Признание права собственности в силу приобретательной давности в судебной практике ВС РФ. Обзор определений ВС РФ по приобретательной давности: вопросы добросовестности владения.

Приобретательная давность в судебной практике ВС РФЯ уже делал публикации по теме приобретательной давности (здесь и здесь). Нельзя сказать, что споры о признании права собственности в силу приобретательной давности являются распространенными, но, тем не менее, иногда они возникают, и я отслеживаю судебную практику ВС РФ по данному вопросу. Осень 2019 и весна 2020 года дали нам целых три определения относительно приобретательной давности. Отмечу, что в целом практика СКГД ВС РФ развивает довольно прагматичный подход к понятию добросовестности владения, отменяя решения судов, которые, на мой взгляд, были просто неразумными проявлениями чистого формализма. Учитывая то, что благодаря короновирусу появилось много свободного времени, я и решил скоротать его за написанием свежего обзора.Итак, обратимся к первому из комментируемых определений.Добросовестность владения для приобретательной давности Я уже писал ранее о понятии добросовестности для давностного владения и не буду повторяться. В Определении СКГД ВС РФ от 17.09.2019 № 78-КГ19-29 как раз и обсуждаются границы добросовестности для давностного владения. Нижестоящие суды исходили из сугубо формального подхода добросовестности. Речь шла о приобретении долей в праве общей долевой собственности на жилые дома.По мнению, нижестоящих судов, если истец знал, что доли в праве собственности на дом, в котором он проживает, которым он владеет, то он не является добросовестным. Да, на мой взгляд, если бы речь шла о незаконном завладении чьей-то вещью, которая заведомо имеет собственника. Но совсем иное дело, когда истец владеет законно всей вещью, так как доли в праве идеальные, а владение то идет всей вещью в целом, то в чем его недобросовестность. Может быть в том, что собственник другой доли за весь срок давностного владения так и не проявился, не задумался, что собственность еще надо и содержать и нести расходы. А возможно собственник и вовсе не заинтересован в вещи и устранился.К сожалению, судьи Петродворцового районного суда Санкт-Петербурга и Санкт-Петербургского городского суда, вняли простому формализму. Несмотря на то, что ответчик признавал иск, суды все равно исходили из следующей, крайне неуклюжей и незрелой позиции:Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении договора купли-продажи 2/8 доли в праве собственности на домовладение Клименко И.А. было известно о принадлежности оставшихся долей жилого дома другим лицам. Поскольку спорная часть домовладения являлась собственностью иных лиц, права наследования после которых у истцов отсутствуют, суд пришёл к выводу об отсутствии добросовестного владения указанными жилыми помещениями в том смысле, который определен статьёй 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем в удовлетворении иска отказал.СКГД ВС РФ не согласилась с такой махровой позицией нижестоящих судов, указав следующее:Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.Следует учесть, что в данном споре речь шла о долях, которые некогда были проданы сособственниками другим лицам, которые умерли. ВС РФ исходил из того, что Санкт-Петербург не оформил на себя право собственности, если предположить, что имущество стало выморочным. Другой же ответчик иск признавал.СКГД ВС РФ в данном деле высказала следующую правовую позицию важную для понимания добросовестности владения:По смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и в том случае, если владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на данное имущество, однако по каким-либо причинам такая сделка в надлежащей форме и установленном законом порядке не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.Иначе говоря, если один из сособственников продал вещь, но переход права собственности не был юридически оформлен, т.е. собственником вещи осталось лицо, которое фактически отказалось от права собственности, а затем этот собственник умирает, и никто после него не принимает наследства, то никакой недобросовестности давностного владельца всей вещи не имеется. А в рассматриваемом споре была именно ситуация, когда не была полностью завершена процедура перехода права собственности на доли.Кроме того, истец может сам выбирать способ защиты права. Нижестоящие суды сочли, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты права, так как он мог бы заявить требования о переходе права собственности, но ВС РФ исходил из того, чтоНаличие возможности предъявить иные требования, в частности о понуждении к заключению сделки, о признании сделки действительной, о регистрации сделки или права собственности, о признании права собственности на основании сделки и т.п., само по себе не исключает возможности приобрести  право собственности в силу приобретательной давности при наличии соответствующих условий.Некоторые суды думают, что они очень умны и хитры в области юридической казуистики и могут ехидно отказать в иске, ссылаясь на ненадлежащий способ защиты права, не понимая того, что когда возможны альтернативные способы, то выбор принадлежит истцу. В данном определении ВС РФ как раз и поправил любителей такой бездумной казуистики.В Определении СКГД ВС РФ от 22.10.2019 № 4-КГ19-55 обсуждалась также добросовестность для приобретения в собственность долей в праве общей собственности на земельный участок и жилой дом в порядке приобретательной давности. В нем ВС РФ высказал уже известные позиции относительно добросовестности давностного владения:Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по её содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.Здесь даже нечего обсуждать, так как защищать собственника, который не имеет интереса в собственности на вещь, при том, что вещью длительное время владеет лицо, правомерно вступившее во владение, является просто глупостью. Тем не менее, таких решений судов общей юрисдикции много, что меня вовсе не удивляет, так как, посещая сии учреждения, учишься переставать удивляться.Непрерывность и добросовестность владения для приобретательной давностиВ самом свежем Определении СКГД ВС РФ от 10.03.2020 № 84-КГ20-1 обсуждается уже вопрос добросовестности не в части приобретения долей, что вызывает к нему больший интерес.Иск был обоснован тем, что имущество, которое истец приобрел в силу приобретательной давности, принадлежало бабушке и дедушке истца, затем другим родственникам истца, у которых его приобрел гр-н Шустов М.Г. весной 1999 года. После приобретения домовладения Шустов М.Г. практически сразу выразил намерение его продать. Шустов М.Г. и Габараева О.В. договорились о приобретении данного имущества последней, однако не успели заключить сделку ввиду смерти собственника. Наследников у Шустова М.