Босс-недотрога

Глава пятая.

Глава пятая, та самая, в которой герой узнает всю правду о себе.

******************************************************

Мы уже выходим из дома, когда телефон буквально взрывается яростным перезвоном. Так доводить до исступления несчастный аппарат может только один человек в мире, и этот человек – школьная подруга Надин, Анна Стетманн. И никто другой...

Я не слышу, о чем она вещает моей супруге, однако лицо Надин принимает по-настоящему сочувственное выражение, и вскоре меня посвящают в великую тайну.

– Анна, бедняжка, все еще очень переживает гибель несчастного животного, Фабиан. Лимо был практически ее семьей... Ей очень плохо, и она нуждается в утешении.

И в этом вся Анна...

– Лимо был всего лишь старым котом, – не могу не возмутиться я. – Почему мы должны менять свои планы из-за гибели какого-то животного?

– Для нее он значил намного больше, чем просто «животное», – пеняет Надин с осуждением в голосе. – К тому же, тебе не обязательно менять свои планы: поезжай в танцевальный клуб, как и договаривались, только уже без меня.

– Без тебя мне там и вовсе нечего делать. Я остаюсь дома...

– Не глупи. Ты же не хочешь обидеть фрау Дроссельбах, они с мужем очень рассчитывала на наш приход. – Гладит меня по волосам и заключает: – Не кисни, дорогой, будь хорошим мальчиком. Просто хорошо проведи время за нас обоих!

«Будь хорошим мальчиком», ага. Мне и без того не хотелось туда идти, а уж идти в одиночку и того меньше. Вдруг Элла тоже туда заявится... Начнет приставать, чего доброго. Особенно если я буду без Надин...

А уж она-то точно заявится: недаром же стращала меня беседой с фрау Дроссельбах. И хоть я не то чтобы верю в ее угрозы, рисковать как-то побаиваюсь... Дурная молва – пуще лесного пожара: уже не остановить. А что взбредет в голову глупой девчонке мне совершенно не ведомо...

Полный недобрых предчувствий и самого дурного настроения я и прибываю к дверям танцевального клуба. Все здание ярко освещено, слышится тихая музыка... Люди стекаются парами, и только я – в полном одиночестве. Так и хочется убежать куда подальше... Я не большой поклонник больших помещений с большим количеством людей. А тут и то, и другое, и... Боже мой, третье.

– Здравствуйте, доктор Бергманн

– Здравствуйте, Элла.

На девушке вечернее приталенное платье до колен и какая-то замысловатая прическа, открывающая шею. Татуировка с птицей отчетливо бросается в глаза...

– Где ваша супруга? – спрашивает она. – Думала, вы придете вместе?

– Надин пришлось уехать по делам. Это случилось в самый последний момент... и...

– И вы все равно решили приехать, даже несмотря на ее отсутствие, – заключает за меня собеседница с улыбкой на лице. – Или вы поверили моим угрозам? – спрашивает она. – Думаете, я и в самом деле способна навредить вам? Я не настолько злопамятна, чтобы вы знали.

Испытываю облегчение и поджимаю губы одновременно. Во-первых, откуда мне, черт возьми, знать, какая она на самом деле, а, во-вторых, если уж Элла берет свои слова обратно, поеду-ка я обратно домой. Посижу у телевизора и просто расслаблюсь по-человечески...

– Доктор Бергманн, вы пришли! Какая радость. Проходите, пожалуйста. Мы скоро начинаем!

Появившаяся в дверях фрау Дроссельбах подхватывает меня под руку с одной стороны, Элла – с другой. Обе одновременно тянут меня в недра расцвеченного огнями помещения, и я понимаю, что попытка бегства, увы, провалилась, так и не начавшись. Позволяю усадить себя за столик и натягиваю на лицо едва заметную полуулыбку.

– Теперь вам не удастся сбежать. – Как будто бы прочитывает мои мысли сидящая рядом девушка. – Останетесь наслаждаться приятным вечером в моей компании. Согласитесь, не самый плохой вариант из всех имеющихся?

И я вдруг выпаливаю:

– Почему вы одна? Явились на танцевальный вечер без спутника?

– Так и вы один. – Ничуть не смущается девушка. Слегка подается в мою сторону и добавляет: – Быть может, я на то и рассчитывала, доктор Бергманн.

– Я, между прочим, женат. – Решаюсь расставить точки над «i“. – Люблю свою жену и изменять ей не собираюсь.

– И кто из нас двоих говорит об измене?! – вскидывает черные бровки Элла. – Точно не я, можете мне поверить.

И все это с такой безыскусной уверенностью и прямотой, что я даже начинаю ощущать себя самым полным, абсолютно всамделишным идиотом.

– Вот, поглядите, начинается.

Последующий час мы молча любуемся сменяющими друг за другом танцевальными парами, попиваем светлое пиво в высоких фужерах из-под вина и одариваем друг друга разной степени значимости взглядами.

Неужели я неправильно все понял, то и дело проносится в моей голове.

Расслабьтесь, читается в ее.

Или мне кажется, что там, в глубине карих с крупинками глаз, именно это и написано...

Я уже ничего не понимаю.

И когда в самом конце вечера всем гостям предлагают пройти на танцпол и немного размять затекшие от долгого сидения ноги, невольно вздрагиваю, ощутив прикосновение к рукаву.

– Пойдемте танцевать, – зовет меня Элла. – Покажите, на что вы способны.

Танцевать совершенно не хочется, особенно с ней в паре – даже ее краткое прикосновение отзывается зябкими мурашками во всем теле. Однако надоеда не отстает: стоит над душой и привлекает к себе ненужное нам обоим внимание.