Глаза ангела

Глаза ангела

                                                                           Глаза ангела
                                                                                      I

    Сквозь легкую дремоту, полностью окутавшую Дениса словно шаль, он едва мог уловить суть новой темы по матанализу, безразлично смотря на инопланетные символы на доске и не успевая за полетом мысли лектора. И вот, наконец, спасение - заветные слова "не смею больше задерживать", произнесенные шершавым голосом профессора математики. Денис машинально забросил в рюкзак ручку и тетрадь и стал быстро проибираться к выходу, ловко маневрируя своей  худощавой фигурой сквозь толпу однокурссников. Его шаг стал незаметно превращаться в легкий бег, сердце стучало, он боялся опоздать, но вовсе не на очередное занятие...
    Гораздо быстрее, чем планировал, он добрался до большой деревянный двери с золотистой табличкой под номером 37, которая будто светилась из-за падавшего на нее света люстры в коррирдре. 
      За день до этого он увидел в холле института объявление, приглашавшее 
"Всех неравнодушных к английской культуре и творчеству писателей Викторианской эпохи прийти на встречу с руководителем "Английского клуба" в такое-то время". 
     По правде говоря, Денис не увлекался ни английскими писателями, ни Викторианской эпохой, даже толком не зная когда эта эпоха была. Он просто был прилежным студентом, старательно осваивал английский язык и хотел каких-то новых впечатлений, но впечатлений небанальных, как, например, поход в дорогой ресторан или на концерт известного рок-музыканта, что считалось среди его однокурссников эталоном отлично проведенного времени... Возможно, он решился прийти сегодня вечером на встречу, от части, чувтсвуя еще и некое одиночество, страдая от отсутствия компании единомышленников, которых было трудно найти из-за его природной застенчивости. В обычном случае он бы ни за что не пошел ни на какие мероприятия из-за которых придется задерживаться в институте, но вчера, прочитав объявление, ему показалось, что он должен быть сегодня в 37 кабинете.
Он взялся за громоздкую железную ручку, открыл слегка скрипнувшую дверь и вошел. Внутри уже были незнакомые Денису ребята, он робко сел на свободное место, до начала оставалась пара минут. Его взгляд прошелся по интерьеру - в шкафу столо множество книг, почти все - на английском, он смог прочесть надписи на некоторых из них - Агата Кристи, "Собрание сочинений Голсуорси" и "Оливер Твист". Книги были, в основном, старые, с видавшими виды, но все же благородно выглядевшими толстыми обложками. Рядом со шкафом висела большая карта Великобритании.
     Незаметно клуб заполнился студентами и преподавателями. Последней вошла, закрывая дверь, очень пожилая женщина, на виде ей было лет 80, она шла медленным шагом, одновременно окидывая немного беспокойным взглядом собравшихся. Ее седые волосы были аккуратно уложены, в ушах были скромные серьги, а на тонких руках - аккуратный маникюр. "Нет, — подумал Денис, —пожилая женщина и тем более бабушка - слова вовсе неуместные, чтобы охарактеризовать ее, скорее это дама в годах, настоящая леди".
   "Здравствуйте, друзья, меня зовут Александра Григорьевна, — сказала она уверенным, но негромким голосом, едва заметно улыбаясь, — я являюсь руководителем Английского клуба нашего института. Все собравщиеся здесь - наверняка люди с широким кругозором, которые ставят перед собой серьезные задачи в жизни и с радостью постигают универститеские дисциплины, в том числе  и английский язык. Я хотела бы предложить вам совершить уникальное культурное путешествие в мир британской литературы времен правления королевы Виктории, это были необыкновенные годы, породившие массу чрезвычайно интересных произведений в прозе и в стихах. Конан Дойль, Оскар Уальд, Шарлотта Бронте, Джером К. Джером - все они творили в Викторианскую эру, которая была особым для Британии временем и не только в плане литературы...".
     Дениса поразило то, что все имена она призносила по-английски, а не на привычный русский манер. Александра Григорьевна продолжала свой рассказ, каким-то магическим образом преренося Дениса и всех слушателей на улицы старого Лондона, где дымели трубы фабрик, мужчины в котелках спешили поймать конный экипаж, чтобы ехать на работу, мальчишки криком зазывали желающих почистить обувь, а из чайных выходили дамы в пышных платьях и модных шляпках, с упоением обсуждая последние сплетни высшего общества... Ее речь текла плавно, как ручей, обладала солидным словарным запасом и в мягких формулировках филигранно описывала все подробности, трудности и ньюансы жизни людей разных сословий Великобритании тех лет.
      Денис глянул на часы - они говорила уже час, стоя, все это время ни разу не присев.
    "Теперь ... когда, я надеюсь, мне удалось хотя бы немного помочь вам понять что представляло собой время, в котором жили и работали эти писатели, я предлагаю вам выбрать наиболее понравившееся произведение кого-то из них, и представить его в виде творечского выступления: это может быть чтение стихотворения или сценка по мотивам книги. Использование костюмов, музыкального сопровождения только приветствуется... . Результаты ваших трудов вы сможете представить публике на концерте, который мы проведем через месяц".
     Встреча подошла к концу, ребята начали записываться для участия, толпясь у стола Алесксандры Григорьевны, которая каждому уделяла внимание и отвечала на вопросы. Денис, который был человеком, хоть и скромным, но достаточно креативным, сразу придумал вариант сценки, на его взгляд, оригинальной. Его глаза заблестели, робость начала улетучиваться, он почуствовал прилив энергии, нечто, объединяющее его с теми, кто собрался сегодня здесь в 37 кабинете, несмотря на то, что он их даже не знал. Денис будто начал открывать сундук с сокровищами, крышка которого была тяжела, но у него вдруг неожиданно появились силы...