Временная жена, или Вместе навсегда

Глава 19

Остальные монахини поднялись из своих кресел и повели нас стройной гурьбой на второй этаж. К моему удивлению, каждой миаре полагается отдельная комната. Ну как – комната? Каморка в пять квадратных метров. Зато индивидуальная. Половину кельи занимает королевское ложе – деревянная лавка с настеленной на ней мягкой соломой. На этом «матрасе» лежит своеобразная подушка – льняной мешочек, наполненный пухом. Что ж, спасибо и на этом. Рядом красуется небольшая тумбочка, к которой страшно прикасаться – не дай бог, развалится на части, и доказывай потом, чтобы не виновата. На ней же стоит оплывшая свеча в подсвечнике и… Всё. Больше ничего тут нет. Ну, кроме баула, в котором, очевидно, должны лежать вещи Оленны.

Нужно его разобрать, но у меня не осталось на это моральных и физических сил. Мне нужно хоть несколько минут передышки. Почему этот мир атакует меня каждые несколько минут, не давая времени прийти в себя?! Мне придется жить, как крестьянке в девятнадцатом веке: спать на соломе, работать от зари до зари и молиться. Надеюсь, хоть нижнее белье тут выдают, не то мои нервы окончательно сдадут.

Отвернувшись от своей королевской кровати, я подошла к окну и впервые облегченно выдохнула. Единственное достоинство этой каморки, компенсирующее половину неудобств – невероятно прекрасный вид на океан. Бескрайняя синева стихии, разбивающиеся о берег волны и крики чаек. Умиротворяющая картина. Так и хочется стоять здесь часами и ни в коем случак не оборачиваться.

Если отвести взгляд вправо, то можно увидеть небольшой клочок земли, на котором уже пустила корни цивилизация: небольшие домики, скромный маяк на берегу с горящим пламенем на вершине, и несколько рыбацких лодок на берегу. Обитель Света расположена рядом с небольшой деревней, связи с которой, кстати, нет.

Я долго стояла у окна, обхватив себя руками и раздумывая о том, как все это вообще могло со мной случиться. Что делать дальше? Играть по правилам графа Инбурга, верить его словам? Он говорил, что вернет меня в родной мир, как только настоящая Оленна займет мое место. Ха! Если он меня куда и отправит, то только на тот свет.

Тигр… Я возлагала на него такие надежды, а он даже не протянул мне лапу помощи. Видите ли, из другого мира нельзя вызвать никого доброго! Только чудовища, вурдалаки и демоны. Я, конечно, не в настроении из-за всех этих событий, но меня сложно назвать монстром.

Я даже дору Курону ни разу не укусила. Какой же из меня демон? Я милейшее создание, голубь мира, ангел во плоти. При необходимости могу выбросить обидчика из окна, но ведь добро должно быть с кулаками и острыми коготками. Как без этого?

Солнце начало прятаться за горизонт, на деревню и обитель начала опускаться тьма. Неожиданно для меня на маяке вспыхнул огонь, давая ориентир кораблям и лодкам. Я залюбовалась пламенем, как вдруг его заслонила мужская фигура. Должно быть, это смотритель маяка. Он встал напротив пламени, положив руки на перила смотровой площадки маяка, и его силуэт оказался прямо передо мной. Он смотрит на обитель, я – на него. Лица не разглядеть, но в какой-то момент у меня возникло липкое ощущение чужого взгляда на лице.

Что ж, надо запомнить, что напротив окна лучше не переодеваться.

Решив отвлечься, я вернулась к кровати и стоящему на ней баулу. Что ж, посмотрим, чем решил порадовать меня дорогой дядюшка. Вряд ли он передал мне конфеты и письмо со словами поддержки, но, возможно, там найдется что-то действительно полезное.

- Что тут у нас? – вздохнула я, разбирая вещи.

Балахон, балахон, полотенце, балахон, панталоны, записка, снова балахон и…

Так, стоп. Записка?

Я осторожно развернула лист бумаги, надежно спрятанный в складки ткани. Неужели дядюшка все-таки написал мне слова поддержки?

«Не знаю, что произошло в ложе, но помни: я к этому непричастен. Ты нужна мне, и свое слово я держу. В обители миарам ничего не угрожает, можешь не бояться. Как только Оленна восстановит свою магию, она займет твое место, а ты отправишься обратно в свою преисподнюю. Сиди тихо и ни во что не вмешивайся».

И это все?! Я не поверила, когда увидела последнюю точку. Перевернула листок, ведь продолжение может быть на обороте, но там лишь девственная белизна. Я уже приготовилась обругать графина последними словами, но неожиданно записка вспыхнула ярким пламенем прямо в моих руках, и вся ругань досталась ей одной.

- А! – я вскрикнула от ужаса и уронила пылающую бумагу. Огонек даже не долетел до пола, превратившись в пепел еще в полете. В комнате остался призрачный запах гари. – Проклятье! – прошипела я, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди. В этом мире все пытается меня убить, даже неодушевленные предметы!

У меня закружилась голова, от испуга физически стало плохо. Похоже, я достигла предела, и нервная система решила, что с нее на сегодня хватит. Я присела на кровать и приготовилась прилечь, когда у меня, вдобавок ко всему, снова зачесалось запястье.

- Только не это, - обессиленно прошептала я и закрыла глаза. У меня заканчиваются силы.

Раздались приглушенные тяжелые шаги.

«Нет».

Негромкий мужской голос, который о чем-то спрашивает, а я смогла расслышать свое имя. Зуд стал таким сильным, что захотелось расчесать свое запястье до сухожилий.

Шаги раздались совсем близко.

«Пусть пройдет мимо» - взмолилась я. Ну, сколько можно?! Похоже, что я все-таки упала с лестницы, умерла и попала в ад. Никакого другого объяснения всем тем мучениям, которые я испытываю, нет.

Дверь кельи решительно распахнулась, и я по недовольному сопению узнала в незваном госте Тирга. Открыть глаза так и не решилась, застыв на постели с плотно сжатыми веками.

«Он ошибся дверью. Это сон. Это все происходит не со мной».

- Оленна, что с вами? – озадаченный голос тигренка прозвучал так близко, что убегать от реальности и дальше стало весьма затруднительно. Дверь за его спиной захлопнулась, отрезая нас от любопытных ушей монахинь. Я все-таки разлепила глаза.