Бывшая любовница герцога

Глава 14

На следующий день Зина проснулась ближе к обеду. Проснулась, но вставать не стала. Она лежала, вспоминая всё произошедшее накануне - и ощущала, как на неё наваливается усталость и безнадёга. Что бы она ни делала в этом мире - всё оборачивается против неё! Какой смысл тогда пытаться что-либо делать? Лучше она останется здесь, в спальне - и просто дождётся, когда за ней придут, чтобы отправить её в монастырь или куда-нибудь ещё. Не хочет она участвовать во всём этом - не хочет, и не будет! Роман, который ей во время прочтения показался интересным и понравился, сейчас откровенно раздражал и пугал. Словно Зина попала в кошмар, из которого не выбраться. Чем она это заслужила, за что?

Её мысли переместились к главному герою. Хорош, и целуется неплохо, хотя Зине особо и сравнивать было не с кем. Но он - жених главной героини! И у них в финале должен быть хэппи-энд, "и жили они долго и счастливо" - если по-русски. При этом в романе главные герои оба были симпатичны Зине, и сейчас она испытывала такое чувство, словно целовалась с женихом подруги. Омерзительно, аморально, неправильно! Почему герцог так поступил? Понятное дело, что он пока еще не любит Милену, но ведь полюбит же! Зачем он создаёт такие проблемы? Они ведь расстались с Эженией, что ему еще от неё надо? Видимо, всё из-за того, что сюжет должен идти так, как задумано: и, если Эжения сама не вешается на герцога, то герцог будет приставать к Эжении - так или иначе, а их постоянно будут видеть вместе, и все попытки Зины обеспечить себе алиби, обречены на провал.

С такими невесёлыми думами Зина и провалялась весь остаток дня в постели. Обед и ужин ей приносили в комнату, Мила справлялась, не надо ли вызвать доктора, но Зина отмахивалась: врач тут вряд ли поможет. А на другой день произошло нечто, что заставило немного отступить охватившую Зину апатию.

Дана после завтрака постучалась к ней, и, получив разрешение войти, зашла и сообщила, что её желает видеть граф Даниятский. Раздумывала Зина около минуты, затем попросила девушку проводить графа в гостиную и сказала, что скоро спустится.

Так как Дана ушла заниматься гостем, а Мила где-то бегала, то Зина умылась и оделась самостоятельно: в конце концов, без корсета это было довольно легко. Признаться, мотивов увидеть графа у неё было несколько: во-первых, тот всегда умудрялся поднять Зине настроение - а это то, в чём девушка сейчас остро нуждалась, а во-вторых, граф мог послужить источником сплетен. Зине очень хотелось знать, что говорят в обществе относительно их с герцогом поцелуя. Самого поцелуя, впрочем, никто не видел - только их самих, стоявших рядом, растерянных и пытающихся отдышаться. Но догадаться о произошедшем было нетрудно. Так что знать, что болтают в обществе, Зине было необходимо.

Граф сидел в своей излюбленной позе - закинув ноги в сапогах на чистый пуфик, но в этот раз Зина даже не обратила на это внимания. При её появлении граф вскочил, коротко поклонился и вперил в неё внимательный взгляд.
- Миледи, вы сегодня очаровательны! - Произнёс мужчина явную лесть, ибо Зина была в домашнем платье, без косметики и с наскоро закрученными в узел волосами. Впрочем, при внешности Эжении, любой её вид можно назвать очаровательным.
- Чем обязана, граф? - сразу после приветствия спросила Зина.
- Да вот, до меня тут дошло, будто слухи о вашем расставании с известным нам обоим герцогом, несколько преувеличены. Зашёл из первых рук узнать, так ли это? - Граф улыбался, но глаза были серьёзными.
- Это не так. Нас с герцогом ничего не связывает, - твёрдо ответила Зина.
- Вот как, - протянул Леопольд, - чем же тогда объясняются ваши поцелуи по углам?

Зина вспыхнула.
- Простите, граф, но я не обязана перед вами отчитываться! Герцог помолвлен, так что между нами ничего нет и быть не может. И если сам герцог считает иначе - это исключительно его проблемы!
- Ого, - удивился граф Даниятский, - даже так? Ну, тогда у герцога удивительный талант делать собственные проблемы проблемами других людей...
- Точнее и не скажешь, - устало вздохнула Зина, присаживаясь на диван напротив гостя. Граф тоже сел - в то самое кресло, где сидел до этого. Некоторое время они молчали, при этом Зина раздумывала, как бы вытянуть из графа подробности того, что про неё говорят сейчас в свете, а граф разглядывал Зину с таким видом, словно решал какую-то сложную головоломку.
- Вы не поделитесь, что конкретно говорят?.. - начала Зина и одновременно с ней заговорил и Леопольд:
- Что вас тревожит, графиня? Я могу помочь?
Они переглянулись и улыбнулись, затем Зина сказала:
- Да вот это самое и тревожит. Что теперь обо мне говорят в свете?
- С каких пор вам до этого есть дело? - удивился граф.
- С тех пор, как от этого зависит моё финансовое состояние, - проворчала Зина-Эжения.
- Это как? - заинтересовался Даниятский.
Зина же окинула взглядом графа с головы до ног, особое внимание уделив его длинным, ниже плеч, светлым волосам. После чего загадочно и несколько коварно улыбнулась:
- Граф, вы же хотите поднять мне настроение?
- Больше всего на свете!
- И хотите узнать, что именно я имела в виду?
- Разумеется!
- Тогда пойдёмте со мной.
Заинтригованный граф без лишних вопросов поднялся и последовал за хозяйкой дома. Однако граф Даниятский не был бы собой, если бы не ввернул ехидно:
- Если мы идём в спальню, то должен сообщить, что мы прошли лестницу на второй этаж.
Зина на это лишь закатила глаза и распахнула перед графом дверь, ведущую в уже полностью обустроенный парикмахерский салон.
- Ммм... милый будуар, - отозвался граф, оглядываясь по сторонам и явно недоумевая, что он тут делает.
- Присаживайтесь, граф, - сказала Зина, отодвигая от одного из столиков кресло.
- Зачем? - подозрительно спросил герцог, покосившись на зеркало и лежащие на столике расчески и средства для ухода за волосами.
- Будем делать вам интересную причёску! - Бодро призналась Зина. - Сейчас это единственный способ поднять мне настроение, а вы уверяли, что желаете этого больше всего на свете.
- Графиня, - в замешательстве произнёс Даниятский, - я, конечно, не против почувствовать ваши пальчики в своих волосах, но как-то иначе себе представлял обстоятельства, при которых такое могло бы произойти. Может, не надо?
- Не бойтесь, граф! Смелость украшает мужчину! - подзадорила его Зина, на что граф оскорблённо вскинулся:
- Вы подозреваете меня в трусости?
- Ни в коей мере! - отозвалась Зина. - Иначе бы даже не подумала предложить что-то подобное. Я уверена, что вы храбрый человек, и не побоитесь рискнуть.

