Выбор принца: сбежавшая невеста

Глава 1

– Королева-мать! Королева-мать! – заголосил маленький плешивый человечек. – У нас беда!

Ливерия, женщина сорока лет с копной каштановых волос, совершенно нетронутой сединой, подняла усталый взгляд на голосящего человечка. Гирей, ее поверенное лицо и первый советник, каждое утро прибегал с одной и той же речью. И, к сожалению, причину Ливерия знала так же хорошо, как и то, что ее сын настоящий раздолбай.

– Ну что ты кричишь, Гирей? – покачав головой, спросила королева. – Я прекрасно знаю, что за беда приключилась. Последние несколько лет происходит одно и то же, поэтому не вижу смысла прибегать с утра пораньше и говорить о том, что нам быстро нужно выдать замуж очередную испорченную принцем девицу. Кто на этот раз?

Ливерия была красивой женщиной, но постоянные заботы и «уборка» за похождениями сына рано состарили ее. Вот уже пятнадцать лет, как женщина одна правила светлым королевством Хаймурин, так как ее дорогой, обожаемый супруг внезапно склеил ласты, переложив тяжелое бремя власти на хрупкие плечи своей жены. Впрочем, королеву Ливерию было сложно назвать хрупкой. Она была из тех, кто несмотря на нежную внешность, могла в одиночку остановить коня, пытающегося заскочить в горящую избу. Обведя взглядом тронный зал, в котором она сидела в ожидании Гирея, отметила, что слуги обленились. Под потолком болталась паутина, а огромный, жирный паук поймал в свои сети белого мотылька. Нужно не забыть отчитать слуг и заставить их вылизать каждый миллиметр каменного замка.

Королева не любила свой замок. Ей хотелось вернуться в годы юности, когда она жила с родителями в богатом доме, стоящем на берегу зеркального озера. Она обожала проводить там все лето, ловя рыбу, купаясь и просто любуясь природой. Сейчас ей этого очень не хватало. Каменные стены замка давили на нее, но пока сын вел себя так, как хотел, она не могла уйти на заслуженный покой.

– Дочь графа Кирштайна, - отрапортовал Гирей, печально качая головой.

– И? – скучающе уточнила королева. – Выход всегда один – замуж выдать, приданное дать и все. В чем проблема?

– Граф просит наказать виновника по всей строгости, - добавил Гирей.

– Да что он говорит? – впервые с начала этого тяжелого трудового дня в голосе Ливерии прорезались настоящие эмоции. – И что же он предлагает? Всыпать принцу ремня?

– Вообще-то он просил привязать его к позорному столбу и дать двадцать ударов плетей. Но, принимая во внимание то, что он единственный наследник престола, он согласен на то, что принц Турэйн женится на его дочери. Тогда инцидент будет исчерпан.

Королева задумалась. Естественно о женитьбе не могло быть и речи. Она, конечно, мечтала, что принц остепенится, но понимала, что с минутными увлечениями этот номер не пройдет. Вот уже несколько лет прошло с тех пор, как она начала безуспешную борьбу с любвеобильностью Турэйна. Что она только не предпринимала! И закрывала его в покоях, а негодник сбегал через окно, и заказывала у ведьм различные эликсиры, чтобы снизить его…работоспособность, и говорила с ним, и била. Все без толку. Принц всегда сбегал или не приходил домой, чем доводил несчастную мать до истерик. Тогда она решила, будь, что будет и стала закрывать глаза на его похождения, рассчитываясь с обиженными девицами и их отцами звонкой монетой и быстрым замужеством. В большинстве своем все были довольны.

– Что ж, - протянула королева, - передай Кирштайну, что сына я накажу. Подыщи его дочери богатого мужа и заткни им рты деньгами. В общем, действуй по стандартному плану. Граф покипятится и успокоится.

– Хорошо, королева-мать, - Гирей почтительно склонил голову и, пятясь задом, вышел из тронного зала.

Королева не двигалась. Она знала, что на данный момент приемов больше не будет, но так же знала и то, что ее сын сейчас принимает ванну. И потому, что он уже взрослый, она не хотела врываться к нему в комнату и устраивать выволочку за ночные игрища. Нет, Ливерия была терпеливой женщиной. Она дождется, когда сын сам придет к ней, а потом можно будет и поговорить. У королевы давно чесались руки отвесить сыну хорошего подзатыльника. А пока можно предаться воспоминаниям о давно ушедшем прошлом.

В памяти всплыл момент, когда она впервые встретила короля. Ливерия, по своему обыкновению, сидела около любимого озера, вглядываясь в зеркальную поверхность. Ветер изредка раздувал ее каштановые волосы, бросая их в лицо, и Ливе приходилось периодически заправлять пряди за уши. Она совершенно не думала о том, что ее кто-то мог видеть, и вела себя естественно и непринужденно. Этим она и покорила сердце одинокого короля, уставшего от фальшивых улыбок и наигранных чувств.

Ныне покойный, а тогда красавец-король в самом расцвете лет решил расслабиться и отдохнуть на природе от своей свиты и двора. Тайно покинув дворец, он скакал что есть мочи туда, куда глаза глядят. На земли родителей Ливерии забрел совершенно случайно, но был доволен этим, посчитав, что судьба и сам Светлый свел их вместе. Обратно в королевство он возвращался уже с Лив. Нельзя сказать, что Ливерия до беспамятства любила своего супруга, который, к слову, был старше ее на семнадцать лет. В то время, как Лив только-только исполнилось восемнадцать, королю уже было тридцать пять. Взрослый мужчина увлекся девчонкой – так говорили при дворе. Злые языки считали, что король ни за что не женится на «безродной», но просчитались. Вскоре Лив взошла на престол и показала себя с лучшей стороны, быстро закрутив болты и гайки всем тем, кто злословил на ее счет. Ее боялись, ненавидели и вместе с тем уважали даже больше, чем короля.