Зависимые

Добро пожаловать

Я закрыла глаза и постаралась не думать о происходящем, но очередной непонятный толчок заставил меня вцепиться в лежащую на подлокотнике руку Яниса. Он взглянул на меня. Мне было страшно, и он понял это без слов. Слегка улыбнувшись, он опустил подлокотник и, взяв меня за руку, потянул к себе. Не знала, зачем он это делает, но как только моя голова оказалась на его плече, а Янис осторожно поправил мои волосы, я успокоилась. Стало легче дышать. Сердце постепенно перестало колотиться, так бешено. Мысли тоже постепенно приходили в норму, хотя я все еще никак не могла поверить в то, что ближайшие три года буду жить в стране, о которой до этого только слышала. А как же язык? Как мы поймем, что от нас хотят? Может быть Янис знает язык? Судя по его спокойному выражению лица, у него все было под контролем.
— Закрой глаза и ничего не бойся… — прошептал он, поглаживая меня по плечу. — Все будет хорошо. Я же рядом.
— Это мой первый полет. И я очень сильно боюсь высоты. — Подняв взгляд, я несколько минут рассматривала Яниса, после чего снова устроилась на его плече. — В детском доме, мне часто снились сны, что я стою на краю крыши, а потом делаю шаг, начинаю падать… и просыпалась. Однажды я закричала от страха и разбудила остальных девочек. Воспитатели пришли на крики, и… я всю ночь простояла в углу. Тогда я подумала, что больше никогда не буду бояться высоты, просто потому что это плохо… но со временем страх только усилился. Сейчас я чувствую то же самое, что и в тот момент, когда просыпалась от кошмара.
— Все мы чего-то боимся. У всех нас есть страхи, и это нормально.
Янис крепче обнял меня и продолжил поглаживать по плечу, успокаивая. Я была благодарна ему за это, а еще за поддержу, да и вообще за все то, что он сделал для меня, а сделал, он немало за короткий промежуток времени. Я словно попала в сказку, и все мои мечты (почти все) исполнялись, как по щелчку пальцев. Я наконец-то становилась настоящим человеком, в отличие от моих друзей, но и разрывать дружеские отношения с Юркой и Яшкой только потому что они не такие, как я – не хотелось. Яшка всегда поддерживал меня добрым словом, я думала, что моя новая жизнь будет слишком сложной, а его слова поддержки будут как раз кстати.
— Расскажи мне что-нибудь о себе, — попросила я Яниса, после нескольких минут молчания.
— Я… — он глубоко вздохнул и слегка сжал мое плечо. — В двенадцать лет меня отправили к бабке в деревню… родители постоянно работали, а с няньками у меня не складывались отношения. Приходилось тяжко, я ненавидел ни место, где жил, ни человека, у которого жил. Да и Эмма Германовна не была в восторге от моего присутствия. Вечно ворчала, а когда узнала, что мое любимое занятие – это сидеть с фотоаппаратом и фотографировать все, что нравится – и вовсе возненавидела. Считала, что это ненужная профессия. Пыталась переубедить меня, но у неё не получилось.
— А родители? Как они отреагировали на твое увлечение? — спросила я, смотря на мужчину и думая о том, что я совсем его не знала.
— Им было все равно. Они купили мне первый фотоаппарат, оплатили обучение и… забыли о моем существовании. Я учился днем, работал ночью, потом познакомился с Августой, она во многом помогла мне. Через четыре года работы с ней, я купил квартиру, потом она познакомила меня с Островским. – Янис улыбнулся, столкнувшись со мной взглядом. — Я искал девушек на улицах, предлагал им стать моделями, но не все соглашались, многие сбегали. Но… спустя несколько лет с того дня, я все же получил контракт с Островским.
— Тебе наконец-то повезло! Уверена, что и мне повезет.
— Все впереди. А теперь попробуй поспать немного.
Поспать не получилось, а вот обдумать все свои страхи и сомнения я успела. Янис стал для меня больше, чем просто другом. Я благодарна ему за то, что он пытался сделать из меня нового человека, и у него это получалось. Худо-бедно, но получалось. Единственное, что смущало, так это воспоминания о том, как грубо он ко мне относился. Как смотрел на меня в моменты ярости, и какие слова говорил. Но это мелочи. Как только я стану известной, я отблагодарю его.
В аэропорту нас встретил какой-то мужчина в сером костюме и солнцезащитных очках. Его звали Михаэль или Майкл, он работал переводчиком в агентстве. Достаточно приятный, но слишком активный. Он старался угодить и Янису, и мне. Суетливый и в какой-то степени глупый, но это скорее всего просто от того, что я привыкла к суровости наших русских мужчин.
— Господину Рихтеру очень понравились ваши фотографии, — повторял Михаэль чуть ли не каждые пятнадцать минут, пока мы ехали от аэропорта до агентства.
