Мой неверный друг

28 вечер

Помимо воли мой взгляд скользнул по его губам. Внутри все скрутило в тугой ком и бросило в жар. Он был так близко, что я слышала гулкое биение его сердца, видела, как расширились немного зрачки, делая глаза мага притягательнее, темнее...

Я пропустила тот момент, когда Далион склонился, лишь ощутила прикосновение теплых, слегка обветренных губ, после чего собственное сердце забилось в два раза быстрее, а странное обжигающее тепло в груди опустилось и замерло где-то внизу живота, приятно пульсируя, отдаваясь даже в кончики пальцев и ладони. Такое непривычное, новое, необъяснимое чувство тяги. Это был совершенно другой поцелуй, не такой, как в академии. Жаркий, от которого обострялись все чувства, кажется, дотронься и сожжешь все на своем пути. Исчезли все мысли. Оставался только сладкий вкус чужого дыхания…

Меня захлестнуло разочарование, когда всё прекратилось. Далион замер, словно сам удивленный случившимся, даже чуть отстранился, давая мне решить, как поступить дальше, только я сама не знала, чего хотела больше: одна моя половина кричала, что есть силы оттолкнуть наглого целителя, ударить, накричать, а другая — насмешливо кидала в лицо правду: «Тебе ведь понравилось».

Далион ждал, выжидающе смотрел, словно говорил: «Ну же, ударь, оттолкни как всегда…» И все, что я сделала, это по-детски зажмурилась, чтобы не видеть его пытливых серых глаз.

Лба ласково коснулись легким нежным поцелуем и отстранились. Мне показалось даже, что ощутила его слегка насмешливую улыбку, но когда открыла глаза, Далион сидел рядом ко мне спиной, устремив взгляд на пламя.

— Зачем ты вылез из-под одеяла?

— Чтобы тебя не смущать.

В ответ я лишь больше смутилась. Мотнула головой и словно ни в чем не бывало спросила:

— Наша одежда еще не высохла?

Он покачал головой, после чего положил её на скрещенные руки. Мне же стало неловко. Зачем я зажмурилась?! Но ведь ничего ему не сказала и не оттолкнула…

Не отдавая себе отчет, что делаю, медленно протянула руку к Далиону, касаясь пальцами стянутого беловато-розового шрама с рваными краями.

Блондин вздрогнул всем телом и напрягся.

— Не делай так, Кори, — прерывисто выдохнул, вынуждая меня испуганно отдернуть руку.

— Эти шрамы… – я все-таки решилась спросить, рассматривая его изувеченную спину со странной смесью любопытства и боли.