Грехи прошлого (сокращенная версия)

Глава 15

— Ничего себе! — слегка приоткрывает рот Анна.

— А еще они поцеловались! — вставляет Наталия.

— Что? Поцеловались?

— Да-да, ты не ослышалась!

— Ты меня обманываешь!

— Нисколько нет!

— Я не верю своим ушам.

— Но это правда, Сеймур, — радостно отвечает Наталия. — У нашей Ракель состоялся первый поцелуй. Ее впервые в жизни поцеловал мужчина.

— Эй, так с этого и надо было начинать!

— Я этого не хотела! — возражает Ракель, приподняв руки к верху. — Он сделал это насильно!

— Господи, подруга, не могу поверить, что ты говоришь об этом так спокойно! Как будто у тебя не было никакого первого поцелуя. Да еще и с таким мужчиной.

— А почему меня должно это волновать?

— Да потому что тебя поцеловал сам Терренс МакКлайф!

— И что? Кто такой Терренс МакКлайф? Кто он такой? Почему я должна буквально трястись перед ним?

— Нет, подруга, ты точно ненормальная, если так спокойно к этому относишься.

— Да я ненавижу его за это! Стала ненавидеть еще больше после того как прочитала ту статью и одно из анонимных писем, которыми он меня заваливал.

— Э-э-э… Ну да, Наталия говорила мне про те письма…

— После того как этот придурок поцеловал меня, а я врезала ему по лицу и ушла, МакКлайф крикнул мне вслед, что заставит меня пожалеть и сделает все, чтобы разрушить мою карьеру.

— Неужели ты и правда думаешь, что это Терренс?

— А больше некому! — восклицает Ракель.

— Да нет, Ракель, перестань! Я не думаю, что это он.

— Ну не знаю… — задумчиво произносит Наталия. — Я бы не стала так защищать этого человека. Поначалу мне тоже казалось, что он не причем. Но сейчас я уже не так в этом уверена.

— Но зачем ему это нужно?

— Захотел отомстить за оскорбленную честь, — хмуро бросает Ракель.

— Прославиться на известном имени Ракель, — добавляет Наталия. — С надеждой, что его наконец-то заметят, и он получит свою долгожданную главную роль.

— Вот именно!

— Значит, Терренс не такой ангел, каким всегда хотел казаться? — слегка хмурится Анна. — Значит, он лишь притворяется милым и пушистым?

— Он – нарцисс, Анна. Самый настоящий нарцисс, который любит только себя. Который не терпит, когда его не замечают, не хвалят и не превозносят до небес. МакКлайф явно не замечает никаких своих недостатков и считает себя самым неотразимым и прекрасным.

— О боже мой… — Анна с тихим вздохом качает головой. — Мне совсем не хочется верить, что практически мой идол может быть таким. Но с другой стороны, ты бы вряд ли стала врать и наговаривать на человека.

— Я говорю то, что есть, — уверенно отвечает Ракель. — И более, чем уверена, что виновник всех моих бед – Терренс МакКлайф.

— И ты можешь это доказать?

— Пока что я могу лишь распечатать все письма, которые он прислал мне на электронную почту.

— Вряд ли это хорошая улика.

— А его слова о том, что он уничтожит мою карьеру и заставит пожалеть? Разве они не могут стать прямым доказательством того, что я не ошибаюсь?

— В любом случае не надо обвинять кого-то без доказательств. Да, Терренс может быть главным подозреваемым, но на самом деле виновником может быть кто угодно. Любой, с кем ты работала и работаешь по сей день.

— У меня со всеми прекрасные отношения. В последнее время я не ругалась ни с кем, кроме МакКлайфа.

— Ну знаешь, враг может скрываться и под маской друга, — задумчиво отмечает Наталия.

— Дедушка сказал примерно то же самое…

— Поэтому тебе не стоит так уверенно обвинять МакКлайфа, — уверенно говорит Анна.

— Жаль, что у меня нет никаких контактов с этим козлом или его менеджером. Я бы все ему высказала. Заставила бы извиниться за то, что он сделал.

— Ты уж с ними поосторожнее, подруга. Я слышала, что Терренс – очень влиятельная персона в мире шоу-бизнеса. Одно его слово может разрушить карьеру любого человека или же помочь кому-то прославиться.

— Да он только пугает! Хочет пустить пыль в глаза. Навести на людей страх.

— Я серьезно, Ракель. Не провоцируй его.

— Я не боюсь этого придурка, Анна. Если он в ближайшее время не остановится, клянусь, МакКлайф дорого за это заплатит.

— Распространив ложные слухи про него, ты сделаешь себе только хуже.

— Не сейчас, разумеется. — Ракель облокачивается на спинку стула и задумывается о своем на пару секунд. — А чуть позже. Когда народ немного успокоится. Уж тогда-то я превращу жизнь этого павлина в настоящий ад.

— Хорошо, поступай как знаешь, — пожимает плечами Анна. — В любом случае мне очень жаль, что все так произошло.

— Спасибо, Анна.

— Не переживай, все будет хорошо.

Анна мягко гладит Ракель по рукам, сложенные перед ней на столе.

— Не могу поверить, что все это происходит именно со мной, — тихо говорит Ракель. — Моя жизнь была такой спокойной, а тут на моем пути встал этот придурок и перевернул все с ног на голову.

— Послушай, Ракель… — мягко произносит Анна. — Я прекрасно понимаю, что тебе сейчас очень тяжело. Но ты должна понимать, что не сможешь все время ото всех прятаться и плакать в подушку.

— Тебе меня не понять.

— Почему это не понять? Я очень даже хорошо понимаю тебя и знаю, что ты сейчас чувствуешь.

— Моя карьера вот-вот будет разрушена, а для людей я уже стала эгоистичной тварью, которая свысока смотрит на всех, кому она обязана успехом.

— Но мы-то прекрасно знаем, что это не так.

— Знаю, но как доказать это другим?

— Не надо думать об этом сейчас. Сейчас ты должна сосредоточиться на себе. На своем самочувствии. Ты же изведешь себя, если все время будешь думать об этом.

— Но я не могу не думать! Я могу потерять то, что для меня очень важно.

— Неужели карьера для тебя важнее близких людей?

— Нет, конечно. Просто я очень сильно люблю то, что делаю.

— Я понимаю, но в жизни есть более важные вещи.