Первый человек

Начало обучения

Глава 5

Землю накрыла холодным покрывалом зима. Солнце светило низко и прямо, а небо раскалывалось от своей голубой чистоты. Рокот водопада с правой стороны едва слышался, звук был такой, словно вода спадала на землю громадными плевками. Лес оделся пушистыми белыми шапками, которые сверкали зелеными, еще не успевшими упасть листьями. Гора разгладилась и замерцала синеватыми красками со всех сторон.

Падиф стоял, не шевелясь, заглядывая за край каменной площадки. Его черные одежды резко контрастировали с безупречной белизной уснувшего мира, но свет, пускай и темный, исходил и от него.

Она подошла вплотную к Падифу и, следуя его взгляду, не думая, заглянула вниз. Ровная, затененная невидимыми полотнами, в ее сознание врезалась глубокая гладь воды. Девушка отшатнулась, дрожь и холод пробежали по ее телу. Ей показалось, что кто-то толкнул самое ее сознание. Еще раз заглянуть в озеро она не отважилась.

– Как ты не боишься смотреть в это озеро? – неуверенно спросила она.

– Он не вызывает страха в разуме, у которого нет ограничений, – с этими холодными словами черные глаза его посмотрели на нее.

Словно это не он смотрел: глаза блестели и были больше, чем он сам, в них было больше жизни, чем могло вместить его тело. Где-то внутри его разума укладывались силы, которых она никогда бы не одолела. Эти силы давили на нее, и она тонула в их черном блеске… Пока Падиф вдруг не открыл рот и не засмеялся – очарование его взгляда испарилось, и он будто помолодел, хотя не был стар.

– Сколько тебе лет? – неожиданно и задумчиво спросила девушка.

Он сказал. Он не был много старше ее в физических годах.

Легкими шагами он подошел к другому краю утеса. Энди не шелохнулась – он остановился и обернулся.

– Ты что стоишь? Пойдем!

Падиф, повернувшись, ступил прямо в обрыв – глаза девушки округлились от ужаса, а он уже занес над бездной вторую ногу и, спустя мгновение, весь скрылся. Она с приглушенным криком бросилась к пропасти: в скале была выдолблена крутая лестница, а Падиф, задирая голову кверху в ожидании, стоял внизу. Лестница спускалась к самому берегу черного озера.

– Эй, как же мне спуститься? – возмущенно крикнула она ему вдогонку.

Но Падиф только махнул рукой.

Она распласталась на плато, запрокинула ногу за край и нашарила ступеньку. Она попыталась слезть с лестницы аккуратно, но в результате просто соскользнула вниз, ударившись о мягкий снег.

Падиф стоял у самой воды озера, широко расставив ноги, скрестив руки на груди. Она подошла к нему, и вместе они пошли вдоль берега. Она старалась не смотреть на черную воду, на которой не было ни одной пластины льда, словно морозный воздух не касался этой поверхности.

Падиф шел легко, совсем не глядя под ноги, и крупицы снега вслед за ним поднимались мягко и медленно. Нельзя было сказать, на что именно глядел он в тот или иной момент, казалось, что он смотрит на нее и одновременно на возвышавшиеся впереди холмы, на лес, на грозную гладь воды озера…

Все, что окружало двух неспешно шагающих людей, было будто таким же, как в ее прошлом мире: те же камни, то же солнце, тот же воздух… Только намного ярче. Она остановилась и вопросительно посмотрела на своего спутника.

– Что это? – спросила она.

– Что? – Падиф живо поддался к ней вперед, – Что ты почувствовала?

– Я не знаю… Я не заметила, как так случилось… Я словно потеряла контроль над собою… – она мучительно прикрыла глаза, стараясь подобрать нужные слова, – Я шла, рассматривала все вокруг, и то ли задумалась, то ли что-то так подействовало на меня, но я… растеклась, что ли, вдоль всего вокруг. Смешно звучит.

Он медленно отвел взгляд.

– Я не хочу, да и не могу объяснять тебе все в этом мире словами, потому что нет слов, которые помогут тебе понять Инскримен. Не сердись, но будь терпеливой, – проговорил он, – Только что я увидел, как твой разум… соединился с разумом Инскримен, но это было настолько неосознанно, что я сомневаюсь, сама ли ты достигла этого… – он прервался и, вдруг улыбнувшись, покачал головой, – Мне очень сложно объяснять то, что каждый тален должен понять сам, без постороннего вмешательства… – он замолчал, а она опустила глаза.

– Мне кажется часто, что меня нет здесь, что есть лишь что-то бесформенное, растекающееся в воздухе, воде, земле, – она импульсивно схватилась за голову, – И все здесь столь ново для меня! Или…

Она примолкла. Ветер затрещал по ее ушным перепонкам, она подняла воротник. Ботинки Падифа хрустели в инее, он смотрел далеко вперед, но она слышала его внимание.

– Но одновременно я видела все это много раз. Да, давно я представляла себе, что есть где-то другой мир, где я смогу найти свой дом. Но со временем это прошло, но было так тесно! И все спряталось, я думала, даже ушло навсегда, и вот я здесь. Но я не чувствую себя живой… Я смотрю на свои руки и все жду, когда же они расплывутся перед взглядом.

Падиф ничего не говорил.

– Скажи мне, как называется эта река, это озеро?

– Именно эта река носит название… – тут он прошелестал что-то на своем журчащем языке, – Или Стремительная, как тебе понятнее. А озеро… хм… Оно носило много названий… Первое из них было – Мертвая заводь, – и он повторил это грустным и тоскливым, как шелест осеннего дождя, голосом, – Озеро появилось в то самое Ледяное сражение, когда вален с ледяной армией спустился с Ревен. После поражения яриков на месте битвы образовалась глубочайшая впадина – результат противостояния лидеров двух войск – яриков и Ледяной армии. Снега по краям этой впадины растаяли, и вскоре после битвы в яму хлынула вода, и в нее вошла река, другая, из леса – ее зовут Пронзительная. Много людей было убито на месте этого побоища, и потому заводь изначально назвалась Мертвой. Вскоре зима начала отступать, и новая река вышла из озера – так возникла Стремительная, ибо там, куда пробивалось ее русло, быстро таяли снега, селились животные… – неожиданно он затормозил так, что она чуть не налетела на него.