Призрак Жабьей заводи

Тихое место

— Смотри, Мэй! Разве здесь не чудно? — воскликнул Грис, с удовольствием обводя взглядом заросший вьющейся жимолостью берег. Уголок дикой, не тронутой беспокойными сородичами природы радовал своей красотой. Однако Мэй вовсе не выглядела счастливой.

— Лунные крылышки, ну почему мы не можем жить, как все? — хмуро поинтересовалась она. И у неё, несомненно, были причины для недовольства. Малыш Эни, заметно прибавивший в весе за последнюю луну, беспокойно прыгал по её спине, а с шеи свисал тяжёлый мешок с домашним скарбом. Грис забрал у Мэй сына и ласково потёрся носом о её щёку.

— Милая, я просто хочу, чтобы мы с тобой просыпались от того, что выспались, а не от того, что соседи затеяли уборку. Мне не хочется знать, вернулся ли гуляка Крейл домой до полудня, и пустила ли его жена в нору. И сколько раз за день Лайзи поцеловала Чиенна, меня тоже абсолютно не интересует. А ещё — надоели лепёшки помёта, пролетающие мимо ушей, стоит высунуть голову из норы, постоянные крики и полётные песни*, теснота в воздухе с вечера до утра… Мы можем как-нибудь обойтись без всего этого?

— Ну да, — грустно ответила Мэй. — А заодно без друзей и родни.

Грис тут же обнял жену и, целуя кончики её ушей, сказал:

— Зря ты так. Посёлок Айолу совсем недалеко, всего лишь вон за той излучиной, да и Трайу не намного дальше. Будем летать друг к другу в гости. А там, глядишь, кому-нибудь из ребят тоже надоест жить в толпе и он решит перебраться сюда…

— Ах, Грис, это было бы очень хорошо, — вздохнула Мэй, обводя взглядом густые заросли ивняка на противоположном берегу. — Но мне кажется, что больше таких сумасбродов, как ты, не отыщется. Здесь… уж слишком тихо и уединённо. От этой тишины мне становится не по себе.

Грис проследил за её взглядом и на миг тоже ощутил необъяснимое беспокойство, но, не желая вгонять Мэй в ещё большую тоску, встряхнулся и бодро заявил:

— Не будем выдумывать себе лишних тревог. Между прочим, послезавтра ребята обещали нас навестить, так что ты даже соскучиться толком не успеешь.

— Э нет, Грис, — грустно отозвалась Мэй. — У Ялиной дочки пока даже ушки не открылись, а Айа скоро должна родить. Так что послезавтра их мужья прилетят навестить тебя, а я тут, вроде, и ни при чём.

Грис вздохнул.

— Хочешь, вернёмся назад, в посёлок Трайу?

Мэй с надеждой подняла на мужа глаза, но тот смотрел на неё так жалобно и тоскливо, что она взяла себя в руки и твёрдо сказала:

— Ну вот ещё, глупости. Стоило тащиться в такую даль только ради того, чтобы посмотреть на кусты! Давай лучше начнём окапываться, неохота дневать под открытым небом.

Поработать пришлось изрядно, зато к утру была почти готова уютная и просторная нора. Осталось лишь расширить чуток кладовую да натаскать в спальню травы. Но в это утро все слишком устали, чтобы заботиться о подобных мелочах. Наскоро перекусив принесённым с собой кроликом, всё семейство повалилось спать прямо на голом полу, и даже остатки ужина Грис бросил на берегу, у воды. Ни сил, ни желания прибираться у него уже не осталось.

И как же славно было проснуться на следующую ночь на вечерней заре, среди покоя и мирной тишины! Позёвывая, Грис выполз на леток, сладко потянулся, окинул взглядом подножие обрыва… Вечерняя расслабленная сонливость вмиг исчезла, словно его обдало холодной водой. Днём под норой явно кто-то побывал. В пропаже огрызков кролика Грис не видел ничего странного. Мало ли мелких мусорщиков рыщет вдоль реки, пока крылатые крепко спят? Гораздо больше его насторожило исчезновение кучи грунта, которую они с Мэй вчера извлекли из своей норы. Кому могла понадобиться вся эта перекопанная земля?

Впрочем, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что земля никуда не делась. Просто кто-то сбросил её в воду и аккуратно разровнял остатки, пригладив их сверху веточкой. Грис внимательно осмотрел весь берег, но не нашёл ни одного следа, который подсказал бы ему, кто это сделал и зачем. Любопытство заставило его описать пару широких кругов над заводью и даже чуть пролететь вдоль заросшего кустами склона в сторону устья Ночь-реки. Ничего приметного там не обнаружилось. Грис подцепил из воды большую рыбину и уже повернул было домой, но вдруг ему на глаза попался лаз, похожий не то на пещерку, не то на вход в нору. Разросшиеся ветки хорошо скрывали дыру в стене от любого, кто вздумал бы осматривать склон с воздуха, и только случайный порыв ветра на миг обнажил её, чтобы тут же спрятать вновь. Опустившись на ближайшее чистое место, Грис закрепил рыбину в корнях куста и юркнул в заросли, желая рассмотреть свою находку поближе.

Это и впрямь была нора крылатого, но из неё не пахло жильём, к тому же побеги жимолости частой сетью заплели леток. По всему было видно, что жилище покинуто много разливов назад. Прижавшись поплотнее к стене, Грис заглянул под тянущуюся к свету молодую листву, покрутил головой и обнаружил поблизости ещё несколько брошенных нор. Некоторые из них обвалились, выходы из других заросли кустами и жёсткой травой. Казалось, необитаемый посёлок пуст, и всё же Гриса не оставляло смутное ощущение, что он здесь не один. Он протиснулся между ветками ко входу в нору, показавшуюся заросшей чуть меньше прочих, и был вознаграждён за упрямство: на летке его ждал отчётливо отпечатанный в глине след. След крылатого.

Неизвестный побывал у заброшенных нор совсем недавно, отпечатки когтей ещё хранили чёткость, не успев заветриться и обкрошиться. Но при этом Грис был абсолютно уверен, что за ночь не видел в воздухе ни одного сородича и не слышал ни единой полётной песни. Между тем след на летке выглядел так, словно неизвестный крылатый приземлился у норы и заполз в неё. Вот только сделать это было невозможно: ветки закрывали взлёт в небо так плотно, что сам Грис, к примеру, не рискнул бы садиться здесь, даже зная точно расположение летка.

— Эй! Есть кто? — без особой надежды позвал он. Ответом была мёртвая тишина. Грис вздохнул, в недоумении пожал плечами и пополз назад, туда, где оставил рыбу. Приближалась пора обеда, к тому же наверняка Мэй уже заждалась его и начала волноваться.