Ранчо любви

Глава 1. Ребенок

Она не знала, что он наблюдает за ней, сидящей на траве под прекрасным лазурным небом Колорадо. На ее коленях сидел Мальчик, то есть Авраам, читающий книжку с картинками вместе с ней. Девушка привязалась к Аврааму, сыну своей домработницы. Она сказала, что купила эту книгу для их библиотеки, но ее муж знал, что она купила ее для этого маленького мальчика. Ее доброе сердце и заботливый характер радовали его.
Генри был в загоне, по идее, работая с лошадью, но после того, как он начал приручать ее, решил позволить ей привыкнуть к этому, прежде чем снова седлать животное. Он попытался оседлать ее ранее к ее большому неудовольствию. Она была норовистой кобылкой; слишком умной для лошади. Но в любом случае его работа с ней оказалась лишь прикрытием, чтобы мужчина мог наблюдать за самой красивой женщиной в мире без ее ведома. Он должен был удостовериться, что она не знает. Она поддразнивала его за его гиперопеку, так что теперь он действовал осмотрительнее и осторожнее.
Очевидно, они закончили с книгой, и Аннабель, покачиваясь, поднялась. Генри был доволен, заметив, что, несмотря на то, каким юным он был, маленький Авраам помог ей встать. Она благодарно улыбнулась, и маленький мальчик унесся; побежал вверх по холму, как был уверен Генри, в поисках своего папы.
Аннабель потягивалась некоторое время, ее руки были на пояснице, глаза закрыты, лицо повернуто к солнцу. Через несколько мгновений она положила руки на свой созревший живот, и Генри смог услышать ее смех. Видимо, их ребенок занимался своей обычной акробатикой внутри. Иногда он будил их по ночам, извиваясь и переворачиваясь. В уединении их спальни Генри любил класть руки на беременный живот Аннабель и чувствовать ребенка, своего ребенка, шевелящегося внутри. Он знал, что подразумевалось в Библии, где говорилось о наполнении счастьем, заполнении им и переполнении. Весь процесс зачатия и рождения был удивительной вещью, считал Генри. Он думал о том, что из их любви, маленькой частицы ее и еще меньшей его, рождается новая жизнь. Это было чудом. Это переполняло его.
Аннабель хорошо справлялась с беременностью, как она всегда и заверяла мужа. Она особо не страдала от утренних недомоганий до тех пор, пока кто-нибудь не преподносил ей чашку с кофе. Даже запах мог заставить девушку нестись в туалет. Он запретил всем на ранчо употреблять кофе, несмотря на возражения работников, но Аннабель отговорила Генри от этого. Она всегда могла отговорить его от чего угодно. Он улыбнулся воспоминаниям.
Аннабель случайно посмотрела в его сторону и поймала любимого за подглядыванием. Она снова засмеялась и покачала головой, поднимая одеяло и книгу, а затем подошла к тому месту, где он стоял.
- Генри… Любимый… Я в порядке. У тебя нет причин преследовать меня, как ты преследовал бы оленя.
Широко улыбнувшись, он перепрыгнул через ограду и забрал у нее одеяло с книгой.
- Я ничего не могу поделать. Ты так дорога мне. – Он усмехнулся своей шутке* и продолжил: - Ты выглядишь усталой, Аннабель, возможно, тебе стоит прилечь?
- Генри, я не делаю ничего кроме отдыха, как ты и приказал, с тех пор, как миссис Даулинг сказала, что ребенок может появиться в любой день. Уверяю тебя, я чувствую себя прекрасно. Я хочу работать. Я хочу быть полезной.
- Я не приказывал тебе отдыхать, - смущенно заметил он.
Аннабель нежно прикоснулась к его груди прямо над сердцем. Как она могла не любить этого мужчину?
- Нет, Генри, ты никогда не приказываешь – ты просто просишь, а потом волнуешься, если я не выполняю просьбу. Мне не нравится видеть тебя таким страдающим. Что с тобой будет, когда ребенок, наконец, появится? Ты знаешь, как это может быть. Ты сведешь себя с ума беспокойством и страхом. В действительности, Генри, я могу просто отправить тебя на ранчо «Лэйзи Би» на то время, пока все не кончится.
- Нет! Аннабель, пожалуйста, я постараюсь быть проще. Не отсылай меня от себя. Я чувствую, что должен защищать тебя.
- Я знаю, Генри, и я люблю тебя за это, но ты раздражаешь меня своими волнениями.
Генри понял, что ему действительно нужно сдерживать себя, а иначе он добьется противоположного тому, чего намеривался добиться. В одной вещи он был точно уверен: у него нет сил держаться от нее вдали снова.
- Я буду вести себя лучше, Аннабель.
