Наследство Мираль

Глава 10

Сани стрелой летели по снегу, ветер хлестал по лицу с удвоенной силой. Пронизывающий холод коварно пробирался под одежду, царапал невидимыми ледяными пальцами руки, ноги, шею. Казалось, ещё немного — и я превращусь в сосульку… Но как только мы приблизились к озеру, от страха бросило в жар.

Кое-где зияли тёмные пятна. Полыньи? Что будет, если мы угодим в одну из них? Мгновение, обжигающий холод и… смерть? Неужели нет другого пути?

Вцепившись в деревянные ручки, я смотрела, как Мариус умело лавирует между промоинами.

И вдруг перед нами разверзся лёд, лошадь, испуганно заржав, подалась вправо, пытаясь обойти трещину. Но Мариус дёрнул влево и выкрикнул какое-то ругательство. От ужаса я закрыла глаза. Это конец!

Не знаю, каким образом мы перемахнули эту полынью. Сани взлетели в воздух и снова приземлились на льду.

От сильного толчка лязгнули зубы, меня вначале подбросило, затем швырнуло обратно. Промелькнула безумная мысль: «Если выживу, сыграю местным богам любимую тётину мелодию! Может, тогда мне удастся вернуться обратно на Землю…»

Едва я открыла глаза, впереди всё заволокло чёрной дымкой. Сани, готовые в любую минуту провалиться под лёд, по-прежнему неслись вперёд. Вперёд, в тёмную неизвестность…

На меня накатило непонятное спокойствие, отдававшее принятием неизбежного. В голове зажурчал чей-то тихий голос: «Усни. Усни. Усни». Он обволакивал, усыплял, вкрадывался в сознание, образуя в нем какое-то пространство безволия. Кажется, так убаюкивала бабушка далеко в детстве. Но мысли текли настолько вяло, что думать ни о чём не хотелось. Ещё немного — я усну, и будь что будет.

Но на смену этому голосу пришёл другой, более знакомый:

— П-р-р-осыпайся!

В плечо вонзились когти Арчи, я вскрикнула от боли и пришла в себя. Чёртова птица!

— Эй, прекращай! — вскрикнула я возмущённо.

— Дер-р-р-жись лучше! Дер-р-ржись, говор-р-рю, — гаркнул попугай в ответ.

Не знаю, сколько прошло времени: пять минут или полчаса, — но, кажется, мы пересекли озеро. Чёрная дымка вокруг постепенно рассеивалась. Показался другой берег, окружённый высокой горной стеной. Тупик! Даже если мы выберемся на твёрдую почву, куда двигаться дальше?

Мариус резко вильнул влево.

— Пр-р-р-оход, и мы спасены! — заверещал мне в ухо Арчи, по-прежнему цепляясь когтями за одежду и царапая кожу.

Какой проход? О чём он? Я ничего толком не могла разглядеть. Горы приближались всё быстрее. К ним туда неслись не только наши сани — сбоку вырисовывались силуэты других всадников. Со свистом следом за остальными мы влетели под арку, которую обрисовали нависшие сверху скалы. Несколько секунд мы мчались в полутьме, а затем резко остановились.

Не успела я опомниться, как Мариус схватил меня в охапку, как ковёр, перекинул через плечо и куда-то потащил. Я ничего не видела, кроме окружавших нас тёмных скал.

— Подожди, где Арчи? — мой крик утонул в отдалённом грохоте.

Мариус опустил меня на дно какой-то повозки, которая тут же тронулась, и запрыгнул следом.

— Уходим!

Это я разобрала, прежде чем прогрохотала целая серия взрывов. Казалось, содрогнулась сама земля. Повозка подпрыгнула и понеслась дальше, ещё ускорившись на ходу. Вспышка чёрно-оранжевых огненных всполохов осветила весь проход, и позади нас поднялся страшный, сотрясающий мироздание грохот камнепада.

Боже! Кажется, Мариус отдал приказ устроить обвал, чтобы закрыть позади путь.

Мы вылетели с другой стороны как раз вовремя. Скалы с грохотом обрушились позади, погребая под собой арку.

Я сидела за спиной у Мариуса, пытаясь рассмотреть из-за его плеча, что там происходит, когда повозка подпрыгнула и накренилась влево. Я пошатнулась, не удержав равновесия, но от падения меня удержала крепкая рука.

— Забирайся внутрь и возьмись за борт, — приказал Мариус, когда мы выровнялись и остановились. — А главное, смотри в оба. Увидишь что-нибудь, дай знать Рэму. Он правит повозкой.

Встретившись со взглядом светло-голубых глаз, я почувствовала, как щёки опалил жар. Сама не знаю, что было тому причиной. Возможно то смущение, которое испытала в этот момент:

— Лучше попроси кого-нибудь другого. Я потеряла очки, — пролепетала, опустив глаза.

Он непонимающе приподнял брови.

— Глаза… ничего не вижу… — принялась объяснять я, но прежде, чем успела закончить, горячие губы Мариуса на мгновение прижались к моему лбу. Затем переместились к переносице и запечатлели там лёгкий, почти невесомый поцелуй… Словно прикосновение крыльев бабочки.

Не успела я отреагировать, как он уже целовал мои губы. Секунда… две… три…

Второй за последний день поцелуй стал ещё большим откровением: словно лёгкий электрический разряд пробежал от макушки до пальцев ног, а тело неожиданно обмякло. Оно вдруг стало таким безвольным, что я испугалась и, опомнившись, упёрлась руками в грудь мужчины, закрытую лёгким доспехом.

— А теперь? — Мариус отстранился, продолжая смотреть на меня в упор. Но сейчас я могла различить в голубых глазах тёмно-золотые крапинки. Какой он всё-таки красивый! Просто нереально...