Алена Бабенко: 

Тонкая, ранимая и в то же время сильная и упрямая - такой образ возникает при упоминании имени актрисы. Но такая ли она в повседневной жизни? И какую Алену Бабенко мы увидим в новом фильме режиссера Игоря Зайцева «Каникулы строгого режима»? Об этом мы и говорили с известной актрисой.

Алена, не раскрывая сюжета фильма, расскажите в двух словах, какая она - ваша новая героиня?

Моя героиня - женщина, которая привыкла жить одна. Поэтому когда встречает мужчину, то в силу этой своей привычки не может даже распознать чувство, которое в ней зарождается по отношению к нему. По профессии она - педагог, достаточно уверенна в себе, умеет управляться с жизнью и знает точно, что нужно делать. Она одна воспитывает сына и поэтому выполняет две функции - и матери, и отца. Я думаю, это автоматически происходит в неполных семьях. Сын же комплексует из-за того, что у него нет отца - и это ее боль. Мальчик, чтобы его не называли маменькиным сыночком, придумал историю о том, что отец у него сидит на зоне. Видимо, в детской голове это место вызывает ассоциацию с сильным человеком, который при необходимости его защитит, и придает элемент крутизны в глазах друзей. А в итоге по иронии судьбы его мама встречает человека, который как раз сбежал из этих мест. Так случилось, что этот мужчина тоже разучился чувствовать, забыл, что такое отношения, как нужно общаться с женщинами. И вот они, два взрослых, но потерянных человека, забывших, что такое любовь. Поэтому когда произошло зарождение чувств, они даже немного испугались. Я бы даже не назвала это любовной линией, скорее, это зарождения каких-то чувств. Но я не буду рассказывать, как развивается история. Скажу только, что мне было вдвойне интересно играть эту роль, потому что у меня были классные партнеры - Сережа Безруков и Дмитрий Дюжев.

Судьба героини как-то перекликается с вашей? Выражение «сильная женщина» - это про вас?

Нет, эта история никак не перекликается с моей судьбой. А потом вы знаете, как правило, под маской сильной женщины самый беззащитный человек и находится. Я бы не назвала свою героиню сильной. Она сильная в результате вынужденных обстоятельств жизни, это не природное качество. Конечно, бывают женщины сильные по своей природе, но такие скорее становятся полководцами, а не одинокими матерями. А ей хочется, чтобы рядом был близкий человек. Но жизнь в провинциальном городе накладывает свой отпечаток: здесь все друг друга знают, как в одной большой деревне, у каждого за плечами какая-то прожитая жизнь. Она понимает, что встретить здесь кого-то совершенно невозможно, и, можно сказать, у нее уже даже нет надежды. Ей кажется, что она самодостаточна, что она сама сможет поднять сына. А в результате мальчишка-то трудновоспитуемый и растет довольно хулиганистым.

А как прошел переходный возраст у вашего сына?

Да я не знаю, прошел ли? Пока у нас очень доверительные отношения. У него, конечно, есть свои секреты. И было бы странно, если бы их не было. Я очень рада, что так сложилось. У меня было не так. Несмотря на замечательные отношения в семье, у нас не было принято обсуждать какие-то откровенности. Правила воспитания были иные. Мы сами как-то разбирались и выплывали в жизни, хотя, на мой взгляд, это не всегда обязательно. Конечно, полезно и нужно учить детеныша самостоятельно мыслить, но иногда так хочется, чтобы тебе подсказали, объяснили, ответили на какие-то вопросы! Даже взрослые в этом нуждаются, разве нет?

Вместе с сыном вы снимались в фильме «На море». Как складывались ваши отношения на съемочной площадке?

Мы были партнерами, просто вместе снимались в одном кино. Никиту пригласил режиссер Ярослав Чеважевский. Это был его выбор, и мы сразу договорились, что я не буду вмешиваться в их отношения, да и Никита этого не хотел, собственно говоря. Там не было какой-то серьезной задачи. Просто бытовая история, очень узнаваемая, поэтому нам достаточно было банально общаться. Съемки проходили в Венесуэле, мы узнали эту страну, оказались в незнакомой культуре и провели полтора месяца на острове Маргарита в океане. Сниматься было интересно, но у Никиты не возникло желание стать артистом. Мы думаем о другой профессии. Возможно, он пойдет учиться на оператора, а может быть, и нет. Никита еще думает, выбирает.

