Восьмая Марта

ГЛАВА 10.6

Ощущение такое, словно всё это было не со мной – дурацкие восьмёрки, глупые сообщения, ревность…

– Я соскучилась, Макс, – томно выдыхает Ирка, а её длинные тонкие пальцы беспокойно теребят шарфик.

Она очень старается выглядеть милой, но теперь я знаю, что у этого слова совершенно иное, неведомое Ирке, значение и её уловки меня уже не вставляют.

– То чувство, когда ждёшь Деда Мороза с мешком подарков, а приходит пьяный батя с привязанной к шее бородой и без мешка… Да, Макс? – очень точно подмечает Геныч. Он стоит у Ирки за спиной и корчит рожи.

Даже не удостоив его взглядом, Ирка презрительно фыркает и небрежно бросает через плечо:

– Было бы странно не встретить здесь тебя, Гена, ведь ты в каждой бочке затычка.

– А вот это поклёп! – возмущается Геныч. – Ты мою затычку к своей бочке-то не примеряй, она у меня разборчивая. А тебе уже пора, а то ты слишком тут загостилась. И, кстати, ключи от этой хаты можешь себе на память оставить, замок я сменил месяц назад.

– Я не к тебе, чудовище, – зашипела на него Ирка, неумолимо наступая на меня. – Макс, неужели мы даже дома не можем поговорить без этой жуткой образины?

Я прекрасно знаю, что Генычу не впервой слышать оскорбления в свой адрес. К женщинам он лоялен и снисходителен. А поскольку мой друг не слишком разборчив в связях, то подобными эпитетами его регулярно потчуют недооцененные им барышни.

Но ещё я знаю, что не настолько он толстокожий, чтобы вся эта грязь безболезненно стекала по его мужественной физиономии. И не слишком весёлая улыбка – лишь подтверждение этому.

– Ирка, ты припёрлась ко мне домой, хотя тебя не звали и не ждали, – я стараюсь говорить спокойно. – И несмотря на то, что мне хочется придать тебе ускорение, я всё же прошу тебя уйти самостоятельно и по-хорошему. И, кстати, благодаря твоим экспериментам с собственной внешностью, Геныч рядом с тобой красавчик. Так что не стоит нарываться на грубость и ждать, когда тебя выбросят. Свали сама.

– Какой же ты стал урод! – её голос дрогнул, и я почти пожалел о сказанном, но счастливое лицо Геныча стоит того, чтобы признать себя не джентльменом.

– Тебя проводить? – нетерпеливо спросил я, игнорируя оскорбление.

– Да вы все здесь конченые уроды! – заверещала Ирка и ломанулась к выходу, где столкнулась с только что вошедшим Женьком.

– Я запахан уже в лифте учуял, жрать хочу, – начал было Жека, но взглянув на Ирку, разулыбался: – Пацаны, а это что за трансвестит у вас тут?

– Козлы! – всхлипнула Ирка, выбегая из квартиры.

– Что посерешь – то и пожрёшь, моя лапушка! – ласково напутствует ей вслед Геныч.

Моё настроение стремительно падает, когда я иду, чтобы закрыть за бывшей дверь. И оно окончательно рухнуло, когда Ирка, выбегая из тамбура, едва не снесла Синеглазку, только что вышедшую из лифта в сопровождении Тимона. Оценить, откуда выбежала раскрасневшаяся блондинка, совсем несложно, и по взгляду моих соседей я понял, что они сделали выводы. Неправильные выводы. Вот же, грёбаная карусель!