Интриги императорского двора

Глава 12. Ронди

Расписание Его Величества менялось каждый день. Накануне очередного рассвета герцог Вельф и его камердинер согласовывали дела, которыми предстояло заняться императору завтра. Из-за того, что монарх все еще был ребенком, из-за тяжести той задачи, что он сам возложил на собственные плечи, в его расписании до сих пор не было ни одного выходного. Слишком многое требовалось узнать, слишком большое количество людей жаждало лицезреть императорский лик и слишком мало часов для всего этого вмещали в себя сутки. Альберт понимал, что эта схема идет ему на благо, и обычно позволял себе лишь вяло жаловался регенту на загруженность. Однако после Совета Лордов Его Величество стал всерьез раздумывать над тем, что первым этапом коварного плана герцога Вельфа по захвату Империи Запада является убийство законного монарха посредством переутомления. С таким изощренным покушением на свою жизнь Альберт еще не сталкивался. Буквально каждая минута его жизни была расписана камердинером герцога, одобрена регентом и с готовностью занята когортой преподавателей и придворных. Первые, видя, что ученик не пытается сбежать, со счастливыми лицами стремились вложить в его голову как можно больше знаний. Вторые, наконец, начали осознавать, что власть сменила свой вектор и уже никогда не вернется на прежний курс. Однако так как после рождения Роланда кронпринц находился в тени леди Жизель, то о нем мало что было известно при дворе. Аристократы из кожи вон лезли, пытаясь понять, с кем им предстоит иметь дело, и потому занимали драгоценные секунды внимания у Его Величества. Доходило до того, что на обед Альберту отводилось до десяти минут в день. И, так как Джерменийский дворец отличался от всех прочих подобных строений своими воистину гигантскими масштабами, император всегда либо опаздывал после трапезы, либо пропускал оную.

На седьмой день этой каторги Альберт посмотрел в зеркало и ужаснулся. Сначала он подумал, будто его магия иллюзий вновь вышла из-под контроля, однако контрзаклинание подтвердило, что отражение бледного юноши с черными синяками и крайне изможденным видом – реальность. Добил его засуетившийся внезапно Адриан, который пытался напоить своего сюзерена “живительным эликсиром по старинному семейному рецепту”. К счастью, его вовремя перехватил Эймери и покушение (из самых лучших побуждений) на жизнь императора не состоялось. Но сам факт готовящего что-то Гловера внушал нешуточные опасения. Альберт решил, что с него хватит. Он разогнал толпу, жаждущую его внимания, и объявил, что сегодня Его Величество изволит почивать. А затем отправился на поиски Роланда. Он собирался исполнить свое обещание: этот день будет целиком посвящен младшему брату.

Покои леди Жизель и кронпринца были расположены в противоположных крылах дворца. После коронации у Альберта не было ни времени, ни желания беспокоиться о месте для сна. Императорские покои пустовали. Зато не приходилось заново привыкать к запутанным коридорам Джерменийского дворца.

Юный принц нашелся в своей классной комнате, где умудренный сединами преподаватель изводил его уроками географии. Два гвардейца, приставленных к Ронди в качестве охраны, попробовали преградить императору путь, но сэр Эймери мгновенно возник рядом с ним и выразительно положил руку на эфес шпаги. Трудно было не узнать красный мундир телохранителя Его Величества. Гвардейцы благоразумно отступили.

– Доброе утро, господа. Сегодня просто чудесная погода для конной прогулки, не так ли? Вы можете идти, профессор. Весь сегодняшний день Роланд проведет со мной.

Альберт видел этого преподавателя впервые в жизни, но, зная любовь своей мачехи ко всему лучшему, мог легко предположить, что пожилой мужчина не иначе, как профессор императорского университета.

– Леди Жизель можете передать, что это мое личное распоряжение, – добавил император прежде, чем преподаватель успел открыть рот для возражений.

Учителю ничего не оставалось делать, как отступить, подобно гвардейцам. Вероятно, Альберт обидел его, однако он не жалел об этом. Ронди улыбался старшему брату щербатой улыбкой, и их встреча могла считаться прекрасным началом дня. Его Величество чувствовал, как усталость отступает, а в груди его рождается теплое чувство удовлетворения.

Страшно подумать, а ведь у него могло и не быть брата! Когда Артур V, их отец, взошел на престол, ему понадобилась поддержка знати. Он не был так же молод, как его сын сейчас, но одно обстоятельство не давало покоя ни ему, ни истангийским интриганам. У Артура V был брат-близнец. Если эти двое появились бы на свет в семье простых магов, их рождение сочли бы благословением для всего Скайдона. Однако неизбежная борьба за власть между ними перевешивала все положительные моменты от рождения магических близнецов. Тем более что невозможно было достоверно определить, кто из младенцев родился первым. В результате к моменту коронации нового императора вся знать разделилась на две группы. Артур V из-за своего тяжелого характера был не столь популярен среди придворных, как его брат. Казалось, все шло к свержению нового императора и последующему воцарению его близнеца. Однако легендарное упрямство (единственное качество, которое Альберт унаследовал от отца в полной мере) помогло монарху не потонуть в скайдонском болоте политики. Император пошел на отчаянные меры – он женился на дочери премьер-министра, своего главного оппонента.

У премьер-министра было два пути: либо отречься от своего единственного ребенка, либо попытаться найти общий язык с зятем. Он выбрал второй путь. За что и поплатился. Вскоре некогда могущественный великий герцог был отравлен, а его протеже, брат-близнец императора отрекся от прав на престол и подстригся в монахи. Ряды дворян, не успевших уловить, куда дует ветер перемен, также значительно поредели. Артур V ликовал. Теперь ничто не могло угрожать его власти! Вот только оставалась одна неразрешимая проблема: что делать с женщиной, на которой он женился исключительно ради смерти ее отца?