Ведьмочка в Боевой Академии или Единственная для Ректора

Глава 21

Сдержалась я едва-едва. Вот даже загордилась. Ну разве не молодец я? Еще какая молодец-то. Как там бабуля иной раз говаривала, а я еще удивлялась - говор-то совсем не наш был?
“Сдержать души своей порывы - это, Ведяночка, доблесть большая”.
Души порывы… Да, так вот она иной раз говаривала. Теперь-то я понимаю, почему. Ну, раз факультетом заведовала тут, в Боевой Академии.

Удержалась я, и так вот, ехидненько, – мы, ведьмочки, это очень хорошо умеем, и говорю:
– Так это вас прислал мне в помощь дядька Симеон? И, главное, вовремя так. А то еще не всех пауков мне ваш Никос вымел.
Вот скривились адептки-то! А невысокая, Тильда аж покраснела и глазами засверкала:
– Никос?! Да что ты мелешь, деревенщина! Ты хоть понимаешь, о ком говоришь? Да Никос Ланьери лучший…
А вот тут я уже не выдержала и заклинание “спотыкаш” просто вылетело из моего рта.

Ну что ты будешь делать…Нет, мне еще работать над собой, как говаривала бабуля, и работать. Вот ее-то из себя вывести никто не мог. Впрочем, не особенно и пытались. Бабуле моей и одного взгляда хватало.
Тильдушка побледнела:
– Что-о?! Ты что сказала, ведьма! Ну смотри, если это было заклинание - конец тебе. В миг вылетишь из Академии, не успев в нее попасть.
Или ты не знаешь, что у нас запрещено применение заклинаний третьего уровня?

А вот тут струхнула и я. Про запрещение знать не знала, откуда мне. Что ж это выходит-то… Сердце у меня замерло. Если отсюда и правда выгонят, то куда ж мне деваться?
Ох и страшно мне стало… Но виду я, конечно, не показала. Не привыкла бояться да сдаваться. Прищурилась я:
– Ну, это еще доказать надо, про заклинанье-то. Третьего уровня, говоришь? А с чего ты взяла, что мой “спотыкач” третьего. Да его любая ведьмочка с малолетства знает.

Тильдочка побледнела еще сильнее и широко раскрытыми глазами посмотрела на Вилку, которая сжала губы и засверкала темными глазами из-под насупленных бровей:
– Ты что же думаешь, ведьма, что в Боевой Академии нет нормальных магистров? Определят, не сомневайся.
И отправят тебя, куда нужно. К ведьмам твоим отправят.
А нам тут ведьмы не нужны!
Вилка вздернула нос и отвернулась:
– Пошли, Тильдушка. Вот прямо сейчас и доложим магистру Сатвалу, что творится на вверенной его попечительству территории.

Я выдохнула. Светлая мать, они к дядьке Симеону пойдут жаловаться. Не к ректору. Не к Сандру Огненному…
Но вот дойдут ли?
Я с сомнением посмотрела на адепток, уже успевших повернуть за угол.
А странно как действует мой спотыкач на Тильду эту. Другая бы давно уж пару раз зарылась носом в проросшую траву, а я ничего такого не слышу.

Я нахмурилась. Как так-то? Заклинание подкачало, выходит. Ну не-ет… С малолетства я его знаю, и никогда оно не подводило. Вон, мальчишек деревенских не раз им награждала. А нечего за косу дергать. Быстро отвадила.

– Ну ты, ведьмочка, даешь, – я скорее повернулась и увидела вполне себе здорового, пришедшего в себя принца. Правда, стоял он как-то странно, согнувшись и держался за живот.

Светлая мать… Ну что с ним теперь такое-то! Не выдающийся адепт пятого курса, а ходячее недоразумение какое-то.

Но тут этот принц поднял голову, и я увидела, что он хохочет во весь рот. Хохочет и даже слезы текут по его вот явно княжескому, аристократическому-то лицу. Куда только бледность девалась. Ну да. Тут, на воздухе пауков нету.

А вот что его так раззадорило-то?

Я еще больше нахмурилась, но уж больно этот Ник смеялся заразительно. Я и сама не выдержала, и тоже рассмеялась.

“Смешинка в рот попала”, так, бывало, бабушка говорила.

Даже не помню, когда я так смеялась. Но наконец Никос успокоился, а вслед за ним и я.

– Ну, давай знакомится, ведьмочка. Никос. Для друзей - просто Ник. И он протянул мне руку.

Я заколебалась на минутку. Посмотрела принцу во все еще смеющиеся глаза, и решительно подала свою. Ладонь-то у меня не очень чистая, но принц даже внимания на это не обратил.

– Ведяна, – сказала я. – Для друзей, ну и для всех остальных - Ведяна.

Принц хмыкнул и пожал мне руку:

– Ну что ж, Ведяна. Давно я так не смеялся. Не помню, когда видел Тильду такой.

Ты, можно сказать, меня спасла. За мной должок, – и этот нахал подмигнул мне.

– Ладно, мне пора. С остальным поможет Лаврик. Да и фамильяру твоему хватит бездельничать.

И Никос Ланьери, для друзей просто Ник, стремительно скрылся за углом, махнув мне на прощанье рукой.

Я смотрела ему вслед широко раскрытыми глазами. Это он про что? Когда я его спасла-то. Или он про пауков? Просто Ник… Получается, он теперь мой друг?

Я посмотрела на свою ладонь, которую он пожал. Надо же, не погнушался. Друг… У меня никогда не было друзей, парней-то. Так, по малолетству бегали вместе. А как в возраст стала входить, так от них только подальше держалась. В селе ведь как? С четырнадцати лет у нас невестятся уже. И хоть я жила с бабулей на окраине леса, да и ведьмочкой была, парней-то это совсем не смущало.

Наоборот. С пятнадцати лет я совсем перестала в село ходить. С того самого случая, когда Тимошка прижал вдруг меня к стене и зашарил своими грязными и потными руками у меня под юбками.

Я-то тогда вся будто замерла, а потом вдруг что-то взорвалось внутри и здорового парня отнесло в сторону.

Вернулась я домой, бабуле все рассказала. Бабуля нахмурилась, сверкнула черными очами своими и напрочь запретила мне в село ходить. А потом долго сидела, задумавшись.

Ну, хватит уж воспоминаний. Дел еще невпроворот.

Я вздохнула, отряхнула волосы и пошла в дом. Вот странно как-то все. Заклинание мое не сработало. Это уж я поняла.

Но может, оно и к лучшему. А то вдруг и правда, отчислили бы из Академии?

Хоть я в нее и не поступала, но вот жилье выделили же.

Королевишны эти местные… Вот зачем, спрашивается, их к домику понесло? И тут я вспомнила, что Тильда-то говорила, мол, она видела, как он сюда пошел.