Одичалая

7

Ранним утром, обнаружив жмущуюся к ней Алисту, Ева хмыкнула. Толкнула ту в бок, без особого результата, затем поднялась сама и, стянув с ложа плащ, встряхнула им, обдав холодной влагой мгновенно заверещавшую женщину.

- Ты что творишь?!

- Доброе утро! – с улыбкой вымолвила Ева, обтерев собственное мокрое лицо. – Нет ничего лучше, чем умыться росой.

- Говори за себя, - услышала она недовольное бурчание, комкающей мокрую материю Алисты. – У меня теперь одеяло мокрое.

- Это вполне нормальное явление. Оно вообще-то не приспособлено для подобных выходов, потому что моментально вбирает в себя весь окружающий конденсат. Так что мои поздравления - в твоем мешке добавилось веса.

Женщина скривилась. Сутра краса местного разлива имела не столь презентабельный вид. Тушь, точнее толченый уголь, растекся по щекам, а утерев лицо извлеченным из мешка полотенцем, Алиста лишь еще больше усугубила ситуацию.

- Отличный камуфляж, - сворачивая служащую ложем парусину, в компактный рулон, весело заметила Ева. – В моем мире такой боевой раскраской маскируются под окружающую местность.

Женщина недоуменно воззрилась на нее, затем опустила взгляд на полотенце и тихо чертыхнулась.

- Чего ты? Более чем уместный макияж, - задорно ответила Ева.

Юмор не оценили. Одарив ее злющим взглядом, Алиста потрясла перед собой флягой и сквозь зубы процедила вопрос:

- Здесь есть водоем?

- У тебя за спиной.

Проводив насмешливым взглядом недовольно пыхтящую женщину, Ева развела небольшой огонь и, достав завернутую в тряпицу миску с остатками ужина, поставила ту на угли. Друг всегда говорил: горячая пища – сытная трапеза, залог плодотворного дня, а холодную надо есть на ходу, когда горят пятки. Она всегда следовала его советам, оттого почти никогда не испытывала трудностей.

Снимая горячую миску с углей, Ева обратила внимание на долгое отсутствие Алисты и уже забеспокоилась, но тут кусты зашевелились, и ее глазам предстало весьма комичное зрелище.

- Я думала ты умываться пошла, а ты решила заодно окупнуться? – спросила она, едва не давясь смехом.

Получив в ответ яростный взгляд, Ева не выдержала, сорвалась с места и метнулась к ручью. И только достигнув предполагаемого места происшествия, видя на мокрой почве выразительные отпечатки поехавших ног и пятой точки, взорвалась хохотом. Бедная женщина явно не создана для жизни в дикой местности, ее место греть постель какого-нибудь толстосума, но никак не плутать по лесной чащобе.

Лишь приведя себя в порядок и успокоившись, Ева двинулась обратно. Увидела переодетую в сухое спутницу, обгладывающую косточки, приземлилась рядом в позе лотоса и, обтерев руки листьями, приступила к завтраку.

- Надо же, как кстати пришелся запасной комплект одежды, - проговорила Ева, потешаясь про себя.

- Ничего смешного. Там между прочим земля мокрая.

- Ты, наверное, удивишься, Алиста, но это вполне естественное явление.

- Под иголками ничего не видно, - продолжала злиться женщина.

- Для этого берут палку и проверяют, на худой конец делают тоже самое ножкой.

- Весело, да? Только попробуй кому-нибудь сказать, я тебе язык вырву.

Ева вмиг напряглась, тем не менее, как ни в чем не бывало, продолжая отделять мясо от костей, спокойно заговорила:

- Даже если я и веселюсь, не вижу в этом ничего зазорного, а вот угрозами советую не раскидываться, Алиста. За такие слова, любой одичалый тебе поможет избавиться от озвученной части тела, чтобы более не исторгала грязь. Они глубоко чтят человеческую жизнь, именно поэтому уважение к ближнему у них в крови. Оскорбления - это последняя инстанция, к которой они обратятся, если их обидеть. Все споры у них решаются миром, а если такового сложно достигнуть, привлекают мудрого наставника. В следующий раз, когда откроешь рот, помни об этом.

- Не любишь щадить, сразу под «дых» бьешь? – мрачно спросила Алиста.

- Просто предупреждаю.

В результате завтрак закончили в полной тишине, Ева помыла миску и, наблюдая за растерянностью женщины, не знающей как поступить с мокрой горкой одежды, вынула парусину:

- Заверни и убери в мешок. На следующем привале просушишь.

Удивленный взгляд обратился к ней, только затем из ее рук приняли сверток и тихо поблагодари. Вскоре, они выдвинулись в путь.

- Расскажи мне, как на самом деле должно проходить испытание, - уже по дороге услышала она неожиданную просьбу.

- Догадалась-таки, да? – нет-нет, а в интонацию Евы все же просочились ироничные нотки.

- Я сразу поняла, когда ты меня одну оставила, - прозвучал ровный ответ.

- Ты родилась на асф… на булыжной мостовой, а не на голой почве. Тебе чуждо все, чем богата природа, естественно кроме продуктов, которые ты потребляешь, разумеется, в готовом к употреблению виде. Не знаю как ты жила раньше, но тебе тяжело придется. Именно поэтому не хотела тебя мучить длительными нотациями и нравоучениями, пока сама не захочешь вникнуть.