Волшебная косынка

Часть 3

- Шанту, мы к тебе с Дашей, – доложила Зара цыганке, встретившей нас на пороге шатра.

- С Дашей и с вашей посудой, – добавила я.

- Хороши! – похвалила Шанту, - я рассудила, что и посуда, и ты сама уже за тридевять земель, в тридесятом царстве.

- Здорово! Вы, что, и русские народные сказки знаете? – удивилась я.

- Так кто ж их не знает?

- Так, может, вы и про то знаете, кто вам меня продал?

- Не мне, а нашему табору, продал тебя купец Лыжин. Отдали за тебя целую лошадь. Не знаю только, зачем ты Плеймну понадобилась? Замуж тебя никто не возьмет, потому что приданного нет. А может, он выкуп за тебя надеется получить, не знаю. От кого, если до сих пор не хватились? Ни воровать ты не сможешь, ни гадать. По хозяйству мы сами управляемся, каждый знает свои обязанности, никто даром свой хлеб не ест. А с тебя, какой толк? Пару чашек целый день на реке чистила и голодная осталась не только сама, но и я вместе с тобой, потому что до самого ужина ожидала тебя.

- Простите меня, Шанту, мальчишки ваши задержали меня, почему-то не пускали обратно в табор, пока Зара их не разогнала. Потом мы с ней к барону ходили, чтобы у него мобильный попросить.

- Что вы хотели попросить? – уточнила, забирая у меня посуду, цыганка.

- Мобильный телефон, ну, сотовый, в смысле. Хоть простенький какой-нибудь, без прибамбасов, - объяснила я.

- Странно ты, девка, говоришь, - больше ничего не нашлась ответить вконец замороченная цыганка. – Сходите после ужина к барону, может, он такие премудрости разберет, а я ничего не понимаю, никогда ни о чем таком не слышала. Ты, Даша, зайди в шатер, поменяй юбку верхнюю на нижнюю, а то верхнюю ты уже выпачкала. Там на ужин уже всех собирают, пойдем и мы.

«Вот, что выдумали, - подумала я, - и стирать ничего не надо, а только снял нижнее, надел наверх».

Когда мы подошли к костру, Зара побежала переодеваться и забрать с собой маму. Темнело, но от ярких нарядов цыган весь табор расцвел в веселых сполохах костра. Барон Плеймн важно восседал на обитом синим бархатом кресле, в шляпе, отороченной по ободу красной тесьмой, с неширокими полями, равномерно приподнятыми сзади. Воротник темного пиджака отложной, на нем приподнимается широкий атласный воротник-апаш алой рубахи. Волосы почти до плеч длиной, волнистые, черные с проседью, сзади небрежно разделены и перекинуты наперед, а впереди – бакенбарды, борода, усы и дымящаяся трубка из-под усов. И в подобных нарядах – все мужчины. Иногда лица молодые, бритые, но длинноволосые – все. Одежда не у всех целая, есть в дырах пиджаки и рубахи, надетые на голое тело, без воротников, с v-образным вырезом и широкими рукавами. Зато мужчины все в сапогах, а женщины босиком, только пожилые – в чувяках из кожи. Все сидели и стояли, в руках у некоторых мужчин были гитары.

Появилась Зара. Черные распущенные волосы волнами достают почти до талии. Красные ягоды с зелеными листиками на блузке с круглым вырезом и на рукавах, отделанными воланами. На миди-юбке, пышной с широким воланом внизу, те же ягоды с листиками, но на синем фоне. Тонкая талия подчеркнута завязанной на бедре тёмно-фиолетовой шалью с широкой бахромой, а лебединая шея и грудь красавицы украшена тройным рядом белых бус. Ноги, несмотря на праздничный наряд, босые и, к тому же, не слишком чистые. Легко ступая рядом со своей степенной матерью Станкой, Зара высоко несла голову, явно осознавая свою красоту. Парни невольно открыли рты при их появлении.

Все расселись на бревнах из тополя, сдвинутых кружком так, что посередине круга образовалась танцевальная площадка.

Каким вкусным мне показался этот цыганский ужин! Не описать! Похлебки с галушками-рванцами хватило всем, кое-кто даже без добавки не обошелся. Хлеба, пышного, круглого, с ароматной кожицей, ушел целый мешок, и каждому в таборе достался кусочек вкуснейшей баранинки.

Ужинали шумно, перекрикивались по-цыгански, смеялись над какими-то шутками. «Весело им», - грустно подумала я. - «Кто-нибудь скажет мне, наконец, зачем я здесь, что я здесь делаю и как я сюда попала?»

Чтобы подобраться к барону, я сочла необходимым снова поговорить с Зарой. Она смелая, барона не боится, и красавица такая, что ей он не сможет отказать, и объяснит, для чего такого они меня обменяли на лошадь. Уж, во всяком случае, пусть не рассчитывают, что я им лошадь заменю в хозяйстве. Губешки пускай закатают!

Прокравшись в темноте за спинами цыган, я подошла к тому бревну, где сидели Зара с матерью, и присела на краешек. Тут же подлетел какой-то молодой цыган. Со скоростью звука он сел между мной и Зарой.

- Не беспокойся Больдо. Это наша Даша, она моя подруга, у Шанту живет.

Парень был красивучий. Без усов и бороды, но чернобровый, кареглазый, с ярко-белыми до голубизны белками, которые, казалось, так сверкают, что затмевают искрящееся пламя костра. И все же мой Миша, хоть и не такой красавец, безусловно лучше. Для меня. Переживает сейчас, наверное, куда его Даша делась?

- Так, откуда ты взялась, «наша Даша»? – спросил меня этот Больдо.

- Не знаем мы, - за меня ответила Зара. – Табор ее на лошадь выменял. Зачем, не знаем. Вот сейчас попробуем к барону подкатить на кривом мерине, не знаем пока, с какой стороны.