Сила тяжелого снаряда: как германские танкисты восприняли советские самоходки

Помните старый анекдот про Илью Муромца и Д’Артаньяна? Француз нарисовал на русском богатыре точку мелком и пообещал, что проткнет его там своей шпагой. Тогда Муромец попросил своих парней обильно посыпать мушкетера мелом и подать любимую дубину. Так вот, в противостоянии «Тигров» и советских 152-миллиметровых самоходок было примерно так же.

Изначально Су-152 создавалась совсем для другого. В Зимнюю войну 1939−1940 годов перед РККА в полный рост встала проблема преодоления вражеских укреплений. Нужно было мощное орудие, способное к самостоятельному передвижению при стрельбе прямой наводкой, к тому же, хорошо бронированное.

В роли такого орудия предстал монструозный 52-тонный танк КВ-2, несущий в своей здоровенной башне 152-миллиметровую гаубицу. Но у него был очень заметный силуэт, а хотелось бы что-то более приземистое. И орудие помощнее. В итоге советские инженеры взяли шасси танка КВ-1С, сменили башню на рубку и поставили туда орудие МЛ-20С. Длина его ствола была больше, а баллистика уже не была чисто гаубичной. Через некоторое время, после перехода советской промышленности с танков КВ на танки ИС, на смену ей пришла ИСУ-152 — практически та же машина, но на более совершенном шасси. Когда в 1943 году поля сражений насытились новой тяжелой германской бронетехникой, это предназначенное для штурма укреплений орудие пришлось как нельзя кстати. история создания самоходок и их применения описана в книге «Самоходки Сталина. История советской САУ 1919−1945» Михаила Свирина (2008 г.).

Поначалу для СУ-152 даже не было бронебойных снарядов — они были просто не нужны в рамках первоначальной концепции использования самоходки. Но и осколочно-фугасными она могла натворить немало дел, даже если броня у противника была толстой. Даже без пробития брони такой снаряд часто контузил экипаж противника и повреждал механизмы вражеского танка.

При этому СУ-152 и ИСУ-152 не были волшебными палочками без недостатков. Калибр снаряда и раздельное заряжание накладывали ограничения на скорострельность и возимый боекомплект. Оставляли желать лучшего и прицельные приспособления. В мае 1943 года научно-испытательный полигон ГАБТУ Красной армии представил отчет обстрела захваченного «Тигра» из различных артсистем. Было сделано и 10 выстрелов из МЛ-20 на большой дистанции — не удалось добиться ни одного попадания.

На полигоне не получилось попасть в «Тигр» с дальнего расстояния, но это не означало, что все попытки нужно было бросить. В условиях реальной войны 152-миллиметровые САУ активно использовали для борьбы против танков и нередко в этом добивались успехов. Так, воевавший на таких самоходках Сергей Стычинский, доросший после войны до генерал-полковника, в одном из боев уничтожил на своей САУ пять танков противника.

Подтверждают факты попаданий и германские мемуары. Взять хотя бы Отто Кариуса, одного из самых знаменитых танкистов панцерваффе. В своей книге «"Тигры" в грязи» он несколько раз описывает попадания снарядов тяжелых самоходок в германские танки — чаще всего они оказывались фатальными. Впрочем, самому Кариусу как-то раз крупно повезло при встрече с бронебойным снарядом ИСУ-152.

«Я хотел зажечь сигарету. Крамер дал мне огня, и в этот самый момент мощный удар потряс наш танк. Это, вероятно, был снаряд сверхкрупного калибра, выпущенный из самоходного орудия. Командирская башенка была полностью снесена с моего "Тигра". Осколки задели мне висок и лицо», — писал этот чудом выживший в тот день германский танкист.