А как же Ты?

Часть 1 Глава 1

— Папа! Папа! Папа!

Маленькие ножки так быстро топали вниз по лестнице, что Ада[1] не поспевала за мальчиком.

— Тоша! Сынок! Осторожнее! Папа уже дома, не торопись.

— Я пейвый… пейвый… пейвый…

Возбуждённый малыш смело продолжил свой экстремальный спуск и если бы не Богдан, бросившийся к сыну навстречу, то новой порции синяков и шишек было бы не избежать.

— Оп-па! – произнёс мужчина, подхватывая торопыгу и невысоко подбрасывая вверх, отчего тот радостно засмеялся. — Какой ты у меня быстрый! Даже мама за тобой не успевает.

— Я пейвый!

— Первый-первый! – согласился довольный родитель. — Ты у меня во всём должен быть первым! А теперь давай маму ловить… Она же наша любимая, а своих женщин мы что делаем?

— Обейега-аем! – с восторгом закричал мальчик.

Мужчины практически синхронно отставили руки в стороны, чтобы тут же заключить в свои объятия наконец спустившуюся к ним Аду.

— Я люблю тебя, – шепнул Богдан на ушко жене и шумно вздохнул.

— Я люблю тебя, – словно эхо, повторил Антошка, имитируя, как интонацию, так и интимный вдох отца.

— Даня! – немного с укором произнесла Ада, хотя у самой глаза просто лучились счастьем. — Чему ты учишь сына?!

— Быть нежным и ласковым с любимыми… Правда, сынок?

— Пйавда! – по-взрослому согласился мальчуган, подставляя родителям по очереди вытянутые для поцелуя в трубочку губы.

Антошка в свои три с половиной года был довольно смышлёным ребёнком, чем, несомненно, гордились его родители. Внешне он представлял собой точную копию отца: достаточно высокий для своих лет, крупненький, темноволосый, с длинными чёрными загибающимися вверх ресницами, такими, что хоть спичку на них клади – удержится. А вот от матери ему достались зелёные, кошачьи, в мелкую жёлтую крапинку, глаза.

Рос малыш любознательным, умным и активным, причём настолько, что родители иногда за голову хватались: в кого он такой? Антошка целыми днями носился вверх-вниз по лестнице с озабоченным видом, творя какие-то свои, одному ему известные дела, порой категорически отказываясь и от еды, и от сна из-за занятости. И спорить с ним, в этом случае, было бесполезно: если что-то решил, то своего во что бы то ни стало, добьётся. Характер!

— Ну, беги! – Богдан опустил сына на пол. — Заканчивай там свои дела! Скоро ужинать будем. Да, мамочка?

Ада кивнула.

— А потом пойдём с тобой дальше железную дорогу строить.

— Уйя! – закричал Антошка и запрыгал вокруг родителей, словно маленький зайка.

Они с любовью и нежностью посмотрели на баловника, но тот, сделав пару кругов, с воплями понёсся на второй этаж, в детскую.

— Ну, здравствуй! – Богдан обнял жену за талию и притянул к себе. — Наконец-то я могу тебя нормально прижать… Устала?!

Ада улыбнулась и отрицательно замотала головой.

— Всё нормально, любимый. Просто у нас сегодня снова «деловой» день.

Богдан засмеялся.

— Не слушается?!

— Скажем проще: проявляет характер.

— А что, не в кого, что ли? – И он потянулся за поцелуем. Ада чуть отстранилась и прошептала в губы мужа:

— Я даже знаю, в кого он у нас…

Едва Богдан коснулся губ любимой женщины, как его сердце сладостно заныло, напоминая о ночах, полных взаимного счастья и любви, тоскливых рабочих часах без присутствия этой единственной женщины. Его руки заскользили по её одежде, пытаясь найти доступ к телу.

— Даня! Всему своё время… потерпи… – выдохнула она, при этом еле сдерживаясь, чтобы не проделать то же самое с мужем, и тут же задохнулась, поскольку его пальцы всё же проникли под блейзер, а потом и топ. — Данечка…

От сбивающегося с ритма дыхания грудь учащённо вздымалась, голова шла кругом, так и норовя отключить последние здравые мысли Ады.

— Пойдём в спальню… – прошептал он, оторвавшись, наконец, от её губ и утыкаясь своим лбом в её. — Я душ приму… а ты мне спинку потрёшь.

Ада, еле сдерживаясь, отрицательно замотала головой.

— Не могу… Антошка… За ним смотреть надо… Я тебе потом… массаж сделаю…

Он снова начал целовать её переносицу, нос, пытаясь добраться до губ жены, чтобы лишить её последнего сопротивления.

— Дуся! Хочешь, я попрошу Полину Ивановну присмотреть за Тошкой? А потом мы ещё друг другу массаж сделаем…

Но Ада, которой всё же удалось собраться, засмеялась, вырываясь из его рук.

— Данька! Не хулигань! У тебя в твои тридцать четыре поведение юноши пубертатного периода. Пора остепениться!

— Ещё чего! – фыркнул он, расстёгивая пиджак. — У меня ещё вся жизнь впереди… Кстати, давай-ка мы уже Тошке няню наймём. Скоро тебе больше для себя, любимой, времени понадобится. Да и потом, тебе так уставать нельзя будет…

— В смысле?! – растерянно уставилась на него жена, немного не понимая, что именно он имеет в виду.