Мои калифорнийские ночи

Глава 39 Дженнифер

После той ночи в клубе я твёрдо для себя решила, что Рида Брукса для меня просто больше не существует. И пусть он напоминает о себе, редко, но всё же появляясь в нашем доме, я точно знаю: ненавижу. Так сильно, насколько могу... Выкинуть из головы эпизод с ремнём не удаётся. Задетая гордость и уязвлённое самолюбие до сих пор на пару кричат во мне. Как подумаю о том, что он со мной сделал, так моментально впадаю сперва в депрессию, а потом в состояние затаённой обиды и последующей злобы.

Когда я осталась на ночь у Роуз и рассказала ей о том, что случилось, она долго молчала, а затем выдала то, что меня озадачило. Сказала, что в какой-то степени понимает, почему Рид сделал это. Серьёзно? Они сговорились что ли? Никто не давал ему права меня лупить! И нет тому никаких оправданий, какой бы ненормальной я не была. Подруга признала, что он действительно не должен был брать в руки ремень, но заявила, что я, мол, тоже хороша. Совершаю опрометчивые поступки, бездумно рискую и не умею оценивать возможные последствия, потому что тормозов у меня нет… Онил была возмущена тем, что я дважды оказалась в самом гиблом месте города. А когда узнала, что я стояла по ту сторону окна, не желая снова стать жертвой, и вовсе уселась рядом, схватившись за голову. Так и думала, что нельзя ей рассказывать подобные истории. Слишком близко к сердцу воспринимает. В общем, отчитала, разобиделась и попросила меня научиться не влезать неприятности. Легко сказать, Роуз...

Что касается Брукса, ведёт он себя как обычно. Словно я для него пустое место. Ничего нового. И раскаяния о содеянном – тоже. А то, что я, простите, сидеть и танцевать не могла без мучений несколько дней, его скорее забавляло, нежели расстраивало. Воспитатель чёртов. Держалась из последних сил, чтобы не расцарапать его самодовольное лицо.

А потом случилось это. Вечером вторника мы с Бэт собирали огромный пазл, сидя на полу в гостиной, когда внезапно рядом с нами оказался пёс. Аксель всё разломал своими лапищами, пока я соображала и не могла поверить собственным глазам. Бэт и вовсе сначала растерялась, а затем вдруг завопила, да так радостно и звонко, что я чуть не оглохла. Притянула к себе не менее счастливого Акселя и начала нацеловывать его в мохнатые щёки. Рид, стоял, оперевшись о дверной косяк. Равнодушно наблюдал за реакцией младшей сестры. Она понеслась его благодарить, а я улыбнулась, когда стаф бесцеремонно залез ко мне «на ручки». Потоптался своей тушкой как слонёнок, совсем неосторожно и неаккуратно. Подмечаю, что он здорово подрос, хотя времени прошло не так уж много.

Шершавый язык прошёлся по лбу и носу, я хохотнула и принялась его разглядывать. Цел, здоров. Исхудал, но это поправимо. На секунду повернулась в сторону Бэт и столкнулась взглядом с Бруксом. Тут же улыбка моя померкла. Думает, стану тоже благодарить? Нет, не дождётся. Я счастлива, что Аксель снова в доме, но мне всё равно, как ему это удалось…

*********

Отрывной календарь изрядно исхудал… На дворе – февраль. Немало событий произошло за этот период. И не самых приятных в том числе… Отвратительнее всего те письма, что приходят с разной периодичностью. Содержание конвертов всегда одинаковое: лиловая открытка, в которой печатными буквами написано адресованное мне послание. Неприятные, мерзкие слова, всякий раз заставляющие ощущать липкое чувство страха, тревоги и отвращения. От каждой открытки – по спине холодок, оцарапанные на нервной почве ладони и предательская дрожь. Я боюсь. Боюсь, что однажды мой отчим заявится сюда. И кто знает, что тогда произойдёт. Я не готова встретиться с ним лицом к лицу. Снова…

Потому, не люблю оставаться одной в этом огромном доме. Мне намного спокойней, когда за стенкой Брукс, либо внизу суетятся родители, даже несмотря на то, что у дома имеется хорошая сигнализация.

Дико радуюсь неожиданному отъезду в Палм Спрингс, куда мы направляемся всем семейством, прихватив с собой Роуз Онил. Уж не знаю, как Грейс удалось уговорить мать Роуз отпустить дочь с нами. Полагаю, Элис просто не смогла отказать будущему мэру города. Всё-таки положение в обществе иногда имеет значение…

Палм Спрингс – город в округе Риверсайд, один из девяти городов в долине Коачелья. Знакомьтесь, в этом городе триста пятьдесят четыре дня в году – солнечно. Он со всех сторон окружён горами: Сан-Бернардино, Санта-Роза, Сан-Хасинто и Литл-Сан-Бернардино. Говорят, что сюда в 50-60-х годах сбегали звёзды Лос-Анджелеса, желая отдохнуть от папарацци. Здесь вашему взгляду представлены роскошные отели, площадки для гольфа и тенниса, дорогущие бутики и, конечно, казино. Всё, что по вкусу состоятельному человеку.

Природа тоже щедро одарила здешние места. Чего только стоят Индейские каньоны, расположившиеся неподалёку. А ещё меня покорили причудливые пальмы, аутентичные калифорнийские и завезённые из Марокко.

Останавливаемся в загородном доме Ривьера. Не вычурном, а вполне себе милом. Рано утром Грейс везёт нас в национальный парк Джошуа-три. Здесь очень красиво: гранитные скалы, необыкновенная растительность, вроде забавных кактусов, пустыня… Удивительно. И мы с Роуз наслаждаемся каждой минутой, несмотря на то, что прогулка довольно утомительна.

В субботу родители решают поехать в Дезерт Хот Спрингс, что располагается неподалёку. Цель визита – геотермальные озёра в живописном оазисе. Безумно красивые места, которые я никогда не забуду.

Роуз и я сидим у воды. Она в очередной раз настаивает на том, что я должна рассказать об анонимных письмах отцу. Мы с ней горячо спорим на эту тему, пока Макс и Бэт плещутся у берега. В итоге Онил выставляет вперёд руки, словно демонстрируя, что устала бороться со мной. Как же она не понимает? Я не могу поделиться своим прошлым с отцом... Это слишком больное воспоминание, и да, я всё ещё считаю, что будь Бен рядом со мной всю жизнь, подобного бы никогда не произошло. Всё же нет смысла рассуждать про «если бы». Это случилось и защитить меня было некому...