Искажение: дар судьбы.

Глава 5

Я сидела дома на диване и читала книгу. Мама стучала по клавиатуре за столом возле окна. По стене скользили лучики солнца, играя бликами на картинах и фотографиях. Отложив книгу, я подошла к маме. Она не обернулась, продолжая работать. Опять поджимают сроки, и она как всегда взяла работу на дом. Я позвала её, но она не услышала. Из кухни донеслось бренчание посуды и ворчание отца. Я отправилась туда. Остановилась в дверях, наблюдая, как папа колдует над очередным кулинарным «шедевром». Вот он повернулся, и его глаза остановились на мне. Появилось неприятное ощущение, что он меня не видит. Я позвала его. Но он не отреагировал. Что здесь происходит? Почему меня не замечают? С надеждой, что это всё шутка, я рванула в нашу с Дарьей комнату. Дашка сидела на кровати и весело тараторила по телефону. Я подбежала к ней и вытянула руку, пытаясь прикоснуться к сестрёнке, но не смогла. Страх липкой паутиной облепил душу. Я стремглав кинулась обратно в зал. Остановилась только на середине комнаты. Я не понимала, что происходит! В глаза бросились фотографии. Пригляделась. И с ужасом пришло осознание – на них меня нет. Накрыло отчаяние и паника. И тут опять появились они. Серебристые глаза, всегда только они. Их владельца я никогда не вижу. Он скрыт в темноте. И они смотрят прямо на меня внимательно и с тревогой. А ещё глубоко внутри прячется боль одиночества и тоска. И от этого становится тяжело. Хочется плакать.

Проснулась от чувства, что по щекам текут слёзы. Подушка была мокрая. Долго не могла вспомнить, где я. За окном начинало алеть небо. Скоро взойдет солнце. На улице выводила трели какая-то птица, вдалеке слышался лай собак. Сознание наконец удосужилось вспомнить, что я в комнате на постоялом дворе. Сон я опять не помнила. Оглядевшись, поняла, что Хаято уже уехал. Откинулась на подушку и задремала, не заметив, как уснула.

Весь день я провела в комнате, отсыпаясь и бездельничая. На обед спустилась вниз. Поболтала с Саей. Милая девушка. Второй день прошёл практически также, если не считать, что к полудню я не знала, чем себя занять. А что если попытаться разговорить хозяина «Проклятого дракона»? И тут же приступила к осуществлению задуманного плана. Шакхар нашелся в подсобке. Судя по грохоту, слышному ещё из кухни, он что-то передвигал.

– Добрый день, Шакхар! – перекрикивая шум, поздоровалась я.

– А это ты, Юкари! Добрый! – повернувшись ко мне, мужчина широко улыбнулся, – что-то хотела?

– Я хотела поговорить.

– Посиди на кухне. Я сейчас освобожусь.

Пока ждала хозяина, наблюдала за поваром. Это был краснощёкий, круглолицый мужчина небольшого роста. Его все звали дядюшка Ян. Он тоже являлся тир ши. При первой встрече меня поразил цвет глаз. Водянисто-зелёный. Никогда такой не видела. Он имел строгий вид и никого не допускал до готовки. Но здесь надо отдать ему должное. Готовил он восхитительно. Пальчики оближешь! Вот и теперь он сновал по кухне, заглядывая в кастрюли, принюхиваясь, добавлял специи или пряные травы.

Ко мне пришла идея и, если сегодня Хаято не появится, завтра утром обязательно её исполню. Хотя печь меня пугала: всё же это не привычная плита, но попробовать очень хотелось.

– Дядюшка Ян, можно я завтра с утра испеку пирог со сливами? – и состроила самое жалостливое лицо.

– Нет, девочка моя. Я хозяйку не допускаю к печи, а ты чего удумала. Нет.

– Пожалуйста! Это мамин рецепт. И я очень хотела вас всех угостить в благодарность! – не унималась я.

– Хорошо. Только под ногами не мешайся, – сдался повар, – и посмотри, все ли продукты есть для пирога.

– Есть, я уже проверила.

– Шустра! – усмехнувшись, дядюшка вернулся к своим «детищам».

Скоро на кухню вошёл хозяин и вопросительно посмотрел на меня, сев напротив.

– О чём хотела поговорить?

Начала я разговор с отдалённых тем. Спрашивала о городе, о постоялом дворе. Слово за словом и наш разговор как-то сам собой зашёл о Хаято.

– А как вы познакомились? – не удержавшись, я задала мучавший меня вопрос.

– Это старая история. – Он грустно улыбнулся, вспоминая безрадостное прошлое. – Я родился в Химерийском ханстве. Моя мать была из туатов, отец – химериец. Они сильно любили друг друга. Но она не уберегла их от смерти. В то время с новой силой возобновились гонения на чужаков. Мурад-хан ненавидел, а может и боялся инородцев и их силы. Мать убили. Отца, пытавшегося спасти её, тоже. Меня, тринадцатилетнего мальчишку, спрятал брат отца. Затем он меня тайком переправил на границу с империей Тахо. В горах я заплутал и чуть не погиб. Сорвался в обрыв. Слава богине, Немайн уберегла, остался жив. Правда, со сломанными ногами далеко не уйдёшь. Думал конец! На третий день меня ослабевшего и без сознания нашел Хаято. Как позднее узнал, он с наёмниками патрулировал границу.

Шакхар замолчал. Я тоже не могла вымолвить ни слова. Горло сдавило, глаза щипало от непрошеных слёз. Мне было жалко мальчишку, а ещё больше себя. Если бы я не спасла Хаято, то сейчас всего скорее покоилась на дне какого-нибудь ущелья. И даже если бы посчастливилось, и я спустилась с гор, то попала бы в лапы охотников на тир ши. Я с силой сжала руки. Ногти впились в ладони. Боль привела в чувства. Справившись с нахлынувшими эмоциями, я тихо прошептала.

– Прости, – слёзы катились по щекам, оставляя солёные дорожки.