Волшебная косынка

Часть 20

Разбудили меня отчаянные крики воробьёв под окном. Едва светало, было раннее утро. Обещанные Лыжиным восьмиугольной формы часы Павла Буре на стене показывали без четверти пять.

Мои сомнения о том, вставать мне или еще понежиться, развеяли оживленные голоса во дворе.

В мою комнату, постучав, вошла Настенька и объявила, что пришла молодая цыганка и просит меня позвать.

«Наверное, Зара пришла», - подумала я и попросила Настеньку проводить цыганку в мою комнату, если хозяин разрешит, а то мне одеваться – целая проблема.

Но Лыжин не разрешил пускать цыганку в его дом, поэтому пришлось одеваться.

- Давайте одеваться, а потом хозяин просит всех больных и здоровых собраться к утреннему чаю в гостиной.

- Опять собраться? – переспросила я и Настенька подтвердила:

- Да, Тимофей Савельич сказал, что что-то всем вам сообщит.

- Сначала я к Заре выйду,- решила я. – Давай скорее умываться, Настя.

С помощью Насти я быстро оделась в длинное красивое платье, собранное ниже кокетки на плечах в мелкую сборочку, с кружевами на рукавах-крылышках и на подоле. Платье было в редкий темный горошек, отделанное, кроме белых роскошных кружев, еще и темной двухполосной тесьмой, а кроме того, украшено нарядными поясами чуть выше талии и ниже колен. Красную розу, которая полагалась для прикрепления к поясу на талии, я не захотела оставлять, а вот небольшую изящную шляпку надела с удовольствием. Бежевые туфли на небольшом каблучке пристегивались на испанский манер через подъем ноги ремешком с пуговичкой, и были очень легки и удобны.

- Эти туфли у нас в Воронцовке стачали, - сообщила Настя. – Разве хуже парижских?

- Понятия не имею, какие в Париже, но эти просто классные!

Заглянув перед выходом из комнаты в зеркало, улыбнуться я не смогла, хотя мне наряд мой очень понравился. Тоска в душе, ностальгия по недостижимому прошлому, ощущение одиночества, которое от меня до этого отодвигала радость общения с Мишей, с моим Мишей, теперь не отпускали меня с прошлого вечера.

Зара сразу заметила мою печаль и спросила:

- Ты грустишь, что ли?

- Грущу.

- Нарядная, красивая, в барском доме живешь, а грустишь. Чего грустить, если у тебя парня не отнимают, на другой не женят, скажи?

- Да я еще сама не разобралась, не обращай внимания.

- Вот что бы ты делала, если бы твоего милого насильно женили и не подчиниться он не мог?

- Представить себе такое не могу. Но ты обещала прийти, когда привезут невесту.

- Вот и пришла.

- Так это сегодня?

- Да, сегодня. Ты со мной пойдешь?

- Пойду, конечно, я же обещала, хоть и не знаю, чем я смогу тебе помочь?

- Поможешь тем, что удержишь меня от глупостей. Я днем и ночью думаю о своём Больдо. Как я с ним расстанусь? Он предлагает убежать, но куда я маму дену? Ты моя подруга, я тебе верю, никаких интересов в таборе у тебя нет, вот я и хочу, чтобы сегодняшний день пережить ты мне помогла, плечо чтобы подставила, от слез меня удержала. Пообещай, что смешить меня будешь.

- Постараюсь.

- Ну, так пошли.

- Нет, я сейчас не могу, меня Лыжин позвал в гостиную на чай. Что-то сказать хочет. Я тебе потом расскажу.

- Хорошо. Я тебя подожду, похожу по ларечкам. Иди.

- Давай. Жди, - сказала я и заскочила в дом. Заскочила и подумала, что одета я, как важная дама, а веду себя и двигаюсь, будто порывистый подросток.

«Надо чаще об этом вспоминать» - поручила я себе и уже дальше по дому пошла, изящно и легко ступая.

В гостиной все сидели вокруг стола, накрытого к чаю, хотя, кроме сладостей, на столе был окорок и запеченная картошка, обильно посыпанная зеленью. Миша грустно встретился со мной взглядом и попытался удержать мой, не выпуская. Но я отвела глаза, села и стала слушать Лыжина.

- Сегодня я специально вас собрал, уж не обессудьте, что не дал поспать. Позже мы с Дашей уедем, а вы останетесь, отдохнете. Так вот, нашли мы с урядником вчера Мирона нашего. Оказалось, что, действительно, он мышьяк в аптеке купил, но сделал это на деньги Галкина и по его поручению, без всякой задней мысли при этом. Тем более, что в аптеке ему сказали, что заказал мышьяк я сам для травли крыс. Мирон бутылёк купил, Галкину его передал и начисто об этом забыл. Слышал про отравление, ведь земля слухами полнится, но думал, что это вино было испорчено, и им молодежь по неопытности отравилась.

- Так как же с доказательствами? – спросила мужа Екатерина Николаевна.

- Теперь есть повод держать Галкина под стражей до суда. На суде официант Андрей подтвердит, что подслушал разговор Политова и Галкина об испорченном Галкиным вине на моей винодельне, о том, что Политов хочет встретиться, чтобы подешевке выторговать себе мой приемный пункт и что с этим надо торопиться, потому что приехала родственница и пообещала все исправить. Тюрин в своих показаниях расскажет, кто ему подсунул отравленную мышьяком бутылку вина, кто заплатил за использование этого вина в дегустации, а Мирон Карнаухов – о том, кому он отдал купленный мышьяк и кто за это заплатил. Урядник постарается носом землю рыть, но отыскать бутылечек из-под морфия где-нибудь поблизости от тех мест, где видели Галкина. На нём могут остаться отпечатки его пальцев, и это будет неопровержимым доказательством, что он хотел отравить Дарью Петровну. Марьяша и Миша попали под раздачу случайно.