Земля после конца времён

IV

На следующее утро друзья покинули убежище и двинулись на поиски источника пресной воды. Если бы Дрим был один, скорее всего, он так никуда бы и не пошел, но Пэк, вскочив на рассвете, стал бодро карабкаться вверх по осыпающемуся склону, и его товарищу ничего не оставалось, кроме как отправиться следом. Ниже по течению левый берег постепенно уходил вверх: они все еще шли вдоль реки, но спуститься к ней не представлялось возможным (разве что, сломав себе шею), зато лес теперь оказался пугающе близко. Пока еще не буравящие вершинами небо хвойные великаны, а только лиственные деревья, стволы которых словно изуродованы некой злобной силой. Если бы не Пэк, Дрим не протянул бы здесь и получаса: вернуться назад, к каменному мегалиту, и умереть от голода и жажды – больше не на что ему было рассчитывать, но Пэк своей непрекращающейся болтовней и неиссякаемой энергией заставлял его двигаться дальше. Неизведанные места пугали, опасность подстерегала на каждом шагу: в лесу прятались голодные твари, если в небе вдруг появится стервятник – укрыться можно только под деревьями, и еще неизвестно, опаснее хищники небесные или обитавшие под покровом раскидистых лиственных крон. Съедобные коренья и жуки попадались нечасто, этого вполне хватало для двоих, но воды все не было.

Дрим устало брел вдоль обрыва, инстинктивно стараясь держаться поближе к реке и не смотреть вперед. Однообразие горизонта угнетало, поэтому вот уже несколько часов он разглядывал свои шагающие ноги – массивные, похожие на пни, покрытые серой чешуей. Где-то впереди без умолку балаболил его друг, вспоминая не только близких родственников вплоть до десятого колена, но и родственников своих родственников, их родственников – всю эту толпу не удалось бы перечислить до скончания времен, а тем более всех съеденных ими гусениц и корешки.

Вдруг в лесу послышался шорох, и Дрим по привычке шарахнулся в сторону. Его левая задняя нога соскользнула с края обрыва, и животное, неуклюже накренившись на бок, стало заваливаться в пропасть. Несчастный изо всех сил цеплялся за сухую траву передними лапами, но тяжелая туша упорно тянула вниз. Его сердце бешено колотилось, норовя вырваться из груди, а в глазах метался ужас. Пэк среагировал молниеносно: подскочив к ближайшему дереву, стащил с него лиану на вид покрепче и бросился на помощь другу. Он проворно запрыгнул на голову Дриму и, спустившись по спине (зверек весил так мало, что для падающего с обрыва животного в полтора центнера весом был не тяжелее пушинки), обвязал его лианой-веревкой, после чего, снова оказавшись на твердой земле, стал вытягивать товарища из пропасти. Для такого маленького создания Пэк обладал порядочной силой, которой хватило, чтобы Дрим почувствовал спасительную твердь: его лапы были пусть и неуклюжими, зато мощными, и понемногу ему удалось втащить на край обрыва сначала брюхо, а потом и задние ноги.

Когда все закончилось, Дрим упал без сил: сердце до сих пор разрывалось от пережитого страха, а легким отчаянно не хватало кислорода. Тем временем Пэк сновал вокруг товарища, распутывая лиану, которую с перепуга завязал всеми мыслимыми и немыслимыми узлами. В какой-то момент они встретились глазами: в очередной раз Дрим понял, как повезло ему с другом, и почувствовал безмерную благодарность к этому отважному, пусть и безалаберному существу, не находя слов, чтобы выразить ее. Пока он судорожно собирался с мыслями, Пэк успел прийти в себя и даже поймал жирного полосатого жука, которого тут же предложил товарищу.

- Не ядовитый. Спасибо, лучше сам съешь, – прошептал в ответ Дрим. Он собирался еще что-то сказать, но друг опередил его:

- Тогда пойдем! Уверен, нам сегодня обязательно повезет, мы точно найдем славное озерцо с вкусной водой! – с этими словами Пэк запихал жука в рот, и, жуя на ходу, бодро зашагал вперед. Дрим еще пару минут сидел на земле, ошарашено потряхивая ушами, потом послушно встал и засеменил вслед за удаляющейся тощей фигуркой.