Цветы на асфальте

4.

Книжка оказаась просто классной – основная мысль в ней сводилась к тому, что можно справиться с любой болезнью, даже неизлечимой, если настроиться на биоритмы Вселенной и привести свою душу в гармонию со всем окружающим миром. А врачи – в последнюю очередь, на завершающем этапе. То есть, грубо говоря, сначала – молитва, потом лекарство. Причём объяснялось это в физико-медицинских терминах, так что не удивительно, что её читал отец Авдея – главврач районной больницы...

И всё же прочесть её за уроки мне не удалось. Авдей благосклонно запихал в мой школьный пакет драгоценную книжку. Сегодня он меня не провожал: у него были занятия в «рукопашке».

Я хотела остаться в школе – пристроиться в библиотеке или в малышовой рекреации, но солнце светило так ярко, словно лето вернулось, - и я побежала в городской парк. Там у нас с Авдеем было заветное место – прямо на берегу реки, за ивняком, они с Пашей укрепили на двух пнях широкую доску, получилась большущая скамья. Летом там особенно здорово: сидишь, у ног река плещет, а над головой словно купол – ивы ветви опустили. Сейчас листья облетели, но всё равно хорошо.

Устроилась, пакет открыла, чтобы книгу достать – а там яблоко зелёное и рожок с повидлом. Вот Авдей, и когда успел только! – тепло затопило мне сердце. Наверное, ему ребята сказали, что я ушла из столовой, не пообедав. А может, он просто так заботится.

… «Фрактальную реальность» я дочитывала, когда уже стало темнеть и холодать – с реки подул сильный ветер.

С умиротворённой и радостной душой – бывают же книги! – я зашагала домой.

А там меня поджидал знакомый до боли «натюрморт»: пьяный отец дремал в кресле перед телевизором. Вонь, на ковре какие-то корки и огрызки.

Всё моё умиротворение испарилось. Я с треском захлопнула дверь гостиной и пошла на кухню чистить картошку. Хоть что-то приготовлю для нас с мамой. Отец может днями не вспоминать о еде – было бы «на опохмел».

Через пол-часа он притащился на кухню, встал напротив стола и стал созерцать меня мутным взглядом. Понятненько, у него потребность проораться. Не глядя на него, я вытащила очередную картофелину и стала срезать кожуру. Он молчал, выбирая, к чему прицепиться.

- Нагулялась? – хмуро процедил он. – Не поздновато ли школа закончилась?

Я не ответила.

- Может, скоро уроки в полночь кончаться будут? – тон его становился всё злее.

Картофельные очистки стали получаться всё толще и короче. Сказать ему, что была б моя воля – я вообще бы не приходила?

- Снова со своим чёрным ошивалась?! – сел на любимую тему. – Скоро весь Кавказ твой будет! Соседям в лицо посмотреть стыдно!!

- Отцепись! – с тихой яростью сказала я, не поднимая головы. Жгло чувство огромной несправедливости.

Он не отцепился. Он говорил, точнее – орал, - много, долго и обидно. Я старалась не отвечать – бесполезно, он может договориться до чепухи и до абсурда, лишь бы излить раздражение. Картошка успела закипеть и как раз пришла с работы мама. Вопёж отца в этот момент достиг своего апогея, а я обдумывала, куда бы свалить, потому что выспаться мне здесь явно не суждено.

- Отстань от неё! – крикнула мать, проходя в кухню.

Отец обернулся с горящим взором и почти торжествующе выдал:

- Защищай дочурку! Ночью домой приходит! С чёрными путается!

- Замолчи, - устало сказала мама. – Руслан хороший парень.

- Ха-аро-о-оший! Все они ха-аро-о-ошие! – прорычал отец. – Скоро внуков тебе наделает хороший парень! Они русских девок…

- Замолчи!!! – взвизгнула я, не вытерпев.

- …Шлюха твоя дочь, - торжественно объявил отец. - Подстилка для чёрных, ясно? Исламка паршивая!

Кровь бросилась мне в лицо. Да мы с Авдеем даже ни разу не целовались толком! И мама у него русская, между прочим! И причём здесь ислам? Причём национальность или вера? Или отец считает себя образцовым христианином или лучшим представителем славян?!

Чувствуя, что сейчас способна его просто убить, я бросилась в прихожую, рванула с вешалки куртку и вылетела на улицу. Авдей для него – просто повод поорать на меня. Ну зачем я снова и снова раздражаюсь?

Я обошла свой дом и тоскливо посмотрела на окно кухни.

На залитых светом голубеньких шторах жестикулировали и безмолвно кричали друг на друга две тени.

Я стала зябнуть.

И вдруг накатила тоска! Я наизусть знала, что случится дальше: мама кое-как уложит отца спать, выйдет в подъезд и мы с ней поплачем на улице немножко, потом зайдём в дом и будем под отцовский храп убираться до двух или трёх ночи. Ужинать сухой разваренной картошкой. И потом засыпать с горечью и облегчением – что день кончился наконец…

Вот такая «фрактальная реальность».

И сквозь тоску безысходности я поняла – всем своим существом – как страстно я не хочу, чтобы именно так закончился этот день, или эта ночь! Хотя бы сегодня!!

Я поплотнее застегнулась, сунула руки в карманы и пошла прочь от своей девятиэтажки…

______________________________
Дорогие друзья! Очень благодарна всем, кто подписался и добавил мою книгу в библиотеку! Огромное горячее спасибо всем, кто взял в репост - поделился с друзьями!
И ставим "нравки"

, если хотим продолжения!

:)