Fanfic/fem Potter 3. Вселенная Гарри Поттера. Что если?

Глава 11: Магия и Патронус без палочки.

Рождественские каникулы подходили к концу, и у Асмодеи все меньше становилось времени, чтобы оттачивать беспалочковую магию. Она уже в совершенстве владела бытовыми чарами и некоторыми атакующими заклинаниями. Их правда, она могла использовать всего лишь раз в день, как в самом начале было с "Левиоссой".
В тот последний день, когда прибывали все ученики, Драко Малфой объявился в гостиной с Молнией в руках. Далее, что стало неожиданностью для всех, он обнял Асмодею и закричал:
— Спасибо!
— Не за что! — Асмодея удивленно отстранилась от Малфоя, а тот продолжил:
— Отец сначала не поверил, что метла от тебя, а потому долго проверял ее на всевозможные проклятия, но когда он убедился... — Асмодея не слушала его. Она натолкнулась на холодный взгляд Пэнси Паркинсон, которая с нескрываемым раздражением, почему-то наблюдала за ними.
* * *
На следующий день начались занятия. Холодным январским утром ученикам совсем не хотелось мёрзнуть целых два часа на свежем воздухе, но Хагрид, чтобы приободрить их, развёл костер с саламандрами. Они необычайно весело провели урок, собирая сухие листья и ветки, чтобы поддерживать пылающий огонь, а живущие в пламени ящерицы носились вверх и вниз по добела раскалённому потрескивающему хворосту.
Асмодея с нетерпением ждала урока Защиты от Тёмных Искусств: ей не терпелось приступить к занятиям по защите от дементоров.
— Ах, да, — сказал Люпин, когда Асмодея в конце урока напомнила ему об обещании. — Посмотрим… Тебе подходит восемь вечера в четверг? Классная комната Истории Магии достаточно большая… Мне надо хорошенько обдумать, как мы это устроим… Мы же не можем привести в замок настоящего дементора, чтобы потренироваться на нём…
— Он, похоже, всё ещё болен, — сказала Дафна, когда они шли по коридору, направляясь в Большой Зал на обед. — Как думаешь, что с ним?
Позади них раздалось громкое хмыканье. Это была Гермиона, сидевшая у подножия рыцарских доспехов и утрамбовывавшая свою сумку, в которой было так много книг, что она никак не закрывалась.
— И зачем ты хмыкаешь? — раздражённо спросила Дафна.
— Просто так, — ответила Гермиона, накидывая лямку на плечо.
— Нет, ты что-то хотела сказать, — настояла Асмодея. — Дафна сказала, что хотела бы знать, что с Люпином, и ты…
— А разве это не очевидно? — поинтересовалась Гермиона с заносчивым видом — Он заболевает в каждое полнолуние.
— Если не хочешь говорить нам — не говори, — обиделась Дафна.
— И не скажу, — ответила Гермиона и гордо удалилась.
— Она и так сказала все что нужно. — Задумчиво ответила Асмодея — Грэйнджер думает, что Люпин оборотень.
— Ерунда какая-то! — Дафна испуганно прижала ладонь ко рту.
— Ерунда не ерунда, а что-то в этом есть, впрочем, я не думаю, что Дамблдор пригласил бы в Хогвартс преподавать оборотня! — Сказала Асмодея, и они пошли дальше.
В восемь часов вечера в четверг Асмодея направилась в класс Истории Магии. Когда она вошла, в классе было темно и пусто, и она, не долго думая, зажгла лампы (без волшебной палочки). Через пять минут появился профессор Люпин, неся большой ящик, который он взгромоздил на стол профессора Биннса.
— Что там? — с любопытством спросила Асмодея.
— Еще один боггарт, — пояснил Люпин, снимая мантию. — Я со вторника прочёсывал замок, и очень удачно — мне удалось его найти: он прятался в картотеке мистера Филча. Это самая лучшая замена дементору, на мой взгляд. Когда боггарт увидит тебя, он, как я думаю, превратится в дементора, и мы сможем на нём потренироваться. Когда он нам не нужен, я могу держать его в своём кабинете: у меня под столом есть шкафчик, который ему определённо понравится.
— Хорошо, — согласилась Асмодея, стараясь, чтобы её голос звучал так, будто она совсем не боится и даже рада, что Люпин нашёл такую хорошую замену настоящему дементору.
