Нас война соединила

Глава 13.

Провожали новобранцев шумно.

Все село собралось на площади около поджидающего солдат грузовика. Бабы обливались слезами и не могли оторваться от своих сыновей и мужей. Те, обнимая жен и матерей, принимали из рук стариков полные тары самогона и закусывали огурцами.

— Не реви ты, мать-старушка,

Что сынок теперь солдат.

Защищать идет избушку,

И фриц тому-у-у виноват.

Под гармонь и пошлые частушки выплясывали молодые девушки. Пошел в пляс и дядя Женя, выкидывая по очереди ноги и своей неловкостью смеша собравшихся.

— Так, товарищи новобранцы! Прощаемся с родственниками и по машинам! — оборвал веселье молодой парень в форме.

Разом замолкла музыка и послышались рыдания.

— Мам, ну ты чего? — Петр вытер мокрые щеки матери и крепко прижался губами к ее рукам. — Смотрят ведь, неудобно.

— Петя, зачем? У тебя же как у тракториста бронь, — прошептала одними губами Анна.

Петр усмехнулся и крепко обнял мать.

— А с совестью моей как быть? Тоже бронь на нее?

— Ну, теть Ань, будем надеяться, что служить нам посчастливится вместе, — подскочил, весело улыбаясь Саша и напоследок пробежался пальцами по струнам своей гитары. — Держи, бать. Смотри, сохрани, вернусь — чтобы ждала меня моя ненаглядная!

— Сохраню, — пообещал дядя Женя и бережно принял из рук сына гитару. — Зарина что ж не пришла?

— Обещалась, — пожал плечами Саша и тут увидел, как по улице что есть силы скачет верхом цыганка.

Приблизившись, девушка ловко соскочила с коня и под шушуканье баб и их злые взгляды подошла к Саше. Заметив стоящего рядом с ним отца, она опустилась на колени и поклонилась тому до земли.

— Что ты? — испугался дядя Женя, поднимая девушку. — Что ты, дочка?

— Чужая я тут, знаю. Сашу люблю, жизнь ему посвящу, а вас отцом мне прошу быть.

Растрогавшись, Женя ласково поцеловал девушку в лоб и вложил ее ладонь в руку сына.

— Прощай, Зоренька моя, — Саша нежно прижался к вздрагивающим губам девушки. — Я вернусь, ты слышишь?

Обнявшись с родителями, Петр и Сашка закинули свои вещи в грузовик и, ловко взобравшись в кузов, напоследок оглядели площадь.

— Не ревите, эспидоровцы, не умирать же едут красны молодцы! — выкрикнул Сашка и, прикурив у рядом сидящего паренька, спросил у Петра: — Как думаешь, к покосу вернемся?

Петр промолчал, еще долго вглядывался в горстку людей, неистово машущих платками, и все пытался разглядеть в толпе бледное лицо с такими родными глазами.