Восставшая из пепла

Глава 26

Глава 26

Лив смотрела на голубую гладь воды, сидя на балконе отеля. Она понятия не имела, где находится. Она выглядела слишком уставшей, чтобы разбираться во всем произошедшем. Забыть о том, что вытворяла Серафима, было невозможно. К тому же, обгоревшие кончики волос напоминали об этом постоянно, нужно только посмотреть на них. А стоило закрыть глаза, как тело тут же вспоминало то, что она испытала. Страх, боль, осознание собственной беспомощности. Она помнила, как высохла ее кожа, лишаясь последней влаги, как маленькие крупицы воздуха то появлялись, то исчезали, не давая возможности дышать. Из-за этого кололо в груди. Легкие не могли терпеть эту боль. Она помнила пламя, которым вспыхнули ее волосы, но так же быстро погасли. В этот момент появилась Персефона. Именно она освободила обессилевшую девушку. Куда делась Серафима, Лив не знала. Да и не хотела знать.

- Где мы? – очень тихо спросила она у богини, сидевшей напротив. Почему-то Оливия даже не удивилась, узнав кто ее спасительница. Ей было хорошо рядом с ней. Магия Деметры трепетала в груди Лив. Девушка это объясняла тем, что рядом сидела дочь богини плодородия. Однако, она была недовольна тем, что не очень умеет пользоваться тем, что подарила ей Деметра. Какой толк от магии, если она не могла ей воспользоваться.

- Это Таормина, - Персефона даже не взглянула на Оливию. Она с удовольствием пила свой коктейль. Полы ее вишневого летнего платья колыхались от легкого ветра, дувшего с моря – Город на восточном побережье Сицилии. Не беспокойся, я тебя верну обратно целой и невредимой. Мне было интересно с тобой познакомиться.

- Я не беспокоюсь, - Оливия пожала плечами, словно ей было безразлично все, что происходит  – Почему именно Италия?

- Мне нравится Сицилия, - Персефона усмехнулась, а после поджала губы и отставила бокал на столик – Когда-то этот остров мне подарил мой отец. Свадебный подарок, знаешь ли. Вот только много счастья мне это не принесло. Раньше здесь было гораздо красивее, и в этом острове я находила то счастье, которого мне не хватало.

- Ты больше похожа на актрису, чем на настоящую богиню, - а может быть это и правда сон? И стоит Оливии проснуться, и она вновь окажется в своей спальне в академии боевых искусств. – Слишком современная.

- Неужели ты думала, что боги не посещают эту планету? – рассмеялась Персефона – Под другими именами, в разных обличьях, все мы бываем тут время от времени. Здесь, знаешь ли, веселее. Боги терпеть друг друга не могут. И если все Олимпийцы долгое время будут жить вместе, это приведет к беде. Опыт подсказывает. А у людей мы многому учимся.

- Ты прибыла сюда, чтобы увидеться с мамой? – вопрос был задан слабо, но Лив все равно спросила, даже боясь разозлить Персефону.

- Моей мамы уже давно нет в обличье женщины, -  вздохнула Персефона – Она стала частью Деметры, вложив всю свою любовь и силу в эту обреченную на несчастье планету. Можешь спросить у Дмитрия. Он скажет тебе, что на ее могиле растет лаванда, и мои любимые нарциссы.

Персефона раскрыла ладонь и протянула ее Оливии. На ней, откуда ни возьмись, появился маленький беленький цветочек. Лив приняла его, вспоминая, что такой растет на бабушкиных клумбах.

- Я знаю, что последнюю частичку своей магии, мама отдала тебе, - Персефона ласково улыбнулась Оливии, чем вызвала подозрение девушки, но та самая магия успокоила волнение в душе Лив – Но эта частичка не способна бороться со злом. Твоя магия Оливия – она уникальна. Она поможет тебе в свершении благих дел. Но будь готова ко всему.

- Ты видишь будущее? – удивилась Оливия.

- Твое - да, - кивнула Персефона. Взгляд ее карих глаз напомнил Оливии про Стивена. Интересно, он волнуется за нее? – И прошлое вижу тоже. Вот только своего мне не дано увидеть.

- Я думала, боги бессмертны, - высказалась Оливия. Она с наслаждением вдыхала морской воздух. Она так боялась воды, но так стремилась к океану. – Почему же Деметра умерла?

- Боги бессмертны, - согласилась Персефона. Она тоже смотрела на то, как туристы спешат на пляж, тоскуя по тем временам, когда она с матерью гуляла здесь, касаясь голыми ступнями теплого песка, как волны аккуратно ласкали ее ноги. Она отчетливо помнила ту прощальную улыбку Деметры, которой она наградила любимую дочь. Персефона не могла сказать, почему именно ее Деметра любила сильнее. У нее было столько детей, но ни один не имел с ней такой прочной связи, как Персефона. Отец больше любил других детей. И если бы не Деметра, Зевс и вовсе забыл бы про свою дочь. – Кое-кто из нас вовсе не имеет плоти. Вот и мама лишилась ее. Но она не умерла. Она вновь возродилась. В твоем сердце, в твоей душе, в тебе, Оливия. Знаю, ты еще не поняла, но ты и есть Деметра.