Что общего между ангелами и трамвайными билетами?

Что общего между ангелами и трамвайными билетами?

В том самом саду, который при таких не столь радостных обстоятельствах пришлось в спешке покидать Адаму и Еве, как-то по утру расцвело то самое дерево. Да-да, именно оно. После того, как сад остался без неудачливой парочки, дерево перестало давать плоды, ведь срывать их было некому. Добрые ангелы, и без того познавшие все на свете, в этих плодах не нуждались, хоть и приходили каждую весну полюбоваться цветением Древа Познания. Но после торжественной церемонии и многодневного празднования, лепестки разносились ветрами, а плоды так и не созревали. А к чему добавлять себе лишние хлопоты, если поблизости нет никого, чье любопытство стоило бы протестировать?

И вот внезапно Древо расцвело в неурочное время, не весной, как положено по регламенту, а в середине осени, когда любому добропорядочному дереву стоило бы подумать о подготовке к зиме. Но не яблоневыми цветами украсилась его крона, а трамвайными билетами со всего нижнего мира, заселяемого людьми. Некоторые из них были совершенно новыми, как будто только что распечатанными, а на некоторых уже красовались отметки контроллера.

Совершенно неожиданный поворот событий прервал привычное течение дел в том самом саду и привел ангелов в такое замешательство, что им, не имеющим большого опыта взаимодействия с такими чувствами, было крайне неуютно и неловко это признать. И тем не менее факт был на лицо, точнее, на лицах у всех собравшихся подле Древа по поводу развернувшихся событий.

Незапланированность и исключительность явления однозначно требовали от служебного персонала того самого сада неких действий, и к ним, как можно было уже догадаться, не относились задумчивые почесывания затылков и усердные упражнения бровями по сведению их на переносице. Но на данный момент ничего более оригинального в головы ангелов не приходило. И только самый молодой и неопытный из них, созданный уже гораздо позже тех самых трагичных событий, которые имели такие плачевные последствия для всего человеческого рода, робко с заиканием произнес:

- А может позовем Змея?

Десятки округленных в ужасе глаз тут же посмотрели в его сторону, десятки испуганных голосов тут же зашикали в ответ.

- Хммм, - наматывая кончики отросшей до пояса седой бороды, прервал воспитательные меры более опытных коллег в отношении совсем еще наивной молодежи Михаэль.

- Интересно, - продолжил он, - и что же побудило тебя, друг мой, вспомнить об этой столь печально известной личности?

- Не знаю, - по-прежнему запинаясь, но уже понемногу приходя в себя под ободряющим взглядом архангела, ответил тот. – Может это, потому что тому было хорошо известно о способностях Древа тогда, а поэтому и сейчас он может знать о нем что-то такое, что неизвестно нам?

Округленные до этого в ужасе глаза его коллег стали еще круглее, а шиканье до такой степени усилилось, что скорее стало напоминать по громкости кошачьи бои на улице за территорию. Кто же мог предположить вероятность такой вопиющей наглости усмотреть в обычной легкой озадаченности грубое невежество в связи с создавшимися обстоятельствами.

- Хммммм, - на этот раз междометие, изданное Михаэлем, было еще более задумчивым и протяжным. Что-то отдаленно напоминающее ностальгические нотки прозвучало в этом.

– Что ж, - подытожил он, когда его «хммм» в конец выдохлось и было уже как-то неловко его продолжать, - согласен. В крайнем случае, я всегда смогу его снова убить. Давно не упражнялся.

Вытащив из потайного кармана белоснежной туники сотовый, Михаэль набрал Змея. Проделал он это так ловко и молниеносно, что тем, кто стоял поближе, даже показалось, что номер последнего был у архангела в быстром наборе. Но они списали померещившееся на стресс и тревожное настроение всего коллектива.

На другом конце ответили, и Михаэль, убрав руку с телефоном от уха, переключил звонок на громкую связь.

- Алло? – послышался голос кого-то, кто, судя по всему, был разбужен звонком. Даже если не брать во внимание чрезвычайность сложившейся ситуации и напряжение, повисшее в воздухе, стоило отметить, что на тот момент время для второго завтрака уже давно прошло, и более того, медленно приближалось к обеду.

