Невеста ледяного дракона в академии

4.2

Обсудив с ректором финансовую сторону моего пребывания в академии, Эйнар взял меня за руку и вывел в приемную, чтобы попрощаться наедине.

Я старалась показать, что спокойна и счастлива, но сердце билось тревожно. Вот и началась новая пора жизни. До этой минуты казалось, что я хочу именно этого и полностью готова. Но дрожу как трусиха, потому что Эйнар — моя опора, тот, кто знает обо мне почти всё, и принимает такой, какая есть, — уходит.

Глаза жгли слезы, я подавила желание разреветься и трусливо вцепиться в рукав мужчины, чтобы задержать. Но нет, я ведь не маленькая. Как бы ни было сложно учиться, я это осилю. И расставание с другом тоже переживу. Эйнар, разумеется, понимал меня. Ласково улыбнулся и потрепал по щеке. Он всегда знает, как утешить.

Открытая настежь дверь в кабинет ректора не предполагала долгого прощания.

— Я ухожу в земли Белого народа, но вернусь через месяц, Дана. Маг-связи там нет. Если что-то срочное, ты сможешь оставить весточку на имя госпожи Ринии в Аламо. Она найдет способ связаться со мной.

Я удивилась так, что даже о печали забыла.

— Как? Риния покинула дворец Честных дев? Что случилось?

— Ты случилась, Дана. — Губы Эйнара на секунду дрогнули в лукавой усмешке. — Я же говорил, что наказал тех, кто плохо обращался с тобой. Не волнуйся, теперь они полны желания доказать преданность тебе и гадостей делать не будут.

Весть о том, что недоброжелательница пострадала, не принесла облегчения. Вдруг осознала, что на управляющую я не в обиде. Подумаешь, высокомерная тетка взяла на себя слишком много. Сбежав от нее, я угодила в жуткую переделку. Впрочем, сейчас не время вспоминать о Ничьих землях — тот этап жизни пройден. Надеюсь, уроки я усвоила и вылечилась от излишней доверчивости.

— Я положил достаточную сумму на твое имя, ни в чем себе не отказывай.

— Спасибо, но мне не нужно…

Эйнар обнял меня за плечи и, наклонившись, прижался губами ко лбу.

— Дана, не упрямься. И не дрожи. Ты со всем справишься, поняла? — в голосе Эйнара прозвучала железная убежденность.

Как всегда, он нашел нужные слова. Если кто-то уверен во мне, как подвести ожидания? Сердце согрела благодарность. Я поднялась на цыпочки и чмокнула мужчину куда-то в район уже шершавого, несмотря на раннее утро, подбородка.

— Спасибо, Эйнар. Буду стараться.

От двери послышалось сдержанное: «Хм» — это в приемную выглянул ректор. Напомнив, что для общения с близкими или отлучек в столицу выделен лишь один день — последнее воскресенье каждого месяца, дракон открыл для Эйнара портал к проходной.

А едва сияние портала, который унес моего фиктивного жениха и настоящего друга, рассеялось, воздух наполнил резкий немелодичный звон. В ответ на мою изумленно поднятую бровь ректор пояснил, что закончился второй час занятий, и у студентов перерыв.

Значит, я увижу их! Наконец-то!

Дракон что-то упорно искал в столе секретаря. А я бочком-бочком подобралась к окну. Круговая аллея перед сквером быстро заполнялась студентами. Одни спешили куда-то, другие собирались группками возле симпатичного павильона на краю парка. Я пыталась найти среди них худощавого юношу с золотистыми волосами, но в глазах зарябило от разноцветных костюмов — фиолетовые, синие, черные, зеленые, красные... Очевидно, у каждого факультета свой цвет. Как интересно! А у меня какой будет?

— Чего глазеешь в окно? У меня мало времени, студентка. Иди в кабинет, бери листок и пиши всё, что знаешь о своем фамильяре. Где и как ты его встретила, как произошла связь, что он любит, что — нет. Словом, всё.

Я растерянно посмотрела на арк’Брокка, но ослушаться не посмела. Прошла на прежнее место и, рассеянно погладив лохматую голову Черныша, принялась думать, что же написать.

Долгое время я вообще не подозревала, что мой ханн — магическое животное. Ну, прицепился симпатичный лохматик с чутким милым пятачком и острыми рожками, чего тут необычного? Я ведь спасла его от злой болотной ведьмы. Вот он и ходил за мной, как привязанный. На лист легли первые строчки. Черныш помог мне выбраться из хижины на рабовладельческой плантации. Тогда я впервые почувствовала в нем что-то вроде магии. Его глаза часто мерцают, словно отражают пламя. Когда Эйнару вздумалось похитить меня, я на несколько дней потеряла своего питомца, а потом он разыскал меня в диких джунглях. Вот это уже не поддавалось никакому объяснению, кроме очевидного — это мой фамильяр. Постаралась описать все кратко.

Я еще раз потрепала густую чудесную шерстку на загривке. Что он любит? Да всё, что едят его обыкновенные собратья, но особенно — молодую поросль ильма.

Ректор ненадолго вернулся в кабинет, и я вручила ему исписанный листок. Арк’Брокк пробежал строчки глазами и кивнул.

— В общежитии ханна держать нельзя, — объявил он безапелляционно. — Сдашь его на постой в Факультет магических животных, там о нем позаботятся.

Такого удара я никак не ожидала. Как это нельзя? Это разве не магическая академия? Мои глаза стремительно наполнялись слезами. Как же так? Меня еще одного друга лишают!

— Ну-ка, не реветь, юная сьерра! — негромко рыкнул ректор (в кабинете зазвенели стекла). Если дракон злится, атмосфера в помещении ощутимо меняется: вот сейчас показалось, будто давит невероятной тяжести пресс. Втянула голову в плечи, понимая, что ректора раздражать невыгодно. Но слезы все еще готовы были пролиться. Неожиданно давление исчезло, и арк’Брокк пошел на уступку: — Сможешь навещать его хоть каждый вечер, я выдам разрешение.