День энерговампира

ГЛАВА 12

  - Нет, так никуда не годится! - заявила бабушка, глядя на Тину, которая в очередное утро проснулась энергетически нездоровой, - Сколько уж дней прошло с того бала, а ты никак оправиться не можешь за всеми этими волнениями. Знаешь что, внучка? А пойдём-ка мы с тобой в баню!
    Обычно Тина и бабушка мылись дома - нагревали воды в ведре на печке и смешивали её с холодной в большом корыте, которое ставили прямо посреди кухни, благо водопровод у них в доме имелся. Но иногда, пару раз в год, после Пасхи и Рождества, они посещали городскую баню, в которой можно было не только помыться, но и от души попариться с разными вениками.
    - В парилку летом? - с сомнением спросила Тина.
    - Сейчас уже не жарко, август начался. А нам с тобой нужен праздник, отдых и очищение души и тела.
    - Да, пожалуй, - улыбнулась Тина.
    Оказалось, в летней парилке есть свои преимущества. По случаю тёплого сезона и буднего дня народу было совсем мало, и Евдокия Агаповна с Тиной намылись и наплескались в горячей и прохладной воде всласть, понимая, что никого не задерживают и никому не мешают. Гладкие скамейки, кадушки с водой и мочалки из пучков лыка пахли влажным деревом, воды было много и не требовалось её никуда выносить после мытья - она утекала в пол. А потом они прошли в специальные комнаты и приступили к главному мероприятию - профессиональные мускулистые банщицы, закутанные в простынки, уложили их на светлые деревянные полки и сняли со стены первые висящие там веники...
    Евдокия Агаповна в повязанном вокруг головы ситцевом платке, из-под которого выбивались прилипшие к раскрасневшемуся лицу пряди волос и в клубах душистого пара выглядела забавно. Сама она для себя попросила веники пожёстче, а для Дестини - помягче, чтобы внучке с её нежной кожей совсем было не больно, а только приятно.
    - Я вас похлещу берёзовым веничком этого года, - сказала банщица Тине, - его листья даже не засохли ещё, мягонькие да душистые. Вся пользительная сила живой берёзки в вас и перейдёт.
    Что уж там перешло в Тину - сила берёзки или забота и специфический русский массаж умелой банщицы, а только и впрямь, возвращаясь домой, девушка чувствовала, что при приятной расслабленности тела душа её наполнена энергией.
    - Ах... хорошо! - выразила Евдокия Агаповна их общее с Тиной мнение, когда они вернулись домой и выпили по стаканчику хлебного кваса.
    - Спасибо, бабушка, - сказала Тина и с чувством благодарности плеснула той энергию. Помня урок Василия, постаралась плеснуть не много - ровно столько, сколько было в её благодарных словах.
    Лёжа в постели, Тина думала о Назаре. "Интересно, передала ли уже Юлия ему мои слова? Что он почувствовал, когда их услышал? Порадовался ли?" Тина осторожно попробовала нащупать связь с Назаром, и сразу почувствовала её. "Я так волновалась за тебя" - мысленно говорила она, передавая по тонкой ниточке свои чувства. Ей казалось, что по тому, как мало Назар берёт её энергии, он посылает ей в ответ свою нежность. И от этого чувства поразительным образом энергия в ней не убывала, а мгновенно образовывалась вновь.

