И империя в придачу

22.07

Затребованные   архивные  данные Катерина получила, как и было обещано, через неделю.  И, вот  теперь, она   вдумчиво анализировала  подготовленную  для неё  выборку, которая оказалась весьма информативной   и неожиданно   натолкнула Катю на одну довольно интересную мысль.

   Катерина отметила для себя, что первое время, после  полного подчинения магов императору,  дети аристократов продолжали рождаться  одарёнными. И  процент потенциальных магов среди них    был  значительно выше, чем в любом другом  сословии. Но так  длилось не долго. Приток в  интернаты   одарённых   магией  детей   из  аристократических   семей  начал  стремительно  истончаться  лет двести пятьдесят тому назад.

-Быстро они опомнились,- усмехнулась Катерина.- И как же объяснили сей феномен? Ага,- качнула головой, изучая следующий документ,-  по всей империи слаженно  заговорили  о  воле Богов и ниспосланном ими испытании для тех, кому они  ранее  благоволили. Высшие силы даруют свою милость и отнимают её. Человеку ли  с ними спорить?

   Не то, чтобы  тайная канцелярия не понимала подоплёки происходящего.  Среди перебираемых  Катериной бумаг нашёлся   тайный  приказ повелевающий  не препятствовать стремлению  богатых и знатных  отварами и настоями  подавлять   пробуждение  дара  в  своих отпрысках, поскольку в  латентном  состоянии  магия  не  опасна.

-Ну, да,- хмыкнула  Катя.- И царь, и свита остались  довольны.  Давая  негласный шанс  элите  Истара   утаить  наделённых  магией отпрысков, император   приобретал  возможность   изобразить  хорошую мину при плохой игре. Выходило, что не  от правящей династии отвернулись  Боги, а   решили облагодетельствовать   тех, кто ранее прозябал в нищете и неизвестности.  Радуйся, народ, и о  тебе вспомнили  высшие силы.

 И, всё же,  носители «голубой  крови», пусть  многим  реже  других сословий, но  пополняли   ряды  императорских  магов. Далеко не каждый дар могли   усыпить травники.  И время от времени, служба контроля за магической активностью,  отмечала  мощные выбросы энергии  в   замках и  поместьях. И тут уж никто не мог  им  помешать  забрать  проявившегося  одарённого.

 Но вот что интересно, в столице с окрестностями за последние двадцать лет  не родилось ни одного  отмеченного магией ребёнка. Приближённая к трону  аристократия, подобно роду Аратин, перестала платить  короне дань своими детьми.

-Занятно, - протянула Катерина. - А если учесть, как именно Аратины решали проблему со своими одарёнными, то напрашивается неутешительный  вывод.  Похоже, что три остальные кольца-артефакта использовались одновременно, скрывая  следы несанкционированной магии. Другого способа добиться  эффекта полного энергетического  штиля в потенциально  богатой магами среде Катерина не видела.  Значит, заговор возник не вчера. Его паутина   плетётся те самые двадцать лет. И скорее не ради нападения, а как  превентивная  мера, защита от неожиданностей.  И только воцарение  Ремтона  подтолкнуло  заговорщиков  к активным действиям. Почему? А кто этих истарцев знает? Может, имеется тот, кто считает свою задницу более достойной ускользнувшего трона? Хорошо бы прояснить  ещё и этот момент.

   Дав задание служителям архива подготовить для неё новую информацию, Катерина  стала ждать Натина, который непривычно задерживался.  Предчувствие   нависшей беды отгонять получалось с трудом. А когда перед Катей  возник  посеревший, злой Ремтон, стало понятно, что с Санари  произошло что-то совсем уж плохое.

Искусству построения порталов  Ремтона  обучил  Натин.  Теория  Онура, что  магические навыки можно развивать,  не ограничиваясь  превалирующей направленностью  дара, в очередной раз подтвердилась.  И теперь Рему не требовалось скакать по мирам, ориентируясь на  предварительно  оставленные маячки, чтобы   мгновенно попасть в нужное  ему  место своей  империи. Но пользовался  этим своим умением  он  не часто, предпочитая его особо не афишировать.  То, что  Ремтон появился  в архиве  таким вот образом,  само по себе  говорило о важности случившегося.

  Увидев Катерину,  Рем облегчённо  вздохнул. Похоже было, что он  опасался  не застать её на месте. Вопросы рвались с  губ, поднявшейся ему  навстречу женщины, но она не позволила себе их задать, понимая, что Рем сам всё расскажет, когда сочтёт возможным.

- У нас проблемы,- сообщил очевидное.- Уходим немедленно.

И, обернувшись к склонившемуся в низком поклоне архивариусу, произнёс с холодной угрозой в голосе:

- Не советую болтать о том, что увидели.

И не дожидаясь ответа, уволок Катерину в поспешно выстроенный портал.

       Через несколько мгновений они оказались в  непривычно пустых для этого времени суток покоях императрицы.

-Лотта,- позвал жену  Рем.

   Лоттария  вышла из спальни. Такая же бледная, как и её муж. Испуганный взгляд императрицы зацепился за  Катерину.

-Слава милостивым богам. Хоть ты жива,- воскликнула  она.

- Так,- не выдержала Катерина.- А теперь, пожалуйста, поподробней. Что с Натом? Он жив?

-Нет.

-Да.

Прозвучало одновременно. Катя, кивнула.

- Стазис? Успел. Это хорошо. Сможешь вытащить?

-Обязан. Но после этого мы оба какое-то время будем почти невменяемыми.

- Мы подстрахуем. Да, Лотта?

Пока ещё плохо понимающая о чем речь, Лоттария  согласно кивнула.

Полчаса тому назад ей принесли записку от мужа. Ремтон просил спешно выгнать всех из её покоев. Обещал явиться порталом. Явился, с бездыханным телом Санари на руках. И, уложив его на  стоящий у окна диван, тут же исчез в поспешно выстроенном портале, бросив на ходу:

-Я за Катериной.

  За несколько минут отсутствия мужа Лоттария чего только не надумала. От  страха  кружилась голова. Тело Натина Санари вообще внушало безотчётный ужас. Лотта не понимала, зачем Ремтон притащил его к ней. Глубокая рана на груди Второго советника  не кровоточила. Он явно ушёл за грань. Но, похоже, Ремтон так не думает.