Опять пересдача?!

Глава 14

Я споткнулась и полетела вперед, прямо на него.

Кажется, что это уже было. Но моим ногам на эту мысль как-то все равно.

Михаил Игоревич спрыгивает со стола и несется ко мне. Он разводит руки в стороны.

Надеюсь, что мне удастся попасть прямо в его объятия, а не развалиться на полу перед ним.

Преподаватель успевает меня поймать до падения.

Каких-то пару секунд, мне удается побывать в его теплых и таких для меня приятных объятиях, а потом он сразу же отстраняет меня от себя.

Одну свою руку, он положил на мое плечо, а вторую свою руку положил на свое бедро. Вид его лица был суровым. Кажется, мне сейчас от него попадет!

- Тарасова, но я же русским языком тебе говорил: "НЕ ИДИ ОДНА!" – Он прикрыл глаза и застонал от досады. – Вечно тебя на всякий экстрим и что-нибудь тяжелое тянет. А главное, чтобы было пожестче, как можно жестче! Не можешь, ты без всяких ударов, падений прожить и дня. Просил же тебя по-человечески. – Михаил Игоревич убрал свою руку с моего плеча. – Я закрыл уже глаза на то, что ты по-русски меня не понимаешь. Ладно с этим инстинктом самосохранения. В тебе он похоже вообще отсутствует, так что пропустим и это. Ты хотя бы по моей хмурой мимике лица поняла, что ты делаешь что-то неправильно и тебе нужно прислушаться к моим словам?! Ох, давай тетрадку. Что с тобой об этом говорить?! Ты все равно меня не послушаешь и сделаешь все по-своему!

Я отдала ему тетрадку свою.

Михаил Игоревич присел на стол и стал внимательно смотреть каждую страницу. Какой тщательный осмотр у него. Он сейчас такой еще и суровый.

- Тарасова, - взглянул на меня преподаватель, через пару минут. – Если ты сейчас прочитаешь для меня последних два слова, которые ты написала на этой странице, то я даже зачту тебе эту лекцию.

- Ааа… - вырвалось невольно у меня.

Мне пора начинать паниковать или еще рано и у меня есть шанс как-нибудь выкрутиться?!

Михаил Игоревич снова посмотрел в тетрадь, а потом поднял голову и взглянул на меня.

- Что-то не похоже на "ааа", - произнес преподаватель. – Признаться честно, я тоже сначала подумал так. Но ты хотя бы взгляни на свою лекцию, своими глазами, Тарасова. Или у тебя вся лекция написана из "ааа"?!

Многие студенты засмеялись после слов Михаила Игоревича.

Похоже он не смог разобрать мой подчерк. Я его не виню. Сама не всегда могу понять, что за слово я написала.

Но сейчас мне нужно очень постараться разобрать словосочетание, иначе это грозится тем, что мне опять придется переписывать эту лекцию объёмом не менее 8-10 страниц. Сейчас у меня мотивация, что надо! Очень хорошая. Нужно постараться и разобрать "свои красивые каракули". Ну, с Богом, удачи мне!

Сейчас я очень надеюсь на удачу. Надеюсь, что она будет со мной.

- Можно? – руки потянулись к тетрадке. Хочу ее для начала взять в свои руки.

- Нет, Тарасова, - качает головой преподаватель. – Просто подойди ко мне и наклони немного голову. Мне интересно будет проследить за твоим выражением лица, - усмехнулся Михаил Игоревич. – Когда я пытался прочесть твои два словосочетания, то в этот момент у меня наверняка была бесподобная мимика лица. Жаль, что я не смог увидеть себя со стороны. Зато у меня появился прекрасный шанс увидеть со стороны твою неотразимую, богатую мимику лица, и я этим шансом очень хочу воспользоваться.

Я подошла к нему, наклонила голову.

- Вот здесь, - пальцем мне показал Михаил Игоревич, куда именно мне смотреть.

Я взглянула на свой подчерк.

Сначала рот в удивление приоткрыла. Потом глаза закрыла, глубоко вздохнула пару раз.

Опять открыла глаза, но ничего не изменилось.

И все же головой мотнула. Мало ли, может все же это поможет. Я надеюсь, что у меня появились внезапные галлюцинации и только.

Михаил Игоревич с нескрываемым интересом смотрел на меня.

- Впечатляюще, да?! – произнес преподаватель, улыбаясь при этом.

- Здесь же все понятно, - произношу я, стараясь убедить в этом одновременно нас обоих.

- И что же здесь тогда написано? Скажи мне, Тарасова, - произносит преподаватель своим глубоким голосом.

Очень тяжело сосредоточиться, когда он так рядом со мной. Только протяни руку даже случайно, и я дотронусь до него.

- Я сократила эти два слова. – Наверняка именно это я и сделала. По-другому никак, даже сама себе не могу объяснить, почему у меня в тетрадке написано какое-то словосочетание "тр.бр".

- Гениально! – воскликнул Михаил Игоревич. – Только сокращать нужно так чтобы потом прочитать можно было бы. Что же это за словосочетание такое у тебя означает, Тарасова?

Мне бы тоже хотелось это знать.

- Т… р.., - пытаюсь вслух вспомнить что же я такое сокращала.

Михаил Игоревич взглянул на меня. Я же сосредоточено смотрела на это словосочетание. Я должна вспомнить что же я так усиленно пыталась сократить.

- Были бы вы за рулем, я смело бы предположил, что вы пытаетесь машину завести так… Тарасова, вы, когда писали эту лекцию, то случайно попутно не бежали за автобусом?! – преподаватель пальцем провел по своей нижней губе и задумался над чем-то пару секунд. У него даже загорелись глаза, и он стал смотреть на меня как-то предвкушающе. – Вы в конце концов не учитесь случайно еще на медицинском факультете параллельно?! Там диктуют еще быстрее и слова очень длинными получаются. Студентов можно понять, но они и то сокращают гораздо понятнее. Ты же, Тарасова откуда вся такая отличительная от всех и от всего?!

- Как смогла, успела, так и сократила словосочетание, - сказала я.

- Вспомнила, что за словосочетание? – поинтересовался преподаватель у меня.

- Почти.

- И что же вспомнила?

- Что я вспомню и, если вы меня спросите об этом перед зачетом, то я вам и отвечу. Договорились? – Я постаралась, как можно милее улыбнуться ему. Может он растает от моей милой улыбки и смягчится по отношению ко мне?