От января до марта один шаг. Часть 1.

Часть 2. Тайна. Глава 3

Это случилось на седьмой день жизни Леды в замке.

Дни шли одинаковые, и под конец недели начали навевать скуку. Утром ее будила Лила – одевала, причесывала, помогала умыться и вела на завтрак. Завтрак всегда изобиловал приятными сюрпризами. Граф оказался любителем изысканных блюд, что Леду немного удивляло. Аластр вовсе не походил на гурмана, тем не менее абы что не ел. Вскоре к деликатесам пристрастилась и жертвенница – стоило только смириться с тем, что Аластр на нее постоянно хмуро пялился. После завтрака граф обычно задерживал девушку и спрашивал, как вел себя старинный медальон. Леда заученной фразой отвечала, что медальон молчал. Он и правда не подавал с той ночи признаков жизни, хотя Леду это скорее радовало, чем огорчало.

После короткого разговора жертвенница обычно шла заниматься «уроками хороших монер». Нанятая Аластром гувернантка – сухая пожилая женщина в напудренном парике и слишком ярко нарумяненными щеками – взялась за нее очень крепко и всерьез. Спустя пять дней Леда уже знала большую часть придворного этикета и научилась пристойно делать книксен. За этим следовал обед, на котором жертвенница опять наедалась до отвала и отправлялась в свою комнату - вышивать, шить или прясть что-нибудь. В этом уже не было необходимости, однако ей нравилась перспектива носить сделанные собственноручно платья. Граф ворчал, что она пустит по миру придворную швею, но та, кажется, ничего против Леденого увлечения не имела. Они мило побеседовали день на третий после переезда девушки в замок, и остались друг другом довольны.

Вечерами же, после ужина, Леда читала. Подаренная графом книга сказок оказалась довольно интересной, хоть и очень старой. Страницы в ней были тонкими, кое-где края их истрепались, и Леде приходилось быть очень осторожной, когда она листала книгу. Однако имелся один нюанс, который ее откровенно смущал – не хватало части страниц. Причем из сгиба книги кое-где даже торчали уродливые клочки бумаги. Казалось, страницы просто грубо вырывали, не особо заботясь о сохранности фолианта. А ведь книга скорее всего стоила из-за своей старости целое состояние! На одном из таких клочков Леда обнаружила заглавную букву «М», из чего заключила – возможно, на этих страницах были сказки о Марте.

«Ну и правильно, - подумала она. – Наверняка ничего хорошего он в своей жизни не сделал!»

Однако, несмотря на это, ее грызло любопытство. Почему сведения о мятежнике так тщательно стирали из истории? Было ли это просто актом ненависти людей к нему, или его изображения и упоминания о нем истреблялись по какой-то другой причине – Леда не знала. Но ее обуял интерес. Ей захотелось узнать о боге, которого она все эти годы ненавидел, хоть что-нибудь. Просто чтобы удостовериться, что он действительно был злодеем.

В одно прекрасное утро, после завтрака, Леда не ушла от Аластра сразу же, а спросила осторожно:

- Скажите, а в вашем доме есть еще книги?

- Книги? – удивился граф. – Зачем тебе?

- Читать, - покраснела Леда. – Зачем же они еще нужны?

- Так ты прочла ту, что я подарил тебе? – еще больше удивился граф.

- Да, - пожала плечами Леда, даже немного обидевшись от такого к себе отношения. – Не так уж там и много было.

- Что ж, в замке есть библиотека, - сказал Аластр настроженно. – Можешь сходить туда и взять что-нибудь почитать. Только не разбрасывай книги. Все, что прочитала, клади на стол, слуги поставят их на место сами. Лила тебя проводит.

- Хорошо, - улыбнулась ему Леда. – Спасибо вам, Аластр.

- Не за что, - хмыкнул граф.

Леда его уже не так сильно боялся. После неудачной брачной ночи граф стал вести себя чуть мягче. Руки у него уже поджили и повязки сняли, однако на сухой коже все еще оставались следы от ожога. Обещание свое граф сдержал – спали они в разных комнатах. Сблизиться с ней он не пытался, огранивалось их общение обычно парами фраз за столом, что Леду искренне удивляло. Получалось, что она жила в замке просто так, не принося никакой пользы.

Она много раз спрашивала у него, чем она могла бы быть помочь, но он отвечал всегда одинаково: «Просто рассказывай мне, что происходит с медальоном». Леда так и не дозналась ни у него, ни у постоянно ускользающего Ретео о том, чем же это старое украшение так важно. Казначей и граф в голос твердили, что понятия не имеют о его свойствах и что медальон – всего лишь фамильная драгоценность, вдруг оказавшаяся волшебной. Разумеется, это была наглейшая лож, однако других ответов у Леды не имелось.

- А… можно еще вопрос? - замялась жертвенница.

- Спрашиваю, - настороженно посмотрел на нее Аластр, отпивая из стакана воды.

- В есть ли в библиотеке что-нибудь о мятежном боге?

Аластр от этих ее слов благополучно подавился. Он долго кашлял, а потом посмотрел на Леду почти с гневом.

- Так ты веришь этим наглым слухам? – спросил он, мрачнея на глазах. – Да ты знаешь, что за хранение всего, что связано с мятежным богом, будь то изображение, книга или личная его вещь, тебя могут тут же, без лишних разговоров, отправить на виселицу?

- Простите, господин, я не знала, - с ужасом замотала головой Леда. – Я не за тем, чтобы навредить вам, о нем спросила!