Искусственный демон

Глава 3

Постарайся выудить из него как можно больше 

Прохлада майской ночи и ясное небо с полной луной должны были умиротворять меня. Как бы ни так! Бледно-желтый блин, нависший над головой, действовал на нервы! Взгляды прохожих лишь подливали масла в огонь. Каждый встречный считал своим святым долгом выкатить глаза из орбит, как выброшенная на берег килька, и осмотреть меня с ног до головы. Да, девушка в облитой кофе блузке имеет право ходить по городу босиком. На одном из моих туфель сломался каблук. Сказать, что я была в ярости, значит не сказать ничего.

Впереди предстоял неприятный разговор с Марком, который не очень-то беспокоил. Его вопли я как-нибудь переживу, не впервой. Подумать только: у меня отобрали машину! Самым наглым образом! Подарок он на то и подарок, чтобы не переходить из рук в руки, как эстафетная палочка! Подумаешь, увидел меня с другим! Накричал, замахнулся, даже кофе из бумажного стаканчика выплеснул на блузку (новую, между прочим) – неприятно, но простительно. Причем здесь машина?! За неполный месяц она успела стать продолжением меня! Моя ласточка!

Я подарила этому тучному недоловеласу два месяца своего времени, хотя от одного вида его трех подбородков хотелось выблевать свое отвращение в ближайший куст. Да этот бизнес-поросенок должен быть благодарен за то, что мечта всей его жизни (а суккубов влюбленные мужчины воспринимают именно так) позволила держать себя за руку, обнимать и даже однажды поцеловала в благодарность за подаренную машину, а не портить ее дорогие вещи горячим капучино! Жаль, что я не успела включить обаяние до того, как потерпела обжигающее кофейное фиаско.

Сегодняшний провал оказался двойным, поскольку второй паренек – слегка зажатый и излишне романтичный сынок хозяина сети аптек – тоже предпочел ретироваться. Наверняка испугался, что озверевший центнер амбициозного и самовлюбленного жира в порыве ревности придавит его собой, сплюснув внутренности в кашу. Я бы тоже сбежала на его месте.

Надо бы восстановить отношения с этим сгустком комплексов. Придется применить немало магического обаяния. «Включить суккуба», как я это называю. С жиртрестом Костей – владельцем автосалона – уже не помириться. Слишком уж он сердит на меня. С этим боровом даже суккубья магия бессильна. Хорошо, что задание Вяземского выполнено, и самовлюбленный хряк согласился отчислять немалую сумму так называемой «крыше», настойчиво рекомендованной князем каждому крупному предпринимателю. Жаль, с личной выгодой не выгорело.

Ощущая обожженной кожей на груди мокрую ткань блузки, я горела неистовым желанием догнать наглого борова и сделать его еще более мерзким, чем он есть сейчас. Понадобится лишь немного его крови, всего три руны, моя жажда мести, и вся кожа жиртреста покроется тошнотворными гнойниками. Я бы с удовольствием провернула это, если б не была так вымотана.

За три с половиной года, прошедшие со вступления в «Вязь», мне многое пришлось постичь, и древние славянские руны стали основой всех моих знаний о магии. Они не так полезны в бою, как активная магическая сила, но незаменимы для защиты. Руны наносят заговоренным в полнолуние мелом. Без него они – лишь сакральные знаки, дошедшие до нас со времен поклонения предков языческим богам.

Древние славяне верили, что тот, кто овладеет рунами в совершенстве, получит способность говорить с богами и обретет невиданную силу. Создателем рун издревле считают Велеса. Уж не знаю, правда это или вымысел, но всё же склоняюсь к первому варианту. Наши предки были уж явно поумнее нас – детей современности, променявших знания сотен поколений на электричество.

Народная вера в необычайную мощь этих символов была настолько велика, что их рисовали несмотря на страх перед потусторонними силами. Руны выжигали на дереве, чертили на бумаге и коже, вышивали на ткани, рисовали на стенах домов и наносили на оружие. Маги и ведуны знали их лучше алфавита и могли начертать, даже лишившись зрения. Столетия сменяли друг друга, совершенствовались заклятия, но ни одна из рун не была изменена. До наших дней эти восемнадцать символов дошли в своем первозданном виде, созданные предками совершенными и законченными.

Когда в паспорте вместо приписки «не имеет магической силы» появилось слово «маг», мне стали доступны все секции библиотек, куда немощные никогда не допускались. Я наконец смогла углубиться в практическую магию, о чем так долго мечтала. Денис обучил меня азам красной магии, показав, что даже смертельно опасную силу можно укротить и обратить в свою пользу. Мир волшебства заиграл ранее запретными, теперь же – столь желанными яркими красками.

Когда надоело сбивать ноги об асфальт, я остановилась на обочине и огляделась. Неподалеку был припаркован представительный серебристый седан, в багажник которого старательно утрамбовывал пакеты с продуктами мужчина лет сорока. Он выглядел уставшим, но вполне доброжелательным. Придется ему сегодня немного опоздать домой.

Еще раз взглянув на горящую разноцветными огнями вывеску огромного магазина, я в который раз поразилась тому, как за каких-то шестьдесят восемь лет волшебники умудрились растерять весь свой налет таинственности. Электричество, автомобили, компьютеры, кофе в бумажных стаканчиках и прочее-прочее-прочее настолько укоренились в жизни магов, что вытеснили собой те древние традиции, которые столетиями берегла каждая семья Вельграда.

В пятьдесят втором году прошлого века произошло знаковое событие в истории всего населения Земли. Не успел мир оправиться от Второй мировой, как содрогнулся от очередного потрясения. И вновь всё началось с Польши, точнее, с города Познань. Во время ярмарки на глазах у двух сотен людей огненным шаром был убит глава польского города магов. Телохранитель мгновенно обезвредил преступника, но его неосторожное использование телекинеза на глазах у толпы стало отправной точкой будущих перемен.