Проданное счастье

2 глава

Просыпаюсь по будильнику. Открыв глаза, рассматриваю потолок в темноте и прислушиваюсь. Рядом никто не дышит. Понимаю, что Эля не вернулась в супружескую спальню после того, как уложила детей спать. Я заснул, так ее и не дождавшись.

Вчерашний разговор зудит, заставляет хмуриться и испытывать недовольство. Моя жизнь всегда четко распланирована. Единственное, что случилось без моего ведома – это внезапная любовь к жене с первой встречи. Влюбился, моментально скорректировал свои планы и с тех пор ни разу не отступил от задуманного.

К сегодняшнему дню я достиг многого как специалист и как человек. Возможно, я не такой идеальный муж, как хотела бы Эля, но и не самый худший вариант. Она хочет развития своей личности? Хорошо, можно вызвать ее мать на подмогу, пока ее дочь будет чему-то обучаться, расти. Мне не нравится, когда в доме посторонние люди, поэтому у нас нет помощниц по хозяйству, нет водителей, нет нянь.

– Доброе утро, – захожу в столовую. Дети еще спят, поэтому я вижу только Элю. Сажусь на свое место во главе, внимательно смотрю на жену.

– Прости меня, если вчера тебя обидел, – накрываю ее ладонь. Она вскидывает на меня глаза, без улыбки слушает. – Я уверен, мы вместе придем к компромиссу.

– К моему компромиссу, чтобы мне было хорошо, – от ее тона я сжимаю челюсти, не забывая держать улыбку. Этот намеренно сладкий тон мне не нравится.

– Пять лет, Эля, ничто и никто тебя не раздражал, ты выглядела довольной своей жизнью!

– Пять лет назад я была свободной, самодостаточной женщиной. У меня была замечательная работа, должность, интересная жизнь. Все было, как у тебя, распланировано на несколько лет вперед, но мы встретились. Любовь нас с тобой ослепила, закружила. Я думала, что о большем и мечтать нет смысла. Красивый и любимый муж, долгожданная дочка, потом сын. Но однажды я поняла, что мои дни однообразны, особенно когда мы переехали в этот дом.

– Ты сама говорила, что нам нужно больше пространства.

– Я говорила, что нам нужна квартира побольше в хорошем районе, но не дом.

– Чем тебя дом не устраивает? – вчерашнее раздражение вновь накрывает меня, но сдерживаю себя, по-прежнему сохраняя на губах улыбку. – Детям же хорошо жить ближе к природе, гулять возле дома в любое время. Дом лучше, чем квартира.

– Это ты так решил, а я никогда не хотела жить в поселке, далеко от города. Ощущение деревни, будь он трижды элитным, этот поселок.

– Эля, подумай, чем бы ты хотела заняться, вечером мне скажешь, – произношу таким тоном, что спорить бесполезно, и она не спорит. Опускает взгляд в свою чашку, молчит. Ее молчание физически неприятно, но я тоже упрямо молчу в ответ, не спешу разрушить напряжение между нами.

Выпиваю кофе, встаю, подхожу к Эле, по привычке целую ее в макушку. Чуть дольше, чем обычно, задерживаю свои руки на ее плечах. В этот раз я не произношу фразу: «Люблю тебя». Сейчас она неуместна.

– До вечера, – произношу сухо, убирая руки. Она ничего не говорит в ответ.

***

–Тук-тук, можно? – в кабинет заглядывает Мария Никольская. Человек, с которым я могу обсудить не только рабочие моменты, но и личные. Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, тут я согласен с психологами и с жизненным опытом. С Машей были кратковременные отношения на пятом курсе университета, перед самым выпуском, но мы быстро поняли, что нам лучше сохранять приятельские и взаимовыгодные отношения, чем чувства.

– Я тебя не вызывал, – отхожу от стеллажа с папками, возвращаюсь к столу. Мария улыбается и заходит в кабинет. На секунду обращаю внимания на то, что она по-прежнему прекрасна. Эта женщина с годами становится все краше и краше, странно, что до сих пор не замужем.

– Я по делу. Мне нужен твой совет, – присаживается на стул возле стола.

– Я бесплатно советы не раздаю, – иронизирую, беря из ее рук протянутые бумаги. На какое-то время в кабинете возникает тишина, слышно только звуки города за окном.

Так... Дело о том, с кем будут проживать дети после развода родителей. Отец – известный бизнесмен, имеющий деньги и возможности надавить на рычаги принятия решений; мать – бывшая модель, приехавшая из провинции в Москву, где встретила теперь уже без пяти минут бывшего мужа. Естественно, она ничто против своего супруга, он ее втопчет в землю, ничего от нее не оставив.

– И что ты тут не понимаешь? – вскидываю на Марию глаза, она задумчиво на меня смотрит. – Дети останутся с отцом.

– По кодексу они должны остаться с матерью. Она не наркоманка, не алкоголичка, устроилась на работу. Да, у нее не такой доход, как у бывшего мужа, но работа есть. Плюс есть квартира, купленная до брака ее родителями. Все в ее пользу, почему тогда малыши должны оставаться с отцом, который спихнет их на няньку? – глаза горят негодованием, щеки алеют от гнева.

Я усмехаюсь, не удивляясь ее реакции на столь обычное дело. Мария всегда остро реагирует на дела, которые касаются семьи, детей. Сказывается личный опыт. У нее была сестра, которая разводилась с мужем. Встал вопрос, с кем будут жить малолетние дети. Все решалось в пользу матери, пока на пешеходном переходе сестру Маши не сбила насмерть машина. Никольская до сих пор считает, что это дело рук ее бывшего родственника, который таким образом решил вопрос. Дети живут с отцом, а Маше запрещено их видеть, чтобы не травмировать детскую психику: сестры были очень похожи.

– Маш, ты словно вчерашняя выпускница. Я должен тебе объяснять элементарные вещи? – беру ручку и делаю пометку: перевести бывшую однокурсницу в другой отдел – по административным делам. В работе должно быть больше здравого смысла, чем эмоций.

– Почему ты такой циничный? – раздраженно выхватывает из моих рук бумаги, встает. Смотрит на меня сверху, довольно пристально и долго. Вопросительно приподнимаю бровь, ожидая еще вопроса.

– Как тебя только выдерживает Эля?

– Кстати, об Эле. Она вчера сообщила мне, что хочет подать на развод.