Укрощая любовь

Глава 15. Семья

- Аннабель, ты думаешь, что находишься в интересном положении? – поинтересовался Генри.
Аннабель лежала в объятьях мужа и радовалась погашенным лампам. Она знала, что смущение было написано на её лице, а щёки покраснели. Девушка глубоко вдохнула.
- Я смущаюсь, говоря о таких вещах, но полагаю, ты как мой муж вправе быть в курсе. Обычно моя менструация приходит во время растущей луны, но сейчас полная луна уже миновала, а признаков менструации нет.
- Так это значит?..
- Это может означать, что у нас скоро будет ребёнок, Генри. Это радует тебя? – спросила она с тревогой.
- Это радует меня, Аннабель, но и пугает тоже.
- Пугает?
- Вынашивать ребёнка – опасное занятие. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Аннабель хихикнула.
- Я здорова, Генри. У моей матери не было проблем с вынашиванием детей, а моё телосложение очень схоже с её. Но не будем торопиться. Кроме того, что мои месячные не пришли, я не заметила никаких симптомов, которые могли бы означать, что я ожидаю ребёнка. Согласно этой книге, у меня может быть задержка по другим причинам; скорее всего, это из-за того, что за последний месяц моя жизнь претерпела большие изменения. Иногда это может вызвать истерику внутри организма и прервать естественный цикл.
- Ох. – Генри облегчённо выдохнул. – Как мы узнаем наверняка?
Аннабель улыбнулась.
- Когда придут мои месячные или родится ребёнок. Мы должны подождать… и увидим.
Они молчали, пока Генри не решился заговорить вновь:
- Аннабель, есть кое-что, о чём я должен с тобой поговорить.
Она отклонилась так, чтобы видеть его лицо.
- Да, Генри?
- Если ты всё-таки не в положении, это сильно тебя разочарует?
Девушка вздохнула.
- Всё это ново для меня. Я полагаю, часть меня разочаруется, но всегда будет следующий месяц нашей любви, чтобы завести ребёнка, если это то, чего мы хотим.
Генри усмехнулся.
- Это действительно хороший способ скоротать время. Но я думал о практике небольшого воздержания на некоторое время, которое мы могли бы посвятить только нам двоим, прежде чем заводить семью. Это бы расстроило тебя, Аннабель?
- Практика воздержания?
- Я наслаждаюсь тем, что происходит между нами. И я бы хотел ненадолго отложить рождение ребёнка, если это возможно.
- Ты думаешь, что твои чувства ко мне изменятся после того, как мы заведём малыша? – Аннабель начала чувствовать себя неуютно.
- Нет, нет. Я не это имел в виду. Я верю, что с каждым днём, который мы проведем вместе, я буду любить тебя только больше. Я бы хотел смаковать каждый день. Появление ребёнка так скоро будет словно пресыщением, как если бы я съел вкусное лакомство за один укус. Я бы всё ещё наслаждался вкусом, но предпочёл бы растянуть его ещё ненадолго. Ты понимаешь мои чувства? – Он осторожно провёл рукой от её груди до бёдер, пока говорил с Аннабельой.
- Я понимаю, но как практика воздержания предотвратит появление ребёнка?
- Есть период, когда ты можешь зачать, любовь моя, и период, когда не можешь. Когда можешь, нам следует избегать интимных отношений, а когда нет – продолжать их.
- Я уже слышала об этом раньше.
- Слышала? – Генри был поражен.
- Ты был бы удивлён, узнав, как много пожилых женщин чувствуют своей обязанностью поделиться семейной мудростью с молодыми невестами.
- Я знаю, что смотрительница в отеле говорила с тобой. Кто ещё?
- Ещё одна, но эта леди оказалась доброй. Это была горничная, которая убиралась в нашей комнате в отеле. Она немного успокоила меня утром после свадебной ночи и рассказала о том, когда я могу зачать ребёнка, а когда не могу.
- Ты была расстроена тем утром? – Генри был обеспокоен тем, что оставил её тогда, когда любимая могла нуждаться в нём.
- Не из-за чего-либо, что сделал ты – ну, да, я полагаю, это было из-за кое-чего, что ты сделал, но я была столь невежественна, Генри. Я не могу поверить, как глупо оставлять женщин в неведении относительно супружеских обязанностей, когда они больше похожи на супружеские радости. Не каждой женщине достаётся такой внимательный муж как ты.
