Отпуск с подвохом

Глава 10.

– Угощайся, папа! – первой среагировала Зайка, смещаясь в сторону вместе со стулом, а тарелку с пышными блинчиками пододвигая на освободившееся место за столом. Рот непроизвольно наполнился слюной.

Сногсшибательный аромат встретил меня еще на подходе к дому. А потом я услышал беззаботную детскую болтовню, разбавленную смешками и редкими возмущенными выкриками. В голове ярким кадром возникла картинка большой дружной семьи… Она казалась такой живой и реалистичной, что, проигнорировав стук в дверь, – да, об этом я соврал, – я бесшумно просочился внутрь, желая убедиться, что все это лишь игра моего воображения.

Но вместо этого убедился лишь в обратном. Под ребрами тревожно заныло. Слишком уж идеальной вышла картинка. Словно кто-то пробрался в закрома моих тайных желаний и собрал из них чертово бинго.

Особенно сильно это ощущалось на контрасте с блондинками, от которых я еле унес ноги так до конца и не разобравшись, чем именно являлась их просьба: самым нелепым подкатом в моей жизни или искренним незамутненным желанием получить бесплатную няньку на время отпуска. Да это и не важно – оба варианта откровенно были так себе. Страшно подумать, что творилось в голове у этих дам… Даже в самой дикой своей фантазии не могу представить, чтобы еще хоть кто-то из моих знакомых до такого додумался. Дашка бы вот точно никогда.

Хотя, чтобы провести время с ее детьми меня и просить не надо...

– Не бойся, не отравлены. – по-своему расценила мою заминку Даша, опуская на стол новую кружку с чаем. Для меня.

– Ну, пробуй уже, папа! – нетерпеливо поддержала ее Зайка.

– М-м-м, вкусно! – вынес я свой вердикт спустя мгновение после дегустации под прицелом любопытных детских глаз.

– Правда? – все равно уточнила Зайка.

– Конечно, зачем мне врать? – совершенно искренне подтвердил я, принимаясь за второй блинчик, еще совсем теплый и нереально аппетитный. Кораблева демонстративно фыркнула и отвернулась к кухонным шкафчикам, но я все равно успел заметить, как кончики ее губ устремились вверх.

– А я тоже помогала тесто заводить. – с гордостью сообщила дочка. – Сыпала муку и вилкой мешала. И Еся тоже, она даже яйца разбила сама.

– Какие вы… молодцы. – я даже жевать перестал, оглушенный этим простым фактом.

Не то чтобы я считал готовку с детьми чем-то сверхъестественным… Хотя нет, именно таким и считал. Но дело было не только в этом.

Под ребрами уже не ныло, а нестерпимо жгло, распирая грудную клетку изнутри щемящей до боли тоской по давно забытому, но такому родному и понятному – ощущению дома. Правильному, теплому и уютному. Никак не привязанному к месту, а скорее к атмосфере, настроению и людям.

Тем неожиданнее было это осознавать.

– Якушев, ты что-то подвисаешь через раз. Голову напекло на прогулке или новые знакомые так постарались? – съязвила Дарья, пощелкав пальцами возле моего лица. А затем, едва заметно поморщившись, села напротив.

– Как твоя нога? – проигнорировал я ее колкость.

– Как видишь – лучше.

– Тебе бы поменьше ее напрягать. – нахмурился я. – Хотя бы сегодня.

– Как скажешь, док. – дурашливо согласилась она.

– Я серьезно. – злость нахлынула неожиданно. – Ближайшая нормальная больница находится черт знает где…

– Не выражайся! – строго осекла меня Даша, покосившись на притихших детей.

– Извините. Просто не люблю, когда кто-то легкомысленно относится к своему здоровью. – проворчал я.

Даша иронично приподняла бровь, но промолчала. В ее взгляде и так, без всяких слов, отчетливо читалось: «И ты еще меня называешь занудой?

– Папочка, ты волнуешься за Дашу? – вклинилась в нашу перепалку Зайка, уточняя.

– Именно! – с чувством ответил я. Хоть кто-то меня понимает.

Дети заметно расслабились, а Даша, наоборот, посерьезнела и посмотрела на меня как-то странно.

– Наверное, мне и правда нужно отдохнуть. – наконец проговорила она.

Намек был более чем прозрачен.

– Конечно. Нам тоже пора на боковую. Правда, Зайка?

– Ну па-а-ап. – тут же заканючила дочка, сообразив к чему идет дело, хотя обычно никаких проблем с отбоем у нее не наблюдалось. Просто ей не хотелось покидать приятную компанию.

И я ее прекрасно понимал.

– Мы там еще в игру не доиграли... – попытался вмешаться Стёпка, но сам в этот момент сладко зевнул.

– Нет, ребят. – усмехнулся я. – Доиграете уже завтра.

В том, что завтра эта банда соберется снова я даже не сомневался. И когда только успели так спеться?

– Ну пока. – обреченно вздохнула Зайка, нехотя выползая из-за стола и с такой же рекордной медлительностью двинулась в сторону выхода.

Однако на полпути вдруг остановилась и резко дернулась обратно, чтобы заключить в тесные объятия… Кораблеву.

***

Зайка давно уже сладко посапывала в кровати пуская слюни на подушку.

Я бы тоже так хотел, но вместо этого пялился в потолок. День вышел слишком насыщенным, слишком богатым на события и эмоции. Неожиданные, сбивающие с толку и бередящие душу.

И, как и в старые добрые времена, виной всему была Кораблева.

Зайка тянулась к ней. Это было трудно не заметить. Венок, косички, блинчики, цветочное творчество – обыденное девчачье, на которое большинство даже и внимания не обратило бы. И которого Зайке так отчаянно не хватало. Я, как ни старайся, не мог дать ей того же.

А Даша могла.

На грани парадоксального, но при всем своем дерзком характере она была настоящим воплощением женственности, от кончиков волос до кончиков пальцев на ногах. (Это я точно знаю – видел на пляже.) Красивая, утонченная, нежная, заботливая и внимательная к нуждам детей. У Зайки не было и шанса не проникнуться этим.

Как и у меня.

Не в силах больше спокойно лежать, я подскочил с кровати.

Привычка задирать и подначивать Дашку так сильно срослась со мной, что я оказался совершенно не готов к иному сценарию событий. Мысли не поспевали за желаниями и в центре солнечного сплетения нестерпимо зудело от этого несоответствия. Непреодолимая потребность поблагодарить Кораблеву за ее отношение к Зайке, несмотря на явные шероховатости общения со мной, росла в геометрической прогрессии. И чем дольше я об этом думал, тем сильнее пекло в груди, и тем сильнее хотелось это сделать прямо сейчас, не дожидаясь утра.