Изобретатель.

Глава 1. Детство.

— Алькис, вставай...

Маленький черноволосый мальчик, лет семи с виду, стоял возле кровати своего брата и раскачивал её из стороны в сторону. Тот не вставал.

— Хорошо, — проговорил малой, — не хочешь по-хорошему — будет по-плохому!

Он взял будильник, стоящий на тумбочке брата, повернул стрелку звонка немного назад, и...

Раздался громкий звон. Лежебоку передернуло, и он громко плюхнулся на пол.

— Утер, мать тво...

И, неожиданно для обоих детей, в комнату зашла мама. В грязном фартуке, с порезанными пальцами, она всё ещё излучала ту материнскую заботу, которую излучала любая отвественная мама.

Алькис — тот, что мирно спал — сразу стал жаловаться:

— Мам, меня тут Утер будит, хотя еще даже солнце не встало! Я еще из-за него на пол упал. Теперь ссадина будет!

Мать сурово посмотрела на своего черноволосого сына. Тот лишь ухмыльнулся, но, как только она показала ему кулак, Утер сразу же сделал виноватый вид.

— Прости, братец... Я просто хотел с тобой поиграть...

Алькис сделал понимающий вид, но с легкой издёвкой, и сказал:

— Ладно, прощаю. Эх. Ну, раз уж я встал — пойдёмте завтракать!

Прежде чем пойти на кухню, парень переоделся в свою привычную одежду и взглянул на себя в зеркало.

Алькис всегда выглядел опрятно. Верхняя одежда была практичной и удобной — с множеством карманов для инструментов. Штаны, сшитые мамой наподобие шаровар, не мешали двигаться. А очки, отделанные кожей светло-коричневого оттенка, не только помогали ему лучше видеть, но и подчеркивали его внешний вид.

Полюбовавшись, Алькис побежал на лестницу. Одним махом он перепрыгнул через все ступеньки и оказался на кухне. Здесь его встретила мама, уже накрывшая на стол. По запаху уже было ясно, что, как всегда, на завтрак овсяная каша.

— А есть что-то другое? Или мы теперь каждое утро эту овсянку есть будем?

Мать осуждающе посмотрела на Алькиса. Тот сразу понял, что ответ очевиден.

Несмотря на свое негодование по поводу каши, мальчик быстро ее умял за обе щеки. А мама и не догадывалась, что все дело было в сахаре, который он втайне от неё положил в свою тарелку. Почему втайне? А потому что сахара в доме было всегда очень мало — никто не привозил.

Алькис поблагодарил маму и побежал в сторону старого сарая, где лежали его инструменты. Не поверите, но этот обычный с виду мальчик - изобретатель, да еще какой! Например, велосипед он сделал еще два года назад, хотя никто и никогда о такой штуке и не слышал. Часы с кукушкой Алькис смастерил буквально год назад и подарил их соседской девочке — Эмили. Он её любил, хотя виду и не подавал. А то засмеёт еще...

Но самое последнее изобретение Алькиса поразило всех без исключения — робот-пылесос. Правда, он был достаточно громоздким, да и шумным тоже... Но, что самое главное — работал!

В общем, все было хорошо. Но в каждой бочке меда найдется дожка дегтя. Мама мальчика слишком уж пеклась о нем, так что, когда он делал какие-то очень опасные, с маминой точки зрения, эксперименты, она останавливала его. И такие случаи были часто, поэтому Алькис решил уйти из дома тогда, когда станет чуточку взрослее.

А пока он сидел на самодельной деревянной табуретке и что-то паял, всё бубня и бубня под нос какие-то фразочки... Многим было не понятно, как Алькис придумал пайку и откуда он взял припой. На все вопросы мальчик отвечал односложно: "Сам догадался", "Нашёл" и так далее. Но на самом деле...

Впрочем, не будем забегать далеко вперед, а посмотрим на маленькую девочку Эмили, которая уселась на другой табуретке рядышком с Алькисом.

Она была рыжей. За это дворовые мальчишки ее прозвали "ведьмой", но Алькис утешал её, говоря, что это прозвище не стоит принимать всерьёз.

— Ну вот как появился этот стереотип, что рыжие обязательно должны быть ведьмами? Это же антинаучный бред! Не обращай на них внимания, молят всякую чушь...

Еще у Эмили были веснушки, что еще больше подстёгивало дворовых мальчишек ее задирать. Но все сразу же разбегались, стоило только Алькису взять кусок арматуры, лежащий под столом, и немного им поразмахивать.

Эмили всегда одевалась в красивые платья, свойственные девочкам ее возраста и времени — средней длины, примерно до колена. Про них никто и слова не говорил, потому что девочка была рядом с Алькисом, а его все боялись. Даже взрослые.

Но давайте обратимся к тому мальчику, который сыграет в нашем повествовании главную роль. К Утеру.

Он был ярким ребёнком, любящим озорничать. Его жизнь была беззаботной и счастливой. До того момента, пока одним солнечным днём Утер не позвал Алькиса погулять.

— Братец! Пошли гулять, на улице солнышко светит!

Но наш маленький изобретатель, как назло, никуда не шёл. И не отвечал. А мальчик всё не унимался:

— Эй! Я знаю, что ты меня слышишь.

Нет ответа.

— Послушай меня! Побудь со мной хоть чуть-чуть, поговори со мной! Давай хотя бы немного погуляем!

Ни слова от Алькиса. Может, Эмили захочет погулять с Утером?

— Эй, Эмили! Давай погуляем?

Девочка смотрела на тонкую работу своего любимого, и, не отвлекаясь от неё, ответила:

— Я занята, Утер, не видишь?

После этих слов по щеке Утера тоненьким ручейком полились слёзы. Черноволосый мальчик сел на коленки и, закрыв глаза кулаками, громко заплакал. Его серые руки стали намокать всё сильнее и сильнее, пока грязь на них не стала скатываться в большие комки. Эмили хотела было успокоить Утера, но решила, что не стоит. Еще начнёт клянчить погулять с ним.

Когда мальчик успокоился, он поднялся на ноги, что-то неразборчиво промямлил, показал в сторону старших неприличный жест и крикнул:

— Раз уж вы такие твари, то я с вами больше не общаюсь!

С этого дня Утер возненавидел Алькиса и Эмили.

А изобретатель уже закончил работать и подошёл со своим новым изобретением к маме. Она всё ещё что-то делала на кухне. Похоже, мыла посуду.

Алькис гордо поставил огромную красную железную коробку прямо на кухонный стол. Бдыщ!