Выжить. Остаться собой.

Глава 1.

Глава 1.

- Олесь, это была уже шестая попытка, - неловко начал Вадим. – Может, пора остановиться?

- Остановиться? – повернулась к мужу, смотря непонимающе, с недоумением. – Что значит остановиться? Ты больше не хочешь ребенка?

- Хочу. Как и прежде. Но… наша жизнь больше не похожа на ту, о которой мы мечтали. Вспомни, как мы любили гулять вечерами и на выходных, вспомни наши уютные посиделки за просмотром телевизора, вспомни наши походы… Теперь ничего этого нет. Иногда мне кажется, что и нас уже нет. Одни анализы, УЗИ, гормоны, врачи, клиники эти все время!

- Вадим, но ведь все это для нас. Для нашей семьи. Чтобы у нас появился ребенок.

Мои губы задрожали. Неудачный момент муж выбрал для разговора. Только час назад я узнала, что очередная попытка оплодотворения провалилась, яйцеклетка снова не прижилась. Мне и так, честно говоря, плохо, а тут еще такие разговоры.

- Олеся, - Вадим съехал на обочину и включил аварийку. Муж повернулся ко мне и взял ладошки в свои руки. – Олеся, я тоже хочу ребенка, но я устал. Очень устал от врачей, клиник и бесконечных анализов. Да у нас секс только в положенные дни! Я так больше не могу.

- А я не устала? – выдернула руки, тут же заводясь. – Это меня, вообще-то, пичкают гормонами. Меня тыкают иголками, мне подсаживают яйцеклетку за яйцеклеткой.

Вадим отвернулся, я видела, что муж старается сдерживаться, но меня уже несло. Последние три года выдались очень сложными, а этот месяц, полный изматывающего ожидания и подавно. И у меня не осталось сил, и у меня опускаются руки, но ведь все это не просто так. Ведь все, чтобы у нас появился малыш.

Почувствовала, как по щекам потекла соленая влага. Смахнула слезы и упрямо сжала губы. Я не отступлюсь, не сдамся!

- Думаю, нам стоит пожить какое-то время раздельно, - глухо выдал Вадим, глядя в окно.

Он сказал это так тихо, что я не сразу поняла смысл его слов. А когда поняла… меня словно током прошило. Пожить отдельно?

- Что? Я… не услышала. Что ты сказал?

- Все ты услышала, - Вадим повернулся. Муж выглядел уставшим, осунувшимся и каким-то потерянным. – Я хочу пожить отдельно. Устал. Прости, Олеся, я старался, честно старался, но больше так не могу. Три года я живу только работой и клиниками. Мы почти не общаемся, никуда не ходим, не встречаемся с друзьями. Все деньги уходят на ЭКО. Мы даже в отпуск съездить не можем.

- В отпуск? – переспросила оторопело. - Вадим, какой отпуск, если мы так хотели ребенка?

- Хотели. Но, видимо, не пришло еще время. Можно было взять малыша из приюта…

- Но я не хочу из приюта! – перебила, не веря, что этот разговор вообще состоялся. И когда? Именно сейчас, в тот момент, когда мне и так плохо! – Я хочу своего ребенка! Понимаешь, своего!

- Завтра я перееду к отцу, - Вадим снова завел машину и включил поворотник. – Нам стоит отдохнуть друг от друга хоть немного.

- Но так нельзя! – выдохнула, не веря тому, что слышу. – Мы же семья, Вадим. Ты не можешь уехать.

- Уже три года мы не семья, а бракованный инкубатор! – слова мужа хлестали наотмашь. – А я так больше не могу! Хочу встречаться с друзьями, хочу пить пиво, хочу вспомнить, что все еще молод!

- Пиво? Так в этом дело? Но ты ведь знаешь, что алкоголь плохо влияет на сперматозоиды…

- Знаю. И больше не хочу об этом думать. Мне нужен перерыв.

- Я, мне… а мне? Что нужно мне ты не подумал? – я заводилась все сильнее. Уже просто кричала, не стараясь сдерживаться.

Вадим на меня даже не смотрел, полностью сосредоточившись на дороге. Вся его реакция заключалась только в сомкнутых плотно губах.

- Вадим, да посмотри же на меня! – в истерике дернула за руку, которой он держал руль.

- Спятила? – муж кое-как выровнял вильнувшую машину и все же повернулся ко мне. – Разбиться хочешь?

В этот момент нас обоих оглушил мощный гудок и уже в следующую секунду - сильнейший удар. Последнее, что успела заметить – огромный оранжевый грузовик, в бок которого мы влетели со всего маху.

Как ни странно, я помнила удар, помнила ссору с Вадимом, но вот что дальше – нет. Ничего, пустота. В себя пришла раньше, чем смогла открыть глаза. Поначалу тело ощущалось словно деревянным, непослушным, будто чужим. Я слышала голоса, разговоры, смысл которых от меня ускользал. Странные звуки, шум. То приходила в себя, то снова ускользала в забытьи. Иногда мне давали попить. Голову приподнимали не слишком бережно и сквозь потрескавшиеся губы в рот текла теплая противная жидкость.

Не знаю, сколько провела в таком состоянии. День, два, неделю? Сначала удалось пошевелить пальцами на ногах. Долгие часы это было все мое развлечение – ленивые движения то одним пальцем, то другим. Потом открыла глаза. Моргнула пару раз, веки поддавались тяжело, натужно. На этом подвиги этого дня завершились. Сознание снова поглотила черная воронка. Но уже в следующий раз я смогла сжать кулак, в ладонь впились какие-то веточки. Удивление этого открытия и заставило пошире распахнуть глаза. Взгляд уперся в потемневшие неструганые доски.

А еще запах. Дым. Это был дым. Вонючий, едкий, не дающий вдохнуть полной грудью. Отмахнулась бы, да руки пока не хотят слушаться.