Обмененные души

ГЛАВА 3

Арендованный организацией луча актовый зал средней школы номер тридцать четыре блестел отмытыми радиаторами отопления под окнами, оставшимися с прошедшего празднования Нового года на занавесках ниточками "дождика" из фольги, но главное - улыбками всех присутствующих. Филис и Веру Игнатьевну встретили у дверей парень и девушка, одетые в белые рубахи навыпуск, которые приветствовали их словами:
- Мира и Света!
- Вера и Оля, - возразила им Филис.
- Мира и Света, - согласилась её свекровь, и Филис решила, что тут, видимо, все общаются под псевдонимами.
Сначала они походили кругом, здороваясь с присутствующими, а потом в центр зала вышел какой-то господин с козлиной бородкой и скомандовал всем встать в круг. Филис не понимала, что происходит - если это праздник с танцами - то где музыка? Если готовится какой-то ритуал - то разве все присутствующие - маги? Она-то ведь точно не маг. Между тем, все окружающие подняли вверх руки, задрали головы к потолку, кое-где расчерченному трещинами в штукатурке, и вслед за ведущим начали повторять:
- Мы - дети света! Мы - дети света!
Этот хор звучал всё громче, отдаваясь эхом от покрытых краской стен, и Филис заметила, как лица стоящих в круге людей наливаются счастьем и восторгом. В какой-то момент господин из центра круга исчез, а вместо него туда вошла очень полная женщина, одетая в длинное сияюще белое платье и закреплённую на плечах синюю плюшевую накидку, которая тянулась за ней небольшим шлейфом. Окружающие радостно взревели и зааплодировали.
- Евдокия-наставница! - счастливо выдохнула стоявшая рядом свекровь.
- Приветствую всех членов луча, - пропела толстая женщина в белом, распахивая руки, - придите ко мне, кто страждет и болен!
Первой к женщине подошла сухонькая старушка в платочке. Она склонила голову и Евдокия возложила на эту голову свою ладонь.
- У этой женщины рак, она по всем городам ездит за наставницей, и та её лечит, - вполголоса пояснила Вера Игнатьевна.
- Так Евдокия что - целитель? - разочарованно спросила Филис, - Я-то думала...
- О, Евдокия может очень многое! Если будешь ходить со мной на эти собрания, то сможешь научить свою душу летать в астрале!
Филис не хотелось летать душой. Она это уже делала и ей не понравилось. Между тем наставница вылечила ещё несколько человек наложением своей ладони. Потом она начала певуче наставлять собравшихся.
- Чистый свет осеняет всех нас, он омывает наши тела и души. Тела наполняются абсолютным здоровьем, а души очищаются от загрязнения злом и тяжёлых воспоминаний.
"Разве ожирение - это показатель абсолютного здоровья?" - подумала Филис, но вслух сказать это постеснялась.
- Там, в тех высоких сферах, где бываю я, очень холодно, и мне нужно дополнительное тепло, - словно услышав мысли Филис, пояснила наставница, - но вам, дети света, абсолютное здоровье будет даровано только за то, что вы все являетесь членами луча и соблюдаете его традиции. Отриньте же злобу, зависть и алчность! Будьте добрыми, милосердными и щедрыми. Заботьтесь о больных и сирых, и свет пребудет с вами вечно!
Тот козлобородый господин, который в самом начале формировал круг, начал ходить по залу с ящиком, похожим на почтовый, и люди стали бросать в него деньги. Вера Игнатьевна тоже бросила несколько крупных купюр, а Филис, воспитанная в практичности и ограниченности трат, пожалела. Она пока не получила того, зачем пришла - за что же платить?
- Пусть ко мне подойдут новые члены луча! - провозгласила наставница, и к ней подошла женщина с крупным парнем, на детском лице которого отчётливо были видны черты генетической болезни.
- Пойдём, - угадав момент, сказала Вера Игнатьевна, - и потащила Филис за руку к магистру.