— Так… — Профессор Люпин достал волшебную палочку и жестом указал Асмодее сделать то же самое. — Волшебное заклинание, которому я попытаюсь научить тебя, относится к высшей магии, Асмодея — оно намного более сложное, чем, например, тесты С.О.В. Оно называется заклинание Патронуса.
— Как оно действует? — нервно спросила Асмодея.
— Ну, когда оно действует правильно, то вызывает Патронуса, — пояснил Люпин. — Это что-то вроде антидементора: защитник, который действует как щит между тобой и дементором.
— Патронус — это положительная сила, отражение всех тех вещей, которыми питается дементор: надежды, счастья, желания жить — однако, он не способен чувствовать отчаяние, как настоящие люди, и дементоры не могут причинить ему вреда. Но я должен предупредить тебя, Асмодея: это заклинание может оказаться ещё слишком сложным для тебя. Оно часто не даётся даже волшебникам, закончившим школу, так как заимствует именно личный магический резерв колдующего.
— А как выглядит Патронус? — с любопытством поинтересовалась Асмодея.
— Каждый волшебник создает своего собственного, неповторимого Патронуса.
— А как его вызывают?
— Заклинанием, которое действует только тогда, когда всеми силами концентрируешься на каком-нибудь очень счастливом воспоминании.
Асмодея порылась в памяти в поисках счастливого воспоминания. Конечно же, ничего из того, что происходило в доме Дурслей, не подходило. В конце концов, она остановилась на том мгновении, когда впервые узнала о родителях и про магию.
— Хорошо, — сказала она, стараясь как можно точнее вспомнить то чудесное состояние.
— Заклинание, — Люпин прочистил горло, — Экспекто Патронум!
— Экспекто Патронум, — шёпотом повторила Асмодея, — Экспекто Патронум.
— Внимательно сосредоточилась на счастливом воспоминании?
— Ага! — сказала Асмодея, пытаясь схватить ускользающее воспоминание. — Экспекто Патронум!
Внезапно что-то, похожее на плотную струю серебристого газа, с шипением вырвалось из её волшебной палочки, и образовало полупрозрачную сферу вокруг Асмодеи.
— Вы видели? — восхищённо сказала Асмодея.
— Очень хорошо, — улыбаясь, подбодрил её Люпин. — Ну, тогда — ты готова попробовать заклинание на дементоре?
— Да, — сказала Асмодея, крепко сжимая волшебную палочку и становясь в центр пустого класса.
Люпин взялся за крышку ящика и потянул её.
Из ящика медленно выплыл дементор; его скрытое капюшоном лицо обратилось к Асмодее; одной, покрытой струпьями, серой рукой он придерживал плащ. Лампы в классе мигнули и потухли. Дементор ступил из ящика на пол и беззвучно поплыл к девочке, глубоко, со свистом дыша. Асмодею охватила волна пронизывающего холода…
Сконцентрировавшись, она выкрикнула заклинание, и... тоненькая серебристая стенка, что выросла между ней и дементором, заставила его остановиться. Дементор был недоволен, что его прервали, однако Люпин быстро загнал его обратно в ящик.
— Это просто потрясающий результат для первого раза! — Отметил Люпин, когда бледная Асмодея поднялась на ноги. Профессор тут же дал ей шоколад, от которого девочке стало лучше.
— Этот шоколад.. он .. — Асмодея задумчиво смотрела на сладость.
— Он согревает, а так же, восстанавливает магический резерв, тем самым, восстанавливая ментальный барьер, который, дементоры разрушают своим присутствием — Ответил Люпин.
— Можно ещё раз попробовать? Только один раз?
— Не сейчас, — твёрдо сказал Люпин. — Для одного вечера ты уже достаточно далеко продвинулась. Я очень удивлен, настолько быстрым результатом!
— Но, это был всего один раз! — Возразила Асмодея, но Люпин был непреклонен.
В итоге, девочка вышла из классной комнаты, прошла по коридору, завернула за угол и, обойдя рыцарские доспехи, присела на постамент, чтобы доесть шоколад.
* * *
Январь незаметно перешёл в февраль; погода по-прежнему оставалась холодной. Матч Слизерина с Рэйвенкло был всё ближе и ближе. Малфой часто пропадал на тренировках, так что, они с Асмодеей, Дафной и Джинни почти не виделись, только на уроках или в гостиной, но там, вокруг него, начала увиваться Пэнси Паркинсон.
