Служанка колдуна. Часть 1

Глава 28

Мужчины выгрузили из повозки корзинки со свадебным обедом, я проводила их в трапезный зал и ушла в нашу с Мери спальню, бережно прижимая свёрток к груди. Руки подрагивали от волнения и нетерпения. Мне нравилось ученическое платье от Гензеля, но свадебное должно быть ещё красивее. Ткань зашуршала под пальцами, камни в вышивке заиграли солнечными бликами.

— Мать-природа, — выдохнула я, разглядывая прозрачные капельки бриллиантов на вышитых золотой нитью цветах. — Какой узор!

Я даже забыла, что платье предназначалось другой девушке. Рисунок будто под меня придумали. Он напомнил о домике в лесу. Диких травах и росе, точно так же сияющей на солнце.

Наряд оказался великоват в груди. В отличие от Мери, мне почти не досталось женской красоты. И жаль, что магия ещё не вернулась. Подгонять подвенечное платье пришлось лорду Девилю.

“Отцу”, — мысленно поправила себя.

Ни разу на него не посмотрела, пока заклинания утягивали на мне ткань. Удерживали её вместо швов.

— Волнуешься? — раздался шёпот над ухом.

— Да, — призналась я, кусая губы. — Всё так быстро происходит, что голова кругом.

— Питеру нужно ехать на суд, иначе он потеряет расположение своего лорда. Приказчик и так задержался сверх меры, — колдун повёл рукой в воздухе, поправляя складки пышной юбки. — Я немного знаю о наследственной тяжбе. Поверь, куда больше честности в том, чтобы предложить тебе свадьбу сейчас. Питер не хочет зародить в тебе и тени подозрений насчёт его намерений. Ведь если Норфолк выиграет суд, ты станешь ученицей колдуна с титулом и обширными землями. Тогда сватовство простого приказчика будет воспринято, как попытка выйти в свет, держась за твою юбку.

— Я понимаю, — не стала я спорить.

Учитель действительно зацепился бы за такой повод, чтобы отговорить меня от свадьбы. Сказал бы, что Питеру нужна не я, а положение в обществе. Ученица колдуна, истинная аристократка по крови, неплохая травница. К концу обучения я смогу переехать в столицу, открыть аптеку и жить в достатке, благодаря дару и навыкам.

“А теперь и обучение может закончиться”, — подсказал внутренний голос.

Лорд Мюррей вернётся, увидит, что клятва слетела, а я — замужем за его врагом. Вспылит, голову даю на отсечение. Выгонит меня из замка, и я снова останусь наедине со своими магическими проблемами.

“Питер того стоит! — напомнила я себе. — Моя мама и бабушка выбрали магию заместо любви. Я насмотрелась на их страдания и не хочу повторять их путь”.

Раз шару-артефакту всё равно, останусь я в замке или уйду, то можно жить своей жизнью. Да, лорда Девиля никто не называл великим, но знаний у него от этого меньше не стало.

“Уйду, — решила я. — Дождусь Мери, господина Мюррея, попрощаюсь по-человечески и уйду. К мужу, к отцу, к новой жизни”.

И тут же стало жаль нашу с Мери затею с аптекой. Мы столько вынесли ради лицензии. Так радовались, когда клеили первые этикетки на бутылки.

“Питер точно того стоит?” — ехидно переспросил внутренний голос.

Я хлюпнула носом и промолчала.

— Пора, моя девочка, — объявил лорд Девиль и подал мне руку.

Платье шуршало, подметая подолом каменный пол замка. Я держала спину прямо и старалась не думать, в каком не праздничном беспорядке оставила волосы. Туфли отдала Мери. Замуж выходила в самодельных башмаках. Язык не повернулся попенять Питеру, что он забыл зайти к сапожнику. Хвала богам, некому было замечать мою оплошность. Вместо гостей в блестящих костюмах меня провожали взглядами предки Роланда Мюррея с потускневших портретов. Когда-то мы с Мередит искали в забытых всеми лицах сходство с господином Монком. Подозревали в нём кого-то из благородных. Смешно представить — самого хозяина здешних земель лорда Гринуэя. Как же его звали? Почему я никак не могла вспомнить.

— Дети мои, — торжественно обратился к нам отец Трюдо. — Предстаньте же пред ликами богов!

Мой жених обернулся от окна. Его чёрный камзол смотрелся необычно просто и в тоже время строго. Ворот рубашки украшал шейный платок. Я скользнула по нему взглядом и замерла. Нам придётся целоваться! Впервые в моей жизни!

Ноги тут же стали заплетаться от слабости. Я вцепилась в локоть отца и улыбнулась, надеясь, что щёки не пылают румянцем.

— Кто отдаёт замуж эту женщину? — спросил жрец.

— Я. Отец, — ответил лорд Девиль.

Всё плыло перед глазами. Меня подвели к алтарю, сооружённому из пустых сундуков. Я задыхалась от жара и не смела даже обернуться к тому, кого собиралась назвать мужем.

— Клянёшься ли ты, Анабель Лоуренс, ценить, любить и во всём подчиняться своему избраннику перед богами?

— Клянусь, — словно шагая прямо в небо, ответила я.

— Клянёшься ли ты, Питер Монк, ценить, любить и защищать свою избранницу перед богами?

— Клянусь.

Музыка звучала в его голосе, птицы пели за стенами замка. Я всем своим существом осознавала, что моя жизнь больше не будет прежней. Что десятилетия одиночества над книгами закончились. Мои пляски над колдовским горохом закончились. И ветер уже гнал от дверей, колыша лепестки цветов, то новое, что ждало меня.

— Скрепите свои клятвы кольцами, — попросил жрец.

Питер взял меня за руку и надел на безымянный палец золотой обруч с крупным прозрачным камнем в центре и россыпью маленьких. Я видела украшения бабушки в детстве, до того, как она всё распродала, но такой красоты в заветной шкатулке никогда не было. Бриллианты переливались, играли бликами и приковывали взгляд.

“Сколько мяса можно было бы купить! — проворчал у меня в голове голос Мери. — И платьев с башмаками”.

Священник закашлялся и выпучил глаза, будто тоже ни разу не видел таких крупных и чистых камней.

— Оно замечательное, — выдохнула я, поднимая взгляд на жениха.

В ответ он улыбался самой светлой и тёплой улыбкой.

— Едва ли оно достойно твоей красоты, но пусть будет. Клянусь, я привезу тебя в наш дом и ты забудешь о гороховой похлёбке навсегда. О тяжёлой работе, о причудах старика-Мюррея. Ты моя главная драгоценность, Анабель.