- Чем могу помочь? Если Вам нужно заказное убийство, нажмите на цифру «1», для расширения опыта в области БДСМ, некрофилии и прочих видов прелюбодеяния, нажмите на цифру «2», если…

Голос не успел договорить и озвучить все услуги из списка, как Михаэль его прервал.

- Мне нужна техническая поддержка, немедленно.

Переходить на некогда привычную для него громогласность не пришлось – вполне получилось ограничиться лишь добавлением пары стальных ноток к голосу, и девушка на том конце тут же среагировала.

- Тебя, - буркнула она кому-то, по-видимому, тут же передавая трубку.

- Да, дорогой. Это ты? - сладко замурлыкал высокий бесполый голос. - Неужели соскучился? Или хочешь отыграться за прошлую пятницу? Можно поднять ставки, чтобы было интереснее.

- Еще чего, - прервал Михаэль раздающееся из динамика сотового воркование, к которому уже явно начинало подмешиваться сдавленное хихиканье. – Нужно, чтобы ты на кое-что взглянул. И было бы неплохо, чтобы прямо сейчас.

- Оу, окей, - последовал ответ, и все в том же тоне невидимый собеседник добавил, - тогда сейчас буду.

Михаэль нажал на кнопку "закончить звонок" и убрал телефон обратно в потайной карман. Столпившиеся вокруг Древа ангелы с недоумением перебрасывались краткими обеспокоенными взглядами, как обычно школьники перекидываются шпаргалками во время контрольной – чтобы учитель не заметил. Напротив же, весь вид главного архангела отражал непоколебимость и спокойствие, и даже если что-то в разговоре, особенно по части ставок, могло иметь место в реальности, оно однозначно не имело шансов выползти наружу и отразиться на его лице. Медленным взглядом, как ни в чем не бывало, скользил он по макушкам стоявших рядом с ним коллег по цеху, будто и не в саду он был сейчас, а, скажем, на автобусной остановке, пустынной и скучной, и до нужного автобуса было еще ой как не скоро. И как только с таким даром самообладания можно было проигрывать? Должно быть, дело было не в этом, а в том, что кто-то жульничал. Но наша история не предоставляет нам ни времени, ни возможностей исследовать этот феномен подробнее.

Через пару минут после звонка с гулким хлопком как от рождественской хлопушки перед Древом Познания материализовался из воздуха молодой высокий человек. Внешностью он скорее напоминал всю ночь исполняющего собственные хиты в баре рок-н-рольщика, чем грозного охотника за людскими душами. Хотя кто знает, в чем да и есть ли тут вообще разница.

Он был одет полностью в черное: черные обтягивающие (явно из настоящей кожи) брюки, черную под горло водолазку, широченный кожаный плащ, опять же черный с красной шелковой прокладкой. На ногах у него были сапоги по колено с заклепками и шнуровкой, на мощной подошве. Длинные по лопатки прямые волосы были выкрашены в ярко-красный, почти токсичный цвет. Но от наблюдательного взгляда не скрылось бы, что за ними велся непрестанный и тщательный уход, и что их как военнопленных каждую неделю пытали всякими приятно пахнущими масочками, кремами и маслами. Та же участь явно постигла и отполированные до блеска черные ногти и кожу на лице, несмотря на ее достаточно помятый вид на конкретно данный момент нашего повествования.

Вместо приветствия черный уставился сонным взглядом на Михаэля и вопросительно поднял брови. Вместо ответа архангел ткнул указательным пальцем левой руки в Древо Познания и пожал плечами, склонив голову несколько вбок.

На-вид-рок-н-рольщик подошел поближе к дереву, задрал голову повыше и присвистнул. Тишина, последовавшая за его свистом, была такой напряженно насыщенной, что если бы события имели место быть не в том самом саду, а где-то еще, то ее вполне можно было бы охарактеризовать как гробовую. И единственное, что ей не доставало для полноты образа, то это, пожалуй, запаха корвалола в воздухе. Но в борьбе со стрессами ангелам такими средствами пользоваться не предполагалось, а только сугубо травяными настойками с содержанием огненной воды в них не менее, чем 70%.

