Такой системы маркировки, которая есть в России и Узбекистане, нет больше нигде в мире — эксперт

О том, как Узбекистан опередил западные страны в вопросе маркировки, и в каком направлении дальше будет развиваться система, корреспонденту Podrobno.uz рассказал генеральный директор российского Центра развития перспективных технологий, председатель наблюдательного совета CRPT TURON Андрей Кириллов.

— За прошедший год система маркировки распространилась на такие категории товаров, как бытовая техника и фармацевтика. Каких результатов удалось достичь в данной области?

— С точки зрения новых товарных категорий самое главное — это фармацевтика. Поскольку это защита жизни и здоровья населения. Сегодня 90% лекарственных препаратов, которые находятся в обороте в стране, подлежат обязательной цифровой маркировке. Остальные 10% — это орфанные препараты для лечения тяжелых заболеваний, которые начали маркироваться с марта 2023 года.

Сейчас на повестке дня обсуждается вопрос, когда правительства Узбекистана и России договорятся о признании российских кодов на территории Республики Узбекистан. Ведь значительный процент лекарств на фармацевтическом рынке Узбекистана, особенно для малозащищённых слоев населения, производится в России. И производителям из РФ очень хочется поставлять в Узбекистан препараты, маркированные своим кодом.

Это полезно не только для производителей, которым не нужно будет перенастраивать свои цепочки. Это также будет иметь свою выгоду для потребителя и госорганов. Отсканировав наш код мобильным приложением, можно увидеть на какой фабрике была произведена эта пачка, к примеру, анальгина, а также всю цепочку, по которой она попала в ту аптеку, где ее купили.

Должен сказать, для нас стало полной неожиданностью, когда производители ламп изъявили желание присоединиться к системе маркировки. Как оказалось, в стране имеется большая проблема: под видом качественных ламп продавались подделки, которые имели свойство взрываться. ГНК расширил подгруппу товаров в сегменте бытовой техники, поэтому сейчас маркируются не только крупное техническое оборудование и приборы, но и лампочки.

— Узбекистан стал первой страной в СНГ, внедрившей маркировку пива и бытовой техники. Несет ли какие-то риски тот факт, что в данных товарных категориях мы по сути являемся первопроходцами?

— Наоборот, это очень здорово. Узбекистан под руководством Шавката Мирзиёева делает реальные движения в сторону цифровой экономики. И этот сдвиг происходит очень быстро. Я уже не раз отмечал, что команда, которая занимается маркировкой товаров в Узбекистане, самая быстрая и мобильная на постсоветском пространстве, которая подает пример своим коллегам в других странах.

Так, например, маркировка пива в Узбекистане стала примером для Кыргызстана, который сразу после этого также запустил систему идентификации этой товарной категории. Кроме того, до этого созрела и Россия, которая только сейчас запускает этот процесс. Маркировка бытовой техники в Узбекистане показала путь Армении в запуске маркировки компьютеров и мобильных телефонов.

— Некоторые эксперты отмечают, что в вопросе цифровой маркировки мы опередили западные страны. Согласны ли вы с этим мнением?

— Должен сказать, что вся эта технология опередила западные страны. Такой системы маркировки, которая есть в России и в Узбекистане, нет больше нигде. Некоторые страны маркируют табак в соответствии с требованием ВОЗ. Другие государства, например, Индия маркирует отдельно лекарства. Но нигде нет такой системы, которая охватывала бы такое количество разных товарных категорий в одной системе. Мы в этом плане, действительно, пионеры.

— В чем состоят основные преимущества от цифровой маркировки для всех заинтересованных сторон?

— Больше всех выигрывает, конечно, потребитель. Он платит деньги за то, что хочет получить, а не за подделку. Большие выгоды в виде честной конкуренции маркировка дает бизнесу. Ведь честным игрокам рынка очень сложно конкурировать с теми, кто производит или провозит товары нелегально и не платит никаких налогов. За счет вытеснения черного и серого рынка белый получает большую его долю и возможность для расширения.

Государство в свою очередь получает больше налогов, больше счастливых потребителей и представителей бизнеса, а также то, чего у него не было никогда — массивную базу данных, которая с помощью аналитики позволяет понимать и делать прогнозы. Накопленная за несколько лет статистика по производству, перемещению и потреблению товаров делает государственные задачи более совершенными. К примеру, если в той или иной области потребляют большое количество того или иного товара и в один момент ситуация меняется, это можно расценить как сигнал о том, что что-то идет не так. Настроенные сигналы помогают государству четко, оперативно и адресно реагировать на разные явления и события.

— В июле в Узбекистане стартует обязательная маркировка воды и напитков. Расскажите подробнее о главных преимуществах системы в этом сегменте?

— Все, что связано с едой — это все про защиту жизни и здоровья. У меня нет статистики по Узбекистану, но если брать за пример российский опыт, то причиной запуска маркировки в этом сегменте российской экономики послужил тот факт, что в период с мая по октябрь 60% всей минеральной бутилированной воды на рынке оказалось поддельной.

Люди платили деньги за непонятную жидкость, в которой могло быть все, что угодно — соли тяжелых металлов, неизвестная микрофлора и так далее. Причем, как правило, активно подделываются именно дорогие напитки.

Должен сказать, несмотря на то, что обязательная маркировка в этом сегменте рынка Узбекистана только стартует, на прилавках уже встречается маркированная вода. Проверял лично. К слову, мы провели интеграцию наших систем, поэтому с недавнего времени, кстати, проверять коды можно как узбекским, так и российским приложением. Это очень удобно для тех, кто часто ездит из России в Узбекистан и наоборот.