Кто не рискует...

Глава VII

Глава VII

Корабль «Vita», 2112 г.

Поначалу жизнь на космическом корабле Рему Ли нравилась. Строгие правила, жизнь по расписанию, которое не менялось ни при каких обстоятельствах – для него это было просто идеально. Особенно после предшествовавших этому последних месяцев на Земле, перед отлетом, когда постоянно возникали какие-нибудь требующие немедленного решения проблемы и приходилось бросать одни дела и срочно заниматься другими. Биолог не раз пожалел, что позволил своей выпускнице втянуть его в эту авантюру и не остался обычным исследователем и преподавателем, но отступать назад было уже поздно. Тем более, что некоторые коллеги, вдохновившись растиражированной по всему восточному полушарию речью академика Стволова, еще и принялись отговаривать его от изучения Марса. А на это Рем после своего заявления о том, что он согласен со своей дипломницей, верящей в существование там небелковой жизни, пойти не мог. Так что ему приходилось, сжав зубы и проклиная тот день, когда он согласился руководить дипломом Квинтовской, готовиться к полету и с тоской вспоминать свою прежнюю спокойную жизнь.

Зато потом, на корабле, Ли почувствовал себя вознагражденным за все эти страдания. Он мог работать в своем привычном темпе, его больше никто не дергал по пустякам, все сеансы связи с Землей и все развлечения были расписаны до конца полета – что могло быть лучше? К тому же, Рем предполагал, что подобным образом будет протекать и жизнь на Марсе – по крайней мере, до того, как там установят первый телепорт. Земная колония на Красной планете была достаточно многочисленной, но жила очень обособленно и в весьма суровых условиях, а значит, люди там тоже должны были подчиняться строгим правилам. «Глядишь, и Квинтовская научится не нарушать порядок!» - не без злорадства думал микробиолог, вспоминая, как за неделю до старта ему пришлось забирать Лиору под свою ответственность из полицейского участка, куда ее увезли после устроенного в баре скандала.

Он тогда задействовал все свои связи, чтобы замять это дело, но, к счастью, это была последняя неожиданная проблема перед стартом. За которой последовали два с лишним месяца нормальной жизни без малейших происшествий. Даже Лиоре было не под силу устроить на корабле какое-нибудь безобразие.

Но теперь оказалось, что Рем Ли был слишком большим оптимистом. А еще – что он недооценивал свою ассистентку. Первое время она была занята знакомством с «Витой», ее пассажирами и членами экипажа, прогулками по разным общедоступным отсекам и попытками сунуть свой нос туда, где было запрещено находиться посторонним, а потом, изучив корабль, загорелась идеей побывать за его пределами. Уже через месяц после начала полета она вместе с другим ассистентом Рема Владимиром и его секретарем Грегором поймала его по пути из столовой в лабораторию и спросила, не хочет ли он выйти на обшивку.

- Нет, совсем не хочу, - покачал головой Рем и, уже предчувствуя неладное, попытался пройти мимо девушки.

- Ясно, - кивнула она с невозмутимым видом. – Что ж, тогда вы сможете попросить первого помощника, чтобы он разрешил выход наружу для трех человек.

Ли оглядел всех своих сотрудников. Грегор и Владимир выжидающе переводили взгляд с него на Лиору и обратно. Сами они вряд ли стали бы настаивать на этой «экскурсии», но теперь, после того, как пошли на поводу у Квинтовской, наверное, уже не откажутся побывать снаружи.

- А что вы там забыли? – поинтересовался Рем. – Там вообще-то в прямом смысле слова ничего нет.

- Рем Николаевич! – возмущенно всплеснула руками Лиора. – Позавчера там были инженеры – ну, те, которые телепорт везут, так они рассказывали, что там та-а-акое!... Это надо увидеть!!!

- Ну, если «та-а-акое», то ладно, я поговорю с первым помощником, - усмехнулся Ли. – Но имейте в виду, если он не разрешит вас туда выпустить, я его уговаривать не буду и вам этого тоже не позволю.

В глубине души Рем надеялся, что его команде выход на обшивку не разрешат – зачем экипажу устраивать еще одно рискованное мероприятие? Но просьбу Лиоры он все-таки передал, и к его немалому удивлению, первый помощник капитана сразу же согласился. Видимо, он решил, что раз у инженеров такая прогулка прошла благополучно, с биологами на обшивке тоже ничего не случится.

- Вам я тоже очень советую пойти, - сказал он, когда узнал, что сам глава биологов наружу не собирается. – Будет, что вспомнить. А то ведь скоро мы утыкаем телепортами все планеты, и перелеты на кораблях прекратятся…

Рем особой трагедии в утыкивании планет телепортами не видел, но спорить не стал, понимая, что для космолетчиков это и правда весьма печальная перспектива. И на обшивку он все-таки вышел, сообразив, что если не сделает этого, ему придется потом долго выслушивать восторженные рассказы Лиоры о том, что она там увидит.

Как оказалось, согласился он не зря. Ему и в голову не могло прийти, что он тоже может забыть обо всем на свете и просто смотреть на пылающие со всех сторон огни. «А давно ли ты на Земле смотрел на звезды?» - спросил Ли себя и понял, что этот вопрос останется без ответа. На Земле ему с детства было не до звезд – надо было учиться, потом работать, потом снова учиться и учить других, и снова работать…

Когда их позвали назад, Рем едва удержался, чтобы не попросить у помощника капитана задержаться «еще на пять минут». Этого делать не стоило – Лиора, да и остальные, могли подхватить эту просьбу и начать ныть, как маленькие дети, которых родители загоняют с прогулки домой. И тогда прощай репутация серьезных ученых – весь экипаж будет над ними смеяться оставшиеся до конца полета полгода. Так что Ли послушно зашагал к люку и обрадовался, увидев краем глаза, что Квинтовская тоже спешит назад вместо того, чтобы выторговывать себе еще немного времени на любование звездами. Вероятно, теперь ей хотелось поскорее попасть внутрь корабля, чтобы делиться впечатлениями со всеми, с кем она успела перезнакомиться.