Фея некромантской общаги 

Глава 2. Добрая фея, злая фея

Мария Спиридоновна очень надеялась, что феи еще не прилетели и она успеет обсудить с Эртонизой, как надо вести себя на встрече. Но удача в очередной раз показала ей свой роскошный тыл, и, когда они с Лэри пришли в кабинет к ректору, три дамы с крылышками уже сидели в мягких креслах, расположенных напротив стола драконицы.

Марья помнила, что раньше феи, становясь размером со среднего жителя мира, принимали вид невысоких старушек, так как эта трансформация была доступна достаточно взрослым феям. Теперь же, благодаря, как она слышала, улучшенному эликсиру молодости демонов, они поражали молодыми кукольными личиками без единой морщинки.

— Это, по-видимому, ваш секретарь? — Миниатюрная брюнетка в алом дернула крыльями и голоском утомленной ожиданием примадонны потребовала: — Милейший, принесите нам чаю, горячего шоколада и того, что принято к ним подавать в приличном обществе, встречая званых гостей!

Она так выделила голосом слово «званых», что Марья почувствовала себя лишней в кабинете, незваной персоной, нагло заявившейся не вовремя. Фею можно было бы назвать хорошенькой, если бы не кислое выражение узкого личика. Ее талия была затянутой настолько сильно, что казалось — ее можно обхватить ладонями.

— Гортензия, мы все-таки в гостях, хоть и позвали нас по делу. Не стоит распоряжаться в чужом доме, — мягко заметила блондинка в васильковом. — Думаю, госпожа ректор и сама бы отправила секретаря за напитками.

Эта фея была похожа на фарфоровую немецкую куклу. Кругленькое личико с бледной кожей, тонкие брови над огромными небесно-голубыми глазами и чуть вздернутый аккуратный носик. Платье свободного покроя лежало мягкими складками, что еще больше придавало ей сходства с куклой.

— Дамы, прекратите препираться из-за мелочей. Вы только посмотрите на это. — Шатенка в ярко-желтом платье невежливо ткнула пальцем в Марию Спиридоновну. — Наши крылья, магии под завязку, при этом считает себя человеком и поэтому все еще человек! Это ведь ее наши девочки за эликсир возвращали?

Каштановые волосы, судя по всему, были гордостью данной феи. Старательно завитые и уложенные в прическу, они струились по плечам. Эта дама, видимо, любила быть в центре внимания, о чем свидетельствовали довольно смелое декольте и ярко-алая помада. Крылья у всех фей, к удивлению Марьи, были почти прозрачные, с перламутровым отливом, и совершенно одинаковые.

— Мальва права. — Блондинка достала лорнет в позолоченной оправе и сквозь его стеклышки окинула замершую у двери фигуру Марьи. — Странно. Видимо, за этим нас и пригласили? Помнится, вернулась эта женщина из старушки там в младенца здесь. — Она убрала лорнет и повернулась к ректору. — В ней была связующая нить с феями для магического перемещения, но своей магии не было ни капли. Нам бы хотелось знать, что привело к тому, что мы видим сейчас.

— Виола, ты меня удивляешь. — Брюнетка скорчила гримаску и фыркнула. — Я так понимаю, эти сведения и будут ценой нашего вызова. И не думаю, что они того стоят.

— Ну что ты, дорогая. — Блондинистая Виола опять попыталась смягчить резкость своей напарницы. — Думаю, нам это пригодится. Скорее всего, им понадобится наша помощь, так что еще что-нибудь предложат. — Она приняла из щупальцев Лэри чашку с чаем и улыбнулась, показав ровные белые зубки.

Замершая у двери сусликом Марья заметила и раздражение Эртонизы, и то, как на первую реплику красной Гортензии ректор кивнула своему секретарю, чтобы он распорядился о напитках. Наверное, драконица догадывалась, чего ожидать от этих особ, и специально вела себя так? Ответа на этот вопрос Марья не знала, но зато понимала, что ректор точно на ее стороне. По крайней мере, пока она здесь работает. А значит, надо помолчать, если не спрашивают, понаблюдать и подумать.

