С кем попало не летаю

Глава 4. Потерять себя

Лилолет Далорос

Это было несправедливо! Я выполнила все условия. Я не крала бегунец, не пыталась сделать из него метлу, я даже летного зелья еще не варила. И все равно была наказана. Хотя даже Эмис подтвердила мои слова. После чего мама пообщела добавить системе новый блок, позволяющий распознавать манипуляции. Как будто его у нее нет.

В отличие от мамочки, я прекрасно видела, что Эмис догадалась, как я собиралась обойти запрет на обретение метлы. Но Эмис, даром что неживая, та еще штучка. И хитрости и изворотливости ей не занимать. Если она сама не захочет, ее и не перепрограммируешь. С этим я уже не раз сталкивалась.

А ведь как хорошо все начиналось.

Шикотко оказалась очень спокойной паучихой. Пожелав мне спокойной ночи, арахнидка полезла в свой гамак, и вскоре оттуда стало доноситься спокойное и ровное сопение. Я тоже сделала вид, что улеглась спать, а когда во всем здании наступила тишина, перенеслась в свою комнату. В отличие от других ведьм нашего мира, подобный перенос не фокус для меня. Мы с мамой облачные ведьмы и наша магия сильно отличается от обычной ведьмовской. С одной стороны, она нестабильна из-за того, что завязана на эмоциях, с другой — позволяет творить такое, что обычным ведьмам и не снилось. Я еще мы умеем летать. Не телесно. Для полета нам приходится растворяться в магических потоках мира, становиться с ним одним целым. Но это наш секрет. Никто не должен об этом знать. Посторонним полагается думать, что мы просто «портальные» ведьмы, и все. Иначе нас опять попытаются уничтожить.

Из-за того, что мама практически все свое время посвящала науке, а папе было все равно, откуда отправляться на работу, мы жили на территории академии. Три года назад перебрались из основного преподавательского общежития в небольшой, но весьма серьезно защищенный всевозможными артефактами дом. Это случилось после того, как я в очередной раз чуть не разрушила здание общежития во время зельеварского эксперимента. Преподаватели взбунтовались, и мама решила, что перебраться в отдельно стоящее здание будет самым правильным решением. Но с началом учебного года я, как и положено правильной студентке, заселилась в общежитие. Этот вопрос был обсужден и решен в нашей семье давно. Что мама, что папа считали, что это позволит глубже погружаться в учебный процесс. Я была с ними абсолютно согласна, тем более что ничто не могло остановить меня от возможности в любой момент оказаться в своей комнате, поскольку та по-прежнему оставалась моей. Что я и сделала.

Переодевшись в удобный костюм из темной ткани, в котором мы часто занимались с папой, и прихватив заранее спрятанные инструменты для изготовления метлы, я перенеслась к загону бегунцов. Много предметов я с собой брать не могла, поскольку в перемещении мы не всеподъемные, но пилу и секатор удержать смогла.

Бегунцы жили в отдельном большом загоне, огражденном высоким забором. Он был нужен не для того, чтобы деревья не разбежались, а для того, чтобы любопытные студенты не лезли, куда не надо. Со мной же бегунцы были достаточно хорошо знакомы, а потому я не боялась, что меня затопчут или сделают маленьким развлечением для бегающих деревьев. Скорее уж они этого боялись.

— Доброй ночи, — расплылась я в коварной улыбочке, предвкушая всеобщее веселье.

Деревья сонно начали поднимать кроны и тихо шуршать листьями. Видимо, от большой радости лицезреть незваную гостью.

— Кто готов к приключениям? — дождавшись, когда сонные бегунцы угомонятся, спросила я. То, что не все кинутся ко мне, выражая радостное желание стать моей метлой, я подозревала, но когда бегунцы, все как один, бросились к противоположному краю загона, стало обидно. Это что, никто моей метлой не хочет быть? Мамина Зараза сразу свое желание высказала, фактически вызвав маму на бой. А эти, наоборот, всем табуном сбежали.

— И что, — обижено засопела я, — нет ни одного смельчака? Никто не желает постоянно быть в центре самых интересных событий? Никто не хочет славы метлы главного пугала академии? Никто не хочет посоревноваться с Заразой?

О! На последней фразе бегунцы заметно оживились. Мамина метла, она же Зараза Дачтобтебявовна, держала академические бегунцы в ежовых рукавицах. Но, с другой стороны, именно благодаря ей процедура обретения ведьмовской метлы подвеглась кардинальному изменению, а сами деревья из статуса подсобного средства были переведены в «существа магические разумные» и теперь проходили в академии обучение на магическую метлу. То есть были полноценными студентами ведьмовского факультета. Хоть и учились по своей собственной особой программе, а в ведьмовское общежитие переезжали только после обретения статуса ведьмовского фамильяра. Так что своими действиями я собиралась умыкнуть не просто дерево, а студента чужого факультета.

Перешептывались бегунцы довольно долго, я же стояла тихо, ожидая их решения. Насильно заставлять кого-либо из бегунцов мне было нельзя, этим я бы сразу нарушила мамин запрет. А так, если бегунец сам ко мне придет, я как бы и ни при чем.

Наконец деревья расступились, открывая мне вид на одинокий бегунец, стоящий у самого забора. Счастливым дерево не выглядело, но и забитым, униженным и принужденным тоже. Скорее уж оно было похоже на цепного пса, готово вцепиться в глотку любому, рискнувшему подойти чуть ближе, чем следовало.

Трусостью я никогда не отличалась, скорее уж, наоборот, чрезмерной и не к месту просыпающейся беспечностью, но тут невольно сглотнула. Бегунец медленно повернулся и наклонил крону так, как будто пристально меня рассматривал. Мама говорила, что глаз, как у людей, у магических деревьев нет. Но это не мешает им видеть. Просто они делают это не так, как мы. И не факт, что хуже нас.