В оковах привязанности

Глава 25

Генерал огляделся. Перед ним был огромный зал с высоким потолком, выдержанный в золотисто-белых и шоколадных тонах. Всю правую стену занимало панорамное окно, сейчас закрытое тяжелыми, тускло поблескивающими шторами, а вдоль левой с двухметровым интервалом шли колонны из темного полированного дерева с испускавшими мягкий свет бело-золотыми светильниками. В глубине гостиной был огромный белый камин, у которого стояли два обитые золотистой кожей кресла и диван.

Туда Алекс и направился. Опустившись в удобное, в меру мягкое кресло, он погрузился в раздумья. Похоже, его подставили как последнего дурака, а он, по глупости и доверчивости, испортил отношения с очаровательной инкаторшей. Прокрутив в голове свое поведение с ней, он покраснел от стыда. Надо срочно постараться все исправить.

Сзади раздался шорох. Обернувшись, он увидел возвращающуюся хозяйку. К его великому разочарованию она переоделась в глухо застегнутое на все пуговицы длинное темно-синее платье под горло, но и в нем ухитрялась выглядеть для него безумно желанной.

Заняв кресло напротив него, Юлиана пару секунд помолчала, не в силах справиться с неловкостью. Отношения между мужчинами и женщинами были для нее очень мало изведанной землей, и сейчас она чувствовала себя как завязший в зыбучих песках путник: в какую сторону не сделай шаг -увязнешь еще глубже.

Еще больше, чем непонятное поведение генерала, ее пугала собственная слишком бурная реакция на него. Интересно, чем бы закончилось их общение семь лет назад, поведи она себя хоть чуточку иначе, дай хоть крошечный намек на продолжение отношений? Каким бы невинным созданием она тогда ни была, понимала, что этот мужчина тоже не остался к ней равнодушен.

– Я жду ваших объяснений, – напомнила она.

Он смущенно потер лоб.

– Теряюсь, с чего начать... В общем, недавно один хорошо знакомый мне человек обратился ко мне со странной просьбой. По его словам выходило что некая дама – молодая, красивая и не обремененная никакими другими отношениями, давно испытывает ко мне нежные чувства. Он намекнул, что она готова подарить мне себя, но слишком застенчива, чтобы хотя бы подать мне знак. На мой вопрос, кто эта дама, он ответил, что знаю ее я лишь понаслышке, и лично мы никогда с ней не встречались, разве что виделись мельком.

Признаться, меня это очень заинтересовало, тем более что я только что вернулся с фронта и у меня очень давно не было... не было... скажем, романтических отношений...

Затаившая дыхание Юлиана густо покраснела.

– Консьерж пропустил меня без вопросов, словно был предупрежден о моем визите, а когда я увидел вас в этом тоненьком халатике, то подумал что пришел по адресу...

Девушка зарделась еще больше и Ламберт поспешил еще раз извиниться.

– Пожалуйста, простите меня, Юлиана! Я был убежден, что меня ждет альковное знакомство, поэтому так бестактно повел себя с вами. Я ни в коей мере не пытаюсь себя обелить, но прошу вас понять, что я всего лишь введенный в заблуждение мужчина, с присущими ему слабостями и потребностями, и очень небольшим количеством свободного времени.

Представив его потребности, девушка смущенно опустила голову, а генерал продолжил свои объяснения.

– В силу своей занятости и постоянного отсутствия в столице, я не могу найти себе жену, – сказал он. – Ведь для этого нужно долго и красиво ухаживать за понравившейся женщиной, чего я не могу сделать при всем желании. Да и кому это нужно – тратить свою жизнь и молодость на пропадающего месяцами поклонника?

– У вас громкое имя и большое состояние, – откликнулась Юлиана. – Для большинства женщин это веские причины для заключения брачного союза и без красивых ухаживаний.

– Да, это так, – грустно признал Алекс. – Но я уже далеко не мальчик, и мне хочется в отношениях покоя и искренности, которых подобный брак не принесет. Вы ведь и сами прекрасно понимаете, что есть огромная разница между союзом за деньги и любовью по велению сердца…

Юлиане ничего не оставалось, кроме как согласиться с этим доводом.

– Мне посоветовали быть с вами посмелее и понастойчивее. Сказали, что вам нравятся такие игры, – виновато продолжал Ламберт. – Направивший меня к вам человек весьма уважаемый и серьезный, к тому же знающий вас очень давно, поэтому у меня не было оснований усомниться в правдивости его слов. Правда, вашего имени он мне не называл. Увидев вас, я пришел в изумление, даже растерялся, но потом подумал, что вы, возможно, сохранили обо мне более приятные, чем я заслужил воспоминания, и хотите продолжить наши так быстро оборвавшиеся отношения.

– У нас с вами не было никаких отношений! Мы были лишь сообщниками, но никак не влюбленными, – холодно отрезала она.

– Для вас – может и да, но не для меня, – поправил ее генерал. – Вы ведь не знаете наверняка какие чувства я испытывал, находясь рядом с вами в нашу первую встречу. Признаться, тогда мне стоило огромных усилий держать себя в руках, потому что я был совершенно околдован вами!

Волнующие воспоминания окрасили голос Алекса хрипотцой, и по телу девушки вновь пробежала волна чувственного озноба.

– Вас прислал ко мне король? – напрямик спросила она, хотя и так понимала, что никто другой не посмел бы разыграть ее подобным образом. Даже Вельд не позволил бы себе такой шутки. Но это была не шутка, и Юлиана до сих пор не могла поверить, что это происходит с ней не понарошку.

Впервые Оберон озаботился ее одиночеством около месяца назад. После их не слишком приятного объяснения, она понадеялась, что эта тема навсегда закрыта, но не тут-то было. Изо дня в день король выискивал предлоги для встреч с нею и взахлеб рассказывал о прелестях брака и материнства. Напор короля рос, а все ее возражения отметались, как шелуха от семечек.

Осознав, что по-хорошему договориться не получится, Оберон перешел к открытому давлению. Он заявил Юлиане, что раз уж она не собирается искать себя мужа, он сам сделает это за нее. И доказательсвом того, что король не шутил, был сидевший сейчас рядом с ней генерал.