Измена Я тебя нашёл!

Глава 24

На речку пошли рано, как только занялась заря. Петровна, собирая их на рыбалку, сунула Игорю в руки небольшую корзину с крышкой.

- На-ка вот, проголодаетесь, так будет чем перекусить.

- Мы недалеко пойдём, - улыбнулся Игорь. – Вернёмся и поедим.

- А рыбу когда ловить будете? Нечего бегать туда-сюда, - строго сказала Петровна. – Собрались рыбачить – рыбачьте. Не вздумайте купаться, а то простудитесь.

Жанна согласно кивнула, затянула на голове старую выцветшую косынку, которую ей дала Петровна, потопала ногами в длинных резиновых сапогах.

Сверху сапоги крепились ремнями, которые Жанна пристегнула к поясу. Благодаря болотникам можно было заходить в воду по бёдра.

Если сегодня они поймают рыбку покрупнее, то на ужин баба Шура обещала испечь рыбный пирог. Игорь, когда первый раз попробовал её пироги, понял, что вкуснее никогда не ел. Пироги с ягодами сладко пахли земляникой и чем-то ещё, неуловимо приятным. Начинка растекалась по языку вкусной нежнейшей лужицей и таяла, как мороженое. В пироги с картошкой баба Шура добавляла какую-то пряную травку, от чего, стоило доесть один кусок, рука тянулась за следующим.

Игорь улыбнулся – он, оказывается, гурман. Никогда бы не подумал.

С появлением Жанны жизнь заметно оживилась. Старухи радовались ей, как родной, да она и была им почти родная – когда-то в этой деревне жила её бабушка, мама отца, и Жанна часто приезжала летом погостить.

Когда бабушки не стало, Жанна всё равно время от времени навещала заброшенную деревню. Сколько раз она уговаривала бабок переехать поближе к цивилизации! Потом смирилась, поняла, что у них есть своя причина остаться на старом месте. С возрастом тяжело что-то менять, да и желания нет. Старухи прижились в своём маленьком коллективе и хотели только одного – чтобы к ним не приставали с переселением.

Игорь опасался, что девушка будет относиться к нему, как к убогому, но нет. Его беду она приняла как должное, словно была уверена, что на самом деле ничего ужасного не произошло.

- Мы ведь не знаем – почему ты всё забыл, - сказала она. – И сделать ничего не можем. Но я, когда вернусь в город, обязательно уточню, куда обращаться с твоей проблемой. Здесь, кстати, недалеко, есть пансионат закрытого типа. Я мало про него знаю, они себя не афишируют, но слышала, что там лечат именно болезни психики.

- У меня всё нормально с психикой, - обиделся Игорь. – А память всё равно вернётся.

- Правильно, - обрадовалась Жанна. – Не вернётся – так будут новые воспоминания, вон у тебя уже сколько хороших знакомых!

Они сидели на берегу, смотрели на поплавки и тихо беседовали.

- Расскажи о себе, - попросил Игорь.

- Что?

- Всё. Я хочу знать о тебе всё. Где родилась, как росла, почему у тебя аж пять бабушек и все в одной деревне. Хочу знать, чем ты занимаешься, что любишь и чего не любишь. Хочу знать, на каком боку ты спишь и что тебе снится.

Щёки Жанны загорелись румянцем. Игорь понял, что зря это сказал, теперь Жанна подумает, что он намекает на более близкие отношения. Но он в самом деле хотел знать о Жанне всё. С той минуты, когда она приехала в деревню, он думал только о Жанне. О том, какие красивые у неё глаза, серые, задумчивые, которые, казалось, смотрели ему прямо в душу. О её волосах, небрежно затянутых в хвост на затылке. Хотелось погладить и потрогать её волосы, Игорь был уверен, что они мягкие и шелковистые.

Он думал о её походке, лёгкой, какой-то воздушной, словно неуверенной. Как будто Жанна никогда толком не знала, надо ей идти или лучше взлететь.

А как эта девушка улыбалась! Да её улыбку надо за валюту продавать! Открытую, светлую, солнечную улыбку. Будь Игорь её мужем, он бы никогда не отпустил Жанну в поездку одну.

Вопрос семейного положения Жанны волновал Игоря всерьёз. И пусть у него практически нет шансов понравиться такой девушке, но лучше бы знать, что она не замужем.

- Ты замужем?

Жанна помолчала, подтянула к себе поплавок, проверила наживку и снова закинула удочку.

- Думаю – нет. Точно нет, - сказала она.

- Жанна? Не я один лишился памяти?

- Знаешь, я бы этой памяти с удовольствием лишилась, - вздохнула она. – Пусть бы у меня последние несколько лет просто стёрли в голове, как дети стирают резинкой неправильный ответ.

- Потом всё равно видно, - заметил Игорь.

Непонятно почему, но это он помнил. Если стирать что-то с листа бумаги, потёртость можно разглядеть невооружённым взглядом.

- Пусть. Если я этого не буду помнить – значит, этого не было.

- Тебя обидели. Очень сильно. Клюёт!

Поплавок Жанны несколько раз дёрнулся и ушёл под воду. Удочка изогнулась дугой.

- Ого! – обрадовалась Жанна.

Вскочила, зашла в воду.

- Помочь? – спросил Игорь.

- Нет, я сама, ты сачок возьми! Сейчас я её ближе подведу!

Жанна, насколько позволяли сапоги, уверенно вошла в воду. Она хорошо знала местную речку, не раз тут в детстве рыбачила с бабушкой. Вода, хоть и холодная, но вполне терпимая, если не задерживаться – не простудишься.

До глубины и настоящего течения ещё примерно метра два. Жанна уверенно шла вдоль берега, подтаскивая к себе добычу.

Как, оказывается, ей не хватало в жизни этой холодной воды, бурлящей по ногам, этой речки с её скользким дном, солнца, которое сейчас светит над головой. Щебета лесных птиц, напряжения лески и простого, но затягивающего азарта.

Почему она покорно принимала решения Данилы? Она же терпеть не может пассивный отдых, всяческие лежания в шезлонге и «всё включено». Зачем подстраивалась под мужа, если ей это никогда не приносило удовольствия?

Резкий рывок, и леска ослабла – рыба сорвалась с крючка. Жанна покачнулась, не удержала равновесие, плюхнулась в воду лицом вперёд.

Она ошиблась – до глубины и настоящего течения было меньше метра. В ушах раздалось страшное бульканье, вода, которая сначала не казалась особо холодной, сейчас стала пронзительно-ледяной, и течение потянуло Жанну к омуту на середине реки. Там, закручиваясь в спираль, тихо бурлил водоворот.