Дневники экзорцистки. 2-ая серия. Зеркальный демон.

5 часть

***
К Иосифу Семёновичу мы попали, когда уже на улице стало темнеть. В декабре сумерки наступают быстро.
Я тащила большой пакет с одеждой, которую мне подарила Элеонора, и потому в магазин не пошла, а осталась стоять у входа, пока Лера покупала для своего подопечного хлеб и молоко.
Ожидая подругу у дверей супермаркета, я пыталась разобраться в мешанине мыслей и чувств, нахлынувших на меня. День сегодня выдался насыщенным на знакомства и события. Всё для меня казалось новым и необычным: встреча с Лерой, её неуёмная энергия и оптимизм, посещение квартиры старой актрисы, кошка-домовиха. Раньше я редко выходила за пределы своего замкнутого мирка, ограниченного школой, домом и прогулками с бабушкой по выходным. Новые впечатления, которые получила сегодня, слегка будоражили и вносили смятение в привычный ритм. Моя беда в том, что я всему пытаюсь найти логическое объяснение. Это придаёт спокойствие. Но сегодняшние события оставили в моей голове вопросы, не имеющие обоснованных ответов. Создавалось впечатление, что я упускаю нечто важное, возможно, какую-то тайну, скрытую в деталях и противоречиях. Возможно, если собрать их вместе, то пазл сложится и всё станет очевидным.
«Что мне показалось сегодня нелогичным? – попыталась я размышлять последовательно. – Внезапное знакомство с Лерой? Учитывая её добродушный и навязчивый характер, тут нет ничего странного. Девушка увидела меня расстроенную в порванной куртке у заброшенной стройки и решила проявить сочувствие, отвлечь от плохих мыслей, позвать с собой. Ещё мне вначале показалось непонятным, почему она ходит на морозе в свитере без тёплой верхней одежды. Но потом я вспомнила, как порой дико одеваются ребята у нас в школе. Одна девочка в минус двадцать пять пришла как-то в короткой юбке и чулках. А Лере, по её словам, и обновки-то нечасто достаются. Хотя кроссовки же дорогие и телефон стоит целое состояние. Кстати, и волосы у неё пострижены и покрашены явно не в дешёвой парикмахерской. Ещё я отлично помню, как в прошлый раз в магазине моя новая подруга смяла и выбросила кассовый чек, а Элеоноре она предоставила совершенно новый чек, не мятый. Или я что-то путаю? Ещё остаётся непонятным, что хотела донести до меня домовиха Клеопатра, принявшая облик белой кошки, когда оскалилась и показывала лапой в сторону Леры. И откуда у бедной девушки банковская карта?»
Мои догадки уже готовы были выдать заключительный ответ, когда в кармане внезапно зазвонил мобильник. Я взглянула на экран. Это бабушка пыталась связаться со мной. Разговаривать с ней совсем не хотелось. Мне всё ещё было неприятно, что Клара звонила матери и упрашивала дать деньги на новую куртку. Это унизительно.
Я отключила телефон и убрала в карман. Как раз и Лера выбежала из магазина. Она на ходу скомкала и бросила в сторону клочок бумаги.
«Блин, опять этот фокус с кассовым чеком?»
– Пойдём быстрее, – весело затараторила подруга, – мне не терпится показать тебе волшебное зеркало. Иосиф Семёнович уже дважды звонил. Тут недалеко – вон за той многоэтажкой. Представляешь, он в семьдесят пять лет занимается бизнесом! Какими-то монетами торгует. Не думаю, что это приносит хороший доход, но всё же… А раньше Иосиф Семёнович был антикваром. У него даже магазинчик имелся. Какие-то старинные вещи с тех времён ещё остались. Вот зеркало, например. Оно показывает судьбу. Я в нём Жульена увидела. Это мой суженый. Мы скоро встретимся, и он увезёт меня в Париж. Но пока я могу только с его отражением говорить. У нас настоящая любовь, как в романах.
– Ты называла это зеркало «святочным», – вклинилась я в словесный поток Леры. – Оно только на святки твоего парня показывает?
– Нет! – девушка всплеснула руками и чуть не выронила пакет с продуктами. – Я с Жулем почти каждый день общаюсь. Не знаю почему зеркало зовётся святочным… Какая разница.
– Где-то слышала, что в зеркальном мире живут злые духи, и они могут причинить человеку вред, – я едва поспевала за Лерой. – Ты не думала, что…
– Это всё выдумки! – недовольно перебила подруга. – Что мне может сделать отражение? Я уже почти полгода с ним разговариваю и всё поняла, как там устроено. Жуль сказал, что, когда он спит, его душа отделяется от тела и летит ко мне. Но человек не может увидеть душу, а в волшебном зеркале она отражается. Вот так и получается, что я общаюсь с его отражением, а он со мной во сне. Понимаешь?
