Измена. Цена семейного счастья

Глава 17

Глава 17

Разлучница или я не виновата?

Муж должен быть опорой

и каменной стеной,

за которую не пройдет

ни один недоброжелатель.

Слова автора.

Арина

Родители с интересом поглядывали то на меня, то на сына в ожидании. В их глазах горел азарт, присущий молодым. Мы сумели привлечь их внимание и заинтриговать.

− Мы с Ариной, наконец-то, хотим вам сказать, что вы скоро… − Славе не дали договорить.

Дверь с грохотом распахнулась и перед нами предстала Оксана, разъяренная жена Сергея. Ее взгляд горел, не обещая ничего хорошего. Мне.

Не обращая внимания на свои волосы, которые были в беспорядке, словно она до этого всего спала и после того как встала, не пригладила их, а поспешила сюда. Женщина решительно шагнула в мою сторону, пока все мы сидели на своих местах, замерев от ее неожиданного появления. Я за секунду поняла, что здесь она появилась по мою душу. В последнее время и на кофейной гуще гадать не стоило, что всем прям «необходима» была я, будто глоток свежего воздуха.

− Ты! – я от ее голоса, полного гнева, ненависти и презрения в мой адрес, вздрогнула, но Слава тут же положил свою ладонь на мою руку и сжал, давая понять, что он рядом. – Я тебя со света сживу, тварь ты такая! Как ты могла? За что? А притворялась такой милой и честной, а сама за моей спиной хвостом перед моим мужем крутила. Подстилка двух братьев! И как только совести хватает появиться здесь в этом доме перед уважаемыми людьми, − начала она сыпать оскорблениями, а я же вся сжалась. – Свой не смог, так ты решила при помощи другого остаться в семье? Почему бы и нет, да? Они же родные братья, даже тест покажет нужный процент родства. Ну ты и подлюка! – чуть ли не сплюнула она в мою сторону.

Этого я и боялась, когда расстояние между городом и деревней все сокращалось и сокращалось, а я нервно перегибала пальцы. Что все всем станет известно еще до того, пока мы сами из первых уст не расскажем родителям, опуская некоторые подробности, которые никакой роли не играли бы. Ведь тогда никто не станет разбираться, кто прав, а кто нет. Сергей хоть перед своими родными не позволял в мой адрес никаких поползновений, но я всегда боялась, что нас застукает его жена. Мне не хотелось скандала. Оксана всегда была слишком эмоциональной девушкой, и никто не знал, даже предполагать не мог, как она себя поведет в той или иной ситуации. Теперь вот узнали. И казалось, что она не успокоится, пока не добьется своего. Но только что именно она хотела, все вынося на люди, а не решая проблему тихо и мирно межу нами? И она же не знает, что я беременна? Или все же в курсе? Но как?! Ведь мы никому не говорили. Хотя, Сергей мог все ей разболтать. Он же видел тест.

− Как вы можете сидеть с ней за одним столом? – не видя от меня никакой ответной реакции, она обратилась к родителям мужа. – Вот полюбуйтесь на свою любимую невестку. Что она творит за вашими спинами, пока вы ей тут приемы устраиваете. Она же подлая, как ядовитая змея. Втерлась к вам в доверие, а вы-то и рады. Дочка то, дочка сё. А она…

Молодая женщина не договорила, вместо своих слов она просто кинула на стол конверт. И несложно было догадаться, что там было внутри. У меня по спине пробежался холодок. Сейчас все увидят те самые фотографии. Мне тут же стало стыдно, ведь там было мое лицо! И к кому они после поверят? Мне со Славой и нашему рассказу, или же своим глазам и словам Оксаны?

Я встала с желанием уйти не только из кухни, но и уехать отсюда. Зря только приехали. Ведь еще в городе предполагала, знала, что ничего хорошего из этой поездки не выйдет, прям как чувствовала, но все равно согласилась, повелась на обещание мужа и на слова Виктора. Мне не хотелось еще раз вариться во всей этой грязи. Тем более, как после всего этого смотреть в глаза Михаилу Васильевичу? Он же ко мне как к дочери, а ему подсовывают откровенные фотографии, на которые без стыда и не взглянешь, где запечатлена была даже не я. Но Слава не дал мне уйти, взяв меня за руку.

− Всё сказала? – обратился он к Оксане. – Где же сам виновник всего этого? – и он кивком головы указал на конверт, который так и лежал на столе. – Струсил показаться мне на глаза после фотографий?

Никто не торопился протянуть к нему руки. Ни мне, ни Славе не нужно было смотреть, что там. Мы и так знали его содержимое. А вот родителям мужа показывать не хотелось. Они сидели и вертели головами, не понимая, что все-таки происходит.

− Зачем он вам здесь? Чтобы лишний раз встречался с этой? – Оксана с ненавистью посмотрела на меня. – Чтобы опять зажимались по углам, пока мы ничего не видим? Чтобы увела отца троих детей из семьи?

И я была уверена, что не будь стола между нами, то она уже оттаскала бы меня за волосы хотя бы. А так ей оставалось только сыпать в мой адрес словесные обвинения.

Ни я, ни Слава не успели ответить на неприятные слова Оксаны, как раздался бас Михаила Васильевича.

− Кто-нибудь может нормально нам объяснить, что тут, черт возьми, происходит? Раскудахтались, как курицы, а внятного объяснения ни слова.

Таким злым пожилого мужчину я видела впервые. Я по инерции прижалась к мужу, ища защиту. И кто бы сомневался, что первым слово взяла, конечно же, жена Сергея.

− Что тут объяснять? Ваша любимая невестка, − и Оксана скривилась, обращаясь ко мне так. Впервые увидела в ней столько ненависти в мой адрес. Неужели и раньше она также относилась ко мне, а я просто не замечала этого? Или это все из-за того, что она уверена в том, что ее муж изменил ей со мной? − С которой вы носитесь как с писаной торбой, спуталась с вашими обоими сыновьями. Не смогла понести от одного, так с удовольствием легла под второго. Какая разница, кто будет отцом, да? Ведь одна кровь. Никто ничего не заметит. Так я увидела! Я узнала, как ты шл…