Перворождённый

Глава 31

Катрина поймала себя на том, что трижды поменяла прическу, прежде чем осталась удовлетворена своим внешним видом, чтобы покинуть комнату.

А ведь утром она уже выходила на завтрак с его величеством. Помнится, собрала волосы в пучок и поспешила к королю, чтобы не опоздать. Так какого черта, она собирается в подземелье, как на свидание?

Эта мысль показалась настолько чудовищной, что Катрина покачнулась. Потом, не глядя, нашарила ногой стул и опустилась перед зеркалом, смотря на себя, свои пылающие щеки, и не узнавая.

Когда Нэйтан перестал быть для нее просто работой? Когда она начала наслаждаться его обществом?

Нет-нет-нет.

Чем там наслаждаться? Он ведь только и делает, что смеется над ней.

А еще с ним Катрина могла быть сама собой. Не стесняться, не думать о правилах и приличиях, говорить то, что думает.

Тем не менее, самым глупым, что она могла совершить в своей жизни, это начать смотреть на Нэйта как на мужчину, а не как на задание.

Катрина похлопала себя по щекам. Еще раз посмотрела в зеркало. Да, эта прическа ей шла. Поэтому она нетерпеливо распустила ее и завязала тугой узел на затылке. Именно за такую прическу мама всегда отчитывала ее, говоря, что ею дочь добавляет себе десять лет возраста и подчеркивает морщины на лбу от вечно серьезного вида.

Отлично. Пусть так.

Только удовлетворившись своими волосами и платьем с наглухо застегнутым воротом, Катрина направилась в подземелье.

Пусть Эрика выпрыгивает из бюста, чтобы привлечь понравившегося ей мужчину. Задача Катрины — выполнить дело и уехать подальше от этого самого мужчины.

Глупо было бы даже на что-то надеяться.

***

Нэйтан мгновенно прочел по лицу ее настроение.

— Кто-то умер? — пошутил он.

«Моя гордость», — подумала Катрина и соврала:

— Плохо себя чувствую.

Нэйт стал серьезным.

— Может, тогда пропустим сегодняшний день? Отлежись.

Катрина хмыкнула.

— До бала неделя, — напомнила она.

— Уложимся. — Нэйтан был само спокойствие.

— Нет, правда, — Катрина покачала головой и прошла к своему матрасу, — все хорошо. Я справлюсь.

Узник пожал плечами, не настаивая.

— Как знаешь.

— Все хорошо, — заверила она и протянула ему руки между прутьев решетки.

Нэйтан же вместо того, чтобы просто сжать ее пальцы и впустить в свои воспоминания, перевернул ладонь Катрины тыльной стороной вверх и поднес к губам. У нее сердце екнуло.

— У вас сегодня такой строгий вид, леди Морено. — Он едва коснулся кожи, будто они встретились на королевском приеме, где принято целовать даме ручку. — Если бы я рос в богатом доме, и у меня бы была учительница, она бы выглядела непременно так. — И засмеялся.

Катрина нетерпеливо выдернула руку и со всей силы ударила его по плечу.

— Совсем обнаглел? — возмутилась.

Но Нэйтан остался доволен собой.

— Ну вот, — сообщил весело, — вижу человеческие эмоции. А то как манекен с печальными глазами.

— У манекенов нет глаз, — напомнила она сквозь зубы.

— И очень зря. Однажды кто-то наверняка сделает им человеческие лица.

— Зачем? — не поняла Катрина.

Манекены созданы для того, чтобы демонстрировать наряды покупателям. Кому нужны их лица?

— Потому что так интереснее, — отозвался Нэйт и уже серьезно сам протянул ей руки. — Манекены обсудишь с госпожой Флорессой. Начинаем?

Катрина кивнула и подала ладони.

Атмосфера за завтраком была напряженной. Все хранили молчание, лишь изредка постукивали столовые приборы.

Гародейские послы с трудом дождались утра и, пылая праведным гневом, покинули особняк Финистеров, едва забрезжил рассвет.

Лорд Патриэль ел, беспрестанно бросая гневные взгляды на притихшую дочь. Леди Дариэлла то и дело вздыхала и умоляюще смотрела на супруга, отчего Финистер старший фыркал и отворачивался.

Эрик, как показалось Нэйту, не испытывал особых эмоций по поводу позора своей сестры. Вечером он защитил ее от ярости отца, как того требовал братский долг, сегодня же, убедившись, что родитель достаточно остыл, и членовредительства не последует, Эрик выбрал тактику невмешательства.

Жореса Кнота ситуация будто бы забавляла. Нет, тот помалкивал, как и другие, но его глаза, то и дело лучились смехом, хотя он и старался пореже поднимать их от стола. В связи с чем Нэйт сделал вывод, что дядя не слишком-то жаловал свою племянницу.

Нэйтан поймал на себе угрюмый взгляд хозяина дома и прекратил разглядывать собравшихся за столом. На самом деле, он ожидал, что после вчерашнего скандала его выставят из дома прямо ночью, но лорд Патриэль, как оказалось, знал свою дочь достаточно хорошо, чтобы поверить гостю на слово, а Эрике влепить пощечину.