Скипетр Всевластья

Глава 14. Разорванные узы

Летний ветер покачивал гигантское пирожное, венчающее крышу «Сахарного дома». Имитирующую белковый крем вату украшали картонные ягоды, в гранях корзиночки из папье-маше торчали цукаты – куски разноцветного стекла, ночью сияющие подобно фонарям. В воскресные дни в царство сладостей и шоколада выстраивались очереди родителей и детей, нетерпеливо машущих руками и клянчащих мороженое и конфеты. Два этажа не вмещали желающих отведать вкусностей, владельцы дома подумывали достроить третий.

В утро понедельника площадь перед магазином пустовала. Июльское солнце согревало зонтики, укрывающие деревянные столики и лавки, журчал фонтан, отлитый по образу Нерота. Змеились по крыльям струйки, жемчужной россыпью падали в бассейн, и казалось, феникс плавает в пруду и готовится улететь за облака.

Болтая ножками, на скамье сидела девочка и переплетала сатиновые ленты в косичку. Ветер трепал рыжие хвостики и кремовое платье, но ребёнок, прикусив губу, смотрел на тесёмки, размышлял над следующей. Какую выбрать? Жёлтую, красную или зелёную? А, может, синюю, как мамины глаза? Или оранжевую, точно папины волосы? А-ах! Обе! А третья? Малышка нахмурила бровки. Плохо с другими! Плохо!

На краю стола осталась серебристая ленточка.

– Подойдёт!

Ириния Ариадна Хедлунд завязала аккуратный узелок и принялась за браслет. Вдумчиво, неторопливо, тщательно, ведь предыдущие были тренировкой, как говорил папа. Другие она вручит куклам, а этот вместе с бабушкой украсит цветами, бусинами и подарит маме на день рождения.

– Плетёшь новый? – рядом присела молодая женщина и вытащила пирожки из пакета с монограммой «СД».

– Да, – ленты выскальзывали и распускались, но девочка не сдавалась.

– Интересные цвета, – улыбнулась Ариадна, – хочешь пирожков? Вишнёвые, твои любимые. Ещё тёплые.

– Хочу.

Ириния убрала рукоделие в нагрудную сумочку. Вместе с бабушкой они доделают подарок. Когда? Скоро! До августа. Что это такое, малышка не понимала, но помнила слова папы, пообещавшего праздник в этот самый август.

Девочка с наслаждением кусала пышное тесто, слизывала с края тёплое варенье и жевала вишенки. Вкусно!

– Мама, давай угостим грустного дяденьку, – Ириния глядела на мужчину, сидящего за дальней скамьёй, – он смотрит на нас, как вчера. И завидует, как вчера.

– Что ты, сладенькая, – Ариадне стоило больших трудов не обернуться, – дядя сам купит, когда проголодается. Он устал от жары, вот и грустит.

– Правда?

– Правда, – керра смяла пустой пакет, – доедай. Пора идти.

– К бабушке?

– Сначала заглянем на работу, а после к бабушке. Она хочет показать тебе новое плетение и проверить домашнее задание, – лерра Хедлунд притворно нахмурилась, – у вас секреты?

–Да.

– Когда я узнаю?

– В ав-гус-те, – Ириния по слогам произнесла трудное слово.

– Хорошо, буду ждать, – платком керра отёрла варенье со щеки дочери, – пойдём. Без десяти минут полдень. Семинар вот-вот закончится.

– Что такое се-ми-нар?

– Обязательно узнаешь, когда вырастешь.

– А это скоро?

– Скоро, – улыбнулась Ариадна, – заметить не успеешь, как обретёшь покровителя окончишь гимназию и поступишь в университет. Там семинары будут каждый день.

– А ты там будешь?

Керра помедлила с ответом.

– Постараюсь.

– А папа?

– Обязательно.

– Ура! – Ириния захлопала в ладоши. Мама всегда говорила правду. А, значит, этот загадочный се-ми-нар не страшен!

***

Ариадна не оглядывалась. Улыбалась прохожим, слушала рассказы дочери о плетении и сочетании ленточек. Синяя не совмещалась с каштановой, фиолетовая с голубой, жёлтая «плохо терпела» оранжевую, а красная «не выносила» зелёную.

На пешеходном переходе керра огляделась и заметила мужчину, которого видела около дома бабушки. Вот он передал свёрток шедшему навстречу человеку и свернул в торговые ряды. Его «друг» прогулочным шагом последовал за леррой Хедлунд. Вроде, обычный горожанин, идущий обедать в кафетерий или булочную, но не странно ли видеть его всякий раз, когда спешишь в университет?

Вот и сегодня. Спокойно прошёл через врата, показав стражникам пропуск. Судя по зелёному цвету пластины, «гость» числился в штате вспомогательных служащих: лаборантов, секретарей, архивариусов и прочих. Что ж, хорошее прикрытие. Шпионь за кем хочешь, и никто слова не скажет. Это не студенческие красные пропуска, по которым дальше аудиторий, библиотек и тренировочных площадок не попадёшь. Больше позволялось только обладателям чёрных – магистрам и сотрудникам деканата. Сама Ариадна использовала синюю пластину, выданную главой магистратуры в день сдачи последнего экзамена.