Поцелуй северного ветра

Глава 10

Глава 10

1

Скальд Хемминг в два счёта оказался рядом и двумя пальцами схватил меня за подбородок. Посмотрел в глаза, и я увидела могучего ворона, облетающего ледяную пустошь.

Стоило птице, раскинув крылья, спуститься на замёрзший утёс, прокаркать два раза, как ворон обращался в матёрого волка с серебристой шерстью, и уже в этом облике человек бежал, чтобы осмотреть бескрайние пустыни холода.

А потом волк домчался до берега Свирепого моря, завыл, подняв морду, и рассеялся пеплом, унёсшимся к иному берегу.

Всё это я увидела в мгновение ока, словно сама бежала по хрустящему снегу рядом с волком и летала над пенными волнами над морем, окутанным грозой.

А когда пришла в себя, то почувствовала, как в груди стынет сердце, превращаясь в закованную в наст ледышку.

— Тебе страшно? — спросил скальд с улыбкой. И я снова увидела перед собой человека. Почти такого же, как и я.

— Немного, скальд.

— И ты всё же хочешь принять участие в соревновании?

— Хочу. Чтобы раскрыть Дар.

Он отпустил меня и повернулся к сидящим за столом. Они все следили за происходящим с жадностью людей, охочих до зрелищ. Но не Славная Лив.

Невеста Хемминга побледнела ещё больше, кусала алые губы и вертела в руках бокал так сильно, что его содержимое чудом не выплеснулось на её наряд. Она то вставала с места, то присаживалась в кресло, расправив складки платья.

— Знаете, я передумала. Эти двое переданы мне, — глухо заговорила она и поставила бокал на место, чудом не опрокинув его.

Скальда медленно поднялась. Обогнув стол, она не спеша приближалась ко мне, и в её твёрдой поступи я угадывала свой приговор.

— Как гласит свод правил, их головы тоже принадлежат мне. Что если я велю отрезать их раньше, чем они накликают на нас бед?

— Головы, не шеи, — усмехнулся Хеммнг.

— Невозможно, сестра, — пропела скальда с толстыми косами. — Такое допустимо только, если они оскорбили нас или Богов.

— А разве нет? Ну ладно, вон ту я, пожалуй, оставлю.

Лив указала на Мектильду.

— Пусть себе слушает цветы и деревья сколько влезет, а вот эта слишком дерзка. Она оскорбляет Богов уже хотя бы тем, что утверждает, будто видела саму Фрейю. Богиня не стала бы говорить с худородной иноверкой.

Лив занесла руку для пощёчины, но Хемминг ловко перехватил её.

— Что с тобой, моя Сиятельная? При дворе конунга давно не было таких развлечений, а ты хочешь лишить нас и этого? Разве мы сможем тебе такое простить?

Слово «тебе» скальд произнёс тихо, но таким тоном, что Лив хмыкнула, однако выдернула руку и вернулась на место.

— Посмотрим. Разрешение ещё не получено. Они всё равно все сгинут под Красной радугой.

— Зачем конунгу соглашаться на такое? — задумчиво потёр щёку мужчина с высоким голосом.

— И правда, следующие пять или десять лет новые девы не прибудут. Скальды дружины ждут наложниц или жён, — поддержала его полнорукая скальда, звеня толстыми браслетами.

— Можно не участвовать всем, — пожал плечами другой мужчина с золотистыми, как золото, волосами до плеч. Он был самым молодым и не имел ни одного шрама. Казалось, это не юноша вовсе, а переодетая девица. — Пусть пройдут первичный отбор.

— Верно, — Хемминг отвернулся и за спиной сделал знак Ионе увести нас прочь. — Те, кто не имеют сильных Даров, отправятся ублажать на ложе воинов.

Молочная сестра Славной Лив дёрнула меня за руку. Я обернулась и увидела, что они с Мектильдой пятятся к выходу, но мои ноги словно вросли в мраморный пол. Я хотела быть здесь, слышать и слушать. Что-то такое творилось сейчас, что мои пальцы коснулось привычное жжение, означающее пробуждение Силы.

Я хотела узнать больше. Это было жизненно важно, даже крупицы знания могут спасти жизнь и исковеркать судьбу.

— Ты стал слишком дерзким, Хемминг, после того как вернулся. Что с тобой произошло, ты так и не поведал нам эту историю целиком? — Мужчина с высоким голосом прищуривался и улыбался, но его глаза блестели ярче, чем за всё время разговора.

Иона шикнула снова, подскочила ко мне, дотронувшись до моей руки стеклянной палочкой наподобие той, что карла Ильма проверяла наши знаки, и пальцы скрючило от боли.

— Иди, мерзавка, не стой, иначе сегодня не сносить головы не только тебе.

Я пошла, словно механическая кукла, ведомая чужой волей.

— Был ранен, а потом Одноглазый Бог коснулся моего лба и залечил раны, — продолжал говорить Хемминг беспечным тоном. И смеялся, запрокинув голову.

— Может, это был гном Ледяных пещер? —подхватил веселье кто-то рядом с ним.

— Или гнома. Не сердись, Лив, он же вернулся к тебе. Когда уже никто не ждал.

Прежде чем двери столовой захлопнулись перед моим носом, я услышала ответ Сиятельной госпожи:

— Слава Богам! Иногда мне кажется, ты переродился там, на ледяной пустоши. Но я верну тебя прежнего, клянусь, любимый!

2

— Госпожа моя, зря вы так! — Мектильда держалась почтительно, укоряла мягко, словно мать непослушное дитя, совсем без злорадства, без радости за воздаяние по заслугам бывшей принцессе.

Я стала обычной, одной из пришлых дев без роду и племени, но ещё не привыкла к непочтению. И к открытой зависти и злости. Боги нашли чем покарать отступницу даже там, куда не могли дотянуться.

— Что зря? — огрызнулась я и забралась с ногами на кровать. — Боги карают дерзких, верно, но и робким не воздают по заслугам.

Мектильда продолжала стоять, сцепив пальцы в замок.

Стоило выйти из столовой, как варта Иона пинками в спины погнала нас в ту каморку, в которой я и встретилась с Мектильдой. Сейчас, после светлой и просторной обеденной залы, она казалась мне ещё меньше, теснее. Убогая каморка, в которой и слугу поселить стыдно.

Духота стояла такая, что мой лоб в тот же миг покрылся испариной.

— Здесь вообще принято мыться? — спросила я, уткнувшись лицом в колени. Настроение, ещё недавно бывшее воинственным, сейчас переменилось, как ветер на Свирепом море.