Гостья из другого мира. Наследница

Глава 7

До городка Брат-ли-тон, в окрестностях которого находились обширные земли Червингов и, соответственно, охотничий дом, в котором Николас оставил Олю, маг добрался быстро. Там он сдал своего верного друга-летуна на временное содержание в известный в городе гостевой двор «Пристань», у которого была безупречная репутация, и отправился на лётную станцию, чтобы как можно быстрей долететь до Великого города — столицы.

Правитель в буквальном смысле слова трясся над каждым магом жизни, очень высоко оценивая их способности, поэтому постоянно контролировал место их нахождения, в определенные дни требовал их личного присутствия во дворце.

Взамен такого надзора, в качестве моральной компенсации, лишь бы маги были довольны и преданы правителю и Эллии, он осыпал их подарками, выполнял все просьбы.

Поэтому Николас Червинг обязан был появляться перед ллиером Эллии каждое утро первого дня недели, как и остальные четыре мага жизни, а сегодня сильно опаздывал. Но не мог же он оставить без присмотра упавшую в обморок девушку, которая к тому же из чужого мира.

Благодаря особому положению при дворе, Николас за короткое время стал очень богат, богаче своего отца, лорда Червинга, близкого друга правителя, — его одаривали землями, драгоценными камнями, и он являлся обладателем многочисленных привилегий.

На станции летучих кораблей его встретили, как родного, — примелькался за столько лет, а до дворца правителя в Великом городе долетели очень быстро, — маги воздуха не зря ели свой хлеб, и воздушное сообщение было прекрасно налажено даже между маленькими городами Эллии.

Прекрасный дворец повелителя Эллии раскинулся на скальном плато высоко над уровнем великого и бескрайнего Эллийского океана. Много тысяч лет назад первый правитель Эллии возвёл неприступную крепость с парками, садами, террасами и фонтанами. После этого дворец часто перестраивали, достраивали или просто реставрировали, и на сегодняшний день он представлял собой настоящее чудо Эллийского мира, чудо архитектурно-строительного и магического искусства. Особенно восхищало то, как на такой впечатляющей высоте удалось не только выстроить неприступный и роскошный дворцово-крепостной комплекс, но и укрепить его глубокими рвами, наполненными водой, благодаря чему в садах, разбитых вокруг дворца, были еще устроены и разнообразные фонтаны.

Как только Николас ступил на ступеньки взлетной площадки с трапа летучего корабля, к нему подбежал запыхавшийся мальчик-слуга в красной с золотом ливрее — личный прислужник ллиера, а не слуга всего дворца. Такие прислужники выполняли приказы только правителя и его любимой фаворитки.

— Господин маг, сиятельный ллиер велел идти к нему незамедлительно, как только вы объявитесь! — взволнованно выдохнул мальчишка. — Я уже несколько раз прибегал сюда! А вас все нет! Хотя на станции Брат-ли-тон сообщили, что вы вылетели!

— Веди к сиятельному, — спокойно отозвался Николас, хотя его уже давно раздражала постоянная обязанность показываться перед правителем из года в год каждый первый день недели. Где-то в глубине души он понимал его, но как же надоело!

Широким уверенным шагом маг направился вслед за мальчишкой, который почти подпрыгивал от нетерпения. Николас понял, что мальчик ведёт его в зал Малого совета. Он и сам прекрасно нашёл бы дорогу, но приказ ллиера маленькому прислужнику, скорее всего, звучал так: «немедленно привести господина мага, как только появится», поэтому тот в точности его исполнял.

Николас не любил дворец правителя, который поражал величием и роскошью. В их королевстве не все было ладно, не все жители жили в довольстве и засыпали каждый день сытыми, поэтому показное богатство дворца раздражало, — на его содержание уходили баснословные расходы и очень-очень много магии разной направленности.

Одна знаменитая на весь мир «картинная галерея» чего стоила! Она представляла собой зеркальный зал с многочисленными фресками, общая протяженность которых составляла больше двадцати прыжков его летуна. На потрясающей красоты фресках были изображены император и его родные за различными занятиями: прогулка, охота, рыбалка, танцы. Всего этих фресок было около пятисот. Кому они нужны, спрашивается? А сколько на них потрачено, одному великому Геету известно! И казначею ллиера – хитрому лису, лорду Рэвигу.

Когда Николас зашёл в зал Малого Совета, то, к своему удивлению, увидел не только самого сиятельного ллиера, но и остальных четырёх магов жизни, главного надзирателя и, конечно, фаворитку, леди Мелиту, без которой в последнее время ллиер не мог сделать и шага, — коварная молодая красавица словно под кожу тому проникла.

Ллиер Эллии, Ромунд Сэдвиг, прозванный в народе «Неуязвимый», внешне не менялся уже очень давно, что было очень заметно по тем же фрескам картинной галереи, хотя правителю было уже под триста лет — максимальный возраст для многих магов, которые после него часто уходили за Грань. Для многих, но не для ллиера, который выглядел едва на сорок и умирать в ближайшем будущем явно не собирался. И все благодаря магам жизни, которых он холил и лелеял. А сколько покушений было на его жизнь? Слава великому Геету, ни одного удачного.

— Наконец-то, лорд Николас! — проворчал император: высокий, крепкий, широкоплечий мужчина с грубыми и резкими чертами лица, с хитрыми чёрными глазами и светлыми волосами ниже плеч. Тяжелый подбородок сразу выдавал его властную натуру. Несмотря на ворчливый голос, взгляд, направленный на мага, был довольным.