Вишенка на десерт

Глава 37

Бальный зал заполнен людьми. Я действительно не ожидала такой толпы. Почему-то мимоходом решила, что уж точно часть придворных должна убраться после прошедших событий. Но нет. Все здесь, по крайней мере на первый взгляд. То ли королевское угощение их так привлекло, то ли извечная человеческая любознательность.

Король подходит к своему месту. Приказывает наполнить бокал. В бокалах гостей уже сверкает игристый напиток. Я оказываюсь рядом с Тором, сестры и маман сидят чуть дальше, на привычных для Роузов местах. И я должна быть с ними, ведь пока не являюсь женой Торнтона, но на нарушенный протокол никто не обращает внимания.

— Сегодня праздник омрачен недавними событиями, — тихо начинает король. Но его все слышат, слушают, затаив дыхание. — Но они уже в прошлом. Поэтому этот бокал я хочу поднять за королевский род, за первых одаренных Древними на территории Аквилании, за тех, кто сквозь века пронес дар и умело им пользовался и пользуется на благо нашей земли. Пусть видят недруги, что потомки Древних им не по зубам!

Раздаются аплодисменты и крики одобрения, в приветствии поднимают бокалы.

И в этот момент меня буквально озаряет. Воспоминание, будто вспышка взрывается в голове.

— Джефф сказал, что за всем этим стоит Древний! — едва не вскрикиваю от неожиданности. Но в последний момент все же понижаю голос.

— Древний? Они же исчезли из нашего мира! — слышу ответ изумленное. Но то, как Тор это сказал, наталкивает на смутные подозрения.

— Он так говорил. К тому же я с ним танцевала… тогда… в Торнтонхолле, и видела Маску. Не может же Джефф быть одновременно в двух местах…

Тор нахмуривается, сжимает сосредоточенно губы. Мне еще хочется добавить уже совсем бессмысленное, что рядом с Маской чувствовался какой-то безосновательный, буквально животный ужас, а с Джеффом мне было спокойно. Однако молчу, потому что если предыдущие факты не убедили, то этот и подавно.

— И в заключение, — продолжает король. — Я хотел бы перечеркнуть неприятные воспоминания этого дня радостной новостью. Сегодня рад официально объявить то, о чем вы уже давно догадались. Мой дорогой брат лорд Бардальф Себастьян Торнтон и леди Вивьен Черри Роуз по моему благословению обручились. Давайте поздравим эту замечательную пару. И кто, если не они заслуживают почетного звания короля и королевы осеннего бала.

Снова слышатся аплодисменты. Сначала тихие, одиночные, потом более громкие. Я все еще думаю о словах Джеффа, и почти не замечаю, как Тор тянет меня поближе к королю. За высоким столом собрались только самые приближенные к монаршей семье. И мы в два шага оказываемся возле Лайона. Он берет с небольшой подушечки, которую благоговейно держит застывший статуей лакей, изящные золотые короны, стилизованные под венки из опавших листьев. Одну возлагает на голову Тору, тянется за другой, моей.

Дребезжащая тревога бьет по нервам. Я не хочу здесь быть, не хочу. Просто чувствую, что надо побыстрее куда-нибудь убраться, сбежать, скрыться. Именно мне. Даже дергаюсь в бессознательном порыве, но рука Тора крепко сжимает пальцы. И с каждым шагом, приближающим короля, моя паника углубляется.

Левая рука тянется к шпильке в волосах. Высокая прическа помешает надеть корону. Я это делаю невольно, но почему-то на задворках сознания этот невинный жест вызывает панику и ужас. Руки короля зависают над головой. Корона сверкает словно вылитая из солнечных лучей. И украшенные россыпью мелких рубинов желтые листочки кажутся сбрызнутыми кровью. Пальцы сжимают шпильку, рука поднимается сама собой. И пока испуганно кричит сознание, мое тело, совершенно неподвластное мне, наносит удар в сердце короля.

По-моему, даже слышу, как тонкий металл пронизывает плотную ткань камзола, погружается в тело. Внутри бьюсь в истерике, меня тошнит, выворачивает от ужаса и отвращения к себе. Теперь я помню все. До мельчайших подробностей. Но от этого мне не легче. И теплая кровь на ладонях обжигает как раскаленная лава.

Гул в ушах мешает осознать, что происходит вокруг. Я только смотрю, как медленно гаснет жизнь в глазах Лайона, и понимаю, что расплатилась сполна. Невинная, толстая и скромная Вивьен без сомнения была вне подозрения, несмотря на сплетни вокруг ее отца. Надо было немного помочь ей стать ближе к королю, и дать в руки оружие. Невинную шпильку, которую сейчас носят все модницы Сен-Ажена.

Только вот смелой и яркой Вивьен можно было назвать с натяжкой. Угнетаемая матерью, забитая сестрами, покорная и бесхарактерная, как вяленая рыба, она даже под гипнотическим влиянием древнего существа вряд ли осуществила бы то, что было нужно. Другое дело раскованная и уверенная в себе попаданка, которой плевать на придворные традиции. Которая способна шокировать нестандартными решениями, чувствовать себя на высоте в самых смелых нарядах и мгновенно задавать тон обществу. Да еще и настолько, что брат короля и сам король ее заметили.

Таков был наш уговор: Любава выздоравливает, а я передаю всю информацию из воспоминаний Вивьен ее спасителю, и в нужный момент выполняю его приказ.

Нет, на убийство я не соглашалась. Действительно, не уверена, что смогла бы. А вот опрометчиво в отчаянии пообещать: «Я сделаю все, что скажешь, только спаси мою маленькую сестренку!» — вполне. А Древние на то и Древние, чтобы уметь подлавливать в такие моменты.

Одно только не учел Маска. Вивьен была настолько напугана и покорна, что слова папы — "забудь все, что видела!", восприняла буквально. И забыла. Психологический блок удалось преодолеть не сразу. И толку от меня, как от шпиона не было никакого. Лишь единственное я выполнила на все сто — убила короля Бардальфа Девятого.

— Вивьен! Вив! — Знакомый голос слышится словно издалека. Кто-то забирает у меня из рук шпильку, обнимает за плечи. — Пойдем...

Перед глазами все еще мои окровавленные ладони, в голове пустота. Никаких мыслей, никаких эмоций. Смиренно следую за Тором. Он тоже может быть Маской. Вполне. И все это лишь игра, грязная игра, чтобы использовать меня, как пешку, и сесть на трон. Но мне уже безразлично. Даже не дергаюсь, когда выходим из зала, поворачиваем в один, второй коридор…