Леди для короля. Оборотная сторона короны

Глава 3

Меня желала видеть королева Эслинн.

Ровный тон записки и общие фразы, соответствующие придворному этикету, не позволяли мне даже предположить, зачем бы я понадобилась ее величеству. Все долги мы друг перед другом закрыли еще до моего отъезда из Вингфолда.

Можно было бы подумать, что Эслинн решила меня приблизить к себе в соответствии с моим новым титулом, однако, меня терзали смутные подозрения.

Откровенно говоря, я королеву немного побаивалась, несмотря на то, что у нас с ее величеством разногласий не было, в основном потому, что интересы наши практически не пересекались. Ну разве что, кроме одного: и она, и я были заинтересованы в здравствовании нынешней королевской династии.

И тем не менее, я всегда старалась держаться от Эслинн подальше, даже в детстве, когда мы с Эдуардом проводили довольно много времени вместе. Удивительно, но к покойному королю Гевину я такого пиетета не испытывала. Однажды мне даже довелось подергать его за рыжую бороду.

Впрочем, мой трепет перед ее величеством был скорее детского характера и не имел под собой каких-либо оснований.

И все же, и все же.

Впрочем, я скоро обо всем узнаю, осталось дождаться «чайного часа».

Стало быть, с Алисией и Дель я увижусь уже позже, что ж, нам будет что обсудить. Было бы неплохо нарваться до встречи с королевой на леди Имоджин. Статс-дама в прошлом демонстрировала свое расположение ко мне, хоть и в своеобразной манере, полагаю, она могла бы мне намекнуть, о причинах интереса ее величества.

Возможно, отец мог бы что-то предположить: это я отсиживалась в поместье безвылазно, а он наведывался во дворец регулярно. Надеюсь, что они с мамой прибудут в Вингфолд раньше ужина. Хотя бы для того, чтобы мне было в чем пойти к королеве. Мама как в воду глядела, предполагая, что мне понадобятся фамильные драгоценности.

– Клара, у нас приглашение ее величества. Что-нибудь есть здесь на подобный случай? Или все увезли, и без сундуков, оставшихся на дороге, мы беспомощны? – схватилась я за торчащие в разные стороны после сна волосы. Хороша герцогиня в пыльном дорожном платье! Тут никакие связи не помогут. Протокол есть протокол.

– Несколько платьев, включая подаренное леди Алисией, – отозвалась камеристка. При упоминании того самого платья меня передернуло. – Что-то отдавали в починку местной модистке, я посмотрю, что можно сделать.

Клара была как всегда спокойна. Подумаешь, аудиенция у ее величества. Не в чем идти? Какая мелочь! Наверное, за это качество – прямо-таки королевскую невозмутимость – я ценила ее больше всего. Скоро срок службы Клары закончится. И как я буду без нее?

Покопавшись в гардеробной, мы добыли миленькое зеленое утреннее платье из муслина. Моя слабость к зеленому привела к тому что, что гардеробная похожа на парковый газон. Повезло, что первые дни осени выдались такими теплыми, иначе я выглядела бы совершенно неуместно. Однако, к аудиенции и к ужину вопрос встанет острее. Это у себя в поместье можно было пренебречь сменой туалетов, а тут во дворце злобные пираньи за неудачный наряд размажут репутацию от Вингфолда и до границы. Леди Гиневры, может, и нет, но она же не единственная дворцовая стерва!

Я отвыкла от таких тщательных сборов. Дома на то, чтобы приготовиться к выходу из покоев, я тратила около часа, тут же Клара кружила вокруг меня почти два с половиной. Столь не любимый мной корсет она затянула так, что я возмутилась. Однако, мне было сказано строгим тоном, что то, что позволено дочери графа, не позволено герцогине. Пришлось смириться. К тому же отражение в зеркале мне понравилось.

Чтобы подобная красота не пропадала в покоях, я отправилась в парк на утреннюю прогулку, к которым в последнее время пристрастилась в поместье. Утреннюю – сказано, конечно, громко, время близилось к полудню, но весь королевский двор, угомонившийся часам к пяти утра, еще спал и видел десятый сон.

Путь мой пролегал по знакомым с детства аллеям, тишина и безлюдность которых в эти часы, навевали много воспоминаний, и ноги сами принесли меня к одному из любимых мест.

Чуть вдали от центральных дорожек рос куст шиповника. С тех пор, как я впервые ободралась его колючками, прошло уже много лет. Он подрос, раскинул свои ветви, в начале лета в полном цвету он выглядел потрясающе. Сейчас же куст весь был увешан розовыми лентами.

Я обошла его по кругу.

Не меньше полусотни ленточек.

– Леди тоже желает испытать судьбу? – услышала я позади старческий словно надтреснутый голос.

Оглянувшись, я увидела старика Фелана, вот уже много лет занимающего пост главного садовника. Он сидел на маленькой скамеечке, рассчитанной явно на встречи влюблённых парочек, и, устроив подбородок на руках, держащих мотыгу, смотрел на меня насмешливо.

– Испытать судьбу? В чем? – одолело меня любопытство.

– В любви и успехе, – посмеиваясь, ответил мне садовник. – Примета у нас тут такая.

– Откуда же она взялась, – удивилась я. – Не припомню раньше тут ничего подобного. Правда, и куст этот я не навещала несколько лет.

– Говорят, лет шесть-семь назад его величество, еще не будучи коронованным, перед отъездом на проверку границ оставил розовую ленту на одной из веток. А на следующий день вернулся и забрал. Не знаю уж, правда или нет, но дворцовые девицы с ума посходили, решив, будто это был тайный любовный знак. И к возвращению Эдуарда из поездки весь куст был увешан розовыми лентами. Да только мне известно, что его величество с тех пор сюда не приходил. Но барышень это не останавливает, так что каждую осень шиповник увешан розовыми надеждами, что однажды Эдуард снимет чью-то ленту, и счастливица станет королевой.