Мой тайный миллиардер

Глава 2.

– Мишутка, родной вставай! – будит меня мама. Улыбаюсь во сне. Мишутка…

Если бы так меня назвал кто-то другой, уже в нос получил бы, но маме можно. Для неё я навсегда останусь Мишуткой!

– Иди завтракать, я блинчиков напекла! – гладит меня по волосам.

– О, как давно я не ел блинчиков!

– А чего ж тебя женщина твоя не балует?

– А она на диете!

– На диете? Небось тощая, как палка? И зачем она тебе такая? Хоть бы привёз, матери показал, может я бы её откормила!

– О, такого ужаса она бы мне точно не простила! Не, мам, лучше твоих блинчиков всё равно быть не может!

– Ну пойдём, покормлю хоть тебя, голубчика.

– Сейчас приду, дай пару минут.

Мама выходит, а я потягиваюсь в кровати. Рассматриваю комнату, в которой прошло моё детство и юность. Здесь почти ничего не поменялось. Встаю, открываю шкаф, даже вещи мои сложены, те, что носил лет пятнадцать назад. Усмехаюсь про себя. Вкус у тебя был, конечно, Михаил, деревенский! Яркие спортивные костюмы, цветастые рубашки… Жуть.

Спускаюсь на первый этаж к маме, застываю на лестнице, прислушиваюсь к голосам. Мама с кем-то разговаривает. Ей отвечает мелодичный женский голос:

– Тёть Тонь, с наступающим вас! Угощайтесь! Я вчера много теста поставила, увлеклась! Не осилим мы столько с девчонками! А вы же гостей ждёте, берите, кушайте!

– Спасибо, Василиса, рукодельница ты моя!

Я спускаюсь чуть ниже, в отражении зеркала на стене вижу мамину гостью. Узнаю её. Красавица вчерашняя. Василиса, значит. Точно снегурочка из сказки, с таким-то именем. И булочки ты, Игнатов, хотел вчера её попробовать. Вот! Неужели желания сбываются?

Надо бы познакомиться с этой Василисой.

Начинаю спускаться, но слышу, что красавица уже уходит, прощается, мама возвращается в гостиную с тарелкой, полной ароматных румяных булочек, щедро посыпанных сахарной пудрой. М-м-м, у меня аж слюна выделяется при виде такой вкуснятины.

– Кто эта фея? – спрашиваю у мамы, воруя первую булочку с тарелки, отправляя в рот. М-м-м, божественный вкус.

– Соседка моя! – расплывается мама в улыбке. – Золотая девочка!

– Верю!

– Вот на ком жениться-то надо! И накормит, и напоит, и в беде никогда не бросит! Умница, красавица, вот только с мужиками ей не везёт!

– А чего ж не везёт?

– Да бывает так в жизни, сынок. Первый раз девочка ошиблась, обожглась, обрюхатил её какой-то безответственный гад и сбежал, а потом кому она с ребёночком-то нужна. Одна осталась. А несколько лет назад вышла замуж, да неудачно. Муж ей попался городской, вроде приличный, да только пьющий оказался. Пока в завязке был, всё хорошо было, ещё одного ребёночка родили, а как сорвался, так и пошёл во все тяжкие. Вот и вернулась Вася снова в дом, который ей от тётки достался. Теперь вот одна с двумя детками мается. Девочки у неё такие хорошенькие, да и она сама умница, а в жизни не повезло. Вот так вот, Миша, бывает.

– Бывает…

Задумчиво жую булочку, перевариваю услышанное и понимаю главное – красавица Василиса свободна. Этот факт, однако, радует даже больше, чем победа в последнем тендере!

Наевшись до отвала булочками, блинчиками, остатками вчерашнего гуся, чувствую себя настоящим медведем. Размяться надо бы.

Выхожу во двор, эх, дорожки как будто и не чистил вчера.

Начинаю снова махать лопатой, а сам всё на соседний двор поглядываю. Это кто ж тебе, красавица Василиса, снег так прочистил? Неужто сама, или у тебя как в сказке, платочком махнула, и появились двое из ларца?

Очень надеюсь, что нет. Зашла мне девочка. Хочется познакомиться с ней поближе.

Всё жду, когда соседка выйдет во двор, чтобы завести беседу, и не дождусь никак. Скоро сам тут в снеговика превращусь. Зато расчищаю снег во всём дворе, загоняю машину в гараж, который ещё отец мой строил. А соседки всё не видно.

Маюсь до вечера. Мать суетится на кухне, готовит праздничный стол, а я бездельничаю. Мда, не привык я к такому. Не протяну тут долго. Новый год встречу, и полечу назад, к бешеному ритму, делам-работе. Так странно, что телефон не звонит, хотя понятно. Срочные дела я всё сбросил на заместителя и наказал не звонить мне, даже если обрушится мировая биржа и высохнет мировой океан.

Снова снег начинает сыпать, выхожу на улицу, брожу по двору, тайком подглядывая за соседскими окнами.

Вижу красавицу на кухне. Только что-то она суетится как-то нервно. Что у неё там, булочки подгорели?

Вдруг красавица выскакивает на крыльцо, кое-как накинув старый тулуп, бежит в сарай, возвращается оттуда с ведром и … гаечным ключом.

Странно видеть такую хрупкую девицу с таким серьёзным инструментом в руках. Зачем ей сдалось всё это, да ещё и под самый Новый год?

Через пару минут Василиса вылетает во двор, быстрым шагом идёт снова в сарай, по пути держит телефон у уха и почти с паникой в голосе говорит кому-то:

– Ну пришлите хоть кого-нибудь! Есть же дежурные службы в ЖЭКе вашем? Да знаю я, что Новый год! Но трубы прорывает и в праздники!

Понимаю, что беда у девушки приключилась, и судя по её расстроенному лицу, не спешат ей помочь в этом ЖЭКе. Там, скорее всего, трезвых уже не осталось, как она ещё диспетчеру дозвонилась.

И тут меня посещает шальная мысль. Да это же офигенный повод познакомиться с Василисой.

Только…

Вспоминаю Ингу и её любовь к внушительным суммам на карте.

Как понять, что Василиса не такая? Мало ли? Может с виду только милая?

Захожу в дом.

– Миш, ты там не замёрз? – спрашивает мама.

– Не, я ж медведь, считай. Ма, а ты соседке своей про меня что-то говорила?

– Нет, а что? Познакомить? – улыбается, играя бровями.

– Нет, я сам. Так что? Знает она про меня?

– Кое-что знает. Говорила я ей, что сын у меня в городе, бизнесмен. А что, как, зачем оно ей.

– Вот и хорошо! Вот и не говори! А я в гости пойду к соседке твоей прогуляюсь. Беда у неё там. Трубу прорвало.