Шрам

Часть III: Мечтатели. Глава 18

– Ты умеешь быть оригинальным, Клайд, – весело сообщила Лилит, когда мы выехали за городские ворота. – Как думаешь, я первая девушка в Филине, которую позвали на такое свидание?

Я не ответил, но очень вероятно, что именно так оно и было. Поди поищи еще одного такого же сумасшедшего, как я. Я убеждался в этом с каждой минутой, отдалявшей нас от родного города. И, похоже, Патрик был со мной согласен. Он старался доверять мне, но было заметно, как сильно он нервничал, когда провожал нас. Я не только увозил в неизвестность оборудование, стоившее ему немалых денег (для этой поездки он арендовал последнюю модель быстроходного военного танка – «Снежная Пума», чем меня очень удивил и порадовал), но и забирал с собой его племянницу, почти дочку. Странно было, что он вообще отпустил нас. Но снабдил лучшими средствами защиты и снаряжения, хоть, я и сказал, что хочу покинуть Филин всего на несколько часов и не собираюсь удаляться от города дальше, чем на пару-тройку километров. Я очень надеялся, что смогу оправдать его доверие. Я и сам немного нервничал, чувствуя себя ответственным за Лилит. А вот она, похоже, не волновалась вовсе. Она согласилась на данную авантюру сразу же и без вопросов. Беззаботная и невероятно счастливая Лилит, и правда, относилась к этому, как к свиданию, оригинальному и интересному, но абсолютно безопасному. И этим мы с ней нарушали один из главнейших постулатов Грешников – «Относись серьезно к своей работе».

– Жаль, что меня зовут не Бони, – сообщила Лилит, когда мы выехали за ворота Филина.

– Что? – удивился я. – Тебе нравится это имя?

Я не встречал никого с именем Бони. Оно казалось каким-то... странным. Хотя, ничуть не более странным, чем Лилит.

– Нет, не в этом дело. Ты что, не знаешь о Бони и Клайде?

– Эм-м-м, нет, не припомню ничего такого. А кто они такие?

– Герои далекого прошлого.

– Герои? В смысле, вымышленные?

– Точно не знаю. Но читала я о них в исторических архивах, не в художественном разделе, так что похоже, они жили на самом деле. Во времена предков, еще до генетических войн.

– И чем они занимались, что стали так знамениты?

– Боролись с какой-то системой. Помогали людям. Путешествовали на автомобиле и грабили злодеев, раздавая деньги бедным. Как-то так. И они всегда были только вдвоем. Прикрывали друг другу спину. Возлюбленные, посвятившие себя жизни, полной риска и опасностей.

– Звучит слишком романтично, чтобы быть правдой.

– Может, ты и прав, – протянула Лилит мечтательно. – Но мне хотелось бы верить, что такие люди жили на самом деле, пускай когда-то очень давно. Два человека против всего зла этого мира. Вот прям, как мы с тобой сейчас. Только меня зовут не Бони.

– А думаешь, Лилит и Клайд не звучит? – спросил я.

– Может быть, – задумчиво ответила она, похоже, прокручивая наши имена в голове. – Но нужно к этому привыкнуть.

После сорока минут езды вокруг города я, все же, нашел подходящее место. Небольшой холмик, с которого открывался великолепный вид на Филин, расположенный всего в километре с небольшим от нас.

– Ну, что же, вот мы и на месте, – сообщил я Лилит и в очередной раз проверил сканер.

Аппаратура молчала, уверяя, что вокруг нас нет ни единого легионера, и я ей верил, но все равно, чувствовал тревогу.

– Можно выходить? – спросила Лилит с нетерпением.

Я привел наш маленький бронированный танк в боевое положение, установил сигнал тревоги на моментальное оповещение при обнаружении легионера в радиусе пяти километров, и сделал вообще все то, что мог, для обеспечения нашей максимальной безопасности.

– Да, теперь можно выходить, – сообщил я и открыл боковую дверь.

Прохладный вечерний ветер заставлял поежиться, но ощущение было приятное. На небе полыхал оранжево-красный закат. Диск солнца лишь на четверть выглядывал из-за горизонта. С востока надвигалась черная пелена ночи, и свет заметно проигрывал ей. Филин, ощетинившись к небу бессчетным количеством игловидных антенн, лежал ровно между этим противостоянием прямо перед нами. Огромный, металлический город, окруженный стеной, он казался диковинным зверем, настолько старым и уставшим, что уже не способен на передвижение и обречен лежать на земле, придавленный собственным весом и наблюдающий за вечными сменами дня и ночи, зимы и лета. Недвижимый, но все еще живой. Снаружи я чувствовал его жизнь лучше, чем когда находился внутри этих стен. Город дышал. Я будто слышал это дыхание. Неравномерные вздохи десятков тысяч запертых в нем жителей, блуждающих по серым лабиринтам его улиц и наполняющих город жизнью. А мы с Лилит вырвались из этого потока и смогли взирать на него снаружи.

– Он выглядит таким одиноким, – сказала Лилит, глядя на наш родной город. – Словно кто-то бросил его здесь. Серая клякса, неуместная и ненужная.

– Он оберегает нас, – возразил я, защищая честь Филин, однако, в общем впечатлении был с ней согласен.