Сокровище асуров

Глава 7 каникулы

Глава 7

Теперь вместе с асурами развлекались их группы целиком, включая преподавателей. Сидеть в «рюкзачке» из куска ткани или переплетённых длинных лиан малышка не желала категорически! Ей надо было топать между партами, ловя умиленные взгляды магически одаренных, хватать тетради и писчие принадлежности, гулить и сосать палец, любуясь сложнейшим водяным цветком или тройным воздушным вихрем.

Преподаватели быстро смекнули, что успокоить и отвлечь кроху может лишь красивая магия. Тонкая, как кружево, или мощная, как ураган. Поэтому на каждой теоретической лекции выбирался «развлекатель», в задачу которого входило показывать Золотинке нечто магическое и прекрасное.

— Ще! Ще! — недовольно кричала девочка, если криворукий студент не мог собрать правильно «ледяную звезду» или «флейту ветра». Зато если заклинание удавалось, кроха замирала и могла стоять, любуясь всю лекцию и не шевелясь. Магистры быстро смекнули свою выгоду и даже устраивали соревнования – кто лучше отвлечет Аурику.

Зато на практических занятиях малышке было раздолье. Она усаживалась под специальный защитный купол вместе с преподавателем и завороженно смотрела на вихри воздуха или воды на занятиях Дика, на вспарывающие землю корни и лианы у Рика и на тончайшие целительские плетения на практике Люка. Вскоре среди студентов стало признаком мастерства сказать небрежно: «малышка Аурика полчаса любовалась моей звездой Амарги»!

Золотинка росла, вместе с ней росли и ее способности. Как только ее перестали подводить ноги и руки, в малышке проснулся художник. Одним движением перекрасить стену класса? Легко! Изменить цвет волос любимых «папочек»? Запросто! Расписать психоделическими узорами мантию противного магистра, буркнувшего что-то про Академию и чокнутых студентов? Даже долго думать не пришлось!

Ко всеобщему удивлению, ректор ворчать не стал. Он сам взял Аурику за ручку и повел по зданию стихийного факультета, рассказывая, почему и зачем разные коридоры окрашены в разные цвета, и как важно, чтобы цветовая гамма кабинетов и аудиторий сохранялась. Кроха, выглядящая годика на три, серьезно кивала и больше стены не трогала.

С наступлением лета измученные кузены радостно рванули на пляж – навестить родителей, полежать на песочке, поесть свежих и сочных фруктов. Золотинка оценила и портальный переход, и белый коралловый песок, и джунгли. Она даже дала папочкам возможность отдохнуть и поваляться на песочке – ровно три дня. Потом малышке стало скучно, и она нырнула в море, превратившись в рыбку!

Дик едва не поседел, плавая следом и оберегая дочурку от хищников! Вызванный на помощь дед сплел хитрую сетку от акул и крупных рыб, установил буйки, напитанные сигнальной магией, и все слегка выдохнули. В безопасной бухте Аурика быстро заскучала, и ее взор обратился в другую сторону – в джунгли.

Теперь страдал Рик. Малышка превращалась в зеленый побег и ставила ему подножки. Познакомилась с попугаями и легко перенимала их облик. А увидев однажды питона, два дня ползала и шипела, пытаясь освоить повадки такого необычного тела. Вскоре все обитатели ближайшей рощи узнали, что страшнее Золотинки зверя нет. Сдерживающим фактором для девочки стал размер – она физически не могла превратиться в крупного зверя, зато научилась считывать их матрицы. На будущее.

Последняя часть каникул досталась Люку. Его вызвали в деревню аборигенов, чтобы помочь в сложных родах. Асур, не чинясь, пришел на помощь людям, а мелкая увязалась за папочкой. В результате за спасение тройни расплачивалась вся деревня! Аурика совала нос во все горшки и темные углы. Пробовала на зуб все, что могла ухватить рукой, лианой или хоботом. Копировала всех жителей деревни от столетнего деда до новорожденного младенца и обожала пугать матерей, появляясь из-за угла одновременно с их ребенком.

В конце концов местные жители принесли на пляж большую корзину фруктов и очень-очень просили не отпускать прекрасную Атаро[1] в деревню. Асуры усовестились и в тот же день вернулись в столицу. Все равно до следующего учебного года оставалась всего неделя, и стоило бы узнать новости и прикупить Аурике новую одежду.

Столица бурлила. В конце лета со всех концов страны в Инклонию собирались желающие учиться. Кроме Межрасовой Академии магии, столица человеческого королевства могла похвастаться многочисленными школами ведьмовства, колдовства и зельеварения. Большими ремесленными и торговыми кварталами. Целым «алым кольцом» – так называли улицу, состоящую исключительно из игорных, питейных и развлекательных заведений.  Летом жара и насекомые изгоняли прочь изрядную часть жителей, а ближе к осени все возвращались, и город превращался в гудящий улей.

После умиротворяющего шума волн и уединенности пляжа столица ошеломила мужчин, а вот Аурика радостно замахала ручками и собралась бежать в толпу. Рик едва успел спеленать девочку лианами.

— Сначала – домой! — строго сказал он. — Есть, мыться и спать. Завтра в Академию.

Золотце надула губы, но кузена поддержали Люк и Дик.

— В Академии есть полигон, — улыбнулся лекарь, — там можно будет снять защиту и магичить сколько хочется!

— А еще там есть наши друзья, — добавил Дираэль, — они тоже по тебе соскучились.

Девочка обрадовалась, засияла и… чуть не улетела через портал. Синеволосый асур успел ее перехватить и нацепил целое ожерелье из ракушек:

— Дед точно знал, что пригодится! — выдохнул он, забрасывая пищащую малышку на плечи.

— Что это? — полюбопытствовал зеленоволосый.

— Ограничитель портальной магии. Я его носил лет до пятидесяти, чтобы избежать спонтанных перебросов, — вздохнул синеволосый.

Кузены понимающе покивали.

Квартира, простоявшая пустой все лето, требовала уборки. Усадив Аурику на высокий стульчик и разложив перед ней игрушки и фрукты, асуры решили сначала навести порядок в своих спальнях. Если у Люциуса в комнате был почти идеальный порядок и требовалось лишь проветрить, смести пыль да разобрать сумки, то Риандель в свою комнату входил боком. Открытый шкаф, разбросанная всюду одежда, не заправленная во время поспешных сборов кровать и толстый слой пыли сверху – торопливый асур не закрыл форточку. У Дираэля комната была почти такой же, как у Люка, разве что поменьше свитков на полках, побольше мелочей и одежды.