(не) детские сказки: Связанная светом

Глава 4. Встречи бывают разными

- Не говорите ерунды! - снова повернулась ко мне компаньонка.

Она даже вперед подалась, сверля меня возмущенным взглядом.

- Вы не привыкли к внешнему миру, - понизила она голос, чтобы не дай бог кто не услышал, - не обучены сами искать себе пропитание. Да вас любые разбойники изнасилуют, ограбят, да бросят умирать в первой попавшейся канаве.

Я поджала губы и посмотрела на Лиззи с неодобрением. В чем-то девушка была права, я не приучена спать на голой земле, носить мужские одежды или долго идти на своих двоих. Самое дальнее, куда я отбывала из отчего дома - это гимназия, что стояла на самой границе с соседним царством. Да и то, пока я добиралась туда на поезде, да на возницах, настолько умаялась, что пару дней в себя приходила. Что там, что по возвращению домой.

Только упрямство родилось вперед меня.

- А на что мне ты? - спросила еле слышно, буравя компаньонку взглядом исподлобья, - или ты хочешь нарушить условия контракта, что папенька заключил между нами?

Лиззи раздавила виноградину после моих слов, зрачки ее сузились, а губы превратились в тонкую нить.

- Нет, госпожа, - обронила она скупо, - куда вы, туда и я. Только об одном прошу, не рубите с плеча. Сначала с родителями поговорите. Может, вы убедите их, что граф вам не пара?

Я лишь грустно на это улыбнулась, а внутри кошки заскребли оттого, что пришлось обидеть самого близкого мне человека на всем свете. Но иногда Лиззи была просто невыносима.

- Ты сама веришь в то, что говоришь? - произнесла я более миролюбиво, - чтобы папенька и маменька поинтересовались моим мнением? Да где это видано?

- Вы можете хотя бы попытаться, - повела плечом Лиззи, - вас же не заставляют выходить замуж немедленно. Времени достаточно.

Я шумно выдохнула и вновь откинулась на спинку кресла. Взяла в руки бокал сухого вина, которое принесли вместе с обедом, пальцами покрутила ножку бокала и хлебнула. Залпом. В голове сразу зашумело, а щеки загорелись огнем.

Сжала хрупкий хрусталь со всей силы, зажмурилась и отбросила бокал в сторону, прислушиваясь, как мелодично растекся по комнате звон бьющегося на миллионы осколков стекла.

Тут же в комнату ворвались служанки. Они, видимо, стояли и только ждали, что я снова что-то выкину эдакое. Или подслушивали. Я же взглянула на Лиззи так, что девушка тяжело вздохнула и кивнула еле заметно.

После этого сразу вскочила на ноги и помогла добраться до ванной, а затем и до кровати. Силы меня тут же покинули, но сон не шел. Я лежала плашмя, на животе, и смотрела, как мерно тлеет свеча на туалетном столике.

А в голове проносилась тысяча планов побега. Один бредовее другого. С каждым новым неудачным планом настроение мое снижалось, а сон отдалялся. Кажется, сомкнуть глаз у меня не получится, хоть тело смертельно устало за такой длинный день.

На утро я не стала дожидаться, пока меня разбудят студеной водой или чем похуже, и нехотя встала с кровати. Солнце едва показало свой жаркий диск над верхушками деревьев на горизонте. Голова гудела от мыслей, а в глаза будто насыпали песок.

Компаньонка еще спала в своей комнате, что прилегала к моим покоям, а служанки, видно, только приступили к утренней уборке. Я лениво потянулась, растирая затекшие мышцы и, широко зевая, отправилась в уборную.

Причесалась, надела простое прогулочное платье и ополоснула лицо заготовленной служанками с вечера водой. Делать оказалось совершенно нечего, в постель обратно не хотелось, поэтому я отправилась на поиски кухни. Я редко бывала на территории слуг, поэтому запоминать местоположение хозяйственных комнат не стала.

Только сейчас мой живот сообщил мне, что неплохо бы подкрепиться, чтобы ветром не сносило. Я глубоко вдохнула и толкнула тяжелую дверь.

От скрипа несмазанных петель я невольно вздрогнула и воровато огляделась. Но в коридоре, слабо подсвеченном настенными светильниками,  оказалось пустынно. Из соседних комнат никто не выбежал, грозный крик отца не раздался. Оставила себе мысленную заметку, отругать служанок за лень. Петли же должны быть смазаны всегда. Особенно, когда решается судьба моего побега.

Криво ухмыльнувшись, я притворила за собой дверь и поспешила к боковым лестницам, которыми пользовались слуги. Ступеньки скрипели под домашними туфлями, а сердце колотилось в груди перепуганной птицей. Я еще никогда не бродила по дому так рано и в одиночестве.

Меня всегда сопровождали либо служанки, либо компаньонка. Это настолько взбудоражило мою кровь, что я твердо решила сбежать и попробовать вольную жизнь, если родители не уступят мне еще хоть пару лет без замужества.

Странно, но на лестнице, как и в коридоре, мне никто не попался. Может, я слишком рано встала, и даже слуги еще не приступили к работе? Спустившись до цокольного этажа, я принюхалась. В воздухе присутствовал слабый аромат свежеиспеченного хлеба. Я улыбнулась и пошла на запах.

Да так увлеклась, что не заметила преграды, на которую с силой налетела. Преграда оказалась достаточно серьезной - меня отбросило назад на несколько шагов. И если бы не чужие сильные руки, собирать бы мне пыль с пола, да обзаводиться синяками. А синяки на моей светлой коже появлялись даже от слабого нажатия, что уж говорить об ударах.