Легенды Соединённого Королевства. Мир Света.

Глава 10. С лица воду не пьют

Глава 10. С лица воду не пьют
Когда мы, наконец, добрались до наших лошадей, солнце уже практически опустилось за горизонт. Завидев нас, Перчик радостно заржала. Грешем потрепал кобылу по морде, после чего не преминул почесать за ушками Чесночка. Он тронул поводья, и телега со скрипом покатила в сторону границы, пролегающей между Иль Градо и Плавенем. Сжавшись в комочек, колдунья примостилась у открытого полога телеги. Снег хлопьями падал на её капюшон, накинутый поверх головы. Держа на руках Мурчика, она прижималась к нему постаревшей частью лица. Каждый из нас понимал, что сейчас ей нужно побыть одной, но, к сожалению, такой возможности у неё не было. Взгляд Великого инквизитора блуждал по заснеженным далям, где чёрными точками то тут, то там виднелись покинутые дома.

– Знаешь, Шаттибраль, я никогда не думала, что нечто подобное может случиться при моей жизни, – промолвила Серэнити.

Я отметил про себя, что Великий инквизитор впервые назвала меня в разговоре не «грязный некромант». Перемены к лучшему! Вероятно, на её мировоззрение повлияла наша пылкая решительность свернуть козлу его рога.

– Никто не выбирает, где и когда ему родиться, – ответил я философски. – Но не всё так безнадёжно, как может показаться на первый взгляд. Пророчество Полного Круга было записано не просто так, я уверен, что надежда есть. Мы должны лишь не унывать и приложить максимум усилий к тому, чтобы оно исполнилось. Урах знал, что такое случится, а значит и предвидел реальную достижимость победы. Вот увидишь, у нас получится приструнить Тьму и вернуть господство Света.

– Когда некромант меня ободряет и уверяет, что вернёт миру мир, я чувствую себя не в своей тарелке, – горько усмехнулась Серэнити.

– Ещё чуть‑чуть, и мы подружимся.

Серэнити нахмурилась.

– Ещё полдня назад я хотела убить тебя после завершения путешествия. Но теперь, когда я увидела, как ты, Эмилия и… и Грешем настроены остановить Десницу Девяносто Девяти Спиц, я перестала желать вам смерти… Пока.

– Великий инквизитор разъезжает по Соединённому Королевству вместе с вампиром и некромантом. Со временем её ненависть уходит, и она одаривает своих тёмных спутников добрым вниманием – небылица, достойная весёлой трактирной песенки, – пошутил я. – Любому более‑менее сладкоголосому менестрелю за такую балладу может перепасть сочный окорок и парочка кружек эля!

– Тебе когда‑нибудь говорили, что твой юмор тебя до добра не доведёт? – поинтересовалась Серэнити.

– Пару раз, – уклончиво ответил я.

– Всё хорошо в меру. Я не могу доверять порождениям Тьмы, ты понимаешь, о чем я?

– Конечно, уже то, что я могу спать спокойно, не ожидая, что твоя булава расколет мой череп, делает меня многократно счастливее.

– На том и сойдёмся.

– Ты слышала, как козёл говорил о том, что собирается добраться до Ураха? Из его слов можно сделать вывод, что Бог Света среди нас. Ты как считаешь, это возможно? – спросил я, меняя скользкую тему разговора.

Серэнити сложила руки на коленях крест‑накрест.

– Урах всегда с нами, иначе я не могла бы пользоваться магией Света. Это он даёт мне силы творить добро, через него проходят все наши молитвы. Иногда мне кажется, что Всеотец так близко, что я могу до него дотронуться.

Я был заинтригован откровенностью Серэнити.

– Но где он тогда? Ураха чувствуют только избранные?

– Где твой Бог Смерти?

– Я не поклоняюсь никаким богам.

– Я думала, все чернокнижники славят Назбраэля и приносят ему жертвоприношения.

Я расхохотался.

– Да, я режу кроликов, выливаю их кровь в жаровню и шепчу прошения о безграничной власти Тьмы. Ну, конечно, я так не делаю. Все люди разные. Лично я придерживаюсь иных взглядов. Гармония всего сущего – вот к чему я стремлюсь. В данный момент она нарушена, и я должен исправить это.

Серэнити, казалось, была искренне удивлена.

– Почему ты? Ты дал какой‑то обет? Что толкает тебя на такую необычную для мага стезю?

– Это сложно объяснить. Вселенная любит порядок, и когда он нарушается, она ищет способы сдвинуть перегнувшуюся чашу весов обратно. В её руках я – инструмент. С детства я чувствую, как мне следует поступать, а как нет. Если брать конкретно этот случай, мне кажется, что через меня Мироздание хочет уровнять перевес разбушевавшихся сил.

– Мне кажется, что ты просто сумасшедший колдун, но твои мироощущения, если они, конечно, правдивы, могут пойти на пользу Соединённому Королевству.

– Калеб всегда был немножко того.

Это Эмилия повернулась к нам. Пальцами она придерживала капюшон, скрывая обезображенную щёку:

– Но он – добрый! Просто магия, которую мой друг изучает, очень специфична, и большинство россказней о ней не отражают истины.

Лик Серэнити снова стал суровым.

– За практику некромантии в королевстве полагается смертная казнь. Гальванизация мёртвых претит всем канонам храма. Я до сих пор никак не могу осознать, как инквизиция не добралась до тебя ещё сто лет назад.

– О! Это долгая история, вернее, истории! На протяжении жизни я много раз сталкивался с вашей братией и зачастую всего один шаг разделял меня от костра, – улыбнувшись, ответил я. – Эх, и погонял меня великий инквизитор Касиус в своё время!

– Как вообще произошло, что я оказалась втянута в компанию еретиков? Непостижимо же.

Задавая этот риторический вопрос, Серэнити покачала головой.

– Вселенная не выбирает героев по масти. Когда требуется спасти мир, она просто берёт и кидает в бой всех, кого считает нужным, в надежде, что её чемпионы не поубивают друг друга раньше, чем достигнут поставленной цели.

Серэнити явно не понимала меня.

– Кто такая эта твоя Вселенная, о которой ты постоянно твердишь?

– То, что не даёт переступить дозволенную черту. Сила, изменяющая ход событий в нужном направлении. Волк, убивающий зайца, дабы содержать разрастающуюся популяцию в нужном количестве. Дождь, не дающий умереть посевам от засухи. Смерть, прибирающая увядшую траву, и Жизнь, дарящая новые плоды миру. Это равновесие, хранящее целостность природы, не позволяя чему‑то одному доминировать над остальными.