Настька 

Настька

Впервые мы встретились у дома культуры. На улице стояла непривычная для сентября жара, лёгкий юго-восточный ветер подгонял перистые облака и шевелил ярко-жёлтые, только что опавшие, листья. Была пятница, и улицы были наполнены радостными людьми, наслаждающимися чудесной погодой и близостью выходных. На лавочке перед «ДК» расположилась маленькая девочка худощавого телосложения, с бледной кожей, тёмными волосами, заплетёнными в тугую косу, и большими, в пол-лица, бирюзовыми глазами, в которых отражалось осеннее небо.

Все местные звали эту девочку Настькой или Настенькой. Каждый день в любую погоду она стояла возле дома культуры со своими рисунками для продажи. Рисунки, которые можно было бы назвать картинами, если не обращать внимания на пожелтевшие старые листочки, что служили полотнами для юной художницы, были совсем не похожи на неровные каракули, характерные для деток пяти-семи лет. Шестилетняя Настя старательно вырисовывала все мелочи чёрным карандашом. Цветы и деревья, замки и моря с величественными судами, таинственные звери, выглядывающие из леса… Тяжёлая жизнь и печальное прошлое рухнуло на хрупкие плечи, но, не сдаваясь, своими рисунками Настя спасала себя и запившего отца от голодной смерти в опустевшей после кончины матери квартире.

Во второй раз я увидел Настю, когда прошло более двадцати лет. С супругой и уже взрослыми детьми мы направились в театр на долгожданную премьеру интереснейшего спектакля. Городской театр драмы находился в одном здании с несколькими залами, которые часто сдавали в аренду, и где проходили различные выставки. Находясь под впечатлением от интригующего сюжета, разворачивающегося на сцене, и замечательной игры актёров, во время антракта мы заглянули на одну из выставок картин. Стиль, которым были написаны полотна, восхитившие мою супругу, показался мне знакомым. Я внимательно разглядывал картины, но ничего не мог понять. В один момент, повернувшись к детям, я увидел Настьку. Её волосы всё так же были собраны в тугую косу, но она больше не казалась жалкой. Одетая в юбку-карандаш и пиджак светлых тонов, она повернулась ко мне и тепло улыбнулась, узнав старого знакомого.

Картины. Они сопровождали её всю жизнь и помогали пережить тяжёлые времена. Предо мной стоял художник и совсем не от слова «худо». А в уже не детских глазах все так же можно было увидеть чистое небо.