Вот это попадос!

7. Новые открытия

— Луаронас, а ты вообще знаешь, что это за тентакли?

— А что такое «тентакли»? — не понял меня эльф.

— Вот эта напавшая на нас гадость. Может, тебе что-нибудь о ней известно? — с надеждой спросила я.

— Нет, вообще никогда о подобном не слышал. Наверное, какие-то паразиты, которые присосались к растекающейся вокруг эльфийской магии. И старые деревья, лишившись нормальной подпитки, начали засыхать. Только что с этим делать и как бороться… — эльф отрицательно покачал головой.

— Ульт, ну почему ты не дышишь огнем? — в сердцах спросила я. — Сейчас бы выжег здесь все!

И сказав, поняла.

— Огонь, нам нужен огонь! Если они боятся света, то и огня, скорее всего, тоже! К тому же любые растения горят.

— Где нам взять столько дров? — Луаронас огляделся. — С тем, что есть, мы долго не продержимся.

— Что-нибудь придумаем, — отмахнулась я. — Главное — начать. Еще немного, и солнце совсем зайдет.

Мы натаскали мелких палок, что подобрали на поляне, боясь подходить близко к краю и стараясь держаться подальше от тени. Рядом положили сменную одежду, чтобы, если уж ничего не останется, использовать в качестве топлива ее. К первым сумеркам мы разожгли костер без помощи магии: эльфы снабдили нас специальным маслом и кремнем. Всё это время в кустах слышался шорох, то и дело темные гибкие щупальца показывались среди листьев, будто следя, что именно мы затеваем. От такого сложно абстрагироваться, еще сложнее не паниковать и стараться что-то придумать в ситуации, близкой к безвыходной. Мне, например, очень хотелось начать извиняться перед Луаронасом и Ультом за то, что втянула их во всё это, но я запретила себе подобную слабость. Никаких извинений, сожалений, прощаний. Мы выживем и выберемся, а потом еще долго со смехом будем вспоминать наш первый настоящий бой, и никак иначе.

Но Луаронас прав, огня нам надолго не хватит: валявшиеся на поляне палки и хворост с натягом позволят нам продержаться полчаса-час. Нужно что-то еще. Поняв, что придумать самой ничего не удастся, — не представляю, как сражаться с таким противником, — я решила прибегнуть к проверенному средству. Если уж духи предков мне благоволят, ведут и направляют, то пусть и помогают в трудную минуту. Я села перед костром, сосредоточившись на огне, стараясь что-то почувствовать, нащупать, найти. Я должна, у меня важная миссия, а еще двое ни в чем не повинных жизней, которые мне доверились. И я потянулась к огню.

Пламя вспыхнуло, будто в него плеснули керосин, но я не отдернула руки, а только вдохнула полной грудью, вбирая воздух и горячий дым в легкие, задержала дыхание и выдала первый звук.

— Э-э-эй-ей, — протянула я. — Э-э-эй-ей, — уже громче. — Э-э-эй-я! — и хлопнула в ладоши.

Мой хлопок отразился по всей поляне, эхом пронесшись по кругу.

— Эйё-хей! — повторила я и встала.

Внутри меня всё кипело и жгло: казалось, огонь, что горел передо мной, попал со вздохом внутрь, разогнав поселившиеся страхи и сомнения, а теперь рвался наружу странной песней без слов.

— Ей-ё-ей, — выкрикнула я и снова хлопнула.

И тень, что была позади меня, раздвоилась.

— Ей-ё-ей, — второй крик — и каждая тень расползлась еще надвое.

И с каждым моим новым кличем, с каждой нотой, с каждым звуком теней становилось всё больше — меня становилось всё больше. Скоро на поляне стояло множество теней — как отражения, как войско, окружившее плотным кольцом. Но мы не могли стоять, нам нужно двигаться.

Прыжок, разворот, хлопок и снова прыжок. За ними следуют выкрики. Это танец, то быстрый и резкий, то тягучий и плавный. Я то кручусь на месте, то замираю возле костра, позволяя теням, живущим своей жизнью, кружиться вокруг меня. И каждая тень наполняется силой, в каждой тени я вижу духа, который приходит в этот мир, мир света и теней, огня и ветра, танца и песни, идущих у меня изнутри. И вот уже каждая тень и дух в ней танцует свой танец под мои выкрики, но этого мало: чтобы победить, нас должно быть еще больше. Я достаю две головешки из огня, поднимая их над собой, как флаги, и продолжаю танец с ними, кружа вокруг костра и размахивая горящими палками. Выходите же, духи леса, защитите свои владения от непрошеных гостей, нам не справиться без вас!

И тени множатся, мелькая на деревьях, на траве, то сливаясь в одну тень, то распадаясь на множество, то образуя фигуру, то представляя собой отдельные части, как огромный калейдоскоп, который вращает кто-то неведомый. Мы вместе двигаемся под крики и завывания. В какой-то момент я понимаю: пора. И медленно опускаюсь перед костром на колени. Тени духов, которых только что танцевало множество, начинают собираться воедино, по цепочке передавая мне накопленную силу танца. И снова глубокий вдох — и я опускаю руки в неестественно ярко полыхающий огонь, зарываясь глубже, в самый жар, прямо в угли. С закрытыми глазами я вижу, как втягиваются лианы, как змеями расползаются от поляны подальше. Не уйдут.

И я пропускаю через себя силу духов — духов степи и духов леса — в огонь, от которого по земле, как по воде, разбегаются круги. Они не тронут деревья и травы — только тех, на кого направлены.

Дикий визг, пронзительный и полный боли, подтверждает, что у нас получилось. Визг затихает, и я медленно вытаскиваю абсолютно целые руки из раскаленных углей и без сил откидываюсь назад, ложась на землю. Надо мной горят мириады звезд, а на востоке уже светлеет небо. Наш танец с духами длился всю ночь, промелькнувшую для меня за несколько минут. И мы, похоже, справились.

Я не поняла, как уснула; к тому же мне не снилось ничего — во всяком случае, проснувшись, я ничего не вспомнила, только ночной танец вокруг костра, после которого гудело даже мое выносливое тело. Спала я на специальной эльфийской лежанке (напоминавшей нашу земную походную «пенку», но сделанную из плотной ткани), сверху заботливо укрытая выданным эльфами одеялом. Вообще, светлые неплохо нас экипировали, за что им отдельное спасибо.