Жена-пленница. Я не позволю тебе уйти

Глава 7

- Миледи, - скрипучий, пробирающий голос дворецкого заставил меня закатить глаза. Я будто ледяной водой умылась. Сразу собралась, отряхнулась и выпрямила спину. Рядом с ним стоят все те же стражники с абсолютно равнодушными лицами. Они будто каждый день пленниц-наложниц по дворцу выгуливают. Кто его знает, может, не так уж я далека от истины… – Пройдемте в ваши покои, - с усмешкой произнес дворецкий. Очевидно, он наслаждается моей растерянностью. А вот не дождется! Ничто так не мотивирует взять себя в руки, как насмешливый взгляд недоброжелателя.

- Пройдемте, - кивнула я, как бы позволяя ему себя увести. Эдакое внезапное разрешение с моей стороны, которого не требовалось. Дворецкий скривился, но вслух ничего не сказал. Ладно, будем считать, что на этот раз ничья. Назад мы возвращались в молчании. На этот раз я не крутила головой по сторонам как ребенок, которого привели в парк развлечений. Я погрузилась в свои мысли.

Значит, я - его наложница? Какое отвратительное слово. То ли дело «любовница» - от слова «любовь». Это женщина, к которой тянется сердце. Любовницей можно оставаться, даже будучи женой, а можно иметь штамп в паспорте, но любовницей не быть. А вот наложница – это приложение к кровати, постельная грелка. Кто я? Наложница? Часть гарема? Временное увлечение хозяина? А что будет, когда он со мной наиграется? Поселит меня в свой женский коровник и даже отдельное стойло выделит?! Или и вовсе отдаст красивую игрушку другу?

Так, Ольга Владимировна, хватит нести бред. Я слишком впечатлительна. Вот приду в себя после стресса, отлежусь, тогда и буду думать. А то испуганная, недоевшая, растерянная женщина может нафантазировать много такого, отчего даже у дракона волосы встанут дыбом.

- Моя куколка! – стоило открыть двери спальни, как няня вновь бросилась ко мне с рыданиями. Стража захлопнула дверь, оставляя нас наедине. Проклятье, еще и она… – Моя бусинка! Что… Что это чудовище с вами сделало?! – с истерике кричала няня. Она обхватила меня руками и практически повисла на моей шее всем своим весом. Да что же это такое…

- Он меня съел, - обреченно вздохнула я. Она ведь это ожидает услышать?! Няня мгновенно прекратила рыдать, отстранилась и я ужасом посмотрела мне в глаза.

- Как? – ахнула она.

- Вот так – ам, - я сделала пальцами движение «крокодил». Няня перевела взгляд на мою руку, вздрогнула и зарыдала еще громче прежнего.

- Мое бедное дитя! – взвыла она так, что мои барабанные перепонки едва не лопнули. – Что же вам пришлось пережить…

- Так, хватит! – не выдержала я и высвободилась от ее рук. Мое терпение подходит к концу. – Ничего страшного не случилось, и я не понимаю, почему вы малейшее событие воспринимаете как трагедию! – я позволила себе повысить голос на няню, потому что по-другому перекричать ее причитания просто невозможно.

- Но я же… Как же… - захныкала она как маленькая девочка.

- Все, довольно, - спокойно и сдержанно заявила я. – Няня, вы очень много нервничаете, а в вашем возрасте это опасно. Вам ведь выделили отдельную спальню? – спросила я со вздохом. Ночевала же она где-то, пока мы с Эрриганом наслаждались друг другом! Не стояла же няня под дверью всю ночь напролет… Я очень хочу в это верить.

- Д-да, конечно, выделили, но…

- Вот туда и идите! – я страшно выпучила на нее глаза. – Иначе вас хватит удар от переизбытка эмоций! - я распахнула дверь своей спальни и обратилась к страже: - Дайте моей нянюшке успокаивающее средство и проследите, чтобы ее уложили спать! – приказала я людям, которые, строго говоря, не обязаны мне подчиняться. Но принцесса я или нет, в конце концов! – Давайте, дорогая нянюшка, не медлите, - я сама повела изумленную женщину на выход. – В вашем возрасте нельзя так нервничать. Очевидно, наша поездка плохо сказалась на ваших нервах. Поспите, отдохните, не думайте ни о чем плохом, а потом, дня через два, приходите ко мне снова! – выдавила я из себя улыбку.

- О, моя славная крошка, вы забоитесь о своей нянюшке… - вновь ее глаза заполнились слезами. Нет, я так больше не могу. Я – всё! Меня больше не хватит. Я практически вытолкнула няню из комнаты и захлопнула дверь, прислонившись к ней спиной. Если она вздумает ломиться, клянусь, я буду держать эту дверь так, как Атлант держал небесный свод.

Но няня не стала настаивать на своем присутствии. Думаю, она действительно устала, поэтому не стала настаивать. Я слышала ее голос, затем звук удаляющихся шагов, и наконец-то наступила блаженная тишина. Никаких истерик и криков, только я, остывший обед и больше никого.

Но стоило мне сесть за стол, как дверь снова распахнулась. Кто бы это ни был, он пришел очень не вовремя – я успела сжать вилку и занесла ее над говядиной. Она еще едва теплая…

- Миледи, - издевательский скрипучий голос дворецкого. На миг мне показалось, что, если он приблизится, я воткну в него столовый прибор безо всяких раздумий… - Его Ледяное Величество приказал принести для вас угощение, - прозвучало неожиданно.

Я даже забыла, что в моих руках опасное оружие. Изумленно повернув голову в сторону выхода, я увидела, как слуги вносят накрытый поднос. Поставив подношение прямо передо мной, они сняли крышки, и от наполнившего комнату аромата у меня закружилась голова. Десяток маленьких изящных пирожных, каждое украшено по-своему, да еще и стоят они на витой подставке, как в элитных кондитерских.

Но мой взгляд зацепился за бумажку, которая оказалась аккуратно свернута в трубочку и вставлена в центр самого верхнего пирожного. Я протянула руку и развернула записку. Передо мной предстала вязь странных букв, написанных от руки. Незнакомый язык, но мозг Оливии смог его прочитать. Похоже, что ее обучали грамоте, и я могу этим пользоваться.

«Улыбнись» - удалось прочитать мне, и насмешливая улыбка сама собой расплылась на губах. Это от Эрригана? Я окинула взглядом невероятно красивые и ароматные пирожные и испытала странные чувства. В этом мире так принято заглаживать вину перед своими женщинами? Затыкать рот сладким? Ладно, признаю – это приятно, подношение прекрасное. Но это никак не отменяет того, что нам с драконом нужно серьезно поговорить. Я не желаю быть игрушкой и наложницей. Если у него есть другие женщины, помимо меня, все будет кончено этим вечером. Никакие пирожные моих принципов не изменят.