Путник

34. Кузнец.

 Первым делом поставили забор, теперь наш хутор состоял из четырех участков, периметром 200х200 метров.

 Дом Барну поставили небольшой в 3 комнаты, стекла для окон, как и обещал, я ему сделал. Кузницу наоборот поставили большую, с большими окнами и дверями, пол перед горном оставили земляной, позже его заложили камнями с глиной. Стены Барн наказал обмазать глиной с песком, чтоб не случилось пожара. Так же поставили несколько сараев, недалеко от кузницы и сделали угольную яму.

 Строителей попросил поставить по периметру добротные смотровые вышки, а не то подобие, что сварганил Рован с Явром.

 Расплатившись со строителями, мы закатили небольшой пир, ребята Фила сделали беседку ещё обширней, а по моей просьбе печник соорудил под навесом мангал из кирпича и камня, вокруг которого буквой «П» стояли столы, с двух сторон беседку застеклили, получилась хорошая защита от ветра.  С открытой южной стороны я посадил виноград, щедро напитав его энергией жизни, в ответ на что тот обильно разросся, завершив создание этого уютного уголка.

 Барн на телеге увез строителей в Имре, взяв у меня три золотых, с ними уехал и печник на наемной телеге. Нашему дварфу нужны были специфические материалы для горна и плавильной печи.

 По возвращении Барн возился с обустройством кузни ещё две недели, а к завершению работ прибыл караван из пяти телег. Сородичи Барна привезли дварфское железо, горный уголь и какие-то особые камни и приспособления. За эту радость я заплатил ещё пять золотых.

 Спустя неделю над кузницей нашего дварфа начал виться дым и раздался звон молота о наковальню.

 Дмитр полюбил бывать в кузне у Барна и стал помогать кузнецу, постигая кузнечную науку, конечно если не был занят с отцом на охоте.

 Я же продолжал свои тренировки.

 Тренируясь с энергиями, я обнаружил под землёй, на глубине метров тридцати подземную реку.

 Не знаю зачем я это сделал, но у нас появился родник. Получившийся ручей затопил пол двора и нам пришлось срочно сделать в заборе выход для ручья, который позже закрыли крепкой кованной решеткой.

 Вдоль ограды, по краям ручья и местами, по территории, я высадил разные саженцы, напитывая их энергией жизни, не садил лишь на «полигоне» - площадке где мы тренировались. Они прекрасно прижились, не смотря на мнение торговца, что в наших землях приживается только один из десяти. Садом я попросил заниматься Явра, предложив почти всю прибыль с продажи урожая ему, мне же достаточно было 25%. На что он с радостью согласился.

 В один из дней, Барн сделал мне подарок, кольчужные поножи, из дварфского железа. После примерки кузнец пообещал подогнать их под размер за день.

 Шло время. Было такое чувство, что кузнец ночует на своем рабочем месте. Постепенно мы одевались в нормальную броню, мелкоячеистая кольчуга, с синеватым отливом, была у каждого из нашей команды. Теперь бы встречу с эволками я пережил бы без серьезных травм.

 Во время своих тренировок я подпитывал все саженцы нашего сада энергией жизни за счёт чего они росли прямо на глазах. Через пару недель такой подпитки они выглядели так, как будто росли уже около трёх лет.

 Два месяца спустя Барн начал работать на продажу. Месяц трудов и кузнец предоставил несколько прекрасных моргенштернов, глефу, набор кольчужной брони, несколько кинжалов, секиру и полуторный меч. Все это добро нужно было продать. Как раз у Явра накопился хороший запас шкур, да и необходимо было кое-что купить для сада - новые саженцы и кустарники, особенно экзотические, их плоды пользуются хорошим спросом, также по мелочи – соль, специи и т.п.

 В перерывах между тренировками, перенёс из леса и с лугов множество различных полезных трав, которые успешно прижились на участке, конечно же при помощи энергий.

 С ребятами в Имре я не поехал, а стал заниматься отстающими у меня энергиями – порядок, смерть и хаос. Отставали потому, что трудны для понимания, особенно хаос.

 Я больше обдумывал, чем направлял. Остановка функционирования живых клеток, как в целом организме так и в его частях, выглядела устрашающе. Растение, (на животных или насекомых я не тренировался), увядало на глазах, рассыпаясь прахом, это напомнило пустоши проклятых земель. При помощи порядка научился выстраивать элементы в одном направлении, из песка получались абсолютно чистые стеклянные стержни, или шары, все зависело от мыслеформы, в которой я упорядочивал молекулы стекла.

 К слову, молекулы удалось выстраивать не сразу, первоначально получался чистый кремний. Зачем мне это было – не знаю, просто тренировался.

 С хаосом всё было очень сложно. В нем присутствовало всё, стихии, жизнь, смерть и совсем не было порядка. Как с ним работать я не понимал, любое воздействие хаоса на живые организмы приводило к таким метамофозам, что я сразу же сжигал те ужасы, что получал, неживые формы, такие как камень, меняли свою структуру и свойства, иногда частично становясь жидкими или испаряясь газом, как вам камень, который можно мять как пластилин. Один раз, когда поток хаоса метнулся как живой вправо, а не по прямой, я увидел искорёженные метра два травы, часть которой стала как живая шевелиться, часть выросла сантиметров на 30, а другая рассыпалась прахом, местами виднелись сгоревшие проплешины рядом с невероятной формы камнями. После того случая, я направлял хаос через своеобразную трубу из порядка. Ничего кроме разрушения он не нёс. Беснующаяся строительная масса, из которой можно создать что угодно, в нашем мире, но как вычленять и упорядочивать нужные компоненты понять я не мог, видно не дорос ещё.