Конец связи 2046

Конец связи 2046

Кислотный ливень в шестой раз за последний год барабанил по обшивке, пытаясь прожечь ее. Я сидел у толстого стекла иллюминатора и пристально всматривался в темноту за ним, в блики редких молний и непроглядный мертвый лес, плотной стеной, стоявший вокруг убежища. Энергию батарей, из-за редкого солнца и невозможности их подзарядки, приходилось беречь, поэтому было холодно, так холодно, что зубы отбивали четкий ритм, а изо рта валил густой пар.

Я выпил горячего кипятка, хранящегося в термосе, и плотнее закутался в обгорелый при посадке кусок парашюта. Ну и занесло же меня! Какие-то три года назад был простым человеком на простой третьесортной планете Земля, а теперь... теперь даже не знаю. И если не думать ни о чем иногда становится легче.

Команда из десяти человек медленно растворилась на сером фоне планеты: кто-то сразу погиб, кто-то после, и так продолжалось до тех пор, пока не остались только она и я. Да и тут, не все так гладко, как хотелось бы.

Установка, конденсирующая воду, почти сломалась, а потому качество этой самой воды с каждым разом становилось все хуже. Ну, ничего, мне не привыкать. В жизни обычного землянина всякое происходило, но здесь по-прежнему тяжело смириться с лишениями.

В свое время, о планете, куда меня занесло, ученый свет делал самые разные предположения, а рассуждения могли длиться часами! Но насколько все они были неправы, знаю лишь я! Да и вообще, как можно уверенно говорить о свойствах вещей, за какими ты только наблюдаешь? Это равносильно утверждению сладкое яблоко или кислое, делая заключение лишь по его цвету, при этом наблюдая за ним через ограду не имея к нему прямого доступа.

На основе подобных наблюдений собрали ныне провалившуюся экспедицию. И я до конца дней буду проклинать тех, кто сделал вывод о наличии на планете пригодных для человека условий жизни. Конечно, если говорить об уровне кислорода, довольно развитой флоре, а так же о наличии на планете воды, то да, безусловно, это все присутствует. Но, несмотря на все блага, ученые не просчитали наличие аномальных и непригодных для жизни человека, да и для жизни как таковой вообще, погодных условий. Мир планеты разнообразен, красочен и ярок, если светит солнце, в любое другое время здесь темно, сыро и серо.

Я отхлебнул кипятка и поежился. В такие минуты грех не вспомнить былую жизнь, там, где я был обычным человеком с привычными потребностями и желаниями. Хоть если так подумать вспомнить то особо и нечего, обычная жизнь незаурядного человека.

Шум дождя медленно стих, я уж было хотел рвануть к ней, но вовремя опомнился – после дождя еще примерно час нельзя появляться на открытых пространствах, кислотные испарения довольно быстро выжигают легкие, а лицо превращают в кровавое месиво. Так и сидел я в ожидании, когда стихнет буря, чтобы выйти и снова с ней повидаться.

***

Воздух, едва очистился, а я уже спешил по извилистой вытоптанной тропинке к месту, где она ждала меня. Хмурый лес цеплял ветками рваный скафандр, а остатки кислоты неприятно жгли кожу, от чего она тут же краснела. Но это было не столь важно, почти неделю я с ней не виделся, и теперь пора исправлять ситуацию.

Лес расступился и солнце, выглянувшее на мгновение, озарило небольшую отчужденную просеку, которая заиграла всеми цветами радуги, словно дорогой бриллиант. И там, среди старых кривых деревьев я увидел ее.

– Как ты здесь? – спросил я, широко улыбнувшись девушке.

– Снова ты? Зачем пришел?

– Хотел тебя увидеть, – не заметив холода в ее голосе, ответил я.

– Посмотрел? – я кивнул. – Уходи, не хочу, чтобы ты видел меня такой.

– Но ведь... – опешил я. – Тогда я завтра приду.

Она ничего не ответила, и я направился к убежищу. Солнце, неожиданно появившееся, так же неожиданно скрылось за тучами, и мир погрузился в привычную серость. Я думал, что спустя неделю она вспомнит обо мне, но что-то продолжало мешать. Девушка изменилась. Планета изменила не только меня...

Гул работающих приборов немного успокоил. Работала станция связи, но услышать человеческую речь я смогу не раньше чем через месяц, когда второй модуль будет спускаться на планету. Я посылал сигналы, в надежде, что никто больше не спуститься к нам, но все они казалось, ушли в пустоту звездного неба.

Засвистел чайник, и я сев у толстого стекла иллюминатора, налил в кружку кипятка и осторожно отпил немного горячей жидкости.

***

Сидя на мягкой траве, я наблюдал за девушкой. Кажется, ее настроение изменилось и теперь она, пребывая в добром расположении духа, улыбалась, а ее глаза светились от радости.

– Ты прекрасна, – сказал я, и девушка посмотрела на меня.

– Ты так считаешь?

– Разве может что-то изменить мое отношение к тебе?

– Сколько еще ждать?

– Экспедиция прибудет через пару недель. Я посылаю им каждый день отчет, но корабль слишком далеко, чтобы принять его.

– Нельзя допустить, чтобы с ними произошло то же что и с нами.