- Какая прелесть, - протянул он, - а оно почти не изменилось с тех самых пор, как я видел его в последний раз. Правда, тогда на нем висели яблоки, а неподалеку голышом играла в прятки влюбленная парочка. Не помнишь, как их там звали?

Он повернул голову в сторону Михаэля и растянул губы в такой широкой улыбке, что его уши, казалось, съехали на пару дюймов ближе к затылку.

- Ближе к делу. Есть идеи, что бы все это могло значить? – голос Михаэля не выражал неудовольства, ни тревоги, ни беспокойства кстати тоже. Он вообще, кажется, предпочитал ничего такого собой не выражать, оставляя эту привилегию коллегам, стоящим подле него, и чьи лица как раз не скупились на способы и глубину экспрессии.

- Нууу, мои дорогие, - голос черного опять стал мягким, убаюкивающим, почти мурлыкающим, - это же очевидно.

- Очевидно, что? – не выдержав напряжения, решил вмешаться в разговор, один из ангелов, которого в следующем году на переаттестации должны были повысить в должности, что, видимо, уже сейчас придавало весу его уверенности в себе и сказывалось на чувстве ответственности перед коллегами.

- Милый мой, - повернувшись к нему, ответил Змей, на самом деле обращаясь ко всем, так как его аппетит к вниманию, как и следовало ожидать, не мог удовлетворить лишь одинокий зритель, - а зачем еще нужны проездные билеты, если не для того, чтобы ими пользоваться?

Ангелы возбужденно загалдели и стали пересматриваться друг с другом. Предложение воспользоваться проездными билетами на таком пусть уже и послепотопном виде транспорта, как трамвай, им, крылатым существам, покорившим небеса, казалось, если уж и не нелепым, то явно наступающим на пятки их гордости.

- Как? – переспросил тот самый ангел.

- Как?! А вы не знаете, как пользоваться трамвайными билетами? - Змей слегка повысил голос и всплеснув руками, уже откровенно обратился ко всей своей аудитории. Он явно наслаждался моментом, и было непонятно, что ему льстило больше: удивленно вытаращенные глаза бывших братьев, то, что у него спросили его экспертное мнение или то, что ему наконец-то с таким апломбом, хоть и на краткий срок, удалось вернуться в тот самый сад.

- Отрываете билетик от дерева, - продолжал наслаждаться звуками собственного голоса в звенящей ледяной тишине почти-что-рок-н-рольщик, - смотрите, в какой стране и каком городе он был выпущен и отправляетесь туда покататься на трамвае. Вуаля, задание выполнено, получите левел-ап!

- Но ведь там есть и использованные билеты? - робко спросил кто-то, стоявший во вторых рядах за спинами своих собратьев, по-видимому уже посмевший допустить, пусть и на расстояние пушечного выстрела, к своему осознанию такую вероятность.

- О, да это же для самых одарённых, - ответил на вопрос Змей, озаряясь лучезарной улыбкой.- И не использованы они вовсе. Они для тех, у кого совсем туго с воображением, чтобы можно было себя не отягощать трудностями выбора. Смотрите на дату и время, указанные на билете, и вперёд - маршрут вашего путешествия полностью прописан, осталось только не опоздать на трамвай. А если не верите мне, посчитайте, сколько на дереве билетов, и уверяю вас, их количество совпадёт с количеством присутствующих здесь.

Ангельские математические и наблюдательские способности, как и способности свободно парить в воздухе, были на непревзойдённой высоте. Поэтому предположение Змея полностью подтвердилось уже спустя пару секунд, заставив даже отчаянных скептиков всерьёз отнестись к его словам и зависнуть в молчании удава, переваривающего слона.

- Но зачем Древу Познания дарить нам трамвайные билеты? - материализовался следующий логичный вопрос, которым теперь были озадачены все.

