Академия телепатии

Глава 7

По понятным причинам, я никогда не был в физическом обличии в доме Эгбо. Его визиты к нам с отцом тоже ограничивались путешествиями через сно-сеть. Поэтому мы оба не могли с уверенностью сказать, что знаем дома друг друга.

Нам удалось установить достаточно регулярное общение. Мы разговаривали, по крайней мере, раз в два-три месяца, и не всегда по рабочим вопросам. Оттого сказать, что мы совсем ничего не знали друг о друге, тоже было нельзя.

Вместе с тем в реальности Эгбо и его окружения, в том, что касается их существования «на самом деле», я не мог поручиться. В современном мире вообще трудно стало находить «реальных» знакомых.

Конечно, здесь следует сделать оговорку. Пока что маги не сумели придать кибернетическим системам реальную независимость действий. Например, домашние киберы, несмотря на все их возможности, все же лишь продолжение своих хозяев.

Поэтому нельзя допустить, что я вообразил совсем уж выдуманных собеседников, тем более, установил отношения с ними. Уточню это, чтобы сразу стало понятно: маловероятно, хотя возможность оставалась, что Эгбо был плодом моей фантазии, оформленным сно-сетью.

Эгбо, скорее всего, существовал и действительно жил где-то в далекой Аррике. Почему скорее всего? С каждым годом все труднее различать, что мы знаем и с чем имеем дело на самом деле от сотворённого цифровой магии. Тем не менее, друг, с которым познакомил меня отец, с высокой вероятностью был реален.

Между тем, я не был вполне уверен, что привычки и характер арриканца по имени Эгбо полностью совпадали с образом «моего друга Эгбо» в сети. По отношению ко мне он тоже терялся в догадках. Но если задуматься, то я сам не способен вполне совместить своё восприятие меня «реального» и меня «виртуального» или «магического». Впрочем, не буду забредать в туман философских размышлений.

При общении с Эгбо всегда посещала простая мысль, как, наверное, и его в мой адрес. Рождался вопрос, насколько подлинно то, что мы показываем друг другу, если всё, что замечаем, есть продукт наших желаний и стремлений? Другими словами, даже если бы Эгбо показал мне свой дом и близких «по-настоящему», увидел бы я их взаправду, какие они есть на самом деле?

Возможно, звучит немного странно для восемнадцатилетнего парня, но я могу объяснить. Мне действительно восемнадцать, и я молодой человек, который не имеет большого жизненного опыта, а черпает основные знания из источников в сно-сети. Но я также клон великого ученого и мага. Что-то от его личности должно же быть во мне, учитывая полное совпадение наших хромосомных наборов, хотя реализация потенциала происходила в разных условиях.

Поэтому никому не советую удивляться недетским мыслям, которые посещают юный ум. Хотел ещё напомнить, что живу в мире, где люди быстро взрослеют. Иначе как тут выжить? И не стоит упоминать, что лично моё взросление проходило за закрытыми дверями в тепличных условиях.

Я не бегал по пустырям в поисках еды, не пользовался примитивными орудиями для охоты на крыс-мутантов и не разбирал завалы консервов, оставленных старой цивилизацией. Так никто в нашем мире долго не бегал, как о том фантазировали в довоенных книгах. Мало сбылось из того, что могло бы произойти «после апокалипсиса».

Период Восстановления, подкрепленный оставшейся технической инфраструктурой, занял не более двадцати лет, что, конечно, тоже не мало. Тем не менее, остатки выживших вскоре спокойно начали строить новый мир, в котором на передний план вышли средства коммуникации, а не материальные производства. Поэтому у нас здесь никто не гонялся за дичью с арбалетами, не сбивался в банды и не отбирал остатки топлива в войнах.

Такую судьбу выбрали себе лишь эльфы в Волтской пустыне, на месте бывшей могучей реки, да еще тролли, орки, демоны и другие инфернальные существа в Западных Окраинах. Зачинатели предлагали им помощь и поддержку. Нужно было лишь чуть ограничить собственную самостоятельность. В отличие от гномов и большинства «человеческих» регионов мира, эльфы и прочие отказались и не вступили в общение через сно-сеть. Что ж, живите, как вам нравится.

В нашей местности, как и в других прогрессивных регионах планеты, Власти организовали сообщества, похожие на древние полисы. Они быстро обеспечили внутренний и внешний обмен между отдельными объединениями. Часть таких составила Содружество, а остальные – свои варианты организации.

Все это управлялось интеллектуальными системами, которые рассчитывали наиболее вероятные траектории развития. Мир охватила восстановительная лихорадка. Единственная реальная сложность, задержавшая процесс, - это дефицит энергии, с которым послевоенный мир столкнулся в самом начале.

Учитывая, что в мире осталось мало потребителей, удалось значительно снизить остроту энергетической проблемы. Затем ситуация стала развиваться более или менее нормально и примерно одинаково во всех ключевых точках планеты.

Возможно, только в Аррике, Бхарате и Чжонго, где многие выжили, обеспечить всех оказалось сложнее. Но Содружество Полисов помогло идеями, отстающие организовались и, благодаря возможности лучше реализовывать природные ресурсы именно теми, кто еще недавно остро нуждался, устремились вперёд.

Современный мир ещё далеко улетел во всех смыслах этого слова, ибо не хватает человеческих ресурсов. Но мы стараемся продвигаться, как и я сейчас, когда иду за Эгбо в дом из стекла и бетона. Этот дом, возможно, не так прекрасен в реальности. Но, повторюсь, таким он мне показывается, точнее, я хочу его так увидеть.

Привык считать, что в Аррике всё на высшем уровне, ведь возможности у них шире, чем у нас. Что мне делать со своими предубеждениями? Ничего, просто принять к сведению и двигаться дальше.