Маренго

Глава 17.2 Антон

К вечеру в субботу небо хмурится, и нависшие тяжелые тучи обещают дождь. Галя оглядывается на них, когда выходит из дома и садится к Антону в машину, и будто в ответ на ее безмолвное беспокойство где-то вдали раздается первый глухой раскат грома.

Видимо, будет гроза.

Тронувшись с места, Антон глядит на часы: половина девятого. К девяти должна прийти Аннушка, с которой он созвонился еще с утра, а до этого созванивался на неделе. Они с Галей условились дождаться ее и только потом начинать сеанс. Быть может, отец сразу почувствует ее присутствие. Тогда Гале будет проще все ему рассказать... и, если Аннушка этого захочет, она даже сможет с ним поговорить.

Наверняка она не захочет, но вдруг.

Сам Антон идею говорить с отцом через психопрактика сразу отметает. Не то чтобы Галя предлагала: кажется, ей и самой не хочется затрагивать эту тему, и он только этому рад. Но одно дело позволять ей заглядывать в сознание отца и видеть там... разное, и совсем другое — задавать ей вопросы и получать от нее же ответы.

К тому же, он не знает, что спрашивать. «Пап, как ты там?» Пусть спрашивает Неля. Неля собирается приехать завтра с утра, как раз чтобы поговорить, и Антон еще днем вытащил из-за шкафа в кухне и вынес к мусорным бакам на улице кучу коробок из-под замороженной пиццы, скопившихся за неделю.

Ему некогда готовить: много работы, приходит время платежа по кредиту, очень вовремя кончился срок действия ОСАГО и надо продлевать, если он не хочет нарваться на штраф, а еще надо платить Гале и покупать салфетки и памперсы для отца. Неля, конечно, все поймет и будет ворчать, но никуда не деться.

Антон вспоминает о ребрышках, которыми в последний раз потчевала его Марина, и вздыхает.

Небо трещит по швам, пока они ждут Аннушку в комнате отца, и в полумраке вечера далекие молнии кажутся особенно яркими. Антон приносит лампы и ставит их: одну на тумбочку у кровати, отвернув и прикрыв абажуром, а другую — на комод, наоборот, направив свет в сторону Гали.

Галя нервничает. Антон замечает, как она постукивает кончиками пальцев по колену и бросает на темное небо за окном беспокойные взгляды. Он неохотно признает, что она хорошо выглядит в этих укороченных синих «дудочках» и розово-сером лонгсливе... погодите-ка, Галя Голуб сегодня показывает всему миру свою шею, щиколотки и запястья, что случилось?

Нет, он не станет думать о том, как прошло и, главное, чем закончилось ее свидание. Ничем хорошим это не обернется.

Громыхает гром, и Антон глядит на часы на телефоне, который держит в руках.

21:30.

Более чем достаточно времени, чтобы поужинать после работы, переодеться и принять душ. На улице — топкие сумерки, которые сменятся темно-серой ночью еще только через пару часов, но надвигающаяся гроза делает их враждебными даже для него. Придет или не придет?

— Я позвоню ей, — говорит он Гале, прежде чем подняться и выйти в коридор, где из открытого окна кухни внутрь забегает прохладный и полный влаги ветер.

Аннушка отвечает после третьего гудка.

— Алло?

— Вы придете?

— Я... Нет, Антон, я не смогу.

— Почему?!

Он не собирается нападать, но голос все равно звучит осуждающе.

— Прости, что не позвонила. День был тяжелый, я зверски устала, — говорит Аннушка и будто в доказательство громко и протяжно зевает. — Я... сегодня вам там не помощник, я уже клюю носом. Может, справитесь там сами?

— Мы с вами договорились. И Галя пришла позже, и мы вместе сидим и ждем вас. — Антон едва сдерживается, настолько все сказанное Аннушкой кажется простой отговоркой. — Я же объяснил вам, что это важно для отца. Мне казалось, для вас это тоже важно.

Повисшая пауза тяжелая, как тучи за окном.

— Антон, ну... ой, ладно, скажу тебе, как есть. Мне все это не нравится. Все это... как-то сомнительно.

— Что именно? — спрашивает он, и теперь Аннушка молчит дольше, прежде чем ответить.

— Ты веришь Гале, когда она говорит, что я могу помочь?

Антон бросает взгляд в сторону закрытой двери в комнату отца.

— Да, — говорит он. — Верю.

— А ты делал какие-нибудь анализы, приглашал врачей? Ты точно знаешь, что Сережа поправляется, пока она с ним работает? Ну, что она тебя не дурит?..

Вот она: настоящая причина, по которой Аннушка не хочет связаться с Галей, не хочет участвовать в этом сомнительном предприятии.

— Не дурит. Врачи сами порекомендовали нам некробиопсихолога, это уже несколько лет официальная медицинская специальность. И Галя знает, что делает. Другие ее пациенты пришли в себя.

— Но у нее ведь даже диплома нет. Сколько она уже работает с Сережей?

— Слушайте, я — не дурак и не стал бы доверять жизнь своего отца кому попало, — перебивает он, так как, похоже, настала ее очередь осуждать. — Неля поговорит с отцом завтра. Если вам нужны доказательства, придите и поговорите с ним сегодня. Просто придите.

В трубке раздается сигнал второго вызова, и Антон глядит на экран. Это Ветров. Это могут быть новости о Марине, о молчании которой Группа тоже знает, и Антон вынужден закончить этот бессмысленный разговор, который даже не было нужно начинать.