Попасть в кошку

Глава 1. Пробуждение

На запах,

На запах

Спешу на мягких лапах

        А. Александров

И был свет... и проникал этот свет сквозь мои закрытые веки, заставляя проснуться. Просыпаться мне не хотелось, но где-то на грани сна и яви слышались крики людей, лай собак и ещё непонятные звуки. Моё сознание, как профессиональный эквилибрист, балансировало на тонкой черте сна и бодрствования, в то время как тело пыталось спрятаться от надоедливого света и ещё больше от беспокоивших звуков. Я ворочалась в разные стороны, искала подушку или одеяло, страстно желая натянуть их на глаза и погрузиться обратно в глубокий сон, но под собой находила лишь траву.

Траву!!! Резким толчком мое сознание ворвалось в реальность, заставляя распахнуть глаза и вскочить на ноги. На ноги ли? - следующая мысль дернула как удар тока, инстинктивно мое тело вскочило и встало на четыре лапы. Думать было некогда, я отчётливо слышала звук погони, звук охоты на зверя, а значит вполне возможно, что охота шла на меня. Чуткий звериный нос улавливал запах псины, людей, лошадей и множество других примесей. Спасибо носу, я могла определить, откуда идёт враг и куда следует бежать мне.

Побежала. Тело словно жило само собой, ловко лавируя среди лесных препятствий, я же была лишь движительной силой, побуждая тело зверя бежать. Перед моими глазами мелькали белые в черных точках мохнатые лапы, да-да, это были мои собственные лапы, появившиеся вместо рук. Хвост поддерживал равновесие, а уши слышали малейший шум, издаваемый преследователями. Я не была уверена, что объектом охоты являюсь я собственной персоной, но инстинкт самосохранения вопил, что на всякий случай нужно спрятаться.

Местность незнакомая, причем совершенно незнакомая, я не узнавала ни один вид деревьев, кустов или трав. Внешне они были обычными, в плане имели стволы, ветки и листья, но, тем не менее, не принадлежали к известным мне, а я, скажу не без гордости, знаток местной флоры и фауны своего города и пригорода.

Мысли мыслями, а тело явно знало что делает, унося меня все дальше от охотников. Я наслаждалась бегом, бегом без одышки и учащенного пульса, дрожи в коленках и острой нехватки воздуха. Нет, я не была больной, я просто пышка и радости бега для меня всегда оказывались недоступны. Но это было до того, как я проснулась сегодня в неизвестном месте и в явно кошачьем теле. Не то что бы мне это не нравилось, скорее, поражала необычность происходящих изменений.

Шум погони остался далеко позади, и я могла перевести дух, перейдя на широкий шаг. Мои ноздри трепетали, улавливая поблизости источник пресной воды, мне хотелось пить, пока больше, чем есть, но по внутренним ощущениям скоро проснется и голод. Высунув от жары язык, а жара стояла знатная, от земли поднимался парок, испаряя последние живительные капли из почвы, я направилась к реке. Да, точно, реке, мои уши улавливали характерный шум бегущей по камням воды, будто я стою от неё буквально в паре шагов, а не метров за пятьдесят, оценила я расстояние до ближайшей густой растительности. Что ж, с одной потребностью я вскоре смогла справиться, войдя в воду почти по самое брюхо и опустив свой розовый разгоряченный язык в прохладу горной речушки. Заодно в небольшой заводи я смогла рассмотреть свое отражение. В чуть колышущейся мутноватой воде на меня смотрел белоснежный барс с обычным для них черно-пятнистым рисунком на шкуре.

- Красотка, - восхитилась я, не отрывая узких вертикальных зрачков от поджарого тела, вспомнив сколько слёз я пролила дома в подушку.

Воспоминания о доме горькой волной прокатились по моей душе, поднимая с самого дна тоску по родителям, дому, скрипучей качели во дворе и доброму псу Микки. Но не по телу, определенно не по своему телу, которое я ненавидела до каждой складочки. Из-за моего тела одноклассники звали меня гусеницей, предпочитая не дружить и чего уж скрывать, побольнее обидеть при встрече. Это заставило меня ожесточиться, стать крепче и уже не рыдать от каждого летящего в мою сторону колкого слова.

Я сама воспитала свой характер, но вот воспитать тело никак не удавалось. Мама утверждала, что в человеке главное душа, а не тело. Она меня жалела, но как, простите, подростку можно внушить, что его тело не важно, когда перед глазами ежедневно другие примеры. Я прочла тонну фэнтезийных романов про попаданок, пережила с героинями тысячи приключений, но не одна из них не была похожа на меня - гусеницу из "Алисы в стране чудес". Пусть я храбрилась, уговаривала себя, что ещё рано, и я не встретила своего единственного, где-то глубоко в душе, скажем даже очень-очень глубоко, я похоронила истину, что такие как я, обречены на одиночество. Поэтому приходя с нелюбимой работы, я запиралась в своей комнате, скачивала очередную книжку, вооружалась горой шоколада, конфет, иногда пирожков или печенья, если мама их готовила, и погружалась в далёкие миры, на время превращаясь в красивую героиню романа.

Только что я делала и где была перед тем моментом, когда попала сюда - не помню. Может мне стёрли память? Но кто это сделал, если я очнулась совершенно одна? Моё попадание в другой мир, а может только в другое место, больше походило на случайность. Смешно, я всю жизнь мечтала об этом, а в итоге стала исключением из правил. Мою историю можно назвать "Гусеница в другом мире" или "Жирдяйка непонятно где". Хотя, я снова всмотрелась в свое отражение, сейчас я выгляжу совершенно не толстой, пусть и совершенно не человеком.

Выбравшись из воды, я прилегла под большим раскидистым деревом, дарующим спасительную тень на берегу реки.