Новый шанс на жизнь 

1 глава

Моё имя Куен, Куен Ли. Это история обо мне.

   Моё имя на корейском значит птица. Лёгкая, красивая, озорная и быстрая, как милая колибри. Только получилась явно не колибри, как хотели родители, безумно любящие свою дочь. Получилась другая птица — орлица, гордая, хищная, красивая, умная, ну так я думаю о себе сама. Те, кто переходили мне дорогу, наверно назвали бы меня просто крылатой тварью. Но какое мне дело до них? Наверное, только родители, несмотря ни на что, видели во мне колибри.

   Родилась я в Москве в очень обеспеченной семье выходцев из Кореи. Отказа не знала ни в чём, баловали меня как принцессу: преимущество одного ребёнка в семье! Частный детский сад, потом школа, о школе не самые лучшие воспоминания: пять школ сменила в начальных классах, пока не сунули меня в платную гимназию, а там за деньги стерпят всё. Я этим с огромным удовольствием пользовалась: подставляла, обманывала, наводила сплетни — прямо виртуозно и со вкусом.

  Ненависть испытывали ко мне все: учителя, одноклассники, обслуживающий персонал. А я от этого получала удовольствие. Ненавидят и пресмыкаются, улыбаются в лицо, кривятся в спину. А ничего сделать не могут, руки коротки. Спасибо папуле. Кто-то скажет: а как же друзья? А друзья — отлично: в рот заглядывают, хвалят, восхищаются. Купленные.

   Школу закончила с золотой медалью, ну тут я сама. Память хорошая, феноменальная — никогда ничего не учила, просто слушала и запоминала.

   Потом была ветеринарная академия. Поступила, училась хорошо. Животные — моя страсть и любовь. Боль Жучки или Барсика ощущала как свою. Вот такой феномен: людей терплю, животных люблю. Такая я противоречивая.

   Были такие, что советовали мне голову лечить. Потом лечились сами, спасибо папе, оплачивал потом их лечение, не хотел до суда доводить. А ведь несколько раз могли и посадить — мастеру восточных единоборств вне зала нельзя пускать в ход свои навыки. Да, в моей биографии есть и такой статус — мастер боевого искусства субак-до. Мама решила, что маленькой колибри надо быть сильной и уважительной.

   Главная цель практики субак-до заключается в воспитании уважения к жизни во всех её проявлениях. В частности, надо уважать и жизнь врага, оставляя ему шанс выжить. Не согласна я с их целью, по мне врагов уважать не надо. В общем, руки-ноги ломать научилась, за себя постоять могу.

   Личная жизнь. Сложно ответить на этот вопрос. С противоположным полом отношения не сложились, однополые связи не привлекали, хотя опыт в старшей школе был. Мужчины, парни, мальчики всегда были подле меня. Воздыхатели, лизоблюды, подхалимы, тряпки… и так постоянно, фу. А вот орла не встретила. Не полетела, так сказать, на крыльях сексуальной любви.

   Маленькая, как большинство корейских девушек, с точёной фигурой, с соблазнительным личиком, я привлекала много мужчин — экзотика. Но двадцать три года, а ягодка цела. Стыдно даже признаться. Кто меня знает, не поверили бы.

  Раскрепощённость, смелая дорогая одежда, наглый взгляд, острый язык, золотая карта и твёрдая уверенность в блестящем будущем вызывают у людей мысль о богатой сексуальной жизни, а нет. Нет пока этой богатой сексуальной жизни. Академия почти позади, защита диплома и всё, свободна.

  Хотя есть мысли поучиться за границей: Лондон, Израиль. Но… Но это пока только в мыслях. Когда-то в мыслях….

 Была среда. Утром я вскочила и забегала по квартире. Проспала! Хотя бы выспалась, а то — так. Защита, сегодня защита диплома. Душ, быстрый завтрак, юбка, блузка, каблуки.

   На бегу расчёска: ай, больно! Волосы спутались. Моя гордость — длинные, густые, чёрные, блестящие. Кое-как разодрала колтун. Мимолётный взгляд в зеркало: отлично, идеальна. Да, впрочем, как всегда.

   Ключи от «ласточки» схватила и бегом на стоянку. Выехала. Пробки, везде эти пробки! Бог мой, да когда же будет по-другому? Хотя этот вопрос надо задавать явно не ему.

   Понимаю, что не успеваю, паркую машину и бегом в подземку. Люди бесят. Толкаются, тоже спешат. Один недоделок типа «нечаянно» прижался, ну нечаянно шпилькой со всего веса и получил, экономят на обуви зря, острый каблук, наступивший на босую ногу в сандалии, — это, думаю, больно. Во всяком случае заорал громко.

   Успела прям в последний момент. Дипломную писала сама, так что защищать я её не боялась, сдала на отлично, ну я и не сомневалась. Почувствовала себя умничкой, а за спиной — крылья: свобода!

   На выходе из академии меня окликнули: «Куен, как насчёт с нами, приземленными недолюдьми, отметить окончание? Мы сейчас всем курсом в бар, а потом в клуб. Ты с нами?».

— Нет, но, хм, спасибо, что предложили.

— Ну и хорошо, что нет, это я, чтобы вроде как совесть была чиста.

— Иди уже, совестливый.

   Странно, конечно, что предложили, сокурсники меня не жаловали, я их просто не замечала. Думаю, пакость хотели устроить. Планы все равно были другие. Сначала к родителям, потом… не знаю, куда. Не придумала пока. Может в казино.

   Игра меня заводит, будоражит, тренирует память, да и доход даёт. С моей памятью выигрывать нетрудно. Родители не знают о моей страсти к игре, хотя могут и знать, связи у отца есть везде. Могли и доложить.

   Был шестой час вечера, когда я добралась до отчего дома. На крыльцо выбежала мама, радостная, сверкающая, такая солнечная. Поцелуи, поздравления, слёзы счастья, сетования, что так быстро выросла, мало времени им, старикам, уделяю. Хотя какие там старики? Мама меня родила в семнадцать лет. Им с отцом по сорок лет, а маме на вид больше двадцати пяти и не дашь.

— Куен, милая, нам с папой надо тебе кое-что рассказать.

   Мама встала с кресла, нервно перебирая пальцами поясок платья, стала расхаживать по веранде. Отец с красным, виноватым и каким-то растерянным лицом остался сидеть. Видно было, что они сильно нервничают.

— Доченька, птичка наша любимая. —  Мама замолчала, подбирая слова. —            Тут такое дело…