На счёт "два"... 

Глава 14

14.

Два совмещённых гостиничных номера с маленькой общей столовой и санузлом в дальнем крыле держали специально для родственников, приезжающих к детям откуда-то издалека, и выпускников, для которых этот дом оставался единственным домом их детства.

Туда сейчас топали Славины за руки со своими новыми родителями. Ног и пола под собой не чувствовали. Сегодня они Славины. Завтра будет совсем другая жизнь и другая фамилия. Страшно. И радостно. От чувств хочется одновременно плакать и смеяться.

Едва они зашли внутрь, в дверь постучали. На пороге стояла Надя. Растерянная и бледная. Внимательно оглядела сначала Жанну с Володей, потом Игоря с Ксюшей. Все застыли на месте.

Первым очнулся Игорь.
-Это же Надя! Она нас на танцы водила. И костюмы шила. И в школу тоже, - торопливо объяснял, обращаясь к Орловым.
- Надя, здравствуйте, - протянул девушке руку Володя, - Мы рады познакомиться. Я Володя. Это моя жена Жанна.
- Я ваши портреты видела.
- Портреты? - не поняла Жанна.
- Игорек рисовал после лагеря. Вы похожи с детьми.
- Правда? - Жанна оглядела детей и мужа.
-Игорь, покажешь потом? - попросил Володя.
- Конечно, сейчас, - Игорек нырнул в сумку в поисках блокнота.

Всё уселись на диван. Надя, Жанна, Володя. Листали блокнот. На страницах в карандашных набросках оживали дни в "Орленке", поезд, море, ребята из танцевальной смены. Потом директор, сама Надя, её муж Димка, Жанна и Володя, тётя Нина за работой.

Володя вспомнил свой блокнот с рисунками, который он начал ещё студентом. У парня явно талант. И к танцам, и к рисунку.

Надя всегда отличалась прямотой. Ходить вокруг да около не умела.
- Вы завтра уедете? 
- Если документы оформим, то завтра, - подтвердил Володя. 
- Навсегда их увезете? 
- Надя, - Володя старался смягчить тон, - ребята будут жить в Москве. Это совсем не значит, что их жизнь начнётся заново. Никто не запретит им общаться с теми, кого они любят. 
- Мне можно будет приехать? 
- Конечно. Мы будем рады, - улыбнулась Жанна, - Если бы не Вы, дети не добились бы таких успехов. И костюмы у них замечательные. 
- Ты. Говорите мне пожалуйста "ты". Хорошо? 
- Договорились, Надюша.

Дети напряжённо наблюдали за разговором. С одной стороны им хотелось именно так. С чистого листа. Чтобы вдруг они стали самыми обычными детьми. С мамой и папой. Чтобы, как по волшебству, у них появился дом. Они морально готовились к разрыву со всем привычным миром.

Но ведь и правда, в этой жизни оставались их любимые и дорогие люди. Надя, тётя Нина, Ефим Степанович, Любовь Петровна, Виталий Львович, Светлана Сергеевна и Евгений Михайлович. И ребята, с которыми они жили, учились и танцевали. Выходило, что все они могут общаться. Эта новость заставляла задуматься и притихнуть.

Вечером Орловы не знали, как правильно поступить. В столовой за ужином должны были по традиции поздравлять именинников. Вот и большой пирог с повидлом и двумя цифрами восемь тётя Нина уже испекла. Вопрос был в том, идти туда Володе и Жанне или нет. Смущать остальных ребят тем, что Славиных забирают, или нет?

Решили посоветоваться с детьми. Они же виновники торжества. 
- А давайте мы там сегодня вместе станцуем! - просияла Ксюша, - наши то не были на конкурсах никогда. Мы костюмы наденем. А вы и так красивые. 
- Я побегу до Евгения Михайловича, - засобирался Игорь, - и Славке Новикову скажу, чтоб музыку притащил. У нас кассета есть. Венский вальс? Как в лагере? - и оставив Володю, Жанну и Ксюшу обдумывать, скрылся за дверью.

Директор обрадовался, что всё складывается именно так. Факт, что Славины уезжают, не скрыть. Да и не нужно это. Дети должны попрощаться с друзьями. А то, что они с педагогами вместе станцуют, так это прекрасно. Маленькие посмотрят. Тоже пойдут заниматься. И взрослые порадуются.

Смущаясь, Орловы входили в столовую, где уже собрались все, кто в августе не был в летних лагерях. Володя и Жанна смотрели во все глаза. На детей, которых растили самоотверженные взрослые. На взрослых, которых язык не поворачивался назвать персоналом или сотрудниками. Семья. Вот такая большая и необычная. Но уж точно лучше многих самых стандартных, в которых нет дела до собственных детей.

После чая с пирогом мальчики быстро освободили место. Дети успели надеть костюмы. Включили музыку.

У Жанны был комок в горле. Володя сжал её пальцы. Игорек с Ксюшей улыбались, будто это самый главный вальс в их жизни. 
Они исполнили отрывок из концертного номера, который готовили в лагере, венский вальс с элементами фигурного.

Музыка кончилось. Танцоры застыли в поклоне. Такие искренние аплодисменты Володя и Жанна слышали последний раз в юности. Когда выступали перед людьми, впервые видившими бальные танцы.

Славиных обнимали все по очереди. Малыши, ребята постарше, пожилой мужчина, которого все звали просто Степаныч, женщина в переднике, видимо повар.

Директор жал руки Орловым. Надя хлопала громче всех.

- Вы не обидитесь, если мы сегодня в спальнях с ребятами переночуем? - Игорь, так боявшийся ещё несколько часов назад отцепиться от Володи, неожиданно обратился с такой просьбой, - Нам там всем надо поговорить. Они волнуются. Мы им расскажем, что будем писать. И приедем. Что мы не исчезаем. Можно? 
- Нужно. Вы молодцы. Так будет правильно, - Володя погладил детей по волосам. 
- Мы вас утром будем ждать. После завтрака, - Жанна с тарелкой пирожков в руках улыбалась. Тётя Нина так напомнила Орловым другого повара - тётю Дусю, которой они оба были обязаны не только умением готовить, но и вообще фактом существования их семьи.