Интервью со Светланой Гольшанской ("Книга тайн")

Интервью со Светланой Гольшанской

Дж. и С. Эйр: Здравствуйте, Светлана! Расскажите, пожалуйста, о вашем романе «Книга тайн». Это начало цикла, правильно? Как роман связан с другими вашими книгами, особенно с трилогией «Неторенными тропами», которую мы раньше обозревали? Планируете ли его редактуру?

Светлана Гольшанская:

«Книга тайн» - первая из тетралогии «На мятущихся ветрах» о восстановлении гармонии в потерявшем опору мире. Главные ее герои – потомки рыцарей ордена Сумеречников, которые раньше защищали людей от демонов. Раньше они были господами, а сейчас их преследуют, и они ищут себе новое место… Или приходят к пониманию, что такого нет и все очень печально, а потому можно просто забить болт (прим. Николаса).

Сейчас я редактирую вторую книгу цикла. Осталось написать всего две.

На самом деле черновик «Книги тайн» был написан задолго до «Троп». Именно история Николаса была в цикле главной, но потом я обнаружила, что у меня нет антагонистов.

Поэтому я решила отдельно написать «Тропы» - предысторию о падении ордена Сумеречников. Она начинается примерно за четверть века до рождения Ника и заканчивается с гибелью его деда и рождением его старшего брата. Это история становления антагониста – Микаша Белого Палача. Чтобы написать ее, свою тень мне пришлось выковыривать из себя лобзиком. Описывать падение персонажа было сложно, но когда я влезла в шкуру Жерарда, книжника-создателя оракула Норн, я поняла, что любые циники и мерзавцы мне уже нипочем. Жерард, конечно, не антагонист, а вроде как на светлой стороне силы, но Микашу даже в одержимом состоянии до него еще очень и очень далеко. В результате у меня получилась семейная сага. «Нетореными тропами» - про великих дедов. «Книга тайн» - про их «потерянных» внуков.

Дж. и С. Эйр: Почему вы назвали роман именно «Книга тайн»? Сама книга появляется ближе к концу, и это ведь лишь один из предметов, которые ищет герой. Может быть, это метафора?

Светлана Гольшанская:

Насчет названия я до сих пор сомневаюсь, возможно, «Книгой тайн» стоило назвать весь цикл, ведь названия остальных книг так или иначе связаны со сторонами света «Северный путь», «Огни юга» и «Ветер с запада». А эта могла бы назваться «На восток и обратно». Но мне не очень нравится звучание, и я до сих пор в сомнениях. А так «Книга тайн» самый важный артефакт из всех. Посмотрите на обложку – это она есть.

Дж. и С. Эйр: В романе вы смешиваете мифы разных стран. Не боялись, что получится сборная солянка, и читатели запутаются?

Светлана Гольшанская:

В свое время я фанатела от «Последнего желания» Сапковского. Это сборник рассказов, основанных на сказках. Мне очень приглянулась эта форма, и я решила сделать так же. Написать десять сказок об одном персонаже.

Когда я читала японские сказки о Юки-онне, Снежной ведьме, она напомнила мне «Снежную королеву» Андерсена, не антуражем и обстоятельствами, а внутренним наполнением. В компаративистике есть теория, что у мифологий разных стран много общего, они рассказывают одну и ту же историю на разные лады. Я решила воплотить эту теорию в жизнь, смешав фольклорные мотивы разных народов в одном тексте.

Конечно, конформистам такой подход не понравится. Нуаду Сереброрукий не тот! Но в конце концов, если Дель Торо, Гейману и Марвелу можно, то почему нельзя мне? А если очень хочется?)))

Дж. и С. Эйр: появиться – все они есть в «Книге тайн», или кто-то ещё подтянется Четыре Ветра должны?

Светлана Гольшанская:

Большой спойлер: там есть три брата. А четвертый появится в «Северном пути». В «Книгу тайн» его одиозная личность не вместилась бы.

Дж. и С. Эйр: Как родилась идея романа, что вас вдохновило?

Светлана Гольшанская:

На сюжет меня вдохновили истории о тайных мистических обществах вроде розенкрейцеров и масонских лож. Теории заговоров будоражили мое воображение с детства, когда я с упоением смотрела «Секретные материалы» и все ждала, когда же выяснится, что правительство в сговоре с пришельцами.

Первый свой ориджинал, а до этого я писала только фанфики, я решила посвятить именно деятельности тайных обществ, Компании «Норн» и Лучезарных. Раньше они были одним целым, но предпочитают не вспоминать об этом и воюют за мировое господство. И те, и другие вербуют одаренную молодежь и стравливают друг с другом.

