Золотко в космосе, или Держи_ведьму

6

— Ты сошел с ума, Габриэль Горух! Это абсолютно неприемлемо. Абсолютно! — надменно вскинув подбородок, процедила старая Эльза, глава клана Анже и избранная королева репти.

Весьма условная королева.

Власть над кланами у нее была чисто номинальная, но такие вопросы, какой поставил Гэб, без нее не решить. Да и без полного сборища всех кланов не решить, но надо было с кого-то начинать, и Гэб начал с будущей родственницы. Помолвка его младшей сестры с ее правнуком, наследным принцем Анже, состоялась несколько месяцев назад.

Габриэль подавил желание разбить в сердцах изображение старой мегеры. Все равно бесполезно кулаком стучать по висевшей в воздухе, подобно призраку, трехмерной проекции.

— Это единственный шанс, ваше величество.

— Нет. Абсурдный план. Ты можешь уничтожить Мемориз своего клана, но наш мы тебе не отдадим. Хватит того, что твой дед топчет нашу святыню сутками напролет! Причем, ни перед кем не отчитывается, что он там выискивает и что уже нашел!

— Еще не нашел. Он ищет сведения о нашем корабле, на котором мы прилетели на Землю с Фаэтона.

— Зачем? — Грымза приподняла седые брови и стала походить на лягушку. — Ты же не думаешь, что он уцелел за столько тысячелетий?

— Всегда есть шанс на чудо.

— Мы бы помнили. Если этих сведений нет в памяти кланов, значит, корабля слишком давно не существует. Все, что от него осталось — наши Меморизы. И то не в полной сохранности.

— Тогда может быть, где-то сохранились записи технологий. Это слишком ценные сведения, чтобы мы могли ими пренебречь.

— Ах, молодость, молодость… — вздохнула рептесса, разом утратив надменный вид надувшейся жабы. — Ты забыл темные времена нашей истории, Принц Тени. Очень темные. Когда, попав на планету, где царствовали динозавры, мы были вынуждены взять донорами неразумных животных, и в результате сами деградировали едва ли не до животного состояния. Мы слишком долго делили планету с низшими существами. Тогда был утерян не только корабль, технологии и знания, но почти утеряна речь, и мы едва не потеряли последние крохи разума. Чудо, что удалось сохранить Меморизы и ключи к ним, и то только потому, что репти поклонялись им — этим, в сущности, информационно-репликативным банкам, как божествам. Но сохраненные разумы той эпохи ничего не смогут поведать твоему деду. Ни-че-го. Не стоит тратить время.

— Благодарю, ваше величество.

— Ах, брось, принц. Мое величие тоже давно позади. Я ведь знаю о твоих планах забрать мою корону. Что ж, возможно, у тебя получится.

— Вряд ли, — усмехнулся Гэб. — Не буду юлить, планы были. Клан Черных должен был возглавить наш альянс, потому что настало наше время, и настала необходимость аккумулировать силы и средства кланов в наше дело. Но эти планы тоже уже в прошлом, миледи. Как ни сильна моя мать, она не сможет управлять всеми кланами, как подобает королеве.

— Но есть ты, — криво усмехнулась рептесса. — Если главой клана избирается обычно самый старший, опытный и мудрый, то королем кланов может стать и молодой, но одаренный политик. Я знаю, твои усилия были успешны, и кланы готовы поддержать твою идею — выдвигать на первые дипломатические роли не старых и уродливых, а молодых и представительных. А ты, пожалуй, самое подходящее лицо нашей расы из молодого поколения. Люди любят молодых и красивых, а их симпатии сейчас нам важны, как никогда.

— Видите ли, мадам… Меня уже нельзя использовать как лицо нашей расы. Точнее, только лицо и можно использовать. А вот моя фигура уже не годится для официальных дипломатических игр. Только для теневых, как и полагается Принцу Тени.

Габриэль положил моб в держатель и отъехал на кресле от стола так, чтобы камера показала собеседнице его целиком, от макушки с коротким ежиком черных волос до пят… закованных в гипс и поставленных на подножку инвалидного кресла.

— Я всегда говорила, что твоя страсть к гонкам на гравикаре плохо закончится, — ворчливым тоном любящей бабушки произнесла глава соперничающего клана, оплатившая полгода назад покушение на Габриэля и Василису. — Но я не вижу особых проблем. У нас даже в старости хорошая регенерация, переломы быстро заживают, а ты еще почти юноша.

— Неужели ваша хваленая островная разведка вам еще не доложила? — усмехнулся Гэб. — У меня сломан позвоночник, мадам. Я уже не игрок. И не соперник вам. По крайней мере, на ближайшие пару лет. Все-таки наша медицина не стоит на месте.

Старая рептесса в ошеломлении не удержала облик, и ее лицо на миг превратилось в хищную морду с оскаленной в улыбке пастью. Но она мгновенно вернула себе лицо.

— Бедный мальчик. Как же тебя угораздило?

— Как вы и предупреждали, гонки на гравикаре плохо закончились, — и тут Чернозмей почему-то мечтательно улыбнулся, но тут же зло сощурил глаза и стиснул зубы так, что заиграли желваки на осунувшемся лице.

Королева, подавшись вперед, жадно, словно потрескавшаяся пустынная земля, впитывала его эмоции.

— Потрясающе! — выдохнула она с восторгом. — Твои эмоции заразительны даже через гипер-связь моба! У тебя, наверное, уникальный донор? Черные всегда славились способностью находить самые уникальные сокровища. Продай мне своего донора, Гэб. Я щедро заплачу, ты знаешь, я не скуплюсь на такие удовольствия.

— Знаю. Продам, но только за Мемориз Красного клана.

Это был беспроигрышный блеф.

Старуха отшатнулась и в сердцах сбросила вызов.

— Ну наконец, — пробормотал себе под нос Гэб. Этикет не позволял ему оборвать связь, пока королева не попрощалась первой, а грымза как чувствовала его нетерпение, и разговор превратился в светский треп. Ярослав там уже заждался.

Впрочем, главное Чернозмей услышал, а основное — сказал.

Кланы поддержали его идею смены формального лидера.

Все понимали, что методы Красного клана уже устарели, даже сами порфироносцы. Но через сущность не переступишь, а тысячелетние традиции уже заменили багрянородным Анже их сущность. Если их не скинуть, они так и будут делать ставку на кровь и войну. Большую человеческую кровь и большую войну, как самый легкий способ удержать власть и приумножить состояние.