Авриель

Глава II

Раскошный каменный дом, увенчаный изящной черепицей и остроконечными башенками, нехотя просыпался. Легкий утренний ветерок скользил шаловливой рябью по лазурной глади раскинувшегося под открытым небом бассеина, шелестел в парковом ансамбле японского яблоневого сада и благоухающей редкими, экзотическими цветами оранжерее.

Сладко потягиваясь, в наброшенном на голое тело махровом белоснежном халате на балкон дома вышел красивый, статный, хорошосложенный мужчина, шлепая босыми ногами по прохладному бодрящему полу, выложенному узорной порселановой плиткой.

Без капли стеснения к тому, что кто-то может увидеть его в несколько неприличном виде, мужчина не потрудился запахивать полы халаты, бессовестно выставляя на показ свое мужское достоинство. В руке, украшенной огромными алмазными перстнями на двух пальцах и толстым золотым браслетом на крепком запястье, он держал широкий бокал с толстым дном, классический тублес, с наслаждением делая поочередные глотки восемнадцатилетнего виски "Чивас Регал".

Окинув взглядом предоставленный к умиротворенному наслаждению живописный вид лона природы, озерную зону, окруженную сосновым бором и березовыми рощами, и по-сентябрьски нежно пригревающее солнце, в преддверии нового дня медленно поднимающееся из-за горизонта по совершенно безооблачному голубому небу, мужчина смачно сплюнул вниз с балкона и шагнул в распахнутые настерж створки дверей.

- Детка! - громко крикнул он в недра элитного особняка. - Собирайся, мне пора!..

Проходя мимо журнального столика, мужчина ловко подхватил за кожаный ремешек увесистый золотой корпус часов "Патек Филипп", взглянул на циферблат, но одевать часы на руку не торопился. На несколько секунд задержав взгляд на стоящей в красивой рамочке фотографии молодой, обаятельной, рыжеволосой женщины с симпатичным малышем на руках, он крикнул вновь, но на этот раз с более слышимой в голосе стальной ноткой недовольствия:

- Детка! Неужели так сложно собраться быстро?!

- Иду, милый, иду, - отозвался приятный женский голос из ванной комнаты.

Шум льющейся воды незамедлительно затих и через минуту из ванной вышла длинноногая совершенно обнаженная мулатка с пышной гривой вьющихся, ниспадающих на загорелые плечи, черных волос. Девушка прошла мимо мужчины, мило улыбнувшись двумя рядами ровных белоснежных зубов. Он проводил ее слащавым, похотливым взглядом и звонко прихлопнул ладонью по задорно торчащей вверх, упругой попке.

- Кеша, - промурлыкала мулатка, демонстративно медленно и соблазнительно натягивая на одну из умопомрачительных ног черный чулок. - А ты нас не покормишь?

- Нет, - грубо отрезал тот, скидывая на ходу халат и направляясь в ванную комнату. - Как-нибудь в другой раз...

Столкнувшись в дверном проеме с высокой стройной блондинкой, Иннокентий крепко прихватил ее за тонкую талию, рывком прижал к себе и больно укусил за острое голое плечико. Девушка взвизгнула, но не сказала ни слова, с трудом вырвавшись из цепких объятий. Мужчина остановился на пороге ванной комнаты, обернулся и, подмигнув обеим красоткам, сказал:

- Чтобы когда я вышел, вас, девочки, тут уже не было!...

Не дожидаясь ответа, он хлопнул дверью, закрыв ее за собой. Девушки молча переглянулись, пожали плечами и, прихватив разбросаные по спальне предметы одежды, туфельки и ридикюли, торопливо выскочили из спальни и сбежали вниз по широкой мраморной лестнице.

Закончив с туалетными процедурами, Иннокентий вышел из ванной комнаты и распахнул двери соседствующей со спальней небольшой комнаты. Войдя в нее, мужчина окинул изучающим взглядом вещи, аккуратно заполняющие бесконечные полки стенных стеллажей и висящие на вешалках длинных перекладин. Одну из стен занимал открытый шкаф с выставленными на полках многочисленными парами разнообразной обуви и оттого похожий на витрину элитного обувного бутика.

Надрываясь запиликал сотовый телефон. Иннокентий неторопливо вышел из гардеробной комнатки и подхватил скачущий по журнальному столику золотой "Vertu". Приняв звонок, он приложил трубку к уху, но не произнес ни слова, выжидая, что звонящий заговорит первым, хотя и видел высветившееся на неоновом экранчике имя жены и определившийся номер ее мобильного телефона.

- Кеша, любимый, алло, алло, - залепетал сотовый приятным женским голоском.

- Здравствуй, солнышко мое, - после секундной паузы ответил он, убедившись, что звонит именно супруга.

- Мы соскучились и решили нашему папке позвонить, - ласково замурлыкала Эльвира. - Как у тебя дела, милый? Что делаешь?

- Одеваюсь и собираюсь уходить, - поспешил обозначить краткие сроки разговора Иннокентий, но тем не менее выдал пару стандартных вопросов. - Как Никитка? Как погода?

- Никита в порядке. Ему здесь очень нравится, только жаль, что тебя с нами нет, - ответила жена, и мужчина словно воочую увидел, как сдвинулись домиком тонкие дуги черных бровей и тоскливо надулись малиновые губки жены. - …А погода просто сказка. Да и разве здесь, на Каррибах, может быть иначе? По-истине, райское место.

- Я рад за вас, отдыхайте, - добродушно улыбнулся он.

- Никитка вчера такую ракушку нашел! - продолжала лепетать Эльвира. - Сказал, что тебе ее на двадцать третье февраля подарит... Но пока это сюрприз! Ты же меня не выдашь?

- Конечно, конечно, - утвердительно кивнул головой Иннокентий. - Пусть будет сюрприз. Любимая, ты извини, но мне бежать надо... Люди ждут.