Женская магия (или Вызов для попаданки)

Глава 3

Глава 3

На первом этаже располагалась библиотека. Лиза наугад потянула с полки толстую книгу в кожаном переплете. Она смогла прочитать название и первые строки. Чужой язык казался родным.

Фолиант представлял собой что-то вроде священного писания, но с многобожеством. На форзаце книги были написаны имена. Лиза предположила, что они относятся к родословному древу Эрееров.

Она нашла в списке и «себя», в последних строках. «Дочь высокочтимых Эвфании Амеер и Тедэра Ол-Эреера, год рождения – тысяча семьсот тридцатый от Великого Перехода». Рядом с именем отца Элизабет стояло две даты. Значит, Тедэр Ол-Эреер умер два-три года назад. Печально.

Затем Лиза заглянула на кухню и вежливо поздоровалась с дамой в белом поварском чепце, той самой, что причитала над «барышней» на берегу. Кухарка удивленно вытаращила глаза, застыв над куском теста. Несколько фраз о чудесной погоде совсем смутили бедную женщину.

Похоже, Элизабет Эреер редко общалась со слугами. Елизавета Юрьевна Корецкая намеревалась исправить это досадное упущение. Ей нужны были информация и помощь. А кто еще знал Эре-дун лучше, чем прислуга?

Сад напомнил ей ее собственный, в загородном доме, – такой же неухоженный, но живописный. Елизавета поздоровалась с садовником, пожилым седовласым мужчиной. Старик раскрыл рот и не ответил, а когда Лиза отошла, продолжил вяло ковыряться на грядках.

Зелень, морковь, земляника – обитатели Эре-дуна старались разнообразить свой стол «органическими продуктами».

— Возможно, ты не в курсе, но мама стыдится того, что ей приходится самой выращивать овощи, — раздалось за спиной Лизы. — Ей бы, как приличной госпоже, заниматься цветами, но…

Елизавета обернулась. Инара продолжила:

— Твоя стипендия в пансионе позволяет нам сводить концы с концами зимой. Одним едоком меньше. Впрочем, это ты и так знаешь.

— Не знаю.

— Хватит, Лиз. Лучше покажи ногу. Сядь вон там.

Похоже, «удивительный феномен» доктора Стенеера Инару не переубедил.

Лиза села на каменную скамью у стены, живописно оплетенной плющом, и приподняла юбку. Жесткое кружево на длинных панталонах натерло рану.

— Воспалилась, — нахмурилась Инара, присев у ног сестры. — Обезболить? Я могу сходить за примочкой, но подействует она не сразу.

Лиза фыркнула. Обезболивать эту царапину? Когда Елизавета в юности подрабатывала на речной спасательной станции, с ней случались травмы и похуже.

— Зачем? — она пожала плечами. — Потерплю.

Сестра почему-то странно на нее посмотрела. Три минуты, и от раны остался лишь крошечный след. Инара проделала процедуры с помощью какой-то лечебной магии. Было немного больно, но терпимо.

— Какой чудесный дар! — восхищенно воскликнула Лиза, рассматривая исчезающий на глазах шрам. — Ты лекарь?

— Лекарь? — губы Инары скривились. — Издеваешься?

— Нет! У тебя все так ловко получилось! Думаю, ты очень талантлива!

Легкий румянец удовольствия проступил на щеках Инары. Однако девушка резко поднялась и ушла в дом. Лиза удивленно покачала головой. Опять она сказала что-то не то. Как же убедить эту упрямую девицу, что Елизавета не ее сестра?!

… Море было чудесным. Ничего общего с тем серым и бурлящим монстром, что накануне чуть не отправил Лизу на тот свет. Елизавета залюбовалась солнечными бликами на спокойной глади. Интересно, вода холодная?

Холодная, но не настолько, чтобы отказать себе в удовольствии. Лиза воровато оглянулась. Отсюда дом выглядел чудесной игрушкой в гуще зелени. На пляже никого не было.

Елизавета нашла место, где ее вытащили из воды – по острым камням, торчащим из глубины. Она быстро разделась до нижней блузы и панталон. Солнце коснулось чувствительной кожи. Не сгореть бы.

Она вошла до колен и нырнула, чтобы быстро уйти на глубину. В голове мелькнула запоздалая мысль: как тут у них с шампунями? Однако желание найти кулон оказалось сильнее переживаний за прическу.

Пришлось вспомнить навыки фридайвинга. Дыхания хватало как раз на то, чтобы тщательно, метр за метром, обыскать песчаное дно у основания камней. Если верить Малышу Фретти, Элизабет прыгнула в воду именно в этом месте.

Ничего. Лишь несколько ракушек белело на песке. Если кулон провалился между камнями, вряд ли его можно отыскать.

Когда Лиза вышла, Инара стояла возле вещей, сложенных стопкой на берегу. Глаза девушки были расширены, щеки бледны.

— Ты не Элизабет, — сказала Инара дрожащим голосом. — Кто ты такая и что сделала с моей сестрой?

… Часом позже девушки сидели в комнате Лизы. Дом был погружен в полуденную сиесту, и никто не заметил мокрого платья мисти Элизабет.

Лиза расчесывала подсушенные волосы щеткой и с грустью вспоминала свой удобный фен с пятью режимами укладки.

— Итак, еще раз, вкратце — попросила она.

Инара, с лица которой еще не сошло выражение растерянности, сказала:

—Я пошла за тобой, хотела позвать Роога, но потом увидела, с каким удовольствием ты заходишь в море. Уж так-то нырять и резвиться Лиз никогда бы не стала – она боялась воды и плавала не очень хорошо. А еще она не терпела боль, даже самую слабую. И восхищаться моими талантами… это было совсем не в ее духе. Я ведь видела: ты говорила искренне. За завтраком ты съела вареное яйцо. Элизабет их не переносила. Садовник сказал, ты с ним заговорила… о погоде. Ты его в упор не замечала, как и всю прислугу, только к концу каникул начинала цедить сквозь зубы… То есть, не ты, конечно… А потом я вспомнила о Странниках. Отец рассказывал о нашей прапрапрабабушке, которая попала в наш мир из какого-то другого.

— То есть, — Лиза бодро подвела итог, — мы с Элизабет – одна душа на двоих? Знаешь, это большое облегчение. Не хотелось бы думать, что я заняла ее место. Мне кажется, я иногда слышу Лиззи… но неясно.

— Папа говорил, примерно раз в триста лет мировые сферы сходятся и соприкасаются. И иногда те души, что разделились при рождении миров из Великой Пустоты, притягиваются. Мне нравились папины рассказы, я гордилась тем, что наш род пошел от странницы. Папенька сетовал, что у нас об этом забыли. Теперь все считают эти истории сказками. А он слышал их от альвов, еще до того, как те закрыли порталы.