Предубеждение и гордость

Глава 14

Маша

- Вела меня от юга и до северааааа…
- Дорога по неведомым краяяяям…
- Менялся мир, чего в нем только не былоооо…
- А три реки…. впадаааали в океан!

Я почти сорвала голос в караоке, совершенно не думая о том, что он мне ещё понадобится завтра вечером, когда я снова выйду на работу. Сегодня я вообще не хотела ни о чем думать, я хотела расслабиться и насладиться компанией девчонок.
Мы собрались с Иркой и Люськой Сорокиной в небольшом заведении, где можно было и попеть и потанцевать, выпить шампанского и отвлечься от своих проблем. Я очень удивилась, как быстро меня развезло от игривого вина и в душе поселилась какая-то невероятная энергия и уверенность в себе. Я плавно двигалась на танцполе, качала бёдрами в такт музыке, выписывала руками пластичные движения, совершенно не обращая внимание, что на меня сейчас смотрят люди. Я была полностью свободна. Девчонки танцевали рядом со мной, в общей толпе таких же беззаботно отдыхающих. Когда мы уставали, мы возвращались за свой столик в зал, в котором можно было выпить, поесть и покричать в караоке.
В таких заведениях красиво и мелодично петь совсем не требовалось. Чтобы душа развернулась, а затем свернулась обратно, нужно было, как можно громче кричать какую-нибудь тоскливую женскую песню, вкладывая в неё всю печаль и накопившуюся драму.

- К единственному нежному… - выла в микрофон Сорокина, а я полностью погружалась своим пьяным сознанием в эту атмосферу и представляла, что это я сейчас бегу по полю снежному, скучая и тоскуя.

За соседним столиком сидела компания молодых ребят, любителей группы Любэ, они уже два раза пели «Батяня- комбат» и «Только мы с конем по полю идём». Обычно, мне резало ухо когда кто-то пел фальшиво, но сегодня мне было так хорошо, что я даже не обращала на это внимание.

- Ты сегодня такая весёлая, Маша! - громко сказала Ирка, пытаясь перекричать музыку.

Тем временем, ребята пошли на третий круг, может стоить сообщить им, что у Любэ есть другие песни?

- А ещё тебе очень идёт эта красная помада! Выглядишь, как на первом курсе! - подруга растянулась в довольной улыбке.
- Спасибо! Чувствую себя тоже, как на первом курсе! - ответила я, разливая по фужерам шампанское. За что выпьем?
- Давай за твою свадьбу! - предложила Люся.
- Ой, не надо, - я махнула рукой и поймала себя на мысли, что голова уже стала совсем хмельной.
- Почему? - удивилась Ира.
- Не хочу! - отрезала я, - Давайте лучше просто за любовь!
- Давайте!

Мы завизжали, чокнулась фужерами и осушили их до дна.

- Ты не показывала нам своё платье, какое купила, пышное? - спросила Ира, подцепив виноградинку с фруктовой тарелки.
- Сейчас покажу!

Я полезла в телефон, быстро свайпая в фотоальбоме в поисках нужных снимков. Они так быстро пролетали перед моими глазами, что сливались в одно большое яркое неразборчивое пятно.

- Вот, - я повернула экран к девчонкам, - атласное, обтягивающее.
- На ночную сорочку похоже, - хихикнула Сорокина и тут же встретилась с моим недобрым взглядом.
- Красиво, - сказала Ира и ткнула Люсю локтем в бок.

Ещё одна смешанная компания из парней и девчонок получила в руки микрофоны и из колонок послышались первые аккорды знакомого трека.
«Все без тебя не так, лечу к тебе словно комета…» - фальшиво доносилось из динамиков, это вогнало меня в печаль. Вот за это я и не люблю алкоголь, минуту назад тебе было жутко весело и ты радостно скакал на танцполе, а потом не успел оглянуться, как в пять утра плачешься на кухне подруге о своей тяжелой жизни.

- Я танцевать хочу! - проорала я, заглушая музыку.

Девчонки поднялись со своих мест, и в этот момент загорелся экран моего телефона, оповещая, что пришло сообщение от Антона.

«Ты скоро?»

Я собрала глаза в кучу и коротко ответила:
«Нет».
«Все в порядке?» - в ту же секунду пришло новое сообщение.
«Да», - напечатала я и побежала догонять подруг.

Я снова кружилась в пьяном танце, жадно впитывая в себя атмосферу веселья. Лучи стробоскопа скользили по моему телу, и я словно змея, вылезающая из корзины под дудочку факира, плавно двигалась заворожённая музыкой.

