Написано пером

***

Ехали споро. Погода, как на заказ, благоволила. Полозья легко катились по наезженному санному пути. Лишь пару раз метель заставляла пересидеть несколько дней на постоялом дворе.

Максимилиан неизменно заботился о жене, следил, чтобы не замёрзла, не голодала, ела полезное. Опасаясь вызывать кривотолки и недоумения на постоялых дворах, ложился в одну постель с Алёной. Однако, уважая её стеснительность, тут же поворачивался на бок и до утра лежал к ней спиной. Сначала девушка радовалась этому, вспоминая ночами о любимом Серёженьке. Однако, со временем всё больше дум становилось о том, кто рядом. «Зачем женился, если я противна? – всё чаще появлялась обида. – На людях такой внимательный. А в кровать ляжет и сопит. Вот Серёжа бы»… А Максимилиан, любя всей душой, надеялся однажды добиться взаимности: «Вот если бы она хоть руку протянула. Слово сказала. Не любит. Всё одно буду заботиться и об Алёнушке, и о малыше»…

Всю дорогу ехали на перекладных, меняя уставших лошадей на новых, привычных к местным дорогам. Вместе с тем, нанимали на каждой станции проводника и охотников до следующего постоялого двора.

-Однако, быстро едешь, однако, - сидя рядом с Порфирием, пожилой охотник нахваливал добротные сани. – На оленях, однако, удобнее. По сугробам, однако, проедешь, а лошадь, однако, не пройдёт.