Розга ум вострит: как наказывали детей на Руси

В середине XVI века установленный веками порядок был, наконец, зафиксирован письменно: на свет появились особые книги, которые буквально пошагово расписывают весь жизненный уклад русского человека. «Великие Минеи Четии» – чтение для всей семьи на каждый день года; «Стоглав» – сборник религиозных догм и правил, и «Домострой» – тщательная регламентация всего повседневного быта, четкий свод жизненных правил для каждой семьи.

Монах Сильвестр – духовный наставник царя Иоанна Грозного и составитель «Домостроя» – не только давал советы о том, как, например, солить рыжики или принимать гостей. Особое внимание он уделил взаимоотношениям супругов, хозяев и слуг в семейном доме и, конечно же, родителей и детей. В своем прототипе Семейного кодекса он четко говорит о том, что главная задача любого родителя – забота о материальном и духовном благополучии своего чада. Эта забота должна быть деятельной, и не концентрироваться на одной лишь финансовой составляющей. Ответственные отец и мать обязаны, прежде всего, прививать ребенку полезные качества, необходимые тому для дальнейшей праведной жизни: такие как страх Божий, уважение к старшим, вежливость, трудолюбие и соблюдение «всякого порядка». Родителям предписывается не баловать детей, а «страхом спасать, наказывая и поучая», и – «осудив, побить».

Не жалея бей ребенка: если прутом посечешь его, не умрет, но здоровее будет, ибо ты, казня его тело, душу его избавляешь от смерти.

Сильвестр учит: «Любя сына своего, увеличивай ему раны, и потом не нахвалишься им». Кстати, те же правила, только сформулированные проще, нашли свое отражение в многочисленных народных пословицах и поговорках. Например, такой: «Дать бы тебе ума с заднего двора».

В то же время составитель канонического текста предостерегает взрослых от излишней жестокости: он отмечает, что физическое воздействие должно быть умеренным и оправданным. К примеру, сечь детей предписывается в строго определенный день, например, в субботу, запрещается наказывать ребенка слишком сурово и калечить его, а также идти на поводу у своего гнева – решение о телесном воздействии должно приниматься взвешенно и объективно. Особое внимание Сильвестр уделяет тому, чтобы поберечь самооценку чада: «Жену учи до детей, а детей без людей». Этим правилам русское общество следовало веками. Невероятно, но и в просвещенном XIX веке находилось немало семей, которые жили по домострою.

За одного битого двух небитых дают

Розги, плети, палки, батоги – все это применялось в «воспитательных целях» не только в семьях, но и в учебных заведениях. Еще ребенка могли отхлестать веревкой с узлами, или поставить голым коленями на горох – наказание не только болезненное, но и очень унизительное. Все это делалось совершенно легально. Существовал даже специальный регламент в данном вопросе. Кстати, не стоит думать, что подобные порядки были заведены лишь в учебных заведениях для простонародья: и дворянские, и купеческие дети также не понаслышке были знакомы с розгами. В различных воспоминаниях часто повторяется один и тот же красноречивый момент: во время традиционной субботней порки часто попадало не только провинившимся детям, но и тем, кто всю неделю вел себя прилежно, – «чтоб неповадно было».

Несложно догадаться, что система физических наказаний для детей была точным слепком со взрослых правил игры. В Воинском уставе великого императора Петра I перечислены не только порка кнутом и битье шпицрутенами, но и отсечение руки и пальцев, отрезание языка. По сравнению с этими пытками наказания для детей казалось просто невинной забавой. Все попытки смягчить систему, предпринимаемые Екатериной II и Александром I, убедительными не выглядели. И в XIX век в России вырастали «поротые поколения»: битье кнутом отменили лишь в 1845 году, а плети, шпицрутены и розги оставались в ходу вплоть до XX века. Удивительно, но против такого уклада никто всерьез не протестовал.

Николай I, будучи еще наследником престола, терпел регулярные побои... от своего воспитателя, графа Ламсдорфа. Тот в порыве ярости неоднократно даже бил цесаревича головой об стену. Впоследствии, став императором, Николай I запретил любое телесное наказание для собственных детей: вместо этого их ограничивали во встречах с родителями, и в питании (вместо полноценного обеда – один лишь суп).

Биография Натальи Николаевны Гончаровой, жены Пушкина, не так проста, как может показаться. С одной стороны, эта блистательная красавица получила отличное для своего времени образование, а с другой – в юности была необычно молчалива, за что ее считали простушкой. Объяснялось все просто – авторитарная мать Натальи за малейшее неповиновение жестоко хлестала своих дочерей по щекам. Позже детские переживания вылились в юношескую замкнутость. Кстати, муж Натальи, Александр Сергеевич, собственноручно сек розгами их детей.

Иван Сергеевич Тургенев сам подвергался в детстве домашнему насилию. Его мать – Варвара Петровна – происходила из богатой дворянской семьи, была начитанна, образованна и эрудированна, что совершенно не мешало ей быть настоящим домашним тираном. Иван Сергеевич вспоминал: «Драли меня за всякие пустяки, чуть не каждый день...без всякого суда и расправы». Впоследствии писатель «передал привет» своей матери, увековечив ее в образе барыни-самодурки из пронзительно-горькой повести «Муму».

Масштабное протестное движение за отмену телесных наказаний развернулось в Российской империи лишь на рубеже XX века. Да и то, прогресс в этом непростом вопросе продвигался маленькими шажками. К примеру, сначала запретили пороть гимназистов, потом – женщин и, в конце концов, каторжан. Но окончательная точка невозврата была пройдена лишь после Октябрьского переворота 1917 года. Большевики активно выступили против телесных наказаний, называя их «буржуазным пережитком», порка в советской школе была решительно запрещена. Послереволюционные плакаты пестрели лозунгами «Не бей, и не наказывай ребят, веди их в пионеротряд». При всей неоднозначности системы воспитания и образования в СССР, один принцип действовал там непреложно: трещины воспитания затрещинами не загладишь.