Итальянские гастроли. (не) Долгое счастье?

66.

Прозвенел третий звонок, и я направилась к сцене. Концерт прошел с ошеломительным успехом. Публика в Милане избалованная и требовательная, она привыкла к высокому искусству, один театр Ла Скала чего стоит! Но даже такой зритель считал выступление наших артистов идеальным, безукоризненным и совершенным. После каждого концерта овации не прекращались в течение получаса, и публика не хотела расходиться.

В таком ритме пролетела первая неделя пребывания в Милане. У меня были еще встречи с моими архитекторами, мы много гуляли по городу, но в то же время я не забывала делать перевод статей, и практически закончила работу. Осталось только перевести последние статьи из миланских газет, и я могла считать выполненной свою миссию. Как хорошо, что у меня в номере был компьютер, и можно было работать, в противном случае, это было бы нереально.

Мы с Сергеем проводили вместе почти все свободное время. Он жил в моем номере, мы уже не скрывали наших отношений, никто из артистов не обращал на нас никакого внимания, все уже смирились с тем, что мы – пара. Даже Михал Михалыч как-то сказал Сергею, что если бы он был помоложе, то сам был бы не прочь поухаживать за мной, говоря, что не упустил бы такого случая. А он был еще тот любитель красивых женщин!

В один из дней оставшейся недели мне захотелось посетить Пинакотеку Брера в Милане. Слово «пинакотека» греческого происхождения, она означает «собрание» или «хранилище картин». Другими словами – это картинная галерея, которую также называют «малым Лувром», но почему-то она не столь известна простым туристам, как художественные музеи других итальянских городов, как Рим, Флоренция и Венеция.

Мы с Сергеем решили отправиться в эту картинную галерею на метро, так как у нас была прямая линия, по которой мы доехали до станции «Ланца» за двадцать минут, а потом еще минут десять шли пешком до музея.

— И как давно они собирают свою коллекцию? — спросил Сергей, зная, как мне хочется поумничать на тему искусства.

— Пинакотека Брера существует в Милане с XVIII века, она была открыта по королевскому приказу Марии Терезы Австрийской в одном из дворцов Милана, построенном в стиле барокко двумя веками раньше. Место было выбрано не случайно, так как в этом дворцовом комплексе находилась Миланская Академия художеств.

Поначалу коллекция состояла из произведений, принадлежавших Академии художеств, а в 1882 году она отделилась и превратилась в самостоятельную картинную галерею. Все работы, хранящиеся в галерее, выставлены в 38 залах. Каждый зал представляет произведения лучших мастеров живописи: ломбардской, тосканской, венецианской и других школ. Все залы расположены в хронологическом порядке. Среди художников, чье творчество представлено в галерее, стоит назвать известные всем имена: Рафаэль, Тициан, Микеланджело, Караваджо, Тинторетто, Эль Греко, Рубенс, Рембрандт, Модильяни и многие другие.

— Не может быть! Как ты всё это запоминаешь?

— Мозгами, — кокетничала я. — Да, и одним из бонусов этой картинной галереи является реставрационная мастерская, где за стеклянной стеною можно наблюдать за работой реставраторов, которые воссоздают шедевры, восстанавливают им цвет и краски. Вот бы посмотреть!

В одном из залов, внимание Сергея привлекла картина не столь известного художника Чезаре да Сесто, который был учеником Леонардо да Винчи, — «Мадонна с младенцем».

— Кстати, его картина «Саломея» экспонируется в Эрмитаже, — вспомнила я.

– Мила, погоди, мне кажется, в этой картине что-то есть! Эта Мадонна чем-то отдаленно напоминает тебя. Ты мне ничего не хочешь сказать? – спросил Сергей.

– Что ты имеешь в виду? Ну, не могу же я быть похожа на персонажей многих итальянских художников, не выдумывай, пожалуйста! А, вообще-то, если внимательно присмотреться, то, возможно, ты прав, этот образ мне очень близок по состоянию души, – ответила я.

– Я же говорил! Ты меня уже научила немного разбираться в живописи, но тут даже дело не в ней, — сказал Сергей.

– А в чем? Ты что-то недоговариваешь, говоришь какими-то загадками!

– Ладно, поговорим об этом позже, – сказал Сергей, и мы продолжили осмотр картинной галереи.

— Положа руку на сердце, я в восторге от экспозиции музея! Она очень хорошо представлена: большие залы, много нужного освещения, не такое количество туристов, как в других местах, где приходится ждать, чтобы иметь возможность подойти к картине, другими словами, – одно удовольствие посещать подобные музеи. Если у меня будут спрашивать, что можно посмотреть в Милане, кроме основных достопримечательностей, обязательно всем буду рекомендовать Пинакотеку Брера.

— И не забудь один примечательный момент, в высокий сезон, с конца июня по конец сентября, галерея работает до десяти часов вечера! А билет стоит всего 3 евро вместо обычной стоимости в 15 евро, — как директор Сергей всегда помнил об экономии.

По дороге в гостиницу я вспомнила слова Сережи, и включила свой аналитический ум. Что он мог иметь в виду, когда спрашивал о том, не хочу ли я ему что-то сказать? Может быть, он знает то, о чем я не догадываюсь? А что я должна ему сказать? О, Боже!

В этот миг меня, как обухом по голове стукнули, я сразу вспомнила, что у меня была небольшая задержка месячных. Ну, вот, доигрались! Мы так много и так часто занимались любовью, что такой исход был вполне закономерным.