А Д Л Е Р. Слепая страсть

Глава 53

Тина лежала в кровати, пытаясь прогнать тревогу, недовольно наблюдая за Эриком. Он беседовал с доктором. Она не слышала их разговора, но лицо Адлера при этом было озабоченным и строгим. После того как доктор ушел, Эрик тоже вышел из комнаты, и Тина облегченно вздохнула, решив, что ее оставили одну. Но вместо этого Адлер позвал медсестру, которая поставила ей капельницу.

– Неужели это действительно необходимо? – спросила Тина, уставившись на свою левую руку, а затем на капельницу.

– Ты упала в обморок. Я волнуюсь о твоем здоровье.

– Если ты действительно волнуешься о моем здоровье, то будь добр, оставь меня в покое и навсегда исчезни из моей жизни.

– Ну, это вряд ли, милая, – Эрик недовольно поморщился. – Ты моя жена, носишь моего ребенка. Слышала ведь слова Александра: «Семья для Адлеров превыше всего».

– Какое мне дело до ваших семейных традиций, – она презрительно пожала плечами. – Я подожду, пока тебе надоест разыгрывать из себя «пылкого влюбленного». При первой же возможности я сбегу от тебя на край света.

Эрик шагнул к ней, совершенно не испытывая раздражения или недовольства. Все, чего он хотел, – обнять ее и поцелуями стереть с лица мрачность. Но он знал, что не сможет остановиться, и поэтому сдержался.

Вместо этого он ласково посмотрел на жену.

– Ты можешь сколько угодно ворчать, но отныне я всегда буду рядом, – словно между прочим сообщил ей Эрик.

– Надеюсь, ты шутишь, – тихо пробормотала Тина, наблюдая, как он усаживается в кресло напротив кровати, в которой она лежала.

Адлер сидел, небрежно развалившись, вытянув длинные ноги вперед. Весь его облик демонстрировал необыкновенную красоту, телесную крепость, природную мощь самца в рассвете сил. Его светлые волосы отросли и были пострижены в новую стильную прическу. Теперь от того Эрика Адлера, простого студента, которого она встретила несколько месяцев назад, не осталось и следа. В их первую встречу его волосы были коротко острижены, как у солдата, а одежда на нем была самой простой – джинсы и клетчатая рубашка. Тина удивилась сама себе, однако даже тогда Адлер вел себя подозрительно, следовало присмотреться к нему внимательнее, прежде чем затевать с ним знакомство. Ведь единственное, что его выдавало, это поведение с окружающими его людьми – высокомерное, заносчивое, пренебрежительное.

Противоречивые переживания одолевали Тину. Она искренне раскаивалась из-за своего опрометчивого поступка.

Вся ее душа бунтовала. Глаза видели невероятно красивого мужчину – высокого, кареглазого, в дорогом шелковом костюме. Мужчину, от которого невозможно отвести взгляд. Очень привлекательный, чарующий. Ее непреодолимо тянуло к нему, влекло против воли. Рассудок упрямо напоминал ей о действительности. Для нее он чужой человек. Его следует опасаться, ибо он безжалостен, а мотивы и цели его поступков непостижимы.

Эрик заметил ее настороженный взгляд: несомненно, она ждала от него какой-нибудь каверзы и старательно избегала разговоров на серьезные темы.

– Некоторое время мы погостим в доме моей матери, после чего переедем в особняк Адлеров, – нарушил тишину спокойный голос Эрика.

Тина поджала губы, с трудом сдерживаясь, чтобы не сказать грубость.

– Тебя что-то не устраивает?

Девушка медленно подняла глаза на Эрика и наткнулась на его внимательный взгляд. Она насмешливо фыркнула.

– Нет, что ты, я так счастлива быть твоей женой, – агрессивно бросила она и принялась цитировать всплывшие в памяти строки романа Гюго. – Ты мой благородный, прекрасный рыцарь, мой супруг! Я с удовольствием буду твоей любовницей, игрушкой, забавой, всем, чем ты пожелаешь. Ведь я для того и создана. Пусть я опозорена, запятнана, унижена – что мне до этого? Зато я любима! Самая гордая и счастливая из женщин!

– Эта изысканная отсебятина достойна аплодисментов. Откровенно говоря, я считаю, что любовь – весьма абсурдное чувство. Самый парадоксальный феномен человеческой жизни. Глупость!

Эрик вспомнил Лору. Вспомнил, как сильно и страстно любил ее. Эта любовь сожгла его душу, растерзала сердце. Лора убила себя и его одним выстрелом. Он больше не хотел никого любить. Не мог!

– Адлер, зачем тебе я? – тоскливо гладя на него, спросила Тина.

Склонив голову набок, он в который раз задумался над этим простым вопросом. Адлер хорошо помнил то чувство, которое испытывал к Лоре: окрыляющее, некий запрещенный наркотик, приносящий неведомое наслаждение, легкость, эйфорию и счастье. Он будто находился под действием кокаина, не мог контролировать себя. Был зависим от улыбки, взгляда, голоса Лоры. Жаждал новых встреч, горел навязчивой идеей покорить ее сердце. Был готов ради нее буквально на все.

Эрик покачал головой, прогоняя наваждение. Нет, Тину он не любит. К ней он не испытывает ничего, хоть отдаленно напоминающее нежное чувство. Только напряженное желание обладать ею, владеть как очень дорогой вещью: уникальной, запретной, которой хотелось бесконечно любоваться и восхищаться, спрятав от посторонних глаз. При этом он испытывал невозможное страстное влечение, настоящую жажду.

– Просто я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. Я уже говорил тебе об этом, – напомнил ей Эрик.

– На тебя даже злиться бесполезно, – вдруг поняла Тина. – Такой упрямый, упертый как осел! А если ребенок, которого я ношу, не твой, а Маркуса? Что тогда? Твоя затея с браком абсурдна до безобразия и лишена всякой логики. Ты не можешь заставить меня быть твоей женой, – решительно запротестовала Тина.