Кровавый целитель. Том 6: Late game - Часть 3

Глава 2

Мягкий утренний свет шаловливо пробивался сквозь большое прямоугольное окно, имеющее главную отличительную черту – наличие стекла. Стекло в этом мире было большой редкостью, поэтому практически все здания в Городе были без окон как таковых – стекло ушло на крафт или другие производственные нужды. Дом Начала был одним из исключений, ведь соответствуя названию он был самым старинным зданием в Городе. Дом Начала был даже старше дома Старейшины и Белых стен, которые возвели немногим позднее. Кунд наотрез запретил снимать окна и вообще прикасаться к зданию, хоть в плане жилья, хоть в плане кощунственного варварства. Этот дом больше использовался как музей, собравший редкие экспонаты прошедшей тысячи лет. При желании здесь можно было отыскать любую отсылку на всё, что случилось в мире после первой войны с Пожирателями. И картину, отсылающую на Магическую войну Четырёх стихий, когда четыре волшебника разных школ магии решили истребить всех, кто не следовал конкретной магической школе. И стоящая в большом зале статуя в виде засохшего дерева. Расположенная внизу табличка коротко поясняла, что эта статуя была создана в знак памяти двадцатилетней засухе, после которой уцелела лишь пятая часть жителей этого мира. Даже в комнате, которую любезно выделил Кунд, стояли стальные доспехи, пластины которых разъели кислота и чужеродная магия. Их носил Эрий, герой, в одиночку остановивший вторжение из Разлома за сто двадцать три года до пробуждения Пожирателей.

Вилл прикрыл глаза и устало потёр виски, зарываясь посильнее в растрёпанные волосы. Действие, за последние месяцы игры вошедшее в привычку. Бедный мозг и так был под постоянным давлением из-за технологии с манипуляцией временем, а тут ещё и постоянно подкидывают сложные задачки, заставляющие напрячься каждую виртуальную извилину. Вздохнув, Вилл открыл глаза, возвращаясь к десятку пергаментов, разложенных на длинном столе. Даже он в каком-то смысле был музейным экспонатом, созданным из редкой в этом мире породы драконьего дерева. Легенды гласили, что умерший дракон погиб под чахнущим деревом, но спустя год оно расцвело, изменив саму структуру своей древесины. Так появилось драконье дерево, которое, к сожалению, было обычным системным предметом без полезных способностей для создания предметов или крафта. Из драконьего дерева были сделаны и несколько стульев с низкой, не самой удобной спинкой, а также большой шкаф, заполненный книгами и пергаментами. Морщась, Вилл вернулся к своим записям. Несмотря на количество, все они относились к одному из двух типов головоломок. Вилл пододвинул к себе один из пергаментов, исписанных на две трети, и как можно аккуратнее вывел:

Капля крови + Падение небес = Проклятые небеса

Одиночная «Капля крови» хорошо зайдёт с большим массовым заклинанием.

Потенциальное применение: Толпа врагов, заточенных на физику, или мобы с аналогичными статами.

Кровь Релы одновременно стала благословением и проклятьем. Она возвела его в разряд сильнейшего игрока двух миров – максимальный уровень и улучшенные умения специального класса сделали его боевой единицей, с которой даже несмотря на класс «целитель» трудно посоперничать в силе. С другой стороны, максимальный уровень вывалил на голову с десяток новых умений. Разработчики добротно поработали над разнообразностью навыков, даже с небольшим перебором – активных умений сейчас насчитывалось больше семидесяти, и их нужно не только научиться правильно применять в бою, но и правильно комбинировать между собой. Когда ты качаешься плавно, то проблем с такой адаптацией куда меньше – тебе дали одно новое умение и ты учишься плавно вставлять его в ротацию. Так применение новых способностей оттачивается до автоматизма, и чем больше практики, тем сильнее они закрепляются во всех видах памяти. Сейчас же ему на голову скинули десяток способностей, но нельзя научиться пользоваться ими вот так, по щелчку. Путаница неизбежна.

«А вот будь я НИПом…» — усмехнулся Вилл. В этом их большой плюс. Компьютерная природа наделяет их важнейшим свойством – как бы ни был хорош человек, лишь компьютер способен рассчитать за секунду сотню вариантов и выбрать нужный. В ПВЕ мощь НИПов сдерживают скрипты, но вот если будет столкновение с кем-то из здешней Десятки…если он столкнётся, один на один, то новые умения рискуют превратиться из волшебной палочки в кусок гнилой древесины, которая развалится в критический момент.

Вилл расписал пергамент до конца и отложил его в сторону. Нужно успокоиться. Всё хорошо. Новые умения в любом случае отработаны на тренировочных манекенах, что-то закрепилось в редких сражениях с Пожирателями. Не всё так безнадёжно. В нужный момент он сделает всё правильно, как и делал всегда.

Эти мысли помогли немного прийти в себя. Вилл посмотрел на таймер. Половина седьмого утра. До встречи осталось ещё полчаса, но, быть может, кто-то придёт немного пораньше. Поток мыслей плавно вынырнул из одной реки, связанной с умениями, и сразу же нырнул в другую.

Алард не просто свалился им на голову – он упал с оглушительным грохотом, отголоски которого долетели до каждого уголка этого мира. Рыцарь умер внутри третьего легендарного подземелья, последней ступеньке, как казалось многим игрокам, к освобождению. Где-то в глубине души было радостно за то, что эту третью легендарку им удалось избежать – в отличие от первой и второй, третья была аж на пятьдесят человек – на максимальную вместимость рейда. Большой опыт этой игры и колоссальный опыт прошлых подсказывал, что сбор даже тридцати игроков – это огромная головная боль для каждого рейдера, не говоря о рейд лидерах, а здесь требовалось найти целых пятьдесят человек, готовых зарыть на время своё эго ради большого дела.