По ту сторону Забвенья

Глава 17

Что скрывает прошлое?

Лера настолько растерялась, что даже не сопротивлялась пару секунд. Губы оказались ласковыми и тёплыми. Но тут до неё дошёл смысл происходящего, и она замычала. Поцелуй перестал быть нежным и стал требовательным. Лера, вжатая в постель сильным телом, попыталась стряхнуть с себя незнакомца. Но тот не собирался сдаваться.

Лера с ужасом подумала, что может случиться дальше. Это сделало её куда изворотливее. Она отпихнула от себя негодяя. Подскочила с кровати и завопила.

И тут произошло всё одновременно: яркая вспышка, на фоне которой проступил мужской силуэт, быстрое движение, полёт карт и мужской голос выкрикнул:

- Верховная Жрица, Отшельник, Повешенный, Девятка Жезлов!

Лера моментально замолчала. Сработала Четвертичная Магия, изменив поведение Леры. Ей уже не хотелось кричать. А ещё она вдруг поняла, что молчание даст ей ответы на все вопросы. Наступает этап познания и новой жизни. А Девятка Жезлов подсказала, что если Лера попытается всё же закричать, то ночной гость готов к обороне.

И как она может знать значения карт, которые он выкрикнул, и видеть к чему это приведёт? Как? Она же не изучала Четвертичную Магию! А того, что прочла в интернете, мало для таких знаний.

Но почему отсутствует страх? Действие Сигнификатора Верховной Жрицы? Ну да, не исключено, а Отшельник – призыв к молчанию, Повешенный – медитация, переходный этап. Надо подчиниться обстоятельствам.

Тут размышления Леры взорвала мысль: «Что за козёл лезет с поцелуями? И вообще, что он делает в её комнате?

- Ааааа! – закричала Лера, но сильная ладонь плотно зажала ей рот.

- Не кричи, маленькая Двойка Кубков, - раздался шепот возле её уха. Приятный мужской запах, знакомый голос… Кто он?

Из коридора послышались торопливые шаги отца.

- Лера, что случилось? – прокричал он и резко распахнул дверь.

Ещё одна вспышка, взметнулись карты.

- Туз Мечей, Паж Мечей, Семёрка Кубков, Умеренность!

В голове Леры тут же вспыхнули значения карт: Первое: я – победитель, никто не смеет противостоять мне; дальше: я положу конец спорам. Семёрка Кубков: папаша, тебе лишь показалось, так что иди, отдыхай. И под конец: я держу всё под контролем, не волнуйся.

Дверь затворилась, и шаги отца стали отдаляться.

- Всё там тихо, - сообщил он жене. – Соседи, небось, буянят, вот нам и послышались крики. А Лера спит. Сморили её сегодняшние карнавальные шествия в театре.

Лера замерла в тишине тёмной спальни наедине с мужчиной, который обладал Четвертичной Магией, был неимоверно притягателен, настойчив, и лез к ней с поцелуями. Девушка затряслась от страха. Не так её пугала Магия, как домогательства негодяя. Она боялась пошевелиться. Вся надежда была на то, что он решит уйти.

Но он не решил. Более того, он опять приблизился к ней. Она вжалась в стену. Его это не огорчило. Одной рукой он обхватил её за талию, а другой стал ласкать изгиб девичьего лица. Магия подействовала на Леру, и панический страх отступил. Она попыталась уйти от его ласк, но не тут-то было.

- Ты всё ещё боишься меня, маленькая Двойка Кубков?

Только сейчас Лера опознала голос. Это был Дамиано! И как он посмел вести себя подобным образом? Она вскинула руку, чтобы отвесить наглецу пощёчину, но услышала:

- Не надо. Доверься мне.

И как тут быть, когда Дьявол велит подчиниться? Лера закусила от отчаяния нижнюю губу.

- Дамиано, не трогай меня… пожалуйста, - попросила она.

Его рука дрогнула и остановилась, а затем и вовсе убралась от её лица.

- Ты ничего не помнишь…

Его голос был полон печали.

- А что я должна помнить? – взорвалась Лера. – Все только и знают, что говорить загадками. Интересно, что бы ты ощущал на моём месте? Ты хоть представляешь, что свалилось на мою голову, да ещё и так внезапно? Ещё пару дней назад я была обычной студенткой педагогического института, и вдруг я – член Ордена Семидесяти Восьми, да ещё и вторично пришедший, потому что в первый раз что-то пошло не так и меня уничтожили! Потрясающе, правда?

Лера не заметила, как её голос дошёл до крика.

- Не кричи, - посоветовал Дамиано, но было поздно – опять по коридору шёл отец.

- Что там у тебя, Лера? – его голос был настойчив и взволнован.

Лера вздохнула и, изобразив беспечность, ответила:

- Вспомнила старую песенку и попыталась петь.

- Это было пение? – отец удивился.

- Попытка, - уточнила девушка. – Иди, папа, спать. Я тоже буду засыпать.

Отец ушёл.

- Молодец, - одобрил Дамиано. – А то переполошила всю семью. Давай-ка, мы с тобой уединимся.

- Нет! – судорожно вскрикнула Лера, опасаясь его поцелуев. – Ни за что! – каждое слово произнесено с ожесточением, желанием отбиться от нескромного предложения.