Созданные магией

Глава 2.1

Мы идем по Невскому проспекту в сторону Дворцовой площади. «По Невскому» в прямом смысле, дороги перекрыты, сегодня это пешеходная зона. Волнующее ощущение — огромное открытое пространство и все наше! Обе стороны улицы видно, как на ладони — отличный обзор, правильный ракурс. Богато украшенные дворцы и церкви, изящные арки, стройные колонны — все залито теплым светом предзакатного солнца. От счастья мне трудно дышать!

Сверкает вода в канале Грибоедова, он тоже принарядился ко Дню Победы: сотни птиц застыли в изящном танце в воздухе над водой. Журавли из белого картона — очень симпатично. Над каналом — Дом Книги, шедевр архитектуры эпохи модерна, с его феями, нимфами, коваными решетками и золотыми фонарями. Напротив — галереи Казанского собора: шелестят деревья, манит фонтан, но сегодня нам совсем в другую сторону.

Мы заворачиваем направо, где вдоль канала расположились музыканты. Послушав музыку, избавившись от мелочи в карманах, мы продолжили путь. Прошли мимо вечной очереди в Русский музей, мимо Спаса на Крови, яркого, как новогодняя игрушка. Вот, наконец, и цель нашей прогулки — Михайловский сад. Люблю приходить сюда на закате: Михайловский замок невдалеке, узкие дорожки, деревья, все утопает в мягкой золотистой дымке.

Я предаюсь мечтам о том, как буду приходить сюда с Антоном. Весна, влюбленность — город заиграл новыми красками, чувство — в каждом дуновении ветра, в каждой мелодии… Я дышу бесконечно свежим воздухом, в нем прохлада, запах листвы и дыма…

Жене передалось мое настроение, мы не болтаем о пустяках, как обычно, а вместе любуемся сказочным городом, раскинувшимся перед нами и небом над ним, в его нежно-голубых, лиловых, розовых тонах.

Мы зашли в кафе, в котором бываем редко — обычно нам это не по карману, но сегодня праздник, и мы решили себя побаловать. Но как только мы сделали заказ и сели за столик, у Жени зазвонил телефон: ее бывший парень хочет сегодня с ней встретиться.

―Может, не стоит? ―беспокоюсь я.

―Он просто хочет поговорить. Да и потом, чем я рискую? Увижусь с ним, узнаю, что ему нужно, вот и все, ―отвечает подруга.

Ну да, совсем ничем не рискует. Не нравится мне блеск в ее глазах! Неужели она забыла, как была несчастна всего месяц назад, когда он ее бросил? Один раз ушел и второй уйдет, как будто за месяц что-то могло кардинально поменяться.

―А ты не боишься снова пройти через все это?

―Он же не предлагает мне снова начать встречаться! А если предложит, то почему бы и нет? Не тебе же одной быть удачливой в любви!

Да, спорить бесполезно. Хотелось бы мне ей прямо высказать все, что я думаю: «Не делай глупостей! Ты не изменишься, и он тоже! Он обязательно бросит тебя, и тебе будет больно!». Но мы только поссоримся, а потом она все равно сделает все по-своему.

Женя засунула пирожное в рот целиком, а после вышла из кафе, окрыленная мечтами о предстоящей встрече. А я осталась пить кофе в одиночестве.

За окном потихоньку темнеет, качают ветками деревья в саду за кованой решеткой. Я не спеша доедаю тирамису. Когда мы с Антоном теперь встретимся? Я дала ему номер телефона, надеюсь, он позвонит и не будет ждать этих пресловутых трех дней, как в американских сериалах.

Выйдя из кафе, я решила немного прогуляться. Прошла вдоль канала Грибоедова, вернулась на Невский. Уже стемнело, и широкий проспект, принадлежащий сегодня пешеходам, горел всеми огнями, поднимая настроение, радуя глаз пышным убранством нарядных домов. Гулять одной — совсем не плохо, можно наслаждаться окружающей красотой, ни на что не отвлекаясь.

Однако, за то время, что я шла до Исаакиевского собора, со мной пытались познакомиться уже двое, поэтому, когда возле гостиницы «Астория» меня снова окликнул молодой человек, я готова была нагрубить.

Оборачиваюсь — в дорогом черном лексусе сидит парень лет двадцати пяти, темноволосый и такой красивый, что у меня захватило дух.

―Девушка, вас подвезти? ―парень улыбается и бесцеремонно окидывает меня взглядом с головы до ног.

―Спасибо, не надо, я просто гуляю, ―отвечаю я, слегка опешив.

―Ну, как хотите! ―с той же слегка нагловатой улыбкой, незнакомец отъезжает от гостиницы и скрывается вдали.

Таращусь ему вслед, пытаясь понять, что же в нем меня так поразило. Красив до ужаса, конечно, но тут явно что-то еще. Обаяние, харизма? Какое-то странное притяжение.

Ну да ладно.

Повернув в сторону от центра, я пошла дальше, оставив позади себя набережную Невы, Исаакиевский собор и Александровский сад. Но теперь меня почему-то уже не так радовала разлитая в воздухе атмосфера праздника, тем более, что шла я по каким-то темным, малоосвещенным переулкам. Уверена, днем они выгладят так же приветливо и мило, как и все в моем городе, но сейчас здесь страшновато.

Достав телефон, я посмотрела на карту. Так, в паре шагов от меня — станция метро Садовая, проеду одну остановку до Достоевской — и я дома.

Все равно прогулка уже не в радость.

Я вышла на оживленный перекресток рядом с набережной канала, вид проезжающих мимо машин и пешеходов на тротуаре окончательно меня успокоил. И чего я так перепугалась? Дойдя до метро, я спустилась вниз, проехалась на эскалаторе, разглядывая театральные афиши, и спокойно доехала до своей станции.

Подхожу к дому — возле забранного решеткой прохода во двор спокойно стоит незнакомец, прислонившись к сверкающему боку своего лексуса.