Отчаянные попаданки, или Муж из прошлого

Часть 2. Глава 9

Конец января 1890 год. Поместье графа в Хрящевке

Погода вот уже второй день стояла чудесная, солнечная и теплая. В послеобеденное время дамы в сопровождении мужчин решили прогуляться по парку. На променаде Анна и Алексей вели себя, как и прежде, бросая друг на друга заинтересованные взгляды, но стараясь избегать общения. Давыдов был погружен в мысли о технических новинках из будущего, Томас мечтательно улыбался Кате, а та пыталась вызвать собеседников на разговор о предстоящем приеме, который графиня-мать собиралась устроить в хрящевском поместье. Но беседа не клеилась. Каждый думал о своем.

К ужину Алексей Петрович не спустился, сославшись на неотложные дела, и Аня вдруг почувствовала, что все кончено. Она больше его не увидит. Очевидно, граф в ближайшее время покинет поместье. Что ж, пожалуй, ей тоже пора. Извинившись, она оставила в гостиной Катю, Нору и графиню-мать, которая пыталась научить девушек игре в вист, и пошла переговорить с Томасом и попросить организовать ее «поездку» в будущее. Не дожидаясь утра, Анна поднялась к себе и занялась сбором вещей. Удивительный и необычный отпуск подошел к концу. Упаковав в чемодан небольшую стопку вещей, с которыми она прибыла в прошлое, Аня легла спать. Но, ворочаясь на огромной кровати в гостевой спальне, она никак не могла заснуть. Анна вспоминала жаркие поцелуи и откровенные ласки, которые ей дарил граф. Перед внутренним взором стоял его обжигающий темный взгляд, она будто слышала низкий, властный голос. Мрачный, резкий в словах мужчина оказался страстным и умелым любовником. Но еще больше Аню удивляла та нежность, с которой он подбирал губами слезинки с ее лица, ласково перебирал пальцами пряди волос, шептал слова утешения. Нет, Аня понимала, что совместного будущего у них быть не может. Это Кате повезло, что Томас придумал себе жену, и она вдруг появилась, словно по волшебству. Граф Кошкин-Стрэтмор по большому счету оказался романтиком, не являлся поклонником светских раутов, жил отшельником в замке, увлеченно собирая удивительные механизмы. А еще, как бы ни противился, все же прислушивался к советам маман, которая всей душой приняла невестку. Шубарин же вращался в высших кругах и не мог себе позволить взять в жены незнакомку с улицы. А любовницей Аня стать ни за что не согласится: этот путь она уже проходила. Но сердцу не прикажешь, именно поэтому ей стоит покинуть поместье в Хрящевке как можно скорее. Утром она извинится перед подругой и попрощается. И постарается забыть властного и своенравного графа, которого вряд ли сможет укротить какая-нибудь женщина.

Засыпая, Анна услышала тихий стук. Странно, в такое время горничные не тревожат хозяев, а Катя входит к ней без церемоний. Торопливо накинув на плечи шелковый халат, Аня открыла дверь. На пороге стоял Алекс без сюртука и жилета, в одной рубашке, заправленной в брюки. Судя по растрепанным волосам, горящему взгляду и поджатым губам, мужчину явно что-то тревожило.

— Вы разрешите? Я знаю, что это не совсем прилично посещать даму в такое время. Тем более с вами нет компаньонки.

— Да, это большое упущение, — кивнула Аня и сделала шаг назад, пропуская мужчину в спальню.

— Я хотел бы попросить прощение за недопустимое поведение тогда в библиотеке и позже в гостиной, — проговорил граф, подойдя к девушке слишком близко и протягивая небольшую бархатную коробочку: — Прошу принять это в качестве моих извинений.

Анна открыла крышку и обнаружила на белом шелке изящную брошь: огромные ягоды-рубины аппетитно расположились в бриллиантовой корзиночке в окружении листиков-изумрудов. Шубарин вдруг порывисто притянул Анну к себе, зарываясь пальцами в ее волосы и приближая свои губы к ее полуоткрытым от удивления губам.

— Когда я поцеловал тебя в первый раз, то почувствовал вкус клубники. Этот аромат преследует меня днем и ночью… — Касаясь девичьих губ легким поцелуем, он прошептал: — Особенно ночью. Знаешь, я приношу тебе свои извинения, но не сожаления. Я ни о чем не жалею.

Алекс отстранился, делая шаг назад:

— Теперь можешь дать мне пощечину и прогнать.

Аня посмотрела на украшение и перевела взгляд на искусителя. Да, он не тот мужчина, которого можно к себе привязать. Но он забрал ее сердце, и с этим уже ничего не поделать. Анна решила, что пусть это будет их последняя ночь, и она тоже ни о чем не будет сожалеть. Она приблизилась к Алексу, обвила руками его шею и прижалась к нему всем телом.

Шубарин без лишних слов подхватил свою добычу на руки и понес на кровать. Он осторожно коснулся ее губ своими, словно спрашивал разрешения. Алексей смотрел в широко раскрытые от восхищения глаза и желал подарить рыжеволосой красавице нежность, страсть, удовольствие. В прошлый раз он подчинял своей воле. Сейчас ему хотелось отдавать. Он медленно стянул халат и тонкую сорочку с плеч, едва касаясь пальцами бархатной кожи. Ему так хотелось изучать, исследовать упиваться. Но он старался не торопиться. Сегодня все только для нее. Анна прерывисто задышала, выгибаясь, а он отстранился и окинул восхищенным взглядом изящную фигуру возлюбленной.

Алексей не привык говорить женщинам комплименты, но ради Анны сделал исключение:

— Ты фея из моих снов. Лучшее, что мог придумать Создатель.

Шубарин продолжал нашептывать девушке приятные слова, щекоча дыханием кожу. Он решил, что даст ей сегодня все, что она ни попросит.

Анна тихо постанывала, прикрыв веки и наслаждаясь и словами, и ласками. Алексей чувствовал, как она раскрывается для него, словно прекрасный цветок. Яркий и в то же время застенчивый. Она же не могла поверить в то, что этот хмурый и язвительный мужчина будет с ней таким трогательным и нежным. Алекс открывался для нее с новой стороны. А она открывалась для него. Аня не чувствовала ни малейшего стеснения. Она сама тянулась к нему, умоляя о близости. А он дразнил, ублажал, доводил до пика блаженства, и они вместе падали вниз и вновь взбирались на вершину. Алексей подчинял и подчинялся, без слов утверждая: «Ты моя». Они двигались так, словно были единым целым. И оба понимали, что у них есть только эта ночь. Одна ночь на двоих.