3. Вновь домой вернутся журавли

Глава 6

Как только на горизонте появилась первая полоска рассвета, я тихо встала и вышла на крыльцо. Лёгкие вобрали чистейший воздух насыщенный кислородом, смешанным с ароматом трав, запахом близкой реки. Тявкнул и опять забылся в сладком утреннем сне Пират, лохматый добрый пёс. Роса серебром заблестела на всё ещё красивых клумбах. Мне захотелось полюбоваться утренним чарующим действом  просыпающегося солнца над рекой. Я тихо вышла из калитки и пошла по тропинке, ведущей между высоких трав к мостку на речке.
Постояв у берега, я сняла обувь, зашла на деревянный мосток, присев на его край, спустив ноги в остывшую за ночь холодную воду реки. Красота пробудившегося рассвета очаровала меня настолько, что я забыла о том, что было вчера. Я сравнивала увиденные из окон своей московской квартиры на двадцать втором этаже рассветы над мегаполисом с этой необычайно красивой картиной, нарисованной природой. 
– Странно, – думала я, – солнце встаёт одно на всю планету, а рассветы везде разные. Объединяет их только завораживающая красота.
Мне послышались чьи-то приближающиеся шаги, я хотела повернуться и посмотреть, кто это мог быть, но вдруг, почувствовала толчок в спину и тут, же  оказалась с головой в воде.
– Мамочки мои! Подходящее время для закаливания. В моём возрасте это опасно, –  думала я, стараясь удержаться на поверхности воды и отвлекая себя посторонними мыслями от опасного для меня вывода, что дно реки в этом месте далеко подо мной. Недавно я видела, как с мостка прыгали, купаясь, местные мальчишки.
Я барахталась в воде, как могла, ругая себя за неумение нормально плавать.
– Столько раз тонула, так могла бы уже научиться, – глотая воду, думала я.
Совсем окоченев но, пока не желая тонуть, я быстро решила собраться, сгруппироваться и всё-таки попытаться сделать хоть какие-то правильные движения. Стилем плавания «по-собачьи» мне кое-как удалось приблизиться к берегу. И тут послышался крик свата Николая.
– Ну, сваха ты даёшь, кто же тебе позволил тонуть в такую рань? Хорошо, что я рано встаю, смотрю пошла за калитку.  Я за ней, а она уже тонет. Нет, так дело не пойдёт, я сопьюсь с тобой, – балаболил он, помогая мне выйти из воды.
– С какого перепугу ты сопьёшься? – дрожа всем телом, удивилась я.
– Как с какого? Тебя сейчас лечить надо, а ещё рань такая, а мне пить придётся, – нёс он чушь, надевая на меня свою рабочую куртку.
– Коль, чего ты несёшь? – стуча зубами, спрашивала я его.
– Чего, чего? Ты же одна пить мой домашний коньяк не будешь? Вот, и я говорю, компанию тебе надо составить? 
– Мы с Раисой и без твоей компании справимся и полечимся. Спасибо за спасение, – я отдала ему мокрую куртку и быстро вошла в дом, попав прямо в руки Раи.
– Матушки мои! Маргарита, что с тобой?
– Меня кто-то толкнул в воду, – забежав в свою комнату, громко говорила я, переодеваясь в сухую одежду.
– То есть, как это толкнул? Кто вас мог толкнуть? Зачем? – удивлённо спрашивал меня вышедший на шум Андрей.
– Я думаю тот, кто думает, что Галя могла мне что-то сказать важное перед смертью, – стуча от холода зубами, отвечала я, – но скорее всего, меня на всякий случай опрокинули. Думаю, такой шаг устрашения.  
– Ну, да. Вдруг она увидела стрелявшего в неё и успела вам сказать. Если, что знаешь, молчи? – согласился молодой следователь, – а вы точно ничего не знаете?
– Что она может знать? – вступилась за меня Рая, – мы, что пришли к гадалке проблемы её решать? Мы пришли узнать, найдёт ли Марго своего китайского брата. Понял?
– Какого брата? – удивился Андрей.
Пришлось ему вкратце рассказать мою историю.
– И что она сказала вам по этому поводу.
– Сказала, что брата давно нет в живых, но в общем, ерунда какая-то.
