Хранители тишины 

Глава 4

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Отпустив ковер, девушки, не сговариваясь, поторопились уйти из спальни.

— Теперь я боюсь оставаться даже в этой комнате.

— Да, Лиза, оставаться здесь тебе нельзя. Нужно сообщить об этом пани Ядвиге. Хотя, не исключено, что она знает об этом. — Александра призадумалась, помолчала и задала вопрос Марысе, — за этой стеной комната или коридор?

— Не знаю, пани, я ж недавно в замке.

Елизавета вспомнила, что Мелиховский велел сестре приготовить супружескую спальню. «Если, по словам Марыси, по замку бродит призрак пани Хедвики, а она жива, то где ей быть? Может, в спальне? Господи, Ядвига обещала, что через два дня все закончится! Значит, Хедвике грозит опасность! —

Не зная ничего о прежней жене Мелиховского, Елизавета прониклась к ней сочувствием. Забыв о собственном положении, о ночных и дневных страхах, она решила узнать, что происходит в замке. — Почему Хедвика должна умереть? Если она болеет, то почему Мелиховский поторопился жениться и обманул меня, моих родителей, и самое страшное - принес клятву в святом месте? А если она здорова, а ее задумали погубить, и мы об этом знаем? Знать и молчать, значит, быть с ними заодно».

— Сашенька, давай уйдем в твою комнату, а еще лучше, снова выйдем в сад.

Решили, что в саду будет безопасней, да и подслушать там их никто не сможет. На этот раз Марыся сразу взяла теплые накидки.

Окно каминного зала выходило во внутренний двор.

Остановившись напротив, Елизавета попросила подругу поправить накидку. — Лиза, за нами наблюдает пани Ядвига. Рядом с ней какой-то мужчина, и одет он не как господин. Не оборачивайся, они смотрят на нас.

Ядвига проводила взглядом девушек и повернулась к собеседнику.

— Что скажете, пан Друцкий?

— Высокая темноволосая пани - это подруга, правильно? А ростом поменьше светловолосая, хрупкая девица и есть пани Елизавета.

— Вы угадали, пан Друцкий.

— Угадывать - не мое предназначение, пани Ядвига. Давайте вернемся к нашему делу.

Даже знай, Елизавета об этом разговоре в каминном зале, понять, о чем идет речь, она вряд ли смогла бы. Прогулочным шагом девушки пошли дальше по аллее и поравнялись со скамьей, на которой отдыхали утром.

— Интересно, кто этот мужчина.

— Лиза, тебе нужно спросить у пани Ядвиги, кто еще живет в замке, о родственниках и когда должен вернуться твой муж.

— Не называй его так!

— Прости, Лизонька, но только ты можешь задавать такие вопросы.

— Хорошо, я сделаю это за ужином. И еще попрошу, чтобы ты ночевала в моей комнате. кровать достаточно широкая.

— Лиза! — укоризненно воскликнула Александра, — тебя чуть не отравили, а собираешься спрашивать разрешения! Забыла, что ты сейчас хозяйка, и не спрашивать должна, а ставить в известность!

"Да, меня хотели отравить. Кому я помешала, не успев приехать? Господи, ну почему я не ослушалась маменьку с папенькой и не сбежала из под венца? О чем я говорю, Господи? Прости меня, грешную! Наставь на путь истинный, что мне делать Господи?" Елизавета, мысленно прочитав молитву, стала думать, как обезопасить себя и подругу. Представив в виде цепочки все странные события, начиная с ночного визита, отравленной воды в кувшине, зияющего темного лаза за ковром спальни, она поняла, что Александра права. "Не зная обитателей замка, трудно определить, кто хочет меня погубить. Ядвигу я, конечно, расспрошу, но это после. А пока можно поговорить с Марысей".

— Лиза, ты меня слушаешь? Я говорю, что ты ошиблась: тот, кто был в спальне ночью, попал в замок не через окно зала. Допустим, это был мужчина. Он вылез из-под ковра, постоял возле кровати, а когда ты начала чихать, поторопился из спальни выйти. Заметил кувшин с водой и насыпал отравы. Если бы ты не вышла с кинжалом, он вернулся бы обратно той же дорогой. Отсюда следует, что этот человек хорошо знает расположение комнат.

— Сашенька, я все думаю, почему от него пахло табаком? Может быть, эти клочки шерсти от шубы, которую пересыпали табаком от моли? Ну, как у нас дома?

— Марыся, ты знаешь, где зимняя одежда лежит? Ну, валенки, платки, шубы?

Девочка, пытаясь понять, чего от нее хочет пани, заморгала светлыми ресницами, смешно наморщив лоб. Потом, всплеснув руками, стала быстро объяснять.

— Она говорит, шубы в шкафу, а что такое валенки - не знает. Шкаф в какой-то другой комнате, а ключи от комнаты у пана дворецкого. Шубы недавно выносили на солнце сушить и снова спрятали.

— Скажи, Марыся, а ты давно здесь работаешь

— Moja matka bez pomocy wychowala mnie i pies moich siostir!

— Девочка говорит, что мама вырастила без помощи ее и пятерых сестер.

Из рассказа Марыси подруги узнали, что ее мать, пока не заболела, работала раньше здесь, в замке. Она очень хорошо шила. Старшие сестры тоже научились шить, и сейчас вышли замуж и уехали далеко. Три года назад матери не стало. Марысю оставили прислуживать жене хозяина.

Елизавета спросила:

— Сколько же тебе было лет?

— Десять лет, пани, а сейчас - тринадцать.

— Ты умеешь считать?

— Да, пани, меня Зденек научил. Зденек - сын пана и пани Хедвики.

Марыся, назвав имя хозяйки, округлила глаза, и шепотом добавила, что Зденека часто наказывали, запирали в повале, и она тайком носила еду.

— Марысечка, — Александра ласково погладила ее по голове, — тебя тоже наказывают?

Девочка, шмыгнув веснушчатым носом, подтянула концы головного платочка, затягивая потуже узелок, и потупила глаза.

— Понятно. А кто наказывал Зденека, пан Войцех?