Вандало-де-Жанейро

Часть вторая

… Утро для меня началось с ноющей спины и воплей Рубенса. Сидя на пороге палатки и обуваясь, я наблюдал за тем, как наш предводитель очень жестко отчитывал Лоренсу Флавиу. Наш вечный перестраховщик умудрился уснуть во время своей смены. Рубенс такое не прощал. И правильно делал! По поводу местной фауны мы не очень-то переживали. Хищники костер предпочитали обходить третьей дорогой, но вот встреча с неконтактным племенем не входила в наши планы. Дело тут не в том, что мы боялись внести разлад в устоявшийся быт аборигенов, просто от них можно было ожидать чего угодно. А это настораживало больше всего.

На территории штата Мату-Гросу можно было запросто уместить Германию и Италию, еще бы и место осталось для парочки стран помельче. И только индейские боги знают, сколько по этой земле бродит племен и просто обособленных групп. Эти люди никогда не сталкивались с цивилизацией, они, как и сотни лет назад, ведут замкнутый образ жизни, промышляя охотой и собирательством.

Мы все прекрасно помнили, как пару лет назад в экспедиции мы наткнулись на такую группу. Вернее, это они наткнулись на нас, когда мы только расположились на привале, выбрав более-менее сухой участок.

Они появились буквально из ниоткуда, еще секунду назад нас окружала только колышущаяся сельва, а теперь один за одним из зарослей появлялись индейцы, одетые в одни только набедренные повязки из луба, да и то не на всех. Их было человек шестьдесят-семьдесят. Мужчины и женщины несли в примитивных рюкзаках нехитрый скарб, старшие дети вели младших.

Индейцы молча прошли мимо нас, только дети искоса поглядывали в нашу сторону. Возможно, нас приняли за каких-то лесных духов и постарались не беспокоить. Мы знали, что такие встречи возможны, но в тот момент наше состояние можно было сравнить с оцепенением. Никто из нас не пытался остановить пришельцев или даже заговорить с ними. Как потом сказал Ренату, наш этнограф и лингвист, это была самая правильная реакция с нашей стороны, мы не причинили им вреда своим вмешательством. К тому же, неизвестно, чем дело бы закончилось при стычке, учитывая численное преимущество индейцев.

- Сегодня наша главная цель – храм. Доедаем и собираемся. В лагере остается Лоренсу Флавиу и Эдсон, - давал распоряжения Рубенс, собравшимся у костра товарищам.

- Почему я? – попробовал возмутиться Лоренсу Флавиу. - Не моя очередь!

- Спать нужно меньше, - отрезал вожак, - Эдсон, даже не думай ему помогать. Ты будешь за ним следить, чтобы не отлынивал.

Эдсон, единственный чернокожий в нашей группе, загадочно заулыбался.

- Можешь даже использовать кнут, - добавил Рубенс, - у тебя есть шанс отыграться за страдания своего народа, отомстить за годы рабства.

За костром послышались смешки. Расистские шуточки у нас всегда пользовались популярностью.

- Будешь меня называть просто – хозяин! – здоровенный Эдсон начал вживаться в роль черного плантатора. - Пошевеливайся, кусок белого дерьма!

Над костром разнеслись раскаты хохота, кто-то даже уронил свою тарелку, настолько Эдсон был убедителен.

- Да пошел ты! – беззлобно огрызнулся Лоренсу Флавиу, несильно пнув подвернувшуюся консервную банку.

- И только попробуй пересолить фасоль, как ты это обычно делаешь, – пригрозил Француз, - а то пожалуюсь твоему хозяину, и он тебе устроит хорошую взбучку.

- Обязательно устрою, - закивал новоявленный рабовладелец.

- Все, дамы, шмотки, прически и любовников обсудите позже, - Рубенс призывно, словно тренер спортивной команды, захлопал в ладоши, - нас ждет дело!

...От лагеря до храма было всего три километра. Это расстояние мы не спеша преодолели за сорок минут. В авангарде гордо шагал Француз, время от времени перекидывая карабин с одного плеча на другое. Я, как обычно, в качестве доктора, замыкал колонну. Хотя смысла особого в этом не было, у нас и так каждый прекрасно умел обращаться с аптечкой и мог соорудить шину на поврежденную конечность. А вот если бы возникла по-настоящему экстренная ситуация, то, боюсь, вряд ли я что-то мог бы сделать. Здесь, посреди джунглей, мои медицинские возможности были крайне ограничены.

Новичков в этот раз с нами было двое. Один – наш, бразилец, подающий большие надежды молодой ученый Жуан Луис, которого коварный Рубенс обратил в нашу веру, наобещав приключений. Второй – поляк с таким привычным для бразильского уха именем Матеуш. Только в отличие от колумбийца Цезаря, Матеуш не был полноправным членом нашей команды. Он был наблюдателем, которого нам навязал заказчик. Это была обычная практика, когда с поисковой группой отправлялся представитель другой команды. Логика в этом была проста и понятна, заказчик страховал себя от того, что поисковики сделают что-то не так, что они не позарятся на то, что им не должно принадлежать.

Рубенс в качестве наблюдателя успел объездить полмира. Мне тоже как-то раз подвернулась такая командировка - в Китай. Впечатления, скажем прямо, противоречивые. С одной стороны, мне ничего не приходилось делать, все десять дней за меня даже рюкзак таскали. Но, с другой стороны, китайцы на контакт не шли, лишь изредка перекидывались парой фраз со мной, и то только по делу. Мы петляли по горным тропам, пересекали реки, обследовали добрый десяток пещер, и все это время я был как будто один. Любая моя инициатива, любой мой вопрос сразу же натыкался на вежливое, но твердое «нет». Но несколько интересных моментов по организации работы я у косоглазых подсмотрел, о чем и доложил Рубенсу по приезде. А вот весельчаку Паулу Ягу повезло съездить в Северный Казахстан, где он работал с русскими. О той поездке он вспоминал с удовольствием.

Тучноватый бородач Матеуш был парнем компанейским, но общаться с ним было тяжеловато. Португальского он не знал, а по-испански говорил с таким ужасным акцентом, что даже Цезарю не всегда было понятно, что же пытается нам сказать поляк.