Хождение за три царства

8.2

Молчаливое сочувствие горцев окончательно меня добило, и дальше я шла, сгорбившись и опустив глаза, и лишь отмахивалась от Саввы, пожелавшего разрядить обстановку зубастыми шуточками. Тогда рыжий пустился в детальное описание своего путешествия по горам, то и дело сбиваясь на песенно-сказительный лад. Повествование велось с поистине былинным размахом, обрастая все новыми и новыми подробностями, и вскоре я впала в какое-то подобие транса.

Я даже не заметила, как мы свернули с главного туннеля в неприметный проход и после нелегкого спуска по грудам каменных глыб оказались в длинной пещере, богато украшенной колоннами и башенками естественного происхождения. Мощности гмурских светильников едва хватало на то, чтобы обозначить дорогу, но даже в их тусклом свете необыкновенная сказочная красота подземного лабиринта проступала так, что я, рассеянно подняв голову, застыла с открытым ртом, не в силах оторвать глаз от завораживающего зрелища.

Гигантские сталактиты необычных форм спускались с невидимого свода, переливаясь зеленовато-черными, желтоватыми и медно-красными разводами гладких боков. Не менее разнообразные сталагмиты поднимались им навстречу, образуя изысканные композиции, в сравнении с которыми роскошь земных дворцов была лишь бледной подделкой криворукого подмастерья. Известняковые наросты на стенах чередовались со сростками кристаллов, мерцающих в темноте разноцветными огнями, а на свету сиявших, точно цветы из драгоценных камней. Соляные отложения казались невесомым кружевом, обрамляющим арки и переходы, бегущая по стенам вода – шелковыми занавесями, трепещущими от легкого ветра.

Ветер, кстати, тоже присутствовал – не тот бушующий вихревой поток, что снаружи, а неприметный сквознячок, постепенно выхолаживающий кожу и заставляющий зубы усиленно стучать друг о друга.

- З-з-д-д-десь всег-г-г-д-да так холод-д-д-но? – спросила я Савву, обхватив себя руками в тщетной попытке удержать тепло.

- П-п-порядок! – простучал тот в ответ. – Д-дальше буд-д-ет легче…

Особых перемен я не заметила. Но, по крайней мере, Злыдень притих и перестал зомбировать меня рассказами о своих приключениях.

Мы прошли несколько залов, непохожих один на другой, перебрались через глубокий провал, в который стремительно извергался роскошный водопад, и двинулись вдоль русла подземной реки. Каменное ложе обрамляли живописные валуны.

Стало заметно светлее, воздух явственно посвежел. Вдруг сумрачные своды раздвинулись, взметнулись вверх, прорезались сетью кружевных трещин и пропустили вниз лучи яркого света. Я прикрылась ладонью и заморгала, смахивая невольные слезы. Потирая лицо, что-то недовольно забурчал Савва. Гмуры убрали светильники.

Когда глаза немного привыкли, я снова ахнула – на сей раз не только от восхищения, но и от благоговения.

Передо мной прямо из скалы вырастал храм. Не знаю, какому божеству он был посвящен, но в том, что это был именно храм, сомнения не возникало – простые смертные не удостаивались подобных жилищ. Мерцающая серебристо-черная поверхность камня сама собой перетекала в зеленовато-рыжие ряды тонких изящных колонн, на которые опирались воздушные своды ажурных башен с остроконечными шпилями. Высокие окна под стрельчатыми арками сверкали разноцветными стеклами витражей, а каждый миллиметр свободного пространства стен был окутан бесконечным орнаментом. На первый взгляд он казался беспорядочным переплетением форм и линий, но стоило задержать взгляд подольше, как в нем тут же проступали очертания необыкновенных растений, неведомых животных и птиц – таких живых, словно медная поверхность стен была только преградой между ними и реальным миром. Реймский собор, Кельнский собор, собор Святого Вита в Праге – вот с чем бы я могла сравнить это великолепие, если, конечно, готический храм можно было отлить из меди в компактном формате и поместить в подгорную пещеру, окружив оградой из цельных металлических блоков.

- Вот он, Медный терем, - сообщил Савва, явно не разделявший моего восторга. – Смотри, и ворота распахнуты, ровно ждут кого.

Приглядевшись, я действительно увидела ворота – как сказал рыжий, открытые настежь.

- Может, нас ждут?

- Может, и нас! – кивнул Злыдень. – Да что-то идти неохота… Ты, Марина, давай, зайди, если хочешь, а я тут подожду. Ежели чего, крикни там или камушек брось…

Я рассеянно кивнула и поспешила вперед, даже не заметив, что семерка гмуров тоже предпочла держаться в отдалении. Охватившее меня нетерпение росло с каждым шагом – там, там за медной стеной находилась моя потерянная подруга, и мне казалось, что если промедлить хоть долю секунды, то она останется потерянной навсегда. Подгоняемая этой назойливой мыслью я перешла на бег. Наверное, окажись на моем пути сам Кощей, я бы попросту от него отмахнулась. До ворот оставалось несколько шагов, я уже видела ведущую к крыльцу белую песчаную дорожку в обрамлении раскидистых яблонь, уже слышала заливистые птичьи трели из сада. Запах свежей выпечки призывно щекотал ноздри…

У крыльца появилась высокая фигура в светлом платье. При виде нее я запнулась, а потом радостно заорала, замахала руками и прибавила ходу:

- Анька-а-а!

Подруга развернулась и проделала все то же самое, устремляясь навстречу. Только ее вопли были совсем не те, что я ожидала услышать:

- Стой, стой, где стоишь, балда ты этакая!

- Что?! – Я опять споткнулась, на сей раз от удивления, невольно притормозив на самой границе ворот.

- Пошла отсюда, живо!

Ответить я не успела. Тяжелые медные створки сошлись за моей спиной с непостижимой для столь массивных объектов резвостью. Увесистый тычок заставил меня скакнуть вперед, прямо в объятья подбежавшей Аньки, но вместо дружеских визгов и расспросов я чуть не получила второй такой же от запыхавшейся подружки.

- Ну, куда ты поперлась?! Я кому, блин, кричу-надрываюсь? За каким хреном ты здесь очутилась?

- Т-так… за тобой… - Я растерянно моргнула. Допустим, Анька еще не успела соскучиться, но все равно наша встреча после трагической разлуки виделась мне в совершенно ином ключе. Подружка меж тем продолжала бушевать, от души пиная сомкнутые створки.