Чародейка

Глава 10. Ковен Четырёхлистника

Мальфгард. Восточная часть Чернолесья.

Когда на землю опустилась вечерняя прохлада, а на небе зажглись первые звёзды, мужская фигура в чёрном плаще скользнула в сторону леса и уже через минуту растворилась в густой тени под кронами платанов, дубов и корявых ясеней.

Бодрящий ветер шелестел листвой, заглушая лёгкий хруст сухих веток под ногами. Мужчина плотнее закутался в дорожный плащ и натянул капюшон, чтобы его никто не узнал. Даже у деревьев были глаза, особенно в Чернолесье — обители дриад и прочих сомнительных существ Мальфгарда.

Чёртовы ведьмы, не могли выбрать менее гадкое место для встречи. Мужчина поморщился, точно от зубной боли, и смачно сплюнул на землю. Век бы с этими лукавыми отребьями дел не имел. Сегодня угощают тебя благородным вином, любезничают, ластятся, а завтра и глазом не моргнут, поднося к столу отравленный напиток.

Где-то сверху прозвучало мяуканье, но странник и головой не повёл. Знал, что все звери давно покинули восточную часть леса, принадлежащую ковенам Четырёхлистника и Золотого Дуба. Лишь многоголосый пересмешник изредка наведывался, передразнивал чужие голоса и самые разные звуки, будто насмехаясь над забродившими сюда бедолагами.

Узкая тропинка, едва заметная под разросшимся мхом и диким папоротником, упёрлась в серо-зелёные заросли, преградившие проход тернистой стеной.

— Меня ждут, — произнёс мужчина в пустоту и раздражённо поправил капюшон, натягивая его побольше на лицо.

В тот же миг у ветвистой оливы с толстым, массивным стволом зажглись два бледно-жёлтых огонька. Путник почувствовал на себе пристальный взгляд, но сам не спешил смотреть в сторону древовидного кустарника. Знал, что увидит там.

Однако тишина затянулась, а его реплика так и не возымела должного эффекта.

Нехотя мужчина перевёл взгляд на дриаду, и его губы дрогнули в отвращении. Знавал он разных искушённых ведьм: и поглощённых природной стихией без остатка, утративших свой человеческий облик и разум окончательно, и тех, что едва ли внешне изменились после обряда. Но эта…

Эта оказалась худшим проявлением последствий неудачного ритуала. Частичное слияние — вот, что произошло с этой горемыкой. Девушка срослась с деревом, и никакая сила уже не могла оторвать её от ствола.

От человеческого тела осталась лишь верхняя часть: выпирающие рёбра, обтянутые огрубевшей кожей серо-бурого цвета, и высохшее лицо. Руки превратились в длинные крючковатые ветви, а ноги в могучие корни, намертво вросшие в землю Чернолесья.

Бывшая ведьма показалась смутно знакомой, и мужчина пригляделся внимательнее в истаявшее лицо. Так и есть. Они уже встречались однажды. И пусть сейчас на девичьих щеках не играл персиковый румянец, а глаза сменили цвет с блестящего янтаря на оттенок угасающего солнца, он узнал её.

Глинда, или Гвинет — как-то так звали ведьму. Точно припомнить никак не удавалось. Совсем молодая была, со слабым даром. Мало пользы от такой ведьмы ковену. Да только вряд ли её можно было отнести к ряду безмозглых девиц. А значит ясно сознавала, когда шла на ритуал, что нет шансов у неё обуздать могущественную силу древнего леса.

Да разве против воли главы ковена пойдёшь?

Сибилла уже второй век управляла ведьминским сбродом, не теряя надежды вернуть былую славу ковену Четырёхлистника. Хитрющая старуха, словно сама дьяволица. Её коварству и изворотливости могли бы позавидовать даже гремучие змеи.

Но что ни говори, а находчивость и изобретательность главы Четырёхлистника вызывали у мужчины в какой-то степени восхищение.

Взять к примеру случай с этой дриадой. Многие сочли бы глупостью отправить слабую девчушку покорять магию природы. Но только не Сибилла. Старая лиса знала, что при любом исходе останется в выигрыше. Если молодой адептке удастся подчинить силу, значит на одну сильную ведьму в их рядах станет больше. Если же нет — будет новый лесной страж, что только укрепит позиции ковена на территориях Чернолесья.

Пусть на кону и стояла человеческая жизнь, но разве это было так важно? Тем более, когда это могло приблизить к цели?

Пожалуй, в этом они были схожи. Мужчине пришлось пожертвовать многим, чтобы воплотить свой план в реальность. Но для достижения нужного результата требовалось приложить ещё немного усилий. Скоро труды его дадут плоды. Скоро в мире всё изменится, и власть наконец перейдёт в руки к тем, кто этого действительно заслуживает по праву рождения. Но для начала следовало расплатиться с долгами.

Из рассуждений мужчину вывела тихая поступь за спиной. Лёгкие, почти невесомые шаги, будто кошка ступает мягкими лапами. Через мгновение плеча ласково коснулась женская рука, соскользнула на грудь и нырнула под плащ, словно в попытке согреться.

— Кибела, прекрати, — сухо, едва ли не сердито отмахнулся мужчина.

— Мой господин, не гневайся, я просто рада тебя видеть, — промурлыкала ведьма у самого уха, даже не думая убирать руку из-под чужого плаща. — Разве ты остановился не для того, чтобы подождать меня? — невинно пролепетала искусительница; горячая ладонь опустилась на живот и принялась сползать ниже, но тут же была остановлена мужчиной.

Как же ему захотелось сжать тонкое запястье до хруста костей. Почему-то эта выходка разозлила. Для него было не секретом, что Кибела метит на место засидевшейся старухи и полагает, что, добившись его расположения, стать во главе ковена будет в разы проще.

Возможно, их сотрудничество принесёт в будущем свои плоды, но пока его связывает клятва на крови с Сибиллой — об этом и думать не стоит.

— Все уже в сборе, — констатировал мужчина, отпуская женское запястье. Хотелось поскорее разобраться со всем и убраться восвояси.

— Тогда чего мы ждём? — Кошачья игривость пропала бесследно; спутница предстала в привычном обличье холодной и расчётливой ведьмы.

— Кажется, разум оставил вашу дриаду, — произнёс мужчина, задумчиво изучая лицо лесной пленницы, которая всё это время взирала на них не моргая. — Она никак не реагирует и не желает пропускать меня.