Личные местоимения (сборник новелл)

Интеллигентный стол

Одним из сюжетов специального выпуска киножурнала «Наука и техника», посвященного проблемам Мирового Океана, который мы снимали в Севастополе на базе Научно-исследовательского института Морфологии южных морей, должен был стать рассказ о морских водорослях цистозере и филофоре. Из них добывают агар-агар, ингредиент, широко используемый в кондитерской промышленности. Основная добыча этих водорослей происходит на Дальнем Востоке. Там же и были тогда, не знаю, как сейчас, несколько заводов по производству агар-агара. А в НИИ Морфологии был отдел, изучающий запасы этих водорослей в акватории Черного моря. Для этого группа аквалангистов-любителей опускалась на дно и с обычной рамкой, размером, не помню точно: 50х50 или 70х70 см. Клали эту рамку на дно и собирали водоросли внутри рамки. Затем в лаборатории взвешивали добытый материал и сопоставив полученный результат с площадью «плантации», определяли количество будущей возможной добычи.

Были даже два небольших судна, которые добывали эти водоросли. Они так и назывались: «Филлофора» и «Цистозера». И были приписаны к Одесскому порту. Видимо там, в Одессе существовал завод по производству этого продукта. Но этим мы тогда не интересовались, так как само производство агар-агара не входило в тему сюжета. И вот, в один из ясных солнечных наша группа отправилась в бухту Фиолент, где вода отличалась особенной прозрачностью. Компания собралась внушительная. Шесть аквалангистов, двое из которых должны были непосредственно собирать водоросли, а остальные обеспечивать безопасность, как ныряльщикам, так и операторской группе. Группа научных сотрудников Института, в ведении которых была эта тема и которые консультировали нас в процессе отбора материал и во время съемок, да и снимались в самой лаборатории. И самой группы: сценариста М.И. Либера, ассистента оператора М. Масленкова, светотехника С. Комарова, директора группы И. Жмурмной и вашего покорного слуги в двух ипостасях: режиссера и оператора. Камеры для подводных съемок у нас не было. Для малобюджетного очерка в киножурнале аренда такой камеры была не по карману. Выход нашли в виде обычной маски ныряльщика, которой защищали объектив и пластмассовой скатерти, к которую укутывали камеру и большого количества скотча, которым все это заматывалось.

Опускаться с таким сооружение на дно было нельзя. Но опустить чуть-чуть объектив, чтобы в течение 7–10 секунд снять сквозь толщу воды наши водолазов, оказалось вполне возможным. С надувной резиновой лодки, любезно предоставленной нам кем-то из абориген, удерживаемый всеми, свободными от погружения, я зависал над поверхностью воды на альпинистской «обвязке» и пытался опустить в воду только объектив с одетой на него маской. Мне это удалось! Благо был штиль.

Увидев в зоне охвата объектива наших аквалангистов, я включил мотор и снял довольно длинный (метров 15) дубль. Затем распутав импровизированный «бокс» и убедившись, что вода в камеру не попала, сменил оптику, вновь закутал и замотал киноаппарат скотчем, и снял такой же длинный второй дубль. Дело было сделано! Кстати, меня «подстраховывал» один из аквалангистов, у которого была забоксированная узкопленочная (8 мм) камера. Мы предполагали в случае неудачи перевести материал с 8 мм на 35 мм через «трюк-машину». Но этого не потребовалось. Пришло время обеда. Наш директор, Инесса Михайловна Жмурина, обещала накрыть прямо на берегу «интеллигентный стол»!. Бутерброды, помидоры, огурцы, другая зелень, даже холодные цыплята «табака»,фрукты, термосы с заваренным еще в гостинице чаем и кофе были уже наготове! И вот большая клетчатая полиэтиленовая скатерть укладывается на выровненную площадку, в нескольких метрах от среза воды. Прижимается по краям камнями. На нее вываливается зелень. Бутерброды занимают свое место на одноразовых тарелках. В пластмассовые стаканчики наливаются «наркомовские» граммы «столичной» и коньяк ***, кто к чему привык, Наготове – лимонад, ломтики лимона, чай кофе.

А в это время на горизонте виден проходящий военный корабль. То ли крейсер, то ли эсминец. Как потом мы узнали, это был какой-то вновь построенный. И проходил он скоростные испытания (как говорят моряки – «мерную милю»). Полюбовавшись на корабль, мы продолжили свою трапезу. И никто не обратил внимания, что к нам приближается «цунами», волна, высотой около двух метров, поднятая тем самым кораблем, которым мы несколько минут тому назад любовались. Миг! И все наше имущество: одежда, продукты, посуда, киноаппаратура, оказались смытыми этой огромной волной в море.

Мы с Мишей бросились спасать аппаратуру, аквалангисты – свое оборудование, остальные одежду и остатки «интеллигентного стола». И если киноаппаратура и водолазное снаряжение, что само по себе было компактным и тяжелым, нам удалось сразу же оттащить на безопасный склон, то одежду мы довольно долго вылавливали в нескольких десятках метров от берега. А что касается наших съестных припасов, зелени, фруктов, бутербродов, то с ними пришлось расстаться. Правда пару бутылок коньяка и термосы Миша и аквалангисты сумели спасти. Метрах в тридцати от берега я поймал стопку своей одежды: брюки, курточку и даже полуботинки. И носки в них оказались сухими. А в кармане брюк я нашел свои именные часы, подаренные мне командованием Курсов «Выстрел, за дипломную работу. Я обрадовался и тотчас надел их на руку.

Потом, через некоторое время, когда из машины притащили остатки пиршества, что не успели выложить на «Интеллигентный стол», мы выпили за «мерную милю». И в заключение нашей эпопеи решили искупаться. И я нырнул в море с часами на руке. А они, хоть и именные, но не водонепроницаемые! Пришлось на следующий день обращаться к часовщику, который и привел их надлежащее состояние.

А «Интеллигентный стол» Инессы Михайловны остался в нашей памяти на долгие годы!