Пойманный в ловушку граф рассмеялся и всё-таки сел, а Зина приступила к тому, о чём мечтала еще с первой встречи с Даниятским: к созданию его причёски. Зина с первого же взгляда поняла, что миловидному графу не хватает некоторой брутальности в образе: он выглядел едва ли не ангелочком со своими правильными чертами лица, светлыми волосами и серыми глазами. Обычно граф собирал волосы в хвост или носил распущенными, но Зина своим профессиональным взглядом определила, какая прическа ему пойдёт больше. В итоге Зина сделала графу с левой стороны брейд-висок: три косички, которые начинались от височной доли, шли вдоль головы до середины уха, а потом свободно свисали вместе с остальными прядями волос. Для объёма Зина вплела в косички серую шелковую пряжу - предлагала красную, но граф заупрямился и сказал, что на такие эксперименты пока не готов. Когда Зина закончила, она дала графу полюбоваться своим новым образом.
- Ну, как? - спросила девушка, с любопытством ожидая реакции.
- Интересно, - разглядывая себя в зеркале, протянул Даниятский. - Я похож на пирата.
- Не хватает серьги в ухе, - согласилась Зина.
- Пожалуй, мне нравится, - развернулся к ней Леопольд и широко улыбнулся. - Но при чём тут ваше финансовое состояние?
- При том, что вам, как другу, я оказала услугу бесплатно, а остальные клиенты будут её оплачивать, - гордо произнесла Зина, а блондин нахмурился.
- Только не говорите, - начал медленно он, - что вы собираетесь собственноручно делать причёски леди и лордам? Вы понимаете, что это куда более неприлично, чем то, что о вас говорят сейчас?
- Успокойтесь, граф, - легкомысленно пожала плечами Зина, - я не буду делать прически сама - для этого у меня есть горничные. Для вас было сделано дружеское исключение.
- И я ценю это, - легко поклонился граф. - Что касается вашего вопроса, то вы и сами, наверняка, представляете, о чем говорят в свете. Вы теперь - разлучница, бесстыдница, а графиня Траутская - несчастная жертва.
- Надо же, - горько хмыкнула Зина. - Еще день назад они готовы были загрызть эту "несчастную жертву" - только за то, что она не местная.
- Обстоятельства изменились, - пожал плечами Леопольд.
- Граф, - начала Зина и замялась, - а я могу вас попросить об услуге? По-дружески.
- Я вас слушаю.
- Если вы согласитесь, то поможете мне восстановить репутацию. Пожалуйста, вы можете пустить слух, что мы с вами встречаемся?
Последние слова Зина выпалила, не глядя на графа - ей было неловко от такой просьбы. Граф же в ответ расхохотался:
- Обычно такие слухи только портят репутацию леди, о том, чтобы спасать её подобным образом, я до сих пор не слышал. Но зачем же ограничиваться слухами, миледи? Мы ведь можем и в самом деле...
- Нет! - Резко ответила Зина. - Простите, граф, но нет. Эту тему мы закрыли, и я не желаю к ней возвращаться. Я не буду вашей любовницей. Согласны помочь - спасибо, нет - ничего страшного, что-нибудь ещё придумаю. Но на этом - всё.

Граф Даниятский несколько мгновений рассматривал Зину с задумчивым интересом, после чего сказал:
- Для меня честь, миледи, что вы выбрали меня для помощи в столь деликатном деле. Я вас не подведу.
- Спасибо, милорд, - выдохнула Зина с облегчением.
- Должен же я отблагодарить вас за причёску, - тряхнул Леопольд своими косичками и улыбнулся.
- Вы по-прежнему можете собирать волосы в хвост, - сказала Зина, переключаясь на деловую волну, - так ваша причёска тоже будет интересно смотреться.

После ухода графа Даниятского, Зинину апатию как рукой сняло. Настроение было на высоте: Зина верила, что граф сможет должным образом пустить слухи - так что, скоро к ней начнётся паломничество из леди, желающих получить не только интересную причёску, но и свежие сплетни из первых рук.