Я тебе объявляю войну

Глава 5. ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Ворвавшись утром на кафедру — она была уже открыта — я застала умилительную картину. В главном помещении — пусто, а в соседнем, где стеллаж с манускриптом, Морозов общался с дочкой Бесединой.

Оля Беседина работала на кафедре русской литературы, хотя работой это можно было назвать с большой натяжкой. Сколько я ее знала (Ольга была старше меня на три года), эта девушка всегда занималась непонятно чем. «Труды» ее поражали воображение. Помню — я тогда была еще на первом курсе, а Беседина — на четвертом, — она выступала с докладом по Пушкину.

«Александр Сергеевич Пушкин, — на полном серьезе заявляла эта пытливая исследовательница, — очень любил Дон. На этот факт указывают многочисленные аллюзии в его произведениях. К примеру, имена литературных персонажей: Гви-ДОН, Да-ДОН, ДОН Жуан, ДОНна Анна…»

Как на грех, я тогда совершенно не оценила глубину и уникальность данного выступления — стала громко хихикать, в результате чего была немедленно выдворена из аудитории.

Но похоже, никого на филфаке научные достижения Ольги особо не волновали. Она была первой красавицей нашего факультета. Да что там факультета — за время учебы Беседина каждый год побеждала на конкурсе «Мисс университет». И вообще — порой казалось, что все мероприятия в городе проводятся лишь для того, чтобы Ольга могла в них поучаствовать.

В связи с этим однажды я оказалась втянута в неприятную историю. Несколько месяцев назад, зимой, в городе проходили съемки фильма «Клетка». Там еще всякие знаменитости понаехали. И вот нашу красавицу отобрали для какой-то небольшой роли. Съемки должны были начаться после обеда в ночном клубе, поэтому Ольга прихватила с собой из дома клубную одежду, да и забыла пакет на кафедре. И ее мама не придумала ничего лучше, чем послать меня на съемочную площадку с этими вещами. Напомню — разъезжать по клубам вовсе не входит в мои должностные обязанности, но кого это волновало?

При этом денег на такси она мне не дала, пожадничала. Пришлось ехать на автобусе, но клуб находился далеко от универа, а в начале пути были огромные пробки. И еще в тот день ударил страшный мороз. А я с утра так набегалась, что в автобусе пригрелась и заснула. Разбудил меня водитель уже на конечной остановке — скажем прямо, — у черта на рогах. К тому же оказалось — в спешке (Беседина-старшая меня слишком торопила) я забыла на факультете свой телефон. И Беседина-младшая сначала ожидала меня в клубе, а потом вышла на остановку. Не могла мне дозвониться, но всё ждала… да так и не дождалась. Точнее, я туда все же добралась, только Ольги на месте уже не было — она в истерике уехала домой.

С тех пор у нас были немного напряженные отношения, — вот сейчас, увидев меня, она недовольно повела бровью и поправила свой белокурый локон. Но потом отвернулась и снова переключилась на Дениса Сергеевича. Он стоял ко мне спиной и что-то тихо ей говорил, а Ольга чуть ли не после каждого его слова откидывала голову назад и типа смеялась: «а-ха-ха», при этом касаясь Морозова за локоть или слегка ударяя в грудь. Мерзкое это было зрелище, скажу я вам.

Но — да, общайся с ней, Денис Сергеевич, это как раз твой уровень.

Не успела я включить компьютер, как вошла Беседина-старшая и стала меня отчитывать. Я извинилась и начала работать. Ольга с Морозовым куда-то ушли, хотя меня это вовсе не волновало.

Бумажной волокиты было невпроворот, и к обеду я с трудом выбралась в университетскую столовую. По слухам, она принадлежала мужу Любови Константиновны Бесединой. И носила громкое название — кафе «Арго». При этом ничего древнегреческого внутри не наблюдалось. На стенах висела реклама — «выГОДНЫЙ ОБЕД» и почему-то плакат с Шолоховым. Только сейчас я обратила внимание, что написано на этом плакате. «Побеждает только тот, кто твердо знает, за что он сражается, и верит свое дело».

Что ж, весьма в тему. Я верила в свое дело — поставить на место зазнавшегося выскочку, — а значит, непременно должна была победить.

В очереди меня окликнули — это был Кононов. Мы взяли комплексные обеды, присели за столик и стали общаться.

Андрей подрабатывал внештатным переводчиком в одном издательстве. Переводил он в основном незамысловатые любовные романы и со временем стал тихо ненавидеть всех женщин в мире. Или почти всех. Кстати, выглядел Кононов примерно так, как, по мнению Сергея Королева, должен был выглядеть мой возлюбленный. Замечу, что на самом деле я вовсе не имела ничего против сутулых ботаников — просто Королев тогда уж очень вывел меня из себя, вот я и понесла ерунду.

Что же касается предпочтений Андрея — я была уверена, что он втайне влюблен в Ольгу Беседину и немного презирает себя за эту постыдную слабость.

За обедом я рассказала приятелю о своей поездке, а он мне — о «шедевре», который сейчас переводил.

— Значит, она. Слегка за сорок — по возрасту, слегка за сто — по весу. И он. Такой мачо, весь из себя красавец-мужчина с толпой… гм… поклонниц. Но как только ее увидел — вмиг голову потерял. Всех поклонниц разогнал и говорит — всё, я твой навеки.

— Прям вот так сразу?

— Конечно, а чего тянуть? Сразу — я тебя люблю, выходи за меня замуж!

Над ухом вдруг кто-то хмыкнул — я повернула голову и увидела, что мимо проходит Морозов, чтоб он провалился. Видимо, услышал эти слова. И не только он — Ольга, которая шла за ним, тоже услышала. И уж она не промолчала.

— А правда, Горячева, выходи! Может, тогда у тебя мозги на место встанут!

Я чуть не подавилась. Конечно, Беседина меня недолюбливала, но никогда еще не вела себя со мной так грубо. Это у меня мозги не на месте? Да они у меня хотя бы есть! Конечно, вслух я ничего не сказала — сделала вид, что не услышала.

Ольга и Денис Сергеевич присели недалеко от нас, а мы с Андреем продолжили разговор. Он рассказал еще пару веселых историй, но теперь время от времени бросал взгляд на парочку за соседним столиком, и глазах его была вселенская печаль.

— Говорят, на первой лекции Морозова был аншлаг. Студенки даже с других курсов прибежали. Скоро придется актовый зал открывать.