  В доме Таволжанских царил праздник - Василий Путятич в сопровождении отца, дяди - главы клана и его сестрицы Прасковьи изволили прийти в гости и говорить о свадьбе, которая, если забыть такую мелочь, как нелепое расторжение помолвки, должна состояться через неделю.
    Радостной и алеющей щеками Марии вновь были вручены все прежние подарки Василия и даже что-то к ним прибавлено. После этого Мария спряталась за широкой спиной жениха и любопытно выглядывала оттуда.
    - Василия мы от нашего дома отделим и фамилии нашей лишаем, - сказал Никодим, - я об том слово Свешникову дал, что накажу таким образом Ваську за драку с его сыном. Поворачивать теперь уж не буду, хоть теперь парни и замирились и Василий даже жизнь Назару спас. Да и не место в нашем доме вампиру, сами знаете.
    Супруги Таволжанские дружно закивали.
    - Так что Василию придётся брать фамилию жены, - продолжил Никодим, - был Духосошественский, станет Таволжанским.
    - Благодетель! - вскричал вдруг отец Марии и бухнулся на колени, - Век молиться о тебе буду! Не было у меня сына, дочка одна, фамилии моей захиреть грозило, дому исчезнуть. А теперь же и дом мой жить будет, и фамилия Таволжанских продолжится!
    - Ну будет, будет, - добродушно говорил Никодим, принимая восторги своей дальновидности и заботе о чаяниях входящих в клан домов.
    - Ишь, как вовремя дочка твоя вампиром стала, а сын мой подрался, - едко заметил Путята, - теперь и ты с наследником, и мой младший сынок становится старшим.
    - Видать, то был промысел божий, - осмелилась вставить слово мать Марии.
    - А выдел мне какой из дома будет? - перевёл Василий разговор в другую плоскость, - Я не могу голодранцем жениться.
    Прасковья поймала его красноречивый взгляд, напоминающий о первом разговоре меж ней и Василием, где он под угрозой требовал, чтобы с выделом его не обидели.
    - Ты заслуживаешь поощрения за своё геройство, - степенно кивнула она, - О том, что ты спас Свешникова, уже все в свете знают и не поймут, если мы одно лишь наказание к тебе применим. Ты пока член нашего дома, и обделять мы тебя не станем. Из отцова предприятия выйдешь, оно только под нашей фамилией, но аренда двух больших складов в порту - твоя. Бессрочная и бесплатная. Можешь их в субаренду сдавать без спросу у нас. Дом, что ты на нашей земле себе поставил - тоже твой будет. Ну и капитал - тот, который тебе изначально к свадьбе обещали.
    - Трёх складов, - сказал Василий.
    - Ладно, трёх, - сказала Прасковья и засмеялась, ей вторил Никодим.
    - Сестрица так и говорила, что ты три стребуешь, коли мы два предложим, - пояснил глава клана, - А сказали б "три", так ты б ещё чего захотел.
    Недовольных этими решениями не было. Заводчик Таволжанский так был переполнен счастьем, что ему непременно сделалось бы плохо с сердцем, если б заботливая дочка не заметила вовремя и не прибрала часть его эмоций.
    Когда встреча была закончена, Василий вышел на крыльцо, провожаемый невестой.
    - Скажи, Маша, я не пожалею о том, что сделано? - спросил он, - Ты не станешь впредь самовольно совершать поступков, которые меняют нашу жизнь?
    - Не стану, Васенька. Ты прости меня за ту глупость, что чуть не разлучила нас с тобой. Подумалось тогда вдруг, что это хорошо, когда есть вампир в семье, что так наш дом крепче да уверенней стоять будет.
    - В нашем клане есть курсы и для вампиров. Но если будут трудности, ты лучше в фонд государыни императрицы обратись, не пытайся из родных нужную им силу красть. Я буду смотреть за этим.
    - Конечно, любый мой, - Мария счастливо прильнула к мужской груди, - Всё сделаю, как ты скажешь.
    
    Фёкла сидела в вагоне поезда и морщила нос. Вокруг набились простолюдины, которые сновали между сидений с людьми, протаскивая за собой огромные узлы с поклажей, не обращая внимания на то, что те узлы задевают головы и тела других пассажиров. Усевшись, эти люди тут же доставали свою пахучую еду - варёные яйца, чесночную колбасу, треснутые помидоры... Говорили громко, словно боялись, что иначе их не сможет услышать весь вагон - а должен. На каждой станции половина пассажиров срывалась с мест, хватала жестяные кружки и радостной толпой бежала за кипятком.
    Фёклу мутило. "Надо было первым классом ехать" - в который раз думала она, сожалея о своей экономности. Её раздражение сказалось и на энергетическом состоянии, она испытывала острую потребность в подпитке. Нужна жертва. Фёкла оценивающе посмотрела на пышную бабу напротив себя, которая поминутно вытирала лицо от пота тряпицей и подкармливала сидящих рядом дочку лет пятнадцати и сына лет восьми. Сгодится.