Проклятие за любовь. 

Глава 4

Через три дня я с Екатериной Савельевой снова навестила в госпитале по его просьбе мистера Фиша. Мой куратор меня предупредила, что на этот раз моей помощи не потребуется и лечить никого не надо будет и что меня приглашают просто для разговора. Встретили нас радушно. Хозяин кабинета предложил выпить ароматный кофе и угостил потрясающими тающими во рту, пирожными. Крохотными, буквально на один укус.

Мы сидели за столом, пили кофе. Мистер Стоун говорил негромко, но его басовитый голос звучал так, словно где-то в отдаление грохотал гром или же приключился небольшой камнепад.

— Джулиана, Гордон попросил пригласить вас, с тем чтобы лично выразить вам свою благодарность. Я же, в свою очередь, хотел добавить. Ты очень талантливая девочка. Но тебе обязательно надо учиться и развивать свой дар. Жду тебя у нас через год. С удовольствием возьму для начала на практику, а потом если захочешь, то и на работу. Учись только хорошо. А сейчас, извините меня, я вынужден покинуть вас. Дела, дела!

И он, пожав руку мистеру Фишу и кивнув нам на прощание, вышел из кабинета.

Мистер Фиш улыбнулся нам и сказал: — Знаете Джулиана, не очень-то я умею говорить красиво. Я правда тут тренировался, — он хмыкнул, — но если у меня не получится, прошу меня простить.

Он так это трогательно произнёс, что я еле сдержала улыбку.

— Так вот, у меня нет слов, чтобы выразить вам мою признательность. Вы даже не представляете себе, как вы много для меня сделали. Я у вас в неоплатном долгу.

— Перестаньте мистер Гордон меня смущать. Ничего такого я для вас не сделала. Я для того и поступала в академию, чтобы научиться лечить и помогать людям. И если бы не мисс Екатерина, я по неопытности могла бы вас вообще убить. Это ей надо сказать спасибо! — горячо возразила я.

— А она ещё и скромная. Повезло вам с ученицей мисс Екатерина, — Гордон улыбнулся моему куратору.

— Так я продолжу? — спросил он у меня. Я смущённо кивнула в знак согласия.

— Моя семья мисс Джулиана довольно обеспечена. И поэтому мы открыли на ваше имя счёт в банке и перевели туда некоторую сумму. Кроме этого, весь период обучения в академии вам будет выплачиваться дополнительная стипендия. Оплату за обучение также произвели за все семь лет. Деньги, что заплатили ваши родители, будут им возвращены.

Я смотрела на мужчину и узнавала и не узнавала его. Там в зале, передо мной стоял практически старик с серым землистым лицом. А тут красавец-мужчина в полном расцвете сил, максимум лет тридцать, на первый взгляд. С загорелого смуглого лица смотрели внимательные глаза жёлтого янтаря, под взглядом которых я теряюсь. Лицо гладкое и только в уголках глаз мелкие лучики-морщинки. Грива слегка рыжеватых волос собрана в хвост, вот только виски слегка серебрятся, намекая, то ли на пережитые испытания то ли всё же на возраст.

— Ну, зачем, не надо было — бормочу я, — ни к чему всё это. Я же не из-за денег.

Мужчина наклонился вперёд и взял меня за руки, — Джулиана, ты можешь обращаться ко мне при любом затруднении. И я и моя семья поможем тебе, если будет такая необходимость. Всем чем сможем. А деньги? Деньги, это ерунда по сравнению с тем, что ты сделала. Ты мне жизнь подарила! Ты ведь и зверя мне вернула, я на это даже не надеялся. Я твой должник Джулиана.

Ни тогда, ни позже, когда лежала в кровати и вспоминала эти события, я даже представить не могла, что мне действительно потребуется его помощь. И мне помогут. И сделают для меня всё возможное и даже больше. Но это произойдёт ещё не скоро.

А тогда мы, закончив угощаться кофе, вместе с Гордоном Фишем и мисс Самойловой отправились в банк. Там, кстати, выяснилось, что Фиш не только мне открыл счёт, но и моему куратору, так как посчитал нужным отблагодарить её за разрешение присутствовать на экзамене и за помощь при проведении операции. Я всё смотрела и не могла понять, как мужчина так быстро поправился. Только небольшая худоба напоминала о его болезни. Видя моё недоумение, Екатерина шепнула мне на ухо. — Регенерация. После оборота включилась повышенная регенерация, теперь необходим только отдых и усиленное питание и всё придёт в норму.

Когда мы вышли из банка. уже стемнело. А мой желудок весьма красноречиво дал понять, что ужин я, похоже, пропустила. Я покраснела, а Гордон улыбнулся и сказал, — Милые дамы разрешите пригласить вас на ужин, в качестве компенсации за отнятое у вас время. Тем более, насколько я понимаю на ужин вы опоздали.

— А приглашайте — сказала Екатерина. И мы пошли в ресторацию, где мистер Фиш попросил проводить нас в отдельный кабинет. Гордон заказал себе бараньи рёбрышки в чесночном соусе, а для нас с Екатериной рыбу с овощами. На десерт пирог с черникой, мороженое с земляникой и фруктовый компот.

Я сидела и молча ела, наблюдая, то за своими спутниками, которые оживленно разговаривали, то переводила взгляд на стену-иллюзион. Там то и дело менялись картины, то это был заснеженный лес, то потрясающие своим величием замки, а уже в следующее мгновение на ней распускались цветы невообразимой красоты. Поглядывать на своего куратора и мистера Фиша было не менее занятно. Я украдкой посматривала в их сторону и понимала, что эти двое, симпатизируют друг другу. После ужина Екатерина сказала, так как портальная площадка в кампусе уже не работает, то ночевать мы будем в городе. Я хотела ехать к родителям. Но преподаватель сказала, что из её квартиры до академии добираться будет ближе и предложила переночевать у неё.

Мистер Фиш поймал пролётку и проводил нас до дома, где была квартира у мисс Самойловой. В квартире куратора была всего одна комната и кухня. Екатерина извиняющимся голосом сказала, — Я практически всё время провожу в академии. У меня там тоже небольшая квартирка. Здесь бываю редко, но у меня в заморозке лежат кексы. Попьём чайку?

Я согласилась. Мы сходили с ней в душ. А потом сидели, забравшись с ногами на диван, пили чай и разговаривали. Оказалось, что Екатерина старше меня всего на 9 лет. Ей предложили преподавать сразу после окончания магистратуры, соблазнив возможностью заниматься исследованиями и бесплатной аспирантурой. Екатерина рассказала, что она русская и очень скучает по возможности говорить на родном языке, а я предложила ей научить говорить по-русски меня. Тем более что куратор сказала, что берёт меня под свою опеку и мы будем с ней развивать мою способность видеть болезни. Её очень интересует эта особенность моей магии. И мы даже попробовали выучить с ней первые слова на русском. И она смеялась до слёз, услышав от меня: — Спокуойной нотши!