- Все просто, - ответил Змей, - вы засиделись здесь, друзья мои. Сколько лет вы читаете, перечитываете и пересказываете одну и ту же книгу друг дружке? Сколько лет вы ходите в одних и тех же рясах, перепоясанных одними и теми же поясами? Сколько лет вы проводите одни и те же ритуалы, отшлифовывая свои реплики, движения и позы до такой идеальности, что если бы идеальность была личностью, ей стало бы неловко за свою неидеальность на фоне вашего совершенства. А когда вы последний раз спускались в нижний мир? Когда последний раз общались с теми, кто молится на вас, не в ответ на их мольбы, а из чистого любопытства? Разве не нужно знать, чем живут те, кто возносит вас в своих молитвах, кто ждёт от вас помощи, чтобы как раз и было что им ответить?

- Но мы - хранители истины, - ответил тот самый, ожидающий в следующем году повышения, ангел. - А истина во все времена одна и неизменна.

- Да, - кивнул в знак согласия Змея, - только вселенная постоянно растёт, а истина вместе с ней.

Молчанию, воцарившемуся после этого в том самом саду, мог позавидовать бы любой дзен гарден, будь у него возможность поучаствовать в событиях. Но поскольку ни у одного из дзен садов такого шанса не было, это уберегло последних от кризиса веры в себя и свои способности успокаивать возбужденные умы человечества.

- Что же теперь делать? - ангелы медленно начинали приходить в себя, свыкаясь с интерпретацией событий, предложенной чёрным, как вполне возможным вариантом. Как дети разводящихся родителей они, переводя взгляд, смотрели то на Змея, то на Михаэля, не зная с кем провести Рождество, а с кем Новый год.

Михаэль победил, и когда большинство глаз в конечном итоге уставилось на него, авторитетно изрёк:

- Ну, что стоите? Айда к дереву за билетами. Срывайте любой, что приглянулся, и в путь. Чего медлить?

Кто радостно с энтузиазмом от предвкушения чего-то нового, а кто с тревогой и сомнением, но все ангелы ринулись к Древу. Ни драк, ни потасовок у легендарного монумента познания не наблюдалось - все же его служители были публикой приличной, образованной, да и близкими родственниками все приходились друг другу. Срывая трамвайные билетики с дерева, ангелы обменивались краткими репликами, кто куда отправляется, и тут же исчезали, как будто растворялись в воздухе.

Очень скоро у Древа Познания остались только трое - Михаэль, Змей и тот первый молодой ангел, который и предложил спросить совета у чёрного. Он сорвал с дерева два последних билетика и обратился к архангелу:

- А вы какой выбираете? - протянул он Михаэлю оба.

В ответ тот покачал головой и добавил:

- Знаешь что? Возьми-ка и используй оба. А у меня на сегодня уже есть кое-какие планы. Отыграться хочу за пятницу, – улыбнулся архангел и заговорщицки подмигнул.

Молодой ангел кивнул ему и растворился в воздухе, отправившись куда-то вниз в мир людей, где можно было бы предъявить выпавшие на его долю трамвайные билеты.

- Так все же хочешь отыграться? – оборачиваясь, обратился к брату Змей своим привычным напевным бесполым голосом. – Только ты бороду-то сними, а то она меня смущает. Все равно выиграть она тебе не поможет, да и накладная к тому же.

- Окей, - ответил Михаэль, избавляясь от вышеобозначенного реквизита по щелчку пальцев, - но и ты обещай, что не будешь жульничать.

- Это кто жульничает тут? Я, что ли? – рассмеялся Змей, подходя вплотную к архангелу и заглядывая ему в глаза, дабы придать своим словам еще большей драматичности. – Принимая во внимание то, что ты сегодня здесь устроил, мне до тебя очень и очень далеко, брат.

Они стояли друг напротив друга, обмениваясь смеющимися взглядами, в которых таилось что-то, для чего, казалось, слов еще пока не было придумано, а, может, последние нарочно обходили стороной тот молчаливый диалог. Пусть и одеты были кардинально противоположным образом, но оба были одного роста, одного телосложения и теперь, когда у архангела не было бороды, невидимый наблюдатель без труда мог бы заметить, точнее, не заметить ни единой отличной черты на их лицах.

Хлоп! Раздалось резкое в воздухе, и пара исчезла, оставив голое, но довольное Древо Познания в молчании и спокойном созерцании дзен того самого сада.