От любви до измены

Глава 1

Влад всегда называл меня «мой светлячок». За мой внутренний свет. Хотя я полагала, за светлые волосы. Он любил повторять, что мой свет озарил ему путь и не дал заплутать в «лабиринтах пустующей жизни». Да, он такой у меня! Поэтичный в душе. Хотя по профессии «плотник».

Мы - шикарная пара, так говорили друзья. А родня отрицала наш брак, до рождения дочек. Их волосы светлые, как у меня. А чертами лица обе в папу...

Я держу волосок, с виду тёмный, как смоль. На полу лежит Владов костюм и рубашка. Этот волос, оставленный кем-то на ней, не похож ни на чей в нашем доме. Для меня, слишком тёмный и жесткий, для него - большеват по длине...

Я сжимаю так сильно, что пальцы дрожат. Я боюсь уронить! Ведь улика. Из потока мучительных дум извлекаю одну. Совпадение, глупость! Не повод для ссоры. Но сердце, увы, не обманешь. Оно дребезжит от предчувствия близкой беды. Я кладу волосок в белоснежный конверт, закрываю его в своём маленьком сейфе. Для допроса момент не настал. А для ужина - самое время.

На плите, в кипятке, разбухают спагетти. Влад обожает, когда они мягкие. Паста с лососем – любимое блюдо. Именно им я пленила его в своё время. Готовить училась у няни. Она же была и кухаркой. Мать ничему не учила меня.

- Стоять у плиты – это удел прислуги, - любила она повторять.

Отец мог позволить себе обеспечить прислугой наш маленький дом. Тогда он был мэром Дубны. А мама ни дня не работала. Мне было 21, возраст замужества. Но я до сих пор оставалась одна. Общалась с парнями, и даже влюблялась. Но всем им, я думала, нужен был статус, а вовсе не я. Заполучить именитого тестя. Ну, и дочурку его, заодно.

Видя моё нежелание, папа уже подыскал жениха «из своих». И в этот момент появился Гордеев. В составе бригады работников, он занимался строительством бани отца. Ежедневно, раздетый по пояс, таскал тяжеленные брёвна. А я наблюдала за ним из окна своей девичьей спальни.

Лерке, сестре, было только 16. Но, невзирая на возраст, она была развита не по годам.

- Влад самый красавчик, скажи? – ворковала над ухом сестрёнка.

- А кто из них Влад? – безучастно игнорила я.

- Тот, который красавчик, - хихикала Лерка, замыкая тем самым логический круг.

Однажды Влад сам проявился. Случайно ли, или намеренно, он столкнулся со мной в коридоре. Рабочие в дом не входили. И я удивилась сперва. Оценила, с брезгливостью, грязь у него на кроссовках. Поморщила носик от запаха пота, что исходил от него.

- Прости, а можно воды? – он смотрел, не моргая, в упор.

Я ощутила, как быстро краснею. Кивнула:

- Сейчас, - и ушла.

С тех пор началась совершенно другая игра. Он наблюдал за мной, я это знала! И больше не пряталась. Наоборот! Так усердно старалась попасться ему на глаза. А, поймав его взгляд, покрывалась мурашками. Днём, в своём черно-белом бикини, я грелась на солнышке. И каждый вечер у нашей веранды лежали цветы. Простые букеты сменяли друг друга в изысканной вазе. Однажды нашла в них записку:

«В семь жду тебя в сквере под ивой».

Такой содержательный текст вызвал бурю эмоций. От обиды: «Да кто я ему?». И до злобы: «Ага, разбежалась! Губу закатай». Но все остальные эмоции были ничем, по сравнению с тем нетерпением, что пробуждал его взвешенный тон.

Что сказать? Я пошла. И, хотя кроме нас, в сквере было ещё много парочек, я не видела лиц.

- С ума меня сводишь, девчонка, - Влад целовал, то и дело, шепча откровенности. И, хотя я уже не была целомудренна, эти бесстыдные речи, эти губы и руки, терзавшие грудь… Никогда и ни с кем я ещё не имела подобных эмоций. Никто из парней не сумел распалить меня так…

Мне оставался лишь год, преддипломная практика. А после – работа в конторе отца. Влад же в свои 25 перепробовал уйму профессий. А сколько девчонок… подумать боюсь! Его выгнали из института, но он завершил обучение годом спустя. Он был инженером-строителем. Собирая дома по кирпичикам, метил в прорабы. Такая персона, как он, напрягала отца.

- Лена, забудь его! Это не твой вариант, - объявила мне мама.

И тут я, послушная девочка, впервые дала волю чувствам. За нас! За любовь! Я поссорилась с папой, собрала большой чемодан и пришла на квартиру к Гордееву. Снимал он её с пацанами. В этом «царстве парней» мне пришлось обитать. Я наводила порядок, ругалась, готовила есть.

- Ты как царевна из сказки, Ленок, - говорили ребята.

И пускай богатырей было всего лишь четверо, вместо семи. Но каждый из них метил в принцы.

Там, на балконе, мы встретили свой новый год.

- Ты что загадал? – уточнила у Влада, пока в тесном зале ребята кричали: «Ура!».

- Тебя, - прошептал он мне на ухо.

Я удивилась:

- Так вот она, я.

Он обнял ещё крепче:

- Я хочу тебя всю, навсегда, - произнёс, отыскав мои руки под курткой, - Лен, выходи за меня?

В столице ему обещали квартиру, куда мы поехали жить. Сколько воды утекло, а я помню наш первый, заслуженный угол. Как Влад, надувая матрас, обещал:

- Скоро у нас будет квартира, большая, своя.

Он сдержал обещание. Правда, не так уж и скоро. На это ушёл не один тяжкий год. Влад возглавил строительный трест, и теперь под его руководством работает тысяча крепких парней. Таких, каким он был когда-то.

Помню, родители долго не шли на контакт. Я родила в 25, спустя целых пять лет после свадьбы. И столько же мы не общались с отцом. Мама пыталась наладить мосты, а Лерка частенько гостила, желая понянчить племяшек. Папа оттаял, лишь только узнав, что Гордеев взял тендер на строительство мини-коттеджей в Дубне.

Принимая его в кабинете, он молча плеснул коньяку в обе рюмки.

- За дочек! – провозгласил Влад.

Отец покачал головой:

- На кого хоть похожи? – спросил он устало.

- На деда, конечно, - зять явно польстил.

- Да не дай Бог! – рассмеялся дедуля. С тех пор между ними особая связь.

У Влада в посёлке остался отец, вместе с мачехой. Ему было три, когда мама ушла. Такое бывает, но редко. И, кроме него, она бросила Славку, его близнеца. Двое детей поседевший от горя отец не тянул, начал пить. Так что мальчишек растили всем скопом, в десяток ближайших дворов. В деревне все знали друг друга, и пройти мимо горя нельзя.