Мама

Мама

Мальчик услышал шум открывающейся двери и оторвался от игры. Он надеялся, что это мама вернулась домой после работы – за окном уже стемнело, и он стал немного волноваться за нее. Прислушался к шагам в коридоре – так и есть, легкие, быстрые. Он услышал, что мама прыгает на одной ноге, пытаясь зацепить кроссовок за пятку и стащить с ноги, не расшнуровывая. Не надо было даже выглядывать, чтобы понять это – мама всегда так делала. Потом он услышал, как она прошла на кухню, напевая веселую песенку. Зашуршали пакеты, хлопнула дверца холодильника – мама раскладывала покупки. Как всегда она не удержалась, зашла на обратном пути в магазин, накупила кучу вкусняшек. Сейчас сделает себе огромный бокал чая, положит на тарелочку печенье и сядет в кресло перед телевизором. Мальчик посмотрел на часы – совсем скоро начнется ее любимый сериал. Хорошо, когда мама дома!
Мальчик поднялся на ноги и вприпрыжку поскакал на кухню, встал, прислонившись к косяку, и с нежностью наблюдал за мамой. Как она поправляет свои тонкие светлые волосы, как смешно морщит нос, принюхиваясь к пакету с молоком. Пакет простоял в холодильнике уже две недели и давно испортился. Мальчик все удивлялся, когда же мама заметит это и выльет прокисшее молоко. Но мама была слишком занята на работе, а вечером у нее уже ни на что не хватало сил. Молоко отправилось в раковину, мама включила воду, смывая белые разводы, медленно вытерла руки о полотенце. Мальчик стоял тихонько, наблюдая и любуясь. Все-таки у него самая лучшая мама!
Последней на свет из пакета показалась упаковка печенья, и мальчик улыбнулся – он так и знал! Он хлопнул в ладоши, подбежал к столу, отодвинул стул и сел. Мама вздрогнула, обернувшись на скрип, но потом улыбнулась.
- А, это ты, мой дружочек! – сказала она ласково, - Хочешь печенья?
Она вытащила из шкафчика два блюдца – одно для себя, другое для него. Положила на оба по три овсяных печенья.
- Много сладкого есть вредно, - сказала она. – Давай, налетай. А я пока пойду включу телевизор, уже мой сериал должен начаться.
Мальчик согласно покивал головой. Он совсем не был против того, что она пойдет в комнату. Главное, что она дома, значит все хорошо.
Он сидел еще какое-то время, разглядывая печенье. Потом потянулся, встав на цыпочки, попрыгал немножко на месте, разминаясь. А то совсем засиделся. Пока прыгал, задел стул, тот упал с грохотом. Тяжелый, деревянный.
- Не шали, - закричала из комнаты мама.
«Не буду, не буду, мамочка!» - подумал он, полный раскаянья.
Заняться было особо нечем. Он посидел немного на подлокотнике кресла, посмотрел вместе с мамой сериал. Но фильм был скучный и не понятный: дяди и тети только и делали, что разговаривали друг с другом, или ругались, или целовались… Мальчик вздыхал, пыхтел и скучал.
- Не вздыхай, не вздыхай, - прошептала мама, - иди, поиграй. Я от твоих вздохов сосредоточиться не могу.
И он пошел в другую комнату. Играть. На полу лежали стеклянные бусины, маленькие фигуры человечков и зверей, кукольная посуда. Мама всегда дарила ему только мелкие игрушки, знала, что он любит их больше.
Мальчик сел на пол. И тут же увидел Зеленого, сидящего на диване. Зеленый был его другом. Но настоящего его имени мальчик не знал. Так и называл – Зеленым из-за цвета его курточки и сапог. Зеленый спрыгнул с дивана, покачался с носка на пятку, заложив руки за спину. Он так всегда делал, прежде чем начать разговор.
- Ну? – спросил он.
- Что тебе надо? – спросил мальчик. Зеленый был, конечно, ему другом, но занудой еще тем. Все время начинал разговор с одного и того же вопроса.
- Пойдешь со мной?
- Ты же знаешь, что нет!
- А когда пойдешь?
- Никогда! Давай лучше играть, раз пришел.
Какое-то время они играли с маленькими человечками, рассаживали их, поили чаем из крошечных кружечек. Мальчик тоже любил задавать одни и те же вопросы:
- Так ты гном? – спросил он снова. Так же, как спрашивал вчера, и позавчера, и много дней подряд.
- Ну… - уклончиво ответил Зеленый.
Он никогда не отвечал прямо на этот вопрос, но и не молчал. Мальчик постоянно удивлялся его находчивости: каждый раз Зеленый придумывал новый ответ.
- Ты видишь, что я гном, значит я гном! – вот загнул, так загнул.
Они еще какое-то время играли, потом наступила ночь, и пора было ложится спать. Мальчик пришел поцеловать маму перед сном: она была теплая и приятно пахла печеньем. Мальчик погладил ее по щеке, и мама улыбнулась, почувствовав прикосновение его руки.
- Спокойной ночи, - сказала она.
Следующий вечер ничем не отличался ото всех остальных. И ничто не предвещало того, что случится.
