Восьмая наложница 

Глава 8

После разговора со старшей управляющей я отправилась в храм Алой Богини.

Там было чисто и тихо. На алтаре горели палочки с благовониями. А лёгкий сковозняк колыхал пламя свечей. Серый мрамор стен.

Простые тростниковые циновки на полу.

Никаких излишеств, всё скромно. Скорее даже аскетично. И не скажешь, что это единственный храм в Золотом Городе.

-- Этому храму не нужна позолота, -- сказал старик в серебристой хламиде. Видимо, это и есть тот самый единственный жрец, который тут обитает.

-- Разве весь Золотой Город -- это не храм богини? Но там всё наполнено красками. А позолочены даже крыши дворцов.

-- Альтеа любит всё яркое. Но это мой дом. Место тишины и раздумий. Я однажды совершил ужасную ошибку. Надеюсь, что пришло время её исправить.

Старик улыбнулся. Сделал шаг, вступая в полосу света. И приобразился. Передо мной стоял... нет, не мой ровесник, но достаточно молодой мужчина. Его волосы были белыми, как снег, а глаза сияли лунным серебром.

Белые лисьи ушки я заметила не сразу. Как и девять пушистых хвостов за его спиной.

-- Так вот ты какой, полярный лис, -- в шоке протянула я. Хотя, чему тут можно удивляться. Подумаешь, кумихо. Меня сюда целая богиня притащила. Но разве в этом мире живут не только люди?

-- Моё имя Ниэлон Акинара, -- улыбнулся мужчина, демонстрируя заострённые клыки. -- Альтеа, многие ее братья и сестры населяли свои миры такими, как ты. Мой создатель поступил иначе. Он создал демонов-лисиц, способных оборачиваться людьми. Мы не могли создавать миры, но стояли ближе к богам, чем иные их создания.

-- Вы попали сюда так же, как и я?

-- Не совсем. Альтеа забрала тебя, отдав твоему миру осколок души нашего сына. Мир принял подношение, разрушив его. Потому, что там не место для дракона. Я же был последним представителем моего погибшего народа. Что к лучшему. -- жрец помолчал минуту, а потом продолжил делано-легкомысленным тоном. -- Иногда такое случается. Боги, тоже умирают. И вместе создателем умирает его миры. В юности Альтеа была очень любопытной. И она решила посмотреть на крушение целого мира. А увидев среди обломков мальчишку-лиса, смертельно раненого, но упрямо цепляющегося за жизнь, сжалилась и забрала его себе. Мы быстро взрослеем. И долго живём. В ее мире поселился почти равный ей, влюблённый в неё до безумия. Это было славное время. Мы жили. Радовались каждому дню. И даже рождения нашего общего сына восприняли, как подарок и подтверждение нашей любви. В детстве Инлун был славным мальчиком. Добрым. Любознательным. Способным ради забавы изменить обличие. Громовым соколом летать в грозу, играя с молниями. Золотым драконом спать среди облаков. Плавать в море среди рыб. Прыгать по снежным першинам северных гор. Мы мало им занимались, полагая, что ничего не может с ним произойти в мире, созданным его матерью. Но мы ошиблись. Нашлись те, кто посеял в его душе семена сомнений и злобы, взрастил в нём зависть. Сын начал ненавидеть нас. Меня. Ведь демон-лис всего-лишь последнее создание ушедшего бога. А мать -- за то, что родила его полукровкой. Слишком сильным для смертных. Слишком слабым, чтобы он мог создать свой собственный мир. И он возжелал получить этот мир, чтобы стать не наместником, а хозяином. Так Инлун принял решение убить Альтею. Ну, и меня заодно, зная, что подступиться к моей женщине он сможет лишь переступив через мой труп.

-- Но если бы его мать умерла, разве не умер бы этот мир вместе с ней? -- удивилась я.

-- В нём было достаточно её крови и силы, чтобы мир не заметил этого. Сын долго строил свой план. Искал союзников, способных предать свою богиню. И однажды нанёс удар. Мы слишком долго видели в нём того маленького мальчика, которым он был когда-то. Поэтому всё вышло так. Альтеа лишилась почти всей своей силы, уснув в ледяном коконе на вершине самой высокой горы. А я вынужден был вступить в схватку с собственным сыном. Сын умер от моей руки. Перед смертью он проклял нас, предсказав, что ни мы, ни этот мир не найдут покоя, пока его душа не возродится.

-- Но, если вы победили, почему не очистили Золотой Город от сподвижников предателя?

-- Альтеа была на грани жизни и смерти. А Инлун был мёртв. Мир... нет, ещё не умирал. Но реагировал кричал от боли. Начались землетрясения, извержения вулканов, ураганы. Моря закипали. Таяли ледники, затапливая сушу. Моих сил хватило, чтобы на время приглушить агонию мира. И ждать пробуждения Альтеи. Так прошло почти пять сотен лет. Сменилось десять поколений. Но даже сейчас в наследниках рода Акинара течёт наша кровь. Сначала мы пытались вырастить достойного наследника с помощью наших верных слуг, но всякий раз терпели неудачу. Иногда у нас почти получалось. Юный Киан стал бы неплохим правителем. Но осколки души Инлуна снова помешали нам. Один из них и сейчас отравляет Исао, забирая у него здоровье и разум.

-- И вы решили объединить все осколки в моём ребёнке?

-- Не все, -- жрец холодно улыбнулся. -- Лишь те, что огонь нового рождения сможет переплавить в новую личность.

-- Он будет человеком?

-- Нет. Но и божественных сил у него не будет. У тебя родится маленький демон-лис.

-- С ушками и хвостиками? -- с ужасом спросила я. -- Как же я их прятать буду? Мальчишку же прибьют ещё в младенчестве. Просто, за то, что он на человека не похож.

-- Это всё, что тебя беспокоит?

-- Нет, конечно. Но это сейчас -- вопрос первостепенный. Наложницам Императора только дай повод избавиться от принца, чтобы расчистить дорожку для их сыновей. Скажут, что это не ребёнок, а подменыш злых духов, и поминай как звали. Может быть можно как-то без ушек и хвостиков обойтись?

Жрец расхохотался:

-- Ты забавная, дитя иного мира. Не беспокойся. Сначала я укрою мальчика мороком. А потом он научится по своей воле менять облик.

-- Спасибо.

-- Не стоит благодарностей. Что ещё беспокоит тебя сейчас?

-- Мне нужны верные люди, чтобы позаботиться о моём сыне. Вы, случайно, не знаете таких?