Возвращение к себе. Простые желания

Глава 2

Элге дошла часов через пять. Даже не вспоминала, что Виррис, вернувшись в пустой дом, забеспокоится, если не сразу, то к темноте точно. Не до Виррис – жизнь рушилась. Только всё прокручивала и прокручивала в голове предстоящий разговор… он же поговорит с ней, этот маг-отступник?

Шелтарский лес открывал тайные тропки неохотно. Не заманивал в болота, не кидал в колючий кустарник, не цепляли подол ежевичные заросли, не останавливали алые головки шар-травы, от аромата которых Элге спрятала нос в заготовленной, вымоченной в специальном отваре тряпице, а глаза держала едва приоткрытыми. Никто не рычал, не кричал из чащи, не звали голоса из мёртвого городища, но весь её путь был как сквозь кисель. Элге твёрдо знала, что ей нужен Мадвик и знала, что это взаимно. Но боялась, что маг предложит ей… нечестный, неудобный способ расстроить свадьбу. Несчастного случая и, не приведи Небо, смерти никому она не желала, ни в коем случае!

Деревья выпустили девушку на расчищенную полянку, небольшую, уткнувшуюся краем в лесное озеро, огороженное высоченной, в человеческий рост, травой и густой зеленью деревьев, длинными гибкими ветвями достающими до земли. То, что за естественной преградой водоём, было понятно по доносящемуся запаху воды и тихому плеску волн. Посередине полянки стоял домик с соломенной крышей и пристройкой под навесом, доходящим до самого берега озерца. Задняя стена дома то ли вплотную примыкала к широченному, неохватному стволу дерева, то ли начиналась прямо из него. Корявые ветви, почти не покрытые листвой, всем своим весом лежали на крыше. Низенькое крылечко и массивная, грубая дубовая дверь в жилище, пара окошек справа и слева от крылечка, встречающих гостя холодным безразличием. Слева от домика несколько грядок. И возле одной из грядок, согнувшись, боком к ней, копошился человек.

Сердце ухнуло вниз, так же стремительно метнулось обратно к горлу и затрепыхалось, отдавая в виски. Элге застыла, не в силах ни сделать шаг, ни окликнуть. Приклеилась взглядом к сгорбленной фигуре – мага? Ну да, а кого же ещё? Тот, лениво разогнувшись, так же лениво развернулся к ней.

– Дырку на мне прожигать не надо, рубаха почти новая, дорога мне как вещь.

Элге вздрогнула от звука его голоса, низкого, лающего, но не по-стариковски, а так…нечеловеческий такой звук, животный. «А глаза его как сама тьма»… Только не смотреть в глаза! И она смотрела куда угодно. На вполне человеческую одежду – тёмно-синюю простую рубаху с открытым воротом, добротные штаны, невысокие запачканные сапоги. Сапоги, надо же. Не босой. И без шкур. Стоявший поодаль мужчина был выше среднего роста, наверное, если бы не горбился, крепкого телосложения, ожерелья из костей не носил, а облик имел такой, что определить возраст представлялось весьма затруднительной задачей. Тёмные длинные космы с заметной проседью собраны в хвост явно без помощи гребня, пятернёй. Может, двумя. Белая прядь справа надо лбом. И лицо…Левая половина вполне человеческая, а правая обезображенная: кожа неровная, как от плохо затянувшегося ожога, и вся половина лица от самой брови будто стекала вниз расплавленным воском, задевая и деформируя глаз, опуская уголок губ вниз в вечной угрюмой ухмылке. Не смотреть в глаза. Некстати вспомнились перешёптывания о его возрасте, но как может выглядеть даже двухсотлетний, а то и более, человек, девушка не представляла. Из-за седины в волосах ему не получалось дать меньше семидесяти, но левая сторона лица имела довольно гладкую кожу, без чётко выраженных морщин, так что могло быть и едва за сорок, и меньше. Да и седина не только с возрастом приходит… А Элге считала, что в чаще живет глубокий старик. Впрочем, кто их разберёт, этих колдунов…

– Насмотрелась ? – язвительно сощурился здоровым глазом этот самый колдун. – В дом пойдём или здесь разговаривать будем? Или тебе не надо, ты так просто, поглазеть пришла?

Элге моргнула и пошевелилась.

– Здд… Здр…

– Да, да, я понял, – скривился маг. – Просителей не ем и не заколдовываю, если сильно не доведут.

И молча вошёл в дом, оставив тяжёлую дверь наполовину открытой.

Элге подышала, мысленно обругала себя всякими разными словами, которых воспитанной леди знать не положено, и на остатках недавней смелости двинулась к двери. Бойся, не бойся – половина дела сделана, время говорить и время узнать свой приговор. Зря, что ли, шла?

Единственная комната была просторной и довольно аскетичной. Стол возле окна слева от двери, под окном широкая лавка, очаг в дальнем углу, пара крепких стульев, массивный шкаф и кровать почти напротив входа, застеленная – о, а вот и шкуры. Пара сундуков рядом с кроватью, возле стены. Ещё одно окно, вырезанное в стене слева, в котором можно было разглядеть разбитый возле дома огородик: никаких занавесок не наблюдалось. Впрочем, на удивление уютно, не по-дикарски. И чисто. Маг стоял в дверном проёме в нескольких шагах от стола, скрестив на груди руки, и подпирал плечом косяк. Выжидательно молчал, хмурил не повреждённую бровь, густую и широкую.

– Я не знаю, с чего начать, – выговорила девушка.

Радуясь, что голос не отказал. А взгляд так и тянулся к буграм и неровностям изуродованной половины лица; она заставила себя не смотреть.

– С главного.

– Меня зовут Элге и…

– И это – главное? – обидно хмыкнул маг. – Милая, тебе ещё обратно выбираться, а у меня дел по горло, будь любезна, как-то покороче, ладно?

А она ведь всю дорогу репетировала речь. Доводы, аргументы. Вела мысленный диалог. И вот – пришла, а вместо головы пустая коробка.

– Ладно, – закивала она, и коса выбилась из-под сползшего с головы платка, ярким пятном выделилась на фоне строгого тёмного убранства комнаты.

Колдун проследил за ней взглядом.

– Вы правы…ты…ты прав, имя не главное, ты ведь можешь сам всё узнать, если люди не врут.

– Врут, – припечатал нахал. – У страха глаза велики, но не разочаровывать же народ. – Я догадываюсь о цели твоего визита, но ты сама должна назвать её.