И на всемогущего Дракона найдется кое-кто… пострашнее

Ч. 2 Гл. 8

Глава 8

Всю дорогу, пока они добирались до города, в котором был стационарный портал, Тиррэль выглядела спокойной и немного отстраненной. С таким же выражением лица она прошла в кабинет целителя, в платье легла на кушетку, и, закрыв глаза так и пролежала, пока обследование не закончилось. Целитель не прикасался к ней, водя руками над поверхностью тела, Тиррэль не почувствовала ничего. Потом она вышла в холл, а в кабинет вошел Зантар. Тиррэль спокойно ждала его возвращения, готовая ко всему: и к прилюдному оскорблению, возможно даже пощечине, и к тому, что он уйдет, готова была к тому, что сама в одиночестве, будет возвращаться домой. Тиррэль ко всему была готова, но только не к тому, что случилось.

- Прости меня, - виноватым, покаянным голосом сказал Зантар, выйдя из кабинета целителя. Тиррэль остолбенела. – Я виноват, подвергнул тебя такому риску. Чтобы было, если бы я тебя не нашел?! – Тиррэль молчала, запутавшись в конец, совершенно не понимая, что происходит, а Зантар, между тем продолжал: - Тут рядом Храм, мы сейчас туда пойдем и я все исправлю. – Слова о Храме насторожили и напугали Тиррэль и она, отмерев, смогла спросить:

- За что ты просишь прощения? Что ты хочешь исправить?

- Понимаешь, - быстро заговорил Зантар, - из-за того, что я маг, ребенок развивается быстрее, чем обычный ребенок у обычного человека. В результате он тянет из организма матери резервы на свое развитие с такой силой, что женщина заболевает. Просто удивительно, что ты чувствуешь себя хорошо, нам повезло, что ты такая сильная, но даже твоих сил не хватит, чтобы выносить ребенка. Мы сейчас пойдем в Храм и там проведем особый обряд, после которого, в случае необходимости ты сможешь черпать мои жизненные силы…

- Обряд Единения жизней! – ахнула Тиррэль, которая слышала об этом обряде, но только на уровне слухов. – Маг связывает свою жизнь и жизнь своей жены не магини, и ее жизнь будет длиться также долго, как и его. Но в случае смерти одного, умрет и другой… - еле слышно закончила она, вспомнив, что ей говорили об этом ритуале. Однако Зантар только засмеялся.

- Так говорят невежественные люди, не понимающие смысла ритуала, - пренебрежительно махнул он рукой. – Я дам тебе доступ к моим жизненным силам, но уверяю тебя, в случае смерти, например, от несчастного случая, связь просто прервется, и дальше, оставшийся в живых, будет жить, также, как он бы он жил без ритуала. Я с самого начала собирался провести этот ритуал, - продолжил объяснения Зантар, - но только хотел, чтобы ты повзрослела и выглядела на лет тридцать-тридцать пять. А так ты останешься такой, кокой была в момент проведения. Но сейчас выбора нет. Тебе и ребенку нужны мои силы. – Он сделал шаг к Храму, но Тиррэль остановилась, как вкопанная.

- Я не могу, это неправильно, ты не должен… - беспомощно зашептала она.

- Можешь, это правильно, и именно я должен, - непререкаемо сказал Зантар, а потом ее ноги оторвались от земли, и она по воздуху переместилась к ступеням Храма. Это была та самая последняя минута, когда можно было сказать правду, ведь потом начиналась точка невозврата. В голове у Тиррэль билась мысль, что так не может быть, не должно быть. Только возникает проблема, как тут же находится решение. Судьба, Провидение не может быть такой благосклонной, за такое везение придется заплатить! Она упиралась, не зная, на что решиться, Зантар тянул ее к алтарю. Вокруг суетились служители Храма, слова полились речитативом. Зантар практически силой положил ее руки на алтарь, священнослужитель начал обряд, и Тиррэль… промолчала.

Этим же вечером Зантар познакомил Тиррэль со своей мамой. Женщина молча выслушала сообщение о беременности Тиррэль, о том, что ее сын разделил с ней свои жизненные силы, и ушла, ничего не сказав. Но на другой день, когда Зантар отлучился по своим делам, Агнес снова встретилась с Тиррэль и гневно глядя в лицо девушке сказала холодным, ледяным тоном, на какой только была способна:

- Я считаю вас беспринципной, аморальной особой, выбравшей самый бесчестный путь, чтобы добиться брака с с моим сыном и попасть в высшее общество! – после этого мама Зантара развернулась и ушла. Агнес переживала и не находила себе места, она понимала, что Зантар не простит ей тех слов, что она бросила в лицо этой самозванки. Но Агнес не могла по-другому. Ей так больно было за сына, она считала, что Зантар достоин лучшей жены. Однако вечером Зантар был спокоен и весел. Снова Агнес встретила Тиррэль:

- Странно, - сухим, но уже более спокойным голосом сказала она. – Я была уверена, что вы побежите жаловаться на меня моему сыну…

- А в чем я должна жаловаться Зантару? – тихо спросила Тиррэль. – Все, что вы сказали верно, от первого до последнего слова. – Тиррэль не могла сказать по-другому, себя она грызла, обзывая намного более страшными словами, чем те, которые произнесла мама Зантара. Как ни странно, но с этого дня и мама Зантара перестала относиться к ней с враждебностью и недоверием. Именно мама подняла вопрос о том, что свадьба должна состояться немедленно пока не видно живота и Тиррэль может покрасоваться перед гостями в роскошном наряде.

Свадьбу Тиррэль запомнила плохо. Куда-то постоянно нужно было ехать: то на примерку, то на выбор цветов, то на осмотр особняков. Потом сама свадьба. Тиррэль едва выдержала этот утомительный спектакль, и вот тогда она впервые почувствовала, как чужая сила и энергия наполняют ее, не давая свалиться от усталости.

Потом были роды. Не слишком тяжелые. Было немного странно видеть вокруг себя в такой момент столько незнакомых мужчин и женщин. Зантар для перестраховки собрал вокруг Тиррэль всех, кого только возможно. Родился мальчик, его назвали Ардэном. Вообще-то у него было несколько имен, в том числе и Зантар, но решено было основным именем считать Ардэн.

Всю свою заботу, всю свою любовь Тиррэль посвятила своему мальчику, и до девяти лет он был чисто маминым сыном. Ардэн радовал ее ежеминутно. Он рано начал ходить, рано начал говорить, рано начал читать. Когда он пошел в школу (разумеется, в столичную, в самую-самую лучшую), то ежедневно порталом отправлялся в столичный дом, а потом оттуда добирался до школы. Зантар так любил дом, который построил для Тиррэль, что и дня не мог вынести в другом месте и в другом доме, даже в собственном столичном.