Мои демоны-хранители

Глава четвертая.

На этот раз, мелкая проснулась первой: заворочалась, толкнула локтем мне под ребра и тихонечко откатилась в сторону. Боку, к которому она до этого прижималась, тут же стало прохладно.

Открыла глаза, сонно поморгала на серый кусочек неба, виднеющийся между древесных крон, и расстроено застонала: погода явно испортилась, так что вполне возможно вскоре зарядит дождь.

«Ну, замечательно!» - уже даже не в силах злиться на возникшую ситуацию, подумала я, - «Что нам не хватает для полного счастья? Конечно же, промокнуть до нитки и окончательно продрогнуть!»

Кажется, кто-то там свыше решил испытать на прочность не только мои нервы, но и тело. Могу поспорить: он неплохо развлекается, наблюдая за моими злоключениями, только вот, такими темпами - представлению скоро придет печальный конец.

Перекатилась набок, чувствуя неприятную, тянущую боль в пояснице и отыскала взглядом малышку. Та сидела неподалеку, задумчиво вертя в руках лопух с завернутыми в него остатками (ну, или останками) кроло-крыса. При мысли о еде, накатила тошнота: аппетита не было, да и общая разбитость организма явно говорила о том, что ночевки на холодной земле не прошли для меня даром.

- Эй, ребенок! - охрипшим голосом позвала я, и когда девочка обратила на меня взгляд, продолжила: - Нам пора идти дальше. И выброси, пожалуйста, эту гадость.

Лопух с моим вчерашним ужином полетел в кусты – значит, хоть что-то из того что я говорю, мелкая каким-то образом понимает. Что ж, это уже легче: сил на очередные пантомимы попросту не было.

На ноги я поднялась с таким оханьем и кряхтеньем, словно мне было не двадцать девять, а сто двадцать девять лет. Голова немного кружилась и пульсировала в районе висков, отдавая в затылок. Горло саднило, хотя пока еще и не так сильно, зато в носу зудело, обещая скорый насморк. А ведь у меня с собой даже антибиотиков нет! Интересно, как долго я протяну, шатаясь по лесу с высокой температурой?

«Так, без паники!» - мысленно приказала я себе, осторожно наклоняясь над водопадиком и зачерпывая горсти ледяной воды, чтобы напиться и умыться. Меня повело в сторону, и я едва не рухнула в озерцо, но вовремя оперлась ладонью о склизкий покрытый мхом камень. Сердце тяжело бухало в груди, а перед глазами заплясали темные пятна. Ох, елочки, не хватало мне еще в обморок грохнуться!

На дрожащих ногах отошла подальше от воды и прикрыла глаза, стараясь дышать глубоко и ровно. Почти сразу же почувствовала, как за мою руку ухватилась маленькая горячая ручка мелкой.

- Сейчас… пойдем. – С трудом ворочая языком, пробормотала я, вопреки собственным словам, вновь опускаясь на траву, - Сейчас…

В ушах зашумело, и я, ощутив какую-то странную невесомость, провалилась в темноту.

Очнулась от того, что меня хлопают по щеке. С трудом разлепив веки, разглядела перед собой размытое белое пятно, которое постепенно сформировалось в обеспокоенное лицо малышки. Увидев, что я очнулась, она попыталась запихнуть мне в рот какой-то толстый зеленый стебелек, а при моей попытке увернуться, нахмурившись, удвоила усилия. Так что, пришлось прожевать что-то терпко-кислое, волокнистое, отдаленно напоминающее по вкусу черешок ревеня. Проглотить получилось с трудом, да и то, после этого я закашлялась, чувствуя, как отдает в груди легкой болью. Кости неприятно крутило, как бывает при ознобе, хотя лоб и щеки, кажется, пылали нестерпимым жаром, да таким, что чудилось – еще немного, и у меня лопнут глаза.

Последним, что я запомнила перед тем, как вновь забыться в тяжелом болезненным беспамятстве, была малышка, привычно прижимающаяся к моему боку.

«Заразиться ведь» - успела промелькнуть вялая мысль.

Процедура с похлопываниями по щекам и попытками накормить меня кислым стеблем продолжалась еще несколько раз. Я покорно жевала жесткое растение, постепенно, с некоторым радостным удивлением отмечая, что мне понемногу становиться лучше. Не так, чтобы я прямо сейчас бодро вскочила на ноги готовая к любым свершениям, но судя по ощущениям: жар определенно спал.

Несмотря на то, что тело все еще чувствовало ужасную слабость, а приступы кашля и вовсе почти заставляли задыхаться, я ощутила, что уже вполне способна садиться и даже самостоятельно доползти до воды.

Мелкая все время сидела рядышком тихая как мышка, глядя на меня большими печальными глазами. Не знаю уж, что такое она мне давала, но это определенно помогло сбить температуру, так что я даже представить себе боюсь, что бы со мной случилось без ее своевременной помощи. Определенно, мне повезло в том, что я ее встретила и что она, по каким-то непонятным причинам ко мне привязалась. Даже в том, что малышка не человек я теперь находила свои преимущества: тут тебе и защитник, и добытчик, да и молчаливая моральная поддержка как-никак. А еще неплохая грелка, между прочим… в общем – одни плюсы.

Ближе к вечеру, ветер заметно усилился, и начал накрапывать мелкий противный дождик, так что мной было принято решение перебраться поближе к деревьям, чтобы хоть как-то укрыться от пока еще слабого дождя.

Перед тем, как мы покинули полянку с озерцом, я внезапно почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.

Серьезно, всегда искренне полагала, что физически чей-то взгляд ощутить невозможно, но сейчас - я руку свою готова была отдать на съедение, - за нами явно кто-то наблюдал. К моему ознобу добавились противные мурашки, а сердце, екнув, участило свой темп.

Повертела головой, пытаясь разглядеть в стремительно сгущающихся сумерках того, кто за нами подглядывал, но к счастью или нет, никого не увидела.

- Малышка, - шепотом обратилась я к девочке, - ты ничего не чувствуешь?