– Понятно, – многозначительно ответил Андрей, запивая бутерброд, горячим чаем, – значит так, женщины, вы уж сегодня сидите дома, лечитесь во избежание непредвиденных случаев устрашения. Если что, звоните. 
Всё утро мы с Раей размышляли, кто мог, и кому это надо было искупать меня в волнах реки.
– Ты говорила, что у Гали не было родственников. А кто за домом следил в её отсутствие? Ты рассказывала, что она много лет здесь не появлялась. Без присмотра дом давно бы развалился, а он имеет свежий ухоженный вид.
– Соседи ухаживали. Маринка с матерью. Маринка с детства дружила с Галей. Одно время жила у неё в Москве. Не знаю, что там произошло между ними, но Маринка вернулась назад к родителям. Замуж так и не вышла, а когда вся родня Галины померла, сначала бабушка гадалка, а потом уже и мать Галины, Маринка похоронила её и стала за домом приглядывать.
– Так может это меня Маринка искупала?
– Ей-то зачем? Говорю же, они с Галей лучшими подругами были. 
– Иногда так и бывает, что тайным врагом становятся самые лучшие друзья.
– Но вот этого, Маргоша, я тебе сказать не могу. Я видела, что Маринка помогала здесь Галине и по дому и по её так сказать работе. А что, да как, кто его знает? 
Прошло несколько дней после убийства Галины. Мы с Раей ходили по станице, прислушиваясь к разговорам всё знающих соседей. Видела я и Марину, подругу гадалки. Держалась она обособленно от всех, сухо кивала головой на приветствия  и, поправляя воздушную чёрную косынку на голове, старалась поскорей скрыться в своём доме от любопытных посторонних глаз и вопросов.
– Ну, что следопыты, – подтрунивал над нами сват, – вот подождите, вернётся Андрей, он вам задаст трёпки. 
– Кому я должен задать трёпки? – словно услышав Николая, в дом вошёл вернувшийся из районного управления Андрей.   
– Да этим следопытам,  –  кивнул сват на нас, – всё ходят, бродят по станице, вынюхивают что-то.
– И что вы вынюхали? – устроившись у обеденного стола, спросил, глядя на меня Андрей. 
– Да ничего существенного,  – ответила я ему.
– А несущественного?
– Да вспомнила я кое-что…
– Так, так, – Андрей отодвинул тарелку с горячим супом, поданную ему Раисой, – и что вы вспомнили?
– Перед смертью, Галина сказала мне, что она уверена в том, что её убьют и что она догадывается, кто это может сделать.                                                                                                                                                                      
– И вы скрывали такую важную информацию от следствия?
– Ничего я не скрывала, тем более от следствия. Я поняла её слова так, что Галина опасалась мужчину, который ей всегда помогал. Во всяком случае, она так сказала.
– Ну, вы даёте! Это же важный момент, – Андрей встал со стула и подошёл к окну, – вы понимаете, что теперь становится понятно, почему скрылась её помощница.
– Помощница, а ничего, что она женского полу? А говорилось о мужчине. И потом, зачем убивать помощнице? Слишком простой ответ и быстрое раскрытие. 
– Конечно, тебе бы сваха всё посложней дело, позапутаннее. Слушай, что народ говорит, – не удержался Николай от реплик в мой адрес. 
– Да наслушались мы с Раей народной речи. Какой компромат могла хранить на свою помощницу Галина, если та неотлучно была рядом с ней?  Не сходится.
– Подождите, подождите Маргарита Сергеевна, какой компромат? Откуда вам это известно? 
– А я что, не сказала? 
– Вы, вы! Вы понимаете, что сокрытие важных фактов от следствия преследуется законом?! – бедный Андрей, смотрел на меня до того широко открытыми глазами, что я думала, они сейчас выпадут  из его глазниц и покатятся, покатятся куда-то. 
– Успокойтесь, товарищ капитан. Я у вас основной свидетель, присутствовавший при убийстве человека. Причём испуганный свидетель. И моя память тоже может испугаться и кое, что забыть. А потом, после успокоения потихоньку выдавать важные факты. Смотри Андрей, напугаешь меня ответственностью, я опять всё забуду. 
– Да, вы…
– И подписывать ничего не буду, если будешь на меня наезжать.
– Нет, Маргарита Сергеевна, вы даёте, – немного придя в себя, Андрей сел на диван.
