Воровка сердца

10

- А следующий наш лот, - завлекал ведущий, растягивая гласные, и ведя рукой в сторону, откуда на сцену вышел мужчина в черном, в перчатках держа за раму ее.

Краски, пятна света, формы и очертания…И это чувство детской радости и пронзительной тоски.

Эта картина. Была прекрасна.

И в то же время совершенно непримечательна.

На ее полотне не было людей в дорогих одеждах или гарцующих лошадей.

На фоне бескрайнего поля стояла девочка. Простолюдинка. Она смотрела на кружащих в небе птиц.

О чем она думала? Хотела стать птичкой и улететь вместе с ними? Или размышляла о том, что ей уже давно пора домой, ведь завтра снова вставать с зарей и идти работать в поле? А может, она просто любовалась их полетом и красотой готовящегося ко сну дня…

- Пять тысяч левисов! – объявил ведущий.

Я напряглась.

Ну конечно. Разве может подобное произведение стоить дешево? Не то, чтобы я вообще собиралась его покупать. Денег у меня не было.

- Пять тысяч два!

Никто из присутствующих не поднял своей таблички с номером.

Мне было жаль, и в то же время очень радостно, что эта картина останется без хозяина.

- Три! – ведущий махнул рукой и раму с полотном быстро унесли со сцены. Покупателя не нашлось.

Я незаметно теребила пальцами складки платья. Принц сидел неподвижно рядом. Но мне чудилось, что внутри него так и бурлит нетерпение.

Время шло. Время плевало на то, что у меня на руках нет часов.

- И последний лот! – заревел на весь зал растягивая слова ведущий со сцены. Музыканты сверху застучали барабанный ритм, подогревая нервное предвкушение толпы. Это был не просто аукциона, а настоящее представление.

Филипп выпрямился в кресле. Я подалась вперед.

На обозрение публики вынесли длинный футляр. Внутри могло быть много чего: шпага, посох, зонт, короткая удочка… или скипетр первого короля Алгамении, выкраденный из сокровищницы империи.

- Дамы и господа, скипетр…

Одновременно тут произошло несколько вещей.

Наверху что-то яростно взорвалось. Погас свет. Люди закричали и повыскакивали со своих мест, в панике бросившись в сторону выхода. Легкие обожгло едким дымом. Что-то горело, но в театральном зале было темно. Пламя еще не добралось до этого места.

Я вглядывалась вперед, где напоследок увидела растерянное лицо ведущего, командующего, чтобы лот унесли со сцены. Скипетр…он не договорил, но разве может быть в мире столько совпадений. В футляре определенно то, что мы ищем.

Принц потянул меня за руку:

- Идем.

В отличии от бегущих к выходу, мы стремились за кулисы.

Но ни нам, ни большинству гостей не удалось убежать далеко.

Люди в черных одеждах с повязанными на лицах платками, что было видно лишь глаза, появились внезапно. Они были вооружены. Этот день претендовал на номинацию худшего. Не в жизни, но за год точно.

Их просто перебили. Тех людей, поведение которых пару часов назад будило во мне отвращение зарезали словно свиней на убой. Они были совершенно беззащитны. В большинстве своем. Некоторые смело сражались, но были в меньшинстве.

В воздухе мне чудился помимо дыма, запах крови.

Филипп упрямо тащил меня, пригнувшись между рядами кресел, к противоположной стене, откуда если пройти немного влево, мы сможем добраться до лестницы, ведущей за сцену. Там должен быть выход. И там должен быть скипетр.

Ноги заплетались в подоле юбки и каблуки только мешали. При удобном случае я скинула их прочь.

Что-то заворчало и загрохотало наверху. Послышались новые возгласы, полные первобытного страха. Обернувшись, я с ужасом обнаружила, что часть потолка рухнула, огонь начал медленно расползаться с горящих балок на ковровое покрытие пола, лизал ножки сидений и перебирался на их мягкую обивку из красного бархата. Пламя озарило все происходящее до этого в тени. Мы отчетливо увидели хаос происходящего, и те, кто его сеял, также смогли увидеть нас.

Принц Филипп выругался.

Их было человек пятнадцать. Этих людей в черном, причины поведения которых были неизвестны. Кто они такие? Неужели другая сила, вознамерившаяся заполучить в руки скипетр? Или мятежники имперского режима? Может и вовсе, это оппозиционеры, выступающие против Филиппа как преемника власти?

Кто-то из сражающихся с вторженцами гостей ловко орудовал мечом. В его умелых руках клинок был не обычным лезвием, а самой что ни на есть живой сталью. Этот мужчина бился отчаянно и завораживающе. Противники были ему явно не чета.

Но он был один. А врагов – в несколько раз больше. Они теснили его к стене, в нашу с принцем сторону.

Филипп коснулся ножен и вытянул саблю. Ее изогнутый клинок отражал красные всполохи распространяющегося по залу и пожирающего все на своем пути – в том числе и залитые кровью трупы – пламени. Я больше никогда не смогу есть жареное на огне мясо. Если конечно, смогу отсюда выбраться. Именно этот запах касался носа и вызывал рвотный рефлекс.