Суженая для падшего

Глава 8.2.

Вилла Д’Эсте поражала с первого взгляда, скорее даже не самим старинным зданием, хотя и оно, безусловно, было прекрасным, а своими садами и фонтанами. Делая шаг в огромный парк, утопающий в изумрудной зелени мхов и деревьев, обильно украшенный множеством искусственных водоёмов и статуй, ты попадал в абсолютно другой мир. Сказочная красота этого места поразила меня ещё в прошлый раз, когда я была здесь с Белкой и её подругами во время нашего путешествия по Европе.

– Но как это возможно? Это ведь памятник архитектуры! Тут толпы туристов, особенно в это время! – от удивления и восторга я не смогла удержаться от вопросов.

Мы с Бармалеем уже минут пятнадцать носились по саду, и галдёж всех его голов, возмущённых наличием у водоема пары голубей, ещё больше раззадоривал меня. Я любовалась каждым фонтаном, каждой статуей, понимая, что ещё не один месяц буду разглядывать все детали. Всё в этом месте будто замерло, казалось, что мы застали виллу и парк в их лучшее время.

Михаил стоял наверху и, облокотившись на каменные перила балкона, наблюдал за мной:

– Это магия, Сюзанна. Мы в другом временном изломе. Здесь ты никогда не столкнёшься с любопытными туристами и незваными гостями, – ответил он, когда я поднялась к нему со своими вопросами. – И всё здесь теперь твоё, – последние слова он сказал так мягко, что по телу разлилась приятная волна тепла, а когда до меня дошёл смысл сказанного, я удивленно осмотрелась вокруг, оценивая этот райский уголок с другой стороны.

Ведь я теперь Д’Эсте! И вилла, которую кардинал Ипполит Второй обустраивал с такой любовью, пусть и находящаяся в каком-то другом временном изломе, теперь мой дом! Вот это да! А как было бы красиво устроить тут концерт! Я бы исполнила любимые арии, фонтаны можно было бы подсветить, а музыкантов разместить…

– Ты что-то задумала? – строго спросил Михаил, заставив меня рассмеяться.

Да уж, не имея возможности заглянуть в мои мысли, он теперь каждый раз будет нервничать, гадая, не решилась ли я на побег, пока я обдумываю всякие глупости.

– Да, – я специально сделала паузу, наблюдая, как бровь мужа вопросительно взлетает вверх. – Устроить концерт для родных и друзей.

Михаил вдруг нахмурился:

– Через пару недель, – сухо сказал он. – Я знаю что, думая о свадьбе, представляют юные девушки. Тайные ритуалы и нападение потусторонних существ обычно не входят в свадебный список дел. И я хочу…

– Я не думала о свадьбе и ничего не представляла! И если бы вы не заставили меня угрозами и не напугали всеми этими магическими штучками, я ни за что бы за вас не вышла! – я ощутила, что вновь начинаю злиться.

Руки непроизвольно сжались в кулаки, сердце стремительно отбивало ритм.

- Я знаю.

Этот спокойный ответ подействовал на меня как ушат холодной воды. Я удивлённо заглянула в тёмные глаза Михаила и вновь наткнулась на затаившуюся на самом дне печаль:

– Тем не менее, я хочу, чтобы твои родные приехали погостить и отпраздновать нашу свадьбу. Так будет лучше для всех. Твой дядя хоть и обычный человек, но может доставить много ненужных хлопот, а мне бы не хотелось нарушить нашу сделку и свернуть ему шею, – отвернувшись и устремив взгляд на сверкающий вдали огнями город, добавил муж своим стандартным холодным тоном.

Как у него это получается? Парой фраз всё вернуть на круги своя, напомнить, что он тут главный и в любой момент может не только испортить жизнь моим близким, но и просто «свернуть им шею»! Я уже хотела произнести парочку язвительных слов, но снесший меня с ног Бармалей заявил, что очень сильно хочет есть. Пришлось ограничиться парочкой ядовитых взглядов.

Хорошо, что Клодия оказалась поблизости и проводила меня в мою комнату, передав Бармалея на попечение встретившемуся нам по дороге Теодору. Мне показалось, что мажордом был не очень рад обществу хвостатого пройдохи, но выбора ему никто не оставил.

Внутри вилла была похожа на расписную шкатулку с фресками, изображающими природу и сцены из Библейского писания. В отличие от прошлого раза, когда мы с девочками блуждали по пустым залам с редкими скамьями для отдыха, сейчас интерьеры виллы представляли собой смесь готики и барокко. Мебель и аксессуары напомнили мне обстановку в подмосковном особняке, но здесь все было будто пропитано энергетикой Михаила, мне даже чудился лёгкий аромат сандала.

Моя комната была в противоположной стороне от Кардинальской спальни, которую занимал Михаил. Несмотря на то, что он пытался убедить меня в том, что я ему нужна как женщина, я в это верила всё меньше. Увидев, насколько похож интерьер спальни с интерьером, что был в особняке, я тут же залезла на кровать, и в животе запорхали бабочки – моё голубое небо с белоснежными облаками было на месте.

– Всё хорошо, госпожа? – хитро улыбаясь, спросила Клодия.

– Просто чудесно, – не скрывая эмоций, ответила я.