Видеть всё

Глава 10

Старушка взяла долгую паузу. Откусила кусок пирога, с наслаждением сёрбала[1] чай, пока в кружке не осталось жидкости, и только потом взялась за рассказ. Мыслями бабуля унеслась куда-то в далёкое прошлое. Слегка выцветшие глаза смотрели в пространство перед собой, ни на чём толком не фокусируясь, а хрупкие тонкие руки с пергаментной кожей теребили круглый раритетный медальон из платины.

- Молодая я была. Совсем козявка. Ещё и танец свой первый не станцевала[2]. Но очень уж любила слушать истории своей бабки. Та знахаркой была, лекарственные мази да настои готовила по просьбам жителей. Деревенька наша на окраине находилась. Сзади горы, спереди вдалеке другие селения да деревни. Путники редко забредали, все друг друга знали, почти все между собой родственники. Бабуля моя в деревеньке нашей не местной была, забрела когда-то, толи бежала от кого, толи сама пришла. Не рассказывала она, хотя местные о всяком шептались. Какие только слухи не ходили! А кто-то говорил, что сила у неё была всякая, что нечистью повелевать можно было. Слухи – они и есть выдумки всякие от безделья, а долька правды-то всё-таки присутствует. Хотя сама лично не видела я, чтоб нечисть ей подчинялась, но истории всякие, да советы по обращению с ними она знала, - будто доверяя мне самый страшный секрет, тихо бормотала женщина.

Я внимательно слушала. Пусть отступлений было и предостаточно. Видать, бабушке совсем уж не с кем поговорить, а тут я ей подвернулась, ушки развесила. Вот и решила старушка со мной свою потребность в общении восполнить. Не скажу, что и мне было совсем неинтересно слушать о старых порядках. Для меня это тоже были своего рода сказки, когда-то бывшие для этой женщины реальностью, а слушать о реальной жизни, которая сейчас забыта, так вдвойне интереснее.

Бабуля вдруг внимательно посмотрела на чашку чая и кусок пирога, которые так и стояли не тронутыми, и я, дабы не гневить и не отвлекать хозяйку от истории, поспешно схватила чашку и сделала несколько быстрых глубоких глотков. Видя моё желание ей угодить, старушка иронично посмеивалась. Но историю продолжила.

- Так вот. Помер мужик в деревне. Дядька мой, дальний-дальний. Пьяный с печи упал да об заслонку голову разбил. Похоронили мы его на третий день по всем правилам. А тут и спустя несколько дней и тётка, жена покойничка, скончалась, хотя и не была особо слаба здоровьем. Так вот. И её схоронить надо было. А в деревне что? – бабушка задала риторический вопрос, на который сама потом же и ответила. – В деревне несколько покойников за неделю - знак дурной. С тяжёлой душой тёткины похороны шли. Да и погода. Погода была такая, что дома хотелось сидеть, не то, что на работы выходить или над гробом в земле стоять. Поняла же, что не смогли мы тётку схоронить? Так вот. Ветрина такой силищи поднялся, что гроб подхватил, да понёс прочь с кладбища. Припоминаешь? – старушка хитро улыбнулась, уловив мой напряжённый кивок, - Бабка моя с мужиками за ним кинулись. Вернулись спустя несколько часов с пустыми руками. Все мокрые, словно из парилки в бане только вышли. А мы в церквушке крохотной тряслись. Взрослые сразу же в коморке священника закрылись, а нас ребятишек не пустили. Кто-то пытался подслушивать, да только такие небылицы пересказывал, что даже нам, детям, верилось с трудом. По домам разошлись только к вечеру. Я к бабке, конечно, с вопросами пристала. А она мне: «Не твоё дело. Молчи и не лезь под руку!». Спать меня уложила да под свечой книги свои листала, которые до этого момента в сундуке закрытом хранила. Сплю я, а сон у меня чуткий даже в детстве был, и тут слышу, в дверь кто-то долбится. Бабка дверь приоткрыла, на пороге мой братка, - бабулька взглянула на моё лицо, которое не выражало всё понимание ситуации, и терпеливо добавила, - Старший сын тётки покойной. Я его по голосу узнала, не дали мне заглянуть в щель, слишком уж бабка подозрительной была. Но братка её уговорил впустить внутрь. Зашёл, весь бледный, зашуганный. Лица на человеке нет. Бабка давай его настоями успокаивающими отпаивать, он из бутылька глотает, а зубы о стекло горлышка стучат. Говорит: «Не могу я больше один в этом доме. Мерещится всякое. Ещё и с собой меня папка с мамкой заберут.». Тут моя бабка поняла, что нечистое вокруг той семьи дело было. Давай на братку наседать. Тот поотнекивался, поотнекивался, да после замечания бабки о том, что и за ним придут, сдался. Говорит: «Грех страшный я на душу взял. Покрыл мать. Батька не с печи упал, а с мамкой они подрались, та его приложила сильно, да он головой на заслонку упал. Сам видел. Да взмолилась мамка не губить, мы и скрыли, что убиенный батька. Только зря мы так сделали, мамка вслед за ним сгорела, а теперь и на меня порча перешла». Бабка моя, притихла на мгновение, а потом в лоб ему и выдала: «А кот ваш где?».

- Кот? – внезапное упоминание о животном, заставило меня слишком громко удивиться.

Бабулька хитро на меня посмотрела. Передо мной, словно не женщина в возрасте сидела, рассказывающая историю своей семьи, а торговец раритетными вещами, впаривающий очередную старинную небылицу коллекционеру.

- Кот. Дальше поймёшь. Тут и моя роль в истории будет. Вскочила я с постели и говорю: «Так кот тоже умер, похоронили его!». Бабка на меня зыркнула, я так на постель и села. А братка и говорит: «Права она. После того, как Батька помер, кот будто взбесился. Накинулся на мать, исцарапал, пришлось его убрать». Бабка выругалась. Ни разу не слышала от неё слов таких. Спросила, куда останки дели, закрыла нас в избе и унеслась куда-то. А мы с браткой сидели и до утра тряслись, пока она не вернулась. Даже глаз не сомкнули. Бабка вернулась уставшая, грязная, мокрая, словно в земле под дождём извалялась. «Всё, - сказала она, - Иди домой. Больше тебя никто не побеспокоит». Бабка на лавочку села да заснула прям за столом. А я любопытная была. Хотя, что там тогда, и сейчас любопытная. Залезла в сумку, утащила ту, самую книгу, что она листала ночью, и собственно натолкнулась на Кашчи[3]. Когда я увидела, с каким ужасом бабке пришлось столкнуться той ночью, дар речи потеряла. Человекоподобный кот-демон, ростом под три метра, с горящим хвостом, да ещё и силами мистическими. В книге говорилось, что он окружает себя стеной огня и дождь может вызывать, с помощью мешочка со льдом из Преисподней.