Три невесты Черного ворона

21

В спальне было душно, Нетта открыла окно. Пока она готовила ванну, я стояла и смотрела на горы.

Дождь прекратился, ветер разогнал тучи, и над вершинами поднялась огромная луна, едва пошедшая на убыль. Мокрые скалы сияли в ее призрачном свете золотом и серебром. Веда была права, это оказалось воистину волшебным зрелищем. Но оно навеяло на меня странную тоску и… жажду любви. Вовсе не той, что я испытывала к Фелису – да и вряд ли это можно было назвать любовью. До слез, до боли захотелось не только любить самой, но и быть любимой. По-настоящему.

- Вейра Лилла, ванна готова, - позвала меня Нетта.

Я вошла в туалетную, сняла накидку и посмотрела на свое отражение в зеркале. И, наверно, впервые попыталась увидеть себя… глазами мужчины. Мои мысли о Фелисе никогда не заходили так далеко, а рассказы сестры заставляли краснеть, всеми силами отгоняя нескромные картины. Но сейчас я позволила себе это. Вот только чьи глаза жадно смотрели на мое обнаженное тело? Уж точно не Фелиса и не Керта.

Ворона?..

Не первый раз сегодня я думала о нем, но стоило всего на мгновение представить, что он здесь, рядом, как меня залило горячей волной и сердце сорвалось в галоп.

- Что с вами? – забеспокоилась Нетта.

- Никак не могу отдышаться после ситы, - через силу улыбнулась я, торопясь забраться в воду. Как будто прячась от воображаемого взгляда.

- Я опять затянула слишком сильно?

- Нет. Не слишком, в самый раз. Но в ней всегда трудно дышать. Она же должна стягивать и скрывать все лишнее.

- У вас нет ничего лишнего, вейра Лилла, - запротестовала Нетта.

- Даже если и так, я не могу не надеть ситу под вечернее платье. Это будет заметно. Ты же не хочешь, чтобы все обсуждали: если на ней нет ситы, может, и нижнего белья тоже нет?

Нетта засмеялась, прикрыв рот ладонью, а за ней и я. Наваждение прошло – но надолго ли?

Ночью мне было не уснуть. Может, потому, что выспалась днем, а может, мешало то, что в книгах называли смятением чувств. Не какие-то определенные мысли – но смутная тревога, беспокойство, волнение. Никак было не устроиться удобно, одеяло давило, подушка казалась горячей и жесткой, простыня липла к ногам.

Я встала и снова подошла к окну. Ночная прохлада остудила лишь пылающее лицо, не более того.

Вдруг мне показалось, что по желтому диску луны промелькнула черная тень. Неужели Ворон? Да нет, наверно, ветер пронес заблудившийся обрывок тучи. Зачем Ворону возвращаться ночью в замок, если утром опять лететь в город?

У окна я стояла, пока не замерзла. Легла и все-таки уснула. В этом сне я снова была девочкой и сидела в саду под кустом цветущей эрты. Такой легкий, светлый, беззаботный сон – если бы только запах не заставлял волноваться, совсем не по-детски, ожидая чего-то незнакомого, пугающего и манящего.

Когда я проснулась, солнце еще не выбралось из-за гор. Казалось, воздух мягко переливается радужными красками, как изнанка речной раковины. Запах из сна не исчез, наоборот, стал сильнее. На подоконнике лежала чуть привядшая кисть. Я взяла ее, поднесла к лицу, пряча в ней улыбку. Умирая, эрта всегда пахла так, словно собирала последние силы.

Будить служанку слишком рано не хотелось, я прилегла и неожиданно для себя заснула снова. Пока она не пришла в обычное время.

- Как пахнет эртой, - заметила Нетта, раздергивая шторы.

- Принесла вчера из сада, - глупо соврала я. – И положила под подушку.

- Странно. Я разбирала постель и не заметила.

Почему-то было неловко сказать, что эрта - подарок Ворона. И потом… разве я знала наверняка? Но не из сна же она появилась. И принести никто не мог. На ночь дверь запиралась на ключ. Один был у меня, второй у Нетты. Не говоря уже о том, что по стене к окну не вскарабкалась бы даже кошка.

Но… еще один ключ мог быть у Керта. Он же управляющий. И мы с ним говорили об эрте в саду, о том уголке. Он еще сказал, что часто сидел там, когда был подростком. И его вчерашняя… любезность…

Но зачем ему это надо? Неужели он настолько безрассуден, чтобы ухаживать за невестой правителя? Или… это проверка? По поручению Ворона?

Настроение – такое солнечное, сияющее – сразу же потускнело, радость сжалась и спряталась, как улитка в домик.

После завтрака я взяла книгу и пошла в сад, хотя и сомневалась, что смогу прочитать даже строчку. После грозы и дождя все вокруг сверкало и благоухало, но меня ничего не радовало. Я брела по дорожкам, глядя под ноги, пока не вышла к беседке, оплетенной мелкой вьющейся магной. И прежде чем увидела тех, кто сидел внутри, узнала голоса.

Ворон и Веда.

Они общипывали большую гроздь винных ягод, разговаривали и смеялись.

Надо же, мне и в голову не приходило, что у нее такой противный смех!

Я хотела повернуться и тихо уйти, но меня заметили.

- Доброе утро, Лилла! – Ворон отдал гроздь Веде и встал.

- Доброе утро… правитель, - пробормотала я, поклонившись.