Случайный отбор, или как выйти замуж за императора 

2

Говорят, впервые попав в столицу и узрев дворец, путешественник испытывает шок и трепет от его белоснежных стен, высоких мраморных колонн и общей грандиозности здания. Дворец похож на стаю белых лебедей, устроившихся отдохнуть у кристально чистого озера.

Я тоже впервые увидела дворец вживую, а не на открытке. Но вместо благоговения и восхищения он вызвал во мне глухое раздражение и желание заскрежетать зубами. Этот отбор спутал мне все планы! Остается только надеяться, что надолго я тут не задержусь.

По-видимому, я была единственной, кто прибыл сюда с желанием побыстрее уехать, потому что остальные конкурсантки выволакивали из автобуса чемоданы таких исполинских размеров, словно там были вещи на ближайшие десять лет. Даже Касси, пыхтя, вытащила из раскрытого багажного отделения автобуса сумку чуть ли не больше ее самой.

«Надо будет попросить родителей, чтобы отправили мне что-то из вещей», — мрачно подумала я, хватаясь за вторую ручку, чтобы помочь подруге. — У меня ведь, получается, нет даже пижамы и зубной щетки».

К счастью, к нам тут же подбежали лакеи и выхватили багаж из рук. Не знаю, куда его уволокли, но вряд ли продавать на рынок. Облегченно выдохнув, я выпрямилась и тут же увидела спешащую к нам рослую женщину средних лет, одетую в бледно-лавандовое деловое платье чуть ниже колена.

— Рины, добро пожаловать во дворец, — строго произнесла она и окинула нестройный ряд кандидаток цепким взором. В ее руке был зажат блокнот. — Меня зовут Амброзия Бромвис, я старшая фрейлина ее императорского величества, почившей императрицы Юстинии.

Мы тут же склонили головы, выражая почтение усопшей пару лет назад императрице. И она, и покойный император дожили до преклонных лет — император Лиам был поздним ребенком — и поэтому смерть императорской четы после длительной болезни опечалила всех, но не удивила никого.

Подняв голову, я заметила, что фрейлина уже строчит что-то в своем блокноте. Тут ее взгляд упал сначала на мою студенческую форму, потом на кимоно Касси, в котором она демонстрировала свои восточные единоборства, и женщина хмыкнула. А после этого отметила что-то в блокноте.

Неужели ставит баллы? Тогда пусть лучше оценит вон ту шатенку, у которой декольте стремится к пупку!

Выдохнув, я сообразила, что чем хуже у меня будут баллы, тем лучше, и чуть расслабилась.

— Рины, я буду проводить у вас некоторые испытания, — меж тем продолжила женщина. — Сейчас вам следует пройти в свои комнаты. Там вы найдете правила отбора, прошу внимательно их изучить. Помните, что при дворе вы представляете свои семьи, и от вас ожидают соответствующего поведения. У кого-то есть вопросы?

Вопросов не было, но скорее потому, что всех испугал ее блокнот, а не оттого, что девушки подобрались такие нелюбопытные. Удовлетворенно кивнув, фрейлина повела нас к дворцу.

Шагая за ней, я случайно бросила взгляд в сторону и вдруг заметила наблюдающего за нами мужчину — того самого брюнета-советника, что отказался помочь мне исключиться из отбора. Рядом с ним стоял другой мужчина, с ежиком коротких волос и различимыми даже издалека бицепсами. Советник что-то ему втолковывал, второй внимательно слушал, и тут их взгляды вдруг скрестились на мне.

Удар сердца, второй, третий… Я отвела взгляд, изображая безразличие, но руки почему-то мелко затряслись. Они что… говорили обо мне? Что этот советник сообщал тому, другому, который качок? Надеюсь, не про полное отсутствие верноподданнических настроений?

Фрейлина что-то объясняла, но я едва слышала ее слова. Все то время, что мы шагали по дорожке, а потом по бесконечному ряду ступенек, я чувствовала между лопаток тяжелый обжигающий взгляд. И почему-то мне показалось, что этот интерес вызван не моей неземной красотой.

Очнулась я лишь от звука собственного имени, когда рина Амброзия сообщила, что меня поселят в лазурных покоях. Мы уже зашли во дворец и теперь стояли в коридоре. Вздрогнув, я послушно кивнула фрейлине и шагнула в выделенную мне комнату. Потом нужно будет найти Касси и посмотреть, куда определили ее. А пока — осмотрюсь.

Лазурные покои были, ожидаемо, оформлены в голубых тонах и состояли из двух комнат: небольшой гостиной с обитыми шелком диваном и креслами и спальни. Обстановка неуловимо напоминала гостиничный номер. Может, дело было в абстрактных картинах с изображением непонятных синих разводов, а может, такое впечатление создавала некая безликость комнат. И в то же время ни плотные дорогие шторы с массивными кистями, ни маговизор последней модели на стене не давали забыть, что пусть это и гостевые покои, но они находятся в самом настоящем дворце и предназначены исключительно для размещения первых лиц империи.

Что ж, очень даже неплохо — условия гораздо лучше моей комнаты в студенческом общежитии. И что скрывать, даже дома у меня не было отдельной гостиной: мы жили в обычной квартире в многоэтажном доме. Хорошо еще, у меня и брата имелись отдельные комнаты.

На миг остановившись перед зеркалом, я внимательно оглядела свое отражение. Темно-русые волосы длиной до лопаток, голубые глаза, средний рост — ну ничего выдающегося. Обычная внешность, симпатичная, но не слишком яркая. Да и броским макияжем я по понятным причинам пренебрегла, лишь тронув ресницы тушью перед выходом утром. Не хотела раздражать строгих ученых деятелей легкомысленным видом. И теперь вопрос: почему меня в таком случае выбрали?! Не потому же, что я понравилась императору — ведь его на отборе даже не было!