Зависимость

Глава 23

Нина возвратилась домой, полная смешанных чувств. С одной стороны в ней всё кипело от ярости, гнева и обиды, а с другой — ей казалось, что она сейчас сама упускает нечто важное в жизни, стоит на краю пропасти, к которой сама себя подвела. “В чем истина?” — без конца прокручивала в голове этот вопрос, вспоминая недавний, но такой далекий разговор с человеком, который успел стать ей ближе всех в этом жестоком мире. “Истина в том, чтобы быть счастливым” — отвечала девушка сама себе. “Но только вот просто так достичь счастья нельзя. Нужно учиться быть счастливым. Учиться распознавать счастье. Учиться его не оттолкнуть”. А Нина не умела.

Детство и юность девушки прошли в страданиях и горечи. Несчастная мать, бесконечные предательства отца, которые довели ее до смерти, ненавистная мачеха… Нина была абсолютно одна в этом мире. Имея каких-никаких родственников и друзей, девушка чувствовала, как за ее спиной постоянно восседает одиночество, караулит её, чтобы в один прекрасный момент, когда Нина вдруг решит, что оно ей точно не грозит, потянуть ее сзади за воротник и задушить… Периодически Нина чувствовала приступы удушья от подступающего внезапно отчаяния.

И вот она встретила Его. Такого разбитого, ужасно одинокого и потерявшего, казалось, всё. Утратившего веру в людей, себя и в мир в целом. Нина в нем узнала себя. Он был будто ее зеркалом, только отчего-то не боявшимся показаться слабым, уязвимым, разбитым. А она всегда стеснялась своей беспомощности и душевных ран, предпочитая прятать их где-то в сердце. Глубоко-глубоко.

Мужчина находил себя в стакане с виски, а Нина уже давно оставила попытки найти себя хоть в чем-то. А этот человек, сам того не зная, вселил в нее желание жить. Творить. Любить. Наслаждаться каждой минутой. Когда она увидела Его, фактически сгнивающего заживо за барной стойкой, то поняла, что это может ждать и ее, если она не справится со страхами и не постарается залечить душевные раны.

Когда Нина говорила с ним, пытаясь наставить на путь истинный, когда старалась вселить в него надежду, когда на собственных плечах вытаскивала из засывающей трясины, тогда она спасалась сама. Поняла это, конечно, не сразу, а намного позже. Тогда, когда сама его оттолкнула.

Влюбилась она в него еще летом. Тогда, когда устроила скандал в ресторане. Именно в тот вечер Нине стало ясно, что ей больно оттого, что он с собой творит. Она почувствовала, что неравнодушна к нему, хотя еще не понимала, почему.

Дэн, который ухаживал за Ниной еще с самых первых дней ее работы в баре, стал своеобразным побегом от чувств к мужчине, который был старше ее. “Отношения с разницей в возрасте губительны” — думала она, вспоминая пример мамы. “Он будет “молодеть” засчет моей энергии, а я — увядать. Он получит, что хочет, а сам сбежит к другой, более молодой. А я останусь одна. Старая, разбитая и никому ненужная”. Тогда и было решено дать Дэну шанс, за который юноша сразу ухватился. Он был хоть и достаточно глупым, но ухаживал за Ниной очень романтично. Кино, конфеты, подарки, прогулки под луной… Но всё это было не то. Девушка пыталась себя обмануть, заставить себя влюбиться в Дэна. Но разве можно приказать себе кого-то полюбить?

Однажды она поделилась с ним, что ищет для съема недорогую квартиру. Или комнатушку. Главное, чтобы поскорее съехать от мачехи. Дэн ответил:

— Ну, Слава Богу! А я не знал, как предложить…

— Предложить что?

— Переехать ко мне… Ну, понимаешь, — замялся парень, нервно водя кроссовком по асфальту, — мы встречаемся почти каждый день и полдня проводим вместе. Иногда мне хочется, чтобы ты осталось со мной до предела.

— А разве есть какой-то предел? — оттягивая как можно на более долгий срок то, что Дэн собирался Нине сказать, задала она философский вопрос (прямо копия отца!).

— Ну не знаю… — недоумевающе посмотрел на девушку простой парень. — Если есть предел, то мне и этого мало будет. Так что иногда мне хочется, чтобы ты была со мной до бесконечности, Нина…

—…

— Извини… Наверно, я зря всё это начал. Просто хотел предложить тебе переехать ко мне. Тогда бы и твой вопрос с квартирным вопросом решился, да и наши отношения бы перешли на другой уровень.

— Но ведь это такой ответственный шаг, Дэн!

— Понимаю… Считай, что я просто предлагаю тебе помощь и не обязываю ни к чему. Ладно? — с сожалением и растерянностью в интонации проговорил парень.

— А я могу подумать немного? Ты так всё неожиданно обрушил на меня…

— Конечно, Нина. Думай.

Девушка долго колебалась, взвешивая все “за” и “против” такого поступка. С одной стороны, вопрос с жильем сразу отпадет и она сможет более спокойно откладывать деньги на другие нужды, подкопит, возможно, даже. А с другой стороны… Жить под одной крышей с нелюбимым, да еще и притворяться любящей девушкой — это будто было выше её сил.

Решение Нина приняла сразу после того, как они с ее другом-финансистом чуть не поцеловались… Фактически, поцеловались, просто Нина струсила, испугавшись своих чувств и последствий, и сбежала. Тогда она решила: если не хочет с головой утонуть в запретной, как ей казалось, любви, если не желает стать зависимой от этого мужчины, нужно срочно переезжать к Дэну. Это и укрытие, и спасение.

Но вот он снова стал мелькать у нее перед глазами. Будто преследовал. Приходил даже во снах. Как же можно забыть, заблокировать в сознании человека, если он постоянно рядом? Нина до сих пор старалась бороться с эмоциями, но с каждым разом сил становилось меньше. Дэн ужасно ее раздражал. Своей медлительностью, глупостью, простотой. Но особенно тем, что он действительно в нее влюбился. И от этого хотел контролировать каждый шаг. Особенно парня раздражало так или иначе присутствие мужчины из бара в жизни любимой девушки.