Попаданка на факультете пророчеств

ГЛАВА 4

Я долго возилась с книгами, найденными на столе Амелии. Сначала я листала их торопливо, а затем — медленно, стараясь вникнуть в формулы и схемы. Память играла со мной в кошки-мышки и лучше всего мое состояние описывала известная фраза: «тут помню, там не помню».

Информации о двойниках нашлось до обидного мало. Мне не попалось ничего толкового кроме того абзаца об обмене душами. Я также нашла упоминание, что дар у двойников, несмотря на внешнее сходство, может быть разным и даже противоположным друг другу (как это часто бывает у близнецов), но мне до таких деталей не было никакого дела. Я уже поняла, что у меня дар отсутствует напрочь.

Наверное, я уснула прямо так, сидя за столом, потому что шею ломило, а момент укладывания в кровать в памяти не остался. Снова, как и во сне с зеркалом, я четко знала, что сплю.

Я очутилась на небольшой зеленой лужайке рядом с округлым чистым прудом. Его берег был окаймлен плакучими ивами, и его прозрачная гладь виднелась лишь в просвете зеленых ветвей. На мне были мои любимые рваные джинсы, черная футболка с многозначительной надписью «Not today» и белые кеды на толстой подошве. Волосы снова оказались обрезаны, и я повертела головой, наслаждаясь ощущением свободы. Длинные волосы — это, конечно, красиво, но ту легкость, которую дарит стрижка, ничто не может заменить.

Постояв на месте и прислушиваясь к щебетанию птиц, я не спеша двинулась к пруду. Шелковистая трава под моими ногами легко приминалась, тишина и уединение навевали умиротворение. Я даже не удивилась, увидев у пруда Амелию. Я же думала о ней перед сном, так что подсознание лишь выполнило мое желание, подсунув негодницу мне под нос. Эх, жаль, что ненастоящую!

Я медленно, наслаждаясь теплым воздухом и запахом воды, приблизилась к Амелии и опустилась на траву немного поодаль от нее. Она задумчиво всматривалась в разложенные перед собой карты. Белое кружево на краю ее длинной желтой юбки оказалось испачкано в зелени, но Амелию, судя по всему, тревожило не это. Ее лоб был нахмурен, а губы сжаты. Белая блузка с пышными манжетами и желтая шляпка на макушке прекрасно завершали ее романтический образ. Для полноты картины не хватало только плетеной корзинки и клетчатого пледа.

— Вы все-таки пришли, — сказала она, не отрываясь от карт.

— А что, должна была потеряться в пути? — фыркнула я.

Амелия удивленно моргнула, подняла на меня спокойный взгляд и покачала головой.

— Нет, такого не могло случиться. Все дороги ваших снов ведут сюда, к пруду.

— Не пруд, а прям-таки Рим, — с уважением протянула я, посмотрев в сторону чуть колеблющейся воды.

— В каком-то смысле, — согласилась Амелия и передвинула одну из карт левее. — Но я бы скорее сравнила это место с карманом между мирами.

Она тяжело вздохнула и смела карты в кучу.

— Нет, ничего не вижу.

— Так ты гадаешь? — с пониманием спросила я, сорвав травинку и прихватив ее кончик зубами.

— Предсказываю! — уязвленно поправила Амелия и с досадой добавила: — Сколько ни раскладываю карты, не могу увидеть лица убийцы.

Надо же, во сне даже у Амелии прорезалась совесть! А иначе с чего бы моему двойнику пытаться увидеть лицо преступника? Ей-то смерть уже не грозит.

— Почему? — без особого интереса, скорее чисто из вежливости спросила я, лениво развалившись на траве.

В глаза светило солнышко, и я довольно зажмурилась. Разговоры об убийце меня не пугали. Разве это важно, когда сейчас так хорошо?

— Не знаю, — неохотно призналась Амелия. — У меня сильный дар, — не без гордости продолжила она, — и обычно я могу увидеть хоть что-нибудь. Если молчат карты, я обращаюсь к магическому шару или к кофейной гуще. Иногда даже серебряные монеты могут указать путь и дать подсказку. Но в этот раз… ничего не выходит. Словно кто-то накинул на зеркало темную ткань.

— Это подозрительно, — отозвалась я и прикрыла ладошкой глаза, всматриваясь в белые облака на пронзительно синем небе. — И грустно.

— Я рада, что вы так спокойно все воспринимаете, — с ноткой облегчения проговорила Амелия.

— Глупо злиться на то, что тебе снится, — пожала плечами я. — Об играх подсознания еще Фрейд говорил.

Повисла пауза. Амелия молчала. В душу закралось подозрение, заставившее меня перевернуться на живот и приподняться на локтях. Всматриваясь в свою притихшую собеседницу, я уточнила:

— Ты же мне сейчас снишься, верно?

Амелия прокашлялась и принялась изучать свои аккуратно подстриженные ноготки на руках.

— В каком-то смысле…

— То есть, — вкрадчиво спросила я, медленно вставая с травы, — ты не плод моей фантазии?

— Нет, я настоящая, — сказала Амелия, тоже вставая с колен и осторожно пятясь, не спуская с меня глаз. — Разве это что-то меняет?

— О, еще как! — хищно улыбнулась я.

Мы рванули с места одновременно: я за Амелией, а она — от меня.

— Стой, стерва! — закричала я. — Я тебя все равно поймаю! Ты у меня еще попляшешь!

— Я отвратительно танцую, — бросила она, ловко перепрыгивая через толстые корни ивы, распластавшиеся по земле. Амелия, подоткнув край юбки за широкий пояс на талии, передвигалась с удивительной ловкостью. Я в джинсах и кедах едва поспевала за ней. — Вам не понравится мой танец!