Хранители тишины 

Глава 7

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Елизавета, уловив в интонации Хедвики зловещие ноты, едва смогла подняться с пуфа: ноги стали будто ватные и не хотели слушаться хозяйку.

— Пока не нужно ничего бояться, — подала ей руку Хедвика, — ты просто посмотришь.

Ее рука оказалась теплой, хотя Елизвета почему-то думала, что должна быть холодной, даже ледяной. «А на лице, похоже, толстый слой белой пудры. Видимо для того, чтобы лицо выглядело безжизненным. Все правильно, должны же ее принимать за привидение».

— Забыла сказать тебе, дорогая, сейчас мы находимся в самом низу круглой башни. А нам предстоит подняться выше. Хватит у тебя сил?

— Надеюсь, подниматься будем не по веревочной лестнице?

— По винтовой, — усмехнулась Хедвика, — но ступенек будет побольше.

Не смотря на то, что Елизавета немного отдохнула, подниматься по узкой винтовой лестнице было нелегко. "Должно быть есть другая лестница, — подумала она, остановившись перевести дух, — не может быть, чтобы в спальню был такой сложный путь". Хедвика, оглянувшись, остановилась тоже и подтвердила ее догадку.

— В ту ночь Ядвига вела меня другой дорогой. Отдохнула? Идем, а то времени совсем не осталось.

Винтовая лестница закончилась небольшой площадкой. Перед ними была узкая высокая дверь и Хедвика уже собиралась сдвинуть засов в сторону и открыть ее. Но сначала, приложив ухо к двери, прислушалась и вдруг отпрянула в сторону. Елизавета и сама услышала голоса.

— Быстро, вниз!.

Повторять дважды Хедвике не пришлось: Елизавета помчалась, перепрыгивая ступеньки. "Хорошо, что мои туфли такие мягкие и не стучат. И у пани Хедвики не стучат, — на бегу подумала она, — если бы стучали, нас бы услышали те, кто сейчас в спальне. Неужели это Ядвига с тем незнакомым мужчиной?"

— Все, тебе пора возвращаться, — промолвила Хедвика, остановившись у дверей своей комнаты. Надеюсь, завтра ты снова навестишь меня и мы продолжим знакомство. Будь осторожна и никому не доверяй. Ну, кроме Марыси, конечно.

— Пани Хедвика, моя подруга Сашенька слышала разговор пани Ядвиги и вашего мужа, пана Мелиховского. Пани Ядвига обещала, что... — Елизавета не хотела подыскать нужные слова, чтобы не напугать Хедвику, — ...что вас...

— Не мучайся, дорогая, я знаю, что к тому моменту, как ты зайдешь в супружескую спальню, они покончат со мной.

— Но, как же так, пани? Давайте что-то придумаем!

— Все, дорогая, тебе пора.

Проделать обратный путь Елизавете было гораздо труднее: по веревочной лестнице нужно было не спускаться, а подниматься. Круглые деревянные ступени, влажные от росы, были плохой опорой. Ноги то и дело соскальзывали и приходилось больше полагаться на руки. Помня о глубоком рве, она цеплялась за шершавую веревку, сдирая ладони в кровь, стараясь не закричать от страха и боли.

Зденек помог перебраться в "каменный дворик", усадил ее на скамью, а сам убрал и спрятал лестницу. Наблюдая за его действиями, Елизавета дула на саднящие раны.

— Больно? — Зденек перевернул ее ладони вверх и ... подул на них, — потерпи, до свадьбы заживет.

Сердечко забилось, кровь прилила к щекам. "До свадьбы? Я же замужем, он что, забыл? Или насмехается?"

— Нужно поторопиться, а то твоя подруга сойдет с ума, думая, что я заманил тебя неизвестно куда. Да и во дворе могут появиться слуги. Идем.

Взяв Елизавету за руку, Зденек помог ей подняться. Перекрестившись, перед тем, как войти в склеп, она начала мысленно молиться и просить прощения у покоящихся в склепе. Зацепившись подолом за невидимый в темноте угол, подумала, что платье придется выбросить. Зденек не отпускал руку девушки, пока они не вышли во двор.

"Если сейчас залают собаки, он набросит на меня свой меховой жилет, так вкусно пахнущий табаком! — Собаки не залаяли. Это огорчило Елизавету, но ненадолго, — Хедвика сказала, что разговор продолжим завтра. Значит, завтра мы с ним увидимся снова". Так они прошли двор и веранду. Впереди был коридор, комната, в которой ее ждали Александра и Марыся, а потом снова коридор.

От усталости она еле передвигала ноги. Зденек приобнял ее за талию.

— Извини, иначе ты не дойдешь.

Понимая, что он прав, Елизавета все же попыталась отстраниться, но подумала, что правила приличия сейчас излишни. Да и думать об эти правилах не было сил, и не хотелось...

— Лизонька, что с тобой? — бросилась навстречу Александра, как только открылась дверь комнаты, — тебе плохо, Лизонька? Что у тебя с руками?

— Ваша подруга просто устала, а ладони ободрала о веревочную лестницу, — ответил за нее Зденек, — если захочет — расскажет сама. К сожалению, времени для отдыха нет, нужно идти дальше.

Первой из-под ковра вылезла Марыся. Проверила, нет ли кого в спальне или в комнате, и вернулась обратно.

— Дверь завязана, пани, можно выходить!

— Выходить! Хотя бы выползти, — обрадовавшись, что ее никто не хватился, пошутила Елизавета, — Господи, наконец-то я в спальне! Сейчас усну, как убитая!

— Вот и хорошо, — заметила Александра, помогая ей раздеться, — и притворяться не нужно. Скажешь, что заболела. Надеюсь, ты помнишь про белый порошок в твоих туфлях?

Она отдала грязное изорванное платье подруги Марысе.

— Спрячь, чтоб никто не видел. А пани Елизавете принеси другое. Да, захвати полотенце.

Протирая влажным полотенцем лицо и руки сонной Елизавете, Александра решила не оставлять ее одну.

— Марыся, а как действует убей-трава?

Девочка округлила глаза.