Если боги всё же обжигают горшки?

Глава 5.

Полет от «Китяжа», уходящего по траектории разворота с использованием гравитации Оберона, прошел в полной тишине, поскольку все курсанты мирно спали. Пилотов спросить они не могли, доступ в кабину шаттла был закрыт, а спрашивать друг у друга о причинах столь круто изменивших их судьбу не имело никакого смысла. Было понятно, что случилось что-то из ряда вон и теперь неизвестно когда еще удастся выспаться.  То, что станция не научная они поняли, когда покинули челнок и вошли в стыковочный шлюз, на стене которого висела картина, изображающая станцию, парящую на орбите Оберона. Спанидис тут же шепнул капитану, что картина не имитация, а самая настоящая, написанная масляными красками на холсте. Судя по картине, «Ладога-36» больше походила на боевую станцию, однако имела несколько крупных блоков, одним из которых, несомненно, была малая верфь. Ещё два блока были похожи на научный и инженерный. Орудийные и ракетные блоки присутствовали в таком количестве, что их огневая мощь превосходила тяжелый крейсер. Остальные блоки были стандартными для любых станций, жилые, служебные, технические и складские.

Дверь в стыковочный шлюз открылась и, цокая каблуками на неуставных туфлях с высокой шпилькой, вошла женщина с погонами капитан-лейтенанта. Все курсанты повернулись к вошедшему офицеру и вытянулись по стойке смирно.

- Здравствуйте, товарищи курсанты. Я, дежурный офицер станции капитан-лейтенант Манукян Рипсиме Ваграмовна. Добро пожаловать на «Ладогу-36».

- Здравия желаем ваше благородие! – дружно ответили курсанты накрепко вбитой в голову с первого курса фразой.

- Вольно, товарищи курсанты. Следуйте за мной.

Преодолев несколько коридоров, лифт и ещё один коридор капитан-лейтенант впустила их в конференц-зал, приказала присесть и со словами «Ждите здесь» удалилась. После этого время потянулось очень медленно и сначала скучавший экипаж начал нервничать. Первым, спустя час, не выдержал Беспалов.

- Как думаете, зачем нас сюда вызвали? – глядя на Меньшикова спросил он.

Прежде чем ответить капитан сначала пристально осмотрел всех членов своего экипажа.

- Сеня, раз приказали, значит, мы нужны именно тут, а зачем, - Александр сделал паузу. -  Думаю, скоро мы получим ответ на интересующий не только тебя одного вопрос.

- Да уж, скоро. Мы тут уже час сидим, и пока к нам что-то никто не спешит, - поддержал Беспалова Лановой.

- Мы все переживаем, Олег – пришел на помощь капитану Таранец. – Все в равных условиях. Приказали ждать, ждём. Вы же не на гражданке, товарищи будущие офицеры, так что не разводите демагогию.

Штурман что-то пробурчал себе под нос, но успокоился. В этот момент со своего места встала Далия.

- Капитан, разрешите на два слова?

Меньшиков удивился, но встал. Сирийка взяла его за локоть и отвела от остальных на пару шагов, затем почти незаметным движением сунула что-то Александру в руку. Капитан опустил глаза и увидел небольшой клочок бумаги. Он вопросительно посмотрел на Далию, но ничего не увидел в её взгляде. Вернув взор на врученный ему кусочек белой бумаги, Меньшиков увидел всего два слова, написанные мелким ровным почерком. «Камеры включены». Он мог поклясться, что Даля ничего не писала, сидя в кресле, но каким-то непостижимым образом она умудрилась написать эту записку и вручить ему, но больше удивляло другое, как она смогла понять, что за ними наблюдают? Видимо в Дамаске их учили и таким вот фокусам. Александр скатал из клочка бумаги шарик и положил его в карман кителя.

- Давно? – спросил он у своего офицера по безопасности.

- Сразу, - коротко ответила она.

Меньшиков кивнул и жестом предложил вернуться на свои места. Когда он повернулся, то встретился с вопросительным взглядом Славы. Видимо его лицо подсказало старпому, что происходит нечто странное. Александр отрицательно покачал головой, давая понять Таранцу, что пока не готов что-либо сообщать всем. Это нужно обдумать и опустившись обратно в кресло, капитан сам не на шутку разволновался. Все происходящее выходило за все рамки нормального хода событий, однако Меньшиков славился именно тем, что умело анализировал имеющиеся данные и находил очень верные решения. Нужно успокоиться и хорошенько всё обдумать, сопоставить факты. И так, во-первых «Китяж» не стал останавливаться у станции, а сразу начал разворот вокруг Оберона, следовательно, ему нельзя задерживаться возле станции. Во-вторых, по пути в конференц-зал они не встретили ни одного человека, а на такой станции должно быть очень много людей и некоторые должны быть свободны от дежурств. Однако коридоры были пусты. Из этих двух фактов можно сделать вывод,  станция готовится к чему-то, что не предназначено для глаз экипажа и курсантов с научного судна и видимо, введен режим, приближенный к боевому, раз все на своих постах. Если добавить тот факт, что у станции имеется малая верфь, то вывод напрашивается сам собой, тут должны пройти секретные испытания корабля. Остается вопрос, зачем их сняли с учебного судна, для чего нужен экипаж курсантов без опыта? От возникшей догадки Меньшиков подскочил с кресла и тихо переговаривавшиеся члены его экипажа удивленно уставились на своего капитана. Не обращая внимания на их взгляды, Александр пошел по направлению к экрану, который должен имитировать иллюминатор, но сейчас был выключен. Неужели они нужны как мартышки?! Экипаж, который не жалко? Нет, не может быть, подобные вещи остались в далёком, тёмном прошлом, в котором никто не слышал про компьютерную симуляцию. Сегодня, любые опасные испытания проводились без участия экипажа, так что же поменялось? Что заставило командование флота вернуться к старым методам?