Затем мы снова пропускали по стаканчику и в какой-то момент я поняла, что меня топит дичайшая тоска. Захотелось разрыдаться, устроить драму с выяснением отношений, позвонить школьной подруге Тане, по которой я безумно скучала, снять эти натирающие лодочки и пройтись по мостовой босиком, поехать к реке, чтобы искупаться прямо в одежде и многое другое. Мое сознание подбрасывало мне все новые идеи, и каждая следующая пугала меня ещё больше предыдущей.

- Поехали шаурмы поедим, а!?- Ирка повисла на моем плече и уставилась на меня стеклянными глазами.
- А я хочу в Макдональдс! - сказала Сорокина.

Мы стояли посередине клубного туалета. Я пыталась рассмотреть себя в зеркало, но отражение плыло и не фокусировалось.

- Я домой поеду, - я шатнулась и облокотилась об стену.
- Нет, давай ещё немножко посидим, - Ира обняла меня и крепко сжала. Я услышала хруст своих костей, - Соколовская, я люблю тебя!

Мои ноги наливалась свинцом и я чувствовала, что теряю координацию, голова была совсем тяжелой и ватной. Я не могла сказать ничего внятного, потому что язык заплетался.

- Нет, нет… мне на воздух надо, я хочу домой, - отмахнулась я и валкой походкой направилась к выходу, придерживаясь рукой за стену.

Ощущение холодного кафеля под пальцами немного бодрило.
На улице было почти так же шумно как внутри, вокруг стояли мелкие группы людей, которые весело о чем-то болтали и курили, кто-то разговаривал по телефону, а чуть позади, справа от входа намечалась драка. В моей голове все так же вибрировала музыка с тяжелыми басами сабвуфера.
Я поправила джинсовые шорты и топ, и еле передвигаясь на ногах, поплелась в сторону парковочного кармана, где обычно дежурило несколько машин такси.
Свежий воздух меня немного отрезвлял, про себя я репетировала, как сейчас произнесу адрес. Оказавшись на заднем сиденье старенькой темной иномарки, я собралась с мыслями и стараясь не запнуться медленно произнесла:
- Х-х-хамовники.

Таксист молча кивнул мне и прибавил звук на магнитоле, я откинулась на сиденье, приоткрыла окно и смотрела как уличные фонари превращаются в одну яркую длинную линию. В машине играла какая-то знакомая старая песня, я не помнила, кто ее исполнял, но точно слышала ее раньше.

Прошу тебя только себе не лги
Ты пол меня, я пол тебя, но мы не целое
И не друзья и не враги
Я твой недостаток, ты Моя Вселенная!

Я грустно смотрела на ночную Москву. Ветер залетал в открытые окна и трепал мои волосы, принося с собой запахи гари и остывающего асфальта. Этот запах погружал меня в воспоминания, обычно так пахло каждое лето дома. Впервые за четыре года я скучала по дому, по школьным друзьям и нашему штабу, по грязным серым лужам на разбитых дорогах, по полю, на которое выходили окна моей спальни, по запаху полыни и раскалённого шифера.

- Извините, - я обратилась к таксисту, постучав по его плечу, - а мы можем в другое место поехать?

Водитель убавил громкость магнитолы и обернулся ко мне.

- Куда?
- В Капотню.

Мой язык заплетался. Какое смешное слово «капотня».

- Дорого будет, - он прищурился.
- Нормально, - отмахнулась я и опять откинулась на сиденье, закрыв глаза.

Мы ехали около часа, я потихоньку трезвела, вернее мне так казалось, но мой язык и мое тело по-прежнему плохо меня слушались. Переодически меня посещала мысль, зачем я вообще туда еду? Я не могла ответить себе на этот вопрос, но желание оказаться в Капотне прямо сейчас, было намного сильнее здравого смысла.

- Кажется где-то здесь, - сказала я таксисту, указывая рукой на высокий серый дом.

Он остановился у одного из подъездов, я вытащила из сумочки деньги и протянула водителю. Выходя из машины, я поняла насколько мое положение было плачевным, меня штормило из стороны в сторону, да с такой силой, что пришлось снять туфли, чтобы хоть как-то передвигаться.

- Может тебя проводить?

Таксис наблюдал за моими попытками устоять вертикально.

- Все отлично!

