«есть тайна того, что называется творчеством»

«есть тайна того, что называется творчеством»

Дорогие друзья, время от времени задаюсь вопросом: почему пишу, для чего, ведь этот труд требует немалого внутреннего напряжения... И однажды на подобный вопрос в одном из интервью очень точно мне ответил священник, который сам является автором многих мудрых книг. Во всемирный день писателя хочется поделиться размышлениями о творчестве и вдохновении кандидата исторических наук протоиерея Сергия Гомаюнова. 

На вопрос: Чем можно объяснить этот момент, что само произведение получается глубже, чем его задумывал автор? – отец Сергий ответил:

- Понимаете, есть тайна того, что называется творчеством. Из Священного Писания мы знаем, что первый творческий акт человек совершил будучи в раю, уже в тот момент, когда он именовал всякую живую тварь, которую Бог ему приводил. Господь же не давал Адаму задания, что он должен сделать, человек сам догадался. Идет перед его глазами Божие творение, он не просто постигает его извне, он постигает его сущность и дает ему имя. Собственно говоря, это и есть основная задача культуры – назвать все своими именами – проникнуть в сущность и дать предмету имя, то есть сущность в словах выразить. Человеку Бог дает такую силу благодатную, это и есть вдохновение, творчество, когда человек проникает в сущность того, что он познает и находит те слова, которыми он этот смысл передает. И культура – это не то, что как некое задание – садись и твори, а то, что человек делал, когда не мог этого не делать.

И великие поэты, великие писатели, великие музыканты они же не могли не писать. Этот процесс для них не являлся неким заданием, по принципу «заставлю себя и сделаю», хотя бывало и такое. Но чаще это естественная благодатная творческая сила, выражающаяся откуда-то изнутри сознания, из души. Поэтому великие творцы культуры в этом отношении - личности особенные, на пророков похожи.

Если вспомнить из Ветхого Завета пророка Иеремию: ему было очень тяжело пророчествовать, потому что он говорил о том, что Иерусалим падет, народ будет отведен в плен. Он застал тяжелейшие времена. Его били, заставляли молчать, издевались над ним. В какой-то момент он говорит: «Господи, я больше не могу пророчествовать». Какое-то время пожил так, а потом вновь ощутил внутреннее призвание: не могу не говорить. Когда Господь посещает пророка, внутреннее горение переполняет человека, оно требует того, чтобы он донес это до других, потому что Господь этого хочет.

Вообще разговор сложился широким: о достоянии русской классической литературы и мировой культуры, о музыке поэзии и воспитании чтением… В преддверии Дня православной книги, который в России отмечается 14 марта, постараюсь, друзья, глубокими мыслями отца Сергия с вами поделиться.