Любимая русалка Стефана Лемма. Рождественское желание

***

Был совершенно холодный непогожий день, моросил дождь, тем не менее Стефан выбрался погулять. И не просто погулять — побродить по влажным скользким камням вдоль береговых скал — и это в одиночестве! Конечно, в хорошую погоду и при полном отсутствии ветра можно пробраться по этим камням довольно далеко от линии берегового пирса. Миновать и рыбацкие сараи с лодками, и деревянные причалы. Можно долго идти вдоль голых скал, местами изъеденных редкой порослью мха и сухого кустарника. А потом сидеть и смотреть на то, как волны разбиваются о берег в полном одиночестве. Но если внезапно поднимется ветер? Если волны будут сильными? А сильные волны легко перебираются через камни и несутся навстречу скалам в лихом, не знающим пощады и страха танце. Разбиваясь о них, они шипят, лижут серый камень, падают вниз, отходят, и всё это для того, чтобы обрушиваться снова и снова! Но что тогда будет с тем беспечным человеком, гуляющим по камням?

Малика с всё более нарастающей тревогой наблюдала за Стефаном, прыгающим с камня на камень. Юношу нельзя было назвать очень ловким — это безусловно пришло к нему с возрастом, а ещё с выучкой в полицейской академии. Но тогда…

— О морские боги, он сорвётся, — шепнула Малика, зажимая ладошкой губы. — Хоть бы не сорвался. Уже в тот момент, вместе с неизменной тревогой поселилось в её сердце странное нежное чувство к этому бесстрашному юноше, не побоявшемуся непогоды. То сказало сердце, а на ум же пришло другое.

— Какой же глупый! — Малика поспешила подобраться поближе к камням. — А если он свалится? Крепчает ветер, и волны могут усилиться, и ведь тогда…

— О чём ты задумалась, Малишка? — Стефан снова ласково взял её за руку, согревая своей ладонью её холодные пальчики. — Ты скоро превратишься в ледышку.

— Не превращусь, не переживай! — Малика легко трясёт ярко-красными кудрями, свободной рукой смахивая с лица тяжёлые пряди. — Просто вспомнила, как мы познакомились.

— Я думал, что ты русалка! — рассмеялся Стефан, что-то припоминая. Он улыбался. Малика не могла оторвать взгляда от его красивого лица. Особенными были глаза — цвета моря. Чудесного цвета — и не зелёного, и не синего — такая смесь, какая бывает, когда в спокойной морской воде отражается небо. А ещё им подарили крапинки цвета коричневая листва и мокрые серые ветки.

В зависимости от освещения и одежды, что выбирает Стефан, его глаза то зелёные, то почти голубые, с кофейными вкраплениями. Если бы Малика не знала, кто её друг, она бы решила, что он, как и она…

— Почему ты так думал, глупый? — Малика флиртует, их флирт давно стал привычно-безопасным, дружеским. Стефан просто не в состоянии переступить эту черту. А ведь Малика — красивая женщина. На острове таких нет, только под…

— Малишка, ты ведь плавала в море в такую холодную погоду!

— А ты разве не помнишь, из-за кого я оказалась в воде?

За эти глаза она бы умерла. За то, чтобы оказаться в этих руках, отдала бы жизнь. Она и отдала, но оказалось — всё бестолку! Надо было слушать морскую ведьму. Сердце человека непостоянно, и нечего русалке за ним охотиться.

— Я упал в воду, и ты меня вытащила, — Стефан вздохнул, закрывая лицо рукой, — такой позор!

Он не знал, а она так и не сказала. В тот день Малика вытащила Стефана из воды и позвала на помощь. Она не могла выходить из моря, поэтому несколько минут к ряду долго кричала, пока её не услышали. А когда к ним направилась лодка, Малика нырнула под воду. Стефан был в полубессознательном состоянии и ничего не понял, а всё потому что…

— Ты мне тогда глаза раскрыла на всю мою жизнь, — Стефан потёр лицо большими ладонями, потом позвал официантку, так ей улыбнулся, что бедняжка чуть не выронила кофейник, попросил себе ещё кофейку и принести им два пледа. Официантка радостно закивала, не обращая ровным счётом никакого внимания на Малику и убежала выполнять просьбу, забыв об остальных гостях кофейни.

— Ты хоть понимаешь, как действуешь на девушек, чертяка! — Малика ударила его по руке.

— На тебя не действую! — чуть обиженно отвечает Стефан, поглаживая побитую руку. — Может, объяснишь, почему?

— Потому что мы с тобой друг друга знаем сто лет, вот почему! — смеётся Малика, она в курсе, что сейчас нельзя прятать глаза. Но когда он смотрит на неё так пристально, неужели он не понимает? Мужчины такие идиоты…

— Ты застала меня далеко не в лучшей моей форме, — смеётся Стефан, — подростком я был нескладный, худой, слабый, да ещё и не видел ничего, как слепой котёнок.

— Потому что тебя много дней травили твои опекуны, а ты ничего и не знал.