- Что я сделал? – потребовал Генри ответа.
Аннабель поцеловала его в щёку.
- Ничего из того, что тебе не следовало. Я просто была смущена, когда, расправляя нашу постель, обнаружила кровавое пятно на простынях. Горничная объяснила мне его появление, а затем рассказала, как завести ребёнка, если я хочу этого.
- Ох. Я не обратил внимания на это.
- И хорошо. Я не хотела, чтобы ты обратил.
- И как, она сказала, можно предотвратить зачатие?
- Воздерживаться от интимной близости в течение двух недель до моих месячных.
Генри кивнул.
- Это не глупый способ защиты, но есть и другие.
- Ох?
- «Французские Письма», изъятие и, конечно, отказ от близости вообще.
- «Французские Письма»?
- Это не то, о чём следует упоминать в светской беседе, Аннабель. Французские Письма – это оболочка, которая покрывает… ну, они служит барьером между… они удерживают… - промямлил Генри и замолчал, беспомощно посмотрев на Аннабельу. – Я не знаю, как деликатно объяснить тебе, что это такое.
- Ты можешь не быть деликатным, если это тебе поможет. Я не возражаю.
Он прочистил горло.
- Эта оболочка сделана из животных кишок и закрыта на одном конце.
- Как оболочка для колбасы?
Генри усмехнулся.
- Да. А это колбаса… - Он взял Аннабельу за руку и положил её на свое мужское достоинство.
Девушка фыркнула.
- Так ты носишь это, пока мы близки, и оно ловит твоё семя?
- Точно. Но «Французские Письма» сложно достать. У меня их нет, и я не имею представления, где их взять. Полагаю, я могу поспрашивать.
- Это звучит довольно смущающе, Генри.
Мужчина вздохнул.
- Думаю, да. Я мог бы спросить в Денвере, это не так близко к дому.
- Что такое «изъятие»? – поинтересовалась Аннабель.
- Именно то, как это прозвучало. Перед тем, как распылить своё семя, я выйду из тебя и распылю его… на нечто другое.
- Это совсем не похоже на получение удовольствия.
- Это всё ещё может доставлять удовольствие, Аннабель. – Генри прижал жену ближе. Рука девушки всё ещё лежала на нём, и она начала дразнить мужчину мягкими ласками.
- Следует ли нам начать практиковать этот новый метод сегодня? – спросила Аннабель.
- Я не уверен, что нам следует, пока мы не узнаем, есть ребёнок или нет. – Он положил свою руку на низ её живота.
- Ты имеешь в виду, что мы не должны быть близки, если я ожидаю ребёнка? – ужаснулась Аннабель.
- Я не уверен. Не думаю, что мне стоит, не так ли? Не навредит ли это ребёнку?
- Я так не думаю. Надеюсь, нет.
- Тогда, возможно, мы не должны делать этого.
Его слова расходились с реакцией тела. Аннабель продолжила свои действия.
- Ох, Генри, сомневаюсь, что мы можем навредить ребёнку.
- Мы можем попробовать кое-что, благодаря чему на тебя не будет такого давления.
- И как это? – бросила Аннабель.
Голос Генриа понизился практически до рычания.
- Перекатись на бок спиной ко мне. – Аннабель сделала, как он просил, после чего молодой человек прижал любимую к себе и задрал её ночную рубашку до талии. Его пальцы скользили, лаская, пощипывая, поглаживая и любя её. Чувства, которые он будил в ней, разжигали безболезненный огонь в каждом нерве, что имелся у Аннабельы, и она выгнула спину так, что её голова расположилась на его плече. Сама же девушка повернула свои губы к мужу.
Они целовались, пока она прижималась к нему, а его пальцы продолжали дразнить её грудь, живот и другие места. Его собственная готовность была очевидна, когда Генри прижимался к её спине, и Аннабель знала, что он хочет её.
Внезапно мужчина подтянул её низ выше, положил девичью ногу поверх своей и вошёл в неё сзади – и это ощущалось изумительно. Они одновременно простонали, и их занятие любовью началось.
Генри прижал свою руку к клитору Аннабель, пока они двигались, и она почувствовала давление, растущее внутри неё, которого никогда не ощущала раньше. Губы любимого находились на её шее, и все эти чувства вместе: его губы, руки, пальцы, весь он – скапливались и росли в её лоне; её сердце колотилось в бешеном ритме, и она поднималась выше, выше, выше, пока не упала. Долгий низкий стон сорвался с её губ, и внезапно Аннабель сорвалась в пропасть.
