Академия магии Троян 

Глава 2.2

Аудиторию будто накрывает туман из тишины и шипящего ожидания.

Сжимаю как можно крепче зубы, а руки убираю под стол. Чтобы никто не смог увидеть как они крепко сжались. Вскользь взглянув на меня, ректор оглаживает пальцами чисто выбритый подбородк, словно уже обдумывает детали будущего отбора для курса. После он упирается взглядом в Азура своим коронным тяжелым взглядом.

– Так значит не все твои товарищи достойны находиться на моем занятии, адепт Эхор? – холодно уточнят Фойхт.

– М..н..о.., – бормочет адепт и опускает голову.

– И много таких в этом кабинете, как адепт Эхор, – громче спрашивает ректор и осматривает зал.

Все испуганно замирают, но никто в открытую не хочет рисковать и поддержать Азура.

– Тогда видимо мне придется рассказать вам историю. Раз декан Рихтер не смог повлиять на предубеждения адептов, – ректор выходит из-за трибуны и опирается на нее бедром. Он складывает руки перед собой и на секунду задумывается. – С чего бы начать? Наверное с этого….

Много лет тому назад среди теоретиков магии пошла безумная идея. Что если смешать стихии в одном маге, то получится сверх маг, который способен управлять четырьмя стихиями. Начались эксперименты, но к успеху они не приближались. Пока не стало понятно, что в браке из двух магов разных стихий рождает ребенок способный к обеим родительским магиям. Подсчитав, стал понятно, что в какой-то момент такого смешивания может получиться ребенок, владеющий четырьмя стихиями. Но эта идея осталась всего лишь идеей. Потому что через некоторое время началась война.

Карговия, или Карговское королевство всегда было воинственным. Карговцы жаждали крови и не хотели сотрудничать. По слухам они могли обращаться в зверей. Звериная сущность давала дополнительные силы и неуязвимость от магических атак. Правда это или вымысел, но карговцы редко проигрывали. Зверь внутри каргов стремился разрушить мир и рассеять хаос. Потому что они любили убивать и только травы могли успокоить их нрав.

Сосхебия как ближайший сосед Карговии страдал больше всего из-за набегов карговцев. Именно поэтому они начал развивать свое воинское дело и преуспели в этом. Сосхебская академия Миллитерис до сих пор обучает боевиков лучше всех. Но также в Сосхебии разрабатывалась идея защиты и безопасной границы с Карговией.

Один маг, ребенок идейных теоретиков магии, дитя смешанного брака земляной и водной стихии – Терен Нимрас. Он придумал как усилить границы при помощи растений. Он назвал их ционтами. Главный корень Нимрас посадил у себя во дворе и влил в нее силу обеих стихий. От этого корня потянулись стебли ционтов, которые оградили Карговию и Сосхебию живой стеной.

Набеги прекратились. Это был успех.

Ционты имели централизованное управление при помощи главного корня. Стебли не пропускали магию. А листья могли даже атаковать тех, кто приближался к границе.

Вот только никто не подозревал, что ционты еще имеют зачатки собственного сознания и способность развиваться. К тому же ту магию, что они поглощали при нападении, помогала им расти. И в какой-то момент около городка Бридсберна вырос первый цветок. Он рос и становился все больше.

Терен Нимрас первый отправился к тому месту, чтобы разузнать о нем больше. Он прибыл туда через несколько дней после известия о том, что у живой границы появился цветок. Но прибыв туда, его никто не встретил. Город был пуст, словно люди просто уехали. А на месте, где распустился первый цветок выросли еще десять. И все там было в крови.

Ционты могли развиваться. Магия помогла им стать сильнее. А первая капля крови сделала их хищниками.

Нимрас находился в Бридсберне. А тем временем по все границе расцвели цветы ционтов. И все они распахнули свои зубастые пасти с желанием сожрать. Им неважно кто жертва: сосхебец или карговец, с магией или без. Для них любой человек, животное или даже насекомое стало едой.

– Тогда-то и пришли на помощь огневики, – гордо заявил Азур, перебивая плавную речь ректора.

– Пришли, – кивнул ректор. – Но определенно не сразу.

Сначала группа добровольцев из земляных и водных магов отправились к основному корню. Они собирались иссушить его. Терен Нимрас отправился с ними. Он показал, куда посадил росток, и они совместными силами начали высушивать корень. Земляные вытягивали питательные силы из земли, чтобы растение перестало питаться. Потому что каким бы хищником ционт не стал, в первую очередь он – растение. А водники вытягивали воду из самого корневища.

– Но ведь это опасно, – проговорила водница со стихийного и поежилась, словно резко упала температура. – Такая магия рискованна. Можно случайно иссушить и себя.

– А вы думаете, кто-то выбрался из той первой группы, – неожиданно обиженно спросил Фойхт. – Никто не выжил.

– Но ведь Нимрас остался в живых, – Дерик вальяжно расселся на стуле и развел руки. – Как бы это обстоятельство говорит само за себя.

– Что именно? – уточнил ректор. – То, что Нимрас не начал иссушать корень ционта. Или то, что он не захотел рисковать. Ционты созданы из его магии. Он вряд ли помог бы группе в иссушении и убить его растение не могло. Прародитель неуязвим для своего создания. Он мог только подпитывать магов. Этим он и занялся. Отдал почти все, чтобы маги справились. Но ционты направили все свои силы к корню.