Лунная соната

Глава 13.

Над моей головой звенит колокольчик, и лицо обдает теплом, сладко пахнущим корицей, свежесваренным кофе и ванилью.

— Добро пожаловать! — Милая официантка встречает нас широкой улыбкой. — Как обычно?

— Привет, Шерон, — кивает Билли и, не дав мне приземлиться на ближайший свободный стул, мягко подталкивает меня вперед. — Да, спасибо. И карамельный латте.

Девушка салютует свободной рукой и сразу спешит к единственным гостям кафе. Билли же, игнорируя все свободные столики, идет к дальнему углу помещения, и мне не остается ничего другого, кроме как следовать за ним.

Оказывается, там тоже есть столик. Его я замечаю уже когда подхожу впритык: высокое раскидистое комнатное деревце прикрывает его с одной стороны, а тонкая деревянная перегородка — с другой. Самое подходящее место для того, чтобы спрятаться от посторонних глаз даже в полупустом кафе.

Я стаскиваю с себя куртку, оставляю ее на удачно находящейся рядом вешалке и чуть ли не падаю на удобный мягкий диванчик. Ноги гудят. Наверно, впервые за последние несколько месяцев я гуляла пешком без остановки несколько часов.

Слишком огромные для меня нагрузки.

Я на мгновение прикрываю глаза, но, когда ощущаю, как слева прогибается сидение, резко их распахиваю. Билли садится рядом, наши бедра практически соприкасаются, а я снова смущаюсь.

Почему-то мне казалось, что он расположится напротив.

Не то чтобы меня что-то не устраивало в том, что происходит, даже наоборот — всё слишком хорошо, чтобы быть правдой, но… сегодня он странный.

Предложил сбежать с уроков (хотя вряд ли это для него нечто из ряда вон выходящее), игнорировал почти все входящие звонки, которые разрывали телефон, а на те редкие, что принимал, быстро выдыхал «я занят» и сразу же сбрасывал. Впервые он такой рассеянный и несосредоточенный, со слабо заметными темными кругами под глазами — то ли от недосыпа, то ли из-за стресса.

Во время прогулки, когда мы слонялись вдоль набережной, говорила больше я, и почему-то мне кажется, что какую-то часть моих слов Билли точно пропустил мимо ушей.

На вопрос, хорошо ли он спит, он отшутился. Меня это не убедило, но требовать откровенности я не стала.

Несмотря на это, время провела прекрасно и ни секунды не пожалела, что прогуляла занятия. Едва ли у меня будут какие-то проблемы из-за того, чтобы я пропустила меньше половины учебного дня, а может, моего отсутствия и вовсе не заметят.

Внезапно, как черт из табакерки, появляется официантка Шерон и ставит на стол две чашки — с латте и обычным черным кофе.

— Что-нибудь еще? — дружелюбно осведомляется она, обращаясь ко мне.

Кажется, Билли бывает здесь настолько часто, что она прекрасно знает, что нового от него ничего не дождется.

— Нет, спасибо.

Шерон кивает и, услышав звон колокольчика у двери, выглядывает из-за растения, чтобы поприветствовать очередного посетителя. Я делаю маленький глоток из своей чашки и щурюсь от удовольствия — идеально сладкий нежный латте.

Единственный любимый вкус кофе.

Но в этот раз заказывала его не я.

Подозрительно кошусь на умиротворенного Билли, удобно откинувшего на спинку дивана.

— А откуда ты знаешь, что я пью только латте?

— Ты сама мне об этом говорила? — то ли отвечает, то ли уточняет он.

— Нет.

— Значит, угадал?

Он подмигивает, и я не могу не фыркнуть.

— А ты, оказывается, хранишь много секретов.

— Разве?

— Еще как, — я начинаю загибать пальцы. — Помимо этого, не отвечаешь, хорошо ли спишь, скрываешь что-то за формулировкой «срочные дела», даже не думаешь хотя бы обмолвиться о том, почему ты ждал год, прежде чем заговорить со мной об истинности.

И сама не замечаю, как вываливаю ему всё, а когда понимаю, что уже всё сказала, пути назад уже нет.

Билли выглядит удивленным и даже, кажется, теряет дар речи, а потом со смешком трет пальцами переносицу.

— Видимо, мне стоит объясниться.

— Я буду только рада.

Он ставит чашку на стол, садится полубоком, так, чтобы смотреть мне в лицо и располагает локоть на спинке дивана, рядом с моей головой. Молчание постепенно затягивается.

И когда мне уже кажется, что он передумал мне что-либо рассказывать, он наконец начинает говорить.

— Я не ждал. По крайней мере осознанно. — Его губы растягивает слабая усмешка. — Да, еще прошлой осенью, в самый первый день, когда перевелся, я почувствовал отчетливый запах и сразу понял, что он значит. Но я не знал, что это именно ты. Когда находишься в окружении сотни людей и перевертышей, невозможно сразу понять, кому принадлежит конкретный запах. Нужно потратить время, отследить его. Тогда я не стал этого делать.

— Почему?

— Я встречался с другой девушкой.

В груди почему-то остро укалывает.

— У нас всё было прекрасно, и я подумал: к черту судьбу, не пойду у нее на поводу, — Билли забавно морщит нос, словно та мысль была одной из самых глупых, что приходили ему в голову. — А потом мы с Ванессой расстались. Я не говорил ей о том, что моя истинная рядом, просто наши отношения подошли к логическому завершению. Это произошло в феврале. Тогда же я отследил твой запах.

— Ясно, — вставляю очень «важный» комментарий.

Ладно, не год, а меньше. Но сильно ли это меняет дело?

— То, что ты человек, я понял сразу же, как увидел тебя. И меня это поставило в тупик. Пойми только правильно, не в плохом смысле, — он смотрит на меня виновато и оправдывается быстрее, чем я успеваю разглядеть в его словах что-то обидное. — Перевертыши ощущают истинность одинаково, а люди и ведьмы — нет. Как именно? А вот черт его знает. Поэтому я решил присмотреться и понять, какая ты, прежде чем бросаться в омут с головой. А потом долго думал, как рассказать тебе об истинности, какими словами, но мозг отказывался работать. Шли месяцы, а я молча наблюдал за тобой издалека. Ну не мог же я просто взять и без какой-либо подготовки вывалить тебе то, что ты моя истинная.