Беспокойное сокровище правителя

Глава 3. Договор. Часть 1.

Наше время. День первый

  – Я – Вероника, – повторила уже более твёрдо. – Пожалуйста, не называйте меня чужим именем. И я вас прежде не видела. Я бы запомнила.

   – Это вряд ли, – в пронзительных глазах мелькнуло что-то, похожее на усмешку. – Тебе было три дня, и я тебе очень не понравился.

   «С тех пор мало что изменилось», – мелькнула мысль. Он и сейчас мне не нравился. И даже то, что влил в меня силу, этого не меняет. Слишком уж он… холодный.

   – Наверное, вы и в тот раз назвали меня чужим именем, – буркнула вслух и взглянула на Геннадия Владимировича. – Мне уже лучше. Могу я уйти? Я хочу домой.

    – Вика, ты, видимо, не понимаешь, – в глазах светловолосого мага светилось искреннее сочувствие. – Ты не можешь уйти. Это не твой дом, не твоя семья. Ты – маг, и поэтому принадлежишь магам, а не людям.

   – Мне восемнадцать! – Сколько можно повторять-то?! – Я совершеннолетняя. И меня уже нельзя отобрать у родителей и запихнуть в эту вашу школу магии, какой бы распрекрасной она ни была!

   – Боюсь, в школу тебе уже поздно, хотя не помешало бы, – ответил мне Ростислав… как там его… хотя я обращалась не к нему. – Никто насильно тебя туда помещать не станет. Но ты всё равно уедешь с нами. Здесь тебе делать больше нечего.

   – Не уеду! Нечего делать? Да у меня полно дел, это же ферма! Там всегда есть, что делать, особенно летом. А вы думаете, что вот так просто взяли и забрали меня? Не выйдет. Я не для того все эти годы на ферме пряталась, чтобы меня отобрали у родителей. И то, что я как-то там случайно мутировала и родилась магом в человеческой семье, не означает, что меня можно забрать! – последние слова я почти выкрикнула ему в лицо.

   – Это не мутация, – черноволосый маг смотрел на меня совершенно спокойно. – Никаких случайностей. Это наука, селекция плюс искусственное оплодотворение.

   Меня словно холодной водой окатили.

   – Хотите сказать, что я… кто? Искусственный организм? – мысли отчаянно метались, перебирая всё, когда-либо прочитанное и просмотренное на эту тему. Получилось немного. – Я что – клон какой-нибудь, что ли? Из пробирки?

   – Лично ты – нет, не из пробирки, – всё тем же спокойным, точнее даже холодным тоном ответил Ростислав… да как же его… ладно, я, что, и мысленно должна его по имени-отчеству величать? Пусть будет просто Ростислав, пока кто-нибудь снова не назовёт его полностью. – Обычное искусственное оплодотворение донорской спермой, которое обыватели почему-то постоянно путают с ЭКО.

   – Донорской? – зацепилась я за слово. – Зачем? С папой всё в порядке, учитывая, что у меня два брата и сестра.

   – Видишь ли, Виктория… Вика, – поправился Ростислав, видя, что я вновь собираюсь его поправить. – Против имени «Вика» ты ведь не возражаешь? – помотала головой. – Отлично. Видишь ли, Вика, людям, которых ты называешь родителями, не нужно было искусственное оплодотворение, чтобы зачать своих детей. Но дело в том, что сама ты их ребёнком не являешься.

   – Неправда!

   – Анализ ДНК чётко показывает, кто ты такая на самом деле. Тебя считали погибшей ещё младенцем в страшном пожаре. Но ты жива, и воспитываешься в семье, в которую попала явно незаконным путём.

   – Только не надо говорить, что меня похитили! – этот маг говорил так уверенно, да и остальные кивали, словно молчаливо ему поддакивая, но верить ему я всё равно не желала. Не желала и всё! – Я видела фотографии беременной мамы, и как папа забирал её из роддома. На снимках были даты, которые фотоаппарат делал. Плёночный фотоаппарат! – добавила, чтобы мне не начали про фотошоп рассказывать.

   – Думаю, произошла подмена, а не похищение, – вмешался Даниил Андреевич, который всё это время продолжал рыться в ноутбуке, что не мешало ему следить за нашим разговором. – Дарья Лазарева действительно родила дочь.

   – Да, меня!

   – Вика, я понимаю, тебе сложно в это поверить, но всё же постарайся, – Геннадий Владимирович присел возле меня и накрыл ладонью мои крепко сцепленные руки. – Анализ ДНК невозможно обмануть. Жаль, что чип вживить тебе не успели, тогда мы нашли бы тебя намного раньше. И ты не воспринимала бы всё это так тяжело.

   – Чип, – пробормотала я, обиженно надувшись. – Словно собаке. А вы все что, тоже чипированы? Все маги?

   Мужчины снова переглянулись и покачали головой.

   – Нам это было не нужно, – пояснил Геннадий Владимирович. – Мы – чистокровные маги, с самого рождения было ясно, что магия в нас проснётся. Ты же…

   – Искусственная?

   – Я хотел сказать – нечистокровная. На четверть человек, в этом случае магия просыпается не у всех. Тех, у кого она не проснулась, мы не трогаем. Они остаются с матерями, не подозревая о том, кем являются.

   – Но остаются чипированными, – почему-то меня это сильно задело, хотя мне-то повезло. – Как животные.

   – Нет, Вика, всё не так, – Геннадий Владимирович покачал головой. – То, что мы для простоты называем чипом, не имеет ничего общего с маячками для животных. Это нано-роботы, чуть крупнее клетки крови. Их основная задача – дать знать в центр контроля, если у их носителя проснётся магия. Идентификация и определение местонахождения – побочные функции.

   – Детям этот чип вводится в возрасте трёх недель, раньше почему-то он не приживается, – вновь вступил в разговор Ростислав, и я, уже немного расслабившаяся, подобралась. Общаться с Геннадием Владимировичем было легко, как с дядюшкой, а этот чёрный меня напрягал. – Но именно в этот день, по официальным данным, Виктория Ильина погибла вместе со своей матерью при взрыве бытового газа. В квартире под ними проводились какие-то незаконные работы с применением сварки. Пять квартир обрушились и выгорели полностью, ещё семь – частично, погибло восемь человек, тела идентифицировали по анализу ДНК. Кроме вас двоих.

   – Почему?

   – Твоя мать была чипирована, этого было достаточно, ну а то, что младенец, которого она прижимала к себе так крепко, что тела было невозможно разделить и пришлось хоронить в одном гробу, может оказаться не её ребёнком, никому и в голову не пришло. Сделай мы анализ ДНК младенца уже тогда – нашли бы тебя намного раньше.