Лара (продолжение истории Любовь для тебя)

Глава 4. Прошлое не оставляет в покое.

Сашка мирно копошился в углу, перекатывая по полу скалку. Её ему дала Фатима, помощница Лары по пекарне, а тот и рад стараться, катал скалку что- то бормоча себе под нос. Игрушек в доме не было, потому что детей у Дмитрия и Лары не было, а Сашку надо было чем- то занять, пока Фатима выпекала ватрушки и булочки, вот и ничего не смогла лучше найти она, как дать ему деревянную скалку. Ребёнок обрадовался. Он никогда не видел такой интересной гладкой палочки и старательно подражал движениям Фатимы, периодически поглядывая на женщину, раскатывающую тесто ловко, быстро, профессионально.

Фатима мельком присматривала за Сашкой и сама тут же занималась своим делом. Печь зазвенела, извещая Фатиму, что очередная порция выпечки готова. Женщина взяла рукавицы, одела на руки и выключила таймер печи. В пекарне стало тихо. Открыла створку и осторожно, чтобы не обжечься вытащила первый противень. В помещении запахло свежевыпеченным хлебом.

Пока Фатима отвлеклась по своему делу, Сашке надоело катать скалку по полу и он повертел головой в поисках чего- нибудь более интересного. Фатима не обращала на него внимания, поэтому ребёнок почувствовал свободу и, недолго размышляя, уполз на кухню.

На кухне его привлекла огромная кастрюля почти с рост самого Сашки, в которой под крышкой томилось тесто. Оно уже почти подошло и немного выглядывало из- под крышки, завлекая мальца своим кислым запахом. Сашка никогда не видел теста, и оно его заинтересовало. Ребёнок пододвинул маленькую низенькую табуреточку, которая стояла тут же в углу и, взобравшись на неё ножками, схватился своими ручками за крышку. Крышка прилипла к тесту и не хотела поддаваться, но мальчик упёрся ножками и потянул на себя, кряхтя от натуги. Через несколько минут его упорного труда ему повезло, крышка поползла и с грохотом упала на пол.

Сама кастрюля стояла на специальном низком столе, чтобы было удобно из неё брать тесто и замешивать очередную партию булок и крендельков, поэтому Сашке не было трудно заглянуть в неё. Кастрюля была ему по пояс.

Ребёнок сначала осторожно дотронулся пальчиками до мягкой кисло пахнущей смеси, а затем, почувствовав, что рукам приятно, что сама эта смесь мягкая и тёплая как руки мамы, полностью до локтей погрузил свои ручонки в неё. На лице Сашки заиграла улыбка. Такого он ещё не пробовал. Он пошевелил пальцами в тесте, попытался вынуть одну руку, но ему это не удалось сделать. На лице ребёнка появилось удивлённое выражение. Сашка резко выдернул свою ручку, и вслед за рукой потянулась тянучая смесь, прилипшая к его ладони и пальцам. Мальчик засмеялся. Ему понравилось. Он вытащил другую руку и с интересом стал смотреть, как за его рукой тесто вытягивается, не рвётся, прилипнув к его ладошкам.

Сашка снова обе ручки до плеч погрузил в тесто и, наклонившись, приблизил свою голову поближе к пахнущей дрожжами смеси. Он почти коснулся носом её, как вдруг почувствовал, что позади него появилась эта женщина, которой его оставила мама. Осознав своим детским чутьём, что сейчас у него могут забрать это приятное мероприятие, он недолго думая нырнул головой в кастрюлю.

- Ой! Ты, чего делаешь, бала!- воскликнула Фатима, тут же хватая ещё не полностью занырнувшего Сашку и вытягивая его из кастрюли.

Тесто следом потянулось за ребёнком, прилипнув к его щёчкам, рукам, груди. Сашка смеялся и дёргал ногами, стараясь сопротивляться и желая остаться там, в этом приятном мягком, тёплом месиве.

- Нельзя! Нельзя! Бала!- запричитала Фатима, стараясь снять с испачканной тестом рубашонки куски прилипшего теста.

Сашка хихикал и тянулся снова к кастрюле.

- Вот! Теперь тесто испорчено!- огорчённо вздохнула женщина, внимательно осматривая Сашку.

Его раскрасневшиеся лицо сияло восторгом, а на лбу на щеках, на шее висели кусочки уже непригодной для выпечки массы. Он засунул свою руку в рот, но тут же сморщился, распробовав кислое дрожжевое тесто, прилипшее к руке.

- Нам теперь попадёт от госпожи,- вздохнула Фатима.

Она схватила со стола полотенце и стала вытирать мальчика.

- Есть кто живой?!- вдруг услышала Фатима голос дяди Тимофея.

Тот зашёл в магазинчик и, не обнаружив никого, крикнул, а затем прошёл на кухню и, увидев женщину на руках, которой сидел довольный измазанный Сашка, произнёс.

- Вот так- так! Значит у нас здесь аврал?!- он подмигнул Сашке, а тот потянул к нему ручонки.

- Агай Тимофей, как хорошо, что вы пришли. Госпожа Лара ушла в налоговую документы отнести, а меня здесь по хозяйству оставила, да ещё за бала надо приглядывать,- она огорчённо вздохнула,- а у меня хлеб вот- вот подоспеет. Не успеваю за всем присмотреть,- она поставила на пол брыкающегося Сашку,- а тут ещё он в тесто залез,- сетовала она дяде Тимофею,- теперь мне всё переделывать нужно.

Сашка, почувствовав свободу, тут же побежал в дальнюю комнату и по лестнице стал подниматься наверх, в спальню Лары и Дмитрия.

- Вижу, вижу, что этот сорванец натворил,- засмеялся дядя Тимофей, провожая глазами ребёнка.

Тот уже исчез из их видимости в спальне.

- Ты, доченька не переживай, я сейчас за ним немного присмотрю, а ты замешивай своё тесто.

- А может быть, вы, его к себе заберёте, на часок?- Фатима с надеждой посмотрела на Тимофея,- а то он тут без должного присмотра ещё чего- нибудь натворит.

Тимофей почесал затылок.

- В принципе могу, конечно. Моя старуха сейчас на рынок ушла, так что её часа два не будет, поэтому Сашенька никому не помешает, а мне приятно повозиться с мальчиком.

- Я тогда вам дам его вещицы, памперсы, штанишки, то, что его мать дала с собой,- скороговоркой произнесла Фатима, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж, в квартирку Лары и Дмитрия.

Их квартира размещалась в этом же здании, что и магазин, и пекарня, на втором этаже и состояла из двух комнат: спальни, библиотеки, она же мини зал, кабинет, туалета и ванной комнаты.

Пока взрослые на первом этаже, на кухне, договаривались о его Сашкиной судьбе на эти два часа, Сашка времени не теряя, подбежал к комоду. Почувствовав небывалую свободу, которой был лишён все эти дни, пока Светка его мать и он добирались до Абрау- Дюрсо, он теперь дорвался до баловства.