Слепая надежда

Глава вторая

Ноэлия

Иллариандра жду не без внутреннего волнения. Что делать, если заставит переодеваться? Настаивать на своем или показать, будто считаюсь с его мнением? Но император смотрит одним из тех странных взглядов, по которому ничего невозможно определить, улыбается очаровательными ямочками и лишь подает руку. Ощущаю себя лабораторной мышкой, реакции которой изучают. Ну или не лабораторной — самой что ни есть обычной, которую кот давно уже поймал, просто все еще играется. Отгоняю неприятные ассоциации, вспоминаю Тересию. Пытаюсь себя поставить, а уж получится ли... там видно будет.

Да, признаться, где-то глубоко в подсознании я надеялась, что хоть кто-нибудь из видевших меня утром поддержит нетрадиционный наряд. Разум, конечно, осознаёт, что этого не будет. Не так сразу, не так просто. И верно: лишь мы с Пени, под прицелом целого набора всевозможных взглядов, от заинтригованных до откровенно осуждающих, дефилируем в брюках. Испытываю острую к ней благодарность, наверное, одной совсем тяжело было бы. Но мужу, по-моему, происходящее даже чем-то нравится. Понять бы еще чем.

До большой арены-амфитеатра доезжаем в карете. Прошу разрешения, чтобы Пени ехала с нами, Иллариандр соглашается. В нашу ложу проникаем через какое-то рядом стоящее здание. Ложа не личная, что, с одной стороны, позволяет мне опять же замолвить словечко за Пени, а с другой — заставляет терпеть присутствие некоторых особо приближенных вельмож.

Сидения мягкие и удобные, для нас с императором вообще троноподобные кресла. Эр Базир усаживает Пени рядом со мной, сам занимает место возле нее. Только Дарсаль с Ивеном сзади стоят. Замечаю Хельту с Хармасом, еще нескольких советников и надоевшую уже до самых печенок шри Шарассу. И сидит же неподалеку сзади. Хм, а не с ней ли муженек планирует отдыхать?! Как бы это выяснить? Начинаю злиться.

Кто-то толкает пламенную речь по поводу счастливого императора и радующейся вместе с ним империи. Едва не пропускаю момент, когда нужно подняться и помахать рукой в ответ на бурные овации заполненного стадиона.

С удивлением обнаруживаю микрофон и даже рискую поинтересоваться у мужа, каким образом он здесь. Оказывается, на особо важные мероприятия доставляют из Йована, вместе со специальными генераторами, правда хватает техники  в лучшем случае на два-три раза.

— А как их через туман провозят? — не понимаю.

— Как и все, — с недоумением отвечает муж.

— Ну... робота вот не удалось, — ощущаю, как горячеют щеки, так и хочется обернуться к Дарсалю.

— Ноэлия, то, что произошло — нонсенс, и я надеюсь, мы все же выясним, что случилось с твоим роботом. Но туман здесь не при чем, уверяю.

Да? А я как вспомню эту огромную непроглядную гору мглы, так сразу холод по позвоночнику. Мне казалось, именно из-за тумана все и произошло. Хотя... так, еще одна заметочка — поискать о приграничных туманах. Императрице ведь уже можно тайны ее государства узнать?

Задумавшись, разглядываю разворачивающееся красочное зрелище. Полуспортивное выступление, очень даже здорово организованное. Яркие одежды, отработанные движения, песня во славу императора. Наконец, раздается сигнал, и на арену вылетают разъяренные бурвали. Так и жду, когда начнут сталкиваться рогами, высекая искры. Будоражаще.

Дарсаль

Соревнование разделено на два отделения. В первом традиционно сражаются ментальщики, а во втором оставшиеся бурвали уже обретают наездников, и проходит обычный турнир.

— Ими кто-то управляет? — шепотом интересуется Ноэлия.

Раздражение в сторону Шарассы, снова волны ревности... или чего-то близкого. Все эмоции четкие, ясные, скрыть не пытается, даже Ивен доволен. Когда уже я заставлю себя смириться с ее чувствами к императору? Не любовью, но ревностью и симпатией. Все надеюсь, что проблески, которые ловлю на себе, что-то значат. Осознавая, насколько это было бы опасно для нее самой. Только и остается сжимать зубы вместе с омаа, и внимательно осматривать окружающих. Обязанности никто не отменял, безопасность императрицы по-прежнему на мне.

— Ты разве не расспросила шри Беллу? — улыбается Иллариандр. Легкое смущение, Ноэлия беззаботно смеется:

— Не до того было, мы наряды выбирали.

— Ясно, — хмыкает Иллариандр.

Не верю, что Ивен не доложил, о чем шел разговор.

— Да, сейчас бурвалями управляют ментальщики. Видишь те две будки? — яркое движение в два противоположных конца стадиона. — Вот оттуда. Шри Тера — наша бессменная победительница всех последних игр.

— Она сильная?

Очень. Сколько лет прошло, а до сих пор в голове все стискивается от воспоминаний о ее ледяных, шершавых, муторных проникновениях.

— Одна из самых, — соглашается Иллариандр.

Ноэлия хочет бросить взгляд в сторону Сэма, вижу только порыв, без движения. Сэм никогда не участвует в скачках. Он личный ментальщик императора, у него особые привилегии.

Ноэлия

Зрелище, конечно, красочное — хоть и на любителя. Мощные, в какой-то мере грациозные животные в изукрашенных попонах, полощущиеся на ветру цветные ткани, флаги и украшения, особый бой гулких барабанов. Если бы еще при этом бурвали не сталкивались, не ломали друг другу рога и крупы! Трибуны возбужденно жаждут крови, а у меня нет желания смотреть. И как этим можно управлять? Выглядит очень безжалостно.