Выбрать свободное небо

глава тридцать первая

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ.

- Я не понимаю, чего вы так переполошились, - Тереза строго оглядела родственников, что примчались к ней на дачу в полном составе и теперь топтались вокруг, раздражая и мешая работать.

Мама, сыновья, Павел, Елена, Марья Ивановна… У всех были встревоженные лица. Все всплескивали руками. Все повторяли с одинаковыми интонациями: «И что теперь делать?» Вся эта суета раздражала неимоверно. Тереза устала повторять, что ее не трогают гадости, напечатанные в журналах и газетах. И даже гадости, которые муссируются в Интернете. И даже, гадости, которые про нее наговорил Владимир…

И это было действительно так. Книга по-прежнему хорошо продавалась. Значит, все остальное неважно. Конечно, ее читатели недоумевали – но не более того. Со вчерашнего дня, когда вышла статья о ее беременности, даже сочувствовали. Схватки ее поклонников с фанатками Владимира Зубова на просторах Интернета достигли апогея. Обсуждения новостей и попытки решить, кто виноват, перешли в стадию взаимных оскорблений. Очень-очень бурных. Это все было даже забавно. Только родственники понимать этого не хотели.

Семья неожиданно для себя узнала, что Тереза дважды лежала в больнице. Действительно, после того как Владимир убыл в Москву и закончился их ночной разговор, она почувствовала себя нехорошо. Ее замутило, сердце запрыгало в груди. Тереза позвонила шоферу, села в машину и отправилась к старому доброму доктору. Тот пожал плечами, не нашел ничего сверхъестественного в ее состоянии – даже давление особо не повысилось. Но решил, что прокапать желательно. Так она и провела день, сладко подремывая под капельницей.

Следующий раз она обратилась к доктору, когда вернулась в Питер. Понятно, что после эпохального телефонного разговора с Зубовым, когда тот наговорил ей гадостей, она вместо Москвы поехала домой. Приехала – и легла в больницу уже на несколько дней, тоже на всякий случай.

- Слушайте, – Терезу стали тяготить вопрошающие взгляды членов семьи, - ситуация нелепая. Если на то пошло, то отличились все: и я, и Зубов, безусловно. Тебе, Павел, отдельное спасибо! И хватит об этом.

- Нет уж, надо объясниться! – приказала мама.

- Как это вообще произошло? – недоумевали сыновья. - Володя казался нормальным!

- Во всем виноваты мужики! – безапелляционно заявила Елена, которая ничего не знала. Она только ночью прилетела из своего Вьетнама, чтобы оказать моральную поддержку Терезе.

Павел смущенно промолчал. Черт его дернул подойти к этому Зубову выяснять отношения… Не предполагал, что тот может так взбеситься…

- В свете всех событий я бы попросила вас не вмешиваться в мои отношения с Зубовым. Настоятельно попросила бы!

- Тереза! – обиженно проговорила Елена, которая меньше всех что-либо понимала в происходящем. - Ты молчишь, все скрываешь! А мы волнуемся, поэтому выдумываем себе Бог весть что…

- С этой проблемой, пожалуйста, к актеру Зубову. Он тоже мастер придумывать невесть что! – отрезала Тереза, - Вы поймете друг друга!

- А ребенок?! – спросила мама.

- Ребенок будет. В конце февраля.

- Мама, ты действительно считаешь, что этот вопрос нас не касается? - вдруг жестко спросил Иван.

- Простите, я все собиралась вам сказать. Только не знала, как это сделать.

- Поэтому мы узнали обо всем из этих поганых статей? – продолжил сын.

- Увы, так получилось. С другой стороны, не надо читать «поганых статей»…

- Мама, не обижайся, но у тебя последнее время так получается… Ты сказала, что наша нормальная жизнь вернется… мы ждем. Мы тебя любим. Но пока все эти события отдаляют нас от этой нормальной жизни больше и больше. Мама! Ты должна была сказать нам. Мы - твоя семья, мы заслужили все узнавать от тебя первыми!

- Хорошо. Вы хотите новостей от меня? Вот вам новость: у вас будет сестра.

Иван повернулся и вышел. За ним потянулись остальные. Тереза снова осталась одна. Странно, но облегчения это не принесло. Она чувствовала правоту в словах сына. Да и остальные… Лена, например, прилетела с другого конца света, бросила дела и мужа с ребенком, лишь бы поддержать ее. А что получила взамен? «Я бы попросила вас не вмешиваться в мои дела»... Тереза вздохнула и отправилась работать. Она писала вторую книгу про Черного дракона.

И почему у нее в последнее время только это получается хорошо? Может быть, потому, что мир драконов живет по тем законам, что она, его создатель, устанавливает для него? И никаких неожиданностей. Только так, как она считает нужным. Все только по ее правилам…

Черный дракон был абсолютно счастлив. Он был дома. Странно, но за годы странствий - интересные и насыщенные годы, превратившие его из подростка в сурового мужчину - он не задумывался, сколь сильна была его тоска по дому. По родовому замку. По этим черным скалам. По этому небу неистовой синевы…

Он был так счастлив, что не сразу заметил вопиющего факта: никто не вышел встречать Повелителя. Не было выбежавших навстречу слуг и света зажженных факелов, хотя уже стемнело. Не было звуков жизни вокруг. Лишь ветер гудел в скалах - тревожно, настойчиво, словно пытаясь о чем-то предупредить. Небо с волнением поглядывало вниз. Оно волновалось все сильнее и сильнее - и вдруг расплакалось горькими слезами.

Драконы, обратившиеся в людей, рука об руку вступили под своды пещеры, ведущей к внутреннему двору замка. Кромешная тьма проглотила их, отсекая от неба.

- Не понимаю, - прошептал себе черный дракон, - нет слуг, оруженосцев, нет света и звуков. Огонь! – отдал он приказ. Вокруг вспыхнули факелы, прикрепленные к кольцам на стенах пещеры через равные промежутки.