Странник 4

Странник 4

История Первая.

Эйон сегодня никуда не спешил. Это был его день, хотя мало кто знал о причине такого праздничного настроения. Он ходил по улицам Корка, разглядывал таверны и магазины, и улыбаясь, смотрел на прохожих.

Эйон все еще не мог поверить, что сегодня закончился 6-летний курс его обучения, во время которого он выучил около тысячи законов.

-Я уже Брехонский арбитр королевства Мюнстер, я буду судить людей по чести и достоинству, используя только истину и справедливость, - гордо сказал он себе.

-Интересно, как „сдавали экзамены“ его коллеги в первом или втором веке, когда в Ирландии не было письменности и все законы учили наизусть, как когда-то это делали друиды ? – подумал он.

Конечно, он тоже помнил многие из них, но на дворе был 701-ый год, и законы уже давно переписывались в специальных книгах.

Вспомнив о друидах, Эйон снова гордо осмотрелся. Он всегда мечтал быть похожим на своих далеких предков кельтов. В его семье с уважением говорили о своих „гельских“ корнях, а о друидах ему рассказывали легенды. Он знал, что друиды веками являлись судьями, и то, что он в какой-то мере стал современным друидом, невероятно поднимало его самооценку.

Он снова и снова мысленно возвращался к экзамену. Его экзаменатором был не кто иной, как известный арбитр Шон МакКленси, немолодой и изысканно одетый мужчина, с живыми глубокими глазами.

МакКленси знал наизусть такие казусы, о которых Эйон даже не слышал, и несмотря на свою тысячу выученныф законов, он чувствовал себя мальчишкой первого курса обучения.

Эйон снова вспомнил основной казус экзамена и мысленно восстановил происшедшее до мельчайших деталей.

МакКленси тогда, глядя на него спокойным и бесстрастным взглядом, рассказал о жалобе одного из своих клиентов.

-Мой клиент является ответчиком со стороны своего соседа, - сказал арбитр.

-Истец считает, что пчелы моего клиента питаются цветами на его территории, а мед носят своему хозяшну. Он претендует на компенсацию . Как бы Вы поступили ?

Эйон вспомнил, как он тогда сразу вспотел.

-Это тебе не коров делить, - с тоской подумал он.

-Я думаю ответчику нужно посчитать ущерб, - неуверенно начал он.

-А Вы смогли бы посчитать ? – улыбаясь, спросил МакКленси и добавил:

-Я не думаю, что в королевстве Мюнстера, да и во всей Ирландии найдется человек, который может это вычислить.

Эйон молчал.

-Рассуждайте, молодой человек, - сказал экзаменатор, - Вы наверно помните, что мы не просто судьи, а арбитры, и от нас ждут конкретного решения, а не формальной отписки.

Эйон быстренько прогнал в голове все основные положения раздела „Имущество“, но зацепиться там было не за что. На всякий счучай он мысленно „перелистал“ и раздел „Штрафы“, но и там ничего спасительного не нашел.

И тогда он вспомнил слова своего учителя „Никогда не забывай о семейных правах“

Эйон успокоился и, глядя в глаза МакКленси, ответил:

-А что думает по этому поводу жена соседа, ведь для компенсации ущерба необходимо письменное заявление всех собственников, а как мы знаем, по имущественным вопросам в Ирландии женщина имеет равные права с мужчиной.

-Отличный ответ, - сказал тогда МакКленси и, так как это был последний вопрос, он торжественно вручил новому арбитру традиционный брехонский знак.

Знак был похож на кельтскую торкву 1, которую Эйон должен был носить на шее.

Продолжая смотреть на молодого арбитра благосклонным взглядом, МакКленси сказал:

-Когда я был на вашем месте, мне рассказали две легенды о „божественном контроле“ над нашей работой. Вы слышали об этом ?

-Нет, - удивленно ответил Эйон, деликатно пропуская, что МакКленси „сдавал экзамен“ лет сорок назад, то есть, другому поколению арбитров.

-Первая легенда связана с торквой и, вероятно, пришла к нам от друидов, которые считали, что если арбитры произносили заведомую ложь, этот знак сжимался на шее и буквально душил своего собственника. Мне кажется, что это звучит скорее, как миф. Но вторая история случалась довольно часто. Когда брехонцы опять же использовали неверные сведения, на их щеках появлялись лиловые пятна, совсем не похожие на обычные прыщи. И при отказе от „подстроенных доводов“ пятна постепенно исчезали.

Коллега, - сказал тогда на прощанье МакКленси, - я хочу Вам дать профессиональный совет. Никогда не забывайте о „божественном контроле“.

-Да, конечно, - ответил Эйон.

+++

Прошло много лет. Эйон стал известным арбитром и помог многим людям. Но когда он уже был в преклонном возрасте, случились события, которые начали подкапывать систему арбитров.

Рьяным организатором этих событий стало христианское духовенство, которое не переставало осуждать самый главный принцип брехонских законов – равенство полов.

-Если это было так необходимо, - говорили епископы, - Римская империя давно бы приняла равенство полов. Женщина – греховное создание. Она не заслуживает права наследства, потому что без ее верного супруга, она - никто.

Эйон не дожил до стремительной „канонизации“, то есть подмены гражданских законов церковными, но он был счастлив тем, что никогда не его щеках не „полыхали“ лиловые пятна.

Примечание

Торква, вид ожерелье у кельтских народов, надеваемое во время религиозных праздников, стратегически важных битв или во время особенных торжеств.       

История Вторая

Вартеван был в Ростове в первый раз. Он приехал поступать в местный университет на филологический факультет. Вартеван мечтал быть журналистом уже несколько лет, и вот, наконец, его самые смелые надежды были так близки к осуществлению.

Отец отвез его в комиссию по регистрации студентов, которая помещалась в солидном здании на главной улице города.

Родители, в принципе, были не против решения сына. Их немножко тревожило то, что журналистика была связана с политикой правящей власти.  А это уже могло создать проблему.