Мой язык заплетался об зубы, но с этой фразой я справилась и приступила к квесту «поднимись на четвёртый этаж и не убейся». Вокруг кружили вертолеты, но я уверенно карабкалась к цели, переодически роняя туфли. Наконец, оказавшись возле заветной красной двери, я нажала на кнопку звонка и в ту же секунду меня затрясло дикой дрожью. Я ведь даже не подумала, что он может быть не один, что мне делать, если в квартире сейчас Полина? Но за дверью была мёртвая тишина. Я позвонила ещё, на этот раз не убирая палец с кнопки. В идеальном молчании ночного подъезда пронзительно звучала трель дверного звонка. А потом послышались шаги и шорох, вперемешку с матюками. Дверь резко распахнулась и на пороге появился заспанный Зуев, одетый в одно трико.

- Офигеть! Ты что тут делаешь?!- он сонно моргал глазами и щурился от яркого света.

Недождавшись приглашения войти, я молча ввалилась внутрь, бросила свои туфли и сумку в угол и прошла мимо Лехи в гостиную. Мой чумной пьяный взгляд зацепился за расправленный диван и я тут же на него рухнула, пытаясь завернуться в одеяло. Постель была ещё совсем тёплая.
Зуев подозрительно тихо стоял и я приоткрыла глаза, чтобы попытаться его разглядеть, он стоял ошарашенный и растерянно на меня смотрел.

- Че надо? - Лёха резко прервал молчание.
- Мне не нравится твой тон, - вяло сказала я.
- А мне не нравится, что ты лежишь в моей кровати! - невозмутимо ответил Зуев.
- А раньше нравилось, - я улыбнулась и тут же встретилась с его колючими глазами.
- Время видела?
- Не бубни, тебе это не идёт, - я снова попыталась завернуться в одеяло, но получалось только перекатываться, как тюлень.
- Ты где так нажралась?

Лёха смотрел на меня с раздражением и брезгливостью и это меня очень расстраивало. Не знаю, что я ждала от сегодняшней встречи, но точно не этого.

- Давай-ка, дуй отсюда, - он подошёл к дивану и попытался потянуть меня за руку, но я тут же ее выдернула.
- Вышвырнешь меня за дверь? - с вызовом спросила я.

Лёха задумался и забегал глазами по сторонам.
- Позвоню твоему парню, если не хочешь уходить по хорошему, пусть сам забирает своё сокровище.

Я рассмеялась.
- И что ты ему скажешь? Как будешь объяснять, что я тут делаю?
- А это ты будешь объяснять, что ты тут делаешь! - вспыхнул Лёха.
- Не боишься потерять друга, если он обо всем узнаёт?
- Вообще не боюсь! Со мной нет никаких проблем, я тебя не трогаю, это ты набухалась и приехала ночью к «бывшему», а у тебя свадьба через месяц!

Лёха говорил очень жестко и я первый раз в жизни видела, как сильно он может на меня злиться.

- Зря ты думаешь, что я ему не позвоню! - он яростно на меня смотрел, растягиваясь слова.

Я поднялась с дивана и на заплетающихся ногах пошла в коридор за сумкой, Зуев молча за этим наблюдал.
Время поднимать ставки.

- Нашёл чем пугать, - хмыкнула я и извлекла из сумки свой мобильный, - я сама ему позвоню!

Если сейчас он меня не остановит, я буду выглядеть либо полной идиоткой, спасовавшей в последний момент, либо стану брошенной накануне свадьбы невестой.

- Очень хочется на это посмотреть! - Лёха облокотился об стену, скрестил руки на груди и с дурацкой ухмылкой не сводил с меня глаз.

Ставка не сыграла, пора выкручиваться, но в голову не приходило ни одной идеи, как красиво ретироваться.

- Зуев, перестань дуться и делать вид, что ты мне не рад, мы оба знаем, что это не так.

Лёха выпустил воздух из лёгких и повернул голову в сторону, а я воспользовавшись моментом, бросила телефон в сумочку.

- Давай пропустим момент, где ты злишься и строишь из себя неприступную статую, - коварно улыбалась я, - и сразу перейдём к сути.
- Вот как, - Лёха с интересом на меня смотрел, - я смотрю, ты сегодня в игривом настроении.
- Немножко, - я кокетливо ему подмигнула.
- Флиртуешь со мной? - Зуев многозначительно улыбнулся.
- Может быть.

Я пошатывалась на месте, раскачиваясь как маятник, а Лёха пялился на меня, не скрывая наглой усмешки.

- Слышишь звук? - он повернул голову на бок, чуть приподнимая ухо куда-то к потолку.
Я попыталась собрать всю оставшуюся концентрацию и внимательно прислушалась, но единственным звуком в комнате было эхо бегущих стрелок настенных часов.

