Проклятье Полоза

Интерлюдия 9. Горькая истина

Касайрис:

Страницы дневника, словно пропитанные ядом, жгли пальцы. То, чего раньше Касайрис никак не могла понять в Руэдхи, вдруг обретало новые краски.

— Дурак! Какой же ты дурак, Ру! — рычала она в бессильной злобе. — Пожертвовал свою жизнь, чтобы избежать войны, а в итоге именно её и получил!

Это всё глупые честь, достоинство и ответственность — три кита человеческой морали, чуждые любому демону. Касайрис даже не надеялась их понять. Какой смысл в сохранённой чести, если смерть наступила раньше, чем появилась возможность пожинать плоды своих подвигов? Бессмыслица какая-то! Впрочем, демонические понятия тоже порой давали сбои. Касайрис буквально кипела от ярости, осознавая, что в попытке достигнуть цели любыми средствами переиграла саму себя.

Когда-то, мучаясь в ревностном припадке, она подлила в чай Дэйми воду из любовного источника. Её замысел отличался простотой и незатейливостью. Дэйми, под действием чар, должна была влюбиться в первого встречного. Влюбиться настолько, чтобы отказаться от брака с Руэдхи. Не иначе как по иронии судьбы, первым встречным оказался пролетавший над деревней волшебников на охоту предводитель Красного Крыла дракон Дархинэль.

— Ну и что с того? — нашёптывала своей сопернице Касайрис перед сном, паря бесплотным духом в спальне. Растерянная, сбитая с толку от внезапной влюблённости волшебница даже не задумывалась, что возникающие мысли принадлежат не ей. — Ты владеешь уникальным даром перевоплощения! Если ты можешь стать птицей, почему бы не превратиться в дракона?

— Дракон разумен, его нельзя подделать, — сокрушалась Дэйми, пока её родственники усиленно и по всем правилам готовили свадебную церемонию.

— Просто надо немного потренироваться, — не отступала Касайрис, убеждая юную волшебницу в своей правоте. Она даже раздобыла ей подробные исследования о драконах, но Дэйми продолжала разрываться между любовью и дочерним долгом.

Возможно, им действительно было суждено стать хорошей парой. Оба отличались удивительным упорством. Однако Касайрис была гораздо упрямей и целеустремлённей. Она не собиралась делить своего Руэдхи ни с кем. И всё же первый раунд Касайрис проиграла. Ей так и не удалось сорвать свадьбу, но и смириться с неудачей было как-то не в духе демона.

— Он не тот, кто тебе нужен. — Касайрис вновь витала над кроватью Дэйми, забивая её голову революционными идеями. — Волшебник, даже самый лучший и сильный, никогда не сравнится с драконом!

— Вот именно! — восклицала Дэйми, вскакивая с кровати. Она начинала отчаянно бегать по спальне, не зная как совладать со своими эмоциями. — Драконы никогда не смотрят на другие народы. Зачем дракону какая-то никчемная волшебница?!

— Откуда ты знаешь, что не смотрят? Просто таких волшебниц как ты, умеющих превращаться без последствий, очень мало. Как знать, быть может, среди драконов давно прячутся твои дальние родственники!

— Да, мне просто надо привыкнуть к этому облику, — соглашалась Дэйми, и каждый вечер сбегала из дома. Закрывала двери, будто собиралась ложиться спать, а сама вылезала из окна и устремлялась в горы. Возможно, она бы проделывала это и раньше, но, живя в деревне, было сложно уединиться, а дом Руэдхи стоял на отшибе, в горах, вдали от любопытных глаз. Под зорким наблюдением Касайрис Дэйми тренировалась ночи напролёт. Даже пробовала охотиться. Касайрис неотступно следовала за своей жертвой, внушая ей нужные чувства и успокаивая. В конце концов, зачем готовить завтрак нелюбимому мужу, когда можно поспать до обеда?

Однако время тянулось, а Дэйми никак не решалась показаться возлюбленному, да и Касайрис понимала, что напоить любовным напитком дракона даже ей не удастся. Слишком уж хорош был у них нюх. Но всё-таки не настолько, чтобы не иметь слабостей. Во время того же Брачного Танца, там, где царила скорость и страсть, запахи внезапно теряли своё первостепенное значение.

— Главное быть необычной и очень быстрой, — уверяла свою подопечную незримая Касайрис. — Такие драконы, как Дархинэль, заглядываются только на очень ловких дракониц!

— Я буду самой удивительной! — соглашалась Дэйми. — Это то, что мне удаётся лучше всего!

«Ну почти», — признавала Касайрис, подозревая, что её продуманному маскараду не помешает поддержка. Она убедила Дэйми купить особое масло, приманивающее самцов, что использовали оборотни, и заставила щедро вымазать им чешую. И, надо признать, эффект был ошеломителен. Дэйми оказалось звездой Брачного Танца, так что Касайрис приходилось тщательно следить и сбивать камнями неугодных партнёров, подлетавших слишком близко. Это оказалось очень забавно. И Касайрис очень жалела, что Руэдхи не мог разделить с ней подобное озорство. Как было бы весело вместе бросать камни и смеяться над ничего не понимающими драконами! Когда же так старательно пестуемая ей пара всё-таки воссоединилась, Касайрис отправилась утешать несчастного друга.

— Ты же говоришь, что мы похожи, почему ты не можешь представить меня на её месте? — допытывалась она.

— Внешний облик — лишь обёртка! Внутри вы совершенно разные! — парировал Руэдхи.

— Раньше мы легко находили общий язык, а теперь я тебя совсем не понимаю! — признавалась Касайрис. Ей было обидно, что друг продолжал стоять на своём.

— Мы и сейчас легко находим общий язык, иначе ты бы сюда не прилетала каждый день, — с улыбкой возразил Руэдхи.

«Возможно, ему нужно время, — рассуждала Касайрис. — Как только он поймёт, что жена больше не вернётся, он снова станет прежним!»

Вот только и в этом плане обнаружилась дыра. В один из жарких душных летних дней на пороге дома Руэдхи вновь появилась Дэйми. Вся в слезах и совершенно растерянная, она тряслась то ли от страха, то ли от нервного срыва. Касайрис осторожно коснулась сознания волшебницы и чуть не вскрикнула от неожиданности. Дэйми ждала ребёнка. И беда заключалась в том, что как только она забеременела, ей стало сложно поддерживать драконий облик. Первые месяца два Дэйми ещё справлялась, но на третий была вынуждена бежать. Но куда? Домой её никто не примет, рассказать Дархинэлю о предательстве — слишком опасно. Прожив в драконьем поселении совсем немного, Дэйми с ужасом узнала, как там относятся к полукровкам.