Я исполню твои мечты

Глава 7

Пётр позвонил ближе к обеду. К этому времени Александр с Анни успели осмотреть её будущее имущество. На взгляд Виссарионова, скромное, несмотря на то, что он отлично отдавал себе отчёт о стоимости приличного куска земли на берегу Ладожского озера и просторного дома с личным пирсом – по факту это огромные деньги для среднего жителя страны, которой и являлась Анни Лесонен.

Не удивительно, что девушка казалось растерянной, скорее даже потерянной, когда осматривала будущие владения. Трёхэтажный меблированный дом, похоже, смущал её, она словно пыталась надеть пиджак с чужого плеча, который сползал, болтался на груди и талии.

– Всё-таки это неправильно, – тихо проговорила Анни, оглядывая спальню на третьем этаже.

Единственное жилое помещение, остальное пространство занимала огромная комната, видимо, выполняющая роль гостиной. На первом этаже также была просторная гостиная со сплошными панорамными окнами, камином, кухонная зона и небольшая столовая, выходящая окнами и отдельной дверью на внутреннюю часть двора с зоной для барбекю – удобно для отдыха. Второй же делился на почти одинаковые по размерам комнаты-спальни, какая из них была детской, хозяйской или гостевой, угадать было невозможно. Дом был хорошо, со вкусом обставлен, насколько это можно было рассмотреть под слоем плёнки, при этом безликий.

– Что именно? – Александр слегка нахмурился.

Поведение Анни, её настроение, всё больше ему не нравились. Утренний позитивный настрой сменялся какой-то зажатостью, неявной грустью.

– То, что Олег… Максимович завещал мне этот дом, – интонационно она выделила «мне».

– Думаю, Олег Максимович знал что делал, – Александр попытался ответить как можно мягче, видя, что спутница готова совсем расклеиться.

– Это дом его семьи… Нехорошо это. Я могу отказаться?

– Нехорошо, Анни, не выполнить последнюю волю усопшего. Видимо, это место много значило для него и… твой мамы. Олег решил, что правильней будет передать дом тебе, – предположение о Марте буквально вгрызалось в горло, пришлось кашлянуть, чтобы голос звучал более уверенно.

Марта, Марта… за что же ты преподнесла такой сомнительный дар? Почему всё время молчала о том, что у тебя есть дочь? Про роман с Олегом? Неужели он бы не понял?..

Скорей всего нет, не понял. Сейчас, в тридцать пять, Александр прекрасно понимал, что десять лет назад не понял бы, не принял ложь, даже во спасение не принял, но какая-то подспудная обида подбиралась к груди и не давала покоя. Именно здесь, в этом доме начинала угнетать. Возвращать жёсткими флешбеками в прошлое, туда, куда не было смысла смотреть, то, что не нужно было помнить, думать об этом не стоило.

– Но там жена осталась, дети, я видела… на кладбище, в день похорон. Им нужнее.

– Поверь мне, они ни в чём не будут нуждаться. Олег не пожертвовал бы любой, самой незначительной суммой, если бы это хоть немного ущемило его семью.

– Но… – Анни сморщилась, будто у неё заболел зуб или голова.

– Давай, ты не будешь решать за взрослого, уже покойного человека. Если он так решил, значит, у него были мотивы, вероятно, тебе непонятные, но были. И стоит их уважать, – твёрдо проговорил Александр.

На самом деле он сам бы хотел разобраться в мотивах поступков Звягильского.

Тогда, десять лет назад, всё было понятно. Марта покорила сердце не только Александра, но и Олега, впоследствии выбрала его. Имела право, в конце концов, люди нарушают любые клятвы и договоры, а между Виссарионовым и ней, по сути, не успело случиться ничего, кроме бурной сексуальной связи и нескольких совместных поездок на отдых. Остальное придумало пылкое воображение озабоченного двадцатипятилетнего юнца. Не были произнесены даже тривиальные обещания и признания.

После, что было после гибели Марты? Что двигало Олегом, элементарная человеческая порядочность, жалость к сироте, память о былых чувствах к погибшей?

И всё же, землю, которая досталась ему от предков, правильней было оставить родной крови, плоти от плоти, а не посторонней девочке, пусть и обделённой судьбой с самого рождения.

От мыслей отвлёк звонок Петра, очень вовремя на самом деле. Анни окончательно загрустила, что совсем не нравилось Александру. Не такое путешествие он планировал с девушкой, которая заинтересовала его в первую очередь как мужчину, затронула самое нутро, заставляя содрогаться то от жгучего интереса, то от желания.

Какое путешествие он хотел? Что именно планировал? Чёрт знает. Заинтересовать, увлечь, соблазнить? Возможно. Но что-то останавливало от этого шага, хотелось насладиться нечаянным чувством близости, которое испытывал рядом. Иррациональным, даже глупым, однако пробирающим до самой печени.

– Мы приглашены в гости, ты помнишь, Анни? – спросил он после короткой беседы с Петром.

– Да, – она как-то неуверенно кивнула. – Правда, мне неудобно... Может быть, я останусь здесь, подожду, пока вы… поговорите? Нехорошо, я там буду лишняя.

– Не выдумывай, – отозвался Александр, едва не закатив глаза от очередного «неудобно» и «нехорошо». – Что ты будешь делать в нежилом, неотапливаемом доме?

– Ничего страшного, не хочу стеснять.

– Раз не хочешь стеснять, пойдём со мной. Я обещал твоей бабушке вернуть тебя в целости и сохранности, будет спокойней, если ты будешь рядом, а не в пустом доме незнакомого посёлка. Ты не находишь? – надавил он.

– Нахожу, – смутилась Анни, побледнела, после резко порозовела и снова побледнела, тяжело вздохнув.

– Пойдём, – мягко проговорил Александр, подавая руку девушке.

Так они и сошли по деревянной широкой лестнице с перилами, будто по дороге к алтарю… Александр усмехнулся про себя, надо же, какие аналогии приходят в голову. Неужели настолько хочется секса с Анни, что готов повести её к алтарю? Глупости!

Нужно заканчивать эту историю с наследством Звягильского, возвращаться к своей жизни, где нет места суровой природе Карелии с её озёрами, лесами, густыми красками, насыщенным кислородом воздухом, зато всегда можно найти хорошо обученную, не краснеющую женщину, которой всегда, везде, в любой ситуации и позе «удобно» и «хорошо». В конце концов, навестить Веру вне графика, устроить романтический уик-энд, насколько слова «Вера» и «романтика» совместимы, конечно.