Таралин. Анимаг равновесия

Глава 31

Вольф  
Однажды ночью Вольфа накрывает чувство, что он не увидит Тари никогда. Он вздрагивает, сердце прошивает тревожными нитками, опускается куда-то в живот и скручивает в тугой узел. Оборотню даже трудно дышать от охватившей его паники. В висках стучит, а дыхание становится прерывистым. Королевич пытается успокоиться, но тревога не уходит. Он резко садится на  кровати, в которой его застал приступ панической тревоги за любимую. Вольф в отчаянии. Он не знает, что ему делать. Растерян. Испуган. Все эти чувства берут в верх, и ему сейчас очень сложно, плохо, больно.  
Нет! Нужно надеяться, что Тари, его милая девочка, жива. Она жива, убеждает себя оборотень. Иначе быть не может! Надежда яркой вспышкой расцветает в его груди и дарит мимолетное успокоение. Мне необходимо верить, что с Тари все в порядке, лихорадочно думает он, или я сойду с ума. Решительно встав с постели, он надевает на себя одежду, действует на автомате, совершенно бездумно, потому что в голове все ещё бьются отголоски тревоги. Что это было? Почему он реально испугался за жизнь Тари? Может быть, это их связь? У Истиных пар такое бывает, что они могут чувствовать друг друга. А вдруг ей сейчас угрожает опасность, а он не в силах помочь, потому что не знает, где она. Сейчас он позавидовал умению Таралин перемещать себя куда угодно. Хотя… если бы не это умение… Она бы, возможно, была бы с ним сейчас.  На миг он вспоминает её нежные объятия, запах шелковых волос, её чувственные губы. Он так скучает! Вольф качает головой. Нет, с ним она ещё в большей опасности, ибо Хранитель Несчастных душ не дремлет. Он полубог, а значит, они обречены, пронеслась в голове трусливая мысль. Нет, Вольф хмурится и стискивает зубы. За свое счастье Вольф поборется. Ещё как поборется. И неважно ему, что это полубог…  
Вольф выходит из своих покоев и направляется в библиотеку. Он попытается найти зацепки, найти хоть какую-то информацию о полубоге. Может быть, эти знания зашифрованы в рунийских трактатах семицвиков? Тогда Вольф меняет направление и идёт в покои брата. Усмехается, и его ухмылка в темноте кажется зловещей. На самом деле, он с теплом думает о братишке и о его безумном плане обратиться к Богам. Думается Вольфу, что Боги в курсе происходящего. А что, если полубог – их наместник в этом мире, и они наоборот, встанут на его защиту? О богах тоже было мало что известно. Только то, что они обитают в незримом небесном мире. А ещё, что Богов трое, и у них нет имён. Только Он, Она, и Оно. Когда Вольф был малышом, мама рассказывала ему сказки о Богах. И оттуда он точно запомнил, Он и Она всегда спорят, а Оно пытается всегда их примирить. Вольф тряхнул головой, сгоняя глупые мысли. Зачем они ему сейчас?! Бред какой-то. Сейчас он должен узнать все о полубоге, о Хранителе. Если им предстоит схватка с ним, нужно быть готовыми ко всему. На самом деле, Вольфу все кажется злой шуткой судьбы, и где-то на краю сознания маячит мысль, что они проиграют, и нет у них никаких шансов. Но допустить, чтобы обезумевший полубог стал править миром, они не могут. Это чревато сдвигом равновесия добра и зла. Итак, нечисти стало слишком много, а это значи, что  Хранитель не справляется со своими обязанностями.  
У покоев брата Вольф замешкался, но на несколько секунд. Оказалось, что тот не спит. Постучав в дверь, королевич зашёл в комнату. Мальчик сидел за столом. Магических светлячков мама научила его делать давно, и сейчас они красиво висели под потолком, даря мягкий свет. Рой, закусив карандаш, о чем-то сосредоточенно думал.  
- Можно?  
Вольф дождался кивка, и только после этого прошёл к братишке. 
- Почему не спишь? – старший королевич с интересом пытался рассмотреть, над чем же сидит маленький учёный, что пытается придумать?  
Рой поднял глаза на него и слегка улыбнулся. Помедлив с ответом, сказал: 
- Пытаюсь создать такой артефакт, чтобы знать, что делает определённый человек в конкретное время. Например, хочу знать, где сейчас мама. А ты бы, наверняка, захотел бы узнать, где Тари…  
Вольф не смог сдержать тяжкого вздоха.  
- Ну и как успехи?  
