Его Валькирия. Часть 2

26.

Стоило магам занять свои места на каменных  сиденьях  как началось действо, что остановить были в силах лишь сами боги.  Три посланницы   тех богинь явили свой истинный лик и воззвали к своим покровительницам.  В  предрассветном свете луны  вспыхнули серебром призрачные серебристые крылья Хранительницы. Сначала они покрывали ее тело как серебристая мантия, но чем больше впитывали в себя серебристый лунный свет, тем  уверенней расправляясь. Вскоре они явили себя во всем своем исполинском величие. И  в отличие от гравюр, что изображали серафим с крыльями похожими на  лебединые, крылья хранительницы высших вампиров более походили на крылья  бабочки, что не могло не озадачить магов. Особенно любознательного артефактора, который именно в этот момент жалел лишь о том, что не додумался создать такой артефакт, который  буквально записывал все происходящее, что бы он потом, если выживет, смог все это еще раз увидеть, оценить и проанализировать. А лучше запротоколировать  и сохранить для потомков.  Сохранить память не только о ритуале, который мало того что был неизвестен им, но  и о тех письменах, что спиралью вились вокруг каждой крылатой девы. Ведь серафима, вышедшая после короткого, но чувственного поцелуя  с Владыкой Царства, к алтарю на ходу заставила золотой  доспех  исчезнуть,  спрятав легендарный доспех в кулон на своей груди. Точно так же как и хранительница вампиров, она оказалась  в тонкой  хлопковой сорочке, что ничего не прикрывала практически.   Золотые лебединые крылья с хлопком раскрылись за ее спиной,  маховые  перья на кончиках которых  устремились к небесам. Если хранительница стояла к магам спиной, то  светлый и прекрасный лик серафимы был им виден.  Сурово сдвинутые брови, сверкающие звездами серые глаза, сжатые в напряжении пухлые губки и трепетно бьющаяся жилка на шее. Все выдавало напряжение и серьезность происходящего. Серьезность отношения к лежащей на алтаре девушке. Она смотрела на Элизу, руки ее скользнули к безвольным пальцам и сжали ее руку, приподняв над алтарем. С другой стороны  к ней подошла Элирия, хранительница леса и посланница богини земли, природы Гей. Того самого демиурга, что создал горы, долины, ручьи и водопады и прекрасные ландшафты этого мира. Того самого демиурга, что подарил  дом для тысячи тысяч  существ. На подходе к алтарю  кожаный доспех  словно впитался в ее кожу, оставив лишь очерки темно-коричневых  линий на ее   безупречном теле, покрывшимся  упругими на вид темно-коричневыми  чешуйками в стратегических местах. За ее спиной раскрылись не менее внушительные карие крылья с белеющими кониками перьев.  Как и у серафимы, кончики их задрались наверх, а при раскрытии   всех присутствующих окатила волна теплого  воздуха. Лаза владычицы  Элерийского леса  заполнил  рыжий свет, поглотивший  радужку и белок. На губах играла легкая улыбка когда она брала за руку Элизу.

Всех троих дев окутали полосами потоки магии, ставшие видными без малейшего усилия. Вероятно обделенные силой, простые смертные   увидели бы ленты  опоясывающие фигуры, струящиеся по крыльям дев. Словно ниспадающие с небес водопадом силы. Вокруг них мерцали символы, впитываясь через ладони в тело Элизы.

Очень скоро  маги ощутили что каменные кресла в которых они расположились  словно приклеили их к себе, лишив возможности двигаться. Сила, что струилась по телу любого одаренного  потихоньку уплывала. Тишину  разрушал с каждым мигом усиливающийся гул. Он окружал всех плотным коконом, заглушая сначала тихие, шепотом произносимые слова, но потом все более громкие. Звучащие  угрожающим набатом.

«…  посланцы богов….»

«… волею богов, призываем…. Дать ответ…»

« … невинные души и непосильный груз….»

«… божественная триада взывает и требует….»

В какой-то миг их голоса слились в единый, грозный, строгий, взывающий к кому-то, кого считал ответственным за происходящее. Сила, вытекающая из магов тонкой струйкой  в направлении алтаря и трех крылатых дев сделала последний рывок, и мир на миг замер. Замер для того чтобы разорваться тремя столбами света вырвавшимися из тел крылатых.  Прекрасных дев подкинула в воздух, они выгнулись, раскинув руки в сторону. Волосы их хлестали лица и тела, головы были откинуты назад.  Краем глаза  Шурик заметил, как дернулись  из магических оков любящие их мужчины. Как загорелись алым глаза Владыки Царства, как  захрустел камень под руками Бьорна, а вокруг высшего вампира заклубилась  тьма, глаза заблестели как у ночного хищника  и белоснежные клыки словили блики света.

Этого было достаточно для того чтобы действительно испугаться.  Нет, не так…. Страшно  ему было уже давно. Это стабильное, в какой-то степени надежное и почти уже привычное состояние. Его охватила паника. Хотелось закричать и со всех ног забыв обо всем бежать отсюда не разбирая дороги. Как бегут испуганные звери от лесных пожаров. Все что угодно лишь бы спастись.

Потом все погасло. Крылатые девы буквально свалились с небес, чудом успев сгруппироваться и сложить такие прекрасные крылья.   За долю секунды до того как владыка эфир был готов сорваться со своего места серафима вытянула в его строну ручку и  повела из стороны в сторону указательным пальцем. В таком узнаваемом всеми детьми жесте запрета. И  сжав челюсти, глядя на нее сиренево-синими с всполохами голубого и алого глазами эфир  вернул своему телу прежнее положение. Напряжение, сковавшее магов ослабло.   Сколько же энергии тянет  происходящее  из  бессметных, что один лишь порыв  демона вырваться из связки чуть не расплющил его, мага с превосходным резервом, позволяющим создавать уникальные артефакты? Сколько?

Тем временем девы поднялись на ноги и  вновь повторили  все  что было сказано прежде. И вновь ввысь устремились три столба света. И вот, казалось бы, свет должен померкнуть, но нет, он разрастался все более поглощая алтарь с лежащей на нем девушкой.  На миг свет  погас, но лишь на миг. Когда он осветил все вокруг, от его интенсивности стало больно. Но Шурик, как и прочие успел заметить вырвавшийся из тела  девушки темный сгусток. Сгусток, что исчез в небесах.