Вкусно – Кусь или Попаданка с пирогами 

Глава №22

Глава 22

На ароматы с кухни сами собой сползлись мои работники. Кто-то вдруг нестерпимо захотел попить водички, кто-то – глянуть, где девчонки… а сами краем глаза поглядывали на блюдо с растущей горкой пирожков и глотали слюни.

Решив не возиться с приготовлением лапши, я посолила бульон, разлила по глиняным мискам и в каждую положила по кусочку мяса. Для вкуса и аромата добавила сверху мелко нарезанный укроп.

Девочки отказались от бульона, заявив, что уже очень сытые и даже крошечки не смогут съесть, отпросились поиграть у Летты во дворе. Там, по словам девчонок, были чудесные качели, которые летали до самого неба, особенно если раскачаться, как следует.

Я согласно кивнула, попросив их только не слишком высоко взлетать. Девчонки, секунду назад уверявшие, что в них даже крошка не влезет, умыкнули несколько горячих пирожков и умчались из кухни, громко смеясь и обещая раскачиваться чуть-чуть, чтобы до неба только краешком пальцев доставать.

А я, отчего-то не очень поверив в слова Алиски и Летты, пригласила своих помощников к столу.

Ждать и уговаривать себя они не позволили. Через секунду все дамы и их супруги расселись вдоль обеденного стола и придвинули к себе миски. Я поставила блюдо с пирожками в центр стола и наконец-то села сама.

— Приятного аппетита, — пожелала я и взяла ложку.

— Шпафибо, — неразборчивый хоровой ответ потонул в громыхании ложек о миски.

Пирожки стремительно исчезали с блюда, миски не менее быстро пустели, и через несколько минут с обедом было покончено. Хотя, какой это обед? Время уже к вечеру. Вот и солнце стремительно клонится к закату.

Я решила, что работы на сегодня стоит остановить, да и таскать тяжести или рвать траву на полный желудок кажется мне фирменным издевательством. У нас всё-таки трудовые отношения, а не рабство.

Я озвучила свою идею и со мной все радостно согласились. Особенно яро соглашался дон Хуан, лопавший пирожки за троих, а теперь сидевший, откинувшись на спинку стула и вяло позёвывавший.

Я распрощалась с помощниками, уговорившись о встрече на рассвете, сунула им тарелку с пирожками – презент для дона Николо – и распрощалась. Дона Миро пообещала мне привести Алиску, как только начнёт темнеть.

Проводив работников и закрыв за ними калитку, я вернулась на кухню. Там меня ждали грязные миски, ложки и прочие прелести большой готовки.

Домыв последнюю тарелку и протерев столы, я решила принять ванну, дождаться Алиску и завалиться спать.

От усталости сил даже уже на мысли не было.

Однако в последний момент вспомнила, что вечером, а значит с минуты на минуту, должен прийти дон Алэрико, чтобы произвести замеры площадки под отделку каменной плиткой.

— Да, блин, — я с досадой бросила тряпку, которую только что прополаскивала под водой, — и чем я думала, когда соглашалась на встречу прям сегодня вечером?

Ранний подъём и суета высосали меня до суха, оставив совершенно без сил. А этот бесконечный день всё длился, тянулся как резина, и совсем не собирался заканчиваться.

Я прошла в спальню, прикрыла за собой дверь и повалилась ничком на диван. Стянула резинку с волос, позволив им свободно рассыпаться по плечам, и уткнулась лицом в подушку.

Полежу немного, просто передохну.

Устала, сил нет.

В распахнутое окно доносились звуки улицы. Кто-то проехал по дороге, послышался звонкий стук копыт. Громко чирикали птицы, провожая солнце и приветствуя грядущие сумерки.

Громко звякнул засов на калитке.

— Алиска вернулась, — решила я, — нагулялась, значит. Вовремя вернулась, до темноты.

Послышались лёгкие шаги. Прошли мимо, по направлению к кухне, а потом вернулись и остановились возле спальни. Скрипнула дверь, открываясь.

Я, не поднимая головы от подушки, пробубнила:

— Детка, пару минут и я буду готова…

******

Диего Орридо

— Не понимаю, почему ты должен заниматься такими глупостями? – Амико развалился в подушках, разложенных на мягком сиденье кареты.

Диего равнодушно окинул взглядом нахального импа, и перевёл взгляд на свой безупречный маникюр.

— Потому что это моя обязанность – следить за порядком на вверенных мне территориях. – налюбовавшись маникюром, Диего откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза.

— Нет, я понимаю – следить за порядком, — неугомонный имп подобрался и уселся на задние лапы, свалив на пол пару расшитых серебром подушек, — но разве счетоводческие дела это порядок? Вот если бы ты, великий маг, сражался с десятком разбойников, усмирял ураган или, на худой конец, ловил оживших скелетов, то это бы и было наведением порядка. А так… ты просто проводишь дни в бесконечной проверке финансовых отчётов и гробишь свой дар, прозябая в душных кабинетах.

— Что бы ты понимал, Амико, — герцог невесело усмехнулся, поглядывая на чёрного пса сквозь ресницы, — жизнь правителя подчинена строгому регламенту. В ней практически нет места… удовольствиям и расслаблению. Да и геройские подвиги мы совершаем по необходимости. Основной заботой является жизнь. А в это широкое понятие, как ты можешь заметить, если на секунду перестанешь грезить о ратных подвигах, входит очень многое.

— Что, например? – навострил уши Амико.

— Что? Да практически всё. Дороги, торговые связи, новые договорённости, налоги, забота о сиротах, постройка школ… всё, что зовётся жизнью.

Карета легонько дёрнулась и остановилась. Герцог открыл глаза, распахнул дверцу и произнёс:

— Приехали, Амико.

— Вижу, — пробурчал пёс, но очень резво спрыгнул с мягкого сиденья и выскочил на улицу. Он бесцеремонно отряхнулся, облаял любопытного прохожего и довольный уселся на пыльную дорогу.

— Нельзя без этого? – спросил Диего, останавливаясь рядом с фамильяром.

— А чего он смотрит?

— Ясно. Значит нельзя. Идём.

Герцог направился к рынку, Амико недовольно затрусил следом, временами порыкивая на спешащих по своим делам горожан.