Рай для Темного (книга первая)

ГЛАВА 1

С самого раннего утра Мэтью Бёрнс (или Матвей, как все упрямо называли его в этой ненормальной стране) не находил себе места. С одной стороны, причина тому была, и весьма серьезная. Шагов сто по тенистой аллее, да несколько этажей лифтом – это все, что отделяло его от самого значимого события с тех пор, как пять лет назад он вошел под своды аэропорта Шереметьево с одной лишь дорожной сумкой в руках.

Диссертация будет сдана и защищена, вечный кандидат наук уйдет в прошлое, и его место займет доктор наук, профессор – специалист в древнейшей филологии, и чуть ли не единственный в его родной Калифорнии человек, способный пошутить сразу на нескольких разновидностях древнерусского. Именно что профессор, если верить весьма лестному предложению контракта от ставшего уже родным МГУ.

О, это было не предложение, а мечта! Минимум преподавания, шикарная тема для исследования и довольно привлекательная для кандидата зарплата. Мог ли он мечтать об этом, когда пять лет назад сочинял план докторской диссертации? Обнаруженные не так давно хроники Урманских князей, составленные попеременно на двух славянских и трех неизвестных науке наречиях, были лакомым кусочком для многих. Но… увы и ах, знающих два-три языка специалистов много, а истинных полиглотов, осваивающих в год по языку и щелкающих лингвистические загадки, как семечки – единицы. Так что Мэтью не сильно переживал, что занял чье-то место.

Ответив на приглашение восторженным письмом (на архаическом русском), привыкший к гладким дорогам и ухоженным палисадникам американец за один вечер собрал сумку и прилетел в Москву.

Вот тут-то и началось все самое интересное. Во-первых, оказалось, что стипендия, полагающаяся студенту-докторанту Государственного Университета имени Ломоносова, была таких размеров, что ее спокойно можно было, как здесь говорят, свернуть в трубочку и… Ну, в общем, понятно. В крайнем случае, эти трубочки пригодились бы для косяков с травой – те хоть скурить можно. Потому что больше никакого толку от этой стипендии не было. Хорошо еще, что на первое время деньги у Мэтью все-таки были.

Во-вторых, жизнь в похожем на огромный улей, загазованном и перенаселенном городе была на удивление опасна и трудна. «Раздели» его еще в первую же неделю, когда, пытаясь найти альтернативу безумно дорогому AirBnB, он поехал смотреть плохонькую, но доступную однушку в Бутово. По требованию хозяйки, Мэтью оставил свои добротные, кожаные ботинки у дверей в квартиру, и там же с ними и распрощался. Пришлось квартиру на первое время снять, чтобы заказать на ее адрес новые ботинки из местного интернет–магазина – не ехать же обратно в центр в одних носках.

Впредь, он был осторожнее – смотрел в оба. Так что ограбили его всего лишь еще один раз – увели только что купленный, пахнущий новизной велосипед, на котором он собирался ездить, за неимением машины. Позже Мэтью понял, как ему на самом деле повезло – гоняя по Садовому Кольцу на велике, он точно не дожил бы до дня защиты своей диссертации.

Цены в Москве были безумные, собаки злые, люди по большей части неприветливые. Однако последнее беспокоило Мэтью менее всего. Прирожденный интроверт, он с удовольствием отводил глаза в ответ на равнодушные, холодные взгляды.

А вот с ценами было сложнее. И если бы не Гоша Липатов, студент-первокурсник, недавно унаследовавший огромную, двухэтажную квартиру в самом центре города, недалеко от Кутузовского проспекта, Мэтью пришлось бы просить в посольстве денег на билет домой. Случайно узнав, что кандидат наук, бесплатно тренирующий весь поток в разговорном английском, тратит по полтора часа в маршрутке на дорогу домой, Гоша сдал ему замечательную, светлую комнату за сущие копейки.

Но самое сложное началось тогда, когда Мэтью понял, что его русского языка не хватает не то, что на исследование, но и даже на полноценное общение с себе подобными. Особенно с женщинами.

Вообще, его отношения с прекрасным полом за последние пять лет развивались по самому печальному сценарию. Когда Мэтью собирался в Россию, конечно же, начитался в интернете, как сильно русские женщины уважают иностранцев, и рассчитывал провести следующие пять лет весело и приятно. Оказалось, все немного… не так. Русские женщины иностранцев, разумеется, уважали, но таких, что прилетают в Москву на частных самолетах, а не нищих студентов, не вылезающих из рваных джинсов и таскающих за плечами рюкзаки с книгами.

Так что с женщинами была беда. С русским тоже – пришлось как следует подналечь на учебные пособия. Хоть первую проблему это и не решило.

Однако, все это было позади. Через год его пребывания на «земле господ, земле рабов», американец Мэтью уже даже во сне говорил по-русски. Девушки все-же соблазнились на его высокий рост и поддерживаемую здоровым образом жизни фигуру – в количестве аж целых двух. Последняя бросила его около полугода назад – и доконала ее, конечно же, хроническая студенческая нищета. Ну, и на том, как говорится, спасибо. Гоша оказался отличным, хоть и несколько шумным, соседом и неплохим товарищем, а амбициозный проект его увенчался таким громким успехом, что на защиту его диссертации сегодня ожидали светило древнейшей филологии, профессора Юлия Владимировича Миллера, аж из самого Оксфорда.

Еще бы! Предложенный Мэтью сравнительный анализ знаменитых Хроник показал безусловное сходство между древнеславянскими названиями животных и именами позднейших Шумерских богов. Он до сих пор не мог понять, как ему удалось расшифровать последовательность лингвистических связок, разорванных тысячелетиями. После защиты диссертации и издания монографии Мэтью грозила мировая известность. В определенных кругах, разумеется.