Зверь Виндззоров

Пещера 9. Тайны Южной Крепости

Проснулась я поздно. За окном вовсю светило яркое зимнее солнце. Огляделась. Увидела на прикроватном столике вишнëвого дерева записку, написанную уверенным почерком с изящными вензелями. Вот так, что было со мной месяц назад не помню, а прочитать записку могу легко... Что там?

Писал Бриар: "Добрый день, Мадж! Уверен, что день. С теми ящерками, что ты радостно умыкнула себе, я передал чуть-чуть сонной магии. Прости. Но тебе надо было выспаться. Вставай, в купальне уже нагрета вода, платье на кресле, туфельки рядом. Полагался на свой вкус. Завтрак на столе. Уверен, тебе понравится. До вечера развлеки себя сама, только больше не взрывай ничего пожалуйста, намекаю, у меня прекрасная библиотека, можешь почитать. Айн со мной. Надо решить несколько вопросов. Вечером увидимся. Уже скучаю. Твой заботливый Б".

Я откинула одеяло, голой прошла в купальню, попробовала ножкой воду, тëплая, м-м-м, то, что надо. Чуть-чуть разогнала цветочные лепестки и погрузилась в воду, пахнущую летним садом. Приятно-то как. Лежала и наслаждалась.

С платьем ректор тоже угадал. Синее, с серебряным шитьëм и прозрачными камнями, напоминавшими льдинки, оно удивительно подходило к моей бледной коже и тëмным волосам. Как и туфельки в цвет. Удобные, на небольшом прозрачном каблучке, всё с теми же камнями-льдинками огранки бриолет.

И вот стыдно признаться, но оладушки были тоже прекрасны. Особенно с ягодно-сливочным джемом. Восхитительны! Я даже подумала, что такого мужчину, как Бриар, давно должны были поймать в сети семьи, холить, лелеять, наслаждаться его обществом и рожать от него таких же прекрасных детей, как и он сам.

Пока я допивала чай, смотрела в окно и думала, чем заняться, приключения нашли меня сами. В окно постучал улыбающийся Тьерри Гейс. Стражник, первым мне встретившийся в Академии, похоже, был счастлив, шагнул внутрь, стряхнул с ног снег и стоял, разглядывая меня ярко-васильковыми глазами:
— Милайра Мадж, я Вас почти сутки искал. Сменился, спросил, сказали Вы в целительском спите. Вернулся наутро, а там поломано всë. А дальше потерялся Ваш след. И вот только случайно услышал, как принц Кайл с друзьями Вашу ночëвку в доме ректора обсуждают.
— Завидуют, конечно? — съязвила я, — да, проходи ты, Тьерри, не топчись у порога. Чай будешь?
Парень утвердительно кивнул, похоже, на все мои вопросы. Потом пояснил:
— Арс гадости, конечно, говорил, характер у него такой, склочный. А вот принц, на удивление, защищал Вас. Влепил дружку оплеуху и велел держать язык за зубами.

Я пожала плечами, вот чудеса. Разборки между Сынами Неба. Им бы только померяться... мгм... силой. Налила стражнику чая. Подвинула оладушки, джем. И оказалось, что под еду хорошо говорится. Мне удалось узнать то, что и не чаяла услышать. А Тьерри оказался в меру болтлив.

Мне многие в Академии повторяли, что отец долго скрывал Мадж ото всех. И вот от стражника я наконец узнала правду.

Тьерри жевал очередной оладушек, щедро украшенный джемом и вещал:
— Ну, дак, Оттав, батюшка Ваш, — знатный ревнивец. Пока Вы, милайра, были малы, и матушка Ваша, Азера, всюду за Вами ходила, так он не особо волновался. Отпускал во дворец. Сам, правда, редко ездил. Но вот Вы подрастали уже, а Азера больше не беременела, Лорд Оттав сына хотел, а Азера отказывала ему и даже на порог своей спальни не пускала. Вот и он чудить начал. Сначала женщин разных приводить. Азера словно не замечала этого, жила своей жизнью, часто бывала в Королевском замке. Про мужа и не спрашивала. Оттав же стал чудить всë больше. Вам двенадцать было, батюшка запретил разъезды. Эх, и ругались они с хозяйкой. Вся Южная Крепость слышала. Азера уехала тайно и Вас прихватила. Хозяин еë силой вернул. Так вот только Вам шестнадцать исполнилось, пришло приглашение от Короля. И Азера вновь уехала. А лорд Оттав силой еë привëз и точно озверел. Кричал. Меч схватил. Наутро крови, служанки говорили, очень много нашли. Десятью вёдрами речной воды не могли отмыть. А матушка Ваша исчезла. А Вас батюшка запер и более уже никуда не отпускал.
— Неужели убил?
— Да, кто ж его знает. Камеристка госпожи Азеры сказывала, что она к отцу спаслась, в Подземную крепость. Там и живëт. Но коли она согласилась на замужество с, простите тени, нелюбимым, дык вряд ли бы вернулась обратно. Ещё девки говорили, что сам Король в нашу Азеру влюбился, и у него она прячется. И что Оттав хочет престол королевский захватить и план какой-то у него есть. И иногда совсем уж невидаль несут. Точно маменька Ваша в Небесной Крепости поселилась. Но тут уж даже дети знают, что Небесная Крепость — сказки. Как это в небе камни летать будут. Небылицы. Как и пара зверей в одном маге. Тоже небылицы.

Неожиданно Тьерри отвлëкся от оладушков, взглянул на меня совсем иначе, цепко, холодно и спросил:
— А твой зверь какой?
Я вздохнула и философски задвинула целую теорию:
— Это довольно трудно — исследовать самого себя, как незнакомого человека, так сказать, со стороны. Наверное, именно поэтому у меня ничего не получилось. Понять, какой мой зверь. Что твое, то является частью тебя и отделить это невозможно.

Похоже, Тьерри не ожидал такого ответа и подвис:
— Дык, алый уровень, милайра, у Вас. Редкий. Что у короля, да ещё... Тайна это... Чуть не проговорился... Вот и интересно мне, алый зверь какой? Как телом ощущается? Даже у батюшки Вашего жёлтый да с прозеленью. А Оттав, что бык, сильный, конечно...

Стражник помолчал и вновь спросил:
— Слышал, милайра, Вы много времени с Айном проводите. Точно как и в детстве. Правильно Вы, что друга не бросили. Только, наверное, немного ему осталось. Не прикипайте к нему сильно.

— Почему, — помимо моей воли сердце вдруг заколотилось, как всполошное, — почему недолго?
— Дык, он зверя своего убил. Не живут маги, помеченные тенями, без своего зверя. Кто сразу гибнет. Кто спустя дни или недели.
— Почему?
— Так остывают без магии-то. Организм привыкает со зверем работать. Перестраивается. И потом, бац, и замëрз. Сердце реже-реже бьëтся и останавливается. Да, у лорда ректора вон и библиотека есть. Почитайте хоть про святого Терезия, чей зверь целую крепость спас. Хоть про Давинию, что своего зверя возлюбленному отдала, и тот Королëм стал.
— А девушка?
— Что девушка... Остыла и всë. Но в легендах вот осталась. Там книжки в аги-аги-агиографии стоят. В житиях святых то есть...