Когда она кончила, Генри знал, что если он собирается использовать изъятие как меру предосторожности, то ему следует сделать это сейчас… и с немалыми усилиями он сделал это. Сопровождаемое тихим вскриком, тепло разлилось по спине Аннабель, и они оба упали, задыхаясь.
Через несколько мгновений Генри скатился с кровати и подошёл к умывальнику, чтобы взять влажную ткань. Он вернулся в постель, чтобы вытереть спину Аннабельы.
- Доставило ли это тебе удовольствие, Генри?
- Я бы сказал, это было немного грязно, - его голос звучал уныло.
Аннабель повернулась, когда он закончил, и растворилась в объятьях мужа.
- Я такая сонная сейчас.
Но Генри одолевало любопытство:
- Аннабель, было ли это по-другому для тебя?
Она не отвечала некоторое время, но потом нерешительно произнесла:
- Было. Я почувствовала, как моя душа разрывается самым сладким способом.
- Я доволен. Такие ощущения должны присутствовать каждый раз.
- Это всегда восхитительно, Генри. Я люблю это каждый раз. – Она зевнула. – Но погружение в сон в твоих объятьях почти так же хорошо для меня. – Аннабель расположила свою голову под его подбородком.
- Ты понимаешь, почему я хочу смаковать это блюдо, верно?
- О да, Генри. Несомненно. – Они поцеловались перед сном, и им не нужно было грезить.
Пара обнаружила, что их реальность оказалась лучше, чем любая мечта.

Следующим утром на ранчо велась активная деятельность. Аннабель встала пораньше, чтобы убедиться, что всё на своих местах и готово к приезду Мэтьюа и Лилли, которые должны были приехать позже этим днём.
Гостевая комната уже ждала своих хозяев, бычок был заколот Коржиком и несколькими работниками. Аннабель обрадовалась, что пришлось оставить эту непростую работу мужчинам. Тем временем она занялась своим огородом, в котором всё шло хорошо. Скоро они насладятся плодами её трудов.
Плут всегда составлял ей компанию, пока она работала в саду. Он возился в грязи, обнюхивал растения и пытался прогнать странную птицу, гавкая и лая, тем самым выражая своё возбуждение. Тайлер построил собачью будку для него, так что, как только его можно будет разделить с его матерью, он станет настоящей садовой сторожевой собакой. Аннабель хотела, чтобы будка находилась за оградой со стороны сада, но Генри настоял на том, чтобы она была снаружи. Он бы предпочёл видеть Плута в качестве сторожа Аннабель, а не сада, и поощрял привязанность щенка к ней.
Когда она закончила с садом, Аннабель повела Плута в сарай к его матери, братьям и сёстрам. Она провела несколько счастливых моментов, разговаривая с новым жеребёнком и его матерью. Девушка прислонилась к двери стойла и почувствовала, как две сильные руки обняли её сзади, а тёплые губы коснулись шеи.
- Генри? – ахнула Аннабель.
- Ты ждала кого-то другого?
- На самом деле, я вообще никого не ждала. – Генри всегда осторожничал, когда дело доходило до публичного проявления чувств. Перед посторонними самым большим, что он себе позволял, было поднятие шляпы, когда он видел жену, и предложение руки. Хотя его взгляд в это время казался страстным, и это было заметно каждому, у кого хватало ума заметить это.
Аннабель развернулась, чтобы посмотреть на любимого.
- Вы очень смелый, мистер Аллен.
- Я не смог устоять перед соблазном, миссис Аллен. Кроме того, здесь нет никого, только мы. – Его глаза скользнули к лестнице, ведущей наверх, где лежал стог сена.
- Даже не думай об этом, Генри. Твои брат и сестра уже едут сюда, пока мы разговариваем, и мне нужно вернуться в дом и подготовить всё для них. Я планирую принять ванну и одеться, как подобает жене мистера Аллена. Я не хочу быть поймана с сеном на моей спине и в волосах.
Генри усмехнулся.
- Но это очень привлекательная картина, миссис Аллен. Я думаю, вы положите начало новой тенденции.
