Я превращу твою жизнь в Ад

Глава 4 Подлость

Мною овладела ярость — жаркая и безумная, что застилала глаза красной пеленой. Я шла вперед, не разбирая пути, просто двигалась, чтобы хоть немного прийти в себя.

Тихое утро, занятия, где магистры завалили меня дополнительными заданиями, и разговор с сестрой Конкордии, на который я согласилась. Ранее, перебрав все события первого дня, я осознала, сколько ошибок наделала.

«Надо отнестись серьезнее. Из-за своей гордости и неосторожности ты подведешь себя и родителей», — звучал голос разума. Я пыталась восстановить цепочку воспоминаний перед исчезновением там и появлением в магическом мире, но все было тщетно. Под конец голова нещадно болела, словно по ней слабо, но мучительно и непрерывно стучали молоточком. Я хваталась за виски и лежала, свернувшись клубочком на кровати, пока боль не ослабевала.

Моя копия оставалась для меня темной загадкой, обшарив ее комнату я не нашла ничего, кроме учебных принадлежностей, одежды, книг и украшений. Отыскать бы, что-то наподобие записной книжки. Пусть там не будут расписаны все дневные события, но даже крупицы личной информации помогут мне. В предсмертной записке Конкордия просила никого не винить, но ведь ее могли заставить это написать. Разве не должно послание молодой девушки быть более эмоциональным, кричащим о том, что толкнуло ее на этот шаг?

«Если мы с ней хоть капельку похожи, то она совершила прыжок не по своей воле», — решила я после долгих мучительных размышлений.

Но моего намеренья поступать иначе не хватило. После первой же провокации и оскорблений, нервы дали сбой. Ладонь до сих пор жгло после пощечины.

Это все равно что пытаться себя перекроить. Никогда не думала, что быть другим человеком так сложно. Моего поступка никто не видел, и Карлет не расскажет о своем унижении. Но с каждой нападкой, с каждым обидным словом я понимала, что не смогу… Не смогу терпеть или таиться, не смогу играть роль жертвы. И это распаляло мою ненависть и гнев еще больше, словно хлесткий порыв ветра — и без того пылающий огонь.

Я шагала быстро, но тихо, и когда, выскочив из-за угла, наткнулась на ничего не замечающую парочку, замерла, словно закостенела.

— Ты меня избегаешь? — Незнакомка действовала смело, расстояние между ней и некромантом просто кричало об их близости.

Они меня не заметили. Надо уйти.

— Нет. Но я ненавижу, когда меня отвлекают. Поэтому исчезни. — Лефевр склонил голову, его тягучий ленивый голос, словно радиоволны, доносился до меня.

— Даниэль! — Когда некромант решил отстраниться, девушка порывисто схватила его за руку. — Почему ты так со мной?

Я увидела высокую девушку с длинными стройными ногами и почти черными волосами, спускающимися до самой талии. Голос показался показался приятным, а чувства, которые в нем звучали, вызывали мурашки.

Эмма, уходи…

— Ивонна, прекращай свои игры, — ответил голос, твердый как сталь. Глубокий вздох, и Лефевр добавил: — Я знаю, ради чего ты стараешься, и это выводит меня из себя. — Наступила звенящая тишина, и некромант, отцепив руку девушки, бросил: — Мне пора.

— Куда?! — Ивонна шагнула вслед за ним.

Стоило взгляду некроманту коснуться меня, как парень резко остановился.

Мое сердце билось, резко и быстро, как стучат по клавишам клавиатуры, когда набирают текст. Бедро вновь зачесалось, а лицо невольно запылало.

Не смотри на меня! Хватит!

— Уже никуда. — Уголок губ дернулся, намекая на усмешку. Некромант глядел на меня слишком долго, чтобы это было случайностью.

Я или сходила с ума, или в воздухе снова плескались искры. Нечто не такое яркое, как бенгальские огни, но такое же прекрасное…

Хватит! Эмма!

И я вспомнила наши встречи — первую, вторую — и унизительное падение. Лефевр лишь издевается надо мной, как и все в этой академии.

Ладонь вновь запылала, будто я всего секунду назад дала пощечину.

«Я не буду пятиться и отступать. Такой, как ты, не испугает меня».

Поджав губы, я пошла вперед, собираясь пройти мимо.

Расстояние сокращалось, звук моих шагов разносился одиноким эхом, а на лице некроманта не дрогнул ни один мускул, и это лишало меня самообладания. Но ярость брала свое и ослепляла, поэтому нерешительность осталась глубоко в душе.

«Пять, четыре…» — скоро я перестану быть частью этой нелепой ситуации.

«…три…» — некромант наконец-то опустил взгляд.

«…два…» — мое сердце вновь ускорилось, как перед прыжком с парашютом, который я однажды совершила.

«…один...» — наши плечи поравнялись, в эту самую секунду они почти касались друг друга.

«…ноль», — вздох облегчения вырвался против воли, и на долю секунды я прикрыла глаза.