По следам невыученных уроков

Глава 29

Ближе к двенадцати мои нервы окончательно сдали, и я полезла в кухонный шкаф за припрятанной там на случай незванных гостей бутылкой вина. Бокал красного позволил немного расслабиться и не позволил накрутить себя окончательно. Неугомонное сознание по кругу гоняло наш разговор, через раз норовя найти подвох в каждом Пашином слове.

А потом я как-то невольно поставила себя на его место и подумала, что будь я Пашей, то просто меня (то есть Ксюшу Казанцеву) прибила бы. Или прибил? Или как там правильно строить эти предложения в сослагательном наклонении?!

Кажется, первый, он же и последний бокал красного был всё-таки лишним, ибо на нервной почве меня всё-таки повело. Не давало мне покоя это его: “Это же так трудно - поверить, что мужик просто влюбился в тебя”. Поэтому остаток вечера я гадала на тему, насколько сию фразу можно засчитать в качестве признания в любви.

В итоге уже после полуночи я сорвалась и, схватившись за телефон, накатала ему длиннющее сообщение о том, что думаю о нём. Потом, правда, стёрла и обошлась одним-единственным вопросом:

«Почему ты не приезжал?».

Пашка отделался не менее лаконичным: «Разводился».

Я раз десять перечитала это единственное слово, не веря глазам и перебирая в уме всё, что мне было известно про разводы. Пришлось лезть в интернет и гуглить сроки судебного расторжения брака. В то, что Марина отпустит его просто так, верилось слабо. Вердикт был неутешительным: за столь короткий срок их бы никто не развёл.

Фыркнула, выразив своё отношение кратким: «Врун».

Следующее сообщение от Паши не содержало слов вообще, зато в нём было фото заполненного бланка - “Исковое заявление о расторжении брака”.

Мир поплыл перед глазами, и я пошлёпала на кухню, за уже открытой бутылкой вина.

«И что, если бы не Женя, я бы тебя ещё месяц не увидела?».

«Может быть и дольше. Марина - упрямая =))»

Гад!

Но прежде чем я успела превратиться в самку-богомола, имеющую коварный план убиения одного конкретного капитана, Пашка успел скинуть следующее сообщение:

«У меня был план, согласно которому ты бы просто не смогла устоять. Но Женька всё испортил».

Я театрально закатила глаза, забыв, что кроме Фильки никто меня видеть не может. Но по ходу дела, даже коту порядком надоели мои любовные драмы, ибо пока я металась между диваном и кухней, кот мирно возлежал в кресле кверху пузом и не реагировал ни на что.

«И чтобы ты сделал? Потащил бы меня на крышу?»

«Непременно. Чтобы скинуть. Надо же как-то со всем этим завязывать».

«Сволочь».

Бутылка окончательно перекочевала со мной в комнату: не столько пила, сколько с грустью смотрела на своё отражение в изгибах тёмного стекла.

«Упрямица».

«Это упрёк?»

«Восхищение. Исключительно».

Это сообщение я перечитала раз пятнадцать, гадая, издевается он или нет. За окном сработала чья-то сигнализация, которая таки разбудила кота. Он вздрогнул всей своей тушкой и принял положение сидя, посмотрел на меня с ярко-выраженным недовольством, словно требуя, чтобы я прекратила это безобразие за окном.

-Мне бы со своей жизнью разобраться, - зачем-то начала оправдываться.

К звуку сигнализации прибавились возмущённые голоса соседей. Звукоизоляция в нашем доме была прекрасная - её просто-напросто не было.

Я обречённо рухнула на диван, подтянув к себе сопротивляющегося кота.

-Потерпи ещё немного, - попросила я Фильку. - Ещё лет десять. Я заведу для тебя новых тридцать девять друзей, мы переедем за город, и я буду выносить вам мозги по очереди.

Кота эта перспектива не обрадовала, и укусив меня за палец, он  вывернулся, сбежав за диван.

-Вот все вы такие! - пьяненко крикнула я ему. - Как что, так сразу прячетесь!

И схватив телефон, начала строчить свой следующий вопрос: «Почему ты сегодня не вернулся?»

Ответа не было, и я отшвырнула ни в чём не повинную трубку в сторону.

Гул голосов за окном нарастал, несмотря на то, что сигнализация орать перестала. Ещё минут пять рассматривала потолок, который самым подлым образом был ровным и однородно-белым, из-за чего мой несчастный взгляд не мог ни за что там зацепиться.

-Гадство.

Голова начинала гудеть, вспомнив, что ей и так сегодня досталось, а разборки за окном облегчения не несли. В итоге я не выдержала и, подскочив с дивана, с психом отправилась к окну, резко отворив створку.

-Да заткнитесь вы уже там!!! - завопила, не глядя в темноту. После чего, правда, всё-таки свесилась вниз и обнаружила достаточно эпическую картину.

В кругу света, откидываемого уличным фонарём, стоял Савицкий и о чём-то с упоением спорил с нашим соседом с первого этажа.

И, наверное, всё было бы ничего, если бы не надпись, выведенная на асфальте корявыми буквами: «Ксения Иго...».

***