Дух некроманта

Сандра, храм небесного света.

Ночная темнота едва начала сходить с высоких гор вдали, Сандра всегда любила наблюдать за этим зрелищем. Свет медленно наступал на окутанные мраком леса, одновременно освещая небольшие каменные дома, где жили духовные последователи храма небесного света. Для Сандры рассвет всегда значил больше, чем просто восход солнца над горизонтом, она всегда сравнивала это с новым началом и новой жизнью, которая приходит вместе с первыми лучами солнца. Разве не чудо, когда деревья, способные навести страх в темноте, обретают красочный окрас самых разных цветов радуги, красивый окрас, способный вселить надежду на то, что в жизни каждого, как и в это утро, ещё настанет рассвет. Надежда действительно чем-то похожа на свет, если надежды нет, то во мраке постепенно будут исчезать все краски в душе, доброта и счастье скроются, смиренно дожидаясь пока в душе вновь засверкает хоть один лучик. Потому, как её учили в храме: нет человека, у которого бы не было светлых чувств, есть люди у которых попросту померк свет надежды в душе.

Внезапно, утреннюю тишину нарушила почтовая птица, судя по тому, как она едва двигала крыльями, скорее всего этот белокрыл заблудился в ночи или того хуже. Только заметив замученную птицу, настоятельница тут же поднялась и подставила руку, на которую бедная птица точно «упала», уж настолько она измоталась.

– Кто же тебя так отправил… – сочувственно проговорила настоятельница, прижав птицу к себе.

Белокрыл прижался, словно нашел спасение в объятьях Сандры, это настолько её поразило, что она даже забыла о письме на какое-то время. Только потом, когда бедная птица успокоилась, настоятельница начала понимать что если белокрыл прилетел утром, значит, отправили его ночью, а это делается только в крайнем и очень важном случае.

Внимательно рассмотрев футляр для писем, прикреплённый к когтистой лапе белокрыла, настоятельница заметила вычерченный синий крест. Она не знала значения этого креста, но что странно, на месте, где он изображен, всегда находился знак важности послания. Считалось, что три черты это крайне важное послание, а одна черта, это, конечно, тоже важно, но больше походит для обычной, не самой значимой новости. Можно предположить, что крест это неумело прорисованные две черты, но как не посмотри, на линиях нет ни одного лишнего изгиба, а пересекаются они ровно посередине.

Окончательно убедившись, что отправитель действительно хотел нарисовать крест, Сандра решила побыстрее показать послание главе. Хоть это и выглядело очень странным, её не покидало ощущение, что в письме написано что-то важное. Неспроста же птицу отправили именно ночью. Несмотря на свой ум и большой размах крыла, белокрыл мог с лёгкостью стать добычей для огромных хищных птиц, которые охотятся исключительно в темноте.

Храм небесного света хоть и находился на горе, но не являлся крепостью, тут не строили ни стен не ворот. Среди высоких небесных пустот виднелась лишь уложенная гладкими камнями земля, пару десятков маленьких каменных домов и большое святилище, в котором проводились трапезы, а также селились ищущие кров. Глава храма жил в одном из ничем непримечательных домов и для того, чтобы к нему добраться, настоятельнице потребовалось не больше минуты. Фадеон уже не спал, поэтому Сандра не стала лишний раз беспокоить белокрыла, пытаясь достать письмо, а отправилась к главе прямо с ним. Похоже, какое бы животное она ни взяла в руки, все как один к ней тут же «привязывались», и эта посыльная птица не исключение.

С самого утро в храм небесного света приходили люди со всей округи за лечением и мудрым советом, прихожан даже не останавливал трудный и долгий путь по лестнице. В последнее время их стало настолько много, что некоторые даже оставались на ночь, лишь бы дождаться своей очереди. Вот и сейчас, не успела настоятельница подойти к двери, как услышала чей-то незнакомый голос за дверью главы.

– Вы должны ему помочь, у меня нет ни одной монеты в кармане, но я отдам всё, что есть, если кто-нибудь из вашего храма спустится и посмотрит рану, – умоляющим тоном говорил кто-то за дверью.

– Успокойтесь и по порядку объясните, что случилось, – ответил глава, а затем, услышав стук в дверь, после небольшой паузы громко проговорил: – войдите.

– Извините Фадеон, я не помешала? – проговорила Сандра, торопливо перешагивая через порог.

Главный настоятель храма не только проснулся, но и уже оделся в свою бирюзовую мантию. Видимо, ему довелось проснуться даже раньше, чем Сандре. Он сидел напротив какого-то незнакомого мужчины среднего возраста в старой потрепанной одежде, и, несмотря на сонливость, пытался внимательно его выслушать. Похоже, этот мужчина столь торопился поговорить с Фадеоном, что тому даже пришлось отложить утреннюю трапезу, судя по одиноко стоящей миске еды на каменном неаккуратном столе. Кроме миски, в доме главы так ничего и не изменилось, всё такая же лежанка набитая сеном, такие же неухоженные каменные стены и такая же скрипучая дверь.

– А… это ты Сандра, – спокойно проговорил главный настоятель, а затем увидел белокрыла и тут же поменялся в лице. – Что случилось, откуда птица?

– Я не знаю, но, похоже, её отправили ночью, – торопливо отвечала Сандра. – А ещё у неё вместо знака важности нарисован какой-то крест.

– Что, крест!? Не может быть, – едва ли не моментально вскочил на ноги главный настоятель, а затем торопливо подошел к Сандре. – Это мог отправить только Елифан из ордена познания. Мне срочно нужно в закрытую комнату святилища, чтобы его расшифровать, – говорил Фадеон, аккуратно перенимая птицу. – Прошу прощения, – вновь обратился он к незнакомцу. – Мне придётся покинуть вас ненадолго, обратитесь со своей просьбой к сестре Сандре, она обязательно поможет.

– Фадеон, что-то случилось? – в недоумении спросила Сандра.

– Помоги нашему гостю, мне нужно, чтобы меня никто не беспокоил, – твёрдо ответил главный настоятель и торопливо ушел с птицей в руках.

– Неужели вы и есть та прорицательница Сандра, о которой я так много слышал? – с неподдельным восторгом проговорил незнакомец, торопливо приближаясь к Сандре.