– Куда уж проще, – ухмыльнулась я невольно. – Только получается, что пока твой Жульен спит, из него вылетает не только душа, но и голос, и слух, и переводчик с французского. Иначе как бы вы говорили и понимали друг друга?
– Знаешь что? – Лера внезапно остановилась и развернулась ко мне. – Если не веришь, то можешь валить домой! Тебе тряпок надарили – вот и радуйся. Больше от тебя помощь не требуется.
Это было так неожиданно и грубо. Что я в растерянности отступила на пару шагов. Лицо девушки не казалось уже таким милым и наивным. Глуповатая улыбка сменилась злым оскалом, глаза смотрели с холодным прищуром.
– Я просто спросила, – тихо сказала я примиряюще. – Мне действительно интересно. И я тебе верю.
Лера сверлила меня взглядом ещё пару секунд, словно пыталась справиться с охватившим её гневом. Я боялась, что она толкнёт меня или ударит, но подруга неожиданно всхлипнула и прошептала:
– Это моя единственная надежда вырваться из семьи, понимаешь? Я накоплю денег, окончу школу и уеду в Париж. Там встречу Жуля. Он обещал мне это. Я стану богатой и счастливой.
– Хорошо, – я не нашлась, как ещё ответить на её откровения.
Лера снова показалась мне наивной и очень несчастной. Её губы дрожали, в глазах блестели слёзы.
– Идём, – она вытерла лицо рукавом, отвернулась и зашагала вперёд.
«Единственная надежда у неё. Хм… Разве можно доверять чужому изображению в зеркале? Своему-то отражению не всегда веришь…»
***
Дом Иосифа Семёновича оказался старинным. Может его построили в начале прошлого века или даже ещё раньше – я в этом плохо разбиралась. Четырёхэтажный, с обветренными стенами, с арочными окнами и даже с консьержкой при входе. Она восседала в холле за столом возле дверей и, несмотря на почтенный возраст, вселяла своим грозным видом панику у входящих.
– Куда собрались, пионеры?! – зычно прокричала она, нехотя отрывая взгляд от газеты. – Вас не научили вытирать подошвы при входе?!
– Здравствуйте, Фаина Аркадьевна, это я, Лера, – подруга едва ли не присела в реверансе, а мне захотелось выскочить на улицу.
– Лера? – голос пожилой дамы немного смягчился. – Что же ты, красавица, припозднилась сегодня? Иосиф после обеда всегда свой отвратительный чай пьёт с молоком, а потом у него двухчасовой лечебный сон. Никогда не изменяет своим привычкам, а сегодня без молока остался и всех нас замучил рассказами о своих болячках. Иди скорее, а то, не дай Бог, опять спустится… Стой… Эта бродяжка с тобой что ли?
Зрачки Фаины Аркадьевны словно чёрные дула пистолетов уставились на меня. Я невольно съёжилась.
«Почему сразу бродяжка-то? Каждый может ненароком порвать курточку».
– Это одноклассница моя, – соврала Лера. – Она помогает мне вещи донести Иосифу Семёновичу. Можно ей тоже подняться к нему?
Консьержка поднялась со стула и широкими шагами приблизилась к нам. Я заметила, что Фаина Аркадьевна одета в тёмно-синий пиджак и юбку, подозрительно похожие на форму полиции, только без погон и прочих опознавательных знаков. Наверное, раньше эта женщина работала в правоохранительных органах.
Заглянув в мой пакет с вещами, мадам пробубнила: «тряпки какие-то» и разрешила нам пройти. Мы с радостью воспользовались возможностью поскорее убраться от этого «цербера».
– Она раньше в сто тридцать шестой школе завучем работала, – шепнула мне Лера, поднимаясь по ступеням.
– Это та самая школа, которую всегда в пример ставят? – спросила я. – Представляю какие там жёсткие порядки! Я сначала подумала, что эта Фаина раньше была надсмотрщицей в тюрьме.
Лера фыркнула от смеха, но ничего не ответила. Мы оказались на четвёртом этаже, где было всего две двери: одна ничем не примечательная, сделанная из единого металлического листа, а вторая тоже металлическая, но украшенная кованным переплетённым орнаментом, с головой льва и ручкой, выполненной в виде львиной лапы.
Я не удивилась, что Лера направилась ко второй двери. Если хозяин квартиры был когда-то антикваром, то стилизация под старину ему, видимо, близка. Кнопка звонка оказалась прямо на носу металлической львиной морды. Лере пришлось трижды нажимать кнопку, прежде чем нам открыли дверь.
На пороге стоял Добби, домашний эльф из фильмов о Гарри Поттере… Такой же тощий, лысый, с длинным носом, большими слезящимися глазами и несчастным выражением лица. Впрочем, у этого Добби уши были вполне человеческие, и одет он оказался в стёганный велюровый халат с золотыми кистями и обут в пушистые тапочки…