И снова цветочный флешмоб

И снова цветочный флешмоб

Здравствуйте, дорогие друзья!

Я цветы очень люблю, в книгах их у меня, как и прочей природы, много, так что не могла пропустить этот флешмоб от Лары Вагнер. Эстафету приняла от Натальи Жаровой, автора фантастических романов, которая, впрочем, пишет не только о космосе, но о красивейших местах на Земле.

Начнем, пожалуй, с самого свеженького романа:

Лиза, что за обедом, что теперь, больше молчала, что было для нее совершенно не свойственно. Алекс уж забеспокоился – не больна ли? Впрочем, больной она выглядела не больше, чем обычно: бледна как всегда сверх меры. Зато избавилась хотя бы на вечер от пенсне. Алекс даже разглядел, что без толстенных стекол глаза у Лизы очень даже хороши – большие, ясные, кристально-голубого цвета. Длинные белокурые волосы – главное свое достоинство – она сегодня собрала в прическу простую, но милую и украсила живыми орхидеями. И те же орхидеи приколола возле декольте. Довольно впечатляющего, к слову, декольте.
Нет, блеклые блондинки, вроде Лизы, совершенно не были во вкусе Алекса, но интерес к ней Виктора Алифанова он, в принципе, мог понять. Лиза была недурна. Особенно, когда молчала.
Жаль, продлилось это не до конца вечера.
—  Вам нравятся орхидеи, Александр Николаевич? – вполне невинно поинтересовалась Лиза, отследив, наверное, его взгляд.
Время было позднее, и Кулагины просидят у них едва ли еще больше часа. Было бы здорово за этот час не поссориться с Лизой. Поэтому Алекс ответил как мог уклончиво:
—  Я размышлял, Елизавета Львовна, что, наверное, непросто было достать живые орхидеи в это время года.
—  О, тоже подозреваю, что отыскать такие было ох как непросто! – со смехом встрял Лизин отец – да подмигнул Алексу, будто что-то имел в виду. Кулагин продолжал: — но Лизе, по счастью, цветочки достались легко: очаровательную коробку принесли к нам на дом нынче утром.
Матушка легонько задела его носком туфли под столом, да Алекс не придал значения. 
—  Вот как? – изобразил он вежливое удивление.
А Кулагин, хотя шампанского сегодня не пили, веселился все больше и больше:
—  Ох и шутник вы, Александр Николаевич! Полно вам! Прислали букет, а теперь смущаете девицу – на Лизе уж лица нет!
Алекс запаниковал, смутно догадываясь, что произошла ошибка.
—  Позвольте… я прислал? С чего бы мне посылать Лизе цветы? Сегодня не первое апреля, слава богу!
Матушка второй раз задела его носком туфли – уже настойчивей, а Лиза и правда менялась в лице: на ее бледных щеках даже стал прорезаться румянец. 
А потом она опять резко побледнела. Потому что ее отец прекратил веселиться и вперил в нее тяжелый взгляд:
—  Я что-то не пойму, так от кого цветы? Ты солгала мне, Лиза?
В какой-то момент Алексу показалось, что та сейчас разрыдается.
—  Так вы присылали цветы или нет, Александр Николаич? – вопросил Кулагин у Алекса уже без обиняков.

«Сердце ворона»
Сад Лара любила в любое время года. В апреле над персиковыми деревьями поднимались пышные розовые шапки – всего на несколько дней, однако, стоило целый год ждать, чтобы на те несколько дней калитка в их сад стала бы дверцей в волшебную сказочную страну.
Ежели вдруг начинался ветер, Лара запрокидывала голову и по четверти часа могла смотреть, как танцуют в воздухе розовые лепестки. Они метались суетно и беспокойно, оседали на волосах и платье. А когда ветер стихал, то ковром укрывали черную южную землю – и волшебство уходило. Только Лара все равно помнила – сказка рядом, нужно лишь увидеть.

(отсюда же)

Без малого двадцать лет простоял этот парк заброшенным. Работники, толком не управившись еще с флигелем и пристройками, об уходе за парком и не задумывались. Трудно уж было разобрать, где здесь аллеи и тропинки – бурьян и алые южные маки доходили Ларе до пояса. Многолетние слои опавших листьев и вязкого перегноя неприятно холодили голые щиколотки, а репейник настырно цеплялся за юбку. Будто кто-то невидимый старался удержать, не пустить Лару вглубь.
Но Лара решительно забиралась все дальше и дальше. Покуда не добралась до вожделенной стены. Лишь здесь одумалась. Жадно оглянулась по сторонам. Тишина здесь стояла такая, что Лара слышала только свое дыхание и учащенное биение сердца. 
А кусты, что огораживали высокую каменную стену от графского парка, вблизи оказались шиповником. Давно высохшим мертвым шиповником, нынче более напоминавшим колючую проволоку, через которую пробраться, не разодрав плечи до крови, невозможно.
«Должно быть, именно здесь, на этом самом месте, стояла та женщина…» - некстати подумала Лара. 
Горничная определенно указала ей сюда, хотя ни примятой травы, ни утоптанных листьев под ногами Лара не обнаружила. Она почувствовала, как по спине поднимается холодок. 
В самом ли деле женщина из плоти и крови здесь стояла? Или все же нечто потустороннее. Призрак той, чья душа заблудилась по пути в Ирий. Как там говорил Джейкоб? Чью душу кто-то не желает отпустить…

«Загадка для благородной девицы»
Сквозь открытую форточку комнату заполнил запах дождя и некий пьянящий цветочный аромат. Аромат этот всюду витал во дворе, но я тогда еще не знала, что за диковинный душистый кустарник цветет в русской деревне весь май… Как и не знала, что в будущем, едва заслышу этот аромат, память всякий раз будет возвращать меня в тот самый май 1884 года, который так сильно изменил мою жизнь.

(и чуть дальше)
По обеим сторонам дорожки высились ухоженные и даже выстриженные в форме животных кустарники. Пройдясь меж ними, я наугад свернула на очередное ответвление тропинки и, к полной своей неожиданности, вышла в дивной красоты сад, где дурманяще пахли пышные кусты сирени.
Да, это была сирень – видела ее прежде в учебниках и сразу узнала. По ботанике у меня не было иных оценок, нежели «отлично», но вот с практикой беда… Эта диковинная сирень вовсе не растет в Париже, да и в Петербурге мне ее видеть не приходилось.
Я не удержалась и прошла в глубину сада, приблизила рукой ветку с нежно-лиловыми цветками, уткнулась в нее лицом и вдохнула поглубже. Право, если я когда-нибудь покину Россию, то немногое, по чему я буду скучать, так это здешняя весна. Да, весна в Париже это одно из самых чудесных явлений на Земле: с ее яркими красками парковых цветов, пестрыми нарядами дам, игрой солнца на мостовых. Весна в Париже ни в коей мере не может сравниться с весной в каком-нибудь пригороде Пскова. Но… отчего-то именно здесь у меня перехватывало дух, и хотелось беспричинно улыбаться…

Благодарю всех за внимание!

Буду рада, если во флешмобе примут участие замечательные авторы Соня Соня, Варвара Корсарова, Юлия Леонова.