Расположившиеся в креслах феи с чашками наконец притихли и вопросительно уставились на молчавшую Эртонизу.

— Мария Спиридоновна, проходите и присаживайтесь. — Ректор кивнула Марье, и та, бочком проскользнув к ближайшему стулу, робко опустилась на край. Гортензия на ее маневры презрительно фыркнула в чашку, Виола укоризненно покачала головой, а шатенка Мальва даже не глянула в ее сторону, наблюдая за Эртонизой.

Марья покраснела от смущения и злости на себя за свою робость, но почему-то эти три дамы вызывали у нее крайне неприятные ощущения. Под их взглядами ей казалось, что она лабораторная мышь, которую они сейчас начнут препарировать для изучения появившихся у нее необычных свойств. Чтобы отвлечься, она начала думать об их цветочных именах и цвете платьев. По ее мнению, имя Гортензия мало подходило брюнетке, скорее Роза, напыщенная и колючая, тогда бы алое платье очень соответствовало. Почему-то она напоминала Марье испанскую Кармен, своевольную, капризную и уверенную в том, что все тореадоры и быки должны валяться у ее ног. Блондинке имя Виола подходило больше, но оно как-то ассоциировалось у Марии Спиридоновны с фиолетовым цветом. Несмотря на внешнюю мягкость и кажущуюся приветливость, она была, скорее всего, такой же красивой, бездушной и холодной, как фарфоровая кукла. Мальва же была очень внимательной и энергичной, казалось, от ее цепкого взгляда не ускользнет ни одна мелочь. Ярко-желтое платье с именем не гармонировало, но очень подходило самой шатенке. Из всех троих она казалась самой настоящей, но это не делало ее более приятной. Она постоянно поправляла свои локоны, разглаживала кружево на манжетах, что не мешало ей за всеми следить и делать свои выводы о каждом. Раздумывая над тем, какое имя она бы дала третьей фее, Марья как-то пропустила начало разговора и очнулась от своих мыслей, только когда услышала знакомые слова предсказания. Над столом Эртонизы из сферы шла проекция произошедшего перед дворцом. Со стороны это выглядело как крутые спецэффекты в блокбастере. Трудно было осознать, что фигурка в слепящей вспышке с отрастающими крыльями — это она сама, а голос горгула, сопровождающий изображение, вызвал у нее нервную дрожь.

— Чей это голос? — тут же среагировала Мальва, насторожившись и сразу отложив на тарелочку только что надкушенное пирожное. — Очень необычная подача текста предсказания, так уже давно никто не делает. И кстати, хотелось бы увидеть артефакт, а еще узнать, где ваша работница его взяла. — Она опять поправила волосы.

— А мне бы хотелось узнать, как помочь Марии Спиридоновне найти контакт с этой магией без вреда для окружающих и какие перемены все это принесет в ее жизнь. Также хотелось бы услышать, что вы можете предложить для того, чтобы она могла дальше выполнять свои обязанности. Мне бы не хотелось лишиться такого прекрасного коменданта, — ответила на это Эртониза.

— Обмен информацией. — Блондинка Виола задумалась. Она аккуратно поставила свою чашку и, переглянувшись с остальными, продолжила: — Хорошо. Вы ответите на наши вопросы, чтобы прояснить ситуацию. А мы взамен предложим свое видение развития событий.

— Мария Спиридоновна, — обратилась ректор к Марье, — расскажите нашим гостям о том, что с вами произошло в развалинах.

