Мир Леган.Колдун

Глава 12. Дорога

Дождь начался во второй половине ночи. Дерево, давшее нам приют, недолго удерживало воду. Вначале начали пробиваться редкие капли, затем всё больше и больше, и в конце концов, стало одинаково, что сидеть под деревом, что идти под дождем. И мы решили вернуться к дороге.

Долго идти по дороге не пришлось. Пусть дождь и не холодный, но он увеличился, и совсем скоро он промочит нашу одежду, и тепло она держать не будет. По твёрдым заверениям Кревета совсем недалеко, в стороне от дороги имеется чужая яма. О ней он узнал совершенно случайно, когда ходил с поручением от Большого к Зробу. Его привели к этому схрону и оставили ждать некоторое время. Конечно, он не был уверен, что ночью да ещё во время дождя найдёт, но лучше попытаться найти схрон и переждать дождь в нём, чем шлёпать по грязи и лужам. Лично я предпочёл бы иди под дождём до следующей деревни, но Кревет убедил нас, что пока дойдем до деревни, успеем десять раз околеть от холода, а схрон – он рядом.

От воды с неба не спасал даже плащ с капюшоном, и влага по рубашке уже добралась до пояса. Холода как такового я пока не ощущал, учитель научил терпеть различные неудобства. После зимы, проведённой в обнимку с лихорадкой, учитель занялся моим телом. Как он выразился, если нет возможности развивать внутренние способности, то будем тренировать мышцы… и он тренировал.

Честно говоря, я тогда ненавидел как сами изматывающие тренировки, так и учителя. В последствии тихо радовался возросшей силе и ловкости, а теперь просто благодарен учителю. И это неважно, что он готовил моё тело для себя, но его порою жестокие тренировки закалили не только моё тело, но и мой дух. Они научили меня стойко и терпеливо переносить трудности. Я даже благодарен учителю за то, что он заставлял меня сидеть в холодном подземном озере и объяснял, как правильно поступать, чтобы не замерзнуть, сохранить тепло в теле и как сам холод использовать себе на пользу, трансформируя его в жизненную силу, накапливая тепло внутри себя. Сейчас это не составляет для меня труда, а тогда сидение в холодной воде, на не менее холодном камне, было настоящей мукой.

Ноги и руки почему-то замерзали всегда первыми, а когда всё тело начинало дрожать мелкой дрожью, я уже не чувствовал ног. Очень трудно было заставить себя отрешиться от внешнего холода и сосредоточиться на внутренних процессах организма.  Трудно было перебороть реакцию организма на холод и заставить его воспринимать холод как внешний источник энергии. Мне тогда очень хотелось выскочить из воды… но учитель стоял на берегу, что-то вещал и постукивал по камням сучковатой палкой.

Теперь мне нравится купаться в холодной воде, позволяя своему телу автоматически насыщаться энергией и закручивать собранную энергию в клубок где-то глубоко внутри. Но мокрая рубаха на спине, ползущие по бокам струйки, пробирающиеся через пояс в штаны… Нет, это ни в какое сравнение не идет с наслаждением погрузиться в воду, ощутить её жизнь и слиться с нею как бы в единое целое.

Уже продолжительное время мы мокли не только от дождя, но и от воды, накопившейся на ветках и листьях деревьев. Яму или схрон Кревет найти не мог, и мы нарезали круги по лесу, как ему казалось, вокруг ямы, но ни ямы, ни входа в неё нам не попадалось.

Искать что-то потерянное или спрятанное учитель меня учил, но лучше всего у меня получалось искать животных или людей. Учитель посылал меня выслеживать охотников из других племен и, если они меня замечали, мне приходилось самому играть роль зверя.

Сейчас же мне предстояло найти не зверя, а место, в котором я ни разу не был, а использовать Кревета как проводника, ковыряясь в его голове … под дождем… у меня- то и в лучших условиях не всегда получалось это хорошо сделать.  А отпускать человека после подобных экспериментов … учитель не одобрил бы такое. Тем более, терять неплохой источник информации и одновременно слугу из-за моей неопытности совсем не хотелось.

После очередного круга и возвращения к примелькавшемуся раскидистому дереву я заявил, что хватит блуждать, и прижался спиной к дереву. Пара минут простого стояния и настроя, затем я, развернувшись, обхватил дерево руками и постарался слиться с ним. Ощущать себя деревом не очень приятно, для человека это слишком чуждые ощущения, но учитель неустанно напоминал мне, что лес – это живой организм, и надо уметь его чувствовать.

И я чувствовал.

Порою неудачно и болезненно. Обычно после такой неудачи я несколько дней приходил в себя, но чаще всего слияние с лесом приносило восторг, радость, и тогда я мог "видеть" весь лес, каждое деревце, каждый кустик, каждую травинку.

Время, место и дождь, а ещё капли, периодически капающие на шлем, не способствовали полному слиянию, но я и не стремился к нему. Мне нужно было найти убежище, землянку и даже не сам схрон, сколько направление к нему.

Направление я увидел и, не объясняя ничего, первым зашагал по лесу. Кревет недовольно бурчал что-то о погоде, о самонадеянных юнцах за моей спиной, но уже не предлагал возглавить поиски. Искать в тёмном лесу под дождем то, что никогда не видел, очень трудно. Второе мое слияние привело к неожиданному результату. Я увидел два схрона, две ямы, и какая из них была искомой, я не знал, но что было хорошо, они были в одном направлении.

Понадобилось ещё несколько слияний, чтобы я окончательно убедился – такой способ поиска схрона не подходит тем более, что после каждого слияния мне приходилось несколько минут соображать, в какую сторону нужно идти. В очередной раз я плюнул на слияние, уселся на мокрую землю, облокотился руками за спиной и "потянулся" к ранее "виденной" яме. Не было видений, не было подсказок, не было тянущего чувства направления.