Я дождалась пока Николай убежит на свою ферму, прихватив с собой Раису и села в кресло напротив Андрея.
– Ладно, товарищ капитан, я вам расскажу всё, как было на самом деле, только вы должны дать мне слово, что будете сообщать мне  о ходе следствия. 
– Почему я это должен делать? Слушайте? Может, это вы её убили? До вашего приезда всё было тихо и мирно.
– Не путайте, Андрей. Это после приезда Галины, что-то стало происходить в станице. Вы бы с людьми подробней переговорили, тогда бы узнали, что после своего возращения, Галина почти не выходила на улицу. Что за время проживания в станице Галина не всегда принимала посетителей, а если и принимала, то только по рекомендации знакомых.
– Вы намекаете на то, что помощница гадалки может ещё не знать об её убийстве.
– Именно так. 
– Да, Андрей, а вы разговаривали с лучшей подругой Галины молчаливой Мариной?
– Конечно, у меня и протокол опроса имеется.
– Понимаешь, Андрюша, протокол протоколом, а из рассказов старожилов мне стало известно, что когда в девяностых годах Марина неожиданно вернулась из Москвы, а в Москве она жила у Галины, то её мать учинила родственникам Галины грандиозный скандал с проклятиями и обещаниями убить их в скором времени. Тебе не интересно знать по какому поводу они скандалили?
– Да, мало ли по какому? Соседям лишь посплетничать, а мать Марины не совсем в своём уме.
– В своём не своём, а проверить надо.
– Но они же дружили с Галиной? Я имею в виду Марину.
– Дружить, дружили, но проверить надо, на чём держалась эта дружба. Вдруг под этой дружбой скрывалась хорошо замаскированная ненависть. А ненависть, как сказал один великий писатель, это месть за свой испытанный страх и унижение. Всё в жизни случается, а особенно между лучшими подругами.
– А больше ничего вам Галина не говорила? – Андрей всё ещё пытался выудить из меня подробности того страшного события.
– Да, вроде всё, – я попыталась ещё раз прокрутить весь наш разговор с Галиной, – ты знаешь, она ещё сказала, что какая-то флешка находится в распятии. Да, точно! Пока я ждала следственную группу, прокрутила весь наш с ней разговор и внимательно оглядела комнату. Никакого распятия я не видела.
– Маргарита Сергеевна, ну как же так? Как же вы умолчали о таком важном факте? – Андрей поспешил к выходу.
– Ты куда это собираешься?
– Побегу ещё раз осмотрю место происшествия.
– Тогда бери меня понятой, – я поспешила вслед за следователем.
– И всё-то вы знаете, у вас, что муж в следствии работал?
– Муж объелся груш. Он из другой оперы.  Я, кстати, тоже. Да, Андрей, должно быть двое понятых, так ты пригласи Марину.
– Это же надо? Вы теперь мне постоянно будете советовать, что и как делать?
– Да ладно, не обижайся, просто у меня хороший друг, полковник внутренних дел. Начальник одного из следственных управлений в Подмосковье, поэтому, я и подкована в некоторых вопросах, – сказала я, вспомнив Вадима но, умолчав, что мой настоящий полковник, уже второй год командует медведями и зайцами, находясь на заслуженном отдыхе и работая егерем в тайге в своём родном сибирском краю. 
Беседуя, мы подошли к дому Галины. Из соседнего дома в окно выглянула Марина и приглашённая Андреем стать понятой вскоре вошла вместе с нами в комнату, где произошло убийство. При входе в комнату меня охватило волнение. Залитое кровью кресло, в котором убили гадалку, было покрыто простынёй, которая впитала кровь и покрылась тёмными пятнами. Было жутко находиться на том месте, где недавно жил человек, а теперь, возможно где-то рядом витает его неуспокоенная душа. Я взглянула на Марину. Её лицо не выражало никаких эмоций, это мне показалось странным. За столько лет тесной дружбы, убийство подруги должно было принести какое-то огорчение. Но Марина стояла, молча, и равнодушно наблюдала за поисками Андрея.
– А что собственно вы ищите? – наконец, поинтересовалась она.
– Извините, я не сказал? Мы ищем распятие. Вы видели у убитой распятие?
– Какое ещё распятие? – удивилась Марина, – вот же крест на стене висит.
