Две стороны стекла

Глава 20

Глава 20

Свидетели пробыли в Лоранде ещё несколько дней, я наблюдал за их перемещениями по двору замка через окно своей комнаты. То один из них, то двое мелькали туда-сюда, я видел их синие одежды. Интересно, они всех допрашивали или только семью графа Берната? Неужели никто ничего не видел?

Если бы всё было понятно, и не возникали вопросы со смертью Отца Бертока, свидетели уехали бы быстро, но нет. Они что-то искали, в чём-то сомневались, смерть от несчастного случая одного из своих им, видно, казалась подозрительной. Да и за мной никто не приходил. Если бы Отец Берток успел в последний момент сообщить об Арсе из Эниона, за мной бы уже пришли эти синие с сильными руками...

Ни я сам, ни мой отец-граф ничего бы не сделали. Думаю, если бы они арестовали меня, граф смирился бы с этим и отдал бы меня им без слов.

Получается, что Отец Берток очень вовремя умер, погиб. Или мой отец очень вовремя избавился от него. Я не сомневался, что он приложил к этому руку, я помнил, как подобная участь чуть не постигла меня самого. Я тоже мог вот так же оказаться во рву Лоранда. Холодный, молчаливый, все тайны с собой унёсший...

Все эти дни, пока свидетели в синем шныряли по Лоранду, я стоял у окна и замечал, что здоровье моё делается лучше с каждым днём. Меня уже почти не тошнило, и голова не кружилась, лучше стал аппетит, и еда задерживалась в моём желудке. Я выздоравливал быстрее, чем это было со мной в детстве. Тогда я проболел месяц, хотя сотрясение было у меня значительно меньше, чем сейчас. Даже синяк на ноге после удара камнем прошёл почти без следа, я уже и хромал-то еле заметно.

Почему? Почему так быстро?

Не думаю, что всему виной примочки и травки Отца Бертока. Скорее всего, это мой ускоренный метаболизм, не только же мне зря щетиной зарастать, хоть что-то полезное от всего этого. Я быстро встану на ноги, а голова моя так уже усиленно работает. Я начал снова обдумывать способы побега из Лоранда, анализировать моё нынешнее положение.

Конечно, присутствие Габиана всё усложняло, я ловил на себе его взгляды, чувствовал их даже лопатками, когда стоял у окна дни напролёт. Интересно, о чём он в этот момент думал? Чем я занят и что делаю? За кем наблюдаю?

Вот и поломай свою головушку, сердечный, попробуй сделать выводы. Что же ты донесёшь моему отцу, что ему расскажешь? Стоит столбом и смотрит в окно? Ценная информация, однако.

А потом свидетели уехали, и я выдохнул. Хвала Свету! Не прошло и полгода, как они убрались. Интересно, нашли хоть что-нибудь из того, что искали?

А вечером этого же дня ко мне заявился отец. Ну, конечно, все эти дни ему было всё равно, что я им говорил? О чём меня спрашивали? Что они хотели узнать? А теперь, вот, заявился...

Габиан тут же шмыгнул в дверь послушным псом, а отец прошёл и спросил сразу же, как мы остались одни:

– Что они спрашивали у тебя?

Я помолчал, а потом вздохнул, отвечая:

– Какая разница, что они спрашивали? Если они не забрали меня с собой, значит, я правильно отвечал на их вопросы. Разве нет? Вы же не предупредили меня о том, что можно говорить. – Я пожал плечами. – Я решил сам, что ничего не буду говорить об Энионе, раз они ищут Арса из Эниона... И, конечно же, я промолчал о Нандоре. А вообще, они мало мной интересовались. Я им точно был не нужен.

Отец стоял посреди комнаты, заложив пальцы ладоней за пояс, и внимательно слушал меня, не перебивая. Я же сделал паузу, вздохнув опять, и добавил:

– Если они не забрали меня, значит, Отец Берток ничего не успел им сообщить... И этому, второму, – я дёрнул головой за спину, – как его? Отец Андер? Тоже ничего не сказал. – На мои слова отец как-то громко так хмыкнул, я в этой усмешке уловил для себя: «Ну, ещё бы! Я же позаботился об этом...» И у меня невольно вырвалось: – Зачем надо было его убивать?

– Будешь думать в другой раз, где, с кем и о чём разговаривать.

О-о-о, мне не нравился тон голоса моего отца. Какого мрака он вообще припёрся? И так настроения нет, ещё и он масла в огонь подливает.

– Они для чего приехали? Эти, в синем... Что они у них, как зондеркоманда?

– Что? – Отец нахмурился, не понимая вопроса, и я пояснил:

– Похоронная команда они, да? Или что они здесь так долго делали? Следствие вели?

Он кивнул на мой последний вопрос, и отсвет пламени от горящего камина сверкнул на его тронутых сединой волосах.

– Синие лучи, они вызываются только в крайних случаях, когда есть подозрение на убийство свидетеля. И мёртвых своих они тоже забирают.

– И что, они что-то нашли?

– Если бы нашли, мы бы сейчас не разговаривали.

Я поджал губы. Конечно, он своё дело знает, следов не оставил, и свидетелей тоже.

– Наверное, они посчитали, что это несчастный случай?

– Как-то так...

Видно было, что графу неприятна эта тема разговора, но я-то хотел всё знать, поэтому задавал и задавал свои вопросы:

– Почему тогда они так долго были здесь, если посчитали, что произошёл несчастный случай?