Добро пожаловать в чудо

Глава 20 Проводы и встречи, часть 3

Покрывало ночи опадало за окном, уступая место свету на горизонте. Дубков задернул шторы и прошагал к дивану, попутно опустив на стол очередную пустую чашку.

За ночь собралась изрядная коллекция: всех цветов, размеров и форм. Любимая пестрая кружка Алисы – словно заляпанная небрежными росчерками Бэзила. Каждый раз, садясь за стол, девчушка рылась в шкафчике, выискивая именно её. Сам же художник предпочитал высокую, большую чашку – с матовыми тёмными боками, без лишних рисунков и украшений. Дубков и сам удивлялся, откуда знает эти крошечные, вроде незначительные, но такие дорогие сердцу подробности. Видимо, подметил инстинктивно – заученная за годы службы привычка.

И только любимой чашки Марии он не видел никогда. Те разы, когда она пила с ними кофе – ароматный, крепкий, щедро сдобренный молоком – она брала первую попавшуюся под руку. Но ведь была среди них и её кружка. Саша оглядел неровную батарею чашек, выставленную на тумбочке. Могла ли это быть вот эта изящная фарфоровая с цветами? Или нарочито грубая, глиняная, словно сделанная вручную?

Он слишком мало знал о них всех. Алиса, Бэзил, Мария. Кем они были там, в своём мире? Он мог только предполагать, вспоминая прочитанные, увиденные, услышанные истории. Но ведь этого мало. Они были сказкой, воплотившейся в жизнь, и в то же время кем-то большим. И кем именно – он, к сожалению, совершенно не знал. Могло ли так случиться, что он влюбился в мимолётное видение, в своё представление о них, в самообман? Да даже если и так – не страшно. Страшнее другое – то, о чём умолчали всё они, но о чем поведал Эдди. Уйдя так же внезапно, как и появился, вампир оставил после себя бесконечные терзания и сомнения.

Отдать за случайное знакомство своё исконное право – право посещать этот мир. Снова и снова, в уютной череде бесконечных дней. Или узнать меру времени и распрощаться с одним из миров.

Саша и рад был бы спросить прямо, а понимает ли Мария, что готова отдать за случайную встречу? Зачем Алиса так рвётся провести вечность, заточённая в своём мире? Уверен ли Бэзил в своей музе?

Мечтал спросить. И понимал, что не имеет права на такие вопросы. Разумеется, знали. Конечно, понимали. Но вот стоил ли их мир, и в первую очередь он сам, такой жертвы? Примет ли он её?

Дубков швырнул диванную подушку в неосвещённый коридор и тут же, устыдившись порыва, побрёл за ней. Остановившись в темноте, он сжимал злосчастную подушку и слушал тишину оставшегося в одиночестве дома: тиканье часов, скребущиеся в окно ветви, принесенный ветром далёкий лай собак.

Эдди не врал – об этом твердило внутреннее чутье. Да и логика вторила ему: не бывает в реальном и жестоком мире ничего задаром. А даже если и врал, следуя ему одному известным вампирским причинам, Эдди помог взглянуть на ситуацию со стороны. Дубков не мог не признать: они принимали слишком важные решения слишком поспешно – идя на поводу у затмивших разум эмоций. И где гарантия, что они не пожалеют об позже. Нужна пауза. Небольшая передышка вдали друг от друга, чтобы осознать, понять, решить.

Поначалу Дубков хотел дождаться возвращения, как минимум, Марии, и всё с ней обсудить. Но по мере того как проходили дни, он терял покой. А заодно и веру в то, что сказочных друзей удастся хоть в чём-то убедить. Они ведь уже решили всё однажды, не сказав ему о последствиях.

Саша бросил взгляд на столик в коридоре, где белело написанное накануне письмо. То ли прощание, то ли объяснение, то ли извинение – поди его разбери. Слишком запуталось всё. И ещё больше – он сам. Сжав подушку в руках, майор решительно направился обратно в комнату.

Убрать следы не слишком опрятного, полного метаний пребывания здесь, покидать в одолженный – вполне вероятно, что навсегда – у Бэзила рюкзак еды и кое-каких вещей – всё это едва ли заняло больше часа.

Так хотелось остаться. Порвать написанное по подсказке Эдди волшебное письмо. Ещё раз взвесить всё и найти лишний плюсик в пользу бездействия. Но откровение вампира жгло душу: слишком нечестным был выбор.

Дубков настрого запретил себе сомневаться – решение принято, и бесконечно мусолить его означало бы погрязнуть в бесполезных сожалениях. Он тщательно запер дверь и сунул ключ за полог над дверью. Бэзил наверняка догадается поискать там. Отойдя не несколько шагов назад, Саша окинул взглядом ставший почти родным дом – место, где столько всего успело произойти – и грустно усмехнулся.

– Ну что ж, чудеса делаются своими руками. Так что пора отправляться чудить, господин сказочник.

Козырнув сиротливо притихшему дому, он помедлил у калитки, выбирая направление. В сторону вокзала? Попахивало танцем на граблях. А вот отправиться в противоположную сторону, в глубину дачного посёлка, – вполне себе вариант. Закинув на спину рюкзак, Дубков зашагал по дороге.

Вперёд, в светлое будущее. И прочь от мира, ставшего родным слишком быстро.