Мама открыла дверь ключом, зашла, но не стала прыгать, как обычно на одной ножке, а устало опустилась на тумбочку, стоящую в прихожей. Пакеты, шурша, выскользнули из ее рук, осели на пол, вытряхивая из своих полиэтиленовых животов продукты. Вывалилась на пол упаковка с печеньем, банка сгущенки откатилась к противоположной стене. А мама не побежала вприпрыжку за ней, а продолжила сидеть, потирая шею. Взгляд ее, обычно живой и блестящий, погас, словно внутри маминых глаз кто-то потушил озарявшие их искры.
Мальчик тихонько встал рядом, не зная, чем помочь. Стоял, шаркая ножкой. Растерянный и грустный.
- А, это ты, - сказала мама, но не улыбнулась. – Что-то я заболела.
Она потерла лоб, а потом снова шею.
- Голова-то как болит! И сил совсем нет!
Мальчик очень бы хотел помочь ей, но не знал как, просто стоял и смотрел. Маме, чтобы подняться, пришлось опереться о стену, так измотана она была.
- Сейчас, сейчас, - тихо сказала она, как будто только для себя, - попью чаю, все пройдет…
Она повернулась, прошла мимо мальчика, и он вдруг увидел, что сзади на ее плечах притаилась какая-то черная тень. Тень, когда он смотрел на нее, вдруг приподняла плоскую голову с узким ртом и зашипела. Во рту он разглядел ряд мелких, острых зубов. Глаза существа – маленькие, горящие янтарным огнем, смотрели разумно и зло.
Существо распласталось на маминой спине, словно темный, туманный плащ был накинут ей на плечи, а мерзкая маленькая голова, отвернувшись от мальчика, вновь сомкнула челюсти на маминой тонкой шее.
- Я так и знал! – сказал кто-то.
Мальчик отскочил на пару шагов, посмотрел назад и увидел, что это всего лишь Зеленый.
- Что ты знал? – спросил он автоматически. Мальчик не хотел сейчас играть с Зеленым, и разговаривать не хотел. Он очень сильно волновался за маму. Вот, она опять присела за стол, положила голову на сложенные руки. Эта гадость на ее спине забирает все силы, а мама даже не знает, что происходит.
Зеленый взял его за руку и снова задал свой вопрос:
- Пойдешь со мной?
- Да что же ты привязался! Как я могу уйти, не видишь – мама заболела!
- Я вижу. Она заболела из-за тебя… Эти твари приходят туда, где чувствуют возмущение энергетического поля… Нет, ты не поймешь! Просто послушай: если ты уйдешь со мной, то и тварь уйдет. Она станет слепа и глуха… А не уйдешь – высосет ее до смерти. Прости.
Мальчик испуганно вырвал руку.
- Но я не могу! Как я могу уйти! Здесь мама… И мне…страшно… Я же не знаю, куда мы пойдем!
- Не бойся! Я буду с тобой! И буду крепко держать тебя за руку! Там, куда мы пойдем – светло и тепло, там все любят тебя и ждут.
- И с мамой все будет хорошо?
- Да! С ней все будет хорошо. Я обещаю!
Молодая женщина, без сил сидящая за столом, вдруг ощутила за своей спиной движение воздуха, словно чьи-то невидимые огромные крылья неслышно взмахнули совсем близко от нее. Она подняла голову и увидела в зеркало, висящее на стене, две неясные фигуры, удаляющиеся прочь по мерцающему светлому коридору. Одна фигура принадлежала маленькому лопоухому мальчишке, который доверчиво держался за руку величественного существа, сотканного из света, за спиной существа сияли крылья, а огромные, добрые, но строгие глаза смотрели на мальчика с любовью. Видение в зеркале длилось всего секунду, потом зеркало покрыла рябь – словно порывом ветра смазало изображение в стоячей воде.
Девушка ахнула, подскочила на ночи. Она даже не заметила, что усталость и боль, так внезапно обрушившиеся на нее сегодня, прошли, словно их и не было.
- Дружочек, где ты? – неуверенно позвала она, волнуясь и уже внутренне готовясь к тому, что не услышит ответ. Никто не вздохнет, никто не прикоснется к щеке невидимой мягкой ладошкой, не отодвинет стул, чтобы сесть рядом. Ее тайна – призрак маленького мальчика - покинула ее.
Девушка заревела, словно и сама была ребенком. Она так привязалась к нему за это время, успела полюбить. И с улыбкой вспоминала то время, когда замирала от ужаса, услышав посреди ночи в своей спальне тихие шаги.
Она купила эту квартиру после ремонта три года назад. Помнит, как удивилась выгодной цене, но, едва перешагнув порог, догадалась обо всем: сквозь свежие запахи краски и нового линолеума пробивался едва ощутимый запах гари – в квартире был пожар.
Уже потом она нашла в интернете сведения – небольшую статью о том, какая здесь произошла трагедия. Маленький мальчик задохнулся в дыму. Пожар вспыхнул из-за замыкания в электропроводке, а он был в тот момент дома один. Совсем один. Бедный малыш…
С тех пор она перестала бояться тихих шагов. И всегда торопилась домой после работы. Приносила ему маленькие игрушки, надеясь, что они порадуют его. И печенье, она уверена, доставляло ему удовольствие, хотя он и не мог его попробовать…
Поплакав еще немного, девушка решительно вытерла слезы. Наверное, ему просто пора было уйти. Туда, где светло и тепло. Туда, где его любят и ждут.