Мятежная императрица

Глава 5

Покончив со всеми делами, спутницы собрались возвращаться, но перед тем завернули к лавке с душистыми лепёшками. На завтрак они уже опоздали. Еда во дворце выдавалась строго по расписанию, потому Лэ Юнь решила уже не торопиться и побаловать себя сладким.

В этом магазинчике продавались самые вкусные лепёшки, готовились они тут же, поэтому запах расходился по округе умопомрачительный.

- Эти мы съедим здесь! – девушка указала на две уже готовые лепёшки, покрытые тонким слоем мёда. – А ещё десяток упакуйте с собой!

Получив желанную сладость, девушки, присев за небольшие столики, принялись с аппетитом уминать угощение.

Ли Сяо не могла нарадоваться своей госпоже. Лишь удивлялась, когда она научилась получать удовольствие от таких мелочей, умудряясь и служанку делать счастливой.

- Ваши лепёшки! – хозяин лавки передал большой пакет и, получив серебряный, удалился с благодарными поклонами.

Они уже доедали свои порции, когда Лэ Юнь заметила на противоположной стороне улицы чумазого мальчишку. Он так жадно смотрел на их еду, что девушке сделалось не по себе.

- Эй! – подозвала она мальчонку. Тот неторопливо подошёл, попеременно оглядываясь, боясь увидеть хозяев лавки, которые частенько гоняли попрошаек.

Девушка взяла пакет со стола и протянула нищему.

- Возьми! – сказала просто.

Тот, не ожидавший такой радости, схватил пакет с лепёшками двумя руками и улыбнулся своим щербатым ртом. Промямлил что-то похожее на «я за вас молиться буду!»  и мигом бросился прочь, словно за ним свора собак гналась.

- Какой нахал! – усмехнулась Ли Сяо и попыталась схватить мальчонку, но тот оказался проворнее. – Даже не поблагодарил как следует!

Она хоть и возмущалась, но в голосе светились смех и доброта.  Служанка обернулась, чтобы радостно возвестить о чем-то хозяйке, но так и застыла, изумлённая увиденным. Слова застряли в горле.

В глазах её госпожи горела такая боль, словно у неё вынули сердце.

Лэ Юнь никак не могла совладать с нахлынувшими эмоциями. Перед ней всё ещё стояло лицо улыбающегося малыша. Её маленький Хуан Линь улыбался так же.

«Мама, смотри, я уже совсем большой! И ноги выросли, и башмаки!»

Ему было всего четыре года… Румяные щёчки, пухленькие ручки. Смеющееся лицо и глазки-бусинки с большими ресницами. Она так любила целовать эти глаза.

Через год его не стало.

До конца императрица так и не оправилась от горя. Оставшееся время она посвятила тому, чтобы отомстить.

Но не успела совсем чуть-чуть, император пришёл за ней раньше.

Дочь генерала до боли сжала руки в кулаках. Нет! Она никогда не простит им сына! Те двое поплатятся!

Лэ Юнь силой воли вернула себя к действительности.

«Не время сейчас предаваться горю! Предстоит жестокая война! Гораздо безжалостнее, чем на поле битвы!»

- Госпожа! – еле выговорила служанка, не в состоянии произнести хоть слова от постигшего шока. – С вами все хорошо?

Она сама была не в порядке, испугавшись так, будто смерть увидела.

- Да! – наконец, произнесла хозяйка, и теперь её взор был полон гнева. – Возвращаемся во дворец!

***

В этот момент маленький оборванец добежал до ветхого деревянного строения на углу и, пронзительно свистнув, скрылся внутри.

На это зов со всех сторон послышались такие же сигналы, и начали собираться попрошайки со всех окрестных улиц.

В старый дом сбежались несколько беспризорников из тех, кто был поближе.

- Смотрите! – радостно закричал тот самый нищий, который попался Лэ Юнь. Он вывалил на стол содержимое своего пакета, и сразу же несколько грязных рук потянулись к еде.

- Маленький Синь сегодня вытащил счастливый билет! – отламывая большой кусок от лепёшки, проговорил самый старший из собравшихся. Ему самому-то было лет двенадцать, но в среде таких же босоногих бродяжек он считался за главного. Остальные радостно принялись за еду, и каждый норовил погладить по лохматой голове или дружески толкнуть сегодняшнего везунчика.

- Что здесь происходит? – неожиданно от двери послышался приятный мужской голос.

В дом вошёл высокий молодой человек в роскошных шёлковых одеждах. Он был настолько красив, насколько всё было безобразно вокруг. Чёрные, слегка вьющиеся волосы, густые брови, изогнутые дугой, пронзительный взгляд тёмных, словно ночь, глаз и тонкие губы, всегда растянутые в презрительной улыбке. Девушки, увидев его, ахали и впадали в состояние прострации, а иные, которые послабее, сваливались в обморок. Казалось, красота его вышла из самого ада, чтобы разрушать нежные девичьи сердца. Такой человек никак не мог посещать подобные дома. Контраст между ним и собравшимися в помещении детьми был столь велик, словно солнце сошло в самое тёмное подземелье.

Тем не менее мужчина будто чувствовал себя как дома. Он уселся рядом с беспризорниками и с интересом уставился на их трапезу.

- Это я принёс! – стукнув себя в грудь, похвастался ему тот самый мальчишка, который получил лепёшки от Лэ Юнь.

- Наш Синь сегодня отличился! Ему несказанно повезло! – заговорили все разом.

Мужчина слушал внимательно. Казалось, пред ним лучшие друзья, и он не может нарадоваться их весёлому щебету.

Когда высказались все и настала сравнительная тишина, Синь продолжил:

- Мне их дала прекрасная леди!

- Леди? – удивился красавец. – В нашем городе я знаю всех прекрасных леди. Как она выглядела? Опиши!

- Нет, - хихикнул мальчишка. – Ты её не знаешь! Я тоже никогда её раньше не встречал!

Хоть малыш и обращался к нему на «ты», но с должным уважением в голосе. Молодой человек удивлённо вскинул брови.

- В столице появилась новая красотка?

Он говорил так, словно только девушками в своей жизни и интересовался. Будто молодой повеса в поисках очередной жертвы.

- Думаю, она не в твоём вкусе! – неожиданно выдал пятилетний беспризорник и озорно захихикал.