Пламенный цветок

Глава 8. Настроение 8. Беспокойство. Торина

Торина:

«Как бы вела себя героиня романа, желая привлечь внимание мужчины, попади она в такую же переделку, как и я?» — задавалась животрепещущим вопросом Торина весь вечер. Она мысленно перебирала в памяти все прочитанные истории, ища для себя подсказки. Включиться в разговор? Конечно, будь она такой же бойкой и самоуверенной, как леди Иса с Ю, ей бы не составило труда найти подходящую тему. Попробовать пофлиртовать подобно раскованной Катрине? Но разве ей хватит бесстыдства, чтобы совершить нечто подобное? Сама мысль уже приводила в смятение и заставляла покраснеть до корней волос. Следом Торина отмела идеи подстроить что-то как бы случайное: она не настолько смела, чтобы решиться подкараулить предмет своего обожания, как то делала настойчивая Флорет, и ей точно не хватало сообразительности чего-нибудь невзначай уронить, что проделала хитроумная герцогиня. Пожалуй, она могла бы уповать на то, что обстоятельства сами сложатся так, что их судьбы невольно сплетутся в любовный узор, но, искренне восхищаясь терпению нагской Жрицы, Торина ловила себя на безумной мысли. Ей не хотелось так долго ждать! Вдобавок она опасалась, что у неё могло быть не так много времени. Да и к тому же мужчина, к которому у неё вспыхнули чувства, похоже, в ней был ни капли не заинтересован!

«Может, его смущает это платье?» — вновь заливаясь краской, забеспокоилась Торина. Сестрица Зарина как-то обмолвилась, что излишняя откровенность способна оттолкнуть. И сейчас эта мысль плотно засела в голове Торины. Ей хотелось как можно скорее сменить наряд и привести себя в порядок. Но оказалось, что такое на первый взгляд простое желание не так-то просто было воплотить в жизнь в заброшенном городе. Тут банально не хватало ни горячей воды, ни мыла, ни полотенец! Вдобавок вызвавшаяся в начале помочь Рениса с каждой минутой всё больше злилась, и эта нервозность передалась Торине. Теперь её мучили угрызения совести. Всё же Рениса урождённая сэйлини, а Торина невольно загоняла нагу будто личную служанку. Однако все попытки извиниться были встречены ещё большим недовольством.

— Я же сказала, что помогу! — ворчала Рениса. — Что вам опять не так?

Торина уже и не знала, что ответить. Она оставила все надежды ещё раз увидеть Маркуса и послушно улеглась спать. Вот только мёртвая тишина и непроглядная тьма заброшенного города давили и пугали. Жуткое ощущение, что её заточили в склепе, только нарастало. В голову, словно назло, лезли удручающие мысли, а вспомнив о родителях, Торина и вовсе не смогла сдержать слёз. Ей, как никогда прежде, не хватало заботливой поддержки отца и нежности матери! Страх и стыд за содеянное окончательно лишили её покоя, и разгневанная Рениса вновь ушла. Оставшись в одиночестве, Торина сжалась в комок и тщетно пыталась унять дрожь во всём теле. Блёклое пламя догорающей свечи едва трепетало, рисуя на стенах пугающие тени, которые становились всё тусклее. Беспросветная тьма, царящая в городе, казалось, вливалась через чёрные квадраты окон, желая заглушить последний очаг света. Рениса задерживалась, и Торина с ужасом понимала, что через пару минут комната погрузиться в непроглядный мрак. Она вскочила с постели и подхватила подсвечник. Оставалось только надеяться, что пламени едва тлеющего фитиля хватит, чтобы успеть добраться до главной комнаты. Но этим планам не суждено было сбыться. Стоило Торине только приоткрыть дверь, как лёгкий ветерок задул огарок, и всё погрузилось во тьму. Тело оцепенело от ужаса. Торина с трудом заставляла себя дышать, урывками хватая воздух. Бессвязные мысли всполошёнными мухами вились в черепной коробке. Поддавшись панике, Торина шагнула в темноту, но тут же на что-то налетела и больно ударилась. Вскрикнув, она вновь застыла на месте, боясь шевельнуться. И неизвестно, сколько бы ей так довелось стоять, если бы рядом внезапно не замерцал таинственный зелёный огонёк. Он подплыл поближе и занятно задёргался, словно зовя за собой.

«Может, это от Маркуса? Или магия города?» — подумала Торина, последовав за ним. Шаг, другой, третий и вот уже она упёрлась в железную спинку кровати. Огонёк взвился повыше и принялся весело плясать в воздухе. Его озорной танец успокаивал. Торина настолько увлеклась его занятными выкрутасами, что не заметила, как утих всепоглощающий страх. Она так и просидела на кровати, наблюдая, пока в коридоре не послышались шаги. На секунду отвлекшись, Торина с разочарованием уставилась в темноту. Её мерцающий спаситель исчез без следа.

Вернувшаяся Рениса была ещё больше взвинчена. Она всучила ей кружку со снотворным и, велев выпить всё до дна, потопала к своей постели. Торина не решилась спросить, что же случилось, опасаясь очередной волны негодования. Послушно выпив всё до последней капли (зелье оказалось очень приятным на вкус с лёгким ароматом мелиссы), Торина накрылась одеялом и закрыла глаза. Снадобье подействовало почти моментально. Не прошло и пары секунд, как перед внутренним взором Торины уже появились красочные образы необычного сна.

Она ощущала себя кораблём. Её грузное тело мерно покачивалось на волнах в жёлтом свете разгорающейся Эрны. Ночной бриз ласкал оборванные паруса и истерзанные борта. Она была ранена. К счастью, не смертельно, но каждая смятая или пробитая доска причиняли ей ноющую боль. Слегка постанывая снастями, она жалобно молила о помощи. Однако никто её не слышал. Люди, которым она всегда так доверяла, отчего-то были слишком увлечены собой. Старый морщинистый боцман кругами бродил возле огромной пробоины. Попеременно вздыхая, он то и дело останавливался. Его тоскливый взгляд устремлялся то к неприветливому скалистому берегу, то падал на поблёскивающую водную гладь. Сама того не поняв как, но Торина вдруг ощутила невероятное отчаяние. Неизбывное горе застило ей глаза и разрывало сердце. Не в силах больше выносить его, она подошла к самому краю пробоины. Мышцы её напряглись, чтобы сделать прыжок. Она уже мысленно погружалась в морскую пучину, как вдруг кто-то внезапно схватил за плечи и толкнул в сторону.