Янис смотрел в окно. Ему точно было некомфортно от пребывания в новом месте. Мне тоже было дурно, но ведь рядом со мной был мой, пусть и фиктивный, но муж. Он стал моей поддержкой. Не знаю, в какой момент я это поняла, но здесь, в Берлине, мы были настоящей семьей. Взяв руку Яниса в свои, я постучала пальцем по его обручальному кольцу, он улыбнулся, но продолжал напряженно смотреть в окно. Возможно, он изучал город, чтобы потом было легче ориентироваться. Этот Михаэль вряд ли будет за нами таскаться все три года.
Такси остановилось, и я взглянула в окно. Небольшое серое здание, похожее на здание слева и точно такое же справа. Мне казалось, что там очень легко заблудиться. Как только люди понимали куда им идти, ведь все было почти одинаковым. Или же нужно всего лишь присмотреться? Выйдя из машины, я сразу же вцепилась в руку Яниса, чтобы не потерять его в толпе, снующих мимо, людей.
Пройдя двери, мы оказались в небольшом помещении с белыми диванами, зеркалами на стенах и множеством цветов в горшках. Пройдя это помещение, мы поднялись на второй этаж и зашли в кабинет, где нас уже встречал мужчина. Он был похож на Августу – только мужчина. Такой же высокий, хорошо одет, в очках, со строгим взглядом, но приветливой улыбкой. Увидев нас, он рассмеялся, раскинув руки в стороны, что-то проговорил, после чего пожал руку Янису и поцеловал мою.
— Господин Рихтер приветствует вас. — Пояснил Михаэль.
Рихтер вновь что-то проговорил, затем прошел по кабинету и сел в кресло.
— Как только мы решим некоторые вопросы, я отвезу вас домой. — Улыбнулся Михаэль, указав нам присаживаться.
Мы слушали речи Рихтера несколько часов. Я уже не понимала ни самого Рихтера, ни Михаэля, но надеялась, что Янис все же намного ответственнее меня. А здесь, нужно быть внимательными, ведь вдруг Михаэль что-то недопереводит? Я напряглась и снова взяла Яниса за руку, но он словно не заметил этого. Нельзя было отвлекаться. Рихтер говорил и говорил, листая свой ежедневник, а после взглянул на меня, поверх очков.
— Ну что он сказал? — не вытерпела я, взглянув на Михаэля.
— Гигиенические процедуры, он имеет в виду маникюр и педикюр, удаление волос со всего тела, встреча со стилистом и визажистом, пробная фотосессия и знакомство с коллегами.
— Это расписание на неделю? — я взглянула на Рихтера, он внимательно слушал переводчика, после чего громко засмеялся, отвечая.
— Только на завтра.
После этих слов я поняла, что придется тяжко, но зато, я смогу уже самостоятельно зарабатывать деньги. Вот кто, выпустившись из детского дома, может об этом мечтать?! Да никто. Даже я никогда не представляла себя в роли модели. Продавщицей на кассе в самом обычном супермаркете — да, уборщицей в школе — да, но моделью — нет. Никогда.
Обсудив еще некоторые детали, нас наконец-то повезли в то место, которое на три года станет нашим домом. Улицы Берлина ничем не отличались от улиц Москвы или Питера, может быть только машины мчались не так резво, как дома. Здесь все соблюдали правила.
Небольшой пятиэтажный дом с большими окнами и балкончиками. Очень уютный подъезд. Светлый и чистый, меня удивляло то, что все двери были одинаковыми, только со своими цифрами. Если хорошенько напиться, вряд ли с первого раза попадешь домой. Мы подошли к двери с цифрой 40, Михаэль открыл дверь и отдал ключи Янису, проходя вперед.
— Тут есть… э-э-э… гостиная, кухня, ванная и одна спальня. Надеюсь, что вам понравится здесь. Можете обустроиться, как хотите. На момент действия контракта – эта квартира ваша. Не забудьте, завтра в 8:00 быть в салоне, адрес вот. — Сказал переводчик, протянув нам визитку. — Отдыхайте. Если что, можете мне звонить. Мой номер указан в вашем контракте. Всего доброго. Хорошего дня! Осваивайтесь! До завтра! Пока.
Как только Михаэль ушел, я выдохнула и взглянула на Яниса, не зная, как объяснить ему то, что творилось у меня на душе. Я ощущала одновременно неописуемый восторг и дикий страх от неизвестности. Совсем недавно я сидела в прокуренной квартире, а теперь находилась в очень просторной, чистой и совсем чужой. Я прошла, внимательно осматриваясь. Мне нравился диван и стеклянный журнальный столик, нравились окна и вид из них, но больше всего понравилась кухня. Светлые шкафчики, плита и еще бытовая техника, о какой настоящая хозяйка может только мечтать, а у меня это уже было. Еще меня привлек большой холодильник, который, к сожалению, оказался пустым.