– Распятие, это где Христос на кресте распят. Может, видели?
– Нет, я не видела, а зачем оно вам?
– В нём Галина спрятала важную вещицу. Флэшку, – за Андрея ответила я.
– И кто вас просит влезать не в свои дела? – Андрей даже покраснел от возмущения. 
– Ой, простите товарищ капитан, – я наблюдала за Мариной и увидела её вдруг изменившийся взгляд. Она точно хотела что-то вспомнить. Мне стало понятно, что моё сообщение было для неё неожиданной новостью.
Я стояла, облокотившись на комод, разглядывая, стоящие на нём разные сувенирные штучки. Рядом лежала книга в коричневом матерчатом переплёте с выпуклым золотого теснения крестом на обложке. Это был молитвенник. Машинально я открыла её, разглядывая рисунки на красивых страницах, пока Андрей опять не сделал мне замечание, чтобы я ни к чему не прикасалась. Никакого распятия он так и не нашёл. Покрутив на всякий случай в руках массивный крест, висевший на стене, Андрей, выпроводил нас из дома и повесил на двери свежую опечатку.
Ночью меня мучила бессонница и не отпускала внутренняя тревога. Я ещё и ещё раз прокручивала в мыслях все события, произошедшие в последние дни. Разложив по полочкам памяти все действия и события прошедшего дня, я вдруг поняла, где надо искать  флэшку. Я вспомнила, что Галина, предложив мне сесть в кресло, стояла у Молитвослова и поглаживала выпуклый крест на его обложке. А я сегодня заметила, что на форзаце Молитвослова было изображено распятие. Значит, маленькая флэшка, вполне могла поместиться в чреве выпуклого креста на самой обложке книги. И Галина специально мне подсказала, где надо искать тайник. Неожиданно появившаяся догадка подняла меня с постели. 
Незаметно я  прокралась в холл дома. Ночная тишина делала шумным каждый мой шаг. Осторожно вытащив ключи от Галининой квартиры из пиджака Андрея, я вышла из усадьбы сватов и уже через некоторое время оказалась у крыльца дома Галины. Почему то я не удивилась, увидев приоткрытую дверь в дом. Тихо ступая по ступенькам крыльца, я спустилась обратно, повернула за угол и подошла к окну. Было видно, как в глубине тёмной комнаты блуждая, бегал, но вскоре потух  луч фонаря. 
– Кроме Маринки там никто не может быть, –  подумала я, но вдруг почувствовала сильный удар по голове.
Сознание я не потеряла, если только на чуть-чуть, но удар по моей бедной голове, чем-то тяжёлым свалил меня наземь. Через звучащий шум в ушах, мне удалось услышать чьи-то быстрые шаги. Я приподняла голову и увидела удаляющуюся фигуру, облачённую в длинный плащ с капюшоном. Фигура спешно завернула за угол дома. Я попыталась подняться с земли, но вдруг услышала гневный шёпот Раисы.
– Чего тебе дома не сидится? Что ты всё ищешь приключения на свою…?
– Ты видела? Ты узнала, кто это был? –  не дала я ей договорить.      
– Кого, я должна была увидеть?
– Кто шандарахнул меня. Слушай, в доме Галины кто-то был. Там дверь открытая. Пошли, посмотрим, – потирая место ушиба, предложила я Рае.
– Ага, ещё хочешь получить, всё тебе мало, – бубнила Рая, помогая мне встать с земли. 
Мы осторожно подошли к окну.
– Стой здесь, – приказала я Раисе, а сама поднялась на крыльцо дома.
Дверь была открыта, бумажная опечатка валялась на полу. Зайдя в дом, я обнаружила в комнате, где была убита гадалка настоящий бедлам. На комоде лежала открытая книга Молитвослова. Я забрала книгу и выскочила на улицу.
– Раиса ты телефон взяла с собой? Надо Андрея поднимать. Кто-то проник в дом.
– Да какой телефон, я как увидела тебя, так сразу за тобой и побежала, – ответила она.
– Тогда беги быстро назад и веди его сюда. А я покараулю. 
Пока Раиса бегала за следователем, я наблюдала за домом Марины. Везде было тихо, темно, сонно. Вскоре прибежал ещё заспанный, сердитый Андрей. За ним еле поспевала Раиса.    