Решив, что Эртонизе лучше знать, как поступить, Марья послушно, но коротко рассказала о горгуле, испытаниях и шкатулке. Феи возбужденно затрепетали крыльями и запереглядывались, а когда им показали артефакт, заключенный в изолирующую сферу, то они и вовсе склонились друг к другу, чтобы пошептаться. Видимо придя к какому-то решению, они еще раз окинули взглядом Марью, и Виола сказала ей:

— Мы думаем, что вам надо отправиться к ледяной ведьме. Одно из ваших видений явно на это указывает. Женская рука на камне, видимо, принадлежит ей, а камень — артефакт фей, оставшийся от тех времен, когда в этом мире жили не только цветочные феи. Вы принесете нам от нее артефакт, а мы поможем вам с вашей магией.

— А что это за артефакт? — Мария Спиридоновна после шкатулки как-то не рвалась снова брать в руки неизвестные магические штуковины.

— А вот это тебя волновать не должно! — тут же раздраженно высказалась Гортензия, окатив ее возмущенным взглядом презрительно сощуренных карих глаз. — Хочешь жить как раньше и работать тут комендантом — принеси что просим.

Эту фею, похоже, раздражало всё вокруг, а больше всего, по-видимому, ей не нравилось, что вместо того, чтобы выполнять ее распоряжения с восторженным взором, ей смеют задавать вопросы.

— Активировать его вы не сможете, тут нужны все феи во главе с королевой. Так что для вас это просто камень, плата за нашу помощь. Учтите, что вы рискуете не только собой, но и феями, принятыми в вашу семью, — заметила Мальва и опять поправила густые каштановые локоны. — Если вы не сможете разобраться с магией, она станет опасна, такое количество силы не может постоянно находиться взаперти в живом организме и не расходоваться. Можно сойти с ума, и если вас не разорвет от магии, то хаотичные ее всплески натворят немало бед. Ликвидаторы такое чуют за версту, да и ректор обязана будет заявить в ковен об опасности. Вы же понимаете, о чем я? А так как магия фей, в отличие от других видов, не может быть запечатана, то вас как носителя, — она сделала зловещую паузу, — просто обязаны будут ликвидировать. — Зеленые глаза с интересом изучали реакцию женщины на эти слова. Похоже, она осталась довольна произведенным эффектом.

Марья в панике посмотрела на задумчивую Эртонизу.

— Ну, ну, Мальва, зачем ты так пугаешь бедную женщину? Ей и так досталось. Время еще есть, феечек своих она не бросит, так что съездить к ведьме не откажется. — Виола ободряюще улыбнулась, но Мария Спиридоновна прекрасно видела холод в глазах, несмотря на улыбку. Показное добродушие Виолы было так же неприятно, как презрение Гортензии или изучающий интерес Мальвы.

— А это далеко? Как туда добраться, вы хотя бы скажете? Может, можно быстренько туда порталом слетать? — Марью нервировали переглядывания фей и почему-то молчащая Эртониза.

— Если бы все было просто, мы бы сами слетали, — зафыркала Гортензия. Сладкоежка, как все феи, она ела уже, наверное, десятую конфету, что не сделало ее благодушнее ни на чуть-чуть. — Точных координат нет, и в ее владениях чужие порталы не работают, как и наши крылья. А идти ногами, уж простите, не фейское это дело!

— Мы вам дадим маячок, который будет показывать направление, ну а дальше ваша работа. Хотите получить от нас помощь — справьтесь с нашим поручением. — Мальва пожала плечами. Похоже, ее интересовал только конечный результат. — Ближайший населенный пункт мы на карте обозначим. И еще: с маячком нельзя пользоваться порталами, очень тонкая магическая настройка!

— Мне все это не очень нравится, — наконец решила высказаться и госпожа ректор. — Надеюсь, ваш маячок на то, что Мария Спиридоновна поедет не одна, не будет плохо реагировать? — В голосе драконицы послышались рычащие нотки.

— Да хоть всей академией можете с ней отправляться, — чуть ли не хором отозвались феи. — Вот без нее туда попасть не получится, наш маячок работает только рядом с источником фейской магии.

— И заметьте, — довольно заулыбалась Виола, как будто они вручают бесценный подарок, — маячок будет немного стабилизировать ее состояние. Это тоже помощь.