Вы сами после школы выбрали математико-кибернетический факультет Томского университета. Не сложно было учиться?

Для меня это не было сложным. Я всегда любила математику, алгебру и геометрию, поэтому с этими науками у меня не было проблем. А потом, в то время развивалось новое интересное направление - программирование. Я была немного с этим знакома, поскольку мой папа работал инженером в Кузбасэнерго в отделе ОСУ (оперативная система управления), и у него в комнате стояли ЭВМ - такие огромные металлические шкафы, которые громко гудели, и из них выезжали перфорированные бумажки . Что это такое, понять было невозможно. Просто фантастика - какие-то карточки с дырочками, и люди их читают! Как они что-то в них понимают? Ведь это даже не цифры, а просто дырочки! (Смеется.) Меня это так восхищало. И папа меня завлек: «Вот Леночка, это машины будущего». А для меня они были почти как машины времени. Поэтому мне казалось, что, выбрав профессию программиста, я шагаю в будущее.

Вы так восторженно говорите об этом... Неужели математика - это так романтично?

Вы знаете, математики обладают удивительной способностью мыслить цифрами. Читать книги, быть филологом - это естественное развитие. А вот, чтобы в цифрах понимать мир, нужно обладать определенным мышлением. Представляете, вот летит птица, и человек видит, что она летит по какой-то кривой, например, так (Алена рисует рукой в воздухе - Прим. авт.), а мотылек перемещается вот так. Эти кривые можно превратить в график и составить уравнение. Но каким же надо мышлением обладать, чтобы все это представить, изобразить и отобразить в цифрах? Значит, у математиков что?.. Правильно - чрезвычайно развита фантазия. А еще что? Правильно - абстрактное мышление. Вот так грубым логическим путем мы и доказали, что математики не те люди, какими их представляют. Вообразить, что стакан воды состоит из молекул, а молекулы перемещаются, и у них есть свой закон движения. Это умение проникать в микромир, в запредельный мир. Романтично?

Просто поэзия цифр какая-то...

Как-то так. А потом, у нас в университете были великолепные педагоги. Нам так преподавали математику, что полтора часа пролетали незаметно. Они могли говорить о путешествиях, о том, какие картины видели, с кем познакомились, а потом это все каким-то чудесным образом соединялось и получалось, что они рассказывают математику. Ну, а затем все изменилось. Небеса взяли меня за шкирку, как щенка, и стали пересаживать на другой остров жизни. Дважды щенок не мог понять, что там делать и возвращался, хотя ему там нравилось, но было все незнакомо и страшновато. И только на третий раз щенок сообразил, что больше дороги назад нет.

Третья пересадка - это кинематограф?

Третья посадка - это в смысле последняя возможность стать актрисой. И жизнь изменилась. Все как-то соединилось - любовь, переезд, смена профессии.

Что вы вкладываете в слово «любовь»? Влюбленность с первого взгляда или взвешенное, осознанное чувство?

Сейчас мне нравится фраза «любишь то, что знаешь». С течением времени для тебя важными в любви становится то, что соединяет тебя с другим человеком: ты его знаешь, ты привязан к нему, у вас есть много общего. Сейчас мне трудно говорить о любви с первого взгляда. Это, скорее, какое-то мимолетное восхищение человеком. Вспышка, которую ты не понимаешь. А превратится она потом в любовь или нет, одному Богу известно.

Вам не кажется, что в последнее время наш кинематограф мало говорит о любви? Все чаще снимают боевики - погони, перестрелки...

Дело даже не в том, что показывают боевики. Даже в фильмах про любовь любви мало, на мой взгляд. Я не понимаю, что происходит.

Духовная составляющая этого чувства остается за кадром.

С этим не могу согласиться. Кажется, сейчас все меняется. Вернее, появляются фильмы и о духовной стороне любви... Если честно, я не люблю обобщать и рассуждать о кино. Это не мое дело! Я понимаю то кино, в котором что-то склеивается лично со мной, с моим представлением о любви... Вот, например, на фестивале в нашей программе «Перспективы», где я была членом жюри, победила картина грузинского режиссера Вано Бурдули, в которой человек с такой болью, самоиронией, чувством юмора и любовью рассказал о людях, о своей родине, что я понимала, что его сердце полное от любви! И это, наверное, самое то, что нужно иметь внутри, чтобы рассказывать о любви.

Современное кино стало жестким. Мне кажется, советские фильмы были более душевными. Или даже духовными.

