Университет Междумирья. Скажи мне, где выход

Глава 8

Шкатулка поблескивала на солнце, но трогать ее было страшно. Вдруг из нее вылетит магия, которую уже не поймаешь и назад не запихнешь? Или вообще испарится и исчезнет! Лучше сначала спросить. Я подняла взгляд и… передумала. Лукаш был доволен, как слон после купания. Вот пусть таким и остается. Все равно из его объяснений ничего не пойму, зато он сразу сообразит, что маг из меня никакой. Решит, что раз портал я наколдовать не в состоянии и даже координат не знаю, то шкатулка с магией мне без надобности. Нет уж, подарил так подарил!

Бывший ректор допил чай, рассказав, как на ферме ездовых драконов познакомился с будущей женой, и ушел косить траву обыкновенной косой безо всяких заклинаний. Сложно все на этом Ладосе: косить без заклинаний не стыдно, а уборку делать – стыдно. Надеюсь, его жена не дракон. Многоглавый Змей Горыныч… Хотя это многое бы объяснило!

Я набралась смелости и аккуратно потрогала шкатулку пальцем. Она была теплой и капельку наэлектризованной и гудела – тонко‑тонко. Точно волшебная. В столь щедрый подарок судьбы упорно не верилось. Здоровенный накопитель получила, хотя и не просила. Мне от него толку ноль, но есть кто‑то, кому будет, и этот «кто‑то» собирался отправить меня домой, если Лукаш уговорится. Нужно пойти и осчастливить Кеннета! Я хихикнула, представив себе его лицо, когда вручу ему эту штуку. Посмотрим, что от его высокомерной ухмылки останется. М-м-м… Я так расфантазировалась, что потеряла счет времени и очнулась от хлопка входной двери. Лукаш с косой по‑прежнему бодро гарцевал за окном по лугу, совсем забыв, как шаркать. Значит, это Кеннет проснулся и вышел. Черт!

Я подхватила шкатулку, неожиданно легкую, и выбежала следом. Кеннет стоял на берегу ручья, серебристая вода приветливо булькала и поднималась к нему вертикальной струей, изображая жест «дай пять». Ничего себе! Ручей разумный? Наверное, вчера просто обиделся, когда я в него начала руки бесцеремонно совать, будто он обычная лужа… Я потихоньку подобралась поближе, Кеннет не заметил. Он жмурился от удовольствия, подставляя лицо солнцу и ветру. Расстегнутые верхние пуговицы рубашки, закатанные рукава, влажные волосы с поблескивающими каплями. Такие же капли стекали по шее, скатывались по ложбинке между мышцами под распахнутый ворот, срывались с подбородка, падая на рубашку мокрыми круглыми пятнышками, сквозь которые просвечивало тело. Ой… Зачем‑то же я сюда шла? Ах да…

– Доброе утро, – елейно пропела я.

По мне мазнул задумчивый взгляд и потрясенно замер на шкатулке. В глубине черных глаз что‑то вспыхнуло, лицо красноречиво вытянулось, брови уползли на лоб да там и приклеились, причем без намека на ехидные изгибы. О… Класс! Даже лучше, чем я представляла!

– Подарили, – скромно пояснила я, потому что Кеннет явно потерял дар речи.

– Что ты для этого сделала? – хрипло выдавил. Так хрипло, будто за горло его душила жаба.

– Позавтракала, похвалила блинчики, послушала увлекательные истории. Как Лукаш познакомился с женой… Несколько раз и в разных местах.

– Неудивительно, – он шагнул ко мне, – жен у него было восемь.

Ох ты ж… Какая бурная личная жизнь. Силен!

– В общем, как этим пользоваться? – с издевкой поинтересовалась я, не отказав себе в удовольствии глупо взмахнуть ресницами. – Магия, шмагия, Авада Кедавра, а волшебной палочки нет.

– Пользуются те, кому подарили, – вкрадчиво ответил Кеннет. – Но можешь передарить.

