Королевский подарок

Глава 3

Глава 3

Изабелла спешилась и привязала лошадь к дереву возле небольшого крестьянского дома. Затем постучала в дверь. Через какое-то время послышался испуганный женский голос:

– Кто здесь?

– Энн! Открывай, не бойся, это я, Изабелла! – она сбросила с головы капюшон и сняла шапку, позволив каштановым волосам свободно рассыпаться по плечам и спине.

Дверь распахнулась.

– Боже мой! Госпожа! Проходите! Я не признала вас в этом наряде!

– Сколько я тебя просила не называть меня госпожой, – проворчала девушка, нагибаясь, чтобы не удариться головой о низкую притолоку.

– А мы уже легли спать.

Энн кивнула головой на двух маленьких ребятишек, спящих прямо на полу на циновках. Из-за полога выглянул муж Энн и тут же спрятался обратно, смутившись высокой гостьи. Изабелла и Энн были молочными сестрами. Всё детство и юность девушки не разлучались, так как Энн с матерью, кормилицей леди Гленвиль, жили в замке. Но потом женщина умерла, а Энн вышла замуж.

Поначалу Изабелла всеми силами пыталась сохранить их связь, но пропасть между подругами становилась всё глубже. Энн и ее муж гордо отказывались от любой ее помощи, и постепенно Изабелла смирилась, что теперь она для своей молочной сестры лишь госпожа и хозяйка земли, на которой стоит их дом. Но именно Энн приготовила эту мазь чуть больше трех лет назад по рецепту своей матери. Тогда дядя Эдвард намеревался уехать в Лондон на два месяца, а Изабеллу категорически отказывался брать с собой. Не помогали ни слезы, ни уговоры. Когда же барон Гленвиль увидел, что его племянница слегла с непонятной болезнью, изуродовавшей ее лицо, он взял ее в Лондон, чтобы показать лучшим лекарям. Каково же было его изумление, когда по приезду Изабелла лучилась красотой и здоровьем. Девушка так и не созналась дяде в своей шалости, но он, конечно, всё понял. В замке все перепугались не на шутку и еще долго вспоминали загадочную болезнь юной леди, так внезапно появившуюся и исчезнувшую.

– Энн, мне нужна твоя помощь! Помнишь, как мы разыграли дядю Эдварда с моей мнимой болезнью?

– Конечно, как такое забудешь. Мне до сих пор стыдно, – смущенно улыбнулась молодая женщина.

– Ты ведь запомнила рецепт? Мне срочно нужно как можно больше этой мази! К завтрашнему дню.

Голубые глаза Энн вопросительно взглянули на нее. Изабелла вздохнула:

– Ты слышала, что в замок приехал наместник короля? Послезавтра состоится наша свадьба. Благодаря остаткам старой мази мне удалось внушить ему отвращение к себе. Через месяц он вернется в Лондон. Прошу, помоги мне! Энн, на тебя вся надежда!

– Он старый или страшный? – с любопытством спросила она.

– Он.… Нет, вовсе нет. Он молод и, кажется, даже красив. Служанки болтали, я не приглядывалась.

– Так в чем же дело? Почему вы не хотите выйти за него и обрести свое счастье? Как только он увидит вашу красоту, он тут же полюбит вас, я уверена…

– Энн! Ты не понимаешь! – раздраженно перебила ее Изабелла. – Он ужасный человек, узурпатор! Вспомни, как хорошо мы жили при герцоге Куртгёзе! Как добр был к вам мой бедный дядюшка! Сейчас они оба в тюрьме. А этот напыщенный наглец прибрал к рукам то, что ему не принадлежит! Но меня он не получит, клянусь Богом! Энн, если ты мне не поможешь, я сегодня же ночью утоплюсь в реке! И моя смерть будет на твоей совести!

– Не говорите так, миледи! – всплеснула руками перепуганная Энн. – Я сделаю мазь. Но для нее нужны особые травы, которые я смогу собрать только утром.

– Хорошо. Принесешь в замок, как сможешь. Я запрусь завтра в своей комнате и не выйду оттуда до твоего появления. Спасибо тебе, подруга!

Изабелла прижала Энн к себе и расцеловала ее в обе щеки. Она также незаметно вернулась обратно в замок и прокралась по подземному ходу в полной темноте, то и дело, натыкаясь на паутину и чувствуя, как по ее башмакам пробегают крысы. Девушка закусила нижнюю губу, приказывая себе не бояться. Страшиться нужно этих гнусных захватчиков, которые сейчас мирно посапывают в своих мягких постелях в лучших комнатах ее замка! Изабелла едва не расплакалась от досады и жалости к себе, снимая со своего лица липкую паутину.

*** *** ***

С утра Ричард вызвал к себе сенешаля замка и приказал ему показать свои владения. Расторопный Джек Эртон, стремящийся угодить новому хозяину, не только во всех подробностях расписал все экономические составляющие, записанные у него в большой книге учета, но и официально представил его всем слугам, показал погреба и продуктовые ямы, а затем предложил проехаться до ближайшей деревни.

Крестьяне, побросав свои занятия, столпились в центре деревни, с опаской поглядывая на нового лорда. Ричард обвел внимательным взглядом хмурые, взволнованные лица людей и спрыгнул со своего жеребца.

– Волей короля Англии и герцога Нормандии Генриха Первого теперь я ваш барон. Сэр Эртон рассказал мне, что прежний хозяин был весьма лоялен к вам и не облагал дополнительными налогами.

Ричард сделал паузу и сдвинул брови, увидев напряжение на лицах крестьян. Нетрудно было догадаться, о чем они подумали и чего испугались. Он знал, что лорды ненавидят и презирают крестьян как низшие слои населения, используя для собственного благополучия их бесплатный труд. Но Ричард никогда не был лордом, он привык командовать и отдавать распоряжения на поле боя. И он не чувствовал ненависти к этим людям, судьбы которых теперь зависели от него. Вполне вероятно, что и его родители происходили из крестьян и лишь волей судьбы он попал сначала в монастырь, затем в королевский дворец и сейчас достиг той вершины, о какой не смел и мечтать. Он напомнил себе, что мог бы стоять на месте любого мужчины из этой деревни. И ему не следует забывать об этом.