Цвет безумия

Глава 16. Мысли над строчкой

Уильям долго думал о том, как начать это письмо. Пришлось выдумать некого мистера Грисли, старого друга Жанет ла Гранде. И наделить его безмерным любопытством. Письмо он отправил со своей почты. Написал всё как можно короче и информативнее - вот такой он, мистер Грисли, не терпящий вольностей пера.

На первый взгляд, написал какую-то ерунду. Что ж, припишем этому джентльмену ещё и глупое упорство, каким он решил раздобыть нужные ему сведения. Тест сначала звучал так: “Пишу вам по старой дружбе с Жанет ла Гранде. Когда-то по неосторожности она дала мне ваш электронный ящик, и теперь я решил воспользоваться этим даром, чтобы узнать у вас…” Что узнать? Уильям ломал голову над вопросом, который стоило задать. Или, возможно, притвориться её поклонником?

Написать ей прямо:“У меня к вам серьёзный разговор. Я хочу узнать…”? Совсем не вариант, так можно испугать, насторожить и оттолкнуть. Кто знает, что там за девица на том конце…

Думал, гадал, написал: “Здравствуйте. Ваш электронный ящик мне дала сама Жанет, на всякий случай, если у меня будет важная для вас информация. И она у меня есть. Я хотел бы с вами ею поделиться, только при личной встрече. Эдвард Грисли”. Это уже лучше. Такое письмо её, однозначно, заинтригует. Только в реальности будет всё с точностью да наоборот: он идёт не с информацией, а за ней. А если эта Астрид не пришлёт ответ, что ж, придётся думать дальше.

Уилл сидел в кресле не вставая, пока чёрные буквы не заплясали на белом экране свой дикий, режущий глаза, танец. Письмо улетело на другой конец ровно в полночь, и с надеждой на то, что призрак не вернётся в его скромное, ничем не примечательное бытие, Уилл поплёлся в спальню. Глаза начинали слипаться, даже если оно замаячит где-нибудь в стороне, он вряд ли обратит внимание. Главное, чтоб в комнату не потащилось.

Фух, вроде никого. Наверное, у призрака тоже свои дела. Хоть бы он вообще в командировку отправился кого-нибудь другого пугать.

Опять этот сон… Снова самолёт, он пилот, женщина в красном на взлётной полосе… И мужик в салоне, отчётливо требующий свои деньги неприятным, грубоватым басом. Кому он успел задолжать? В этот раз пилот самолёта даже вышел в салон, чтоб отыскать этот непонятный клад, который так необходим единственному пассажиру… И вот зачем-то открыл дверь, возможно, чтоб попросить назойливого мужика, наконец, сойти, и лучше прямо в небо, где ему уже не потребуется никаких денег. Но сон так интересно оторвался, что Уилл даже испытал некую грусть. Всё как в сериалах. На самом интригующем моменте.

Уилл не рассчитывал так скоро получить ответ, но утром был приятно удивлён - Астрид написала пару строк в ответном письме. “Здравствуйте, ваше имя мне не знакомо. Жанет никогда не упоминала о вас. Скажите, какого рода информация у вас для меня имеется, так как я не разгадываю никакие тайны”. Уилл оставил чашку кофе в сторону. Надо мыслить дальше и продуктивнее. Она явно не из тех, кто ведётся на уговоры с самого начала. С этой девушкой придётся посражаться. Но стоять на своём до конца.

“Я не могу раскрыть вам это в письме. Напишите, как мне вас найти. Это касается Жанет”. Написал и понадеялся, что она не расценит это письмо как некую угрозу. И что ответит ему вновь. “Хорошо, будет по-вашему. Оставляю вам свой номер. Позвоните мне” - пришло через пару минут.

Уильям вышел в сад, убедился, что мистер Ричи занят разговором с женой, и набрал присланный ему номер. Девушка сразу ответила, голос был приятный, но довольно осторожный, как у шпионки, что неожиданно вышла на связь. К огорчению обеих сторон Астрид проживала в Лондоне, но Уильям решительно настоял на том, чтобы эта встреча как можно скорее произошла. В эти выходные он точно приедет в столицу. Заодно и повидает дядю Джона, наконец.

-Вы отлично выглядите, мистер Берхольм, - миссис Поттс танцевала на месте, теребя то одной, то другой рукой мокрую тряпку.

-Спасибо, - сухо произнёс хозяин дома.

-Желаю вам хорошо отдохнуть в Лондоне!

-Уж постараюсь, - буркнул он в ответ, мысленно прося её умолкнуть.

-А ваши друзья к вам не собираются?

-Пока что нет.

-Как жаль, - протянула женщина, - в прошлый раз вы так хорошо посидели. Такие девочки с ними были милые.

Да что ж такое? Она явно намекает на то, что ему пора привести в этот дом какой-то “женский пол”. Дядя Джон, например, об этом говорил открыто, как будто тридцать лет - последняя граница холостяцкой жизни. Но сам Уилл был во власти непоколебимого убеждения, что вся эта любовь не для него. Душа его не просила потрясений, что вызывала стихия-романтика. Он жил с ощущением, что великое чувство, о котором слагают легенды, уже посетило его однажды. И огонь чувств больше не вспыхнет никогда.