Улири.

Глава 21. Панику отставить!

- Артём! Давай, давай, вставай быстрее! – я с трудом разлепил веки, после ночного дежурства и увидел возбуждённое лицо своего соседа по каюте Юрия, который усердно раскачивал моё сонное тело. – «Усатый» срочно вызывает. Что-то серьезное случилось!

- Что там ещё могло случиться, - недовольно пробормотал я, через силу перекидывая ноги поверх защитной перекладины на койке, – без меня не обойтись что ли? Я спал часа два!

- Ты не тупи, Тёма, - Юра дружески похлопал меня по щеке, пытаясь привести поскорее в чувства, - какой без тебя? Там тревога! И, уж поверь на слово, точно не учебная.

- Чёёёрт… – протянул я и, наконец, «прозрев», быстро соскочил с койки на пол. Сон как рукой сняло. Он что, серьезно?! Подумать только – тревога! Неужели в кое-то веки здесь что-то произошло? Я уже и мечтать о подобном перестал. Ведь с самого начала моей службы на так называемой военно-космической базе объединённых стратегических сил Земли, под названием «Дальний Рубеж», а ещё проще КС23, не произошло ровным счетом ничего. И на то были причины. Одна из них, она же основная, база была одной из самых удалённых цитаделей человечества в этом секторе. И соответственно, самым скучным местом во всей нашей галактике. Повторюсь, здесь никогда ничего не происходило и даже чёртовы метеориты умудрялись облетать её стороной. Тихое и в тоже время гиблое место для таких молодых офицеров, как я. Ибо всем, кого я знал до прибытия сюда, была известна одна простая истина - если попал на КС23, считай военной карьере конец. Либо сопьёшься, либо свихнёшься от монотонной жизни в железной коробке, посреди открытого космоса. Третьего не дано.

У меня изначально, конечно, такой перспективы в планах не числилось. Но не для того я с отличием заканчивал академию штурмовиков, чтобы какой-то межпланетный мажор мог поливать грязью моих родителей и моё происхождение. Пара выбитых зубов, карцер, ну и путёвка… сюда. Кто же знал, что тот хрен окажется сынком Виллирийского военного советника…

Ну, что было, то прошло. Теперь я здесь. И у нас тревога! Первая за много лет, если верить «старожилам», но, надеюсь, не последняя. Судьба уже давно должна была вознаградить меня за все «косяки», что мне подкидывала. И вот, пожалуйста. Его величество случай. Теперь-то я ни за что не упущу его, а вместе с ним и шанс показать всем, на что способен.

Накинув на голову фуражку, пулей выскочил в коридор. Там, застегивая на ходу китель, я устремился вслед за Юрцом, который, не дожидаясь меня, убежал первым. Капитанский мостик был на седьмой палубе и пока Юрка ждал лифт, у меня ещё оставалась возможность догнать его.

Буквально протискиваясь сквозь закрывающиеся створки кабины, я с облегчением выдохнул:

- Уф! Небось рассчитывал, что не успею и будешь номером один? – издевательски улыбаясь, спросил у Юрца.

- Попытка – не пытка. – Несколько разочарованно, но все также смеясь, парировал напарник.

Хороший парень, он мне нравился. Простой, из глубинки и, в отличие от меня, попал сюда не по воле случая, а вполне осознано, по распределению. Сразу после окончания академии. Пилот из него тоже был отличный, и признаюсь, скрипя сердцем, в чём–то даже лучше меня. Поэтому немного странно, что с такими данными его отправили в эту богадельню. Ведь криминала за ним точно не водилось, а других причин высылать сюда отличных пилотов лично я не видел и уж точно не понимал. Хотя, с другой стороны, не мое это, собственно, дело.

К несчастью для Юрки, я был старшим не только по возрасту, но и по званию и, уж простите, по полной программе пользовался своим положением и законным правом субординации. По причине чего, Юрец в нашем экипаже, назовем это так, был лишь вторым номером. По крайней мере, до того дня, пока мы служим в одной команде.

За нами закрепили старенький челнок серии СУи-1456. Потрёпанный, без половины вооружения, но летал все еще бодро. Спасибо механику дяде Коле. Семидесятилетнему старичку, которого я никогда не видел трезвым, но с техникой который, ладил лучше, чем многие с людьми.

Когда командующий нашей базы, полковник Никонов Павел Викторович был в настроении, а проще говоря «под шафе», здесь, конечно, не обходилось без дяди Коли, нам разрешалось как следует «продуть двигатели». И, уж поверьте, мы с Юркой использовали эту возможность на полную катушку. Потому что в обычные дни, все имеющиеся в расположении базы малые корабли, а их было двенадцать, мирно дремали в грузовом отсеке, экономя моторесурс.

К сожалению для нас, подобные встряски случались здесь ни так часто, как хотелось бы и всё остальное время мы либо куковали на вахте, либо плевали в потолок. Отлеживая в каюте, медленно заплывающие жиром, бока. Других развлечений здесь попросту не было. Телевидение и игровые приставки не в счёт.

Створки лифта снова распахнулись, и мы оказались на мостике. Там наш Павел Викторович, а проще – «усатый», раздавал распоряжения направо и налево как заведённый. Прозвище к нему прилипло из-за привычки носить так называемые «гусарские усы», которые уже тысячу лет были не в моде, но которые, он холил и лелеял, чуть ли не больше, чем собственную жену.

Всегда уравновешенный и даже немного вальяжный, сегодня он был не похож сам на себя. Должен заметить, настолько возбужденным я видел его впервые.

- Господин, командующий, - я незамедлительно обратился к полковнику, поднимая ладонь к виску и отдавая честь, - третье штурмовое отделение, по вашему приказанию прибыло!

- Отлично, проходите господа офицеры. – «Усатый» козырнул в ответ.

- Что происходит, Павел Викторович? – поинтересовался я, не дожидаясь пока он сам продолжит. Мне просто не терпелось побыстрее вникнуть в курс дела и, по причине чрезмерного любопытства, я на минуту забыл о субординации. Бросив на меня возмущенный взгляд, командующий нахмурился, но, правда, не сказал ни слова. Затем, вдруг, отвлекся и резко догнал проходившего мимо адъютанта, отдав ему очередное распоряжение. Младший офицер вытянулся по струнке и, развернувшись на каблуках, быстро покинул мостик, выполняя поставленную задачу. После полковник снова вернулся к нам.