Царевны. Хранитель дождя

Глава XII. Совет девяти

.

Два месяца назад

.

Подземелья под замком Белгримор

Озеро Вечности

.

Осторожно приблизившись к небольшому озеру, Церцея присела на корточки и коснулась воды.

— Как давно я не была здесь, — прошептала она, откинув за спину непослушную пепельную прядь длинных волос, выпавших из высокой прически.

Теперь она была женой Сумрачного дракона, второй императрицей Цетурианы, и собственностью ненавистного захватчика-ящера. Ее жизнь была так мрачна и печальна, что молодая женщина каждый день молила Светлых Богов помочь ей выдержать всё что ниспослала ей судьба.

Единственные три вещи были для нее отрадой в ее непростой жизни сейчас.

Это ее обожаемое дитя, жившее под ее сердцем, отцом которого был любимый Ратмир. Ведь в первый раз она легла в постель с Сумрачным, когда уже была тяжела от княжича. И месяц назад, едва Аргон узнал о ее положении, он был рад, что Церцея понесла. Он даже не сомневался в том, что это его дитя, ведь он взял царевну девой на свое ложе и после за ней постоянно следили. Но дракон даже не догадывался, что все это ложь. Что Церцея не так наивна и проста, как показывала. Именно он, Сумрачный, вынудил ее играть по жутким правилам лжи и обмана. Ведь открытое противостояние драконам было пока невозможно.

Второй отрадой для Церцеи был любимый Ратмир, который постоянно был рядом и поддерживал ее во всем.

А также мечта о том, что вскоре любимая планета и все ее жители наконец обретут свободу.

Церцея коснулась целительной воды, и ощутила сильную светлую энергию, исходившую от озера.

— С того дня, как Сумрачный проводил обряд, и выбрал тебя в жены, — тихо добавила Цветана, стоявшая за ее спиной.

Младшая сестра уже вполне хорошо себя чувствовала и пришла сюда сама, только тайно. Ведь Горан и Ратмир, которые сопровождали их знали о том, что Цветана поправилась.

В этот момент мужчины зажигали немногочисленные факелы, чтобы осветить окружающее пространство. Светлый, фисташковый и розовый свет трех лун, который падал сверху, через округлое отверстие наверху, едва освещал неподвижную гладь озера.

— Уже скоро рассвет, царевны, — сказал Горан, осматривая мерцающий кулон на своей шее. — Надо начинать медитационный призыв.

— Да, — кивнула Церцея. — Надеюсь все, кого оповестила моя ласточка смогут быть сегодня с нами. Цветана встань здесь в раковину, которая напротив тебя.

— Хорошо, сестрица, — кивнула Цветана, и с осторожно взобралась в углубление одной из пятнадцати раковин.

Церцея заняла место с другой стороны озерца, в раковине напротив сестры.

— Ратмир, встань рядом с Церцеей в соседнюю раковину, — велел Горан. — Я встану здесь, через две от Цветаны. Нам нужна хорошая связь с другими, чтобы все слышать и понимать. Чем нас больше в раковинах, тем лучше.

— Но, Горан, разве это не кощунство? — замялся молодой княжич, боясь осквернить священное место. — Ведь только атурии могут…

Ратмир всегда думал, что в раковины могут войти только атурии или главы представителей рас, которые являлись дальними родственниками атурий.

— Вставай, Ратмир, — повторил Горан. — Раковины могут принять любого из цетурианских волшебников, не только из рода атурий. Ты обладаешь боевой магией витязей, я немного целительной и пророческой. Потому все будет хорошо.

— Как скажешь, Горан.

Ратмир наконец занял раковину, рядом с Церцеей.

— Надеюсь дух Цетурианы простит нас, что собрались ночью? В самое темное время суток, — произнесла Церцея, прекрасно зная что все медитации лучше проводить при солнечном свете.

— Церцея, успокойся, — ответил тихо Горан, уже занявший место в раковине рядом. — Другое время очень опасно. Сейчас все спят, и мы можем говорить спокойно. Тем более первые лучи солнца уже видны, все будет хорошо.

— Тогда я начинаю, — кивнула Церцея и протянула руки вперед, к середине озера.

Цветана и мужчины сделали тоже самое. Все прикрыли глаза и начали медитацию. Они некоторое время пытались нащупать окружающее пространство и уловить связь с другими озерами Вечности.

Не прошли и четверти часа, как в соседней от Церцеи раковине появилось едва видимое очертание невысокой русоволосой девы с янтарными глазами. Она казалась очень реальной и живой, только чуть прозрачной, что говорило о том, что в раковине находился только ее дух.

— Я здесь, сестрицы! — раздался звонкий голос Сияны.

— Доброго здравия, Церцея, Цветана, Ратмир и Горан, — раздался хрипловатый голос мастера Вячеслова, прозрачный дух которого появился в другой раковне.

— Мы прекрасно видим и слышим вас, родные! — воскликнула Церцея. — Рада, что вы смоги прийти. Где вы сейчас?

— В прибрежном Биресе, — ответил Вячеслав. — Добрались без трудностей. Выдаем себя за брата и сестру, мастеров по корабельной оснастке.

— Чудесно! — сказала Цветана, понимая, что они находятся в Борийском царстве на побережье Светлого океана. Оттуда было ближе всего попасть на материк Равай. — Вы не пробовали переплыть на Равай?