что символизирует молочная река в сказках славян?

существуют ли подобные символы в сказках других народов?

молоко — у славян один из главных видов пищи (наряду с хлебом) , объект мифологических верований, магических ритуалов и защиты. материнское молоко как «генетический» продукт наделяется сакральным значением; молочное родство охраняется обычным правом наряду с другими видами ритуального (искусственного) родства (ср. побратимство) . вместе с тем материнское молоко может ассоциироваться с греховным началом в человеке: по верованиям западных белорусов, душа умершего младенца, не успевшего попробовать «грешного материнского молока» , идет прямо в рай (эти дети становятся ангелами на небе) , а душа вкусившего молоко сначала попадает в чистилище. 

согласно болгарским этиологическим легендам, молоко произошло от одной из трех голов змея лами: св. георгий отрубил их, из них потекли три реки: молоко, пшеница и вино. словенская легенда говорит о том, что молоко для людей спасла кошка: когда-то вымя у коров было на все брюхо и молока было, «как воды» ; люди возгордились: бабы купали в молоке детей да и сами умывались им. тогда бог отнял у коровы вымя, но кошки замяукали и упросили бога оставить корове несколько сосков (известен аналогичный сюжет с хлебным колосом) . 

у всех славян молоко обнаруживает связь с небом и атмосферными явлениями — дождем и молнией (громом) . по древнейшим индоевропейским представлениям, дождь — это молоко небесных коров-туч. широко распространено убеждение, что пожар, зажженный молнией, можно потушить только молоком (иногда — кислым, сывороткой, от черной коровы) . в болгарии популярны легенды, рассказывающие о том, как ведьмы стаскивают с неба луну и выдаивают ее, как корову; из лунного молока они сбивают чародейное масло. ср. мотив луны в полесском заговоре: «прибывай, молоко, с полного месяца, с ясной зари, золотой горы» . карпатские украинцы верят, что на мифической черной горе есть молочный источник навий; в сказках молочные реки текут в царстве мертвых; в поверьях восточных славян млечный путь — это дорога на «тот свет» . 

по болгарским поверьям, змеи очень любят молоко и часто сосут коров или родильниц; у них очень «сильные» глаза, которыми они привораживают самых молочных коров. чтобы расположить к себе домовую змею, ей ставили миску с молоком. так поступали не только болгары, но и словенцы, белорусы, украинцы, поляки. вологодские крестьяне верили, что дьявол не может обмыться ни в реке, ни в колодце, ни в луже (потому что спаситель освятил воду на крещение) , а может обмыться либо в воде, стоящей на столе, либо в пресном молоке. 

в магических действиях, направленных на повышение удоев молока, широко используется уподобление молока воде и символика текущей воды. поляки жешовского края совершали пасхальные обливания водой в убеждении, что без них молоко у коров убывало или вовсе пропадало. архангельские крестьяне, когда в вербное воскресенье первый раз выгоняли скот вербовыми ветками, эти ветки затем опускали в реку или ручей, чтобы у коровы было больше молока, а пастух с той же целью прятал в воду свой «отпуск» . в полесье обращались к колодцу: «день добрый, колодезь максим, и ты, земля татьяна, чтоб у коровки прибывало молоко, был сыр, сметана. в колодези вода жерлами, а у коровки молоко жирами» . в вятском крае молоко «отпирали» с помощью заговора: «...бабушка соломонидушка, христова повивалушка, отопри у рабы божьей пеструшеньки молочко из жилочек — в вымечко, из вымечек — в сисечки, из сисечек — в подоенку» . 

магическим средством увеличения удоев считалась роса. ср. в полесском заговоре: «божа мати по росе ходит, росу собирает, этой корове споры наделяет» . с помощью росы ведьмы и колдуньи могли также отобрать молоко. 

у южных славян «магии молока» была подчинена большая часть обрядов юрьева дня, и особенно ритуал первого доения овец: доили в особую, украшенную цветами посудину, пропускали струю молоко сквозь предметы, имевшие форму круга — венок, хлеб с отверстием, камень с отверстием, обручальное кольцо; бросали на дно подойника серебряные ден

река - это символ жизни, и жизненной энергии. молочная река – очень интересный символ. у славян молочные реки текут на небесах, то есть в раю. причем буквально. это не простое молоко. его дают женские божества, находящиеся в верхней сфере и питающие своим молоком весь мир. это молоко в виде дождя попадает с небес на землю и питает здесь все живое.

«молочные реки и кисельные берега» – одно из популярных русских выражений, входящих как в инициальную формулу сказки, так и в другие ее композиционные части. 
оно чаще всего употребляется теперь как фразеологический символ беззаботной и привольной жизни, неиссякаемого материального достатка и благополучия. обычно историки возводят это выражение к одному конкретному источнику – сказке о царе горохе (аш. , 405; медведев 1977, 143). 
однако этот символ использовался более широко. 
характерно, что уже в русском фольклоре этот символ допускает вариации. 
так, в сказке о василисе премудрой река, в которую оборотились кони, не молочная, а медовая; а водяной царь набросился не только на кисель, но и на сы/ту, т. е. на воду, подслащенную медом. 
немало подобных оборотов можно найти и в фольклоре других народов. 
у румын, например, известны сказочные молочные реки с берегами из мамалыги – кукурузной каши. 
давно замечено, что русское выражение о молочных реках и кисельных берегах имеет аналогии с библейским «крылатым словом» кипеть млеком и медом ‘изобиловать чем-либо’ (мих. i, 310). 
ф. п. медведев предполагал, что выражение молочные реки и кисельные берега является «видоизмененной трансформацией из языков древних народов востока» (1977, 143). 
широкая распространенность этого оборота в русском народном творчестве и фольклоре других народов, однако, заставляет признать его исконность независимо от библейского источника. 
по-видимому, «фразеологический сюжет» о молочных (или медовых) реках издревле бытовал в устной традиции разных народов. 
об исконности происхождения этого выражения у восточных славян говорят и его весьма самобытная образность (река из молока, пива, сыты, а берега из киселя) и особенно его подчеркнуто иронический или шутливый характер в фольклоре, недопустимый для библейского аналога, употребляемого в торжественном, приподнятом стиле. 
сам фольклорный образ молочной, медовой и т. п. реки универсален – это символ материального достатка и беззаботности, привольной жизни у многих народов. 

конкретное языковое воплощение этого образа у восточных славян, однако, ярко национально. 
именно поэтому выражение молочные реки и кисельные берега можно считать специфично русской, белорусской и украинской идиомой» .