Хранимая

ГЛАВА 10. Разлом

Лари выздоравливал рекордными темпами, и на пятый день Эль разрешил ему недолго сидеть, откинувшись на подушки. Мы сидели в комнате Лари, эльф через трубочку потягивал какой-то питательный коктейль, приготовленный Хранителем, Эль спрашивал меня по прочитанной главе о географии северной части континента, и Лари кидал на меня смешливые взгляды, он-то уже давно отучился и зачёты ему не грозят.

Когда перед глазами стало привычно размываться, я поспешно откинулась в кресле и едва успела предупредить друзей, чтобы не волновались:

- Видение.

И вот я смотрю с вершины холма, а подо мной, растянувшись бескрайней лентой, по дороге маршируют солдаты. Латы блестят на солнце, реют флаги, ржут кони, скрипят телеги, пыль клубится вдоль всей процессии. И над ними всеми стелется музыка. Пронзительные, тягучие звуки незнакомого инструмента и барабанная дробь дотягивались до всех воинов, и идущих впереди, и шагающих в конце. Оркестр не призывал идти на бой, не сулил жарких сражений, о нет. Он воспевал битву, как уже выигранную, воодушевлял солдат и делал героями в собственных глазах. Если верить этой музыке, они уже победили.

Картинка смазалась, и вот я гляжу на бегущих между деревьев стражей леса. Сотни и сотни эльфов мелькают между стволов, исчезают в одних природных порталах и появляются из других. Этим воинам не нужна музыка. Её заменяют короткие команды, шорох леса, пение птиц и воинственный клич, то и дело раздающийся среди эльфов. Они готовы принять бой.

Я тяжело возвращалась в реальность после этого видения. Не сразу осознала, что выросшие вокруг меня стены – уже не часть леса, что меня поддерживают сильные руки Хранителя, а Лари с кровати с тревогой и жалостью ждёт, когда я приду в себя.

- Я в порядке, - голос звучал хрипло, как после сна.

Эль провёл вокруг меня руками, проверяя состояние здоровья. Потом ненадолго вышел и вернулся с целым кувшином успокоительного отвара. Я послушно цедила травяной напиток, пересказывая видение. Потом мы втроём держали военный совет. У меня были доказательства, что обе стороны, и людей, и эльфов, просто подставили. А значит, нет повода для войны. Вот только бумаги в одном экземпляре, и очень сомневаюсь, что Владыка или члены человеческого Совета поверят копиям. Проблема состояла как раз в том, чтобы усадить Владыку и Дика за стол переговоров. Беседовать через посредников, на мой взгляд, больше не стоит. Вон до чего они договорились и к чему это ведёт. Ещё одна сложность была в том, что мне не хотелось оставлять Лари одного. Его нельзя сейчас телепортировать, при этом могут сбиться потоки силы, которые Эль с таким трудом настраивал. Эльф пока не в состоянии самостоятельно передвигаться по дому и ему нужен контроль мага-лекаря (ну или Хранителя) для нормального выздоровления. Сложно, как же сложно!

В итоге, посоветовавшись, решили, что дальнейшее выздоровление Лари в силах контролировать обученный эльфийский лекарь. Эль, напитав Лари напоследок силой и восстановившись после этого, перенёсся, оставив меня собирать необходимые бумаги. А спустя полчаса голос Хранителя позвал меня из холла. Рядом с Элем стояла миловидная эльфа в халате медсестры и со скромным саквояжиком в руках. Это была та самая эльфийка, которая навещала Арику, когда я гостила в Лесу, вот только мы с ней раньше не разговаривали и не были представлены друг другу. Я подошла и приветливо поздоровалась, эльфа вежливо поклонилась.

- Рита, это Барлия, она профессиональная медсестра и сиделка. Она согласилась ухаживать за нашим другом. Бари, это Марго, моя хозяйка и твой наниматель, - представил нас Эль. Показалось хорошим знаком, что он обратился к эльфе коротким именем. Как минимум, она не считает ниже своего достоинства так просто общаться с Хранителем и человечкой, да и в лесу никогда не смотрела на меня свысока.

- Очень приятно, - хором откликнулись мы с девушкой и обе смутились.

- Можете звать меня Бари, - вежливо кивнула мне эльфа и повернулась к Элю. – Покажете, где мой пациент и где я могу разместиться?

Хранитель повёл сиделку показывать дом, а я, чуть успокоившись за Лари, отправилась искать швабру и белые тряпки, которые нужны были для моей задумки. Должна же была хоть одна простынь остаться?

Мы ушли через пару часов, не прощаясь. Не хотелось тревожить лишний раз Ларимара, ему вредно волноваться, это замедляет выздоровление. И потом, было в этом что-то обречённое, словно мы больше не свидимся. Я гнала от себя плохие мысли. Мы собирались вернуться, так скоро, как получится. Так, Ритка, вдох, выдох. Ну же! Соберись с духом! Что-то мелькнуло сбоку. Ой, бабочка-заколка, моя проводница, снова ожила! Я посчитала это хорошим знаком. Эль ободряюще улыбнулся и взял за руку, телепортируя нас. Мир привычно поплыл перед глазами.

Я стояла с белым флагом над головой между двух огней, двух армий, непримиримых народов. Они не видели, что оба нужны Миру, и отказывались понимать, что нужны друг другу. Вечные враги. Как, как мне их остановить?!

В сердце горела уверенность в своих силах, тревога стучала в ушах, верный Эль стоял рядом, а хрустальная бабочка кружила над головой. Больше идти некуда. Я не могла понять, чего же хочет от меня Мир, что он ждёт. Я лишь видела это место во сне, меня сюда тянуло, как магнитом. Но если стороны пойдут друг на друга, они меня не заметят, снесут, затопчут. Как быть? Я продолжала размахивать белой простынёй, привязанной к швабре, и кричала что-то невнятное. Эль светился своей непередаваемой магией у меня за плечом.

С обеих сторон заметили моё нежданное появление, люди и эльфы передавали через помощников послания своим командирам. Прошла, казалось, целая вечность. Наконец, в рядах произошло шевеление, и вперёд выступили переговорщики. Обычные бывалые вояки, они криво смотрели на маленькую меня. Девчонка, на поле военных действий, чего удумала! И я их понимала, но не могла отступить. Было страшно. Собрав всё мужество, на вопросы переговорщиков я отвечала одной единственной фразой, что буду говорить только с командирами армий. Эль молча стоял за моей спиной, так близко, что я чувствовала идущее от него тепло. Это очень помогало. На меня кричали, мне угрожали, но я настаивала на своем. Наконец, вояки сдались. Белый флаг диктовал свои правила, и они собирались развернуться и уйти с докладом к своим начальникам. «Но их не послушают», - мелькнула догадка, и я, наконец, сообразила, что надо делать.