Безымянный Бог или История одной учительницы

3.4

К неудовольствию Кринта в СОШ девушки не оказалось. Зато там было множество других девушек, желающих познакомиться с гвардейцем и это очень сильно осложнило дальнейшую работу, потому как узнать что-то было необходимо, но требовалось пробиться через совершенно нерабочие мысли представительниц прекрасного пола.

Хотя назвать их прекрасными было крайне сложно. Стараясь не кривиться, когда очередная девица буквально повисла у него на рукаве, Кринт мысленно вспомнил Катрианэлль – прекрасную и утонченную эльфийку из дома Трие. Легкая улыбка сама собой появилась на его губах и это позволило не прослыть среди этих девиц «надменным и самовлюбленным ушастым». Хотя, если быть откровенным, Кринту было всё равно на отношение каких-то человеческих женщин. Но работа. Она заставляла быть вежливым и доброжелательным.

- Стало быть, вы не знаете, куда могла пойти Мария Григорович?

- Мария очень ветренная особа, господин гвардеец, - заглядывая в глаза, как можно честнее проговорила светловолосая человеческая девушка. Она слегка покусывала нижнюю губу, когда ей казалось, что эльф ее не видит и бросала многообещающие взгляды. И этим вызывала еще большее отвращение. – Она часто опаздывает на свои уроки, мало с кем общается и совершенно дикая.

- Как же тогда она закончила Академию, мисс Аника? – вкрадчиво спросил эльф, оборачиваясь к девушке. Он старался не приближаться к ней слишком близко. Терпкий запах ее духов был отвратительно сладок.

Кринт начинал злиться и ему не нравилось это чувство. Работать с людьми оказалось чересчур сложно и невероятно утомительно. Их слабо развитый мозг и полное отсутствие собственного достоинства побуждало пойти и подать документ на отстранение от этого задания. Но Кринт понимал, что ему осталось совсем немного до повышения и не хотелось вот так просто отдать своему главному сопернику, ненавистному Рою Болливэлю, должность.

- У нее были весьма теплые отношения с преподавателями мужского пола, господин гвардеец, - почти прошептала девушка и эльф слегка дернулся – задумавшись, он не заметил, что эта блондинка оказалась на расстоянии вытянутой руки. – Я даже завидовала ей, господин гвардеец. За учебой и работой совершенно нет дел…до любовных переживаний. Столько дел, - едва слышно прошептала она, вытягивая руку и касаясь пальчиками плаща. – Но все не так распутные, знаете ли, господин…есть девушки, которые мечтают о любви…

Кринт не шевелился, не сводя глаз с человеческой девушки, осторожно, словно спрашивая разрешения, касающейся пальцами плаща, застежки, а затем и рубашки. Сегодня он не надел доспех, а потому девичьи пальчики легко пробежались по ткани, а серые глаза быстро стрельнули на эльфа, проверяя выражение лица. Слегка растянув края губ в подобии улыбки, Кринт с интересом наблюдал, как Аника дрожащими пальцами водит вокруг пуговичек, не решаясь продолжить.

- Не бойся, - шепчет эльф, наклоняясь к самому уху девушки и она, закусив губу, расстегивает медленно его рубашку, оголяя грудь. Ее пальчики касаются кожи и эльф не сдерживается, закусывает изнутри губу, а затем тихо, но с повелительными интонациями шепчет на ухо девушки, обдавая жаром дыхания: - на колени.

Она с удивлением резко вскидывает голову, вглядываясь в глаза эльфа и ловит магическую волну. Смущается, покрываясь румянцем, и осторожно, проводя руками по рубашке вниз, опускается на колени. Внутри нее цветком распускается стыд и неприкрытое желание. Ее губы слегка приоткрыты от возбуждения, в глазах – пелена.

Кринт медленно, с чувством, берет девушку за волосы и сильно сжимает в своем кулаке, подтягивая ее голову чуть ближе к своей, слегка склонившись. Разглядывает ее несколько мгновений. Такую податливую, такую готовую.

- Подстилка. Твое место на коленях подле господ, шиаль.

И ухмыляется, с отвращением откидывая от себя девушку.

- Ох! – вскрикивает она, отлетая к стоящему неподалеку столу и ужас, с нотками горького стыда и обиды, просыпается на дне ее серых, как пыль на улицах Брока, глазах.

Эльф достает белоснежный платок из незаметного кармашка и с нескрываемым отвращением протирает свои пальцы, не сводя взгляда, полного омерзения, с девушки. Застегивает пуговицы. Медленно, чтобы девушка снова смотрела от него, не отводя своих глаз.

Лицо блондинки покрывается розовыми пятнами, но она не способна не смотреть. Магия, такая страшная и сильная, не дающая отвернуться и спрятать свой стыд, разглядывая столы и стулья. И Аника смотрит, не сводя глаз. Ее губы дрожат, она готова заплакать. Но не может, не в силах сделать хоть что-то. Цепкие лозы магического заклинания крепко держат ее, душат и убивают волю и чувства.

- Свободна, - словно плевок в сторону девушки, и она сжимается, подтягивая к себе колени. Заходится в молчаливом крике, неспособная плакать, когда гвардеец выходит из комнаты.

Кринт торопливо сбегает по ступенькам СОШа, пытаясь отделаться от чувства гадливости. Он поставил глупую девчонку на место, что было правильным, пусть и грубым. И это не давало ему покоя. Да что с ним?

Этот Штоль-Брок, в котором он никогда не был и никогда бы не захотел еще бывать. Воздух. Люди, бродящие там и тут. Спешащие по своим делам запачканные дети, которые давно не знали слов «мыться» и «быть чистым». И множество других рас, не замечающих всего этого. И так мало эльфов.

В Эдинберге Кринт старался походить на них. Старался во всем, каждое мгновение, каждый вздох. И ему казалось, что он стал эльфом до конца, до чертовых «недостаточно длинных» ушей, которых он так стыдился в детстве.

Но вот правда. Горькая глупая правда, которой Кринт не смог избежать. Здесь, в городе людей, чувства и эмоции вновь вернулись к нему, ворвались так резко, что заставили пошатнуться и сбиться с пути.