И родится дух

Глава 2

Солнечный свет разлился по саду и наполнил его сверкающей теплотой. Дар переливался оттенками зеленого и золотого, пока с любовью облетал каждое выращенное им растение. Стройные побеги доверчиво тянулись к нему, густая листва поворачивалась на тихий полет духа, ягоды трепетали от ласковых прикосновений, а бутоны раскрывались, стоило ему обратить на них внимание. Он дышал природой, и она дышала вместе с ним, щедро одаривая своей милостью. Злата стояла у окна, следя за знакомыми действиями помощника семьи. С самого рождения она стала его любимицей и, несмотря на то, что именно отец был главным, Дар не упускал возможности провести время с маленькой хозяйкой. Он часто приносил ей цветы для венка, украшал волосы серебряной пыльцой, угощал самым первым урожаем. Девушка также любила его, и многие завидовали их незыблемой нежной связи.

– Дар, – шепотом позвала Злата и повернулась проверить, не проснулся ли Тимоша. Дух бросил все дела и примчался к высокому окну любимицы. Он завертелся перед ней, закружился, окутал ароматной дымкой, пахнущей спелыми вишнями, и, только когда она провела по нему рукой, успокоился. – Как ты, мой хороший? Отец, наверное, не дал тебе отдохнуть…

Помощник снисходительно отмахнулся.

– Неужели ты и сегодня не оставишь сад без присмотра? Посмотри, всё ведь и так чудесно растет. Если хочешь, залетай ко мне, я спрячу тебя под кровать! Отец никогда тебя там не найдет!

Дар отрицательно замотал головой и преобразовался в облачко, из которого грибами повыскакивали знакомые человеческие лица.

– Точно, Совет… Конечно, без тебя он туда не пойдёт, но старейшина сказал, он будет на рассвете, а солнце давно поднялось.

Девушка услышала шаги и суетливо замахала руками. Дух мгновенно сообразил и вернулся к прежним делам. Дверь отворилась и внутрь вошла мать. Она погладила Тимошу по голове и встала рядом с дочерью.

– Отец собирается на Совет, – прошептала женщина как бы между прочим.

– Пусть.

– Они будут обсуждать важные вещи и, как обычно, никого туда не пустят.

– Им решать.

– Вот бы хоть одним ухом…

– Мам, – улыбнулась дочь.

– Тебе-то он ничего не сделает! – фыркнула Мила.

– Можно подумать, тебе сделает, – Злата не переставала улыбаться.

– Да у меня и дел полно. Сейчас проснутся, – женщина кивнула на сына, – и давай проказничать! Кто за ними смотреть будет?

– Я и так провинилась…

– Хуже не будет. А сколько раз я прикрывала тебя? Можешь ты мне хоть раз угодить?

– Разве я не угождаю?

– Поговори мне!

– Ладно, – вздохнула дочь и обернулась в сад, заметив там отца. Дар устремился к нему и уселся маленькой птицей на плечо.

Небольшой поселок стих. Ни детвора, ни молодежь не украшали округу веселыми играми, природа не шумела ветром в кронах, не плескалась клевом на реке, не пела птицами в небесах. Повсюду виднелись следы разрушений. Девушка мелькала резвой тенью, пряталась за оградами, перемещалась стремительно и ловко. Впереди тяжелой поступью шествовал отец. Он игнорировал вопросы жителей, намеренно отводил взор от беспокойных лиц и упорно следовал к дому, выстроенному специально для Совета. Там уже собралась большая толпа, над которой возвышалась голова старейшины.

Люди расступились, и Ярослав поравнялся с другом. Они обменялись одним им понятными взглядами и вошли в здание вместе с главами ещё нескольких семейств. Злата остановилась, не зная, как оказаться ближе и не быть замеченной. Пробраться соседскими садами не получалось – почти все выжившие духи уже трудились в них, и кто-то обязательно обнаружит её. Тогда она вернулась на несколько домов назад, обежала их с заднего двора и, запыхавшись, подобралась к зданию Совета сзади. Она влезла на высокое дерево, чтобы оттуда свеситься на крышу и заглянуть в давно знакомую щель.

Небольшую светлую комнату занимали длинные лавки. Они стояли вплотную к стенам и на них уже сидели взрослые и пожилые мужчины. В середине стоял Всеволод, а над ним, безмятежно плавая в воздухе, находилась Арда. Злата быстро отодвинулась, заметив, что дух старейшины расслаблялся лишь для видимости – а на деле внимательно следил за окружением.

– Уже несколько веков мы живем слишком беззаботно, – донесся голос Всеволода. – Мы потеряли бдительность и связь с городом воинов! А ведь именно они взяли на себя защиту!

– Не просто так наши предки отказались от дружбы с ними, – встрял Ярослав, и девушка поняла, что пропустила совсем немного.

– Никто уж и не помнит прошлого. Да и они, думаю, тоже. Но наши духи не приспособлены сражаться, все они – такие же мирные существа, как и мы!

– Сегодня ночью Дар доказал, что и мы можем дать отпор.

– Дать отпор, – повторил старейшина. – Прятаться под куполом – вот всё, что нам дозволено! А эта гадость будет продолжать уничтожать наши дома!

– Верно! – поддержал его коренастый рыжий мужчина. – Она уже убила многих духов! Мы рискуем вернуться на несколько веков назад, когда чуть не погибли от голода! Только благодаря нашим помощникам поселок процветает, но теперь они сами в опасности! Мы должны обратиться к воинам!

– Согласен с тобой, Руслан, – одобрительно кивнул Всеволод.

– И всё же, надо трижды подумать, – не согласился Ярослав.

– Помнишь ли ты последнее нападение дикарей?

Злата насторожилась. Ходило много легенд о появлении духов, о мире за пределами маленького поселка, о делении всех людей на три части: земледельцев, воинов, дикарей. Первые любили землю, неспешное движение жизни, домашних животных и взамен на защиту обязались привозить на городскую ярмарку припасы в дар вторым. Те же не представляли и дня без тренировок, охоты, соревнований, без вычищенного до ослепительного блеска оружия и военных действий, которыми их с излишком обеспечивали третьи. Дикари всегда противились появлению духов, считали их истинным злом, и периодически нападали то на города, то на поселки. По легендам именно они остались последней, самой многочисленной силой, мешающей спокойному существованию.