Жена для Верховного мага

Глава 4

Глава 4

Чуть позже Тайлор представил меня выстроившимся в большом холле рядом с главной лестницей Бростон-Холла слугам, заявив, что привез себе жену, а им новую хозяйку. Слуг оказалось больше тридцати, и заправляла всеми пожилая, крайне властная экономка в траурно-черном платье. Звали ее Молли Смисс, и я, взглянув в строгое лицо с поджатыми сухими губами, решила, что мы с ней обязательно поладим. Но не раньше, чем она перестанет видеть во мне молоденькую барышню, способную разве что на вздохи и охи во время танцев в Бальном Зале.

Впрочем, никому и ничего доказывать в Бростон-Холле я не собиралась, все еще надеясь, что его хозяину быстро надоест игра в укрощение и я смогу со спокойной совестью отправиться восвояси. Желательно, уже завтра, чтобы успеть на последний экзамен в Скаборо.

Но пока Тайлору Бростону еще не надоело, и мне приходилось изображать из себя его жену. Поэтому, улыбнувшись, я поздоровалась со слугами. К удивлению, на строгом лице миссис Смисс тут же появилась ответная улыбка. Экономка изобразила вежливый поклон, заявив, что и в Бростон-Холле давно наслышаны о владелице «Высоких Сосен» и наше знакомство для нее большая честь. Я тоже выдавила из себя слова благодарности, после чего по очереди улыбалась представленным мне слугам.

Наконец миссис Смисс поинтересовалась, привезла ли я с собой горничную. На это пришлось ответить, что я оставила ее вместе с тетей в поместье, – хотя как таковой личной горничной у меня никогда не было. С детства обо мне заботилась няня Флоренс, выполнявшая роль экономки в не таком уж и большом хозяйстве «Великих Сосен».

И тут же, повинуясь жесту Молли Смисс, вперед вышла Линн – улыбчивая светловолосая девушка в форменном платье, чепце и накрахмаленном переднике. Она вряд ли была старше меня, но заявила, что у нее имеется большой опыт работы в столичных домах и она почтет за честь мне прислуживать.

Довольно скоро я очутилась в своих покоях на втором этаже, куда уже успели доставить мои вещи. Это были две смежные со спальней Тайлора Бростона комнаты, обставленные… Что уж тут душой кривить – все в Бростон-Холле оказалось дорогим и недавно отремонтированным. В моих комнатах, как и во всем доме, обстановка дышала богатством – повсюду были мягкие, пушистые ковры в тон со светлыми обоями и гардинами, картины, скульптуры и новая мебель, и я даже побоялась себе представить, сколько это могло стоить.

Подумала лишь, что в своем убранстве Бростон-Холл вряд ли мог уступать королевскому дворцу,

- Леди Бростон, – вырвал меня из задумчивости голос Линн. – Вы, наверное, уже хотите сменить дорожную одежду? Скоро будут подавать обед.

Кивнув, позволила горничной расшнуровать мою амазонку, хотя прекрасно справилась бы сама. Затем с помощью Линн облачилась в светлое платье с рукавами-фонариками и атласным пояском. Горничная осторожно поинтересовалась и о других моих вещах, на что я, пожав плечами, ответила, что их попросту не успели сложить. Но в скором времени обязательно пришлют, до «Высоких Сосен» отсюда недалеко.

Если, конечно, я не отправлюсь домой первой.

Но лорд Бростон продолжал проявлять несговорчивость, и вместо дороги в «Высокие Сосны» меня ждал сюрприз – присланная из соседней комнаты бархатная коробочка, внутри которой оказалось золотое, переливающееся бриллиантовым блеском ожерелье.

- Подарок вашего мужа, – заявила Линн, сверкнув черными глазами. – Очень красивое! Не хотите ли примерить, леди Бростон?

Я согласилась, что красивое, но надевать – даже примерить! – напрочь отказалась. Сказала Линн, что ожерелье не подходит к этому платью. Не подходит, и все тут!..

Потому что платье было моим, а принять подарок Тайлора означало бы впустить его в свою жизнь, что я совершенно не собиралась делать. Вместо этого подошла к окну, решив взглянуть на открывающийся мне чудесный вид на гленнширские равнины – когда-то зеленые, но теперь выжженные яростным летним солнцем.

Только вот вид, который открылся, душевных сил мне нисколько не придал, но по-своему оказался довольно интересным. Потому что по дорожкам, мимо возившихся, словно трудяги-пчелы, садовников, прогуливалась парочка. Рядом с высоким темноволосым мужчиной с военной выправкой – и как я раньше не заметила ее у собственного мужа? – шагала тоненькая, грациозная девушка в белоснежном платье. В руках, затянутых в атласные перчатки, она крутила кокетливый кружевной зонтик, защищавший нежную кожу от солнца.

И я отстраненно подумала: Тайлор Бростон и Жаклин Брюссо отлично смотрятся вместе.

К тому же им явно было что обсудить. Видела я их чуть с боку и со спины – Тайлор что-то ей говорил, а она шла рядом и слушала, склонив голову с элегантной прической.

Тут Жаклин протянула руку и коснулась его рукава, и я отвернулась. Затем подошла к трюмо и решительно захлопнула обитую бархатом коробочку.

Нет, ЕГО ожерелье определенно не подходило к МОЕМУ платью.

Слишком долго отсиживаться в своих комнатах у меня не получилось, так как пришло время отправляться на обед. Проходил он в большой столовой на первом этаже, украшенной огромными люстрами с сотнями золотых рожков.

Жаклин усадили на дальний конец стола рядом с лордом Остином, с которым она и приехала, отведя нам с Тайлором почетное место во главе. Остальные гости не заставили себя долго ждать. Расселись, уже успевшие переодеться к обеду.

Прима-балерина тоже сменила воздушное белое платье на вызывающий ярко-красный наряд, куда больше подходивший к вечернему приему, чем к семейному обеду. И этот новый ее наряд был настолько откровенным, что, казалось, одно неосторожное движение, и из него вывалится то, что приличной девушке все же не стоило показывать обществу.

Впрочем, на ее спутника – моложавого, но уже начинающего седеть лорда Остина, – содержимое декольте произвело самое захватывающее впечатление, и он проводил длительное время в его созерцании. Но у него оказался и соперник – сидевший по другую руку красавицы-балерины молодой лорд Тристан Уоллес, тоже добивавшийся ее внимания.