Жена звездного адмирала. Найти мужа

5

Глава 5

Дэнна

Когда облачные массы перед нами начали складываться в здание, я поняла, куда мы летим, и стало совсем не по себе.

В этом летающем ресторане мы с Эром впервые обедали вместе после того, как он поставил на место спасателей, не желавших прислушаться к интуитке.

Боже! Как же давно это было! Словно прошли не месяцы – сотни лет…

Обычно сюда прилетали на специальных люльках, расположенных внизу, на земле. На улице едоков. Но, видимо, мои опасения подтвердились – Хен снял весь ресторан – и поэтому его торкли разрешили тут пришвартоваться.

Мы пролетели через арку-вход в заведение и приземлились на белоснежный пол.

Сказочные интерьеры больше не навевали на меня того предвкушающе-волнительного настроения, как было, когда мы пришли сюда с Эром.

Стены, испещренные изящными золотыми узорами, выглядели слишком пафосными и наносно-вычурными. Мягкие ковры под ногами с высоким ворсом – чересчур уж воздушными. А мне хотелось ощущать твердую почву под ногами.

О-о… Я не ошиблась с размахом обустройства нашего свидания – в ресторане, кроме нас, никого не было. Только официанты и официантки в новой форме ангелов. С крыльями за спиной, в белых облегающих комбинезонах.

Из главного зала – округлого, со сводчатым потолком, убрали все столики, кроме одного. Он стоял почти в центре, чуть ближе к сцене.

Заметив, что мы с Хеном появились в дверях, богемец Гиацинт Алов – икона нынешней галактической эстрады, самый популярный певец – затянул мелодию своим бархатистым, густым грудным басом.

Слушать его, правда, было одно удовольствие. Ну хоть что-то…

Хотя я и думать не хотела, сколько денег заплатил Хен за то, чтобы Гиацинт сюда прилетел, да еще и выступал перед столь ограниченным количеством публики.

Обычно он собирал гигантские залы, билеты на этого певца заказывали за месяцы. И то не всем удавалось «поймать» местечко хотя бы на задних рядах.

Гиацинт был красив, как и многие мужчины-богемцы: стройный, статный, с копной белоснежных волос, идеальным лицом. Может, чуть женственным, но красивым даже по моим меркам. А уж эти его реснички… загибающиеся вверх крыльями бабочки. Сколько сердечек разбилось из-за них и взгляда насыщенно-вишневых глаз Гиацинта.

Поговаривали – певец жуткий бабник. И я вполне этому верила.

Он всем своим видом давал понять, насколько хорош, и как много об этом знает от женщин.

Оделся «лучший бас Галактики», по признанию экспертов, в кожаные брюки и шелковистую рубашку в тон к глазам, в вороте которой виднелась мускулистая грудь.

– Для тебя старался, – произнес Хен, заметив, как я разглядываю исполнителя.

Я смогла только кивнуть.

Стайка официантов проводила нас к столику.

Слава богу, с едой Хен не переборщил.

Заказал мой любимый венгерский гуляш: сытный, пикантный и густой с нежными ломтиками мяса, салатик из копченой курочки с грецким орехом, яблоками и сельдереем, который я тоже обожала. Вино. Много, много мятного чая. И нарезку самых спелых, сочных, золотистых манго в окружении россыпи крупных, глянцевых ароматных черешенок.

– Я попросил еще приготовить суп из морепродуктов и креветки, которые ты любишь…

Хен будто оправдывался, что еды не так много.

– Отличный выбор меню! – по крайней мере, за это я могла честно поблагодарить спутника.

Фельрианец просто просиял, вздрагивающими пальцами отодвинул мне стул. Я села, делая вид, что не замечаю его очевидного волнения и мысленно готовясь к самому худшему.

– Так что ты хотел мне сказать? – решила я не резать хвост по частям.

– Сначала перекуси и выпей свои препараты…

Уж лучше успокоительного, и побольше. А еще лучше – лошадиную дозу снотворного. Мечты-мечты…

Я попробовала гуляш… Он просто таял на языке… оставляя послевкусием нотку спелого болгарского перчика. Закусила таблетками и горячими ржаными булочками.

Выпила вина, которое мне тотчас самолично налил Хен. Официант было метнулся, но спутник сделал резкий жест: мол, не надо, я все сделаю сам.

Когда моя тарелка опустела, да и салат был попробован, я выпила чашку чая, и Хен, наконец-то, перестал истязать меня ожиданием.

Вдруг встал, опустился на одно колено передо мной и произнес:

– Дэнна, я полюбил тебя с первого взгляда. Я уступил место Эрделлу, потому что он был более достоин тебя. Но сейчас, когда он погиб… – Хен сделал акцент на последнем слове, паузу, которая будто бы подчеркивала его, и закончил: – Я прошу тебя стать моей женой! Даю слово, что стану заботиться о тебе не хуже, чем Эрделл Форенс и сделаю тебя счастливой. Даже если мне для этого придется в лепешку расшибиться, как выражаются русские!

Я сглотнула.

Я столько крутила в голове отговорки, отмазки и прочее. Столько готовилась. Столько обо всем размышляла.

Но сейчас, здесь, понимала, что совершенно беззащитна перед напором Хена и судьбой. Будь что будет. Я все равно не перестану бороться за наше счастье с Эрделлом.

Даже если меня уволят с базы.

Я выдохнула, прочистила горло.

Хен ждал, и его терпеливое ожидание буквально резало по живому.

– Послушай… – произнесла я как могла более ласково. – Я бесконечно ценю твою помощь после… эм… несчастья с моим мужем. Я очень признательна тебе за все. Хен, ты очень хороший. Ты замечательный. Но я была бы не Хайдэнной Маковской, не той интуиткой, которую вы все знаете, если бы сейчас изменила себе… Я люблю Эра. И я найду его! Я абсолютно уверена, что он жив!

Хен так и застыл передо мной – на коленях, молча, только лишь сглатывая.

Я напряглась, вся подобралась.

Боже! Боже! Что теперь будет?!

Он меня выгонит с базы? Разразится оскорблениями? Что он теперь сделает?

Минуты пролетали мимо виска плазменными сгустками. Я смотрела на Хена, а он не сводил с меня глаз…

Кажется, за эти мгновения мы оба пережили слишком многое. Для нас обоих минуты превратились в целую вечность. А молчание – в глухое депрессивное ожидание.