Мама для Мамонтёнка

Глава 11. Договорные обязательства

Перед сном Аня решила почитать что-нибудь. Достав с полки первую попавшуюся книгу — «Пятнадцатилетний капитан» Жуль Верна, — села на кровать и расслабилась. Мысли блуждали где-то далеко, путаясь на задворках сознания. Прошло несколько дней после выписки из больницы, а казалось, что целая вечность. Семья Мамонта быстро стала родной, как бы странно это ни казалось. Аня не думала, что привяжется так сильно к своему подопечному и начнет понимать и принимать его грубого, но в то же время ранимого, отца. Так и не дождавшись возвращения хозяина дома, дочитав до семидесятой страницы, убрала книгу и уснула.

Звонок будильника прозвучал так не вовремя. Снилось что-то прекрасное, но с пробуждением сон развеялся и куда-то улетучился. Аня потянулась и присела на кровати. Настроение понять было невозможно: с одной стороны, все было вроде бы нормально, а с другой, после вчерашнего остался неприятный осадок.

Только разговор и своевременное выставление приоритетов могли помочь контролировать ситуацию. Не следовало больше допускать проявления эмоций. Одевшись в джинсовые шорты и сиреневую рубашку, Аня собрала волосы в хвост и направилась на кухню. Быть домработницей она больше не планировала.

Скользнув взглядом по столу в зале, где стояла грязная посуда после вчерашнего праздника и неубранные, почти нетронутые, угощения, она поджала губы. Убирать это не собиралась. Да и потраченное время на готовку стало так сильно жаль, что в горле образовался ком, который пришлось проглотить, мирясь с обидой.
Мамонт уже сидел за столом, а рядом с ним лежали какие-то документы. Скулы на его лице дергались от напряжения.

— Доброе утро! — поприветствовала Аня, словно ни в чем не бывало.

— И тебе доброе. Я тут прояснил кое-какие моменты в договоре. Тебе следовало бы ознакомиться с ними и подписать. Кроме того, — краем глаза Аня заметила, как он пододвинул конверт к краю стола. — Это твой аванс.

Аня присела за стол, приняла конверт, а затем принялась изучать договор. Мамонт исправил те пункты, на которые она указала ему, и добавил несколько своих.

«Никакого флирта в рабочее время. Свидания строго запрещены в стенах дома работодателя. Личные отношения возможны исключительно в выходные дни».

Сложно было сдерживать улыбку, но Аня изо всех сил хмурилась, стараясь сделать серьезное выражение лица.

«Разговоры с работодателем о личном в рабочее время строго запрещены, исключительно, о том, что поможет в исполнении обязанностей».

Глаза чуть округлились, но Аня продолжила читать. Она подумала, что если Мамонту уж так сильно хочется закрыться в своей ракушке, то пусть делает это. Отчасти это было даже на руку, так Аня была бы исключительно няней Миши и не заботилась о психологическом состоянии отца мальчика.

«Все мероприятия должны согласовываться с работодателем».

Этот пункт четко показывал тот факт, что Мамонту не понравилась, как вчера Аня ускользнула из дома, под предлогом погулять с Мишей. Но это нужно было всем: ребенку, няне и имениннику, которого раздражал флирт, открытый его же товарищем, а не самой Аней.

«Не обсуждать личную жизнь работодателя с кем-либо из его окружения».

Этот пункт был предусмотрительным. Вероятно, Мамонт понимал, что Аня общалась вчера с его матерью о нем. Вот только опять же не она сама начала разговор. Его мать пыталась надавить на жалость, тем самым привязав «хорошую девочку» к своему сыну-грубияну, оправдывая его нынешнее поведение неудачной любовью.

Когда хотелось возмутиться от обилия «няня должна», Аня обратила внимание на пункты, вызвавшие на лице улыбку:

«Работодатель обязуется не приводить в дом женщин».

«Работодатель обязуется держать себя в руках и с уважением относиться к няне».

«Работодатель обязуется…»

Пунктов было вполне достаточно и они четко расставляли все точки в начавших формироваться с этого момента деловых отношений. Аня взяла ручку и на мгновение взглянула на Мамонта. Мужчина не сводил с нее взгляда. На мгновение показалось, будто он сомневается, что договор составлен верно. Когда Аня поставила свою подпись, Мамонт заметно расслабился, казалось бы, даже облегченно выдохнул.

— Теперь мои обязанности четко прописаны в договоре. О личном говорить не имею права, но… — Аня на секунду замерла. — В мои обязанности не входит уборка, поэтому будьте добры сами помыть посуду после своих гостей и убрать со стола в зале.

Аня поднялась на ноги и направилась к себе в комнату, чтобы убрать деньги. Получив свой аванс, она почувствовала себя настоящей няней и поняла, что все остальные чувства и эмоции были притянуты за уши. Она выполняет обязанности няни — фиктивной матери, — которая будет списана со счетов, точно расходный материал, когда мальчик перестанет нуждаться в ее заботе.

Вернувшись на кухню, принялась готовить мелкую лапшу с молоком, чтобы накормить завтраком Мамонтёнка. Было довольно забавно в этот момент наблюдать за тем, как хозяин дома, нацепив фартук, убирает со стола и моет посуду. Но, вспомнив вчерашний день и свою обиду, Аня подумала, что действительно больше не должна вмешиваться в личную жизнь отца ребенка, за которым ухаживает.