Любочка в 3\10 царстве

6

Глава 6
Партизанский совет

Болото было самым обыкновенным, но Любочка никогда не видела таких островов, на какой их привел старик. Он был окружён топью, и выбраться с острова можно было двумя едва заметными тропками. Еще старик сказал, что можно пройти сквозь топь, но для этого нужно быть совсем отчаявшимся, так как хозяйка топи редко кого отпускает.
Ягодный остров оправдывал свое название и был покрыт густым ковром цветущих ягод. Деревенские восхищались обилием редких и полезных трав, а Лютик чуть не плакала над некоторыми травами. Дед угодил всем и заслужил право присутствовать на совете партизан, который Степан устроил уже поздно вечером, когда на острове были построены шалаши и на кострах забулькали котелки с ароматными и сытными кашами.
Дети носились по острову с радостными визгами, подростки тоже быстро нашли себе занятия, а у женщин и хозяйственных мужиков дел всегда было много. Вот и в первый вечер жизни на острове на совет пришли только те, кого позвали, а остальным было не до разговоров.
Лютик устроила небольшое ведьмино гнёздышко подальше от людей, на самом краю острова, у полусгнившего могучего дуба, тремя корнями уже ушедшего в болото, а двумя еще держащегося за землю. Под редкой кроной этого древнего великана и собрался совет.
Лютик, Мурат, дед Глухарь, орк Харам, кожевенных дел мастер, орк Луп Бур, его подмастерье, возле них крутилась феечка Дилонда Звёздная, делавшая вид что просто собирает магическую пыльцу, но все понимали, что ее прислал послушать крылатый народец. Степана и Любочку посадили на почетные места, спинами к дубу и все уставились на них в ожидании их великих слов.
– Чего это они? – уголком губ спросила Любочка у Степана, когда молчание затянулось, а народ продолжал чего-то ждать.
– Ждут, когда мы им скажем, что делать дальше. – Шепотом объяснил Степан, слегка краснея под пристальным и недовольным взглядом крохотной феечки, что сидела невдалеке на крупном цветке, сложив на груди крохотные ручки и покачивая ножками.
– Я.… – начала было Любочка, но тоже увидела недовольную феечку и забыла, что хотела сказать собравшимся членам совета партизан.
– Так чего сказать-то хотела? – поторопила Любу Лютик и тоже посмотрела на феечку, та показала ведьме язык и сделала еще более грозное лицо.
– Я хотела спросить, как вашего царя побеждать-то будем? – Неуверенно начала Люба и, наконец оторвав взгляд от грозной злой феечки, спросила, – какие у него слабости? Чем его прибить можно? Что он больше всего любит и как у него это отнять?
Собравшиеся переглянулись и, растерянно пожав плечами, перевели взгляды на ведьму. Но неожиданно с легким писком перед лицом Любочки закрутилась злая феечка и размахивая ручками, что-то закричала девушке. Все почему-то заулыбались, кроме недоумевающей Любы и Степана.
– Чего она хочет от меня? – Спросила Люба у Лютика.
– Феи очень любят Саравана, – замахнувшись от феи, ответила та и, вздохнув, шлепнула ладонью фею, и та улетела в кусты, покрытые мелкими золотистыми цветами и шипами.
– Феи считают, что царя еще можно спасти, и он станет спасителем всех от адского пламени! – объяснил орк Харм и, почесав небритый подбородок, все-таки помог застрявшей феечке вылезти из кустов.
– Они не объясняют, почему, но верят, что его можно еще спасти. – продолжила Лютик. – Вы поймите, он наследник древнего рода правителей, их кровь защищает нас от древнего зла. Поэтому он должен жить. Хотя я бы предпочла прибить паразита.
– Хорошо, – задумчиво ответил Степан. – Мы должны его спасти! Вы говорили, что для этого нужно вернуть ему душу. А где она?
