Дорога в никуда

Глава 9.

Глава 9.

Не так страшен выбор,

как его последствия.

Народная мудрость.

Первая же ветка проявила свой норов во всей красе. Ломаться никак не хотела, выгибалась под невообразимыми углами, а когда Роман ожесточенно дернул ее вниз, как-то ухитрилась вырваться из рук, хлестко ударила по щеке, и словно, издеваясь, несколько раз качнулась туда-сюда. Чудаков чертыхнулся, и потянуло ж его ломать хвойное, мало того, что веткой получил, а это довольно-таки больно, еще в придачу оцарапался…

…Он малой тогда был, лет десять-одиннадцать, родители на даче что-то отмечали, друзья съехались, соседей позвали. Когда шашлыки поспели, в костер дровишек подбросили, чтоб так для удовольствия горел, а дядя Иван охапку еловых веток приволок, и по одной в огонь клал. Маленькие ало-золотистые искорки взлетали прямо в звездное августовское небо. Взлетали стремительно, а потом медленно опускались к земле, танцуя, кружась. Зрелище было волшебным и удивительным. Ромка забыл и про ароматные, сочащиеся жиром, кусочки мяса на вертеле и про колечки так любимого прожаренного с соусом лука, и про интересные разговоры – мужики трепались про былые охотничью подвиги, и про придуманную двоюродными братишками комнату страха, устроенную в приготовленном под снос сарае. Ромка сидел, как завороженный, глядя на полет искорок, и ему казалось, что там вверху, выше сливы, вместе с искрами кружатся серебристые звезды…

От воспоминания рот наполнился тягучей вязкой слюной, захотелось к тому костру, только не искорками любоваться, а набивать живот горячими шашлычками. Роман сердито прижал ботинком нижнюю ветку, второй ногой сильно стукнул по основанию. Жалобно хрустнув, мохнатая лапка упала на темный мох. Хмыкнув, оператор сбил еще с полдесятка веток, нагнулся, собрал, снова уколол палец, разразился долгой матерной тирадой. Он продолжал ругаться и когда выбирался к машине, подошел свалил лапник, устало присел на притащенную кем-то корягу. Скорее всего, Прохоров постарался, выпендрился.

Владик с Андреем разводили костер. На это стоило посмотреть. Двое мужиков на четвереньках ползали по кругу, и понапрасну чиркали зажигалками возле небольшой горки наломанных веточек. То ли дровишки попались сырые, то ли ручки кривые, но костерок даже не дымил, а парни перемазались хлеще трубочистов.

-- Бензина бы плеснуть, сразу бы заполыхало, -- Владик, сидя на корточках, устало отряхнул ладони. Андрей яростно скрипнул зубами.

-- Был бы бензинчик, костер жечь не пришлось бы, -- буркнул Рома.

-- Мы в лагере куски резины поджигали, а уже поверх ветки кидали, -- Ленка сидела, сжавшись и грея руки между колен. Мужики удивленно глянули на журналистку, и та поспешила пояснить, откуда такие познания: -- я вместе с ребятами пораньше убегала. Мне нравилось костры распаливать, когда остальные приходят сразу шумно становится. А так тихо, огонь… -- девушка улыбнулась, только улыбка получилась немного грустная.

Кусок резинового шланга нашелся в загашной коробке, даже под угрозой расстрела Андрей не смог бы честно сказать, когда и зачем он кинул в картонку этот огрызок. На всякий случай. Случай был явно подходящий. Резина вспыхнула сразу и очень ярко, пальцы опекло. Боль тут же показалась пустячной, но горящую трубку пришлось поднимать под издевательский хохот Чудакова и насмешливый взгляд Владика. Резину Андрей аккуратно подцепил плоскогубцами, уложил на отведенное под кострище место, сверху навалил веточек.

-- Шишек надо. Они горят хорошо, – устало обронила Аленка.

-- Слышишь, ты, сходи, шишек насобирай, -- Владик окликнул выбирающегося из кустов Неверу. Антон горестно охнул. Ну не горел он желанием трудиться на благо общества, а вот погреться у костра хотелось – замерз, но спорить не стал, себе дороже. Нехотя, нога за ногу, прошелся чуток вперед, не особо себя утруждая наклонами да обшариванием мха.

-- Вот попали, так попали. Сплошная, блин, идилия, -- Ромка презрительно сплюнул.

-- Пить хочется, -- Аленка облизала пересохшие губы.

-- Ага, -- подхватил Владик, -- а то с голодухи даже переночевать негде.

-- Там вода в машине, -- махнул рукой Андрей. – Под сидением…

-- Что за вода? – двухлитровую пластиковую бутыль без опознавательных наклеек Алена нашла сразу, и, отвинтив крышечку, подозрительно принюхивалась к бесцветной жидкости.