Острие лезвия, ветер и любовь

Глава 12. О первой встрече

Год 2570 Третьей эпохи

Она жила спокойно и безмятежно, как жила бы на её месте любая другая молодая эльфийка оборотень.

Сказать семье правду Сулмендис так и не решилась, упрямо продолжая делать вид что неизменная молодость, сохранившаяся к 107 годам, это обстоятельство не требующее и капли внимания; Саруман помогал девушке в этом, выдавая раз за разом теории объясняющее такое удивительное явление: самой главной идеей, в которой он умудрился убедить почти всех ривенделльцев, стало то, что Сули обучалась магии, а потому продолжительность жизнь её увеличилась в разы. Как долго эльфы будут верить в эту историю оборотень не знала, но открывать свою тайну не спешила, продолжая полагаться на красноречие и дар убеждения белого колдуна.

Девушка-оборотень навещала своего мудрого друга в Изенгарде. Иногда тот был суров с ней, это верно, иногда резок, но темноволосая с радостью оказалась бы сейчас в Ортханке вместо всего этого...

Сулмендис, верхом на своей белой кобыле, брела позади колонны эльфов – грядущий праздник заставил их оставить ненадолго родной Ривенделл и направится в Лориэн, чему оборотень вовсе не была рада. Близилась свадьба красавицы Элениэль, младшей сестры Анариэль, и Румила, друга Сули. Во главе колонны, нетерпеливо подгоняя коня, ехала рыжеволосая невеста вместе с эльфийкой (сестрой), а рядом дочь владыки Элронда, разделявшая с подругами эту радость. Всадница на белой лошади упрямо отставала - уж больно сильно не хотелось ей появляться в нелюбимом теперь Лориэне.

Арвен и сестры-эльфийки будто и не замечали того как сильно отдалялась от них Сулмендис. Да и какая им теперь разница?

Сули горестно посмотрела вслед названной сестре, скрывшейся за деревьями и остановила лошадь. Эльфийка избегала воспитанницу отца после случившегося... Ох, её бы воля, оборотень бы бросила всё это и умчалась, куда глаза глядят, а с ней были бы только ветер, да мягкая, рыхлая приречная земля под лапами. Темноволосая вздохнула.

- О, Келебриан, - прошептала девушка, проведя устало рукой по лицу. – Если бы ты только знала, как сильно мне тебя недостаёт, - эльфы, один за одним, скрывались за стволами старых и невообразимо высоких деревьев, оставляя забытую всадницу в одиночестве. – Что ж, - она почесала глаза свободной от поводьев рукой, - наверное, пора, - и пришпорила лошадь, а та, повинуясь, неспешно побрела в сторону леса. Сули была хорошей наездницей, но не так хороша как эльфы и, пусть и ездила – как и остроухие - без седла, сбрую всегда оставляла.

Вдруг она ощутила что-то. Странное. Чужое, но в то же время такое знакомое. Оборотень дёрнула за поводья, вновь останавливая лошадь, и принюхалась. Ветер изменил своё направление; охотница глубоко втянула воздух через нос и пустила кобылу рысью, но не к лесу, а в сторону реки.

Рысь сменилась галопом.

Быстрее. Ещё!

Лошадь мчалась во всю прыть, но девушке хотелось быстрее. Из-под копыт вырывались комья грязи и разлетались, падая на влажную после недавнего дождя землю и приминая молодую весеннюю траву. Они вбежали в небольшую рощицу, что спускалась к самой реке. Белая кобыла ловко обходила дерево за деревом, как вдруг пейзаж резко сменился и вместо тонких и гибких стволов молодых деревьев, вокруг, куда ни глянь, река да песчаный берег. Лошадь встала, а её всадница едва слышно вскрикнула:

- Эру!

Их было больше дюжины. Некоторые стояли по пояс в воде, другие ходили по берегу. Угрюмые люди(?!) смотрели на неё кто заинтересованно, а кто зло. Среди них бродили волки – бурые, серые, чёрные – и каждый из них на голову выше той волчицы, в которую могла превратиться сама девушка.

- Ой, - только и смогла произнести Сули. Ей вдруг нестерпимо захотелось броситься назад, а мужчины, женщины, волки (те, что стояли на берегу) начали обступать белую лошадь и, будто прочитав мысли пришелицы, не позволяли ей этого сделать. Люди были одеты в зелёные или тёмные штаны и рубахи – у троих мужчин рубах не было, а у нескольких женщин вместо штанов свободные юбки до щиколотки. – Простите я... я, кажется, не туда забрела.

Воспитаннице Элронда казалось, что она должна - просто обязана - испугаться, как испугалась лошадь под ней, но какой-то внутренний голос подсказывал – они не обидят. Свои. Волки стали превращаться в людей, а девушка нахмурилась. Сама она, принимая вновь вид человека, оказывалась нагой, ведь одежда неизменно рвалась во время её метаморфоз, но эти люди были одеты, так же как и остальные. Они молчали, пристально разглядывая Сулмендис.

- Ха-ха! – засмеялся вдруг рыжеволосый мужчина, стоящий по колено в воде. Вся его одежда намокла и липла к телу, но он не обращал на это никакого внимание, знай себе указывал на Сули пальцем. – Поглядите только. Волчица-всадница. Видали такое? Да ты Йорун! Ха! – смеялся он так громко искренне и заразительно, что все остальные, один за одним, начали сначала посмеиваться, а потом и вовсе хохотать. Другие чередовали смех с громким протяжным воем, который далеко разносился над водой. Воспитанница Элронда неловко улыбнулась. Она не понимала причину их смеха, как и то, что смеются как раз таки над ней.

Лишь один оборотень остался угрюм.

Он стоял по пояс в воде - мужчина со шрамом через всё лицо - на нём были только чёрные от воды штаны, а волосы его – короткие и тёмные как безлунная ночь – прилипли ко лбу и вискам. Он был без рубахи и Сули могла увидеть его исполосованную белыми старыми шрамами грудь и руки. Темноволосый, не отрываясь, смотрел на девушку глазами серыми с золотом и вдруг сделал первый шаг, подняв волны, разбежавшиеся по воде и неумолимо разбившиеся о берег.

Оборотни смеялись и выли, но Сули не могла отвести испуганного взгляда от надвигающегося на неё мужчины и была готова в любую секунду дать шпоры, умчаться отсюда под защиту Лотлориэна или вовсе броситься обратно домой в Ривенделл. Да хоть в сам Валинор, лишь бы подальше от него. От мужчины исходила первобытная сила и власть, уверенность, что проскальзывала в каждом его движении. Смотрел он прямо в серые глаза девушки, идя твердыми шагами, и остановился у самой морды коня, взяв того под узду, провёл широкой загорелой исполосованной шрамами рукой по белой гриве.