Лишённый чувств? Учёный — об искусственном интеллекте

Искусственный интеллект — термин, который незаметно стал частью нашей современной жизни. Если раньше он казался чем-то очень сложным и понятным только компьютерным гениям, то сегодня с помощью нейросетей каждый второй рисует картины и пишет стихи.

Как новые технологии влияют на нашу жизнь и могут ли они быть опасными для человечества? Об этом рассказала руководитель научно-учебной лаборатории систем искусственного интеллекта института космических и информационных технологий СФУ Анна Пятаева.

Корреспондент krsk.aif.ru Ксения Короченко: Анна, технологии развиваются семимильными шагами, новости пестрят заголовками о том, чему на этот раз научился искусственный интеллект. Чем же он отличается от человеческого?

Анна Пятаева: Термин «искусственный интеллект» появился ещё в 1956 году. В Стэнфордском университете состоялся семинар с таким названием. Тогда впервые учёные обсуждали не автоматизацию, а именно моделирование мыслительных способностей человека. Это и назвали «искусственным интеллектом». Задачи, в решении которых человек применяет своё умение думать, например, узнавание друг друга, умение ориентироваться в пространстве, понимание речи, принятие решений о том, съесть пиццу или кашу, чтение, письмо — все эти и многие другие действия человека по праву считаются интеллектуальными.

Искусственным интеллектом мы пользуемся каждый день: приложения с навигацией, голосовые помощники, переводчики, реклама, которая следит за нашими предпочтениями. Также рекомендательные системы в медицине для диагностики заболеваний, персонализация образовательного процесса, транспортные системы, позволяющие оптимизировать движение в городской среде, и многое другое.

Нельзя заменить человека полностью, и вряд ли когда-либо это произойдёт. Компьютерная система не заменит нас в областях, связанных с эмоциями и межличностным взаимодействием. Например, нейронная сеть не скажет, что вы сейчас хотите: чай или кофе. Каждому человеку нравится своё, а ещё это очень зависит от настроения. Кстати, искусственный интеллект — это не только моделирование нашего мозга в нейронных сетях. Есть второй вектор его развития, это может быть как угодно устроенное мыслящее устройство. Главное, чтобы работало.

Считается, что когда мы применяем свой естественный интеллект, то основываемся на знаниях. Но есть некий парадокс. Учёные-нейробиологи до сих пор не могут сказать, как на самом деле внутри нас хранятся эти знания и что же вообще такое интеллект человека. К примеру, многие считают, что мы принимаем решения не только мозгом, но и микробиотой. В нашем кишечнике живут около 3 кг бактерий, и они определяют, кто нам нравится, чего нам хочется, какие эмоции нам сейчас испытывать.

— Учёные Сибирского федерального университета наравне с другими разрабатывают новые задачи для искусственного интеллекта. Поделитесь последними достижениями.

— Учебная дисциплина об искусственном интеллекте существует давно, ещё до основания СФУ. В 90-х годах она называлась «Экспертные системы». Мы с коллегами считаем, что теорию нужно подкреплять практикой, поэтому разработки ведутся постоянно. К примеру, мы создаём систему распознавания номеров машин для въезда на территорию, огороженную шлагбаумом. Это удобно и безопасно. Со студенткой 4-го курса разрабатываем приложение для идентификации дикоросов в лесу.

Такое приложение будет полезно при сборе грибов, через него можно будет понять, что это за гриб и стоит ли его срезать. Есть разработка, с помощью которой можно быстро выявлять курящих по данным камер видеонаблюдения. Также мы взаимодействуем с промышленными предприятиями.

Сейчас меня вдохновляют несколько наших проектов. Первый — это определение качества и количества деревьев в лесопарках. Сегодня специалисты лесного хозяйства делают это «вручную». Мы хотим автоматизировать процесс: запускаем дрон, он облетает территорию, и искусственный интеллект сам считает деревья, определяет, какой они породы и представляют ли угрозу. Также это позволит вовремя и быстро узнать, на какой стадии поражения находится дерево, чтобы успеть его спасти.

