Академия крестных фей или отбор для подопечной

...

— Кого же? — У принца оказался еще и прекраснейший слух. — Надеюсь не меня?
Чуть не ляпнула «и вас тоже», но вместо этого скромно ответила, слишком хорошо запомнив, к чему привели мои прошлые едкие комментарии:
— Платье… корсет так сильно жмет, что трудно дышать!
Повторения того, что случилось в коридоре, совсем не хотелось, но я снова сказала что-то не то. Все-таки в некоторых моментах мир людей оставался для меня темным лесом. И это притом, что была начитана. Да что там начитана?! Экзамен по человеческому введению — единственный предмет, который давался мне без проблем.
— Так может вам помочь с корсетом?
И все. Этого хватило, чтобы конкурентки прожгли убийственным взглядом, в том числе и моя собственная подопечная.
— О нет, что вы, — запротестовала я, — боюсь, тогда вам придется еще двенадцать корсетов снимать, устанете ведь.
— Мне это в удовольствие, — этот маг плешивый взял и коварно ухмыльнулся, — тем более что после проходки и демонстраций платьев предстоит индивидуальный ужин. Вы ведь не думали, будто платье окажется единственным заданием? Каждой претендентке на мою руку и сердце будет уделено одинаковое количество времени. И я уже даже выбрал, кто будет первым…
Однако уточнять, кто именно, не стал, отпустил наконец Лиссенду, губами небрежно коснувшись хрупкой девичьей ладони и грациозно направился к трону. Сел. Щелкнул пальцами, видимо желая произвести эффект. 
Эффект таки был! И какой!
Стены Сиреневого зала медленно со скрипом начали подниматься, открывая ряды гостей. Какое-то мгновение и мы оказались окружены придворными. После приподнялась еще одна завеса — за спиной принца — открывая королевскую чету. Их взгляд задержался на каждой из нас, особенно на Лиссенде, чей наряд, прикрытый пиджаком, вызвал бурный всплеск комментариев. 
Порадоваться этому не успела, так как его высочество решил внести ясность и расписал невероятное волшебство наряда, не забыв и об оживших бабочках.
— И очень жаль, — закончил свою речь принц, — что вы не увидели этого. 
Лиссенда покраснела, но была довольна похвалой. Мне же только и оставалось, что кусать губы от злости.
Дальше началось то, чего я так сильно боялась. Между рядами придворных появилось пространство. После возникло нечто похожее на длинный постамент с узкой красной дорожкой. С той самой, по которой, судя по всему, предстояло пройти каждой девушке. И сказать по правде, я понятия не имела, как в данной ситуации Ивушке поможет ее ораторский дар. Она задавалась тем же вопросом, испуганно переводя взгляд с меня на дорожку и обратно. Оставалось уповать лишь на индивидуальный ужин с принцем, где она сможет себя проявить. Если, конечно, опять не заговорит о болезнях и не перейдет на свою привычную речь.
Не перейдет! Оставлять ее одной я не собиралась. Для такого случая приму свой истинный облик, чтобы быть рядом. И пусть еще не решила, как это проверну, но одно знала точно — не оставлю!
Я совсем не удивилась, когда первой на дорожку вышла Лиссенда. Казалось, она даже позабыла о своем постыдном облике, настолько уверенно и грациозно она шла. В конце даже остановилась, сняла пиджак и улыбнулась гостям, после чего ее проводили громкими аплодисментами. И почему-то именно на мое счастье следующей сразу шла Ивушка, которая, конечно же, слишком сильно контрастировала на фоне Лиссенды. 
Моя подопечная очень старалась не горбиться, но ноги все равно предательски заплетались, коленки дрожали, а взгляд, то и дело опускался в пол, выдавая страх споткнуться. 
Придворные, к слову, не особо стесняясь в выражениях, комментировали тяжелую проходку Ивушки и жуткое безвкусное платье. Настолько «не стесняясь» и громко, что даже сама Ива прекрасно все слышала. Каждое плохое слово или насмешка делали шаг Ивы все хуже и хуже, лишая девушку хоть какой-то уверенности. Благо, хоть не упала.

Оставалось спасать ситуацию собственным позором. Так что я несказанно обрадовалась, когда следующей назвали меня. Я шла настолько плохо, чтобы все позабыли о провале Ивушки. На ровном месте споткнулась, демонстративно распластавшись на дорожке. Только почему-то вместо насмешек меня окружила давящая тишина. Непонимающе подняла голову, упираясь взглядом в белоснежные туфли.