Охота на эльфийку

3.2

Один из нагов, что стоял подле правителя, подошёл ближе к нам и, представившись советником Хиссеем, велел остальным замереть на месте, а мне… подойти ближе к наагатэну. Надо ли говорить, что в этот момент мои коленки затряслись так, как не тряслись при встрече с оборотнями? А они, между прочим, куда более непредсказуемы, чем хвост любого из нагов. Просто у меня не было и капли желания переступать единственную ступеньку возвышения с троном, чтобы оказаться на расстоянии вытянутой руки от пугающего нага с располагающей улыбкой. Он, к слову, действительно источал радушие. Правда какое-то холодное и оттого отталкивающее.

Пытаясь отвлечься от накатывающей дурноты, я решила пристальнее рассмотреть внешность наагатэна целиком, а то до этого меня волновали только цвет его чешуи да глаз. Такое решение позволило заметить ещё не одну отличительную особенность главы нагов. Для начала его волосы были достаточно короткими и имели каштановый оттенок, в то время как пряди, собранные в косы, у встречающих нас нагов с хвостами цвета древесной коры были очень тёмными и длинными.

Кстати, у того, что представился Хиссеем, волосы тоже были короткими, но такими же чёрными, как и у большинства нагов в этой зале. Черты лица наагатэна так же оказались более ярко выражены, чем у других – остальные наги имели узкий разрез глаз без двойного века, низкие переносицы и широкие скулы. Зато наагатэн мог похвастаться глубоко посаженными глазами со слегка нависшим веком под чётким росчерком бровей, чуть крупноватым носом и точёной линией скул. В совокупности с тонкими губами красивой формы всё это складывалось в очень и очень привлекательную картину. Так что, глядя в глаза со вздёрнутыми внешними уголками, мне больше виделся мягкий и лукавый лис, нежели холодный змей. Однако длинный хвост в обрамлении драгоценной чешуи, вальяжно лежащий кольцами вокруг трона, не позволял слишком долго заблуждаться на этот счёт. Передо мной точно крайне опасный наг.

Украдкой делая вдох и продолжая сохранять улыбку на чуть одеревеневшем лице, я шагнула куда указал советник и… со всей самоотдачей отыграла возложенную на меня роль. При том неожиданно даже для себя. Может из-за тщательно скрываемого волнения, а может из-за того, что я слишком погрузилась в чужой изучающий взгляд и отвлеклась на заинтересованные искры в нём, носок туфельки коварно задел подол моего платья и, конечно же, прижал его к той самой заветной ступеньке, которую мне следовало преодолеть. Врождённая ловкость попыталась было исправить ситуацию, но вовремя вспомнив о своей “человечности” я подавила этот инстинкт.

В итоге под общий удивлённый и отчасти взволнованный вдох меня угораздило ещё пару раз наступить на ткань собственного платья в безуспешной попытке восстановить равновесие, а потом и вовсе рухнуть прямо к ногам, то есть хвосту наагатэна. Правда встретиться лицом с царским ковром у трона мне не дали.

Мои рёбра что-то крепко сжало, падение остановилось, а ладони упёрлись в неожиданно тёплую чешую. Угу, аметистового цвета! Ну почему из всех змеехвостых быстрее отреагировал именно тот, к кому прикасаться я не хотела ни при каком раскладе?! Однако уже было поздно сокрушаться – как только моей кожи коснулась змеиная чешуя, тело прошиб магический импульс. Не так чтобы сильно, любой другой наг и не заметил бы его, но только не этот.

Поздравляю, Анэя, отныне наагатэн в курсе того, что ты маг, и теперь не выйдет его обмануть сказав, что дар не работает и потому “принцесса из Аэрдана” им не подходит. То-то свита и, в частности, сестрицы «Б» и «В» обрадуются…. Да кто же это меня так проклял-то? Что ни шаг, то в лужу!

– Вы не ушиблись? – Взволновано спросил советник Хиссей, отмирая первым и поспешно выпутывая меня из хвоста своего правителя, чтобы затем как ребёнка поставить рядом с собой. От волнения наг “встал в полный рост” и я поняла, что до этого все хвостатые пытались в знак уважения казаться ниже, чем они есть на самом деле – с мощным, но достаточно гибким хвостом не составило труда стать ниже на пару локтей. Так что тут кто угодно почувствует себя ребёнком, дыша кому-то в… поясницу.

Бросив короткий взгляд в сторону своего сопровождения, я увидела откровенно зелёные лица и неприкрытый ужас в глазах. После чего ответила им покаянным взглядом, давая понять, что и близко не планировала чего-то такого, а затем снова посмотрела в сторону всполошившегося нага, чтобы мило ответить:

– Всё хорошо, советник Хиссей, благодарю за заботу. – И чтобы полностью оправдать слухи о принцессе, а также закрепить случайно произведённый эффект, весело бросила: – Дурацкое платье, поскорей бы его снять!

За спиной кто-то едва слышно простонал. Звук явно исходил со стороны моего сопровождения, потому как наги в это время не просто будто воды в рот набрали – кажется они превратились в статуи, завернутые в дорогие халаты, они же традиционная одежда змеев.

И когда тишина со стороны нагов почти стала невыносимой, рядом послышался короткий смешок. Очень приятный, бархатистый и тягучий, такой же, как и голос, который сказал:

– Впервые в моём присутствии не только валятся с ног, но и тут же… спешат раздеться. Обычно одно с другим никак не связано.

Слова наагатэна звучали мягко, без явной издёвки, но его тон и то, как он на меня в этот миг смотрел, не оставляло ни шанса истолковать сказанное им неправильно. Контекст был очевиден, как и его разноцветные глаза.

Клянусь, если бы у меня кровь приливала к лицу так же быстро, как и у людей, то я заалела бы после таких слов будто мак в конце весны. Потому только благодаря куда более замедленной реакции организма, мне удалось ответить наагатэну едва заметным, вполне себе милым румянцем и наивным щебетом:

– И как много послов скинуло свою одежду перед вами? Или вы не то имели в виду и это такая фигура речи? – тут же добавила, всеми силами показывая себя милой глупышкой. А чтобы мне точно поверили, запорхав ресницами закончила: – Простите, я не сильна в нагаатских выражениях. Няня часто говорила, что моя память хрупка как лёд в солнечный день.