Улыбаясь, она взяла его за руку, и он пошел с ней в кухонный домик. Генри знал, что не стоит просить жену, чтобы она снова пошла отдыхать, понимая, что проиграл эту битву, но он мог настоять на том, чтобы она работала на кухне сидя.
Хуан Карлос широко улыбнулся, когда они появились в дверях.
- Hola, Mamacita! Como esta?
- Muy bien, Juan Carlos, pero mi esposo es loco.
Хуан Карлос расхохотался.
- Si, mi amiga. Es muy loco**.
Генри нахмурился. Он знал латынь, греческий и немецкий, но никогда не изучал романские языки. Он чувствовал себя немного не к месту. Видимо, Хуан Карлос учил его жену испанскому, пока она работала с ним на кухне.
- Я знаю, что вы двое говорите обо мне.
Аннабель моргнула.
- Генри, что натолкнуло тебя на эту идею?
- Думаю, хохот Хуана Карлоса выдал это.
Она улыбнулась и, не заботясь о том, что Хуан Карлос смотрит, поднялась на цыпочки и поцеловала Генри в губы.
- Я люблю тебя так сильно, глупый мужчина. А теперь, Генри, ты пойдешь и займешься своей лошадью. Я останусь здесь под присмотром Хуана Карлоса и буду просто сидеть, ничего не делая. Я буду в порядке.
Генри вздохнул, между его бровей появилась беспокойная складка.
- Если я понадоблюсь тебе, Аннабель, я буду в загоне.
- Я буду в порядке, Генри. Не беспокойся.
Он кивнул и неохотно покинул кухню. Как только Генри ушел, Аннабель повернулась к Хуану Карлосу и произнесла:
- Можешь, пожалуйста, очень осторожно пройти в дом и сказать миссис Даулинг, что я испытываю боли весь день? Я думаю, время пришло, но не поднимай шума, или Генри вернется и будет… ну, Генри. Я очень люблю его, но будет сложно сосредоточиться.
- Si, Senora***. Я быстро схожу.
Он ушел и вернулся с повитухой почти мгновенно. Хоть она и была замужем, миссис Даулинг помогла родиться большинству соседских детей. Она была доброй, умной и заботливой и старалась поддерживать свой уровень профессионализма, переписываясь с повитухами всей страны, делясь идеями и методами. Когда мать подходила к сроку, миссис Даулинг переезжала к ней, если это было возможно, чтобы убедиться, что все идет хорошо. Аннабель не могла попасть в лучшие руки.
- У меня было чувство, что время пришло, мисси. Кстати, могу вам сказать, что вы запугали своего мужчину, пока шли сюда. Пойдемте со мной, и мы подготовим вас. - Она со знанием дела обхватила Аннабель руками и повела ее к двери. Когда они уходили, женщина бросила Хуану Карлосу: - Ты! Начни кипятить воду.
- Si, Senora.
- Для чего кипяченая вода? – спросила Аннабель, пока они с миссис Даулинг двигались к дому.
- Не для чего. Это удержит его на расстоянии, пока я работаю.
Аннабель усмехнулась и ахнула, почувствовав боль.
- Посмотри, девочка. Звучит так, словно ты уже на пути к родам.
Лорен, срок которой подойдет в конце лета, пришивала пуговицы к рубашке в главном доме. Она посмотрела наверх, когда женщины показались в дверях.
- Время пришло?
- Да, думаю, так. Пошли, поможешь мне, - распорядилась миссис Даулинг.
- Но не говори никому, что это уже происходит, Лорен. Я не хочу, чтобы мистер Аллен узнал до того, как это закончится, - попросила Аннабель.
Женщины обменялись понимающими взглядами, закрыли дверь в спальню Генри и Аннабель, начали снимать белье с постели и раздевать будущую маму. Они оставили девушку в просторной сорочке, которую она сшила для беременности, сняли все с постели до матраса, приподняли изголовье, затем накрыли матрас прорезиненной тканью, старой простыней и положили стопку белья в центр кровати. Аннабель помогли устроиться так, чтобы она лежала бедрами на них.
Миссис Даулинг помыла руки, отправила Лорен сделать то же самое и проверила Аннабель.
- Да, моя дорогая. Все хорошо. Как долго ты испытываешь боль?
- С раннего утра, думаю. Сначала я не была уверена.
- С раннего утра? Почему ты не сказала мне раньше?
- Потому что боли были мягкими, и потому что я знала, что первая вещь, которую вы сделаете, это уложите меня в постель, а потом наступили бы долгие часы ожидания до того, как ребенок родится. Ожидание бы доставило мне много трудностей.
