Змеиный расклад

7. Явно. Воображение

«Не понимаю, почему все воспринимают мои рассуждения об управлении государством в штыки? Я всего-навсего высмеиваю основные ошибки. От некоторых я сама не застрахована и никак не могу с ними справиться, но я хотя бы борюсь. И мои замечания не направлены ни на кого конкретно!»

Из письма кайзерин Кэрна Леды

царице Амбры Солей.

«Просто очень многим кажется, что это двойные стандарты: ты пеняешь на проступки других, при этом совершая подобные сама».

Из письма царицы Амбры Солей

кайзерин Кэрна Леды.

По рассказу Оки Жизель шла в противоположную сторону от нашего домика, а когда увидела луч ещё и побежала. Как отговаривалась сама найденная, оттого что погрешила на духов. Леда лишь беззвучно шепнула что-то нелестное о чужом интеллекте, во мне зародились смутные подозрения, но вместе с последней гостьей степнячка принесла ещё и новость об ожидающем Георгии.

У приободрившейся за сегодня Шейны, казалось, ноги подкосились, но она заставила себя встать и медленно поплелась на улицу. Мы не торопили, только я засуетилась:

– У меня барьер не закончен. Леда, не составишь мне компанию? А то темновато уже одной бродить.

Вместо того чтобы поддержать и выйти послушать, о чём же станет говорить герцогская чета, казейрин неоднозначно пожала плечами и отказалась.

– У тебя же карта есть, с помощью неё запросто отобьёшься, если что, – только и ответила она, а у меня чуть глаза на лоб не полезли.

Я сначала думала, не поморгать ли ей, намекая, зачем на самом деле её зову, потом внимательно вгляделась в её лицо… и осознала, что всё она без намёков понимает. Просто в тайны Шейны, в отличие от тайн Ашес, она лезть не желает и меня надумала не пустить.

– Ладно, действительно сама справлюсь, – мило улыбнулась я. Если Леда думает, что я не сумею узнать содержание разговора без неё, она глубоко ошибается. Просто получится урывками, но мне всё равно хватит.

Тем временем все расспросили Жизель о самочувствии, но та, немногословная и до сих пор перепуганная, только сослалась на усталость и улеглась спать. Кажется, она провалилась в сон ещё до того, как я вышла на улицу.

Шейна ещё не успела дойти до мерцающего изображения своего мужа, поэтому я заторопилась спрятаться в месте, где меня не мог никто увидеть из окон. Села на корточки и принялась чертить. Сейчас я вновь подобрала три карты. Первым был старик с фонарём – чтобы поймать след. Второй – привычная парящая женщина – для путешествия по выбранной тропе, рядом с которой легла другая – перевёрнутая молоденькая служанка с булавой, обозначавшай Шейну. Рисовала я почти наугад, но неожиданно попала в точку и услышала голос нашей малышки.

– Нет, здесь всё нормально… Никто меня не обижает, девочки помогают. Особенно Леда очень поддерживает. Я просто переживаю… Жверинда могла тебе наговорить кучу гадостей про меня.

– Не бойся, ничего особенного. Она просто «сдала» твоего отца, который просил тебя похлопотать за торговые пошлины передо мной. Но о том, что это не твоя инициатива я знал ещё в тот момент, когда подписывал указ.

– Это хорошо, – ответила Шейна, однако ожидаемого облегчения в её голосе я не услышала.

Дальше разговор пропал, и мне пришлось заново перерисовывать карты. Впотьмах на всё про всё ушло минут пять, так что упустила я многое. Вновь вклинилась в беседу я довольно поздно.

– Как остальные-то? – спрашивала молодая жена, заметно успокоившись. – Как папа, как сёстры? С ними всё в порядке?

– С ними всё хорошо. В конце концов, это не они, а ты попала в неизвестный мир.

Шейна в ответ рассмеялась беззаботно, но с некой примесью горчинки и задорно ответила:

– Не переживай обо мне. Я сильная девочка ты ведь знаешь, а сейчас у меня есть поддержка и шпага.

– Шейна, – позвал Георгий свою супругу ласково, но я с удивлением уловила в его голосе нотки непонятного раскаяния. – Прости. Я тебя очень люблю, на самом деле. Я не смогу без тебя, поэтому возвращайся ко мне? Хорошо?

– Обязательно, – пообещала девушка, и у меня снова выскочила связь.

Теперь уже от выставления барьера отвертеться я не могла. Провозилась с ним до такой темноты, когда хоть глаз выколи, и свет из окошек едва спасает, а после обессиленная вернулась в дом. Я ещё порог не успела переступить, как взволнованной наседкой закудахтала Ашес:

– Солей, ты, правда, что ли, уже барьер поставила? А как же Джессмин? Мы ведь совершенно о ней забыли!

– Не придёт она, – буркнула я, скидывая ботинки и забираясь с ногами на кровать.

– Как это не придёт?

– Никак. Умерла она. Убили, – выдала я без всякой подготовки.

Почему-то сейчас это событие не вызывало тех же бурных эмоций, что и днём. Появилось лишь тихое растущее раздражение. Забыла она, как же. Прекрасно знала, что Джессмин мертва, но только сейчас вспомнила, что сама об этом не в курсе.