Появляется один новобранец, которому не нравится такое положение дел, и он пытается вырваться из цепких когтей пропаганды и выяснить, что происходит на самом деле. Ему приходится выбирать между навязываемым своими товарищами по обществу долгу и собственным ощущением правильности, привязанности и любви.

Но… этот орешек оказался мне не по зубам. Слишком много персонажей, слишком сложный сюжет, непродуманный мир… Я долго мучилась над планом, годами. А потом плюнула и написала роман про жизнь героя, которого видела ярче всего. Про Николаса. Это и был черновик «Книги тайн».

Дж. и С. Эйр: Кто из героев романа вам нравится больше всего, и почему?

Светлана Гольшанская:

Кому же подарить свой лотос? Буду солидарна с Николасом. Братец-ворон – верный друг и надёжный защитник, с таким можно хоть в разведку, хоть под венец. Братец-сокол – бесшабашный и удачливый раздолбай, одной своей улыбкой он может испортить любой, даже самый хитроумный план. А вот братца-сову мне жалко, ему очень одиноко среди своих таких ярких братьев, особенно когда они больше заняты собой и не замечают его маленькой трагедии, перерастающей в глобальную катастрофу. Так что один цветочек достаётся ему - за загадочную печаль Джаконды. А джек-пот для помоечного кота Безликого, естественно. Так, как он, следы запутывать не умеет никто.

Дж. и С. Эйр: Не могли не заметить сходство структуры «Книги тайн» с «Неторенными тропами». Снова мутит воду вёльва, снова растёт герой, снова воюет с демонами, снова странствует и что-то ищет. Вас не смущает такое сходство, не боитесь, что начали повторяться?

Светлана Гольшанская:

Справедливости ради, вёльвы – вестницы богов. Для них это только бизнес и ничего личного. В их обязанность входит назначать детям Сумеречников испытания, но на всех их не напасёшься, поэтому они приходят только к тем, кому не повезло родиться «избранным». Первый звоночек, что дальше у героя все будет плохо. Поэтому вёльв зовут горевестницами и боятся как огня. Но это лишь глупые суеверия, потому что вёльвы ничего не решают. Это перст судьбы. Или очередная издёвка Безликого (прим. Микаша Белого Палача).

Демоны воплощают идею, что даже если старый порядок низвергнуть, то законы природы все равно не изменятся. Червоточина как была до падения ордена, так и осталась после. А с ней остались и демоны, с которыми надо бороться, иначе они уничтожат человечество.

А так обстоятельства и герой совершенно иные. Если герои «Троп» искали служения, а получили по ножу в спины, то герой «Тайн» неосознанно воплощает мечту деда о странствиях и познании мира (или себя самого, кто знает?). Служить никому он не хочет, даже Безликий его бесит со своим «найди меня, ну найди». А заявление Белого Палача, что он является ключом к чему-то там важному, и вовсе вызывает у него приступ ярости. Хорошо это или нет, станет видно в конце. Здесь Кипелов должен запеть «Я свободен»!

Дж. и С. Эйр: В начале каждой главы вы указываете дату и место – зачем? Ведь карты вместе с книгой нет, как и непонятно, что делать с годом – как в вашем мире с летоисчислением.

Светлана Гольшанская:

Карта есть, на Литнете она находится в справочнике, потому что там не рекомендуют вставлять в текст картинки, которые замедляют загрузку страницы. Даты и места указываются перед главой в каждой книге цикла.

В «Книге тайн» как и в «Тропах» проходит примерно двадцать пять лет. Не то, что читатель, я сама без этой информации путаюсь.

Летоисчисление здесь идет от переселения людей с гибнущей южной прародины на северный континент Мунгард, т.е. от первого пришествия Безликого. Хронология, кстати, у меня тоже есть, но выставлять её на всеобщее обозрение я побаиваюсь из-за спойлеров.

Дж. и С. Эйр: Какими вы видите читателей романа? Кому, по вашему мнению, он может понравиться?

Светлана Гольшанская:

Думаю, таким же, как я, романтичным мечтателям, которым нравятся книги про путешествия, приключения, сражения, волшебство и загадки. Кто открыт к необычному и готов выйти за рамки правил и канонов.

Дж. и С. Эйр: И, напоследок, что бы вы пожелали читателям?

Светлана Гольшанская:

Много-много интересных книг и приятных знакомств!

Большое спасибо!