Эльмери: Первостихия

Глава 5.2

Глава 5.2

Джулия

— Уф, не может быть! — выдохнула Мари, когда мы кинули чемоданы с вещами в прихожей съемной квартиры.

Июль подходил к концу. Пора сложных, изнуряющих экзаменов осталась позади, и теперь мы могли спокойно отдохнуть перед началом учебного года в университете Лайтсайда, куда поступили вдвоем на преподавателей английского и французского языков.

Да, плакал мой Брайт-Вэлли. Вместе со мной и моим будущим. Еще бы десяток баллов — и все сложилось бы иначе! Я ревела так, что тягала себя за волосы. Мама, бабушка и дедушка, конечно, тоже были расстроены, но уверяли, поднося мне успокоительное, что убиваться так нет никакого смысла. Ничего уже не вернуть, и надо быть благодарной за те возможности, которые у меня есть. И я согласна с ними. Пусть Лайтсайд и не самый крутой город, однако и здесь можно пристроиться. Надо ведь с чего-то начинать. И начало положено — я наконец-таки уехала из Хэйзи-Хиллс.

— О-а-а-а, как же голова кружится, — пищала я, плетясь в гостиную.

— Ха-ха, что у тебя вместо вестибулярного аппарата? Это же всего лишь автобус! — шутила Мари, уперев руки в боки.

Очень смешно! Она-то всю жизнь разъезжает, путешествует, а у моей семьи никогда не было на это денег…

— Да иди ты!

Никаких излишеств в новой квартире, которую нам сняли родители, не было. Старый диванчик, небольшой журнальный столик, телевизор и антикварный шкаф. Я поморщилась: все это напоминало мой родной дом.

Замерев посередине комнаты, я стала изучать пыльные полки. Книги, статуэтки, чайный сервиз. А на стенах — облезлые обои в цветочек. Серьезно? Да я мечтала хоть немного пожить там, где нет всей этой аляпистой ерунды!

— Какая безвкусица, — съязвила я, глядя на Мари, что уже принялась раскладывать вещи по местам, с немым вопросом, откуда у той столько сил после двенадцатичасовой поездки.

— Ну, слушай, за такую цену вполне себе сойдет. И вообще, прекращай жаловаться уже! Не все так плохо.

Я надула губы и замолчала, уткнувшись в телефон на пару минут, а потом тоже стала разбирать чемодан, при этом громко хлопая дверцами шкафчиков по всей квартире. Согласна, возможно, я слишком много ною, но я все-таки устала. Это была моя первая поездка в другой город, тем более без родителей. Почему бы не проявить хоть немного заботы и внимания? Иногда ее холодность так бесит…

Мари, похоже, поняла, в чем дело, и, тяжело выдохнув, сказала:

— Извини. Мне не нужно было этого говорить. Тебе и так нелегко…

Украдкой вытерев слезы, я посмотрела в окно, за которым уже смеркалось и зажигались фонари. До центра ехать минут двадцать на автобусе, но и в этом тихом районе машины сновали строгими рядами, в отличие от нашего родного городка, где на дорогах было всего-то две полосы.

Все же я радовалась Лайтсайду. В Хэйзи-Хиллс единственными развлечениями были центральная площадь, парк и кинотеатр, который я никогда не любила. Я впервые увидела высотки и широкие улицы с яркими витринами, пестрящими модной одеждой, и мне было стыдно за то, какой ничтожной я себя ощущала здесь.

Я совершенно не знаю, чего хочу от этой жизни. Вряд ли из меня выйдет хороший учитель. Детей я не особо жалую, объясняю не очень, люблю только указывать на чужие ошибки, показывать свой ум. А что толку от ума, если не можешь его применить?

— Все нормально, — отвечала я подруге, потирая уставшие плечи. — В конце концов, никто не умер… Кхм. Что ж, пойду приму душ. А то я вся потная и вонючая, как псина.

— Давай, — хихикнула Мари.

Как бы мы с ней ни цапались время от времени, у нас всегда получалось помириться. Иногда с легкостью, иногда с болью, как в том случае с Жаком, но тем не менее мы тянемся друг к другу, как две части магнита. На самом деле я рада, что мы прошли через наше маленькое испытание, не расстались. Нам будет легче взрослеть вместе, а не вдалеке от семьи. К тому же и Анна поступила сюда, в Лайтсайд, так что мы точно не заскучаем.

Мари

Я улыбнулась своим мыслям, открывая окно. Подуло свежим воздухом, в котором повис аромат мокрых после дождя листьев. Я вдохнула полной грудью, мечтательно прикрывая глаза. В такие моменты мне всегда хотелось превратиться в волчицу и убежать куда глаза глядят. В лесные дали, к сопкам на горизонте, что так и манили своей таинственностью. Хотелось ощутить лапами зернистость земли, твердые камни и мягкую траву. Хотелось шкурой почувствовать движение ветра, воздеть нос к небу и нюхать, нюхать, нюхать воздух, пропитанный свободой. Но в последнее время хотелось не только в лоно природы. Хотелось к…

Боже…

Я прикрыла губы рукой, вспоминая наши с Лестером посиделки у меня в комнате, разговоры о луне, его приятный голос и мысли о его руках, которые он якобы не услышал. Я прикоснулась к горящим щекам и с благоговением представила образ вампира.

— Надо рассказать ему все-все!

В ванной уже перестала шуметь вода, но, решив рискнуть, я положила руки на сердце и сосредоточилась на том, чтобы дозваться до юноши. В сознании мелькали его темно-синие длинные волосы, изящные пальцы и невероятные голубые глаза.

Я почти физически ощутила его нежную, обволакивающую энергетику, как вдруг все стихло. Это заставило меня недоуменно распахнуть веки и нахмуриться.

— Почти получилось же… Странно. Может быть, он занят?

— Ты там стихи читаешь, что ли? — усмехнулась вошедшая в гостиную Джулия, одетая в голубую пижаму с зайцами и потирающая полотенцем мокрые волосы.

— Типа того, хах…

Я надеялась, что, возможно, Лестер ответит мне позже. Однако я просыпалась ночью раз пять, каждый раз с нарастающей тревогой взывая к парню, но тот молчал.

Я ворочалась и сверлила взглядом дыру в спине подруги, мирно сопящей в своей кровати, и думала, как хорошо той, наверное, ничего не знать о подобном.

***

Мощные копыта вороных лошадей стучали по каменистой тропе королевских охотничьих угодий. Всадники, Сайлос и Лестер, ехали рядом друг с другом в сопровождении трех легионеров, не говоря ни слова. Бойцовские собаки, похожие на смесь добермана и бульдога, фыркали, прижимая морды к земле. Шелест листьев на деревьях да крики кукушки и стук дятла звучали в округе.