Цена измены

Часть 17

***

Две недели прошли после моего возвращения из С., и все две недели наши отношения с мужем напоминали мину замедленного действия. Если разговоры, то коротко и по сути, в основном только о дочери и бытовых мелочах. Никита всем своим видом показывал, что ждёт объяснений, но свои мысли не озвучивал, лишь его пронзительный взгляд говорил о том, что он ничего не забыл, и так просто этого не оставит. А я решила залечь на дно, что ещё мне оставалось делать.

Первые несколько дней после приезда я, собрав всю свою волю в кулак, стойко игнорировала ноутбук, убрала его в самый дальний шкаф в надежде, что остыну, забуду и о самой поездке, и о том, что там произошло. Забуду о Глебе. Но каждую ночь он настойчиво продолжал мне сниться, и я, просыпаясь в холодном поту, больше не могла уснуть до самого рассвета. Это было мучительное состояние: чувство вины, стыда, злости, разочарования… Он не предложил мне остаться, я оказалась ему не нужна…

Может быть, были причины, и он просто не мог поступить иначе? Может быть, он женат? Да, скорее всего, так и есть. А я была настолько слепа, что не увидела очевидного. «Есть вещи, которые не зависят от нашего желания. Так быть должно, и это нужно просто принять, Софи. И есть люди, перед которыми мы в долгу, и которым мы просто не имеем права делать больно». Это были его слова, и сейчас они обрели для меня новый смысл.

Мимолётный роман, интрижка… Но так ли это? Я видела его взгляд, я чувствовала его прикосновения, они не могли лгать. Может быть, он тоже страдает, думает обо мне? А если вдруг…

Схватив ноутбук, я поскорее подключилась к интернету и ввела пароль своей соцсети. Пусто. Сообщений нет. Открыв его страницу, я увидела, что он ни разу не заходил с того дня… Я не нужна ему, он даже не попытался со мной связаться. Ему всё равно.

Накатило такое глубокое разочарование и отчаяние, что, обхватив голову руками, я рыдала целый час. Рыдала от жалости к себе, от того, что оказалась такой дурой. Мало того, что я подпустила его к своему телу, я разрешила ему проникнуть в мою душу. Я предала своего мужа, который был верен мне все эти годы. Я была зла на себя, мне было стыдно, но ещё больше меня злило то, что несмотря на всю горькую правду, на всё осознание действительности, я до сих пор не могла выкинуть Глеба из головы. Пока не могла.

Взяв из бара початую бутылку коньяка, я чуть ли не залпом осушила половину и немного позже, когда выпитое вязкой пеленой затуманило мой мозг, я пододвинула к себе ноутбук и высказала ему то, что накипело за эти дни. Всё, без утайки и прикрас. Я ругалась, поливала его на чём свет стоит, обвиняла, угрожала. Мне хотелось, чтобы он понял, как больно сделал мне своим равнодушием. Он даже не попытался удержать меня, найти… Я ради него поставила на карту всё, а он…

Я писала, писала и писала… а когда пришло время отправить свой монолог, нажала делет. Я не смогла.

***

Две недели спустя. Февраль.

Прошло ещё две недели, и я более-менее пришла в себя и попыталась возобновить отношения с мужем. Получалось фальшиво – и с его и с моей стороны. Но я старалась, честно старалась! Я так и не сказала ему, куда ездила и зачем. И кто этот мужчина с фото. Я просто не знала, что сказать. А он не мог проглотить и сделать вид, что этого никогда не было. Он что-то знал, но щадил меня, не высказывая вслух своих подозрений.

Мы не жили, а просто плыли по течению.

Естественно, я нашла время встретиться с Иркой, попыталась укорить ее в том, что она сломалась и выложила всё моему мужу.

— Знаешь что, дорогая, ты хоть и моя лучшая подруга, но в эти игры я не играю, прости. Я попыталась соврать Никите, но у меня не получилось. Я пыталась до тебя дозвониться и предупредить, но ты постоянно была недоступна. Я сказала ему правду, то, что знала, что ты уехала. Куда-то. Ведь я до сих пор не знаю, где ты была в те выходные. И с кем, — подруга с укоризной смотрела мне в глаза. — И, в конце концов, Никита имеет право знать правду, тебе не кажется?

Да, мне казалось. Я несколько недель зрела и собиралась с духом и твёрдо решила, что, как только Никита вернется из очередной командировки, я расскажу ему правду. А вернётся он сегодня вечером. Я отвезу Настю к маме и попытаюсь всё исправить. Я не смогу жить с этим грузом. Я расскажу про С. и про Глеба. Я не знала, чем это для меня чревато, не знала, простит ли он меня, уйдёт, но держать всё в себе я больше не могла. Хуже, чем сейчас, быть уже всё равно не может...

Так я и собиралась поступить. Я прокручивала в голове наши будущие диалоги, пока ехала к маме; думала о том, что скажу Никите, вполуха выслушивая от неё, какая я бледная и как сильно похудела; по пути домой я думала о том же самом. Я обязана была всё исправить! Он поймет и простит меня, ведь он так сильно меня любит. Если потребуется, я встану на колени, буду вымаливать прощение, пока его сердце не оттает. Я в отчаянии, и я готова на всё.

Дома, готовясь к встрече и переодеваясь в его любимое платье, я в который раз за последнюю неделю почувствовала себя плохо, у меня закружилась голова, и я впервые вспомнила о том, что забыла, когда в последний раз у меня были месячные. Кажется, это было на новый год или сразу после… Сейчас конец февраля, значит, больше месяца назад. Ещё бы не быть задержке — такое нервное напряжение выдержит не каждая! Это определенно связано. Я уже несколько лет пила противозачаточные таблетки и была уверена, что причиной задержки не может быть беременность. Но с другой стороны, организм всегда работал как часы, а тут сбой, да и к тому же, я не совсем была уверена, что… Смутная тревога запульсировала в мозгу. Нужно проверить. Просто, чтобы отсечь это бредовое предположение.

Отыскав в аптечке завалявшийся с прошлого года тест, я направилась с ним в ванную.

Мой мир перевернулся, когда буквально через несколько секунд на нём проявились две яркие полоски.