Убить нельзя научить - 1 и 2 книги

Глава 9. Практика и теория Педагогики Перекрестья

– Р-раз, два, р-раз, два, р-раз, два! Поднажми-и! Р-раз, два! Стоя-ять!

От этих волшебных звуков я не то чтобы проснулась – подпрыгнула на кровати как ужаленная. И если бы не полусонное, еще ватное тело, точно вскочила бы по команде.

За окнами забрезжил рассвет.

Розовые языки солнца неспешно лизали небо у горизонта и расползались густыми разводами. Звезды выцвели и призрачными силуэтами таяли в синеве.

Сколько сейчас времени?

Жертва бешеного дизайнера – серебристые настенные часы в форме наконечника стрелы – показывали четыре утра. По счастью, выключилась я вчера рано и успела хорошенько выспаться.

– Да у тебя каким местом руки вставлены? Каким местом ноги топорщатся? В глаза смотри! Я к кому обращаюсь? Если руки растут из задницы, туда я их тебе и вставлю! Чтобы все видели твою истинную физиологию!

Звуки бодрили несказанно. От каждого выкрика я снова подпрыгивала на постели. Ну что ж, по крайней мере, зарядку можно уже не делать. Главное – позитивный настрой!

Выбравшись из кровати, я не удержалась и выглянула в окно. И это было моей роковой ошибкой.

Зрелище во дворе корпуса убедительно доказывало – всякий раз, когда я думала, что уже ничему не удивлюсь, жестоко ошибалась.

Мне представлялись солдаты, что идут строем и выполняют всякие финты, которые умные люди называют «военно-строевая подготовка».

Реальность превзошла не только самые смелые, но и даже самые извращенные фантазии.

Вархар – без него утро не утро – с генеральским размахом командовал пятью… садовниками. Он орал так, что даже у меня закладывало уши. И жестикулировал как три регулировщика движения и два дирижера большого Оркестра вместе взятые.

Жилистые мрагулы в одинаковых зеленых робах подпрыгивали от каждого возгласа Вархара и метались по Академическому дворику как заполошные.

Малейшая задержка всерьез угрожала здоровью садовников. Посчитав, что его не расслышали, Вархар опасно приближался и принимался молотить руками перед самыми их лицами. И мрагулам ничего не оставалось, как только нервно дергаться, уклоняясь от карающей десницы начальника. Вархар не пытался задеть садовников. Но увернуться от сверхскоростной мельницы его рук мог либо ниндзя, либо супергерой из комиксов. Мрагулы немножко уступали обоим фантастическим персонажам в талантах, поэтому время от времени сдавленно ойкали и шарахались в сторону.

На раз-два каждый должен был добежать до указанного проректором куста. Заслышав «Поднажми-и!», отстричь поврежденные магнитной бурей ветки секаторами. А они были чуть ли не с человека величиной.

Если кто-то запинался, путал кусты или, хуже того, натыкался на товарища, Вархар разряжал в него всю обойму своего варварского юмора.

Послушав, куда и кому вставить ноги, руки или даже голову, я отпрянула от окна в надежде, что меня не засекли. И зачем тут вообще на что-то надеяться?

– Ольга-а! – кажется, зов Вархара донесся до всех пяти миров вокруг Академии. Не исключено, что и до соседних тоже. – Просыпайся и пошли завтракать!

Я тяжело вздохнула, понимая, что спокойный завтрак мне не грозит, да и день, видимо, тоже.

– Да куда ж ты пре-ешь! – без перехода громыхнул Вархар. – Я тебе сейчас копыта местами переставлю и глаза на задницу натяну. Может, хоть тогда научишься ходить в нужном направлении!

Что поразительно, фантазии проректора на тему замены частей тела или натягивания одной на другую, никогда не повторялись.

– Ольга-а! – новый крик лишил меня шанса немедленно юркнуть в ванную.

Я опять выглянула наружу, заметив, что из окон повысовывались студенческие головы и кончики носов преподавателей. Похоже, в их представлении это был верх тактичности и уважения к коллеге.

– Да отстаньте уже! – раздраженный возглас вырвался сам собой. – Я еще себя в порядок не привела.

– А-а-а… Да не вопрос! Я тут подожду! – Казалось, Вархара вообще ничем не пронять. – Для женщины важно привести себя в порядок. Умыться, помыть все свои места. Голову помыть, наконец.

На этом его фантазия иссякла. Но и первых перечислений хватило, чтобы у меня загорелись уши, студенты загоготали, а лекторы деликатно захрюкали в кулаки. И меня прорвало.

– Свои места помой, варвар невоспитанный!

Зря я это сказала. Ой, как зря!

– Хм… – Вархар вскинул голову так, что, казалось, шея у него резиновая и гнется под любым углом. – Приятно, что тебя это волнует. Не беспокойся, я очень гигиéнистый варвар. И все свои места мою регулярно. Даже не один раз в день.

Теперь у меня уже горели не только уши, а еще и лицо, и шея.

Студенты ржали как кони, преподы продолжали задорно похрюкивать, а садовники вдруг захихикали как гиены. Зоопарк, ей богу.

И посреди всего этого возвышался непробиваемый Вархар, как главный дрессировщик местной фауны.

– Тебе подробно объяснить, как и чего мою? Или поверишь на слово? – уточнил он, и я поняла – проректор не угрожает. Так, предупреждает.

– Нет, – пискнула я и спряталась в окне.

– Как скажешь, – спокойно гаркнул Вархар. – А вы чего вылупились? Чего зубы скалите? Смотрите, чтобы шальным камнем не выбило.

И почему я сразу догадалась – кто хозяин этого «шального камня»?

– Ща сюда вызову! Помогать будете, раз утром заняться нечем. Заодно и разомнетесь перед тем, как на занятиях задницу плющить! Чего прячетесь? Я всех запомнил еще пять минут назад. – И, чтобы никто не сомневался в прискорбности своей участи и памяти проректора, он поставленным лекторским голосом перечислил имена студентов. Чуть помедлил, словно наслаждаясь произведенным эффектом – учащиеся и впрямь разом затихли. Теперь из их окон доносилось лишь покаянное дыхание. – Так-то лучше, – похвалил Вархар. И не менее громко перечислил имена-фамилии и должности преподавателей. Хрюканье тоже вмиг прервалось. Как проректор узнал подчиненных по кончикам носов, для меня осталось загадкой. Только из окон полетели длинные извинения, вперемежку с испуганной икотой.