Артефакт для практики

Глава 13

Лена осмотрела поблекший иероглиф грязного огня на спине Рагнара, коснувшись рукою проклятой метки. Рагнар глухо застонал, Лене было неуютно от того, что он испытывает боль, но визуального осмотра было недостаточно - ослабленная метка, хоть и могла причинить боль Рагнару, но остывала, и по температуре метки она могла заключить, насколько она активна.

Слишком мало пока Лена знала о магии этого мира. И о проклятиях приходилось искать крохи знаний в тех книгах, что попались ей в руки, одновременно надеясь, что этих отрывочных знаний и её интуиции хватит для того, чтобы приостановить действие проклятия до того времени, как она найдет противоядие.

Почему дракон назвал это проклятие ядом она не знала, но интуиция подсказывала, что это было как-то связано с действием этого проклятия. Так как в теоретической магии Рагнар разбирался значительно лучше неё, Лена решила, что она и дальше будет прислушиваться к его рекомендациям, ведь один раз его теоретические знания уже помогли ей найти более эффективный способ лечения. 

Терсаль напряжённо наблюдал за тем, что делает Эльэна. Целителем он не был, поэтому старался запоминать, какие иероглифы использовала высшая. Не доверял он ей, хоть и не показывал этого так явно, как Юхан. Хотя о мальчишке она заботилась, и вроде искренне переживала за него. Но кто их знает, этих высших. В то, что она действительно Истинная для Рагнара он не поверил. Слишком уж юным был зверь Рагнара, чтобы действительно избрать себе Истинную. Просто ещё одна блажь юного дракона, как и с разведкой на границе вместо нормальной практики для мага-стихийника после окончания Академии. Но наблюдая за девушкой, Терсаль начинал понемногу верить, что Рагнар не ошибся. Ладно, метку привязанности Истинной на ауре искусный и сильный маг возможно и подделал бы. А вот делиться своим магическим резервом, да ещё в таком количестве, никто из магов кроме лучшего друга или Истинной не стал бы... Ведь магический резерв Рагнара почти пуст, а борьба с проклятием требовала всё больше энергии. Раньше у Рагнара был шанс стать одним из сильнейших магов тысячелетия, а теперь неизвестно, сумеет ли мальчик сохранить тот же уровень дара, что был у него раньше. Если он вообще выживет, конечно. Конечно, ему повезло, что он изначально был одним из сильнейших магов среди драконов. Более слабый маг, чем Рагнар Лайонэль, был бы уже мёртв. И энергию, которой делилась с юным драконом Эльэна, резерв Рагнара впитывал, как губка.  

Увидев вчера на ауре Рагнара метку грязного огня, он сразу понял, что это значит, и почувствовал такое отчаяние, такую безысходность! Ведь обещал отцу Рагнара, что позаботится о юном драконе. Защитит! Не сберёг... И виноват в случившемся не только Юхан, но и он сам, Терсаль! Не просчитал всех последствий того, что отправился на границу с юным драконом-полукровкой, не подумал о том, что Рагнар захочет проявить себя, доказать всем, что не просто сильный маг, но и хороший стратег. А ведь он сам был таким же безрассудным, в юности. Забыл. Расслабился. Привык к рассудительности и осторожности Рагнара, к тому, что мальчик выпутывался из любых передряг. А ведь помнил - не любит судьба таких, слишком честных, слишком правильных, слишком одаренных.  

Приоткрыв балконную дверь и впустив ночной, терпкий от запаха  цветов ветер (дракону нужен был этот глоток воздуха), Терсаль подошёл поближе к Эльэне, положил руку ей на плечо. Незаметно для неё подпитывая её магически. Девочка на удивление много потратила на лечение своего пациента - тройные иероглифы требовали на два порядка больше энергии, чем единичные. А ведь она ещё и пыталась восстановить прежний уровень магического резерва Рагнара, который непрерывно впитывал  её  энергию в течение нескольких часов. Как это юное дарование не свалилась бездыханной к ногам своего пациента, Терсалю было не ясно - столько магической энергии было невозможно восполнить мгновенно, даже с учётом огромного собственного резерва. А этой высшей хоть бы хны - создавалось впечатление, что её резерв безграничен.

