Измена. Притворись моим драконом

Глава 5. Романия

Примерно полминуты мы молчим, а потом я шумно выдыхаю. Мой первый порыв — притвориться дурочкой. Сделать вид, что я понятия не имею, о чем именно мама говорит.

Но это будет глупо. И бесполезно. Врать я никогда особо не умела.

— А если он откажется?

Этот вопрос внезапно лишает меня сил. А ведь я даже не назвала его по имени…

— Синклер может быть негодяем, но он никогда не был жесток, — тихо говорит мама. — Как он может отказать в просьбе умирающему?

Она права, и мы обе это знаем. Я снова поднимаю на нее глаза, и меня так и тянет спросить, а почему бы ей… Она же поедет к Джасперу, почему бы не заехать и к Синклеру? Их резиденции находятся рядом, это я точно знаю. Не выгонит же он родную тещу, в конце концов.

Но вопрос, — или скорее мольба, — застревает у меня в горле. Мне не хватит наглости просить маму еще и об этом. На нее и так больно смотреть... Не хватало еще, чтобы она решала мои проблемы.

А Синклер — это не что иное, как проблема, но исключительно моя.

— Хорошо, — отвечаю я со вздохом. — Я поговорю с ним. Но если он всё-таки откажется…

Мама резко выпрямляется, и ее лицо становится жестким. Властным. В последний раз она так на меня смотрела, когда я в детстве решила искупаться в садовом фонтане посреди ночи.

— Романия, кажется, ты не понимаешь всю серьезность ситуации, — чеканит мама. — Ты и твой муж должны там присутствовать.

В попытке защититься я развожу руками.

— Мама, он дракон! Если он откажется, я не смогу похитить его и привезти в Горф-нест в кандалах.

— Меня не особо волнует, каким образом ты его туда доставишь, — с этими словами она поднимается на ноги. — А теперь, с твоего позволения, я бы хотела отдохнуть.

Разговор окончен. Мне ничего не остается, кроме как выйти из комнаты и махнуть рукой слугам, чтобы те подготовили спальню для гостей.

Одна из горничных бросается исполнять приказ, а другая кланяется маме и вызывается ее проводить.

Прижив руку к левому боку, я наблюдаю, как матушка уходит, а мое сердце пускается в галоп.

Два года. Прошло два года с тех пор, как мы в последний раз говорили с мужем. И что теперь я должна буду ему сказать?

Ну, мне придется придумать. Потому что мой дедушка обожает этого идиота. Он был ослеплен обаянием Синклера еще с тех пор, как тот был мальчишкой, неспособным принять драконий вид. Они с Джасом учились в одной академии и вместе приезжали в Горф-нест на каникулы.

Два сорванца, которые сводили с ума слуг и грозились разнести замок своими проделками, но стоило одному из них улыбнуться… После этого злиться было уже невозможно.

Будь проклята их дружба! Ведь именно потому, что я видела Синклера так часто, в итоге перестала видеть кого-либо другого. Никого, кроме него.

Лучший друг старшего брата… Такой красивый, непутевый и такой… романтичный?

А еще насквозь прогнивший. Син обманул всех нас, но самая большая дура — это я.

Однако дедушка умирает, и я не могу его подвести. Только не его. Не того, кто таскал мне любимые лимонные пирожные с имперских балов, показывал, как стрелять из лука и был моим первым партнером по танцам, когда я только-только училась танцевать.

Всю жизнь дедушка был рядом, в отличие от отца… И именно он дарил мне мудрость, когда я больше всего в этом нуждалась.

И если для того, чтобы сделать его последний Хон Галан счастливым, мне нужно притвориться, что я все еще люблю мужа-изменщика… то так тому и быть.

Осталось только, чтобы Син согласился. А я чертовски не уверена, что он это сделает.