Если спросишь, насколько сильно я тебя люблю

53

«Лили»

После моего фиаско на ипподроме я расклеилась. Мне кажется я проживала бесконечную жизнь, день за днем, неделя за неделей- не то что каждый час, каждая секунда тянулась для меня бесконечно долго. Все потому что я не могла найти себе места- все время думала о Рэндоле и злилась на свою ненужность. «Я отказалась от тебя ради тебя самого, ради твоей жизни, а ты меня даже не замечаешь….». … много прошло времени с нашего расставания… я прекрасно все помнила…. верни время вспять я поступлю точно так же чтобы только Рэндол жил…моя жертва ради его долгой жизни… но, черт возьми, так горько осознавать, что ты ему не нужна.

Снова жизнь стала черно-белой. Я не жила, а смотрела на жизнь как на сцену, где суетятся главные герои и статисты. Надо хлопать и переживать- хорошо, как скажите, но внутри ничего не ойкало. Теперь веселимся и смеемся? Хорошо.

Была объявлена дата свадьбы Люка и Ирмы. Моя кузина кружила меня в своих объятьях и объявила подружкой невесты. Казалось, я должна радостно бегать вокруг кузины, счастливо суетиться рядом с ней. По крайне мере, когда мы были маленькими, мы рисовали в своем воображении наши свадьбы, мы с ней представляли, как будем счастливы друг за друга и обязательно будем подружками на свадьбе друг у друга.

Мне шилось прекраснейшее небесно-голубого оттенка платье. Но, вся суета только добавляла мне раздражительности. Мне хотелось быть одной, думать о Рэндоле, придумывать как случайно столкнуться с ним и поговорить. А приходилось выслушивать счастливую Ирму о ее планах на медовый месяц. Я слушала, кивала головой с натянутой улыбкой на лице, а внутри меня кипело и кипело раздражение. Мне бы домой, лечь в кроватку, ни с кем не говорить, углубиться в свои мысли, в свои переживания.

Я из последних сил сдерживаться чтобы не вскочить на ноги и не завизжать- «Я места себе не нахожу, мучаюсь, а ты тут со своей свадьбой, с счастьем». Все-таки во мне еще было немного благоразумия и я любила Ирму, чтобы сорвать свое бессилие и злость на ней. Все эти примерки, чаи, встречи с тетушками превратились для в меня в бесконечную пытку, казалось стрелки на часах закольцевали ходить по кругу, но при этом оставаться в одном и том же времени.

Возвращалась домой и вся накопленная за день агрессия отражалась на моем лице. Я не хотела говорить с родителями, у меня не было аппетита ужинать, если мама правдами и неправдами заставляла сесть за стол, все было не так -то рыба пережарена, то мясо недожаренное, то муха мимо пролетела, разве нельзя вывести мух из этого дома? Мне только причину дай, я за нее хваталась и злость лилась через край.

Я была нервная, дерганная, еще добавилась беспричинная агрессия на окружающих. Понимала ли я свое поведение? Понимала, осознавала. Видела ли я что мои родители переживают за меня. Прекрасно видела. Сначала мама, потом отец с осторожностью спрашивали меня- не хочу я уехать из столицы на время, развеяться? Я злилась, поджимала губы и резко отвечала «не хочу».

Мои бедные родители связывали мое поведение с Люком, мол мое сердце до конца не остыло, вот я и злюсь на него и Ирму. Мама хотела со мной поговорить по-женски на эту тему, она начала очень и очень осторожно, стараясь слишком меня не нервировать (раньше бы мама строго посмотрела на меня и сказала мне, мол Лили, опомнись как ты себя ведешь, леди так себя не ведут).

Она смущалась, подбирала слова, время от времени гладила себя по коленке. Я слушала-слушала, внутри вся закипала и на фразе : «Лили, может ты ревнуешь? Я понимаю все прекрасно, бывает девушка откажет парю, отпустит его, а когда он собрался жениться на другой в ней говорит уязвлённое самолюбие» ….на этих словах я подскочила со своего места. Мама испуганно прикрыла рот рукой.

Ха, какое самолюбие! Какая уязвленная гордость! Фи! Еще чего нервничать , что мой бывший жених переметнулся к другой! Я слишком резко ответила - мол пусть Люк хоть на ком жениться, хоть на старухе ста лет, хоть на кобыле ; мне нет дела до него. Но, мама не поверила мне, я по глазам видела, мне не верили. А я не стала ее переубеждать, у меня голова болела о другом.

Но, разговор с мамой в очередной раз подтолкнул меня к идее, проверить Рэндола на ревность. Как только во мне созрела эта мысль, она начала потихонечку укрепляться в моем сознании.

Как только сформировался гениальный план-стратегия по вызову ревности у Рэндола, я снова стала весела. Верне как «весела», я жутко нервничала, переживала, а чем сильней я переживала, тем больше демонстрировала показанную веселость. Я снова бегала, шутила- родители вздохнули с облегчением. Но никто не знал, что за этой маской веселья скрывается нервное напряжение.

Я дочь герцога, богата, молода, красива- скажите мне, при таком наборе прекрасных качеств как долго я могу быть одна? Особенно сейчас, когда поставлена цель завести страстно влюбленного в меня поклонника. Не долго перебирая женихами, крутящимися вокруг меня, я остановила свой выбор на маркизе Уокер. Точно не помня сколько ему лет, то ли около тридцати, то ли за тридцать, под понятие- молод и благороден подходит, да и Бог с ними пару лет туда, пару лет сюда. Уокер мог потрясти своей родословной лет на четыреста тому назад, показать портрет самого первого маркиза Уокера, который в свое время не овец в поле пас, а был младшим сыном барона Эндрюса и учился на богослова, и титул выслужил себе в королевском суде, стоя на страже интересов короны.

То, что благородный маркиз Уокер был беден как церковная мышь- ерунда, меня в последнюю очередь интересовали его деньги. То, что он свой титул получил месяц назад, так как его отец напился на охоте и свалился на смерть с лошади- ерунда, мне его траур только на руку, пока положенный срок траура … то да се… замуж я за него не собираюсь, ждать от маркиза предложения руки и сердца не в моих планах. Главное –родословная и внешность. Уокер был хорош собой, хоть портрет сказочного светловолосого принца пиши с него.

Встреча на прогулке в парке, пару дежурных комплементов моей внешности, я деланно смутилась и с восхищением посмотрела ему в глаза, на следующий день он прислал цветы маме и мне. Балы, театры, прогулки, охота, вместе почти каждый день. Казалось Уолкер позабыл, ему надлежит сидеть дома и ходить в церковь, соблюдать траур, а не ходить со мной по театрам и балам.