Магическая Академия: Последняя из рода Теней

Глава 12: Опоздание

Завтрак они с Фитоль благополучно пропустили, прихорашиваясь в комнате Ивари. Наскоро перекусив слегка зачерствевшими пряниками, заботливо упакованными нянюшкой накануне, девушки отправились на занятия.

В конце-концов Фитоль еще не выставили из академии. В ее глазах горел азартный огонек, на щеках - лихорадочный румянец. Это немного пугало: не дай Триединая, выкинет еще что-нибудь!

Но по сбивчивому рассказу Фитоль о прошлой ночи, стало понятно: она надеется перекинуться словечком с Тибальдом. Пусть он узнает, что именно из-за прогулок с ним, ее отчисляют.

Это была веская причина привести себя в пристойный вид и отправится на общую лекцию. В большом зале соберутся все первокурсники. Если уж на то пошло, ее избранник из влиятельной семьи и может помочь надавить на ректора.

- Эта девушка, которую ему выбрали родители, не такая уж дурнушка, - в порыве откровенности жаловалась Фитоль, - Я видела ее тут. Будет кружить над ним словно коршун над цыпленком. И она просто сказочно богата!

В нервном возбуждении подруга без конца дергала старенькое колечко заклинаний, которое ей одолжила Ивари и меняла рисунок на своем наряде. Графиня и подумать не могла, что Фитоль такой талантливый иллюзионист: простое хлопковое платье, которое она позаимствовала из шкафа графини взамен испорченного, расцветало причудливым узором, меняло цвет, переливалось серебряными всполохами, словно живая ртуть.

Девушки, по-видимому, со старших курсов, спешившие по своим делам, оглядывались на новых студенток. В глазах читалось недоумение и зависть. Они склоняли головы и о чем-то тихо перешептывались. Парни смотрели на них с восхищением, заставляя Ивари удовлетворенно улыбаться и держать голову выше. Несколько раз они спрашивали дорогу у встречных студентов, с шутками отказываясь от провожатых.

Наконец, Фитоль остановила свой выбор на рисунке из распустившихся маков на белом фоне и, перехватив удивленный взгляд графини, пояснила:

- А ты думала, у меня так много нарядов? – со вздохом сказала она. Веселый рисунок платья резко контрастировал с поникшим взглядом - Да если бы не мой дар, я выглядела бы как замарашка! Неужели не знала, что мой отец проигрался в пух и прах? Маретти нищие! Не просто так родители Тибальда не хотят давать нам своего благословения.

Ивари действительно не знала, что финансы Фитоль в столь плачевном состоянии. Ее беспечный вид никак не ассоциировался с нищетой. Легкомысленность оказалась показной. Но сейчас во взгляде Маретти плескалась горечь.

- Откуда мне было знать? – извиняющим тоном пролепетала Ивари, сокрушаясь в душе, что была так невнимательна и игнорировала мелочи, которые могли бы пролить свет на реальное положение дел.

- Неважно, - отмахнулась Фитоль, - Да, Тибальд богат, но я любила бы его, будь он даже беден…

Лицо графини скривила ядовитая усмешка и она спросила, не скрывая ехидства:

- Но не вышла бы за него, верно?

- Мне повезло, - беззлобно ответила Маретти, - А вот ты, положа руку на сердце, можешь сказать, что влюбилась бы в Антуана, будь он не принцем, а, скажем, шахтером?

Ивари задумалась. Воображение живо нарисовало картинку: вот стоит принц, в оборванной одежде, через прорехи которой проглядывает голое волосатое тело. Его лицо перемазано сажей, как у тех хмурых мужчин, что работали в угольной шахте дядюшки Беллентайна. Зубы почернели от жевательного табака, а подбородок покрыла жесткая щетина. Светлые волосы потемнели от копоти и утратили блеск… Она видела таких мужчин, грязных, с погасшим взглядом и они вызывали в ней отвращение.

«Вряд ли любила бы, - внезапно поняла она, отгоняя грустные мысли, - Но только потому, что это был уже не Антуан, вовсе не друг ее детства, а совсем другой человек».

Темная лестница, освещенная редкими газовыми фонарями, вывела их в просторный коридор, залитый солнечным светом. Окна располагались слишком высоко, примыкая зияющими продолговатыми рамами к старинной кирпичной кладке. Они были лишены каких-либо занавесок и казались голыми. На стенах висели портреты видных деятелей Морены, о подвигах которых она могла судить лишь по смутно знакомым именам.

То тут, то там Ивари видела огромные кадки с высокими, пожухлыми от недостатка влаги, драценами, странно смотревшимися в соседстве с доспехами, начищенными до блеска к их первому учебному дню. Держались «рыцари», судя по всему, на одной магии: у некоторых, стараниями студентов, отсутствовала нога или даже шлем. Издали они казались Ивари калеками, прибывшими из прошлых веков.

Здесь было шумно, адепты спешили на лекции, держа в руках стопки тетрадей. В воздухе чувствовался запах невыветрившейся краски, от которого у Ивари кружилась голова.

Девушки скользили по начищенному паркету, продвигаясь к большому залу танцующей походкой истинных покорительниц сердец, не обращая внимания, как перед ними расступается толпа. Их мысли витали где-то далеко.

- Так что важнее: корона и ночи с нелюбимым, или любовь, и ночи, которых ждешь? - вдруг спросила Фитоль и уставилась на Ивари немигающим взглядом, - Если бы тебе сказали выбирать: Антуан или Корона? Что бы ты выбрала?

- Пфф, глупый вопрос, - усмехнувшись, выдохнула Ивари и тут же продолжила, - У нас с ним все иначе. А вот Арлезот… У нее есть корона и не нужно никаких усилий!

Тем временем, они подошли к большому залу, от массивных дверей которого в противоположном направлении лабиринтом тянулись коридоры, сбоку располагались лестницы, с потемневшими от времени нишами. Ивари представилось, как в них прячутся караульные, чтобы внезапно выскочить из-за угла, настигая неприятеля.

Вероятно, когда-то это была пиршественная зала, разделяющая два огромных крыла поместья, а потом ее переделали в бальную. Дорогой дубовый паркет был покрыт свежим лаком, но это не могло до конца скрыть потертостей, оставленных ранее сотнями танцующих ног. Потолок большой залы был украшен выцветшей от времени фреской, эпохи первой магической войны – темной и мрачной.