Ведьма и бастард

Глава 7.

Вальтер вывел Лину на улицу, но она продолжала жаться к нему словно испуганный котенок. Хрупкое тело девушки дрожало, бастард никогда прежде не видел ведьму такой напуганной.

– Эй, он что-то сделал с тобой? – спросил лорд, останавливаясь, когда они отошли уже достаточно далеко от храма, чтобы никто не смог их догнать.

С виду ведьма выглядела целой, но кто знает, какие предпочтения у этого господина Томаса… хотя, если он все же сделал с ней что-то непотребное, то Вальтер заберет его с собой на ту сторону, чего бы ему это ни стоило.

– Я… – Лина подняла мокрое от слез лицо. – Нет, он ничего мне не сделал, только задавал вопросы…

Вальтер пристально посмотрел в ее глаза, осторожным движением поправил выбившуюся прядь волос, а после поцеловал с такой нежностью, на которую только был способен.

Ведьма не отстранилась, напротив ответила на поцелуй неожиданно горячо, вызвав в душе бастарда целый шквал эмоций.

После всего леденящего душу страха, который испытала Лина, живительное тепло губ Вальтера, ощущения, вызванные его объятиями, сейчас были именно тем, что ей нужно. Они согревали, даруя столь необходимую защиту, они позволяли снова почувствовать себя живой.

– Простите, – неловко прошептала девушка, отстраняясь.

Она уже корила себя за минутную слабость.

Действительно, господин Томас не сделал ей ничего плохого, но каждую минуту нахождения в храме она боялась, что вот-вот ее обвинят в колдовстве и спустят в подвал, где находились особые камеры для ведьм.

Каждую секунду она провела там, думая, что вот-вот умрет.

– Тебе не за что извиняться, – сказал Вальтер, с сожалением отпуская ее.

– На вас приворот, и мне не стоило усугублять его, – возразила Лина, и поскорей перевела тему: – Мне послышалось, или господин Томас действительно упомянул Дориана?

– Тебе не послышалось. Думаю, завтра нам стоит навестить его еще раз, – хмыкнул бастард.

Остаток пути до дома ведьмы добирались в тишине.

– Спокойной ночи, – быстро проговорила Лина, убежав к себе в комнату.

Вальтер лег на соломенный тюфяк, посмотрел на свои руки, которые совсем недавно сжимали ведьму в объятиях. Пальцами коснулся губ, что целовали ее.

Это было бесконечно приятно.

За все прожитые годы, Вальтер не испытывал ничего подобного.

У него были женщины, но ни одна из них не могла бы сравниться с Линой. И никакая прежняя физическая близость не могла бы соперничать с этим простым поцелуем.

Кэриас сказал бы, что так выглядит любовь – он всегда был неисправимым романтиком. Обычно бастард лишь усмехался на такие слова брата, но сейчас был склонен с ним согласиться.

Жаль только, что даже если ведьма решит повторить этот поцелуй, у них не останется времени на что-то большее. А ведь теперь Вальтер хотел жить как никогда прежде.

Почти до самого утра бастард не сомкнул глаз, раз за разом вспоминая то, что случилось на улице.

Это заставляло его улыбаться столь счастливо, будто он вновь превратился в несмышленого мальчишку.

Уснул лорд, когда за окном уже светало, а проснулся от резкого крика Лины.

– Вальтер! Вальтер, вставай! – ведьма трясла его за плечо, от волнения позабыв все приличия.

– Что случилось? – лорд открыл глаза, подскочив на кровати.

Должно быть произошло нечто действительно из ряда вон, раз ведьма в таком настроение.

– Записка, – выдохнула Лина. – Я смогла узнать автора. Это лорд Николас.

Сначала Вальтер решил, что он ослышался.

Конечно, лорд включил Ника в список подозреваемых, однако никогда не считал его убийцей всерьез. Это было бы так же нелепо, как предположить то, что в деле замешан и сам король.

Да, Ник порой жестоко шутил над самим Вальтером, но неизменно любил Кэриаса. Они были близки, словно родные братья, и бастард даже не мог подумать…

Впрочем, записка говорила совершенно иное, ведь именно она привела Вальтера к его гибели. Хотя, это все же не значило, что Ник покушался и на принца. Возможно, он желал смерти только бастарду? Но почему?

Им нечего было делить, и кроме давней неприязни (в основном со стороны самого Вальтера), у них не случалось особых конфликтов.

– Так что мы имеем в итоге? – задумчиво проговорил бастард после нескольких минут тишины. – И Дориан, и Ник замешаны в этом деле?

– Давайте по порядку, а то я уже сама начинаю путаться, – вздохнула ведьма.

Ей все еще было неловко смотреть на лорда.

В основном потому, что поцелуй понравился девушке, но она не могла допустить продолжения. И дело было не в скверном характере бастарда (хотя и в нем тоже), а в том, что лорд Вальтер умер несколько дней назад, и пусть сейчас его душа занимала тело принца, спасти бастарда не представлялось возможным. А обрекать себя на чувства, которые не имеют продолжения… нет, так делать Лина бы не стала.

– Во-первых, у нас есть записка, из-за которой меня закололи. И написал ее Николас, – принялся загибать пальцы Вальтер, искоса глядя на такие манящие губы девушки. – Во-вторых, у нас есть смертельное проклятье неизвестной ведьмы. В-третьих, у нас есть чистильщик, уничтожающий улики, которые могли бы пролить свет на это дело. И работает он, судя по всему, на Дориана. Если честно, не слишком впечатляющие результаты. Мы просто топчемся на месте, у нас нет ни одного реального доказательства.