Попадись в мои когти 

Часть 45. Ответы

Описывая собственные ощущения, прокручиваешь их в памяти и невольно переживаешь заново — не с той же силой, но с той же отдачей. Дописывая эту часть отчета, я чувствовала себя так, словно еще раз подралась со всеми Гадами сразу. Впечатление усиливалось из-за затекшего в сидячем положении тела.

Я поставила точку, отложила стилус и встала, с хрустом разминая конечности. Артем мельком покосился на меня (явно в надежде на внеплановый обеденный перерыв), но, убедившись, что я никуда не иду, со вздохом продолжил конспектирование. Пиши-пиши, стажер, навык полезный и жизненно необходимый для любого смысловера.

Так странно сознавать, что завершение этой истории — совсем близко. Хоть мне и не довелось лично присутствовать при предшествующих победному финалу событиях — по причине вынужденного постельного режима, но в неведении меня не оставили (пусть бы только попробовали!). А ведь я едва успела войти во вкус написания текста… Никогда бы не подумала, что это настолько затягивает. Можно вести дневник или попробовать сочинять произведения развлекательного характера, но у смысловеров и без сочинительства этих так называемых «рабочих сюжетов» хватает в избытке. Вот, пожалуйста, один сейчас передо мной (и, соответственно, перед тем, кто водит по нему глазами). И если уж писать-сочинять, то для кого? Отчет предназначен для отчетности, фантазии… для попаданцев, получается?

Забавно.

В любом случае, данный текст — мой первый отчет по делу, но, думаю, далеко не последний. «Сюжетов» во ВСМыСЛе хватит на всех. Особенно стоит учесть два факта: моя драконистость и мой же стажер-Избранный; уж мы-то точно без работы не останемся.

Эх, разминайся не разминайся, а текст сам себя не завершит.

***

Как выяснила я уже несколько позже, моя бессознательность продлилась трое суток, чем и воспользовались благодарные смысловеры-лекари

Сон обволакивал вязким туманом и заканчиваться не спешил. Окружающая действительность реализовывалась по частям, вторгаясь в сознание как поезд в тоннель: звуки, запахи, термические ощущения. Отдельно — негромкий механический гул, отдаленный шум голосов, отдельно — специфический запах лекарственных снадобий, аромат хвои, следом за ними тонкой, но все более навязчивой ноткой — эльфийские духи. Последним стало понимание, что воздух пригоден для дыхания и комфорта.

Внутренние ощущения собственного организма всплывали медленно (и лучше бы не всплывали): во-первых, головокружение — как ни странно, оно ощущалось даже в неподвижности и с закрытыми глазами; во-вторых, страшная сухость во рту, аж челюсть сводило; в-третьих (и главных) — жгучая боль. Казалось, что она обрела собственное и очень вредное сознание и планомерно меня изводила, пылающей саламандрой свернувшись в груди.

Первая вялая, но уже словесно сформировавшаяся мысль была о том, бывают ли у драконов паразиты и чем бы их вытравить (паразитов, конечно же!). Вторая — осознание-воспоминание того, что меня ранили, и понимание — если бы это случилось из-за драконьеров, я уже была бы разобрана на составные части.

Хотя, может, мне именно поэтому так плохо? Из черепа сделали, например, какую-нибудь посудину, и оттого головокружение…

Затем в мерный гул приборов вмешалось шуршание, и я разлепила веки.

Окружающая действительность оказалась возмутительно непривычной

Я очутилась в помещении лазарета для тяжелораненых и в соответствующем положении.

Большинство медицинских учреждений на определенном этапе развития цивилизации становятся схожи: максимально светлое помещение, большое окно, минимум занавесок, простая мебель, навевающий тоску оттенок стен, едкие запахи лекарств и обеззараживания и соответствующая атмосфера… ВСМыСЛовой лазарет, будучи медучреждением еще и МежМирового уровня, недалеко ушел от перечисленных стандартов.

До этого момента я никогда не находилась в лазарете дольше, чем нужно для того, чтобы пройти регулярный медицинский осмотр или сдать кровь. И не потому, что у меня замечательный иммунитет. Просто представьте себе дракона, у которого воспалился аппендицит или случился сердечный приступ. Уже странно, правда? Если уж на то пошло, с драконьей-то вспыльчивостью гораздо более реальна угроза апоплексического удара… но организм устроен все-таки иначе, чем у остальных гуманоидных народов, и умирают драконы преимущественно от рук убийц. Другие причины драконьей погибели мне не известны, хотя я готова допустить, что они существуют.