Его проклятье

27. Глава 8. Охота

ГЛАВА 8. Охота.

Пробуждение было трудным. Если бы не магия Омела, она бы, наверное, и не встала с постели. Но он что-то там поколдовал, Ареа напоила каждого из них огромной дозой какой-то ароматной настойки, - и к четырем часам они впятером уже стояли у самого леса, разглядывая хмурых и невыспавшихся гостей его величества. Сам же Брэгг, как и Бэлинда, выглядели великолепно, - будто и не танцевали всю ночь напролет. Проведенная в танцах ночь даже не помешала его величеству подкараулить Омелию возле спальни Эвелин и Блэйза и попытаться грубо соблазнить ее, жарко шепча слова о неземной любви, нахлынувшей в один миг и прижимая к холодной стене дворцового коридора. Омел до сих пор отплевывался при одном воспоминании об этом, дав себе зарок больше не ходить по дворцу в одиночестве, как это и подобает приличной девушке.

- Новое задание! – радостно, бодро и торжественно огласил Брэгг Великолепный. – Нужно поймать золотую птицу! Они водятся только в этих лесах, - и больше нигде на всем белом свете! Скажу вам сразу, чтобы облегчить задачу, - птицы любят орешки, - так что вы вполне сможете заманить их любимым лакомством! – слуги тут же стали выдавать каждому по небольшому мешочку поджаренных ароматных орешков. – Ну, что же вы? Будет весело! – его величество явно забавляли кислые физиономии всех вокруг. – Сам я обожаю золотых птиц!

Освальд и Блэйз удивленно переглянулись. Они ожидали охоты, а тут… Поймать странную птицу, о которой они не имели никакого представления… Впрочем, - с ними были маг и ведунья. Так что задача явно была уж даже слишком простой.

- Но только есть одно условие, - продолжит Брэгг Великолепный. – Поймать птицу нужно сетью, при этом не причинив ей ни малейшего вреда, - любое повреждение, и победа не будет засчитана! И, - никаких лошадей! В лес позволено заходить только пешими!

Блэйз с Освальдом только пожали плечами, а Эвелин порадовалась тому, что магия сняла боль и усталость с ее ног. Без этой помощи она сегодня вообще бы не смогла сделать ни шагу. Для нее все было просто, - ожидалась приятная прогулка по лесу. Ареа же и вовсе была рада оказаться в родной стихии.

Давно наступила ночь, а они все шли по лесу. Похоже, - птицами здесь и не пахло, - во всяком случае, пока они не встретили ни одной, и даже отдаленного пения не было слышно. Эвелин подвернула ногу, и Блэйзу пришлось нести ее на руках. Впрочем, - от этого он явно не испытывал ни малейшего неудобства, сама же Эвелин дрожала, - и вовсе не от холода ночи, как можно было бы подумать. Ее опаляло горячее дыхание Блэйза на шее, а в его руках она ощущала блаженство. Ей было настолько хорошо, что Эвелин даже не решалась посмотреть в глаза супруга, а он снова восхищался ею, - тем, насколько спокойно она отнеслась к этому ночному путешествию и ничем не выдавала своей боли, - ни стонами, ни слезами. Да, любая из придворных дам давно бы закатила им истерику, и вынудила бы вернуться обратно, - но только не Эвелин, сносившая все молча. За это время Блэйз уже успел превратиться в проклятый ветер и снова стать собой, чему был несказанно рад. Да, у него еще не получалось оставаться в собственном облике сутки, как обещал Омел, но все же и в облике этого ветра он находился теперь гораздо меньше времени.

Устроившись на очередной привал и искренне пожалев о том, что никто из них не догадался взять с собой съестных припасов, а магия Омела создать их не могла, все пятеро уже стали обсуждать возвращение обратно, - дорога назад должна была занять немало времени.

- Вы не рискуете возвратиться побежденными, - пояснил Омел. – Магия работает на то, чтобы мы шли вровень с Брэггом. Может быть и так, что и он не отыскал золотой птицы.

- Все это, - странное развлечение, - заметил Блэйз, пожевав листочек мяты. – Слишком даже, на мой взгляд. Ведь самым логичным было бы устроить турнир! Битва зрелищна и проходит быстро! Зачем же заставлять гостей бродить по ночному лесу?

- Пожалуй… - согласился Освальд. – Не понимаю, какое удовольствие от всех этих брождений? Разве что Брэгга радует, когда окружающие еле волочат ноги, а сам он на их фоне выглядит Великолепным.

- А ведь он действительно выглядит очень даже и неплохо… - протянул Блэйз. – Если нам помогает магия, то и ему, похоже, тоже… Или ты полагаешь, он действительно настолько вынослив?

- Ну, в танцах до рассвета и ночных прогулках по лесу я не наблюдаю ничего особенно изматывающего, - не согласился Освальд. – Разве что для дам и для изнеженных придворных господ. Нам-то с тобой все это ни по чем! Но я согласен, - думаю, нам стоит возвратиться. Бесцельность нашей прогулки уже давно наводит скуку.

Все поднялись с места, собираясь возвращаться, как вдруг Ареа застыла, призывая всех к тишине.

- Слышите? – спросила она после того, как все замерли на несколько минут. Остальные только покачали головами.

- Запах, - пояснила Ареа. – Я никогда не слышала, чтобы что-нибудь с лесу так пахло!

Но ни у одного из ее спутников не было такого чуткого обоняния. К тому же, - откуда им было знать, какие запахи для леса обычные, а какие – нет?

- И этот шорох… - Ареа повернулась туда, откуда он доносился. Но, как остальные ни напрягали слух, ничего расслышать так и не получилось, - а ведь слух у Освальда и Блэйза был достаточно натренирован!

Появившаяся как-то вдруг прямо над их головами полная луна осветила лес, будто дневным светом. И тут они заметили. В той стороне, куда осторожно направилась Ареа, трава была будто посыпана золотистым порошком, дивно переливающимся в лунном свете. Стараясь двигаться бесшумно, остальные последовали за ведуньей. Теперь уже и им стал слышаться легкий шорох впереди.

Они и сами не заметили, когда все изменилось. Вроде шли по тому же лесу, проходя все те же деревья, - и вдруг их ослепил яркий солнечный свет. Вновь обретя способность видеть, вся пятеро поразились, - их окружали дивные цветущие кусты, а на диковинных деревьях вокруг поспевали удивительно ароматные и совершенно незнакомые им плоды. И на каждом кусте, на каждой веточке дерева сидели птицы. Огромные золотые птицы, от которых и исходило это ослепительное сияние.