Дежа Вю

Глава 16. ч.1

Мужчина уже давно стоял на балконе, опираясь руками на перила, и задумчиво смотрел на раскинувшееся внизу пространство. Только он мог охватить во всей полноте все созданное им за прошедшие десятилетия. Картина уходящих до самого горизонта дорог с разбросанными вдоль них поселениями, тут и там зеленеющими полями, лениво передвигающимся повозками была видна лишь ему одному.

Умело прикрытые иллюзиями добротно отстроенные поселки, ухоженные поля, стада домашнего скота. Здесь не было границ, как таковых. Просто любой путник не видел ничего примечательного в попавшейся у дороги развалюхе или полупустом заброшенном поселке. Никто не видел ни пристаней с судами, ни складских корпусов, ни стоящих в нескольких десятках метров зданий.

Это была его невидимая империя. До сих пор он был уверен, что лишь ему подвластен мир иллюзий. И это был особый многослойный мир, где каждому был доступен определенный фрагмент на одном из слоев. Случайный путник видел пасторальные пейзажи с проселочной дорогой и натуральной пылью на ней, редкий инспектор наблюдал запустение и разруху, жители села не могли догадываться о соседстве с портовыми причалами, а повозки магов катились по вымощенным дорогам, не догадываясь о том, что следующая за ними телега трясется на ухабах.

Его иллюзии не были ему в тягость, как и многое другое. Его амулеты не рисовали картинку, они для каждого создавали свой собственный мир! Он смог не просто подвергнуть что-то иллюзии восприятия, а растворить заложенную в амулете основу в выбранном объекте, позволяя тому изменяться и развиваться в зависимости от ситуации. Именно поэтому никто и никогда не сможет ни обнаружить, ни снять его амулеты. Они не требовали его силы, их уже попросту не существовало, они впаялись, вросли в необходимый фрагмент, поддерживались им же и убрать это Нэрил мог только лично. Иногда он и сам опасался своих безграничных возможностей.

Сам по себе амулет работал и в руках обычного мага, как основа для заложенной в нем иллюзии, но лишь пока находился в руках мага.

Именно по этой причине они были на строгом учете и ни один из его доверенных лиц не знал о дополнительных невероятных возможностях этих привычных для приближенного круга вещичек. Это была его личная тайна. Он много сил отдал на создание необходимого количества амулетов, в надежде в скором времени покорить последний недоступный кусок планеты. До сих пор эти ценнейшие изделия хранились в самом надежном по его недавним убеждениям месте – в пустыне. И вдруг все рухнуло в одночасье.

Он по праву был сильнейшим магом на этой планете и мог бы считать себя почти всемогущим, если бы не пустыня. Только он знал, чего она стоила. Десятки потраченных лет, сотни загубленных жизней, тысячи не приведших к желаемым результатам опытов. О ком-то он вспоминал, иных просто не принимал в расчет, но ни о чем не сожалел, а принимал все как должное. Без потерь не бывает. Но потерять все, к чему он стремился в последние несколько десятилетий, оказалось сложно. Его тщательно выстроенные, можно сказать выстраданные планы полетели в тартарары.

С привычной горечью прокатал в мыслях ненавистное слово – отступники. Прошло столько лет, его боятся все по эту и по ту сторону. До сих пор он ни разу не пожалел о сделанном в ранней юности шаге, но горечь нет-нет, да подступала к сердцу. От чего он отступился? От перспективы загубленного дара? От бездумной клятвы королю? От пожизненной кабалы на благо королевского двора и кучи бездельников? Нет, жалеть тут не о чем.

Печально, что всего его влияния не хватает на тех мальчишек, что ежегодно отсеиваются для учебы в академиях. Хотя и тут есть подвижки. Все чаще его люди забирают одаренных силой детей до государственного отбора. Жаль, обучение в полной мере пока мало где удается организовать. Магов для школ не хватает. Нет, на самом деле их у него очень много, но все задействованы в управлении на местах и на флоте. Населению же оказывается магическая помощь только в исключительных случаях и только с его ведома.

Он давно уже понял, что совершенно нерационально выделять мага для повседневной работы, к примеру, для постоянного орошения полей, как это было заведено испокон веков. Проще распахать поле вблизи источника и сделать систему подвода воды для полива. Причем, при минимальном участии магов. Вся основная работа делалась самими земледельцами. И это условие было обязательным. Поначалу многие роптали, ожидали вмешательства магов, но постепенно привыкли, что делать придется своими руками.

Зато теперь давно забыли, что такое голод. Да что там голод, они и нужды не испытывали. Работали много, лени он не терпел в любом ее проявлении. Но при этом никто не стремился покинуть свои места, напротив, население прибывало. Поначалу маленькими несмелыми группками, потом почти постоянными ручейками. Стекались любопытные, неустроенные, а чаще недовольные и просто проштрафившиеся у себя люди. Среди прибывающих стали появляться пары, иногда и семейные. Женщин все еще было катастрофически мало и на фоне этого частенько случались инциденты. Пресекали, наказывали, но проблема этим не решалась.

Любая вылазка на ту сторону имела под собой явный подтекст по поиску женщин. В ход шли уговоры, обманы, угрозы, а нередко и похищение.
Но и тут он мало что мог сделать, кроме запрета приводить замужних женщин и разлучать матерей с детьми. Каждый, кто привел женщину с ребенком, обязан был обеспечить ее саму и дитя.

Как ни странно, но женщины не стремились обратно. Даже те, кого привезли насильно. Кажется, здесь они почувствовали немного свободы и упивались ею. Основной контингент их состоял из сельских мест и небольших поселков, где в силу специфики хозяйства и быта женщины вообще были более свободны в действиях. А если учесть устойчивый дефицит здесь именно женского населения, то вполне закономерным явлением стало постепенное осознание ими своей необходимости и значимости, вынуждающее мужское население относиться к ним внимательнее.
В общем, основная масса женщин была вполне довольна здешними условиями.