Год забот

Глава 31 - Александра

-Ну и чего вы раскудахтались надо мной как две наседки? – недовольно пробурчал отец. – Подумаешь, сердечный приступ, тоже мне беда. Не в первой!

-То-то и оно! – рассердилась я. – Почему я только узнаю, что у тебя проблемы с сердцем и ты не первый раз попадаешь с ним в больницу?

-И зачем мне надо было говорить об этом? Что бы вы, вот как сейчас, причитали надо мной? Нет уж! Увольте.

-Какой же ты эгоист!

-А ты нет? У тебя там, между прочим, работа простаивает. Ты не для того столько пахала, чтобы со мной тут нянчиться, отлынивая от дел.

-Ты хоть когда-нибудь можешь не думать о работе?

-Ну все-все! Не ссорьтесь. Саша, не кричи на отца. – мама как всегда выступает в роли миротворца между нами.

Я сдаюсь первой. Все-таки папе нужен отдых и спокойная обстановка, а я снова сорвалась.

Беспокойство за родителя в купе со злостью и обидой на него же разрывают меня на части.

Мы с мамой и Алькой прилетели сюда три дня назад и узнали за это время много нового. В частности, что за последние два года отец успел несколько раз побывать в клинике с сердечным приступом, а однажды даже в предынфарктном состояние.

Еще несколько сюрпризов ожидало нас в его загородном доме, где обнаружилась целая детская. Я стояла в оцепенение несколько минут таращась на нее и стараясь совладать с чувствами.

Отец всегда был очень скрытным и отстраненным, редко когда обнажал душу. Но то, что я видела сейчас своими глазами в его доме говорило о многом. О его любви и заботе о внучке, о желании видеть ее рядом, о надежде и планах на будущее.

Однако несмотря на это он продолжал держать нас на расстоянии.

«В моем возраст трудно менять привычки» - сказал он однажды. Но дело было даже не в возрасте, а в нем самом. Он не привык подстраиваться под обстоятельства, даже рождение собственного ребенка не сдвинуло его с намеченного пути.

Он любил меня и заботился как мог, никогда ни в чем не отказывал. Но не давал мне самого главного – своего участия и времени.

Я потираю лицо руками смахивая с себя детские обиды.

Знаю, что он меня любит. Просто его любовь проявляется иначе. В бешеном контроле и стремлении обеспечить меня материальными благами. Наверное, это нормально, для человека его уровня…

Я просто больше не хочу об этом думать и вести с ним холодную войну.

Он никогда не признает свою неправоту. Слишком упертый и гордый.

Но я теперь смотрю на него совершенно иначе. И все благодаря Альке.

-Егор звонил, передавал привет. – прерывает мой поток мыслей мама.

-Как он? – тут же интересуюсь я.

-Позвони сама и узнай. – она недовольно поджимает губы.

-Ага. – отвечаю автоматически.

Но не позвоню. Пока не хватает смелости.

Я снова сделала это. Оттолкнула его и обидела.

Конечно, он ничего не сказал мне. Это же Егор. Но я видела, как изменился тогда его взгляд и похолодел тон голоса.

Он хотел полететь с нами, но я отказалась от его помощи. Сказала, что это семейные дела.

Семейные. Словно Егор не стал мне роднее всех родных.

Дура. Просто дура.

Есть у меня такая особенность. В стрессовых ситуациях я закрываюсь и переживаю все внутри, отталкивая всех людей снаружи.

Сосед позвонил мне за эти дни всего раз. В первый день, чтобы узнать, как мы долетели и все ли у нас хорошо. Потом он звонил исключительно маме, чтобы быть в курсе наших дел. Иначе он просто не мог.

Я собиралась ему позвонить тысячу раз и сказать, как сильно его не хватает рядом. Его уверенного спокойствия, молчаливой поддержки. Особенно остро я ощутила его отсутствие сегодня в клинике у отца, когда его заехали навестить деловые партнеры. В числе которых был и Плетнев с женой.

Он сдержано кивнул и уставился на Альку у меня на руках. Его глаза широко распахнулись, брови высоко взметнулись вверх, он был крайне удивлен, но узнавания во взгляде не было. Чего не скажешь о его жене.

Олеся моментально сложила два плюс два. Она была избалованной папиной дочкой, но никак не дурочкой.

Ее яростный взгляд вперился сначала в меня, затем в Александра и остановился на дочке. Шок, неверие, бессильная злость. Олесе потребовалось не мало сил, чтобы взять в себя в руки и поздороваться со мной как ни в чем не бывало.

-Здравствуй, Саша. Давно не виделись. Жаль повод не самый приятный на этот раз. – проворковала она своим приторно сладким голоском.

-Привет, Олеся. Действительно.

-Твоя? – я кивнула. - Не знала, что у тебя есть дочурка.

-Ты же знаешь, я не слишком люблю афишировать свою личную жизнь.

-Да уж. - Олеся стрельнула взглядом на все еще удивленного мужа.

Трудно было сказать, что удивило его сильнее. Наличие у меня дочки или то, что мы с его женой были хорошо знакомы и вели сейчас светскую беседу. Ведь когда я еще работала в головном офисе компании, а она иногда заезжала к отцу, то мы и виду не подавали, что знакомы. Но это скорее не моя вина.

Да, мы были знакомы с ней с самого детства. Но никогда и не дружили, хоть и сталкивались частенько. Это было неизбежно, учитывая то, что наши отцы так тесно связаны общим делом. Однако, такой снобки, как она еще поискать надо. Всегда надменная, с задранной головой, считает себя лучше и выше других. Уж она то точно никогда не страдала от своего положения, скорее наслаждалась им.

Олеся всегда получала то, чего хочет. И для этого она, не стесняясь, то шла по головам, не жалея никого на своем пути. А папочкина поддержка во всем давала ей практически полный карт-бланш. Поэтому она относилась ко мне презрительно, не понимая моей «придури» в желании работать и скрывать свои родственные связи.

Не удивлюсь, если она была в курсе наших отношений с Плетневым. Но когда это ее останавливало? Скорее даже наоборот, раззадорило еще больше.

-Виктор Петрович, как вы себя чувствуете? Уже лучше? – наконец переключила свое внимание моя заклятая знакомая на главную причину своего визита.