Позор рода, или Поместье в гиблых землях

Глава 2

Магический реверс. Именно так называется мой случай среди магов. Уж не знаю что это за извращённая шутка Богов, но иногда в семье, где поколениями рождались только маги жизни, может родиться маг смерти. И наоборот.

Как раз второй случай произошёл со мной. До четырнадцати лет я жила с семьёй матери, готовилась открыть свой дар смерти и познавать тёмные искусства, но вместо этого первой пробудила в себе… магию исцеления, а затем и вовсе стала озеленять своими всплесками магии жизни окрестности Волчьего Когтя – настоящей цитадели, служившей родовым гнездом десяткам поколениям семьи моей матери.

Конечно же, тёмные родственники не оценили моих талантов, а так же не стали долго терпеть осквернение их серых пейзажей свежей зеленью, велев матери вернуть меня кровному отцу, раз уж он подарил ей такое неправильное дитя. На мою беду та не стала спорить.

Вот так я и оказалась на пороге дома лорда, который, мягко говоря, был не рад меня видеть, ведь мать в своё время не стала тратить время на соблазнение отца и просто опоила его любовным зельем. Да, о романтике и нормах морали у магов смерти иные представления. Однако, несмотря на это отец всё равно не прогнал меня. Пусть в его доме мне жилось не так вольно как в родных стенах, а иногда проживание под чужой крышей давалось мне крайне тяжело, но отец хотя бы не отрёкся от меня подобно матери. Тогда она лишь наказала мне хранить в секрете свою магию ото всех в отцовском доме, после чего без сожалений оставила в месте, которое так и сочилось враждебностью к внезапно появившемуся бастарду. Меня бросили, потому что я оказалась позором для тёмного рода. Но меня это осознание не сломило.

Наоборот я стала искать выход, стремиться к свободе и потому почти без раздумий ухватилась за предоставленный шанс. Пусть за него и нужно было заплатить совестью, а так же забыть о возможности снова выйти замуж. С момента, как я сказала «Да» в часовне, Магия крепко связала меня с мужчиной, чья семья настолько была помешана на верности, что не предусматривала ни разводов, ни нового брака для вошедшего в род супруга. Теперь если я попробую нарушить древний завет, то расплачусь за это собственной жизнью.

Но даже так по мне магическое клеймо вечной вдовы – малая плата за то, чтобы стать хозяйкой своей судьбы. Семью же можно завести и без клятв у алтаря, а чёрные наряды прекрасно подчеркивают фигуру.

Может такие мысли – пустое утешение, но когда меня проводили в комнату постоялого двора, куда впервые за долгое время никто не мог ворваться и начать срывать на мне дурное настроение, я ощутила… облегчение. Пусть номер не блистал изысками, высотой потолков и роскошью отделки, в этот момент он казался мне самым уютным на свете.

Улыбнувшись уже позабытому чувству покоя, я прогнала все тяжёлые воспоминания и вызвала служанку в номер. Попросив ту согреть воды для купания, а после подать поздний обед, я дала улыбчивой девушке серебряную пуговицу от платья, с которым она мне тоже помогла, тем самым обеспечив себе хорошо натопленную купальню и вкусную еду. Как же вовремя мне вспомнился такой вот трюк, подсмотренный ещё в юности. Жаль только пользоваться им пока слишком расточительно – денег на первое время мне не дали, а пуговиц ограниченное количество. Так что, убедившись в волшебной силе серебра, я собрала с платья без малого два десятка пуговиц и спрятала их в накладной карман. Позже повяжу его на талию под платье.

После нехитрой ревизии остальных нарядов (которые хоть и были из закромов жены лорда, но не стали баловать меня дополнительным источником дохода), я покончила с коротким отдыхом, нашла в небольшом сундуке с “приданым” платье попроще, облачилась в него и села изучать найденные бумаги от лорда Шереха. Читая их, уже спустя треть часа поняла: к его составлению подошли очень тщательно. При этом в бумагах, на удивление, не было какого-то подвоха для меня. Даже при повторном прочтении ничего подозрительного я не нашла.

– Как-то странно всё это, – тем не менее, протянула вслух, переводя взгляд в мутное зеркало у кровати. Из него на меня задумчиво посмотрела молодая, очень даже симпатичная девушка с правильными чертами лица, копной золотисто-рыжеватых волос и светло-карими глазами.

Оставив договор на столике, где его и нашла, я приблизилась к зеркалу, взяла гребень с крохотной полочки под ним и, начав расчесывать немного спутанные пряди, принялась размышлять о подобной милости со стороны императора.

Причины могли быть просты. Во-первых: больше никто из семей с достаточно древней родословной не согласился отдать за предложенные блага одну из своих дочерей и потому, что с семьёй, что с “жертвой” решили поступить честно. А только представители древней аристократии могли предоставить невесту для такого вот венчания без прямого согласия мужа, где для заключения брака использовалась его родовая печать. И во-вторых: мой наречённый стоил всех отступных для меня и отца вместе взятых.

Даже такая вынужденная затворница как я была в курсе того, насколько правитель Воэльгарда недолюбливал герцога Эверика, чьей женой так поспешно меня сделали. Кто-то говорил, что дело было в богатствах Эвериков, кто-то, что в силе самого герцога, с которой даже император был вынужден считаться. А кто-то тихим шёпотом утверждал, что правитель Воэльгарда просто боялся. Боялся, что в какой-то момент герцог захочет большего и без особо труда захватит его трон.

Может так бы оно в итоге и случилось, если бы на севере империи кучка колдунов не прорвала ткань пространства, откуда вывалилась целая армия ужасных чудищ. В тот год всем стало как-то резко не до сплетен. Тогда каждому лорду пришлось отправить на борьбу с теневыми созданиями свои основные силы, а герцога Эверика вообще призвали для борьбы с напастью одним из первых.

Император не смог упустить такой шанс избавиться от угрозы в лице пугающего конкурента, но когда того смертельно ранили при последней битве у Теневого Разлома, правитель Воэльгарда узнал, какую ошибку совершил. Почти пятая часть земель империи принадлежала последнему наследнику дома Эвериков, и в случае его смерти она отходила не короне, а… родственникам по материнской линии из соседнего королевства. Надо ли говорить, что император чуть не поседел после подобных вестей? Ещё чуть-чуть и он мог потерять львиную долю территории, которые считал своими. При том сделал бы это исключительно по собственной глупости.