Кленовый сироп

Глава 6

Солнечные рассветные лучи уже пробираются в дом, и я задаюсь вопросом стоит ли вообще ложиться спать. Но веки тяжелые, и я с трудом нажимаю на клавиши. Рада, что хотя бы отвлеклась от мыслей, погрузившись в работу. Удовлетворённо выдохнув, отправляюсь в постель и сразу же погружаюсь в сон.

В восемь утра Кэт зашла ко мне в комнату.

‒ Тебе все утро звонит Рахул, ‒ она протягивает мне телефон, ‒ я сначала не отвечала, но после четвертого пропущенного решила все-таки взять трубку. Что у тебя за привычка везде оставлять свой телефон? Я нашла его в ванной.

Достаю из-под одеяла руку и с закрытыми глазами беру телефон.

Кэт распахивает шторы.

‒ Ты совсем что - ли? Закрой, ‒ морщусь от яркого света и приоткрываю один глаз.

‒ Сколько спать - то можно? Поздно закончила вчера? – Кэт проигнорировала мою просьбу и встала надо мной, как надзиратель, уперев руки в бока.

‒ Скорее рано. Только утром, ‒ пробормотала я из-под одеяла.

‒ Ну, ты даёшь… ‒ потупив еще немного, Кэти вышла из комнаты, и я услышала звуки ее шагов по лестнице.

Скидываю с себя одеяло и смотрю в потолок. Звоню Рахулу.

‒ О, наконец-то, объявилась! Как жизнь?

‒ Да все нормально, работала сегодня всю ночь, ‒ протяжно зеваю, ‒ чуть с ума не сошла. Ужаснулась, что Тео там наворотил. Пришлось все восстанавливать...

Я этого Тео не видела ни разу, но поняла, что он совсем не понимает, что делает.

‒ У-у, это еще не все… А Тео уже уволили, он же был на испытательном сроке, и после этого инцидента… После того, как он нас всех чуть не разорил, уволили. И, слава богу!

‒ Хм-м… Ну что ж!

‒ А Дэниел тебе звонил уже?

‒ Да, три пропущенных.

‒ Он там рвёт и мечет. Собирает всех.

‒ А в чём дело?

‒ Да из-за Тео. Прибавилось работки.

‒ Ну, в общем, сейчас я встаю и собираюсь. Соскучилась, кстати.

‒Я тоже соскучился, дорогая! Давай, до встречи.

С Рахулом мы знакомы уже много лет, и вместе учились в университете, и работаем вместе. Это тот человек, который знает меня, как не знает даже Кэти. Первое время в университете он мне совсем не нравился, казался заносчивым ботаником. Но после одной ситуации мнение о нем абсолютно поменялось.

В те годы, мы подолгу задерживались на учебе, и я возвращалась домой поздно вечером. Как-то заворачивая за угол дома, я увидела компанию подвыпивших и развесёлых парней. Заметив меня, они даже замолчали и как-то подозрительно зашушукались. Один из них пошел в мою сторону. Я замедлила шаг, заколотилось сердце.

Вдруг я почувствовала чью-то руку у себя на плече.

‒ Дорогая, мы же договорились встретиться около бара, ‒ громко произнес Рахул, разворачивая меня в другую сторону.

Я последовала за ним, ничего не понимая. Кто знает, чем это могло закончиться, не будь его рядом. Сейчас для меня он ‒ человек, который может поддержать в любую минуту. Настоящий друг.

Глубоко вздыхаю. Вставать крайне не охота, но во рту все пересохло, что терпеть уже невозможно, и, взяв себя в руки, спускаюсь на кухню и наливаю стакан воды.

‒ А к маме-то мы вечером идём? ‒ спрашивает меня Кэт.

‒ Было бы не плохо. Закончу я часов в семь. К восьми уже буду у нее.

Набираю номер мамы. Узнаю о ее делах.

‒ Да все хорошо, дочка. Правда, мои пациенты, как всбесились, у каждого второго сезонное обострение. За неделю три попытки суицида, истерии, а один парень… Даже не хочу про это рассказывать. ‒ В ее голосе послышалось омерзение.

‒ Заинтриговала, что там с этим парнем?

Мне всегда было интересно, что мама рассказывает. Бывают истории из ряда вон выходящие. Особенно, когда ее перевели в психбольницу с особо сложными пациентами. В основном, они молчали, редко удавалось что-то выудить из человека. Но был случай, к ней в кабинет привели молоденькую девушку для психотерапии. Зайдя в кабинет, эта девушка задрала свой халат и испражнилась прямо на пол в кабинете. Как же хохотали довольные пациенты, которым мало развлечений в кабинете, и кричала санитарка, которой предстояло убирать все эти «художества».

‒ Да лучше тебе не знать, ‒ настояла мама. Видимо это что-то даже интереснее того случая, ‒ кстати, я сегодня с пяти вечера уже буду дома.

‒ Отлично! Мы подойдем где-то к восьми.

Кладу трубку и радостно сообщаю Кэти, что сегодня мы едем на ужин к маме.

В спешке начинаю собираться, забывая обо всём на свете, даже о своей обиде на сестру. Кэт сидит в гостиной и переключает каналы ТВ.

‒ Кстати, я оставила тебе яичницу, ‒ прозвучал её голос.

Меня обрадовало то, что тарелка, которую я приметила на столе ‒ для меня. Благодарю Кэт и быстро закидываю в рот кусочки завтрака.

Понимаю, что забыла сумку и ключи. Поднимаюсь в свою комнату.

‒ Не хочешь сегодня встретиться с Дэйвом вместо меня? ‒ вдруг спрашиваю я сестру, решив проверить ее на «верность».

‒ Я?! ‒ Кэт истерично рассмеялась.

‒ Да, меня на работу вызывают. Не хочется, чтобы он подумал, что я не умею планировать свое время, ‒ кричу я со второго этажа. Ищу ключи от дома.

‒ Эм-м. А ты не ревнуешь?

‒ Я просто не люблю переносить встречи, ‒ беру сумку и уже подхожу к двери, ‒ так пойдешь или перенести?

‒ Ну… Перенеси. А то это будет как-то неправильно и странно, ‒ заторможено отвечает Кэт.

Удивительная женщина. Вот что значит приютить змеюку на груди.

‒ Хм. Ок. Все, я ушла, ‒ машу ей рукой и закрываю дверь.

Целый день в офисе суетный. На меня свалилась куча срочной работы, все пытаются восстановить то, что наделал несчастный Тео.

В кабинете душно и непривычно много людей. Все разговаривают одновременно, и спустя час у меня уже поехала кругом голова.

‒ Вам нужно подписать эти документы! – Зрелая женщина-секретарь, с собранными в хвост волосами, забежала в кабинет и начала совать мне стопку бумаг.

‒ Положите на стол! – резким тоном рявкнула я.

Своим поведением она вызвала у меня еще большее раздражение. Женщина бросила документы и удалилась, так же быстро, как и появилась.