Ребекка

Ребекка

Эта встреча произошла неподалеку от трассы Минск – Брест ясным солнечным утром, где мы – двое путешественников – остановились для короткого завтрака. Собственно, перерыв требовался мне, поскольку именно у меня начинали болеть все суставы, а мышцы ног сводило судорогой уже после тридцати минут езды на мотоцикле. И я совсем не разделяла энтузиазма мужа – байкера со стажем – когда он утверждал, что мы бы элементарно доехали до Бреста за каких-то пару часов. Может быть, вполне допускаю, это было элементарно для него, но мое тело выражало яростный протест против такого с ним обращения. А пальцы, до этого отчаянно цеплявшиеся за его кожаную куртку, до сих пор разгибались с трудом.

Впрочем, мы ведь никуда и не спешили. Впереди нас ожидало еще двенадцать беззаботных дней – дне й, которые мы собирались посвятить отдыху и – друг другу.

- Смотри, - окликнул меня Олег, оторвавшись от задумчивого созерцания спутанной лесной чащи, куда убегала грунтовка, -

- Кажется, кто-то идет.

Я взглянула туда, куда он указывал.

- Не кажется, а действительно, кто-то идет, и, по-моему, не один.

Их и вправду, было несколько. Но человеком оказался лишь двигавшийся впереди, чуть понурый силуэт. А следом за ним из-под склоненных к земле ветвей выступила высокая вороная лошадь.

- Красавица, - не удержался мой муж.

Хотелось бы мне, конечно, чтобы последнее замечание относилось ко мне, но Олег в данный момент смотрел на четвероногое совершенство, возникшее из ниоткуда.

Да, лошадь была изумительно хороша, и это мог оценить даже непрофессионал: так гармонично и плавно струились линии ее тела, такой грации было исполнено каждое движение; она не шла, а словно скользила над землей, и в слегка надменном взгляде горящих глаз, которым она окинула нас, будто отразилось все поколение ее высокородных и гордых предков.

По сравнению с ней, фигура идущего впереди мужчины казалась скромной и даже немного жалкой. Контраст усиливался слегка обтрепанной и, по-видимому, давно не стираной одеждой, а также утомленным и каким-то загнанным выражением лица. Он не сразу заметил нас, а когда это произошло, испуг исказил его черты, но лишь на несколько секунд. Незнакомец мгновенно овладел собой и даже попытался улыбнуться краешком узких губ, хотя улыбка вышла слишком неестественной.

- Доброе утро, - поприветствовал он нас, подойдя ближе. Лошадь тоже остановилась, ткнувшись носом в его спину.

- Доброе, - отозвались мы почти в унисон.

- Издалека? – взгляд его упал на мотоцикл, стоявший в тени зеленого вяза.

- Не слишком. А вы предпочитаете путешествовать пешком?

Сразу бросалось в глаза отсутствие седла на лошадиной спине. Да и недоуздок висел на породистой морде как-то небрежно, словно только для вида.

Незнакомец отвел глаза и уставился в землю, как будто его смутил наш вроде бы безобидный вопрос. Но может, вопрос, и в самом деле был нескромный, и мы предпочли не углубляться в эту тему.

- Простите, у вас не найдется немного еды? – неожиданно произнес он, и в глазах его промелькнуло выражение, какое бывает, наверное, у вконец отчаявшихся людей. И тут же исчезло, сменившись отражением обычной вежливости, будто он, находясь на светском приеме, просто обратился с просьбой передать ему «вон тот бутерброд». Я почему-то ощутила острую неловкость. Этот человек не был нищим и явно не привык попрошайничать. Но весь его облик свидетельствовал о крайне затруднительном положении, а то, как моментально он справлялся со своими эмоциями, заставляло предположить в нем недюжинную силу воли.

- Просто так получилось, что последние несколько дней…

- Да присаживайтесь, конечно, - поспешно привстал с места мой муж, быстрее меня справившись со смущением,

- Угощение, правда, небогатое.

- Спасибо, - мужчина взял со скатерки бутерброд с ветчиной, -

- Не хотел причинять вам беспокойства. Наверняка, мой вид не внушает доверия, и я предпочел бы вовсе не показываться на людях. Но есть, к сожалению, хочется всем, и ничего с этим не поделать.

Бутерброд быстро исчез, за ним последовал еще один. Наш неожиданный гость аккуратно собрал крошки и протянул их лошади, не отходившей от него ни на шаг. Та шумно вздохнула, принюхиваясь, и так же аккуратно слизала их с ладони.

- Простите, кажется, я так и не представился, - произнес мужчина, вновь поворачиваясь к нам, -

- Андрей, - он протянул руку.

- Олег, - ответил мой муж, пожимая ее.

- Вы не торопитесь? – спросил он.

Вообще мы не планировали где-то задерживаться надолго, но, если честно сказать, никаких срочных дел у нас не было и причин, чтобы срываться с места, едва закончив завтрак, - вроде, тоже.

- Да нет, - снова ответили мы одновременно.

- Если не возражаете, - наш гость потянулся за куском колбасы.

Мы не возражали. Уж больно истощенным он выглядел. И, возможно, – где-то в глубине души мелькнула мысль – реакция наша на его появление была бы несколько иной и более враждебной, если бы не то обстоятельство, что он был не один… Но стоящая рядом и не спускающая с него влажных глаз вороная красавица как будто не давала возможности относиться к нему иначе, чем с сочувствием.

Лишь уничтожив половину наших запасов и запив их огромной кружкой горячего чая, Андрей тяжело оперся о древесный ствол.

- Спасибо. Вы не дали мне умереть с голоду, - усмехнулся он уже почти весело, хотя его слова, скорее всего, были шуткой лишь наполовину, -

- За это могу отплатить вам своей историей, как и положено всяким бродячим шутам.

Горечь, прозвучавшая в его словах, заставила меня смущенно опустить глаза.

- Вы вовсе не обязаны, - начала я, но он остановил меня нетерпеливым жестом.