Пекарня с сюрпризом для попаданки 

Глава 3.

Утро у меня началось еще ночью. Мы вчера легли с Сабриной вместе, и потому я поправила одеяло и, поцеловав девочку в щечку, вышла из комнаты. Она вчера и так работала наравне со мной, так что это будет невероятным свинством будить малышку, хотя я нуждаюсь в ее помощи. Как оказывается, это только хозяйка моего тела не хотела принимать участие в жизни пекарни, а вот Сабрина многое умела, знала и, самое главное, с радостью хотела учиться.

Спустилась в пекарню и оценила масштабы. И сколько теста надо? В каких пропорциях? Решила для начала растопить печь, а затем заняться оставшимся черствым хлебом. Так как вчера был распродан не весь хлеб, то черствеющих булок стало значительно больше. Ладно, вчерашние смело можно пустить на гренки. Это не такая глобальная беда, а вот что делать с тем, что я отвоевала у Урсулы? Я перебрала хлеб. Ржаной смело отложила. Как смогла порезала и поломала его, выложив на противень получившимися кусками. Печь еще не разогрелась, но уже и так можно поставить, чтобы подрумянился. Из него получится чудесный квас. Нашла кастрюлю побольше и отставила в сторонку. Сейчас хлеб подрумянится, и можно будет выложить его в кастрюлю. Нужны еще дрожжи, изюм, сахар. А вот здесь возник небольшой конфуз. Сахар я так и не нашла во всех шкафах и кладовках. Не может же быть, чтобы его не было. Не будить же Сабрину, чтобы узнать, где хранят сахар. Нет сахара, но есть же мед! Идея заменить один продукт на другой пришла мне в голову, когда я нашла в кладовке довольно большой бочонок меда. Пока я занималась поисками, хлеб поджарился до нужной плотности, и я все переложила в кастрюлю. Всыпала две большие пригоршни изюма, довольно много меда, дрожжи. Все это залила теплой водой и поставила поближе к печке, прикрыв чистой скатертью. А еще мне в руки попала одна находка, которой я невероятно обрадовалась. Тетрадочка в кожаном переплете, а в ней рецепты. Видимо, она принадлежала матери Дианы и Сабрины, так как аккуратный почерк, рисунки пирогов и кексов не вязались у меня в голове с образом Урсулы. Слава всем богам, Диана, то есть я, умела и читать, и считать. А то туго бы пришлось мне, даже имея такую подробную поваренную книгу. К слову, там были рецепты не только хлеба и выпечки, но и супов с похлебками.

Решила, что сперва займусь черствым хлебом, уж слишком он давил мне на совесть тем, что лежал на столе. Я нашла довольно большую форму для выпечки и, разрезав хлеб, выложила его туда. Взбила яйца с молоком до пышной консистенции и тут снова поняла, что нет сахара. Мед пришлось подогреть, чтобы он стал более жидким, и ввела в эту сливочно-яичную смесь. Снова взбила и залила черствый хлеб этой массой, чтобы она покрывала его полностью. Добавила туда же изюм, которого был целый мешок в кладовке. И отправила эти формы в печь. Сама же села за изучение тетрадки. Спасибо этой мудрой женщине, которая писала данные рецепты. Настолько подробно и понятно, что даже ребенок сможет испечь хлеб. Вынула готовый пудинг и поставила его остывать, прикрыв полотенцем. Не удержалась и попробовала кусочек. Получилось невероятно вкусно и очень сладко. Сделала пометку в голове, что на будущее надо класть меньше меда. Далее я приступила к замешиванию теста, следуя инструкциям, указанным в рецепте. Работа кипела и вот уже первая партия хлеба на подходе. Выложив ее, я поставила вторую в печь, а сама занялась уборкой торгового зала. Весь хлеб, что не продали вчера, я отнесла на кухню и положила на только освободившийся стол. Да, я молодец, которая придумала, куда использовать весь черствый хлеб. Далее вымела все крошки и сняла все скатерти и полотенца со столов и прилавков. Перемыла стеллажи и пол. Застелила все чистыми полотенцами, а прилавок скатертью. С ужасом посмотрела на гору грязного белья. И что с ним делать? Понятное дело, что стирать, но где, как и когда? Ладно, проснется Сабрина, и спрошу. А пока надо открывать лавку.

Распахнула окна и двери, и аромат свежеиспеченного хлеба хлынул на улицу. Я разложила хлеб по витринам и ушла в кухню. На двери висел колокольчик, так что я услышу, если кто-то зайдет в лавку. Разрезала хлеб и взбила яйца с молоком и специями и поставила большую сковороду на огонь. Первая партия гренок получилась очень вкусными. Я тоже сняла пробу, запивая их молоком.

Из лавки раздался звон колокольчика, и я, отставив сковороду, побежала туда. Да уж, если так придется бегать все время, то работа застопорится.

В лавке был дядюшка Антонио с сыновьями.

– Ба-а-а-а! Да отсюда не уйдешь без вкусной булки! – старик развел руками, а я смутилась похвале, но было приятно.

– Угощайтесь, – я нарезала пудинг, который напоминал больше обычный кекс, на небольшие кусочки и поставила тарелку с ним на прилавке.

– С удовольствием, – ответил мужчина и взял кусочек. – Он тает во рту, словно я попал в объятия к маме, – пробормотал мужчина. – Еще бы молока, и точно был бы вкус детства.

– Пожалуйста, – я сбегала за молоком и принесла кувшин и кружку.

– Да ты настоящая колдунья! – мужчина взял еще кусочек пудинга, а Микаэлю и Николасу я предложила гренки и молоко.

– Кто здесь колдунья? – вопрос инквизитора застал нас врасплох, а у меня все сжалось внутри.

– Вы только попробуйте! – дядюшка протянул Винченцо тарелку с нарезанными кусочками пудинга. – Если б я не был так стар, я бы женился на ней. В этой выпечке точно подмешано приворотное зелье, – все болтает и болтает старик, а я становлюсь белее муки от смысла его слов. И кому он это все говорит?! Инквизитору! Человеку, который отправляет на костер ведьм, магов, волшебников и колдунов.

– Отец, господин инквизитор может подумать, что ты говоришь серьезно, и расценить твои слова как официальный донос, – видимо, не одной мне пришло на ум, что слова Антонио звучат провокационно, и Микаэль прервал монолог отца.