Сольвейг и заклятие Змеёвых гор

Часть 4. Глава 3

Возвращаясь в свой лагерь после волшебного свидания с прекрасной Сольвейг, викинг был сам не свой. Ему хотелось прыгать, петь и кричать от счастья! Казалось, что еще мгновение, и этот юный влюбленный даже сможет взлететь и парить высоко над Волгой, словно у него за спиной выросли крылья!

Едва парень перебрался на остров, его встретил младший брат. Он удивленно посмотрел на сияющее лицо Асвальда и ничего не понял.

— Где ты так долго ходишь? — спросил Рагнар, приняв лодку. — Я тебя уже заждался!

— А что случилось?

— Тебя ярл Сигурт вызывает. Не в духе он. Видать, не доволен твоим отсутствием. Спрашивал, где ты постоянно пропадаешь. А я даже не знаю, что и сказать…

— Уже бегу! — ответил влюбленный и поспешил предстать перед своим строгим начальством.

В походном шатре восседал главный викинг, ярл Сигурт. Это был мужественный и сильный воин, побывавший за свою жизнь в многочисленных походах, участвовавший во многих сражениях и захватах.

Свидетельством доблести и признания боевых заслуг этого витязя служил особый знак, который теперь висел на его груди. Также там поблескивал и символ власти, того, что он является ярлом, то есть обладателем высокого знатного титула.

Сам же Сигурт больше всего гордился большим глубоким шрамом, который пересекал его суровое лицо. По глубокому убеждению заслуженного воина, это было главным доказательством его мужества и отваги, главным достоинством настоящего мужчины и признаком величия викинга.

Теперь ярл участвовал в походе по Волге и возглавлял отряд, охранявший купеческий корабль русов.

— Сигурт, ты звал меня? — спросил Асвальд, заходя в шатер.

— Да. Я давно желаю с тобой серьезно поговорить, — пригласил его военачальник. Он помолчал и начал говорить, медленно, словно, взвешивая каждое слово.

— Ты, Асвальд, происходишь из славного рода викингов. Твой отец, ярл Харальд, всегда был доблестным отважным воином. Он совершил много подвигов, достойных быть воспетыми в сагах. Харальда ставили и ставят в пример юношам, только начинающим свой славный путь. И хёвдинг Гудмунд, вождь нашего племени, не раз оценил храбрость твоего отца в боях.

— Все это мне известно. Я впитал это с молоком матери. Куда ты клонишь, Сигурт? Я что-то не пойму… — спросил напрямую юный витязь.

— Мне показалось, что в последнее время ты забываешь о своем долге, Асвальд. Так, пока мы стоим на этом острове, я заметил, что ты часто отсутствуешь…

— Разве я плохо работаю, Сигурт? Да столько, сколько я один натаскал бревен из соседнего леса для строительства нашего лагеря и для починки корабля, никто бы столько не смог сделать!

— Я это знаю. И ценю твою огромную силу, мощь и трудолюбие. Но то, что ты сейчас говоришь, выглядит как оправдание.

— Но… — хотел было что-то добавить юноша.

Ярл рукой остановил его и медленно продолжил:

— Ты, прежде всего, воин, Асвальд. И должен помнить об этом каждую минуту и не размениваться на ерунду и разные глупости. Это не достойно славного имени викинга.

— О чем ты, Сигурт?

— Корабль вот-вот будет готов к отплытию. И наш поход продолжится. А ты стал часто отсутствовать, пропадать неизвестно где. И даже когда находишься здесь, вид у тебя в последнее время отсутствующий. Тебя как будто подменили. Это не дело.

— Сигурт, поверь, ровным счетом ничего не изменилось. Я все такой же воин и готов в любую минуту пойти в бой, с честью сражаться и умереть, если надо.

Воцарилось молчание. Влюбленный не хотел раскрывать свою сердечную тайну.

— Я всю жизнь знаком с твоим отцом, ярлом Харальдом, — продолжил военачальник. — Не раз мы вместе воевали с этим доблестным воином. В многочисленных походах он в полной мере заслужил свою славу, авторитет и богатство.

— Отец всегда был, есть и будет моим главным примером того, каким должен быть настоящий викинг. И я ни на минуту об этом не забываю и следую этому неукоснительно, — торжественно произнес Асвальд, гордо вскинув голову.

— Я знаю, мой мальчик, — промолвил Сигурт, смягчившись. — Ты внешне на него очень похож. И характер тоже его… Я торжественно обещал Харальду, когда брал тебя в первый поход, что буду учить и направлять тебя и делать все, чтобы ты достойно продолжил вашу славную династию викингов.

— Я это знаю и очень благодарен тебе за это.

— Но что с тобой происходит? Внешне ты здесь, а мысли твои летают где-то далеко отсюда. Все последнее время ты где-то там, на берегу… Как объяснить такое? Может, ты нездоров? Или заколдован вёльвой?

Парень молчал.

— Нет, у меня есть только одно объяснение происходящему. Похоже, что там, на берегу, ты увлекся какой-то женщиной. Можешь молчать и держать это в тайне, но об этом мне говорит блеск твоих глаз. Это так?

Щеки юного Асвальда вспыхнули, он метнул быстрый взгляд на ярла и снова опустил глаза. Его рассекретили.

— Да, Сигурт, это так, — влюбленный решился, наконец, раскрыть свою тайну.

— Ну, что же… — задумался военачальник. И продолжил:

— Это многое объясняет. Викинги не только воины. Но и настоящие мужчины. И они нуждаются в женщинах, ублажающих их и дающих радость бытия.

— Поверь, это совсем не то! Вовсе не нужда в женщине погнала меня на берег. Наша встреча произошла совершенно случайно. Вернее, она была дарована мне свыше, волей богов. Теперь я в этом уверен!

— Вот как? Волей богов?

Молодой витязь стал откровеннее. Его глаза вспыхнули голубыми топазами, едва он заговорил о своей ненаглядной Сольвейг.

— Я был сражен с самого первого момента, как только ее увидел. Но с сегодняшнего дня твердо убежден — это произошло по воле богов. И если уж о моем чувстве стало известно, хочу, чтобы ты знал правду: я встретил свою любовь! Я полюбил прекрасную девицу! И ее мне послали боги!

— Любовь — прекрасное чувство. Она приносит нам радость и наслаждение. Однако есть нечто главное: ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах нельзя из-за женщин терять голову! Даже если эту любовь нам послали боги. Голова всегда должна оставаться на плечах и быть трезвой. Однако о тебе этого в данный момент я бы не сказал так уверенно…