Бастионы по-флотски. История Адмиралтейства в Петербурге

Спустя год после основания города на левом берегу Невы было заложено здание Адмиралтейства, которое одновременно стало и второй крепостью, и верфью.

Согласно записи в журнале Петра I, Адмиралтейство было заложено 5 ноября 1704 года. Проект здания разработал сам император, который хорошо разбирался в фортификации. «Пётр серьёзно подошёл к выбору места будущей крепости, — говорит методист Государственного музея истории Санкт-Петербурга Елена Калинина. — Адмиралтейство заложили практически напротив Петропавловской крепости, так что Нева оказалась с двух сторон защищена артиллерией двух фортеций. Адмиралтейство построили за год, и изначально оно было частично деревянным, частично мазанковым. Есть версии, что крепость поставили на каменном основании, хотя это вопрос спорный. Адмиралтейство пережило несколько перестроек, и то величественное здание, которое видим сейчас, было создано в начале XIX века архитектором Андреяном Захаровым».

Первая перестройка Адмиралтейства началась в 1711 году, и именно тогда шпиль фортеции украсил корабль. Вокруг крепости был гласис — незастроенное пространство. Крепость построили в форме буквы «П», ножки которой смотрели на Неву. Именно во внутреннем дворе шло строительство кораблей, а склады и другое производство уходили вглубь территории.

«Топонимы Петербурга тоже рассказывают о русском флоте, — продолжает историк. — В районе Галерной улицы строили галеры. В районе Смольного был большой смоляной двор — требовалось много смолы для деревянных кораблей. И таких примеров множество». Адмиралтейство во времена Петра Великого — большой строительный комплекс, аналогов которому в России тогда не было. Даже для современного производства территория, которую занимала верфь, была огромной. На самой верфи, а также на производствах, трудились до 100 тысяч человек.

Несмотря на то, что вокруг Петербурга было немало деревень и хуторов, его изначально населили военные, иностранные специалисты (Пётр любил, когда в город приезжали европейские мастера, — он был уверен, что только так возможно развитие России и обмен опытом) и переселенцы из разных уголков страны. Приезжих русских можно разделить на две категории. Первая — мастера, которые уже имели узкоспециальные навыки и продолжали перенимать опыт у иностранцев. Вторая — чернорабочие, прибывшие в новый город по разнарядке.

По тем временам условия для квалифицированных мастеров были достаточно хорошими. Они переезжали вместе с семьями, получали избу, которая делилась на две семьи. У каждого были свой огородик и жалование. Кроме того, мастера с патентами пользовались уважением царя и его окружения.

В чернорабочих, в основном, числились неграмотные крестьяне, выполняющие самые трудоёмкие задания: они рыли каналы, осушали территории. Присылали их со всех уголков страны, а отбирали людей народные советы, что были в каждой деревне. Шли строить Петербург пешком и несли собственный инструмент. Работали в городе с мая по сентябрь, жили в землянках, питались за государственный счёт. Паёк был скудный, поэтому спасались ловлей рыбы и дичи, благо местные леса и озёра это позволяли. Когда строительный сезон завершался, работники с полученным небольшим жалованием возвращались домой.

«Несмотря на тяжелейшие условия, крестьяне уже с 1708 года добровольно нанимались на службу к государю, — объясняет историк. — Известно, что отцы даже писали просьбы, чтобы и их детей приняли на работу в Петербург. Это объяснимо: в отличие от деревни, в городе была работа — худо-бедно, но платили за неё. Да и крестьянин оказывался на другом положении: он больше не крепостной, а государев работник. В то время к людям не относились бережно, по всей стране смертность была высокой. В Петербурге же ещё в 1704 году была открыта аптека, а царь Пётр обходил объекты, смотрел за работниками и не позволял своеволия мелким начальникам. Он рабочих ценил, ведь понимал, что без них строительство затянется».

Кстати, строили Петербург только мужчины — крестьянок на службу не брали, поскольку женщина не справилась бы с такой тяжёлой работой. Кроме того, в ряды чернорабочих можно было записать и каторжников. Они выполняли самую сложную работу, от которой отказывались остальные: копали землю и были гребцами на галерах.

После 1712 года разнорабочие всё меньше требовались Петербургу. Оставаться в городе после завершения контракта они могли, из новой столицы их не выгоняли. Другой вопрос — где жить? Некоторые крестьяне находили себе постоянную работу, сумев во время стройки овладеть дополнительными навыками. Однако это не спасало — свободных домов не было. Даже иностранцы, приезжавшие по приглашению Петра, жили в квартирах, которые отдалённо напоминали гостиницы. В Петербурге шло колоссальное строительство, Пётр заставлял бояр и дворян строить жильё в новой столице. За свой счёт, разумеется.

Что касается развлечений, то в первые годы их было не так много.

«Ходить было некуда, разве что друг к другу в гости, — говорит Елена Калинина. — Народ от этого не страдал — до воцарения Петра русское общество было крайне закрытым, мы жили по типу восточного государства. В Москве люди сидели по своим теремам, бояре иногда ходили к царю “думу думать”, а женщины и вовсе посещали только службу в церкви. Пётр буквально ломал традиции — он устроил ассамблеи, на которые должны были приходить все: бояре, дворяне, мастера и моряки. Обязательно приглашались женщины, муж не мог прийти без жены и дочерей. Также женщины стали принимать участие в танцах».