Цветок Аида

Глава 10

Кора

Папа едва заметно кивнул одному из своих охранников, тот подошел к моему садовнику и забрал паспорт. Не стал его смотреть, а сунул его себе в задний карман штанов, как какую-то мелочь.

Какое пренебрежение! Никогда не видела, чтобы папа вот так позволял себе обращаться с людьми. Он, конечно, не образец воспитанности, но, господи, как стыдно! Больше всего я боялась, что Герман психанет, потребует вернуть паспорт и наплюет на нашу с ним сделку. Но он по-прежнему спокойно стоял, не обращая ни на кого внимания. И все равно я чувствовала, что он зол, пусть и не показывает этого. Такое обращение, словно он раб какой-то.

— Пап, а зачем паспорт-то забирать? — недолго думая, спросила я. — Можно же просто посмотреть…

— Кора, милая, позволь моим людям делать свою работу. — Папа улыбался одними губами, он сердился, хотя и пытался скрыть это. — Твоя безопасность превыше всего. Поговорим вечером, слушайся во всем Гелю.

Он уже не смотрел на Германа, того будто не существовало больше, хотя парень не сходил с места. Он скрестил руки и без особого энтузиазма оглядел охранников, потом перевел взгляд на мачеху и Аделину. Я до сих пор не понимала, что они все здесь делают!

— Да, Каролина, детка, у нас впереди очень много дел. — Геля аккуратно обошла охранников и отца, который сейчас с кем-то уже разговаривал по телефону. Аделина со скучающим видом стояла за спиной своей матери.

— Какие это у вас дела с Корой? — бабушка, молчавшая до этого момента все время, подошла ближе и попыталась отодвинуть меня себе за спину. Она невзлюбила Гелю с первого взгляда, хотя моя мачеха точно не виновата в разрыве мамы с отцом.

Геля едва заметно поджала губы, а потом, взяв меня под руку, повела к коттеджу. Я оглянулась — папа, не попрощавшись, уже спешил со своей свитой обратно к главному дому, Аделина стояла рядом с Германом, что-то говорила ему и указывала рукой на оранжерею. Тот не реагировал.

Безбашенный тип! Аделина не прощает невнимания к себе. Хотя я не удивлена особо. Германа я едва знаю, но он точно не из тех, кто хочет понравиться. И никто его не заставит улыбнуться, если он не захочет. Даже моя младшая сестра.

— Кора, дорогая, ты меня слышишь?

— Что? — Я не сразу поняла мачеху, которая с легким упреком смотрела на меня.

— Прежде всего, тебе не нужно так одеваться.

Я невольно взглянула на свою куртку — нормальная ветровка, я ее купила с бабушкой на распродаже год назад.

— А в чем дело-то?

Меня, если честно, больше беспокоили Герман и Аделина. Сестра, в общем, нормальная девчонка, но она не понимает слова «нет», тем более в собственном доме.

— Кора! — Мачеха снова завладела моим вниманием, начисто игнорируя бабушку. — Твоя курточка — это no name, понимаешь?

— Нет.

— Боже мой, это мое упущение, конечно, но ты никогда не шла на близкий контакт. — Геля поправила свой бежевый тонкий свитер, наверняка очень дорогой. — Через три дня к нам приезжает семья твоего будущего мужа, Даниз, его братья и мать. Тебе нужно соответствовать!

— Что?! Как это приедут?! — Я мигом забыла и о сестре, и о Германе. — Зачем?!

— Как это зачем? — Геля уставилась на меня, на секунду растеряв весь свой светский лоск. — Мы почти родственники, ты всего один раз общалась с Данизом, он рвался тебя проведать, его брат еле сдерживал.

Я чуть не застонала в голос. Может, не тянуть, уже сегодня сделать нужные фото? Я украдкой бросила взгляд на Германа — вместе с сестрой они шли к оранжерее, но вдруг он обернулся и поймал мой взгляд. Меня как током пробило, я нервно обняла себя за плечи.

— Где ты только нашла такого садовника, Кора? Твоему отцу он очень не понравился.

— Зато мне нравится. — Я с вызовом вздернула подбородок. — Герман не станет заискивать, Геля. Ему плевать, и этим он мне нравится!

— Не хочу портить себе и тебе утро. — Мачеха поморщилась. — Сегодня днем едем полностью обновлять твой гардероб. На завтра я пригласила специалиста по этикету, времени в обрез, но что смогу — я сделаю.

— По этикету?! — Я не знала, то ли плакать, то ли смеяться. — Я умею пользоваться ножом и вилкой. Да ты вспомни этого Даниза! Вот кто дикарь неотесанный!

— Кора, милая, ты уже согласилась на этот брак. — Геля явно начала терять терпение, но меня сейчас больше волновала ее дочь, которая, не разбирая дороги и задевая мои клумбы, неслась прямиком к нам.

Я перевела взгляд на оранжерею — из нее неторопливо выходил Герман все с таким же равнодушным и непроницаемым выражением лица.

— Мама! — В глазах Аделины стояли слезы, она порывисто бросилась к Геле в объятия и разрыдалась.

— Что… что случилось, детка? Кто тебя оби… этот парень, да?!

По голосу Гели я поняла, что Герман уже признан виновным и приговорен к смертной казни. Во всем, что касалось ее единственной дочери, моя мачеха всегда теряла разум.

— Он… Кора, где ты его только нашла? — с обидой в голосе спросила сестра. — Со мной никто… никогда… я просто х-хотела, чтобы он нарезал мне р-ро-оз!

— Тебе нельзя волноваться, милая!

— Он… мам… сказал, что цветам лучше в земле, чем в моих руках, но я могу на кладбище взять мертвые розы! И он не нанимался вып-полнять мои капризы. Хам и отстой!

Я умоляюще посмотрела на подошедшего Германа, он явно слышал последние слова Аделины.

— Послушай, парень, ты, кажется, не понял, с кем рядом находишься! — Геля неприязненно смотрела на Германа, но долго его взгляд выдержать не смогла. Как и папа.

— Меня наняла Кора, — нехотя ответил Герман, словно делал одолжение. Еще неясно, кто из этих двоих больше презирал друг друга. — Только она может говорить делать мне что-то.

— Ты…

— Я сама сделаю сегодня большой и очень красивый букет для тебя, — поспешно заговорила я, надеясь погасить конфликт. Этот парень делает все, чтобы его уволили сегодня же! — Аделина, не расстраивайся, пожалуйста. А пойдемте вместе завтракать! У нас есть сырники, оладьи с вареньем.