Ола и Отто-1,2. Свой Путь. Выбор

Глава 9. Любовь – это не проблема?

Практика наконец-то закончилась. Я валялась на кровати и ждала прихода вдохновения. С тех пор как я ушла из квартиры Ирги, кинув в него ночной рубашкой, прошло уже полторы недели. От так называемого жениха ничего не было слышно. Мне это надоело, и я решила написать ему гневное письмо.

Письмо никак не хотело укладываться в каноны эпистолярного жанра. Если вырезать из него все выражения типа «ты – свинья», «хам», «наглец» и тому подобные, содержания оставалось удручающе мало. Любовные романы, куда я полезла в поисках образца, мне ничем не помогли. Почему-то, по законам жанра, там полагалось только вздыхать и прощать любимому все и даже больше. В библиотеку мне было идти лень.

Лира пропадала в Доме Исцеления, Отто участвовал в какой-то затее сокурсников. Делать было решительно нечего. Нет, ну конечно, можно было поучиться, но кто учится, когда на улице ласково светит солнце жатника, последнего летнего месяца?

Я посмотрела на настенный календарь, где отмечала важные дела, которые надо было исполнить.

Вздохнула, достала карандаш.

«Здравствуй, мама!

У меня все в порядке, кушаю хорошо, практику сдала, новых ужасных шмоток не покупала. Привет папе и сестрам». На этом вдохновение сдохло, жалостливо задрав лапки кверху.

«Отто тоже передает вам всем привет,– мужественно выдавила я из себя.– И Лира желает всего хорошего». Новостей за неделю не было. После нашествия Лунной нежити я отправила домой развернутое письмо, в котором убеждала, что со мной все в порядке, я не пострадала, и вообще все хорошо. Но перепуганная событиями родительница потребовала писать ей чаще. А это вызывало у меня тоску посильнее той, что наступала перед сдачей написанного впопыхах курсового проекта.

«На наше окно нагадил голубь»,– вывела я и зевнула. Что же еще произошло?

А, точно! «Практику я закончила весьма успешно, скоро начнется учебный год». И, само собой, мстительно добавила: «Тогда писать вам будет совсем некогда, потому что этот год будет решающим для моей карьеры».

– Ола? – в комнату заглянул Отто.

– Заходи! – крикнула я радостно.

«Разрешите же на этом закончить свое письмо, так как пришел Отто и просит меня помочь ему в одном очень важном учебном деле». Я свернула лист, прилепила к нему марку и обернулась.

– О! – удивилась я.– Ты никак на свидание собрался?

– Да,– сказал причесанный и приодетый полугном.

– И кто же она? Почему ты мне ничего не сказал?

– Я только сегодня понял, что влюбился! – Лучший друг крутился возле зеркала.– Как я выгляжу?

– Нормально.

– Только нормально? – Он схватился за бороду.

– Ты выглядишь замечательно! – Я подошла и положила полугному руку на лоб.– А ты не заболел?

Отто отшатнулся:

– А что, если я причесался и собрался на свидание, так я уже сразу заболел?

– Не обижайся,– сказала я.– Просто удивительно...

– Что я влюбился? Что я наконец понял, как прекрасен мир вокруг? Я не ожидал от тебя такой черствости, Ола! – с чувством сказал Отто и ушел, громко хлопнув дверью.

Я пожала плечами и села опять за письма.

«Ирга! Твое хамское поведение меня бесит! Где ты пропадаешь столько времени? А вдруг я уже умерла?»

Я задумалась и фразу про смерть вычеркнула.

«А вдруг я уже успела влюбиться и выйти замуж? А ты это все пропустил! Тебе, я вижу, все равно! Я такого терпеть больше не намерена!»

В порыве вдохновения я полезла на полку Лиры за анатомическим атласом, криво срисовала оттуда мужское достоинство и изобразила опускающуюся на него секиру.

Полюбовавшись творением, я создала магического вестника, прицепила к нему послание и отправила в полет.

Чем бы заняться? Я оглядела комнату, привычно игнорируя засохший огрызок на учебнике по точечному направлению энергии, плесень в гостевой чашке, которую было лень мыть, покрытый пылью сухарь на полке, подписанной «НЗ». А что у нас в шкафу? Может, попытаться навести порядок в одежде?

В шкафу меня ждал сюрприз – спрятанная бутыль водки. Я водку пью редко, в одиночестве – тем более. Я вытащила бутылку из шкафа и задумалась. Налила немного водки в кружку и поставила на стол. Конечно, в королевстве выпускалась водка «Медовая», «С кислинкой», «Перцовая», «На травах», «На молоке», «На крапиве», «Клюквенная»... Водки подешевле были с иллюзиями вкуса – маги старались вовсю. Подороже – на натуральных ингредиентах.

Моя же была самой дешевой обыкновенной водкой. Я подозревала, что ее купил для роли обменной валюты Отто, спрятал у меня в шкафу, да там и забыл. Я понюхала водку. Гадость какая. Закусить бы чем-то.

Сухарь и огрызок меня не прельстили. Пришлось идти на улицу в ближайший магазинчик. На крыльце общежития сидел Птронька и со смачным хрустом что-то жевал. Я не смогла пройти мимо.

– А чем это ты хрумкаешь? – спросила я.

– Огурчики! – похвастался Птронька, доставая из сумки молоденький, в пупырышках, зеленый огурчик.– Бери.

Я укусила овощ. Ах какой хрустящий! Сочный! Стоп! Откуда в конце жатника ранние огурчики в торбе вечно нищего Птроньки? Он ограбил закрома городского головы? Я присмотрелась к огурчику. Да это же иллюзия! Превосходная, но иллюзия! Я глотнула и могла бы поклясться, что кусочки огурца проскользнули вниз по пищеводу – так реально мой мозг воспринял магическое творение.

– Нравится? – не удержался Птронька.

– Очень,– ответила я.– А откуда это у тебя?