Соль для вкуса

Глава 37

ЛИЗА.

«Это просто игра, Лиз. Не более.»

Доигрались…

Ребёнок…

Это уже не шутки. Здесь уже не притворишься «папочкой», здесь будешь им.

Не моргая смотрю в тарелку, избегая пронизывающего родительского внимания. Не поднимая глаз выхожу из-за стола и иду в комнату Петюни. Меня никто не останавливает, ничего не говорит вслед, но краем глаза я успеваю уловить, как дёргается мама. Её тормозит Дима, положив на плечо тяжёлую руку.

Залезаю с головой под одеяло. Гоню прочь давящее чувство в груди.

Тупой вопрос «Почему?» разъедает мне всю душу.

Почему это происходит именно со мной?

Почему мы не можем просто быть вместе? Без всяких игр, интриг и недомолвок.

Почему между нами целая пропасть, со дна которой лезут черти и хватают нас за ноги, желая утянуть за собой?

Почему я позволила себе в этом участвовать?

Я даже не знаю глубину всей правды, а меня разрушает уже только то, что лежит на поверхности.

Почему разрешила Петру скрутить моё сердце в неразрывные путы?

Почему я не могу топнуть ногой и просто уйти?

Почему так тяжело дышать при этой мысли?

Почему он до сих пор не вернулся и не опроверг всё?

Смахиваю непослушную слезинку и зарываюсь носом в его подушку.

Хочется отмотать плёнку назад и просто сдаться в том дурацком споре. Покрасить волосы в чёрный цвет и жить себе спокойно. А на просьбу мамы продать квартиру, ответить чётким отказом. Заставить их с Димой подождать приезда моего папы и там уже решать, кто с кем и где будет жить. И чернявого встретить только один раз в жизни. На свадьбе родителей. И все были бы счастливы. Я уж точно.

Не замечаю, как за пустыми мечтами забываюсь в глубоком сне, где нет никаких мыслей, нет различий на плохое и хорошее, а есть лишь бесконечная пустота.

Просыпаюсь от непонятных ощущений. Открываю глаза и застаю рядом с собой Петра, крепко меня обнимающего и целующего каждую черточку моего лица.

- Не плачь. – шепчет он, продолжая осушать губами от влажных дорожек мои щёки.

Трудно остановиться, когда я вижу его глаза. Когда вижу в них всю правду. Мне не нужны слова. Всё и так понятно…

- Это ничего не значит… - надрывно хрипит парень, прижимаясь губами к моим закрывшимся от тяжести осознания глазам.

- Для меня значит.

- Ещё неизвестно мой ли это ребёнок.

- Ну да… - вырывается у меня истерический смешок. – У неё столько любовников, что мы никогда не узнаем кто отец…

- Чёрт! – вжимает мне в затылок жёсткие пальцы. – Это было всего один раз… я просто забылся тогда…

- Я не хочу знать подробностей. – пытаюсь отодвинуться, но мужское тело накрывает моё, отрезая любую возможность к побегу.

- Я тогда тебя представлял…

- Час от часу не легче.

- Лиз, даже, если она родит этого ребёнка… мы с тобой всё равно будем вместе. Это никак не отразится…

- Ты слышишь себя вообще? Ты будешь связан с этой девушкой на всю жизнь!! – не замечаю, как повышаю голос и Петюня тут же заставляет меня затихнуть, запечатывая мне рот настойчивым поцелуем.

Он длится продолжительное время, за которое я успеваю вернуть самообладание. Пётр отрывается от моих губ, и я делаю полноценный вдох, заполняя лёгкие новой порцией воздуха, а голову свежими мыслями.

- Я буду связан с ребёнком, а не с ней. Люди прекрасно живут, воспитывая детей и никак при этом не взаимодействуя. Только если в самом начале… Мы живём в современном мире. Я не обязан ломать себе жизнь и жениться на ней из-за её беременности.

- Да ну? А спал ты с ней, не ломая себе жизнь? – огрызаюсь я, проглатывая желчь от обиды. – И то… это всё с твоих слов… Может это было мне сказано, чтобы я не выклёвывала тебе мозг со своей ревностью!

- Замолчи. – мой рот затыкает горячая ладонь и я воинственно сдвигаю брови. – Ты на эмоциях не соображаешь, что говоришь!

Кусаю мужскую руку, но Петюня не поддаётся, продолжая убеждать меня в своей правоте:

- Взгляни на наших родителей. Им ничто не мешает быть вместе. А мой отец вообще любит тебя больше, чем меня…

Смотрю как в его глазах мелькает секундная боль и пытаюсь объяснить, но шершавая ладонь блокирует любые мои звуки.

- Да знаю-знаю… - грустно улыбается парень, передвигая руку и нежно поглаживая мою влажную от слёз кожу. – Я не жалуюсь. Я безумно рад, что у вас такие отношения. Тебя невозможно не любить. – оставляет лёгкий поцелуй и скатывается с меня на кровать.

- Не отказывайся от ребёнка… - выжимаю из себя, заглушая боль внутри. Всеми фибрами ощущая настрой Петра, во мне бунтует женское начало. – Так нельзя…

- Как только будет возможно, я потребую тест на отцовство.

- Да твой он, Господи… - устало потираю лицо и впиваюсь в чернявого обвиняющим взглядом.

- Лиз, я во всём разберусь.

- Слышали уже… - поднимаюсь с постели и отхожу к шкафу. Открываю его и застываю на месте, разглядывая нашу сложенную вперемешку одежду.

- Что ты делаешь? – стальным голосом произносит Петюня.

- Собираю вещи. – проглатываю предательские слёзы.

- Лиз…

- Я так не могу, понимаешь?! – резко поворачиваюсь и швыряю ему в лицо пару своих футболок. – Я не железная, Фролов. Я ничего не знаю. Не понимаю. Я слышу только твоё: «Подожди!» и тут же получаю за это по носу. Просто нам не суждено быть вместе… Судьба посылает нам знаки, пытаясь нас разлучить!

- Что за бред? – подлетает Пётр, хватая меня за плечи и тряся как грушу.

- Я устала. Меня уже тошнит от этой неизвестности. Меня тошнит от твоей Карины. Её слишком много в моей жизни. Её вообще не должно быть в ней, понимаешь?! – кричу ему в лицо, не задумываясь, что стены уже не спасут и родители наверняка слышат весь наш разговор.