Парень из моего сна

Пролог

Я осторожно вхожу в комнату Адама и удивляюсь беспорядку на его кровати: листы, какие-то рисунки, разбросанные фотографии. На него это совершенно не похоже, но, возможно, он и не ждал гостей.

Подходя к кровати, я подбираю рисунки с пола. Первые пару минут я не обращаю внимания на то, чем является всё это. Но потом мой взгляд задерживается на рисунке. На большом белом листе нарисована девушка: длинные чёрные волосы, серо-голубые глаза, слегка пухлые губы, две маленькие родинки на лице. Она очень похожа на меня. Точнее, я на неё. Однако это не я. У меня нет родинок на скуле; мои брови другой формы. Не совпадает даже разрез глаз. Мы с ней почти идентичны. Может, это и есть я? Адам меня рисовал? Я беру в руки другой листок, на нём, кажется, изображена та же девушка, но здесь глаза у неё словно сверкают от счастья. У неё, как и у меня на левой щеке проступает ямочка при улыбке.

Я разглядываю остальные рисунки, боясь притронуться к фотографиям, которых здесь очень много. Моё сердце начинает учащённо биться, когда я замечаю надписи на рисунках.

«Ты – моя любимая», – написано на первой. – «Твоя улыбка освещает дорогу в моей темной жизни».

Я перечитываю надпись и пытаюсь вспомнить, видела ли я до этого почерк Адама.

«Ничто и никто не сможет разлучить нас».

Я пробежалась глазами по всем рисункам и на каждой надпись выведена одним и тем же почерком. Что, черт возьми, это такое? Я сажусь на кровать, а потом снова встаю.

«Моя любовь к тебе безгранична!» – написано на маленькой бумажке.

Убрав рисунки, я нахожу под ними маленькие записки и на каждой так же что-то написано. Я борюсь с желанием прочитать их все, взглянуть хотя бы одним глазом на фотографии, но я боюсь. Боюсь, что мои догадки окажутся оправданными.

Боже, что же мне делать? Я не могу сделать вид, будто всего этого не видела. Но что я видела? Рисунки, на которых девушка и надписи на них, посвящённые ей?! Я уверена, что я – не она. Да, мы похожи. Но если бы это была я, то я бы знала об этом. Нужно дождаться Адама. Он же не будет торчать в ванной комнате целую вечность. Мне нужны объяснения.

Я нервно кусаю ногти, и плохие мысли всё прокрадываются в моё подсознание. Что же делать? Что? Я не могу сидеть и ждать, когда он появится. Может спросить обо всем у Эйми? Нет, я не хочу впутывать в это его сестру. Я кидаю взгляд на маленькие записки, которые так и манят меня. Черт с ним! Я беру несколько бумажек, и отхожу к столу. Мне хочется вернуть их на место и больше ничего здесь не трогать. Но кто сказал, что Адам скажет правду? Возможно, здесь есть то, чего я не должна знать. Беру розовый квадратный листочек и на нем аккуратным почерком выведено: «не отвлекай меня, Адам». Я сглатываю, и переворачиваю листок. Там тем же почерком, что и на рисунках написано всего лишь два слова: «поцелуй, поцелуй».

Беру другую записку и там то, чего я так боялась. «Я люблю тебя, малышка». А на обратной стороне: «Никто не сможет любить тебя так же сильно, как я».

На других листах написано почти то же самое. Все это принадлежит Адаму и его любви. Почему он не сказал, что у него была девушка? Я ведь спрашивала, я хотела узнать о нем все, но он скрыл это. Зачем? Я бросаю всё обратно на кровать, и отхожу в сторону, зажав голову руками. Нет, это не может быть правдой. Адам не мог меня обманывать.

Я хожу из угла в угол комнаты, которая по идее даже не является его. Страх одолевает меня. Я доверилась этому человеку, подарила частичку себя. Это то, чем он решил отплатить мне? Нет! Я отказываюсь верить во все это. Нет, нет, нет, это не правда. Это, наверное, другой Адам, не мой. Он не поступил бы так со мной. Он знает, что я люблю его. Он не причинит мне боли. Непролитые слезы режут мне глаза. Это все сон. Я закрываю глаза и снова их открываю. Ничего не пропало. Все как было, так и есть.

— Фотографии, – хриплым голосом шепчу самой себе.

Это единственное, что может развеять все сомнения. Я маленькими шагами подхожу обратно к кровати.

— Пускай все это окажется страшным сном. Пускай всё это окажется страшным сном, – я повторяла эти слова, как мантру.

Дверь открылась, и в комнату вошёл Адам, завёрнутый в одно полотенце вокруг талии. При виде его, слезы невольно покатились из моих глаз. Я отвернулась от него, чтобы скрыть свою скорбь над своим доверием, но набравшись смелости, я посмотрела на него.

В его глазах читался испуг.

— Софи…детка, – промямлил он, как ребёнок, не знающий, чем оправдать себя.

Его глаза метались от меня к кровати и наоборот. Его испуг сменился страхом.

Моё сердце сжалось от боли. Что мне ему ответить? Что сказать?

«Привет, любимый. Я тут решила увидеть тебя, но увидела совсем другое. Не мог бы ты мне объяснить, что это такое?» Бред!

Адам сделал шаг ко мне навстречу, но я выставила перед собой руку.

— Детка, прошу тебя, – более уверенным голосом сказал он.

— Не называй меня так, – прошептала я.

Мои слова для него прозвучали, как пощёчина. Он потрясённо сжимает кулаки. Я знаю, что он делает так, когда злится. Но на кого ему злиться? На меня? Что я не вовремя заглянула к нему? И что он теперь дальше не сможет пудрить мне мозги?

Яростно вытирая лицо, я спросила:

— Сколько бы ещё это длилось?

— Детка, ты все не так поняла, – пытается оправдать себя он. – Выслушай меня.

Я рассмеялась от его слов. Почему люди всегда говорят так, пытаясь оправдать ложь? Мой взгляд невольно упал на фотографии. Я прищурилась, чтоб лучше все разглядеть, а после посмотрела на человека, который разрушил меня.

— Кто я для тебя, Адам?