Время было другое, и фильмы были другие, и темы были другие. Какое время, такие и фильмы. По-моему, в советское время главным принципом кино был принцип партийности. А сейчас... демократия, однако. И не задавайте мне киноведческих вопросов! Сейчас много разного кино. И можно выбирать, что смотреть - душевное, духовное или жесткое. У каждого фильма есть свой зритель. Душа сама выберет то, что ей по душе. Например, я влюбилась в кинематограф с одного фильма Родиона Нахапетова, он назывался «О тебе», с Верой Глаголевой в главной роли. Она играла девочку, которая с рождения не умела говорить. Но она пела, понимала язык природы, птиц. А потом ее научили говорить и отучили петь, и девочка перестала слышать природу, как бы оглохла. Эта была какая-то невероятная для меня в советские времена история о неизвестном мире, который тоже может быть. А поскольку я была ребенком и не могла контролировать свои эмоции, то просто восприняла его сердцем. С тех пор меня манят такие истории больше всяких других...

Алена, в прошлом году вас приняли в труппу театра «Современник». Как вам работается на сцене?

Очень нравится. Я об этом мечтала. Работу в театре я сразу начала с одной из прекраснейших ролей - роли Маши в пьесе Чехова «Три сестры». И так случилось, что мне доверили роль в новом спектакле «Бог резни» по пьесе Ясмины Реза.

Ваша героиня - дамочка стервозная?

Я не считаю, что стервозность - это какой-то недостаток. Это неплохо. Моя Аннет Рей - женщина, живущая в определенных обстоятельствах. Она домохозяйка и никому не нужна, включая мужа-бизнесмена, которого постоянно нет дома. Он все время с кем-то на телефоне, у него другая жизнь, вне дома. И моя героиня в доме, как собачонка. У нее даже прозвище есть - Тотошка. Аннет решает все дела: квартира, дом, школа - все на ней. И она все это копит-копит в себе, и потом это прорывается в определенных обстоятельствах. Мы узнаем ее трагедию. У каждого персонажа этой пьесы есть своя трагедия. Люди узнают себя, видят все то, что мы, как правило, так тщательно скрываем. Но рано или поздно это прорывается в виде каких-то демонов, бесов. Пьесу трудно назвать комедией, скорее это трагикомедия - мой любимый жанр.

Дыхание зрительного зала помогает в работе?

Конечно. Ты в кино не чувствуешь зрительского отклика. Проходит столько времени, что забываешь, где ты снимался, кто ты был. Лишь спустя какое-то время увидишь картину, или вообще не сможешь попасть на премьеру. Такой непонятный труд. А здесь ты сразу все понимаешь. И у тебя есть чудесная возможность в следующий раз что-то изменить, попробовать что-то другое. Каждый раз ты находишься в движении. А в кино такого нет. Как говорила Фаина Раневская, «сняться в плохом фильме - все равно, что плюнуть в вечность». Там один шанс, а здесь есть еще, и не один. И я счастлива невероятно. Я дома, я вздохнула, я утешилась, успокоилась. Потому что если нет ролей в кино, у меня есть театр.

Алена, как вы думаете, может в вашей жизни произойти, выражаясь вашим термином, еще одна пересадка, и вы вдруг займетесь, ну скажем, живописью?

С удовольствием. Я вообще мечтаю научиться рисовать. Иногда на меня находит, и я рисую, но это все так бездарно. Хотя папа у меня умеет рисовать, и его акварели до сих пор висят на стене в доме. А у меня совершенно нет этой способности, но хотя бы одну картину я нарисую. Хочу выучить три языка. Английский я знаю и мне его нужно, скажем так, прочистить и пополнить. Еще мне нравятся итальянский и французский языки. А мой сын, например, очень любит Японию, изучает культуру этой страны.

Знаю, вы не любите ходить на светские тусовки.

Мне жалко терять на это время, я не понимаю смысла. Начинаю печалиться и грустить - мне совершенно не весело. Я не получаю от тусовок удовольствия. Иногда это полезно с точки зрения встречи с человеком, которого давно не видел. Если есть цель увидеться с кем-то, тогда есть резон. А так... Зачем?

Как вы считаете, что нужно актрисе, чтобы оставаться востребованной долгие годы?

Заниматься своим делом и не размениваться на какие-то ненужные вещи, временные. Чудес не бывает. Поэтому надо работать, работать и работать. Как-то я сейчас по-чеховски высказалась...