Обрученная со злом

ГЛАВА №5.

До болота путь был неблизкий, но я наслаждалась, идя по лесу, сняв сапоги. Было так спокойно, вокруг щебетали птички, перескакивая с ветки на ветку и перекликаясь между собой. Иногда мне удавалось понять отдельные слова в их щебете, что говорило о развитии и росте моего дара и этот факт, безусловно, порадует Ядвигу, но расстроит родителей. Лес зеленел, трава шуршала под босыми стопами, мягко их поглаживая и обнимая. Голубое небо просвечивало сквозь густые кроны деревьев, а теплое солнышко, отражаясь от листьев и находя лазейки между ними, пятнами ложилось на траву, изредка играя на капельках росы радужными бликами. Этот лес жил, дышал, сиял разнообразием красок, но все резко поменялось, словно оборвалось, когда я вышла к болоту.

Сухие, небольшие, кривые деревца. Повсюду мох, кочки, которые могли в любой момент уйти в трясину, затянув с собой, стоило только ступить. Огромные заросли камыша и рогоза. Но даже такая с виду неприветливая картина имела свою особенную, индивидуальную красоту.

– Кикимора Трясковна! Кикимора Трясковна! – но ответа не было. Я подошла чуть ближе к мутной воде, – Меня Баба Яга прислала.

Со стороны камышей донесся девичий смешок. Посмотрев в ту сторону, успела заметить большой рыбий хвост, скрывшийся под водой, а когда вновь посмотрела перед собой, заорала.

– А-А-А-А-А! – попятившись, споткнулась об свою юбку и шлепнулась прямо на мягкое место, испачкав и промочив ненавистный мне кусок ткани.

Передо мной из воды выглядывали две девичьи макушки. Одна была с голубыми, как небо, волосами и черными, словно ночь, глазами, а вторая – с коричнево-зелеными волосами и венком из кувшинок на них. Глаза у второй были точно такие же как и у первой, но выглядела она младше.

– Иди к нам, мы покажем, где Кикимора, – пропела младшая, протягивая в мою сторону руки с длиннющими черными когтями.

– Вы не можете ее сами позвать, пожалуйста? Не хочу юбку еще больше пачкать.

– А ты смышленая, Святослава, – не успела я и глазом моргнуть, как старшая ухватила меня когтистой, непропорционально длинной рукой за подол юбки и потащила к воде, зашипев, – оч-чень интересно, какая же ты на ввкус-с, – Вторая ухватилась за мою длинную косу.

Вода оказалась неожиданно близко, и я с криком упала. Вода тут же попала в рот, у нее был землистый, неприятный вкус. Мавки тянули на дно, но мне удалось вырваться и схватиться за ветку дерева, маленькие сучки которой больно впились в ладони.

– Кха-кха! Помог…– меня вновь потянули на дно, при этом зажав рот. Укусив ладонь, я заорала что есть мочи.

– Замолчи! – одновременно зашипели мавки.

– Да щас! Жить еще не надоело! – я еще больше вцепилась в ветку. Юбка нещадно тянула вниз. С плеч, с головы свисали комья грязи, слизь, мох и тина. Некогда белая блузка теперь была бурой. Мавки с новой силой вцепились в мои плечи и дернули за косу так, что из глаз брызнули слезы. Да где же этот женишок, если он чувствует меня?! ААААА, Ядвига же говорила, что над лесом защита, – Помогите!

Когда я уже была готова сдаться от боли и усталости, мавки вдруг отпустили и, зашипев, скрылись под водой, напоследок окатив грязной водой, а меня выдернули из воды за шкирку. Потребовалось немного времени, чтобы отдышаться, прийти в себя и проморгаться от грязи и слез, а когда увидела, кто был передо мной, потеряла дар речи, неприлично вытаращившись на своего спасителя. За шкирку меня держал красивый, статный брюнет с хищными, аристократичными чертами лица. Его стальные глаза пристально осмотрели меня с ног до головы, задержавшись на бедрах, которые облепила ненавистная юбка, а позже и на глазах. Скорее всего, это была единственная часть моего тела, которая не была покрыта несколькими слоями грязи и слизи.

– Кто ты? Как попала на болото? В какой деревне живешь? – голос его оказался подстать внешности. Бархатный, глубокий, он как будто проникал в каждую клеточку тела.

– А…м…с…

Из-за шока и страха, пережитых только что, я не смогла ничего произнести. В глазах моего спасителя отразились брезгливость и жалость, а четко очерченные губы искривила усмешка. Не люблю когда на меня так смотрят. Я сразу же попыталась вывернуться. Держать меня никто не стал, и я упала к ногам вороного жеребца, на котором и сидел мужчина. Следует заметить, что мой спаситель одет был очень богато, но сдержанно. Темно-синий бархатный костюм, предназначенный для верховой езды, высокие сапоги до колен из материала, очень сильно напоминавшего кожу, и тяжелый черный плащ с глубоким капюшоном, сейчас откинутым за спину.

– Еще раз повторю, как тебя зовут? – почти по слогам произнес всадник. Он что, меня за дуру держит? Обидно как-то, ведь школу я закончила с золотой медалью и почти получила высшее образование, оставалось только защитить диплом.

Не дождавшись ответа, мужчина выпрямился. Как же эффектно он смотрелся на вороном скакуне. И тут я, вся в тине, с грязными блузой и юбкой, чумазая, сижу на земле.

– Что тут произошло? – прокряхтели за моей спиной.

Когда я обернулась, то увидела зеленокожую маленькую старушку с волосами-водорослями, в которые были вплетены кувшинки. Одета она была во что-то темно-зеленое, почти черное, напоминавшее своим видом балахон. На щеках и руках у нее были чешуйки. У старушки были такие же черные глаза, как и у мавок, которые теперь внушали мне ужас. Неосознанно начала отползать к своему спасителю.