Первая повесть о Многоземье: Великая княжна.

3. Пророческое зеркало.

Уединенный покой был одной из самых уютных комнат во дворце, выполненных в голубовато-зеленых тонах. Стены здесь были изукрашены орнаментами, а также росписями герба государства – черный медведь держал за поводья парящих Нагай-птиц. В простенках стояли горящие светильники в подставках из прозрачного камня. На резном столе из камня (восхитительное творение подкняжетсва Ярал, собранное из молочного мрамора, светло-бирюзового и белого малахита – едва-зеленого камня с белыми прожилками) стояла резная чаша, как и в каждой комнате во дворце. Здесь она была тоже из камня в тон столу в виде птицы, которая подняла голову, и держит в клюве подставку из бронзы похожую на цветок, с горящим огнем внутри. По стенам стояли обитые расшитыми голубыми гобеленами кресла, несколько кресел стояли вокруг стола. Открыты были витражные окна, вид которых открывался на огромный пруд, по которому плавали редкие голубые лебеди. А теперь еще и великий черный марский ткач. А по берегам располагался чудесный сад и множество цветников с диковинными цветами.

Пелара вошла в комнату. Обошла стол и подошла к окну, мгновение полюбовалась черной птицей, скользящей по воде, оперлась на подоконник обеими руками и проговорила, обращаясь к Севалине.

– Говори!

– Прости, княжича, я лучше покажу. Но для этого мне нужен мой дорожный ларец и золотое блюдо. – ответила Севалина. – Попроси кого-нибудь из слуг принести его, я оставила его, после того как отпустила свою птицу.

Пелара кивнула Кольго, та позвонила в маленький колокольчик, стоявший на столе. Через мгновение в светлицу вошел юноша-прислужник. Севалина сказала ему, где оставила свои ларчик и блюдо. И что их нужно принести. Юноша ушел. Пелара оторвала взгляд от окна и пригласила Севалину и Кольго сесть. Некоторое время они посидели молча, пока юноша не принес ларчик и не удалился, поставив его на стол.

Севалина встала и подошла к ларчику, дотронулась рукой до некоторых резных деталей на его крышке, изменив резной узор, и он открылся.

– Это марское зеркало. Оно показывает нити. Здесь марский уголь и алмазная крошка. – сказала она, высыпая на блюдо мелкую угольную крошку из одного мешочка и алмазную – из другого, смешивая их между собой.

– Гляди, княжича, смотреть можно, вдыхать нельзя. – сказала она. – Этому быть, если ты станешь великокнягиней.

Она подняла руки над порошками, песчинки вдруг задвигались, смешиваясь и образуя серебристые линии узора. Пелара заглянула в зеркало. Сначала она ничего не увидела, но потом, через какое-то мгновение в этих узорах стали появляться образы, постепенно они становились все отчетливее, и вот они стали совсем уже различимыми и узнаваемыми. Стало ясно, что, если она примет монарший венец и выйдет замуж за Езру, то через полгода он умрет от по̀товой хвори, а она умрет еще через несколько месяцев в родах, но она так и не смогла разглядеть, кого же она родит, как ни пыталась.

Она перевела взгляд от зеркала на Севалину и сказала.

– Столько смертей из-за власти, которая мне и без того не нужна! Я ее не просила! Пусть бояре созовут вече!

– Это меньшее из зол, Пелара. – глядя ей в глаза сказала Севалина.

– Смотри, что будет, если ты не станешь княжить.

Пелара снова посмотрела в зеркало. На этот раз оно показало, что она не княжит, но всё же выходит замуж за Езру. Теперь зеркало показало, что во время смуты из-за отсутствия наследников княжество едва не развалилось, к тому же на него напали заморы и захватили власть. Только на этот раз Езра умер уже через три месяца после свадьбы при чем в один день с самой Пеларой от руки разбойников-иноземцев.

Все княжество было разграблено и разорено, всюду плакали женщины, в каждом доме были и вдова, и сирота.

Такого удара Пелара не ожидала, хотя она и бровью не повела, чтобы не подать виду.

– Смотри, княжича, что будет, если ты примешь власть, но замуж пойдешь не за Езру, а за заморного королевича Адида Айри. – сказала Севалина.

Пелара опустила взгляд в зеркало на столе. На этот раз она прожила три месяца и была убита своим собственным мужем в пьяном угаре столовым ножом, при этом жестокий королевич положил множество народу, убивая без разбору из черни и из знатных. А княжество рассыпалось изнутри, всюду царила смута. Иноземцы явились в страну хозяевами. Адида, справедливо судом осужденного на смерть за убийство монаршей великокнягини, никто так и не смог победить. К тому же в столице стояла его армия, она и довершила конец государства. Это был самый плохой исход из всего виденного Пеларой, потому что не осталось вообще ничего. Только пепелища после пожарищ и горы убиенных, остальных угнали в рабство, а богатства страны были разграблены. Видимо ради этого заморный король и затеял этот брак.

– А если принять власть, но и вовсе не выходить замуж? – с надеждой спросила Пелара, хотя и всем сердцем любила Езру.