– Это знает только верховная ведьма, она знает путь в то место. Многие поначалу пытались спасти царя, родственники его, благородные рыцари и просто хитро сделанные вельможи, были пришлые из других миров. Но никто из них не вернулся... Сгинули все где-то там… Вот верховная и поклялась, что больше никому пути не укажет.
– Хорошо, предположим, мы сумеем уговорить верховную ведьму помочь нам, и она скажет, где искать душу, а каким путем ее в тело то возвращать, да и правда ли это, не обманка ли? – спросила Люба у собравшихся, те переглянулись и, похоже, не поняли, о чём она спрашивает.
– Та-а-ак, – протянула Люба, понимая, что народ этого мира не знаком с понятием ложного пути. – Понимаете, если бы я была коварным злодеем, я бы создала ложный путь для тех, кто хочет меня спасти, или уничтожить. Поэтому я спрашиваю, кто вам сказал, что, вернув душу, мы спасем вашего царя?
Ведьма аж губу прикусила, задумавшись, понимая, к чему клонит Люба, орки синхронно почесали маковки, а феечка звонко что-то протараторила, но ее никто не понял. Тогда она так взвизгнула, что у всех уши заложило и начала крупными буквами выводить на песке слово: «Пророчество».
– Точно, есть где-то пророчество, великий маг и паладин, он же пророк Мирас предсказал, как будет спасен наш мир, и как избавится от адского пламени, что бурлит в государе, чтоб ему ни дна ни покрышки! – всплеснув руками, произнесла ведьма и погладила пальцем по головке фею, та возмущенно отпихнула палец и снова что-то затараторила.
– А у вас нет того, кто понимает, что она говорит? – Поинтересовался Степан. – похоже она обладает важной информацией.
– Есть, конечно люди, что могут говорить с феями, но их крайне редко можно встретить, проще единорога найти, или с призраками подружиться, чем найти того, кто понимает их трескотню, – объяснил орк Луп Бур.
Все тоскливо вздохнули, и феечка снова взялась писать на песке: «Гоблин барон Ракатаун».
Члены совета непонимающе переглянулись, и вдруг Лютик подняла указательный палец вверх и широко улыбнувшись высказалась:
– Эта скотина синерожая, этот удод с прогнившей душонкой, этот...
– Лютик, держи себя в руках!!! – притопнув ногой, прикрикнул старик Глухарь, и ведьма, набрав полные легкие воздуха, задержала дыхание, чтоб не обматерить гоблина прилюдно.
Медленно и со свистом выпустив воздух, она снова вздохнула, но продолжила уже более сдержано:
– Этот барон был опекуном нашего царя до его совершеннолетия и был, так сказать, ближайшим другом и соратником матери Саравана, а она была регентом. Если кто и знает про пророчество, что было записано на священном пергаменте и помещено в шкатулку судьбы, то это точно барон Ракатаун.
– Вот только он был испепелен царем много лет назад, тогда еще родовой замок царей сгорел. Так что навряд ли он нам может помочь, – напомнил Харм.
– Но его сынок, тоже еще тот проныра и скотина, он-то каждый год для государя большую охоту устраивает и финансами всеми заведует тоже он. Может, мелкий паршивец знает, где шкатулка с пророчеством, – предположила ведьма, и феечка, радостно улыбнувшись, согласна закивала головой.
– Тогда нам нужно добыть это пророчество, узнать, что там написано и действовать уже по прочитанному. Это раз, а еще нам нужно сделать так, чтоб Саравану было очень некогда, развлечь его как следует, забот подкинуть, отвлечь от барона. Это два, и вообще надо устроить ему глобальную революцию, такую, чтоб ему и присесть некогда было. А в-третьих, когда он уже будет на пределе и захочет всем нам головы снести одним ударом, взять и вернуть ему душу. Вот тогда ему точно будет окончательно весело, – решительно предложила Люба план действий.
– А зачем нам революция? – удивился Степан. – Не проще ли будет по-тихому действовать?
