Розалинда. Детектив.

Глава 7

Часы пробили двенадцать. И я очень хотела бы сказать, что в этот момент началось нечто необычайное: будто все вокруг замерло, старинные часы остановили свои стрелки, свечи загорелись ярче, вся комната вдруг наполнилась людьми, и лицитатор, словно тень, появился прямо из своего постамента… Но все было не так.

Часы пробили двенадцать.

Ко мне подошел Александр, успевший зажечь почти все свечи. Он подал мне руку, я послушно взяла ее, прошептав Генри «Извини, мне пора…». Вместе с Александром мы заняли два стула в самом последнем ряду (хоть народу было и мало, номы не должны были участвовать в торгах – семья Магс лишь следила за всем).

Сэлвер Освальд сел в самом первом ряду, вальяжно вытянув ноги вперед.

Мне он уже не слишком нравился, хоть это и было одной из тех ошибок, которых господин Холмс так умолял нас избегать: заведомо предвзятое мнение.

Вскоре в зал вошла и его сестра. Она внесла в зал легкий аромат дорогих духов, рубины в золотых волосах и какое-то странное, гнетущее чувство. Или это опять была моя предвзятость?

Генри Соквел сидел чуть впереди нас. С официальным началом торгов он натянулся как струна, и пальцы его тихо постукивали по набалдашнику трости для слепых.

Следом за Амандой в зал вошел гордого вида старик в дорогом костюме черного цвета. Его волосы был сплошь седыми, на глазах блестели очки. Возможно когда-то его лицо было красиво. Но сейчас остались лишь осанка, твердая поступь и холодный орлиный взгляд.

Не с кем не здороваясь, старик сел на стул в середине одного из рядов.

Грэйс Арон молча последовала за отцом.

Тихо, как и подобает хорошей дочери, она села возле лорда Кендра Арона.

-Какие у всех тут натянутые отношения, - подумала было я, и тут же за моей спиной раздался смех.

Я оглянулась( а вернее сказать повернула голову, мы ведь сидели в конце) и увидела в дверях двоих мужчин.

Один – более молодой – был высоким, худощавым брюнетом. С очень коротко стрижеными черными волосами, носом с горбинкой и веселыми, теплыми глазами. Курт Хьюгсон – подсказало мне знание родовых книг. Он был молод, но я уже видела его портреты.

Курт считался одним из самых талантливых магов своего поколения.

Выходец из знатной семьи, он владел родовой магией железа. (не спрашивайте меня, что эта магия может- я не знаю!). Но, к своим двадцати одам он овладел еще тремя видами: вода, пепел и песок. Сложные, тонкие в обращении магии. Курт был признан при дворе короля. Говорят, ему поручали тайные миссии, и он знал многие тайны монархии. В свои двадцать два он был легендой.

И эта легенда легко и непринужденно смеялась над чем-то с невысоким крючковатым старичком. У того были грязные длинные волосы, поношенный костюм и бородавка на носу. Файла на этого гостя господин Холмс не присылал. Надо будет его отчитать за это.

Курт и незнакомец сели сразу за Соквелами, и продолжили непринужденно беседовать.

-Кхм-кхм, - раздалось откуда-то из-за постамента для лицитатора,- Все собрались?

-Свидетельствую, что – да, - громко сказал Александр.

За постаментом послышалась возня. И я увидела как на него, видимо по лестнице, приставленной сзади, сбирается небольшой человечек с прозрачной кожей, зелеными глазами и лысым черепом – горный эльф.

Так вот кто ведет торг!? – мелькнуло у меня в голове – Это гениально!

Горные эльфы были самым спокойным народцем гор. Они жили на серебряных рудниках, свято поклонялись луне и больше их ничего не интересовало. Такой лицитатор просто обязан был беспристрастным.

-Тогда начнем с первого лота, - вяло сказал эльф (да, по тону, на эту работу его явно принудили), - Серебряная табакерка. Начальная цена - сто золотых. И чего так дорого…

Эльф вздохнул и принялся принимать предложения.

Кто подавал какие лоты – не указывалось. Могу только отчитаться за то, кто что купил. Табакерку, карманные часы с рубинами, чернильницу с грифом на крышке и перламутровую шкатулку взяли Освальды. Они не сильно торговались, и , казалось, эти вещи их даже не интересовали. Они покупали ради покупки. Словно в обычном магазине.

Генри Соквел не купил ничего. Он даже не торговался. Наверное, его целью были другие лоты. Надеюсь, все они будут из первой части аукциона. Генри мне импонировал. Впрочем, они должны быть из первой части по логике. Старьевщики, как я уже говорила, не имеют право на магическую силу. Поэтому Генри было нечего делать дальше продажи вещей. Однако, он не покупал и не торговался. Меня это смущало.

К статичным участникам можно было так же отнести и семью Арон. Их руки ни разу не взмылись вверх с предложением своей цены. Но по тому как Кендр Арон держал голову, а Грейс, напротив, ее повесила, я догадываюсь, что почт все лоты были распродажей их личных вещей.

Курт Хьюгсон купил серебряный перстень. Красивый. Ручной работы. На нем были выполнены алмазные Эльномии – цветок – символ королевства. За перстень он не на шутку схлестнулся с Сэлвером Освальдом. Хотя, как только лот обрел своего хозяина, Сэлвер и Курт обменялись весьма дружеским рукопожатием.

Спутник Курта, имени которого я пока не знала, купил деревянную табачную трубку. Он был не многословен. Лишь только интересующий его лот оказался у лицитатора, о предложил за него такую цену, которую я какую-то трубку, да еще и деревянную, мог выложить только глупец. Или, наоборот, тот, кто слишком хорошо знает свое дело.

Мы с Александром сидели сзади, и я с трудом пыталась не клевать носом.

Чтобы не упасть перед Александром в прямом и переносном смысле, я решила попытаться вычислить, кто из присутствующих является «помощником» Александра – еще одним детективом, о котором предупреждал господин Холмс.