Крючки, части 3-4. Можно копировать

Крючки, части 3-4. Можно копировать

Переношу статью в блог. Можно копировать к себе, чтобы было под рукой. Можно делиться, можно распространять. Выкладываю двумя постами, будьте внимательны.

Первая половина статьи лежит здесь.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГЕРОЙ И СИТУАЦИЯ

Главные ваши крючки — это герой (персонажи) и ситуации, в которых он оказывается. Конфликты, в которые он попадает. Задачи, которые он решает. Фактически, герой и сюжет — тоже крючки. Это надо понимать.

Вернемся к основным задачам, для которых нужны крючки.

1. Привлечь внимание. На эту задачу работает первая фраза и образ героя — как он дан в первой же ситуации. Поэтому старайтесь не начинать с описания погоды. Первая фраза должна представлять ситуацию и\или героя с интересной и\или неожиданной стороны. Герой может быть неожиданный, но он должен быть узнаваем в каких-то чертах. Ситуация может быть неожиданная, но читатель должен найти в ней что-то до боли знакомое. Новый герой в старых обстоятельствах или старый герой в новых — вот что лучше всего работает в начале.

Другие приемы для привлечения внимания: ожидание, предвкушение, предсказание, забегание вперед. Дайте читателю аванс. Намекните, о чем пойдет речь и что ждет читателя в последующих (или даже последних) главах.

Некоторые примеры хороших начал можно посмотреть в конце статьи.

2. Удержать внимание. Здесь у нас следующие приемы: незавершенность, новая ситуация, новая информация, обещание. Ну и все то, чем привлекали, тоже работает для удержания. Постоянно давайте новую информацию — ту, которая меняет ситуацию. Как часто? Зависит от уровня аудитории и вашего темпа, примерно каждые 10-20 тыс. знаков, если речь о романе. Для рассказа другие масштабы, конечно. Кто враг, кто друг; куда идти, что делать — все, что заставит героя поменять решение или утвердиться в старом, но через переоценку и переосмысление. Новые герои (следите за тем, чтобы новые герои играли свою роль в сюжете, а не просто покурить зашли!).

Пример новой информации, которая меняет ситуацию: если помните, мультфильм «Холодное сердце», когда Анна приходит за знаком истинной любви, поцелуем, как она думает, Принц бросает ей: «Если бы тебя еще кто-нибудь любил!» Ситуация меняется на корню, Принц из влюбленного и спасителя превращается в антагониста и главного злодея. В принципе, в каждом современном голливудском продукте имеются такие повороты, их должно быть определенное количество, называются разные цифры, подробности читайте в специализированной литературе или ищите в интернете, или я позже тоже напишу самое основное по построению сюжета. Кстати, в том же «Холодном сердце» посмотрите, как подаются новые герои: Анна и Эльза; король и королева; тролли; прекрасный принц, затем подозрительный торгаш, подпрыгивающий, как кузнечик, сразу вызывающий нашу неприязнь и отвлекающий внимание от принца; затем появляется простодушный ледоруб; потом — шикарный снеговик. Все время появляется кто-то новый, и все эти персонажи играют свою роль в сюжете, а те, которые уже отыграли, — погибают (король и королева очень вовремя утонули) или исчезают логично, оправданно.

И наконец — вызовы герою. Сложности, проблемы, конфликты, столкновения — герой (а желательно и все вообще персонажи) должен все время что-то решать и к чему-то стремиться. При этом каждый вызов должен быть чуть выше сил, возможностей героя. Планку надо постоянно повышать; тогда герой станет расти вместе с читателем. Поясняю для дотошных: вызов — это не обязательно жуткий злодей, Джокер или Саурон, а вообще челлендж. Это может быть сложная интеллектуальная задача для ботаника — или, наоборот, эмоциональная, скажем, не струсить перед главным забиякой класса-курса-школы. Для качка это может быть способность увидеть человека или достойного противника в слабом — или интеллектуальная задача. В общем, в зависимости от ваших задач и уровня осмысления реальности, я специально упрощаю, а вы уже подкручивайте под себя.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. НАКОНЕЦ КРЮЧКИ

И теперь, наконец, — конкретные способы вовлечь читателя в вашу историю и заставить его сопереживать герою. Вот самые распространенные крючки.

Цель — помним про целеполагание и зеркальные нейроны? Мы сопереживаем целеустремленному персонажу; у героя должна быть цель на весь сюжет и подцель на каждый эпизод.

