Барыня поневоле, или Я выбираю тебя

Глава 1.

Батюшка оттирает пот рубахой и отставляет косу.

— Сходили б, девки, до родника. Пекло адское, прости Господи, — осеняет себя крестом отец, вновь вытирая лоб.

Сегодня действительно печёт, а дел ещё… Мы прошли только треть поля, а ведь косим с раннего утра. По росе, как и положено. Но вся роса испарилась, стоило светилу выглянуть из-за леса. На смену надоедливым комарам поднялись слепни, которые жалят все открытые участки тела. Но сбежать нельзя. Можно только идти следом за мужчинами и собирать траву в ровные линии, чтобы вечером прийти сюда же и перевернуть. Сенокос в разгаре.

— Я сбегаю, можно?

Аккуратно кладу грабли, которыми натерла ладони, и подхватываю пустые кувшины. Родник довольно близко, не будет и версты (прим. — верста = 1, 067 км), зато бежать по лесу, где нет духоты.

— Добеги, доча, добеги. Возьми с собой Марусю, поможет.

Батюшка всегда бережно относится к нам с сёстрами. Может быть, потому, что у него одни дочери, или потому, что он сам по себе мягкий человек?

— Я помогу, — раздаётся голос сзади.

Прячу улыбку, прикрывшись снятым платком. Серёжа. Мой Серёжа, которого я люблю всем сердцем. Скоро он зашлёт сватов и заберёт меня из отчего дома. Надо немного подождать, до праздника урожая. Так принято в нашем селе.

Мужики благодушно посмеиваются в наши удаляющиеся спины. Маруся летит впереди, но у кромки леса притормаживает и лезет на руки Сергею. Он легко подхватывает мою сестру на плечи и первым ступает на широкую тропку.

Ветви деревьев смыкаются, погружая в приятный полумрак. Свет пробивается сквозь кроны и красиво ложится на опавшие прошлогодние листья неровными полосами. Пахнет хвоей.

— Соскучился, — Сережа берет мою руку и поднимает, невесомо целуя пальчики.

Смотрит в глаза и улыбается самой лучшей на свете улыбкой.

— Маруська, закрой глазки, — просит сестрёнку и быстро-быстро касается своими губами моих.

У меня по спине бегут мурашки, щекоча лапками. Закрываю глаза и позволяю чувству счастья полностью заполнить изнутри.

Марусю можно не опасаться, она не расскажет. Грустно, но сестренка не может говорить. Её матушка с батюшкой и к шептунье возили, и к колдуну в соседний город, но девочка молчит. Смеется только, а слова не повторяет.

— Ты грустишь?

— Нет, — прячу взгляд, чтобы не огорчать. Сережа всегда чутко чувствует моё настроение. — Мечтаю. Когда-нибудь я накоплю целое состояние и смогу вылечить Марусю.

— Вместе, — поправляет любимый. — Мы вместе будем работать и вылечим её. Клянусь тебе, Верушка. Любимая моя ясочка… Родная моя…

Моя рука в его, и мы идём вперед, веря, что всё преодолеем вместе, ведь мы так сильно любим друг друга.

***

У родника по очереди утоляем жажду. Пока Маруся ловит радугу над водой, наполняем кувшины и обливаемся. Сергей брызгает на меня из пригоршни, а я хватаю сосуд и выливаю на него. Он вздрагивает и немедленно стаскивает прилипшую к телу рубаху.

Застываю, рассматривая красивое подтянутое тело, блестящую от влаги загорелую кожу и некрасивый белый рубец на боку.

Подхожу и провожу по нему пальцем, улавливая дрожь мужского тела.

Это наш рубец. Мы увидели друг друга впервые за селом. Семья Сергея только перебралась из дальней деревни, и он пошёл разведать окрестности.

Если бы не он, я бы не вернулась в тот день обратно. Он спас меня, услышав всхлипы, и бросился в овраг, куда я упала. Не сама упала, помогли.

Барским детям показалось смешным натравить своих собак, чтобы гнали, куда глаза глядят. Они изодрали мой сарафан, а потом толкнули вперед, потешаясь, как быстро моё тело летит вниз.

— Всегда. Я всегда выберу тебя, — шепчет в мои губы Серёжа и снова целует, прогоняя горестные мысли.

— И я. Я тоже всегда выберу тебя, — повторяю за ним.

Прижимаюсь, обвивая руками, и вдыхаю запах леса и счастья, которыми пахнет мой будущий супруг. Перед людьми и Богом я дам клятву любить его вечно.