Арестант особых кровей

Глава 5

Тана

Мы договорились, что если в течение трех дней звезда Союза Найте Малейв устроит драку или еще как-то нарушит порядок, то я получу свободу не позже чем через две недели. Доброжелатель десять раз повторил, что устроить освобождение в такие короткие сроки невозможно, но я двадцать раз упомянула, что иначе и пальцем не пошевелю.

Выйдя из комнаты для посещений, я почувствовала отвращение к самой себе, но отвращение к таким, как Хальд и Марла, было больше. Никто меня не принуждает, и на совершение злодейства мне дано три дня. Найте, судя по всему, весьма далек от идеала моей юности, да и семья его настолько влиятельна, что серьезные неприятности ему вряд ли грозят. Так, подержат здесь, на Хессе, немного, заставят поковыряться в мусорке и сочтут, что воспитательный момент закончен. А вот у меня нет влиятельных родственников…

— Эй, рьяная мусорщица! — окликнула меня О-Тайла. — Перерыв объявили, а ты все копаешься. Думаешь, накинут баллов за такую самоотверженность?

Я обернулась и, посмотрев на апранку, вернулась в реальный мир.

— Блага, — ответила я и сняла маску. — В моей голове слишком много мыслей.

— Да, здесь есть, о чем подумать… Снимай перчатки и костюм, давай прогуляемся, глотнем сравнительно чистого воздуха.

Я не имела ничего против этого предложения; сняв защитные средства, я пошла за девушкой. Арестанты расселись на лавках и пили воду, заглушая голод: до обеда полтора часа. Но Найте среди них нет.

Может, его уже перевели в другое место, или он притворился больным? Тогда у меня просто не будет возможности навредить ему. Я снова окунулась в мысли; О-Тайла тактично не беспокоила меня разговорами. Мы дошли до кустов, где состоялось наше знакомство и, развернувшись, неторопливо побрели обратно.

Навстречу шел Найте.

Выглядел он лучше, чем вчера, но все равно сложно узнать в нем звезду. Он еще не потерял мышечную массу, но худоба уже была отчетливой. Скулы, и без того выделяющиеся на лице, обострились, губы превратились в бледную полоску, под глазами залегли тени. Разве что русые волосы, золотящиеся на свету, лежат хорошо – спасибо правильной стрижке. Впрочем, и они вскоре тоже потеряют вид.

Я разглядывала мужчину недолго, но и этого мне хватило, чтобы почувствовать себя нахальной фанаткой, да и глупое сердце, никак не желающее понять, что этот Найте – совсем не тот, каким я его себе когда-то представляла, билось неравнодушно быстро. О-Тайла же одним разглядыванием не ограничилась; улыбнувшись, она сказала ему:

— Блага. Хорошая сегодня погода, правда?

Я напряглась, ожидая грубого ответа, но Найте лишь кивнул и вполне благожелательно произнес:

— Да, неплохая.

— Неплохая – не то слово. Хорошая погода, — настояла на своем девушка, и под ее взглядом Найте оттаял. Улыбнувшись, он сказал ей:

— Ты очень красива.

— Знаю, — чуть покраснев, ответила О-Тайла.

— Берегите себя, девчонки, — сказал Найте, удостоив и меня взглядом, но не удостоив отдельным комплиментом.

— Моя подруга мастерски дает под зад, так что бояться нечего, — выдала апранка, и мне захотелось провалиться сквозь землю.

— Очень полезное умение, — ответил Найте и прошел мимо нас.

О-Тайла склонилась ко мне и шепнула:

— Он прелесть, правда?

— А вчера был не-прелестью.

— Ему просто плохо вчера было, вот и огрызнулся. А сегодня смотри, какой милашка! Не зря я за него болела! Ты, кстати, смотрела то шоу?

— Смотрела. Мне он показался заносчивым позером.

— Ну тебя, — нахмурилась О-Тайла, но только на секундочку; в следующее мгновение ее лицо снова осветилось. — Он совсем другим стал, ты заметила? Уже не мальчишка, а мужчина. Такой красавец!

— Красавец? Вот уж нет: нос острый, губы кривые, скулы выдаются, — перечислила я, хотя именно эти черты делают Найте особенным и выделяют из плеяды знаменитостей.

— Какие мы, оказывается, придирчивые!

— Не надо им восхищаться. Раз он здесь, значит, нарушил закон.

— Ах да, — протянула О-Тайла, — я и забыла уже, что ты полицейский. Но ведь и ты закон нарушила, так что нечего задирать нос и морализаторствовать.

— Ладно, не буду. Кстати, он прав, ты действительно очень красива: на тебя залипаешь, как на произведение искусства.

— Ах, сколько комплиментов, — грустно вздохнула О-Тайла. — Был бы еще от них прок…

— Моя мать считает, что красавицы могут получить от жизни все. Достаточно взмаха ресниц или улыбки, чтобы решить проблемы.

— Ну-ну. Что-то никто из всех этих зверенышей, — девушка указала на арестантов, сидящих на лавках, — не спешит мной очаровываться. Ни один за меня не заступился, когда началась травля. Я для них объект для издевательств и приставаний, кукла, на которую приятно поглазеть и с которой хочется поиграть. Будь я богатой и знаменитой, стала бы для них богиней, а так…

— Думаю, желания поиграть с тобой у них поубавилось, — протянула я, разминая руки.

— Защитница, — улыбнулась О-Тайла и потрепала меня за щеку.