— Да уж обслуживание на «высшем» уровне. Даже холодильник не забили продуктами. — Буркнула я, закрывая дверцы и взглянув на улыбающегося Яниса.
— Ты проголодалась? Может быть сходим куда-нибудь? Отметим… м?
— Не думаю, что нам будет комфортно… к тому же, мы язык не знаем. Давай, лучше найдем ближайший магазинчик и купим что-нибудь, покушаем и спать. Я так устала за сегодня.
Янис кивнул и взглянул на часы.
— Да, ты права. Я пойду осмотрюсь, куплю все, что надо, а ты пока можешь принять душ. Я быстро, не бойся.
— А я и не боюсь, просто… мне тут не по себе. — Съежилась я и обняла свои плечи, продолжая осматриваться.
Янис прошел к двери, надел пальто, забрал с тумбочки ключи, и вышел. Мне стало не по себе, даже еще хуже. Я не то, чтобы боялась оставаться одна, просто я была в незнакомом месте, и от этого перехватывало дыхание. Сделав глубокий вдох, я взяла чемодан Яниса, где помимо его вещей были еще и мои, и достав домашние штаны и футболку, отправилась в душ.
Взглянув на себя в зеркало, я провела руками по лицу и сняла парик. На меня смотрела прежняя Аленка, только «разукрашенная», как большинство девушек из телевизора. Намылив руки, я провела им по лицу, размазывая косметику, смыла пену и снова взглянула в отражение. Волосы примялись под париком, вряд ли они смогут отрасти, нужно их обрезать. Они уже раздражали меня. Я не привыкла к такой длине, но Руслана говорила, что длинные волосы – это красиво. Не соглашусь, но на ближайшие три года я согласилась делать то, что говорит Янис, а он уже прислушивался к Руслане. Приняв душ, я переоделась, убрала парик и вещи в шкаф в спальне и вернулась на кухню, высматривая Яниса в окно.
Его не было почти полтора часа. Я нервничала, не знала куда звонить, куда обращаться. Оставалось лишь ждать. Сидеть на месте не получалось, я ходила вокруг дивана и каждые пару минут высматривала фотографа в окно. Когда входная дверь хлопнула, я сразу же кинулась к Янису на шею, крепко обнимая его.
— Не оставляй меня так надолго! Я чуть с ума тут не сошла. Успела переделать столько своих дел… а тебя все нет и нет. Я испугалась, что ты заблудился.
— Извини, я никак не мог найти супермаркет. Зато… — он отодвинул меня от себя и поднял пакет. — Я купил рис с курицей и какой-то салат. Нужно только разогреть. Даже готовить не надо. Так что, иди разогревай, а я… пойду в душ.
Отдав пакет мне, он снял пальто и отправился в ванную, по дороге расстегивая рубашку. Я прошла на кухню, достала из пакета контейнеры с рисом и курицей и хотела прочитать способ приготовления, но инструкция была на немецком, на английском и каком-то еще, но только не на том, который понимала я. Поставив контейнеры в микроволновку на пару минут, я подошла к окну и тяжело вздохнула. Стоило бы выкурить сигарету, чтобы успокоить нервы. Хорошо, что на такой случай у меня был запас.
Я сходила в комнату, достала из кармана пальто пачку сигарет и, достав одну, вернулась на кухню, открывая окно. Стоило мне прикурить и сделать затяжку, как на всю квартиру завопила какая-то непонятная сирена. Я испуганно начала осматриваться, не понимая, что случилось. На громкий звук из ванной вышел Янис. Увидев его, я просто застыла на какое-то время. Обнаженный по пояс, по груди стекали капли воды, подтянутый, с татуировками на обоих плечах, влажные волосы убраны назад, а глаза испуганные. Я впервые видела его таким.
— Что случилось? — обеспокоенно произнес он, все еще не понимая, что делать.
— Я просто…
— Датчики дыма сработали. — Он отключил сигнализацию и взглянул на меня достаточно строго, что мне пришлось выбросить сигарету. — Неужели нельзя было потерпеть немного?
— Немного?! Я не курила весь полет и весь день, я хотела расслабиться.
— Бросай!
— Не знала, что у такого «правильного» тебя есть татуировки! — решила перевести тему я и продолжила рассматривать Яниса.
— Это ошибки молодости. — Бросил он и ушел в ванную.
«Ошибки молодости» – пронеслось у меня в голове, и в памяти всплыли мои «ошибки», которых было очень много.
Когда он вернулся, мы поужинали рисом с сухой куриной грудкой и даже не попили чай, потому что сил ждать не было, да и самого чая тоже не было. Я ушла спать в спальню, Янис лег на диване. Конечно же, я предлагала спать на кровати по очереди, но он, как истинный джентльмен уступил ее мне. Первый день в чужой стране прошел осталось одна тысяча девяносто четыре.