Обитатели. Книга 3. Воссоединение

Глава 28

Глава 28.

Давняя мечта.

Еву не стали запирать в темницу, хотя она и ожидала этого, полагая, что не отделается так легко. Столь странная легкомысленность совсем не была свойственна Винсенту, насколько девушка его знала. А похоже, все знали его слишком плохо. Ей отвели собственную вполне уютную комнату, хотя вкус хозяев дворца в Оскуридаде был несколько не в духе мисс Ливермор. Да и вообще вся атмосфера данной провинции претила гостье, как ни старалась она отстраниться от мыслей об этом и попытаться найти что-то милое и хорошее здесь.

Тем не менее это все же оказалось заточением. Никакой свободы воли тут не светило. За ней постоянно наблюдали, выпускали только под присмотром и лишь когда этого желал сам властелин. Стража дежурила у дверей комнаты день и ночь, а также под окнами, да и на входе во дворец охрану выставили более усиленную. В общем ее появление здесь точно повлекло за собой серьезные последствия.

Несколько дней девушку особо не тревожили. Она бродила из угла в угол в томительном ожидании хотя бы какого-нибудь маломальского допроса. Но ничего не происходило. Даже озлобленные на нее Меллони и Хлоя почему-то не появлялись, а уж их мести и насмехательства мисс Ливермор ждала в первую очередь.

Все это было крайне странно, и у Евы начинали закрадываться мысли, что она опять вляпалась куда-то не туда, проморгав истинные замыслы соперника. Это раздражало, а еще больше досаждало любопытство, удовлетворить которое возможностей так и не предоставлялось.

Девушке всегда своевременно приносили еду, лучшие блюда, отменно приготовленные маститыми поварами, горничные прибирали, меняли постельное белье, приводили в порядок ее одежду и ставили в вазу свежие цветы. Словно Мисс Ливермор находилась на положении никакой не пленницы, а самой дорогой гостьи.

Как это ни странно, но именно так и оно было. Большинство приближенных старшего лорда Белапьерра безумно раздражало подобное положение дел. Они жаждали мести, возможности поглумиться над ненавистным противником, а вместо этого вынуждены были наблюдать, как заклятый враг нежится на перинах. Меллони так и хотелось расцарапать Еве лицо. Женщина постоянно крутилась поблизости и со злостью посматривала на запертые двери, представляя, как вцепится в глотку этой девице и упьется своим торжеством. Даже холодная и рассудительная графиня Морель стала слишком часто наведываться в эту часть дворца. Мысль отомстить за смерть брата той, кто имел прямое отношение к его гибели, сладко манила ее.

Винсент прекрасно понимал, как обстоят дела, а потому и предпринял такие удвоенные, а то и утроенные меры безопасности. И нет, он вовсе не беспокоился, что Ева куда-то сбежит. Не для того она пошла на столь отчаянный шаг, пусть девушка и вела явно свою игру, в основном обманывая его, мужчину это не волновало. Это была не охрана от побега, это была охрана ее от недоброжелателей, которых вокруг хватало.

Меллони и Хлоя словно чувствовали, что здесь что-то не чисто. Их настораживал такой присмотр за девушкой при том, что слишком удобно она здесь устроилась. Бывшая госпожа Белапьерра просто злилась и неистовствовала. Ее давно мало занимали все эти войны, проигранные и выигранные кампании. С тех пор, как женщина вернулась в Оскуридад поверженной, побитой, лишенной собственной драгоценной силы и возможностей, да еще кем, все изменилось. Она никогда не уползал как раненый зверь, а могла являться лишь победительницей, королевой всего и всех, и никак иначе. А здесь с ней обошлись как с самой заурядной и никчемной простушкой. И Меллони знала, кто всему виной. Это с появления в их жизни Евы началась вся эта дурацкая и унизительная история. Старшему лорду Белапьерра, да и девчонке, казалось, что никому не ведомы темные тайны прошлого обоих, но ей-то многое было известно. Никто и не подозревал, что женщина возненавидела мисс Ливермор задолго до знакомства той с Маркусом. Эта дама никогда не желала, чтобы кто-то оказался главнее ее, выше. Она всегда претендовала на корону Мондо, хотя и выходила замуж за второго брата, но ведь у нее имелись планы, совершенно особенные планы. И тут так некстати появилась эта девушка. Сначала, конечно, страхи Меллони обернулись триумфом, ведь в итоге старший сын канул в вечность, а муж стал единственным наследником королевства. Но та и здесь умудрилась влезть.

Бывшая госпожа Белапьерра начинала словно сходить с ума. Мечты о мести не покидала ее ни на минуту ни днем, ни ночью. Винсент, который обещал той отдать врага на растерзание, не торопился сдержать свое слово, а она больше не могла ждать. И тут Меллони пришла в голову сокрушительная по своему коварству, как той казалось, мысль. Если ни один из этих глупых мужчин не собирается дать ей того, что та желает, женщина разделается с обоими и сама возьмет все необходимое. Нужно лишь столкнуть лбами двух враждующих братьев и сделать так, чтобы в этом безумстве подмяло под себя и Еву. Тогда на поле брани останется лишь она, Меллони, и заберет все трофеи себе. Корона, королевство и трепет внутренних миров окажутся у ее ног. И больше ни с кем не придется делиться.

Графиня Морель не была столь отравлена яростью. Все-таки холодность сердца той касалась любых аспектов жизни ведьмы. Жаждя отомстить, она не собиралась делать этого в ущерб себе, а потому все же не торопилась с выводами и активными действиями. Раз властелин что-то задумал, следовало понять, что именно, и суметь использовать это в угоду своим желаниям, а не бросаться в пучину, не разобравшись, куда дует ветер. Поэтому женщина легко заметила перемену настроения Мелонни. Последней казалось, что все удается скрыть, и никто и не догадывается о зародившихся мыслях. Однако Хлоя стал пристальнее и жестче наблюдать за бывшей госпожой Белапьерра, которую совершенно не уважала уже давным-давно.