- Новой тенденции для распутниц среди нас, я полагаю. Не думаю, что твои родственники это одобрят.
- Они кажутся готовыми принять всё, что увидят здесь. Нам следует приучить их к изысканности тюка сена поздним утром.
- Поздним утром? Сколько времени?
- Скоро обед.
- О, Боже. Мне нужно в дом. Я хотела одеться до полудня.
Генри взял жену за руку, после чего пара вышла из сарая и начала подниматься на холм к дому.
- Генри, ты думаешь, я понравлюсь им?
- Я не могу найти причину, по которой не понравишься. Ты идеальна.
- Это слова любящего мужа. Я не идеальна. Надеюсь, они не разочаруются.
- Ты просто должна быть собой, Аннабель. Всё будет хорошо.

Они разделились, и девушка провела следующий час, моясь и одеваясь. Она достала своё лучшее платье, то, в котором выходила замуж. Аннабель не носила турнюр с тех пор, как приехала на ранчо «Медвежья долина», но подумала, что следует немного принарядиться. Она не хотела, чтобы у её новых родственников появилось отвращение к ней.

Наконец, жена Генриа закончила приводить себя в порядок и стала прибираться в спальне, попросив Лорен помочь ей с ванной. Та тоже нарядилась, готовясь встречать гостей. Она сделала завиток волос на лбу, но он сбился и теперь выглядел как знак вопроса, а не завиток. Аннабель гадала, что ей стоит делать. Она не хотела стыдить Лорен, но та выглядела довольно нелепо.

- Лорен, ты бы не хотела, чтобы я сделала тебе причёску на сегодня? Я вижу, ты закрутила волосы.
- Да, пожалуйста, - это было всё, что ответила Лорен, а затем последовала за Аннабель обратно в её комнату, где хозяйка усадила девушку за туалетный столик. Она вытащила шпильки из её волос и расчесала их. Мальчик стоял рядом с коленями своей матери, наблюдая за тем, что делала Аннабель.

- Класиво, мама.
Посмотрев в зеркало, Аннабель увидела отражение Лорен и в первый раз осознала, что та была довольно красивой со своими светлыми волосами и зелёными глазами. Аннабель улыбнулась и начала укладывать волосы Лорен в замысловатую, но устойчивую причёску.
- Я любила заниматься волосами своих друзей в Вирджинии. Вот мы и закончили. Что ты думаешь?
Лорен посмотрела на своё отражение и улыбнулась.
- Спасибо, мэм. Выглядит хорошо.
- Не за что, Лорен.

Они покинули дом, а Мальчик по своему обыкновению шёл позади своей матери. Лорен пошла искать Тайлера, возможно, чтобы показать ему свою новую причёску. Аннабель улыбнулась и поспешила на кухню, чтобы посмотреть, нужна ли Коржику помощь.
Там всё было под контролем, и Аннабель бы только мешала, если бы осталась. Она подумала о том, чтобы вернуться в большой дом, и решила, что, раз уже она одета, то не может выполнять физическую работу из-за страха замараться, поэтому направилась в кабинет, чтобы выбрать книгу и почитать, пока гости не приедут.
Аннабель решила начать книгу Джейн Остин, которую ещё не читала – «Доводы Рассудка», – и побрела на крыльцо, устроившись на качелях. Скоро девушка погрузилась в мир английского регентства, наслаждаясь каждым словом. Бедная Энн Эллиот, она не смогла быть с человеком, которого по-настоящему любила, лишь из-за социальных устоев.
Наконец, звук колёс и лошадей привлёк внимание хозяйки ранчо, и она подняла голову, увидев большую повозку и команду из четырёх лошадей, которые тянули её на холм. За повозкой следовала повозка поменьше, под завязку забитая багажом, а рядом ехали двое из самых элегантных людей, которых видела Аннабель, даже учитывая, что они были в костюмах для верховой езды.
Она медленно закрыла книгу, положила её на качели и поднялась, чтобы встретить гостей. Где Генри? Бабочки в животе Аннабель угрожали захлестнуть её.
Несколько мужчин вышли встретить повозку и направить ее в сторону амбара, но тележка с багажом и два всадника остались позади. Аннабель поспешила встретить их со стеснительной улыбкой на лице и отчаянной мольбой в сердце о том, чтобы Генри немедленно появился.
- Добро пожаловать на ранчо «Медвежья долина». Я Аннабель Аллен.
