Обручённые Венецией

5.6. "Я предупреждала: пусть только попробует хотя бы кто-то причинить нам боль, и я за себя не ручаюсь!"

Карлос Фоскарини встретил дочь, к ее же удивлению, радушной улыбкой, но весьма болезненным блеском в глазах. Перемены в отношении отца поразили Беатрису и стали причиной для многих вопросов, возникших в ее голове. Но она готова была взлететь от счастья, ведь Адриано уже поведал ей, что помолвка с Рамилем расторгнута и теперь ей остается лишь ожидать нового жениха. В этот раз кузен пообещал, что уговорит дядю на участие Беатрисы в выборе будущего мужа.

Когда Карлос, лежавший в постели своих покоев, услышал голос родной дочери, старческое сердце вздрогнуло от предвкушения счастливой встречи. Господи, а ведь какие только мысли у него не мешались в голове, когда он слег от переживаний! Потеряв надежду на ее возвращение в родные стены, он мысленно попрощался с нею навеки. И Карлос Фоскарини в нетерпении заставил себя подняться и добраться к ступеням, ведущим на первый этаж, откуда доносился шум.

Только сейчас он стал понимать, какую роль играла дочь в его жизни. Только сейчас он изменил свое потребительское отношение к ней, которым страдали все венецианские мужи, словно неведомой медицине болезнью.

Как это ни казалось кому-то странным, либо притворным, за это непродолжительное время Карлос смог пересмотреть все ценности, которые когда-либо касались его жизни. Ему часто вспоминались слова Адриано, убеждавшего дядю передумать, выбирая своей дочери подходящую партию в мужья. И что удивительно, он стал осознавать глубину происходящего через боль потери дорогого человека. Того человека, значимость которого он недооценивал в своей жизни.

На глазах Беатрисы выступили слезы, когда она увидела отца, едва перебирающего ногами по ступенькам. Он старался идти быстрее, но, очевидно, последствия болезни не позволяли ему свободно передвигаться. Беатриса бросилась к отцу и крепко обняла его.

— Папа, прости меня, — промолвила она, пряча свое лицо в его сутулые, исхудавшие плечи.

Из его груди послышался хриплый вздох, после которого Беатриса осмелилась с сожалением посмотреть ему в глаза. Его щеки увлажнили выступившие на глазах слезы, и она еще больше изумилась: отец никогда не позволял при ней проявление собственной слабости.

— Ничего, дочка! Все мы совершаем ошибки и несем за них наказание. Очевидно, расплата настигла и меня за то, что не так давно не захотел внимать твоим мольбам, — ответил он, крепче прижимая ее к себе.

Адриано стоял позади и, когда Карлос увидел его, к удивлению всех присутствующих, открыто улыбнулся племяннику.

— Спасибо, Адриано, — хрипло произнес он. — Ты нашел мою дочь, невзирая на то, что я потерял надежду увидеть ее.

Сенатор ликовал внутри себя: поиски Беатрисы сплотили членов семьи Фоскарини, и, дай Бог, теперь между ними закончатся все распри.

Беатрисе не верилось, что это говорит ее отец, который столько времени был сух и эгоистичен. А сейчас он буквально расцвел, не зная, куда деть себя от радости, когда увидел свою дочь, которая оказалась такой желанной его сердцу. А ведь все то время, которое Беатриса пребывала в злополучном борделе, она думала, что отец жестоко покарает ее, как только она попадется ему на глаза. Что говорило в нем? Стало быть, страх одиночества на закате жизни и ощущения подавляющей ненужности...

— Адриано, поужинаешь с нами? — предложил Карлос и заметил растерянный взгляд племянника, очевидно, готовящегося к отказу.

Но его намерения перебило радостное восклицание Беатрисы, которому он не смог отказать:

— И раздумывать нечего! Разумеется, поужинает!

— Я совсем скоро отправлюсь на тот свет, Адриано, — промолвил Карлос, когда после ужина они отправили Беатрису в свои покои, а сами решили побеседовать.

Тот задумчиво молчал, ожидая того, что последует за этими словами дяди.

— И чувствую я себя совсем скверно, племянник, — продолжал Карлос. — И ты знаешь... когда чувствуешь приближение этого... — его голос дрожал, словно это были предсмертные слова, — тогда так хочется исправить все ошибки, которые допустил в жизни, и провести последние дни в спокойствии, без погони за деньгами и властью. Я всегда стремился к этому, и только теперь ко мне пришло осознание, что даже если существует иной мир, в который мы отправляемся после своей кончины, то вряд ли мне удастся с собой прихватить нажитое за долгие годы имущество.

Адриано все это время с осуждением смотрел на дядю, но сию минуту, ощущая раскаяние в его словах, чувствовал, как прощение овладевает его сердцем.

— Хочу попросить прощения, племянник... За мной отмечены многие неблагородные поступки, в особенности по отношению к тебе. Но знал бы ты, как тяжело в этом честно признаться не то что другому человеку, но и самому себе, — как-то сдавленно продолжал Карлос. — Но последние события заставили меня многое пересмотреть. Как бы ни было это поразительно, но именно дочь на старости лет смогла меня изменить! Мне странно говорить об этом, но все же... теперь я чувствую себя другим человеком, и именно этим человеком я хочу отойти в мир иной.

Он виновато посмотрел на Адриано в надежде услышать от него слова прощения.

— Я... лишь так недавно забеспокоился мыслями о бессмысленно потраченных годах на эту вражду, дядя, — ответил младший Фоскарини. — Очевидно, мое сердце сумело простить, надеюсь, что и у тебя хватит духа простить и меня.