- Не слышу, - серьезно сказала я.
- Ну как же? - удивился Лёша, - вот же он… тук..тук..тук… неужели не слышишь?

Я ещё раз навострила уши, но по-прежнему ничего не улавливала.

- Это тебе со дна стучат, Соколовская! - Зуев расплылся в злорадной улыбке, - Говорят, Машка совсем потеряла рамки приличия, ездит ночью пьяная по мужикам и неумело пытается флиртовать.

Я смотрела на Леху с обидой и болью, пристально и тревожно, а потом не выдержала и заплакала. Хуже пьяной женщины может быть только пьяная ревущая женщина. Видимо, мне показалось, что на сегодня я не достаточно унижена и оскорблена и ещё есть к чему стремиться.
Я развернулась к окну и смотрела в тёмную пустоту, роняя слёзы, а Лёха тихо стоял где-то за моей спиной. Ночь была мрачной и беззвёздной, от того на душе становилось ещё печальнее. Я хлюпала носом и глотала горькие горошины. Зачем я вообще сюда приехала? Выставила себя полным посмешищем, Лёха будет ликовать над этим до конца своих дней.

- Я вызову тебе такси, - Зуев говорил спокойнее, - не приезжай больше.
- Не могу обещать, - я вытерла слёзы и развернулась к нему.
- Вот чего тебе в жизни не хватает? Чего ты с жиру бесишься? - устало произнёс он.
- Тебя не хватает, - робко ответила я.
- Не говори так! - Лёха снова вспыхнул и я дёрнулась от неожиданности, - как ещё тебе объяснить, чтобы ты оставила меня в покое?
- Никак, - коротко сказала я.
- Зачем ты унижаешься?

Его слова были очень жестокими и больно ранили меня прямо в сердце, Зуев знал на что нужно давить, чтобы вывести меня из себя.

- Ты думаешь, завалишься ко мне посреди ночи, поплачешь, надавишь на жалость, и все снова станет по-твоему? Ничего подобного! Ты упустила свой поводок, питомец выбрался на волю!
- Что ты несёшь? - устало сказала я.
- Я знаю эти слёзы и почему ты плачешь! Возможно, ты даже этого не осознаешь, но ты ревешь по себе любимой, - Лёха гневно чеканил каждое слово, - тебе очень себя жалко, потому что больше ты не чувствуешь себя любимой, тебе же нужно чтобы я всю жизнь просидел у подножия памятника твоему эгоизму!
- Это не правда! - обиженно выпалила я.

- Хорошо, чего ты тогда от меня хочешь?- Зуев остановился перевести дыхание,- Только не неси этот бред про нашу святую дружбу! Зачем ты сюда приехала?

Я задумалась.
Я молча стояла напротив него и чувствовала, что трезвею, ко мне возвращались ясность сознания и четкость фокусировки, но нужные слова так и не находились. Мне казалось, я лечу в пропасть, судорожно цепляюсь в агонии руками и ногами за пустоту, но никак не могу ухватиться. Я понимала, что теряю его с каждой секундой.

- Долго думаешь, - злился Лёха, - вот об этом я тебе и говорил, ты просто привыкла, что…
- Да заткнись ты уже! - выпалила я, резким рывком схватила его за шею и притянула к себе.

От неожиданности он сначала растерялся, затем попытался отклониться, но я буквально впечаталась в его губы, впиваясь в них мертвой хваткой. Я сжимала его кожу с такой силой, что уверена, на ней останутся следы от моих ногтей. Лёша держал руки на моих запястьях, пытаясь отодвинуть меня назад и эта странная борьба длилась какое-то время, пока он не обмяк и не сдался. На мгновение он расслабился, а потом хищно впился в мои губы, кожу обожгло его горячее дыхание и сердце застучало втрое быстрее. В этом поцелуе не было ни капли нежности, Зуев жестко и властно прижимал меня к себе, лишая воздуха. Внезапно он отстранился, внимательно посмотрел на меня и в его зелёных глазах я увидела шальные дьявольские искры, а потом он снова накрыл меня страстным поцелуем. Лёша приподнял меня в воздухе и усадил на подоконник, вплотную прислонился ко мне и жадно целовал. Его руки блуждали по моему телу, он то гладил меня, то крепко сжимал, спускался вниз по шее к ключице, оставляя влажную дорожку от своих губ, меня обдавало жаром, я зарывалась пальцами в его волосы и прижималась к нему ещё ближе. Я хватала его за плечи, рвано дышала и теряла голову от выпитого алкоголя и нехватки воздуха. Я горела в его руках, кусала его губы, а Зуев не давал мне ни секунды, чтобы опомниться, впиваясь в меня ещё сильнее. Это было грязно, но притягательно, как будто демоны сидели не только в Леше, но и во мне.
В какой-то момент, я поняла, что готова перейти черту, и эта мысль больно стукнула по темечку, возвращая меня в адекватное состояние. Я стала понемногу отстраняться, но он как будто чувствовал, что я собираюсь пойти на попятную, целовал меня еще напористей и нависал надо мной, все крепче прислоняя меня к стеклу.

