Дрессировщик. Приручение

Часть 2. Глава 20/1

Женя потерялась. Впервые в жизни вот так, начисто, полностью, перестала думать и соображать. Раньше никогда, ни от счастья, ни от горя, ни от радости, ни от боли и страха, не утрачивала способность мыслить, оценивать происходящее, принимать решения, хоть сколько-нибудь взвешенные. Даже тогда, в интернате, когда позволяла делать с собой отвратительные вещи, она страдала, но думала о том, что происходит, заставляла себя молчать, терпеть и подстраиваться, чтобы не стало хуже. Лишь осознав, через какое-то время, что ничем себе не помогла, только зря мучилась, она сбежала. И это тоже не было эмоциональным порывом, а единственным способом выжить. Потому и сейчас, до самого последнего момента, даже растворяясь в тепле и ласке мужчины, слушая и не всегда понимая его слова, где-то подспудно боялась повторения истории. Ждала, что вот-вот настанет отрезвление, сладкая сказка закончится, и наступит раскаяние, стыд, боль... Все, как и раньше. Еще сложнее было от того, что рядом был не противный и грязный детдомовец, просто чуть добрее других и не похожий на садиста, а Игорь Суворов. Как потом жить в его доме, смотреть в глаза, благодарить за все хорошее, если маски слетят? Сбежать отсюда, не прощаясь, девушка не смогла бы...

Все эти мысли и страхи терзали ее ровно до того момента, пока Игорь не прекратил разговаривать и задавать очень сложные вопросы. Его губы, уверенные, жаркие, не дающие сделать ни выдоха, ни вдоха, вдруг отключили в Жене все способности. Оставили где-то за гранью сознания. Что она дальше делала, какие вольности позволяла рукам - и мужским, и своим собственным - если бы кто спросил, никогда бы не вспомнила. Только, наверное, и смогла бы воспроизвести, что какое-то нестерпимое желание приблизиться к мужчине, слиться, вобрать в себя его кожу, волосы, мышцы - все, до чего могла дотянуться. И ощущение, что ей не хватает чего-то, очень сильно не хватает.

Женя целовалась впервые в своей жизни. В их интернате такие вещи никого не интересовали, а у парней вообще считалось позорным, если кто-нибудь просто заподозрит в страсти к "слюнтяйству". Так, потеряв девичество много лет назад, она до сих пор и осталась абсолютно неопытной в поцелуях.

А это, наверное, и было самым важным и главным между женщиной и мужчиной. То, что превращало унизительный акт насилия в какую-то сладкую сказку.

Так она подумала, когда смогла немного отдышаться. В этот момент Игорь оторвался от ее губ, перебрался на скулы, шею, щеки... Ей бы начать стесняться, наверное, ведь способность соображать вернулась. Но страхи, сомнения, неуверенность куда-то улетучились и больше не возвращались. Ей было хорошо. Великолепно просто. И почему-то казалось, что дальше будет еще лучше.

Неожиданный громкий звук, откуда-то из дальнего коридора, внезапно отрезвил. Женя замерла, боясь шевельнуться, Суворов поднял голову и застыл, прислушиваясь...

Листаем ======>