Одно тело, две души.

6

Прошедшие три месяца пролетели как одно сплошное мгновение.

Как и думала монахи «Небесно обители» были безмерно рады, что я съезжаю, хоть старались этого и не показывать.

Настоятелю Лаэрту я оставила щедрое пожертвование, на что он удивился, сказав что «Пять храмовых свечек столько не стоят», но деньги взял, поблагодарив.

В ответ на потрясенный вопрос «Вы, что все знали? Но почему промолчали?», глубокомысленно пожал плечами, заметив: «Тебе они видимо были нужнее», и степенно отбыл на литургию.

С подругой нам было весело.

Мы никогда не скучали. Эмили оказалась еще той выдумщицей. Вечерами мы обменивались новостями, обсуждали прошедший день, смеялись над соседями, часто по-доброму сплетничали.

Эмми уговорила меня выбросить мои грязно коричневые старые платья, заявив, что сошьет мне любые другие, только мне надо ткань подобрать, ибо я выгляжу в них не как обычная горожанка, а как житель трущоб.

На что я ей предложила альтернативное решение.

Что выбрасываю старые платья, а она мне сошьет шаровары из грубой льняной ткани и мужскую рубаху.

Эмили была в шоке.

- Но ты ведь девушка! – всплеснула она руками.

- Я в курсе. – насмешливо заметила, облизывая ложку которую обмакнула в бочонок с медом.

- Так не положено. – отобрала она ее у меня. – Потерпи, скоро будем ужинать.

- «Ложила» я на всех тех, у кого «не положено»! – обиженно, уставилась на девушку, отобравшую мою «вкуснятину».

- Что? – нахмурилась она, не понимая моих «современных» выражений, и хлопнула лопаткой по моей ползущей к меду, руке.

- Ауч! – возмутилась, потирая тыльную сторону ладони, на что она грозно прищурилась, а затем вернулась к котелку с нашим ужинном. – Плевать я хотела на мнение других, говорю. – расстроено плюхнулась за стол в ожидании того, когда же меня покормят.

- Тайлис…

- Эмили. – перебила ее. – Я хочу штаны и точка. И либо ты мне их сошьешь, либо я пойду к другой швее. Мне все равно кому платить. – закончила спокойно, принимая из ее рук миску с мясной кашей.

Штаны я получила, но на платье меня все же уговорили. Совсем простое домашнее, которое надолго поселилось в моей гардеробной.

В мае господин Маффин со своей бригадой завершили стройку, моего «серославянского дома», такой красоты и необычной конструкции, этот мир еще не видывал, заявил Мастер Маффин.

За основу я взяла северную русскую избу, на подклетис моими дополнениями.

Подклет — нижний этаж дома, хором.

Там жили слуги, дети, дворовые служители. В подклетах размещались погреба. Там же был скотный двор – где зимой держали скотину.

Вот только мой подклет был из камня и больше напоминал полуподвальный этаж, с узкими горизонтальными окнами, дающими достаточно света, и способными использоваться как неплохая вентиляция. Пол сделали каменный. Каменную кладку стен зашили деревом, утеплив изнутри опилками, сверху прошлись «побелкой».

Мастера впервые видели такой способ утепления домов из камня. Я разрешила им по-дружески, украсть у меня данную «придумку».

Все помещение раздели на две зоны.

Одну поменьше я планировала использовать как холодильную комнату, использовав руну «Иса» для сохранения льда и холода в помещении, а рядом комната с погребом для хранения овощей.

Туда вела лестница из кухонной кладовки.

Во второй, друг напротив друга поместились два просторных стойла.

С одной стороны для двух лошадок, пока перегородка между денниками была убрана делая его одним большим, а напротив такой же но для двух буренок.

Между ними оставался небольшой проход ведший, к невысоким дубовым воротам, выходящим во двор, лицом к мастерской, ближе к левому углу дома.

Так же в холодное время года сюда можно было спуститься из сеней, по приставной лестнице не выходя на мороз.

Еще здесь была топочная, построенной по моим чертежам Колпаковой печи Кузнецова, которую я в свое время хорошо изучила, так как хотела купить домик в деревне, где нет газа, отапливаться чем-то нужно.

Эта печь хорошо заменяет центральное отопление.

Здешние камины и жаровни ей не конкуренты.

Поспорить за право первенства с ней могу лишь «голландка», и наша традиционная русская народная печка.

Данный «мастхэв» у меня бесплатно господин Маффин умыкнуть уже не смог.

Права на Колпоковую печь, я завизировала в патентном отделе, столичной ратуши, но мы смогли заключить с ним, взаимовыгодный контракт на то, что с каждой продажи такой печи я буду получать сорок процентов.

А учитывая цены на магическое отопление в зимний период, которое многие из горожан не могут себе позволить, эти печи станут прекрасной заменой обычным каминам.

«Спрос будет!», - заявил мастер Маффин.

На втором этаже были сени с небольшими светлыми окошками, выходящими на лицевую часть дома, украшенные ставнями и затейливой русской народной резьбой, с которой нам пришлось повозиться и долго искать стоящего мастера резчика, который смог бы в точности воплотить мою задумку в жизнь.