100 грамм смерти. Книга 2

Глава 12. Новое горе

Новое горе посетило остров. Сегодня с утра Шпанса не стало. Я как обычно пришла его проведать, но вместо привычного кашля услышала тишину. Протяжную. Тягучую.

Он неподвижно лежал на кровати, глаза – в потолок, а на губах застыла едва заметная усмешка, как будто он улыбался в лицо смерти. Старый чертяка…

Я подошла ближе и коснулась его небритой впалой щеки. Пальцы обожгло холодом – жизнь уже покинула его тело. Главный генератор сгорел и ремонту не подлежит. Рядом на столе сиротливо покоились все эти схемы и провода, в ожидании своего хозяина, который уже никогда не вернётся.

В памяти всплыла наша первая встреча на Либерти – тогда я побаивалась его и сторонилась. А потом был поход в Музей и именно в то время я узнала его ближе. Назвать нас друзьями было бы не совсем верно. И всё-таки мы были близки. Теперь его нет и ничего не попишешь.

Сегодняшний обед проходит в молчании. Смерть начисто отбивает желание чесать языком.

Ви-Ви, конечно, постаралась на славу – приготовила только то, что так любил наш гений… Грибной суп. Рагу с мясом. Я смотрю за боковой столик, за которым в прошлом году обычно трапезничал Шпанс, и сердце сводит судорогой. Стол давно пустует – в последние месяцы Шпанс ел у себя, но сегодня наша повариха выставила тарелки в последний раз, как дань уважения и памяти старому учёному. От еды аппетитно поднимается пар, но Шпансу уже никогда не отведать замечательной стряпни Ви-Ви.

Мы похоронили его за хижиной Рагны. Там нашёл свой приют и Магнус. Теперь вот и Шпанс покоится там, под деревом Мудрости. Десять лет на острове никто не умирал – только за его пределами, например, родители Крэма. Но не так давно смерть отыскала сюда дорогу и не желает покидать эти места.

– Пусть у Шпанса всё сложится там, наверху… – глухо произносит Ви-Ви, утирая глаза салфеткой. – А у нас – здесь…

– Хватит уже рыдать… От смерти никто не застрахован. – Илва демонстративно встаёт из-за стола. – Поели? Так давайте уже беритесь за работу.

Как я и думала, у этой женщины сердце высечено из камня. Магнус был суров и категоричен, но всегда старался поддерживать атмосферу дружбы и единения на острове. Илва соткана из другого материала. Настоящий алмаз: внешность прекрасной богини, а характер – беспощадной воительницы.

Я едва себя сдерживаю, чтобы не вспылить и не высказать всё, что о ней думаю. Пожалуй, хуже Илвы только Тина. Та, кстати, уже покинула столовую. Фолк прав. Всё изменилось. Все изменились. Я – так вообще другой человек. Так стоит ли удивляться?

***

Работа сегодня валится из рук. На глаза то и дело наворачиваются слёзы. Ви-Ви всё понимает – сама платок из рук ни разу не выпустила, поэтому не наседает. Даже когда я разбиваю тарелку, не отчитывает, а только печально качает головой. Тьер тоже не причитает, хотя и занят чисткой желудей, которые просто ненавидит. Даже Бубба – и тот молчит, драит себе молча кастрюли.

Мои мысли всё время возвращаются к Шпансу. Если мне так тяжело далась его смерть, каково было Дину узнать о гибели собственного отца? Ничего не могу с собой поделать – сердце смягчается и прежние чувства пробиваются на поверхность души.

Знаю, что буду жалеть, хотя если не сделаю этого, буду жалеть ещё больше. Поэтому, когда Ви-Ви предлагает мне уйти пораньше, решительно снимаю фартук и отправляюсь на поиски Дина.

Ноги сами несут к дереву Мудрости. Издали замечаю поникшую фигуру. Дин застыл над могилой Магнуса.

Встаю рядом, нахожу его ладонь и несмело сжимаю.

Дин поворачивается ко мне – в глазах тоска и боль.

– Я скучаю по нему… – произносит он одними губами, но я всё равно его слышу. Сердцем.

– Знаю…

Я лишь крепче сжимаю его руку. Сегодня я просто не могу иначе. А завтра… Кому какое дело, что будет завтра?