Сердце моё в ладонях твоих

Глава 3. Внезапные открытия

Для удобства Нейра устроилась в кабинете Давенхила. Здесь он хранил не только все свои документы, но и все записи об исследованиях. Её первоначальный энтузиазм по поводу доступа к его магическим исследованиям несколько померк, когда она обнаружила, что большая их часть в значительной степени опиралась на магию крови. Даже если бы она прожила всю свою жизнь в Челии, то никогда бы не запятнала память своего отца, связавшись с демонами, так что вместо этого Нейра взялась работать над ситуацией в целом. Первой проблемой была Паванна.

Самая большая проблема заключалась в том, что ученичество в империи оказалось запутанной многоступенчатой сделкой. Маг-претендент делал «подарок» (хотя Нейра назвала бы это просто «взяткой» магистру, и если магистр принимал подношение, он брал этого человека в ученики на несколько лет, которые могли растянуться от пары сезонов до почти всей жизни, в зависимости от договорённости. В течение этого периода существовал ряд официальных поводов, когда ученик должен был подносить магистру новые и новые подарки. Взамен магистр не только раскрывал ему свои тайны, но и помогал обрести политическую стабильность. Чем выше стоял ученик в социальной иерархии в итоге, тем более престижным это было для магистра.

Как и всё остальное в Челии весь этот процесс доставил Нейре кучу головной боли. Было неясно, унаследовала ли она ученичество Паванны, но закон Империи ясно давал понять, что эта договорённость не могла быть разорвана, если только она не собиралась вернуть все дары, полученные за прошедшие годы. Пока Нейра не могла найти точную перепись всего, что Паванна передала Давенхилу, она застряла с ней на борту. И она бы также не стала спрашивать об этом Паванну: слишком велика была вероятность, что ученица «случайно» забудет тот или иной предмет, а затем потащит наставницу в суд за несоблюдение договора.

Нейра вздохнула и потёрла затылок. От долгого сидения за столом и копошения в бумагах ей стало дурно. Она откинулась на спинку кресла и оглядела комнату.

Сандро неподвижно сидел у двери. Острые края его чёрных доспехов поблёскивали в свете магических огней, освещавших кабинет. Он смотрел прямо перед собой, очевидно, играя в гляделки со стеной. В ту первую ночь в тусклом свете спальни, когда он был полуголым и уязвимым, Нейра почувствовала странное желание защитить эльфа и оградить от всех проблем. Однако на следующий день…

На следующий день Садор настоял на том, чтобы представить ей всех рабов. Он показал ей кухню и объяснил, какие блюда может приготовить каждая рабыня. От этих рассказов у Нейры в самом деле потекли слюнки. Затем он выстроил уборщиков, указывая на каждого по очереди, перечислил все их недостатки, но подводя итоги сказал, что под его твёрдой рукой они будут выполнять свою работу должным образом («Иначе»… - эхом прозвучал у Нейры в голове его голос). И наконец… Наконец! – сказал он с чем-то похожим на ликование – призовой экспонат коллекции во дворе, где он собрал всех домашних и устроил демонстрацию.

К её шоку во дворе был не кто иной, как Сандро, окружённый, должно быть, двумя дюжинами солдат Давенхила – ну а теперь, её солдат. Эльф был облачён в странного вида чёрные доспехи, за спиной его висел меч, который, по мнению Нейры, был слишком велик, чтобы он сумел его хотя бы приподнять. Он не смотрел на госпожу, и по сигналу Садора солдаты бросились на него, на ходу обнажая оружие.

То, что произошло дальше, возможно, было самым поразительным проявлением боевого мастерства, которое Нейра когда-либо видела за всю свою жизнь. Татуировки на груди эльфа вспыхнули, и он начал двигаться, скручиваться, блокировать и уничтожать солдат по одному. Каждое его движение, плавное и отработанное, заставило бы лучших бойцов которых знала Нейра выглядеть уморительно неуклюжими по сравнению с ним. А Нейра жила среди людей, которые умели за себя постоять.

У неё перехватило дыхание, когда она наблюдала за ним, и Нейра мельком отметила мрачную напряжённость на его лице. Он не убивал никого из противников (вероятно, ему было приказано не делать этого), но он эффективно выводил их из строя. Количество солдат неуклонно сокращалось: до десяти, до шести, до трёх… Тем не менее, движения Сандро стали только более точными и ещё более опасными. Он остался стоять один, когда это случилось… Его рука замерцала серебром и беззвучно прошла через грудную клетку последнего солдата.

Садор издал крик удивления. Солдат – леденящий кровь крик ужаса, и забился в конвульсиях вокруг руки Сандро. Нейра смотрела в непонимании долгое, томительное мгновение, прежде чем приступ отчаяния заставил её наклониться вперёд и закричать твёрдое:

- Нет!

Сандро убрал руку и впервые с начала боя поднял на неё взгляд. Выражение его лица было непроницаемым, но он стоял неподвижно, чего-то ожидая от неё. Нейра не была уверена, чего. Солдат рухнул на землю, хватая ртом воздух, и двое его товарищей тут же бросились к нему на помощь.

- Простите, госпожа, он не должен был этого делать, - торопливо залепетал Садор. – Если быть точным – ему было строго запрещено! Если вы хотите наказать его, то можете сделать это прямо сейчас.

Садор достал дисциплинарный кнут. Сандро, казалось, выпрямился при виде этого орудия, но его глаза всё ещё горели, когда он наблюдал за Нейрой, ожидая, что она сделает. Он вёл себя вызывающе – внезапно осознала Нейра.

- Он всегда был своевольным, - продолжил Садор, протягивая ей кнут. – Даже у лорда Давенхила были трудности с его «маленьким волком». Вы, безусловно, добрая женщина, я вижу, и несомненно, это идёт вразрез с вашим… воспитанием. Но поверьте мне, что вы оказали бы этому зверёнышу большую услугу, госпожа, - он бросил на Сандро гневный взгляд.

- Что это было? – спросила Нейра, подходя к эльфу.

- Простите, госпожа? – Садор поспешил за ней.

Она опустилась на колени рядом с солдатом и наложила на него лёгкое исцеляющее заклинание.

- То, что он сделал в конце, - пояснила Нейра. – Что это было?