Дочь скорпиона

ГЛАВА 6. Скоро они поймут, что ошиблись

Аксала рассказала мне, как отличать великородных от людей.

— Быки здоровенные, с ними трудно ошибиться. Простые они, но гневливые — жуть. Вороны в черном с ног до головы, остерегаюсь я их... Змеев по глазам видно, как и Драконов...

— А у Оленей — рога? — ехидно вставила я.

— Род Оленей пал. Не выдержал Хаоса, — вздохнула служанка, осуждающе глянув на меня. Я смутилась, она продолжила. — У Волков тоже глаза звериные... Да поймете вы, миса. Они от нас всем отличаются. Сила, еще и клыки... Во!

Она показала на зубах.

Около моей двери как раз стояли два охранника — мужчины из рода Волка. Желая разглядеть клыки, я выглянула наружу. Едва открыла дверь, с двух сторон так рявкнули, что я мгновенно спряталась обратно.

Близко рассматривать великородных мне расхотелось.

Из своего роскошного убежища я не выходила до следующего дня. Что делала? Спала, ела, опрашивала Аксалу, думала. Принимала, осознавала сказанное Кирелом. С надеждой ждала, что проснусь дома.

Приняла ли я, осознала ли все на следующее утро?

Конечно же нет!

В моей бедной голове крутилось так много, что я никак не могла к этому примериться... Надо было думать о том мире, об этом, о себе, о магии и неведомой силе. Аксала как и все здесь, утверждала, что я — потомок Скорпионов, которые натворили много бед и озабоченно рассуждала, как мне стоит себя вести с обозленными великородными.

Служанка говорила, а я не могла не думать о своей жизни. Она не выглядела предметом мечтаний: семью завести мне не удалось, родители жили в другом городе, но у меня была квартира, карьера, друзья... Мне не давала покоя мысль, что в эту минуту кто-то чужой ходит по моей спальне, проверяет забытый на столе телефон, отмечает оставленную со вчерашнего дня посуду, трогает белье, платья...

— Как вам платье? Нравится? — ворвался в мысли голос Аксалы.

Я посмотрела в позолоченную раму зеркала. Там отражалась симпатичная, но озадаченная женщина в наскоро сшитом зеленом платье. Приталенное, с многочисленными пуговицами сзади и длиной почти до пола, платье довольно выгодно сидело на мне, подчёркивая грудь. Есть и черный подъюбник имелся — для пышности. Плотная ткань напоминала хлопок.

— Красиво, но... — я с опаской покрутилась. — Ты так уверена, что я это не оторву?

Я шевельнула туфлей опасно низкий подол. Меня собирали на встречу с королем. Повидаться с ним мне не терпелось: я надеялась, что хотя бы беседа с монархом что-то изменит. Как назло, король лицезреть меня не торопился — аудиенция была назначена на вечер, поэтому весь день мы неторопливо собирались. От этой неспешности я терзалась больше всего. Что творится дома? Полицейские, показания... Офис и дом вверх дном. Никто ничего не понимает, меня ищут, с ума сходят, а я — тут...

Наряд я осматривала с сомнением. Самостоятельно такое платье не надеть и не снять, к тому же я не привыкла к длинным подолам, вечно наступала на ткань, от чего она жалобно хрустела, а я выглядела, по меньшей мере, глупо. Обувь пришлось оставить свою, потому что оперативно предоставить мне свежую пару не сумели: нога у меня нестандартная, непозволительно длинная для дамы. Украшения были только те, в которых меня похитили — золотые сережки-гвоздики, кольцо, да кулон на леске.

Перед зеркалом я стояла с подозрением, что выгляжу для местных как провинциальная дальняя родственница, впервые навестившая столичный бомонд.

«Я какой-то не впечатляющий Скорпион...»

— Зато платье под цвет ваших глаз, — удовлетворённо сообщила помощница. С этим было трудно не согласиться.

Ну что ж. Чем богаты...

На встречу с королем я шагала, старательно придерживая длинный подол, чтобы не запнуться. Ощущала я себя точно, как перед важным собеседованием.

И его мне нужно было провалить.

«Если произведу плохое впечатление, они поймут, что ошиблись, и отправят меня домой. Делаем максимально глупое лицо и вовсю ошибаемся. Действуй, Катя. Может уже через полчаса они извинятся, отгрузят сундук с золотом и отправят домой. Золото я сдам, разбогатею...»

Мечты, в которых я возвращаюсь с сундуками, были сладки как мед. Две ложки дегтя в грезы добавляли охранники, которые следовали за мной, продолжая источать неприязнь. Я старательно не обращала на них внимания, сосредоточенно настраиваясь на необходимый провал.

Аксала заботливо проводила меня до королевской приемной.

— Поклонитесь и молчите. Не заговаривайте первой. Первым говорит король, — Аксала озабоченно инструктировала меня по этикету.

— Да-да, — рассеянно произнесла, потрясенно разглядывая люстру в виде парящего дракона. — А здесь вообще есть... люди кроме тебя? — я осеклась на слове «люди», помня о «великих родах», и несколько секунд думала, как лучше сказать. — Где остальные? Стражники, слуги? Советники?

Громадный замок не отличался многолюдностью. По пути мы никого не встретили. Я как-то иначе представляла действующие замки. По моим представлениям, во всех этих стенах должны толпиться хотя бы придворные! А тут — пусто.

Аксала фыркнула.

— Миса Катерина, люди, конечно, есть, но они в другой стороне — шьют, работают, готовят... Уборка у нас по утрам, по строгому графику. Великородные размещаются отдельно друг от друга. Здесь — территория Его Величества. И зачем страже у королевских дверей торчать? Их ставят на официальных приёмах. Сейчас-то чего красоваться? Дежурные наготове в соседней комнате, король вызывает, если надо. Как и советников.

Мои шаблоны ломались на глазах.

— Да? — я недоверчиво огляделась. — А придворные, мечтающие целовать его руки? А поклонницы, любовницы? Воины для защиты?

— У нас не принято королю руки целовать. А защита Дракону не нужна, — серьезно сообщила Аксала, игнорируя тему любовниц, и показала мне на огромные золоченые двери. Сама поспешно удалилась.

Двери, за которые мне надлежало пройти, были такими высокими, что в них мог войти по меньшей мере жираф, а ширина позволяла зайти, свободно держась за руки, сразу десятерым дочерям Скорпиона. К сожалению, галантно распахнуть тяжелые массивные двери передо мной Волки не торопились. Мне пришлось самостоятельно протиснуться вовнутрь. Совершенно неэлегантно.