Тайна — это способ удержать читателя на весь сюжет. В самом начале вы сообщаете, что есть некая жгучая тайна, которую герою придется раскрыть. Недаром детективы — столь популярный жанр.

Загадка, ребус — то же самое, что тайна, но работает в масштабах сцены, эпизода, главы или части романа. Если взять тот же детектив, то кто убийца — это тайна, а, скажем, как убийца проник в дом, — это загадка.

Угроза жизни\благополучию героя или его близких — мы гении эмпатии, помните? Смерть, болезнь, несправедливость заставляют нас включаться в ситуацию, зачастую даже если человек, которому это грозит, нам еще не знаком.

Погоня — тут, думаю, все понятно.

(Почти) невыполнимая задача — тут желательно дать возможность читателю догадаться, как именно герой решит задачу, но чтобы догадка оказалась неверна. Однако верное решение должно быть подготовлено, иначе получится рояль из кустов. Скажем, герой гонится за злодеем, похитившим его дочь. Злодей перемахнул через стену с помощью реактивных сандалет, но у героя ничего подобного нет, роста он обыкновенного и даже маленького, и физкультуру в школе прогуливал. Он забегает в переулок, чуть не свернув штабель ящиков на углу, и видит эту трехметровую стену, над которой мелькает плащ злодея и косички дочери. Герой оглядывается и видит под стеной свернутую веревку с кошкой на конце. Хватает веревку, бросает — не добросил, редко ходил на физкультуру. Бросает второй раз — опять не получилось. Бросает третий — ура, крюк зацепился за край стены, герой лезет — и тут веревка обрывается, гнилая была и старая. Герой падает на кучу мусора и опять оглядывается. И видит — что? Да, те самые ящики. Складывает их в штабель и перелезает. Конечно, примерно очень схематичный, еще желательно, чтобы герой находил решение, исходя из своих личных особенностей и профессиональных навыков. Хорошо бы, чтобы перелезать через трехметровую стену или же пересекать тридцатиметровую пропасть пришлось персонажу, который отчаянно боится высоты.

Здесь еще желательно, чтобы герой преодолел препятствие и выполнил задачу хотя бы со второй-третьей попытки, чтобы мы убедились, что препятствие таки (почти) непреодолимое. Всемогущий герой отчаянно скучен без должных вызовов его силе.

Саспенс — ситуация, когда мы знаем планы главного злодея на главного героя, а герой не знает. Хрестоматийный пример: вечер, дом главного героя; появляется тип в черном, проникает в дом и устанавливает на кухне, в духовку, бомбу. Главный герой едет домой и говорит по телефону: да, дорогая, как только приеду, сразу поставлю в духовку пиццу. И мы тут же начинаем подпрыгивать и с трудом сдерживаем возглас: не включай духовку, дебил! И неотрывно, напряженно следим за героем, когда он входит в дом, раздевается, достает из морозилки эту чертову пиццу, отвлекается на звонок любовнице, другу, взрослому ребенку, на бутылку вина, странный звон в гостиной… Простор для фантазии и игры на нервах.

Ограничение по времени — атомная бомба, привязанная к жене главного героя, взорвется через два часа, за это время ее надо найти и обезвредить.

Значительно более сильный противник — Давид против Голиафа; Фродо против Саурона. Чем мощнее масштаб, тем выше интерес, хотя можно и переборщить. Фроде все-таки работал не в одиночку и вообще, можно сказать, не справился с поставленной задачей.

Конфликт — желательно, чтобы ваши персонажи находились в конфронтации друг с другом. Подбирайте в команду таких, у которых взаимоисключающие интересы. Если один персонаж — негр, то второй — расист. На самом деле даже ссора из-за котлеты лучше, чем милая болтовня — посиделки ли это в кафе двух друзей-подруг или семейный ужин в тесной кухне.

Если подводить итог всему сказанному, то крючок = вопрос: ЭТО ЕЩЕ ЧТО ТАКОЕ? Кто или что перед нами? Кто убил дворецкого? Справится ли герой? Что ему за это будет? Упадет или сорвется? Убьют его или нет? Успеет он найти и обезвредить бомбу или она таки шандарахнет и разнесет родной город героя вместе с его любимой бабушкой и десятком ее дряхлых кошек, воняющих, как старый мокрый коврик? Найдет ли герой смысл жизни всего человечества или нам еще пять тысяч лет мучиться до прихода нового мессии? Вопрос. Все время ставьте перед читателем вопросы — доступные, но хоть чуть-чуть, да превышающие его уровень. Спрашивайте, господа. А отвечайте только тогда, когда уже возникло несколько новых вопросов.

