Рекламщик в ссылке для нечисти

Глава 23. Василий находит помощника

Нового гостя звали Завидом, и он был женихом Умилы.

- Ну, как жених — её матери да отцу я не по нраву, да мне не с ними жить, — пояснил он Василию, когда они шли по вечерней улице.

Горыню, неприятно поражённого тем, что у Умилы уже есть жених, оставили самого заботиться о лошади и телеге.

- Одним днём собрались да уехали, соседям сказали, к родичам в Каменные Маковки, да нет у них там родни, — продолжил Завид свой рассказ. – За Умилой следили, чтобы знака мне не подала. Да я уж знал, что дядька Добряк здесь, в Перловке, а поутру у реки бересту нашли — мол, ко дню Купалы заходите в гости. Ясно, что-то затевается. Собрался я, да и пошёл.

Пока Завид говорил, он всё бросал по сторонам оценивающий взгляд.

- Смотри-ка, — указал он, — для подсолнухов рано ещё, а они вызрели. Кто за это в ответе?

- Да откуда я знаю, — пожал плечами Василий. – Подсолнухи тут вообще не переводятся.

- Надобно узнать. Насадить их поле, да и семечки продавать, а то и масло гнать. Что ж дядька Добряк ещё не распорядился?

- У него и спроси, — посоветовал Василий. – Ну, тут вообще всё было плохо по части организации, да и он не мог за границы выйти, как продавать бы стал?

- Ко мне бы обратился, не переломился, — сказал Завид. – С женой он в лесочке, бывало, виделся, она бы передала. Ещё слыхал я, будто пряха тут имеется, и коровёнок, вижу, пасёте, а что ж овечек-то не завели? Шерсть бы пряли...

Василий пожал плечами.

- Это не ко мне вопрос. Я в таком вообще не разбираюсь.

Завид посмотрел на него, хитро прищурившись.

- И верно, сказывали, ты из других земель. Какая у вас там жизнь-то?

Василий рассказал о высоких домах и дорогах, о машинах.

- Смастерить такую сумеешь? — тут же поинтересовался Завид.

- Ну, такое говоришь! Это сложно, там целая команда работает. И потом, деревянные колёса, как у телеги, там не покатят, нужны шины, а из чего их тут сделать? Да и топлива нет.

- Экая досада. Что ж, а какие ещё дива имеются?

Тем временем они пришли к дому. Стоять у дверей было неловко, и как-то само собой получилось, что Завид вошёл, расположился за столом и даже когда-то успел взять с полки миску лесных орехов — последнюю еду, которая оставалась, — и теперь сидел, грыз и слушал, задавая вопросы каждый раз, как Василий решал перевести дух.

Василий рассказал про интернет. Завид деловито расспросил, что от него за прок, и согласился, что вещь полезная, но какому же колдуну не жаль на такое силы тратить?

Василий кинул грустный взгляд на быстро исчезающие орехи, сказал, что это не колдовство, и тоже взял один.

- Так ты, может, сделать этакое сумеешь? — поинтересовался гость.

Василий объяснил про спутники, но едва поднёс ко рту орех, как Завид спросил, что у них там ещё летает. Ответ он выслушал с большим интересом, а потом засомневался, что это возможно.

Василий с жаром взялся доказывать, что не врёт, и вообще, эта тема нашла отражение в творчестве, чем не доказательство? Такое он бы просто не успел выдумать сходу. Так что он исполнил все песни о самолётах, которые пришли на ум, и о космодроме, и на закуску спел про дельтаплан.

- Вот как оно бывает, — сказал Завид, явно впечатлённый, и взял из пальцев Василия последний орех, так и не съеденный. Забросив его в рот, спросил: — Что ж, а этакую машину летучую смастеришь?

Василий выразил сожаление, что не сумеет. Он пожалел и об орехах, пускай и молча, но, видимо, достаточно красноречиво, потому что Завид тут же поднялся и сказал со смехом:

- Экий ты! В ваших-то землях, может, ещё и принято, чтобы гости хозяев угощали? Ну, разводи в печи огонь и жди меня.

Довольно скоро он вернулся, насвистывая, с завёрнутым в тряпицу куском сала и щедрым ломтем хлеба. В край рубахи у него был бережно увязан десяток яиц. Ещё чуть погодя они ели яичницу под неторопливые объяснения Завида, что Умила, так уж у них заведено, порой оставляет ему что-нибудь за домом, и тут не забыла.

- Попадёт ей ещё из-за тебя, — сказал Василий, не отрываясь от еды. – Добряк же кур не держит, он точно заметит, что целый лоток исчез.

- А это я и не у него взял, — хитро улыбнулся Завид.

- А где?

- Здесь, там... Я уж днём обошёл Перловку. Ну, что скажу — у кого глаза да руки имеются, тот с голоду не пропадёт.

- Если что, я такие методы не одобряю, — строго сказал Василий, не отрываясь от яичницы. – Сегодня, так уж и быть, сделаем исключение, но только один раз!

Из-под холма донёсся далёкий звон молота по наковальне, и Завид тут же взялся расспрашивать о кузнеце. Мол, правда ли он из дивьих людей и откуда берёт руду?

- Да я как-то и не думал, — пожал плечами Василий. – Он вроде и не выходит из землянки. Я ему просто говорю, он делает... Может, у него руда волшебным образом не кончается?

- Славно, коли так, — Завид блеснул глазами. – И, сказывали, ты один к нему ходишь, другие боятся, и мастерит для тебя кузнец всё, что велено? Дивлюсь я, как при всём при этом ты, Василий, впроголодь живёшь.

- Ой, а сам-то! — возмутился Василий. – Умный такой, знает тысячу способов, как заработать, а сюда пешком явился, и чтобы поужинать, вон, побирается и ворует. Я тоже, знаешь, дивлюсь.

Гость усмехнулся, показав крепкие белые зубы, и вместо того, чтобы оправдываться, сказал:

- А вот я у вашего озера водяные косы видел. Поутру возьмём одну и поедем к Рыбьему холму.

- Зачем?.. И кстати, чего ты вообще меня искал? Переночевать больше негде, что ли?

- Да помочь вам, — объяснил Завид, серьёзнея. – Я уж знаю, что колдун Добряка прижал да грозит семью его извести. Нешто я могу в стороне оставаться, ежели Умиле беда грозит? Давай, Василий, рассказывай мне всё, что придумал...

Василий и рассказал, в глубине души надеясь, что Завид окажется хоть немного полезнее в рекламном деле, чем Горыня.

Утром Василий проснулся рано. Удивительно, что он вообще сумел хоть немного поспать, потому что гость хотя и принёс охапку соломы, чтобы устроиться на ночь, но забрал одеяло и вдобавок так храпел, что хотелось его придушить. Так и вышло, что Василий, едва рассвело, был на ногах.