Нет, нет и ещё раз... да!

Глава 99. Чтоо же за день-то такой?

В обеденной зале поднялся шум. Гости не совсем понимали, что происходит. Кто-то громко возмущался, что О’отон посмел применить чёрную магию, кто-то радостно вопил, что нашёлся сын гранд-канцлера, который уже полгода считался бесследно пропавшим, а кто-то не в силах выразить эмоции словами охал, ахал и издавал другие междометия.

Однако Карина какое-то время не замечала царящего вокруг гвалта. Она крепко обнимала брата. Наконец-то, он в своём образе. Больше не нужно играть чужую роль, не нужно ни от кого скрываться. Для своих четырнадцати Эгмунд пережил слишком много испытаний, но теперь сможет вести счастливую и беззаботную жизнь подростка.

— Благодарю, сестра, — прошептал он ей.

Сердце Карины наполнилось теплотой. Несколько секунд, пока внимание гостей было в бо́льшей степени сконцентрировано на О’отоне, они с братом могли разделить радость его избавления от оков чужого образа, возможность стать самим собой.

Колдун тем временем продолжал перебирать на себя внимание присутствующих. Гости, затаив дыхание, наблюдали за сценой, которая разыгрывалась между ним и Торбьоном. Тор вернул ему его родовой амулет, но при этом пригрозил:

— Обещаю множество проблем гораздо более серьёзных, чем потеря амулета, если ты ещё хоть раз перейдёшь дорогу тому, кто мне дорог.

О’отон быстро спрятал амулет в потайной карман за пазухой. Было видно, что он признаёт поражение. А куда ему деваться? Его северная колдовская магия сильна, но не настолько, как стихийная. Прежде чем уйти, он скользнул по Торбьону пустым взглядом бесцветных глаз и холодно произнёс:

— Она могла бы стать северной королевой, тысячи верноподданных выполняли бы любое её желание, её стихийный дар в северных краях расцвёл бы с особой силой, а что дашь ей ты?

Торбьон спокойно выдержал его ледяную тираду.

— То, что ты дать не в состоянии, — любовь.

Что же за день-то сегодня такой? Вот так неожиданно Карине было суждено услышать признание в любви от собственного мужа. Кому-то может быть хочется, чтобы это произошло в торжественной обстановке: ужин при свечах, конфеты-букеты, розы-мимозы. Но Карине казалось, что нет ничего романтичнее этих непроизвольно вырвавшихся в неподходящем месте и в неподходящее время, обжигающе искренних слов. Со счастливой улыбкой она наблюдала, как под уничижительное улюлюканье гостей О’отон спешно покидает обеденный зал. Дворецкому было дано задание проводить его за ворота замка.

Исчезновение колдуна могло бы немного разрядить атмосферу, если бы следом не случилось другое событие — внезапное появление гранд-канцлера. Вернее, для Карины оно не было внезапным. Она знала, что он присутствовал на приёме с самого начала только не в своём образе. Теперь же уже в своей ипостаси он широким шагом шёл через зал прямиком к тому месту, где стояла Карина с братом.

— Эгмунд! — эмоционально выкрикнул Гранде, прижимая сына к себе.

Карина не заметила, в какой именно момент гранд-канцлер вернулся в обеденный зал. Видел ли всю сцену чудесного снятия образа О’отона с собственного сына? Впрочем, это было уже и не важно. Главное, сын и отец, наконец, встретились. Карина смотрела на гранд-канцлера и не могла не радоваться за него. Сколько самых глубоких эмоций было на его лице! Он и верил и не верил, что отыскал сына. В уголках его глаз собралась влага. Разумеется, ни при каких обстоятельствах ни одна слезинка не скатится по щеке этого железного человека, но Карина знала, как сложно ему сейчас сдерживать слёзы.

Зал снова наполнило всеобщее оживление. Этот приём гости запомнят надолго. Карина отошла в сторону, давая возможность Эгмунду сосредоточить всё внимание на отце. Она представляла, сколько всего им сейчас хотелось бы сказать друг другу. Правда, откровенному разговору мешали десятки невольных наблюдателей. Нужно было бы, пожалуй, отвлечь гостей. И сделать это должна Карина как хозяйка вечера. Хотя она представить не могла, на что можно переключить внимание присутствующих, когда перед их глазами происходит столько интересного.

Возможно, выручит Матильда? Она ведь готовила что-то этакое на свежем воздухе. Карина направилась к выходу разведать, чем собралась удивлять гостей её помощница. Однако стоило выйти из обеденной залы, как к ней подскочила одна из горничных.

— Ваша светлость, вашей кузине сильно нездоровится. Его величие магистр Бартлен просил найти вас.

Карину вмиг охватило сильное беспокойство. Кузина отказалась прийти на приём, сославшись на плохое самочувствие. Карина подумала, что речь о лёгком недомогании. Но, выходит, дело гораздо серьёзнее. Ей стало хуже?

Карина бросилась в комнату сестры.