Исцелённая любовью, или Сказание о королеве Лайле и рыцаре

Глава 1. Счастье королевы

Разноцветные флаги гордо реют над башнями королевского замка Илльборна, трепещут и хлопают на даже летом холодном ветру. Неприступная твердыня — огромная, серая, ощетинившаяся зубцами толстых каменных стен — сегодня выглядит непривычно открытой. Мост опущен, и нескончаемый поток всадников и экипажей течёт по нему.

— Моя королева, — склоняется в поклоне главный советник. — Прошу простить, что отвлекаю вас в такой важный день.

Лайла отворачивается от окна, через которое наблюдала за прибытием гостей. Судя по гербам на каретах и флагам, сегодня весь цвет Илльборна соберётся, чтобы отпраздновать оглашение наследниками трона её сыновей.

— Что-то случилось?

На лице советника появляется смущённое и даже виноватое выражение. Он слишком любит брать на себя чужую вину. Не лучшее качество, Лайла знает об этом на собственном опыте.

— Нянечки и воспитатели уже со всех ног сбились, не могут найти принцев. И юная герцогиня Кларисса тоже куда-то запропастилась. Ваша сестра везде ищет её, — сообщает советник.

Речь, конечно же, идёт о старших из четырёх сыновей Лайлы — семилетних близнецах Рагнаре и Вигге. Именно об их проснувшейся магии в последнюю седмицу объявляли во всех деревнях и городках хранимого богами Илльборна.

Проснувшаяся магия — только звучит красиво. На деле всё едва не обернулось пожаром. Зал, в котором схлестнулась магия принцев, до сих пор стоит пустым, с остатками обгоревших гобеленов на стенах. Хотя это, конечно же, мелочь. Случаются и более опасные и трагические пробуждения магии — кому как не Лайле об этом знать.

Дети могли пострадать. Могут и сейчас не совладать с открывшимся даром. А взрослых нет рядом с ними.

В этот раз Лайла не будет прощать нерадивых. Николас получает приказ разобраться с теми, кто не доглядел за детьми.

— Будет выполнено. — Он склоняет голову. — Мы бы ни за что не побеспокоили вас, Ваше Величество, но принцам скоро нужно будет мыться и одеваться для церемонии.

Лайла закрывает глаза, позволяет своей магии проснуться и потянутся к самым родным и любимым. Первым, как и всегда, она находит мужа. Он на нижнем уровне, недалеко от конюшен, спокоен, сосредоточен, может быть, чуть-чуть раздражён суетой. Его искра слабее других, но магию Лайлы ведёт любовь, и муж в её сердце — всегда первый.

Затем она тянется к детям. Находит их в детской, всех, кроме старших озорников. Поиск Рагнара и Вигге затягивается, пока Лайла не догадывается посмотреть на самые верхние уровни замка.

— Они в северо-западной башне.

— Там всё осмотрели, — с виноватой нотой в голосе возражает советник.

— Мальчики и Кларисса на самом верху. Скорей всего, на чердаке.

Лайла хмурится, чувствуя слабое мерцание магических потоков там, где находятся близнецы. Они обещали не использовать магию без присутствия взрослых, но, похоже, нарушили слово.

— Я сама за ними схожу.

— Но как же?.. — Николас косится на живот Лайлы.

— Ничего страшного, — отвечает она. — Срок не настолько большой, чтобы не иметь сил подняться на пару ступеней.

Наверх ведут сотни ступеней, и Лайла устаёт, пока добирается до последнего уровня башни. Приставной лестницы нигде нет — вот как дети смогли спрятаться от тех, кто должен был за ними смотреть. Глядя на закрытый вход на чердак, Лайла зовёт сыновей:

— Рагнар, Вигге, а ну открывайте! Кларисса, милая, и ты там?

Дверца чердака открывается, но не сразу. Дети спускают лестницу, хотят спуститься и сами, но Лайла решает узнать, чем они там занимались.

Поднявшись на чердак, она оглядывается по сторонам. Чего тут только нет, кроме чистоты и порядка.

— Мы просто играли, — бормочет Вигге, вытирая носком ботинка пыльный пол.

Лайла присаживается на стул с потёртой обивкой.

— Вам недостаточно комнат для игр? Тех чудесных игрушек, которые мы с папой вам дарим?

Рагнар гордо вскидывает подбородок, невероятно напоминая этим отца. И тон у него такой же — уверенный, убеждённый в своей правоте. Мальчику всего семь, но даже в мелочах видно: растёт настоящий властитель.

— Игрушки — это для глупых и маленьких. А здесь всё настоящее.

Никто не сможет убедить его, что находящееся здесь — старый хлам.

Вигге кивает.

— Мы нашли много таинственных сокровищ, — признаётся Кларисса.

Девочка приходится Лайле племянницей, это заметно и в её внешности. У них обеих рыжие волнистые волосы, голубые глаза и поцелуи солнца — веснушки. Общеизвестно, что Кларисса вырастет настоящей красавицей.

— Ну что ж, — говорит Лайла, — покажите мне свои сокровища. Возможно, мне удастся открыть вам их тайны. Только выберите что-то одно. Праздник начнётся ещё нескоро, но нам уже пора собираться.

Рагнар, Вигге и Кларисса шумно совещаются, а затем сдёргивают прикрывающее часть вещей покрывало, и перед Лайлой предстаёт деревянное кресло, к бокам которого приделаны большие колёса. Над ним явно поработал искусный мастер. Сидение обито кожей. Резьба спинки отличается изысканностью. Подлокотники блестят, будто этим креслом пользовались годами.

— Мама, ты только посмотри, какая чудесная вещь! — восклицает Вигге. Рагнар важно кивает и проводит пальцами по ободу колеса.

Не отрываясь, Лайла смотрит на находку детей. Вигге тем временем садится в кресло и требует, чтобы его покатали. Рагнар с Клариссой пытаются сдвинуть тяжёлую конструкцию с места, но у них мало что получается.

— Колёса, наверное, совсем заржавели, — говорит Лайла.

— А чьё оно, мама, ты знаешь? — спрашивает Рагнар.

— Если бы у меня было такое, я бы с него не слезал! — восхищается Вигге.

А Кларисса подходит к Лайле и опускается возле неё на колени, берёт за руку.

— Тётя, ты себя плохо чувствуешь? Или мы тебя чем-то расстроили?

Временами из-за Клариссы Лайла немного завидует старшей сестре и мечтает о появлении собственной дочери. Но у них с мужем получаются исключительно сыновья. Лайла надеется, что это только пока. Касается живота и на мгновение замирает.