Занятия с профессором Люпином продолжались. У Асмодеи даже начал получаться телесный патронус. Правда.. пока это были только очертания, но Люпин был в восторге.
Правда, как то раз, Асмодея вызвала настолько огромное негодование у профессора, что подумала, что тот сдаст ее Директору.
Дело в том, что во время одной из отработок заклинаний, Дементор выбил палочку у Асмодеи из рук. По привычке, девочка продолжила произносить заклинание, как вдруг осознала, что перед ней стоит серебристая лань. Что было дальше, она не помнила, помнила только, как очнулась через несколько минут, и с жадностью накинулась на шоколад.
— Ты ничего не хочешь мне объяснить? — Люпин был мрачнее тучи.
Решив не скрывать от профессора правду, Асмодея протянула ладонь рукой вперед и прошептала:
— "Люмос!" — Огонек загорелся на ее руке, осветив большую часть кабинета — "Нокс!" — Огонек погас.
— "Вингардиум Левиосса" — Она указала на письменный стол и подняла его в воздух.
— Стоп! СТОП! — Заорал Люпин — Ты понимаешь, что ты с собой делаешь?! — Продолжал кричать он, когда стол, лишившись поддержки магии, с грохотом рухнул на пол — Ты же можешь так навредить себе!
— Я знаю! — Асмодея была совершенно спокойна — Но я знаю что делаю, у меня есть...
— Что у тебя есть?! — Люпин закричал пуще прежнего — Даже Дамблдор пользуется беспалочковой магией только для фокусов. Ты же, показываешь мне беспалочковые заклинания настолько легко, что мне кажется, что программу Хогвартса нужно менять, начиная с первого курса!
— Мне нравится заниматься... Я люблю колдовать! Я выучу любую магию ,до которой только дотянусь! — Асмодея нахмурившись посмотрела на Люпина — Не в ваших правах, мне отказывать в подобном!
Внезапно, Люпин улыбнулся:
— Ты такая же, как и твой отец... Он тоже вечно пытался осилить то, к чему не был готов.
— Как я уже сказала, у меня есть книга и заметки, о том, как я практикуюсь в беспалочковой магии. Вы же, тоже умеете вызывать огонь! Я видела в Хогвартском Экспрессе — Возразила Асмодея, а потом спросила:
— Что находится под капюшоном дементора?
Профессор Люпин в задумчивости опустил свою бутылку.
— Хммм… Ну, те люди, которые это действительно знают, не в состоянии нам рассказать. Понимаешь, дементор опускает свой капюшон только для того, чтобы применить свое последнее и самое страшное оружие.
— Какое?
— Его называют «поцелуем дементора», — сказал Люпин с натянутой улыбкой. — Это дементоры делают с теми, кого хотят полностью уничтожить. Я думаю, под капюшоном должно быть что-то вроде рта, потому что они прижимают свои челюсти ко рту жертвы и… и высасывают душу.
Асмодея скривилась.
— Как — они убивают?…
— О нет, — ответил Люпин. — Гораздо страшнее. Ты можешь существовать без души, — понимаешь, пока работают сердце и мозг. Но у тебя больше нет сознания самого себя, нет воспоминаний, нет… ничего. Ты просто существуешь. Как пустая оболочка. И твоя душа потеряна… навсегда.
Люпин немного помолчал, а затем продолжил:
— Это участь, ожидающая Сириуса Блэка. Сегодня напечатали в «Вечернем Пророке». Министерство дало дементорам разрешение сделать это, если они найдут его.
На секунду Асмодея замерла, ошеломленная мыслью, что у кого-то через рот могут высосать душу. Но потом она подумала о Блэке.
— И он это заслужил, — холодно сказала она.
— Ты так думаешь? — тихо спросил Люпин. — Ты действительно думаешь, что кто-нибудь это заслужил?
— Да, — упрямо повторила Асмодея. — За… за некоторые поступки…
Она знала, что на Люпина это не произведёт особенно хорошего впечатления. Поэтому, поблагодарила профессора и покинула класс Истории Магии.
Вернувшись в свою комнату, Асмодея была настолько злая и подавленная, что разом, взмахом руки, потушила все свечи и легла спать, оставив ошеломленных соседок в недоумении, и с открытыми ртами.