Г. не установлено. По утверждению истца, она с 1999 года добросовестно, открыто и непрерывно владеет этим домовладением как своим собственным, поскольку считает его родовым и желает сохранить, использует для проживания, произвела ремонт, обрабатывает приусадебный участок.Ответчики, Администрация Старорусского муниципального района Новгородской области и администрация Залучского сельского поселения Новгородской области, не возражали против удовлетворения иска, но, тем не менее, как вы догадываетесь, суды отказали истцу в удовлетворении исковых требований.Как суды мотивировали отказ?Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом не доказано, что она добросовестно, открыто и непрерывно владеет испрашиваемым имуществом как своим собственным на протяжении 18 полных лет, посчитав пояснения свидетелей противоречивыми, а также сославшись на то, что истец пользуется домом не постоянно, а периодически.Суд апелляционной инстанции, Новгородский областной суд, согласился с выводом суда первой инстанции о том, что Габараева О.В. использовала спорное имущество сезонно, дополнительно отметив, что она не оплачивала налоги за это имущество. Кроме того, суд апелляционной инстанции мотивировал согласие с решением суда тем, что испрашиваемое имущество является выморочным и в силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть приобретено другим лицом только путем заключения с органом местного самоуправления гражданско-правовой сделки.Ну, довод относительно налогов у меня ничего не вызывает, кроме улыбки. Если имущество не зарегистрировано за истцом, то, какое основания для того, чтобы он платил налоги. Нет, конечно, я видел некоторые решения судов штатов США, где давностные владельцы платили налоги на имущество, которые они хотели приобрести в порядке давностного владения, но у нас другая налоговая система и оснований для уплаты имущественного налога на объект недвижимости, который за истцом не зарегистрирован, просто не имеется.Второй же довод свидетельствует о сверхбдительности суда в части лжеохраны интересов муниципального образования, представители которого не возражали против удовлетворения искового требования.В определении говорится, что судами первой и апелляционной инстанций при разрешении дела не учтено, что органы местного самоуправления с момента смерти Шустова М.Г. более 19 лет, в том числе и при рассмотрении судами настоящего дела, интереса к испрашиваемому истцом имуществу не проявляли, правопритязаний в отношении его не заявляли, обязанностей собственника этого имущества не исполняли; согласно выпискам из ЕГРН его правообладателем на момент рассмотрения дела записан Шустов М.Г.Теперь обратим внимание на то, что выморочное имущество, если оно не принято в порядке его наследования, установленного законодательством для данного вида имущества, то оно, формально оставаясь выморочным, не поступает во владение соответствующего публичного образования. Иначе говоря, 19 лет то, лицо, которое могло бы стать полноценным собственником выморочного имущества, если бы оно было принято, ничего не делало, но по мнению судов, все равно, не пущать и все тут.И здесь ВС РФ, весьма уместно, сослался на известное постановление КС РФ относительно виндикации публичными образованиями жилых помещений у добросовестных собственников. Речь идет о постановлении КС РФ от 22 июня 2017 г. № 16-П, в котором говорится следующее:… переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства (пункт 1 статьи 1151 Гражданского требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права кодекса Российской Федерации в истолковании постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»), не отменяет, законодательное закрепление необходимости которой, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу (постановления от 26 мая 2011 г. № 10-П, от 24 марта 2015 г. № 5-П и др.). Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.По мнению ВС РФ при разрешении вопроса о добросовестности давностного владения истцом испрашиваемым домом указанные в постановлении КС РФ обстоятельства должны были быть учтены судами первой и апелляционной инстанций в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора.Равным образом, не согласился ВС РФ и с совершенно абсурдными доводами относительно того, что истец непрерывно не находился в доме и на земельном участке. Иначе говоря, суды, вынесшие решения, просто не понимают что такое владение. По их логике, если я закрою свою квартиру на замок и уеду на 6 месяцев в отпуск, то я утрачиваю владение. Владение – это фактическое господство над вещью и устранение владения иных лиц, кроме владельца. Если я закрыл квартиру и в ней остаются мои вещи, и я в любое время могу приехать в неё, и я полностью устраняю возможность иных лиц вселиться в неё, то я ей владею и не утрачиваю владения.ВС РФ в определении указал на неправильное понимание судами непрерывности владения:Ссылки судов на то, что истец пользовалась спорным жилым домом периодически и этот дом не является ее постоянным местом жительства, также не являются основанием к отказу в удовлетворении иска. При разрешении вопроса о непрерывности давностного владения истца данным имуществом, суды фактически отождествили правомочие владения и правомочие пользования имуществом. Периодическое неиспользование имущества по назначению (эксплуатация его полезных свойств), само по себе не означает фактического выбытия такой вещи из владения пользователя.Между тем юридически значимым обстоятельством при разрешении вопроса о непрерывности давностного владения является выяснение вопроса о том, прекращалось ли давностное владение истца имуществом в течение всего срока приобретательной давности (абзац пятый пункта 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»), а не вопроса непрерывности использования такого имущества по назначению, в частности вопроса о непрерывном проживании истца в спорном жилом доме.Таким образом, судьи, которые вроде бы получали юридическое образование, просто были не в состоянии отличить понятия владения и пользования. В данном случае истец не пользовался непрерывно имуществом, но его владение им не прекращалось. Очень грустно видеть такие решения, когда суды не в состоянии разграничить элементарные юридические понятия и понять нормы о приобретательной давности. Но мы имеем то, что имеем и приходится с этим считаться и понимать, что не все дела вот таких деятелей от правоприменения попадают в ВС РФ и могут быть исправлены.Не обошлось в данном деле и без нарушения судом апелляционной инстанции норм процессуального права, на которые указал ВС РФ, но это уже не относится к теме обзора.Итак, ВС РФ уже многократно подчеркивает, что осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения, а применять нормы ст. 234 ГК РФ надо еще с включением головы, если, конечно, она есть. Правосудие должно быть внимательно к деталям и специфике каждого отдельного случая, а не в бездумном написании абсурда в судебных решениях.

