Ученица чёрного дракона

14.1 Сон

Порывистый ветер лижет тело, и оно мгновенно реагирует на призыв стихии, разворачивая корпус вправо. Крылья расправляются, позволяя воздушному потоку наполнить кожистые паруса и вознести ввысь. Туда, где прохладу проснувшегося неба ласкают жизнерадостные лучи нового дня. Туда, где гонимые своевольным ветром перистые облака купаются в разлитом солнцем утреннем золоте. Туда, где живёт Свобода.

Лететь, оказывается, так же легко, как дышать. Сначала ветер наполняет тебя мощью воздушного потока, затем сливается с тобой воедино, проникая в каждую клетку, а потом покорно подчиняется движению твёрдого крыла. Ты пари́шь на высоте сотен метров, словно плывёшь по незримому течению необъятного небесного океана, оставляя землю позади. Пред тобой лежат реки и озера, леса и луга, а ты всё летишь и летишь вперёд, не оглядываясь.

Вдруг вдали вырастает горная гряда, величественная в своей неподвижной красоте. Завораживающая и манящая несокрушимостью и силой. По сравнению с ними, ты песчинка, чья жизнь лишь вспышка в бесконечности их существования. Продолжаешь приближаться, почтительно киваешь самой высокой горе, точно старому товарищу. А в ответ – гордая тишина, но ты знаешь, что именно молчанием горы дозволяют прикоснуться к своим тайнам.

Здесь ветер стихает, разбиваясь о каменную стену. Это вечное противостояние когда-нибудь закончится победой вольного проказника. Когда-нибудь, через сотни миллионов лет ветер по крупицам разнесёт неприступную крепость. Когда-нибудь, но не сейчас. А сейчас огромные крылья будут ударять воздух размашистым взмахом, поднимая тяжёлое тело по спирали к белой шапке на самой вершине.

Раньше я никогда не видела снега, лишь пару строк было упомянуто в учебниках по географии об этих звёздчатых кристаллах застывшей воды. С восхищением я взирала на девственно-белый покров, что плотным покрывалом раскинулся по вершинам горного хребта, с холодным безразличием отражая солнечные лучи.

Неуловимое движение века – и картинка изменилась. Слепящий белизной снег вдруг стал тёмно-синим, почти чёрным, а под ним, точно вены, выступили голубые ручейки тающего ледника. Солнце дарило жизнь даже этой застывшей пустыне. Пробивая дорогу между мёртвыми камнями, ручейки неуклонно ползли вниз, сплетаясь у подножья в шумный горный поток. Однако не озорными ручьями манили безмолвные горы; глаза с жадностью впиваются в склон, сантиметр за сантиметром обыскивая ледяную синеву.

Маленькая огненная вспышка в нескольких километрах слева, и резкий разворот в полёте. Хлёсткие взмахи крыла в разряженном воздухе, и огонёк становится ближе. Присмотревшись, я понимаю, что за скалистым выступом притаилось около двадцати пылающих точек. Крылья больше не шумят, опираясь на воздушный поток, тело зависает над алым костром на синем фоне.

Движение века – и синеву сменяет снежная белизна. Я вижу странных мохнатых существ, почти под два метра ростом с огромными мордами, из которых валит пар, и копытами, разрывающими снег. Что это за звери, я не знаю, но они чем-то напоминали покрытых длинной шерстью коров. Животные поглощены поиском корма под снегом и совершенно не смотрят в небо, где притаилась смертельная опасность.

Толчок крыла, тело камнем мчится вниз, острые когти вонзаются в удивительно мягкую плоть, предсмертный хрип эхом разлетается по горам.