Dnr 2 (не реанимировать)

Глава 55

Дана не шутила! Ни про еду, ни про стационар, ни про больницу.

Стоило ей появиться на пороге палаты, я выла как хочу домой, как скучаю по псу и что здесь неудобная подушка, но она хоть и сменила гнев на милость, уперто не забирала из больницы. Иногда я даже подумывала о побеге, но страх, внутренний, глубинный, вновь увидеть в ее глазах тот ужас и разочарование, останавливал.

А спустя пару дней на свет появилась Варечка. Светловолосая крошка с пронзительными глазами, как у отца. Это маленькое чудо смотрящее на меня сквозь экран телефона казалось игрушечным, кукольным, каким-то не настоящим. И тогда, желая увидеть будущую крестницу, я захотела выйти из больницы сильнее прежнего.

Изо дня в день я смиренно следовала указаниям врачей, не споря заглатывала пилюли и проходила осмотры. Послушно запихивала в себя бульоны, лимонное печенье и все что мне привозили. А спустя полторы недели, на пороге палаты, сжимая в руках крошечный кулечек появилась улыбчивая веснушчатая девушка.

Тот день яркой краской отпечатался в памяти. Я визжала от удовольствия и закрывала рот руками переживая что могу разбудить, боялась дотронуться и тянула навстречу ладони. В тот день, заботливо поддерживая дрожащими от страха руками крошечную головку я наконец вздохнула набрав в легкие кислород и смогла всплыть.

Они приезжали каждый день, баловали рассказами про Тимошу, который позволял себе бесчинство и вовсю отрывался на моих кроссовках со шнурками. Привозили книги и домашнюю еду, которая по сравнению с пресными больничными кашами была просто божественной.

Дана почти жила у меня. Перепугавшись больше меня самой, она словно боялась оставлять меня в одиночестве. Время от времени с моих губ так и слетали шутки, про то что я буду счастлива когда она уже наконец свалит в свой Крым или ей надо поставить кровать и тогда, можно никуда не уезжать совсем.

Но если быть честной, за шутками я прятала страх, ведь до жути боялась снова остаться в одиночестве, даже не осознавая до этого как отчаянно нуждалась в том, кто бы поддерживал или просто был рядом.

Все свободное время мы шатались по больнице, опустошали кофейный автомат, обыгрывали стариков в карты, смеялись вспоминая детство, много говорили, спорили и плакали. По большей части плакала я и это, странным образом помогало. Оказалось, когда открываешься, делишься своей болью с тем кто тебя понимает становиться легче. А мир? Мир не рушился от тех слов, что я произносила. Подруга не отвернулась от меня решив что я опустилась в ее глазах. Дана все так же обнимала и была рядом, разделяя груз, что я пыталась тянуть в одиночку.

Как оказалось время не шло вспять, оно бежало, неслось стремительно летя вперед и жизнь летела вместе с ним. Остановилась лишь я, будто зависнув в одной точке, пока в жизнях людей вокруг появлялись новые знакомства, увлечения и горизонты.

Смс от Даны были завалены вариантами интерьеров, фотографиями Крыма и новым увлечением фитодизайна. Ксюша вела дневник своей беременности и даже соседка по парте отправляла обеспокоенные строчки, переживая все ли со мной хорошо. Жизнь двигалась, она продолжала свой ход отмеряя дни календаря, часы шли не дожидаясь пока я вырвусь из сна.

Так что, отчасти я даже была рада, что застряла в больнице. Мозг прояснился, стал кристально ясным и вместе с больными воспоминаниями у меня было время подумать! Много времени! Целые бессонные ночи, под пикающий звук приборов я проводила размышляя.

Обдумывая все произошедшее за последние месяцы я ясно осознала, что лопата которой рыла яму, была в моих руках. Ведь я сама оборвала те отношения решив что больше ничего нет. Сама отталкивала его каждый раз стоило Кириллу появиться у меня на пороге. Даже тут, в больнице, не осмелилась заглянуть ему в глаза, попросив медсестер не пускать его. Но так бережно, старательно хранила перелистывая все воспоминания в голове, что сама не могла отпустить.

Осознание накатывало с каждым днем все сильнее, становилось отчетливым и прозрачным. В тот первый день Дана была права. Все это время я не выздоравливала, не делала себе лучше. Когда надо было идти двигаясь дальше, учиться жить без него я тупо зависла в подвешенном состоянии. Убивала себя затуманивая мозг, погружаясь в омут. Это было так, словно я возненавидела саму себя, словно пыталась наказать, за то что считала отчасти и своей ошибкой.

⠀⠀⠀⠀⠀

Домой забрали неожиданно. В один из дней Дана приехала сжимая в руках дорожную сумку. Я даже смирилась, перестала пытаться и умолять, но увидев размашистую роспись врача на листке выписки не смогла сдержаться. Уже и не помню когда так визжала прыгая от счастья, мечтая избавится от тошнотворной овсянки и въевшегося в одежду запаха медикаментов. Пока такси медленно отдалялось от здания больницы улыбка не сходила с лица.

Стоило переступить порог квартиры, я не поверила своим глазам. На встречу выбежал не щенок, даже не подросток, огромная белоснежная махина достававшая почти до коленок. Прошло всего три недели, а он уже так вымахал! Мне показалось я мать кукушка упустившая детство ребенка. Я даже заявила что моего милого щеночка подменили на эту громадину. Но громадина была явно с этим не согласна и повалив на пол старательно вылизала все лицо щекотя кожу волосками белой шерсти. Я выдохнула довольно хихикая, расплывшись в счастливой улыбке ведь теперь, я была дома.

⠀⠀⠀⠀⠀

С грустью я думала, что снова придется отстаться в одиночестве. У Ксюши ведь дитя, подготовка к поступлению и куча забот. У Даны муж и дом с голыми стенами. У всех своя жизнь и было бы слишком эгоистично перетянуть одеяло на себя, но они остались.

Дана заявила, что не никуда не вернется пока не убедится что со мной все в порядке, а Ксю, приезжала как только выдавалась свободная минутка и улыбаясь уверяла что скоро мы сами ее выставим устав слушать жалобы о бессонных ночах.

Но я не уставала, я готова была слушать их вечно. Проснувшаяся совесть перемешалась с восторгом и упавшим камнем с сердца. Я не одна! Они рядом! Мне даже отговаривать их не хотелось.