Измена. Цена семейного счастья

Глава 16

Глава 16

Родительское сердце не обмануть

Мать не та, что родила.

Настоящая мать та,

что приняла в свою семью чужого человека

и ставит его интересы выше своих родных детей.

Слова автора.

Как много не говорил бы мужчина о сыне-наследнике,

в душе он все равно желает лапочку-дочку.

Слова автора.

Арина

В тот день я решила все же вернуться домой. За моими вещами мы заехали сразу после кафе. С нянюшкой разговаривал мой муж. Наедине. О чем там они говорили, я не знаю, но после Нина Петровна перестала взирать в сторону Славы волком. Наоборот, даже озвучила свою просьбу или наказ ему, которую я не смогла выполнить, сдержать.

− Больше не отпускай ее сюда, − попрощалась она с ним, меня же обняла и была такова, исчезнув за высокими дверьми детского дома. Нянюшка никогда не любила прощаться и у нее всегда все получалось комкано, словно она провожала не своих любимых детей, а совершенно незнакомых людей.

В квартире муж оставил меня в спальне наедине с собой, чтобы я разобрала вещи, сам же снова ушел на кухню. Он опять готовил. Видимо, такая работа хорошо его успокаивала. Я даже радовалась этому в душе, так как не могла похвалиться тем, что у меня получались восхитительные блюда. В детском доме нас этому, к сожалению, не учили. Я училась по рецептам и роликам из интернета. И сейчас очень даже была благодарна мужу, что я не треплю себе нервы еще и готовкой. К десерту муж купил полюбивший мной меренговый рулет. Успел спуститься вниз пекарню.

Поездку к родителям Славы мы запланировали на начало второго летнего месяца. Как раз на это время у меня выпадал отпуск, как и у мужа. И решили задержаться у них несколько дней, вплоть до недели, если нашим планам никто не помешает. Можно будет в лес по ягоды сходить, грибочки собрать. В том, что нам никто «не помешает» мы были не столь уверены. Так как даже Слава высказал свое мнение, что Сергей откуда-то знал о наших перемещениях. Точнее, о моих. Ведь каждый раз, когда приезжали мы, они уже были тут как тут или же доезжали следом за нами. Хоть иногда они говорили, что на этот раз не могут. И то, что он пропал после того судьбоносного вечера, когда я хотела сообщить мужу о своей беременности, не давало никаких гарантий, что он снова не объявится. У отца и матери. Ведь ни я, ни Слава не мог запретить ему приезжать в родительский дом, когда мы там тоже гостили. Старший Смагин имел быть там такие же права, как и младший сын. И его обещание в такие моменты не действовало, ведь у него больше прав быть у своих родителей, чем у меня.

Насчет Сергея дома мы с мужем все обговорили еще раз. Слава попросил рассказать все с самого начала, останавливаясь на каждой мелочи. Даже про ту ночь, когда я в попытках убежать от брата мужа, столкнулась со Славой. Он до сих пор помнил, что я выскочила из темного коридора вся испуганная. И отругал меня, что еще тогда все не выложила как на духу. По горячим следам, так сказать. Но я не знала, как поведет себя выпивший Слава, услышав о приставаниях своего же брата к его жене. Страх, что выбор окажется не в мою пользу заставил меня промолчать тогда, как и в остальные разы. И в ту ночь мы говорили и говорили, до самого утра. А с утра Слава стал по отношению ко мне еще внимательнее.

Так и пролетела неделя подготовки. Мы не говорили о предстоящей поездке, но каждый из нас в душе знал, что тот самый день все равно наступит. Слава не хотел давить на меня, напоминая об этом. Он старался. Старался во всем. И я понимала, что свою вину он чувствует остро. Слава радовал меня цветами, случайными подарками, среди ночи подрывался в круглосуточный магазин, если мне перед сном вдруг захотелось чего-то определенного. И по закону подлости, такого продукта дома не оказывалось. Не знаю, на сколько его хватит, но казалось, что ему приносило удовольствие доставлять мне радость. И я снова ударялась в слезы, вызывая улыбку у мужа.

− Ты мне главное потом не роди такого же плаксу, как сама, − обнимал меня Слава, успокаивая, и подсовывая мне то ананас, но сушеную рыбу.

И, несмотря на то, что снова у нас все было хорошо, я снова чувствовала какую-то тревогу, даже находясь в объятиях мужа. Своему шестому чувству я привыкла доверять, особенно в последнее время.

− Ничего не бойся, я не дам тебя в обиду. Не сейчас, − накрывая ладонью мой живот, который уже начал немного округляться, Слава снова и снова успокаивал меня. – Что бы мне не говорили, что бы мне не подсовывали, я буду за тебя. И больше не буду сомневаться в тебе.

Мне хотелось ему верить, но все равно было не по себе. Ведь каждый удар неизвестного нам врага был сильнее, чем предыдущий. И чтобы я не зацикливалась в ожидании плохого, муж водил меня в кино и театр. Прогулки были каждый вечер. И развлекая меня, Слава вспоминал те времена, когда мы только познакомились и он добивался моего согласия на первое свидание. Он даже распечатал целый альбом наших фотографий, когда мы только познакомились и начали встречаться. Откуда только откопал старые снимки!

Но утро поездки к родителям все равно настало неожиданно, несмотря на все отвлекающие маневры моего мужа. Мы никому не говорили, не предупреждали об этом, даже родителям. Хотели узнать, приедет ли в таком случае Сергей к матери с отцом, и понять, как он бывает в курсе наших перемещений. К тому же Слава хотел с ним поговорить по-мужски. Если все же он объявится.