Счастье на дне оврага

Глава 31. Тайное становится явным

В то время, когда Иван Анатольевич ходил отвоевывать сердце жены, Надя пыталась припомнить подробности сна. Она вышла в сад и подошла к той самой яблоне, под которой говорила с бабушкой. Зимние яблоки еще не созрели, но уже источали неповторимый аромат.

Надя огляделась: вот – ухоженные грядки, к которым больше недели не притрагивались заботливые руки Антонины Михайловны, а вот – водяной кран с прикрученным к нему длинным резиновым шлангом, рядом с которым совсем недавно бабушке впервые стало плохо. Все здесь напоминало об этой доброй и мудрой женщине, и сердце Нади накрыло новой волной тоски.

– Нет, нет, – сказала она себе, – я не буду плакать. Я же тебе обещала, – она взглянула на небо, словно ожидая, что вот-вот в его глубине отобразится лицо бабушки. Но небо ответило лишь чистым безмолвным сиянием.

Девушка снова повернулась к яблоне и осторожно дотронулась длинными пальцами до шероховатой коры. Затем закрыла глаза и обняла дерево. Ей вдруг показалось, что это бабушка, родная и теплая. На глаза снова навернулись слезы.

Чтобы удержаться от рыдания, Надя стала вспоминать самые приятные моменты из детства, связанные с этим домом и его хозяйкой. Вместе с воспоминаниями пришли угрызения совести от того, что не звонила бабушке чаще, когда жила в Казани. Все время было не до нее. Казалось, этот день никогда не наступит…

Надя встряхнула головой, чтобы снова отогнать грустные мысли. Нельзя! Держаться! Все будет хорошо. Как там говорила бабушка? Она переживет боль потери и станет лучше, сильнее.

Неожиданно поток мыслей Нади прервал сигнал мобильника. Она вынула телефон из кармана джинсов и увидела на экране сообщение от Никиты: «С тобой все в порядке? Если хочешь, приходи к нам. Я в конюшне».

– Наверно, он решил, что я сошла с ума, – подумала Надя и хмыкнула, вспомнив текст ночного сообщения. Что ж, можно и увидеться. Правда, надо будет придумать какую-нибудь историю, а то он снова назовет ее суеверной.

Девушка постояла еще немного. На душе стало так спокойно, что не хотелось даже шевелиться. Она не будет плакать. Бабушка хочет видеть ее счастливой. А раз так, то пришло время выбросить из головы все удручающие мысли и настроиться на новую жизнь. Пусть даже и в деревне.

Было одиннадцать часов дня, когда Надя вышла за ворота и направилась на соседнюю улицу, к дому Никиты. Она уже дошла до перекрестка, когда вдруг услышала знакомый низкий голос.

– Надя, привет! – Надя обернулась и увидела Свету – крупную мужиковатую девушку, с которой они познакомились той далекой ночью на плоту.

– А, Света, привет, – ответила Надя и отвернулась, чтобы продолжить путь.

– Постой. Разговор есть, – крикнула ей вслед девушка.

Надя остановилась и обернулась. Сунув руки в карманы широких джинсов и не заботясь об изящности походки, Света подошла к Перовой.

– Ну что? Как дела? – она раскачивалась с пяток на носки, словно ей было от чего-то неловко.

– Нормально, – быстро ответила Надя, желая поскорее избавиться от нежданной собеседницы. – О чем ты хотела поговорить?

Света посмотрела на свои кеды и потопталась немного, подбирая слова.

– Это насчет Мэри, – сказала она наконец.

– А что с Мэри? – удивилась Надя.

Света тревожно оглянулась, будто проверяя, нет ли кого рядом. Затем прочистила горло и быстро произнесла:

– Это она попросила Олега и его шайку тебя припугнуть.

С минуту Надя смотрела на Свету неподвижным взглядом, стараясь уловить иронию в ее лице.

– Ты с ума сошла? – буркнула она наконец. – Это не смешно.

– Я серьезно. Мне Даша сказала, – серьезно ответила Света. – Помнишь ее? Она с нами тогда была.

Надя кивнула. Она хорошо помнила Дашу, которая очень старательно, но не очень удачно копировала манеру Поповой одеваться и говорить. И если Мэри в своем кокетстве выглядела естественно, то Даша казалась неуклюжей пародией на красавицу.

– Так вот, – продолжила Света, – Мэри ей по секрету сказала, а эта дура мне разболтала. А я ненавижу такие дела, когда из-за спины, – она сделала резкий жест рукой, будто пырнула кого-то невидимым ножом.

Надя вздрогнула. Что за глупости! Конечно, Маша вела себя довольно странно при их последних встречах: врала о подарке от Никиты, заманивала в Немой овраг… Какие-то непонятные, но все же безобидные разговоры. А это… Да и зачем?

– Да нет, Свет. Чушь какая-то, – Надя покачала головой. – Эти отморозки точно убили бы меня, если бы брат с Никитой не подоспели. Мэри, конечно, не ангел, но не до такой же степени. Тем более, я ей ничего плохого не сделала. А эти придурки хотели на мне оторваться за Пашку. Он же Олега побил. Ну, ты знаешь.

– Наивная ты, Надька! – мотнула головой Света. – Олег на Пашу из-за Мэри наехал. А ей на обоих наплевать. А сказать, в кого она втюрилась? – она выжидательно посмотрела на Надю. – В Никитоса твоего! А Олег у нее как собачка. Она его попросила тебя напугать, а не убить. Чтобы вы собрали монатки и уехали отсюда в свою Казань. А этот дурак согласился. Но они бы тебе ничего не сделали. Олег хоть и бандюган, но девушек не трогает.