Стражевый компас

Глава 6. Не чайная церемония.

Давно...

В этом захудалом доме не было ни одного живого существа, не

считая меня и летучей Грызи. А женщин не было вечность.

Она плелась позади: молчаливая, отрешённая, напуганная.

Чёрт! Даже не знаю, что с ней делать. Ещё одна головная боль…

Шли по тёмным коридорам, тусклые светильники на стенах указывали нужный путь.

В кабинете было мрачно, но это единственное место в доме, куда можно пригласить гостей.

Скинул куртку на диван и плюхнулся в кресло. Всё-таки дед поставил его правильно, каждая точка комнаты попадала в поле зрения.

Девчонка дальше дверей не прошла. Опустила голову и молча разглядывала паркет.

Не наглая – плюс в её пользу. На дух не переношу развязных девиц, с которыми

возникают проблемы и которых нужно «ставить на место».

Хотелось внимательно разглядеть её лицо, но она каждый раз отводила голову и опускала глаза, не желая встречаться взглядами. Уловил только бледность кожи и

остроту скул. По мне - обычная девчонка, тощая, как подросток, в парнишечьей куртке и в широких штанах.

На женщину, в полном смысле этого слова, не дотягивала.

Однако... её волосы, золотистыми волнами плавно стекали по спине до поясницы. Она по-детски, поправляла пряди за ухо и это движение рук завораживало. Поймал себя на мысли, что хочу потрогать светлый локон и ощутить его шелковистость.

Стоп - стоп...ещё раз стоп! - говорю себе мысленно, - не смей, даже думать в её сторону. Для тебя она, как и все женщины – проклята. Над ней так же, как и над всеми, маячит знак «запрещено». Вирус, по имени «Райлин», отравил в прошлом одного летателя и оставил кровоточащие язвы на измученном сердце.

Ив…Ива…Ивана Стужева…

Так звали мою новую знакомую, которая сегодня утром не стала новым Стражем и не отправилась в Агилон.

Вскинула гордо голову и обожгла зеленью раскосых глаз. Тонкий аккуратный нос. Пухлые губы, казались слишком яркими на бледном лице.

«Дикая, лесная нимфа» пришла на ум мысль.

Девчонка оказалась с характером. Храбрилась, как маленький воробушек и не понимала, что перед ней сокол.

Блондинки не были моей слабостью. Холодные, не выразительные, слишком не по мне. Я любил брюнеток, особенно одну… олицетворяющую огонь жизни и дикую страсть.

Но это было тогда…

Гостья не искрила броской красотой, но в ней что-то притягивало; что-то неуловимое, колдовское. Девушка загадка, со странным именем из холодной страны «Ив…Ива…Ивана Стужева».

Жалкой Ив не казалась, растерянной, уставшей - да. Держалась отстранённо и мёрзла. Растирала пальцы. И гордилась своим нелепым именем «Дарованная богом стужа».

Усмехнулся этому факту, но он тут же растаял, когда возник её образ. Несколько часов назад. Бездыханное тело сломанной куклой парило в воздухе, на одном крыле, в коконе синего эфира. Я находился здесь, но мысленно в том моменте и меня накрыло… Пульс двести ударов в минуту, холодный пот ручьём вдоль позвоночника…

- Не могли бы Вы, угостить меня чаем? – Что...? Её вопрос резко возвращает в действительность. Выдыхаю. Всё в порядке…

Законы гостеприимства давно не для меня. Плевать на хороший тон и манеры. Я уже не эйр, а простой парень из тайного ордена Ловцов.

Глядя на неё замёрзшую с растрёпанными волосами и печалью в глазах, где-то глубоко в душе, зашевелилась совесть.

Отправился на кухню. Та встретила гробовым безмолвием, а когда-то была ритмично бьющимся сердцем, этого в прошлом светлого и уютного дома.

Чайный котёл, потускневший со временем, сиротливо стоял на плите.

Внутренний хронометр отсчитал время вспять. Реальность стёрлась.

Я, десятилетний мальчишка, смотрю на собственное отражение начищенного до блеска этого же самого котла, пыхтящего паром от кипящей воды.

Слышится забористый хохот кухарки Рут. Вижу, как испачканная мукой, ловкими движениями катает из пышного теста самые вкусные в округе бриоши. Лучи солнца пробиваются сквозь ажурные занавески и мучное облако, светится золотистыми крупинками. В углу у окна резной буфет, где хранится карамель в цветных фантиках. Дальняя полка с расставленными аккуратно в один ряд жестяными банками со специями. Говорили, что были даже ядовитые, которые мой дед привозил из путешествий, вместе с редкими рецептами блюд, куда специи использовали с микроскопической точностью.

Сковороды, развешанные на стенах, как мишени в тире - от самой большой до маленькой, переливались медными бликами. Мелкая кухонная утварь в глиняных горшках, расставленная по шкафам. И конечно же, душа кухни - огромный потертый дубовый стол, видевший несколько поколений нашей семьи. В этом доме всегда с пиететом относились к старым вещам, дед говорил: «Сегодня таких не делают!». Он собирал их в экспедициях, в поездках по малым селениям, где ещё сохранились образцы старины с почерком неизвестного мастера.

Это было давно… Не знающий боли и предательства, я был счастлив и беззаботен. Мальчик мечтающий стать летателем и покорить весь мир.

Сейчас, одинокий на заброшенной кухне... Кругом пыль. Паутина лохмотьями свисает в

углах. Угрюмое запустение и одиночество.

Поток воспоминаний остановил пронзительный визг кипящего чайного котла. Отыскался фарфоровый пузатый красавец – заварник. Жаль, что по крышке пробежалась мелкая сеточка трещин. Нашлись чайные пары, когда-то оставленные заботливой хозяйкой.

Шелковые пакетики с разнотравьем хранились в специях. Залитые кипятком в заварнике, окутали пространство кухни медово-пряным ароматом. Цветная карамель оказалась там же, куда прятала её веселушка Рут.

Помимо сладостей больше ничего съестного не отыскалось, а моя гостья явно страдала от голода. Учитывая, что Ива сегодня пережила, хотя и не помнила об этом, плотный ужин ей не помешал бы.

Старый фоноговоритель с огромным цифронабирателем висел в углу. Дед установил

их в количестве пяти штук, в важных местах дома. Кухня была одним из них.