Внеземная любовь

Глава 8

    Информация об этой операции по захвату инопланетного корабля-разведчика в прессу не просочилась, и мы с Алисой не стали героями дня. Правда, получили благодарность от командования. А вот морально чувствовали себя гораздо лучше — мы же сделали всё возможное, чтобы завладеть кораблём, но при этом освободить трионов из рабства, а не убить их. Тогда, как после первой операции, нас всех мучила совесть из-за того, что погибли ни в чём не повинные трионы.

      Несколько дней после нашего возвращения на базе ощущалось некоторое возбуждение, а потом всё вошло в обычное русло. Группа, в которой работала Аля, старалась как можно скорее получить информацию от новых инопланетян: что энны думают о причинах исчезновения кораблей и ожидают ли нападения землян. Аля по секрету рассказала мне, что новый энн не хотел с ней разговаривать — обиделся, что она его обманула, но потом понял, что у него нет другого выхода. В конце концов не мы, а они прилетели к нам с целью захвата в рабство целого города и, значит, не ему на нас обижаться.

       Наша группа продолжала учиться летать и маневрировать в космосе. В скором времени обещали привезти ещё три скутера. Это означало, что полёт к бинарной планете Райла-Умра уже не за горами. Мы знали, что умные головы в комитете по борьбе с внеземной угрозой, разрабатывают план предстоящей операции, стараясь учесть все возможные случайности.

      Прошло недели полторы, но новые скутеры так и не привезли. Мы продолжили летать на одном по очереди, но ворчали себе под нос, что так всегда, обещают, но не делают. И вдруг опять срочно собирают всех, кто не поддается влиянию эннов, в один зал. Нас встречает тот же загадочный офицер без имени и сообщает, что сейчас будет объявлен список тех, кто полетит на Умру. Кандидатуры, представленные руководством базы, уже утверждены высшим командованием. Завтра же они должны вылететь на Мыс Канаверал, где пройдут последнюю подготовку и инструктаж перед началом нашей миссии. Затем он стал зачитывать имена, вошедших в созданную боевую группу. Из космолётчиков были названы все члены моего звена. Причём я, Лэй и Алекс — основной состав, а Вэннь в запасе, на тот случай, если кто-то из нас заболеет или по другим причинам не сможет принять участие в операции. Также назвали имена пятнадцати матросов-водолазов и шести пехотинцев. Из этой группы также не все полетят с нами, некоторые останутся в запасе.

      К моей радости имя Али не прозвучало, значит сестра остается в безопасности на Земле. А вот её это никак не устраивало.

      — Вы же знаете, что я единственный человек, который может общаться с эннами, как же меня оставляют здесь на базе? — возмутилась она, — кто с ними будет говорить?

     — Вы сами ответили на свой вопрос, — улыбнулся офицер, — вы единственная, кто может получать информацию от пленённых эннов, и мы не можем рисковать вашей жизнью. А ребята летят не на переговоры. Они должны силой освободить наших соплеменников, а значит говорить будут с помощью оружия.

     Дальше спорить она не стала, но была очень расстроена. Я попытался успокоить, сказав, что придёт время, когда энны поймут, что с землянами не так-то просто справиться, вот тогда она будет вести с ними мирные переговоры. Но Алиса только грустно улыбнулась мне в ответ.

       На следующее утро наш сводный отряд из двадцати пяти людей и трёх трионов погрузился в автобус и покинул базу. Сначала долго ехали по безлюдной прерии, потом мы долго летели и снова ехали. Наконец прибыли на космодром. Это стало понятно, когда вдалеке мы увидели огромный корабль эннов, стоящий на стартовой площадке.

     Нам дали возможность немного отдохнуть и поесть, а потом начались занятия. Мы — космолётчики, — получив три новеньких скутера, учились влетать в специальные боксы для наших машин, встроенные под обшивкой корабля и вылетать из них. Матросы с помощью специального крана выгружали корабли из ангаров, которые находились на космолёте. Потом возвращали их обратно, на своё место. Всё повторялось раз за разом и в дневное, и в ночное время, пока все наши действия не дошли до автоматизма. Это продолжалось больше недели без выходных и с минимальным временем на отдых. Гоняли и водолазов — благо рядом находился океан, и пехотинцев.

      Наконец начальство решило, что мы готовы, дали сутки на отдых, а потом собрали нас в небольшом зале, чтобы сообщить план операции. Наш корабль должен будет опуститься на самом большом острове Умры под названием Ярош. По данным, полученным от трионов, энны там почти не бывают из-за засушливого, по их пониманию, климата. Надо будет полностью очистить его от эннов, а затем начать воздушную разведку, чтобы обнаружить подводные колоколы, в которых держат людей, используемых на подводных плантациях, как рабочую силу. Найдя такой колокол, необходимо уничтожить всех, охраняющих его, эннов, а затем вызвать корабли, загрузить туда освобождённых людей и посадить их на космический корабль. И так действовать до тех пор, пока не найдут всех оставшихся в живых людей. На острове будут постоянно оставаться бойцы, чтобы предотвратить приближение туда эннов. Кроме того, прибыв на Умру, трионы-пилоты будут находиться в добровольном заключении — их закроют в помещении, выйти из которого самостоятельно не смогут. Это мера предосторожности, чтобы они, попав под влияние эннов, не навредили кораблю или просто не сдались им. Иначе вся миссия окажется под угрозой.

       Мы довольно долго обсуждали все возможные варианты действий в разных ситуациях, нам ещё раз напомнили, каким оружием нужно пользоваться в разных средах. Огнестрельного мы вообще не брали с собой — пули пролетают сквозь эннов, не причиняя им никакого вреда. На суше надо использовать микроволновые ружья — они практически сваривают этих разумных медуз. А под водой — электрические.

         Ещё пару часов подготавливались, обсуждали предстоящую работу, а потом нам дали команду занять свои места в космолёте. Мы расселись, пристегнулись и полностью отдались в руки наших друзей и союзников. Тут даже не видно, где мы находимся, иллюминаторов на корабле не было. Мы с Алексом и Лэйем, почувствовав перегрузку, постарались расслабиться, понимая, что идёт разгон. Остальные же стали нервничать, тем более, что перегрузка была сильнее обычной. По моим ощущениям три-четыре g, и продолжалась значительно дольше — ведь необходимо достичь третьей космической скорости. Мы, как могли успокаивали ребят, просили потерпеть. В принципе, ничего другого им и не оставалось делать.