Академия сердцеедов. Отбор

Глава 7.2

Рассиживаться нам не позволили. Спустя десять минут в столовую вернулась Бэйла, и, уперев руки в бока, встала в дверях, нервируя одним своим видом. Разговоры быстро сошли на нет и девушки, молча переглядываясь между собой, доедали завтрак. Потом так молча поднимались со своих мест, ставили тарелки на специальный столик в углу и шли на выход.

— Живее, красавицы! — торопила Бэйла тех, кто все еще висел над тарелками, — вас никто ждать не станет. Райдо придет, не обнаружит вас на месте и уйдет. Ему все равно, а вы останетесь без дополнительных баллов. И винить будет некого.

Даже я, которой дополнительные баллы не грозили, и то прониклась. Торопливо допила чай, убрала за собой посуду и ринулась прочь из столовой. Однако к себе не ушла. Страсть как интересно было посмотреть, как претенденток будут забирать на первое серьезное испытание. Почему-то казалось, что их непременно должны построить парами, как в школе, и гуськом увести со двора.

В маленьком холле стало тесно.

Я пристроилась в самом углу, возле окна и наблюдала за тем, как бледные, взволнованные девочки ждут своей участи. Нервничали все. Даже Кайла, та самая блондинка, которая вечно морщила свой точеный нос, и то нервно кусала губы и обмахивалась ладошками в тщетной попытке успокоиться.

А я им завидовала. Лучше уж волноваться, что мало наберешь на испытании, чем знать наверняка, что путь туда тебе заказан.

В очередной раз мысленно сказала спасибо Лексу, благодаря которому лишилась дополнительного этапа, и от всей души пожелала ему острого поноса одновременно с затяжным кашлем.

— Девочки! — неожиданно выступила вперед моя рыжая соседка. В руках у нее была розовая коробочка, которую она смастерила сама, — Я очень надеюсь, что все мы поступим в Академию и будем дружить.

— А то! — нагло ухмыльнулась темнобровая Ксандра.

Остальные, глядя на блаженную рыжулю, прятали усмешки. Белобрысая и вовсе фыркнула, и отвернулась, будто ничего глупее в этой жизни не слышала.

— Я думаю, всем не помешает немного хорошего настроения, поэтому сделала небольшие подарочки.

— Прелесть какая, — тут же раздалась язвительная реплика, в ответ на которую Стелла рассеянно улыбнулась.

Мне стало обидно за нее. Никто из них не видел, как она полночи сидела на полу и, высунув от усердия язык, вырезала эти несчастные сердечки. Просто из вежливости могли бы промолчать.

Она принялась раздавать поделки. Кто-то забирал молча и тут же совал в карман, лишь бы отвязаться от чудной «подруги», кто-то скованно благодарил. Темнобровая взяла подарочек в руки, небрежно покрутила и, тут же смяв, бросила в корзину:

— Ерунда какая.

Кайла вообще сделала вид, что не заметила протянутого сердца и отвернулась.

Впрочем, Стелла не расстроилась. Кажется, она даже не заметила насмешек со стороны девочек и продолжала блаженно улыбаться.

Ко мне она подошла последней…с пустой коробочкой.

— Ой, — удивленно хлопнула глазами, — закончились.

Тут же раздались насмешки:

— Нищенке из Муравейника даже мусора не хватило?

— Прости. Кажется, я забыла тебя посчитать, — развела руками Стелла.

Не знаю почему, но мне стало так обидно, что аж под ребрами закололо. Вроде мелочь, пустые бумажки, но я себя снова почувствовала лишней на этом празднике жизни.

— Ничего страшного, — кое-как растянула губы в улыбке.

— Я тебе потом еще сделаю, — беспечно отмахнулась рыжая и тут же потеряла ко мне интерес, потому что с улицы раздался голос Райдо.

— Считаю до пяти! Кто не вышел – тот отстал.

Девочки бросились к выходу, и в дверях тут же образовался самый настоящий затор. Они пыхтели, толкались локтями, пытаясь протиснуться вперед, и меньше всего были похожи на аристократок из дорогого Хайса.

Вскоре в холе осталась только я и пяток смятых сердечек на полу. Никому не нужные бумажки. Но все равно обидно.

— Ну и ладно. — проворчала себе под нос, — не больно-то и хотелось.

Чтобы как-то перебить вкус горького разочарования, я взяла с подоконника газету. Тот же выпуск, который уже попадался мне в руки. Продолжая бухтеть, как старая бабка, я пролистывала знакомые страницы и когда уже хотела отложить газету, зацепилась взглядом за строгий заголовок:

Прием у Барренса.

Тот самый Барренс, который упомянут в письме, найденном под кроватью? Или однофамилец?

Стало любопытно, и я еще раз пробежалась взглядом по строчкам.

4 сентября в 7 часов вечера состоялся торжественный прием, на котором было объявлено о помолвке единственного наследника Барренсов с дочерью верховного судьи Хайса. Для гостей организовали 12 развлекательных павильонов в фамильном поместье…

Скучно, но… я прочитала еще раз, не понимая, почему внутри натянулась и задрожала странная струна. Заметка, как заметка. Человека я этого не знала, свадьбы не любила, но что-то царапало, заставляя вновь и вновь скользить взглядом по строчкам. И только прочитав в десятый раз, я поняла, что именно меня цепляло.