Похищение.

Похищение.

Белке не спалось. Белке очень хотелось котеночка. Она считала несправедливым, что ее котяток всех раздали, когда им исполнилось по два месяца, оставив ей только дочку, а котятки ее дочки вот уже две недели сосут свою мать и ни в чем не знают отказа. А Белка тоже помнила это замечательное чувство, когда к твоему боку подваливается сразу четыре пухленьких мягоньких комочка и, перебирая миниатюрными лапочками твой живот, сосут молочко. Белка уже неоднократно замирала, прислушиваясь к себе, не толкнутся ли внутри нее котятки, не запросятся ли посмотреть на этот мир? Но котятки не толкались. А вот у ее восьмимесячной дочки – были. Конечно, Белка помнила, как хозяйка, впервые почувствовав под рукой шевеление в животе у Пэрис, сдвинула брови и проговорила расстроенным голосом:

- Похоже, беременна. Не понимаю: на стерилизацию не берут, мол, рано еще, а рожать, значит, не рано?

Пэрис под ее ладонью только растянулась в «колбаску» и замурлыкала. Она тоже не знала, почему ей не рано рожать.

Еще Белка отчетливо помнила и ночь, когда у Пэрис появились ее малыши: сперва Пэрис закричала так, словно ей очень-очень больно, а потом хлопнула дверь, и в комнату влетела хозяйка. Из ниоткуда был вытащен так и не пригодившийся самой Белке родильный лоток, и Пэрис, уже неспособную самостоятельно передвигаться, быстро переложили в него.

А потом была наполненная криками Пэрис ночь. С каждым новорожденным лицо хозяйки сперва прояснялось, она выдыхала «живой», а потом напрягалось снова. И так шесть раз.

В ту ночь у Пэрис родилось шесть котят, но хозяйка все равно осталась крайне недовольна, она прижимала к себе Белку, глядя на уснувшую юную мать, и шептала в длинную полосатую шерсть:

- Двое недоношенных, мать сама котенок. Не выкормит она их, Белка, потеряет. И хорошо, если только этих двоих, а не всех.

Белка старательно мурлыкала у нее на руках, но хозяйка все не успокаивалась:

- Ты бы видела, какие у нее глаза были, когда все началось! Она ведь не понимала ничего – только смотрела на меня вопросительно, а что я скажу? Терпи, Пэрис, это роды? Нет, сегодня я одно поняла точно: тот, кто ратует за ранние браки – на самом деле людей ненавидит.

Белка снова извернулась в ее руках и боднула щеку, чтобы хозяйка знала, что не одинока. Та в ответ словно очнулась:

- Помоги ей, Белка, ты у нас мама опытная – на тебя вся надежда.

Тогда Белка согласно муркнула, давая хозяйке понять, что она поможет, и что дети Пэрис в надежных лапках. И старательно прогнала воспоминание о том, как сама тащила ту же Пэрис в свое гнездо, схватив не за загривок, а за ухо. Пэрис, надо сказать, кричала тогда почти так же, как потом  во время родов.

Первую неделю казалось, что хозяйка оказалась права в своих пугающих прогнозах: сперва ушел на радугу один из недоношенных котят – он родился самым последним и был самым слабеньким, поэтому в какой-то момент просто не хватило силенок сосать молочко, и все. А следующим вечером следом за братиком отправился самый сильный и активный - котенок–альбинос, во всем остальном превосходящий своих братьев и сестер. Хозяйка тогда убивалась так, что Белка с другого края участка прибежала ее успокаивать.

И вот теперь Белка мучилась. Ей тоже хотелось котенка, а у Пэрис их явно было больше, чем следовало. Тем более, что второго из недоношенных малышей Пэрис совсем не хотела кормить и отталкивала его от себя. И тогда Белка решилась: она осторожно подкралась к гнезду Пэрис, ухватила слабо попискивающий комочек зубами и в два прыжка вернулась на свою лежанку. Удобно легла, обвив малыша собой, и прикрыла глаза, наслаждаясь полузабытым ощущением копошения крохотного тельца возле себя.

Однако, котенок, вместо того, чтобы удобно присосаться и уснуть, проявлял все больше активности и жалобно плакал, требуя непонятно чего. На его крики из комнаты вышла разбуженная хозяйка, и забрала у Белки малыша:

- Милая, у тебя молочка нет, ему кушать нечего.

Кошка недоуменно моргнула, чувствуя, как ее украденное счастье сыплется, словно песок между лапок. И хозяйка не выдержала. С тяжелым вздохом она подхватила Белку и переложила ее в гнездо Пэрис. Молодая мать, измученная вечно голодными детьми только один глаз приоткрыла, наблюдая, как вокруг ее малышей и ее самой укладывается старшая кошка. В гнезде сразу стало теплей и уютнее. Котята, насосавшись материнского молока, отправились ползать по бабушке, а Пэрис, наконец-то, смогла блаженно заснуть. Чуть позже задремали сытые, согревшиеся и наползавшиеся в свое удовольствие котята.

И только Белка лежала, наслаждаясь копошением крошечных лапок возле себя, и пыталась понять, каким образом похищение ею котенка переросло в похищение семейством дочери ее самой?