– Андрей, ты сильно не ругайся, это всё же наша родственница, – Раиса, видно, пыталась успокоить  нервный пыл молодого оперативника. 
– Ага, нашли родственницу на мою голову. Чего вам не спится? – гневно обратился он ко мне.
– Ты не ругайся, лучше протокол составляй, – остановила я его.
– Какой ещё протокол? – ещё туго соображал не отошедший ото сна капитан.
– Обыкновенный, о незаконном проникновении на место убийства.    
– Я сейчас составлю протокол о вашем задержании! – возмутился он.
Осмотрев дом, пробубнив, что завтра утром оформит все бумаги, Андрей опустил руку в карман, чтобы взять ключ от дома.
– На, вот, он, – протянула я ключ молодому человеку.
– Что? Что это такое? Так вы сами устроили этот бедлам!
– Ага, – решила спасти меня от гнева родственника Раиса, – и по голове она себя шибанула сама! 
– Что вы себе позволяете?  – Андрей долго бы ещё возмущался, но Рая  подхватив меня под руку, потащила в свой дом.
– Ну и сваху мне Бог послал, – укоризненно произнесла она, когда мы спешно вошли на кухню.
– Раис, дай острый ножичек, – попросила я её, остановив дальнейшие рассуждения по моему поводу.
– Чего от стыда зарезаться хочешь? – острила она, протягивая мне нож, которым я осторожно отсоединила матерчатую переплётную крышку с форзацем с изображением распятия. 
Внутри полости выдавленного на обложке креста Молитвослова лежала небольшая флэшка.
– Как всегда интуиция меня не подвела, – я повернулась с желанием пройти в кабинет и немедленно вставить флэшку в компьютер, но не тут-то было.
– Чем вы тут занимаетесь?  – мы с Раисой одновременно вздрогнули от неожиданного вопроса, появившегося в дверях Андрея.
– Мы вот, что нашли, – промямлила я, показывая ему маленькую штуковину.
– Так вы ещё и воровка! – Андрей попытался выхватить у меня флэшку из рук.
– Ага, это я нашла! Пошли, глянем, что на ней? – я быстро убрала руку  с флэшкой, – наверняка, это её сейчас кто-то искал, – не слушая его, мы с Раисой быстро прошли в кабинет, за нами проследовал недовольный и ворчащий Андрей.
– Да не ворчи ты, – цыкнула на него Раиса, – Николая разбудишь. 
Я вставила флэшку в компьютер и открыла видеофайл. Мы увидели, как  незнакомая нам женщина открыла входную дверь, пропуская внутрь высокого мужчину. 
– Проходи, – сказала она ему.
В коридоре стоял полумрак, а мужчина лет пятидесяти, в плаще и кепи, похожей на ту, которую носил доктор Ватсон в знаменитом фильме, с ушками, застёгивающимися сверху на пуговицу, вошёл в комнату и стал спиной к камере, поэтому его лица не было видно. А вот женщину лет так шестидесяти, с пышными распущенными чёрными, как смоль волосами, в красивом шёлковом халате, мы отлично рассмотрели.
– Ну, что принёс? – спросила она его.
Мужчина, молча, достал из элегантного кожаного портфеля несколько пачек с евро и бросил их на стол. Женщина достала из кармана халата точно такую же флэшку, какую я нашла в книге Галины  и протянула её мужчине. 
– Странно, – сказала я, – почему он не снял перчатки?
Но дальнейшие события показали, что ничего странно в этом не было. Потому, как мужчина, положив флэшку в карман плаща, поставил свой элегантный портфельчик на стол и схватил испуганную женщину за горло. Через секунду, он медленно опустил её на пол со сломанными шейными позвонками. 
– Ничего себе, – Андрея от всего увиденного даже бросило в жар. 
Мы с волнением уставились в экран ноутбука. 
Прозвучал звонок в дверь, который привёл мужчину в сильное замешательство. Через мгновение он застыл, услышав щелчки открываемой кем-то двери.    
– Сейчас он и её грохнет, – тихо проговорил Андрей, увидев в дверях женщину, и тут же добавил, – это же наша убитая гадалка!
