Рождение Избранной. Бонус к дилогии "Запретная для Альфы"

Часть первая. Анисса.

Снег мягким одеялом накрывал бескрайнее поле, некогда усыпанное голубыми васильками. Луна ярко сияла, освещая его простор. Я шла вперед, утопая босыми ногами в прохладной мягкости, но, несмотря на зиму, совершенно не ощущала холода. Вокруг было спокойно, умиротворенно. Как вдруг...

— Здравствуй, — услышала голос в голове, будто звон рождественских колокольчиков.

Я знала владелицу голоса, ведь во сне мы всегда понимаем, с кем говорим. Развернулась и широко улыбнулась. Навстречу шла белая волчица. Каждый волосок густой шерсти отражал лунный свет и, казалось, что вся фигура зверя переливается мириадами крошечных звезд.

— Мама, — прошептала я.

С момента смерти мачехи она мне не снилась. За долгие годы я привыкла к этому и уже не ждала. Порой мои близнецы рассказывали, что видят во сне белую волчицу.

Но сейчас мама рядом! Величественный зверь обошел меня. Ее голубые глаза были так прекрасны, что на миг я поняла, что вот-вот разрыдаюсь. Мама, я так скучаю! Внутри меня наполняли слова, в тот момент кажущиеся ненужными. Они так и не смогли найти выхода.

Я протянула руку, касаясь огромной головы. Волчица закрыла глаза. Так мы стояли некоторое время, а затем она исчезла.

— Скоро родится избранная. Она преодолеет океан, падет в жерло ада. И станет той, кем ей предначертано. Не мешай, Анисса. Это ее путь.

Этот голос не принадлежал маме. Звонкий и практически невесомый, словно переливы колокольчиков, он все равно был предельно жестким. Это напоминало пророчество. Каждое слово било похлеще пощечины. Моя дочь? Машинально коснулась живота и...

Раскрыв глаза, какое-то время смотрела в потолок. Все окно облепили узорчатые снежинки. В этом году поразительно много снега! Я приподнялась на локтях, но из-за огромного живота не видела ничего. Сделав пару безуспешных попыток перекатиться и встать самостоятельно, сдалась и коснулась небольшого серебрянного колокольчика, стоящего на тумбочке.

Дзынь! Дзынь!

И спустя минуту в мою комнату ворвалась Грета, наша экономка. Дородная сорокалетняя дама, пышущая неиссякаемым оптимизмом. Должность управляющей нашим особняком перешла ей по наследству от матери.

— Миледи, вы опять сами пытаетесь встать? — она уперла пухлые руки в бока и покачала головой, — врач не велел вам слишком напрягаться. Роды могут начаться...

— Да помню я! — вспыхнула, тем не менее понимая, что она права, — я беременная, а не глупая.

Мой живот превышал все мыслимые и немыслимые размеры. Поначалу мы с Лео думали, что снова ждем близнецов, однако УЗИ показало одного малыша. Девочку. Я выдохнула и погладила ее, ощутив легкий толчок.

— Вы с господином Лео уже придумали имя? — Грета явно пыталась меня отвлечь.

С трудом поднявшись, я подошла к зеркалу. Ну как подошла. Из-за своей ноши переваливалась как медведь. Все вокруг считали это невероятно милым. Даже мои дети: Леонард и Лия с умилением смотрели на мои попытки сесть, встать или сделать хоть что-нибудь без помощи. Кстати о них!

— А близнецы...

— Господин Леонард сообщил, что будет справлять Рождество в кругу своих друзей вместе с мисс Кристал, — сказала Грета, — а мисс Лия останется у Лори Блэк и Марка Хантера.

— Понятно, — на миг мне взгрустнулось, но леди нельзя терять лица перед прислугой, так что механическая улыбка скрыла мою горечь, — а Лео?

— Господин работает в библиотеке.

Значит, мы с ним будем отмечать Рождество вдвоем. Грета расчесала мои волосы, затем я с огромным трудом умылась и оделась. Накинула тонкий шерстяной халатик. Спустившись в столовую, застала мужа за тем, что он как-то беспокойно глядел в окно.

— Милая, — он поспешил ко мне, прижимая к себе, — ты так рано встала.

— Лео, — зарылась носом в его рубашку.

Родной аромат истинного всегда успокаивал и прогонял даже самые темные мысли. Сейчас весь особняк Уайтберд буквально наполнял дух Рождества. Всюду сновали слуги. В холле установили огромную искусственную елку. Мы всей семьей наряжали ее несколько дней назад. Стены, мебель и скульптуры украшали яркие игрушки, мишура и гирлянды. У дверей мы по традиции повесили зеленые веточки плюща и остролиста.

Лео увлек меня под омелу и долго и страстно целовал. Несмотря на то, что у нас уже двое взрослых детей и третий на подходе, мой волк все еще пылает ко мне жаркими чувствами. Он нежно погладил мой живот, и малышка мгновенно отреагировала на папу парой сильных пинков.

— Я чувствую связь с ней, — прошептал он, — особую. У этой девочки великое будущее. Ее энергия сильно отличается от наших близнецов.

— Если она соизволит родиться, — усмехнулась я, намекая, что переносила дочь уже целую неделю.

— Она же леди Уайтберд, — усмехнулся Лео, — явится, когда сама захочет.

— Ты в курсе, что мы сегодня вдвоем? — спросила мужа за завтраком, — близнецы уже совсем взрослые. У каждого своя жизнь.

— Они молоды, пусть развлекаются, — улыбнулся Лео, — а мы наконец-то побудем вдвоем. Представь: сочельник, повсюду свечи, аромат корицы и свежей ели. Сядем у телека, выпьем безалкогольного пунша и просто побудем вместе. Ведь мы с тобой так ни разу и не оставались одни на Рождество.

— Поэтому и непривычно, — я слегка покраснела.

— Боишься большого серого волка? — муж поиграл бровями, затем встал и обошел огромный обеденный стол, вставая за моей спиной.

Его дыхание опаляло кожу, путая мысли. Лео поцеловал меня в шею, любуясь на мурашки, вызванные этим смущающим жестом. Он начал массировать мои плечи, переходя на спину и касаясь груди. Каждое касание было настойчивее предыдущего.

— Я толстая, милый. Не нужно...

— Ты красавица, Анисса, — оборотень коснулся моей руки, приникая к ней губами, — самая красивая женщина в мире.

Я откинулась на стуле, прижимаясь щекой к животу Лео. Твердый пресс, безумно высокая температура тела, сводящий с ума запах выталкивали все приличные мысли из головы, полностью заполняя ее всякими непотребствами. Я неуклюже поднялась, затем обняла своего волка.