Смелость

Смелость

Пробы длились весь день. С раннего утра на сцену одна за одной выходили девушки, читали отрывки из сценария и вживались в роль. Кто-то умело, а кто-то не очень. Перед режиссером и его командой мелькали блондинки и брюнетки, девушки с рыжими волосами, каштановыми, русыми и даже голубыми и фиолетовыми. Не важен был рост и возраст. Режиссер хотел найти ту, которая сможет сыграть главную героиню фильма. Для проб он выбрал небольшой текст, но с глубокими переживаниями, которые не так легко изобразить со сцены.

Близился вечер. А на роль никак не получалось найти подходящую девушку. Почти все члены команды ушли по домам. За столом, сплошь заставленным стаканчиками из-под кофе, остались только двое. Дым от электронной сигареты плотным облаком повис под потолком студии, отчего неяркое освещение стало более тусклым.

- Крис, может хватит на сегодня? – спросил Глеб, помощник режиссера.

Он устало потянулся, разминая мышцы, и добавил:

- Не везёт нам сегодня с талантами.

Кристофор посмотрел на часы над дверью и покачал головой.

- Вот и день пролетел. Давай ещё парочку претенденток посмотрим и все. Обещаю.

Глеб выключил сигарету, сделал жест рукой, и из-за кулис вышла высокая худощавая девушка. Было похоже, что она попала на пробы впервые. Девушка жмурилась от яркого света сцены, робко переминалась с ноги на ногу и сутулилась.

- Представьтесь, - устало сказал Глеб.

Девушка вздрогнула. Она силилась рассмотреть тех, кто сидел в зале, но в тусклом свете не смогла никого увидеть.

- Мария, - осипшим голосом произнесла девушка.

Затем немного прокашлялась и громко повторила:

- Мария.

- Начинайте, - немного раздраженно сказал Глеб.

Девушка с трудом сглотнула и начала читать текст по памяти. Голос ее дрожал от волнения, а сама она слишком старалась и в результате играла неестественно.

- Спасибо, достаточно, - прервал ее помощник режиссера.

Мария затихла. Большие темные глаза стали влажными и испуганными. Ее нижняя губа дрогнула, и, обречённо повесив голову, девушка повернулась, чтобы покинуть сцену.

- Мария, постой! - позвал режиссер.

Девушка встрепенулась и вернулась на середину сцены.

- Зачем ты ее возвращаешь? - шепотом спросил Глеб. - Давай посмотрим следующую.

Кристофор не ответил. Он пристально посмотрел на Марию.

- Забудь про текст.

Девушка удивленно пожала плечами.

- Как это?

- Расскажи о том, что тебе дорого. О том, ради чего ты готова биться до последнего.

Девушка растерянно улыбнулась и подошла на край сцены. Ее глаза немного привыкли к свету, и теперь она отчётливо видела двух мужчин, сидящих за широким столом.

Один из них был красив - широкоплечий, с модной стрижкой и аккуратной бородкой. Он сидел, подперев голову рукой, и не скрывал недовольство. Другой мужчина, наоборот, смотрел на Марию с интересом. Его обычная, ничем непривлекательная внешность, компенсировалась чувственной улыбкой и глазами. Глаза его горели любопытством, словно он предвкушал какое-то чудо. И этим чудом сейчас была Мария. Девушка вдохнула полную грудь воздуха и постаралась рассказать так, чтобы не разочаровать того мужчину с горящими глазами.

Когда голос Марии перестал дрожать, а из движений ушла скованность, Кристофор тактично ее прервал. Он попросил девушку снова прочитать текст, который выбрал для проб. И после первых же фраз режиссер довольно откинулся на спинку кресла.

- Слушай, Крис, как ты их выбираешь? - Глеб наклонился к режиссеру, не отрывая изумлённых глаз от сцены. - Погляди на нее. Это же сокровище.

Кристофор усмехнулся и пожал плечами.

- Не знаю. Я просто помогаю приоткрыть дверь к их талантам, а дальше они сами.

Глеб отправил струйку ароматного дыма под потолок и кивнул в сторону сцены.

- Она идеально подходит на роль.

***

Съёмочная группа работала на студии без устали семь месяцев, чтобы успеть снять фильм в срок.

- У меня ничего не получается! - с отчаянием воскликнула Мария. - Я не знаю как мне стать, куда деть руки, куда ноги.

Девушка раздражённо развела руками и топнула ногой.

- Я бездарь! Мне никогда не стать хорошей актрисой. Ненавижу себя.

Мария закрыла лицо руками, и ее худые плечи задрожали от тихого рыдания.

В полумраке зала одиноко скрипнул отодвигаемый стул. Режиссер поднялся, и все замерли в ожидании. Тишина медленно поползла между рядами кресел, и даже Мария затихла, устремив мокрые от слез глаза в зал.

Кристофор твердым шагом направился к месту съёмки. Металлические протезы глухо простучали по деревянному полу, и Мария на мгновение перестала дышать. Она никак не могла привыкнуть к этому, и каждый раз противная дрожь пробегала по спине, когда она видела неполноценное тело мужчины.

- Расслабься, - спокойно, но с твердостью сказал режиссер. - У тебя все получится.

Мария постаралась не смотреть на его руки и ноги, хотя взгляд так и норовил туда скользнуть.

Она подняла глаза, и сомнения в собственных силах вмиг испарились - Кристофор смотрел на нее так, будто был уверен, что она справится. Он всегда каким-то магическим образом умел поддержать каждого на съёмочной площадке.

Мария смахнула прядь с лица и на мгновение задержала взгляд на своей ладони. Сухой ком заколол в горле девушки, и проблемы вдруг показались ей такими мелкими.

- Я готова продолжать, - заявила Мария.

И сыграла так, что сцену отсняли с первого дубля.

***

- У тебя просто ангельское терпение, - покачал головой Глеб.

Он опустился в мягкое кресло и с наслаждением вытянул ноги. Затем Глеб взял со столика стакан с ледяным виски и сделал небольшой глоток.

- Мое терпение обрывается на первой же истерике любого из них.