Обмани меня еще раз

Глава 35.1

Глава 35.1

Ева

‒ Паша! Даша! Аккуратнее! ‒ воскликнула я вслед двум озорникам, которые, несмотря на скользкий склон озера, спустились к самой воде.

Поспешила за ними, прежде, чем они успели намочить ноги. Схватила их за руки, и мы поднялись обратно на дорожку. Ребята бегом понеслись к домикам, которые мы арендовали. Я шумно выдохнула, наблюдая за детьми сквозь пар теплого воздуха. Душа моя не только радовалась, она была готова возликовать…

Решение выехать на отдых на природу на пару дней пришла совсем спонтанно. Дети, которые уже больше недели были со мной и дома, эту идею восприняли с радостными визгами и криками. Близнецы повисли на моей шее в знак благодарности и несколько минут прижимались ко мне, не желая отпускать. После они побежали сообщать эту новость новоиспеченному дедушке, который решил уйти в отставку и быть дома с детьми. И я вспомнила его слезы, которые он вытирал тайком, после того, как выходил из комнаты близняшек. Сказку на ночь с первого же вечера их нахождения дома читал только он.

Дело с усыновлением резко пошло в гору, как только я предоставила свидетельство о заключении брака. Да и Чернов не остался в стороне, помогал своими связями. Чего только не стоил его адвокат, приехавший мне на подмогу. Екатерина Алексеевна долго благодарила меня за то, что мой супруг выделил немалую сумму их детскому дому, а также и за близнецов, которые обрели свою семью. Я была удивлена поступку Антона, но виду не подала. Я же вспомнила свой разговор с детьми, когда мы с Леной вернулись из столицы.

‒ Паша, Даша, мне надо вам сообщить одну новость, ‒ они сидели на кровати, я же перед ними на корточках.

Их маленькие ладошки я взяла в свои руки. В их глазах появился испуг. Они инстинктивно потянулись друг к другу.

‒ Нет, это хорошая новость, ‒ и они застыли, ожидая услышать ее. ‒ Вы хотите, чтобы у вас была отдельная комната? Или, к примеру, строгий, усатый дедушка?

Лица не по годам умных детей засветились счастливой улыбкой.

‒ А мама… Мама будет? ‒ почти хором спросили они с дрожащим голосом.

‒ Вы примете меня в роли своей мамы? ‒ осторожно спросила я, едва сдерживая слезы счастья.

Ответ был весьма красноречивым. Близнецы заплакали и кинулись в мои объятия, повалив меня на пол. Сколько времени мы так обнимались и лили слезы, я не знаю. Но малыши никак не хотели меня выпускать из своих объятий. Они боялись того, что только что услышали от меня. Они боялись, что счастье, которое я им озвучила, может оказаться временным. Домой забирал нас мой отец, едва уговорив Пашу отпустить меня и переместиться на руки нового дедушки. Их провожал весь детский дом, махая руками в окошко и по-тихому завидуя им.

В первую ночь мы спали все вместе, соединив две кровати. Дети ни в какую не хотели спать в своей комнате.

‒ Ты сделала такой ответственный шаг и правильный выбор, ‒ проговорил отец, когда закрыл книгу, которую читал. Дети уже спали, с двух сторон обняв меня. ‒ Я горжусь тобой. И спасибо тебе, что хоть к старости дала почувствовать какого это, когда к тебе обращаются «дедушка».

И папа быстро смахнул непрошенные слезы, спрятав взгляд. Я хотела его обнять, но боялась разбудить детей.

‒ Это тебе спасибо, пап! Без тебя не было бы меня и всего этого…

‒ О чем задумалась? ‒ незаметно подошедшая Лена заставила меня вздрогнуть от неожиданности. ‒ Держи.

Я завернулась в плед, который она мне всучила. Подруга устроилась рядом.

‒ Так, любуюсь детьми. Вспомнила их первый день и вечер дома.

‒ Ты счастлива? ‒ такой странный вопрос.

‒ Не знаю… ‒ мне не хотелось спугнуть это чувство и состояние. ‒ Но большего я у судьбы и просить не смею.

Мой взгляд остановился на Пашке и Дашке. Близнецы наперегонки носились на самокатах на асфальтированной площадке, все время махая мне рукой.

‒ Не жалеешь? О нем… ‒ подруга озвучила тот самый вопрос, который я боялась задавать самой себе.

‒ Давай не будем ворошить осиное гнездо. Ни к чему всё это. Пусть оно висит себе спокойно на дереве, как и моя мечта, которой никогда не сбыться. Сама виновата. И уже не о чем говорить, ‒ сердце отчаянно заныло, вспомнив Чернова, а взгляд зацепился за дорогие и яркие самокаты, которые привезли близнецам на днях.

Дети уже месяц, как были дома. Почти каждый день им приносили подарки и гостинцы. В длинном списке были не только развивающие игрушки, но и одежда, даже необходимая на каждый день мелочь. И не надо было гадать, от кого они. Я не понимала только одного, зачем он это делает. Он не обязан был. Меня же Антон продолжал игнорировать. Он лишь один раз вспомнил обо мне. Вечером, когда мы уже с детьми были дома, для меня доставили букет роз. Белоснежные цветы еле уместились в моих руках. В маленькой открытке не было имени дарителя, только несколько строк, по которым не трудно было догадаться, от кого они.

От грустных мыслей меня отвлек Даниил, который протянул мне кружку. Над ней клубился пар.

‒ Держи, это тебе, чтобы согреться. Не то окоченеете тут, ‒ я взяла с его рук горячий напиток и почувствовала запах корицы, яблока и апельсинов. ‒ А тебе чай.