Городская Ромашка

Глава 14

Солнце еще не вошло в зенит, а Ромашка уже забыла, что собиралась смотреть по сторонам, наслаждаться открывающимися с высоты видами, и глядела исключительно под ноги. Во время коротких остановок девушка поднимала голову, оценивая расстояние, и каждый раз ей казалось, что до вершины осталось совсем немножко. И каждый раз, пройдя это "немножко", Ромашка думала, что сейчас ляжет на камни и больше не сдвинется с места, потому что подъем все не заканчивался и не заканчивался. "Вот пройду еще чуть-чуть, и все, все", – стучало в голове, но вместо того, чтобы упасть, Ромашка шла дальше. Пока, вновь остановившись передохнуть, не сообразила вдруг, что подъем закончен.

Мирослав стоял поблизости, уперев руки в бока, подставив лицо ветру. Девушка провела рукой по лицу, стирая пот, и, разогнувшись, обернулась.

Весь пройденный за последние двое суток путь лежал как на ладони: лес, речка, озерцо, в котором Мирослав с Димкой ловили рыбу. Ромашка не верилось даже: неужели они столько прошли? Потом девушка подумала, что на самом деле прошли они намного больше, просто не все видно отсюда. Вдалеке, на северо-западе, возвышались пологие холмы с круглыми спинами, и Ромашка узнала в них те, которые видела, пролетая на параплане. Где-то там, за холмами, – ее город. Ее родной город.

Ромашка вздохнула и отвернулась. Теперь перед нею был уютный лесок с круглыми, пушистыми сосенками. Туда вела еле заметная тропка, что спускалась в небольшую балку и уходила через лес на ту сторону, на противоположный склон Рубежного. Ромашка почему-то думала, что горы плоские, словно гребень, и, забравшись наверх, она сразу увидит, что находится с другой стороны, но не тут-то было.

Туру требовался отдых – нога ныла, и Мирослав занялся лечением. Ромашка сняла с плеч рюкзак, подошла к краю, села на камень. Открывающийся вид стоил того, чтобы им любоваться, и Ромашка разглядывала все до подробностей, словно карту. От созерцания ее отвлекли четыре темные точки, стремительно приближавшиеся по небу из-за холмов.

– Кажется, вертолеты, – сказала она.

– Верно, – отозвался Мирослав. – Давайте спрячемся.

– Но ведь они не смогут сюда долететь, правда?

– Правда. Но нас попытаются обстрелять, да и... не хочу, чтобы они тоже упали. Хотя те два, внизу, должны послужить предупреждением.

Путники перебрались под деревья и наблюдали, как вертолеты покружили немного, не приближаясь к горам, а потом обстреляли обломки у подножия.

– Что они делают? – Мирослав вскочил. – Там ведь пилот! Мы же предупредили!..

– Наверное, решили, что мы сидим в засаде и ждем, пока они придут за раненым, – предположила девушка.

Мирослав и Тур уставились на нее, и только Димка не удивился – он-то знал, что Ромашка, скорее всего, права.

Вылезти из-под ветвей и посмотреть, как спустятся десантники и заберут раненого, Мирослав Ромашке не позволил. Девушка послушалась, но ей в голову пришла очень неприятная мысль:

– А разве не могут солдаты погнаться за нами? Не на вертолетах, а пешком, как мы?

Мирослав усмехнулся.

– Не могут. Здесь они без своих приборов как слепые. Так что, Ромашка, они за нами не погонятся. К тому же, наши патрули неподалеку, так что солдат все равно не пропустят.

Мнут через двадцать вертолеты улетели, и Ромашка, наконец, успокоилась. Она снова выбралась на камень ближе к краю и молча жевала остатки жареной рыбы. Внезапно перед ее лицом появился цветок на тонком стебле – яркий, похожий на солнышко, с желтой сердцевиной и ослепительно белыми лепестками.

– Узнаешь? – Мирослав протянул ей цветок. – Это ромашка.

– Да? – взявшись за стебель, девушка с недоумением разглядывала подарок.

– Сейчас мне следовало бы спросить: неужели ты никогда не видела ромашек? – Мирослав улыбнулся. – Но я не буду спрашивать, я и так знаю ответ. Пойдем! – и взял девушку за руку.

Сначала Ромашка подумала, что пора отправляться в путь, но Тур и Димка сидели в тенечке неподалеку, а Мирослав повел Ромашку в сторону от тропинки. Пушистые сосенки преградили дорогу, пришлось наклониться, нырнуть под колючие ветви. А выбравшись из зарослей вслед за Мирославом, девушка выпрямилась и восхищенно замерла.

Поляна, окруженная темной хвоей, была вся усыпана бело-желтыми цветами. Несметное множество ромашек легонько покачивалось под теплым летним ветерком. Девушка шагнула вперед, и теперь цветы были повсюду. Ромашковое море закрывало ее по пояс, а стоило протянуть руку – пальцы касались лепестков, и девушка боялась ступить, чтобы не помять ненароком цветы. Она долго стояла и просто смотрела вокруг, потом осторожно вернулась к сосенкам.

– Это самое красивое, что я когда-либо видела, – прошептала девушка.

Мирослав улыбался. Он мог бы сказать, что Ромашка в своей жизни вообще видела немного, но он этого не сказал.

Задумчиво прокручивая в пальцах стебелек, Ромашка шла по тропинке, впереди был Мирослав, Тур с Димкой замыкали шествие. Путникам предстояло спуститься в балку, затем снова подняться, и уже оттуда начать спуск с Рубежного. Ромашка больше не чувствовала усталости, только побаливали плечи, растертые лямками рюкзака. Девушка могла попросить о помощи, но сейчас важнее было вылечить Тура, и Ромашка не хотела, чтобы Мирослав тратил силы на нее, да и, честно говоря, стеснялась.