Советник Том 2. Обретение

Часть четвертая. Обретение. Глава первая. Эрфиан

В полдень в лесу было тихо - жители деревни пережидали зной в прохладе шатров. Эрфиан спускался к озеру, слушая разноголосое пение птиц. Особо звонкие трели выводила стайка маленьких золотых красавиц, устроившихся на стволе древнего дерева. Будучи ребенком, он подолгу сидел на этой поляне или у воды и размышлял о своем, прячась от шумных сверстников. Когда-то он приводил сюда Гриаллу… и сюда же пришел в тот день, когда ее не стало. Долго смотрел вдаль, прислонившись к дереву, а потом уснул. И спал невыносимо, непростительно долго. Пришло время открыть глаза.

Эрфиан присел на берегу. В спокойной глади озера, похожей на зеркало, отражалось небо. Олененок, недавно научившийся ходить, приблизился к чужаку, осторожно переступая тонкими ножками. Он обнюхал положенное перед ним угощение, решил, что апельсин ему нравится, и принялся жевать. Чужак превратился в друга, которому можно доверять: олененок даже лизнул первому советнику руку, оторвавшись от пищи.

Время шло, а Эрфиан сидел без движения и наблюдал за птицами и редкими животными, выходившими к озеру на водопой. Искусству становиться невидимым для обитателей леса его обучил один из первых наставников. Он мог просидеть так целый вечер, гадая, кто сегодня выберется из чащи: лисица, олень или волк. Как-то раз на поляне появился даже молодой единорог с серебристой гривой. Но сегодня для единорогов было слишком жарко, а Эрфиан не планировал здесь засиживаться. Он встал, сделал пару шагов к воде и достал из складок мантии ожерелье из фиалковых камней.

- Я знаю, что тебе нужно, - сказал он, глядя на воду. – Знаю, зачем ты являешься мне во сне. Когда-то деньги, заплаченные за это украшение, были для меня целым состоянием. Любая эльфийка сказала бы «да» мужчине, который преподнес ей свадебный подарок из фиалковой бирюзы. Такое есть только у Жрицы Царсины, но она редко его надевает. А ты носила ожерелье, не снимая. Так забирай– и будь счастлива. Кем бы ни был твой демон, и по каким бы мирам ты сейчас ни путешествовала, забирай – а взамен подари мне покой.

Ожерелье описало в воздухе дугу и с тихим всплеском опустилось в воду, вспугнув устроившихся на берегу золотых птиц.

***

Онелия сидела на кровати, обхватив ладонями деревянную чашку, и мелкими глотками пила горячее вино. Девушка до сих пор была бледна, но проявляла больше интереса к окружающему миру: увидев Эрфиана, она слабо улыбнулась.

- Как ты себя чувствуешь, дитя? – спросил он, приблизившись.

- Жрец Анигар сказал, что я проспала целых три дня… но я хочу спать. – Она нахмурилась, глядя на сундук с одеждой. – Почему здесь такой беспорядок?.. И почему я ничего не помню? – Эрфиан поймал ее взгляд – недоуменный и испуганный. – Что со мной?

Анигар, расхаживавший по спальне, сел на подушки. Вид у него был утомленный – того и гляди свернется клубком и уснет прямо здесь.

- Боги знают, - сказал он. – Они не открывают всех секретов даже искусным целителям. Иначе мы тоже были бы богами.

Онелия отдала Эрфиану пустую чашку. Он опустился на колени рядом с кроватью, взял руку девушки и прижал ее пальцы к губам. Ответом ему был все тот же недоуменный взгляд: так смотрят существа, пытающиеся понять, закончился ли очередной сон – или они продолжают грезить.

- Теперь я знаю, как чувствуют себя отведавшие черного вина путники, - улыбнулась Онелия. – Три дня и три ночи путешествуют по неведомым мирам. И никогда не просыпаются… так говорят.

- Богиня Охотница являлась тебе во сне, дитя?

Девушка прикрыла глаза и задумалась.

- Не знаю. Я видела много лиц… Я устала. Мне нужно поспать, а потом убрать беспорядок. – Она кивнула на сундук. – Кажется, я оставила мешок с вяленым мясом без присмотра. Дикие кошки ничего не тронули?

Эрфиан встал, наклонился к Онелии и поцеловал ее в лоб.

- Все разговоры подождут до утра, дитя.

Ее щеки порозовели.

- Я видела тебя во сне.

Эрфиан посмотрел на Жреца, который успел подняться и теперь стоял у него за спиной, вглядываясь в лицо девушки. Если он и понимал, что сейчас – самое подходящее время откланяться и уйти по своим делам, то ничего предпринимать не собирался. Анигар, в отличие от матери, был начисто лишен подобного чутья. Если бы не Жрец, Эрфиан не позволил бы Онелии уснуть. Они проговорили бы до рассвета, продолжили бы говорить и после того, как поднимется солнце. Он не думал ни про Лиэну, ни про Гриаллу, ни про ссоры оборотней и вампиров, ни про светлых эльфов, которые снова выпрашивали прибрежные земли. Им владело только одно чувство – облегчение. Он боялся поверить в произошедшее, боялся, что она уснет – и тогда они больше не скажут друг другу ни слова. И был твердо уверен в том, что никому ее не отдаст. Пусть первый воин Вилас заявится сюда с подарком. Пусть принесет свадебное украшение, коли ему так угодно. Все это уже давно пора прекратить. Больше никакого яда. Эрфиан все сделает сам. Это доставит ему удовольствие.

Лиэна, показавшись из-за полога, спросила, голоден ли Анигар, получила положительный ответ и отправилась накрывать на стол.

- Не забудь вино, - добавил гость.

- Как будет угодно моему Жрецу.

Онелия укрылась одеялом с головой и через несколько мгновений уже спала. Эрфиан и Анигар расположились возле стола в ожидании ужина.