- Ччч… притормози, - я шептала в его приоткрытые губы, но он не останавливался.

Я ещё раз попыталась убрать от себя его руки, но Лёха так крепко сжимал меня в своих объятьях, что мне пришлось с силой надавить ему на грудь, чтобы выбраться.
Я резко спрыгнула с подоконника и отошла подальше, предвкушая, что сейчас станет неловко.

- Ты дикая какая-то, - Лёха тяжело дышал и его грудная клетка ходила ходуном, - губу мне прокусила.
- Извини, - тихо сказала я.

Повернув на него голову я заметила, что его нижняя губа и правда немного кровила, а на шее, спине и плечах были свежие красные следы от царапин.

Я хотела сгореть со стыда, провалиться под землю и покинуть эту планету. Что я наделала!? Теперь все стало ещё хуже, чем было, и к сожалению, уже никак нельзя откатиться назад, к предыдущей версии развития событий.
Я не могла смотреть Лехе в глаза, не знала, что ему сказать, как себя вести и что делать дальше? Паника укутывала меня своим покрывалом.

- Наконец-то что-то новенькое! - колко произнес Зуев, - что теперь? Ко мне переедешь или вернёшься под бочок к рогатому жениху?

Лёха снова включил режим клоуна, плохой знак. Но хорошо, что он начал этот разговор первым.

- Ну что молчишь?, - он пристально смотрел мне в глаза, а я тянула с ответом.
- Я люблю тебя, Маша, - Лёха вдруг сделался серьёзным, - поэтому либо оставайся, либо проваливай навсегда, чтобы не разбивать мне сердце…Останешься?

Зуев глядел на меня с какой-то нежной подростковой надеждой, а во мне бушевал пожар сожаления, ведь мне опять предстояло очередной раз сделать ему больно.
Я коротко беззвучно помотала головой и Лёха сразу понял, что это значит, он просто спокойно молча кивнул в ответ и отвернулся. Он всегда умел принимать удары мужественно и без истерик.

Я собрала свои вещи и вызвала такси, будет лучше подождать его на улице. Проходя мимо старого зеркала, я ужаснулась насколько отвратительно я сейчас выглядела: размазанная, заплаканная, помятая, с колтунами в волосах и следами съеденной красной помады по всему лицу. Зато я полностью протрезвела и с каждой секундой, понимание произошедшего давило на меня сверху все сильней.
Лёха вышел меня проводить в коридор. Я хотела напоследок махнуть ему рукой, но почему то потянулась обняться, от чего чувство неловкости возросло в разы.

- А знаешь, что, Соколовская? - Зуев легонько стукнул кулаком по моему плечу, - Пусть будет по-твоему! Че это я артачусь? Давай будем друзьями!

Лёха саркастично хлопнул в ладоши и радостно, но довольно сильно, потрепал меня по голове, ещё больше запутывая мои волосы.

- Да, братан? Будем дружить? - засмеялся он, - как-нибудь надо тяпнуть по пивку! Или что ты там сегодня пила?

Я не стала надевать туфли, тихо развернулась и вышла из квартиры, так и не сказав ему ни слова.
В такси меня пробил озноб, я тряслась мелкий дрожью и стучала зубами. Первые лучи солнца вставали над домами, я смотрела в окно и мечтала ехать и ехать куда-нибудь подальше от этой реальности, не возвращаясь к своим проблемам. Мне так не хотелось домой, поэтому я ещё около часа просидела около подъезда. Вот как я сейчас зайду в квартиру, что я скажу Антону? Нужно признаться или молчать? Меня же сожрет чувство вины и ненависти к себе, если я ничего не расскажу! Нужно обязательно сказать ему правду!

Войдя в квартиру, меня встречала только тишина и полумрак. Антон сладко сопел на подушке, совершенно не представляя, что я предательница и падшая женщина. Я не стала его будить и сразу же отправилась в ванну, смывать с себя эту грязь. Я сильно терла тело мочалкой, пытаясь избавиться от чужого запаха и воспоминаний о поцелуях, сидела в холодной воде и презирала себя за то, какая я сволочь и гадина.