Софья - королева данов

ГЛАВА 63 ЖИЗНЬ В ЭРФУРТЕ

Тюрингия 1184 - 1188 год Эрфурт

В ожидании прибытии короля, и множества других важных лиц Эрфурт провел всё начало лета. Город готовился принять цвет рыцарства Европы.

Магнус не очень старался приготовить город к приему гостей, он ходил хмурый и молчаливый. У меня же внутри будто росло беспокойство. Предчувствие говорило о недобром, плохие знаки мне чудились повсюду.

Несмотря на своё беспокойство и недовольство Магнуса, мне пришлось самой заняться обустройством замка Петерсберг, церкви Святого Петра, самого старого здания в Петерсбергской цитадели и города к приезду гостей. А это было ни много ни мало, вместе с королем, около ста самых видных рыцарей с ближайших земель. Все они должны были прибыть в Эрфурт со своими отрядами воинов и оруженосцами.

Только провизии в город привезли на десятках подвод, и они ещё прибывали и прибывали, со слов мужа, рыцари могли пробыть в городе двадцать и более дней. Подумав обстоятельнее я приказала готовить запасы вдвое от этого срока.

Слуги бегали по всему Эрфурту, торопливо и суетливо исполняя мои указания по наведению порядка в городе. Магнус ворчал и только после моего с ним разговора, успокоился и нахмурено наблюдал за происходящим.

Король Генрих ехал не торопливо, осматривая и останавливаясь в замках мелких вассалов, в наш замок он прибыл 24 июля 1184 года. Мне совместно со слугами пришлось не просто, чтобы разместить в городе сотню представителей знатных родов и еще три сотни их сопровождающих, пришлось приложить для этого не мало сил.

Король собирался провести хофтаг[1] в крепости Петерсберге, в приходском доме церкви Святого Петра. Церковь и вся территория вокруг принадлежали монастырю ордена тамплиеров, я не могла как женщина входить в мужской монастырь. И потому лишь обратилась с просьбой к аббату монастыря, перед приездом короля навести внутри порядок.

Я смогла присутствовать на встрече короля, приветствуя его на ступенях замка. Внешность Генриха была вполне заурядной, он не отличался ни крепостью сложения, ни особо завидным здоровьем[2]. Я смотрела на сына великого императора Фридриха с целью познавательной, и возможностью хоть как-то помочь Магнусу. Всё что я знала о Генрихе, это то что он юн, ему нет и девятнадцати лет и недавно в мае, на Пятидесятницу, его посвятили в рыцари.

Позже я присутствовала на торжественном обеде, в честь прибытия короля. Генрих и Магнус-Людвик приходились друг другу двоюродными братьями. Не желая подвести мужа, я сидела молча, только прислушиваясь к разговорам. Мне не нравилось, что Магнуса почти заставляют пойти на уступки, но поделать я с этим ничего не могла. Я хотела помочь, но не знала чем.

В ночь перед ховтагом, мне было неспокойно. Я заметила Магнус тоже не мог уснуть. Мы лежали обнявшись, молча. Какое-то время я размышляла, а потом приняла решение. Приподнявшись я сняла с шеи оберег, что давным-давно одел мне на шею отец, родовой знак Брячеславовичей.

- Магнус, поднимись.

Муж удивленно посмотрел на меня, но поднялся и я одела ему на шею цепочку на которой висел зелено-черный диск с рунами, это был камень муррин.

- Зачем Софья? Он же твой и всегда с тобой был.

- Пусть побудет с тобой, мне так спокойнее будет, - я рукой поправила на его груди оберег и прижалась к груди любимого.

Так обнявшись мы и уснули.

А дальше случилась катастрофа...

О произошедшем я узнала со слов монахов, находившихся поблизости и помогавшим рыцарям спустится с коней.

Сейм, созванный королем, проходил 26 июля на верхнем этаже приходского дома Петерскирхе, церкви Святого Петра, самого старого здания в Петерсбергской цитадели. Представители обеих сторон решили встретиться, чтобы прийти к соглашению. Мне трудно точно сказать, сколько там было людей, но их было гораздо больше сотни, поскольку в спор вовлекались люди, которые принимали ту или иную сторону. Вся людская масса собралась в большом зале с деревянным полом. Их было так много, что пол – вероятно, прогнивший – не выдержал веса и рухнул[3].

Вес был настолько большим, что когда люди, дерево и камни достигли второго этажа, они провалили и его. В конце концов, они оказались там, где находились уборные. Под ними располагался огромный резервуар, куда поступали отходы. Как бы там ни было, пол в уборных тоже не выдержал, и под действием силы тяжести все оказались погружёнными в фекалии.

В результате инцидента погибли многие: одни – от ударов, которые они получили в результате падения или обрушения на них обломков, другие – утонув в тоннах экскрементов, накопленных за много лет. Среди тех, кто погиб таким бесчестным образом, были Гозмар III, граф Цигенхайн; Берингер I фон Мельдиген; граф Фридрих Абинберкский; граф Генрих фон Скварцбург; бургграф Фридрих фон Кирхберг; и бургграф Бурхард фон дер Вартбург[4].

Другим повезло больше, они получили травмы или отделались незначительными ушибами. Среди них был и мой муж Людовик III, который, хотя и упал в выгребную яму, сумел выбраться из неё. Его противник, архиепископ Конрад, тоже выжил: он сидел на подоконнике, держась за раму, пока его не спасли. Генрих VI остался целым и невредимым также благодаря тому, что оказался на подоконнике. Он оставался там до тех пор, пока к окну не приставили лестницу.

Кстати, он тут же поспешил покинуть город.

После этого события Эрфурт погрузился в траур. Длинные похоронные процессии потянулись в земли погибших. Похороны прошли и в Эрфурте, погибли мои друзья детства, Юхан был среди них.

Магнус и я не просто пережили их уход, но ничего не вечно, как и сама жизнь...

Спустя какое-то время после этой трагедии, Магнус снял оберег со своей шеи и протягивая мне произнёс:

- Не снимай его больше никогда, он сохранил мне жизнь. И я хочу, что бы он тебя хранил!

Этот год выдался не простым, но мы справились, ради будущего и нашей любви.

***

Прошел год, за ним второй, а потом и третий. Мы с Магнусом жили тихо и мирно, любовь освещала нам дорогу. И не было место в нашей жизни размолвкам и непониманию.