Княжна Дорос (княжество Феодоро)

Глава 5

Засуетились придворные, увидев приближающихся всадников к центральному входу Дворца. Гостей важных ждали.

Императорская чета Марии и Давида Комниных прибыли, - скоро решиться дальнейшая судьба Дороса.

Лошади остановились резво, застучали копытами, зафыркали, остужая пыл своей быстрой скачки. Служивые и слуги прибывших, первыми спрыгнув с коней, принялись помогать Деспотине с Деспоту.

- Добро пожаловать, Господин! Добро пожаловать, Госпожа! – приветствовал хозяйский дворецкий долгожданных гостей, встречая их у парадного входа.

Мимо придворных чета прошла быстро, важным шагом, даже не взглянув на них, не к чему церемониться, да, и некогда.

Первой вошла во Дворец статная Мария с высоко поднятой головой и прямо вытянутой спиной. Осмотрелась, давно не бывала в родительском доме, все чаше братья навещали Трапезунд, не наоборот.

Скинув свои белые перчатки, она бросила их на столик, что был расположен близ входных дверей. Остановилась, Деспота ждала, пока тот закончит с выдачей распоряжений своему слуге. Давид взлетел по дворцовым ступеням быстро и через мгновение уже был внутри Палаца.

Комнин, громко отстукивая быстрый шаг по полу дворцовой плитки каблуками своих высоких кожаных сапог, сразу проследовал в центральный зал Дворца.  Он-то чаще своей супруги тут бывает, дела государственные решает, оттого и знает, что к чему в Доросе.

Мария последовала за ним. Спешили. Заждались здешние их уже тут.

- Давид! Как же я рад видеть тебя здесь так скоро. – Обрадовался Олубей.

- Иоанн Алексеевич, а как иначе! Времени у всех нас теперь немного – действовать решительно нужно, и быстро.

- Как Иоанн IV Комнин поживает? Бодрствует? Как новость ужасную воспринял?

- Иоанн, слава Господу, бодрствует. Эта новость никому радости принести не может, однако унывать времени нет.

- Как считаешь, Феодоро из нынешнего положения сможет выкарабкаться с минимальными потерями для себя? Уже не только османы, но и другие зубы оголили, скалятся на нас, как на беззащитного зайца.

- Комнины Палеологов никогда в беде не оставят и, тем более, не отдадут на растерзание врагам.

- Конечно, Давид, и мы бы так поступили. Слава Великой Трапезундской Империи! - произнеся это Олубей, вознёс правую руку к небу.

Деспотина Мария Готская Комнина, стоявшая при входе в залу, улыбалась, - она знала, что они с Давидом привезли ее брату, Князю Олубею, новости хорошие.

- Мария, дорогая, почему стоишь, как гостья? Проходи, присаживайся. Устала, милая, с дороги?

- Благодарю, Олубей, ты, как всегда, учтив. Любуюсь родительским домом, понимаю, что скучала очень. Чаще нужно приезжать сюда, чтоб сердце своё успокаивать.

Олубей подойдя к сестре и, нежно взяв ее за руку, поцеловал трижды.

- Как дети поживают? Как сама-то? Чем радуешь себя в Трапезунде, сестра дорогая?

Я наблюдала за ними из-за высокой шторы, отделяющей залу от других комнат, никто не обращал на меня никакого внимания, - все присутствующие были заняты решением создавшихся проблемы, они спасали наш Феодоро. И Палеологи, и Камнины были заинтересованы в этом, нужно было объединение во спасение народов наших ослабевших Империй.

Я почувствовала возню у своих ног и, посмотрев вниз, увидела свою годовалую кузену, которая копируя меня, также пряталась за шторой.

- Мари, - шепотом произнесла я, - что ты здесь делаешь? Я же сказала, чтоб ты не бросала свои игрушки. Что теперь будет с ними?

Гримаса Марии исказилась в намерении заплакать, но я, быстро сообразив и, чтоб не привлекать лишнего внимания к нашим незначительным персонам, добавила:

- Поднимайся, давай мне ручку и пошли их спасать.

Сестра, не произнеся ни звука, подошла ко мне и вложив свою ладошку в мою руку, молча потянула меня в свои комнаты.

                                                                                      ***

Это был сложный период для нашего Мангупа, частые встречи Правителей различных Княжеств продолжались, казалось, бесконечно.

Конечно же, в принятии решений о будущем нешего Феодоро, в стороне не оставалось и Ханство Старого Кырыма. Олубей устраивал регулярные поездки в столицу Ханства, Кырк-Ор, к хану Хаджи I Герай. Мурза и Хан также стали частыми гостями Мангупа, ведь решалось будущее Княжества, что соседствовало с ними.

Забежав в комнаты сестры, мы обнаружили ожидающую нас там Рекие.

- Мария Асан! Мари Исаак! – обернувшись к нам, радостно вскрикнула она.

- Рекие! Ты здесь! Как же я рада тебя видеть! – ответила я. – И чета Комниных только что прибыли, знаешь?

- Да, отец мне говорил, что во Дворце мы их встретим.

Мы обе, я и Мари, бросились к подруге. Я крепко обняла ее за шею, а малышка Мари – за ноги. Затем захохотав, мы взялись за руки и принялись кружиться, радуясь новой, неожиданной для нас, встрече. Вдоволь накружившись, мы побежали в сад, забыв обо всех игрушках, чтоб поиграть там в более активные игры.

Побегав в догонялки, мы затеяли игру в прятки: мы с Рекие прятались, а Мари нас должна была искать.

Найдя укромное местечко, я притаилась, ожидая, что Мари меня в скором времени найдёт. Она была слишком маленькой, поэтому я никогда не прятаться далеко, иначе она могла бы расстроиться и начать плакать. Оттого мы с Рекие всегда выбирали лишь те места, о которых знала Мари Исаак.

Мари бегала от одного предполагаемого места укрытия к другому, произнося:

- Где ты?.... Ты где?

Я, изредка подсматривая за ней, вдруг, вдалеке заметила Карима. Оказывается, он тоже приехал к нам, вместе со своим отцом и Рекие. Я не спросила о нем у свей подругу при встрече, постеснялась, но увидев его здесь - обрадовалась.

Глядя на него, я ощутила, как внутри меня что-то кольнуло, потом защекотало. Какие-то странные, новые ощущения появлялись у меня. То ли я, действительно, боялась его, то ли, напротив, была к нему неравнодушна, - не понимала я своих чувств тогда.