Под тенью маски

14 В гостях у тетушки Медичи

Бал шел до утра, я честно оттанцевала все партии, которые были вписаны в мою карточку с танцами. Кроме того, улыбалась, опускала глазки долу и даже умудрилась посплетничать с двумя молоденькими пустышками, севшими на диванчик во время перерыва со мной рядом. О ком? Конечно, о цори Поляди и после Гординского королевства Максимилиане Горьере.

О том, что давно ходят слухи, что он ищет себе невесту. Что еще сам старый король хотел союза этого Палача и нашей подданной. Уж кто был выбран на эту роль жертвой, никто теперь не знает, и почему помолвка сорвалась, тоже все покрыто мраком. Но, видимо, союз слишком был выгоден обеим странам, и Горьер до сих пор рук своих не опустил, невесту ищет, вот и приперся сюда на смотрины. А Поляди ему проходу не дает уж не первый год. У нее вообще пунктик на этого мужика. В общем, новости я послушала, выводы сделала, девочкам пару раз поддакнула, что слышала то же самое и ничего более нового, и ушла искать мою несравненную тетушку цори Нинель Медичи.

Тетушка, кстати, вопреки моим опасениям, мне не досаждала, а наблюдала за мной со стороны, полностью предоставив свободу действий. Это говорило только о том, что все же меня спасают от палача, а не пытаются выманить наружу, как приманку, и отдать на съедение львам.

Когда за окнами начал брезжить рассвет, и большая часть гостей стала разъезжаться, уехали из замка и мы с Нинель. Организаторами бала были любезно предоставлены крытые ладьи сразу на несколько посадочных мест. Двое гребцов ловко управляли веслами , а уставшие пассажиры дремали на низеньких скамейках, прижавшись друг к другу. Утренняя влага настойчиво пробиралась под одежду. Нинель заботливо накрыла меня плащом, который лежал здесь же. Я с благодарностью улыбнулась и, вопреки усталости, с надеждой смотрела на приближающийся берег.

Автокап Медичи , как она сама выразилась, был стареньким и убогим, поэтому мы воспользовались предложенной организаторами каретой, запряженной лошадьми. Благо ехать было всего несколько улиц, но экзотический способ передвижения я оценила по достоинству. Помятое платье, синяки на локтях, тошнота. По мне, так лучше было пройтись пешком, но тетушка цыкнула и еще раз напомнила, что не стоит привлекать к себе лишний раз внимание.

Коттедж вдовы Медичи, построенный на заре этого века, представлял собой аккуратное двухэтажное здание из красного обожженного кирпича с крышей, покрытой чёрной, как чешуя древнего дракона, черепицей. Он стоял особняком на одной из центральных улиц, совсем недалеко от Дома городского управления. Это еще раз говорило о том, что мой якобы дядюшка был не последним человеком в этом городе.

Повозка остановилась у низеньких кованных ворот, из-за которых тянули свои лохматые цветущие ветки разномастные чайные розы.

– Терпеть их не могу, – неожиданно выдала тетушка, поморщившись и прикрыв платком нос. – Но жена градоначальника, цори Дуримэ, их просто обожает. Приходится потыкать этой несусветной выскочке. Но зато мне так и не подняли арендную плату за землю, а в центре города она стоит немало, поверь. Добро пожаловать в мой дом, Рози. Прошу, проходи.

Тетушка сама открыла засов на калитке, и широкая дверца из художественно изогнутых металлических прутьев бесшумно пропустила нас внутрь двора. Нинель закрыла засов, прошла вперед, махнув рукой, чтобы я следовала за ней, и продолжила свой рассказ.

– Меня с этим розовым, пахнущим старостью и дурным вкусом безобразием примиряет лишь то, что на улицу выходит мало окон, а окна моей спальни и вовсе ведут во двор. Вот там буйствует моя любимая сирмантина, она не пахнет так пошло, да и цветет все лето и осень.

Мы не спеша шли по вымощенной брусчаткой дорожке, а я, рассматривая небольшой сад, просчитывала расстояние от забора до дома, высоту окон и наличие пожарной лестницы. Привычка. В моем случае очень даже полезная.

Медичи остановилась так резко, что я чуть не уткнулась ей в спину.

– Рози, – повернулась она ко мне, – я не знаю, сколько будет возможным твое нахождение здесь. Конечно, мой дом – это твой дом. Но пойми меня правильно, все решалось в самые короткие сроки, и возможны ошибки и просчеты. Я сразу покажу тебе, где хранится оружие, где находится запасной выход, где тайный лаз в ограде, и где хранятся документы. Я не знаю, что в них, и как будут звать тебя после. Сверток с новой одеждой приготовлен. Еще четыре тайника будут ждать тебя в разных частях города. Там одежда, документы, пароли и адреса, где бы ты могла остановиться под этим именем. Но пойми, за тобой идет настоящая охота, и что может произойти в следующий час, я не знаю.

Я смотрела в глаза этой женщине и видела неподдельную заботу, которая трогала за душу. Теперь передо мной стояла вовсе не та, вовсю веселящаяся на балу старушка, а умная и расчетливая женщина, которая немало повидала в этой жизни. Разница лишь в том, что она действительно мне готова была помочь, а вот о причинах мне предстояло еще поразмыслить. Как и о многом другом.

– Спасибо, Нинель. Я не забуду твою доброту.

Медичи кивнула и повернулась к дому. Теперь она шла более быстрым шагом, на ходу призывая прислугу. Через несколько секунд навстречу нам из дома выскочила дородная домоправительница в рабочем платье и старомодном чепце на голове. Еще одна горничная, средних лет вполне симпатичная женщина, высунула нос из-за двери, поклонилась и открыла обе створки входных дверей, приглашая нас войти.

А дальше меня закружили в вихре заботы и опеки. Теплая ванная, сытный завтрак, новая красивая одежда – не старомодная, вытащенная из старых, пропахших сыростью гардеробов, да и не форма горничной…

Надевая мягкую, приятную телу ткань, я готова была расплакаться. Из зеркала на меня смотрела все та же простушка с припухлыми чертами лица и большим носом, теперь уже с прической в две косы по бокам, но в красивом домашнем платье, хорошо раскроенном и отутюженном. По одному фасону было понятно, что сшито оно на заказ, и мерки мои портному кто-то дал…