Только не он!

27

На душе не то, что кошки скребли, они там драли когтями так, что почти физически я чувствовала боль. Но всё равно до последнего оставалась в кафе. Сначала с Николь, пытаясь говорить с ней о чём угодно, лишь бы не заканчивать нашу встречу.

Затем, когда она ушла, я оставалась сидеть за столиком до самого закрытия заведения.

Я не хотела домой.

Я не хотела снова ругаться с Лёшей.

Жаль, что нельзя отмотать время назад. Нужно было прийти на тот дурацкий обед и… да будь оно что будет! Хуже, чем сейчас, придумать всё равно нельзя.

«Можно!» – противно вещал внутренний голос, стоило вспомнить угрозы Стужева-старшего.

Такая дурацкая манипуляция, а как удачно он воплотил её в жизнь! И вы только посмотрите, какой он хороший. Бедный и несчастный папочка. А я бессердечная дрянь, что не понимает заботу сына о больном отце.

Об отце, который предлагал неплохие отступные. Странно, что Лёша об этом забыл…

Подъехав к дому, я ещё какое-то время сидела в машине.

Почти во всех квартирах света не было, все спали. И лишь в нашей окна горели.

Несколько раз шумно вздохнув и выдохнув, я подошла к подъезду и вошла внутрь. Никогда не любила подниматься пешком на седьмой этаж, часто ругаясь на коммунальную службу, когда лифт не работал, но сейчас не задумываясь пошла по лестнице.

Я чувствовала волны накатывающей паники, но никак не могла объяснить себе собственное состояние. Даже руки подрагивали, что случалось со мной крайне редко.

Возможно, заработала моя интуиция, не раз подводившая меня за последнее время. Очередную ссору не миновать.

А может дело в том, что как раз ссориться не хотелось. Но как выйти из всего этого я не понимала.

Приняв решение прямо с порога предъявить Лёше свою родословную, я немного успокоилась. Пусть думает что хочет. По крайней мере, даже если он и не сможет понять меня, то хоть его отец успокоится. А так ситуацию разрешить будет проще. В конце концов, я виновата лишь в том, что затянула с признанием. И не просто так ведь молчала...

Тихо открыв входную дверь, первым, что я почувствовала, был запах сигаретного дыма. Странно…

Вот только спросить я ничего не успела.

— Где была? — Лёша задал вопрос с кухни, не желая выходить ко мне.

— Встречалась с Николь, — не стала я врать, снимая ботинки и вешая куртку. Зайдя в кухню, я замерла, посмотрев на Лёшу. — Что-то случилось?

— Ты мне скажи.

Он сидел за столом, смотря на стопку каких-то карточек, что держал в руках. То ли листовки, то ли фотографии… мне было не видно. Но приближаться к Лёше сейчас я не хотела. Просто не могла заставить себя сделать и шага. Он был… другим. Напряжённая поза. Холод в словах. Ни разу не посмотрел на меня.

— У меня всё хорошо, — тихо ответила, найдя взглядом пепельницу, заполненную окурками. Стало понятно, что запах мне не почудился.

— Скажи честно, — Лёша поднял на меня взгляд, и я чуть не отшатнулась от количества увиденной в нём злости. — Зачем ты меня караулила у офиса отцовской фирмы?

— Рассказал всё-таки, — криво усмехнулась я, едва сдержавшись, чтобы не обматерить Стужева прямо при его сыне.

— Даже отрицать не будешь? — как-то безразлично уточнил Лёша.

— А есть смысл? — пожала я плечами. — Да, я искала тебя. Да, мне было важно предстать перед тобой именно в том виде, в котором, собственно, и получилось. Вот только когда мы познакомились, я понятия не имела, что ты имеешь какое-то отношение к Стужевым…

— Да неужели? — со злым смешком перебил меня Лёша. — Не имела.

— Да, не имела, — повторила я, облизнув пересохшие от волнения губы. — Потому что…

— И именно поэтому, ты с подельниками ещё час караулила меня у подъезда, — не дал он мне договорить. — Стоило оно того?

— С какими подельниками? — растерянно переспросила я.

— Хватит, — брезгливо скривился Лёша. — Я всё знаю.

— Рада за тебя, — нервно ответила ему, скрестив на груди руки. — Но я понятия не имею, о чём ты сейчас говоришь.

— Хватит, — повторил он. — Отец мне всё рассказал. Точнее, признался, что нанял детектива, чтобы раскрыть мне глаза на тебя. Правда, из-за болезни это ушло на второй план. А сегодня этот человек пришёл с отчётом и случайно застал меня. Всё ещё нечего мне сказать?

— Нечего, — покачала я головой. — Но интересно послушать, что насочинял твой отец.

— Насочинял, — с какой-то странной интонацией повторил Лёша. — Я верил тебе. А отец был прав с самого начала.

Слушая сухой голос Лёши я с трудом держалась на ногах. К горлу даже подкатывала тошнота, отчего я неосознанно навалилась на стену, чтобы не упасть на пол.

И лишь один вопрос бился в голове. Почему Лёша в это поверил? Почему…

Борис Геннадиевич постарался на славу. Даже видео с камер наблюдения здания своего офиса показал Лёше. Где я пытаюсь проникнуть внутрь и кричу, что я невеста Алекса Стужева.