Лес забвения

5 глава

- Куда эт? – заинтересовалась бабушка, когда я утром наводила марафет перед тусклым зеркалом шкафа.

- Хотим с Нютой маленько пройтись.

- Ну правильно, - бабушка воздела руки, - правильно! То ись, старенькой баушке помочь по хозяйству – это нас нетути, нам надо с утра бежать с подружайкой шлёндать!

- Да ладно, бабуль, успеется, - я чмокнула ее в щеку, - скоро вернусь.

Нюта уже ждала меня на перекрестке.

Мы шли сначала по проселку, потом свернули на тропку, петлявшую среди кустарника, то приближавшуюся к речке, то отходившую от нее почти перпендикулярно. Ее неожиданные повороты навевали мысли о психической неуравновешенности. Интересно, а не судьба была протоптать ровную дорожку? Прямо вдоль реки? Зачем мотаться то в одну сторону, то в другую?

Нюта пошла впереди. Солнце уже начинало припекать, где-то в траве пели птицы, жужжали пчелы. Природа радостно проживала новый день. Так, под веселый аккомпанемент, мы прошли километра три, и тут вдали показался домик.

Маленький, аккуратный, с белеными стенами и шиферной крышей. Он одиноко стоял на небольшом зеленом холме, ветер лениво колыхал прозрачные занавески, и домик казался не избушкой бабы Яги, как я ожидала, а жилищем Белоснежки.

- Ну вот, почти пришли.

Мы стали подниматься, Нюта несколько раз оступилась, негромко выругалась, а я смотрела подружке в спину и чувствовала такую благодарность… У нее выходной день, могла бы поспать подольше или побыть с сыном, или заняться неотложными делами… Так нет же – тащится в такую даль ради меня!

Я подумала, что детская дружба – самая сильная, самая чистая… Ведь наши детские друзья, даже если мы много лет не виделись, и встречаемся уже взрослыми, – все равно остаются друзьями. Мы не знаем, какими они стали, как, возможно, изменился их характер, но все равно их любим и ценим.

От этих мыслей у меня защипало в носу, и повлажнели глаза. Я приобняла Нюту и ткнулась лицом ей в плечо.

- Нюточка, спасибо тебе, что ты со мной, что хочешь помочь!

- Ой, да ладно, - ее щеки вспыхнули, и она шутливо меня оттолкнула, - нашла время телячьи нежности разводить.

Мы рассмеялись, на душе стало тепло-тепло…

Обойдя домик, мы обнаружили крылечко, а возле него – восседающую на лавке Маланьиху. Как будто она нас ждала. Кивнула на наше приветствие и встала. Я наконец-то разглядела ее.

Низенькая, полноватая, в темной одежде, она не выглядела очень древней, лет на восемьдесят. Но семьдесят пять моей бабушке! Простое морщинистое лицо, острые глаза, волосы убраны под черную кружевную косынку – ну ничего примечательного! Ни злая, ни добрая - спокойная и отстраненная. Хромала она так же сильно, как и раньше.

- Идите в дом, - скомандовала она.

Комната, где мы оказались, тоже была обычной. Деревянная кровать, сервант, где рядами выстроилась посуда, стол, стулья, в углу комод с настольной лампой. Ни тебе висящих вниз головой летучих мышей, ни засушенных букетиков трав… Но все это могло находиться в сарайчике, который я заметила рядом с домом.

Единственное, что меня удивило – не было ни половичков, ни ковров, ничего такого. Вот у бабушки там и сям разложены вязаные салфетки, на полу – дорожка, на стенах – гобеленовые коврики. А здесь из текстиля – только шелковое покрывало на кровати, да тонкие занавески на окнах. Очень чисто и не очень уютно.