Третий ключ ведьмы

20.1

Вестник дожидался меня на подушке. Внешне он больше всего походил на птичку, но вёл себя совершенно как нахальный кот. Разлёгся со всеми удобствами, а при виде меня недовольно чирикнул, будто я накормить его забыла.

Я протянула руку. Вестник даже не подумал пошевелиться, только снова чирикнул. Точно, кот. И очень, очень нахальный. Понятно, конечно, что он просто дожидался адресата в определённом месте, но выглядело всё это забавно. Так и хотелось взять веник и заняться его воспитанием.

Никакой веник я не взяла, разумеется, идти за ним было далеко, да и ни к чему представление устраивать. Просто отпустила Дину, села на кровать и поймала нахальное создание. Вестник повозился на ладони, убеждаясь, что я именно та, к кому его отправили, потом совершенно спокойным голосом Рэйна сообщил, что с Родриком разберётся сам, а потом неожиданно рассыпался облачком серебристой пыли.

Облачко не исчезло и не осыпалось на пол. Немного повисев в воздухе вокруг моей ладони, оно неожиданно собралось в цветок. Не существующий, но очень красивый, он лёг обратно в мою руку, и я невольно залюбовалась мерцающими лепестками.

Долго иллюзия не продержалась, рассыпалась и исчезла, а я поймала себя на том, что улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что его светлость всё же не чужд некоторой романтики. И кто бы мог подумать, что я до сих пор могу радоваться таким мелочам. Что я вообще могу им радоваться, потому как в юности к цветам я относилась прохладно и сугубо прагматично: все, что не годились на зелья, быстро отправлялись в мусор. Видимо, не зря говорят, что дорог не подарок, а внимание.

Всё это было неправильно. Мне сейчас стоило бы возмутиться отсутствию объяснений и потребовать рассказать, как именно планируется решить вопрос с наглым кузеном. А вместо этого я сидела и улыбалась, как дурочка. И если уж честно, мне было плевать, что там и как произойдёт. Без меня? Ну и прекрасно, без того забот хватало.

* * *

За следующие три дня я успела заказать себе ещё несколько платьев и пару дорожных костюмов с брюками, провести полную ревизию припасов в замке, закончить уборку, закупить травы, устроить себе нечто вроде лаборатории в пустовавшей угловой комнатке под крышей и сделать заготовки для нескольких самых нужных зелий. Все эти дела позволили выбросить из головы ненужные сомнения и метания, а главное — не лежать на кровати, жалея себя несчастную.

Чувствовала я себя отвратительно, как и всегда в дни женских неприятностей. Но как-то раньше меньше обращала на это внимания. И, кажется, пора было признаться себе, что больше всего меня мучило разочарование. Или, может быть, то, что я вообще его испытывала. Из-за того, чего никогда не было и чего я никогда не хотела. Потому что на утро четвёртого дня самочувствие моё улучшилось, а вот душевное состояние — нисколько.

Завтракать в зал я не пошла, попросила Дину принести его в спальню. Почти не поела, потому что всё ждала новости о появлении Родрика. Но время подходило уже к обеду, а «милый братец» всё не спешил почтить меня визитом. И я вполне допускала, что про три дня он ляпнул так, для красного словца, а на деле так скоро не явится. Или, может, вообще не явится, потому что с ним уже благополучно разобрались. Но можно же было мне сообщить!

В общем, я волновалась и сердилась. И чем сильнее волновалась, изводясь неведением, тем больше сердилась. Не годилась я на роль украшения дома, не умела не забивать себе голову проблемами. Слишком уже привыкла сама полностью контролировать свою жизнь.

К обеду я вышла, и даже поговорила с Гровером о хозяйственных делах. Точнее, попыталась поговорить, потому что вникнуть в рассказ никак не удавалось. В голове крутился рецепт одного очень милого зелья, которое хотелось сварить и мстительно подлить Рэйну. Чтобы чесался три дня и на три года, не меньше, запомнил, что с ведьмами шутки плохи.

Когда и к ужину не появился никто, кроме торговца, доставившего заказанные мной травы, я всё-таки пошла это самое зелье варить. Испортила котелок и две колбы, по рассеянности сыпанув слишком много сариллы, кое-как навела порядок и отправилась спать. Решила, что для мести сойдёт, в сущности, и обычное слабительное. Просто, надёжно и всегда заставляет призадуматься.

Уснула далеко не сразу, вертелась с боку на бок, придумывая, как бы ещё потянуть время, если Родрик всё-таки решит объявиться. Ничего не придумала, зато хоть задремала. Разбудила меня скрипнувшая в ночной тишине дверь.

Первой мыслью, посетившей меня после этого звука, стало воспоминание о том, что я так и забыла велеть её наконец-то смазать. Потом я всё-таки вспомнила про спрятанный под подушкой флакон с «серым туманом», отыскала его там и резко села в постели, примеряясь, как бы так расколотить склянку об пол, чтобы самой досталось поменьше.

— Не торопись, потом три дня ведь придётся проветривать.

Слова, которые пришли мне в голову после этой фразы, я с трудом удержала при себе. Приличных среди них не было ни единого, но других как-то не нашлось. Опустив руку с флаконом, я медленно перевела дыхание, сосчитала до десяти и всё-таки швырнула в ночного визитёра подушку. Хоть так отвела душу.

— Отправляешь на диван? — не поведя бровью поинтересовался муженёк, поймав подушку на лету.

— Иди ты… — начала было я, но снова прикусила язык, не желая демонстрировать свои познания в области ругательств.

— Думал, ты спишь.