Игра в чужую жизнь

Глава 13.1. О рабстве и привязанности

Свобода радует не столь сильно, как угнетает рабство.

Геродиан

Люди расходились. «Принцессе» пришлось идти со всеми, изображая бурный восторг и надеясь, что Марк догадается остаться рядом с метаморфом, не позволяя тому наделать глупостей. Или хотя бы сможет потом внятно рассказать, в чем эти глупости проявились.

С трудом избавившись от кучи неожиданных провожающих, внезапно воспылавших романтическими чувствами, Лин решительно направилась обратно. Петлять по лабиринту не хотелось, да и одежде уже ничто не могло повредить, поэтому она осторожно пошла напрямик, раздвигая кусты. Особо колючих экземпляров в Саду Сердца не водилось, и при желании продраться сквозь заросли не составляло большого труда.

Тем не менее мимо каменного сердца она промахнулась.

Лин уже почти решилась повернуть назад, когда ее внимание привлекли необычные звуки. Кто-то пел! Тихо, без аккомпанемента и, откровенно говоря, без голоса. Но это была песня! Казалось, едва слышные слова звучат отовсюду:

Твое спасение – в надежде,

Не стоит зря себя терять…

Уже не будет так, как прежде,

И время не вернется вспять,

Но жизни смысл вновь обретенный

Укажет путь твоей души –

Не беспросветно-обреченный,

А ввысь стремящийся. Ищи!

Найди желание остаться…

Медленно продвигаясь туда, откуда звуки доносились немного громче, Лин вышла к кустарнику, кольцом опоясывавшему лужайку с Сердцем. Песня закончилась, а певец не спешил уходить. Обходя зеленую стенку в поисках входа, девушка продолжала слышать его мягкий успокаивающий голос, но теперь она не различала слов. И беспокоилась, поскольку там, с парнями, был кто-то очень непростой.

Путь ко входу окончательно преградил чересчур разросшийся куст, и безжизненный голос Кари произнес совсем рядом:

– Я согласен, богиня. Давайте…

Лин плюнула на приличия и двинулась напролом. Естественно, на поляне этот маневр услышали, и когда она, расцарапанная, как после боя с армией кошек, появилась в окружении тучи зеленых листьев, три пары глаз вопрошающе уставились в ее сторону. Метаморф даже позабыл взять из рук Ливайи светившийся белый шар размером с крупное яблоко. Почему Ливайя? Вряд ли кто, кроме богини Любви, будет парить в полулежащем положении и лучиться красно-розовым светом. Ее фигура и черты лица постоянно менялись, создавая впечатление пламенного фантома.

– Я не согласна! – Лин понимала, что ее никто не спрашивает, но не ожидала от богов ничего, кроме неприятностей.

Богиня сотворила недовольную гримасу, почти мгновенно сменившуюся ласковой покровительственной улыбкой. Так могла бы улыбнуться кобра, разглядевшая, что ее потревожил жалкий человечишка…

Девушка ощутила за спиной какое-то движение, а в следующий миг она уже висела вниз головой. Над Сердцем! Высоко… Очень высоко – вероятно, ее могли увидеть даже из храма.

– Нехорошо подслушивать чужие разговоры, дорогуша, вдвойне плохо встревать в них, совсем скверно перебивать говорящих, а злить богиню попросту глупо. Как только я закончу с этими милыми мальчиками, сразу же разберусь с тобой.

Лин почувствовала, как кровь приливает к голове и шумит в ушах. Вспомнилось, что она может позвать на помощь Кари и он беспрекословно подчинится. Жаль, прибегать к этому выходу девушка не собиралась даже в самом крайнем случае.

Придерживая руками выползшую из штанов рубашку, она попыталась пристроить голову в относительно горизонтальное положение. Не получилось.

Ливайя довольно усмехнулась, повернулась к своим собеседникам и…

И Лин ощутила полнейшую свободу.

Ее больше ничто не удерживало! Она отправилась в свободный полет макушкой на камень, и нелюбовь к рабству показалась ей в тот момент таким мелочным чувством…

Закрыть глаза. Представить, что дело обойдется шишкой (или сотрясением, но это тоже пустяки). Испытать горькую обиду на дуру-судьбу (пройти Храмы Жизни и Смерти, чтобы умереть из-за Любви – как банально!).

Камень мягко хлопнул по спине, пятки громко и больно соприкоснулись с Сердцем, сквозь закрытые веки полыхнуло красным… И все!

Лин прислушалась к себе и решила, что голова пока на месте. А вот камень обрел подозрительную упругость.

– Э-м-м… а? – вопросила она.

– Ты жива? – голос метаморфа доносился откуда-то издалека.

– Хи… ик… хи-хи…ик… слезь… ха-ха… с него… ик! Нет, подожди… ик… хи-и… насмотрюсь! Ха-ха-ха… ик!

Лин рискнула открыть глаза. Над ней маячила донельзя веселая физиономия Марка. Методом исключения девушка определила, что под ней находится Кари. Ливайи в обозримом пространстве не было.