В ловушке сна

Глава 19

Глава 19

Положив ладони по подоконник, наследник Темной Крепости лератов едва заметно усмехнулся. С каждой последующей минутой день становился все насыщенней на события, все любопытнее и… занимательней. Обнаружилось немало интересных наблюдений и выводов, как приятных, так и не очень. И первым в списке стоял отнюдь не приезд наместника Истул Бея, нет.

Им оказались внезапные, непривычные эмоции Карины.

Кто бы мог подумать, что его маленькая маранта окажется способной на такое чувство, как ревность! Да еще столь явное, столь насыщенное, столь… очевидное. Пожалуй, только в нем заключалась положительная сторона приезда в Амил Ратан семейства Трейд.

Негромко скрипнула дверь, впуская задержавшегося Эмита.

- Поймал? – негромко поинтересовался лерат.

Аделион кивнул, не скрывая усмешки.

В его кармане действительно лежал смятый листок, сброшенный его рабыней с башни. Лерат не сомневался, что свое истинное отношение к произошедшему Карина выразит на бумаге, а потом постарается от нее избавиться. Только на свою беду девушка даже не подозревала, что на всех листах пергамента будущего владельца Темной Крепости стоит магическая метка. Документы или иные записи у Лиона не имели привычки теряться.

Маранта даже не подозревала, сколько ее выброшенных набросков хранится в верхнем ящике стола в кабинете наследника страны лератов…

- Тайная переписка? – равнодушно поинтересовался сидящий за упомянутым столом мужчина низкого роста, но крепкого телосложения. Он никак не прокомментировал появление повелителя льдов, продолжая внимательно вчитываться в содержимое бумаг, лежащих перед ним.

- С целью тайного заговора, - лениво и насмешливо отозвался Соломон, развалившийся на кушетке, стоящей посреди помещения. Однако при приближении Эмита блондин с наслаждением потянулся и, скинув ноги, подвинулся, освобождая лерату место.

- Вполне в твоем духе, - ровно ответил лорд Трейд, и в кабинете снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом перекладываемых листов пергамента.

- Я не виноват, что на роль вселенского злодея больше никто не согласен, - тихо усмехнулся светловолосый лерат, спокойно выуживая из руки Эмита аккуратный свиток. Развернув его, Соломон с минуту созерцал изображенное на нем странное, незнакомое, грустное и умильное существо, силясь понять, что же это за зверь. Но особенно его заинтересовала надпись вверху: «Если вы не узнаете, кто я такой, вы не станете со мной дружить?».

Почесав лоб, мужчина приманил с края стола чистый листок с карандашом и, нацарапав пару слов, протянул записку повелителю льдов.

Узрев вопрос «это кто?», Эмит мельком взглянул на занятого наместника и набросал короткий, лаконичный ответ. «Я». И с наслаждением смотрел, как брови младшего из сыновей Повелителя грозятся слиться с его прической. Растеряно почесав тупым концом карандаша за ухом, Соломон снова принялся строчить, и дальше разговор происходил исключительно в письменной форме, с соответственным количеством вскинутых бровей, округлившихся глаз, усмешек и тщательно скрываемых смешков.

«Не знал, что ты такой милый и плюшевый. А если серьезно?».

«Рад, что ты тоже видишь меня таким. Я очарователен, не так ли?»

«Угу. От умиления слегка подташнивает. И все-таки?».

«И все-таки что?».

«Ледышка, не беси меня. Чье творение, я уже понял. Каков его смысл?».

«Слишком глубокий. Боюсь, тебе не понять всей тонкости душевной организации пленной маранты».

«Пусть с ее организацией разбирается мой милый братец, увольте меня от общения с этой хорошенькой язвой. Кстати, прилетевший с неба в лоб смятый кусок пергамента – ее работа?».

«Угадал. Кстати, весьма… интересная. Со всех сторон».

«Расскажешь?».

«Я похож на дурака?».

«Это был риторический вопрос?».

- Я вам не мешаю? – раздался ядовитый голос лорда-наместника.

- Рабочие моменты, - сохраняя на лице полную невозмутимость, отчитался Соломон, вчетверо складывая исписанный лист.

Эмит же, точно с таким же равнодушием бережно скатал в свиток рисунок со своим «портретом». Конечно, признаваться беловолосому лерату он не собирался. Да и не смог бы при всем желании – кто такой неведомый Чебурашка, Карина ему так и не объяснила. Но Эмиту ее рассказ и не требовался.

Было в этом нарисованном зверьке, одиноко сидевшем в углу, с одной-единственной игрушкой перед ним что-то такое, что невольно заставляло сердце лерата пропустить удар. Невероятно и странно, но он узнавал в этом персонаже из сказки себя много лет тому назад. Всеми брошенный, одинокий, никому не нужный, безродный, бездомный, оказавшийся на грани голодной смерти… Таким был Эмит до того, как его подобрал Аделион.

Как кто-то потом подобрал несчастное существо с непропорционально огромными ушами и грустными черными глазками. На другой конец лерат и не рассчитывал, но на всякий случай сделал себе мысленную заметку попросить маранту поведать сказку полностью. Для общего развития, конечно же. Любопытно, чем отличаются легенды и сказания провидиц.

И потом, эта надпись…

Старшему из наследников Амил Ратана никогда не требовалась родословная повелителя льдов, чтобы принять его в круг доверенных лиц и свою семью.

Эмит всегда поражался, насколько Карина проницательна. Жаль только, не всегда.

- Я удивлен, - словно бы не заметив всего произошедшего, небрежно отбросив документы, мужчина откинулся на спинку кресла, по-хозяйски устроив руки на подлокотниках. Оглядев невозмутимых блондинов, лорд Атастар Трейд повернулся к возможному наследнику Амил Ратана, стоящему окна, не обращающему внимания на детское поведение своих братьев, родного и мнимого. - За эти несколько лет ничего серьезного не произошло. А мелкие неурядицы ты уладил с блеском. Достойное поведение.