Измена. Незаменимых нет

34

Я приезжаю в больницу к Герману еще несколько раз. И всегда с Дашей.
Ободряющих разговоров больше не веду. В них нет необходимости.

В основном молча сижу, пока Герман общается с дочерью.

Даша не слишком-то тянется к внезапно объявившемуся второму отцу. Могу понять малышку. Он кажется ей чужим человеком.

Но Герман раз за разом умудряется заинтересовать ее разговором.

- Кочан поссолился с Клошем, - говорит Даша, внимательно слушающему Герману. – И я больше не сажаю их на одну полку…

Даша разводит свои ручки в стороны и потешно качает головой.

Эти два плюшевых кролика стали для нее любимыми игрушками. Но игры у дочери уж больно взрослые для ее возраста. Игрушки ссорятся, дерутся, спасают друг друга и погибают на целых пять минут, если упали с комода на пол.

- И как им сидится на разных полках? – серьезно спрашивает Герман.

- Глустно… - признается малышка, - кто-то один всегда остается без длузей и не может иглать… мишка и кукла не хотят слезать со своей полки…

- Вот как, - Герман как-бы невзначай тянется к макушке девочки, намереваясь погладить, но Даша замечает маневр и отходит подальше. – А, может, они смогут помириться и жить дружно?

Дочка качает головой.

- Не смогут. Они полугались и даже подлались… теперь они навсегда влаги.

Рука Германа падает обратно на больничную простыню.

- Это в самом деле грустно, - говорит мужчина. – Им следует найти способ простить друг друга.

Ловлю на себе пристальный взгляд Германа и краснею.

Не нравятся мне эти кролики. И разговоры про ссоры.

После случившегося я хожу с Дашей к детскому психологу. Надеюсь, это поможет дочке преодолеть стресс, и ее игрушки перестанут падать с комода и умирать на пять минут.

Чудом вернувшийся с того света Герман, конечно, еще очень слаб. У него нет сил язвить и рычать на меня. Но теперь, когда он очнулся, я все равно чувствую желание сбежать из его палаты как можно быстрее.

На все вопросы отвечаю односложно. В глаза стараюсь не смотреть.

Допустим, что, рискуя собственной жизнью, он доказал, что Даша важна для него.

Допустим, что я не стану биться за то, чтобы запретить им общаться.

И тут появляется неприятная дилемма.

Сама я общаться с бывшим мужем не хочу категорически. Но не доверяю Герману настолько, чтобы оставить ребенка с ним без присмотра.

Похоже, мне просто придется принять факт его наличия в нашей жизни. Возможно, когда-нибудь это даже не будет вызывать во мне волну протеста.

Близится Новый год.

И я жадно впитываю буквально каждую крупицу праздничного настроения. Обращаю внимание на обрывки веселых рождественских песен, случайно услышанных в торговом центре. Отмечаю новогоднее оформление рекламных щитов в городе.

Даже елку в гостиной ставлю раньше, чем обычно.

Наслаждаюсь предпраздничной суетой так, как никогда прежде.

Ведь для меня этого праздника могло и не быть. Ледяная река могла унести жизнь дочери вместе с моей.

Но мы выжили. Все. И Герман тоже. У нас будет следующий год, а, может, и еще много прекрасных лет. Мой ребенок будет расти и радоваться жизни.

Я так благодарна судьбе, за этот дар.

Жалею только о том, что силы еще не до конца вернулись ко мне. Я часто чувствую слабость, и даже умудрилась подхватить какой-то вирус. Поэтому Давид не разрешил мне поехать с Дашей ни на одну Новогоднюю ёлку. Болеть нам обеим пока нельзя.

Мы гуляем, готовим подарки, и валяемся на диване в обнимку за просмотром какого-нибудь новогоднего мультика.

Тридцать первого декабря я наряжаюсь в новое бархатное платье и даже делаю макияж с прической. Хочу быть красивой сегодня вечером. Живой и полной сил.

Мы пригласили в гости Глеба. А еще у нас теперь живет Зарина Алановна. Так что теплая компания нам обеспечена.

Зарина Алановна отлично готовит. Я помогала ей все утро, и подсмотрела парочку хитростей, делающих пирог пышным, а мясо сочным и мягким.

Глеб приходит к ужину. С пылающими от мороза щеками и красным колпаком на голове он действительно похож на Деда Мороза.

У друга с собой оказывается даже мешок подарков, из которого он достает красивую новенькую куклу для Даши.

А мне достается букет красных роз.

Благодарю мужчину и зарываюсь носом в ароматные цветы.

Их немного потрепало в мешке, но в целом почти ни один бутон не облетел.

Несу свой подарок на кухню, чтобы поставить в вазу. Там уже все готово. Стол ломится от шедевров кулинарного творчества Зарины Алановны.

Но стоит нам только рассесться, как раздается звонок в дверь.