100 ступеней боли: Старт развития (старая версия)

Глава 17 – Реванш

Месть – это блюдо, которое подают холодным.

Выйдя из класса, я огляделся по сторонам. Коридор во время переменны – это автотрасса с несущимися на бешеной скорости школьниками. Не имеет значения: Коридор второго этажа школы, а значит взрослых учеников, или коридор первого этажа, где балом правят первые четыре класса начальной школы. Никакого авто, в смысле, бегущего из всех сил по своим делам ученика не встречаю. Ухожу к лестничной площадке. Перед самим проёмом меня настигает Бетти, и обрушивает лавину упрёков.

– Как ты мог? Ты же обещал мне. Ты обещал, что не будешь влезать в разборки с Сетом. Теперь ещё и Дин… Они же от тебя не оставят живого места…

Девушка занервничала, испуганно вгляделась в тёмную даль лестничного проёма, сглотнула ком. Потом перевела на меня большие глаза, большие не от природы, а от страха за мою шкуру, ну, и из-за увеличения линзами очков. В уголках налились прозрачные капельки. Капельки сорвались, покатились по бледным щекам, сорвались с них вниз к полу, где разбились на микроскопические капельки. Бетти поджала губы.

– Я расскажу всё сенсею. Постараюсь убедить его отказать в поединке. Да, – она кивнула. Из пересохшего ротика вырвался нервный смешок, – Да, – она снова кивнула, смотря куда-то за меня, вернее, сквозь меня, будто перед нею стеклянная скульптура, выдувавшаяся по моему обличию. На время я почувствовал насколько её взгляд отрешённый. Бетти, казалось, покинула сей мир. Её тело по-прежнему находилось здесь, передо мною, но её глаза видели другой мир, её тело ощущало другую среду обитания. Меня перед нею в том мире не было. Она могла пройти сквозь меня, будто сквозь привидение. И сделала бы, не вернись обратно сюда, ко мне, в реальный мир, – Я к сенсею, – сказала она и шагнула в сторону от меня. Я схватил её за правую руку и повёл в угол тёмной лестничной площадки.

– Что? Что… Отпусти… Я не хочу допустить трагедии… – она вырывалась, но как-то вяло. Мною овладевало чувство ностальгии по вчерашнему вечеру. Тоскливое чувство не возврата ушедших часом наслаждения. И чувство главного. Я был главным звеном в процессе и… Сейчас я тоже главное звено в новом другом процессе. Я должен контролировать начавшийся необратимый процесс. Я долго ждал момента, когда смогу отомстить Сету за годы унижения. А заодно и Дину. Чудесно ведь выходит! Как в той пословице, или поговорке. Убью двух зайцев одним выстрелом. Не убью, но достаточно проучу, чтобы желание доставать меня отпало, как хвост испугавшейся ящерицы. Месть – это плохо. Месть – это хорошо. Месть – это овечья шкура волка справедливости. Месть движет мною, и я полностью отдаю себе отчёт в происходящем в моих мозгах психологической борьбе. В борьбе здравого смысла и желании мести. Жаль. Крепость здравого смысла особо не сопротивлялась и приняла капитуляцию, перешла полным составом на сторону врага.

Я прижал Бетти к стене. Моё дыханию обдало её ухо приятным щекочущим тёплым воздухом. Перед тем, как сказать, я вспомнил вчерашний вечер. Мама в шесть отправилась на работу. На смену в проклятый ресторан, который я начал ненавидеть с позавчерашнего дня. С трудом подавлял желание прийти к их боссу в кабинет. Схватить его за волосы на затылке. Со всей дури «познакомить» его пухлую от жира морду, именно морду, а не лицо, морду свиньи, с поверхностью стола. Первое «знакомство» будет мимолётным, а значит плохо запоминающимся. Поэтому последовало бы второе и третье, и чётвёртое «знакомство». И так до тех пор, пока он не узнал бы стол.

Позвонив Бетти в десять минут седьмого, я занялся домашними делами, пока она была в пути. Накормил Мисти, бегло прибрался в прихожей и в своей комнате. Поставил полный воды чайник на плиту, включил газ. Конфорка по кругу вспыхнула синим пламенем. Я приготовил две чашки, положил по пакетику чая. Ещё до ухода мамы на работу, помылся под прохладным душем, побрился. С Абогиром пообщался по поводу завтрашнего дня. Сошлись на мнении, что ходить вокруг да около не стоит, а стоит напрямую подойти и кинуть вызов Сету. В этот момент, когда я заканчивал диалог с Абогиром (всё из головы не вылезал образ демона в течение всего разговора), раздался дверной звонок. Застрекотал подобно пяти велосипедным звонкам одновременно.

Открыв входную дверь, я замер в ступоре. Только на миг поразился привлекательности девушки на пороге дома, в котором я жил. Бетти Поттер была умной девочкой. И как я видел сейчас, осознавая, что не рассматривал её милое лицо за все годы дружбы с ней, очень даже красивой девушкой.

– Привет, – она моргнула. Улыбнулась. Глаза у неё были обыкновенными, но за счёт линз очков казались в раза три крупнее. Они завораживали. Продолжали завораживать и потом, но уже без очков.

– Привет. Проходи, – я отступил в сторонку, освобождая ей проход. Закрыл за нею дверь. Помог снять куртку, повесил её на крючок вешалки, а потом проводил подругу на кухню, где уже во всю свистел кипящий водой чайник, как кипящий от злости кот Том, упустивший мышонка Джерри, как мчащийся по бесконечным путям паровоз, поезд, как сигнал на обед на стройплощадке в давних годах двадцатого столетия.

Она присела. Я налил в чашки кипятка. Пока заваривался чай, я поймал Мисти.

– Не помню, познакомил ли вас. Это Мисти.

– Привет, Мисти, – Бетти улыбнулась. Покраснев, добавила, – Честно говоря, тот день воспроизводится у меня в голове как слайд-шоу. Можно взять на руки? Она не кусается?

– Не должна, – я отдаю чёрную «пантеру» в нежные руки Бетти. Кошка довольно замурчала, даже радостней, чем в моих руках до этого. Бетти усадила Мисти на своих ногах. Поглаживала её по голове во время нашего душевного общения на тему школы.