На задворках галактики -3

20

Южный материк

Диспетчерский отсек представлял собой автономную капсулу правильной параллелепипедной формы, защищённую толстыми бетонитовыми стенами. В случае необходимости, отсек мог изолированно существовать внутри транспортного портала до нескольких месяцев – пока не кончатся запасы продуктов и воды. Отсек обладал замкнутой системой рециркуляции воздуха с мощными фильтрами, а при необходимости эти же фильтры позволяли производить забор внешнего воздуха, даже если он насыщен радиоактивной пылью или отравляющими веществами. Имелись здесь и собственный генератор, и спальный кубрик, и санузел. Когда Оракулу удалось вскрыть обе двери шлюза, он, после двух дней исследования этого маленького замкнутого мирка, задал древними строителям и проектировщикам мучавший его вопрос: «а для чего, собственно, диспетчерской нужна автономность?» Естественно, вопрос остался без ответа, да и не прозвучал он вслух.

Впрочем, Оракул очень быстро отдал должное прозорливости древних строителей. Генератор, не подвергшийся за прошедшие века непредусмотренным правилами эксплуатации воздействиям, то есть проверкой на прочность ударной волной или крупнокалиберными снарядами, или термобарическими зарядом, оказался вполне работоспособен. Для обслуживания капсулы его мощности хватало с избытком, а активного вещества оставалось, наверное, ещё на несколько столетий.

Центральный пульт Оракулу удалось активизировать вчера утром. И с тех пор тот поглотил всё внимание начальника экспедиции. Оракул начисто позабыл про отдых, ел когда ему напоминали и делал это машинально. По прошествию полутора суток он уже плохо соображал от усталости, но всё-таки своего добился. Древний пульт, а за ним и остальное оборудование диспетчерской готово было и дальше служить своей цели – обслуживанию подземных магистралей.

Полковник Морошников заглянул, когда Оракул рассматривал голограммную карту транспортной сети. Объёмная схема из контрастных разноцветных световых потоков неоднородной плотности, заворожила Морошникова на долгие минуты. Не издавая ни звука, он следил за начальником экспедиции и терпеливо ждал, когда тот отвлечётся и обратит на него внимание.

Поглощённый изучением схемы, Оракул заметил полковника не сразу. То, что Морошников появился в диспетчерской незаметно, он списал на собственную усталость и исследовательский азарт.

Какие мысли роились в голове полковника за непроницаемой маской спокойствия? Оракул знал, что Морошников посвящён во многие тайны, что он доверенный офицер Острецова и что он дважды бывал на «Реликте». И всё же, полковник как дитё малое уставился на голоэкран и не проявлял бурного интереса только потому, что умел прекрасно себя контролировать.

— Как наши дела, Игорь Владимирович? — осведомился Кужель, показав пальцем наверх, и выключил голоэкран.

— Раскопались, — сообщил полковник. — Островитяне всё ещё там. Я отправил двух разведчиков, чтоб поближе посмотрели что к чему. Но предварительно, судя по гулу, где-то поблизости от раскопок оборудован аэродром.

— Выход не обнаружат?

— Уверен, что нет. Выход на поверхность очень узкий и хорошо замаскирован. Наткнуться на него можно только случайно.

— Хорошо, — нисколько не усомнился Оракул. — Вы не ошиблись насчёт аэродрома? Может, это гидроплан пролетал?

— К сожалению, нет, Александр Иванович. Уж гидроплан от «Пегаса» я отлечу.

Оракул не скрыл удивления. Транспортный «Пегас» - самолёт довольно тяжёлый. Конечно, его не сравнить с более тяжёлым «Першероном», которому для посадки требуется бетонная ВПП, причём не менее двух километров. Но «Пегас» мог взять на борт до трёх тонн груза при заполненных под завязку баках. Вставал вопрос: зачем островитянам понадобилось их сюда гонять? «Пегасы» на Южном материке могли базироваться только в колонии Порт-Никеля. Выходит, островитяне что-то сюда перевозят. Или наоборот – вывозят? Или по воздуху производят смену дежурных подразделений? Знать бы наверняка!

— Когда вернутся разведчики, — сказал Оракул, понимая, что это произойдёт скорее всего под утро, — сообщите мне незамедлительно. Мне надо точно знать, можно ли рассчитывать, что островитяне уберутся отсюда в скором времени.

— Договорились, Александр Иванович.

Полковник разделял беспокойство Кужеля. В принципе, время, отпущенное Острецовым, ещё не истекло, но что если островитяне застрянут здесь надолго? А ведь в отряде есть раненые, да и запасы продуктов не бездонны.

— В любом случае ждать не будем, — резко повеселев, объявил Оракул. — Завтра, Игорь Владимирович, начинаем пробовать портал.

— То есть, вы разобрались в системе управления?

— А чего в ней разбираться? В общем-то, всё оказалось просто, только немного непривычно. Желаете поучаствовать в первой поездке, а?

— Даже не знаю… — предложение показалось Морошникову преждевременным. — Пусть сперва разведчики вернутся, а потом прикинем, как нам быть вообще.

— Ну, а потом? — вопрос Оракул задал с улыбкой.

— А потом, — тоже улыбнулся полковник, — кину-ка монетку, с какой магистрали начинать. И в путь!

— В добровольцах недостатка не будет. Я давно заметил, многие бойцы мечтают прокатиться по туннелям, — Оракул глянул на часы и прикинул, сколько позволить себе поспать. — Знаете что, Игорь Владимирович? Разведчиков будем встречать вместе. Давно хочу хоть украдкой поглазеть на открытое небо. И думаю, пора бы уже напомнить о себе Светлоярску.

Полковник согласно хмыкнул. А Оракул уже предвкушал, что скажет Краснову и как скоро «старик» сообщит о сеансе связи Острецову. Оракул и не подозревал, что его подземная эпопея только начинается.