Перерождение. Часть 2

Глава 24. ч.5

Вчерашняя прогулка нам обернулась сильнейшей простудой для Тимура. Утром он едва выполз из комнаты, являя нам с Валентиной покрасневшее от температуры лицо и лихорадочно горящие глаза.

- Темушка! – Всплеснула руками Валентина. – Что же ты встал, дорогой? Сейчас-сейчас – засуетилась она. – Давай, присядь… Вот так… - причитая и подсовывая подушки, она приложила ладонь ко лбу юноши, провела рукой по рубашке, определяя, не сырая ли, накинула ему на плечи легкий плед, и метнулась за дверь со словами – я сейчас Ивана позову.

Мы остались вдвоем с Тимуром. Он прикрыл глаза, расслабленно откинувшись на спинку дивана и тяжело и шумно дышал. Первым моим порывом было тут же посмотреть, помочь, но я успела себя остановить.

- Юночка, у нас проблема.

- Да уж вижу… - она возникла, видимая только для меня.

- Скажи, если я сейчас ему помогу, это повлияет на поле? Ну, как с Владиславом не будет? Я же раньше помогала своим, и ничего…

- Раньше-раньше… – буркнула она – ты тогда вообще сама по себе была. А теперь так и не научилась отстраняться. Давай как раз и попробуем. Здесь все силой пронизано, должно получиться. Ты поле видишь?

Я попыталась понять, как это, видеть поле, безуспешно тараща глаза в пустоту.

- Да не переживай ты так. Ничего с твоим мальчиком не случится, мы вне времени потренируемся. Расслабься, лучше глаза закрой и попробуй почувствовать, увидеть.

- Так бы сразу и сказала – Маша, сядь в позу лотоса и медитируй. – Подумала я про себя, но все же последовала совету. И тут же почувствовала легкое дуновение, пронизывающее меня невесомыми нитями силы. – Это мы уже проходили –отметила краем сознания, уплывая вслед за нитями, растворяя в них свое сознание.

- Маша, вернись немедленно! – Юна была сердита. – Почувствуй! Не сливайся!

Но это так прекрасно! Так заманчиво, так влекуще… нет-нет, нельзя… Но сила пронизывает меня, каждую клеточку, и как тут определить, где я, где она… надо собраться, надо отстраниться.
Понемногу я начала вычленять, отодвигать от себя такие соблазнительные паутинки силы, чувствовать себя отдельно от этих притягательных нитей, завораживающих своим едва заметным искристым светом.
О! Вот и увидела! Это восхитительное зрелище слегка мерцающего пространства, простирающегося в бесконечность разнонаправленными, сливающимися в единое, паутинками силы.

- Отлично! Это победа, Маша! Теперь ты никогда не потеряешься в поле. Пробуй, теперь можно. Лечи своего рыцаря. Главное, в момент работы не обратись к нитям. Впрочем, без надобности – пожала она плечами – силы требуется пустяк.

Я легко скользнула вдоль нитей к лежащему юноше, не затронув их, омыла его волной пожелания здоровья и… все.

- Не бойся – успокоила меня девушка – теперь уже не зацепишь случайно. Ты сделала самое главное – отделила себя от поля, теперь хоть топчись по нитям, хоть в клубок сматывай, спонтанного объединения не будет. – Она вздохнула и с грустью продолжила. – Иногда люди произвольно попадают сюда. Почти для всех это печальный конец. Редко кто может выбраться обратно. – И, помолчав, добавила. – А еще реже они сохраняют рассудок, вспоминая об этом, как о кошмарном сне.
Проводники тоже по-разному переносят контакт с Планетой. Обычно эта кратковременная передача информации отнимает много сил, как у Тимура вчера.

Я совсем растерялась. В какой момент я должна почувствовать давление и упадок сил? Может я еще не дошла до той стадии, о которой сейчас говорилось? Юна взъерошила мне волосы и рассмеялась.

- А ты у нас уникум, Машка! Как рыба в воде в поле Планеты. Кстати, - встрепенулась она – наши идут, позже поговорим.

- Что тут у нас – прямо от входа начал Данилыч, направляясь к Тимуру.

Ситуацию он оценил мгновенно. Вот что значит опыт.

- Напугала ты меня, Валюша – разворачиваясь к подходящей следом женщине, с улыбкой сказал он – здоров твой Тимур, спит как младенец.

- Да как же? Горел весь – она недоверчиво положила ладонь на лоб лежащего юноши и озадаченно посмотрела на нас. – Показалось, наверное – недовольно пробормотала про себя и направилась в столовую. – Ладно, давайте завтракать. Будите своего спящего красавца и за стол. А я пока чая горячего в термос налью, а то опять заморозите детей.
Она озабоченно покачала головой и пошла на кухню.
Интересно, по каким признакам она делит на детей-не-детей? Вон Антону чуть больше, чем Тимуру, а он уже года два у них «рулит» уазиком, да и по дому шустрит вовсю. И не считается ребенком. Да и этот великовозрастный ребенок дома у себя тоже взрослым слыл. Непонятно. Но я-то уж точно еще маленькая. Пойду любимого печенья выпрошу.

* * *

Прогулка по лесу на этот раз проходила быстро, без задержек. Спустя полчаса мы уже были у цели, и поднявшись на очередной пригорок, замерли от неожиданно открывшейся картины.

- Прямо ведьмин круг какой-то! – Вырвалось у меня.

- А это и есть ведьмин круг – пояснила Юна – место силы, в народе так и повелось, где сила, там ведьмы. Это и понятно. Всё к силе тянется.
Мы помолчали, думая каждый о своем.
Впереди перед нами простиралась абсолютно зеленая летняя поляна. Вот еще два десятка метров зима, а там – лето! Почти ровный, немного вытянутый по одной ему ведомой оси, круг диаметром в добрую сотню метров. Поневоле вспомнишь и эльфов с их вечнозелеными лесами, и сказочный фей, и миражи-ловушки, и братцев месяцев, и прочую-прочую ерунду. А может и не ерунду вовсе. Чувствую, мой закостенелый атеизм дал трещину. Большую такую трещину, размером с маленькое ущелье.

- Это место всегда такое зимой? – дернула я Данилыча. – Вы мне не рассказывали.