Приди и охрани

Последствия

Снова как на первых курсах университета библиотека должна будет стать Виктору домом. Он и Антоний стояли на белых мраморных плитах перед главным входом и вместе пялились на высоченные деревянные двери. Вик был впечатлён. Дворец на каждом шагу подкидывал Семёнову один невероятный интерьер за другим: золото, вручную расшитые ткани, перламутр, слоновая кость, или что здесь вместо неё. А здесь просто золотистое дерево. Арка высотой метров шесть или больше. Крона и ствол. Древо раскинуло резные ветви, которые чуть прогибались под тяжестью крупных цветов и причудливых листьев. «Где у них растут такие?» – Вик попробовал представить аромат и шелестящую покоем тень под высоким зелёным сводом.

– Древо Жизни, – глаза Антония сияли.

– Иггдрасиль?

Монашек удивленно вскинул брови:

– Нет, просто Древо Жизни.

– Красиво.

– Еще бы, говорят, что сам император Ландгар Художник, прадед Конрада приложил руку. Он признанный гений. Библиотеку перестраивали его заботами. Произведение искусства… – Антоний напрягся деловито и двумя руками потянул ручку гигантской створки на себя. – Хотя я все-таки предпочитаю боковую калитку. Мороки меньше.

Переговорив с маленьким сухоньким старичком в сером камзоле с голубыми лампасами придворной должности, Антоний добился для их с Виком работы отдельной комнатушки. Узкая как пенал, по ширине равная ширине окна в своём торце. Ставшая стеной высокая золотистая рама повторяла стрельчатую арку потолка. Окно от пола до потолка, точно как в большом читальном зале, что Вик и Антоний только что оставили за спиной. Выглядело так, словно безумный великан гигантским ножом отрезал от главного зала узкий ломоть. А может, какой-то иной безумец поставил комнату на попа, по высоте она была больше своей длины. Пока Антоний шуршал о чём-то своём с хранителем бесконечных полок, Вик выглянул в окно и понял, что попал. Он готов жить в этой комнате, а может даже спать и есть здесь, если строгий библиотекарь позволит. Возвышаясь над внешней стеной замка, стены библиотеки обрывались в ничто. Свобода сияла в этом окне, тянула за душу, манила блеском далекого моря.

– Уприч, столица империи Адалхард, на протяжении последних двух веков остается самым крупным портом на побережье Восточного моря. С гаванью, называемой Мери, центральные кварталы города соединяет Морской тракт, известный тем, что является самой широкой мощеной дорогой империи.

Вик удивленно повернулся к Антонию. Монах заложил палец между страниц и прикрыл книгу, которую явно только что зачитывал.

– «Краткое описание Великой империи Света, Креста и Единого Пути» Бевана из Уприча, вот тебе и прекрасное начало для изучения географии и устройства империи.

Семёнов с сомнением смерил взглядом толщину переплёта этого кладезя знаний.

– Уважаемый господин Соррел на вас не угодить. Возрадуйтесь, что хотя бы «краткое».

«А он прав, отвык я от настоящей книжной работы, однотомников пугаюсь…»

***

Назвать произведение Бевана занятным чтивом смог бы только истинный его фанат, информативным – да, но занятным… Больше всего Вику книга напомнила огромное ведро удачливого рыболова. Сброшенные в него разного калибра и значения факты, бились и стучались как сумасшедшие, логических связей Виктор не обнаружил. Через пять дней упорного чтения он прямо сказал об этом Антонию. Монах уважительно смерил Семёнова взглядом:

– Надо же, ты точно повторил отзыв моего любимого учителя. Но я думал, тебе пока этого будет достаточно.

«А он прав. Слишком тороплю события. К чему знать причины особого отношения империи к южным провинциям, если я перечислить их не мог. Попросту не представлял, где это – Юг?»

А Юг у империи был роскошный, как из фентезийных романов или рассказов Киплинга. Пряный, жаркий, богатый глубокими влажными джунглями без конца и края и реками, берега которых терялись среди мангровых зарослей. На старой карте, что автор неподъемного тома приводил в качестве иллюстрации человеческой глупости и развития научной мысли, большая часть южных провинций была раскрашена в чёрно-зелёные цвета и названа землей одержимых.

– Одержимых, – переспросил Вик у Антония, это как-то связано с Силой или просто общее имя для неизвестных земель?

– Скорее первое, есть даже легенды. Что где-то на юге существует проход прямиком в ад, откуда эти самые демоны, озлобленные на род человеческий и лезут неустанно. Разлетаются по всему честному Адалхарду и губят людей, захватывая их тела. Ты знаешь о Силе, понимаешь все эти легенды чушь. Хотя факт остается фактом, чем ближе к югу тем чаще рождаются одарённые. Да и Тёмные там действуют активнее всего.

– А почему столько грусти в глазах? – Вик думал пошутить, над вдруг приунывшим Антонием, а вышло не очень удачно.

– Ордена на всех не хватает. Юг пришлось отдать на растерзание инквизиции. Разведчики заняты там исключительно выловом Тёмных, рекруты с юга в Цитадели огромная редкость. Какое тут веселье.

Южные части империи отделяли от её Центра с более привычным Семёнову климатом горы.  От невероятных, по крайней мере так описывал их, закатывая глаза маленький ученый, пиков на крайнем западе, до просто высоких ближе к океану.

Центральные провинции условно делили на Западное плоскогорье и Восточную часть, которая состояла из низких равнин, соединявших поймы многочисленных рек, впадавших друг в друга или стремящихся к океану. Именно на крайнем востоке страны стоял Уприч. Северные провинции снова поднимались выше к небу и начинались степными просторами, что постепенно переходили в густые хвойные леса, которые не знали городов и присоединены к империи были весьма условно. Но как сказал Антоний, разведчики Ордена регулярно бывали и там. Юг со всеми его страшными легендами и богатствами вошёл в состав государства Адалхард последним.

– Хорошо, вопиющую безграмотность я ликвидировал, может всё-таки перейдем к исследованиям по соцальному развитию или политологии? – выставился Виктор.