Легенда 412: как самый знаменитый «Москвич» тряхнул стариной

В 1967 году Московский завод малолитражных автомобилей — будущий АЗЛК — поставил на конвейер судьбоносную машину. Ни до, ни после «Москвича-412» изделие советского автопрома так не расхватывали на Западе. Причем славу в общем-то простецкому седану обеспечили (кто бы мог подумать) спортивные успехи.

Подсобила популярности «Москвичей»... британская пресса. Когда юноша Джереми Кларксон, по его собственным воспоминаниям, предавался антисоциальным утехам в учебном заведении и еще даже не помышлял о крутых телешоу, газета Daily Mirror запустила проект, равных которому не придумали до сих пор. Царь-ралли по континентам через 11 стран: 16 000 км от Лондона до австралийского Сиднея.

Советское объединение «Автоэкспорт» рискнуло выставить коллектив на «Москвичах» и не прогадало. Все четыре машины добрались до финиша, хотя едва ли не половина соперников полегла на маршруте. Итог — 4 место из 12 команд.

Случилось это в 1968-м. А поскольку гонка изрядно нашумела в зарубежных автомобильных кругах, ралли-марафон решили повторить в 1970-м, приурочив к старту чемпионата мира по футболу. Да не просто повторить, а с еще большим размахом. Лондон — Мехико, 26 000 км, 25 стран, 39 дней... Но чем убойнее дистанция, тем выше результат. «Москвичи-412» взяли 2 и 3 места в своем классе и обеспечили бронзу советской команде. Две из пяти машин мы потеряли, но это был лучший показатель надежности. Сравните: Porsche вообще не увидели финиша, доехал один из пяти «Мерседесов», единственный Citroen из шести, одинокий Peugeot из 12...

А потом случился «Тур Европы» — серия ралли под патронажем немецкого автоклуба ADAC. И здесь «Москвичи» уже на пару с вазовцами громили Ford, BMW, Volvo, Volkswagen... Неудивительно, что половину продукции АЗЛК тогда отправлял на экспорт. 412-е в Европе (да и у нас) ценили за прочность и неприхотливость.

Советским автолюбителям-частникам, по идее, от заморских побед было ни тепло, ни холодно — на «Запорожец» бы денег собрать, да очередь отстоять на покупку личной машины. Но «Москвич-412» все равно крепко полюбили, он даже стал частью нашей культуры. Помните трюки из «Невероятных приключений итальянцев в России»? А ведь еще книга вышла «Москвичи на “Москвичах”» и культовое кино «Гонщики», в съемках которого участвовали раллисты, прошедшие марафон Лондон-Мехико.

Собственно, именно кинолента вдохновила коллекционера Никиту Муравина на постройку реплики гоночного «Москвича-412». Ведь ни одной оригинальной машины до наших дней не сохранилось. Причем за основу взяли не какой-то конкретный автомобиль, а собирательный образ. В то время каждая команда (а в СССР их было немало) вынашивала свою формулу скорости, дорабатывая серийный седан исходя из опыта и умений. Поэтому интересных решений за долгую спортивную карьеру 412-го накопилось немало.

Кузов: оранжевое настроение

И обычный «Москвич» сейчас на дорогах редкость, а уж на «боевой» 412-й сворачивают головы даже избалованные суперкарами да кортежами гаишники у Боровицких ворот Кремля. На остановках наш седан магнитом вытягивает из соседних машин фотографирующие смартфоны. Смотрят, изучают, пальцем показывают... Видимо, окружающим это оранжевое нечто в гоночной ливрее, с фартуками и дополнительными фарами казалось эдаким советским «Де Лорианом».

Внешность обманчива, футуризма в гоночном «Москвиче» нет. Кузов стандартный, разве что на задний диван не сядешь — пространство рассечено паутиной каркаса безопасности. Заводская команда для повышения жесткости и прочности проваривала швы, ставила в критичных местах усиливающие косынки. Такая модернизация у Никиты в планах, а пока спортивный 412-й снаружи отличается лишь ярким оформлением. Причем цвет оригинальный — так был окрашен донор, найденный в Люберцах с пробегом всего в 40 000 км. Заплатили 100 тысяч рублей, почистили карбюратор, «Москвич» завелся и поехал к мастерам на доработку...

Двигатель: расточен максимально

Встречались и провокаторы. Горячие парни на «Нексии» газуют на светофоре, намереваясь уделать «старое ведро». Но пока они пыхтели до следующего перекрестка, «Москвич» пролетел аж пару кварталов! На марафонских 412-х стоял почти стандартный мотор УЗАМ-412. Доработки сводились к селективной сборке да высотному октан-корректору — на выходе получали 80-85 сил против штатных 75. Однако техническая мысль не стояла на месте, поскольку алюминиевый двигатель с чугунными гильзами отлично поддавался форсировке. Дело дошло даже до специальной головки блока с двумя распредвалами.

