Проклятый престол

Глава 10.3

***

Ее свадьба должна была стать когда-нибудь причиной праздника по всему княжеству. Мед должен был литься рекой, а люди всю неделю гуляний поднимали тост за благополучие молодой княжны и ее супруга. Много чего еще должно было быть по-другому в ее жизни, но судьба распорядилась иначе. Венчание должно было быть быстрым. Оказывается, любая церемония может быть такой, если не нужно устраивать из нее пышный праздник. И хоть Барбара все еще грустила, когда вспоминала отца, она была рада, что траур из-за его кончины наложил вето на праздники, которые касаются только семьи Залеских.

Княгиня Барбара Залеская венчалась в тайне, скрываясь от всего государства, как амбарная мышь, прячущаяся от хозяйского кота.

Она стояла перед священником, боясь дышать, пока он покрывал ее голову узорчатой красной тканью, через которую она могла видеть Яромира. Напротив нее стоял ее жених, вытянутый по струнке, словно на военном построении, а не у алтаря.

Священник монотонно читал обеты, которые должны соблюдать супруги, а иначе их постигнет кара Созидателя, но Барбара слушала его вполуха. В детстве она мечтала о замужестве по любви до того, как  узнала насколько огромен мир и загорелась желанием его увидеть. Ее детские мечты достаются другим, а она выбирает служение государству.

Не лги своему супругу, будь верен ему и телом, и душой, делись тем, что имеешь, и делай все, ради благополучия союза – непреложные обеты Созидателя, которые они давали друг другу.

Княгиня едва слышно прошептала «Согласна», зная, что не совершает ошибку, убеждая себя, что так будет правильнее всего. А внутри что-то обрывалось, образовывало пустоту на месте не окрепшего желания быть кем-то важным для другого человека. Она не могла позволить себе распорядиться своим сердцем, потому что она княгиня. Ее обременял долг и ответственность, возложенные на нее.

«Твое сердце должно принадлежать этому человеку», – подумала Барбара, закрывая глаза, когда Яромир поднял красную ткань с ее лица, чтобы поцеловать, скрепляя их союз. У Яромира были русые волосы, которые любило солнце, и глаза такого светлого серого цвета, что напоминали ей о небе перед грозой. У него был холодный взгляд, но горячее и доброе сердце, способное отдавать больше, чем брать. Так почему тогда, закрывая глаза, Барбара видела копну непослушных каштановых волос, лукавые темно-зеленые глаза и игривую усмешку, принадлежащих црейфлодерскому принцу? Почему проклятое сердце не способно было покориться долгу, как Барбара ему велела?

Ее первый поцелуй был отдан самому достойному человеку в Стражтате. Но ее сердце, похоже, рвалось к самому недостойному человеку в Виридитерре. Губы Яромира были мягкими, и он целовал ее со всей нежностью, на которую был способен. Этим поцелуем она словно бы обещал бросить весь мир к ее ногам, если она только попросит, а Барбара – запутавшаяся и отчаявшаяся – чувствовала, как по щеке прокатилась одинокая слеза, в очередной раз разделяя ее жизнь на «до» и «после».

– Я бы хотел, чтобы это случилось при других обстоятельствах, когда нам бы велел сделать это не долг, – тихо пробормотал ей на ухо Яромир, ловя пальцем ее слезу.

Ей показалось, что он понял больше, чем сказал, потому что на его лице отразилось какое-то невысказанное разочарование. Она смотрела ему в глаза и пыталась почувствовать хоть что-то, кроме благодарности за понимание и молчание.

– Поздравляю вас со вступлением в род Залеских, Яромир, – священник с почтением склонил голову, разорвав воцарившееся молчание.

Они обвенчались не более получаса назад, но в замок возвращались как незнакомцы, практически холодно попрощавшись друг с другом и разойдясь по разным лестницам. Яромир ушел в свои покои, а Барбара в княжеский кабинет. Княгиню съедало чувство вины, ведь Яромир так бережно к ней относился, так искренне дал клятву верности и в целом выглядел очень счастливым. Сама же Барбара до сих пор не могла разобраться в своих чувствах. Все, к чему она приходила, было неправильным и от этого нужно было избавиться.

Княгиня сидела за своим столом, когда дверь в ее кабинет тихонько открылась. Это и вырвало Барбару из круговорота мыслей. На пороге показались Якуб и Михаэль. Они странно выглядели вместе: серьезный и суровый советник в других обстоятельствах не составил бы компанию ветряному принцу. Но чтобы план сработал, нужно работать сообща. И хоть Яромир теперь стал полноправным супругом княгини и вошел в семью Залеских, Барбара решила его в это дело не посвящать. Он был хорошим человеком, но ненавидел црейфлодерцев и, в частности, Михаэля. Когда-то и Барбара не питала к ним теплых чувств, но знакомство с Михаэлем показало ей, что црейфлодерцы такие же люди, а не монстры, которыми бабки пугают своих внуков в сказках. Яромир бы никогда не согласился ему помочь, он бы не понял этого. А это означало, что сегодня ночью Барбара нарушит клятву, которую дала в церкви Созидателя и соврет своему мужу.

– Двойник готов, – без предисловия начал Якуб. – Он отдыхает в покоях принца.

Михаэль уже давно предполагал, что его брат может помешать ему исполнить свои планы, а потому еще несколько месяцев назад, когда только задумал план о своем восхождении на престол, нашел нескольких двойников, которые, в случае чего, могли бы его подменить, если бы брат сделал свой ход. Сегодня вечером Якуб доставил одного из них во дворец. И хоть Барбаре становилось не по себе от мысли, что они подвергают другого человека опасности, она знала, что выбора у них нет. Михаэль убедил ее, что двойник отлично подготовлен и к тому же он талантливый шевалье, а значит, с ним ничего не случится. И Барбара постаралась себя этим успокоить.

Завтра утром двойник вместе с сопровождающими рыцарями Стражтата отправится в Црейфлодер вместо Михаэля. Все они – верные Якубу люди, которые будут знать только то, что жизнь принца нужно охранять любой ценой и каждый из них должен пожертвовать собой ради этого. В таком составе они должны будут добраться до границы, где их встретит црейфлодерская сторона и принц будет передан им под опеку. Но люди Якуба будут следовать за лже-принцем до первого крупного города, где тот должен будет показаться во всей красе, чтобы все знали, что он в целости покинул Стражтат и находится на территории Црейфлодера. До прибытия во дворец дело дойти не должно – семья точно распознает самозванца. Поэтому в столице принц внезапно исчезнет, оставив слугам короткое письмо.