Трон Саламандры

Глава 3

Глава 3

Мы прибыли в Голинколд, когда уже начало темнеть. Я обратил внимание на то, что количество различных патрулей, заметно увеличилось. Останавливали и спрашивали документы у нас постоянно, чем ближе к столице, тем чаще. Это несколько задерживало дорогу, объяснять каждому, что у нас особое поручение, суть которого для них секретна, несколько утомительно.

Сам город, если быть честным, не впечатлил. Чем-то особенным его выделить из других городов, что я видел, наверное, было нельзя. Все такая же бывшая крепость, которая давным-давно переросла крепостные стены. Узкие, грязные улочки, практически пустые, кроме солдат и редких мужчин, спешащих куда-то по своим делам, никого и не было. Пожалуй, внимание привлекали только красивые, витые узоры, на каждом доме. Возможно, какая-то местная традиция, о которой нам никто не рассказывал. Дома не высокие, практически все не более двух этажей. Словно у них не было принято строить такие «дворцы», как в Мирее. На фоне этого всего, вдалеке, особенно выделялась их соборная церковь. Хотя, если быть правильным, это большой кафедральный собор архиепархии Ратарта. Он собственно и служит, помимо всего прочего, дворцом для архиепископа Алсея Второго. Огромное, просто огромное здание и рядом поменьше, целый город в городе. Но сам собор, зловеще возвышался над столицей, как будто огромный меч, воткнутый в самое сердце Голинколда. Наверно, при жителях столицы, называть их собор церковью будет даже оскорбительно. Обычно они носят имя какого-нибудь очень святого человека, что делами своими веру в Создателя нес, но в такие подробности нас, естественно, никто не погружал. Сказали главная городская церковь, значит, так оно и есть. И найти его легко будет. А какое там значение у местных, дело десятое.

Да, церковь тут крайне сильна и независима, что себе такой собор построили. На его фоне, даже королевский дворец стыдливо меркнет.

На въезде в город у нас в последний раз проверили документы, выдали специальное разрешение на нахождение в столице, причем каждому свое, и предупредили о том, что ночью на улицах находиться запрещено, война все же. Боятся вражеских лазутчиков, очень сильно.

Нам, конечно, указывать они не могут, но все же, чтобы не возникло проблем, попросили не ходить по ночам.

Бургомистр столицы, оказывается, был повешен, взамен его принц назначил какого-то очень благородного подполковника комендантом[1] города. Тот первым делом поставил везде, где только мог армейские патрули, запретил выходить по ночам, велел всем выдавать пропуска. То, что нас записали на въезде, конечно, не очень хорошо, но времени, разбираться, не было.

Постоялый двор нашли быстро, хозяин очень обрадовался, сейчас, во время войны с гостями было совсем плохо. В этом мы оказались единственными. Ибн Саллан сразу же попросил хозяина об услуге, подготовить нам экипаж, для скорого выезда. Про ужин он даже не спросил, что, если честно, огорчило. Мы поднялись в комнату, одну, большую и Нырок сразу уже начал раздавать распоряжения:

- Так, Топотун, за тобой экипаж, проверишь, чтобы был готов, на все не больше двух часов. – Затем повернулся ко мне. – Младший, ты у нас с церковью на короткой ноге, пока не стемнело, пойдешь в собор, помолишься Создателю, да прославится его Имя, заодно разведаешь, что там, в епархии происходит, может, чего увидишь. Я пойду, оглянусь, посмотрю, что да как в городе.

На этом и разошлись, жаль, конечно, что не удалось отдохнуть, спина выла, словно муку на мельницу носил, а что пониже спины, о том и говорить не хочется. Но работа, есть работа. Вышел на улицу, осмотрелся по сторонам. Практически стемнело, надо спешить. По узким улочкам я довольно быстро добрался до собора,от встречи с патрулями меня уберегло аурное зрение. Солдатские ауры ночью светились как солнце днем.

А вот и сам собор, вместе с дворцом архиепископа, высоченный забор, такой штурмом, без магов или порохового оружия взять наемникам будет не просто. Подошел к большим, резным дверям, что были чуть поодаль от ворот и постучал. За ними увидел ауры двух человек, наверно охрана, сбиры.

- Кто такой, чего тебе надо? – Голос сбира[2] был очень грубым, словно я его отвлек от какого-то особенно важного дела.

- Паломник я, сам не местный.

- Ну и проваливай отсюда, пока цел. – Довольно грубо ответил мне сбир из-за двери. Ого, здесь не любят ночных гостей. Совсем неприятно, как-то не то, чего я ожидал от церкви. Так, видимо этого сбира сюда не по уму подбирали, а по другим его особенностям. Выдохнул, вспоминая, чему учился в детстве.

- И сказал Создатель, что не будут двери дома молитвы закрыты ни днем, ни ночью, дабы всякий страждущий мог покой найти. – Вспомнил я Великое Писание. За дверьми послышалась возня, кто-то двоих сбиров едва слышно выругался.

- И войдет, всяк ищущий, да получит он помощь. – Ответил мне другой, более низкий, голос из-за двери, и она со скрипом открылась.

Я зашел внутрь, увидел там двоих, одного сбира, его сразу можно было узнать по одежде и священника, сан которого определить не смог.

- Спасибо вам большое, святой отец. – Слегка поклонился я.

- Отец Калидий, сын мой. Не всякий ныне писание знает. У нас тут, сам понимаешь, в городе, все не так, как обычно. От того и двери закрыты. Рассказывай, кто ты, зачем ты здесь?

Я посмотрел по сторонам, и на удивление, аурное зрение здесь работало так же, как и на улице. Это было совсем странным, потому как раньше в церквях увидеть ауры людей было нельзя. Как рассказал мне маг нашего отряда, Балан де Сакман, а он, все-таки, маг аж второй ступени, у священников есть особенная магия, суть которой ни один маг, из известных ему, понять не смог. Эта магия, как он говорил, позволяет священникам разрушать заклинания, снимать проклятия, укрывать от аурного зрения. Ни в одной церкви, соборе, часовне, раньше, аурное зрение у меня не работала. Они называют это «благословение» и «вера». Говорят, что эту способность им дает вера в Создателя. Но де Сакман, как в прочем и я, сомневается. Возможно, это просто какая-то магия, суть которой церковь держит в секрете.