Инструкция по перевоспитанию верховной ведьмы

Глава 8

Виктория летела высоко-высоко над землей, свободная, лёгкая, словно семечко одуванчика, и ничто не могло омрачить ее всепоглощающего счастья. За плечами словно крылья раскрывалась свобода, ни одна печаль не могла добраться сейчас до этих сияющих небес. Виктория парила, любуясь волнующим взрывом закатных красок, а затем почувствовала, что за ее спиной кто-то есть. Она обернулась и увидела самого родного, самого близкого человека, дыхание перехватило, и она протянула к нему руки.

Человек притянул ее к себе и обхватил ладонями со спины, а Виктория почувствовала, что теперь ей вообще ничего не страшно. Задохнувшись от ослепительного счастья, она проснулась и с удивлением почувствовала, как по щеке сбежала маленькая слезинка. Кажется, во сне ей было так хорошо, что она даже плакала.

Сквозь дрему она улыбнулась и чуть повернулась набок, ощущая на себе тяжесть руки. Увы, сон ее стал беспокойным и тревожным. Виктория увидела себя в собственной резиденции в тронном зале, когда-то давно специально подготовленном для того, чтобы праздновать победу магического мира. Ведьма подошла к щедро накрытому столу, за которым уже сидели представители магических рас.

Они веселились, шутили и хвастались своей победой. То тут, то там доносились скабрезные солдатские шутки, многие не гнушались в подробностях описать кровавые казни над поверженным врагом. Виктория смотрела на празднующих, узнавала в многих из них своих соратников и вспоминала собственную юность, глумившихся людей и их торжество. Неужели она стремилась именно к этому? Неужели в своей мести людям она желала опуститься до их уровня?

Виктория не успела обдумать это, как ее потянули к столу. Раздались приветственные вопли и даже аплодисменты, каждый из гостей считал своим долгом поприветствовать ее как новую владычицу мира. Слушать поздравления и лживые льстивые слова было омерзительно. Виктория смотрела на беснующуюся толпу и не видела ни одного достойного лица. Все собравшиеся не знали ни о добре, ни о любви, ни о сострадании – каждый из них лишь желал заполучить себе как можно больше власти.

За лицемерными улыбками Виктория видела лишь ожидание удобного момента, чтобы ударить в спину и занять место на троне. Острая боль в сердце заставила ведьму вскрикнуть и пошатнуться. Она медленно перевела взгляд вниз и увидела рукоятку кинжала, украшенную кроваво-красными рубинами. По одежде ведьмы быстро расползались пятно такого же пугающего цвета. Перед глазами расплывалась пелена, мир вокруг дрожал и качался.

Празднующие продолжили ликовать и поднимать бокалы, мутным взглядом Виктория выхватила из толпы своего племянника, который смотрел ей в глаза с мрачным торжеством. Руки его были окроплены багряным цветом.

- Нет, не верю, - прошептала женщина, упала на колени и провалилась в темноту.

Она глотала прохладный воздух, все ещё чувствуя отголоски резкой боли в груди. Хотелось вскинуться и побежать куда-то, хотелось вернуться в свой мир, найти прежних соратников и заглянуть им в глаза. Поддержали ли они ее после поражения или приспособились к власти победителей? Желали ли они в самом деле блага волшебному миру или, как во сне, стремились к власти…

Андрей глубоко вздохнул во сне и крепко прижал ее к себе, потершись носом о шею. Находясь в крепком кольце рук, Виктория почувствовала себя по-настоящему защищённой. Сердце ведьмы сильно билось, боль из сна остаточной волной разошлась по телу. Страх перед смертью вновь охватил ее, заставляя задуматься о своем будущем. Виктория больше не хотела видеть прежних соратников, она не хотела оказаться на том самом празднике, а ведь именно туда ее все ещё вел выбранный путь.

Хотела ли она воплотить свою месть? Пожалуй, все ещё хотела. Но желала ли тех кровавых расправ, о которых слышала на том пиру? Нет. Виктория думала о своих планах и о том, куда они приведут. Чтобы избежать увиденной во сне участи, чтобы не закончить свои дни с ножом в сердце от бывшего союзника, ей придется отказаться от мечты вернуть себе магию. Ей придется оставить большую часть самой себя, придется жить человеческой жизнью. Готова ли была она к такому?

Нет, вообще думать нужно не об этом. Андрей всхрапнул, его ресницы затрепетали, и он, словно маленький ребенок, забавно причмокнул губами. Виктория не выдержала и тихонько хихикнула: обычно лесник выглядел очень грозным, а сейчас казался забавным. Если она будет пытаться вернуть волшебные силы, рано или поздно ей придется расстаться с Андреем. Если она решит продолжить войну, рано или поздно, Андрей станет ее врагом. И ей придется…

Нет, есть вопрос ещё более простой и не такой пронзительно-страшный, как предыдущий: будет ли она счастлива в волшебном мире? Виктория перевела взгляд на спокойно спящего Андрея и уверенно сказала сама себе: нет, она не будет счастливой. Тот мир перестал быть ее домом, если вообще когда-то им был.

Наверное, именно поэтому она и увидела сегодняшний сон: чтобы наконец осознать то, что с недавних пор стало почти очевидным.

Андрей шевельнулся и сонно промычал что-то неразборчивое. Виктория вспомнила о своем вчерашнем желании устроить ему скандал, но теперь оно показалось ей смешным и глупым. Тем более, что Андрей моргнул, разглядывая ведьму в своих объятиях, но не отстранился и не сделал вид, что ничего не произошло, а прижал ее к себе ближе и легонько поцеловал в висок.

- Доброе утро, Тори! – хриплым со сна голосом сказал он, но в интонациях его слышались задорные смешинки.

Виктория замерла и попыталась зажмуриться, притвориться спящей. Губы Андрея чуть замерли, а затем продолжили свой путь по ушку, шее, изгибу ключиц.