Ведьма без Оскара

Глава 24. День Благодарения

К вечеру температура в Арвуде неожиданно поднялась, и метель обратилась проливным дождём. Он барабанил по стеклам несущегося по мокрым улицам автомобиля, гипнотизируя и убаюкивая. Наверное, если бы не оживленная болтовня Айлин и Калеба где-то впереди, Дейзи так и уснула бы, уткнувшись лбом в стекло и позволив тяжёлым мыслям снять с сознания свои оковы хотя бы на миг — так вымотана она была. Но поскольку о сне не могло быть и речи, Дейзи оставалось лишь пристально смотреть на свои лежащие на коленях руки и думать о том, как так вышло, что магия, которую она днями и ночами пыталась пробудить в себе, неожиданно проснулась от одной небрежно брошенной фразы. Размышляя об этом, Дейзи отметила и свои ощущения в этот момент: абсолютный неконтролируемый гнев на весь этот мир, обострившаяся обида... чувство несокрушимого всесилия, как в те моменты, когда она брала в руки дневник Калеба. Неужели в магии первостепенное значение отдаётся все же не связи с природой, а собственным чувствам? И значит ли это то, что вся магия строится на гневе? Вздохнув, Дейзи вперила взгляд в макушку Калеба. Она могла бы спросить у него. Как всегда. Но что-то её останавливало.

Как всегда.

— Говорю как есть. Я впечатлена, — Айлин, буквально затолкнувшая Дейзи на заднее сиденье понтиака Калеба, теперь сидела рядом с ним в пассажирском кресле и вся сияла от гордости, смешанной с радостью. — В наше время уже не встретишь такого увлечённого и образованного молодого человека. Я более чем уверена в том, что Дартмут примет тебя с распростертыми объятиями. Ты — лакомый кусочек для всей Лиги Плюща.

Дейзи посмотрела на бабушку и едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Эта женщина просто безумна. Она так лебезит перед Калебом, надеясь, что он поможет Дейзи с отречением... это просто смешно! Насколько нужно отчаяться, чтобы после такого жуткого пожара мгновенно взять себя в руки и отправиться собираться на ужин к малознакомым людям? Для чего, чтобы, как товар, показать внучку в лучшем свете? О, определённо... Дейзи даже смотреть не может на то платье, которое Айлин швырнула в неё перед тем, как вылететь из тлеющей комнаты. И уж точно не сможет забыть взгляд Калеба, которым он одарил её, когда она открыла ему дверь. Наряд определено был в его вкусе. Платье цвета красного вина появилось в гардеробе Дейзи в прошлом году, когда она проиграла Лиз в споре и вынуждена была купить первое, что увидит на манекене в местном магазине одежды. Оно было вне всяких сомнений красивым, но уж точно никак не вязалось с образом тогда ещё шестнадцатилетней девушки: нежнейший бархат делал его невероятно элегантным, V-образный вырез подчёркивал остроту ключиц, а длина, доходящая до колена, демонстрировала стройные ноги своей хозяйки. Дейзи была удивлена тому, что Айлин случайным образом выбрала именно его. Ведь её взгляд мог пасть и на джинсовый сарафан, и на строгое школьное платье, и на один из сценических костюмов, которые она все никак не отдаст обратно в прокат. Сама же Айлин остановилась на свободном брючном костюме цвета слоновой кости — решила создать впечатление статной и благородной женщины. Что ж, таковой она и являлась, если убрать из этой характеристики ещё и коварство, упрямство и стервозность.

Оторвав от неё взгляд, Дейзи недовольно фыркнула. Надо же, у этой женщины в доме полчаса назад случился пожар (о причинах которого она наверняка догадывается), а ей хоть бы что. Сидит, смеётся, льстит Калебу.

Калеб...

Дейзи вонзила взгляд в зеркало заднего вида и сжала губы, увидев его улыбающееся лицо. Ей ещё предстоит прижать его к стенке и выяснить причины столь идиотского решения. А ещё узнать, чем он руководствовался, приглашая Айлин в дом, кишащий магией. Она отреклась, но память ей не отшибло. Если заметит хоть что-то, что будет выбиваться из определения нормальности, скандала не миновать. А вслед за скандалом и побега. Дейзи продумала всевозможные пути предотвращения этого ужина, однако в самый последний момент передумала. Пусть Айлин продемонстрирует свое актерское мастерство перед Лакишей и убедит ее в том, что она не имеет никакого отношения к магии и вообще не в курсе всего, что происходит с ее внучкой, в то время как Лакиша будет играть свою роль примерной неосведомленной мачехи. А уж с желанием Айлин вовлечь Калеба в обряд Дейзи как-нибудь разберется.

— О, великолепно, мы уже приехали.

Когда до Дейзи донёсся восторженный голос Айлин, она сразу же почувствовала, как тошнота подкатила к горлу. Взглянув на мрачный особняк в залитое водой окно автомобиля, Дейзи несколько раз вдохнула и выдохнула. Старые железные ворота не были автоматическими, так что Калебу пришлось выйти из машины, чтобы открыть их. В этот момент Айлин повернулась к внучке и зловеще сверкнула взглядом:

— Веди себя хорошо.

— Что? — брови Дейзи взметнулись вверх.

Наклонившись ещё ближе, Айлин сощурилась, и внезапно Дейзи ощутила себя бактерией под увеличительным стеклом микроскопа.

— Ни слова о пожаре. И вообще лучше помалкивай. Говорить буду я. Ты что, не накрасилась?

Дейзи широко распахнула глаза и уже было разомкнула губы, чтобы ответить, но дверь внезапно открылась, и Калеб сел на свое место, заводя мотор. Он был насквозь промокшим, будто провел под дождём не несколько минут, а как минимум час. Дейзи поёжилась, представив, что она будет вынуждена выйти из тёплого сухого салона в промозглую позднюю осень.

Однако стоило ей открыть дверь, как из дома выбежала Лакиша с зонтом, любезно предоставив обеим Беннетт укрытие от ливня. Лакиша и Айлин с улыбкой поприветствовали друг друга, а Дейзи поджала губы, оборачиваясь на высокий засохший вяз за воротами дома. Гарпия уже уселась на ветке, прожигая поистине человеческим взглядом макушку Калеба.

— Кстати, а где Фелис? — спросила Дейзи Линча, когда они поднимались по ступенькам к дому.

— Что, прости? — он улыбнулся и махнул рукой на дождь, жестом показывая, что этот шум подавляет голоса.

— Где Фелис? Я давно её не видела.