Перерождение. Часть 2

Глава 7. ч.2

Вдалеке показалась фигура Николая Николаевича, и Данилыч направился навстречу, широко улыбаясь и покусывая сорванную по пути травинку, всем своим видом демонстрируя безмятежность. Целью такого его вояжа было задержать мужчину, не дав ему услышать Митькин рассказ. Ни к чему раньше времени беспокоить людей, тем более, что здесь они бессильны что-либо предпринять.

- Не спешите? – Спросил он, подходя ближе и указывая на ближнюю скамью. – Присядем, пусть молодежь пообщается.

Николай согласно кивнул головой и устроился рядом, вытянув ноги. Он любил сюда приходить и наблюдать за детьми. Иногда они гуляли вместе с Ритой. Им было настолько хорошо здесь, что порой у нее проскакивали сожаления от мысли о скором отъезде. По натуре деятельная и энергичная Маргарита отдыхала здесь душой. Она полюбила прогулки по лесу как в компании мужа и Маши, так и без них.

Наступала грибная пора и на кухне стоял специфический запах свежих грибов. Маргарита и здесь умудрялась варить-солить и делать закатки на зиму. Она не заморачивала голову, для кого и для чего все это богатство. Ей доставлял удовольствие сам процесс. Банки с красиво выложенными один к одному рядочками грибных шляпок, аппетитно просвечивающих сквозь стекло, уже стояли рядками на полках. Здесь же понемногу увеличивались запасы лесных ягод, которыми изобиловала местная природа. Маргарита впервые попала в столь благодатные места и откровенно наслаждалась каждой проведенной здесь минутой, словно вбирая про запас и лесную прохладу почти девственной тайги, и водопады солнечных лучей, прорывающихся сквозь мощные кроны, и настоявшийся, пропитанный сотней разнородных запахов, воздух, кружащий голову многообразием и густой насыщенностью оттенков.

Ее радовало, что, несмотря на их отъезд, Алексей стал чаще выделять время, чтобы пообщаться. Разговоры крутились вокруг детей, Маши и Ваньки, но это сблизило их, позволяя свободно общаться и на личные темы. Теперь Маргарита спокойно расспрашивала об Ольге, ее состоянии, о том, как они проводят время и как справляются с заботами о малыше. Улыбаясь, просматривая многочисленные снимки внука, она думала о том, что еще совсем недавно совершенно искренне считала недопустимым вмешательство в личную жизнь сына. А теперь благодарна Ольге, что та не сдалась и выдержала столь нелегкую борьбу за свое счастье. И сын изменился, оттаял, раскрылся, уже год, как светится, словно вчера влюбился. И она сама ждет не дождется, когда сможет взять на руки внука.

* * *

- Ма-а ша-а! – дед призывно махал рукой, подзывая нас к себе.

Он стоял у кромки леса, освещенный ярким солнечным светом. Загорелый до бронзового цвета, в тонкой трикотажной майке и легких льняных брюках. Ветерок слегка растрепал его отросшие за последнее время волосы. Отсюда он казался Маше совсем молодым, что было не так уж далеко от истины. Учитывая поправленное Машей здоровье, и Николай, и Маргарита, словно обрели вторую молодость, когда живешь без оглядки, не думая, можешь ли себе позволить побежать, прыгнуть, поднять, не спать ночь, да хоть просто съесть что-то вредное, но замечательно вкусное. Это ли не привилегия исключительно молодости!

Я с улыбкой смотрела на ставшего мне близким человека и любовалась его жизнерадостным обликом. Замечательный у меня дед! Обожаю!

Ухватив Митю за руку, я дернула его к себе, вырывая из компании и кивком указывая в сторону деда.

- Пойдем, давно уже ждет.

Мальчик перевел непонимающий взгляд на Машу. В глазах его еще стояли картинки рассказываемого события, обраставшие все большими подробностями.

- Митя, ты к нам в гости пойдешь? Данилыч разрешил – я нетерпеливо подергала друга за рукав – если не хочешь, то я пойду, ладно? Дед ждет. – развернулась и пошагала по тропинке.

Мальчишка встрепенулся, переключившись на мою персону, в глазах загорелся новый огонек, и он, крикнув что-то ребятам, поспешил вслед.

- Подожди, я с тобой – догнал меня в несколько прыжков и опять взял за руку.

- Послушай, ты не забыл, что нашим ничего нельзя говорить? – я придирчиво посмотрела мальчишке в глаза.

Знаю я уже этого сказочника, как заведется, не остановишь. Выболтает все. Что знает, а что не знает, от себя добавит. В журналисты бы ему прямая дорога. Я вздохнула, только вот с даром что делать. Хоть и говорят, что никто ни к чему не принуждает, но это все слова. Всегда найдутся любители использовать, пусть даже в благих целях.

Ставшая уже привычной и хорошо укатанной, тропинка сама ложилась под ноги, то ласково окутывая их травой, то пружиня хвойными иголками. И настроение было под стать. Хотелось петь, танцевать, кувыркаться, прыгать, и все это одновременно. Никак, детство на меня так влияет. Ну и пусть! Жить хочу на полную катушку!

Мы с Димкой-Митькой, болтая, шли впереди, за нами, чуть поотстав, чтобы не задавать темп, неторопливо шагал дед, изредка отступая от тропы за очередным, приглянувшимся грибочком или манящей веточкой костяники, которую невозможно пропустить.

У Мити, этого пятилетнего малыша, был настолько хорошо подвешен язык, что я иногда начинала подозревать, не товарищ ли он мне по способу появления в этом мире. Очень уж хотелось поделиться с кем-то своими сомнениями. Но увы, беседуя с ним о разном, я каждый раз убеждалась, что передо мной обычный ребенок. Неординарный, очень талантливый и, к сожалению, на сегодняшний день очень несчастный и, в какой-то степени одинокий, несмотря на окружение.

Еще только вчера мы на нашем маленьком семейном совете обсуждали возможность пригласить его к нам в усадьбу на какое-то время. Но, подумав, решили не спешить, пока не выясним, как он сюда попал, и какая судьба его ждет дальше. Дед о чем-то долго беседовал с Данилычем, возможно, теперь у него есть для нас новости.