Уважаемый Станислав Всеволодович, спасибо за Ваш очередной аналитический обзор! Очень полезная статья — готовый путеводитель по решению сходных проблем доверителей! Спасибо! (Y) (handshake) 



Уважаемый Иван Николаевич, короновирус дал нам много свободного времени. Все суды перенесены. Отдыхаем. Пишем(handshake) 



Уважаемый Станислав Всеволодович, очень полезная публикация, спасибо!(Y)  

Добавила в избранное.(*) 



Уважаемый Станислав Всеволодович, очередное Вам спасибо за полезный обзор!   

Довольно интересная для меня категория дел. Правда, интерес пока только теоретический.   

За всю практику ни разу (!) мне как-то не пришлось применить именно такой способ защиты нарушенных прав. Пару раз перспективу рассматривала, в качестве одного из возможных вариантов, но в итоге находила более предпочтительные способы достижения нужного результата. 



Уважаемая Марина Владимировна, у меня также не было дел по признанию, но многие консультировалось в в их случаях я не видел преспектив, так как весьма редко совпадают все условия для признания права. 



Уважаемый Станислав Всеволодович,   
[↓ Читать полностью ↓](#comment-659451)  

Некоторые суды думают, что они очень умны и хитры в области юридической казуистики и могут ехидно отказать в иске, ссылаясь на ненадлежащий способ защиты права, не понимая того, что когда возможны альтернативные способы, то выбор принадлежит истцу. В данном определении ВС РФ как раз и поправил любителей такой бездумной казуистики.   

