Чудище

Глава 6

Эта ночь для нее никак не хотела заканчиваться. Боль от чужих прикосновений напоминала о себе при каждом движении, поэтому девушка не шевелилась, надежно подперев собой кровать. Тело затекло и продрогло, но мозг не реагировал. Елена, как стрелки остановившихся часов, конвульсивно покачивалась, как будто намереваясь вскочить на ноги и бежать, пока воздуха в легких не закончиться. Вот только завод кончился, и стрелки забились в предсмертной агонии.

Она должна была, наверное, плакать, но слезы отчего-то не приходили. Ей было не горько, не обидно, не было даже стыда или отчаяния. Была только злость. Жгучая, прожигающая до внутренностей, до желудка. Она ненавидела Летера за то, что не сделал это сам. Она ненавидела Айриса за слезы. Она ненавидела саму себя за то, что пытается оправдать этого мужчину.

Когда дверь с тихим щелчком открывается, она уже знает, кто решил нарушить ее уединение. Елена не поворачивает головы, не вздрагивает, даже тень не мелькает в потухшем взгляде, когда син Летер Бедоз нависает над ней, сжимая в руках смятый пиджак. Он переступает с ноги на ногу, и швыряет пиджак через голову Елены, на нетронутую кровать.

– Я думаю, что будет честным объясниться с тобой. Похоже, что некоторые события все-таки вышли из-под моего контроля, – Летер озабоченно потирает подбородок, после чего прячет ладонь в кармане брюк. – Не скажу, что раньше подобного не было, но так, чтобы это происходило здесь, в моем доме – впервые. Это никак не оправдывает того, что случилось…

– Я знаю. И это вас не оправдывает, – Елена сжимает холодные пальцы в два крохотных яростных кулака и зажимает их коленями.

Напрягается каждой мышцей, словно вот-вот сорвется в пропасть, и есть только единственный шанс зацепиться за тонкую ветку. И она цепляется, проклиная собственную глупость, цепляется за внимательный взгляд, за сеть морщин вокруг глаз и усталую линию губ.

– Знаешь? Что нас двое?

Летер задумчиво окидывает маленькую неподвижную фигуру и опускается на пол напротив. Елена смотрит на него, и лицо ее в полумраке комнаты выглядит серым мешком с дырами вместо глаз и рта.

– Как давно?

Сейчас, глядя на разбитую девушку, он был бы рад почувствовать раскаяние, или хотя бы показать ей то, чего она так жаждет. Ведь она непременно ждет от него какого-то жеста, что-то что докажет ей, что он не монстр. Вот только он не благородный воин, которого нужно спасать от проклятия. Он просто чудовище, которое борется с таким же чудовищем. Не существует способа разорвать это колдовство

– С первого дня. Когда залезла в ваши воспоминания, син Летер, – тихо отзывается девушка, все еще жадно вглядываясь в уставшее лицо. – Это были вы?

Летер ухмыляется собственной наивности. Ее действительно волнует, кто из них отдал приказ? Только это? Вероятно даже, она успела нафантазировать в свое прекрасной головке, как спасает его от саморазрушения. Он кривится, словно жует лимон, и девушка отшатывается, с глухим стуком ударяясь спиной о край кровати.

– Это в любом случае сделал я. Разве нет?

Он пришел не извиняться, не утешать. Девушка замирает, с ужасом наблюдая, как заостряются и без того хищные черты лица.

– Ты все еще веришь в сказки, маленькая моя? – он касается ладонью ее щеки, мажет большим пальцем по губам, вызывая лихорадочный всхлип. – И каким же будет конец? Я откажусь от всего ради тебя? – по ее потрясенному пристыженному взгляду он понимает, что примерно так и должно быть. – Но… разве ты хоть что-нибудь для этого сделала?

Летер тихо смеется, когда девушку передергивает от злости. Пускай бесится – слезы он не выносит. Елена поджимает губы и упрямо выдергивает подбородок из его пальцев. Она пытается подняться на ноги, но крепкая рука ложиться на ее плечо и возвращает на место.

– Сядь! Я не закончил. Ты и впрямь забавная, теперь я понимаю, почему этот мальчишка последовал за тобой. Думал он явно не головой. Признаю, ты действительно пробудила во мне нечто, но оно далеко от влюбленности, которую ты себе нарисовала. Даже не представляешь себе насколько далеко. Но у меня есть цель, и ничто меня не остановит, и уж тем более никакие низменные желания не станут преградой. Вся эта ситуация получилась некрасивой. Пожалуй, так. Но, заметь, твоего дружка это проняло, – Летер улыбается, глядя поверх головы девушки. – Тебе стоит отдохнуть и выкинуть всякие глупости из головы. У нас скоро будут гости. Думаю, мне еще понадобиться твоя дружба с мальчишкой. Вы все так забавно друг к другу привязаны.

Ее трясет от бешенства, от бессилия и собственной глупости. Только теперь стыд наконец-то накрывает ее с головой. Лучше провалиться, исчезнуть с лица земли, чем сидеть сейчас перед мужчиной, который приказал ее насиловать, и выслушивать все это. Ладонь рассекает воздух прежде, чем способность мыслить возвращается к девушке. След от пощечины предательски наливается краской на небритой щеке

– Не смейте! – шалея от собственной смелости, шипит Елена. – У вас нет права говорить со мной. Нет права смотреть на меня! И прикасаться ко мне права нет… Вы – больны, признайте это!

Он улыбается злой удовлетворенной улыбкой.

– Я этого никогда не отрицал.