Элемент Вордарога

Глава 9

Глава 9

Пасмурность неба, пронизанная воспарившим над вечнотенью Айрэлом, не могла хоть на сколько ни будь омрачить аметистовые башни этого громадного сооружения. На спине гигантской бабочки возникла темная громада дворца. Вытесанные из четырех сегментов горных пород приподнятые вверх крылья исполинского насекомого отражали свет Селены, преображая его в еще более безмерную фигуру воздетых в полете крыльев. Непривычное освещение этого места царило буквально повсюду. Будто вставшие на дыбы изогнутые под странным углом башни маяками освещали пролегающую к нам от ворот города волшебную тропу. В воздухе роились бабочки и сверчи. Дорогу обступил изогнутый под дыханием диковинного света лес. Крючковатые деревья будто протягивали к нам свои руки, приглашая пойти прямиков во дворец. Спускающиеся с ветвей деревьев жучки маршировали с обоих сторон тропы. За нами образовался не имеющий конца шлейф обитателей придела теней. Рука моего Раэла покоится в моей, вторая лежит на рукояти ясного клинка. У меня та же ситуация, до дрожи в коленях хочется убраться от сюда. Идущая подле меня девушка неожиданно вздрогнула и, неохотно оторвав ладонь от своего острия, вытащила запрыгнувшего ей за шиворот обычного ночного сверчка, после, с омерзением взглянув на стремительно пролетавшую в сторону дворца фурию-доносчицу, она процедила сквозь сжатые зубы:

– Дети Патмы! Что мы тут забыли?

Я ответил, стараясь придерживаться крайне осторожного тона:

– Идем к ним с приветом, держа на устах приглашение теней, – прокумекал я.

Айлинель прикусила губу:

– И кто эту Вервину за язык тянул? Надо было мотать удочки и, надеясь на удачу, валить от лостов на своих крыльях.

– Может и так, а может и нет, – проговорил я. – Мы не знаем, что тогда могло бы с нами произойти, если лосты вознамерились бы атаковать нас. Не знаем и причину, по которой эта Лорелей нас вообще сюда принудила прийти. А так, заглянем в гости на чуток и в конечном итоге убедим эту особу, что мы не настроены на ее долгосрочное внимание.

– Да уж, – фыркнула Айлен.

– А раз мы уже здесь, то нужно навострить ушки и держать наготове коготки, – посмотрев на обескураженное лицо Айлен с ободряющей мимикой, произнес я. – Если королеве Вечнотени надумается с нами играть по ее правилам или она захочет причинить нам вред, то мы ей покажем, где геллы зимуют.

Айлинель хихикнула, прогнав и мою тревогу, и мы вместе устремили свои взоры на приближающиеся к нам фиалковые врата.

Путь позади, двери стоят непреклонной стеной впереди. Мы все затаив дыхание ждем приглашающего жеста со стороны громады дворца. Вдруг у меня на глазах врата замка начали таять и растекаться, как плитка шоколада при высокой температуре, а правая башня города воспылала, словно огромная свеча. Я затряс головой, прогоняя наваждение, все разом стало на свои места и украшенная фиалкой дверь принялась распахивать нам свои ветра. Айлинель как-то странно на меня посмотрела, потянув за руку, я, наконец очухавшись, последовал за ней. Геллфийка произнесла:

– Да, ты прав, что раззявил рот, место действительно ошеломляющее.

Она не так поняла потуги моего изумления, ведь о странных видениях, что стали происходить со мной после Пути Сердца, я ей не сказал ничего.

– Вечнотень все-таки, – кивнул я ей.

Мы и сопровождающий нас конвой вошли внутрь, пройдя под аркой надвратной стены, следующая за нами армия не смогла пройти внутрь, уперевшись в запертые врата. И тут настал момент настоящего изумления. Глядя на то, что оказалось внутренним убранством дворца, я какое-то время не поверил своим глазам. Снаружи весь увешанный темными шпилями и обвитый клешнями мерзкого вида лиан монумент Вечнотени изнутри оказался совсем иным. От входа в резиденцию королевы исходили выложенные мелкой галькой дорожки с высшей степени умиротворяющими рисунками, внутри троп будто жили своей жизнью маленькие зверьки и похожие на стекло букашки. Дороги обступали небольшие теплые деревянные домишки. Незатейливые мостики пересекали мелкие ручейки, в которых плавали золотые рыбки. По бокам тропинок стояли высокие столбы с яркими сферобразными светильниками, в которых изредка вспыхивали какие-то кристаллы. Над домишками плавали небольшие облачка тумана, посыпающие мягкие лужайки капельками росы. Небо сверху уже не казалось столь темным, как снаружи этого дворца. Было очень светло, казалось, что сейчас вовсе не ночь, а просто пасмурный день. Контраст был ошеломляющ. Мне уже совсем не чудилось, что мы находимся в царстве ночи. Немногим ранее Карад обмолвился, что мы направляемся в светлый город Левенеллу, тогда я посчитал, что лост шутит, теперь мне так не казалось. Долго молчание не могло терзать мои уши, ведь с нами геллы, веселые летуны, которые на все знают свой дерзкий ответ.

– Светло как днем, – прочирикала, похоже, окончательно очухавшаяся от потрясения Лив.

– Как вульгарно! – выплюнула Айлинель.

– Красиво! – мягко протянула Вервина.

– А где ночь? – спросил показавшийся мне каким-то маленьким Келлери.

– Тут слишком плохо и весело, – скривился дракоша.

Я же высказался просто и односложно, чтоб оставить и свой след на песке Левенеллы:

– Аж не верится, – промолвил я.

– Госпожа уже ждет, – поторопил стоящий справа от меня Карад.

– Пошлите, ребята! – махнул я рукой. – Не будем заставлять богов дожидаться.

Ясное дело второй куплет никто, кроме меня не понял, да ведь это вовсе и не важно, правда? Сослуживцы Карада повели нас вперед, сам же Мастер теней почему-то изменил привычке и двигался подле нас с Айлинель.

Через какое-то небольшой промежуток времени мы прошли дома и водицу, войдя в небольшой сад. Сразу же на ум пришла мысль, что здесь постарался какой-то гений. Даже губы настроенной враждебно ко всей Вечнотени Айлинель тронула легкая улыбка. Тут скакали стада овец, в глазах у которых сверкали яблоки. Ольха была высажена и подстрижена так, чтобы нам казалось, как будто это бородатые гномы стоят перед нами, а не вовсе какие-то деревья. Вишни напоминали натягивающих тетивы лучников, а кусты можжевельника трубящих в рога дикобразов. Короче, тут было на что посмотреть. И повсюду стояли эти столбы с их очень резким светом. На заднем плане раритетного сада позади всего этого великолепия виднелась башня белого золота, чью голову венчала облачная корона.