– Свинорылы, и те, кто ими командуют, будут искать беглецов, то есть нас. – объяснила Люба, – Они будут нам мешать, точнее, мне, потому что шкатулкой займусь я. А ты, Степан-великан, будешь делать все, чтоб мне никто не мешал!
– И как ты себе это представляешь? – спросил Степан таким тоном, что Люба поняла, что он сам хочет погеройствовать. Майор уже видел себя прекрасным рыцарем на белом коне, что спасет всех от злого царя.
– Ты будешь нашим титульным героем, наверняка, они в первую очередь тебя и будут искать! Что им какая-то рыжая мелкая девчонка? А если ты еще и устроишь им проблемы в стиле Робин Гуда... то они тем более не обратят на меня никакого внимания.
– Кто такой Робин Гуд? – тут же заинтересовались орки.
– Благородный разбойник, что грабил богатых и раздавал награбленное бедным, – со вздохом объяснил Степан.
Все с восхищением уставились сначала на Степана, а потом на Любу. Та, ни капли не смутившись, улыбнулась собравшимся и спросила:
– Как мне попасть к этому барону?
– Замок барона Рона Кол Ракатауна в трех днях пути от нашей деревне, если идти по дороге, если тропками, то и за два дня доберёшься. – ответила Лютик и подумав немного, продолжила, – Но тебе лучше не торопиться и фейку нашу с собой возьми! Ты ее хоть и не понимаешь, но, во-первых, она дорогу знает, а во-вторых, она тебя предупредит об опасности, если что! Дилонда конечно истеричка, но за-ради любимого государя, чтоб ему поперхнуться за завтраком, поможет. Ведь так Дилонда?
Феечка состроила гримасу ведьме, потом сделала вид, что раздумывает, но не выдержала и широко улыбаясь закивала головой так, что с волос влетело целое облако волшебной пыльцы, от которой ведьма Лютик вся сморщилась и громогласно чихнула.
– Прибью заразу мелкую, – прогнусавила ведьма, вслед улетевшей феечке, – знает же, что я чихаю и краснею с их пыльцы, нет, трясет своими патлами у меня перед носом. Вот спасем Саравана болвана, нашего любимого и прибью мелочь с крыльями...
– Ладно вам не переживайте так, – улыбнулась Люба, наблюдая, как лицо ведьмы на глазах начало краснеть и опухать, – Вот у меня тут от аллергии таблетки есть, мне не надо уже, думаю тут навряд ли кто освежителями воздуха для туалетов пользоваться будет.
Лютик с сомнением приняла прозрачный флакончик с миниатюрными пилюлями и не понимающе посмотрела на Любу.
– Это лекарство, чтоб не чихать и не краснеть от пыльцы...
Через пять минут ведьма Лютик прекратила чихать и взялась собирать Любу в дорогу. Откуда-то принесли одежду для мальчиков подростков, так как Люба наотрез отказалась одевать платье. Сапогами ее снабдил орк Харм и Люба стала похожа на парня, правда для этого ведьме пришлось стянуть ей грудь тугим бинтованием и Любе показалось, что она лишилась одного легкого. Дышать было тяжело, да и двигаться тоже, но она прекрасно понимала, что одинокой девушке в столь неспокойное время угодить в неприятности гораздо проще, чем парню. Тем более, что волосы у нее, итак, были подстрижены коротко.
Степан ходил хмурый, явно обдумывая свои дальнейшие действия и посматривал на Любу, как на виновницу своих неприятностей, но когда пришло время прощаться, он ее крепко обнял и сказал:
– Постарайся не вляпаться и возвращайся с хорошими новостями. Мне еще тебя домой вернуть надо.
– Постараюсь быть предельно осторожной, это и в моих интересах. – Улыбнувшись ответила Люба и чмокнув Степана в щеку, резко развернулась и пошла по тропинке вслед улетевшей феечки. Прощаться Люба с детства не любила, слишком часто ей это делать приходилось, вот она и не прощалась теперь никогда. Просто разворачивалась и уходила, так ей было проще потом возвращаться.