Второй проект связан с безопасностью в детских садах. С помощью технологий виртуальной реальности пространство детского сада можно разделить на условно безопасные и опасные зоны. Используя камеры видеонаблюдения, можно следить за перемещением воспитанников и сигнализировать воспитателю, например через смарт-часы, о том, что кто-то попал в красную зону и требует срочного внимания.

Конечно, хочется целевого финансирования. Мы активно боремся за грантовое финансирование. В прошлом году подавали заявку на проект по упрощению текстов. Суть его в том, чтобы сложные тексты стали доступны широкому пользователю. Когда вы открываете большую инструкцию к лекарству или вам дали пачку документов от социального учреждения, с ними может быть сложно разобраться. А если человек пожилой, да ещё и имеет когнитивные нарушения, он вообще ничего не поймёт. В сотрудничестве с институтом филологии и языковой коммуникации СФУ мы работаем в этом направлении.

— Многие считают, что нейросети могут лишить людей работы. В список вошли такие профессии, как переводчик, корректор, копирайтер, юрист, бухгалтер и другие. Такие прогнозы обоснованы?

— Искусственный интеллект — это не страшный робот, и он не захватит мир. Мы ведь пересели с лошадей на автомобиль, изобрели калькулятор, мобильный телефон, и, согласитесь, жить стало удобнее. Человек всё так же важен, кроме того, постоянно появляются новые профессии.

Вы только представьте: я могу зайти в ChatGPT, запросить рецепт вареников и тут же его получу, быстрее, чем через поисковик в Интернете. Однако ChatGPT нельзя считать серьёзным инструментом для научного поиска, это модель, которая умеет генерировать текст, причём не всегда достоверно и корректно.

— Но есть теории, в которых говорится о том, что искусственный интеллект может угрожать жизни на Земле как таковой. Мол, он может выбраться из Интернета и перехватить управление всеми процессами…

— Это преувеличено. Компьютерная программа умеет производить только определённую последовательность действий. Да, когда общаешься с искусственным интеллектом, есть ощущение, что ты разговариваешь с другом. Но мы сами его наделяем качествами и эмоциями. Он к нам ничего не испытывает. Другой вопрос, если человек захочет использовать методы и алгоритмы во вред. Злоумышленники могут узнавать наши личные данные: в какие магазины мы ходим, чем расплачиваемся, какими маршрутами передвигаемся. Искусственный интеллект — это инструмент. Например, как молоток: можно им гвозди забивать, а можно по голове стукнуть.

— Тогда надо ли делать доступными такие технологии абсолютно всем?

— В ближайшем будущем наверняка будут приняты законы, регулирующие использование искусственного интеллекта, для того чтобы избежать его использования во вред. А если мы говорим в целом, то пользоваться высокими технологиями или нет — это дело каждого. Некоторые не принимают такие разработки. Люди, как правило, старшего поколения, до сих пор используют простой кнопочный телефон. Но говорить о том, стоит ли вводить искусственный интеллект в нашу жизнь, поздно. Он уже с нами, мы уже в будущем.

— Как искусственный интеллект повлияет на нашу жизнь в ближайшие 50 лет?

— Вопрос из разряда научной фантастики. Угадать очень сложно, мы не можем предсказать, какое у нас будет «железо» и что мы на нём сможем рассчитать. Сейчас искусственный интеллект нужно много и трудолюбиво учить. К примеру, мы учим его, как выглядит котик, чтобы отличать котиков от собачек по фотографии. Мы показываем нейронной сети миллион фотографий котиков с различных ракурсов, всех расцветок и размеров, и всё равно точность работы не будет стопроцентной.

Информацию в нейронную сеть изначально закладывает человек, и это огромная работа. Такой процесс называется созданием датасета, или набора данных. Если бы мы научились это делать автоматически, произошёл бы большой рывок.

Ещё, мне кажется, было бы здорово, если бы технологии помогали при рождении узнать, какие склонности у ребёнка. В чём его сильные стороны, чему ему лучше учиться и т. д. Что-то вроде натальной карты гороскопа, только действительно достоверной. Правда, пока мы не понимаем, на каких данных такая система может быть основана и как по ним можно делать выводы.