Запретный плод для нимфы, или Нимфы против Нагов

Глава 6

Глава 6

Пережитые нервные потрясения вкупе с бессонницей, мягко говоря, не самым лучшим образом отразились на моем физическом и душевном состоянии, и поэтому все о чем, я мечтала в течение бесконечно тянущихся часов занятий – это чтобы они закончились, и я смогла залезть в постельку и оставаться в ней до следующего утра. И вот он, наконец-то, настал час освобождения. И вначале фортуна мне даже улыбнулась.

– Каро, мне нужно к тетке за оставшимися вещами заехать, – сообщила мне Присцилла, как только мы вышли из учебного корпуса, – так что буду где-то к ужину, – и, послав мне воздушный поцелуй, была такова.

Искренне говоря, соседкой Илла была беспокойной, поэтому конкретно сегодня и конкретно сейчас – я свое нечаянно-нежданное одиночество восприняла ни больше, ни меньше, а как дар небес. Но, видно, мне дары небес, если и положены, то в очень ограниченных дозах и обязательно с нагрузкой для нервной системы и моей нежной душевной организации.

Каро! – окликнул меня наш с Присциллой одногруппник Марк, к которому я в прошлом году испытывала симпатию, весьма напоминавшую влюбленность, которая к тому же, как мне казалось, была взаимной. В общем, так получилось, что мы ходили вокруг друг друга кругами почти целый год, улыбались и вздыхали, но основательных и конкретных шагов, которые вывели бы нас за рамки просто приятельских отношений ни он, ни я так и не сделали. Почему я не сделала никаких шагов, я знаю. Потому что, я так воспитана. Что же касается причин Марка, то тут как бы мне это не нравилось, но пришлось признать, что не так уж я и неотразима, как мне хотелось бы о себе думать. Затем, в предпоследний день занятий, я познакомилась с Этьеном, и думать забыла о Марке. – Каро! Можно я тебя провожу? Мне просто кое-что сказать тебе нужно…, важное!

Ну, и как бы это выглядело, если бы я сказала, нет нельзя? Правильно, это было бы грубо. Более того, я бы обидела не просто хорошего парня, а своего хорошего друга, и потом за это меня мучила бы совесть. В общем, деваться было некуда, пришлось соглашаться.

– Конечно, Марк! – лучезарно улыбнулась я, изо всех сил силясь излучать радость от нежданно-негаданно свалившегося на меня счастья общаться с ним в данную минуту.

– Помнится мне, я обещал одной девушке, что как-нибудь приглашу ее на кофе, но девушка только рассмеялась в ответ, и я решил, что она смеется надо мной…

Мать моя природа! Ну, за что? И почему именно сегодня нужно об этом говорить! Я отлично помнила этот момент, да любая бы на моем месте рассмеялась, – это я про себя, естестественно. Вслух, я многозначительно молчала. Вернее, молчала я обескуражено, но продолжая старательно улыбаться.

– … но потом я думал все лето, пытался выбросить тебя из головы, и не смог, – продолжил он. Ты бы еще дольше думал, ворчу я про себя, но вслух, понятное дело, не издаю ни звука; по-прежнему, продолжаю улыбаться. Вернее, я надеюсь, что тот оскал, который я выдавливала из себя, все же хоть как-то походил на улыбку. – И я решил, что была – ни была! Я поговорю с тобой Каро! Так что вот, говорю! – он сделал многозначительную паузу, – Каро! Я знаю, что слишком долго думал, но между нами определенно что-то было, я ведь не мог так ошибаться?! Пожалуйста, не молчи, Каро?! Скажи что-нибудь…

– Прости… – выдавила я из себя, – я просто… я не могу… просто не сейчас…

– Я упустил свой момент…, ты это хочешь сказать, Каро? И значит… ты и Эрик – это, правда?

– Я и Эрик? Это чушь! Поверь мне!

– Значит, я упустил свой момент?

В какой-то мере, он действительно упустил свой момент, и если бы Этьен был жив, я бы ему так и сказала, но Этьен был мертв. И сейчас я оплакивала его, но, если рассуждать реалистично и фактично, то все что нас связывало с Этьеном – это одно свидание и один поцелуй, тогда как с Марком связывал целый год пусть и невысказанной вслух и исключительно платонической, но все же влюбленности. И потом была еще и дружба, которую я сейчас могла потерять, а я не готова была пока снова кого-нибудь или что-нибудь терять, может завтра, когда я высплюсь и хоть немного приду в себя, но не сегодня.

– Нет, не в этом дело. Дело не в тебе. Дело во мне. Прости… – лепетала я.

– Нет, не извиняйтесь. Это я тот, кто должен сожалеть. Я слишком долго решался, поэтому неудивительно, что я разочаровал тебя…

– Нет, нет, пожалуйста, не принимай это на личный счет…. Это сложно объяснить, но просто сейчас плохое для меня время, чтобы принимать такого рода решения, какие-либо решения…

– Каро, просто будь честной со мной…

– Это Этьен! Дело в Этьене! – честно призналась я.

– Парень, которого нашли мертвым недалеко от кампуса? Сводный брат Эрика?

– Да, – кивнула я, – у нас было одно свидание и могло быть и второе, только он…

– … умер, – продолжил он за меня.

– Да, – одними губами подтвердила я.

– Похоже, тебе сейчас действительно не до новых отношений… – поддержал он меня, – я готов подождать, я готов двигаться так медленно как ты сама захочешь, но только если ты вообще хочешь видеть меня с собой рядом…

– Можно… я тебе сегодня… ничего не отвечу…, потому что, пожалуйста…, Марк?

– Можно, – кивнул он и взял меня за руку. Только я не могла позволить ему даже просто держать меня за руку, потому что мне казалось, что этим я уже предаю память Этьена, тело которого еще и земле не предали.

– Кстати, мы уже пришли! – заявила я и поспешно выдернула свою ладошку из его ладоней, хотя до здания, в котором я проживала, было еще метров десять, не меньше. – Спасибо, что провел, увидимся!

Несмотря на мое разбитое и измученное физическое состояние, побежала я к себе в комнату, ну прямо-таки с молниеносной скоростью. И где-то с этой же скоростью я в нее и вбежала, и прямиком в ванную, чтобы быстренько принять душ и завалиться спать. Да, признаю, я наивно полагала, что после того, как я закрыла за собой дверь; на ключ, причем, закрыла, то все! Здравствуйте, покой и тишина. И до свидания, все вместе взятые опасности этого мира. Но, не тут-то было. Как оказалось, посланные мне судьбой испытания моих нервов и духа на прочность на сегодня еще не закончились.