Двое из ларца

Глава 5

Я сидела в беседке в самом дальнем углу сада и невидящим взглядом смотрела на раскидистые кусты сирени.

Новость о смерти отца просто убила меня. Заставила почувствовать собственную смерть, не умирая. Согнуться пополам, рыдать без остановки. Сворачиваться калачиком на лавке, пытаясь спастись от охватившего душу горя.

Отец был единственным, кому я доверяла, как себе. Он единственный, кто беспокоился и заботился.

И теперь его нет.

Когда вожак рассказал мне о смерти отца, о нападении из неизвестного клана и трупа, найденного в овраге недалеко от дороги, я держалась, как могла. Мне не хотелось, чтобы кто-то видел мои слезы. Поэтому выслушала все до конца, почти не слыша слов из-за оглушающего звона в ушах.

Когда рассказ Ардана иссяк, я просто встала и вышла. Мне стоило больших сил дойти до этого места. Подальше от лишних глаз и ушей.

Только после этого я позволила горю накрыть меня с головой. Я кричала, рыдала в голос и все спрашивала в пустоту сада: «Почему?»

Минуты шли, переходили в часы. И ближе к вечеру, когда слезы окончательно иссякли, а горло охрипло, я равнодушно уставилась на сирень. Поглаживала большим пальцем собственную кисть, словно пыталась успокоить.

Я не думала об отце. Мне было больно вспоминать про него. Но от воспоминаний не скрыться. И поэтому оглушающее чувство одиночества заставило забыть о том, что я взрослая девушка. Оно снова превратило меня в маленькую беззащитную девочку, которая раньше очень сильно боялась темноты.

И теперь даже некому меня успокоить.

Со стороны дорожки послышался шаг. Судя по всему, кто-то просто гулял, а не целенаправленно шел ко мне.

Равнодушие так и не покидало сознание. Даже если бы сейчас началась война, я не сдвинулась с места, настолько вымотанной эмоционально я себя чувствовала.

- Принцесса, - услышала я издевательский голос Дмитрия. – Что общество моего брата тебе уже не так приятно?

Я повернулась к брату-близнецу.

Тот стоял у входа в беседку, сложив руки на груди. На его губах застыла грубая ухмылка, а глаза горели странным огнем.

Встретившись с ним взглядом, я заметила, как его лицо стремительно изменилось.

- Что случилось? – с натуральным беспокойством спросил он. – Тебя Алекс обидел?

Я снова перевела глаза на кусты сирени, на которых совершенно не было листьев.

- Не выгораживай его, - грозно сказал мужчина. Он стремительно вошел в беседку и встал напротив. – Если обидел, скажи и я с него шкуру сдеру.

С чего бы вдруг такая забота?

Я подняла на него глаза.

- Отца убили, - коротко пояснила я.

Горло снова сковало раскаленными щипцами. Эти два слова снова вернули меня в состояние, когда горе разрывает на части. Оно вывернуло душу наизнанку и оголило нервы.

На глаза навернулись слезы. Я громко шмыгнула носом и отвернулась.

Дмитрий молчал. Краем глаза я заметила, что он опустил руки. Потянулся ко мне, отпрянул, но, поколебавшись, все же коснулся плеча.

- Мне жаль, Летта.

Я скинула его руку и отсела подальше.

- Мне твоя жалость не нужна.

Дмитрий хмыкнул.

- Глупая принцесса, - тихо сказал он.

Оборотень подсел ко мне и снова положил руку на плечо.

- Мне действительно жаль. Он был очень хорошим человеком, - продолжил Дмитрий.

- Тебе-то откуда знать? – осипшим голосом спросила я.

Дмитрий убрал руку, но вставать не торопился.

- Мы с ним пару лет назад встречались. Он приезжал к моему отцу по делам. Я тогда впервые познакомился с ним. – Он грустно хмыкнул. – Нам нужна была поддержка его стаи. Деталей рассказать не могу, но скажу одно – ему встревать было не на руку, но он все же помог. Я остался под впечатлением.

Я посмотрела на Диму через плечо.

Вся его спесь спала. Презрение исчезло. Злость ушла. Сейчас он очень сильно был похож на брата. Хотя нет. Он напоминал мне кого-то другого, но сознание, уставшее от горя и рыданий, не могло зацепиться за нужный образ.

- Ты, гладкошерстный, - вдруг сказала я, - оказывается, бываешь нормальным человеком.

Дмитрий не обиделся, он лишь легонько улыбнулся и потрепал меня за плечо.

Его взгляд скользнул по моей шее. Погруженная в мысли о смерти отца, я совсем забыла, что оставила шарф рядом на лавочке. Так как не собиралась ни с кем видеться, то и я сняла его.

- Это укус? – спросил Дмитрий.

Я мгновенно закрыла метку рукой, но прятать ее теперь уже бесполезно. Лицо брата-близнеца, начало стремительно каменеть. Его брови сдвинулись к переносице, а ноздри затрепетали.

Он долго рассматривал меня. И взгляд оборотня менялся от удивленного до яростного.