Рождённая пеной морской

14.1

14.1

Утро растянулось на долгие часы, в течении которых нас пытались корректно допросить о произошедшем и причинах того, почему мы всё скрывали. А мы снова и снова по кругу рассказывали одну и ту же историю.

Нет, мы не совсем понимаем, почему это произошло именно со мной. Да, мне помог Диниас, услышав исходивший ментальный призыв, который я, по-видимому, отправляла совершенно безотчётно. Нет, мы умолчали не потому, что хотели утаить что-то, а лишь по той причине, что мой энергетический потенциал был нестабилен и мне необходимо было ассимилироваться в этом мире.

Почему решили открыть правду сейчас? Очень просто. Мне удалось принять человеческую ипостась, а значит, энергетическая составляющая практически пришла в норму (немного покривили душой, ведь помогла мне в этом исключительно новая модель анализатора, зато выглядело вполне правдоподобно).

Да, я согласна стать гражданином Аквитаса. И да, я понимаю важность этого открытия. Но нет, разрешение на «нужные» опыты я не дам, пока не изучу их список и ответственным за их осуществление не станет главный магконструктор, благодаря которому я здесь нахожусь.

Ещё я напомнила Совету, старательно акцентируя на этом их внимание, а также внимание репортёров, что я тоже живое существо, поэтому очень важно, чтобы опыты не стали основной частью моей жизни, и не несли угрозу моему здоровью.

Отчего-то мне раньше казалось, что члены Совета более страшные, что ли. Но увидев их ближе, поняла, что они такие же обычные сианты, как и остальные, которых я видела до этого. Были среди них те, кто хоть сейчас готов был отправил меня на разогретую сковородку, если бы это помогло открыть тайну, каким образом я стала вот такой. Но находились в зале заседаний и совершенно другие сианты. Те, кому не чуждо сочувствие. Они смотрели на меня с неким сожалением и явно были согласны со всеми приведёнными доводами. Это не могло не радовать.

Через несколько часов морально истощённые мы выплыли из здания заседаний.

– Как думаешь, это победа? – с надеждой спросила я.

– Скорее всего, но наверняка сказать сложно…

– И куда теперь? – спросила севшим от долгого напряжения голосом.

Он задумчиво посмотрел в сторону нашего дома и вдруг предложил:

– А знаешь, есть одно замечательное место, я давно там не был, но с удовольствием посетил бы его в твоей компании, если ты, конечно, не против.

Дин

Я чувствовал, что это не закончится так, как мне бы хотелось. Маша никогда не поступала шаблонно. С ней никогда нельзя было быть уверенным, что произойдёт завтра или даже через мгновение.

Другая с радостью бы бросилась мне на шею и позволила бы себе стать счастливой и желанной. Но не она.

И с чего я решил, что Мария согласится? Ведь это даже не ритуал, а всего лишь помолвка, которую не обязательно завершать браком. Но нет! Подумать только, она решила дать мне шанс к отступлению! До сих пор не мог в это поверить.

Как и в то, что наконец созрел к такому решению. Но Маша за эти полтора месяца стала для меня намного ближе и дороже любой другой девушки. Я понял, что если она покинет мою жизнь, та станет пустой и блеклой. Я нуждался в ней, словно в живительном источнике, который создан лишь для меня. И был уверен, что и через неделю и через месяц и даже через несколько лет я не изменю своё мнение по этому вопросу.

Но видя сомнения, решимость и одновременно мольбу на её красивом лице, я не смог не согласиться сделать так, как она меня просит. И с удивлением обнаружил, что иногда стоит дать возможность своим самым дорогим и близким существам принимать самостоятельные решения и лишь поддерживать, оставаясь рядом, но в стороне.

Как и ранее в случае с Сишаей, реакция не заставила себя долго ждать. Я увидел счастье в её глазах. И это перевернуло мир внутри меня...

И вот теперь, после такого сложного и изматывающего заседания, когда встал вопрос, куда идти и что делать дальше, я вдруг решил не тратить наши драгоценные жизни лишь на рутину, пускай и общую, а предложить моей будущей невесте частичку своей души. Мне стало необходимо, чтобы она поняла и приняла меня до каждой мелкой трещинки и точки моей души.

И я решил показать ей своё место. То, куда я прихожу, когда мне плохо, и куда заглядываю, когда мне очень хорошо. И, надеюсь, она поймёт, что именно я хотел бы ей показать.