Войдя в квартиру, она удивлённо посмотрела на мужчину. Он двинулся к ней навстречу. Но Галина, внимательно глядя на него, протянула вперёд руку, зажав ключи в кулак. Её рука с болтающимся, как маятник брелоком находилась на уровне его глаз.
– Ты видишь только мою руку, слышишь только мой голос, – сказала она тихо, но внятно. Галина стала считать. 
– Раз, два, три,– тихо, размеренно, чётко она произносила каждое слово. Досчитав до одиннадцати, она продолжила:  – Ты не помнишь, кто здесь был. В этой квартире ты находишься один.
Мужчина застыл, уставившись в одну точку. Галина быстро прошла в комнату, но увидев лежащую на полу подругу, громко вскрикнула и отшатнулась от неё. Немного придя в себя она, проверила пульс у убитой и оглянувшись на всё ещё неподвижно стоявшего мужчину, хотела положить деньги в свою сумку, но тут же решила  оставить их на месте. Потом она подошла к комоду, что-то не найдя в одном из его ящиков, вернулась к мужчине. Ладонью провела перед его глазами и, убедившись, что он её не видит, стала проверять его портфель и карманы плаща, где и нашла флэшку, переданную ему убитой. Потом она вернулась в комнату и сняла небольшую видеокамеру. 
На экране нашего ноутбука побежали серые полоски, говорившие об окончании съёмки.
Мы молча, смотрели друг на друга.    
– Понятно, – тихо произнесла я.
– И что же интересно вам здесь понятно?  
– То же, что и тебе, дорогой Андрюша. Ничего, кроме того, что Галя, скорее всего, была уверена, что в неё стреляли из-за этой флэшки. Так, что дело твоё раскрыто.  
– Конечно, Пинкертоны, у вас всё так просто и быстро, – тихо возмущался Андрей.
– Нет, чтобы поблагодарить нас, он ещё ругается, – остановила пыл племянника Раиса.
– За что мне вас благодарить? За выговор, который мне вынесут? Как флэшка была изъята? Вам хорошо, а следствие, это не только добыча доказательств, но ещё и правильное их оформление. Да ну, вас, – Андрей забрал вещественное доказательство и ушёл досыпать.
Мы с Раисой так и не смогли заснуть, гоняя до утра чаи. Теперь меня ещё больше интересовало, кто и почему меня столкнул в воду, оглушил по голове? Кому это понадобилось и главное для чего? Кто этот мужчина, который убил женщину в халате, знакомую Галины, а главное из-за чего он её убил? Что было в той флэшке, которую он пришёл выкупать у убитой. И где она сейчас?
– И ещё меня интересует Марина, подруга детства Галины. Молчаливая она какая-то. А вот мамаша её напротив, говорят, раньше агрессивная была. А теперь?
– Да чего там интересного. Незаметная она какая-то наша Маринка. И мамаша её что-то притихла.
– Ты говорила, что Марина жила раньше в Москве у Галины.
– Ну, да. 
– Когда она к ней уехала?
– Так это, постой, постой. Галина уехала в год Олимпиады. А Маринка где-то в девяностых годах. Врать не буду, не помню точно.
– А потом, кажется, через год-два Маринка вернулась.
– А Галина ещё приезжала?
– Да, но позже. Дай Бог памяти, так точно на сороковины своей бабки. Ну, правильно. Я чего запомнила, тогда такое там было! Настоящее смертоубийство. Такой ор на всю станицу стоял. Но, хочу сказать, мать Маринки шизофренией страдает, с юности. Знаешь, тихое такое помешательство.
– Такое тихое, а смертоубийство устроила буйное?
– Приписали всё это к сезонному обострению. Ну, у них бывает такое, знаешь. Наверное, наследственное, вот и Маринка странная какая-то. Нелюдимая.
– А из-за чего у неё наступило обострение? Чем спровоцировано было? Не знаешь?
– Да кто их знает? В чужом омуте, сама знаешь, кто водится. Но кричала она, я лично слышала: куда нашего мальчика дела, убийца! 
– Какого мальчика?
– А кто её разберёт? Никакого мальчика и в помине не было видно. Но потом, мать Галки, была в сельпо и там её бабы  раскололи. Стали её спрашивать, какого мальчика упоминала, мать Марины, а та и проговорилась, что мол, горе у них было большое. У Галинки сын родился, да тут, же и помер, поэтому и скрывали эту тайну, чтобы Гали боль лишний раз не наносить. 
