Украсть своё 

Эпилог.

Спустя 10 месяцев.

Маша

Сегодня важный день. Мы с Женей идем на первое узи нашего малыша: мальчика или девочки. Мы выбрали самое простое обследование без наворотов, чтобы было меньше воздействия на ребенка. Я вообще подумывала сделать его на более поздних сроках, но решила, что небольшое знакомство с маленьким нашим чудом будет на пользу. Во-первых, мы уже будем спокойны, зная, что ребенок развивается нормально, а я чувствую, что так и есть, а во-вторых, зная пол ребенка, мы сможем уже обращаться к нему не просто “малыш”, а дочка или сыночек и ждать встречи с нашей крохой.

Женя тоже волнуется, но совсем не так как я. Иногда завидую его спокойствию и непринужденности, но радуюсь, что хоть один из нас в этих качествах преуспел.

Но вот в том, что мы оба не понимаем, что показывает узи, когда мы приходим в клинику, мы похожи, поэтому без подсказок мало понимаем, что транслируется на экране.

– Это сердечко вашего ребенка, – выручает своими комментариями милая доктор. – Послушаем…

– Так быстро стучит, – улыбаясь, поднимаю голову на Женю, который очумелым взглядом уставился в монитор.

– Ножки, ручки, голова, – продолжает комментировать доктор, ставя какие-то точки и делая записи.

И в конце выносит радостный вердикт:

– У вашего ребеночка все в норме. Пол ребенка запечатать в конверт? Или хотите узнать сейчас?

– Эмм, – теряюсь я, так как не планировала делать из этого событие типа гендер-пати.

– Я уже привыкла, что пары просят оставить в тайне от них, поэтому уже и не показываю пол на экране, – улыбается доктор.

– Мы как-то… – смотрю на Женю, ища ответ в его глазах.

– Запечатайте в конверте, – отвечает Женя. – А там решим: откроем сами или нет, – поворачивает голову он на меня.

А дома, держа конверт в руках, признаюсь Жене в своих убеждениях. Как-то мы не обсуждали эту тему до этого.

– Если честно, мне никогда не нравились гендер-пати со счастливыми лицами родителей, если ребенок оказался нужного им пола, или грустными, если своей половой принадлежностью не угодил. Кого бы ты хотел? – тут же спрашиваю я.

– Того, кто у тебя сейчас в животе.

– А если честно? Мальчика, как и все мужчины?

– Нет, Маша. У меня такого стереотипа нет. Да и от моего желания по факту мало что зависит, особенно сейчас, – смеется он, указывая взглядом на уже определенного человечка возрастом несколько недель. – Только… Мне почему-то видится, что ты держишь на руках дочку. Не знаю почему. Но если будет мальчик, Маш, я обрадуюсь не меньше. Главное, чтобы ребенок был здоровым. А у тебя есть предпочтения? – улыбается он, будто я смогу переплюнуть его трогательную речь.

– Если честно, то сейчас поняла, что хотела бы угодить тебе. Не совсем хорошее открытие для меня. Так ведь не правильно?

– Уже угодила, – кладет он руку на мой живот. – Так что можем устроить гендер-пати – пригласим только самых близких, и обрадуемся любому цвету торта.

– Торта? А может тогда шарики? – загораются во мне идеи, как организовать мини-праздник.

– Давай шарики, если хочешь.

На вечеринку, которую мы решили устроить дома, а точнее в квартире Жене, куда я переехала почти сразу, после того, как он выписался из больницы, приходят только наши самые близкие люди: Андрей с Ангелиной и их двумя малышами и папа со Светой. Да именно вместе, а не по отдельности. Сначала многие были в шоке от факта их отношений, в том числе и они сами – я была невольным свидетелем этому, но сейчас они выглядят очень гармонично, и я рада за них.

– Три, два, один, – кричат хором гости, мы с Женей одновременно лопаем шарик, и нас с ног до головы обсыпает розовым конфетти.

– Девочка, – улыбаясь смотрю на Женю, не потому что не обрадовалась бы мальчику, а потому что он угадал.

– Дочка, – обнимает, а затем целует он меня.

Мы едим, общаемся и даже танцуем. Но все это время мой взгляд то и дело притягивает маленькая принцесса Андрея и Ангелины.

Не выдержав в конце вечера, прошу Ангелину дать подержать эту кроху, и аккуратно беру ее на руки. Даже не верится, что скоро также смогу держать свою малышку.

– Маша, можно я почаще буду приходить к тебе в гости – она впервые не плачет, когда ее держит кто-то кроме нас с Андреем, – умиляется Ангелина, умиляя тем самым и меня.

– Я только за, – отвечаю, любуясь прекрасным личиком, которое с любопытством меня разглядывает.

В это время Женя, посадив на шею маленького Егора, болтает с Андреем и папой – у них собралась прямо мужская компания.

Я рада, что Женя с папой поладили. После того, что папа во время того случая лично проконтролировал, чтобы с Женей все было хорошо и вызвался быть сопровождающим, когда скорая его забирала, бросив свою машину, когда мог просто ехать следом, Женя перестал его люто ненавидеть. Но окончательно они отбросили свои терки, после того как поговорили. Но тот разговор дословно не пересказал мне ни тот, ни другой, а я, решив довольствоваться результатом, оставила попытки лезть в их отношения.

Дело на Рому все же завели, но он успел уехать из страны. Пытался откупиться, но у него не вышло. Мы с Женей и папой сделали все, что от нас зависело, и я отпустила эту ситуацию, перестав желать ему возмездия – оно все равно его настигнет и без моих пожеланий, а вот за вклад Ромы в наши с Женей отношения я до сих пор благодарна. Наша встреча с Женей в тот день произошла из-за того, что он поскользнулся. Решил на следующий день прийти ко мне на работу Женя также из-за него. Да и не встреть я Кристину в больнице, после усилий Ромы, мы тоже вряд ли бы были вместе, по крайней мере, я бы не узнала, что у них с Женей уже ничего не было на тот момент, ну и те ее слова произвели на меня нужный эффект.

После ухода гостей Женя идет в душ. А я иду переодеваться и останавливаюсь возле зеркала в нижнем белье.

Девочка…

Аккуратно вожу по животу рукой, говоря малышке, что мы с ее папой ей рады.