Марсель в Бордо: миссия на счастье

Глава 5. Нина советует

Марсель

Незадолго до рассвета я заснула на плече у Дениса. Некоторые гости остались ночевать в усадьбе – им были выделены комнаты. У нас была необыкновенная спальня: резная кровать с балдахином, громадные окна в сад… и мы.

Как я люблю наше «мы»! Во всех его проявлениях: когда мы в постели, когда мы вдвоем болтаем, даже когда мы на людях, в обществе: ведь Денис всегда рядом! Не знаю, как это объяснить – ведь он общается с кем-то постоянно. По работе или просто о посторонних вещах. Но я чувствую, что мы вместе! Я часто нахожу его искрящийся взгляд, он часто подходит ко мне, обнимает, целует…

Мы – «мы»! Мы вместе! Я это ощущаю всем телом постоянно!

Какое же это счастье!

Именно с таким чувством я засыпаю в свой 24-й день Рождения! Это подарок от Него не только мне – этого, именно этого всегда хотели для меня мои папа с мамой!

***

Следующий день мне понравился еще больше минувшего: видимо, многие гости намедни перебрали и сегодня растеряли всю свою чванливость. Кто-то, не помня этикета, уплетал яйца на завтрак за обе щеки, кто-то жадно хлебал воду и все соки, что нашлись на столе для завтрака – каждый был самим собой.

Только Нина не изменилась. Она оставалась такой же резкой, эпатажной и доброй. Гремучая смесь.

За завтраком мы разговорились.

– Скажи, дорогая, – сказала мне Нина, устраиваясь за моим столом со своей тарелкой, набитой беконом, жареными яйцами и сардельками, – как ты видишь свою дальнейшую жизнь?

– Эммм, – замялась я, – хороший вопрос для завтрака.

– Это хреновый вопрос для любого времени суток, дорогая, я ж понимаю, – Нина смачно жевала бекон, – только на него отвечать приходится вне зависимости от времени суток.

– Хм, – промямлила я, разламывая свой круассан на части, – вероятно.

– Марсель, – Нина не прекращала орудовать вилкой, но лицо ее приняло крайне серьезный вид, – то, что сейчас происходит в твоей жизни – это очень хорошо. Я очень за тебя рада. Ты – невеста богатого холостяка, работаешь у него на хорошей должности. Но, я боюсь, это в любой момент может закончиться. Я понимаю, что тебе не хочется думать о таких вещах и мне трудно с тобой об этом говорить, но я считаю, что я должна. Что будет, если вы с ним расстанетесь? Не смотри на меня так, милая! Я знаю, что ты сейчас и думать об этом не хочешь! Но, а все же? Что ты делать будешь? У тебя за плечами есть диплом хрен пойми, какого ВУЗа, да «Золушка» Витьки Зазубнова. А он, кретин редкостный, теперь зуб на тебя точит – хоть кто у него попросит рекомендацию – он такого наговорит, что выше секретаря тебе ничего не светит…

– Нин, – перебила ее я, – я не понимаю, зачем Вы мне все это говорите! Вы ведь сами, извините, за счет мужа живете! Так почему Вы меня пугаете?

– Во-первых, как ты правильно сказала – я за счет мужа живу. Не жениха. Мужа. И весь бизнес – он наш. Не его. Не мой. Наш. И по документам и, если хочешь, «по понятиям». А во-вторых, разговор-то о тебе! Волнуюсь я за тебя, милая! Может, поучиться тебе еще, а?

– Нина! – я прыснула, – я только недавно закончила наконец! Куда мне еще учиться-то?

– А может, тебе зарубежом поучиться? Я оплачу! Выбирай любой ВУЗ! Ты ведь понимаешь, что с дипломом международной бизнес-школы тебя у нас с руками оторвут? Да и международную карьеру можно сделать!

Нина была так взволнована! Мне даже кажется, она заранее репетировала это предложение, чтобы сделать его ненавязчиво. Но это ведь Нина – какое там ненавязчиво. Я добродушно улыбнулась и сказала:

– Нин, спасибо большое за заботу, мне, правда, все нравится сейчас. Может, это со стороны недальновидно, но я не хочу никуда уезжать. Да и заграничные дипломы – это прошлый век. Сейчас уже другое время. Иные приоритеты!

Нина открыла было рот, чтобы продолжить спор, но какая-то тоскливая мудрость мелькнула в ее взгляде. Женщина поджала губы, чуть улыбнулась, кивнула и продолжила завтрак.

К вечеру почти все гости разъехались. Пока я паковала вещи, поймала себя на мысли, как я меняюсь. Вчера спустившись в зал с маминой сумочкой, этой моей реликвией, я преспокойно ее забыла до сегодняшнего вечера на столике у входа. Могла ли я еще пару месяцев назад предположить, что так халатно и легкомысленно буду относиться к оставшейся от мамы вещи?

Я не понимала, хороши эти изменения, или нет. Радоваться, или, наоборот, стоит укорить себя?

Я снова проверила телефон: от Лики, подруги, с которой мы поссорились в пух и прах именно из-за этой самой маминой сумки, не было ничего. Никакого поздравления.

Я вздохнула. Что ж. Нет так нет.