Хочу твоим первым

Глава 57 Ты и я... конец?

Ты и я...конец?

Гордей

- Свадьба, в эту субботу, - выпаливает Арина, пряча глаза. – Извини, Гордей, мне очень жаль.

- Жаль?

Серьезно?

Мне казалось, что все самое худшее уже произошло, но, походу я ошибся и действительно отстойная жесть для меня только начинается.

Особенно бесит и выводит из себя ее объяснение в конце.

- Ты, блин, собралась вытворить эту дичь, и тебе… просто жаль?

Эмоции переполняют и требуют какого-нибудь мощного, готового что-нибудь ломать и крушить, выхода. Не представляю, как с ними справиться сейчас, пока стою и пытаюсь, действительно пытаюсь ее понять.

Но что бы ни делал, как бы ни старался, все равно все становится только хуже и хуже. В какую-то деструктивную спираль закручивается и хреначит без единого просвета впереди.

И главное, первый, наверное, раз в жизни я не врубаюсь реально, что-мне-делать и как дальше поступать.

Пока что в башку не приходит ничего умнее, чем вжать в себя сильно, практически сливаясь телами, и продолжать удерживать, пытаясь вывести хотя бы таким способом на эмоции. Пусть так больнее самому во сто крат, но раз не получается по-другому...

- Жаль, блин. И это все, что ты можешь мне сказать?

Вздрагивает, съеживается, вывертывается.

- Извини, Гордей, мне срочно пора идти.

- У меня жизнь после твоих слов рушится, а тебе всего лишь жаль и срочно пора идти.

Не отпускаю. Стою, как охреневший обдолбанный мазохист и продолжаю слушать, все еще не до конца веря, отвергая на всех уровнях, на каких только могу чувствовать и ощущать.

- Извини, Гордей, извини, прости меня.

- Если так хочется замуж, выходи тогда за меня, - выпаливаю, и даже сам не ожидаю, что произнесу это вслух.

Никогда я не думал о свадьбе, да и вообще не планировал, но если так встает вопрос…если в этом все дело…

Едва стоит озвучить, и мысль не кажется мне уже такой бредовой или за гранью. Раз по-другому никак, то я согласен...

- Что?

Отчего-то мои слова не производят на нее даже частично такого впечатления, какое произвели только что на меня самого.

Дергается в моих руках, пытаясь выбраться поскорее. Словно не выносит больше моих прикосновений, и они для нее, блин, стали хуже смерти. Перегорело? Ушло? Испарилось?

Переклинивает от этих наблюдений и ее оглушающих своим отторжением реакций.

Всегда уверен был в себе на все сто, а загоны Бельчонка хоть как-то, пусть частично и не полностью, но понимал. И принимал. Принимал, блин, со всеми ее барьерами и тараканами.

Но вот сейчас…чувствую, что реально уже не вывожу.

Отпускаю, раз так уж просит, и для максимальной надежности прячу руки за спину.

Арина отшатывается и замирает на несколько секунд, словно не ожидала, что ей удастся так легко освободиться от меня. Дышит часто, рвано, отрывисто.

- Пока, - говорю я, давая понять, что пусть сваливает, если уже все решила и от меня тут ничего не зависит.

Раз ты можешь, то и я как-нибудь…вытяну.

- Пока, - бормочет себе под нос и начинает смешно пятиться назад.

Что, вот так и уйдешь? - хочется заорать мне, но я просто молча наблюдаю за ней, давая себе очередную установку не расклеиваться, не съезжать в беспредел и не психовать.

Не верю, не верю ни хрена в душе, что она сделает так, как говорит, оставит здесь меня одного.

Но она разворачивается, блин, и чуть ни бегом покидает кафе, ни разу не обернувшись и не посмотрев в мою сторону.

Неужели финиш? Я ведь привел последний аргумент, из тех, что имелись в наличии. Других козырей в запасе просто нет, да и не может быть, потому что самое важное, это значит надолго и максимально серьезно...

Плюхаюсь обратно на стул, упираюсь локтями в столешницу и запускаю пальцы в волосы.

Мир окончательно скатывается в глухую бездонную и беспросветную пропасть.

…

Следующие дни тянутся в бесконечной череде разрывающих мыслей и тусклого, глупого и бесцельного тупо просирания времени.

Лишь суббота подсвечивается на внутреннем, встроенном в мозг календаре ярко-красным тревожным пульсирующим пятном, не позволяющим ни нормально есть, ни спать, ни дышать. Ни, в принципе, сколько-нибудь продуктивно существовать.

Попросил выяснить и знаю уже, что не соврала про свое «бракосочетание», все официально, реально собираются, блин, они пожениться. Может еще и беременна она от него, раз уж такая необходимая срочность?

Тетка Аринина бесячая из больницы еще не вышла, а они уже.

Но ведь не любит его, не должна, не может она его любить.

Она меня любит, меня…любит, меня...

Не любит, раз так поступает. Не любит, блин, пора бы уже это понять.

Но и его…нет. Не может она его любить. Не может его-блин-она-любить.

А потому снова срываюсь с места, хоть твердо пообещал себе этого не делать. Но и сидеть сложа руки для меня тоже не вариант. Расхреначу там все, если понадобится, раз по-другому достучаться до нее у меня никак не получается, но она не выйдет за него.

Не выйдет и все тут, что хочет говорит пусть и как сможет сильно отталкивает.

Но не выйдет, а выйдет за меня.

По крайней мере пока я жив и в состоянии этой гребаной свадьбе помешать.

За меня выйдет или ни за кого вообще.

А если уговоры не помогут, то увезу, нахрен, силой Бельчонка, как бы она не сопротивлялась и запру на пару недель в своей квартире. Чтобы мозги ее встали на место и выкинула из головы всю ту хрень, что напихала в себя и теперь ее не сдвинешь, как ни старайся. А расписать могут вообще без ее согласия.

И пусть делает потом со мной что хочет. Пусть ненавидит или презирает, все лучше, чем тот способ, которым надумала она меня убить.

До последнего, даже когда уже точно знаю, что собирается в Загс, я надеюсь, что она передумает, откажется и не поедет. Тонну сообщений ей за эти дни прислал, еще столько же голосовых.