Сулимовская тьма

История VII Лесные работы

I

Женю начали называть Гением не сразу. Но прозвище он это получил благодаря своему талантливому уму и полному имени - Евгений. Через время мы передвинулись ради интереса уже в лес прямо рядом с тем местом, где мы первый раз разожгли костёр. В лесу было прикольней, (даже не смотря на весь страх и всё, что там водится) да и место само находилось совсем рядом с забором Зинаиды Григорьевны, так что страха особо факты убийства не внушали. Изначально это было похоже на цыганский табор, мы просто расстилали какие-то подстилки прямо вокруг определённой начерченной точки, которая подразумевала костёр. Так и сидели, болтали и развлекались несколько вечеров подряд, пока всё устраивало. Женя же в свою очередь успешно завершил свой проект с лавочкой на второй участок, закрутил все гайки на велосипедах, доделал подпорку для сарая, чтобы тот не развалился в один момент окончательно и в конце концов умудрился провести свет в наш туалет, что казалось почему-то невозможным по некоторым причинам.

Но руки у Жени продолжали чесаться. И в один момент он предложил мне, а затем и всем остальным обосноваться окончательно на том месте, на котором нам понравилось сидеть. Мы выбрали день, когда были свободны все (а тогда - это был любой день), и все мы собрались рядом с нашим сараем в 12 часов для выдачи рабочего инвентаря.

Мы стояли перед сараем, пока Женя потихоньку давал каждому инструмент. Когда все наконец его получили, то Женя стал перед нами, достал из заднего большого кармана шорт толстую тетрадь на 96 листов и начал перечислять:

- Грабли?

- Есть! - крикнула Варвара.

- Грабли для сухих листьев?

- Есть! - крикнула Катя.

- Лопата?

- Есть! - крикнул я.

- Огромный топор?

В ответ тишина.

- Похоже мы забыли о топоре. Так, Мифидар, сбегай за топором, он там в гараже на шкафу валяется. Ты же сам знаешь, что копать там очень тяжело в лесу, в любом случае придётся рубить эти чёртовы корни. Иди, а мы тебя возле калитки уже подождём.

Я побежал в гараж трусцой, по пути срывая травинку и зажёвывая её зубами во рту. Мы часто любили хавать траву на даче, а особенно ходить или ездить километры с соломинкой во рту. Зайдя в гараж, я опять услышал какую-то загробную музыку с Жениного рабочего стола в углу. Снова играло это дурацкое радио. Я напряг мозги, осмотрев всю территорию гаража. Рядом с мастерской стоял шкаф с кучей непонятных приспособлений для охоты, рыбалки и постройки. Дальше был шкаф с сотней банок, откуда их набирала баба Эмма, когда закручивала огурцы и варенье. А последний шкаф тоже был захламлён много чем, но самое главное было то, что Женя никогда не открывал его, держа ключ от замка всегда при себе, и говоря, что там что-то очень важное.

Исходя из логики, топор должен был находится где-то на первом шкафу рядом с мастерской. Но я мал был ростом, поэтому мне требовалось залезть на какую-нибудь табуретку или лесенку. Было стрёмно, но я взял одну такую, которая была рядом в гараже. Поставил рядом со шкафом, но ровно не получалось, поскольку даже пол был тут неровный. Пришлось немного балансировать, когда я начал подниматься на эти две несчастные ступеньки. Лестницы всё равно не хватало, и мне пришлось стать на носочки одной ноги, чтобы дотянуться до верха шкафа. Там уже я начал шелестеть своей рукой. Сначала нашёл свой старый зелёный попрыгунчик, который потерялся много лет назад. Потом нашёл журнал Москва 1984 года. Затем по моей руке пробежался таракан, но я наконец нащупал что-то похожее на рукоятку топора. Находился тот слишком далеко, я его еле нащупывал. Поэтому пришлось рискнуть, встать на самые кончики пальцев.

Как только я это сделал, мне удалось схватить топор, но при этом табуретка упала, и я полетел вниз на пол. В полёте я пытался ухватиться на всё подряд, в том числе и за все инструменты из мастерской. Но это мне ничего не помогло: топор полетел в одну сторону, я в другую.

Признаться честно, головой я стукнулся нехило. Аж глаза закрылись на пару секунд. Но когда я их открыл, то увидел перед собой перевёрнутое вверх дном радио Жени, на котором светились цифры, какая это была волна. И я разглядел, что написано: 666. Это было странно, но потом я поднял радио, поставил на место и обнаружил, что музыка продолжила играть и после того, как его выключили из розетки. Я решил оставить всё так и пойти догонять своих друзей.

II

Женя уже стоял, облокотившись на калитку, сложа нога на ногу и читая какие-то выступления Ленина из газет, которые нашёл в сарае на распал.

- Где тебя там уже носит? Задолбал так медленно возиться со всем, в следующий раз задания Кате буду давать, - сказал мне Гений, а Катя в ответ на это показала мне язык.

Мы шли дальше в лес, в этот раз не как обычно через Александру Александровну, а уже по-новому покороче, так сказать через Максимовну. Сначала, проходя мимо нашего второго участка, мы встретились взглядами с нашим дедом, который стоял и работал под палящим солнцем всё в той же кепке таксиста. Если не ошибаюсь, у него их было штуки две или три.

Дальше как раз шёл участок Максимовны по левой стороне. Она как раз стояла раком в огороде, повернувшись жопой кверху. Услышав наши шаги, она обернулась, расправилась в спине и плечах, и улыбнувшись, помахала нам. Максимовна всегда была рада нам, особенно зная, что сегодня мы будем делать благое дело для самих себя.

Дальше шли не особо важные сейчас соседи, которых я видел последнее время очень редко. А заканчивалась улица Салом, который часто следил за нами, если мы проезжали мимо. Под самым лесом, а может даже частично в лесу жил уже Григорий Григорьевич с самой пушистой в мире собакой Найдой. Как раз сворачивая от него направо, мы уже почти приходили в наш пункт назначения. Слева был вход в ещё один лес, но он был слишком страшен, и мы туда никогда не совались. Там на входе даже колючая проволока была намотана. Рядом с ним находился старый кунг Шуры, который зарос уже всевозможными травами и его даже разглядеть было трудно. Дальше шла огромная поляна перед лесом, которая принадлежала соседней даче, но редко когда на ней было чисто.