С богами не шутят

9 Глава

Мои родители познакомились в Москве. Мама жила с сестрой в столице, а папа проходил там повышение квалификации. Мама была очень красивой девушкой, к ней не решались подходить мужчины, поэтому она долго была одна. Но папа не из робких. Он не просто подошел познакомиться, а сразу предложил выйти замуж. Маме понравился такой ход событий и она согласилась. Папа был врачом, и как военнообязанного, его отправили руководить одним санаторием, где-то в Горьковских лесах. В советское время, это место было отрезано от цивилизации. Газа не было, воду приходилось носить из колодца, Маме как городской, столичной девушке было тяжело и одиноко. Но в конце 1986 года родилась я, и маме теперь некогда было скучать. Сперва бессонные ночи, потом пристальное наблюдение, так как я была любопытным и неуемным ребенком.

В начале девяностых санаторий закрыли и мы переезжали жить в Саратов к бабушке. Все были рады этому событию. Но мне недолго предстояло радоваться. Мы помогли с бабушкой собрать вещи родителям, и отправились в Саратов на поезде, а родители следом на автомобиле. Мы не застали их по приезду дома, хотя они должны были приехать раньше и встретить нас. Вечером раздался телефонный звонок и нам сообщили, что мои родители погибли в аварии, потому что папа уснул за рулем. Для четырехлетнего ребенка это было невероятным потрясением. Я замкнулась в себе, и единственное что меня спасало это чтение книг. Родители много со мной занимались, поэтому в четыре года я умела читать и считать. Решался вопрос о моем опекунстве. Родная тетя от меня отказалась. Ей нужно было строить личную жизни, а чужой ребенок ей бы только мешал. Бабушке долго не разрешали опекунство, так как у нее было больное сердце. Оббив все пороги, и пролив не мало слез она добилась, чтобы внучку оставили ей на воспитание. И можно было сказать, что все наладилось. В семь лет, как положено, я пошла в школу и училась на отлично до девятого класса. Мне пророчили золотую медаль. Но потом я съехала на тройки. Так как пособия по опекунству и бабушкиной пенсии нам едва хватало сводить концы с концами, бабушка устроилась на подработку уборщицей. Из-за нагрузки ей стало плохо с сердцем, и ее положили в больницу. Мне часто приходилось находится рядом и ухаживать за ней. Я не высыпалась, из-за усталости плохо усваивался материал, да и какая может быть учеба, когда твой единственный близкий человек серьезно болен. Когда бабушке стало лучше, и врач сказал, что ее состояние нормализовалось, я была несказанно рада. Но этот день я запомнила на всю жизнь, ни как радостное событие.

Моя помощь теперь была не нужна, и я отправилась домой, выспаться и привести себя в порядок. От дома до больницы было совсем недалеко, и я всегда шла одним и тем же путем. Между домами и гаражами всегда горели фонари, и я не боялась ходить там. Мозг был занят мыслями о предстоящих экзаменах. Пора было уже подтягивать оценки и начинать готовиться. Я не обратила внимание, что меня кто то догоняет сзади, помню только, как от резкой боли в голове потеряла сознание.

Очнулась я на холодном, бетонном полу под клеенкой, совсем голая, со связанными руками и жуткой головной болью. Было темно, и я не могла понять, где я нахожусь, и мне потребовалось несколько минут чтобы прийти в себя. Ужасно болел низ живота и ноги были в чем-то липком и мерзком. Я попыталась встать, но ноги сводило судорогой так, что с первой попытки мне это не удалось. От боли и отчаяния из моих глаз текли слезы. Мне было четырнадцать, и я понимала, что со мной случилось.

- Давай! Вставай! Тебе нужно выбираться отсюда. – твердил мой внутренний голос.

С трудом, мне удалось зубами развязать веревку на руках. Собрав все силы, на трясущихся ногах, я ползла наощупь в поисках выхода. Мои колени истерлись в кровь, пока я пробиралась через груду хлама. Я была на грани отчаяния. Наконец я уперлась в металлическую дверь. Приподнявшись с колен, я нащупала ручку и со всей силы дернула за нее. Ворота не поддавались. Я стучала, кричала, ну неужели меня ни кто не слышит. Горячие слезы ручьем текли из глаз, я обхватила себя руками и сползла вниз, не зная, что мне делать. Меня всю трясло от страха и отчаяния. Спустя время я наконец собралась с мыслями.

- Я здесь не умру! – вытирая слезы сказала себе я.

Снова приподнявшись, я начала руками изучать стены. Нащупав, какое-то пальто я быстро натянула его на себя, так как от холода у меня зуб на зуб не попадал. Еще немного порыскав, я нашла что-то похожее на монтировку. Вооружившись, села у ворот выжидать. Спустя наверное час послышались приближающиеся шаги. Я встала и плотнее прислонилась к воротам. Что бы меня ни сразу можно было заметить. Два раза щелкнул замок, и одна створка ворот противно заскрипела и открылась. В гараж слабо проник свет фонаря. Но ни кто не торопился заходить. Через пару минут в проеме показалась голова мужчины, пытавшегося, что-то рассмотреть в темноте. Не долго думая, я со всей силы ударила монтировкой по голове. От чего мужчина без сознания упал на землю. Открыв по шире ворота, я затащила тело в гараж, до сих пор не понимаю, откуда у меня взялись на это силы. В тусклом свете я едва нашла свои вещи. Схватив их в охапку, выбежала из гаража, огляделась по сторонам и побежала в сторону дома. Я неслась сломя голову домой, не обращая внимания на боль. И только когда я переступила порог квартиры и закрыла за собой дверь на все замки, обессиленная упала на пол в прихожей. Моя жизнь никогда не станет прежней. Теперь она такая же мерзкая, грязная, с запахом плесени и гнили, как пальто, которое прикрывало мое обнаженное тело. У меня было непреодолимое желание избавиться от всего этого. Словно в трансе я сняла пальто и зашла в ванну. Мне было противно от себя. Кровь, грязь, слизь. К горлу подступала тошнота, которую невозможно было сдерживать. Рвало меня не от вида крови, а от того, что теперь это я, грязная и мерзкая.