Предатель, я тебе не верю 

Глава 6. Воспоминания.

В нашей группе экологов парней было большинство. Из двадцати четырёх человек, нас, девчонок, было всего восемь. Поэтому все мы были обласканы их вниманием. Но робкие ухаживания мальчишек больше походили на оттачивание навыков юных самцов. В итоге групповые сборища носили больше дружеский характер, чем что-то большее для разбившихся на временные парочки ребят и девчонок.

За два года учёбы за мной успели поухаживать почти все мальчишки нашей группы, но я никого не воспринимала всерьёз. И Андрея Богданова я не особо выделяла среди всех остальных. Да и он особо не настаивал.

Так было до летних каникул после второго курса. Тогда я первый раз пригласила ребят на вечеринку в наш загородный дом. До этого никто не знал, что я дочь того самого Аркадия Евгеньевича Тихомирова, который несколько раз выступал перед студентами, рассказывая о важности нашей профессии, и имя которого было на слуху, как владельца крупнейшей в стране частной компании, деятельность которой была направлена на улучшения экологии, а следовательно – лучшее будущее планеты.

Мне не хотелось, чтобы ко мне относились предвзято, поэтому не афишировала своё родство с тем самым Тихомировым А. Е.

Но за два года настолько сблизилась с ребятами, что решила больше не шифроваться. Ведь они уже хорошо меня знали, поэтому уже не беспокоилась, что будут смотреть на меня сквозь призму "ну-да, ну-да… легко учиться с таким папочкой".

И всё же я немного волновалась тогда, гадая, как они воспримут эту новость, что Тихомиров – мой отец.

И не зря.

Надо было видеть, их реакцию, когда папа вышел к нам и всё открылось.

После той вечеринки отношения с ребятами всё же изменились. Со стороны одних я стала ощущать недоброжелательность, от других, наоборот, повышенное внимание, но были и те, с кем дружба стала крепче.

С Андреем свёл случай. Мне поручили подготовить доклад и выступить на открытом общественном мероприятии. Шла последняя неделя перед сессией и голова без того шла кругом. Но препод по экологии не воспринимал мои доводы, сказав, что дочь Тихомирова изыщет в себе ресурсы. Что он имел в виду, осталось загадкой. Возможно, сказалась личная неприязнь к отцу, но задача передо мной стояла неразрешимая.

Одной лопатить огромное количество информации за короткий промежуток времени, было нереально. А раз за это плюшек обещано не было, то и желающих добровольно помочь тоже не нашлось. Вот тогда я и оценила Андрея. Он не только вызвался помочь, но и сам подготовил большую часть доклада. Плюс, себя в соавторы вписывать отказался, отдав все лавры мне. Я, конечно, сама вписала его тогда, но оценила его благородство.

После мероприятия мы как-то сблизились.

Хотя я не воспринимала его как своего бойфренда, но и отталкивать парня желания не было. Правда, старалась почаще проговаривать, что мы с ним друзья, чтобы на большее он не рассчитывал.

Всё вмиг изменилось после моего двадцатилетия, когда я в первый раз столкнулась с Маратом.

Несмотря на то, что я внешне хорохорилась и всячески показывала парню своё "Фи", на самом деле, в тот момент, когда он с лёгкостью внёс меня на второй этаж, моё сердечко стало учащённо биться при его появлении. А появлялся он у нас каждый день, консультируясь с отцом по поводу проекта очистных сооружений.

Марат не заглядывал в глаза мне, не просил о встречах…

Он просто оказался рядом с университетом и остановился на красный сигнал светофора, в тот момент, когда я собиралась переходить дорогу. Выглянув в форточку подержанного авто, крикнул мне:

– Ну, чего тормозишь? Садись скорее, сейчас зелёный загорится… – его тон исключал сомнения. И я, не раздумывая, нырнула в наготово открытую дверь. В следующий момент загорелся зелёный и Марат с места набрал скорость.

Не спрашивая, куда мне надо, он заехал в несколько мест, каждый раз предупреждая "Не скучай, я скоро".

Когда это произошло в третий раз, я уже сидела пунцовая от злости.

– Я не собиралась с тобой кататься по городу, – заявила я ему, когда он вернулся, ныряя в салон.

– Но ты же не спросила о моих планах, когда садилась, – пожал плечами он, вклиниваясь в плотный поток машин. – Значит, не против со мной прокатиться, ведь так? – он со своей неизменной улыбкой стрельнул в меня угольками глаз.

– Но у меня не было времени на раздумья, – опешила я.

– Было бы желание, время всегда найдётся, – хмыкнул он.