Игра богов. Авриет

Глава двенадцатая

Глава 12. Подарок судьбы

Четыре часа мы пробирались через лес, прежде чем показались первые горы. Весь путь я расспрашивал дварфа о всяких необычностях мира, приходивших мне в голову.

— У каждой расы они свои, — ответил Гроннигах.

— А у тебя какие расовые бонусы?

— У меня? Плюс две единицы к Телосложению, плюс одна единица к Силе, защита от всех видов магии двадцать процентов, кроме рунной, владение дварфским оружием, владение дварфской бронёй и владение рунной магией, — закончил перечислять Гроннигах.

— А я могу носить дварфскую броню или оружие?

— Нет, для этого нужно родиться дварфом. Ты, конечно, можешь нацепить на себя мои латы, но даже если все требования по характеристикам будут соблюдены, никаких особых эффектов, кроме лишнего веса, не получишь, а по защите она будет уступать даже обычным кожаным доспехам, на которых нет ограничений по расе, — пояснил он.

Чем больше я узнавал от дварфа об Авриет, тем больше мне хотелось изучить этот мир. Побывать в столицах, увидеть другие расы, сходить во все места, про которые упоминал бородатый проводник.

— Поверь мне. Будешь рядом с Патарой, обязательно наведайся к дварфским пасекам в низовьях гор. Там варят самую лучшую медовуху. Нигде такой не встретишь! Говорили, что даже сама Ирида заказывала себе несколько бутылок.

— Ты же говорил, что с богами очень трудно связаться, — с усмешкой возразил я.

— Трудно, но и перед патарской медовухой устоять тоже нелегко! — парировал дварф, расплываясь в улыбке.

Затем Гроннигах остановился и достал из инвентаря хрустальный шар, размером с небольшое яблоко, внутри которого я мог увидеть знакомую форму стеклянных песочных часов с делениями, подвешенных в невесомости. Густая жидкость цвета морской волны медленно переливалась в нижнюю часть симметричного предмета.

— Шесть часов идём, — сказал дварф.

— Что это? — спросил я, заворожённо уставившись на необычный предмет.

— Это? Магическая клепсидра[1], — ответил дварф, — для определения времени суток.

Увидев моё заинтересованное лицо, Гроннигах сделал вид величайшего учёного и начал нахваливать свою стекляшку и её механизм.

— Очень полезная вещь, советую приобрести. Я за неё целый серебряный выложил. Смотри, когда жидкость из этого сосуда перельётся в нижний, значит, прошло восемнадцать часов, и день закончился. Затем внутренний механизм переворачивается и идёт уже отсчёт ночи. А вот эти риски на стекле указывают на прохождение каждых двух часов.

Было забавно наблюдать, как Гроннигах объяснял уже знакомый мне принцип работы песочных часов, но вида я не подавал, стараясь оставаться серьёзным, дабы не обидеть дварфского учёного. Когда он закончил свой рассказ, я внимательно посмотрел на клепсидру. За исключением делений и магической силы, удерживающей одинаковые сосуды в невесомости, а также переворачивавшей их каждые восемнадцать часов, разницы с часами из моего мира не было.

«Восемнадцать плюс восемнадцать…Тридцать шесть часов в здешних сутках, всё-таки интуиция меня не обманывала, день и ночь тут длились дольше».

— Вон! — произнёс я, указывая пальцем на седую вершину. — Расщелина у той горы.

— Значит, пора искать место для ночлега. Близко к ущелью подходить не стоит, ночью оттуда может повылазить всякая нечисть.

Достав бурдюк с водой, дварф потряс его.

— Да, Стас, не думал, что ты такой водохлёб, — протянул он, — как ты ещё не округлел от такого количества выпитого?

— Прости, Гронн, я долго путешествовал без воды. Плюс ещё вчерашнее пиво, — начал я оправдываться, — там в пещере есть где пополнить запас, не переживай.

— Надеюсь, — пробурчал дварф, — иначе придётся взбираться к вершинам гор за льдом, а там полно уртульских великанов.

— Ясно, тогда, может, я пойду поищу дрова, а ты пока выберешь место для ночлега?

— Зачем тебе дрова? — смутился дварф.

— Как зачем, костёр разжечь, — осторожно ответил я, но уже подозревая, что меня сейчас отчитают.

— Стас, запомни. Ночью в таких местах костёр — это твоя погибель. Ты сообщишь каждому монстру, который увидит этот огонь, что ты тут и собираешься спать.