Голубая лента

часть 31

- Давай, посмотрим, что нам тут передала Матвейкина «мамка», - предложил Денис Полине, разворачивая перед Полиной узелок, который оставил им мальчик. – На самом деле, его маму зовут Ульяна, это молодая, черноглазая, красивая женщина и они с Макаром очень любят друг друга. Им просто-напросто повезло, что, когда по приказу их помещика, всех девушек и парней деревни поставили друг напротив друга и, не дожидаясь их согласия, так и поженили. Это же чудо, что эти двое так подошли друг другу, что совершенно искренне счастливы.

Расстеленный на соломе холщёвый платок вполне сошел бы за малую скатёрку. Он был вышит красными, белыми и зелёными крестиками по краям. Посередине этой скатерти  оказались кувшины и плошки с различной «снедью».

- Прямо скатерть-самобранка! – залюбовавшись, воскликнула Полинка.

- Так и есть, - подтвердил Денис. – Смотри, здесь много всего. И щи, и лапша, и холодец, и кисель из ягод, и какое-то коричневое молоко под пенкой, а ещё несколько малюсеньких пирожков, половинка круглого чёрного хлеба и мёд в стаканчике из бересты. А ложка опять одна-одинёшенька.

- Они ведь знают, что у нас одна есть, вот и передали ещё одну.

- Думаю, что так оно и есть, - подтвердил догадку Полины Денис и спросил:

-  Ты что-нибудь из всего этого хочешь?

- Нет, я пока наелась, давай оставим всё это на потом.

- Что ж, ты права, давай оставим. Но только я не удержусь и чуть-чуть отломаю этой коричневой пенки, она мне детство напоминает.

- Это такое кислое молоко, у нас такое на рынке раньше продавали, а теперь, наверное, разучились делать.

- Вот и мне оно детство у бабушки в деревне напоминает.  Хорошо, давай всё приберём, захочешь, скажи. Ты пока ложись, отдыхай, тебе надо набираться сил. Вот признайся, почему ты отказывалась есть?

Глаза Полины наполнились слезами.

- А откуда ты знаешь?

- Нам с Макаром сторож тюрьмы Степаныч сказал, что ты всё время плачешь и отказываешься от еды.

- Просто я совсем отчаялась и хотела умереть.

- Пообещай мне, поклянись прямо сейчас, что впредь, как бы тебе трудно ни было, какие бы беды и несчастья на твою долю ни выпали, ты больше всего ценить будешь свою жизнь, единственную и неповторимую! Пообещай мне это и пообещай объяснить эту главную мысль своим детям!

- Во-первых, я постараюсь.

- Обещаешь?

- Да.

-Твёрдое «Да»?

- Твёрдое!

- А во-вторых?

- А во-вторых, это будут наши с тобой дети.

После этих её слов серьёзно и ответственно настроенного Дениса захлестнула такая жаркая волна любви и нежности к своей любимой, что он крепко прижал её к себе, жарко поцеловал в губы и долго не выпускал из своих объятий.

Как их обоих одолел сон, никто из них не заметил. Они безмятежно проспали, обнявшись, до самого вечера.

Уже солнце сильно клонилось к закату, когда их разбудил Макар.

- Дрыхнут они, а ты тут для них старайся, одёжку добывай, да так, чтобы никто ничего не заметил, а если и заметит, то чтобы ничего не понял! Вот, получите, господин иностранец: камзол для вас расшитый, хоть и не новый, зато сапоги только что от мастера, лишь бы только к ноге подошли. А как  со штанами атласными будет красиво, залюбуешься! Вставай, чего лежишь? Быстро всё это примеряй! Я тебе даже парик добыл, надеюсь, подойдёт и он. А вам, сударыня всю одёжку моя Ульянка подбирала, я даже не видел ничего, Ульянка сказала, что мне всё это даже видеть не полагается.

- Спасибо ей, - сказала Полинка и вылезла через оконный проём во двор, прижимая к себе узелок, принесённый Макаром.

Пока её не было, Макар помог Денису преобразиться, но и мужчинам пришлось выбираться из сарая с сеном, потому что сапоги на мягкой соломе невозможно было примерить.

Из-за угла появилась Полинка. На ней была надета простая холщовая рубаха, со сборкой вокруг горла  и суконная невзрачная юбка. Только голову туго перетягивал  довольно красивый платок из тонкой зелёной шерсти с единственной красной полосой по краю.

- Девчатам можно без платка ходить, его на шее завязывать, это бабам положено волосы прятать, - сказал Полинке Макар.

- Как хотите, но я сама не смогу надеть на себя лапти и эти вот обмотки, - заявила она.

- Так давай, я тебе всё это надену, красавица, - предложил Макар и, посадив Полину на нижнюю перекладину лестницы, опустился перед ней на траву и стал надевать ей на ноги лапти.

Особенно смешно стало всем, когда Денис водрузил на свою голову парик. И даже после того, как Макар его поправил и помог Денису надеть кафтан, всё равно было смешно.