Феникс для менестреля. Чудо на рождество

4.2

До деревни действительно оказалось не более двух сотен шагов. Девушка с сопровождавшим её псом быстро преодолели это расстояние. На пересечении двух трактов, стоящий несколько особняком, приветливо светился небольшими, прорубленными в срубе окнами трактир.

– Послушай, Брэйни, – обратилась Эмили к своему спутнику, – наверное, не стоит тебе идти внутрь. Ты можешь подождать меня здесь?

У девушки мелькнула мысль, что со стороны её поведение кажется глупым. Но в глубине души сидела абсолютная, невесть откуда взявшаяся уверенность, что аралез понимает каждое сказанное ему слово.

Брэйни внимательно смотрел на свою новую хозяйку. Она была очень молоденькой. Переживала, волновалась непонятно о чём. И ей нужна была защита, это аралез чувствовал всеми проснувшимися после капли её крови инстинктами. Впрочем, неотъемлемая принадлежность этих существ – чутьё, которым их наградил Прародитель, также подсказывало Брэйни, что среди сородичей опасность ей не грозит. Пока не грозит. Так что аралез мотнул лобастой головой и развернулся к нижней части дома, где обычно в этих краях держали скотину.

Эмили проводила пса взглядом. Он оглянулся на неё ещё раз перед тем, как нырнуть в небольшой лаз. Девушке даже показалось, что его взгляд выражал снисходительность – так смотрит родитель на неразумное дитя, готовящееся сделать что-то непосильное. Эмили поёжилась. Это всё неверный свет луны, не иначе.

Без живого существа под боком, придававшего ей уверенности, в мыслях опять закопошились сомнения, одолевавшие её все последние часы, которые девушка провела в клуатре монастыря. Да, маскировочный амулет сработал, она выглядит совершенно не так, как положено наследнице правящего рода, но всё же… всё же… Ей было страшновато.

Эмили и раньше время от времени сбегала из дому. Это было своего рода детской игрой – улизнуть от наставлений мадам Бошан, слегка замаскироваться и побродить по осенней ярмарке, раскинувшейся в деревне неподалёку от резиденции Сиринов. Летом – отправиться на речку, где местная ребятня ловила раков, в зарослях тутовника то и дело можно было натолкнуться на подростков с перемазанными ярким соком руками и губами, а под густыми кустами сладко пахнущего чубушника заприметить милующуюся парочку. Зимой она убегала кататься на санях с высокого речного берега, весной – пускать кораблики по ручьям, бурлившим между ломкими кромками льда… Но главное – рядом с ней всегда был спутник, на которого она могла положиться.

Юный феникс, несколькими годами старше неё, постоянный её собеседник и друг, был тем, кого называли «дитя замирения». Вражда между фениксами и сиринами, длящаяся долгие годы, прекратилась незадолго до рождения Эмили, за что следовало сказать спасибо дипломатии её отца. У главы рода фениксов к тому времени уже подрастали трое сыновей. Дабы подтвердить и упрочить мир, была обговорена помолвка между наследниками в том случае, если у Сирина родится дочь. Пока же суть да дело, один из сыновей, младший, отправился на воспитание к сиринам, а от них к фениксам поехал мальчик из побочной ветви рода.

Эмили и Фабиан росли вместе. Вместе учились, вместе проказничали. Веселье закончилось несколько лет назад, когда глава Сирин заметил взгляд, каким феникс смотрел на его дочь на балу. Это был её первый рождественский бал, и Эмили на нём сияла – в ней искрились юность и то предвкушение радости и любви, которое само по себе уже счастье.

Фабиана отослали в военную академию спустя месяц после бала. Эмили прорыдала два дня. Ни на одно письмо, которое она отправила вслед уехавшему юноше, ответа не пришло.

Мир вокруг потускнел. И теперь наследница Сиринов убегала из дома по другим причинам. Она познакомилась с местными знахарками, посещала больных в деревнях, внимательно слушала рассказы каликов перехожих. Эмили была готова к пути – ну, ей казалось, что готова. Конечной его точкой она наметила себе земли гамаюнов. А отправной… отправная, видимо, была здесь – на пересечении трактов, в непонятном трактире на окраине богом забытой деревни.

Следовало лишь сделать первый шаг, с которого и начиналась её дорога.