Замуж за ректора, чтобы поступить в академию

Глава 39.

Подписи на бумажке не было, и я метнула острый взгляд в сторону Катарины. Это её фанты были без подписи? Девчонки смотрели на меня с ожидающими улыбками, но я свернула бумажку, скрывая задание.

– Хочу другой фант, – серьёзно сказала я.

– Лира, так нельзя, – возразила Ева. – Можно меняться заданиями только в пределах одного круга. Из нас четверых задание не выполнили только вы с Сьюлин.

Я быстро взглянула на часы. Без двадцати девять. На принятие решения остаётся пять минут. Мы с Торнвудом уже целовались… С одной стороны, конец света не настал бы, если бы это случилось еще раз, а с другой… Мы столько всего наговорили друг другу, что сейчас точно не время для поцелуев.

Почему Катарина выбрала именно это задание? Хотела помочь Сью сблизиться с Торнвудом? Мысль была неприятной, но разве не я вчера уверяла Сьюлин, что между нами с ректором ничего нет? При чем с точно такой же целью.

Если Сью придет к нему с фантом, он не сможет отказать. Может, тогда все решится само собой. Я закусила губу, принимая окончательное решение.

– Хочешь поменяться? – спросила я, передавая фант подруге.

Брови Сьюлин удивленно поползли вверх. Она метнула хмурый взгляд на Катарину.

– Что ты написала? – не выдержала Ева.

– Ничего невыполнимого, – Рина пожала плечами.

– Три минуты, Сью. Пожалуйста, давай меняться? – попросила я, протягивая дрогнувшую руку за её фантом.

Сьюлин внимательно вгляделась мне в глаза, и я улыбнулась ей так доброжелательно, как только могла. Она опустила взгляд, вкладывая мне в руку свой фант.

– Хорошо, я сделаю, – тихо сказала она.

Её тонкие руки обняли меня за талию, и на ухо мне она прошептала “спасибо”. Я промолчала, засекая полчаса. Сьюлин поднялась с кровати, демонстрируя задание девчонкам. Катарина отвела глаза, а Ева накинулась на подругу:

– Как ты могла?! Знала же, что они только недавно помирились!

– Не думала, что он кому-нибудь и правда выпадет! Шанс был небольшой!

– Да, но он был! О чем ты думала вообще?!

Сьюлин вышла из комнаты. Очевидно, чтобы выполнить задание. Я нервно мяла в руках бумажку, исписанную моим собственным почерком, стараясь контролировать вдохи и выдохи. Время будто замедлилось для меня. И с нарастающим ужасом приходило понимание… Задание вовсе не было таким ужасным для меня… Ужасным было то, что я отдала его Сью!

Я прикрыла глаза, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Как сквозь толщу воды до меня доносилась ругань Евы и Катарины. А я могла только прижаться спиной к спинке кровати и подтянуть колени к груди.

– Какая же ты дура, Рина! Смотри что ты наделала! Да если бы ей было все равно, она бы не сидела тут бледнее мела, пока Сью...

Что-то болезненно сжалось в груди. Сердце пропустило удар. Чего я боялась сильнее? Того, что Сьюлин поцелует Торнвуда? Или того, что он ей это позволит?

– Сама ты дура! Надо разорвать этот треугольник, разве не видишь?!

– Была бы ты так спокойна, если бы на месте Лиры сейчас сидела Сью?!

Я зажала уши руками, не в силах больше выносить эти крики. Мне было важно найти ответ! Но пугающие боль и пустота в груди мешали не то, что думать – дышать. Почему же так почти физически больно? Почему?!

Пять минут молчания… Впереди еще двадцать пять. Так и не найдя ответа, я сделала то единственно правильное, что могла. Сорвалась с кровати и вылетела из комнаты вслед за Сью.

– Лира! – крикнули мне вслед, но я не обернулась.

Я неслась по коридорам, чудом избегая столкновений с другими студентами. Глаза щипало, и я часто-часто моргала, чтобы не расплакаться. Я не знала зачем мне это, но упорно неслась к ректорскому кабинету, потому что оставаться на месте было невыносимо.

У самой двери я прижалась спиной к стене, напрягая слух. Сердце колотилось так громко, что расслышать хоть что-то удавалось с трудом.

– Это фанты… – смущенно говорила Сью. – Магические… на крови… Подруга загадала…

– Лирия Денрон? – Торнвуд удивлен. И обращение по фамилии отца неприятно резануло слух.

– Не знаю. Нет… Наверное, не она, – осторожно отозвалась Сьюлин. – Мне выпало поцеловать... вас.

Я расслышала шорох бумаги. Сьюлин показала ему фант! Я уже отдышалась от быстрого бега, но сердце продолжало бешено стучать.

– Видите ли в чем дело… – медленно начал Торнвуд, тщательно подбирая слова. – Я недавно, но счастливо женат, и не желаю принимать участие в ваших играх. Вам придётся разобраться с последствиями самостоятельно.

Моё глупое сердечко замерло, наконец давая мне возможность услышать, что скажет на это Сью.

– Пожалуйста, ректор Торнвуд… Вы же не допустите, чтобы со мной что-то случилось?..

– Просто верните фант его автору. В западном крыле есть медпункт. Уверен, там справятся с любыми последствиями. Но за нарушение дисциплины придется ответить.

В кабинете воцарилось недолгое молчание, и я приготовилась уходить, когда вдруг услышала:

– Не хотел говорить вам, но раз до такого дошло... Я не разделяю ваших чувств, леди Кроули, а ваши взгляды мне неприятны. Попрошу воздержаться от них впредь.

– Извините… – пролепетала Сью.

– Всего доброго.

Я скрылась за поворотом, с трудом сдерживая слезы от облегчения, смешанного с сочувствием и жалостью к подруге. Пожалуй, даже хорошо, что прямо сейчас я не могу ничего сказать.

Сьюлин вышла мне навстречу. Её подбородок был гордо вздернут, а лицо сохраняло безупречную невозмутимость. Я накинулась на нее с объятиями, и Сью, помедлив, обняла меня в ответ.

– Зачем соврала мне, дуреха? – тихо спросила она. – Пойдем, вернем это Катарине. Если не хочешь выполнить его сама, конечно.

Она сунула бумажку мне, но я замотала головой.

– Не знаю, что между вами… Но это не похоже на “ничего”, – она не больно щелкнула меня по носу, и я все же расплакалась.

Гордая с идеально прямой спиной и расправленными плечами, Сьюлин возвращалась в комнату, ведя меня за собой.