Ведьма не колдует! 

Эпилог

А я бы осталась с ним на ромашковом поле до наступления зимы, сидела бы рядом и целовала его до дури широкие плечи. Шептала бы о странной привязанности и мрачных страхах, которые он вызывал временами. Считала бы на небе хмурые облака, указывая на них тонким пальцем с особой осторожностью. Рассказала бы ему всевозможные истории и легенды, звонко смеясь ему в плечо. Мы бы сжали друг друга в крепких объятьях и никогда не отпускали, и я бы всё обязательно простила, когда восхитительные подснежники нежно щекотали взмокшие ладони. Время бы замерло, когда его вкусные губы игриво приближались к моим, дыхание бы остановилось, но я была готова задохнуться в его руках. Я хотела этого, мечтала лишь об этом.

- Посчитай мне звёзды на небе.

Я бы попросила его тихо, едва слышно.

- Расскажи о созвездиях. Подари один лишь взгляд своих синих глаз.

Я бы завалила его глупыми просьбами, чтобы навсего слушать его хриплый голос часами. Знаю, что он бы исполнил любую мою просьбу, наивно глядя в мои серые глаза. Они же цвета густой тучи, верно, Аллан? Умоляю, скажи с чем у тебя ассоциируются мои глаза. А они на самом деле зелёные, но я же не говорила об этом? Совсем не помню этой маленькой мелочи.

Залезь мне в душу, пусти там корни и загляни в мои зелёные глаза, мой самый грозный волк.

Я помню твои кристальные слёзы, что разбили моё сердце под огромным дубом.

Кольцо на пальце из ромашки напомнит об его синих глазах, в которых хотелось утонуть. Я была готова потерять рассудок, если бы дома меня не ждала семья. А может мне стоило побыть немного эгоисткой и остаться с ним? Наверное, я совершила огромную ошибку, но родители, наверняка, не могут найти себе места. Планы расписаны, дневники спрятаны в том мире. Мне жаль, что мы расстались так некрасиво. Почему он вдруг упал? Жив ли мой злой волк сейчас? Умоляю, просто выживи. Поломай их стрелы, вцепись в глотки, но, прошу, останься живым.

Во рту чертовски сухо, в ушах невероятно звенит. Я заскулила от резкой боли, что внезапно пронзила ватное тело, когда я попыталась пошевелить пальцами на руках. Мои ноги скованы невидимыми цепями, кисти, словно сломаны, а в глаза насыпали жгучего песка. Невыносимая боль, но такая необходимая, чтобы проснуться. Я должна подняться, обязана.

Неужели я умерла? Нам не удалось сбежать?

Глаза наконец-то открываются, мгновенно щурясь от яркого света. Естественный свет выжигает глазные яблоки. Я истошно захрипела, аккуратно поднося к своему лицу дрожащие руки, что жгли от разодранных ладоней. Металлический запах врезается в ноздри, но я не понимаю откуда именно он исходит. Непонимающе стараюсь проморгаться, а после, привыкнув к свету, растерянно оглядываюсь по сторонам, с трудом приподнимаясь на локтях. Всё тело ломит, но я стойко держусь, стараясь успокоить сбившиеся дыхание. Нужно встать, но мне так больно. Сердце замерло от увиденного.

Я узнаю эту мрачную местность из тысячи, навсегда запомнив каждый гнилой кирпич в здании напротив.

Тёмный лес окружал кирпичное уродливое здание городской психиатрической лечебницы, в которой, в прошлом году, скончалась бабушка по маминой линии. Ничего не изменилось, отчего я затравленно вздрогнула, цепляясь взглядом за сухие цветы на тусклом газоне. Цветы здесь завяли давно, как и сами люди, сгнили и стены.

Много раз ругалась с родителями из-за того, что они отдали бабушку в эти гнилые стены, но мама была непреклонна. Всё говорила о том, что бабушка сошла с ума, спалила все написанные ею романы. Пару раз я читала её черновики, где крылатые ящерицы влюбляются в обычных девчонок, что звали себя смелыми ведьмами. А вдруг это были не просто цепляющие романы, но, что тогда? Не могу вспомнить лица бабушки, лишь её нежные руки, что обнимали меня в детстве.

Я испуганно обернулась в сторону деревьев, что громко зашумели, будто бы привлекая моё внимание. Невольно потерянный взгляд цепляется за тонкое колечко на моём безымянном пальце, отчего я истошно всхлипываю, отчаянно хватаясь другой рукой в ромашку. Подаренное Алланом кольцо. Вмиг заслезившиеся глаза натыкаются на маленький комок чёрной шерсти, что сжался возле моих ног, лапкой держа меня за щиколотку. Котёнок, что не поднимал головы был смутно знаком. Наплевав на чертову боль, поднимаюсь, чтобы взять котёночка на руки, со слезами на глазах прислушиваясь к медленному дыханию. Еле дышит. Чёрная мордочка с белым носиком с явным трудом открыла свои жёлтые глаза, отчего я громко всхлипнула, отчаянно прижимая фамильяра к своей груди, пряча его ледяное тело в своей спортивной кофте. Закутываю его в грязный костюм, стараясь согреть.

- Эдик, потерпи немного. Черт, держись. - хриплю сорванным голосом, поглаживая кота по спинке. - Умоляю, держись. Всё будет хорошо, слышишь? Потерпи немного, скоро всё закончится.

С трудом перебирая ногами, иду в сторону длинного шоссе, зная, что там можно словить автомобиль. Обычно немного машин проезжают в этом месте, но чуть дальше небольшая деревушка, отчего шансы на попутку лишь растут. Я с опаской обернулась в сторону тёмного леса, что казался сейчас до безумия пугающим, до боли отталкивающим. Ноги ускоряют шаг, я постоянно оглядывалась назад, словно прямо сейчас чертовы преследователи выйдут из леса и обязательно догонят меня, они устроят самосуд.

Не замечаю под ногами большой камень, отчего мешком падаю на живот, моментально переворачиваясь на спину. Проверяю в кофте котёнка и с облегчением выдыхаю, чувствуя, как он тяжело дышит. Запах крови стал сильнее, отчего я испуганно достала слабого котика, судорожно ища на его теле повреждения.