Временный Контракт или Дорога через Лес

Глава 15. Ведьма и её фамилиар

До глубокой ночи Ноэль поджидала Батильду. Прогнала Жерара спать, а сама осталась в кухне сторожить. Но маг тоже не смог заснуть, всё раздумывал, что могло случиться с кошкой. Наконец, когда под утро начало светлеть, он не выдержал и под предлогом, что хочет водички попить, спустился в кухню.

Батильда, судя по всему, так и не вернулась, а уставшая её ждать Нувеллина мирно спала, свернувшись клубочком и подтянув ноги под юбку. Одеяло валялось рядом, видно она побоялась укрыться, чтобы не уснуть, но её всё равно сморило, и теперь она жалась от холода. Жерар поднял одеяло, встряхнул и укрыл девушку, аккуратно подоткнув углы. Пусть спит. Но где же Батильда?

Кошка вернулась, когда солнце уже поднялось над лесом и стало светить прямо в окна. Вид у неё был не столько усталый, сколько замурзанный. Как будто она всю ночь ползала по самым поганым закоулкам графства, собирая на себя всякую грязь. Её пушистая шубка свалялась, на животе повисла сосульками и неприятно попахивала.

Проснувшаяся к тому времени Ноэль всплеснула руками и потащила грязнулю мыться, ни о чём не расспрашивая. Только через час отмытая, высушенная и расчёсанная кошка, утолив первый голод, передала хозяйке полученные вести. Не все, кое-что она придержала на то время, когда ведьма даст ей мясца и сметанки.

Но даже то, что она сообщила, тянуло на сенсацию. В графстве действительно зрел заговор, причём не менее глобальный, чем тот, в котором участвовал герцог Хелиер. Просто цели у заговорщиков были иные: не сменить на троне нынешнего короля, а, воспользовавшись недовольством в северных провинциях, разделить Элидиану пополам, отторгнуть земли, находящиеся к северу от центрального плато и образовать новое королевство. Десятое.

Выяснилось это из разговоров Клавдия, но не сразу.

Для начала к нему в укрытие заявилась графиня Эжени и они, точно в соответствии с предположением Ноэли, уединились для постельных утех. Тогда же стало понятно, откуда взялась девица, прислуживающая магу. То, как держала себя с ней графиня, что говорила и что та ей отвечала, ясно показало: Эжени приставила к Клавдию свою собственную служанку, девушку без рода, без племени, пришедшую издалека, ту, которую некому хватиться.

Догадываться не пришлось, графиня кричала на бедняжку, умолявшую освободить её от службы господину магу, ибо невмоготу ей терпеть то, что он с ней проделывает. А та упрекала служанку в неблагодарности, мол, пригрела её, безродную, работу дала, а мерзавка кобенится. Да она должна господину магу ноги мыть и воду пить за то, что он терпит рядом с собой такое ничтожество. Несчастная только плакала, но возражать графине не посмела.

Из их разговора не было ясно, используют ли её в ритуалах, но и кошка, и Ноэль, и Жерар склонялись к тому, что так оно и есть. Иначе что за упоминание об ужасах, которые маг совершает над служанкой? Не иначе как ритуалы магии крови над ней совершает. Да и одежда девицы наводила на мысль, что она призвана скрыть шрамы: не носят селянки одежду с длинным рукавом и чулки в тёплый день. А если и надевают, то рукава подворачивают, а не завязывают манжет плотно вокруг запястья.

Пока графиня с Клавдием предавались удовольствиям, служанка плакала. Что-то мешало ей собраться и сбежать, а ведь соседнее графство совсем близко. Приди туда, пожалуйся, покажи свои шрамы — и на следующий день в Ворсель из столицы отправят инспекцию. Но глупышка предпочитала страдать и мучиться, лишь бы не принимать никаких решений.

Жерара всегда удивляло такое поведение, но он хорошо знал: оно типичное. Почему-то люди страшатся перемен настолько, что готовы умереть. Или они не верят, что этим всё закончится? А может, думают, что станет ещё хуже?

Эжени пробыла у мага около часа и ушла, а под вечер наведался новый гость. Его лицо кошка не видела: прибывший надвинул на голову капюшон плаща и даже разговаривал, прикрыв рот шарфом. Маскировался как мог, жертвуя комфортом, ведь в тёплый почти уже летний вечер в таком наряде ему должно было быть нестерпимо жарко и душно. Хотя, если он маг… К сожалению, Батильда не могла показать его ауру, её он тоже чем-то прикрыл. Зато за время, прошедшее между уходом Эжени и визитом незнакомца, она нашла щель, через которую подслушала разговор, происходивший в подвале.

Замаскированный ругал Клавдия за безынициативность и задержку с организацией волнений в Ворселе. Между делом называл другие графства и герцогства, где были достигнуты значительно лучшие результаты и почти всё готово для переворота, а бестолковый маг силит себе в лесу и думает, что всё сделается само, без усилий.

Тот в ответ ссылался на бестолковость местных, ограниченность собственных возможностей и на то, что ему трудно влиять на графиню, а на наместницу вообще не получается. Те уже совсем было довели дело до взрыва народного гнева, но затем вдруг резко сдали назад. А тут ещё графа заменили присланным из столицы чиновником…

Таинственный незнакомец приказал Клавдию усилить давление на дам и добиться результата, после чего покинул разрушенный храм. Вместо того, чтобы пробираться к дороге, он свернул на тропинку, ведшую к капищу, а там… Там, чуть в стороне, прикрытый дерниной, нашёлся портальный круг. Они чудом тогда его не нашли, двинулись в другую сторону.

Так что ушёл этот тип порталом. Может он и вправду маг, а может, у него имеется специальный амулет активации. Вещь, конечно, редкая и дорогая, но заговорщик с таким размахом не может быть нищим.

Батильда ждала до самого утра, чтобы посмотреть, кто придёт, чтобы снова укрыть круг дёрном, но не дождалась. Очень уж проголодалась. К сожалению, запомнить значки на круге она тоже не смогла. Это расстроило Ноэль, ведь такая информация давала возможность рассчитать, откуда прибыл таинственный гость.

- Надо сходить, посмотреть, - сделал вывод Жерар.

- Только осторожно, - согласилась с ним ведьма, - не нарваться бы ни на кого. Мы думали, тут местные разборки, а оно вон как. Но так оставлять всё нельзя, надо выяснить, откуда сюда заговорщики шастают, и вообще, что они такое? Кортал мутит, или свои, местные?