Вернуть невесту. Ловушка для попаданки

Глава 5

Глава 5

— Молодая хозяйка…

У ворот дома меня уже ждали.

Джалс торопливо шагнул навстречу, распахнул калитку пошире, даже поддержал под локоть, помогая пройти внутрь. Оглядел с ног до головы, спросил сочувственно:

— Тяжелый выдался денек?

— Бывало и получше, — вздохнула я. — Ничего, где наша не пропадала. Справимся.

— Прорвемся? — выдали мне в ответ мое любимое.

— Других вариантов нет.

Джалс только хмыкнул и головой покачал — не скептически, а вполне себе одобрительно, понимающе. Он, как все домочадцы, давно привык к моим странным фразочкам и иномирному оптимизму. Некоторые слова и сам начал употреблять, а оптимизм вполне себе разделял.

— Мама у себя? Ужинала?

— Нет. Вы же знаете, старшая госпожа никогда без вас за стол не садится. Ждет.

— Хорошо, Джалс. Предупреди, что я скоро к ней присоединюсь, пусть спускается в столовую.

Я шла по дорожке, рассеянно разглядывая двор и дом. Привычно отмечала про себя разбитые временем и непогодой стены, проплешины старой облупившейся штукатурки, трещины на фасаде и колоннах, стершиеся цветные плиты под ногами. Некогда прекрасная усадьба, находилась сейчас в полнейшем запустении. А ведь это древнее родовое гнездо Янтов, клановая колыбель. Именно здесь много веков назад поселились первые Фениксы, отсюда началась их слава. Даже Блодж, в свое время, появился именно возле усадьбы. Благодаря ей.

Мы старались изо всех сил, поддерживая дом на надлежащем уровне, но что способны сделать пять человек на те жалкие медяки, что выделял глава? Разве что прокормиться, и то с трудом.

Нет, я, разумеется, могу потратить свои собственные, заработанные за эти годы деньги — и особняк отремонтировать, и дополнительную прислугу нанять. Но Видан мгновенно узнает о случившемся и пришлет шпионов, выяснить, на какие средства опальная Эннари Янт так шикует? Или, не дай Двуединый, сам приедет. Хорошо, если просто отнимет, «все, что нажито непосильным трудом», — богатство, в конце концов, дело наживное. Но боюсь, грабежом он не ограничится и накажет дочь заклятого врага по всей строгости закона. С него станется.

Ничего, мне бы только магию разбудить, подчинить ее, получить свободу. Когда-нибудь я выкуплю у главы клана дом, который успел стать мне родным и обязательно верну ему былое великолепие, а пока… Пока нам пришлось оставить усадьбу демонстративно-показательно ветшать, запереть большую часть комнат и жить в дальней части особняка своим маленьким сплоченным коллективом. Без лишних глаз и ушей.

Три женщины и мужчина — моя настоящая семья в этом новом, порой откровенно враждебном мире.

Джалс — швейцар, садовник, плотник, заготовитель, в общем, на все руки мастер, и его жена Бетха — экономка, повариха, а, если нужно, и горничная. Супруги много лет верой и правдой служили Зеону Янту в столичной резиденции и добровольно остались с его наследницей в Блодже, разделив изгнание и опалу.

Ольма — моя подруга, верная наперсница и помощница в делах.

Мьиира… Женщина, которую я давно уже по собственной воле называла матерью.

Ей нелегко было свыкнуться с мыслью, что любимой Нари больше нет, а в ее теле живет теперь чужая душа, но она приняла меня, не попрекнула ни разу и относилась, как к дочери. Не потому, что это выгодно, нет — от чистого сердца. Гордая, исполненная чувства собственного достоинства, истинная леди по воспитанию и по сути, о выгоде Мьирра думала в последнюю очередь. Она по-прежнему носила траур — официально, по погибшему мужу, но, я уверена, по Эннари тоже — и отказывалась принимать финансовую помощь от посторонних. Ото всех, включая Хобба.

— Янты не берут на себя обязательств, по которым не способны расплатиться, — повторяла она, как заклинание. — По закону тебе полагается пенсия от клана. Это все. Подачки нам не нужны.

Я не знаю, какие отношения связывали ее и мэтра — они оба не желали разговаривать на эту тему. Но учитель давно уже смирился с позицией Мьирры, уважал ее мнение и не настаивал на более тесном участии в жизни вдовы друга. Так что деньги на организацию и развитие лекарской лавки я взяла у Хобба взаймы и честно выплатила — все, до последней серебрушки.

Зато Мьирра всегда была готова поддержать мои начинания, даже, на первый взгляд, самые нелепые. И добросовестно училась вести домашнее хозяйство, не чураясь любой работы. Сегодня ужин, наверняка, тоже она готовила — у Бетхи хватало других забот, а Ольме приходилось допоздна задерживаться в лавке.

Невольно улыбнулась, вспомнив первые «кулинарные шедевры» матушки, и то, как доблестно мы их жевали, делая вид, что все в порядке. Так, с улыбкой, и взбежала по лестнице. Распахнула двери столовой.

— Я вернулась!

— Нари… Наконец-то.

Мьирра поднялась мне навстречу — безупречно одетая, причесанная, красивая, как в первую нашу встречу. Стремительно приблизилась, взяла мои ладони в свои, согревая ласковым теплом.

— Устала?

— Немного. Я…

Вгляделась в ее лицо и запнулась, чувствуя, как холодеет сердце, и мурашки мелким бисером рассыпаются по коже.