Темный эльф-2. Владыка

Пролог

Говорят, когда на Лиаре умирает светлый эльф, над Светлым лесом целый месяц висят свинцовые тучи, а солнце слегка тускнеет в знак траура по погибшему. Когда приходит время темного, над местом его гибели неделю плачет небо и рвутся от молний потемневшие небеса. Если случается погибнуть гному, безутешно стонет мать-земля, а где-то в глубоких пещерах рассыпается в прах один из сталактитов. И только смертные умирают незаметно, не оставляя после себя ни знака, ни памяти. Неслышно приходят в эту жизнь, незаметно живут и, чаще всего, так же незаметно умирают.

Неизвестно, кто из перворожденных придумал песнь прощания – древние хроники не сохранили имени смельчака. Никто не знал, что за сила таилась в ее строках и какую власть она обретала над безумцем, рискнувшем раньше времени призвать Ледяную богиню. Но каждый живущий на Лиаре был уверен, что стоило кому-то из эльфов закончить ее вслух, как незваная гостья непременно забирала его душу. Милосердно давала отпить из своей чаши напиток скорби и манила за собой, будто питала к бессмертным какую-то тайную слабость.

Песнь прощания была стара, как сама жизнь. Зовущая, мягкая, нежная. Просто красивая песнь для той, чья поступь легче воздуха и чье ласковое прикосновение – последнее утешение для обреченного. Ничто не способно противостоять этой магии. Никому не под силу остановить смерть, если слова песни прозвучали полностью. И лишь в одном перворожденные сумели поставить для нее препятствие. Слово на слово. Песнь на песнь. Песнь возрождения, чьи слова напитаны такой же древней эльфийской магией.

Но вот беда: мало осталось на свете умельцев, владеющих этим знанием, и еще меньше безумцев, готовых поспорить со смертью – за уже отлетающую эльфийскую душу, которая твердо вознамерилась уйти.