Сказка? Жизнь!

Глава 5.

Кабинет у отца был просторным, с большим и удобным столом, рядом с ним стоял другой, чуть меньше, для посетителей. Вот за него меня и усадил граф, устроившись за основным. Отец ушёл, не желая нам мешать, а я сидела под пристальным взглядом и боялась пошевелиться.

— Что же, Анна Ивановна, дар у вас, как я вижу очень сильный, — наконец выдавил он из себя, — травму вижу, не пролеченную, но это мы поправим. Расскажите, что знаете, что умеете.

— Читать, писать, считать, — перечислила я.

— Прекрасно. Надеюсь, читаете вы быстро, — он усмехнулся, — я буду давать задания, приходить раз в неделю и давать новое задание, по результатам того, что вы освоили. А сейчас берите бумагу и пишите. Запишем пару упражнений и простых бытовых заклятий, которые вам надо будет выучить. Без них сложно будет выжить в академии. Слуг там нет, убирать и приводить одежду в порядок можно только магией. Так же я надиктую вам список того, что вам понадобиться на первом году обучения. Вещи лучше приготовить заранее. И да, пока вы пишите, я буду вас лечить, у вас очень обширная гематома в голове, как только живы до сих пор не понятно. Будет колоть немного, но это надо перетерпеть.

Посмотрев на него во все глаза, кивнула и взяла в руки стилус, магические перо или палочка для письма.

— И так, — он покрутил в руках трость и начал диктовать упражнения на гибкость рук, подробно описывая, каждое действие. Говорил быстро, лишь иногда останавливаясь проверить успела ли я записать. Для меня было привычным работать в быстром темпе, особенно когда приглашали на совещания, где надо было зафиксировать большой объём информации. Да и институт наложил отпечаток. Успел записать и выучить, молодец. Нет, значит будешь отставать и не сможешь сдать сессию.

В какой-то момент, мне показалось, что граф проверяет меня на прочность и говорит без остановки. Бросила на него косой взгляд и увидела на его лице удивление.

— Что же, мы все записали, если честно я думал, что вам понадобиться на это больше времени. Где вас научили так быстро писать? – вдруг поинтересовался он.

И что ему на это отвечать? Пришлось врать, что с детства любила заниматься, а потом играла, записывая за прислугой, чтобы получалось быстро.

— Хм, — откашлявшись граф, посмотрел на меня внимательно и сказал, — интересная теория, но я не верю. Не люблю, когда лгут. Лучше в другой раз промолчите или скажите, что не можете сказать и это секрет. Многие видят ауры и её цвет, ложь имеет грязный оттенок, как понос. Простите, за это слово, но тут как есть. Так, где вы научились так быстро писать?

— Я тоже не люблю врать и выкручиваться, — посмотрев на него прямо, ответила я, — но есть вещи, которые лучше не обсуждать. Эта как раз из такого разряда.

— Понял. Голова не болит?

— Нет, — ответила, покачав головой.

— Хорошо, сейчас покажу как правильно делать упражнения. Уделяйте им максимум времени, как только руки свободны тренируйте, доведите до автоматизма, так же, как и с письмом, чтобы не думать, а сразу делать. Книги я для вас принёс, прочесть за неделю. Спрошу отдельно по каждой.

Вот так и начался мой месяц тренировок и скупого общения с мои учителем. Он не ругал, когда у меня что-то не получалось, стучал тростью об пол и заставлял делать снова и снова. Заклятье чистоты, для уборки помещений, довёл до того самого автоматизма по щелчку пальцев. С чисткой одежды было чуть сложнее, но и это я научилась делать, так словно родилась с магией и владею ей много лет. С остальным было сложнее, особенно с концентрацией и вливанием силы. Например, создать на руке фаербол и напитать его магией, а потом убрать лишнее. Сколько раз мой шарик взрывался, не сосчитать. Хорошо еще, что работали мы пока со стихией ветра, она во мне была сильнее всего и разрушения, были незначительными. Граф говорил, что не важно с какой стихией работать, важно понять принцип, тогда с остальным будет проще.

Книги, что он приносил для меня, во многом мне были не понятны, но я выписывала всё, что вызывало вопросы и когда он приходил, спрашивала его по всем пунктам. Он сначала удивился, а потом стал подробно объяснять, так что для нас это был своего рода ритуал, во время которого, мы прогуливались по саду или сидели на скамейке, возле пруда.

Сестриц моих за это время успели просватать и выдать замуж, отец определил им богатое приданное, чему их женихи были только рады.

Простились мы с ними скупо, свадьбы сыграли в один день, и они разъехались по своим новым домам. Венчание было пышным с огромным количеством народа, большинство из которых просто пришло поглазеть, как купеческих дочерей замуж отдают. Алена была меня старше на два года, Настя на год, но привязанности, между нами, да и любви не сложилось. Где-то в глубине души я грустила, что мне так и не довелось стать с ними ближе, роднее.

Алена плакала, жених ей был не мил, но отец был не приклонен. Насте достался мой жених, который всё время не сводил с меня глаз, а сестра только вздыхала и плакала. Теперь она это делала не играя, словно прощалась с прошлым. Оба жениха были сыновьями купцов, у отца были с ними общие предприятия, так что всё в дом.

Когда дом опустел, и гости разъехались, отец позвал меня в кабинет и показал завещание, которое составил на мое имя.

Поместье и небольшая деревенька с полями, отойдут мне, когда его не станет, а также счёт в банке. Скромный, но на это можно спокойно жить много лет.

— Рано ещё об этом говорить отец, — всплеснула я руками.

— О смерти надо говорить, Аня. И не рано, я был старше своей жены, мне уже на покой пора, старость. Ты не смотри, что я хорошо выгляжу, мне уже двести десять лет, сколько у меня того веку ещё осталось? – вздохнул он. – Поздно я вас родил, но вы принесли счастье и радость. Старших определил и о тебе должен позаботиться.

— Спасибо, — не стала я спорить.

— Вот и хорошо, все под Богиней ходим, вон моя Глашенька, как рано ушла, — он опять вздохнул потёр грудь и сел за стол, чтобы убрать бумаги.