Ферма звезд на краю земли

7.

Мне бы хотелось посидеть где-нибудь в спокойном месте, подумать. Или погулять и подумать. Главное, чтобы в тишине. Но рядом была Летти, девушка с шилом пониже спины. Спокойно ей не сиделось, видимо, никогда.

– Эй, Хинто! – крикнула она и помахала кому-то. И немедленно потянула меня за рукав, отвлекая от разглядывания здания управы. – Что ты опять застыла, пойдем.

Обернувшись, я увидела лошадь, медленно везущую небольшую телегу. Груз был затянут брезентом. Правил ею крепкий черноволосый паренек в сапогах и толстовке с закатанными рукавами. При виде моей спутницы его смуглое широкоскулое лицо расплылось в улыбке, но тут же приняло серьезное выражение.

– Привет, Летти, – сказал он, когда мы приблизились, и остановил и без того едва переставлявшую ноги лошадку.

– Ты случаем не на вокзал? Может, подвезешь нас с подружкой?

– Я груз везу, не пассажиров. И вообще тороплюсь, – пробурчал Хинто, отводя взгляд и изображая безразличие.

Но даже мне было понятно, что эта девчонка ему совсем не безразлична. И торопился лишь на словах – взял в руки вожжи, но телега как стояла на месте, так и осталась стоять.

– Вижу я, как ты торопишься, – фыркнула было Летти, но тут же заулыбалась и проворковала ласково: – Ну пожалуйста, что тебе стоит! Нам туда очень надо, а идти так далеко... Завтра ног не буду чувствовать и уж точно не смогу пойти на танцы.

– Ты же говорила, что не пойдешь!

– Так то вчера было, может и передумаю, – кокетливо отозвалась она. – Ну что, едем? Столько времени уже за болтовней потеряли, еще немного – и поезд пропустим!

Притворяясь, будто делает великое одолжение, паренек согласился. Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, наблюдая, как они друг с другом заигрывают. Похоже, у Летти намечается роман, и сейчас он в самом начале. Голову морочит поклоннику.

– Э, нет! Груз раздавишь, – воскликнул он, когда Летти попыталась забраться в телегу. Похлопал по сиденью рядом с собой. – Сюда садись.

– Ты что же, намекаешь, будто я толстая?!

– Груз хрупкий. И ящики жесткие, отобьешь себе всю... красоту. Вы худые, вдвоем поместитесь, – искоса на нее поглядывая, сказал Хинто.

– От слова худо, да? – надула она губы, но все-таки села куда велено.

Когда я притиснулась рядом, поняла его маленькую уловку. Даже для нас двоих места оказалось мало, и Летти приходилось тесно прижиматься к довольному ухажеру, чтобы я на дорогу не вывалилась.

А повозку трясло на каждой кочке, сидеть было жестко, и я поняла, что ужасно скучаю по своей любимой машинке. Она ведь у меня умничка, не капризничает, а какое кресло мягкое, все так удобно отрегулировано, и салон недавно чистила, как новенький стал. Как она там, моя девочка? Когда ее теперь из сервиса заберут...

Светка ее обожала, хотя для вида ворчала, узнав, как я копила, питаясь макаронами, и сколько еще платила по кредиту. Говорила, что надо было выбрать что попроще, но когда впервые покаталась – оценила, конечно. Теперь машина ей достанется. Вот только легче сестре от этого не станет.

– Чего приуныла? – вернула к реальности Летти. – Не кисни, все только начинается. У нас с тобой впереди столько всего интересного!

Наверное. Да и бояться пока нечего: на первый взгляд мир, в который меня занесло, оказался уютным и приветливым. Где еще о чужаках станут так заботиться! Если бы дома не остались родные и друзья, которые обо мне беспокоятся, я бы может и не унывала.

Но она права, конечно. Что толку убиваться о том, чего не изменишь. Лучше постараться выбросить из головы мысли о доме, благо, есть на что отвлечься. Разберусь во всем более-менее – тогда и буду думать, вдруг получится хотя бы дать им знать, что со мной все в порядке.

А пока мы вернулись на станцию, где царила все та же суета. Будто и не уезжали. В поезд грузили багаж, и на перроне толпились пассажиры и провожающие. Я отметила, что уезжает гораздо больше народа, чем прибыло.

– ...не скажу, у меня слишком много дел, – кокетничала Летти со своим приятелем. – А ты вроде бы куда-то очень спешил. Пойдем, Стася. Здесь есть одно секретное местечко, откуда будет замечательный обзор. Нам повезло, что отправление задержали, успеем поглазеть.

– Ну да, он ведь еще утром должен был уехать. Почему задержали-то? – для чего нам глазеть на уезжающий поезд, я не спросила. Не так уж много здесь развлечений, наверное.

– Да кто их знает. Говорят, проверяли что-то, может, искали неисправность... Мало ли, вдруг опять куда-нибудь в другом мире заплутает, а там пассажиров целая толпа.

На секунду промелькнула запоздалая надежда – а вдруг и вправду заплутает? И отвезет меня обратно, нужно просто пробраться в вагон. Но я отмела этот вариант как глупый и почти безнадежный. Кто меня пустит, они же следят, один сердитый Тео чего стоит. К тому же, если верить магичке, портал все равно закрылся. Некуда мне теперь ехать и незачем.

Местечко Летти оказалось чем-то вроде наблюдательной вышки на задворках вокзала. Наверх вела железная лесенка, которую украшала цепь с таблицей «Не входить».

Отсюда открывался прекрасный вид на всю долину. Мы наблюдали, как завершается погрузка, и последние из пассажиров занимают свои места. Как поезд пыхтит, выпускает клубы дыма и трогается, медленно набирая ход, а люди на платформе машут тем, кто смотрит из окон. Кто-то идет следом, чтобы продлить прощание, кто-то вытирает платочком глаза – те, кого провожают, уезжают на целых полгода.

Длинной гусеницей он пополз прочь, туда, где озерная гладь ослепительно сверкала на солнце. Обогнул ее и устремился дальше, к полосе окаймляющих долину гор. А я смотрела и запоздало жалела, что не попыталась уехать. Ведь такой возможности не будет еще долго, до самой весны.

Вечером для меня принесли письмо. Каллиграфический почерк, написано явно перьевой ручкой и чернилами. Приглашение на некую звездную ферму – странное, конечно, название. Мне предлагали собраться и сообщали, что завтра после завтрака прибудет экипаж.