- О, спасибо, - произнес высокий блондин, когда спешился. – Я Мэтью Аллен, а это моя жена Мэри Лилли. – Он подошёл к её лошади и помог Лилли слезть.
Как только ноги девушки коснулись земли, она подбежала к Аннабель и обвила свои руки вокруг её шеи.
- Я так рада познакомиться с вами. Я знаю, мы станем прекрасными подругами.
Аннабель удивил энтузиазм Лилли, но она улыбнулась и ответила:
- Думаю, это будет превосходно.
Затем она кивнула им обоим.
- Мы очень рады, что вы приехали. Позвольте Тайлеру позаботиться о вашем багаже. Я покажу вам вашу комнату и дам возможность немного освежиться. Затем вы сможете спуститься, чтобы немного перекусить. Я уверена, вам жарко и вас мучает жажда. – Они улыбнулись, благодаря жену Генриа, и она повела гостей наверх.
- Ваш дом такой необычный! – воскликнула Лилли.
- Спасибо. Мы находим его очень удобным. Вот ваша комната. Пожалуйста, дайте мне знать, если что-нибудь понадобится. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы обеспечить вас этим. – Мэтью и его жена благодарно ей улыбнулись, и Аннабель оставила их, чтобы подготовить закуски для новоприбывших.
Она приготовила немного холодных закусок для гостей, из которых те могли бы выбрать то, что им понравится, и поставила их в сервант у камина. Аннабель была рада, что у Генри имелся чайный сервиз, так что всё сочеталось. Она проверяла наличие чая и думала о том, где находится ее муж. Девушка ожидала, что он будет здесь, когда приедет его брат. Должно быть, что-то задержало его на ранчо. Вскоре Аннабель услышала шаги Генри на крыльце и то, как он переобувается, прежде чем войти в дом.
- Аннабель? – он окликнул жену, когда зашёл и увидел её, стоящую около камина в основной комнате. – Они здесь?
- Да, Генри, они только что приехали и устраиваются, поэтому надеюсь, скоро спустятся, чтобы подкрепиться. Они кажутся очень добрыми.
- Хорошо. Я собираюсь привести себя в порядок. Я скоро вернусь. – Он сделал паузу, оглядев её. – Ты выглядишь прекрасно, Аннабель.
Она покраснела.
- Спасибо тебе, муж. Я надевала это платье в день нашей свадьбы.
- Я узнал его. – Он ласково посмотрел на Аннабель и подошёл, чтобы встать напротив неё. – Это был хороший день.
- Действительно был, - она улыбнулась ему.
Генри наклонился к любимой и оставил мягкий поцелуй на её жаждущих губах, улыбнувшись.
- Вы очень отвлекаете, миссис Аллен.
Она улыбнулась ему в ответ.
- Иди и приведи себя в порядок, Генри. Я знаю, ты хочешь увидеть своего брата.
Он улыбнулся.
- Ты права. Ты и я продолжим с того, на чём остановились, позже.
Он исчез в их спальне, и она хихикнула.
Через несколько мгновений Мэтью спустился по лестнице, неся несколько свёртков, и Аннабель кивнула ему, подзывая.
- Не хотите ли чаю, мистер Аллен?
- О, пожалуйста, называйте меня Мэтью. Здесь слишком много мистеров Алленов.
- Тогда, пожалуйста, зовите меня Аннабель, у нас та же проблема с «миссис Аллен». Какой чай вы хотите?
- С молоком и сахаром, если у вас есть.
- Конечно, - ответила Аннабель, наливая чай и протягивая молодому человеку чашку.
- Мои родители передают лучшие пожелания, Аннабель. Я привёз вам подарок от мамы. – Он протянул ей свёрток.
Удивившись, Аннабель моргнула.
- Это очень заботливо с её стороны. Я ничего не ждала.
- Мама рада, что Генри женился на восточной девушке. Она была бы в ужасе, если бы он женился на дикой западной женщине.
- Вместо этого он женился на дикой восточной женщине. – Аннабель рассмеялась, когда Генри появился из их спальни с радостной улыбкой на лице.
- Мэтью, добро пожаловать на ранчо «Медвежья долина»! – Генри встряхнул руку брата. – Как прошло ваше путешествие?
- Мы хорошо провели время, даже просто двигаясь за повозкой. Здесь очень красиво, Генри.
