Роман и Юлия

9. Урок

9. Урок

Веника на крыльце не было. Юля потянула дверь и вошла в дом. Постояла в прихожей, надеясь, что Аглая Петровна выйдет, или крикнет, как в прошлый раз, но никто Юлю не встречал, никто не окликал.

- Аглая Петровна, можно к вам? – позвала нерешительно. Ответа не было. Юля постояла в раздумьях ещё немного и шагнула в комнату. Выдохнула с облегчением. Здесь невозможно волноваться, здесь всё дышит безмятежностью.

Женщина села на привычное место на диване и огляделась. Взгляд скользил по окнам с кружевными занавесками, по яркой герани на подоконниках, по фикусам в кадках.

На журнальном столике красовалась тонкая свеча в подсвечнике-рыбе из какого-то зелёного камня. В прошлый раз её не было. Интересно, что за камень. У Аглаи Петровны похожий в коробке был, но она его не называла. Юля посмотрела на ту часть шкафа, откуда доставалась коробочка и обомлела.

Совсем рядом с той дверцей стояло… Юля не могла дать определение этому предмету. Вилы?.. Нет, вилами это назвать было нельзя. Внизу мощные кованые зубья. На каждом зубце своя руна. Вверх идет длиннющий черенок, почти до верха шкафа. На конце черенка расширение, как шишка, а посередине неё сверкает маленький гранёный камень. «Бриллиант», - Юля почему-то не сомневалась.

Она настолько увлеклась рассматриванием непонятного предмета, что не услышала, как вошла хозяйка и остановилась на пороге, изучающе глядя на гостью.

- А-а, посох увидала. Это хорошо. – вместо приветствия сказала женщина, - значит время пришло.

Юля встрепенулась:

- Здрасьте, - и прозвучало это так игриво и вольно, что она смутилась.

- Здрасьте, здрасьте, а ты чего вчера не дошла? Я ж тебя на дороге к дому видела.

Юля только плечами пожала: вот умеет Аглая Петровна озадачить. Она вчера думала, про то, что не плохо бы сходить, но никак не шла.

Хозяйка привычно устроилась на стуле перед Юлей и продолжила разговор, который Юля не понимала, как поддерживать:

- А почему я тебя ни разу не встретила там, - она мотнула головой куда-то вверх, - почему не прилетаешь? Оковы что ли?

Аглая, прищурившись рассматривала гостью. А Юля всё больше недоумевала: куда это она не летает и где надеется её встретить Аглая. Почему-то представился хозяйский веник, и Юля дурашливо подумала: «Метла сломалась, вот и не летаю».

- Да нет, с выходом у тебя порядок. Оков нет, - заключила, переставая щуриться, Аглая, - так что ж ты? Без метлы боишься, что ли?

Юля вытаращила глаза.

- Ну да, есть такие, - утвердительно кивнула шаманка, - кто боится, а кто для статуса. Давай уже, вливайся. Может с кем познакомлю тебя. Ты чем интересуешься?

И вот что ответить? Что имеет в виду Аглая? Юля рассердилась: что за загадки?

- Рисовать люблю, - начала с раздражением и совершенно неожиданно выпалила, - а ещё я запах травы через упаковку чувствую и понимаю, подойдёт она мне или нет. И один раз увидела сполохи вокруг больной головы у сотрудницы и соединила их…

Юля хотела ещё рассказать, как потом она пыталась снова увидеть подобное, но внезапно ей стало муторно, во рту пересохло, голова наполнилась «туманом» и вдруг показалось, что она сейчас умрёт.

- Аглая Петровна… нехорошо мне как-то… - Юля не могла обозначить словами, что внезапно на неё накатило.

Аглая Петровна, смотревшая поверх Юлиной головы, встрепенулась, и Юлю немного отпустило.

- Ах, прости, деточка. Сейчас пройдёт, - неожиданно ласково сказала шаманка, - понимаешь, надо было проверить. А ты слишком далеко меня запустила. Надо было закрываться, защищаться. Ты слишком доверчивая. Слишком. Ну, ничего, всему научиться можно. Хочешь?

Юля ничего не поняла, но кивнула: пусть учит, потом разберёмся, что это такое, отказаться всегда можно.

- Ведьма ты. Слабенькая, но ведьма, - огорошила Аглая, и взглянув на Юлю, поморщилась и недовольно добавила, - ну, вот что ты пугаешься. Ведьма – от слова «ведать», «знать». Тебе дано знать то, что другие захотят, да не смогут. Сил у тебя маловато, но нельзя и их без внимания оставлять, иначе, сама знаешь, какую боль доставляют.

Растерянность Юли достигла апогея: какая ведьма, причём тут её болезнь? Чушь! Ей пора уходить. Но решимость встать и уйти проиграла любопытству, и женщина не сдвинулась с места.

- Ну, давай начнём, - шаманка подошла к журнальному столику и чиркнув спичкой, зажгла свечу, - посмотри на пламя. Что видишь?

- Язычки огня, - неуверенно ответила Юля. А что там ещё можно увидеть?

- А теперь прищурь глаза и смотри через ресницы, вот так, будто мимо, - Аглая Петровна изобразила взгляд.

Юля послушно прищурилась и постаралась смотреть как бы через пламя. И она увидела! Ореол мягкого света расходился далеко от свечи и расплывался в пространстве. И комната казалась бесконечной, а в ней кое-где висели серые сгустки. И они как будто почуяв огонь, старались убраться от него подальше, но не успевали и, резко вспыхнув, исчезали.

- Достаточно, - затушила свечку, наблюдавшая за Юлей Аглая, - увидела. Молодец. И запомни: огонь всю невидимую враждебность сжигает. А уж если к рукам что липнет, так их обязательно надо над свечой подержать.

Юля смутно уловила то, что стояло за словами Аглаи, ей хотелось об этом подумать, оформить понятными фразами, но она боялась отвлечься и упустить и без того малопонятный смысл разговора.

А Аглая говорила про перстень:

- Вижу купила нужный камень, руну вижу, работает она. Как вырезала-то? Сама? Или давала кому?

Юля удивлённо кивнула: разве можно было показывать кому-то руну? Аглая правильно поняла удивление:

- Понимаешь, лучше, конечно, самому руну для себя вырезать, но мало кто это может сделать. Вот и отдают люди первым встречным на гравировку. Тут самое главное, чтобы кровь чужая не попала, иначе всё наперекосяк пойдёт. А что, если я к тебе буду людей отправлять? Ты то теперь знаешь, как надо делать. И людям польза будет, и тебе, глядишь, какая копейка перепадёт.