Мои Ступеньки К Счастью. История матери, рассказанная дочке

Глава 8. ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В ШКОЛЕ

Все родители, наверное, говорят своим шестилеткам, что они уже «совсем большие» и «скоро пойдут в школу». И как там здорово. И что теперь у них начнется совсем другая жизнь. Потом торжественно покупают первый портфель, форму, а девочкам - и красивый бант.

И многие дети дома играют в школу, а младшие братья и сестры видят, каким важным и серьезным становится будущий первоклассник, каким эпицентром внимания для своих родителей он стал.

И Лика тоже очень, очень хочет учиться в школе…

1 сентября. Первое коричневое школьное платье, и белый фартук, и портфель. Первый урок и первая тетрадка в крупную линейку, открытая на первой странице. Как она гордилась тем, что наконец-то стала такой взрослой, что сидит в настоящем классе за своей партой и слушает учительницу!

Такой торжественный момент… В задумчивости Лика посмотрела на дверь класса и остолбенела: там, за стеклом, собрались родители, и они галдели, открыто тыкали пальцами в своих детей и смеялись.

Девочка почувствовала себя обезьянкой в зоопарке. И от этого унижения вся торжественность момента в её душе вмиг разлетелась на кусочки. Ей страстно захотелось вскочить со стула, и даже залезть на парту, и закричать во весь голос:

- Взрослые, мы ведь не куклы и не звери – как вам не стыдно вести себя так, словно раз мы маленькие, так мы и не чувствуем ничего!!! Не мешайте нам, отойдите и подождите до конца урока - проявите уважение к новой жизни ваших детей!

Но, конечно, ничего такого Лика не сделала. И невысказанное страдание комом застряло в горле, и только слезы, утешая хозяйку, тихо скатывались по её щекам и капали на парту…

- Запомни то, что ты сейчас чувствуешь. – тихо шепнул ей любящий Голос.

- Да, я запомню….

Кипя обидой на «всех этих взрослых», Лика пришла домой и, не раздеваясь, с ожесточением принялась делать уроки. А дома – самый обычный день: Максим еще в садике, папа ушел по делам. Мама заглянула в комнату дочки, сияя от счастья и любопытства….

Как же Лика испугалась тогда, что и её любимая мамочка поступит также, как те родители в школе, и тоже начнет умиляться и кудахтать над «своей малюткой»! Нет, такого предательства она никак не могла допустить, она должна была упредить эту боль. И сделала первое, что пришло ей в голову – жестко сказала, глядя в тетрадь:

-Пока из комнаты не выйдешь, уроки делать не буду.

Вообще-то, не очень правильно, обижаясь одних людей, срываться на других – ведь Ликина мама ничего такого делать не собиралась (и в глубине души девочка это знала!). Но уж очень она боялась, что кто-то разрушит её новое взрослое ощущение себя. Что дома её превратят в живую куклу, с которой теперь можно поиграть в новую игру под названием «делаем уроки». И заранее ощетинилась колючками, как ёжик. На всякий случай.

Это воспоминание из моего «рюкзачка» никогда не давало мне забыть, что ребенок – не кукла, а Человек. Что даже у маленьких детей жизнь самая настоящая – такая же, как у взрослых. Настоящие трудности и радости. Настоящие, глубокие чувства. Маленькие дети – это не игрушки. Они нуждаются в уважении. В равном праве считать свою жизнь и свои переживания ценными и важными. Не менее ценными, чем у их родителей.

Но вот странное дело! Хоть я и отлично помнила всё это, даже когда выросла и вышла замуж - но, к моему большому удивлению, как только у нас родились дети, я то и дело стала ловить себя на позыве умилиться.

Потому что… Это действительно Великое Чудо – родить такого крошечного малыша и видеть, как он взрослеет и превращается в настоящего взрослого человека прямо на твоих глазах. И бывает, что порой ты не можешь поверить тому, что видишь: что твой карапуз уже сидит за партой, что твоя дочка уже гуляет с высоким красивым парнем, а у твоего сына над губой пробиваются усики. Это настоящие чудеса, и они удивляют.

Удивление порождает умиление – это естественная реакция, теперь-то я это знаю!

Но я также помню и то, что умиление обижает. Что это, по сути, сорное чувство – оно бывает у всех, но демонстрировать его не стоит.

Быть своему ребенку близким другом – значит уважать его, видеть в нем Личность, видеть Друга, равного себе - с самого детства.

И поэтому пусть умиление останется моей тайной. Пусть мы посекретничаем с папой, дадим выход этому чувству тет-а-тет. И пусть оно схлынет, как набежавшая на берег волна, уступив место ровной и величественной глади родительской гордости.