Теперь всё для тебя

Глава 7

Я никому не рассказала о своей глупой ошибке-опечатке, даже Оле. Я и себе запретила об этом думать, чтобы не сойти с ума от вариантов: а что было бы, если бы я не написала то дурацкое «Мне»? Мы бы продолжили общаться с Сергеем. О деревнях, университетах, медведях и мечтах. Да о чем угодно, если честно. Но вот тонкая ниточка порвалась – и я даже не думала связывать ее вновь. Да, влюбилась. Да, переслушала наш первый телефонный разговор уже десятки раз – повезло, что я успела его записать. Да, выучила каждую его интонацию и запомнила смех. Запомнила, как он долго затягивается сигаретой и после выдоха говорит что-нибудь – размеренно, глубоко. Представляла, что, если бы я не написала глупость, то мы бы еще хотя бы раз созвонились бы, и я могла бы потом, когда все равно не получилось бы подобраться к Сергею, вспоминать каждый наш разговор – не только первый.

В итоге все это так и осталось пустой мечтой. Сердечко, которое в последние дни билось быстрей в предвкушении чего-то хорошего, вдруг замедлило свой ход, а вместе с ним замедлилось и все вокруг: тянулись дни, ночи, становясь бесконечно долгими. Я и сама стала похожа на ленивую муху, которая еле ворочает крылышками.

Подруга, поначалу пытавшаяся поднять мне настроение вкусняшками и веселыми историями с работы, тоже оставила меня в покое. Дала побыть наедине с собой – мне этого хотелось, хотя головой я понимаю, что это совершенно не то, что сейчас нужно. Когда я остаюсь в тишине, дурные мысли погружают в какой-то ужасающий транс. А ведь могла бы сразу написать: «извините, опечаталась, хотела сказать что-то другое». Сейчас не могу даже этого, слишком странно будет оправдываться за то, что уже произошло.

Теплый июнь протянулся до последнего дня, и вот уже торжественно передал бразды правления июлю. Середина лета приближалась. Я завалила каждый день работой, насколько это было возможно, чтобы хоть на что-то отвлекаться.

Лучшие съемки я, как обычно, выкладываю в свой аккаунт. Будто компенсация за мои моральные страдания, вдруг стали обращаться новые заказчики, но это не слишком меня удивляет. Лето – самый сезон для фотографов. Все женятся, встречаются, отдыхают – и каждый момент люди хотят отметить красивыми фотографиями. Я же, как человек без намека на личную жизнь, просто за этим наблюдаю – и да, фотографирую. А что еще остается?

В четверг я приняла заказ, а уже в субботу с утра начала собираться.

Что меня сегодня ждет? Разумеется, пик сезона – лав-стори. Хорошо хоть, в этот раз тоже на природе – в большом местном парке, где можно спрятаться от людей и сделать классные снимки на фоне цветных клумб, на романтичных качелях с балдахином и возле воды. Летом я приезжаю туда десятки раз, и каждый раз отдыхаю.

Эту фотосессию у меня заказала молодая девушка – очередной сюрприз парню. Я не очень такое люблю, потому что парни, как правило, более зажатые, особенно если фотографироваться их заставляют – а обычно так и бывает. Но здесь заказчица меня успокоила:

«Мой МЧ прекрасно получается на фото. Даже если облить его грязью, все равно будет отлично выглядеть!»

Да уж, знаю я одного такого… Сергей вот не нравится себе на фотографиях, но и его, я уверена, даже тонна грязи не испортила бы.

– Вернусь к вечеру, – сообщаю я полусонной Оле и выхожу из квартиры.

Вышла заранее, чтобы успеть добраться на автобусе – слишком уж в этом месяце потратилась на такси. Надо немного поумерить свой пыл раскидываться деньгами без нужды.

Добравшись до парка, до условленного места, сажусь на те самые качели с белым балдахином. Выглядит он сегодня не очень – после дождя, посеревший, несвежий. Если и делать тут снимки, потом придется слишком много времени провести в Фотошопе, чтобы привести качели в адекватный вид.

Парочка задерживается. Я поглядываю в телефон.

«Мы уже летим!» – будто услышав мое недовольство, пишет Юлия – заказчица.

Я вздыхаю и продолжаю ждать, пытаясь развлечь себя просмотром Инстаграма.

– Здравствуйте! Вы же Наталья? – слышу голос и поднимаю голову. Телефон чуть не падает из рук.

Легкая, небрежная щетина на идеальном подбородке. Интеллигентные профессорские очки с черной оправой, а по центру линз – яркие голубые глаза. Такие знакомые…

Макс возвышается надо мной скалой. Я всегда удивлялась, как он умудряется держать себя в форме, учитывая, что ему приходится торчать в университете целыми днями. Он поправляет очки рукой, на запястье замечаю знакомое тату. Он прячет ее только во время преподавания.

Его приветливая улыбка медленно сползает с лица. Помнит, подлец, как растоптал мою жизнь. Помнит – но осознает ли? Понимает ли, как мне было больно после его измены?

Перевожу взгляд на его девушку. Юлия – явно не та, с кем я его поймала почти за руку. Новая жертва этого козла. Миниатюрная, особенно рядом с Максом, темненькая девчонка. Перед фотосессией она явно успела заглянуть к стилисту и сделать укладку. Она улыбается. Не знает, что свела двух людей, которым ни за что нельзя было встречаться.

Я резко встаю, сжимая в руках Марка Третьего.

– Похоже, нам придется…

«…отменить съемку», – хочу договорить я, но Макс качает головой. Молча. Я замолкаю, хотя внутри кипит ненависть.

Отвесить ему пощечину! Прямо сейчас! Уйти, нет, лучше убежать отсюда прочь! Никогда больше его не видеть!

– Юль, ты вон там хотела? – Макс показывает рукой в сторону реки. – Иди, я сейчас кое-что обсужу с… как вас зовут?

Он явно хотел замять дело, притвориться, что мы вовсе не знакомы. Ага, щас!

– Не уходите, Юлия, – говорю я сухо. – Съемка отменяется. Спросите у своего… парня, почему. А лучше бросьте его, пока он и вам не изменил.

Девушка недоуменно смотрит на Макса. Он щурится и не отрывает взгляда от меня.

Прочь! Теперь точно – прочь!

Я быстро зашагала к выходу из парка, боясь, что меня попытаются остановить. Но никто не пытался – сзади послышались недоуменные вопросы, а потом и зарождающийся скандал. Так ему и надо! Сволочь, чтоб у него…