Над закатом в поднебесье

Глава 13

Весь следующий день, отключив внимание от занятий, я посвятил поискам Ариадны, сильно нуждаясь в том, чтобы объясниться с ней. Но она словно сквозь землю провалилась — без особого труда исчезла с моего радара и больше не желала там появляться. Прошло чуть больше двенадцати часов с того момента, как исчезнувшая со мной больше не разговаривала. Совсем отчаявшись, я действительно не нашел ничего лучше, чем считать часы, дожидаясь наступления крайнего, который объявит о нашем с ней примирении. Но он все не наступал.

Я совсем потерял внимательность. Когда миссис Хамфри пыталась вести дискуссию на тему самоубийства Джульетты, я целиком и полностью был поглощён мыслью о том, что Ариадна прямо сейчас сверлит меня роковым взглядом. Я его прекрасно чувствовал, и от этого давления мое тело нагревалось.

На большой перемене, по случайному, но оттого не менее вероятному совпадению, мы с Эммой оказались на привычном месте в столовой. Меня окутывали десятки знакомых запахов: отчетливей всего отдавало жареной курицей, откуда-то просачивалась салатная свежесть, а рядом с витриной веяло фруктами, сладкой выпечкой и корицей, которую я любил щедро добавлять в кофе. В то же время я ощущал, как солнечный свет привычно вливается через окна и полуденные лучи нежно греют мою кожу.

Узнав о нашей ссоре, Эмма немедленно предложила мне помощь, от которой я просто не смог отказаться. Не скрываю, я сильно нуждался в поддержке.

— Знаешь, Ной, я тут для себя решила, что даже если Ариадна против нашего с тобой общения, я все равно буду рядом.

— Спасибо, Эмм, — едва слышно произнес я.

— Не подумай, это не из-за слепоты или еще какой-то слабости. Просто ты хороший человек, и я очень рада, что познакомилась с тобой.

— Быть твоим другом — то, что мне нужно, — облегченно выдохнув, заметил я.

— Она не рассказала, что конкретно произошло, но отчетливо дала понять, что теперь ты ей совершенно безразличен.

— Проблема в том, что она доверилась мне, раскрылась, а я просто ляпнул ерунду какую-то, — начал я. — Не знаю, все случилось так быстро.

— Что бы ты ей ни сказал, это сильно ее задело.

— Знаю, — почти незаметно для себя самого я ответил так, как это обычно делала Ариадна.

Эмма еще что-то говорила, а я сгорбился за столиком и нехотя жевал пахучую сырную пиццу, такую, как мы когда-то с удовольствием уминали с Джулианом, сидя на очередном домашнем киносеансе, запивая газировкой. Я находился в плотной гуще, состоящей из чьих-то взглядов, голосов и прикосновений, однако мысленно улетал далеко за пределы нашей галактики. Но даже через все помехи я отчетливо слышал чавканье около двухсот жующих ртов. В животе стояла какая-то беспросветная пустота.

— Она рядом? — спросил я, вернувшись в реальность.

— Сидит через два столика, и делает вид, что совсем нас не замечает, — ответила Эмма, — хотя уже несколько раз успела покоситься на меня смертельным взглядом Ока, вот только еще более презрительным.

— Наверняка, она на тебя злится, — сказал я, пережевывая пиццу и салат из шпината.

— И это ее право, — заметила Эмма. — Она живет в своей реальности, а я в своей. И ведь необязательно, чтобы наши с ней реальности совпадали.

— Гевару не видно? — спросил я.

— А как же! Он как всегда рядом. Иногда кажется, что Гевара пожизненно у нее в долгу…

— Как бы с ним поговорить? — перебил я.

— Могу организовать встречу.

— Эмм, — беззащитно протянул я, — что бы я без тебя делал.

— Рано благодаришь, я ведь коварная, в ответ тоже могу что-нибудь попросить.

Я чувствовал иронию и улыбку Эммы, а еще ее чистоту и бескорыстность.

— Обещаю выполнить любую твою просьбу.

— Смотри, как бы жалеть не пришлось, — быстро проговорила она.

— Эмм, мы вроде с тобой дружим, а ведь я тебя почти не знаю. — Я поднял взгляд, воображая, что ее вижу.

— Все еще впереди, Принс.

— Я серьезно, Эмм, — продолжил я. — В моем представлении ты одетая с иголочки девушка изысканной аристократической породы. Вечно представляю тебя в официальном наряде. Что-то вроде черной юбки с пиджаком, под которым виднеется выглаженная белая блузка, и все это от «Шанель».

В ответ я услышал только усмешку.

— Ариадна говорила, ты не носишь брендовую одежду.

— Она видит лишь то, что ей показывают, — подметила Эмма. — Фактически на мне сейчас «Шанель», но я предпочитаю избавляться от фирменных знаков. И тогда Шанель превращается в простую безымянную ткань, покрывающую тела миллионов людей на Земле.

— С одной стороны, все так просто, а с другой, не совсем.

— Правда всегда удивляет.

— А вообще, как выглядишь? — начал расспрашивать я. — Какой у тебя цвет глаз, какую прическу носишь? Какой формы лицо? Какой длины твои волосы и в какую сторону они зачесаны?

— Не думаю, что это важно, Ной. — Звучало это крайне неуверенно, будто бы Эмма являлась победителем конкурса на самую низкую самооценку в штате. — Я обладаю не той внешностью, которая бросается в глаза.