Тайна двух императоров

Пролог. Часть 1

«Там были заложены основы мира.

Оттуда все отправились в Тильзит…»

Шарль Морис де Талейран

ПРОЛОГ

25 июня 1807 года. От двух противоположных берегов со скрежетом отплыли лодки. Вёсла всплёскивали зеленоватую воду, мутили, разгоняя волны в стороны. На холмах, в тени леса, расположились солдаты и с любопытством всматривались вниз. Вычищенные до блеска сапоги, отремонтированные мундиры, пёстрые, развевающиеся от лёгкого ветерка, штандарты. Всё было готово. Слишком долго мир ждал этого дня. На водной глади пару дней назад установили плот с шатром. Наполеон Бонапарт прибыл минутами раньше и решительно подал закалённую в сражениях руку Александру Павловичу. Генералы поднесли бумаги, но важность события перебили радостные возгласы и стук ружей о землю. Офицеры заворожённо смотрели на своих императоров. Солдаты громко переговаривались, не в силах сдержать чувства. Многие плакали.

Плотные и светлые ткани шатра скрывали от посторонних фигуры двух монархов. Никто не видел и не слышал их долгого разговора, но одно все знали точно: сейчас на этом

пароме решалась судьба всей Европы.

— В древности в этот день мои предки праздновали летнее солнцестояние. По обычаям в него проводили самые различные обряды, связанные с водой, травами и огнём. Вот и мы с вами, любезный друг, скрепляем наш союз сегодня, здесь, в центре водной стихии.

— Традиции вашего народа по-прежнему продолжают удивлять мой ум. Можем ли мы по такому поводу считать этот союз священным? — с надеждой спросил император Франции.

Александр лукаво улыбнулся левым уголком губ и с гордым видом подвинул через весь стол золотую шкатулку. Наполеон постарался сдержать вспышку радости, догадавшись о содержимом этой шкатулки, и лишь в приятном удивлении сморщил блестящий от пота лоб.

— Здесь то, чем вы желали обладать долгие годы. Так пусть это приобретение положит начало великой дружбе и долгому миру!

Часть 1

Глава 1. Петербург, 2015

Чёрная лента в волосах. Угрюмые лица. Всюду атмосфера траура. От холодного света единственной люстры на полках поблёскивали кубки за победы по фехтованию. Внешний мир виделся огромным размытым пятном из-за скопившихся слёз. Клэр отсекала их одну за другой, но, подобно гидре, на месте высохшей слезы вырастали две новые. В небольшой светлой комнате была лишь Клэр и её воспоминания о покойной бабушке. Тонкие пальцы впивались в портрет в попытках ощутить тепло от снимка, как если бы это был живой человек, а не его сохранившийся образ.

Болезненные мысли и рассуждения о жизни после смерти временами, перебивали голоса членов семьи, которые громко обсуждали покойную за стеной. Их рокот едва мог в полной мере перебить оглушающий немой крик внутри. Скорбь утаскивала на дно, сдавливая горло у основания. Новые слёзы. Клэр открыла стоящую на тумбочке бронзовую шкатулку с неброскими изогнутыми цветами, припрятала в неё фотографию бабушки Элжиры.

Ещё две недели назад бабушка и внучка встретились по-

сле занятий Клэр на ипподроме и вместе гуляли по центральным паркам Петербурга. Они были друг другу лучшими друзьями, и в разговорах практически всегда находили умиротворение. Элжира никогда не бралась воспитывать внучку, все их отношения складывались из доверия и поддержки. Возможно, именно поэтому Клэр казалось, что бабушка послана самой вселенной, ведь только с ней она могла быть собой.

Манжеты чёрных рукавов сделались влажными, слишком часто они промокали солёные глаза. Краснота холодных щёк была спрятана за пудрой. Клэр прикрыла оголённые плечи вязаной кофтой и, набираясь решимости, неуверенно переступила порог своей комнаты. Спускаясь по лестнице, она вспоминала последний разговор с любимой бабушкой, серые глаза и нежные, изрезанные глубокими морщинами руки, которыми та крепко обнимала единственную внучку.

Так мало времени прошло. Клэр никак не могла принять весть об отсутствии родного человека. Столько ещё не сделано, столько не сказано. В прошлом. Воспоминания менялись одно за другим, дразнили, мучали. Нежнейший, тёплый июньский ветерок. Они вдвоём беззаботно сидят в зелёной беседке, расположенной в саду Элжиры, пьют чай с домашним печеньем. Бабушка шутит что-то о мужчинах и военной форме, поправляя свои серебряные от времени волосы...

За ярким воспоминанием Клэр даже не заметила, как преодолела все ступеньки и упёрлась носом в зеркало на входной двери. Родители суетились в поисках документов, открывая и захлопывая один шкафчик за другим. Смотреть на это просто не было сил. Влажный ветер подул в лицо. Капли дождя ринулись навстречу и мгновенно намочили рыжие во-