Чарократия. Дикая мята.

3. Прикосновение.

Тупо уставившись на догорающий костёр, я с трудом переваривала увиденное, как вдруг грянула песня: древняя, проголосная, обрядовая, без единой фальши, мощной звуковой волной пробивающая пространство до самых небес. Не осталось никаких сомнений, что я явно не в той компании, что находилась полчаса назад. Совершенно безотчётно мой голос присоединился к ней, постепенно вплетая свою партию в общую гармонию. Я слышала её впервые, но это не стало помехой: текст изобиловал повторами, впрочем, как и любое другое произведение от народа, а довольно прямолинейная мелодика позволила с ходу её подхватить, а позже подстроить небольшую вариацию. Сердце распустилось огромным цветком, в груди стало тесно. Звук шел из самого нутра, прорываясь безудержным потоком сквозь хрупкий каркас тела, смывая границы между личностью и окружающим пространством. Вместе с ним могучим валом шла энергия, уходя ввысь и опустошая меня. Казалось, что в следующий миг в глазах окончательно потемнеет, и я свалюсь без сознания. Однако, совершенно другая энергия, сила земли, травы под босыми ногами, дерзкого вольного ветра в волосах стала заполнять образовавшуюся пустоту. Она дарила неописуемое ощущение опоры и причастности к чему-то великому и вечному. И в то же время, это была бесшабашная сила, бурлившая горным водопадом, пылавшая жарким пламенем, грозившая унести меня подобно ураганному ветру.

Ночь подходила к концу, звезды начинали таять, а я всё смотрела на угасающий огонек костра и абсолютно не представляла что делать. Украдкой проверенная техника почила с миром. Эх, а ведь я с утра вставила свеженькую батарейку в фотоаппарат и телефон зарядила! Снова подошла сердобольная девушка и повторно смазала ожог. С ней был белобрысый парень, удивлённо поглядывавший на моё лицо.

- Кто ты? – спросил он. – Ты не наша.

- Она огневинка – строго сказала девушка. Так бывает. Огонь принес её к нам.

- Ты веришь в это? – усмехнулся парень. – Это же всё бабушкины сказки.

- Моя мать ведунья. Я знаю это. Пойдем со мной, - это было сказано уже мне, - я познакомлю вас.

- Ничего не имею против. И… спасибо тебе!

- Не за что.

Она подала руку, помогая встать, и мы неспешно пошли в сторону деревни. Я ковыляла, как могла, пока еще одна девушка не поддержала меня с другой стороны.

- Да, парни тут далеки от джентльменов, - раздалось в голове.

- И тебе привет, Джо! – мысленно ответила я своему таракану-пессимисту. – Занятная переделка, как тебе?

- Не стоит расстраиваться раньше времени, Ветка, - произнес оптимист Гарри, - Всё совсем неплохо, с учетом того, что скоро нам хоть что-то объяснят.

- Не факт! – тут же вставил Джо свои пять копеек.

- Кхм, думаю, вместо того, чтобы отвлекаться на бессмысленные пока предположения, стоит под ноги смотреть: вон камень лежит. Думаю, будет небольшим удовольствием запнуться за него единственной здоровой ногой.

- Бро, ты как всегда спасаешь меня!

До деревни оказалось не так уж далеко, особенно когда дорога скрашивается новым знакомством с бойкими девчонками. Особенно приятным бонусом было то, что моя спасительница жила на ближайшей окраине. Крепкий бревенчатый пятистенок с резными украшениями и белоснежными занавесками уютно пах травами. Войдя в дом, я с довольным стоном опустилась на скамью и потянулась за «Боржоми», лежавшей в сумке. Маришка, так звали новую знакомую, удивленно уставилась на прозрачный пластик.

- Э-э, это просто бутылка с водой, - пояснила я. Получив в ответ кивок, я стала пить. Видимо, зрелище выглядело не совсем прилично в рамках местной культурной среды, и мне была принесена кружка.

- Мама скоро придет, - несколько смущённо сообщила Марина.

- Буду рада с ней познакомиться. А перекусить у тебя есть что-нибудь? – скромность скромностью, но кушать хотелось зверски.

- Да, конечно, в печи должна быть каша.

Доброта и готовность придти на помощь абсолютно незнакомой девице приятно удивляли. Даже с тем малопривлекательным субъектом альбиносного вида она вела себя приветливо. Да, бывают же люди на свете, не то, что я… Подавать милостыню попрошайкам я разучилась пару лет назад, когда посмотрела передачу – расследование об этом виде, как оказалось, очень прибыльного бизнеса. Особенно пугал утилитарный подход к детям, коим не повезло в нём поучаствовать… большинству посмертно. Вся моя благотворительность сводилась к покупке зелени и редиски у пенсионеров. Да, ещё про яблоки забыла!

В процессе жадного поедания пшёнки с молоком нас и застали. Красивая и статная женщина с удивлением обнаружила на своей кухне нежданного нахлебника. Слегка рыжеватые волосы вились у висков, переходя в такую косу, о которой можно было только мечтать.

У меня тоже были длинные волосы, отливающие золотистым под лучами солнца, но они не шли ни в какое сравнение с тем объемом, который колосился у хозяйки. Глаза цвета полыни смотрелись немного странно на загорелом лице. Тот же серебристо-зеленый передался и дочери, но выглядел более утонченно на фоне молочной кожи и белокурых прядей.

Вопросительно взглянув на дочь, она продолжила пристально рассматривать мою одежду.

- Мама, это огневинка[1], помнишь, ты мне о них рассказывала. Она пришла из большого огня, сильно обожглась.

- Как и всегда. Это часть ритуала, жертва огню.

- То есть, если бы я не пострадала, то ничего бы не произошло? – не выдержала я, хотя изначально собиралась поменьше говорить, побольше слушать, - кстати, меня зовут Светлана.

- Пелагея, можно без отчества, - лукаво усмехнулась женщина, - и да, в таких делах без контакта со стихией не обойтись. Хотя в твоем случае трудно сказать, да и выглядишь подозрительно хорошо. Ты сама дошла?