Проклятое дитя. На пути долга

Часть 13

Не прошло и пары дней, как Анна начала ловить на себе взгляды тех, кто знал, кто она такая. А знали уже все – появление подобных личностей в Академии всегда было в центре внимания: наследники престолов, будущие правители, главы кланов и родов, единичные представители редких видов и рас. Это было всегда и в любом обществе. А усугубленное личными особенностями положение и имя тем более привлекало внимание. Косились на нее, косились на Лео. И даже безродная Хитана была под прицелом настороженных взглядов – изгнанная и опасная, она пугала многих, а в некоторых это рождало презрение: не один оборотень нарочито отвернул от нее свое лицо, когда она проходила мимо. И вот чьей реакции и отношению к подобному обращения Анна и могла позавидовать, так это одногруппницы. Ту абсолютно, вот совершенно не волновало, кто и как на нее смотрит. Она была толстокожей в этом плане. Умела отвечать резкостью на резкость, оскорблением на оскорбление, злостью на злость. Ее не смущали и не обижали шепотки за спиной, лишь насмешка и презрение кривили ее губы и заставляли глаза блестеть.

- Мне плевать, кто и что обо мне думает, - спокойно сказала рыська на вопрос Анны о том, как она может быть такой спокойной. – Если им больше нечем заняться, кроме как шептаться за спиной, если их скудоумие только и радуется сплетням, я даже готова их пожалеть.

И это не было бахвальством и попыткой казаться сильной – Хитана на самом деле не волновалась о том, что о ней говорят.

- Я так много уже всего этого видела, так много всего пережила, что новая порция оскорблений ничего не изменит.

В подобном же положении был и Лео. Он тоже привык к тому, с каким пренебрежением на него косятся. Посредственный маг, вечно рассеянный и неуклюжий – он был предметом насмешек каждого второго. Но было в нем и то, что половина этих насмешек были скорее дружелюбными, чем обидными. Смеялись над ним, когда он в очередной раз спотыкался на своих шнурках, почти все, и многие просто потому, что нельзя было удержаться от улыбки, слушая ворчание парня. И кажется, что заклинание порядка выучил каждый в классе – то и дело, обувь парня автоматически приводилась в норму, позволяя ему спокойно шагать по коридорам, пока он снова не запутывался в то и дело расплетающихся лентах.

Анне было несколько сложнее. Она была человеком, она была девушкой, она была юной. И во взгляде каждого видела скепсис и недоверие к себе. На каждом втором занятии Анна была в разы слабее всех прочих, уступая последнее место лишь Лео. Его приобретаемая сила была очень слабой, и с огромнейшим трудом ему удавалось не отставать в изучении магии, и то только потому, что преподаватели еще не вошли в азарт, и давали первокурсникам привыкнуть к новому темпу работы и учебы. Но их сразу предупредили, что пара недель – и на них польется весь объем знаний и требований, который только возможен.

Анна не высыпалась по ночам, изучая учебники и штудируя конспекты. Она практиковалась на износ, опустошая свой резерв раз за разом, едва он успевал наполняться. Очень многое должно было быть уже ею изучено, но лишь познавалось, именно поэтому ей было тяжело. Практические занятия для всех были пока легкими и необременительными, поскольку требовали лишь вспомнить азы, которые каждый должен был изучить до поступления. И даже Лео это удавалось, путь и забирало все силы. Анна в практике была самой слабой. И это лишь усиливало и подтверждало мнение о том, что ей не место на факультете боевой магии.

Второй ее проблемой было ее имя. Мало кого оно так волновало, как демонов. При одном только взгляде на принцессу, в глазах каждого представителя этой расы загоралось презрение и ненависть. Никто не сказал ни слова, но именно взгляды говорили сами за себя. И самыми яростными были взоры женской половины расы демонов. Вот они пылали всеми оттенками негативных чувств. И Анна знала причину – Хасин объяснил. Девушку это едва ли задевало, пусть и было неловко и не по себе. Но не по причине ревности или недовольства. Как она и сказала Хасину – она не собиралась претендовать на все внимание принца. Ей будет хватать и малости, если он проявит к ней уважение, большего ей не нужно. Но ее мягкость, ее многолетняя обида на близких людей давала тень на то, что Анна все же переживала подобное отношение. Да, знала, с чем столкнется, знала, что не будет по-другому, но все же не думала, что настолько тяжело.

Самая обычная ревность так же стала для нее вполне ожидаемой – не только демоны радели за своего принца, было много и тех, кто желал его внимания с чисто женской стороны. Вот кто нисколько не сдерживал своих разговоров и издевок. Другие курсы, другие факультеты – немало было у Кассиана поклонниц, которые старательно пытались задеть и унизить его невесту, показывая свое преимущество перед ней. Анну лишь забавляли подобные попытки – ей было все равно, как и с кем развлекался ее нареченный, пока ее не было рядом. Господи, да она же ребенком еще была, тогда как он - уже взрослым юношей! Так чего она должна была ожидать? Она и не ожидала, и ее нисколько не волновало все это. Хасин уверил ее в том, что при ней Кассиан будет вежлив и уважителен – прошлое не имело значения. И некоторых такое отношении Анны раздражало лишь больше, чем если бы она кипятилась и злилась. Абсолютное спокойствие принцессы вызывало досаду и гнев, что ее лишь заставляло снисходительно улыбаться.

Так же были просто скверные люди. Анна могла не иметь для них никакого личного интереса, едва ли была с ними знакома, но по своей мерзкой сути они просто цепляли ее от нечего делать.

- Гнилые душонки, - так их называла Хитана. – Едва ты найдешь свое положение, как они тут же станут приторно лыбиться и льстить.

Анна только глаза закатывала на подобные речи подруги – жаргон рыськи оставлял желать лучшего. Она не была леди, да и просто не считала нужным подбирать слова, когда эмоции говорили сами за себя.