Развод. Ставка на семью

Глава 1

Настоящее

Ярослава Голицына

Под грустный дэнс надеваю лазурное платье.

Своё. Собственное. Не с чужого плеча.

- Даже не верится! – смеется Зарина Шульгина, моя лучшая подруга. – Мы с тобой прошли через все жизненные передряги и теперь снова вместе, - в огромных карих глазах стоят слезы.

- Прекрати! Мне нельзя плакать, я испорчу макияж.

А плакать есть с чего. Мне всего двадцать пять, а я уже прошла огонь и медные трубы, успела похоронить себя морально, и снова ожить. А сейчас у меня есть то, о чем может мечтать каждая женщина - любимая работа, семья – супруг и наши мальчишки.

Семь лет назад казалось, жизнь закончилась, так и не начавшись.

В восемнадцать я потеряла всё, что было дорого – бабушку, брата, Фердюшу, любимого мужчину. Даже Зарину я тогда потеряла. Родителей не стало еще раньше. Только семья Зары не оставила меня в трудную минуту. И ещё один человек. Нет. Даже двое.

Кручусь перед зеркалом, соображая, какое ожерелье подойдет к этому платью. Как по мне, так я готова пойти с голой шеей. Но этот поступок расстроит, как минимум, дюжину женщин высшего света. А я вынуждена подчиняться правилам.

Не хочу расстраивать любимого супруга.

- Вот эти! – темноволосая ухоженная красавица Зара срывается с кровати, неловко оступается, но удерживает равновесие. Весело хохочет. – Показывает на серьги в форме капли и ожерелье с лазурной центрированной каплей.

- Голубой янтарь – мой любимый, - провожу нежно пальцами, вспоминаю, что купила этот набор в Доминикане, куда ездили с Андреем и детьми этой зимой.

Даже не верится, что это всего лишь застывшая смола дерева. А самое интересное, что камень обычного желтого цвета. И его загадка в флюоресценции. При дневном свете он кажется нежно-голубым.

Обожаю в нем эту метаморфозу.

- Тебе идет, - подруга помогает мне застегнуть застежку ожерелья. Ее пальцы касаются моей шеи и я вздрагиваю.

- До сих пор не могу поверить, что Шульгин разрешил тебе вновь общаться со мной.

- С тебя официально снято обвинение в том, что ты «женщина с низкой социальной» ответственностью, вот Лев и раздобрился.

Резко разворачиваюсь, хватаю руки подруги в свои, заглядываю в ее огромные удивленные глаза:

- Ты же не верила слухам? Скажи! Это очень важно для меня. Если бы не твои родители и не мои сыновья, не знаю, как бы я поступила тогда с собой. Я была раздавлена тройным горем. Бабушка. Брат. Миша. Всё навалилось одновременно!

Зара всхлипывает и смотрит в зеркало, где отражаемся вдвоем.

Я – худая мелкая блондинка с короткой стрижкой. Она – высокая, с большой грудью (после родов), красавица с пышной темной копной волос, вред которой не нанесла ее наследница. (Это мои пацаны – Илюша и Даня - выпили из меня все соки, оставив тогда без зубов и волос).

- Прости! Это не Лев заставил меня держаться подальше от тебя и твоей дурной славы, а моё желание остаться в его глазах чистой и непорочной. Я же как узнала, что он свободен, тут же поняла, что это мой шанс выйти в большое плаванье. Ты не можешь обвинить меня в меркантильности, знаешь, что я никогда не была такой, - Зара срывается в плач. – Мне нравился Лев. С первой минуты, как мы встретили его. Чем больше я узнавала Шульгина, тем сильнее хотела остаться с ним. Когда он предложил мне уехать с ним в Москву, я не раздумывала ни секунду. Бросила тебя одну… - Зарина медленно опускается на пол.

- Прекрати! Твои родители меня не оставили. А тебя можно помочь, ты боялась за себя. Со мной рядом действительно было опасно находиться. – Тяну подругу за руку, помогая ей подняться. – Ну вот. Ты окончательно испортила свой макияж!

- Придется умываться и снова краситься.

- Нет, - подруга детства берет ватный диск, молочко, стирает следы слез под глазами. – Вот. Уже лучше. Сегодня твой праздник. Двадцать пять не каждый день исполняется!

- Точно. - Только я-то знаю, что сегодняшний банкет не в мою честь. Муж всё рассчитал - сегодня прилетает его старший сын Архип, и Андрей хочет познакомить его со своими друзьями. Хочет похвалиться перед всеми своей большой дружной семьей.

Только мы не такие уж и дружные. Тяжело вздыхаю, вспоминая взрослого пасынка, которого ни разу не видела живьем, но десятки раз по вайберу.

Сказать, что между нами прохладные отношения – ничего не сказать.

Я ему явно не нравлюсь. А уж мои дети – пятилетние близнецы Илья и Даниил – тем более.

Русоволосые пацаны, с огромными синими глазищами и косолапыми ножками сразу выдают меня с потрохами. Порочат моего мужа, рассказывая своим внешним видом, что не имеют к Голицыну старшему никакого отношения.