Настала очередь Роя тяжело вздыхать. 
- Схему создал, все просчитал, уже и собрал, но не выходит запустить его в работу! Какой-то просчёт в магических потоках… Ничего не получается! – забывшись, мальчик выпятил нижнюю губу вперёд, всерьёз обижаясь на свое изобретение. Вольфа накрыла такая нежность к брату, что он с трудом подавил в себе порыв его потрепать по волосам. Он этого не любил, считал, что уже взрослый для нежностей. Но старшего брата было не обмануть – Рой отчаянно скучал по матери. 
Подбирая слова, заговорил: 
-Сейчас мама опасна для нас, она это сделала, чтобы уберечь нас. Я тоже скучаю и очень переживаю за неё… 
Рой часто заморгал и стиснул зубы, пытаясь сдержать непрошенные слезы. Где-то брат был таким серьёзным и не по годам умным, но очень ранимым. И вот  сейчас за всем этим умом, серьёзностью, изобретательностью скрывались тоска и беспокойство за родного человека. Слишком тяжёлые чувства испытывает его брат… Совсем не такого детства для брата он хотел. Сначала тот отчаянно переживал из-за болезни матери, а теперь тяжело проживает разлуку с ней. Да что там брат! Отец все эти дни не может взять себя в руки и начать действовать. Он как узнал обо всем, просто отстранился от всех дел Королевства, свесив их на старшего сына, ушёл в свое логово и даже не высовывался оттуда уже несколько дней! Да, ему тоже сложно сейчас… но не время опускать руки! Он как будто уже похоронил мать, и Таралин заодно! За это Вольф злился на отца, но вновь был бессилен против чувства вины, затопившего отца с головой. И в этот момент ему было наплевать на своих сыновей. А как была необходима сейчас поддержка отца маленькому Рою! Сердце болезненно сжималось при мысли об этом. Но нет… Отец предпочёл молча топить горе в вине, купаясь в чувстве вины, которое разъедало его изнутри… Да, оказалось, что их отцы с Тари очень даже похожи в своём эгоизме! Сейчас Вольф должен заменить Рою на время и отца, и мать.  Обязан. Несмотря ни на что. Он не бросит его, они пройдут это непростое время вместе, поддерживая друг друга. Чтобы перевести такую болезненную для обоих тему, Вольф спросил у брата, тепло ему улыбнувшись: 
- Рой, ты можешь мне дать посмотреть рунийские записи семицвиков? Я верну, - быстро добавил, он, так как увидел в глазах брата нежелание делиться сокровищем. Тот нехотя кивнул. Затем подошёл к металлическому сундуку в углу комнаты, и стрельнул магической пыльцой на замочек. Замок загудел, проглатывая чары, а потом с щелчком открылся. Вольф наблюдал за этим с приподнятыми бровями, с нотками восхищения. Надо же, какой у него изобретательный брат! Такой замок- артефакт захотят себе многие, ведь открыть его можно только с помощью своих чар. 
- Роймар, ты не перестаёшь меня удивлять! Когда ты успел изобрести замок-артефакт? 
Но тот лишь отмахнулся, погружаясь в сундук за фолиантом. Королевич спохватился и подошел к брату, забирая у него из рук увесистый старинный том. Кожаная обложка буквально светилась древностью. Интересно, откуда у мамы эта книга, подумал Вольф, задумчиво проведя пальцем по обитому серебром уголку книги. Не смог скрыть восхищения. Да, у мамы очень много секретов, оказывается, они даже не знали её толком! Восхищение сменилось горечью, и королевич вздохнул. 
Роймар потрепал брата по плечу, для этого он встал на носочки. Этот жест поддержки не мог не вызвать улыбку, и молодой человек вновь улыбнулся брату. 
- Спасибо. Я буду в кабинете мамы, если что.  
- Скоро этот кабинет, похоже, станет твоим, - недовольно пробурчал мальчик, возвращаясь к записям на столе. 
Вольф вопросительно вскинул брови, но брат уже увлёкся артефактом. Ну вот, теперь нужно будет поработать над фолиантом, попробовать расшифровать записи, может это как-то поможет… Сейчас Вольф чувствовал себя беспомощным, и это добивало его и лишало моральных сил и покоя. Да и вообще, о каком покое может идти речь, когда невеста неизвестно где, да и мама подвластна безумному полубогу?! Остаётся лишь как-то узнать слабые места этого могущественного существа, чтобы понять, как ему противодействовать. Оборотень надеялся, что в этой книге он найдёт на свои вопросы ответы...