Кошки-мышки по-королевски

Глава 17

День Середины лета выдался жарким. Палящее солнце не щадило ничего вокруг, и даже малейшее дуновение ветерка не разбавляло полуденный зной. Парк замер в ожидании вечерней прохлады. Сторожевые псы жались поближе к тени от дома, они часто и шумно дышали, вывалив языки из пастей и безразлично взирая на мир. Садовники ушли на обед и не торопились возвращаться к работе, стремясь больше времени провести под крышей. Поместье погрузилось в полуденную дрему, и только пестрые бабочки продолжали лениво порхать над розовыми кустами. Но никто не обращал на них внимания. Даже две девочки, тайком пробиравшиеся через черный ход на улицу. Стараясь двигаться осторожно и бесшумно, они быстро крались прочь от дома, пока стражники их не хватились.
Одетые в легкие летние платья, но напрочь позабывшие о шляпках, дети, держась за руки и постоянно оглядываясь, побежали через лужайку к более затененной части парка. Минуя широкую мощеную камнем дорожку, фонтан, клумбы с розами и лабиринт акаций, они забежали под раскидистую тень дуба. Туда, где из окон особняка их не было видно, туда, где можно было побыть одним, без присмотра охраны.
Прошлым вечером в поместье был прием, и сейчас взрослые отдыхали. Тайком сбежав ото всех, девочки могли просто побыть детьми и поваляться на траве в тени, вдыхая душный летний воздух. В такой день стража хватится их не скоро. Никто и не подумает, что сестры могли убежать на улицу в такую погоду, ведь...
— ... леди не должны долго находиться на солнце, — нарочито писклявым голоском произнесла старшая, перекривляв свою противную наставницу, и девочки звонко рассмеялись.
— Леди не должны валяться на траве! — вторила ей младшая, с мнимым ужасом подскочив с земли, отчего обе захохотали еще громче, спугнув с дерева стайку воробьев.
Сестры очень любили загородное поместье бабушки, где они гостили почти все лето. Здесь было тише, чем в столице, и, даже не смотря на редкие приемы, гораздо меньше придворных. Девочки могли спокойно гулять, где им вздумается, под бдительным оком своей охраны и ничего не бояться.
Младшей было всего восемь, но она уже знала, что однажды сестра станет королевой. Ее единственная настоящая подружка, ее сообщница и душа. Они всегда все делали вместе. Сестра станет хорошей королевой. В одиннадцать лет она вела себя совсем как взрослая, носила красивые платья, которые почему-то никогда не пачкались и не рвались, не бегала по дворцу, не смеялась громко, даже прическа у нее держалась лучше, и каштановые волосы не торчали в разные стороны как из черных косичек младшей.
— Когда ты станешь королевой, мы ведь останемся подружками?
— Конечно, — улыбнулась старшая. — Мы же сестры. Вместе навсегда, забыла? — девочка выставила вперед ладошки.
— Вместе навсегда, — эхом отозвалась младшая и соединила их руки.
Они долго лежали под деревом, наблюдая за птицами. Каждый раз, когда пернатые перепрыгивали с ветки на ветку, глаза младшей сестры хищно вспыхивали, и звериный зрачок заменял человеческий. Девочка знала, что старшая ей в этом очень завидует, потому что в одиннадцать у нее до сих пор не было второй сущности. Глаза сестры оставались по-прежнему голубыми, тогда как ее собственные сменили цвет на зеленый. Уже год она пыталась ужиться с котенком внутри.
— Красивые птицы, — неожиданно раздалось совсем рядом, и девочки испуганно подскочили.
Высокий мужчина в черном вышел из-за деревьев. Его они не знали, поэтому оглянулись в поисках стражи и, не сговариваясь, решили идти к дому. Разговаривать с незнакомцами было строго запрещено. Им и так влетит за то, что ушли одни, а получать нагоняй от папы еще и из-за какого-то странного человека совсем не хотелось.
— Да, красивые, — кивнула старшая и, взяв за руку сестру, потянула ее за собой.
Они уже сворачивали на тропинку, когда мужчина их догнал. В руках у него была одна из птичек.
— Можешь забрать себе, — обратился он к младшей.
Девочка радостно воскликнула и потянула руки в пернатому комочку, забыв обо всем на свете, как вдруг тот вспорхнул, два раза взмахнул крыльями и упал на землю.
Сестры охнули, бросились к птичке, но помочь было уже нечем. Воробей был мертв.
— Как же так... — растерянно прошептала малышка с черными косичками. На глаза ребенка навернулись слезы.
Незнакомец взял птаху на руки, недолго похмурился, а потом щелкнул пальцами.
— Живой! — слезы младшей мгновенно высохли, и она захлопала в ладоши.
Такого чуда девочки никогда не видели. Воробышек встрепенулся и запрыгал на руке мужчины, смотря на мир красными глазками.
— Хочешь, научу так? — человек в черном подмигнул малышке и протянул руку. — Пойдем со мной.
— Лекси, нет! — испуганно воскликнула сестра, заставив девочку замереть, так и не вложив ладошку в руку мужчины. — Нас уже ищут, надо идти, — твердо произнесла она.
Как бы ни хотелось младшей научиться оживлять животных, сестру она послушалась. Повернулась, чтобы пойти за ней, но вдруг мужчина схватил ее за руку.
— Пусти! — девочка совсем по-кошачьи зашипела и попыталась вырваться.
Но где было ребенку справиться со взрослым мужчиной. Тот подхватил ее одной рукой и направился обратно к дубу. Девочка вырывалась и царапалась, сестра звала на помощь.
Все произошло в одно мгновение.
Старшая бросилась на незнакомца. Тот от неожиданности выпустил ребенка, но убежать далеко не дал, снова схватил, потянул за собой, не обращая внимания на яростные попытки вырваться. Вторая повисла на его руке...
Щелчок пальцев.
Младшая до крови кусает мужчину, и тот, шипя, отпускает.
Где-то раздаются крики стражников, лай собак. Их ищут, их спасут.
Мужчина внезапно исчезает.
— Лекси... — Старшая оседает на землю.
— Яара!
Малышка падает на колени рядом с сестрой.
Обливаясь слезами, тормоша неподвижное тело, крича что-то бессвязное. Разбудить, нужно просто разбудить...
— Вместе навсегда! Ты обещала!
Но та уже не услышала.