Верность и предательство

Глава 3

Екатерина и Генрих остались ждать Егора в секретариате. Девушка тихонько уселась на стул в уголке и старалась стать незаметной. Лицо ее пылало — никогда ранее она не чувствовала себя такой бездарной и бестолковой. Ей казалось, что о ее глупости знают все присутствующие в помещении — две машинистки, секретарь и еще трое посетителей, ожидающих приглашения Магистра.

Магистр так кричал на них, что возможно, здесь все было слышно. То, что дубовые двери не пропускали шум, Екатерину не успокаивало. Радовало только, что у фон Берга все обошлось. Но зато его ученица оказалась на редкость тупа и бездарна. Девушка тихонько вздохнула и взглянула на своего наставника. Тот сидел на подоконнике и задумчиво смотрел в окно. На улице было шумно, кричали разносчики газет и торговцы с лотков, звонко цокали подковы о брусчатку мостовой. Жизнь била ключом. А в секретариате монотонно стучали пишущие машинки. Но теперь это не наводило тоску на Екатерину. Все обошлось, и это просто прекрасно!

Егор появился через несколько минут, держа в руке синюю папку. Он выглядел подавленным — выговор Магистра и его не мог оставить равнодушным. Егору тоже досталось. Все трое молча вышли на улицу. Первым тягостное молчание нарушил фон Берг:

— Может, зайдем перекусить?

Екатерина вдруг почувствовала, что очень проголодалась. Она не завтракала, так как сильно переживала за Генриха и есть совсем не хотелось. Ей вообще тогда было не до этого. Зато теперь она просто умирала от голода.

Молчание товарищей Генрих, видимо, расценил как знак согласия. Обсуждать пока было нечего. Сегодня им всем досталось. И досталось за дело.

Также молча они зашли в ресторан «Астория», куда повел их барон. Похоже, он был там частым посетителем. Метрдотель выразил бесконечное счастье от визита господина фон Берга и его спутников и привычно провел их в отдельный кабинет. Через мгновение появился официант, оставил меню и деликатно вышел.

— Что будете? — поинтересовался Генрих у Екатерины. — Здесь отличная кухня.

— На ваше усмотрение, я в таких заведениях раньше не бывала, — призналась девушка, разглядывая роскошное помещение с огромным окном и таким же огромным зеркалом в золоченой резной раме на стене.

Большой диван, обитый бархатом и заваленный парчовыми подушками, навел ее на определенные мысли. Серо-голубые бархатные шторы были приспущены, и в помещении царил легкий, пожалуй, даже интимный полумрак.

— Это и есть так называемые «нумера»? — поинтересовалась девушка.

— Ну что вы! Нет, конечно. Разве я повел бы вас в подобное заведение? — губы барона тронула снисходительная улыбка. — Не беспокойтесь за свою репутацию. Это просто отдельный кабинет в хорошем ресторане. Для компании, которая не хочет сидеть на виду в общем зале. Нам сейчас надо многое обсудить и незачем привлекать лишнее внимание. Так что ничего общего с дешевыми сомнительными «нумерами», как их называют, этот кабинет не имеет.

— Здесь уютно. Мне нравится, — девушка подошла к окну и отодвинула тяжелую портьеру.

За окном находился зимний сад с пальмами в кадках. Сейчас он был напитан солнечным светом. Косые лучи утреннего солнца проникли в помещение, отразились в зеркале и заискрились в бесчисленных подвесках хрустальной люстры.

Девушка опустила портьеру, и комната снова погрузилась в уютный полумрак. Она вернулась за стол.

— Что желаете выпить? Чай или кофе? Или морс? — Генрих протянул ей меню. — Здесь хороший выбор напитков.

— А вы с Егором что будете? — Екатерина все еще не могла забыть общение с Магистром и ее слегка трясло.

— Мы будем, как всегда, коньяк. Да, Егор? — тон, которым фон Берг задал вопрос, не терпел возражений.

— Да, — лаконично ответил тот. Но, после некоторого колебания с надеждой произнес. — А может, мне лучше водку? Привычней как-то. С соленым огурцом...

Но барон был категоричен:

— Нет, не лучше. Будешь со мной коньяк — поддержишь компанию. Тебе давно пора научиться ценить благородные напитки.

— Ладно, уговорили, — обреченно произнес Егор.

Генрих одобрительно посмотрел на него.

— Ну, вот и хорошо. Лично мне после гнева патрона ничего другое не помогает. А в последнее время он мной очень недоволен. Ну, и учитывая, что я с вами обоими уже мысленно попрощался, мне желательно коньяка побольше, — признался Генрих. —  А вы, Екатерина Павловна, может, хотите вина? Похоже, вам тоже надо снять напряжение. Здесь отличная винная карта.

— А можно и мне капельку коньяка? —  неуверенно спросила девушка.

Возможно, это ей тоже поможет прийти в себя после разноса Магистра.

— Вы уверены? — с сомнением поинтересовался фон Берг.

Она кивнула:

— Уверена. На меня никогда в жизни так не кричали. Я чувствую себя абсолютно никчемным и бестолковым созданием.

Генрих понял ее состояние:

— Тогда коньяк вам точно не повредит. И не думайте о себе плохо. Это вовсе не так, поверьте.

Егор расплылся в улыбке и доверительно сообщил:

— Господин Магистр сегодня был сама деликатность. Он явно пощадил ваши уши — вы все-таки девушка. Когда Магистр ругается по-настоящему, краснеют даже ломовые извозчики и портовые грузчики.