- И это бы убило твоего мужа, думаю. – Миссис Даулинг улыбнулась. Она никогда не видела такого нервничающего будущего отца. Он словно был безумной курицей-наседкой. – Вы мудры, миссис Аллен.
- Нет, я просто знаю своего мужа. Господь любит его… ооооххх. – Лицо Аннабель скривилось от нового спазма.
Через несколько схваток отошли воды. Повитуха убрала стопку белья, заменив его чистым.
- Теперь начинается работа, миссис Аллен.
Пока боль усиливалась, Аннабель молилась, чтобы это закончилось раньше, чем Генри вернется из загона. Она хотела удивить его ребенком до ужина. Девушка надеялась, что он не будет слишком злиться на нее за то, что она не сказала ему, что ребенок рождается.
- Оххххх. - Еще один спазм. Аннабель была удивлена, насколько это болезненно.
- Все хорошо, миссис Аллен. Ребенок появляется.
Пока дневные часы истекали, боль Аннабель пропорционально усиливалась. Она старалась сдерживать себя.
Через несколько часов миссис Даулинг заметила усилия девушки и ободряюще сказала:
- Все идет хорошо, миссис Аллен. Вы почти готовы тужиться, но пока это не случится, постарайтесь терпеть боль без напряжения. Все хорошо.
Внезапно раздался стук в дверь, и, когда Лорен открыла, обнаружила там Хуана Карлоса.
- Вода. Она готова.
Миссис Даулинг подошла к двери.
- Это хорошо, Хуан Карлос. Просто поддерживай ее в кипящем состоянии. Я позову тебя, когда она мне понадобится.
- Si, Senora, - изрек он и вернулся на кухню.

Аннабель трудилась и трудилась, ее боли становились все сильнее.
- Миссис Даулинг… - ее голос сорвался. – Это так больно.
- Я знаю, дорогая, это скоро закончится. Возьми мою руку и сожми. – Лорен тихо подошла к другой стороне кровати и предложила свою руку Аннабель как раз, когда пришла новая схватка.
- Иисус, Мария и ИОСИФ, - выкрикнула Аннабель и сжала руки обеих своих помощниц.
Когда боль отступила, девушка немедленно извинилась за богохульство.
- Я не знаю, что… - она снова почувствовала боль и закричала: - О, БОЖЕ… ГЕНРИ!
Миссис Аллен удивилась, что позвала своего мужа, когда разработала такой хитрый план, чтобы держать его в стороне от родов. Но она ничего не могла с собой поделать.
Ох, сейчас он был ей нужен. Боль росла, пока не стала чем-то осязаемым в комнате, одолевала ее силы понемногу, и с тем, как иссякала ее сила, рос страх. Она не была уверена, что сможет дальше это терпеть. Возможно, завтра девушка сумеет продолжить и закончить, но сейчас… Она хотела руки Генри и его сладкий взгляд. Генри…
С новой болью к Аннабель пришло осознание одной вещи, в которой она была уверена на сто процентов. Она НИКОГДА не собирается вступать в половую связь снова.
- О, ГЕНРИ! – Снова закричала девушка, почувствовав боль, не ожидая на самом деле, что муж появится, но используя его имя и образ в своих мыслях как талисман, помогающий ей в ее агонии.

Внезапно они услышали стук ботинок на крыльце и открывающуюся дверь.
- АННАБЕЛЬ? – кричал Генри, пока бежал к их спальне.
Миссис Даулинг вылетела из комнаты, чтобы встретить его.
- Сейчас, Генри Аллен, послушайте меня. Все хорошо. Она просто испытывает боль, но скоро ребенок появится, и все закончится. Я не допущу, чтобы вы огорчали ее какими-нибудь глупостями.
Генри с отчаянием посмотрел в морщинистое лицо пожилой леди.
- Что я могу сделать?
Миссис Даулинг собиралась сказать ему уйти, когда голос Аннабель повысился:
- ГЕНРИ, ПОЖАЛУЙСТА!
Генри умолял миссис Даулинг взглядом. Ему нужно было быть с Аннабель. Он знал, что она тоже нуждалась в нем. Конечно, миссис Даулинг видела это. Сердце старой женщины начало таять.
- Мужчинам нельзя заходить в родильную комнату.
- Миссис Даулинг, вспомните, что нашему Богу помогал родиться мужчина, его земной отец, Иосиф. Я уверен, Иосиф успокаивал Марию, пока она рожала.
- Ну, вы сможете вести себя как Иосиф, если я вас впущу?
- Я сделаю все возможное.
- Тогда разворачивайтесь и идите помойтесь. От вас пахнет, как от скотного двора. Снимите эти ботинки. Удостоверьтесь, что вы отмыли руки, а потом возвращайтесь. Но, Генри Аллен, вы должны делать, как я скажу, а если не будете, я отошлю вас. Меня не волнует, чего хочет ваша жена. Вы поняли меня?
