Ветер

Глава 10

Глава 10

К этому времени живот мешал Джейн делать абсолютно все. Заготовка дров превратилась для нее в настоящую муку. Предполагая, что роды могут начаться внезапно, Джейн держала про запас большую охапку дров, большую емкость кипяченой чистой воды, прогретые на печке тряпки. По срокам у нее было больше месяца, но тяжелый физический труд мог ускорить момент начала родов.

Еще ей не давала покоя мысль, что у нее может не быть молока. Она помнила, как у ее сестры почти не было молока, и та выкормила племянницу искусственными смесями. Груди ее набухли, но это могло ничего не значить. Это была не последняя фобия. Джейн очень боялась умереть от кровотечения. Она представляла себя бездыханной рядом с кричащим ребенком, умирающим от голода или холода. Иногда Джейн удавалось убедить себя, что страхи вызваны шалящими гормонами, но чаще никакие оправдания не действовали.

Когда снег стал скрывать под собой полезные вещи, валяющиеся на свалке, Джейн заблаговременно расставила рядом с ними сигнальные флажки с подписями. Они выглядели примерно так: «бревно», «пластик», «резина», «возможно еда». Джейн не представляла, сколько ей всего потребуется зимой, и к тому же физически не успевала заниматься всем одновременно, поэтому выкрутилась таким оригинальным способом.

Роды начались внезапно, в тот момент, когда она выкапывала из-под снега бревно, опознанное по торчащим корням. Начавшиеся с утра схватки Джейн стойко игнорировала, считая их проявлением чего угодно, но только не началом родовой деятельности. По прикидкам, у нее имелся целый месяц или чуть меньше. По ногам неожиданно потекло. Джейн хоть и готовилась к этому, но ее все равно охватила паника. Она заметалась между желанием дотащить бревно и сразу кинуться в дом. Наконец, до нее дошло, что надо бросить бревно. Джейн прибежала в дом, натопила сильнее печь, переоделась и легла в кровать.

Схватки стали более явными. Мышцы живота сжимались спазмом и снова расслаблялись. Ощущение времени пропало. В перерывах между схватками Джейн докидывала дров в печку. Потом ее так прихватило, что она поняла, это последние. На лице выступил пот, не только оттого, что температура в доме была высокой. Джейн чувствовала себя как тяжелоатлет со штангой, у которого от усилий расходилась промежность. Она тужилась, чувствуя, как ребенок выходит из нее. Стонала, часто дышала и громко ругала покойного Игоря за то, что его нет рядом в такой момент.

Вдруг ей стало легко. Джейн без сил откинулась навзничь и отдышалась. Затем с трудом поднялась и увидела ребенка, девочку. Малышка была мокрой и фиолетовой. Джейн подняла ее под животик и шлепнула по попке. Ей казалось, что именно так делали врачи, чтобы вызвать первый вдох. Ребенок вздрогнул, открыл рот, из которого потекла слизь, вдохнул и закричал. Джейн разревелась и прижала ее к себе. На глазах тельце малышки из фиолетового превратилось в красное.

Джейн долго не решалась перерезать пуповину. Обработала ее йодом и завернула в животик. Помыла малышку кипяченой водой и завернула в стерильные тряпки. Все делала на автомате по заранее продуманной программе. Она себя готовила к родам и мысленно представляла всю последовательность действий. В мыслях, Джейн еще не называла ребенка дочкой, к этому ей ещё надо было привыкнуть. Девочка тихо заплакала, и Джейн поднесла ее к своей груди. Сосок вначале попал ей в щеку, но малышка тут же инстинктивно схватила его губами и зачмокала.

Джейн было непонятно, появилось ли у нее молоко. Она осторожно вытянула грудь изо рта ребенка. На кончике соска появилась капелька молока. Девушка облегченно вздохнула и снова дала грудь занервничавшей малышке. Девочка была еще сильно отекшей, чтобы понять на кого из родителей она больше похожа. Джейн очень хотелось, чтобы дочь была похожа на отца. Это было бы справедливо, чтобы бог дал такую возможность видеть любимого человека в своем ребенке.

Малышка сама выпустила материнскую грудь, насосавшись молока и откинувшись, уснула. Джейн осторожно положила ее на самодельный пеленальный столик, укрыла тряпками, отдаленно похожими на пеленки и растопила потухшую печь. Заготовленное по этому случаю сухое дерево быстро разгорелось и снова создало в доме комфортную температуру. Джейн напилась воды. Ее мучила сильная жажда. Она поставила на печь чайник и высыпала в него цветы ромашки, которые еще Игорь нашел в аптечке одного из автомобилей на свалке.

Дочку Джейн назвала Анной. Так звали бабушку Джейн по отцовской линии и такое имя было у матери Игоря. Анна была тихоней. Ее интересовала только грудь с молоком. Наевшись, она засыпала, позволяя Джейн заняться хозяйством. Искусству материнства Джейн обучалась на своем опыте. Она сама догадалась, что ребенка следует класть на бочок, чтобы срыгнув, он не захлебнулся. Или, например, консервированные ананасы вызывают диатез на щеках Анны. Что-то она помнила из рассказов старшей сестры, и теперь сожалела, что когда-то ей это было совсем не интересно.

Еще на Анну снотворно действовал звук кипящей на печке воды. Каждый раз, когда приходило время ее купать, она погружалась в глубокий сон. Джейн приходилось ее будить. Анна куксилась и тихонько плакала. Зато когда ее клали в теплую воду, она словно просыпалась и счастливо улыбалась, стуча по воде маленькими ручками и ножками.

Сентябрь еще пытался побаловать бабьим летом, но вскоре после него начались морозы. Воду сковало льдом, толщина которого увеличивалась с каждым днем. Все имущество Горбуновых было перенесено в пещеру. Началась очередная зимовка.

Лед в этом году не получился таким гладким. Разросшиеся за теплый период водоросли уже не помещались в воде и лежали шапками на поверхности. Матвей и Катюшка катались на самодельных санях по льду, постоянно натыкаясь на зеленые кучки мерзлых водорослей. Они мешали набрать нормальную скорость, из-за них часто опрокидывались сани, входящие в крутой вираж.

Как только лед достаточно окреп, Егор снова задумал найти следы поселка Каргалинского. Важно было успеть сделать это до большого снега, который мог скрыть то немногое, что могло остаться от поселка. Егор был решительно настроен найти этот поселок, поэтому подготовка была основательной. Поход мог затянуться на срок, гораздо больший, чем пара недель.