Алая заводь

Глава 18

Пункт назначения был достигнут. Старое одноэтажное здание приветствовало гостей скрипевшими на ветру открытыми окнами и развалившимся помостом. Некогда крепкое деревянное сооружение с годами превратилось в тень себя прежнего: потемневшие от старости и гнили доски просматривались даже в тусклом свете луны, метры паутины образовывали замысловатые узоры на стыке стены и крыши.

Дряхлая деревянная дверь открылась от сильного потока ветра, точно приглашала внутрь мрачного дома. Внутри виднелась лишь полная темнота и горы перекрытий, свалившихся с потолка. Аварийность здания не подвергалась сомнению.

Валерка взглянул на карту, потом на пса, присевшего около гнилого помоста. Анастасийка размахивала руками, отгоняю полчища комаров и тухлый запах. Лёва шагнул в сторону дома и ощутил внезапное похолодание. Соня, последовавшая за ним, разделила неприятнее чувство. Вместе они стали выискивать безопасный путь до двери через развалившийся помост.

Доски предательски скрипели под ногами, несколько раз слышался отчётливый хруст. Дом словно боролся с собственным желанием впустить гостей.

Валерка обошёл дом вокруг и обнаружил бревно в неплохом состоянии, которое, похоже, служило импровизированной лавочкой. Он перебросил находку через помост, уперев один конец в порог, а другой в землю.

Передвигаясь мелкими шагами по влажному бревну, Валерка добрался до двери и протянул руку Анастасийке, следом вскарабкалась Соня, замыкал Лёва.

Внутри дом казался ещё более пугающим, чем снаружи. В углу шуршали мыши или крысы, с перекрытий слетело несколько летучих мышей, ринувшихся навстречу открытой двери.

Анастасийка прижалась к Валерке и задрожала от холода и страха. Лёва дождался, когда все летучие мыши покинут дом, и захлопнул за ними дверь. Соня подошла к распахнутым окнам с выбитыми стёклами и выглянула наружу. Она обнаружила ставни в неплохом состоянии и прикрыла их, чтобы хоть как-то изолировать помещение.

Валерка предусмотрительно достал фонарик. В центре помещения стояла огромная глиняная русская печка, приобретшая тёмно-серый цвет от, казалось бы, векового бездействия. У подножия лежало несколько сырых поленьев. Лёва забросил их в горнило и потянулся в карман за взятыми с собой спичками.

Сырое дерево отказывалось разгораться. Ребята замерзали и стучали зубами. Соня раскрыла портфель, где лежали украденные у Александра Ивановича папки, отсчитала несколько и остальные протянула Лёве.

— Полагаю, их тут нет и не будет, — сказала девочка.

Лёва поддался любопытству и заглянул в некоторые дела. Все эти дети, скорее всего, уже были в руках Плоткина. Захлопнув папки, он бросил их в горнило к дровам и снова зажёг спичку. Пламя медленно разгоралось и освещало небольшую комнатку.

Замёрзшие пальцы потихоньку отогревались, а на лицах поселилось спокойствие. Валерка придвинул к печке найденный табурет и осторожно забрался на перекрышу.

Каждый из ребят нёс нагруженный Кирой рюкзак со всем необходимым на первое время: фонарики, спички, клеёнки, пледы, сухой паёк и много других жизненно важных мелочей.

Валерка расстелил на перекрыше клеёнку и вытащил из рюкзака пледы. Ребята один за другим забрались к нему и пополнили запас тёплых покрывал. Разместившись, они перекусили и принялись рассматривать оставшиеся целыми личные дела Валеры, Лёвы, Анастасийки и Игоря. Остальные сгорели без следа, но позволили компании пережить эту ночь.

Каждый задумчиво листал своё дело и вчитывался в пометки. На этих страницах их представляли уродами, преступниками, и никого не вводило в заблуждение юное доброжелательное лицо, смотревшее со школьной фотографии.

— Значит, Плоткин всё знает. И про меня, и про вас, — печально заключил Валерка.

— Можете мне объяснить, что происходит? Я без вопросов следовала за вами, — просила Соня, сгорая от нетерпения.

Последующие полчаса прошли в подробном рассказе произошедшего три года назад в лагере «Буревестник» и объяснении нынешней ситуации. Соня слушала, не перебивая, изредка теребя край пледа. Когда история подошла к концу, к сегодняшнему дню, воцарилась тишина. Соня не задавала вопросов, не ждала более подробных разъяснений. Привычная скучная жизнь осталась позади, на смену пришёл невероятный мир фантазий и волшебства. Даже самые мрачные тайны, прозвучавшие сейчас здесь, казались до невозможного увлекательными. Для Сони тёмным и полным ужасов считался мир старый, обычный, но этот новый готовил нечто особенное, необъяснимое и воодушевляющее.

Ребята следили за реакцией девочки и пришли в недоумение, когда на её лице появилось романтично-мечтательное выражение. Анастасийка наклонилась к Валерке.

— Она с ума сошла, что ли? — прошептала на ухо Валерке девочка.

Парень непонимающе развёл руками и посмотрел на Лёву, который сосредоточенно наблюдал за Соней.

— Всё это кажется волшебным. У тебя словно появляется шанс совершить нечто стоящее, но это обманчивое впечатление. Этот мир тебя раздавит и забудет, — сказал Лёва и лёг, отвернувшись от ребят.

Соня почувствовала горечь разочарования, исходившую от нового знакомого, обдумать услышанное она решила завтра. Их долгое путешествие подошло к концу, но по ту сторону полночи их ждало совершенно новое, полное загадок и трудностей. И неважно, в каком из миров.

Ближе к утру печь погасла, и Анастасийка, замёрзнув, проснулась. Ночью она уткнулась в грудь Валерке, свернулась калачиком и уснула. Сейчас же парень отвернулся и тихо похрапывал. Нот устроился в основании печи и предпочитал поспать подольше. Лёва с Соней устроились на другой половине перекрыши. Мальчик постанывал и ворочался, пиная лежавшие в ногах рюкзаки. Соня же давно не спала и рассматривала дырявую крышу, но, поймав взгляд Анастасийки, принялась сползать на пол.

Анастасийка кивнула на дверь, и обе вышли из избы и спустились по бревну на землю.

– Давай прогуляемся, пока они спят. Расскажешь мне о себе, всё-таки мы в одной лодке теперь, – любезно заметила Анастасийка.