Рабство в вечности или единодушное решение.        

Глава 2.4 Неисповедимые пути

Пути господни неисповедимы. Это мысль из древнего библейского постулата билась в моей голове с момента пробуждения. Я давно уже не была той глупой и наивной девочкой, которую видели во мне окружающие.  Меня настораживало то, что ни эрхон, ни ректор не увидели во мне истинную суть. Или просто решили подыграть мне? Может быть, это я не поняла до конца, в какую ловушку они хотят меня затащить? А теперь вот еще братец Кирии на мою голову. Астарот слывет хитрым жестоким воином, но у меня есть сомнения, что выкрал он меня по собственной воле. Неужели принц Руганзу напал на мой след? Зачем на самом деле я ему понадобилась?

Что-то в этой цепочке не вяжется. Я погрузилась в  детальные вспоминания. Подмена имен – билетов - поведение ребенка - встреча с принцем. Если это все звенья одной цепи, то он не должен был её отпустить. Почему тогда отпустил? Не знал кто она, а узнал позже? Поведение ребенка – он явно что-то почувствовал, это его особенность, его дар…   Это он привел её к принцу и явно не хотел отпускать. Кем я являюсь для него или его души?

Может быть, принц только тогда узнал, кто она есть на самом деле? А искал меня не он, а его отец.

Я ходила из угла в угол своей небольшой каюты и пыталась выстроить  события в одну цепочку.

Принц не ищет меня, это предупреждение, что кто-то меня усиленно и тайно ищет. Новая мысль пронзила насквозь. Своим поиском он защищает, не дает возможность другим спрятать меня, украсть бесследно.

«Не забывай, девочка, что среди врагов всегда могут оказаться друзья, которых ты не видишь. А среди друзей враги»,- слова Учителя всплыли в моей голове.

Друзья, которых ты не видишь среди врагов. Враги, которые прячутся среди друзей.  Вся картина, происходящая вокруг меня, окрасилась в другие цвета.  Только вот как познать кто друг, а кто враг. Кем же для меня с сегодняшнего дня является командор?

-Харрисон, проводи меня в комнату отдыха команды. Скучно мне тут и одиноко,- с этими словами я покинула каюту. Как не оберегала меня мама, как не призывала к осторожности, но мне нужно было знать больше того, кто-то хочет представить.  Обойти  весь крейсер мне никто не разрешит, как и побывать в личных отсеках и отсеках управления. Но что-то новое я для себя познаю.

Неожиданно ворваться в общество расслабляющихся мужчин, какими бы они ни были – это еще то шоу.  Но именно в этот момент они перед тобой настоящие, даже если это длится всего несколько секунд.

Комната персонала начиналась с пышного фойе, по обе стороны которого располагались две одинаковые мраморные лестницы, ведущие на этаж выше. Оно было такое огромное, что напоминало футбольное поле. Интерьер был безукоризненно - утонченным:  стены увешаны картинами, резные деревянные столики из редких пород красного дерева, сами могли считаться произведением искусства, уставлены скульптурами.

Так и кто здесь такой эстет? В целом вся зона отдыха команды крейсера  выглядела как настоящий дом, его можно сейчас было снимать для  журнала.

На первом этаже никого не было. Все звуки и голоса раздавались со второго этажа. Было похоже, что несколько человек играли в бильярд. Ну что ж, хорошее начало,  мне стоит присоединиться к ним и как следует заинтересовать.

Наш университет психологии был фактически военной академией. Но в него вплелись пару факультетов, которые готовили специалистов, как военного профиля, так и гражданского. И одним из них был наш факультет, который, не мудрствуя обозвали «Психология», только вот готовил он на самом деле психологов не для гражданских лиц, а специалистов по коррекции сознания.  В наше обучение входило много того, что свойственно обучающимся в узко специализирующихся закрытых учреждениях.  Мы как бы являлись «тайными агентами» во всемирной паутине заговоров и разжигателей войн.  Брали туда девочек только из около военных пансионатов организованных еще в давние времена для дочерей, действующих военных.  В таком пансионате я пробыла почти семь лет, по настоянию отца.  Это сейчас я понимаю, что он меня так прятал и учил выживать, а тогда я считала, что не нужна ему…

Я неторопливо поднималась по лестнице, и с каждым шагом игровой холл  все больше и больше открывал передо мной свои тайны.  Я изучала объекты в естественной для них среде.  Движение ног и рук могли о многом поведать.  Кто-то с нетерпением стремился напасть, кто-то занимал выжидательную позицию  и готовил ловушку  для своей добычи. Они все были охотниками, и никто из них не желал становиться добычей.

И через мгновение  они увидят свою добычу, обрушившись на нее со всей страстью охотника.  Я сделала еще один шаг:

- Разрешите нарушить ваше уединение, господа?

Их было пятеро. От услышанных слов они замерли на мгновение и не спешили отмирать.

-Я сошел с ума? У меня галлюцинация? Мы попали в зону прилипал вожделенных мечтаний? Доктор спасите меня,- отмер один из них, направляясь ко мне и на ходу произнося весь этот словесный бред.- Леди, позвольте представиться Франц Славински,- служба контроля безопасности от внешнего воздействия и «подушка для битья» всех желающих поразмяться.

Передо мной предстал мужчина в возрасте за сорок, его черные волосы на висках  уже были  тронуты паутиной седины. Но его фигура была достойна особого внимания. Ростом он был не выше меня, а может даже и чуть пониже. Это было сложно определить из-за его согнутого положения передо мной, когда он галантно пытался поцеловать мою руку.

-Да вы гусар!- нежно улыбаясь, произнесла я.

-Что вы! Такой цветок в нашей пустыне забвения, сложно не заметить,- он поднял на меня бездонно голубые, едва раскосые  глаза с вертикальным зрачком мелкого хищника, наполненные смешинками и едва заметно отражающие в уголках губ.

Ох, уж эти коты. Они гибки, изящны и умеют обволакивать ум любого создания. Интересно, из каких он котов?

Наконец отмерли и остальные. Но осторожность и нескрываемое любопытство их не покинуло.  Я осмотрела их, переводя взгляд с одного на другого.