Архивариус: тайна сирены

Глава 7. Магистр и портал

В ратуше мы были к полудню. Выпросив у госпожи Розалии пачку бумаги, коробку с булавками и катушку ниток, тут же убежали составлять схему.

Пока я записывала всю имеющуюся у нас информацию, мой напарник что-то разыскивал в недрах архива. Спустя полчаса заметки были готовы, а Клейтон с довольным видом направился ко мне.

— Смотри, что нашёл, — Ирвин нес старую школьную доску, явно списанную и заботливо припрятанную здесь кем-то.

Положив её на стол, я разместила первый и главный лист с названием «Источник». Закрепив его булавкой, мы принялись за остальные. Вскоре на доске появились заметки «Аннета» и «Уильям», которые соединялись между собой красной нитью. Подумав, я добавила ещё две, пока пустые: «Ковен магов» и «Вилмарты». И те и другие могут что-то скрывать. Повесив наше творение на стену, мы отошли на пару шагов. Как-то негусто. Всего одна рабочая версия, поскорей бы получить хоть какую-нибудь информацию от ректора.

Остаток дня прошел на редкость тоскливо. Мы наводили порядок в архиве, периодически прерываясь, чтобы показать какую-нибудь нелепую историю из подшитых дел. Одна из таких нас здорово развеселила.

Полвека назад достопочтенный судья попал в курьезный случай, застрял в собственной купальне. Его жена обратилась к местному магу, чтобы по-быстрому решить проблему. Но маг попался неопытный. Вместо того чтобы дематериализовать сосуд для мытья, он добавил ему две пары крепких кабаньих ног. В один миг купель вместе с зажатым в ней судьей выскочила из дома и принялась носиться по городу, стуча копытами и разбрызгивая мыльную воду. Поймать беглянку смогли только через пару часов. К тому моменту пострадавший изрядно поседел. Мага уволили, а судья наотрез отказался употреблять свинину и стал посещать исключительно баню.

— Забавная история, только вот «случайно» перепутать заклинания ну никак нельзя. Скорее всего, тут банальная месть, — сказала я, возвращая на место папку.

— Всё-то ты подмечаешь, — недовольно проворчал Ирвин.

Под конец рабочего дня уже не терпелось покинуть архив и вдохнуть свежего воздуха. Перед уходом я ещё раз взглянула на доску. Не хочу, чтобы кто-то прочитал, наведу-ка чары для отвода глаз:

— Латеско целаре!

На пару секунд листы с надписями подернулись дымкой. Теперь для любого человека здесь лишь скучные пометки. Погода выдалась на редкость удачная для поздней осени, теплой и безветренной. Мы с Ирвином немного прогулялись по центру и снова вышли на берег. В кармане пальто так и лежала найденная мной ракушка. Поглаживая пальцем шероховатую поверхность, я смотрела на неспешно накатывающие на берег волны.

Вернувшись домой, я не чувствовала усталости, наоборот, хотелось чем-то заняться. Порывшись в чемодане, я выудила оттуда деревянную заготовку и парочку инструментов. Прихватила с собой, на всякий случай. Мой дедушка мастерил удивительные игрушки из дерева, и меня научил этому ремеслу. Растопив камин, я уселась перед ним на пол и начала вырезать. Поначалу дело шло не очень, руки словно не слушались, но спустя пару часов у меня получилась замечательная птичка. Весь пол был усеян стружкой и опилками, да и я сама изрядно замаралась. Пришлось снова обратиться к магии.

— Эгестио, — от беспорядка не осталось и следа.

Птичка заняла почетное место на камине, и на душе стало так тепло. Я вспомнила детство, бабушку с дедушкой, как мы вместе вырезали фигурки, и каждую субботу ходили их продавать на ярмарку. Поужинав вкуснейшей запеканкой Лорены, я легла спать.

Наутро встала легко, неспешно собралась. Ирвин, как всегда, пришел вовремя, и мы отправились на работу. Не успели зайти в ратушу, как нас перехватила госпожа Розалия по очень важному делу.

— Так-с господа, у меня к вам задание. Нужно забрать из типографии листовки об открытии маяка, обязательно проверить, а то я знаю этих проныр. Ну и развесить по городу, — секретарь стояла, уперев руки в бока, грозно зыркая на наши кислые лица, — и никаких отговорок!

Резко развернувшись, женщина удалилась в приемную, не забывая по пути громко возмущаться на то, что ничего не успевает. Переглянувшись и пожав плечами, мы отправились выполнять поручение. По пути Ирвин рассуждал, в каких местах лучше развесить объявления, я же не видела в этом смысла, весь город и так знал о предстоящем событии. Типография представляла из себя одноэтажное здание с большими окнами. Внутри было жарко и шумно, но так приятно пахло бумагой и красками. Невысокий, коренастый мужчина в перепачканной чернилами одежде выдал нам по пачке хрустящих свеженапечатанных листовок. На то, чтобы обойти весь город и развесить объявления, у нас ушло полдня. Изнывая от усталости, мы еле брели по улице.

— Лив, давай заглянем к тете на работу, у нее неподалеку лавка. Отдохнем немного, а то я ног не чувствую... — Ирвин смотрел на меня умоляющим взглядом.

— Замечательная идея, я за!

Собрав оставшиеся силы, мы добрели до торгового квартала. Он представлял из себя длинную улицу с множеством пестрых магазинчиков и торговых палаток. Мне не приходилось здесь бывать, поэтому я с любопытством вертела головой по сторонам. Ирвин привел нас к скромной лавке с названием «Домашний уют от госпожи Лорены». Полукруглая дверь, яркие желтые ставни, навес и уличный вазон с кустиками, за которыми спрятались небольшой стол и стулья. Дверной колокольчик звякнул, сообщая о нашем приходе.

— Ирвин, Оливия! Какая неожиданная и приятная встреча! На вас лица нет, что-то случалось? — госпожа Клейтон отвлеклась от заполнения журнала.

— Да! Просто возмутительное использование таких ценных кадров, как мы! — сказал недовольно напарник, плюхнувшись на диванчик для посетителей.

Лорена непонимающе взглянула на меня.

— Мы развешивали листовки, — я устало привалилась к стене и разглядывала магазинчик. Вывеска не соврала, тут действительно уютно. Вдоль стен располагались полки, сплошь заставленные домашней утварью и текстилем. За прилавком виднелась швейная машинка и стопка синих штор, таких же как у меня.