Маленький большой человек

Глава 14

Наверное, я веду себя с ней неправильно. Обычно как делают? Сначала прогулка. Потом ресторан. Дальше «поехали ко мне», и в роли «моей хаты» выступает съемная квартира. Ну, и всё. Как пойдет. Или с этой встречаться некоторое время, выясняя, годится ли она на роль верной жены или подружки. Или расставаться и начинать новый роман. Чёрт! Вот знаю всё это, но не могу. С Ольгой не могу, и точка.

То есть я не уверен, согласилась бы она после ресторана или кафе поехать со мной «на хату». Возможно, что и нет. Беда другая: я не способен предложить ей подобное. Всё потому, что она… возвышенная. Искренняя, честная. Не похожая на остальных. Такая, ради которой хочется сделать нечто особенное. Красивое, умное, смелое. Не с моста в Волгу сигануть, конечно. А что-то… сам не знаю. Потому и робею рядом с ней. А Ольге наверняка моё поведение кажется глупым. Ведь подумать только: на свидание она меня пригласила! Должен был сам!

Ни слова укора в мой адрес не прозвучало в тот вечер. Прогулялись по набережной. Съели по мороженому и разошлись. Я проводил её – снова! – до остановки общественного транспорта, а потом стоял и смотрел, как автобус с ней медленно ползёт по улице и исчезает за поворотом. Почему-то хотелось бежать следом и кричать: «Ольга! Стой! Давай поедем вместе!» Даже потёр щёки, чтобы прийти в себя. Романтик, блин! Что же ты ничего не сказал, пока вы гуляли? Наверняка она теперь подумает, будто ты, Константин, лопух. То ли глупый, то ли трус. То ли всё сразу. Эх!

После нашей встречи решил прогуляться домой пешком. Далековато, километров пять топать. Да ещё поздно: пока гуляли, на город опустилась ночь. Но мне хотелось развеяться. Слишком уж накалилось моё сердце, пока с Ольгой прогуливались. Да и кто будет себя чувствовать иначе рядом с красивой девушкой, которая очень нравится?! Посмотрел бы я на способного сохранять хладнокровие в такой ситуации. Импотент, наверное.

Пока шёл, всё думал. То об Ольге, то о фронте. Как там Василий? И что происходит вообще, когда я перемещаюсь во времени и пространстве? Меня заменяет тот самый Кадыльбек? И когда Вася говорит ему то, что известно нам обоим, его новый напарник только руками разводит и плечами пожимает, мол, я вообще не в курсе, о чём ты? Нет, так быть не должно. Это как-то… нелогично, что ли. Нет, ну правда? Как это всё работает? Мне даже захотелось пообщаться на данную тему с каким-нибудь физиком. Только передумал. Он, если выслушает меня, сразу позвонит в психушку. Сообщит, что пришёл к нему парень, который возомнил себя сержантом Красной Армии в 1943 году.

Нет уж, спасибо, я пас. Некоторое время назад побывал у психиатра на приёме, когда комиссию в военкомате проходил. Неприятное ощущение. Смотрит доктор на тебя так, словно у тебя уже подтвержденный диагноз – «псих» – имеется. Вопросы разные задаёт, что-то помечает в блокноте. Меня спросил, к примеру: «В деревне загорелось два дома. Тут же приехали наряд полиции и бригада «Скорой помощи». Как вы считаете, какой дом будут тушить первым? Дом богатого или дом бедного?»

Я растерялся, естественно. Откуда мне знать?! Стал рассуждать о том, что нет разницы, богатого дом горит или бедного. Нужно ликвидировать пожар в первую очередь тот, который в большей степени угрожает перекинуться на соседние дома. Тут психиатр прищурился и сказал гробовым тоном: «Неправильно». Я похолодел. «Почему?» – говорю. «Потому что приехали полицейские и медики, а огонь должны тушить пожарные», – сказал он. Я кисло улыбнулся. Хорошо, всё-таки написал он на справке «ГОДЕН», а иначе кто знает? Может, пришлось бы обследование проходить.

С такими мыслями вернулся домой. Посмотрел на часы: половина двенадцатого. Детское время, в целом. Можно ещё киношку посмотреть. Завтра суббота, так что… Тихо открыл дверь в квартиру, вошёл. Разделся, прошмыгнул на кухню, открыл холодильник, решив сделать себе парочку бутербродов с колбаской – проголодался. Накрошил вкуснятины, чайник включил. Электрический, быстро вскипит. Положил ложку кофе, налил молока и кипятка, сахарком присыпал.

Дверь на кухню открывалась, показалась физиономия отца. Стоит, улыбается.

– Здоров, полуночник! – сказал шепотом. – Как сам?

– Нормально, – ответил я. – Чего не спишь?

– Есть хочу, – сказал папа и хихикнул. – Матушка твоя спит без задних ног, а у меня голод, понимаешь.

– Сейчас сообразим чего-нибудь, – ответил я и принялся добавлять новые бутерброды.

Отец с довольным видом уселся за стол.

– Гулял? – спросил меня.

– Да.

– С девушкой?

– Нет, с парнем.

Брови у папы взметнулись вверх.

– Да шучу! – хихикнул я.

– Так не пугай, – улыбнулся отец. – Нам в семье голубцы не нужны. Разве только в виде капусты с фаршем.

Я коротко рассмеялся. Знаю эту его любовь к названному блюду. Голубцов он может слопать штук десять за раз, если с майонезом.

– С девушкой гулял. Ольгой зовут. Коллега моя.

– И чего у тебя с ней? – спросил отец, смачно жуя бутерброд.

– Сам не знаю, – честно признался я.

– В смысле? – удивился папа. – Чего тут не знать? Нравится – бери. Не нравится – уходи. Всего-то делов!

Я покачал головой.

– Это как-то слишком просто.

– Нет ничего сложного. Вот я, например. Встретил твою маму. Понравилась, аж сердце зашлось. Всё, думаю, моя будет! Стал ухаживать. Она – ни в какую. Ну да, я тогда был нет никто. Ха! Проявил настойчивость. Готово! Моя, и никому не отдам! – отец сказал это, как царь, захвативший новые территории.