Медведь для Ренаты 

Глава 2. Встреча с бывшим

Я потерял сознание и видел то ли сон, то ли бред. В нем повторялась одна и та же сцена – сажусь на стул и улетаю прочь, как на ракете. Сажусь снова и снова. Передо мной кто-то сидит за столом, но я не вижу лица. Слышу смех, запах... чего-то вкусного. Какой-то выпечки. На ум приходит что-то хрустящее и горячее.

О да, я прямо чувствую это тепло, мне в лицо дует теплый воздух из большой старинной печи, в которой тлеют угли и стоит противень с румяными булочками. Вот пекарь достает партию и разрезает.

Воу! Почему так завоняло?!

Мне уже не нравился тот сон. Булочки рычали на меня и больно щипали пальцы. Я выпустил их из рук, но они набросились на ноги. Мои босые и исколотые лесом ноги. Пекарь исчез, а злобной выпечки становилось все больше. Из печи тянуло ужасной вонью, и я наконец проснулся...

Стало ясно, откуда пришли все эти булочки: вокруг дуба кружили десятки голодных волков, а некоторые даже подбегали к дереву и покусывали мои ноги, пока не видит вожак. Но седой не позволял этого делать. Он грозно рычал, а если не помогало – хватал волка за холку и отбрасывал на снег.

На секунду мне показалось, что этот "главный" – мой друг. Именно он был тем волоском, который обычно разделяет человека и смерть.

Но я ошибся: волчара лишь берег меня для самки.

Ряды расступились, и по живому коридору прямо ко мне направилась волчица с пятью щенками. Она ступала медленно и вальяжно, лишь изредка считая волчат. Малыши толпились под матерью и не на шутку боялись посторонних взглядов.

Похоже, это альфа-семья. А упавший с неба мужчина сегодня станет их альфа-едой. Неужели это все не сон? Меня и вправду съедят магические волки, которые ловят и привязывают жертв цепями?!

"Э-э-й! Стюардесса!!! Э-Э-Э-Й!!!"

Но никто меня не слышал. Кроме необъятной стаи волков. И самые удачливые как раз подошли ко мне вплотную, чтобы обнюхать. Волчата расслабились, предчувствуя пир – стали игриво кусать меня за пальцы.

Вокруг все начали лаять. Сперва лай был редким, но потом участился и занял каждую глотку в этом вече. Звери приветствовали вожака, который приблизился ко мне и обнажил свои длинные белые зубы. Пасть широко раскрылась и мягко взяла в клещи мое горло. Видимо, он ждал сигнала своей "жены". Некий престиж для главной королевы. Но мне от этого не было легче – я смотрел в ее самодовольную морду и жалел себя: почему именно я, почему не кто-нибудь другой?

И в тот момент, когда на спасение надежд не осталось, вдруг раздался крик. Не волчий – из леса доносилось эхо, боевой клич, похожий на тот, который издают индейцы в старых фильмах.

Зловонная морда заслоняла вид, но я отчетливо слышал, как на заднем плане что-то происходит. Щенки отбежали от моих пяток, и альфа-самка заскулила, чем явно торопила вожака. Он отвел голову назад, чтобы как следует вонзить зубы в горло...

Но через секунду сам громко пискнул и отлетел куда-то в сторону.

Прямо у меня под носом пролетела дубина – длинная тяжелая булава, объятая огнем. Я не мог разглядеть своего спасителя, но точно видел, что это человек. Высокий рыцарь звенел кольчугой и отражал прыжки волков со всех сторон: слева, справа, у меня из-под ног и даже откуда-то с ветвей раскидистого дуба. Звериная стена шла напролом и превращалась в волну, которая накрывала подобно девятому валу в сильный шторм. Все было серым и рычащим, в воздухе стояла взвесь из снега, клоков шерсти и едкого дыма. Но воин с огненной дубиной не отступал – он бил врага со знанием дела и явно ради моего спасения.

Единственное, о чем я тогда мечтал – чтобы богатырь все же справился и выжил. Чтобы он разогнал стаю, а еще лучше – освободил меня и дал теплую одежду.

И одиночка не лишал надежд: он лупил волков без жалости и страха, принимая опасных зверей за пиньяты. Взъерошенные и рычащие, кусающие за бока пиньяты. С каждым ударом загорался новый волк, и его сородичи с ужасом в глазах смотрели, как бедолага зарывается в снег.

Никто не хотел себе такой участи. Но вожак стоял на камне и выл. Это была месть за унижение перед семьей, поэтому ради победы в ход пускались все резервы: волки скулили, клыки вонзались в жестяные накладки, а булава пугала все новыми ударами. Очередной взмах – и волк унесся в лес, поджаренный воином.

Слава богу, рыцарь был в хорошей защите.

Не знаю, сколько длилась битва. Но даже я устал за ней наблюдать и со временем привык к тому, что на спине, шее и руках моего защитника по двое-трое волков. Казалось, они никогда не закончатся.

Но в какой-то момент это все же произошло: на благородном незнакомце повис последний зверь. Да и то – лишь потому, что не мог вынуть клык из доспеха.

– Все... – выдохнул боец и вонзил рукоять дубины в сугроб. – Фух, хех, оф-ф-ф-ф-ф... Много же их сегодня. Дрались до конца, засранцы. Фу-у-у-х...

Он вздыхал и кряхтел, радуясь победе. А я ловил ноздрями тепло от боевого факела. Все же холод был настоящим и уже покрыл мои ноги синевой.

– Я не знаю, кто вы, но хочу сказать вам большое спасибо. Вы мой герой – спасли идиота от верной смерти. А теперь... когда все закончилось... эм, вы бы не могли меня освободить? – я старался говорить как можно учтивей. Но мои манеры вызвали неоднозначную реакцию.

– Чего? Парень, ты в своем уме вообще? Как я могу тебя освободить? Тебе же сотню раз говорили... – воин вдруг осекся и умолк. Затем снял с головы дырявый шлем и оказался вовсе не воином. А воительницей. Зрелой дамой с короткими, побитыми сединой кудрями. – Я Клавдия.

– А... я... – Мой вид тогда говорил сам за себя, ведь я не мог поверить, что все увиденное, вся эта битва – дело рук одинокой женщины. Пускай и в латах. Но у нее нет даже меча.

– А ты новенький, – кивала Клавдия. – Кстати, насчет волков так сильно не обольщайся. У меня с ними свои счеты, знаешь ли. Главного видал?