Пятое чувство

Встреча

Случайности существуют.

Жизнь раскидывает случайности направо и налево. Умный колдун — умный человек — умеет ими пользоваться. У него в рукаве всегда припасён способ-другой обернуть ситуацию себе на пользу, и случайности — изрядная доля содержимого этого рукава.

Впрочем, в тот вечер, когда в руки Тихо попала чуть липкая визитка, он ещё не задумывался о природе случайностей. Решение было интуитивным, и тем примечательнее оказалась порождённая им цепочка событий.

Никогда не знаешь, куда приведёт на первый взгляд незначительный выбор.

Случайности сложились так:

В четверг ранним вечером Тихо отправился за покупками. Он предпочитал пополнять запасы утром, до смены у Врат, но неспокойное Преддверье сломало ему весь распорядок дня. Не настолько чтобы уткнуться носом в табличку «Закрыто», но рынок на Старой площади успел набухнуть толпой.

Толпа сломала Тихо маршрут. Он героически преодолел людское море (дважды: через северную окраину площади и по диагонали, через самое сердце) и в неравных боях раздобыл полный рюкзак трофеев. Часть трофеев будила сомнения в своей свежести, часть — в необходимости. Тихо не переживал из-за пары лишних яблок, но вот лишний сом взирал на него с укоризной в слепых глазах.

Что делать с сомом он представлял плохо, зато знал, где в многочисленных подворотнях скрывался книжный магазин. Четверть часа и кулинарную книгу спустя Тихо оказался там, где и должен был оказаться в завершение всех покупок: в лавке зеленщика.

С опозданием в пять часов и сорок пять минут.

Лавка встретила Тихо настойчиво-вежливой перепалкой двух голосов, мужского и женского. Мужской принадлежал Свену, зеленщику, и тяготел к вежливости. Незнакомый женский отвечал за настойчивость:

— …заплатить вдвое!

— Арна, в третий раз повторяю: у этого товара уже есть покупатель. Мне нельзя его продавать. Нельзя!

Вежливость Свена таяла со скоростью снежка в июльский полдень.

— Да ты же закрываешься через час! Если кому-то и был нужен этот пучок, он уже давно передумал!

— И всё же я подожду. Приходи к закрытию, если к тому времени… О, Тихо, наконец-то! Я устал объяснять этой юной леди, что не могу продать ей твой заказ.

«Юной леди» оказалась взъерошенная молодая женщина лет на пять младше самого Тихо. Её лицо раскраснелось, короткие волосы падали на глаза, а из-под задравшейся футболки выглядывал широкий кожаный ремень. Женщина показалась смутно знакомой, как знакомым ему казалось большинство жителей Ильгена. Они наверняка сталкивались на улицах: на той же самой площади или на остановке, от которой отходил единственный автобус в город.

Судя по чуть нахмуренному лицу женщины, она тоже узнала Тихо.

— Не можешь, и я тебе за это благодарен. Будь добр…

Пока Свен с показным облегчением собирал по полкам и прилавкам традиционный заказ Тихо, он сам переключился на незнакомку. Она обречённо следила за зеленщиком, будто бы он раскладывал по кулькам не петрушку с редисом, а невоплощённые детские мечты.

Несколько мгновений спустя этот взгляд нашёл Тихо. Глубоко вдохнув и расправив плечи — узкие, но на жест хватило — она потребовала:

— Продайте мне базилик. — И после красноречиво-долгой паузы добавила: — Пожалуйста?

— Что, простите?

— Базилик. — Не обнаружив в лице Тихо понимания, женщина шумно выдохнула и пояснила: — Моя тётушка хочет приготовить пасту. По семейному рецепту, который от сотворения времён передают из поколения в поколение. Для дюжины племянников и племянниц, а также неисчислимого количества внуков. Вот вы готовы сказать своей восьмидесятидвухлетней тётушке, что она не сможет приготовить фирменную пасту только потому, что на всей Старой площади не осталось ни единого листочка базилика?

— Зная ильгенских тётушек — вряд ли.

— И я вряд ли. Поэтому прошу: продайте мне этот проклятый базилик и разойдёмся как взрослые люди.

Тихо мог бы возразить, что он и так ощущал себя взрослым, на все свои тридцать шесть — не он же взял беднягу Свена в осаду. Но бытовая простодушность просьбы отбивала всякое желание зубоскалить. И если бы злосчастный базилик не был ему нужен для охранных зелий, он бы согласился. А так…

— Давайте поступим по-братски: половина вам, половина мне.

Три пары глаз сошлись на злополучном горшочке в руках Свена. Пучок был плотный, с запястье Тихо в обхвате, и во все стороны топорщился молодыми листочками. Объём пасты, на который не хватило бы его половины, измерялся в кубометрах.

С другой стороны, Тихо действительно знал ильгенских тётушек; они на подобные объёмы смотрели как на вызов, а не на преграду.

— Половина?.. — Женщина в задумчивости склонила голову к плечу и прикрыла один глаз. — А давайте! Это всё равно бесконечно больше чем ничего.

Пока Свен делил базилик раздора (горшочек он мстительно оставил Тихо), женщина в поисках мелочи по очереди извлекла из карманов россыпь часовых отвёрток, ключи, стопку визиток, пару микросхем и перочинный ножик. Деньги нашлись в последнем кармане, когда горка хлама уже грозила оползнем. Ни одни штаны не должны были вмещать в себя такое количество… всякого (по крайне мере ни одни не заколдованные), но чудо оптимизации пространства тут же повторили в обратном порядке.