Праймус, нарушая тишину, но Капитан не стал дослушивать.

— Это уже не ваше дело, что происходит с моим племянником, — грубо оборвал он. Сомнения прокрались внутрь.

«А вдруг советник знает, что сигнал не пропал? — подумалось Капитану. — Тогда почему ничего не говорит?»

Праймус гордо вскинул голову, и раздражение скользнуло по его осунувшемуся лицу.

— Я сочувствую вам, Капитан, — холодно произнес он.— Однако надежда в наше время даёт куда больше разочарований, чем осознание того, что неизбежно.

По глазам Доуса пробежали искорки гнева.

— Лариан жив, — тяжелым тоном проговорил он, запуская ладонь в спутанные, покрытые туманной проседью, черные волосы. — И я в это верю.

— Что же, тогда участь у него не завидная,— пробубнил Праймус и добавил, посмотрев на Капитана в упор. Его силуэт замерцал: — Вы должны собраться. Судьба Галодриона сейчас зависит от вас. Седьмой патруль его оборона и защита, а когда у защиты есть брешь... её очень легко разрушить.

С этими словами его голограмма растворилась в воздухе и исчезла, оставив слова одиноко витать в воздухе.

Вопросы посыпались на Капитана, точно серный ливень. Что задумал Искусственный интеллект? От чего Судья стал вести себя так странно? И Лариан…

Какая судьба его теперь ожидает? Капитан Доус встряхнул головой, надеясь, что мысли перестанут прожигать его разум мучительными образами.

У него не было иного выбора, кроме как отыскать Лариана, ориентируясь на мигающий огонёк.

Капитан высвободил карту из угла грифельной доски и вновь изучил местоположение племянника.

Сердце в груди мгновенно сжалось в тисках.

Огонёк перестал мерцать. Сигнал потерян.

— Что?! Как?

Доус ухватился за стол, чтобы не упасть. Голова пошла кругом.

Неужели это конец?