Грешники

Часть 33. Вика

***

Просыпаюсь я от жуткой, просто зубодробительной головной боли. А ещё дико холодно, словно я в вытрезвителе. Или морге. Ни в одном и ни во втором месте я, к счастью, не была, но мне кажется, что там точно так же.

Сбрасываю с себя тонкий с проплешинами плед и неуклюже сажусь на край… продавленного дивана.

Дивана?!

Твою мать! Нет! Ну нет! Я не дома. Я в гараже у этого долбаного укурыша Дёмы!

Воспоминания, словно рассыпанные горошины на ускоренной перемотке, одна за одной, насаживаются на нитку: я засекла ночью, как Саша пошёл в спальню к своей бывшей жене, психанула, написала Катьке и, узнав, что эта дурочка тусуется с моей бывшей компашкой ушлёпков, потащилась в этот дебильный гараж!

Фак! Фак! Фак!!!

Зачем я это сделала, идиотка!

Едва я только приехала сюда, сразу же вспомнила, кто здесь будет помимо Рогачовой – на этом диване даже есть вмятина чётко под размер зада Самбурова, он же здесь днюет и ночует, а я видеть не могла этого урода. Урода в прямом смысле – вся рожа в уже подживших гематомах, видать, Саша хорошо ему тогда навалял. В другой момент меня бы это здорово позабавило, но не этой ночью… этой ночью все мои мысли были только о том, что Саша меня предал. Я ничего не видела, да, но фантазия «услужливо» подсовывала картинки происходящего в спальне, и одна была «лучше» другой.

Может, и зря я убежала, но я просто не могла там оставаться, это было выше моих сил!

Само собой, поддатая Рогачова сразу же кинулась с расспросами, что же случилось, и я сбивчиво рассказала ей о том, что произошло. Я ожидала услышать какие‑то слова поддержки, что вот он козёл и всякое такое – женская же солидарность, но на своё удивление услышала совсем другое:

– Тишевская, ты совсем дура, скажи? С чего ты вообще взяла, что они там чпокались? Ты своими глазами это видела?

– Нет, не видела…

– Тогда как ты можешь утверждать, да ещё с такой уверенностью, что они там кувыркались? Ты же сама говоришь, что она была пьяная в жижу, тогда какая может быть романтика, ну подумай своей башкой! Может, он услышал сквозь сон, как она там коржи мечет, и решил по доброте душевной принести ей таз. Может, она его зачем‑то позвала. Да всё что угодно может быть!

– Я слышала её стоны, Кать!

– А ты свои слышала с бодуна? И вообще, я более чем уверена, что ты всё это просто себе, как обычно, надумала. Я же тебя знаю! Помнишь, как один раз на турбазе ты визжала как поросёнок, потому что точно увидела плавающий в воде труп? А на деле это оказались обычные водоросли. Или как была уверена, что та толстозадая из клуба и твой Саня точно занимаются сексом за углом клуба? Так и на этот раз – наверняка они там просто разговаривали шёпотом, может, она сопли размазывала и всхлипывала, а тебе, конечно, почудилось, как обычно, самое паршивое.

– А ещё дверь была закрыта! – тогда я выкинула самый весомый аргумент. – Я пыталась открыть, но не вышло!

– А ты уверена, что действительно пыталась, или слегка надавила на ручку и потом сбежала, потому что испугалась увидеть то, чего увидеть подсознательно не хотела?

А действительно, уверена ли я в этом?.. В тот момент, когда я проветрилась и немного остыла, всё стало видеться немного под иным углом. И я на самом деле уже не была уверена, были ли они, эти стоны, и действительно ли я хорошо подёргала дверь…

Всё произошло так быстро, я была сонная и что уж – меня, как обычно, сходу начала сжирать ревность…

– Нет, я не верю, что Саша такой! – отхлебнув из немного помятой банки наверняка уже порядком тёплое нефильтрованное, с видом опытной матроны вынесла вердикт Катька. – Я мало его знаю, конечно, но не похоже это всё на него. Не стал бы он так делать, в твоей квартире уж точно! У них была масса возможностей уединиться где‑то помимо, зачем ему изменять тебе же в твоей же квартире, ещё и с пьяной бывшей? Ну блин, это даже для Самбурчика твоего борщ.

– Не называй даже его имя, – я покосилась на бывшего, который вальяжно развалился на диване, мацая какую‑то пьяную тёлку, при этом косо посматривая на меня.

В первую секунду он, конечно, решил, что я приехала к нему, но очень быстро обломался. Да он последний, к кому бы я поехала! Хотя я знала, что он тут, но всё равно притащилась, очень сильно рискуя нарваться на большие проблемы.

– Я советую тебе просто с ним поговорить. Спокойно, без эмоций, – продолжила «лечить» Рогачова, внося своими на удивление трезвыми доводами в мою душу довольно‑таки внушительную надежду.

– Прямо сейчас, что ли? Вернуться и поговорить?

– Сейчас спокойно по‑любому не получится, лучше подождать до утра, как раз окончательно остынешь. И умоляю – не пори, как обычно, горячку! Ты даже меня этим вечно бесишь, что говорить о мужике! И если уж на то пошло, бросить ты его всегда успеешь, а вот удержать… Я бы на твоём месте в такого руками и ногами вцепилась, – мечтательно вздохнула, – причём во всех ракурсах и смыслах. Только не ревнуй!

Если по дороге в гараж я была уверена в одном, то после разговора с Катькой уверенность моя основательно пошатнулась. А если она права, и я просто раздула из ничего трагедию вселенского масштаба? Я очень ревнивая, настолько, что просто прекращаю мыслить логично, словно тумблер переключается. Вот когда я поняла, что он с ней в спальне – он переключился, его заклинило, пробки выбило, и произошёл взрыв.

Я просто боюсь его потерять… Так сильно, что любая мелочь становится толчком, чтобы начать паниковать.

Катька хоть порой и круглая дура, но я поняла, что она права – мы должны с ним поговорить. Без эмоций. Я должна прямо спросить у него, что он делал в спальне у бывшей, наверняка он скажет правду. Не такой он человек, чтобы изворачиваться и врать. Я ужасно боялась услышать ту правду, которая мне не понравится, но это всё равно лучше, чем додумать её самой и тем самым разрушить отношения.

Всё‑таки хорошо, что я ушла и не наломала дров, но плохо, что поехала в неподобающее для этого место…