Может, это последствия того, что девочка до недавнего времени принадлежала другому миру? Терсаль вздохнул. Он ведь тоже дракон, и не самый слабый из магов-стихийников. Правда, у него лишь две стихии, огня и воздуха, а не четыре, как у Рагнара. Среди черных драконов всегда были сильные маги воздуха и огня, а вот земля и вода у Рагнара передалась по материнской линии. Терсаль и сам мог бы поделиться магической энергией  с сыном своего лучшего друга. Только разве он знал, что от проклятия грязного огня можно спасти и как это сделать? Разве не был страх перед этим проклятьем извечным сдерживающим фактором для драконов? И вот, оказалось, что это проклятье можно побороть... 

Лена перевернула Рагнара с живота на спину, проверила пульс, дыхание. То, что Рагнар потерял сознание не напугало её - хуже было, когда дракон был в сознании и вынужден был терпеть боль. Сейчас, положив ему руку на грудь, она видела, что обморок перешёл в сон. Она благодарно посмотрела на Терсаля, решившего проветрить помещение. Ночь была теплой и Лена заметила, что дыхание Рагнара выровнялось. Ее тоже стало клонить в сон, только сейчас она поняла, насколько она устала, но уснуть сразу ей не дали...  

Рагнар застонал, заметался во сне, вскрикнул, вцепился в её руку, что-то прошептал, не просыпаясь, темные волосы разметались по подушке, обнажая эльфийские острые уши. Спал он беспокойно, сжимал кулаки, шептал что-то на эльфийском, но её кулон отказывался это переводить, а Терсаль, на её вопрос о чем говорит Рагнар, смущённо отводил взгляд. Из чего Лена пришла к выводу, что то, что Рагнар шептал во сне, относится к разряду непереводимых эльфийских ругательств. С пошлым подтекстом, так как Юхан, который как оказалось, тоже владел этим диалектом эльфийского, покраснел до корней волос и пробормотал что-то о фривольных нравах современной молодежи, их невоздержанности на язык, а также вседозволенности юного поколения в постели...  

Дракон снова застонал, его лицо на мгновение исказилось гримасой боли, дыхание снова стало прерывистым.  

- Почему же тебе так больно, - прошептала Лена растерянно, - Что же тебе снится настолько отвратительное... В глубине души она знала, что ему снова снится плен и магические пытки у тех, кого здесь звали высшими. В застенках у магов-людей...  

- Ну почему они так с тобой поступили? В чем ты им настолько перешёл дорогу? - Лене никогда раньше не хотелось кому-то отомстить, но сейчас, глядя на бледное лицо Рагнара, на то, как он прерывисто дышит, ей вдруг захотелось сжечь тот дворец высших, где светловолосые девушки в бальных платьях с усмешками на лицах пытали дракона-полукровку. Сжечь хотя бы дворец этих девиц...  

- Боль должна была отступить. До следующего вечера, - устало подумала она. В её арсенале не так уж много иероглифов, и для мага-целителя, для этого мира, она ещё недостаточно образованна. А ведь нападение на Рагнара было именно магическим, помимо того, что его успели задеть мечом и сделали мишенью для лучников. Только вот книги, которые Лена нашла - это пока капля в море, а она ведь ещё не успела прочитать их, так, пролистала... Лена снова начертила на груди Рагнара иероглиф "жизнь". Конечно, она понимала, что просто восстановить кровопотерю  и остановить действие проклятия мало. То, что она нашла - это не лечение, это паллиатив. Рано или поздно проклятие всё равно сработает, стоит лишь дракону несколько часов провести без применения связок иероглифов.