Ласточка в Академии Штормового ветра

Глава 5. Обещать, не значит жениться

На следующее утро в компании Олейва Дилайна и его секретаря я отправилась в столицу Империи в закрытом экипаже.

Погода была превосходной. По ясной небесной синеве ползли бороздки перламутровых облаков. С боков мелькали холмы и долины, устланные донником, гречихой и островками дикого шиповника, кое-где из зелени проступали очертания старинных усадеб. Я не очень уютно чувствовала себя в компании двух малознакомых мужчин и потому всю поездку сравнивала добротные строения с черепичными крышами и родовое гнездо семьи дель Сатро. Отличались они не сильно.

Вскоре экипаж выехал на главный торговый имперский тракт. Впереди показались башни сторожевого форпоста.

Отложив рабочие бумаги, маг разума поднял глаза и так пронзительно посмотрел.

- Подъезжаем.

Не представляю, что он все время во мне рассматривает. Но почему-то от каждого такого взгляда бросает в жар. Вот и сейчас в груди народилось тянущее ощущение.

Что он знает, но молчит?

Почему рядом с ним под сердцем дрожит безотчетное чувство страха, будто я всё делаю неправильно?

Глубоко вздохнув, опять прилипла к окну. Из-за холмов возникали первые жилые кварталы Хэтума. Камень и серебро. Стекло и железо. Зодчие вложили в городскую архитектуру не только своё мастерство, но и магию рун, плетения которых красиво поблескивали на каменных стенах и покатых крышах.

Столица издревле считалась политическим и культурным центром Норденвэлла. Жизнь кипела тут ключом вне зависимости от времени года. Одни только квартальные ярмарки привлекали в Хэтум тысячи людей. Самыми роскошными считались Летняя и Зимняя, но прочие тоже славились щедрым размахом.

Память все еще хранила теплые воспоминания, как в сопровождении родителей я посещала светские рауты, участвовала в турнирах по верховой езде, блистала на еженедельных балах…

Как давно это было. Прошла целая вечность и теперь, возвращаясь сюда, я думаю не о покупке модных в этом сезоне нарядов, а о том, где найти внутренние силы, чтобы поставить подпись под документом об официальном опекунстве.

… Экипаж еще около часа петлял по оживленным улицам, прежде чем свернуть в тихий переулок и остановиться около трехэтажного особняка. Витражные стекла переливались желтым, розовым и пурпурным; вокруг зеленела живая изгородь. Крыльцо было просторным, накрытым узорной крышей, которую поддерживали две белые колонны, а над ним парила магическая вывеска: Нотариальная контора.

Я выбралась из кареты, расправляя на юбке складки. Простенькое серое платье с белым воротничком и оборками вдоль подола одолжила горничная из поместья. Туфли и шляпку тоже.

Вдруг дверь нотариальной конторы отворилась. На пороге возникли двое мужчин и молодая женщина-брюнетка. Холеные аристократы в дорогих нарядах громко переговаривались, на что дама отвечала тихим смехом, прикрывая ротик веером.

Я невольно закусила губу.

Минуло много времени, как я одевала подобные роскошные наряды на балы. Кружева, бязь, шёлк и атлас – скольких приятных, но таких уже далёких воспоминаний. Теперь гляжу, и сердце сжимается от несправедливости. В ушах до сих пор гремят жестокие слова тетки Матильды: «нищенка, приживалка, свалилась на нашу голову», а на глаза наворачиваются слёзы.

- Мистер Дилайн? – Неожиданно пожилой господин с роскошными бакенбардами оказался в двух шагах. – Безмерно рад.

- Мистер Улерик, - тот откликнулся в привычной прохладной манере.

Они знакомы?

По всей вероятности – да, иначе бы женщина с веером не протянула ему изящную ручку.

- Миссис Маргрет. – Дилайн оживился. – Изумительны, как всегда.

- О, Олейв, - томно проворковала дама. – Вы мне льстите.

Конечно, льстит. Кроме дорогого платья и тонны драгоценностей – смотреть было не на что. Вульгарная, с грубыми, мужскими чертами лица, глазами на выкат и носом с заметной горбинкой.

- А это? – Она с прищуром оглянулась ко мне.

- Мисс Анжелина дель Сатро, - пояснил маг разума.

Лорды нахмурились, один шепнул другому:

- Дочь погибшего торговца минералом эннитом? Как его звали?

- Галлен дель Сатро.

- Ну, да, - мужские взгляды стали любопытными. – Тот, что перед смертью разорился и вовлёк семью в долги? Слышал, имперский банк конфисковал все шахты и уже выставил на торги.

- И загородную усадьбу, - напомнил второй, надеясь, что я не услышу.

Лицемер!

- Ах, - брюнетка прикрыла рот веером. – Это же про вас писали во вчерашнем номере Имперского вестника.

- Про меня?

- Да, милочка. Единственный наследник империи штель Ферров расторг помолвку с юной Анжелиной ибо счёл ее кандидатуру не достойной.

Щеки вспыхнули алым.

Накатило щемящее до головокружения, до тошноты чувство разочарования. Я так мечтала вырваться из пригородного захолустья, что даже не подумала, с каким презрением меня встретит высшее общество Норденвэлла. Мне еще нет восемнадцати, а на меня уже повесили клеймо неудачницы, которая до конца дней обязана выплачивать долги отца.