Между Светом и Тьмой

3

В первую очередь Веката обзавелась характерным для перебейщиков серым плащом. Штука крайне удобная, если тебе предстоит не только обозначить свой статус, но и скрыть внешность, которой лучше не светить ни перед демонами, по словам Хайрэса открывшим на неё охоту, ни перед ангелами, наверняка считающим её предательницей после нападения на одного из старейшин Совета. Маскирующие чары, которыми Веката чуть ли не насквозь пропитала ткань нового одеяния, помогали приглушить исходящую от его хозяйки энергетику, а заодно спрятать от посторонних глаз нимб, явственно выдающий её недавний уход из Райского сада. Этого должно с лихвой хватить на то, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, а попав случайно в чьё-либо поле зрения, выскользнуть из него прежде, чем её успеют узнать и предпринять соответствующие действия. Если учесть то, что и светлые, и тёмные обычно предпочитают игнорировать не вызывающих подозрений перебейщиков (то есть тех из них, которые не ошиваются там, где им быть не положено), а то и ищут с ними встреч, дабы договориться о заключении сделки, инкогнито она будет в куда большей безопасности, чем демонстрируя всем и каждому, кто она такая.

Веката проводила время в уединённых и безлюдных местах – там шанс нечаянно столкнуться с высшими существами, воздействующими на сознание смертных, сводился к минимуму. Разумеется, это не давало страховки от ангелов и демонов, которых куда больше интересовали артефакты и баталии, нежели человеческие судьбы, однако способствовало уменьшению ненужного риска. Дни проходили в относительно спокойном одиночестве. Спокойном, потому что никто не нарушал границы очерченного ею пространства пустоты, а относительно... Ну какое спокойствие можно в принципе представить в её-то ситуации? Каким бы умиротворяющим ни было всё вокруг, её покалеченная и выжженная душа априори не достигла бы гармонии и не нашла утешения в счастье безмятежности, а потому ей оставалось лишь терпеть придавливающий к земле груз бесконечной вины и терзающей боли. Наверное, самым ярким её желанием было просто забыться. Хотя бы ненадолго. Хотя бы во сне. Строго говоря, высшие существа не так уж остро нуждались в том, чтобы спать, – при необходимости они могли пренебрегать этим не то что сутками, но месяцами и даже годами. Но когда такой надобности не возникало, предпочитали всё же отдыхать, ибо сон – самое простое средство восстановить физические, энергетические и духовные силы. Никакой сон, конечно, не стал бы для Векаты подлинным лекарством, но и крохотная передышка в нескончаемом круговороте самоугнетения выглядела для неё желанным кусочком суши посреди бушующего и ревущего шторма. Однако первый же опыт показал, что этот путь для неё заказан.

В ночь побега из Рая Веката долго бесцельно летала по Земле, пока наконец не устроилась в густых зарослях каких-то непролазных тропических дебрей и не закрыла покрасневшие глаза в надежде на несколько часов отключиться от мира и собственного сознания.

***

В смутном вихре неясных образов обозначились очертания обрыва, и в тумане проступила одинокая фигура, стоящая на краю пропасти. Ей не сразу удалось понять, кто перед ней, и лишь приблизившись, она узнала стройный силуэт в тёмном плаще и чуть волнистые волосы кофейного цвета, едва заметно шевелящиеся под слабыми дуновениями ветра.

– Хайрэс! – радостно окликает она.

Он оборачивается. На губах извечная усмешка, но не снисходительная или ироническая, а какая-то грустная. Как необычно... Мелькало раньше такое выражение на его лице?..

– Давно не виделись, Веката.

– Разве? – она пытается припомнить, когда они встречались в последний раз. Кажется, всего пару дней назад...

Хайрэс кивает.

– И не увидимся ещё очень долго...

– Почему? – теряется она. – Что-то случилось?

– Ну как тебе сказать... Вопрос немного не по адресу.

– О чём ты? – она шагает к нему, но Хайрэс поднимает ладонь, будто бы останавливая её, и качает головой.

– Не подходи. Тебе нельзя.

– Почему? – повторяет она, делая ещё один шаг.

– Ты поймёшь. Вспомнишь.

– Что я должна вспомнить? – ей становится не по себе. Что происходит? Почему Хайрэс так странно себя ведёт? И что он имеет в виду?..

Он вновь улыбается. Ещё печальнее, чем прежде. И ей почему-то по-настоящему страшно.

– Хайрэс, объясни...

Она приближается к нему, и он отступает назад. Из-под его ног с дробным стуком летят с обрыва мелкие камешки.

– Осторожно! – вскрикивает она. Она слишком далеко, она не успеет его поймать!..

Хайрэс задумчиво оглядывается назад, будто только теперь заметил пропасть за своей спиной.

– Высоко... – негромко комментирует он. – Падать будет больно...

– Но у тебя же есть крылья! – горячо возражает она.

– Уже нет, – Хайрэс разводит руками. – И у тебя нет... Не повезло, ангел. Кажется, на сегодня наш лимит исчерпан... – он поднимает на неё глаза. – Прощай.

– Хайрэс!

Она кидается к нему, но ещё до того, как она срывается с места, он соскальзывает вниз.

– Хайрэс!

Она кричит, бросаясь на колени и вцепляясь пальцами в холодные камни. Её голос эхом отдаётся в ушах. И вот она не слышит ничего, кроме всепоглощающей тишины. Вдруг она чувствует, что поверхность под её ладонями стала мокрой и скользкой. Она опускает взор и с ужасом видит на руках кровь. Отрывает их от скалы, но алой жидкости не становится меньше. Она струится по её запястьям и локтям, капает на одежду и заливает колени, и хотя на коже нет ни единой царапины, она понимает, что кровь течёт из её ладоней. Она с отвращением встряхивает руками, пытаясь сбросить неведомую напасть, и слышит совсем рядом резкий лязгающий звук. Оборачивается на него, озирается по сторонам и видит валяющийся на камнях серебряный кинжал. Долю секунды она рассматривает его, а затем под ним начинает быстро и пугающе неотвратимо растекаться вязкая вишнёво-красная лужа. Она вскакивает на ноги и отшатывается прочь. Она знает: стоит ей коснуться этой жидкости, и произойдёт что-то непоправимо чудовищное. Что именно, ей неизвестно, да это не так уж и важно, главное, что после ничего нельзя будет исправить. Она отступает перед стремительно распространяющейся волной и понимает, что путь к бегству отрезан: кровь залила всё пространство вокруг неё, оставив свободным лишь крохотный пятачок за её спиной. Самый край обрыва. Путь с которого всего один. Вслед за Хайрэсом.