- Так и есть. Это причина, по которой я обосновался здесь. Я приехал сюда однажды и влюбился в эти горы, долины, реки… - Проговорил Генри, когда Аннабель протянула ему его чай.
- Ты всегда был мечтателем и поэтом.
- А ты всегда был практичным.
- Но ты хорошо справился, Генри. У тебя есть это великолепное место и восхитительная жена. – Он поднял чашку, салютуя своему брату.
Генри благодарно улыбнулся и с нежностью посмотрел на Аннабель. Та почувствовала, как её щёки заливаются краской.
- Вы очень галантны, Мэтью. Не хотите ли сэндвичей или пирожных?
- О, спасибо, Аннабель. Верховая езда всегда делает меня голодным. – Он подошёл к серванту, чтобы наполнить свою тарелку.
Аннабель последовала за ним, наполняя тарелку для своего мужа, который сел в кресло.
- Мэтью, я рад, что ты здесь. Думаю, тебе понравится Колорадо, - заявил Генри, когда Аннабель протянула ему тарелку. Она села у камина рядом с ним, слушая их разговор.
- Я тоже так думаю, Генри, но это только временно. В душе я всегда буду чикагским мальчиком. Я не могу представить, что смог бы находиться вдали от дома десять лет как ты. Ты не думал приехать в гости?
- Думал, но здесь так много работы. Я не могу оставить ранчо на столь долгое время.
Затем они услышали лёгкие шаги на лестнице, и мужчины встали.
- О, вот и моя жена. Лилли, Аннабель заварила восхитительный чай.
Лилли двигалась так ловко, она практически протанцевала в сторону Аннабель. Та протянула ей чашку чая и получила в благодарность ослепительную улыбку. Девушка расположилась на диване.
- Ваш дом такой деревенский, мистер и миссис Аллен.
Генри улыбнулся.
- Спасибо, миссис Аллен. Но, пожалуйста, называйте меня Генриом, и я уверен, Аннабель не будет возражать, если вы станете называть её по имени. Если мы будем настаивать на соблюдении формальностей здесь, это может привести нас в замешательство.
- Какая хорошая идея, Генри. Мне нравится.
Аннабель улыбалась, но не была уверена, «деревенский» дом это хорошо или плохо, однако решила дать Лилли презумпцию невиновности.
- Теперь, Аннабель, вы должны рассказать мне, как убедили мистера Генри жениться.
Улыбка Аннабель была немного тусклой, но, обдумав вопрос, девушка решила, что единственный способ ответить – не относиться к этому серьезно.
- На самом деле, Лилли, я думаю, в нашем случае Генри был тем, кто убеждал.
- Расскажете? – проворковала Лилли.
- Конечно. Я полностью сразила его с другой стороны континента. Полагаю, мой стиль написания писем сделал это.
Генри рассмеялся.
- Твои письма были очень занимательными, Аннабель. Я практически помню каждое из них благодаря их остроумию.
- Ну, Генри, твои письма являлись интересными. Ты всегда писал о том, какого быть ковбоем: арканить и пасти скот, объезжать пастбища. Очень романтичные письма.
- Так вы познакомились через переписку? – спросила Лилли.
- Да, вообще-то так и было, - заявил Генри. – Но когда Аннабель, наконец, приехала сюда, для меня это была любовь с первого взгляда.
Лилли хихикнула.
- А вы, Аннабель, для вас это тоже была любовь с первого взгляда?
- Довольно близко к этому, я бы сказала. Я не могла понять, почему этот привлекательный мужчина так смотрит на меня, так что сначала чувствовала нервозность в большей мере, чем что-либо ещё. Но скоро его обаяние смогло успокоить мои нервы, и я смогла прислушаться к своему сердцу. – Она улыбнулась своему мужу и увидела искры в его глазах. Аннабель знала, о чём он думал.
- Мэтью, а ты влюбился в меня в тот же момент, когда впервые увидел? – задала вопрос Лилли.
- Лилли, мы знакомы с пелёнок. Я даже не помню момент, когда я впервые увидел тебя.
Лилли засмеялась.
- Да. Наши семьи проводили много времени вместе когда-то, разве не так? Но потом прекратили. Я не знаю почему. Это было девять или десять лет назад, да, Мэтью? Я помню, потому что была готова к своим первым официальным танцам, а мы их отменили. Но я не помню причину…