Интенция. Посланница Селектиона

Глава 3. У Хелен

Машина подъехала к небольшому старому домику, одиноко стоящему на холме. Дверь им открыла доброжелательная женщина средних лет с завязанными в пучок темными волосами и приятными ровными чертами лица. При виде гостей ее глаза засияли. Реану показалось, что она им рада. А может, дневной свет так играл на ее зрачках. Переступив порог, гости принялись осматриваться в доме. Внимание Реана привлекли репродукции картин художников девятнадцатого и двадцатого века, развешанные на стенах. В углу комнаты красовался рояль из благородного темного дерева.

Алан сопоставил размер музыкального инструмента и всего помещения и сделал выводы о том, что хозяйка совершенно нерационально использует доступную площадь. Снаружи дом выглядел потрепанным, и Алану показалось, будто его хозяйка потратила все средства не на решение насущных проблем, а на то, чтобы обзавестись этими красивыми, старинными, пусть и не слишком полезными вещами.

Вдоль стены выстроились шкафы с длинными рядами книжных полок, на вид тоже довольно старые. Судя по названиям — в основном труды по философии. Реан постеснялся спросить, где Хелен смогла их раздобыть.

Алану же все это казалось странным, так как занятия искусством и философией в его кругу считались бесполезной тратой времени, не ведущей ни к процветанию общества, ни к всеобщему материальному благу. «Не зря ее считают странной», — подумал он.

На Джулию обстановка в доме навевала скуку. Ей хотелось поскорее выяснить, будет ли от этой женщины какая-то польза.

Хелен, которая всё это время с интересом рассматривала гостей, опередила ее и первой задала вопрос.

— Что привело вас ко мне?

— Я оказалась в списке, вы понимаете, о чем речь? — напрямую ответила Джулия.

— Почему вы думаете, что я смогу вам помочь? — иронично ответила Хелен.

Джулии не понравился этот тон — она всем своим нутром чувствовала, что эта женщина что-то знает.

— Но мне ведь в детстве вы помогли спастись, помните? Я сын Лауры, она обращалась к вам когда-то, — вмешался Реан.

Хелен задумалась, словно вспоминая.

— Это было другое.

Некоторое время она осматривала ребят, а потом произнесла:

— Я помогу вам понять причину.

После этих слов Хелен принесла из соседней комнаты какую-то плиту светло-серого цвета:

— Знаете ли вы, что это?

Когда Реан увидел этот квадрат из монолитного материала с вмонтированным в верхней части небольшим экраном, у него загорелись глаза.

— Ничего себе! Это же «частотная плита». Не думал, что они где-то сохранились!

— А наши профессора говорят, что это лженаука, — скептически посмотрел на устройство Алан.

Джулия была того же мнения и не могла дождаться, когда Хелен уберет этот бесполезный кусок камня и предложит что-то более убедительное.

Реан принялся воодушевленно объяснять друзьям, словно пересказывая параграф из учебника:

— Эти плиты изобрела группа ученых во главе с профессором Кирияном. Они выполнены из высокочувствительного материала, формула которого до сих пор держится в секрете. Он реагирует на биополя людей, а специальные датчики собирают данные и выводят показатели на экран.

Алан всегда болезненно реагировал на какие-то непонятные изобретения или сверхъестественные вещи, поэтому тут же возразил:

— А вот меня учили, что Кириян руководил кучкой сумасшедших ученых, которые хотели разделить людей на классы, ограничив в правах большую часть населения земли.

И тут заговорила Хелен, и голос ее звучал максимально серьезно, так что остальным пришлось замолчать:

— Так вот, теперь забудьте то, чему вас учили, и слушайте меня внимательно.

Хелен поведала им историю о том, как ученые открыли частотные биополя. Она рассказывала, что все в природе имеет свою частоту колебаний. Высокие и низкие частоты по-разному влияют на всё живое; низкие — разрушительны и губительны.

После того, как эти исследования были опубликованы, появились организации, объединения и даже секты, призывающие людей коренным образом менять образ жизни, повышать частоту своего биополя, что в итоге должно было привести к созданию совершенно нового мира. Тогда и была разработана частотная плита. Приложив к ней руку, любой желающий мог оценить состояние своего биополя.

Первыми для эксперимента вызвались видные политические деятели, которые рассчитывали за счет этого повысить свою популярность. Все действо планировали показать по телевидению, но в последний момент передачу отменили. Однако, через несколько дней в сеть просочились видео каких-то очевидцев, которые смогли незаметно заснять процесс измерения частоты биополя политиков. У всех до одного показатель оказался низким, что вызвало волну насмешек и недовольных комментариев.

Чтобы избежать общественных волнений, сильные мира сего потребовали объявить эти теории недоказуемыми и запретить изготовление частотных плит. Ученых, которые были не прочь выслужиться перед государством, нашлось немало, и они принялись усердно опровергать эту теорию. А сами же плиты были изъяты и уничтожены.

Сторонники идеи создания нового мира поняли, что человечество свернуло на путь, ведущий его к гибели. Люди, которым была присуща высокая частота, стали отыскивать друг друга и объединяться. Нашлись спонсоры, которые помогли высокочастотным скупить землю вокруг исследовательского института, где раньше работала группа Кирияна, и поселиться там. Лет десять было тихо, хотя ходили слухи про какие-то тайные исследования. Но однажды, неожиданно для всех, город оброс голубым куполом, за которым не было видно ничего. Люди надеялись, что со временем те, кто остались за барьером, выйдут с ними на связь, однако проходили годы и десятилетия, а оттуда не было никаких известий.