Планета червей

Глава 13.

Дюгуть размеренно крутил педали большой телеги, куда был уложен весь нехитрый скарб их семьи, а Флэм усердно ему помогал. Калиле восседала за спиной мужа на тюках, придерживая корзины с цветами.

В первый оборот пути вся троица строила планы по возврату товара Флэма и всего, что, возможно, успел наменять Блаб. Самый верный аргумент высказал Дюгуть:

– Ты, парень, особо не задирай нос и в драку не лезь. А лучше спокойно и уверенно докажи, что товар твой. Ты же можешь рассказать, как отливается это стекло? Вот и открой пару приёмов, которые мало кому известны, если они не делали такого.

– Ну, стекло не отливают, а сначала варят, а потом выдувают, уважаемый Дюгуть, – с улыбкой возразил Флэм, и добавил, – Думаю, этого аргумента будет более, чем достаточно. Уж чего-чего, а стекла я выдул немало за свою молодую жизнь.

– Так значит дыхалка у тебя ого-го какая, раз выдувать стекло умеешь! – хохотнул Дюгуть и уже немного спокойно пробасил, - Видать, поэтому ты и не задохнулся от этого тумана, потому как много народу не смогло выжить, пропав в нём на стыке миров. Он же как вода, только в воздухе висит, и без маски, что влагу сдерживает, дышать ой как не просто. А я когда тебя из кустов выдирал вроде бы и не заметил маску на тебе.

– Да, как же не было на нём маски-то? – всплеснула руками Калиле. – Ты ж его, когда приволок, то я первым делом эту маску то и сняла с него, а тебе ещё сказала, что прям красавчика ты к нам принёс. Забыл, что ль?

Калиле звонко рассмеялась, а мужчины сдержанно улыбнулись, продолжая крутить педали телеги.

Разбивая на ночь палатку, Дюгуть предупредил Флэма:

– Если ночью по нужде захочешь, то толкни меня, чтоб я за тобой присмотрел. А то тут животина по ночам разная бродит. Но я нужных порошков уже в костре нажёг, дабы отпугнуть их подальше, когда огонь угаснет. Но ветерок то за ночь может раздуть этот запах. Потому старайся поаккуратнее даже сейчас далеко не отходить.

Для Флэма это была очень неприятная новость, тем более что однажды он слышал рассказ от ездока Чёдэса, как тот боролся с какой-то зверюгой в Полунгаре и еле ноги унёс.

– А у нас в Сальдаре только змей с пауками, да скорпионами боятся надо, – с напускной беззаботностью сказал юноша.

– Ну, тут края суровые и зверьё разное водится. Есть и увальни безобидные, что мхом да лягушками питаются. А есть и те, кто этих увальней пожирает.

Как-то не по себе стало Флэму, и он чуть усерднее стал вбивать каменные колышки палатки в почву.

– Вот что ты парнишку стращаешь всякой жутью? – включилась в беседу Калиле, и шутливо ткнула в бок мужа. - Рыкуны ближе к границе со льдами водятся, да все больше водных увальней пожирают. Так что, не сильно нервничай, - обратилась она уже к Флэму и похлопала его по плечу.

Но Флэма такое утешение не успокоило и он стал поглядывать с опаской в темноту вокруг горящего костра.

Дюгуть собрал все нагретые плоские камни, что были расставлены вокруг костра, и стал их укладывать поверх мха на дно палатки.

– А зачем так делать? – удивился Флэм.

– Да, ты что?! – встрепенулась Калиле, – Мы ж как на печке спать в тепле будем! Сейчас ещё мха наберём и сверху слой уложим. Вот тогда и на боковую можно!

– А я ещё часть углей от сланцев по кругу разнесу, да на камни положу, чтоб те дольше остывали. Может и на них отгоняющего порошка подсыплю, для успокоения, - пробасил Дюгуть и пошёл делать сказанное.

Калиле уложила ещё один слой мха на дно палатки и с улыбкой посмотрела на Флэма.

– Ты уж не серчай на мужа моего, – ласково глядя, тихо сказала она. – Он у меня с виду суров, да подтрунить над незнакомцами любит, а в душе он доверчивый да ласковый. И то, что он тебя зверьём стращает, не сильно-то слушай. Он ведь вас, сальдарцев, хилыми считает, оттого и подтрунивает над тобой и проверяет – испугался ты, иль нет. А ты, я смотрю, вроде смелый парень, – Калиле снова хохотнула, усаживаясь у костра, и добавила, – И красавчик прям на загляденье!

Флэм немного смутился от услышанного, но постарался не подать вида и спросил:

– Ну а Вы сами-то, этих рыкунов видели?

– Да, как же не видать? Видела! – снова хохотнула Калиле. – Одного даже как-то Дюгуть приволок. Огромный! Мяса его поели, да шкуру мне на накидку пустили. Когти у них здоровущие, да клыки не маленькие. Но Дю его своим ножищем полоснул по горлу, когда рыкун из засады прыгнул, вот и весь сказ.

Но для Флэма это была удивительнейшая история и он, округлив глаза, воскликнул:

– Что, прям одним ударом уложил?!

– Ну, не одним ударом, – раздался бас Дюгутя, который вернулся к костру, и кряхтя уселся рядом с женой. – Тот рыкун, видать, меня стерёг и в засаде ждал. Но я-то не дурак. По следам на траве увидел, что зверюга где-то рядом. Ведь трава, что недавно примята, не мерцает как обычно, и след чётко виден. Да и смердит рыкун так, что только если у тебя отродясь носа нет, ты его не учуешь. Вот тогда я сбоку подкрался, с подветренной стороны, скакнул ему на холку и ножик по самую рукоять в ухо вогнал. Но только рыкун меня сбросил и под себя успел подмять. А по росту он был с меня, или поменьше немного - здоровый, одним словом. Вот тогда-то по горлу я ему и полоснул со всей силы.

После этих слов, Дюгуть подбросил в костёр ещё пару сланцев и с улыбкой посмотрел на Флэма.

Тот сидел с широко распахнутыми глазами и даже рот приоткрыл от удивления.

– Я даже представить себе не могу этого зверя! – еле выдавил из себя Флэм, и добавил, - А если он с тебя ростом, Дюгуть, так в нём и силища наверно неимоверная?

– Ну, силища то в нём немалая, это так, – хохотнул мужчина. – Только вот ума немного, если я его перехитрить сумел.

– Ну, хватить пужать нас на ночь то! – сказала Калиле, зевая и потягиваясь. – Пора уж и спать ложиться, а то гнус уже налететь успел на костёр, и теперь искусают, кровопийцы звенящие.

В подтверждения свои слов, Калиле звонко шлепнула себя ладонью по щеке.