Осенний вечер

Осенний вечер

«Осенний вечер»

Наконец, она на даче. Месяц выдался тяжёлым. Хотелось отвлечься от всего: детей, мужа, даже от родителей! ОДНА – именно это состояние стало желанным в последнее время! Ощущение несвободы давило! Не давало творить, крылья давно слиплись, а может их отрезали! Пока ехала, на удивление, без пробок, - обычно в пятницу сложно уехать – ни о чём не думала, только дорога, витиеватая, с колдобинами. В машине гремели любимые джазовые композиции. Это отвлекало и несло релаксирующее чувство. Её вело желание побыть одной! Хорошо, что в субботу не работали - это маленькое счастье! Давненько она тут не появлялась. Родители уже закончили сезон, муж им помогал. Ей же всё некогда было – работа. Даже по субботам! Сдали отчёты, проекты, можно выдохнуть! Дома предупредила, что будет на даче. Там, о наслаждение, связи практически нет!

Мысли где-то витают, она за ними не хотела поспевать – пусть летают! Дорожки, проулки, и вот она – цель: их дом, построенный её далёким прадедом в конце 19 века, двухэтажный, светло-зелёный, почти фисташковый, с ажурными ставнями, будто кружевами сотканный, с двумя террасами на обоих этажах, в советские времена их называли «мещанскими», сейчас - «чеховскими». Несколько комнат, кабинет, в котором обычно работает отец, даже были когда-то комнаты для прислуги, одну из них она облюбовала для своего кабинета. Отец сразу согласился с её просьбой иметь своё пространство, когда она начала творить – хобби необычное: картины из кассетных лент. Портреты близких и пейзажи заполонили пространство гостиной. Она их создавала и в качестве подарка, и продавала – делала на заказ. Но сейчас не это важно, она только мазнула взглядом по своим творениям – ничего не хотелось.

Ничего! Опустошение! Словно не просто выжали крепкой рукой сок из лимона – до корочки! И капли не осталось! Перманентный стресс вреден для творческого человека! Месяц? Нет, последние полгода точно! Ей не предлагали договоров, хотя она отличный дизайнер, на объектах – только в качестве помощника-статиста, а это унижало. Ведь нельзя сказать, чтобы она что-то запорола, ну чуть снизила смету, сделав проект дешевле, а директор в результате перестал давать объекты. А она только хотела помочь людям, ну нельзя же постоянно думать о собственном кармане! Как же – работа в убыток! Вот и наказали! Смирилась! А на этой неделе, сдав в срок дом одному заказчику и даже получив благодарность от шефа, ей почему-то стало тоскливо. Не ёё детище, коллеги.

Вот с такими мыслями она обошла дом, отметив, что отремонтировали крыльцо, лестницу на второй этаж. Покрасили окна, хотя это была её ежегодная обязанность, повесили на первом этаже ролл-шторы. Она их потрогала – интересно какие – о, бамбук! Здорово! Смотрятся очень стильно – слегка золотистые, шелковистые, очень приятные на ощупь (с ними она еще не работала). Поднявшись на второй этаж, в свою спальню, она переоделась в домашнее: водолазку, брюки, мягкие туфли на низком каблуке, от которых ногам стало уютно, ей показалось, что ножки сказали её спасибо, она хмыкнула - точно с ума сошла. Глянула на себя в зеркало и решительно сняла ваткой и спецсредством свой макияж: пусть лицо отдохнёт. В зеркало смотрело помолодевшее лицо женщины лет сорока, обрамлённое полудлинными рыжеватыми волосами, которые тут же собрала в резинку. Небольшие морщинки вокруг глаз, уставших, слегка потускневших от постоянного напряжения. Она улыбнулась себе: пустота даже улыбки коснулась – какая-то вымученная получилась. Жуть! Хочется чаю! Спустилась на первый этаж, в кухню. Разобрала ворох покупок, и вдруг прямо-таки возжелала испечь пирог: она почему-то купила целый килограмм слоёного теста. За полтора часа были приготовлены аж два: один с курицей и капустой, второй – из груш с яблоками. Что это на неё нашло?! Очень давно ничего не пекла! В семье это прерогатива мамы, не её. Пока пироги доходили, она заварила чёрный чай с травами из огорода, которые находились тут же, в определённом ящичке: мелисса, шалфей, жасмин; она нашла засушенные вишню и клубнику. Их туда же. Как говорил дедушка, чай-компот. Жаль, его уже как несколько нет. Вздохнув и вспомнив с теплотой его облик, женщина всё приготовила на нижней открытой террасе, чтобы именно там почаёвничать – ловить последние тёплые денёчки бабьего лета.

И наконец, блаженство! Одна на природе пьёт чай с пирогами! Удивительно! Медленно, с удовольствием вдохнув аромат заваренного напитка, она смаковала его. Будто с этим запахом улетучивались все проблемы! Она так и представляла, как они, эти невзгоды, улетали от неё в виде воздушных шариков вверх, а после этого глоточками пила из красивой позолоченной чашки. Сначала первый кусочек пирога – у-у-у-ум, получился тако-о-ой вкуснячий, как говорит дочь, капуста нежная-нежная, курица так и таяла во рту. Не зря её бабушка учила печь. Съела два кусочка! Принялась за вторую чашку, как услышала чьи-то шаги. Замерла, притаившись в кресле, - кто это там. Взглядом окинув террасу, женщина обнаружила невесть откуда взявшуюся кочергу. Тихонько прокравшись за ней, она замахнулась на того, кто уверенно шёл по территории. Муж! Увидев её с кочергой, он захохотал:

- Хорошая защита! Воительница! Амазонка!

- Напугал! – облегчённо вздохнула. – Чай будешь?

- Буду конечно, – он оглядел стол: - Ого! Да у тебя тут пироги, значит, мне не пригрезились дивные запахи печева!

- Что ты тут делаешь?

- Как что? Приехал к любимой жене! Не ожидала?

- Я же сказала, что мне нужно побыть одной. – вздох тяжёлый и горестный вырвался из её груди.

- Извини, что нарушил твои планы, но я решил, вдруг тебе понадоблюсь. Мы давно не были вместе!

- Как я не слышала звук твоей машины?

- Так я поодаль встал, а ты, вероятно, задумалась, поэтому и не обратила внимания.

Пока он говорил, мужчина снял куртку, затем прошёл в дом, вымыл руки, взял себе столовый прибор, сел за стол и принялся есть, нахваливая хозяйку:

- Давненько я не ел твоих пирогов! Вкуснотень! Щщазз пальцы съем! – он шутливо облизнул свои пальцы. Она засмеялась: приятно, ёлки-палки.