Преемники Смерти

Глава 7. Луч

Проснувшись, я осмотрелась вокруг. Судя по скудному свету, казавшемуся даже бледнее ночного, было совсем ранее утро.

Это предположение подтверждал и спящий на соседней кровати Кирилл. Он, как я ночью, сжался в пружину, готовый в любой момент вскочить и бежать, вот только бежать нам было некуда.

Куда бы ни направились, мы всюду берём с собой себя. И, раз уж мы прошли посвящение, долг Преемников Смерти будет преследовать нас. Неужели это каждый раз будет так... ужасно?

Покачала головой, разгоняя туман, поселившийся там с ночи. Сознание и способность мыслить возвращались ко мне, это уже хорошо. Но всё же не помешает подышать свежим воздухом. Я надеялась, что это поможет мне прийти в себя.

Тихонько одевшись, тенью выскользнула из комнаты. На выходе взгляд зацепился за песочные часы, стоявшие на тумбочке у кровати Кирилла, но я решительно отвернулась от них. К счастью, они снова выглядели полными и невинно-белыми, без какого-либо свечения.

Не желая будить ни Кирилла, ни хозяев дома, умылась и, тихо прикрыв за собой дверь, вышла из дома. На улице было свежо и безлюдно, а тишину нарушало лишь пение птиц.

Обойдя дом вокруг, обнаружила что на заднем дворе расположился сад. Когда-то он, наверное, был гордостью тех, кто жил здесь. Теперь же сад выглядел заросшим и неухоженным, брошенным и одиноким.

Я тоже чувствовала себя одинокой и уже довольно давно. Это началось даже до того, как упала под поезд и переместилась в этот мир. Собственно, перемещение не слишком многое поменяло в моей жизни. Я всё так же отделена от остального мира, всё такая же чуждая ему.

Усевшись, как птичка на жёрдочке, на старой, ветхой скамейке, которая когда-то явно была куда шире, стала размышлять о городе, в котором очутилась.

Наверное, Крейвер сейчас просыпается. Потягивается, словно кошка, умывается и прихорашивается. Люди встают – кто легко, с радостью, а кто с кряхтением и причитаниями, – ставят чайник, чтоб заварить себе утренний штферр, готовят завтрак. Матери кормят детей, жёны – мужей. Их всех ждёт насыщенный день, полный забот и хлопот, радостных и не очень.

А я так и буду сидеть в этом заброшенном саду, всё так же чувствуя себя чужачкой. Я никогда здесь не приживусь, не заведу друзей, семью. Любому из тех, кто осмелится ко мне приблизиться, рано или поздно придётся дарить Дар.

Это то, чего я не смогу избежать, как бы ни хотела.

Так же, как не смогла избежать и вчера. Та девушка... Молоденькая, симпатичная, беззащитная – что она делала ночью в тёмной подворотне? Кем был тот нападающий со змеёй на руке?

Но больше всего меня терзал другой вопрос: правильно ли я поступила?

Посмотрела вниз, на свои руки. На миг почудилось что нежная, трепетная душа Отмеченной всё ещё зажата у меня в кулаке.

Но её там, конечно, уже не было. Она улетела куда-то вверх, обрела покой.

Мысли мои всё ещё метались от одного к другому, пытаясь сопоставить совершённое мной с нормами морали, но внутри была какая-то странная, непоколебимая уверенность – я поступила правильно. Всё так и должно быть.

За размышлениями не заметила в какой момент оказалась не одна. Неслышно приблизившись, рядом со мной на скамейку опустился Кирилл. Видимо, на моём лице отражались все размышления, потому парень, не говоря ни слова, просто взял меня за руку. Такой простой жест поддержки, но от него действительно стало легче.

Рядом со мной есть тот, кто понимает через что я прохожу. Кто так же чужд этому миру, как и я.

Бывшие незнакомцы, имевшие все шансы не встретиться никогда, волею судьбы – или Смерти, если быть откровеннее, – оказались одни в совершенно неизвестном мире. Выходит что теперь мы – самые близкие друг для друга люди. Иронично.

Повернувшись к Кириллу, сжала его тёплую, крепкую ладонь, безмолвно благодаря за поддержку и напоминая что я здесь, с ним, и он так же может рассчитывать на меня.

Несколько минут мы так и сидели, не размыкая рук, но всему хорошему быстро приходит конец.

Идиллию разрушила Амира.

Идя к нам, девушка громко ругалась на слишком мягкую землю, в которой проваливаются каблуки, на ветки, цепляющие её наряд, на корни деревьев, вылезшие из-под земли... На всё окружающее, в общем. Потому её приближение не заметить было трудно.

Остановившись прямо перед нами, Преемница Смерти открыла рот, собираясь что-то сказать, но затем опустила взгляд и заметила наши всё ещё сцепленные руки. Её алые губы скривились в гримасе отвращения, а вместо приветствия прозвучало:

– За мной, цыплята!

Затем она развернулась и бодро зашагала к дому, больше не проронив ни звука.

Кирилл, пожав плечами, поднялся со скамейки, но мою руку так и не отпустил. А я, как бы ни было странно, совсем не возражала.

Войдя в дом, заметила Амиру, вольготно расположившуюся на шикарном чёрном бархатном диване в центре гостиной. Джеремайи рядом с ней не было, и это настораживало.

Уж слишком сильно я привыкла к тому, что эта вечно спорящая и ссорящаяся парочка всегда вместе. Создавалось впечатление будто по отдельности они не могут существовать вовсе. И вот теперь это впечатление рушилось, вызывая дисгармонию в душе.

– А где Джеремайя? – Поинтересовалась я.

– Ушёл по делам, – немногословно ответила Амира, а затем недовольно добавила: – И оставил меня нянчиться с вами.

Это известие меня расстроило. Я бы с куда большим удовольствием пообщалась с Джеремайей, а не с его напарницей...

– Куда ушёл?

Кажется, Кирилл разделял моё отношение к паре Преемников, потому одновременно со мной спросил:

– Надолго?

– Мне он не докладывал, – раздражённо бросила Амира. Немного помолчав, она всё же добавила: – Завтрак в столовой.

Переглянувшись с Кириллом, мы даже не стали спрашивать где эта столовая и сами отправились искать её. К счастью, за соседней дверью как раз скрывалась искомая комната.

Возле длинного стола суетилась немолодая женщина в чёрном платье и белом фартуке – наверняка какая-нибудь домработница или кухарка. Не зная, изменил ли ночной ритуал мою речь, здороваться я не рискнула.