"Загадочная встреча"

"Загадочная встреча"

С благодарностью за моменты счастья и

ко Дню Рождения, ЛЯ посвящается.

____________________________________

«ЗАГАДОЧНАЯ ВСТРЕЧА»

Автор: A.I. Sosov

Москва, 2017

***

Увидевшись однажды, сердцем запылав,

Сложно нам порою, чувства испытав,

Отказаться об былого - память ту предав,

Ведь такой поступок просто оправдав,

Для кого-то, может, будешь ты и прав,

Но для того, кто любит, навсегда неправ.

– Правду говорят, что по-настоящему, с душой, искренне и с неподдельной самоотдачей творить может лишь страдающий человек? – спокойным и уверенным голосом спрашивал короткостриженый темноволосый Радомир, чьи чарующие глаза буквально искрились, ожидая ответа на заданный вопрос.

Холодные порывы ветра, перемешанного с каплями дождя, заставляли его крепче обнимать свою спутницу, с кем под руку он шёл в полночный час в одном из городских парков, коих, надо отметить, в этом мегаполисе был десяток с лишним.

– Урод что ли? – уточняла в свою очередь кареглазая и такая же темноволосая Александра. –

В этот майский вечер на улице была действительно промозглая и крайне неприятная погода: с небес, по божьей иль чьей-то ещё воле, на землю падал мелкий моросящий дождь; под ногами счёту не было лужицам всех форм и видов; холодный ветер беспощаден был к своим жертвам, заставляя их купаться теплее выходя на улицу или вовсе оставаться в жилищах, откладывая в очередной забытый богом дальний ящик все свои дела; певчим птицам – неотъемлемым атрибутам пришедшей весны, не было никакого удовольствия радовать чарующей красотой своих песен снующие толпы людей, которые только и мечтали что побыстрее добраться до пункта «б», следуя из пункта «а», словно те самые поезда или корабли в школьных задачках.

Что или кто выманил Александру и Радомира гулять по полночному плохо освещённому парку в такую погоду – остаётся загадкой, да и в сущности своей это не самое главное в истории. В их, на первый взгляд обыденной прогулке сегодняшней ночью суждено было произойти событиям, имеющих отголоски и спустя длительное время по их пришествию.

В полночном парке, назовём его как-нибудь на немецкий манер, скажем, «Lieben Park», в такую погоду и в такой час было практически безлюдно. Лишь изредка один спешащий куда-то прохожий нарушит их единение, окинув при этом непонимающим, а порой и в чём-то осуждающим взглядом, будто бы эти двое сумасшедшие. Как раз те личности, что сбежали из соседней психиатрической лечебницы. Их надо незамедлительно арестовать, изолировать и линчевать. Да непросто арестовать, а как в своё время требовал один бездомный литературный персонаж, привлечь к этому пять, да что пять, десять мотоциклетов с пулемётами.

– Нет, не урод, – возмутился Радомир, несколько отпрянув от Александры, одарив её при этом соответствующим взглядом, который вкупе с чарующей загадочностью его глаз и острых черт лица, передавал всю гамму эмоций, кои испытывал их обладатель.

Они остановились, повернувшись друг к другу лицом. Невольно, даже скорее по привычке, девушка скользнула взглядом на небольшую родинку, расположившуюся на правой щеке Радомира, аккурат над верхней губой. Всё в нём было мило ей, а завершением сего, своеобразной вишенкой на том самом торте, была эта родинка, так удачно оставленная творцом. Она улыбнулась. Выдержав небольшую паузу, шагнула к нему, крепко обняла и уткнулась в его плечо. Немного помешкав, и даже удивившись такой реакции своей спутницы, он ответил взаимностью.

Усиливающийся ветер и дождь, заставили их двигаться дальше, как тот самый народный смотритель, что по мысли одного из классиков мировой поэзии, гонит людей как стада… Посохом гонит железным… Обнявшись, они продолжили свою ночную прогулку по оазису, раскинувшемуся средь пустыни: мегаполису из громоздких метало-бетонных конструкций, жаждущего поглотить каждого из своих жителей.

Любой другой человек на их месте тотчас бы развернулся и направился домой, желая как можно скорее закончить с прогулкой, признавая, что это была отнюдь не самая лучшая идея, но…

– Если не урод, то кто? – спрашивает вдруг она.

– Любой человек, который одарён соответствующим даром и имеет подходящее душевное состояние.

– Очень спорное утверждение, – не соглашалась с ним Александра, – такого не бывает.

– Давай возьмём пример из области искусств эпохи Возрождения – Микеланджело. Помнишь такого? – спросил Радомир.

– Конечно.

– Так вот, в чём была его душевная рана? Мне кажется, что её не было, а напротив, мы знаем, что он был отдан в достойную художественную мастерскую, оттуда переходит в одну из лучших во Флоренции, где учится и работает под патронатом Лоренцо Медичи, а вкупе со своим талантом он имел возможность столь великолепно творить.