Я протянула ему шкатулку, решив, что достаточно его подразнила.

– Боюсь, чтобы передача состоялась, – мне досталась ленивая усмешка, – понадобится ее подтвердить словами.

– Да легко, – фыркнула я. – О, дорогой Кеннет Дэлман! В этот знаменательный день примите безвозмездно этот нескромный и очень полезный подарок. Аминь!

Он поперхнулся, но взял. Как только шкатулка оказалась в его руках, из приоткрытой крышки знакомо заискрило. Сработало, видимо. Ну вот, я почти маг. Маг‑передаватель…

Усмешка напротив стала хитрой, из шкатулки уже не искрило – вспыхивало… В желудок бухнулся холодный ком. Похоже, я не маг‑передаватель, а маг‑дурак. Круглый, круглейший… Зачем отдала?! Вдруг не зря Лукаш не уговаривался и делиться с ним не собирался? Что мешает Кеннету попросту бросить меня?.. Мало ли что он там обещал. Вот сейчас он исчезнет отсюда бесследно, а я пойду и утоплюсь в этом волшебном ручье, потому что ни за что не рискну вернуться к Лукашу…

– За глаза и за уши хватит, – оценивающе присвистнул Кеннет. – Сваливаем.

– Вместе?..

– Ну, если тебе тут настолько понравилось – оставайся.

Я отрывисто замотала головой и ухватилась за его локоть обеими руками. Не знаю, насколько это действенно, но…

– Не попрощаемся с Лукашем? – Я зачарованно уставилась на шкатулку.

– Он мне только что сказал: «Как жаль, что ты уходишь». – Крышка открылась шире, высвободив искристый свет. – А ты, если хочешь, сходи попрощайся.

– Нет‑нет! – Предпочитаю никуда не отлучаться, пока у слова «сваливаем» еще множественное число. – Какой план?

– Переместимся туда, где можно замерить, откуда ты. Выясним примерные координаты, отправим тебя домой. Сразу предупреждаю: Земля далеко, порталы на большие расстояния нестабильны, безопасных портативных точек немного. Доставку к порогу первым классом и мягкое приземление не обещаю.

– И на том спасибо, – буркнула я. – Главное, чтобы без критических ошибок обошлось. Не очень хочется в процессе телепортации голову потерять или еще чего…

– Критическая ошибка – это перенос объекта обратно в исходную точку, – снисходительно пояснил Кеннет. Сделал круговой пасс рукой и нахмурился: – Там, куда мы идем, неспокойно сейчас. Ничего не трогай, ни с кем не разговаривай, от меня ни на шаг.

Я вцепилась в него крепче. Пусть сам попробует от меня отойти, ага. Он умиленно улыбнулся, но улыбка эта быстро утонула в хлынувшем свете. Все остальное тоже утонуло, не стало ни деревянного дома, ни ручья, ни травы, ни опоры под ногами. Невесомость, яркость, тепло. И рука, которую я по‑прежнему сжимала выше локтя, даже сквозь ткань рубашки чувствуя, как под моими ладонями нагревается кожа. Сияние потускнело, проявились очертания стен, а потом и сами стены. Неприветливо голые, с грязными разводами и следами облупившейся краски. Потолок вздулся пузырями, и вряд ли так и было задумано дизайнерами. Где мы? Видимо, еще в Ладосе, раз в портале долго не качало. В нос ударил запах мокрой штукатурки или чего‑то очень на нее похожего, с пола что‑то бумажно зашуршало. Кажется, обрывки газет, гоняемые ветром. Не знаю, куда мы переместились, но мысли возникали не то о заброшенности, не то о хроническом ремонте. Забитое досками окно, сквозная арка входа, в которой зияла темнота, единственный стол у стены. Сваленные на нем в кучу ножницы, отвертки, щипцы и еще что‑то в этом роде выглядели жутковато. Вот уж логово маньяка как оно есть, нарочно не придумаешь…