Мастер и Маргарита (альтернативная концовка)

Мастер и Маргарита

Глава 24. Извлечение мастера

Веселый ужин продолжался. Свечи оплывали в канделябрах, по комнате волнами распространялось сухое, душистое тепло от камина. Наевшуюся Маргариту охватило чувство блаженства. Она глядела, как сизые кольца от сигары Азазелло уплывали в камин и как кот ловит их на конец шпаги. Ей никуда не хотелось уходить, хотя и было, по ее расчетам, уже поздно. Судя по всему, время подходило к шести утра. Воспользовавшись паузой, Маргарита обратилась к Воланду и робко сказала:

– Пожалуй, мне пора... Поздно.

– Куда же вы спешите? – спросил Воланд вежливо, но суховато. Остальные промолчали, делая вид, что увлечены сигарными дымными кольцами.

– Да, пора, – совсем смутившись от этого, повторила Маргарита и обернулась, как будто ища накидку или плащ. Ее нагота вдруг стала стеснять ее. Она поднялась из-за стола. Воланд молча снял с кровати свой вытертый и засаленный халат, а Коровьев набросил его Маргарите на плечи.

– Благодарю вас, мессир, – чуть слышно сказала Маргарита и вопросительно поглядела на Воланда. Тот в ответ улыбнулся ей вежливо и равнодушно. Черная тоска как-то сразу подкатила к сердцу Маргариты. Она почувствовала себя обманутой. Никакой награды за все ее услуги на балу никто, по-видимому, ей не собирался предлагать, как никто ее и не удерживал. А между тем ей совершенно ясно было, что идти ей отсюда больше некуда. Мимолетная мысль о том, что придется вернуться в особняк, вызвала в ней внутренний взрыв отчаяния. Попросить, что ли, самой, как искушающе советовал Азазелло в Александровском саду? «Нет, ни за что», – сказала она себе. – Всего хорошего, мессир, – произнесла она вслух, а сама подумала: «Только бы выбраться отсюда, а там уж я дойду до реки и утоплюсь».

– Сядьте-ка, – вдруг повелительно сказал Воланд. Маргарита изменилась в лице и села. – Может быть, что-нибудь хотите сказать на прощанье?

– Нет, ничего, мессир, – с гордостью ответила Маргарита, – кроме того, что если я еще нужна вам, то я готова охотно исполнить все, что вам будет угодно. Я ничуть не устала и очень веселилась на балу. Так что, если бы он и продолжался еще, я охотно предоставила бы мое колено для того, чтобы к нему прикладывались тысячи висельников и убийц, – Маргарита глядела на Воланда, как сквозь пелену, глаза ее наполнялись слезами. Видя внутренние страдания и терзания женской души, иссиня-бордовое пятно от смачных поцелуев преступников и душегубов на остром колене женщины, мессир тронул мозолистыми пальцами нежную щеку своей подопечной. В этот момент внутри Маргариты все оборвалось и подкатилось новым комом в горле, из некогда сияющих глаз брызнули горячие слезы боли прямо на ладонь Воланда.

− Говорят, ландыши – это слезы любящей женщины, которая верно ждет своего возлюбленного долгие годы. – Улыбнулся мессир и протянул ей ниоткуда взявшийся белоснежный и благоухающий цветок.

− Возможно…− вырвалось из горящей груди Маргариты Николаевны, мелкая дрожь покрыла все ее тело. Она благодарно кивнула и приняла подарок, погрузившись во внутренний монолог с собой: «К чему эти пустые речи? Неужто так и быть мне одной после всего того, что я пережила?... Дойти бы скорее до реки, а там…».

− Истинная любовь там, где ничего не просят и ничего не ждут взамен, Маргарита Николаевна. Она никогда не умрет, потому что сильнее самой смерти. – Воланд прошелся неспешно по комнате, бросив взгляд на мурчащего кота, который продолжал делать вид, что ничего не слышит. – Есть два пути, которые избавят вас от страдания…

− Мессир? − Маргарита подняла свои потухшие глаза на дьявола и настороженно сжала свежий цветок ландыша в своей ладони.

− Первый путь: быстрая смерть. Но… Маргарита Николаевна, учитывая, что вы и так мертвы с той поры, как разлучились с возлюбленным своим, − Воланд рассматривал свое кольцо на пальце и специально тянул время, поглядывая на бледную Маргариту. – Да и к тому же ваша душа находится в моих руках, верно? – коварно улыбнулся Воланд.

− Мессир… Не томите. Скажите, что мне снова сделать, чтобы избавиться от тяжких оков мук бесцветной жизни? Я прошу вас!

− Наконец-то вы меня просите, Маргарита Николаевна. Мы пришли к исходной точке нашего долгого диалога. Порядком, я сам устал тянуть из ваших уст эти три слова! Воланд был раздражен, и посему комнату заполонила тишина. Бегемот с деловым видом облизывал свою лапу, поглядывая на сизые кольца дыма рыжего напарника Азазелло. Тот же пытался выкурить другие дымовые фигуры, чтобы в лишний раз хвастнуть перед котом. Но они упорно не поддавались, и тогда Азазелло забросил это дело, испытывающе и даже угрожающе поглядывая на Маргариту, которая находилась в состоянии полного отчаяния и апатии к жизни.

− Выпейте воды, Маргарита Николаевна. – Заботливый Коровьев поднес к женщине медный кубок с прозрачной водой, сладковатой на вкус, − это придаст вам немного сил. – Отвесив поклон, он развалился на своем месте, где рядом нервно подергивал хвостом Бегемот.

− Раз вы в моей власти, то… − Воланд подошел снова к несчастной и заглянул в ее опечаленные глаза, продолжив шепотом, − второй путь…Это продолжительная любовь. Я остановлю ваше страдание, Маргарита Николаевна. Вы увидите своего мастера.

Громкий всхлип радости и сладкий привкус окончания черно-белой жизни заставил Маргариту буквально преобразиться. Она плакала от счастья, не скрывая своих эмоций. Ожидание билось в ее сердце. Ожидание долгожданной встречи. Каждая секунда тянулась словно вечность, зависая стуком часов в воздухе. Внезапно стены злополучной комнаты рассеялись, каждый кирпичик превратился в пыльную крошку, будто здесь произошло ужасное землетрясение. В глазах потемнело – только вспышка молнии на миг ослепляла взор, а страшный грохот вверху заставлял все нутро содрогнуться. Что это? Гнев самих небес или Любовь, которая возрождалась подобно мифическому фениксу из пепла?..