Фирка и волшебная манная каша

Фирка и волшебная манная каша

Жила-была ведьмочка.

Нос торчком,

волосы пучком,

глаза с огоньком.

Носила она колпак дугой,

башмаки с дырой,

платье до пят –

вот и весь наряд.

Вся в сером, как грозовая туча. А звали её Фирка.

Но это только с виду ведьмочка была такая ужасная. Внутри у неё скрывалась воздушная, сладкая, бело-розовая, словно сахарная вата, душа. Только душу так просто не разглядишь, её по поступкам обычно видно. А поступки-то у Фирки хромали.

Встанет она с утра: зубы не почистит, волосы не расчешет, поплюёт на ладошки – умылась немножко.

Теперь бы позавтракать, а нечего!

В кастрюле пусто,

в чугуне пусто,

да и в погребе не густо –

одна гнилая капуста.

Сунет Фирка нос в печку, чихнёт пару раз и из дома вон, на солнышко. Греется, будто кошка, на лавочке, с воронами болтает о том о сём, диким яблочком перекусит – так до вечера время и проходит.

Долго бы это продолжалось и ещё дольше, да завелась в доме Чумазка.

Выбрала угол потемнее,

погрязнее и поселилась там самовольно –

и довольна.

Сама чёрная-пречёрная, только глаза жёлтым горят, словно два огонька. Поначалу Фирка её не замечала, а потом обнаружила на полу странные следы – так и познакомились. Места в доме полно, отчего бы не потесниться?

Вот только Чумазке одного яблока в день маловато. Как оголодала, быстро за дело принялась: сперва умяла один за другим все стулья,

потом стол,

после – котёл,

ложки и вилки ушли за присест

и над кроватью пыльный навес,

солонка,

маслёнка,

печная заслонка,

лавка

с забытой на ней безрукавкой,

книжная полка пошла на добавку…

А за буфет Чумазка схватилась –

даже не подавилась!..

Что Фирке стол и буфет, она третий день в одном башмаке ходит – другой-то Чумазка проглотила. Совсем обленилась.

А Чумазка как перекусит, так сразу растёт. Сначала была не больше котёнка, потом вымахала с собаку, скоро с печкой сравнялась, а после в потолок упёрлась и ни туда ни сюда – застряла. Захотела Фирка вечером в дом зайти, а дверь не открывается. В окно сунулась, а оттуда шерсть чёрная торчит.

- Пусти! – кричит Фирка. – Это мой дом!

А Чумазка рычит, фырчит, есть захотела – заревела:

- Ам! Ам! Ам!

Вот тогда-то Фирка и спохватилась. Села на лавочку и задумалась: как же в дом-то попасть? К ночи на улице стало холодать… А с другой стороны, что теперь с Чумазкой делать: не покормишь – совсем оголодает. А как кормить? Где у неё рот теперь? Совсем Фирка озябла, так ничего и не придумала, легла спать прямо на лавочке.

Да только как тут заснуть, когда из трубы вдруг дым повалил: сначала фиолетовый, потом зелёный, красный, оранжевый, а напоследок – синий. И жёлтые искры во все стороны посыпались!

Вороны закружились над домом:

- Кар-р! Кар-р! Пожар-р!

А Фирка за голову схватилась: добралась, значит, Чумазка до волшебной палочки – она как раз где-то на чердаке валялась, паутиной покрывалась. Теперь что угодно случиться может.

До утра Фирка вокруг дома ходила, кончик колпака жевала от волнения – никакого настроения. А как рассвело, в животе у неё громко заурчало: вспомнилась вдруг каша, которую бабуля когда-то на завтрак варила – манная, с кусочком маслица и ложкой джема на краю тарелки, вишнёвого. Фирка даже за палец себя укусила, так ей каши той захотелось. Всё бы отдала хоть за одну ложечку!

Чумазка словно почуяла запах Фиркиных мыслей – завыла ещё громче и жалобней.

- Ну, будет тебе, - попыталась успокоить её Фирка. – Сварю я тебе манной каши, сварю. Знать бы только, как и из чего…

- В деревню тебе нужно, - посовещавшись, заявили вороны. – Там есть магазин.

- Далековато, - задумалась Фирка. – Для одного-то башмака. – И пошевелила пальцами в дырке.

- А метла тебе зачем, ведьмочка? – И вороны расхохотались: - Кар-ха-ха! Пешком она собралась!

И правда – спохватилась Фирка: на метле-то скорей выйдет. Только где ж она?

Повертелась,

осмотрелась:

огородное пугало,

три грядки с чахлой морковкой,