Любовь под маской 

36.2

– Вера, Любка совсем мозги растеряла? – зашипела Изольда.

– А что такое? – также тихо спросила Вера.

– Сначала мыши, потом её выход.

– А… Так мышей вон сколько…– показала ей Вера на подарки.

– Не те мыши, а наши. Свят, давай, – она повернулась к Святу, а потом громко хлопнула в ладоши и закричала – Сюрприз!

Свят распахнул двери. И в зал вбежали девушки в обтягивающих серо-голубых костюмах с крыльями за спиной.

– Что это? – удивился именинник и отошёл в сторону.

– Летучие мыши, конечно. Кого ты ещё ждал? -  сказал Свят таким тоном, словно это было нечто обычное.

– И это мыши? – Демьян продолжал держать Любу за руку. Девушке казалось, что это и её праздник. В душе играли фанфары. – Это твой подарок? – спросил он, интимно касаясь губами её уха.

Она отрицательно покачала головой: «Сама не знала», – также тихо ответила.

Артистки синхронно передвигались под музыку, они начинали дружно окружать Демьяна. Изольда тем временем громко шипела: «Отходи, отходи», и усиленно загребала руками.

Люба нехотя выдернула свою руку и стала медленно отходить к лестнице.

Демьян вертел головой, не особо понимая, что происходит и куда делать его спутница. Круг из «мышей» сужался, скрывая от всех лицо парня.

–  Каравай с мышами петь будем? - расхохотался он. - Или это мой личный мышиный гарем?

Изольда взяла микрофон:

– Всё намного лучше. Настало время нашего подарка!

Танцовщицы расступились, открывая обзор имениннику. Громко заиграла минусовка песни.

Люба, которая успела подняться на несколько ступенек, начала медленно спускаться обратно. Именно в этот момент дверь снова распахнулась, … и в комнату вошла высокая женщина в длинном платье сиреневого цвета. Её иссиня-чёрные волосы были собраны на затылке под блестящую сетку. Марго и не думала скрывать лицо за маской.

– Ты? – Демьян опешил.– Вот так сюрприз. – он попытался натянуть на лицо улыбку вежливости.

– С днём рождения, дорогой, – она подошла к Демьяну, обняла парня и подарила ему долгий и довольно глубокий поцелуй, чем повергла всех в шок.

Мыши продолжали танцевать свой танец. Люба застыла на лестнице. Губы дёргались, глаза щипало, а микрофон в руке подрагивал. Пришло время для первого куплета, но петь как-то расхотелось. Ей бы исчезнуть, испариться, раствориться, телепортироваться отсюда наконец, куда угодно, хоть на Северный полюс или на край Галактики. Главное - как можно дальше от этого проклятого места.

– Что она здесь делает? – первой отмерла Изольда.

– Понятия не имею, – тихо ответил Свят.

Минусовка всё играла. Люба молчала. Она смотрела на тех двоих, что стояли по середине зала. Демьян выглядел изумлённым. Маргарита довольно и счастливо улыбалась. Она повернулась лицом к зрителям, прижалась спиной к торсу Демьяна. Руки Демьяна медленно поднялись. Что он хотел сделать, обнять или оттолкнуть? Неизвестно. Он не закончил жест. Марго перехватила его руки и скрестила их у себя на животе.

– Свят, надо сворачивать мероприятие. – шипела Изольда. – Я сейчас её подвешу вверх ногами, как и положено висеть мышам.

– Песня, где песня… – спрашивал Свят. – Только посмей её тронуть. Подруги вылетят из универа, и Демьян не поможет. У неё знаешь, кто муж… – и, увидев удивлённый взгляд своей девушки, добавил, – все догадывались про них. Неужели вы не знали? Я же просил Барби деликатно намекнуть.

Вера выхватила микрофон у растерянной певицы, Свят сделал знак диджею поставить музыку сначала. Мыши изумлённо переглянулись и начали свой танец по новой.

Если Люба занималась вокалом и ходила в музыкальную школу, то Веру наотрез отказались туда принимать, потому что медведь не только наступил ей на ухо, но ещё и с энтузиазмом на нём потоптался. Отсутствие слуха и голоса не мешало девушке любить петь, но она наслаждалась процессом исключительно в гордом одиночестве, жалея других.

Сейчас Вера была полна решимости испортить момент, потому набрала полные лёгкие воздуха и что было мочи заорала в микрофон, игнорируя темп музыки и не щадя ушей собравшихся внизу. Ей было всё равно, что о ней подумают. Ей хотелось отомстить. Слова она знала плохо, а, может, специально путала их. Она подбиралась к парочке, которая застыла, словно изваяние. Погибать, так с музыкой, и Вера подошла к Марго, микрофон приблизила к её уху:

Я хочу тебе пожелать,

Чтобы этот день из памяти исчез,

Как ты мог её променять

Но такую… Что ж, ты молодец.

Говорят, по женщине судят мужчину,

Так пусть твой суд тебе воздаст,

Сказала б какой ты…

Но я не матерюсь.

Вера несла какую-то чушь и в рифму, и не в рифму. Она явно нарывалась провалить предстоящий экзамен по теории. Если бы подружки не были всё время рядом с ней, они бы решили, что Вера хватанула лишнего. А та выводила фальшивые рулады с таким упоением, словно это было дело всей её жизни.

Тем временем градус напряжения возрастал. Ещё немного и Вера точно тараном пойдёт на Марго, как будто ей лично нанесли смертельную обиду.

– Верка, не срамись! – рявкнула Изольда, вырвала микрофон у девушки и передала его Любе. – Мирона Маргаритовна, простите, это не вам, это мимо вас, – когда со всех сторон послышался сдавленный смех, на лице девушки изобразилось искреннее недоумение: «А что не так я сказала?»

Люба умом понимала, что надо спасать ситуацию. Они и так здесь, как белые вороны, ещё эта выходка Веры. Кто знает, какие отношения между Демьяном и Марго. Может, всё шло так, как должно было быть, а она просто придумала себе любовь.