Звук: Мир в тишине

Глава 1

Мир, в котором я живу, был таким тихим и бесшумным, сколько себя помню. Ни единого так называемого звука. Я, как и все моего возраста, не знаю, что такое слышать либо говорить. С самого раннего детства мы учимся общаться посредством жестов. Это то, что у нас есть, то, что труднее всего у нас отнять, чем что-либо еще. Также нас обучают посредством специальных программ издавать звуки, чтобы уже слышащие могли нас понимать. На общественных мероприятиях нас обязывают это делать, а также чтение по губам входит в базовое обязательное образование. Корпорация "БитМедикал" - единственные в нашей стране, кто могут излечить, скорее, избавить посредством внедрения технических аппаратов, нас от глухоты, как написано в книгах по истории, - массового дефекта-осложнения вследствие глобальной эпидемии неизученного на тот момент вируса, которая двадцать лет назад лишила девяносто процентов выжившего населения Земли способности слышать. Теперь владельцы этой компании - наиболее влиятельные люди в стране. Говорят, что совет акционеров решает, кто будет следующим президентом не только нашей страны, но и стран-соседей, у которых нет собственных разработок. По-прежнему все эти двадцать лет лидерами на международном рынке остаются Канада и Россия, точнее Канадская конфедерация, включающая такие государства, как США, Канада, Мексика и Япония, и Союз независимых партнеров под патронатом России, в который входят Россия, другие страны бывшего СНГ, Индия, Китай и Монголия. Остальные же страны сгруппировались в более мелкие блоки, такие как Арабский мир и Латинская независимость, и в большинстве своем принимают решения по поводу внешней и внутренней политики и экономики, ориентируясь на одного из двух лидеров. Сегодня мой первый прием в одном из типичных центров "БитМедикал": простое многоэтажное здание белого цвета с минимальным количеством вывесок и самыми обыкновенными стеклопакетами. Несколько месяцев назад компания запустила акционное предложение для поколения "FullDeaf-1" (АбсолютноГлухие-1), к которому я и отношусь. Скидка составляет целых тридцать процентов, такого никогда еще не было. В обмен на эти условия я лишь обязан устроиться на работу или продолжить обучение в структуре Корпорации. Если вы подумали, что они занимаются только разработкой медицинской техники и хирургическим вмешательством, то это совсем не так. Они владеют сотнями дочерних компаний в десятках разных отраслей по всей стране и миру: от земледелия и добычи полезных ископаемых до высшего образования и химической промышленности. Все это я сейчас узнаю из буклета в моих руках. Кроме меня еще около десятка девушек и юношей также сидят на минималистических стульях из переработанных материалов и рассматривают точно такие же брошюры. Все мы одеты одинаково просто: в форменную одежду, по которой можно понять, в какой отрасли каждый из нас занят, к какой семье принадлежит. Мы все из тех, кто не может позволить себе самостоятельно оплатить эту процедуру и дальнейшее пользование вживленным аппаратом, но такое уникальное предложение может обеспечить нас работой, которая в дальнейшем и покроет все затраты. Напротив меня сидит девушка в серо-голубом формальном костюме с черными короткими волосами и самыми обычными серыми глазами, которые сейчас у практически половины всего населения; судя по одежде, она из семьи летчиков судов старого образца. Новые разработки, выпускаемые последние десять лет, пилотируются компьютером, поэтому услуги данного слоя населения все менее востребованы, и вероятно, именно ее семья решила отправить девушку на эту процедуру, после которой она станет работать в другой отрасли. У меня же голубой цвет глаз, который считается в определенном роде редким, принадлежа менее чем пяти процентам населения сейчас, когда кареглазыми и синеглазыми являются более чем сорок процентов. Такое изменение в процентном соотношении произошло после этого вируса. Люди с зелеными глазами наименее многочисленны: около одного процента, хотя и раньше их было немного. Судя по разговором внутри слоев и утечкам информации из правительственных источников, которые происходят регулярно, все зеленоглазые - слышащие от рождения, но это лишь слухи и предположения, правительство не подтверждало эту информацию. Единственный человек с таким цветом глаз, которого я видел за всю жизнь - это президент Жуковский. Хотя он может носить и линзы как все те, кто может их себе позволить. "Подключите, пожалуйста, свои мобильные устройства к сети клиники", - на небольших экранах по всему помещению высветилось объявление, и все мы начали подключаться, подтверждая личность уникальным кодом. На экранах наших устройств высветились подробные инструкции и договора, в конце которых каждый должен был поставить электронную подпись и подтвердить отпечатки пальцев. Просматривая текст, снова разглядывая остальных людей в помещении, я задумывался над тем, что хоть и эта акция нацелена на все слои населения, но далеко не все проходят предварительную оценку. Чтобы принять участие, нам было предложено пройти ряд тестов, требующих как ответов на вопросы, так и включающих тщательное медицинское обследование. Тест на уровень интеллекта, проводимый довольно часто до нашего рождения, был среди них. Возможно, среди уже слышащих не достает работников с его высоким уровнем. В семьях, которые обладают достаточными средствами, детям эту операцию делают зачастую в раннем детстве. Нехватка работников - это лишь мое предположение. Закрепляю договор и отправляю на сервер клиники. "Поздравляем, Станислав, ваша заявка согласована", - моментально приходит подтверждение. Скоро я получу свое устройство. Снова включаются экраны на стенах, на которых появляется следующее объявление: "Просим обладателей следующих уникальных кодов проследовать в кабинет номер тринадцать... " - было перечислено всего три кода, среди которых оказался и мой. Быстро поднявшись со своего места, я двинулся в сторону кабинета с двумя девушками, у одной из которых глаза были синими, а у другой такие же, как у меня, - голубые. Что бы это значило? Почему вызвали именно нас? Внутри кабинета было практически пусто: три небольших квадратных стола, на которых лежала одежда и обувь, и молодая девушка по центру. Увидев нас, она начала четко жестикулировать, сообщая, что нам всем нужно переодеться и двигаться за ней после. Я отвернулся, чтобы не смущать девушек, зашедших со мной, и быстро надел то, что можно было бы назвать спортивным костюмом: мягкая ткань темного серого цвета не сковывала движения. Обычно спортивные костюмы в моей отрасли мало кто приобретает себе, ведь нам они ни к чему. У нас практически нет свободного времени. Такие люди, как моя семья, сейчас в дефиците, ведь все меньше тех, кто хорошо разбирается в электронике, проводке и кабелях разных типов и разной давности производства и готовых лазать там, где использовать андроидов неудобно или невозможно. Но в моей семье достаточно мужчин: я младший из братьев, а их у меня четверо. "Прошу следовать за мной. Машина для транспортировки прибыла. Вы будете перемещены в другую клинику для дальнейших хирургических мероприятий", - девушка вернулась и показала жестами последующие инструкции. Втроем мы двинулись за ней, взволнованно поглядывая друг на друга, но ничего не говоря. Рядом со мной шла голубоглазая девушка-пекарь: она была сегодня в форменной бежевой одежде со значком-идентификатором фирмы на рукаве. "БитПек - пирожные для всех" - рядом с таким слоганом я когда-то видел эту эмблему. Интересно, почему ей не сделали операцию раньше. Те, кто работают на Корпорацию, имеют на это средства. Спереди шла длинноволосая девушка, которая до переодевания была в черной одежде, и я не могу понять, откуда она: не было ни эмблем, ни значков, ни знакомых деталей костюма, только прямые песчаного цвета волосы достигают ее пояса. Красивая.