Генри облегченно улыбнулся.
- Да, мэм! – Он понесся выполнять ее распоряжения. Мужчина вернулся в рекордное время и снова постучал в дверь.
- Генри, заходите. Для Аннабель настало время тужиться, и вот, что вы будете делать… Поднимите Аннабельу и устройтесь за ее спиной на кровати. Я хочу, чтобы вы держали ее за плечи, пока она выталкивает ребенка. Она будет сильно тужиться. Успокаивайте ее. Лорен и я будем держать ее ноги.
К этому времени Аннабель решила сжечь Камасутру.
В ту минуту, когда Генри сел и обнял ее, девушка перестала паниковать. Чувствовалось, словно она была завернута в одеяло спокойствия, и Аннабель знала, что с ним она будет в порядке. Она вдохнула его чистый аромат. Он был здесь и помогал ей родить их ребенка. Девушка положила голову на его плечо и повернулась между схватками, чтобы посмотреть в его глаза.
- Спасибо тебе, мой Генри.
- О, Аннабель, нет другого места, где я хотел бы быть. – Он поцеловал ее в лоб и ободряюще улыбнулся.
Когда пришла новая схватка, миссис Даулинг консультировала их обоих и была рада сказать, что видит головку.
- Тужьтесь снова, миссис Аллен. Тужьтесь снова! Сильно тужьтесь сейчас.
Аннабель схватилась за поручни, установленные миссис Даулинг по обе стороны кровати, и сделала, как она просила. Генри поддерживал ее. Аннабель, наконец, почувствовала, что она делает что-то, а не просто отдается на растерзание боли.
- Хорошо, миссис Аллен. Превосходно. Головка появляется. Потужьтесь хорошенько еще один или два раза, и ваш ребенок будет здесь.
Аннабель снова принялась тужиться, закрыв глаза и сосредоточившись на выталкивании ребенка.
- ААААА, - закричала она не от боли, а от напряжения, и почти с хлопком ребенок родился.
Девушка испустила вздох облегчения.
- У вас прекрасная девочка, мистер и миссис Аллен! И очень сильная. – Миссис Даулинг умело очистила ребенка, и внезапно они услышали громкий крик. – О, послушайте это! Музыка.
Генри был переполнен эмоциями, все еще сидя обнимая свою драгоценную жену, они смотрели, как миссис Даулинг и Лорен делают все, что было необходимо. Генри мягко поглаживал плечи жены, пока она опиралась на него. Он поцеловал ее в висок и лоб, будучи таким благодарным и благословенным. Аннабель легко избавилась от плаценты.

- Вам нужно закопать ее под деревом. Это поможет ребенку расти, а это дерево будет защищать вашу малышку всю ее жизнь.
- Я знаю подходящее дерево, - сказала Аннабель и посмотрела на Генри, который был слишком ошеломлен, чтобы что-то сказать. Она вспомнила о дереве, на котором пряталась от Льюиса Блэка. Генри с любовью взглянул на свою жену и кивнул. Он тоже знал о дереве.
Через некоторое время мать, дочь и комнаты были готовы, и Аннабель дали подержать младенца. Генри снова сел Аннабель за спину, так что мог держать обеих своих девочек сразу. Оба родителя поражались, какой крошечной была малышка.
- Она выглядит точно как ты, моя Аннабель, - с нежностью сказал Генри.
- Я не знаю, Генри. Думаю, я вижу упрямый лоб Алленов.
Он усмехнулся и наблюдал за ними обеими, пока Аннабель не спросила:
- Хочешь подержать ее, милый?
Он немедленно запаниковал.
- Нет. Не думаю. Нет.
- Генри, она не сломается. Она хочет узнать своего папу, - сказала Аннабель и передала дремлющего младенца своему мужу.
Генри осторожно взял малышку в руки и изумился, какой легкой она была, какой маленькой. Он посмотрел на ее красное лицо в момент, когда она открыла глаза. Мужчина почувствовал тепло, его дыхание перехватило, когда их глаза встретились в первый раз. Они смотрели друг на друга, пока очи ребенка снова не закрылись. Генри был поражен и знал это. Это ударило его как кувалда, как пушечное ядро. Она была его маленькой папиной дочкой.

Примечания:
*Шутка Генри в том, что слово dear (дорогая), которое он употребил, созвучно со словом deer (олень), которое употребила Аннабель.
** – Привет, мамочка! Как ты?
– Очень хорошо, Хуан Карлос, но мой муж сумасшедший.
– Да, мой друг. Он совсем сумасшедший.
*** – Да, сеньора.