Хроники Древмира: Падение магов

Глава 7

Ни Витя, ни Глеб никогда не расскажут, каков был приём любящих родителей, после их суточного путешествия, даже друг другу. Но в том, что домашние не остались равнодушны к их поступку, сомнений не возникало: Правов на следующий день мог сидеть только на краешке стула и каждый раз стискивал зубы, когда выбирал неверное расстояние, а сидевший на соседнем ряду Вертюхин полыхал всеми оттенками красного увеличившимися ушами.

Настоящую причину их двухдневного отсутствия хотели узнать не только одноклассники, но и учителя. Однако герои слухов были немногословны и мрачны, что несколько снизило интерес окружающих. Решив, что рано или поздно Витя или Глеб сами расскажут, каково сбежать из дома, одноклассники отстали от них. Учителя потеряли интерес ещё раньше, потому что начали обсуждать новую серию популярного сериала, к тому же отец Глеба уже поговорил с завучем.

- К тебе или ко мне? Если что, кассета у меня, - поинтересовался повеселевший Витя, когда класс опустел, а дежурные ушли набирать воду. За сегодняшний день его ни разу не вызвали к доске, поэтому повод для радости у него был существенный.

Глеб нахмурился и красноречиво посмотрел на его уши.

- Ой, вот не надо этого, - Витя понял его без слов и ободряюще похлопал по плечу. - Тебе вообще, что ли разговаривать нельзя?

- Они считают, что это ты меня подбил.

- Правда? - Вертюхин изобразил крайнюю степень удивления. - А мне кажется, что это был ты.

Глеб сдался и одним махом сгрёб учебники и тетрадки в портфель. Он осознавал, кто виноват, но не хотел, чтобы ему об этом напоминали. Портфель раздуло, поэтому пришлось потратить время на утрамбовку содержимого.

Идти было решено к Вите. Спустившись на первый этаж, они смешались с радостно галдящей толпой школьников всех возрастов и вышли за школьные ворота, около которых развязалась нешуточная снежная баталия. Кто кого и за что здесь было совершенно не понятно, но намётанный взгляд любителя классических детективов без труда определил зачинщиков. Участникам битвы не хватало снарядов, поэтому соревнование за обладание снегом было более захватывающим, чем сама перестрелка.

Глеб с неудовольствием отметил про себя, что зима дома и в Древмире разительно отличается свой непостоянностью, похоже, страшилки географички о разрушительном вмешательстве человечества в климат планеты были правдой.

Воспоминание о другом мире, где, по словам Тара, маги добились от природы строгого соблюдения графиков очерёдности, расстроило его, поэтому довольный вид Вити, успевшего незаметно запустить два снежка и подогреть тем самым накал битвы, вызвал злость. Вот уж кто мог составить конкуренцию раздражающей улыбке Боремира. Так сказать, отечественный производитель.

- Витька, вот чего ты лыбишься?

Вертюхин настолько растерялся от этого вопроса, что споткнулся на ровном месте.

- Эй, после вчерашнего, единственное, к чему ты нашёл прицепиться, это моё лицо? Хотя да, понимаю твою чёрную зависть, я ведь обояшка, - Витя помахал проходившим мимо знакомым девчонкам из параллельного класса, явно воображая себя похитителем женских сердец. Те задрали носы и ушли в сторону ближайшего магазина одежды. Неудачливый донжуан невозмутимо продолжил: - Видишь? Весь мой улов распугал своей унылой рожей! Ну-ка, покажи свои тридцать два!

Глеб слабо улыбнулся, неожиданно поняв, что никогда не считал, сколько у него зубов. Однако великие дела не ждали, поэтому он, нахмурившись, напомнил:

- Я как раз это и имел в виду. Там полная, сам знаешь что, а ты улыбаешься, как ни в чём не бывало.

Древмир оставил после себя неизгладимые впечатления, которые вновь и вновь всплывали в голове и мешали спать. Второй причиной бессонницы была ноющая боль чуть ниже спины. Получить ремня в тринадцать лет, причём ремня армейского, бережно хранимого отцом на специальной полочке в шкафу, позорно и обидно. Глеб же не просто так сбежал из дома, а во имя мира во всём Древмире! Ну, по крайней мере в отдельно взятой стране магов.

Именно поэтому беспечно улыбающийся Вертюхин вызывал раздражение: ни странности с мечом Остра, ни собственное поведение в стычке с орками его ничуть не беспокоили. К раздражению добавилась зависть.

- Блин, я завидую, - незаметно для себя, вслух сказал Глеб. Это были лишние слова, но на них решили ответить.

- Знаешь, жизнь такая сложная штука... - Витя умолк, вспомнив истерику матери, где его в сердцах сравнили с бросившим отцом, завывания младшего брата, с которым он не сыграл в солдатики. Отогнав неприятное воспоминание, он продолжил: - Если я что-то понял в ней, то это то, что если много заморачиваться и ходить с кислой миной, как у тебя, я только зря потрачу время!

Когда впечатлённый мудростью Глеб посмотрел на него удивлёнными глазами, Витя решил сбавить серьёзность: - Ведь столько игр не сыграно, столько фильмов не просмотрено...Так что хоть на минуту подумай о чём-то другом.

Думать о чём-то другом у Глеба не получилось. Вчера были получены первые боевые раны, но никто не отменял планы освобождения Магнии. И планы эти были наполеоновскими: шутка ли, спасти целую страну. Другие герои начинали с шайки разбойников или освобождения принцесс из башен, а им сразу выпала высшая сложность, которая на самом деле имела очень простое решение, и сегодня они донесут его до главного исполнителя: мага редчайших способностей Таринамуса Лесотёмного.

- Странно, - Витя резко оглянулся назад, рискуя свалиться, - что-то Дашку не видно. То дырки в спине сверлит и записками забрасывает, то исчезает.

- Поди надулась, как всегда.

- Я вот о чём подумал. Мы идём за Таром, так?