Встречная-поперечная

Глава 7

Глава 7

— Иван Леонидович молод, хорошо собой, потому избалован вниманием дам. Однако балов и вечеринок сей господин не посещают, много по заграницам разъезжают, нашей светской жизни сторонятся. Родители князя погибли во время крестьянских бунтов. Имеется сестра. Великая княгиня, говорят, прочит Левецкому в жены фрейлину Ягумскую. Так что ловить тут тебе, сестренка, нечего. Еще слухи ходят, связан он с Тайной Магической Инспекцией, но, думаю, это враки, — неуверенно добавил Сергей.

— Откуда ты столько знаешь о Левецком? — изумилась Лиза.

— Один друг рассказывал, — уклончиво пояснил брат. — Он принадлежит к обществу… так, к собраньицу небольшому… по интересам, так в нем князем интересовались… немного.

Но Лизонька не дослушала, взвилась с места, и голос ее донесся уже из библиотеки:

— Серж, а где наш альбом с бала в Новгородском Кремле с позапрошлого года?

— Понятия не имею, — ворчливо отозвался брат. — Так ты еще и альбом с собой притащила?

— А как же! Должна же я иногда смотреть… вспоминать свой триумф… плакать украдкой… лица соперниц изучать… Ага! Вот и Ягумская!

Лиза еще немного пошуршала в библиотеке и вернулась в гостиную с видом победительницы:

— Ягумская – тощая жердь! Я гораздо ее красивее!

— Но ты не фрейлина со ста тысячами рублей годового доходу и титулом.

— Но и не мещанка какая-нибудь! Титул! — Лиза фыркнула. — Что сейчас решает титул?

— Всё! Так же, как и прежде, — брат поморщился и с пафосом продолжил, словно зачитывая строки из памфлета. — И не только в России, а и в просвещенных Европах. Так называемые революционные силы Русь Вдольную не только из тьмы не вытянули, но еще и глубже в болото затолкали. А ведь с первого взгляда ясно было – не готова Россия-матушка.

— Ой, только не надо про политику! — Лизонька дурашливо прикрыла уши ладошками. — Не могу слышать твоих агитаций! Это тетушка еще не знает, что ты политикой увлекся. Иначе вышвырнула бы тебя вон.

— Не сомневаюсь. По пяти раз на дню вспоминает, как бунтовщики у нее сарай с яблоками дотла сожгли.

— А ты с ней не спорь! Не зли ее! Нам больше деваться некуда! И про игры свои политические забудь! Не в том мы положении.

— Знаю, — буркнул Сергей. — Однако существенно исправить сие положение посредством господина Левецкого не особо рассчитывай. Если господин Левецкий с головой дружит, осядет при дворе.

— Посмотрим. Князь тоже мужчина. Ты же сам знаешь, Сереженька, страсть не в голове рождается, иначе все высокородные женились бы на равных. Наука статистика другие цифры приводит. Мне бы только князя к себе заманить. Ну помоги, братец! Сделай что-нибудь! Съезди к Левецкому с визитом, что ли!

— Повременю, — проворчал Сергей, возвратившись к книге. — Мне этот тип заочно не нравится, а коли он сотрудник Избы(*), даже руки ему не подам. А ты езжай в Петербург… или в Великий, если так князя хочется.

(*альтерн. - разговорное прозвище Тайной Инспекции)

— Ага! В позапрошлогодних туалетах щеголять. Да и что я там смогу, на чужом поле? В содержанки не пойду! — Лизонька насупилась. — Левецкий – мой последний шанс.

— Мне твоя затея не нравится, — Сергей вздохнул и вытянулся на диване. — Милое общество одиноких дам до сегодняшнего дня меня вполне устраивало. Было тихо и скучно, фроляйн фон Линген разливала чай, мадам Лопушкина приносила печенье, Мэри Лопушкина, правда, иногда пела, но ради пирогов их кухарки я готов был терпеть. И вот тебе, здрасьте!

— Мы бедны, — наклонившись к брату, жестко напомнила ему Лиза. — Разорены. Ты должен помочь мне… выбраться из жалкого положения.

— Ладно, ладно! Что-нибудь придумаю, — помрачневший Сергей вдруг оживился: — Вспомнил, что забыл рассказать. Утром, когда ты гуляла, заезжала Мрачная дама.

— Маргарита Романовна? — нахмурилась Лиза. — Без предупреждения?

— Да, на нее не похоже, но и повод был. Вот, держи сенсацию: в «Тонкие осинки» приезжает наследница. Молодая. Зовут Марией. Вроде дочь сына покойной Татьяны Варфоломеевны.

— У Осининых есть сын?

— Был. Сгинул. Подробностей не знаю. Мрачная дама так и выразилась: «сгинул». Семья долго искала эту самую Марию, а потом еще и уговаривала приехать. Вот, их поверенный телеграммой сообщил, что уговорил.

— Уговаривали, значит, она богата? — задумчиво предположила Лиза.

— Не угадала. Она учительница. Живет в Великом, причислена к мещанам.

— Молода?

— Лет двадцать. Про внешность не спрашивай. Дурна ли, хороша ли, Осинина не упоминала. Мадам просила всячески гостью опекать, не дать заскучать и убедить принять наследство. Мол, остатки местной цивилизации весьма заинтересованы, чтобы цивилизация сия не погибла. Не пойму только, про «не дать заскучать» это она съязвила?

— Я конечно, против Маргариты Романовны не пойду, — задумчиво проговорила Лиза. — Родственницу ее к себе приглашу и вниманием не обделю. Только не знаю пока, радоваться, что обществу прибавится, или тревожиться, что придется общаться с тем, кто ниже нас по положению.

— Например, с молодой незамужней дамой, — съязвил Сергей. — Образованной. Наследницей именья, что совсем близко к усадьбе Левецких. Что там наука статистика о мезальянсах говорит?

Лиза снова отошла к окну и устремила застывший взгляд на аллею.

— Поживем увидим, — процедила она.