Холсты

Глава вторая. Я узнаю, почему плачет Закат.

Я плавала! Плавала как одна из золотых рыбок Матисса! Пила речную воду, загребая её ладонями. Потом устроилась  на берегу реки. А прозрачное окно всюду со мной. Ходит за мной, точно подруга или сестра. Не знаю почему, но с ним я счастлива. Возможно, из-за того, что через  него могу попадать в мир честных и настоящих картин.

Все холсты объединяют схожие чудеса -- солнце, небо, воздух, ветер -- жизнь.

Думаю, и кладовка в музее -- своего рода картина.

Пока сидела на тёплом песке, зарывая пальцы ног в его тягучесть и вечную сладость, почувствовала взгляд. Обернувшись, я вздрогнула -- за моей спиной стоит девушка немного ниже меня, в неброском платье цвета фонтана. И глаза её -- зелёные и виноградные. Видела подобный виноград на одной из картин.

Я скоро поднялась на ноги. Стало как будто жаль, что девушка направилась ко мне, переступая босыми ногами и оставляя следы на песке. Жаль, оттого, что я ещё не успела вобрать в себя реку, её благородную и прохладную воду. И не коснулась воды глазами, как собиралась, пусть и плавала.

А с другой стороны -- любопытно. Кроме меня и девушки -- людей, здесь никого. Хоть может и кукла. Куклы тоже люди. Мне важно, чувствовать себя человеком. Даже если ходишь в картины, как в двери. Даже если ряжом с тобой бродит плавающее окно непонятной формы. Даже если ты взрослая, а чувствуешь себя ребёнком.

Молча я протянула ей руку. Она улыбнулась, слегка задевая своими пальцами моих.

-- Что это рядом с тобой? -- спросила она.

-- Это мои холсты.

-- Ты художница?

-- Немного, но как-то иначе. Просто это окно, а иногда дверь или ромб -- и всегда рядом. Ходит рядом.

-- А со мной ходит река!  -- воскликнула девушка. -- Я -- фея реки.

-- А я Ива. Говорят, кукла, но я считаю себя человеком.

-- Ты богатая? -- фея реки склонила голову набок в ожидании моего ответа.

--  О чём это ты?

-- Что переполняет тебя? Переливается через край? -- пояснила она.

-- То, что люблю.

-- Да, теперь вижу -- ты очень богатая.  В тебе не только то, что переливается через край, но и любовь к этому.

-- А разве не все могут? -- удивилась я, встряхивая косичками.

-- Конечно, не все! -- ответила задумчиво девушка. -- В моей реке живёт Бобровый дед. У него очень длинные и непослушные усы. Он говорит, не может их терпеть, а должен. Если  Бобровый дед смог бы полюбить свои усы, ему не пришлось бы их терпеть.

-- А кто ещё живёт в твоей реке? -- жадно спросила я.

-- Рыбы, их зеркала, золотые лучи, ночь и закатные росинки.

-- Расскажи о них больше, пожалуйста! -- попросила я, когда мы бухнулись на песок, зарывая в него пятки и пальцы.

-- Рыбы очень наблюдательные и скользкие. Правда, прожорливые. Потому часто и заглатывают крючки рыбаков. Рыбы считают себя самыми привлекательными. У них в домиках всё зеркальное. Они не любят золотые лучи, как я... -- фея реки задумалась, затем продолжила:

-- Иногда мне кажется, я вся состою из золотых лучей, даже шёпот. Знаешь, я шёпотом рассказываю секреты -- Рассвету, обиды -- Закату.

Такое чувство гордости переполняет меня за лучи! Ведь они не жаждут красоты, а состоят из неё. Если бы я была человеком, родилась бы похожей на луч.

Их вижу, могу замечать их красоту. Всё ещё не лишена этого дара.

-- А ночь? -- спросила я.

-- Ночь -- сестра реки. Когда солнце уходит, она выходит из моей реки и выдувает темноту из лунной соломинки. Темнота наполняет веки людей, зверей, птиц звёздами и они тяжелеют. До самого утра, люди сами того не ведая, ныряют душой в звёздную дымку.

А закатные росинки -- это слёзы Заката. Они падают в реку всякий раз как Закат плачет.

-- А почему Закат плачет?

-- Закат -- художник, и каждый вечер он не успевает дорисовать очередную картину.

-- Почему?

-- Ночь всегда выходит из реки слишком рано. Но Закат должен радоваться, а не плакать.

-- Ведь ему грустно. Поэтому он плачет.

-- Он гений. Гениальность -- всегда незавершённость. Оттого, гениальные люди часто плачут... Вот, возьми! -- фея реки протянула мне на ладонях что-то.

-- Что это? -- спросила я.

-- Привяжи этот маленький талисман к своей ноге и увидишь, что будет! -- улыбнулась она. -- Это крошечный дар от феи Реки. Ты подарила мне возможность рассказать о том, что я люблю, а это для меня так важно!

Алая шляпка с тремя красными розочками на полях. Миниатюрная, словно заколдованная красота...

-- Спасибо! -- сказала я. -- Такую бы красоту и на голову!

-- Вот ты и произнесла чародейные слова, а мне пора! -- фея реки встала и пошлёпала к воде.

-- Ты ундина?

-- Нет. Я состою из воды. Приходи ко мне в гости ещё! Рыбы такие зануды. А солнце не всегда отвечает.

Вдруг мне захотелось домой. Становилось прохладно. Сорока давно улетела, дерево Ива дремала.

Я шагнула через прозрачную дверь, перешла через  белое и плавающее и запинаясь за что-то, улетела носом вниз.

Поднимаясь на ноги в своём чулане довольно тёмном, так как уже наступила ночь, я заметила свёрток. За него я запнулась.

Включив свет, развернула бумагу. Ох! Там, среди ивовых листьев, речных камешков и пары гусеничек лежало платье! Бело-сизое с изображением сороки и реки.

Теперь я поняла всю силу талисманной шляпки -- картина дарила мне одежду похожую на неё.

Выключив свет, я оказалась в ночной темноте, точно под крылом у грача и лёжа в шкафу думала о том, чтобы поесть. Ужасный голод не позволял мне чувствовать себя счастливой.

-- Эх! Надо что-то придумать! Следует выйти и отыскать картину с чем-нибудь вкусным. Иначе я не засну. Бедный Закат. Наверно он снова уронил в реку свои росинки! Увидеть бы  -- расцеловать  его щёки.