За тем поворотом

Глава 8

Зандер в одной тонкой рубашке восседал на козлах и правил фургоном. В его глубине, кутаясь в теплое одеяло, сидела Лайза, спал, разметав золотые кудряшки по подушке, Лемми и похрапывал учитель, который как всегда прозанимался с малышом до поздней ночи. Девочка еще не совсем отошла от тяжелой болезни, и ей все время было холодно, несмотря на то, что весеннее солнце припекало уже совсем по-летнему. Они сегодня рано утром еще до восхода, наконец, отправились в путь все той же компанией, чтобы позавтракать не в душной гостинице, а в лесу на свежем воздухе под пение птиц. И даже учитель Нед, к которому все привыкли, и полюбили его, присоединился к ним, сказав, что он будет искать еще неизученные растения в этих краях, а лучшей компании для путешествия ему не найти.

Зандер счастливо улыбался, подставляя свое лицо ласковому ветерку и теплым лучам. Эти люди за полгода практически стали его семьей, он полюбил их трогательную заботу друг о друге. И даже строгая тетушка Деспина оказалась куда более заботливой и ласковой, чем его родная тетка Матильда. При воспоминании о доме ему стало грустно, припомнились и тетушка Бетти с ее многочисленным семейством, и лекарь Бельведер Риттерс, и даже продавец книг господин Криспиан. Слезы невольно навернулись на глаза. При воспоминаниях о лекаре Зандер всегда невольно вспоминал о дневнике отца, который тот передал ему, и ни одной страницы из которого он так ни разу и не прочитал. Он хотел начать читать его, но каждый раз, погладив дорогой кожаный переплет, откладывал в сторону, значит, еще не пришло его время.

Природа уже отошла от зимней спячки, и Зандер любовался разнообразием цветов этого благодатного края, синевой безоблачного неба, щурился от яркого солнца, вдыхал чистый лесной воздух. Когда они кочевали на юг, он с удовольствием наблюдал, как мрачные глухие северные леса его родины с широкими разлапистыми елями и стройными мачтовыми соснами сменяли светлые широколиственные леса с множеством цветов даже поздней осенью. А сейчас, весной, его душа просто пела, глядя на все это буйство красок природы. Он обернулся и посмотрел на учителя и Лемми.

«Как можно спать в такое время? Так можно и всю жизнь пропустить», — подумал он, миролюбиво улыбнувшись при этом, и позвал Лайзу пересесть к нему поближе, чтобы можно было рассказать кому-нибудь о том, что творится у него на душе. Девочка придвинулась к Зандеру, по-прежнему кутаясь в одеяло. И он, продолжая счастливо улыбаться, начал декламировать ей какую-то восторженную балладу, которых его память хранила великое множество.

Тетушка Деспина, остановив первый из фургонов, объявила привал, Зандер вынес на солнышко Лайзу, посадив ее на самое освещенное и, по его мнению, самое теплое место на полянке. Видимо, пока девочка совсем не поправится, готовить обед на всех будет его прямой обязанностью. Нисколько не расстроившись по этому поводу, он принес воды и принялся разводить костер. У него все никак не получалось. Из огнива удалось высечь небольшую искорку, которая смогла зажечь только пучок сухой травы, той, что ему посчастливилось разыскать неподалеку, но хворост был влажным и не желал разгораться.

Зандер, опустившись на колени, наклонился к костру, опершись на руки, и осторожно подул, стараясь не дать погаснуть маленькому огоньку. И вдруг изо рта у него вырвалась струя пламени и мгновенно разожгла костер. Он ошарашено присел на землю от неожиданности. Да, он слышал и читал о таком чуде, как беспримесный огонь или огненный свет, но чтобы вот так, просто, он сам стал его источником. Это было выше его понимания. Посидев так немного и посмотрев на весело пляшущие языки пламени, он поставил воду на огонь и отошел недалеко в лес, чтобы еще раз попробовать сотворить чудо.

Он сложил из заведомо мокрых веток маленький костерок и подул на него и опять то же самое — из его рта вырвалась струя огня, мгновенно воспламеняя и эти мокрые ветки.

«Это, конечно, неплохой дар. Но в кого я превращаюсь? В монстра? Сначала у меня появился дар обездвиживать зверей, по крайней мере, зайцев, случайно оказавшихся на расстоянии вытянутой руки. Теперь вот огонь, — Зандер горько усмехнулся, засыпая костерок землей, — а там и до Огненной Саламандры недалеко. Так, что ли?»

«Кто владеет Огненной Саламандрой, тот владеет миром», — прочитал он как-то в одной из книжек о драконах. Он тогда даже тщательно выписал рецепт приготовления и пользования этим чудом, и старался его заучить наизусть. Он знал, что почти все компоненты этого зелья можно было купить или изготовить, но где взять огненный свет, являвшийся одним из составляющих, он не представлял. Приобретать в лавках боялся, можно было получить подделку, и тогда никогда ему не сотворить Огненной Саламандры, боги давали такую возможность только раз в столетие, ошибиться никак было нельзя. Что ж, получается, боги даровали ему это чудо. Чудо!

Он подпрыгнул от радости, забыв, что только что рассуждал о том, в кого же он превращается постепенно, и побежал на полянку, где уже давно, наверное, кипит вода, и тетушка Деспина сердится, что он бросил костер без присмотра. Но теперь он знал, что этот огонь не потухнет, даже если прогорит весь хворост, пока он не припорошит его землей, даже вода не могла бы его потушить. Это истинное чудо!

Как он и предполагал, вода давно уже кипела, но никто не сердился, потому что его отсутствие объяснила Лайза, солгав, что у Зандера заболел живот, и ему срочно надо было углубиться в лес. Она перебралась к костру, подкидывала по прутику в огонь и ждала, когда Зандер, наконец, появится.

— Лайза, скажи, это чудо? Или я в монстра превращаюсь? — он прижал девочку к себе вместе с одеялом.

Она слегка улыбнулась, за время болезни ушла вся ее смешливость:

— Я рада за тебя, это действительно чудо. Я видела.

— Ты, правда, видела? — осторожно спросил Зандер.