— Кстати, — Мальва вдруг обратила внимание на висящий рядом с Марьей сборщик пыльцы, — а это что у вас за прибор?

Непонятно, почему Марья не стала рассказывать им про банк и ресурсы, наверное, из-за внутренней неприязни и на каком-то инстинктивном уровне. Просто буркнула с недовольным видом:

— Магический пылесос. От этих крыльев только пыль и никакого толку.

Виола еще раз достала лорнет.

— Действительно, пыльца пустая. Когда вернетесь, вам это уже не понадобится, так что лучше не затягивать с поездкой.

— Думаю, мы с госпожой Эртонизой обговорим организационные вопросы, если вы согласны ехать, а академия предоставляет вам сопровождение. — Гортензия всем видом показывала, что Мария Спиридоновна в кабинете уже лишняя. Вежливости и правилам хорошего тона эту даму явно не учили.

Эртониза чуть кивнула Марье на дверь.

— Лэри вас проводит, Мария Спиридоновна. Нам с дамами еще надо обсудить пару вопросов, касающихся изобретений академии и их обмена.

Лэри в секретарской подхватил ее щупальцем под локоток и тихо шепнул:

— Потом все узнаете. — А потом добавил уже нормальным голосом: — Пойдемте сходим в столовую, вам не помешает подкрепить силы.

Марья и сама чувствовала, что, нервничая, проголодалась. В кабинете ректора под взглядами фей она не притронулась к угощению, хотя ей тоже принесли чай. Да и обсудить произошедшее хоть с кем-нибудь, настроенным доброжелательно, ей тоже не помешало бы.

Тем временем в кабинете Эртониза перестала изображать из себя молчаливого наблюдателя.

— Мне хочется знать, насколько это путешествие опасно, в чем подвох и каково назначение артефакта. — Она обвела глазами сидящих фей.

— Вы серьезно считаете, что мы должны перед вами отчитываться? — язвительно заметила Гортензия, ставя на стол пустую чашку. Она считала, что все, кто обращается с просьбами о помощи, должны быть довольны, если феи их хотя бы выслушают. — Это у вас проблемы с неконтролируемой фейской магией в человеке, и условия помощи ставим мы!

Воздух начал наэлектризовываться, все-таки драконы не привыкли, чтобы им так отвечали. До сих пор так разговаривать с Эртонизой, да еще в ее кабинете, позволял себе только ее отец.

— Артефакт — это возможность расширить нашу территорию, создав еще одну цветочную поляну. В принципе нет смысла делать из этого секрет, — пожала плечами Виола, понимая, что влиятельную драконицу злить не стоит. — Для всех, кроме фей, он бесполезен.

— Подвоха нет. Просто у ведьмы сварливый характер, и топать ногами для того, чтобы нас даже не пустили на территорию, мы сами не собираемся. — Шатенка Мальва прищурилась и неохотно продолжила: — Да, были попытки, очень давно. Ледяная ведьма — крайне несговорчивая особа, и наша магия ей не требуется, своей хватает. Так что нам нужен камень, а вашей Марье — наша помощь. Как вы его раздобудете — не наша забота.

Эртониза задумалась. Про ведьму, живущую в северных лесах у гор, она слышала только смутные древние легенды. Вроде еще во времена войн магичка отгородилась от мира, чтобы в этих войнах не участвовать. Но вот про то, что она до сих пор жива, какой она расы и что у нее есть фейский артефакт, Эртониза ничего не знала.

— Слишком мало сведений, надо узнать хоть что-то, — решила драконица про себя.

Феи между тем, выложив на стол маячок, откланивались.

— У вашей работницы все равно нет выбора. Кроме нас, ей никто не поможет, — бросила напоследок Гортензия, любившая, чтобы последнее слово оставалось за ней, и феи, уменьшившись и слившись в разноцветную вращающуюся сферу, с хлопком исчезли.

В кабинете осталась одна задумчивая драконица.