Эсса

Глава 2.

— Эсса, я Эсса, — произнесла прорицательница вслух, пытаясь понять, нравится ли ей новое имя.

Её прежнее было мягким, округлым, а нынешнее заставляло напрягать кончик языка, чтобы имя не походило на аббревиатуру. Нет, всё же оно ей не нравилось, но, положа руку на сердце, приходилось признать, что и прошлое имя, которое перешло землянке Таисии, уже не казалось родным.

— Значит, всё-таки Эсса, — вздохнула девушка, соглашаясь на то, что есть.

В её голове всплывали знания, которые она получала каждый день, час, минуту, незримо проживая вместе с земной душой, занявшей её тело в прошлой жизни. Эти знания, опыт и отношение ко всему остались и теперь, позволяли думать о себе, как о взрослой самостоятельной личности.

Маленькая прорицательница безропотно приняла наказание за то, что в прошлом воплощении сдалась и не захотела жить дальше: ей не позволили родиться заново, отняв тем самым надежду, что в новой жизни её мог ожидать другой дар или вообще отсутствие оного. С другой стороны, предоставив второй шанс, мудрые наградили её, сохранив память и опыт, приобретенные в наблюдениях за Таисией!

Мудрые вынуждены были признать, что малышка в своё время не оборвала свою жизнь, как поступают самоубийцы, а осуществила невероятно удачную комбинацию. Ей приписали рассудительность и умение толково пользоваться своим даром, но на самом деле тогда ничего этого не было и в помине. Просто так получилось. Удача и интуиция! Нужная душа оказалась в нужном месте — и это сыграло решающую роль.

Тем более душа землянки Таисии страстно хотела жить, готова была изо всех сил бороться за предоставленный шанс, а маленькая Шайя была измучена видениями.

Теперь всё будет иначе. Теперь она не страшится своего дара, не считает его проклятием. Теперь она знает, как важна миру и не думает о том, что было бы здорово предсказывать не беды, а только хорошее!

Какой толк в том, чтобы предсказывать счастливые моменты жизни? Наоборот, это  чревато тем, что люди, довольные предсказанием, могут опустить руки и просто дожидаться их свершения. Предсказывать надо именно плохое, чтобы успеть защититься, чтобы даже в том случае, когда не миновать горя, хотя бы минимизировать последствия. В этом смысл её дара!

Почувствовав себя вдохновлённой, девушка поднялась и вновь развела себе полуфабрикат. Тело настойчиво требовало энергии для восстановления. Цветочный порошок действовал. Возможно, она ещё пожалеет о том, что воспользовалась им, не подумав о последствиях, но смерть ей теперь не грозит, а на данный момент это важнее всего.

Поев и почувствовав себя лучше, она доковыляла до большого зеркала в прихожей.

— Так вот ты какая, Эсса, — пробормотала девушка, разочарованно поджимая губы.

То, что она находится на Ютте, человеческой планете, она уже поняла. До захвата планеты Империей люди жили здесь неплохо. Отличительной чертой здешнего населения был невысокий рост при крепком телосложении.

Средней планкой роста для мужчин была цифра метр шестьдесят пять, а от неё уже считали, кто ниже, кто выше. Для женщин средний рост был метр шестьдесят, но опять же, бывало, девушки вытягивались вровень мужчинам, и в противовес можно было встретить совсем маленьких женщин-воробушков.

У Эссы рост оказался под метр восемьдесят. Наденет обувь на каблуке — и как раз ровно будет. Неудивительно, что её обзывают долговязой. Худая, мосластая, со впалыми щеками…

Девушка провела пятерней по прилипшим к голове сальным волосам и приподняла их. Тонкие, какие-то серые, жидкие, короткие… словно и нет их. На лицо вообще смотреть грустно. Понятно, что осунулась, исхудала, выглядит болезненно, но видеть в зеркале череп, обтянутый кожей, было жутковато. Карие блестящие глаза, которые в ином случае можно было бы счесть красивыми, настолько диссонировали с общей бледностью, что лишь усугубляли убогий внешний вид.

Фигура тоже производила отталкивающее впечатление: выпирающие ключицы, выделяющиеся локти на тонких ручках-веточках и коленки на ногах-спичках, почти полное отсутствие груди…

— А говорили, что арианки все красавицы, — опустив голову, Эсса расстроено отошла от зеркала.

Она не знала, в каком теле очнётся, но неосознанно желала стать молодой девушкой, коей себя и ощущала. Можно сказать, её мечта сбылась. Более того, в её теле течет кровь представителей высших рас, и для бывшей алайянки это чистый восторг, вот только плакать хочется, глядя на своё отражение.

Вспомнив о том, что сама же сокрушалась из-за сутулости, Эсса распрямила плечи, но хватило её усилия ненадолго. Она успела убрать вещи, кое-что забросила в стирку, вынесла мусор — и всё. Слабые мышцы спины устали, и плечи вновь опустились на привычное место, но что-либо менять сейчас не хватало сил.

Девушка побрела на кухню, посмотрела, что припасов на завтра уже не остаётся... немного сомневаясь, всё же развела в воде предпоследний брикет, поела и отправилась спать.

Больше отлёживаться ей нельзя, и завтра придётся показаться миру, выйдя на работу, иначе она переварит собственные внутренности при таком жоре. При мыслях о ближайшем будущем ей становилось страшно. Весь позитивный настрой отступал перед действительностью, даря взамен тревогу и желание забиться в тёмный уголок.

Прорицательница попробовала сосредоточиться и вспомнить что-нибудь ещё о планете Ютте, но кроме того, что этот мир был захвачен имперцами и объявлен их колонией одним из первых, вспоминать было нечего.

Раньше юттианцы летали в космос, торговали, и были одними из многих, теперь уровень их жизни явно скатился до ручного труда и отсутствия медицинской помощи. Впрочем, это не удивляло девушку. Со стороны было хорошо заметно, что имперцы намеренно замедляли прогресс на захваченных территориях, превращая местное население в серую массу, живущую мыслями о добыче еды и прочих примитивных удовольствиях.

Эссе хотелось бы уточнить время, в которое она попала, но в квартире не оказалось никаких гаджетов, кроме стареньких часов, которые на Алайе можно было встретить только в музее. Ясно было только, что сейчас осень и имперцы уже давно обосновались на Ютте. Последнее, что помнила маявшаяся без тела душа маленькой представительницы народа алани, это как Алайянцы совместно с жителями Старка начали теснить Великую Империю, освобождая своих соседей.