Попаданка. Колхоз - дело добровольное

126

Утром я проснулась с первыми лучами солнца. Господин Орбрен еще крепко спал. И это радовало. Потому что я лежала на его плече, закинув на него ногу и руку. А он обнимал и прижимал меня к себе. Я зажмурилась, может быть, это сон? Но нет...

Наверное, нам было холодно ночью, попыталась я убедить себя, медленно выползая из «постели», зябко ежась от холодной сырости в воздухе. Обильная роса намочила и края попоны, и одеяло.

Прямо над нами влажные листья дуба повисли кончиками вниз, удерживая толстые капли воды и грозя при малейшем неосторожном движении устроить холодный душ прямо здесь.

Стряхнула капли росы с рюкзачка, захватила холстину, заменяющую полотенце, и, приподняв подол измятого сарафана, чтобы не замочить об траву, побежала к озеру. Охладиться. Я же не бревно какое-нибудь... а господин Орбрен далеко не урод... да... если бы не его негодяйский характер...

А вода в озере оказалась теплой, как парное молоко. Теплее, чем воздух, и от этого над поверхностью даже вилась легкая дымка.

Солнце вставало, окрашивая макушки деревьев редкими мазками розового золота, втискивая лучи в редкие прорехи небесной хмари. Ветра совсем не было, и тучи наверху бугрились темными боками влаги. Скоро пойдет дождь.

Это было видно и так, невооруженным глазом, но еще я это знала. Мое обострившееся вчера шестое чувство кричало о том, что дождь будет обильный и затяжной. Я теперь сама себе Гидрометцентр. Как удобно, оказывается, когда у тебя в жилах Древняя Кровь. Интересно, а почему в нашем мире это никак не проявлялось?

- Доброе утро, - перебил мои мысли господин Орбрен. Он, хмурясь и зевая, стоял на мокром от росы камне, на котором я вчера обнаженная расчесывала волосы... А потом поднял угрюмый взгляд и посмотрел на меня. Кошмар меня подери! У меня внутри все полыхнуло так, что казалось вода сейчас вскипит. Ну уж нет! Не дождешься! Я кивнула, отвернулась и поплыла на середину озера. Там прохладнее.

Позади раздался плеск, а потом мимо меня, мощно загребая воду резкими взмахами, пролетел господин Орбрен. Меня снова кинуло в дрожь, либидо, казалось сошло с ума, возжелав непременно заполучить этого негодяя в свои лапы. Срочно рванула на берег, прочь от этого негодяя.

- Малла, - недовольно окликнул меня он, - чтобы никто не мог читать тебя, ты должна мысленно оградить себя стеклянными стенами...

Какой позор! Я мгновенно выставила между нами пластиковое окно. Большое, трехстворчатое. Машинально, как-то само получилось. А потом подумала и окружила себя со всех сторон такими же окнами.

Сразу стало легче дышать. Желание не ушло, но стало как-то глуше. А вот стыд... я покосилась на господина Орбрена, который тоже уже плыл к берегу, ведь он «слышал» мои неприличные мысли. Какой позор!

Быстро обтерлась одной половиной холстины, натянула сарафан и, стуча зубами от холода, побежала к костру. Хотелось согреться и поесть. У меня в рюкзаке остались огурцы и помидоры.

Кажется, я все таки разбудила господина Орбрена, когда выползала из его объятий, потому что он уже развел огонь, вбил в землю ветку с сучком и достал из своих сумок мешочек с цветочной кашей. Словно намекая, что нужно согреть воду и заварить эти треклятые цветочки. А в чем? Я огляделась, никакой посуды. Хоть в горсти воду грей.

- Залезай под одеяло, - господин Орбрен подкрался неслышно, - холодно же.

Обошел меня и подвесил закопченный котелок над костром. А совсем мокрую холстину на ветку... и тут я покраснела. Я же раньше так делала, когда мы с зайкой-алкоголиком купаться ходили: вытиралась одной стороной полотенца, а он другой. И сейчас поступила так же. Неосознанно. Кошмар меня подери! Хорошо, что окна так и стоят вокруг меня, закрывая мысли.