Жизнь на кончиках пальцев

Глава третья

Диана сидела в комнате и ждала подружку.

Она догадывалась о том, что Мстя не спустит на тормозах вчерашнее происшествие. Но почему Леночки нет так долго?!

За окном уже сгустились февральские сумерки, а подруги все нет!

Диана вздохнула, поняв, что пора отправляться на вечерние занятия в танцкласс. Наверное, когда она вернется, Леночка уже будет в комнате и обо всем расскажет.

В этот вечер Людмила Марковна была какой-то несобранной и даже растерянной. Конечно, в отличие от Мстиславы, педагог не позволяла себе оскорблять и унижать учениц, но от этого её требования к уроку не становились менее жесткими.

- На сегодня все! – закончила урок Милочка. Добавила, увидев недоумение в глазах учениц. – Завтра планируется парное занятие. Хорошенько отдохните и постарайтесь выспаться! – посмотрела на Диану: - Малышкина, задержись!

Девушки, недоуменно перешептываясь, покидали танцкласс. Они знали, что если какую-то из них оставляют после урока, значит, последует разнос! Значит, ученица выполняла элементы из рук вон плохо! Тихо злословили, радуясь тому, что сейчас достанется «этой выскочке».

- Я переживаю за Леночку, - начала оправдываться Диана, не дожидаясь пока Людмила начнет разбирать каждое неверное движение. – От того так плохо сегодня занималась.

- Нет-нет, - успокоила педагог, - все было как обычно, - замялась. – Просто я должна тебе сказать, что Лену увез отец.

- Какой отец? – не понимала Диана. – Куда увез?!

Милочка, которой Звездинская подробно и в красках описала все случившееся нынче днем, посвятила девочку в подробности, свидетелем которым не была, а только знала со слов Мстиславы.

- И она уехала? – все еще не верила собственным ушам Диана.

- Да, - вздохнула Людмила.

- И даже не зашла, чтобы попрощаться? – продолжала сомневаться юная балерина.

- Выходит, что так, - кивнула хореограф.

- Можно я пойду? – вопрос Дианы застал Милочку врасплох. Она ожидала чего угодно! Слёз, негодования, вопросов! Но не вот этого, отстраненного: «можно я пойду».

- Конечно, - внимательно посмотрела на ученицу. - Хочешь, я побуду с тобой в вашей комнате?

- Спасибо – нет, - Диана выскользнула из танцкласса, забыв об обязательном книксене педагогу.

***

Людмила Марковна проворочалась в постели всю ночь.

Конечно, она волновалась за Диану!

Конечно, если бы девочка захотела, провела бы в её комнате сколько угодно времени!

Конечно, постаралась бы успокоить. Найти слова утешения.

Но этим холодным: «можно я пойду»; - Диана словно воздвигла стену между собой и всем остальным миром.

На следующее утро, придя в танцкласс, Людмила Марковна первым делом увидела Диану, разогревающую мышцы у станка.

О том, что у девочки была непростая ночь, свидетельствовали только покрасневшие глаза и осунувшееся, если это в принципе возможно для балерины, личико.

- Ты и ты! – Людмила указывала на девушку и юношу. – В пару! – посмотрела на Диану, сообщила: - Сегодня твоим партнером будет вот этот юноша.

- Хорошо, - кивнула девушка.

После утренних занятий в танцклассе Диана, собрав сумку, заспешила в школу.

Первым уроком была обожаемая ею история.

- Сегодня мы послушаем прекрасный ответ от Дианы Малышкиной! – радостно провозгласил педагог, улыбнувшись девочке: - Прошу к доске.

- Я не готова, - Диана смотрела на стол, не в силах поднять глаза на педагога.

- Что-то случилось? – обеспокоился историк. – Ты неважно выглядишь.

- А её подружка бросила, - хихикнула одна из учениц. Девочка была одногодкой Дианы, а потому занималась двумя классами ниже в хореографическом училище. Но о том, что Ленку Халфину вчера забрал отец, уже знали все от мала до велика! Подобные известия разлетаются молниеносно, обрастая подробностями, зачастую выдуманными, как снежный ком, катящийся с горы.

Еще несколько секунд педагог внимательно смотрел на ученицу, в лице которой не дрогнул ни один мускул.

- Садись, - разрешил, - ответишь в следующий раз. – И вызвал к доске другого ученика.

***

После отъезда Леночки прошло три дня.

На занятиях в танцклассе и на уроках в школе Диана вела себя, как обычно.

Что происходило в стенах её комнаты – никто не знал.

Несколько раз соседки замирали у двери, прикладывали ушки к замочной скважине, пытаясь услышать что-то. Что именно? Да хотя бы рыдания! Но в комнате стояла гробовая тишина. Словно там никого не было. Но ведь девочки сами видели, как Диана вошла несколько минут назад! И никуда не выходила!

Устав торчать в полутёмном коридоре, ученицы расходились по своим комнатам, пожимая плечами. Удивляясь черствости и жестокосердию Дианы, которая даже не всплакнула после того, как её бросила, словно ненужную вещь, лучшая и единственная подруга.

***

Утром четвертого дня без Леночки, Диана, уже умывшись, надев купальник и шопенку, натянув поверх гетр разношенные сапоги, завязав на талии шерстяную тонкую кофточку, укладывала в пакет пуанты, в которые переобуется уже в танцклассе. Тёплая вязаная шапка и куртка лежали на кровати, приготовленные для одевания.

Дверь в комнату распахнулась.

Диана, занятая размышлениями над тем, что в пакете для пуантов прорвалась дыра, пыталась как-то её заделать, завязав узлом уголок.

Услышав стук открывшейся двери, распрямилась и тут же оказалась в объятиях подруги.

- Соскучилась?! – весело поинтересовалась Леночка. – Сильно?!

- Почему ты уехала, не сказав мне ни слова? – Диана не собиралась обсуждать вопрос о том, как сильно она скучала и скучала ли вообще. Она внимательно рассматривала подругу.

Леночка быстро сняла короткий песцовый полушубок, плюхнулась на кровать и стащила нововмодные сапожки-казаки. Высвободилась из узкого стрейчевого платья-джерси, цвета индиго:

- Брось мне робу! – обратилась к Диане, - А то на урок опоздаем!

- Ты ведь ушла из училища, - растерялась Диана.