Каменные Кольца

Глава 4

Глава 4

В последнее время погода была прямо под стать настроению молодого князя. Холод пронизывал до самого сердца, а внутренний двор буквально утопал в слякоти. Сено совсем размокло, и жители замка вместе с князьями переправили его остатки в Юго-Восточную башню. Работали все наравне - это только в больших городах знать не позволят себе взять в руки грабли. А здесь, в отдаленных уголках мира, каждый человек был наперечет.

Несмотря на то, что за окном уже миновал октябрь, по сей день никто не видел ни снежинки. Парадокс, но в холодную пору становилось немного легче - не было той мерзкой сырости, от которой начинали кашлять люди и чахнуть животные. А сейчас вместо снега жители замка видели один только дождь - чаще всего это была мерзкая морось.

Слякотная погода способствовала спячке Гурдича - запасы на зиму давно были готовы, ворота надежно защищали от опасностей леса, а никаких гостей до весны никто не ждал. Так что каждый теперь был занят своим делом - хотя в одиночку по замку ходили только князья. Остальные же старались сидеть в своих комнатах и не выходить в темные коридоры без лишней нужды.

Единственной, кто не боялся темных углов замка, была Райла. Она редко проводила время в гостевых покоях - чаще женщину можно было застать в тренировочном зале. Возможно, она посещала и другие части замка. За гостьей никто не следил - все наследовали пример старого Ларса, который безоговорочно доверял этой странной женщине.

Сам Лоренс виделся с ней раз пять, не больше. Один раз она пришла в покои молодого князя и вежливо общалась на предмет погибшей Мавры. Женщина вела себя спокойно, однако Лоренс в её присутствии ощущал себя несколько неловко. Кажется, те же эмоции испытывала и Ванда - вопреки её участливому вниманию, молодой князь ощущал некоторую скованность помощницы. Но ему так и не хватило духа признать - он тоже испытывал смятение при виде ищейки.

В любом случае, гостья лишний раз ему на глаза не попадалась. Вот и сейчас, пройдя мимо тренировочного зала, он не заметил Райлы. Видимо, она вновь говорила о чем-то со старым Ларсом.

Сам Лоренс направлялся в свою комнату - дела на сегодня были закончены, и князь хотел немного отдохнуть. Уверенно следуя по тёмным коридорам, мужчина вышел на первый этаж Юго-Восточной башни. Именно здесь находились склады с припасами. Отсюда же наверх вела неприметная лестница, по которой Лоренс и поднялся на второй этаж. Здесь находились его покои - комнаты занимали целый этаж, хотя вряд ли могли удивить своими размерами. Сперва вошедший попадал в проходную. Отсюда можно было пройти в три комнаты, каждая из которых имела своё назначение. Правая дверь вела в холодный кабинет с одним из немногих целых окон замка. Левый проход вел в спальню - небольшую и такую же холодную. Центральный коридор выходил в общий зал, где Лоренс обычно проводил время с домочадцами. Там же находился и камин, который отапливал этаж в холодное время года. Правда сейчас никто не занимался поддержанием тепла, и в комнатах стоял ужасный холод. Запахнув плащ, молодой князь повернул налево, отправляясь в спальню. И уже у самого входа мужчина услышал тихое шуршание.

Вопреки осторожности, парнем он был не из робких. Ускорив шаг, Лоренс вошел в помещение, готовясь встретить незваного гостя. Увидев хозяина, человек рванулся к выходу, силясь проскользнуть мимо Лоренса. Мелькнули знакомые темные волосы и бледное лицо. Едва не врезавшись в князя, Ванда тут же отпрянула назад и испуганно сжалась, словно ожидая удара. Сам Лоренс сделал шаг назад и удивленно пробормотал:

- Странное дело - я никому не разрешал сюда входить... - и добавил чуть громче, - что ты тут делала?

Ванда молчала. Лоренс выждал несколько секунд и повторил чуть громче:

- Что ты тут делала, Ванда?

Маленькая, она постаралась стать еще меньше, вжимая голову в плечи и закрывая тело руками. Это казалось наигранным жестом, но Лоренс сейчас не обращал внимания на подобные детали. Сделав шаг по направлению к секретарю, он повысил голос, спросив в третий раз:

- Что ты тут делала, Ванда? Отвечай!

Он всё-таки сорвался на крик - Лоренс очень не любил вмешательства в личное пространство. Обескураженная, Ванда опустила голову, и на щеках её блеснули слезы.

- Я... - голос её звучал тускло, - искала...

- Что ты искала? - Лоренс всё же старался держать себя в руках.

- Камень. Я искала камень... - она опустила голову и бормотала это себе под нос, из-за чего половины слов было просто не разобрать. И тут в следующую секунду Ванда сорвалась на крик, - я искала обсидиан! Камень обсидиан! Мне страшно, и я просто искала обсидиан!

Лоренс в момент растерял свою уверенность. Для него, неприспособленного к жизни в социуме, женские слезы были чем-то необъяснимым и ужасным. Пока мужчина молчал, Ванда продолжала плакать, вытирая слезы грязными руками:

- Я очень боюсь, Лоренс! Мне страшно за каждого жителя замка! Мы не выходим из комнат, понимаете?! Все мы просто сидим по залам и ждем рассвета, маясь без сна. Каждая ночь - она как пытка. Каждый из нас боится заснуть и не проснуться - или проснуться от разорванного горла, размозженной грудной клетки, вырванных глаз...

- Ты немного преувеличиваешь, - Лоренс сказал это совсем неуверенно, породив своими словами лишь новый виток истерики.

- Только трое людей ходит по замку без страха! Гостья Райла, Ларс и вы, понимаете? Отчего вы не боитесь того, что скрывается во тьме? Отчего оно вас не трогает? Охотница-то кольцо носит, оно и ясно. А что прячете вы? Это ведь совсем нечестно...

Шмыгнув носом и оставив на щеках следы чернил, Ванда продолжила:

- Поэтому я искала камень. Я знаю, это так неблагодарно по отношению к вам и вашему отцу, но... Я просто очень, очень не хочу умирать.

Последние слова были сказаны практически шепотом. И теперь девушка стояла посреди комнаты, сложив руки перед собой и тихо обливаясь слезами. Отчего-то Лоренс вспомнил собственную мать - одну из немногих женщин, которую он видел в слезах. Во многом подражая отцу, он осторожно подался вперед и прижал плачущую девушку к груди, стараясь унять её дрожь. Для него проявление подобного поведения было чем-то новым, но князь переборол двоякие чувства. Если так поступал его отец, значит это правильная реакция, правда?