Портрет Дори-Анны Грей

16

Расставшись с «братишками», я поплелась в каминную. Ноги стали чугунными и еле передвигались. Больше всего на свете я боялась, что мою тайну раскроет Яромир. Я даже готова была смириться с уродливым лицом и получить от окружающих вечное клеймо «той, что в маске», лишь бы он никогда не увидел меня такой, какой я стала, не узнал про планшет и мои жалкие попытки превратиться в красавицу.

И чем больше я проводила с ним времени, тем увеличивался риск моего разоблачения. Я чувствовала себя обманщицей, водящей за нос хорошего парня.

— Дори, — окликнул меня мужской голос.

Неужели очередной претендент на мое внимание? Только не это! Проходу нет от этих липовых ухажеров. Я прибавила шаг и сделала вид, будто ничего не слышала.

Как и предполагалось, в каминную в утренний час студенты не совались, Яромир сидел один и, поджидая меня, читал книгу.

— Я пришла, — тихонько сообщила, усаживаясь подальше от него.

Кресло выбрала с расчетом, чтобы свет падал позади, а тень от волос и штор максимально скрывала лицо.

— Отлично, — обрадовался Яромир, похоже, после вчерашнего моего увиливания не особо надеявшийся увидеть меня сегодня.

Он пересел поближе ко мне. Я еще ниже склонила голову.

— Я тебя смущаю? – заметил он мою реакцию.

— Нет. С чего бы? – бравируя, ответила я.

На самом деле меня потряхивало. Яромир находился настолько близко, что я ощущала исходящее от него тепло, аромат его мыла, слышала дыхание.

— Ты сегодня какая-то дерганная, — признался он. – Я тебя чем-то обидел?

— Вовсе нет. Разве ты, такой деликатный, можешь кого-то обидеть? – И это была чистая правда. Яромир, если уж говорил, то сначала думал, в отличие от моих «братишек», которые тактичностью не страдали.

— Я тоже человек.

Непроизвольно я подняла голову и посмотрела на него. Правда? Он хочет сказать, что и у него есть недостатки? Но спрашивать, разумеется, подобные глупости не стала.

— Давай попробуем вместе спеть, — предложила я, уводя разговор на безопасную тему. — Какую балладу ты для нас выбрал?

Яромир оказывается не только пересмотрел кучу песен, но и распечатал ту, которую нам предстояло отрепетировать. Он отдал мне листок с текстом.

— Там слов немного, не переживай, — успокоил он меня.

— У меня отличная память, — не поняла я его заботы.

— Тогда… ты стесняешься выходить на сцену? – догадался он. – Поэтому отказывалась от выступления?

— В точку.

— В таком случае, станем поддержкой друг для друга. Я тоже не очень люблю быть на виду, признался он.

— Не волнуйся, твоей группе поддержки позавидуют любые звезды.

— Ваша компания…

— Окажется каплей в море, — хмыкнула я.

Яромир посмотрел на меня с недоумением.

— Просто дождись концерта, и сам все увидишь, — пообещала я. – Давай петь.

Мы несколько раз исполнили каждый свою партию и пришли к выводу, что к вечеру стоит выучить слова и попробовать себя под минусовку.

— Мы молодцы, — сделала вывод я и уже собиралась предложить распрощаться, чтобы пойти зубрить песню, но вопрос Яромира меня сбил с толку.

— Дори, а какой у тебя дар?

— Что? – растерялась я. А это тут при чем?

— Мы с тобой знакомы уже несколько дней, а я про тебя совершенно ничего не знаю. Хотел полюбопытствовать, какой твой основной предмет.

— Левитация неодушевленных предметов. А у тебя? – спросила для вида, на самом деле я прекрасно знала специализацию Яромира.

— Экзорцизм. Раньше я учился в Северной академии, пока отец работал в посольстве. Сейчас родители вернулись на родину и меня перевели сюда, вроде как поближе. На самом деле добираться до нашего дома самое меньшее – два дня.

— Серьезно? – удивилась я. – А говорили, что ваше семейство приглядело в Висильграде поместье.

— Такие ходят слухи?

— Врут?

— Ошибаются, — дипломатично отверг он популярную версию его появления здесь. – Просто в нашей стране всего две академии, эта самая престижная. К тому же в ней учились мои родители. А ты почему здесь? Все-таки провинция.

— Как ты сам правильно сказал, наша академия престижная. В столичную набирают студентов не по силе дара, а всех, кого сюда не приняли, главное, чтобы деньги родители платили. А здесь важен дар, для самых талантливых даже сделали бюджетные места. Само собой и выпускники ценятся гораздо больше, нежели из столицы.

— Собираешься после окончания работать по специальности?

— Зачем тогда вообще поступать в академию одаренных? Обычных универов полно в каждом городе.

— Как мне не один раз уже намекнули, — улыбнулся Яромир, — многие девушки сюда поступают, чтобы найти будущего мужа.

— А! – поняла я. – Верно, есть такое. Но тогда тебе стоит почаще заглядывать в клуб «Будущих домохозяек» и общество «Идеальная грет». Все желающие сразу после выпуска обзавестись мужьями тусуются там. Любую выбирай – не промахнешься. Они, собственно, для этого и создали свои коалиции, чтобы удобнее было сети расставлять и соперниц устранять.

— А ты… — начал Яромир, но я уже поняла, что он завел матримониальную тему не просто так, поэтому перебила его.

— Я – их враг номер один, так как позорю само понятие «грет» отсутствием женственности и красоты.

— Неправда, ты очень…

О, нет! Яромир тоже клюнул на мою нарисованную в планшете внешность? Так и знала. Вот только она, эта самая внешность в прошлом, ее не вернуть. Если честно, я даже сама не помнила, какие черты лица и как были исправлены.

— Наша академия сильно отличается от Северной? – снова перебив парня, спросила я первое, что пришло в голову.

— Сильно. На Севере мало обращают внимание на развитие дара, считается, что он должен сформироваться сам, вмешательство педагогов лишь навредит и лишит индивидуальности. Поэтому упор идет на физическую подготовку и познание себя. – С охотой принялся рассказывать Яромир, видимо, готовый поддержать любую тему.

— Так вот почему ты такой гибкий и ловкий! – осенило меня.