Пятеро мужчин квартала сайя

Глава 16. ДУЭЛЬ В ТУМАНЕ

Философ Рю писал, что влюбленные постоянно совершают глупые ошибки, но их отчетливо видят лишь те, кто находятся в стороне, вне бури. Окружающие люди, вооруженные опытом, часто пытаются остановить влюбленного и воззвать к его разуму. Но в глубине души он и сам прекрасно осознает, насколько странно поступает, - просто ему нет до этого дела. Чужие голоса блекнут и пропадают, когда раздаются долгожданные шаги, а на мир расплескиваются краски с неведомыми именами. Мир влюбленного танцует под сокровенную музыку, которую не слышит больше никто.

Эта часть в «Битве любви» казалась Моне довольно точным описанием поведения сумасшедшего. Это он идет, покачивается под неслышную мелодию прямо на улице и разговаривает с голосами в голове. Но, увидев взгляд Аки, словно сдавшегося на волю чего-то, многократно превосходящего его выдержку, Мона начала понимать. Есть что-то мучительное в созерцании чужой обнаженности, и ей хотелось спрятать Аки и скрыть, пока он не сможет сдержать это сияние внутри. Ученик сайя на пути в квартал молчал, вручив ей себя целиком, но иногда чувства, не скрепленные словами, связывают людей ничуть не меньше, чем длинная речь.

На следующий день Мона пришла в школу гвардии, чтобы внести свое имя в список участников турнира. Одетая в темную, простую юкату, со взглядом, скрывающим тайны, она скользнула внутрь, словно призрак. Только яркие волосы выделяли ее среди остальных. В пропахших потом залах школы Мона чувствовала себя, как дома, но остальные ученики начали отдаляться, будто она вернулась сюда после долгой поездки.

Мона часто играла сама с собой, когда бродила в холмах, - то представляя себя крадущимся убийцей, то лесным существом. Сейчас она чаще играла в сайя. Ее шаги становились похожими на походку Таро - обманчиво расслабленные, но пружинистые, в другие моменты она пыталась копировать грацию Хидео или светское достоинство Кио. Ей не нужно было их видеть, чтобы перенимать те части, которые ей нравились.

У каждого из учеников школы за время предварительного отбора складывался свой счет, и первая шестерка попадала в турнирную таблицу без дополнительных сложностей.  Она должна была оказаться там. Учитель Сехэй сидел за списком, тренировочный зал почти опустел, только Сира тренировала выпад, словно никогда не уставала, да пара учеников отдыхала на скамье.

- Учитель.

Сёхэй поднял голову и одобрительно кивнул:

- Наконец-то! Где ты пропадала? Я слышал, ты расправилась с убийцами, которые пришли по твою душу, и сразу занес тебя в список. Вряд ли можно успешнее проверить навыки бойца.

- Вы сами говорили мне не приходить, учитель. Сказали сконцентрироваться на цели.

Мона поклонилась.

- Неужели? – старик недоверчиво усмехнулся. – Я иногда бываю вспыльчив, все мы не без недостатков. Но ты хорошо выполнила мой наказ, так что можешь возвращаться, когда захочешь.

- На какое отделение турнира вы меня записали?

- Ты что, совсем за старого дурака меня держишь? – Сехэй сварливо вздохнул. – Мечи, Мона. Твои покровители из квартала высказались предельно ясно.

- Сайя? – прищурилась девушка.

- Да, Кацу лично позаботился о том, чтобы я не забыл включить тебя в список. Как будто можно просто забыть об одной из лучших учениц! - возмутился старик. – Но это меньшее, чем квартал мог загладить перед тобой вину. Надеюсь, императрица тебя заметит.

Сама Мона не сомневалась в том, что императрица обратит на нее внимание, хотя ей хотелось этого избежать. Из-за нее чуть не убили сайя, а лучшего любовника квартала выпороли. Знать расскажет императрице обо всем. Не лучшая слава, но Мона начинала привыкать к положению изгоя, чьи цели и мысли не соответствуют тому, к чему стремятся остальные.

- Императрица жаждет собрать вокруг себя отряд дуэлянтов, усвоивших соль материкового искусства боя. Она заворожена странностями материка, - покачал головой Сехэй. -  Но в настоящем сражении совершенно неважно, чем ты будешь драться, - модным оружием, традиционным или подвернувшейся под руки палкой. Главное – достичь цели. Если ты покажешь себя, путь в гвардию будет открыт.

Девушка кивнула, но за прошедшее время научилась видеть немного дальше, чем обычно.

- Учитель Сехэй, почему вы сказали мне уйти? – спросила она, не надеясь на честный ответ.

Старик вздохнул и отложил лист, а потом прищурился.

- Ты думала, почему так часто проигрывала Сире? Противник дается для того, чтобы указать на наши слабости, чтобы мы могли их исправить.

- Потому что мои ноги были слабее. Я быстрее выдыхалась, - она помедлила. – Потому что я считала это тратой моего времени.

- Верно. Твои недостатки – следствие неискренних целей, а я не люблю, когда человек работает вполсилы. Могу и вспылить! Ты побеждала соперников, чтобы стать частью гвардии, но лишь потому, что таков порядок, а не потому, что тебе это действительно нужно. Ты хорошо дралась, но мало ли хороших бойцов? Этого недостаточно, когда сталкиваешься с настоящей целеустремленностью, а Сира искренне жаждет побед. Твоя настоящая страсть – сражения, а не гвардия, Мона. Чего ты на самом деле хочешь?

- Я… - Мона колебалась, вылавливая правду из мутной воды. – Я хочу стать легендарным мастером меча. Учеником многих учителей. Перенять у каждого часть мастерства, расчленить его, изучить и вобрать, как делали родоначальники школ прошлого.

- Звучит подходяще. Очень честолюбиво и… весьма самонадеянно, - посмеялся Сехэй. – Я ожидал бы услышать такое от кого-то другого. Время легенд закончилось, но о подобном подростки мечтают часто. Может, ты и школу свою откроешь? Ха-ха, ты себя не щадишь, Мона, а ведь нападение должно было чему-то тебя научить. Все вы, молодые, считаете, что мир крутится вокруг вас, и в этом вы одинаковы, словно яйца в птичьем гнезде.

Старик потер бороду и хмыкнул. Еще никогда они не разговаривали так долго. Девушка осталась непреклонна.

- Кое-чему нападение меня научило. Жизнь простых людей не стоит ломаного гроша. Все, кто не занимают должность при дворе, ничего не решают и ничего не значат, они не смеют даже мечтать. Я хочу вступить в гвардию, чтобы императрица выслушала меня, - продолжила девушка, посмотрев на учителя с неожиданным холодом в черных глазах. - Каждый победитель турнира может поговорить с ней. Я предложу ей освободить сайя. Выпустить их из квартала, как обычных людей.