Изначальные руны

4 глава. Восставший

Впрочем, Ариана надолго затихла после случившегося. То есть, она, конечно, не могла отказать себе в пустяковых развлечениях, но ни на что крупное пока не сподобилась. И не потому, что боялась. Как успели убедиться и ее друзья, и сокурсники, и преподаватели, страх был ей неведом. Уж что-что, а нарушать правила и вляпываться во всевозможные истории Ариана никогда не боялась. Обычно, ее пугали последствия, да и то, не всегда. Но до сих пор ее фантазия и бурная деятельность не натыкалась ни на что стоящее. Правда, она уже пыталась вызвать сопутствующее создание и это получилось у нее, как всегда, хорошо, хотя и не вовремя. После коротких, но яростных споров в учительской, было решено позволить мисс Эвериан пользоваться услугами зефириллы, поскольку именно это сопутствующее создание она и вызвала. Зефирилла обладала рядом полезных качеств, некоторые из которых считались для студентов преждевременными. Но в случае с мисс Эвериан подобные правила не принимались в расчет. Последнее слово осталось за магистром Каверли, который заявил, что запрещать что-либо мисс Эвериан глупо и бесполезно, ведь нет гарантии, что она этого никогда не будет делать только потому, что ей это запретили.

Перейдя на пятый курс обучения, Ариана по-прежнему проводила каникулы в школе. Родители, как обычно, не давали о себе знать. За прошедшее время девушка не получила ни одного письма, не говоря уже о приглашении провести дома некоторое время. Сначала это ее безмерно огорчало, а потом она начала привыкать. Родители оставались родителями, но тоска по дому постепенно сошла на нет. Иногда ей даже казалось, что так было всегда.

На пятом курсе Ариана начала серьезно задумываться о том, чем будет заниматься, когда закончит школу. О возвращении домой думать не стоило. Вряд ли, родители смягчатся настолько, что примут ее. Особенно, после шести лет обучения магии. Ведь подумать страшно, чему там ее могли научить.

Но для любого начинающего мага можно найти какое-нибудь дело. Академия никогда не бросала своих учеников на произвол судьбы, тем более, таких многообещающих, как Ариана. И дело для нее уже было на примете у магистра, хотя она сама еще ничего об этом не знала.

В один из солнечных дней воскресенья, когда старая учебная неделя была позади, но впереди маячила новая, Ариана прогуливалась по саду со своими друзьями. За лето они все порядочно изменились и выросли. Эрин вытянулся и стал еще более стройным, чем обычно. Он почти на полголовы возвышался над остальными тремя. Марк стал крепче, хотя в росте почти не прибавил. Лу, напротив, оставалась все той же пухленькой, кудрявой девушкой, чуть более румяной, чем обычно. Изменилась и Ариана, хотя ее друзья этого не замечали, все, кроме Марка, потому что он единственный из всех уезжал на каникулы к родителям.

Ариана не была особенно высокой, этим она пошла не в мать и не в отца. Но каштановые волосы поразительного оттенка она явно унаследовала от своего родителя. А также сапфировые глаза, большие, чуть продолговатые, окруженные длинными, густыми, черными ресницами. Шестнадцать лет – тот возраст, когда девушки из гадких утят превращаются в прекрасных лебедей. Следует уточнить, что подобное происходит не всегда и не со всеми. Ариана никогда не была особенно гадким утенком, но с каждым годом становилась все более симпатичной. На нее давно поглядывали и сокурсники, и студенты более старших курсов. Лу, впрочем, тоже не оставалась без мужского внимания. Белокожая, голубоглазая, со светлыми кудряшками и очаровательно вздернутым носиком, а также вполне определившимися формами, Лу пользовалась бешеным успехом у представителей противоположного пола. Она рано научилась кокетничать и вовсю пользовалась этим искусством. Возможно, Ариана вполне могла бы затмить ее, если бы приложила хоть какое-то усилие. Но до сих пор ее интересовали вовсе не мальчики, хотя иногда она ловила себя на мысли, кто их них симпатичнее: Питер Оуэн, Джек Доннери с шестого курса, не дающие ей проходу или Эрин, с которым ее связывала прочная дружба без намеков на какие-либо сантименты. Но больше всего Ариану интересовали по-прежнему две вещи: книги и магия. Книги потому, что там всегда можно было найти что-либо интересное, а магия потому, что являла собой все самое загадочное и непостижимое. Мальчики как-то бледнели на этом фоне.

Друзья в шутку прозвали Ариану книжным червем за то, что она часто пропадала в библиотеке. Легкомысленная Лу утверждала, что подруга не теряет надежды привлечь внимание Римериенна, но только шутя, поскольку все знали, для чего Ариана туда ходит. Девушка была способна просидеть весь день на жестком стуле, не отвлекаясь на мелочи типа обеда и ужина, не отрываясь от излюбленных ею книг.

- У меня ничего не выходит, - жаловалась Лу, держа Ариану под руку и неторопливо вышагивая вперед по дорожке, - я целый час пыталась разговорить это упрямое животное, а оно не желает мне отвечать. Не идет на контакт, хоть тресни.

- Черепахи вообще не очень разговорчивы, - заметил Эрин, идущий позади.

- Целый час? – вторил ему Марк, - заливаешь. Всего-то минут десять. Все остальное время ты строила глазки Тиму Монагану.

Лу залилась румянцем.

- Ничего подобного, - горячо возразила она, - ничего я не строила. Да тебя там вообще не было. Откуда ты можешь знать!

- Я тебя знаю, этого достаточно.

- Не было этого!

- Ага, ты болтала с черепахой.