А может они не очень умны и хитры в области юридической казуистики, а действительно неправильно  понимают  нормы права, Многие адвокаты (юристы)  также думают, что имея договор купли-продажи, нельзя признавать право собственности на объект в силу приобретательной давности. Когда я выбирала с каким иском идти в суд, имея на руках договор купли-продажи доверительницы с ликвидированной организацией  ( документов на объект не было, кроме технического паспорта, без указания собственника объекта), то советовалась с коллегами, мне многие говорили, что иск по приобретательной давности нам не удовлетворят, решила изучить практику  на Праворубе,  здесь тоже услышала такое же мнение.  Но все таки решила рискнуть и подать иск о  признании права собственности в силу приобретательной давности. Сегодня получила  на почте вступившее в силу решение суда, иск удовлетворен.  Мне хорошая судья попалась, но при этом в судебном заседании задала вопрос, почему я  избрала именно этот способ защиты, я сперва даже как то растерялась, т.к.  в исковом заявление на  указанное определение ВС  я сослалась, судья вопрос повторила, я поняла, что ей для чего-то нужно мое объяснение ( велась аудиозапись), тогда я ответила, что указанный способ я выбрала в силу того, что у  Продавца право собственности на объект не было зарегистрировано,  но, как указано в пункте 20  постановления Пленума ВС РФ N 10 и Пленума ВАС N 22 от 29 апреля 2010 г  по смыслу абзаца второго пункта 1 [ст. 234 ГК РФ](https://pravorub.ru/tag/%D1%81%D1%82.+234+%D0%93%D0%9A+%D0%A0%D0%A4/?search=true) отсутствие государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество не является препятствием для признания права собственности на это имущество по истечении срока приобретательной давности. Кстати, когда доверительница в первый раз обращалась в суд с другими представителями за признанием права собственности на нежилое здание, ей отказали в удовлетворении иска как раз по причине того, что отсутствует государственная регистрация права собственности на объект.  Я до сих пор озадачена вопросом,  почему судья так акцентировала внимание на способе защиты.? 



Уважаемая Лидия Ивановна, на самом деле, конечно, существуют разные мнения относительно применения приобретательной давности. На мой взгляд, следует всегда гибко толковать право, чтобы не получалось абсурда, когда имущество никому не нужно, но тот, кто им длительно владеет, не нарушая чьих-либо прав, но ему отказываю в признании права. Право не должно быть сверхзаформализовано только ради самого формализма. Вот такую бесполезную с точки зрения прагматизма формалистику ради неё самой я и называю бесплодной казуистикой. Право должно решать реальные проблемы. 



Уважаемый Станислав Всеволодович, я с Вами полностью согласна. 



Уважаемый Станислав Всеволодович, спасибо за подготовленный Вами обзор правовой позиции.  

По поводу Определения  СКГД ВС РФ от 22.10.2019 № 4-КГ19-55 Бевзенко Р.С. был опубликован комментарий, в котором он обосновывает иную точку зрения, и считает, что данное Определение противоречит правовой позиции, сформулированной в Постановлении Пленума 10/22. [Полностью комментарий здесь](https://zakon.ru/blog/2020/03/25/pochemu_sudi_grazhdanskoj_kollegii_verhovnogo_suda_ne_znayut_zakonov_svoej_strany__delo_o_priobretat) 



Уважаемый Валерий Юрьевич, я читал его комментарий и поставил плюсики тем, кто был с ним не сргласен. А с ним не согласны многие. Кроме того, в праве для меня нет безусловных авторитетов и гуру. Я согласен с подходом ВС РФ в данном случае, хотя считаю что гражданская коллегия слабовата в целом. Кроме того, я проьивник формализма ради самого формализма. В публикации на яЗакон ру многие как раз и высказались против такой позиции автора публикации. 



Уважаемый Валерий Юрьевич, проблема в том, что любые абстрактные нормы в том числе и абстрактные правовые позиции пленумов обладают одним недостатком. Абстрактное правоположение не может учитывать всех ситуаций. Поэтому в США многие судьи, которые реально создали много нового в праве исходили из того, что общие положения не могут отвечать нуждам жизни. Поэтому право постоянно адаптировалось путем нового толкования старых положений. Поэтому позиция Бевзенко заключается в том, что формализм должен победить ради самого формализма и ничего другого. СКГД ВС РФ в указанном деле просто смягчила толкование добросовестности, адаптировав его к конкретной ситуации. И, на мой взгляд, это пример настоящего правосудия. Право не существует ради самого себя. Оно должно отвечать вызовам и не приводить к абсурду. 



Уважаемый Станислав Всеволодович, спасибо за хороший обзор, с удовольствием прочитала вашу публикацию. В моей практики было несколько дел по приобретательной давности, но это было несколько лет назад, поэтому писать о них не решаюсь. А вообще дела такого рода мне всегда были интересны. Все ссылки на судебные определения скачала себе почитать :) 



Уважаемая Ольга Алексеевна, спасибо за внимание и интерес к публикации.