Сын плотника

Глава 1. Плотник

 «Иногда всего лишь один человек,

решает судьбу сотен»

Глава I

Плотник

“Гвардии баронов есть основа трона. Без них не будет покоя в отдалённых провинциях королевства. Без их участия невозможно подавить мятеж, невозможно держать в узде зарвавшихся крестьян, но не стоит забывать, что и бароны не имеют права забывать своё место. Они - основа трона, но не колонны, на которых он стоит. Если барон затевает открытый мятеж, то его необходимо вразумить, вплоть до лишения буйной головы. Король - Верховный правитель, его невозможно заменить, а на место мятежного барона можно поставить и более сговорчивого”.

Обращение короля Генри 1 Барга к своим потомкам.  

1050 год второй династии.

Теранос. Унбаргское королевство.

Ветер, порывами налетающий с запада, не собирался успокаиваться, а лишь набирал силу. Низкие дождевые тучи спешили на восток, подгоняемые хлёсткими бичами Воргона – Духа ветряной Стихии, сея на землю то крупные, то мелкие дождевые капли, орошая изголодавшиеся по влаге земли Унбаргии. Нарождающееся светило робко выглядывало из-за туч, бросая редкие лучи на землю, будто пытаясь разбудить её от ночного сна. Подбадривая солнце, ветви густо стоящих деревьев напевали утренние мелодии, выводя невообразимые рулады.

Лес гудел подобно человеческой толпе в торговый день и не было ему дела до того, что о нём подумают. Лес просто жил своей обычной, повседневной, ни от кого не зависящей жизнью.

Деревья впитывали корнями влагу, неся их к никогда не увядающим в южных широтах листьям, а они тянулись к ласковому солнцу, радовались каждому новому дню так, как это не дано никому, кроме них.

Этот, удаляющийся из виду, лес был вторым по величине в Унбаргии. Лишь он скроется из виду, и впереди, на три дня пути, будут лишь просторные степи с редкими перелесками, а пока надо наслаждаться видом деревьев, чтобы затем память услужливо показывала эти знакомые, столь близкие молодому сердцу, пейзажи.

Ветер подул с новой необузданной силой. Иссиня-чёрные, затянувшие небо тучи, бросили на землю новые капли дождя. Пара мгновений, и начался ливень.

Молодой человек в скромной одежде, дотоле с любовью всматривающийся в исчезающий лес, стоя на широком уступе богато украшенной кареты, запрыгнул внутрь, захлопнув за собой дверцу.

Парень поудобнее устроился на мягком сиденье рядом с высоким плечистым спутником, который был его родным братом.

Напротив сидел упитанный мужчина в летах в нарядных одеждах. Подёрнутые сединой волосы были тщательно уложены, борода расчёсана. Одного мимолётного взгляда хватало, чтобы увериться в его знатном происхождении. Лишь человек, не знающий физического труда, мог иметь такие ухоженные руки.

-Что, Генри, дождь опять начался? – даже речь у него была пронизана величием и, как и положено для особ голубых кровей, толикой презрения ко всему окружающему его миру. Особенно к сыновьям бедного плотника. Правда, и в этом что-то изменилось. Складывалось впечатление, что Георг Барг пытался пересилить свою натуру, стараясь казаться более приветливым.

Генри был пареньком из самой обычной деревеньки. Среднего роста, с точёными чертами лица, схожими с обликом древних статуй, которые во множестве создавали предки, пытаясь запечатлеть в мраморе красоту и неотразимость своих современников. Длинные тёмные, доходившие до мочек ушей, волосы обрамляли смуглое лицо с длинным прямым носом, живыми ярко-голубыми, стремящимися ухватить каждую мелочь, глазами, тонкими потрескавшимися губами, мощными скулами и волевым подбородком.

-Да, - ответил Генри, - Орлон изрядно разбушевался на пару с Воргоном. Решили порезвиться.

-Зима – их время, - ответил собеседник Генри, подняв правую бровь и не удостоив собеседника даже взглядом.

После этого Георг замолк и ещё долго и слова не проронил. Он был не из тех, кто вот так сразу сдружится с простолюдинами и начнёт открывать им душу. Воспитание говорило само за себя. Он был истинным королём огромной страны, в которой пред ним обязаны гнуть спины и благодарить за всё им сделанное. А он лишь должен внимать их речам и наслаждаться своим величием. И если бы не судьба, которая никогда не считается с мнением сильных мира сего, не ехал бы он сейчас с двумя сыновьями плотника, недовольно приподнимая уголок рта.

Генри, сын обыкновенного плотника, не имеющего ни звания, ни высокого чина, ни богатства, не заслуживающий даже фамилии, как и было принято в Унбаргии, всё это видел и прекрасно понимал, как относится к нему с братом их визави. Он видел это с самого первого мгновения, но юношеское любопытство взяло всё-таки верх, и он согласился на малоприятное предложение правителя Георга 18 из династии Баргов, второй династии унбаргских правителей, отправиться с ним. Обо всём, что произошло с ним до этого, он пытался не вспоминать.

Хоть король и был человеком чёрствым, заносчивым и не считающимся ни с чьим мнением, он всё-таки не походил на того, кого себе представлял сын плотника, по рассказам жителей деревни. Крестьяне, корчмари, углежоги, лесорубы и прочие жители небольшой деревеньки любили поговаривать, что король жесток и беспощаден и своё свободное время занимает лишь казнями да судами.