Небеса не для нас

Глава 21. Осколки сердца

Открыв глаза на рассвете, в первую секунду я не поняла, где именно нахожусь. Меня окружала роскошная обстановка ‒ минималистичная мебель, плавные стильные линии современного декора, обманчиво примитивные, явно очень дорогие картины без рамок, идеально вписанные в интерьер, вид на Москву из огромного окна во всю стену.

Верно, меня похитили Высшие.

И в этом им помог Макар.

То странное состояние онемения все еще владело моей бедной душой. Будто струна порвалась где-то в глубине моего истерзанного сердца, не выдержав силы натяжения. Нет, чувства не ушли окончательно, они все еще были где-то здесь, и я понимала, что рано или поздно они снова настигнут меня. Но пока этого не произошло.

Выбравшись из-под одеяла, я отправилась в ванную, примыкавшую к спальне. Привезя меня сюда, те люди сказали, что не причинят мне вреда, а потом заперли в этой комнате, закрывающейся на кодовый замок, просторной и роскошной, тем не менее, имеющей только один выход. Я просила их дать мне возможность позвонить маме, чтобы она не волновалась за меня, но они мне этого не позволили.

Приняв душ и почистив зубы, я переоделась в одно из платьев, которые нашла здесь же, во встроенном шкафу. Через пару минут мне «в номер» принесли завтрак ‒ воздушные круассаны, подкопченную семгу, красную икру, сливочный сыр, кофе, и разнообразие крошечных пирожных на одной большой тарелке. Голодом меня морить явно не собирались.

К еде я едва притронулась, съела кусочек рыбы, только чтобы желудок не болел от голода. Включив телевизор, села на ковер рядом с окном. Попробовала немного отвлечься от мыслей о своем мучительном прошлом и неясном будущем.

Потекли долгие томительные часы, наполненные ничегонеделанием.

С ужасом я ощущала, как постепенно с меня сходит вчерашнее оцепенение, как в мое сердце проникает эта истина, простая и жестокая ‒ я все еще люблю человека, который поступил со мной хуже, чем кто бы то ни было в моей жизни. Хуже всех школьных хулиганов, встречавшихся на моем пути, хуже всех подлых мажоров, надеявшихся воспользоваться моей низкой самооценкой в своих целях.

Люблю того, кого никогда не прощу.

Люблю того, кто никогда не будет моим.

Встав с ковра, я легла на кровать, уставилась в потолок бездумным взглядом. Обняла себя руками. Так прошло еще несколько невыносимо долгих часов.

Затем дверь открылась, и в комнату вошел парень, мысли о котором заставляли меня страдать на протяжении всего времени нашего знакомства.

В мою тюремную камеру пожаловал Макар.