- А тебя как зовут? - повернулась к ней Евдокия.
- Мира или Света, - неуверенно ответила Филис.
- Наши имена, отчества и фамилии влияют на наши судьбы, - объявила нашедшая новую тему наставница, и к ней прислушались все члены собрания, - Сочетания звуков должны быть мелодичными, тогда для света не будет препятствий, чтобы омывать вашу судьбу. Если у вас неблагозвучные имена и фамилии - отриньте их! Возьмите новые! И увидите, как ваша жизнь наладится, а проблемы отпадут сами собой. Через две недели в Уфе состоится слёт детей света, желающих получить вторую ступень просветления. Те, кто хочет поехать на слёт, подойдите к Василию, он вас запишет и расскажет об условиях участия.
- Магистр Свами-Дель-Мондо, - засуетилась Филис, подозревая, что аудиенция заканчивается, - пожалуйста, зарядите эти амулеты. Я заплачу, сколько скажете.
Она вытащила из сумочки припасённый прозрачный пакетик с батарейками, надёрганными ею из разных бытовых приборов в доме.
- Детка, - подозрительно посмотрев на Филис, сказала наставница, - Я, конечно, могу их зарядить, но ты же не хочешь, чтобы я потратила на это свою энергию?
По правде говоря, Филис хотела именно этого.
- Простите мою невестку, наставница, у неё амнезия, - матушка с извиняющейся улыбкой отобрала у Филис пакетик.
Евдокия снисходительно возложила свою ладонь на голову девушки и так подержала некоторое время. Филис при этом чувствовала себя совершенно по-дурацки, стоя в полусогнутом состоянии и при полном отсутствии ощущений какого-либо целительного воздействия.
Когда они возвращались домой, Вера Игнатьевна, уверенно поворачивая руль, сказала:
- Ах, каждый раз после наших собраний я словно летаю на крыльях! Мне так это было нужно из-за смерти Егорушки. Я сегодня поняла - фамилия, вот что мешает мне в жизни. Моя девичья фамилия была Галактионова, и я была абсолютно удачлива и счастлива. Потом вышла замуж, родила Егора, потом снова вышла замуж, и второй муж наградил меня фамилией Червякова. Нет, эта фамилия вполне авторитетная была в нашем городе, и муж, и его отец работали на престижных должностях, но моё счастье - оно исчезло! Завтра же пойду в паспортный отдел и верну свою девичью фамилию.
- Знаете, матушка, я не хочу вас разгневать, - сказала Филис, - Но, честно говоря, кроме траты денег, которые вы вынудили меня кинуть в ящик Василия при уходе, никаких изменений у себя я не ощутила. Да и здоровье моё в порядке, целитель не требуется. А вот имя я, пожалуй, тоже хочу сменить. Ваша наставница и мне открыла глаза на это дело.
На другой день Филис сидела перед столом служащей паспортного отделения, по причине жаркой натопленности помещения держа свою шубку на коленях, и объясняла:
- Я хочу сменить имя, потому что чувствую себя другим человеком и хочу начать новую жизнь. Филис - вот моё истинное имя, а Ольга - чужое.
- А что у вас с руками? - спросила вдруг та, - Какие странные тёмные хаотичные полосы...
- А, это я обожглась на кухне, училась готовить. Уже всё сходит. Знаете, фамилию мне тоже другую хочется. Всё равно я девичью фамилию не помню, а к фамилии мужа так и не привыкла. Кадней - будет в самый раз.
- На кухне? А похоже на садо-мазо, - заметила служащая с непонятным блеском в глазах, - Значит, желаете быть Филис Сергеевной? Две буквы "с" сливаться будут при произношении. Получится "Фили".
- По правде говоря, - заговорщически пригнувшись и немного в нос произнесла Филис, - моего настоящего отца зовут не Сергей. А Дариан. Так что, надо бы и отчество сменить.