ПРИМЕРЫ ХОРОШЕГО НАЧАЛА

Ли Бреккет: «Через бездны между планетами, из конца в конец Солнечной Системы поползли слухи. Кто-то совершил Большой Прыжок. Кто-то вернулся. Об этом болтали космонавты в барах тысяч портов. Об этом говорили люди на улицах городов. КТО-ТО СОВЕРШИЛ БОЛЬШОЙ ПРЫЖОК - СОВЕРШИЛ И ВЕРНУЛСЯ.»

Генри Каттнер: «Мы - Хогбены, других таких нет. Чудак прохвессор из большого города мог бы это знать, но он разлетелся к нам незванный, так что теперь, по-моему, пусть пеняет на себя. В Кентукки вежливые люди занимаются своими делами и не суют нос куда их не просят.

Так вот, когда мы шугали братьев Хейли самодельным ружьем (до сих пор не поймем, как оно стреляет), тогда все и началось - с Рейфа Хейли, он крутился возле сарая да вынюхивал, чем там пахнет, в оконце, - норовил поглядеть на крошку Сэма. После Рейф пустил слух, будто у крошки Сэма три головы или еще кой-что похуже.

Ни единому слову братьев Хейли верить нельзя. Три головы! Слыханное ли дело, сами посудите? Когда у крошки Сэма всего-навсего две головы, больше сроду не было.»

Уильям Гибсон: «"Собаку-хлопушку", предварительно натасканную на его феромоны и цвет волос, Тернеру посадили на хвост в Нью-Дели. Она достала его на улице под названием Чандни-Чаук, проползла на брюхе к арендованному им "БМВ" сквозь лес коричневых голых ног и колес рикш. "Собака" была начинена килограммом кристаллического гексогена, перемешанного с тротиловой стружкой.»

Терри Пратчетт: «Именно сюда собираются драконы.

Они лежат...

Отнюдь не мертвые, а спящие. Ничего не ждущие, ибо ожидание предполагает предвкушение. Возможно для этого подыщется слово...

... забытые.

Не было ни единого квадратного дюйма, не заполненного лапой, когтем, чешуей, кончиком хвоста, общий эффект всех этих хитросплетений тел и ваших взглядов в конечном счете был таков, что пространство между драконами было заполнено драконами.

Их вид мог бы навести вас на мысль о банке с сардинами, впрочем, если вы могли вообразить сардин громадными и чешуйчатыми, гордыми и надменными.

И где-то здесь, вероятно, таился ключ ко всему.»

Роджер Желязны: «- Ты из калликанзаридов, - неожиданно шепнула она.

Я повернулся на левый бок и улыбнулся в темноту.

- А лапы и рога я оставил в Управлении...
- Так ты тоже слышал это предание?..
- Моя фамилия - Номикос! - Я повернулся к ней.
- И на этот раз ты намерен уничтожить весь мир? - спросила она.
- Об этом стоит подумать.»

Рэй Брэдбери: «Жечь было наслаждением. Какое-то особое наслаждение видеть, как огонь пожирает вещи, как они чернеют и меняются. Медный наконечник брандспойта зажат в кулаках, громадный питон изрыгает на мир ядовитую струю керосина, кровь стучит в висках, а руки кажутся руками диковинного дирижера, исполняющего симфонию огня и разрушения, превращая в пепел изорванные, обуглившиеся страницы истории. Символический шлем, украшенный цифрой 451, низко надвинут на лоб, глаза сверкают оранжевым пламенем при мысли о том, что должно сейчас произойти: он нажимает воспламенитель - и огонь жадно бросается на дом, окрашивая вечернее небо в багрово-желто-черные тона. Он шагает в рое огненно-красных светляков, и больше всего ему хочется сделать сейчас то, чем он так часто забавлялся в детстве,- сунуть в огонь прутик с леденцом, пока книги, как голуби, шелестя крыльями-страницами, умирают на крыльце и на лужайке перед домом, они взлетают в огненном вихре, и черный от копоти ветер уносит их прочь».

Можно поделиться ВКонтакте, нажав на кнопочку ниже