Путевые заметки вольного мага

Глава 3: Прогулка

Срединная Софирская Империя, село Большие Валуны

Тарина Багряная, младший мастер Ордена вольных магов

Село Большие Валуны, несмотря на удаленность от Большого торгового тракта было действительно крупным, дворов на пятьдесят. Дома, построенные из темных сосновых бревен, почти не отличались друг от друга: одноэтажные, ухоженные, увенчанные чешуйчатыми лемеховыми крышами, украшенными резными ветровыми досками. Строения не теснились друг к другу, а размещались свободно, а придомовые участки, скрытые с глаз плодовыми деревьями, отделялись друг от друга добротными деревянными заборами с пол-аршина высотой. В центре села, от которого лучами отходили улицы, стоял небольшой храм Благочестивого, в который раз в десять восходов солнца приезжал проводить службы храмовник из Фраска. Это место перед храмом обычно использовали для проведения каких-то местных и общеимперских гуляний: свадеб, празднования дня рождения членов императорской семьи, Праздника встречи весны или других подобных событий.

Гостевого двора, как я уже говорила, в Валунах так же не предполагалось, как и корчмы. Собственного маг-лекаря или даже просто лекаря в селе тоже, разумеется, не было, как и сельского мага, только травник, который, по рассказам Теньки, жил на отшибе села, почти у самой кромки леса. Завтра, наверное, прогуляюсь туда, может быть, удастся узнать что-нибудь полезное.

В общем-то, ситуация довольно стандартная, так как при наличии прикрепленного к селу мага, обязательный налог с жителей довольно ощутимо увеличивается.

Травники не маги, хотя какой-то особый, не подлежащий классификации, принятой у магов, дар у них, безусловно, есть. В отличие от магического дара, то, чем владеют травники (знахари, знающие, ведающие, в разных частях страны их называют по-разному) передается только по наследству. Этот дар не связан с источником внутри, и откуда он берется, ученые мужи Империи не знают до сих пор, как не изучали.

Контроль за травниками и их деятельностью ведется городскими и сельскими магами. Хотя это особо и не нужно, так как у травников есть какой-то свой кодекс или свод правил, чем-то схожий с правилами лекарей. Что-то вроде “не навреди”, “не сотвори зла”, “помоги нуждающемуся” и так далее. Разумеется, за свои услуги травники тоже требуют плату и тоже отдают какую-то часть в качестве налога.

В Империи любят налоги, да. И берут их со всего. Правда, при этом эти монеты не оседают в карманах приближенных к власти людей, потому что первым, что сделал Император, взойдя пятнадцать весен назад на престол: искоренил взяточничество, как явление, и отправил всех казнокрадов на рудники у Серых гор на границе с Тириэлем, а кого-то даже казнил. А потом проложил дороги, построил мосты, очистил Большой тракт от разбойников за государственный счет, возвел храмы в каждом дальнем селе, привел в порядок города, профинансировал Совет по контролю за магами в том, чтобы они создали специальные отряды, которые борются с нечистью там, где ее слишком много. В общем, каждый житель Софирской Империи знал, что свои кровные, которые он платит налогом, идут во благо страны, а не на наряды любовницы какого-нибудь императорского советника.

Так, я отвлеклась. Вы уже, наверное, поняли, что у меня частенько такое бывает.

В общем, именно травники в отсутствии магических или немагических лекарей поблизости берут на себя заботу о здоровье селян и их живности. Могут отогнать мелкую нечисть, которой, впрочем, в этих лесах почти и нет. Если травник не справляется, староста может отправить уже за лекарем или магом. Или воспользоваться услугами вольного мага, если тот оказался поблизости.

И селятся травники исключительно в глуши, поближе к природе, так сказать.

Я уже уточняла у семьи старосты, что думаем по поводу “чудес” в Валунах местный “знающий”, и они рассказали, что тот выдал всем желающим какую-то траву, “отгоняющую зло” и сообщил, что больше ничего сделать не может. Тем более, местное “оно” селянам плохого не делает, зачем с ним вообще бороться, радоваться нужно.

Да, веник из плакун-травы, васильков, зверобоя и еще чего-то в доме старосты я приметила. Конечно, от местного “чудилы” все это вряд ли поможет, но лишним точно не будет.

Я понимала жителей села и не понимала одновременно. Да, когда не знаешь, с чем столкнулся, когда происходит что-то странное, это нервирует и пугает. Но ведь наличие исполняющего желания соседа не так и плохо, согласитесь?

В принципе я могу просто рассказать старосте, что, скорее всего, у них тут завелось. Попытаться даже доказать, что пользы от этого много, а вреда никакого. Но... У жителей вот таких глухих мест своя логика и свой особый менталитет. Все странное - плохо. Хорошо то, что хотя бы маги их не пугают. Все же работа с населением храмовниками проведена отличная.

А впрочем, мне же и лучше. Не хотят чудес, умных псов, приятных снов и летающих коров, что же... Скоро их не будет.

Мой провожатый беспрерывно трещал, рассказывая о том, где кто живет, и что у кого произошло. Болтовня Теньки не отвлекала, поэтому я не одергивала паренька, а просто шла с ним рядом, рассматривая все, что могла рассмотреть. С местными я не общалась, хотя и видела, что некоторые из них, в основном старики, которых не нагружали работой, с любопытством выглядывают из домов или окон, провожая меня молчаливыми взглядами. Сейчас наступала пора сбора урожая, поэтому село даже к вечеру казалось пустынным и тихим. И детей, которые обычно собирались в стайки и иногда все же находили в себе смелость подойти поближе и что-то спросить, сейчас нигде не наблюдалось.

Мы прошлись почти через все Валуны, дойдя до того их края, который упирался в высокий холм саженей двадцать в высоту, покрытый ярко-оранжевым мхом. Холм был довольно крутым и каменистым, но я заметила, что вверх от его основания все равно уходят несколько протоптанных дорожек.

По рассказам Теньки на холме располагались те самые валуны, в честь которых это место и получило свое название. Самое интересное, что валуны эти стояли не на земле, а на нескольких небольших камнях, будто кто-то специально их так поставил. Никто точно не знал истоки этого явления, но считалось, что это отголоски какой-то религии, существовавшей у предков восточных имперцев еще до того, как люди уверовали в Благочестивого и его сыновей.