Королевская награда

4

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

От заявления лорда Ральфа мои колени снова начинают дрожать. Как же хорошо, что на мне длинное платье и это незаметно! Или заметно? Я опускаю взор вниз, на свои ноги, чтобы убедиться в этом.

- Смотри на меня, когда я говорю с тобой, - властно приказывает рыцарь.

Я вздрагиваю от его тона. Он кажется мне еще более злым, чем там, во дворе замка. Подчиняюсь приказу и устремляю взор на лицо мужчины.

Некоторое время он просто смотрит на меня и сохраняет молчание. Янтарные глаза бесстрастно изучают моё лицо. Видит Бог, ровно стоять, не отводя взгляда - сущее испытания для меня. Я держусь изо всех сил и напоминаю себе.

Я не трусливая.

Я - леди Розалинда.

Взгляд графа в который раз поражает меня своей силой, а еще - пугающим ощущением, будто стоящий напротив человек разглядывает не моё лицо, а душу.

- Садись напротив и расскажи, что случилось, - говорит он. На короткий миг рыцарь отворачивается, и я перевожу дух. Слышится грохот - граф закрывает один из моих сундуков и следом садится на него. Хорошо, что он надежно сделан, иначе бы просто разломался от его веса.

Я медленно опускаюсь на край кровати. Спешно одергиваю юбку так, чтобы под ней скрылись и мои босые стопы. Вдыхаю полной грудью, и только теперь замечаю, как же приятно - в отличие от темницы - пахнет в моей спальне!

Не зря я собирала и раскладывала по углам полынь с мятой.

Мои мысли хоть и неуместны, но отвлекают меня от переживаний. Я немного успокаиваюсь, как раз вовремя, потому как лорд Ральф обращается ко мне:

- Я хочу, чтобы ты рассказала мне, почему тебя обвинили в убийстве твоего отца.

Его настойчивость удивляет меня. И одновременно надежда - та самая надежда, что успела прорасти в моей груди - шепчет мне, что не все еще потеряно, и эта настойчивость очень нужна.

- Они нашли в моей комнате бутылек с ядом, - мой язык еле шевелится, когда я говорю это.

Озвучить вслух - будто сознаться в том, что ты причастна к этому.

- Кто - они? - не сводя с меня пристального взора, спрашивает лорд.

- Моя мачеха - Мелинда, и слуги.

Лорд чуть сощуривает глаза, и от того его взгляд кажется еще острее. Кончики моих пальцев подрагивают, и я хватаюсь за плотную ткань платья. Я догадываюсь, каким будет следующий вопрос, и от того мне становится тревожно.

Воздух застревает посредине горла, когда рыцарь вопрошает:

- А где была ты?

Мои ресницы дрожат. Мне хочется сомкнуть веки, лишь бы не видеть этот пронзительный взгляд, и то каким он станет, когда я отвечу на этот вопрос.

- Меня перехватили у ворот, - говорю и не узнаю свой слабый голос.

И снова тишина.

Лорд окидывает меня взором. Наверное, так смотрят на незначительную букашку, хотя я мало что понимаю в мужских взглядах. Единственный мужчина, с которым я общалась - был мой отец. Слуги и жители мужского пола - все они являлись для меня безликими тенями.

- Что ты там делала?

От этого вопроса мне становится дурно. Если я скажу, как есть - поверит ли мне граф? А если не поверит, то... Перед глазами мелькает картина с виселицей-змеёй, и я чувствую, как моё горло сдавливает так, будто на него уже накинули петлю.

Несколько раз сглатываю. Вздыхаю. Набравшись мужества, отвечаю:

- Я хотела убежать.

- Что стало причиной этому?

Лорд чуть наклоняется вперед, и хотя между нами по-прежнему приличное расстояние, я отклоняюсь назад и едва не опрокидываюсь на кровать. Стыд обжигает мои щеки румянцем. Лицо так горит, что хочется умыть его колодезной водой.

- Я жду, - напоминает о своем присутствии рыцарь (разве возможно забыть, что он здесь?).

- Я поссорилась с отцом.

Говоря это, я вспоминаю тот вечер. В груди поднимается горечь, а в ушах звенят отцовские слова.

“Ты не можешь проходить вечно в девицах”!

“Ты подчинишься”!

Прежде отец не говорил со мной так грубо. Даже сейчас эти воспоминания пробуждают в сердце боль и обиду.

- Ты поссорилась с отцом, - выделяя каждое слово интонацией, повторил мужчина. - Что стало причиной вашей ссоры?

- Он настаивал на том, чтобы я вышла замуж за барона Марвина.

Мне трудно говорить об этом. Хотя бы потому что передо мной - мужчина, и ему не понять, каково это - быть женщиной в нашем суровом мире. Мире, где за тебя решают - чьей женой стать.

- Ты не захотела этого, - озвучивает свои мысли граф, и я киваю головой.

Следом мужчина задает очередной вопрос:

- Почему же? В твоем возрасте другие женщины имеют уже несколько детей.

Я еще больше краснею от его слов. Кончик моего носа зудит, и я еле сдерживаюсь, чтобы не почесать его - и тем самым в глазах лорда - не выглядеть невоспитанной девицей.

- Барон Марвин - пьяница, - отвечаю и вижу, как левый уголок губ мужчины дергается.

Что это? Попытка улыбнуться? Или ядовитая усмешка?

Мне трудно понимать этого человека.

- Редкий мужчина не пьет. Твой отец, вероятно, тоже не исключение. По пути наверх я заглянул в склад и обнаружил там не одну бочку с элем, - произносит лорд.

Я молчу, потому что лорд Ральф прав - регулярно, и отец, и его воины, за ужином выпивали эль. Для них этот напиток был что для меня - вода. Такая же ежедневная необходимость.

- Так дело в этом? - рыцарь выжидающе смотрит на меня.

- Не только, - я сглатываю, - Марвин - старый и уродливый. Я не хочу выходить замуж за него. Отец настаивал весь год, но в тот день словно сорвался с цепи. Мы поругались, и я сказала, что он стал для меня словно враг.

- Ты назвала отца врагом?

- Я сказала - что он стал мне словно врагом, - мой голос дрожит от обиды и боли.

- Кто-нибудь слышал ваш разговор? - лорд Ральф смотрит на меня спокойно, но моя душа трепещет под его взглядом. Я чувствую, что за внешним спокойствием что-то скрывается.

- Да, слышали. Мы говорили в зале, после ужина... Там была Мелинда и слуги.