– А почему мать Марины говорила об их мальчике?
– Так вот они тоже об этом спрашивали, а мать Галины и ответила, что мол, что с больной взять. У той, что на больном уме, то и на языке. Галка тогда сразу в Москву вернулась, а Маринка вскоре помирилась с её родней, и присматривать стала за ними.
– Ладно, Рая, давай полежим немного, что-то у меня голова заболела.
Мне действительно стало плохо. Или от чересчур крепкого и в большом количестве выпитого кофе, или от внушительного удара по моей и без того больной голове. Да и погода раскапризничалась, что для наступления приступа гипертонии в самый раз. Я прилегла на кровать, но заснуть не удалось. Боль растеклась по затылку и быстро подошла к лобовой части головы. Непроизвольно у меня вырвался стон. Раиса, видно услышав его, быстро налила горячую воду в пластмассовые бутылки и обложила ими мой затылок и ноги.
– Грелки куда-то подевались, держись сваха, и давай, не пугай меня, сыщица. Красная вся, тебе давление надо измерить, а у меня нет этого прибора.
– Да не мешало бы проколоться. Укол  в вену у вас сможет кто-то сделать?
– Да, ты что! Медпункт закрыт сто лет. Работать некому. Все по старой памяти, если что к Маринке бегут. Ну, чё, побегу к ней. А то помрёшь ненароком, что я буду Ланке говорить, что не уберегла её любимую свекровь?
– Точно, беги к Маринке. Заодно и познакомлюсь с ней поближе.
– Да, тю на тебя! Лежит, помирает, а всё туда же. Сама говорила, может Маринка тебя того по голове и стукнула.
– Вот пусть и лечит. А Андрей ушёл?
– Ушёл? Убежал со своими как их вещественными доказательствами. Всё я побежала. 
Видно горячая вода сделала своё дело, немного оттянув боль и поэтому, я на некоторое время забылась. Очнулась от прикосновений Марины, она пыталась поднять рукав моей водолазки для измерения давления.
– Ну, что же вы так? Беречь себя надо, вы гипертоник?
– А кто сейчас не гипертоник?  
– Вы правы, но надо вовремя таблетки принимать, – тихо говорила Марина, приготавливаясь сделать мне укол, – вам по десять кубиков вливали? Но сейчас я сделаю двадцать, очень уж у вас высокое давление.
– Нет, уж сделайте десять, – осторожно сказала я ей.
– Как хотите, конечно, но вам может не помочь, чего вы боитесь?
– Сегодня около вашего дома меня ночью кто-то ударил по голове.
– Кошмар какой-то. А почему ночью и у нашего дома?
– Потому, что кто-то забрался в дом Галины.
– Странно, там, вроде грабить нечего.
– Так и нечего, а флэшку, вы же слышали, что я о ней днём говорила.
– Понимаю,  вы решили, что я залезла в дом, а потом ударила вас по голове, а теперь пришла убить вас посредством  укола?
– Да, нет. Это было бы явное убийство. 
– Убийства никакого бы не было. Потому, что ампулы ваши, забыли?
–  Точно, и шприцы мои. Я всегда вожу с собой упаковку магнезии и одноразовые шприцы вместе с остальными лекарствами. 
– Так что не переживайте, убийства не будет. Если хотите, давайте сделаем внутримышечно, – улыбаясь, предложила Марина.
– Нет уж, Марина, давайте в вену, неохота валяться долго.
Рука у неё оказалась лёгкой. Я попросила извинения за подозрения и поблагодарила за ликвидацию приступа.
– Вам необходимо проколоться, хотя бы через день внутривенно, чтобы стабилизировать давление. Послезавтра приходите. Вот вам мой номер сотового, позвоните, чтобы мы с вами время согласовали.
– Слушай, сваха, прогресс. Маринка ни с кем из станицы так не разговаривала. А тебе ещё и номер своего сотового дала, – восторгалась Рая, проводив Марину из дома.
– Это говорит о том, что или она очень обеспокоена моим здоровьем, или ей необходима какая-то информация от меня.
– Второе вернее, чего ей за твоё здоровье переживать? А там, кто его знает? Ты это сваха, как себя чувствуешь?
– Не умру, это точно.