Реставраторы, впрочем, оставили заводскую схему, зато рабочий объем увеличили до конструктивного предела — с 1,5 до 2 литров, прикрутили оригинальный впуск-выпуск, смонтировали масляный радиатор и сдвоенные карбюраторы Dellorto DHLA40H с «нулевыми» фильтрами и подачей топлива электробензонасосом (механический, бывало, отказывал при нагреве), плюс зажигание сделали бесконтактным. На стенд «Москвич» еще не загоняли, но отдача в таких случаях достигала 120-125 л.с. (позже ее довели аж до 175!) И это на тонну снаряженной массы! Вот откуда у старичка резвость.

Асфальт: без «разварок», но с посадкой

Давно к нам не попадал автомобиль со столь прозрачной, незамедлительной реакцией на газ. Гладишь педаль, словно гадюку: неосторожное движение, тут же кусает. И оторваться не можешь — экстрим вызывает привыкание. Так прошили Москву насквозь, удивляя соседей по потоку проворностью. «Москвич» не просил уступать ему дорогу из уважения к возрасту, а сам оказывался в нужном просвете между машинами, когда того требовала обстановка. Если что — выручали адекватные барабанные тормоза с усилителем, хотя в горах гонщики, случалось, жаловались на перегрев и потерю эффективности.

Ярославское шоссе опустело, 412-й тут же легко набрал разрешенные 80 км/ч (хотя мог и больше) и покатил прочь из города. Стало скучно. Если не принимать в расчет давящее бурление выпуска, гудение трансмиссии и заполнивший все вокруг рев мотора, гоночный «Москвич» покладист до зевоты. Знай себе пилит по прямой, хоть руль отпускай. А ведь доработок по шасси тоже минимум. Это на кольцевые машины обычно ставили «разварки» — самопальные широкие диски, — а тут колеса штатные. Разве что шины иностранные — Pirelli, но при этом самые обычные дорожные Cinturato P4 (на ралли-марафонах использовали грунтовый Dunlop). Да еще кузов посажен ниже: пружины подрезаны, в рессорах убран один лист — тоже придает устойчивости. В иных же спортсекциях рычаги усиливали и даже меняли их геометрию.

Грунт: при употреблении встряхивать

Пожалуй, неплохо жилось гонщикам — знай себе жми к финишу да не засыпай. Но когда мы попали на спецучасток — грунтовую трассу «Бородино», — пожалели о сказанном. Вне асфальта гоночный «Москвич» — убойный шот из мощного мотора и мягкой ходовой. С одной стороны, за позвоночник спокоен, с другой — по кочкам с волнами 412-й швыряет с такой амплитудой, что головой таранишь потолок, а локтями — дверь либо штурмана. Собственным телом понимаешь, насколько «Москвич» тесен внутри. Это на современных спорткарах глубокие «ковши» не выпускают из объятий, а тут штатные плоские «диванчики» с периной вместо набивки. Единственная фиксация — четырехточечные ремни с авиационными пряжками.

«Приготовьтесь, входим в зону турбулентности» — 412-й вваливает в поворот на двух колесах. От пугающих кренов узкого кузова и раскачки не спасают даже амортизаторы Koni (такие ставились и полвека назад). В режиме прыгающего мячика надо умудряться активно рулить, невзирая на удары, которые приходят на «баранку» без усилителя. А еще передачи переключать, хорошо хоть втыкаются четко — тут стоит жигулевская пятиступка вместо капризного родного агрегата на четыре передачи. Поэтому на грунте скорость «Москвича» упирается отнюдь не в отдачу мотора, а в стойкость пилота. Короткий заезд еще ничего — весело, особенно если наловчиться предугадывать, куда отпружинит автомобиль на следующем подбросе. Но вспомнишь дистанцию марафона в 26 000 км и становится не по себе...

Пора заканчивать. Топливо подошло к концу, дополнительный бак в багажник еще не успели поставить. Наш герой выпущен в 1975 году — тогда же на конвейер АЗЛК пришел 2140, суть модернизированный 412-й. Но «Москвич"-марафонец, как настоящий боец, еще 30 лет цеплялся за жизнь, встретив ХХI век на сборочной площадке Ижевского автозавода. А тем временем рынком начали править совсем другие машины, гонки превратились в соревнование бюджетов, а за рубежом из отечественных моделей в почете осталась разве что «Нива»...

P.S. Благодарим клуб «Ветерок» и лично Никиту Муравина за предоставленный автомобиль. Трек «Бородино» — за испытательную трассу.