Чужой жених

Глава 2

Дженни

Она проснулась, словно от какого-то долгого сна. Очень сильно болела голова, а ещё глаза. Сначала она ничего не слышала, но потом в мир вернулись звуки. Кто-то ходил рядом с ней и говорил. Но рядом это где? И где она сама?

Дженни попыталась открыть глаза, но ничего не увидела, только чернота тёмная и беспросветная. Хотела было испугаться, но потом решила, что это всё равно ничего не изменит. Так имеет ли смысл. Открыла рот, чтобы позвать на помощь. Но получился только слабый шёпот, словно она разучилась говорить. И тут же раздался крик:

- Господин доктор, господин доктор! Она очнулась!

Дженни услышала шаги, тяжёлые мужские. Потом человек, видимо, подошёл к тому месту, где она лежала. Она уже успела ощупать – это было что-то мягкое, вероятно перина или кровать. Думать о том, как она на ней очутилась после того, как тряслась в бурю в экипаже, даже не хотелось. И было, если честно, немного страшно. Потому что перемены всегда страшат. А у неё за последние дни их и так выдалось слишком много.

- Добрый день, госпожа. Как вы себя чувствуете? – Ласковый незнакомый голос. Видимо, это доктор.

- Не очень, - честно призналась она. – Болит голова и глаза и ещё слабость и…

- Верю-верю. Вы попали в серьёзную аварию. И если бы вас не нашли в бурю посреди леса, то наутро вы были бы уже мертвы. Но, сейчас, хвала Творцу, вашей жизни больше ничего не угрожает. Правда у вас оказался ушиб глаз, поэтому я наложил вам специальную повязку. Её нельзя снять, во избежании травм, так сказать. Я же знаю вас, молодых нетерпеливых девочек, хотите встать с кровати побыстрее и совсем не думаете о здоровье, - в голосе доктора послышался смешок. – Но ничего страшного. Где то через неделю у вас всё подживёт, и тогда я приду и сниму вам повязку. А пока отдыхайте и восстанавливайте силы.

- А где я, доктор?

– В бывшей усадьбе Беренджеров в Галиасе. Отдыхайте.

- Но…

Но доктор видимо сильно спешил, потому что не захотел её слушать и вышел. Дженни слышала его торопливые шаги, пока они не исчезли совсем и вздохнула. Вот значит как. Ну спасибо что жива хотя бы.

Что-то знакомое взметнулось в памяти, когда она услышала «бывшая усадьба Беренджеров», но вот что? Дженни пыталась вспомнить, зацепиться и не смогла. Что-то приятное. Может быть, они отдыхали здесь когда-то. Интересно, как далеко она от Альвенбурка? Кузен ждёт её, наниматели ждут, а она не приедет. И место отдадут другим. Представив такую картину, она попыталась сесть на постели. Но от слабости только смогла приподнять голову. Неужели ей теперь так и лежать неделю?

- Господин доктор! – Позвала она. Никакого ответа. – Кто-нибудь! – Опять тишина. – Есть кто живой?

Сначала никто не откликался, а потом услышал шаги. Они были странные, эти шаги. Несомненно мужские, а ещё такие до боли знакомые, словно из прошлой жизни. Кто бы это мог быть? Может, хозяин дома?

Дженни вздрогнула, когда человек подошёл и стал совсем рядом. И всё так же молча. В голову полезли картины одна страшнее другой. Она прикусила губу, чтобы не закричать, когда человек заговорил.

- Добрый день, - голос… Этот голос… Она задрожала. Что-то несомненно знакомое, как шаги, такое родное и… Она не могла вспомнить. Наверное, воображение разыгралось. – Вы звали. Вам что-то нужно?

Незнакомец говорил отрывисто, словно стеснялся.

- Да… Ах да! - Спохватилась она. – Я хотела бы передать своему брату и своим нанимателям, что я болею и нахожусь здесь, в Галиасе.

- Нанимателям? Вы работаете? – Ей показалось, или в голосе незнакомца послышалось удивление?

- Да. Я еду наниматься в гувернантки. – Ей было тяжело. Не хотелось говорить на эту тему. И мужчина словно почувствовал – не стал больше ничего спрашивать.

- Скажите адрес. Я сообщу.

- Альвенбурк, имение Гальтов. Это мой кузен. Я думаю, он уже сообщит нанимателям.

- Хорошо. Сегодня же отправлюсь туда и передам.

И он ушёл, прежде чем она смогла его остановить или сообразить где и когда слышала этот голос, сводивший с ума.

Альберт

Так странно. Эта девушка впервые за шесть лет заставила почувствовать себя живым. Когда он вошёл к ней, просто услышал, просто проходил рядом и увидел волосы рыжего цвета… Они блестели на солнце словно медные змеи. Когда-то он уже видел такие волосы. Что-то смутно знакомое шевельнулось в груди. Шевельнулось и тут же исчезло.

Она лежала на кровати такая беззащитная с этой магической повязкой на глазах. И его тогда в первый раз пронзила жалость. А во второй, когда он узнал, что она едет наниматься на работу. Неблагодарное дело. Он знал гувернантку Камелии. Всё что связано с ней он помнил, как будто это было вчера. Но только с ней. Остальное – тонуло в тумане. И вот он помнил эту гувернантку – высокую худую женщину, которая счастлива была, если с ней заговаривал кто-то кроме её воспитанниц. Полное одиночество и две несносных девчонки.

Теперь он понимал, что она, должно быть, была несносна уже тогда, его Камелия. А ещё чётко шла к намеченной цели. Будь то богатство или восхищение в обществе. После того памятного дня, он никогда не интересовался ни её судьбой, ни судьбой её отца. Он умер для них для всех. Так будет лучше.

И вот теперь. Эта девушка. Альберт устало потёр переносицу. Так странно. Она ничем не напоминала его Камелию. И всё же было в ней что-то такое знакомое…

Куда она сказала сообщить? В Альвенбурк? Он может послать Джерри, конюха или сходит сам. Да, лучше сам. Так будет быстрее. Заодно он и проветрится и подумает. Прогулки на воздухе – вот единственное развлечение, которое ему осталось.

Он направился вниз. Сказал слугам, чтобы к обеду не ждали. До Альвенбурка пять лиг пути через лес, по прямой. А если в объезд по дороге, то все десять. Но его это не тяготило. Ему нравилось ходить.

Альберт поплотнее запахнулся в плащ, поправил шляпу и шагнул вперёд, в лес. Экипаж так и не убрали. Мёртвого кучера похоронили. Он видел его имя. Джозеф Старк. Добрый малый был, верно. Он попросил священника сообщить его родным. Сам не смог бы. Ещё живы были перед глазами лица родственников тех, кого задрали твари с границ. А вот экипаж убирать было некому. Он один бы не смог. Если только попросить в Альвенбурке.