Зов

2.1. АРОМАТ ВИСКИ

Во дворе особняка мягко светили разноцветные софиты. Повсюду мелькали зеленые светлячки лазерного шоу, сопровождавшего мероприятие.  
— Необычно для научной конференции, не правда ли? – усмехнулся седой старичок в смокинге, держа под руку молодую особу в платье, цвета морской волны. 
— Не думала, дядя Эдд, что это будет так сказочно красиво! – прошептала девочка лет десяти, пытаясь поймать ладошками зеленые огоньки. 
— Познакомьтесь, господа! Моя племянница Лю, кхе-кхе… Сегодня она впервые будет введена в курс действий нашего, так сказать, братства, и поучаствует в нашей конференции, - представил он её научному сообществу, мирно жужжащему на зелёной лужайке перед трёхэтажным особняком, раскинувшемуся буквально на опушке  густого леса. 
— Сегодня будут рассматриваться крайне необычные для мира доклады. Фантастика становится реальностью, юная особа. Мы приближаем будущее…

Лю вынырнула из теплых воспоминаний прошлого. Прошло уже 17 лет, за время которых мировая наука семимильными шагами рванула вперед. Но те доклады, которые происходили на этой закрытой научно-исследовательской конференции, могли повергнуть мир в шок, а возможно и в хаос. Люди были еще не готовы к этим открытиям, поэтому Союз Исследователей и Ученых Земли, сокращенно «СИУЗ», проводил свои конференции, не афишируя их для всего остального общества, и лишь изредка порционно внедрял их в сферы общеизвестной науки.  
Сегодняшняя конференции, приуроченная к 90-летию её дядюшки Эдда, покинувшего этот мир год назад, была по-особенному волшебная. Она лично занималась организацией мероприятия, как единственная наследница.

Загородный дом был не так уж отдален от всей цивилизации, но специальными методами он был всё же скрыт от глаз  публики. Совсем как в детской книжке, которая обрела особую популярность четверть века назад, усмехнулась Лю.

На дворе стояла весна, но заморозки по ночам были обычным явлением. Здесь во дворе были установлены усовершенствованные инфракрасные светильники, благодаря которым гости конференции комфортно себя чувствовали во дворе и даже могли, сидя на свежем газоне, отведать гастрономические изыски новейших разработок молекулярной кухни. 
В специальных небольших павильонах-беседках проходили презентации участников. Основной нитью, пронизывающей все презентации, была тема Эзоосмоса и его влияния на грядущее проникновение человеческой расы за пределы космического адреса Земли.

Лю сделала глоток искрящегося напитка с подноса на ближайшем столике и  подняла взгляд в небо. Несмотря на софиты и остальное освещение, звездное небо раскинулось над ними во всем своем величии и глубине. И в водовороте всего этого бездонного космоса тихо кружился маленький синий шарик в своей тесной системе одинокой желтой звезды-карлика, которую Вселенная создала в левом рукаве Ориона Млечного Пути. А там дальше, пока за пределами их взора, раскинулась гигантская галактическая нить Ланиакея. Всего лишь одна из колыбелей разнообразных форм жизни этого и других миров. 

Внезапно Лю привиделось, что звезды стали как будто ближе и потянули её к себе. Запястье полыхнуло огнём и, пошатнувшись, она едва не упала. Немного сконфуженно, девушка обернулась по сторонам. Неужели глоток шампанского так вскружил ей голову? Хотя последнее время с ней вообще происходили непонятные вещи. Глубоко вздохнув, она сделала шаг и замерла на месте, будто пораженная молнией.

Перед ней, метрах в двадцати, стоял тот, кого она меньше всего ожидала здесь увидеть. Его прямой взгляд металлических глаз будто расщеплял тело на атомы. Дрожь охватила всё тело до самых кончиков пальцев. Мир вокруг начал замедляться, обволакиваясь в серую вязкую мглу. Звуки потеряли объем, а пространство лишилось цвета.

Лю запаниковала и растерянно дернулась в сторону, задев при этом столик с шампанским. Фужеры как в замедленной съемке, переворачиваясь, взлетели в воздух. Всё происходило как во сне. Она пыталась двигаться быстрее, но воздух будто превратился в тягучий кисель. Хозяин металлических глаз, усмехаясь и не сводя с неё глаз, пил искристый напиток. Лампы затрещали и ярко вспыхнули белым светом.

Мир опять приобрел краски, прозрачность и жизнь. Опрокинутые фужеры мягко приземлились на траву.  
Лю почувствовала чьи-то руки, поддерживающие её под локти от падения. Какой-то молодой парень в голубом смокинге улыбался и помогал ей подняться на ноги. 
— Эм… простите, я, наверное, оступилась. Мне нужно идти на презентацию, - быстро ретировалась девушка от молодого человека, явно желавшего продолжить знакомство. 
Брызги шампанского залили ее черное шифоновое платье с сочно оранжевым цветочным рисунком.  Скомкано улыбаясь, она быстрым шагом прошла мимо бассейна и зашла в особняк.  
Повсюду были люди и единственное место, где она могла остаться в некотором одиночестве, была старая библиотека ее дяди. Отсюда вело два выхода – один в основную гостиную на первом этаже, а второй, замаскированный от чужих взглядов, специально по её заказу, вёл на небольшую верхнюю открытую террасу. 
Прикрыв за собой массивную дубовую дверь, Лю с облегчением выдохнула и повернулась.

Игра в кошки-мышки продолжалась. 
— Как ты здесь оказался? Как ты ВООБЩЕ здесь оказался?! – бессильно прошипела Лю. 
— Я всего лишь врач, поэтому я там, где во мне нуждаются, - усмехаясь, ответил Ким. 
Он стоял у выхода на террасу, держа в руках  широкий бокал с виски. По всей библиотеке витал сладко-терпкий запах дубовой щепы, добавленной в жгучий напиток. Формальность обстановки терялась в закатанных рукавах его белоснежной рубашки и расстегнутых верхних пуговицах. Черный пиджак небрежно лежал на единственном в комнате столе. Там же, где и стояла начатая бутылка виски, рядом с которой лежал бейдж участника конференции с логотипом «СИУЗ».  
«Аким Лендел-Штольц  - врач-хирург высшей категории, доктор наук в области космологии и астрофизики, тел. *** ** *** ** *» - она медленно пробежалась глазами по бейджу и задумчиво положила его обратно на стол. 
— Аким Лендел-Штольц… - Лю вслух повторила имя, пробуя его необычный звук на вкус, - Ким… хирург… главный гость нашего мероприятия. Как я могла такое пропустить?.. Я думала ты… 
— Ты думала на мне больше седин, больше морщин и меньше сил - продолжил он её мысли  глубоким бархатным, как сама ночь, голосом, - А ведь я в первую очередь хирург.