- Значит, желаете принять отчество биологического родителя?
- Да, так будет справедливо, - уверенно заявила Филис, - И прописку заодно уж изменить надо. А то я не в квартире, а опять в своём доме живу. То есть в доме своего покойного мужа.
Так что по прошествии времени и затратив некоторые усилия, девушка стала счастливой обладательницей нового паспорта, где чёрным по розовому значилась истинная правда, что она - Филис Дариановна Кадней.
Вера Игнатьевна, вернув себе девичью фамилию, почувствовала себя молодой и счастливой, поэтому быстро приняла изменение имени невестки, испытывая к ней даже нечто вроде душевной близости, которой никогда не ощущала раньше. Ведь до этой своей амнезии Ольга называла её организацию луча не иначе, как презрительным "мошенническая секта" и утверждала, что по самой Евдокии Свами-Дель-Мондо тюрьма плачет. Нет, пусть уж она лучше делается Филис Кадней, лишь бы только к ней не возвращались память и характер насмешливой Ольги Самарской.
- Филис, дочка, - сказала как-то она за завтраком, - Сказать по правде, меня постоянно атакуют деловые партнёры Егора. Требуют, чтобы я настояла на твоей продаже им доли в капитале предприятия, потому что иначе фирма терпит убытки. Мы ведь с тобой не хотим убытков?
Убытков Филис не хотела. Но и продавать источник их благосостояния, как она его уже понимала, - тоже.
- Видишь ли, чтобы держать у себя этот большой пакет акций, нужно разбираться в бизнесе и принимать разные решения по сделкам. А мы с тобой в этом не разбираемся и решений не принимаем, на собрании акционеров не голосуем, поэтому дела останавливаются.
- А нас не обманут, маменька? Я уже поняла, что вокруг очень много лжи. Так, что сразу и не поймёшь...
- Могут, - кивнула Вера Игнатьевна, - поэтому у меня появилась идея. Один из помощников губернатора состоит в нашей организации луча. Он сказал, что может достать нам с тобой пригласительные билеты на ближайший праздник. А у нас там может появиться шанс заручиться поддержкой самого Никиты Игоревича. А уж его-то точно никто не рискнёт обмануть.
- По-моему, это прекрасная идея, матушка, - обрадовалась Филис, - И мне давно хочется побывать на празднике для знатных людей.
- Прекрасно. Тогда наша с тобой задача - сиять на этом празднике ярче самых известных красавиц нашего города.
И они стали готовиться сиять. Филис, которая начала потихоньку пользоваться интернетом, скачала несколько рецептов "салатов красоты", и поручила домработнице Нине Петровне закупить для них продукты, включающие такие, как тигровые креветки, авокадо, лесной орех и прочее. Вера Игнатьевна записала их на посещения салона красоты, массаж и спа-процедуры. Помимо этого они посещали различные бутики, чтобы купить себе самые лучшие наряды. Но для Филис пока ничего сногсшибательного не попадалось, а другое они с матушкой покупать не хотели. Нужное платье из кружева густого лилового цвета девушка увидела в интернете, на сайте авторских вечерних платьев. То есть она сперва стала его рассматривать просто потому что оно впечатлило её, но подоспевшая матушка заявила:
- Вот. То, что надо.
- Но оно же прозрачное! - испугалась Филис.
- Ничего, наденешь под него боди телесного цвета. Зато никто из женщин, которые будут присутствовать на губернаторском празднике, не сможет себе такого позволить из-за несовершенства фигуры. Прозрачные платья сейчас как раз модно надевать в самых высоких кругах в мире. На последней церемонии "Оскар" сразу несколько актрис в таких нарядах прелестями сверкали. Ты всех затмишь, Филис!
Филис посмотрела в Интернете наряды с прошедшей церемонии вручения премий американской киноакадемии и уверилась в правоте свекрови. Поэтому откровенное платье было заказано.