1. Фотографии на стене

Глава 1

Тёплый ветерок растормошил пушистые коробочки тополей, и лёгкие на подъём маленькие парашютики с резвостью разлетелись кто куда. Кто-то смог попасть в нужную воздушную струю и, подхваченный воздушным потоком, улететь высоко к облакам, для того, чтобы опуститься совсем в другой местности и пустить свои корни в далекой, ещё незнакомой земле. А кто-то приземлился рядом со своим деревом. С некоторыми пушинками ветер поиграл в забавную игру, перекатывая их по асфальту, да так и бросил пыльными, затоптанными в грязь, вечно спешащими куда-то людьми.

Марта, суетясь, перекладывала бумаги на своём рабочем столе в поисках мобильного телефона.

– Доброго утра! Что потеряли, товарищ майор? – спросил молоденький стажёр Ваня, заглядывая в её кабинет.

– Надеюсь, что доброе, Ванечка. Телефон ищу. Надо Аське позвонить. У неё скоро экзамены. Придумали какое-то ЕГЭ, а я переживать должна.

– Марта Леонидовна, на улице уже двадцать первый век пятый год. Давно ли мы узнали, что такое мобильный телефон, интернет? А тут ЕГЭ. Европейские стандарты. Сказали бы мне, я помог бы вашей дочери.

– Вань, ты ещё! Помощник нашёлся. Чего хотел?

– Поздороваться. Вот вижу, мучаетесь, решил помочь вам. А Ася у вас красавица. Вся в маму. Да вот ваш телефон!

– Подхалимаж на рабочем месте? Иди к себе, работай, – Марта улыбнулась симпатичному забавному парню.

Весна отдала свои позиции наступающему лету. В школах прозвенел последний звонок. Приближались экзамены, белые ночи, выпускной вечер в школе. Не за горами большой концерт на Дворцовой площади, где торжественно в акватории Невы появится величественная бригантина «Алые паруса». Символ любви и надежды во всё самое лучшее, что может произойти в жизни после школы.

– Давно ли я была на выпускном? Давно. Мне не посчастливилось побывать на празднике «Алых парусов». Господи, когда его закрыли? В семьдесят девятом? Ещё в Советском Союзе. А я окончила школу в разгар Перестройки. Сколько лет пролетело? Уже и дочери семнадцать. Да, старею.

Марта взяла зеркальце и внимательно посмотрела на себя. Провела пальцем по бровям, приглаживая их, подумав, что пора уже провести небольшую экзекуцию над ними. Немного подкрасила тушью для ресниц свою гордость густые и без того тёмные ресницы. Слегка наложила тельные тени на веки, подчеркнув необычные с зелёным оттенком глаза.

– Ничего, ещё жить можно, – сказала она, подкрасив помадой губы и поправив копну волнистых волос с каштановым оттенком, – да давно ли я была в возрасте Аси. Начинаю понимать высказывание: «Жизнь пролетела, что день».

Марте не удалось продолжить свои воспоминания. В кабинет постучали.

– Марта Леонидовна, на выезд. У нас убийство, – в кабинет майора Марты Леонидовны Снежиной вошёл начальник отдела Главного управления уголовного розыска по г. Санкт-Петербургу полковник Мезенцев.

– Что за убийство? – спросила Марта, убирая бумаги в сейф.

– Вроде как старушка отравилась таблетками, но в сочетании с ударом тупым твёрдым предметом.

– Отлично, только мы здесь с какого бока? Почему не в район, а к нам?

– С такого, Марта Леонидовна, с такого бока. Вызов получен от соседей, а они слышали крики. Что-то там всё загадочно и подозрительно. Так что вперёд и с песнями.

– Как прикажите, товарищ полковник!

Группа в составе всегда вежливого и большого ценителя чая криминалиста дяди Лёши, старого опера Александра Григорьевича Коршунова, постоянно мечтавшего провести не отгулянный за два года отпуск на своей небольшой, но уютной даче, и молодого стажёра Ванечки, мечтателя и болтуна, под руководством майора Марты Леонидовны Снежиной выехали на место происшествия.

– Так, а по какому адресу мы мчимся? – спросила Марта, набирая номер мобильного телефона дочери.

– На Ваську только бы в затор не попасть, – ответил водитель управления Андрей Михайлович, или, как его все называют, Михалыч.

– А подробней? – спросила она его, – Ася, ты как? А пока ещё на консультацию? Всё, всё, я молчу. Позвони. Осторожно. Так нам, на какую улицу?

– Вторую линию Васильевского острова.

Услышав ответ водителя, сердце Марты застучало так быстро, что казалось, его стуки услышит вся группа. Его удары глухо отдавались в висках. Она откинулась на сидение и закрыла глаза.

– Неужели? – подумала Марта, и мороз пробежал по её коже. Она не решалась уточнить адрес происшествия у водителя, – улица та же, вторая линия Васильевского острова.

– Всё! Если в этом году, товарищ начальник, опять не получится с отпуском, уйду на пенсию, – слышалось бурчание Александра Григорьевича.

– Ладно тебе, Александр Григорьевич! До лета ещё далеко. Пока распогодится, успеем ещё пару убийц окольцевать, – попытался успокоить его Ванечка.

– Вань, кто тебя за язык тянет? Накаркаешь ещё, – ответил дядя Лёша, – и так у нас дел невпроворот.

– Чего сразу накаркаешь?

– Правда, Ванька, беда с твоим языком, свалился на нашу голову! Тогда не то что лета, выходных не дождаться! А у меня на огороде полно работы.

– Александр Григорьевич, не понятно, зачем гробиться на грядках, если в любом магазине этих овощей завались? Ладно, когда в ваше время дефицит был. А сейчас?

– И чего бы он понимал? Ваше время! – передразнил стажёра старый опер, – ни черта ты не понимаешь, Ванька! А не понимаешь, так сиди и молчи.

– С такими заторами это не работа! Ну куда он прётся? – ругался Михалыч на очередного лихача, подрезающего ему путь.

– Тише, начальство разбудишь, – попросил Ваня, посмотрев на Марту.

Но Марта не спала. Воспоминания, которые она уже давно не стремилась воскрешать в памяти, окутали её своей волнительной волной и унесли в далёкие годы юности.

***

1988 г. Ленинград, СССР

В последнее время все мысли Марты были о том, что одеть на выпускной вечер. Да и вообще, стоит ли ей идти туда, где все девчонки будут наряжены, как невесты, в новые красивые платья, в модные туфельки. Где каждая будет считать себя Золушкой, пришедшей на бал, или Ассолью, спешащей на встречу к капитану Грею. В школе в последние дни учёбы девчонки только и говорили о предстоящем выпускном вечере. Сбиваясь в кучки, делились фасонами будущих своих платьев. Марта избегала таких разговоров. Чем она могла поделиться с одноклассницами? Тем, что боится даже намекнуть маме о приближающимся выпускном.