Пути-дороги. С чистого листа

4

Следующий день начался у меня с петухами. Я с трудом встала в такую рань, с закрытыми глазами доползла до соседской бочки в огороде и поплескала на лицо холодной воды, которая меня совсем не разбудила. Больше всего хотелось вернуться в избу, влезть в теплое меховое нутро тулупа и снова заснуть. Но я, собрав всю силу воли в кулак, открыла глаза, тем более утренняя прохлада бодрила гораздо лучше чашечки кофе и сон уже почти прошел.

Еще вчера, работая на грядках, я составила план выхода из кризиса, в котором оказалась. Все в соответствии с наукой, которую я почему-то помню, в отличие от своего имени... вот пакость же!

Итак, первым делом следовало обеспечить себя пищей, раз уж с крышей над головой повезло. И как показал вчерашний день, работать на кого-то даже за миску каши мне совершенно не нравится. Нет, если уж вкалывать, то на саму себя, а не на старосту.

Еще мне нужна одежда, ходить в обносках неприятно, и домашняя утварь. Я, конечно, не оставлю свое имущество в руках жадины старосты, но понимаю, что все они мне не отдадут. Как говориться, забираешь чужое, а отдавать приходится свое. Поэтому, уверена, биться придется за каждую ложку. Но я вчера поспрашивала деда на предмет наличия инструментов, так что совсем уж без ничего не останусь.

Выполнять свой план я начала с обхода окрестностей. Летом в деревне оставаться голодными могут только самые отъявленные лентяи, или такие болеющие, как мой дед. Даже если в огороде ничего не растет, то есть лес и речка. Чуточку терпения и грибы-ягоды, травы и какая-нибудь рыба на столе будут всегда.

Сейчас, в начале лета уже должны быть луговые опята и шампиньоны, и можно попробовать поискать в лесу сыроежки, подберезовики и даже белые. Их, конечно, сейчас гораздо меньше, чем ближе к осени, когда и поесть, и засушить на зиму хватит.

А то лето пролетит скоро, не заметишь, а зимой в лесу грибов-ягод нет, только волчики да медведи рыщут, да ищут, чем бы поживиться. Сожрут, не подавятся.

Мне повезло, совсем недалеко от деревни, на лугу возле леса обильно росли опята. Корзинки у меня не было, так что я стащила с головы платок, и туда складывала грибы. Набрала столько, что еле смогла унести в узелке из платка и подобранном подоле фартука. Надо назавтра мешок хотя бы какой у Аништы попросить.

Пока собирала грибы, проверила ягодники. Земляника еще не поспела, но дней через десять можно будет наведаться. До речки я так и не дошла. Уже пора было бежать домой, кормить деда и самой позавтракать.

- Деда, - заговорила я запивая хлеб с яйцом простоквашей из бабки Агиного молока, - нам с тобой обязательно нужно завезти хозяйство. Иначе за зиму мы старостихе столько задолжаем, что всю жизнь будем пахать за миску каши. А у меня остались украшения. Мало, но с чего-то же нужно начинать.

- Лола, - поперхнулся дед, - ты хочешь их продать?

- Ну, да, - пожала я плечами, - я не помню, конечно, откуда они у меня. И, возможно, в прошлом я ими дорожила. Но, деда, другого выхода у нас нет. Если не поднимемся к началу зимы, то придется всю оставшуюся жизнь перебиваться. Ты же понимаешь, старостиха так просто бесплатную рабсилу из рук не выпустит.

Дед сокрушенно вздохнул, пожевал губами, подумал.

- Странно ты говоришь, мудрено, но правильно. Хозяйство нужно восстанавливать, а то тебя и замуж никто путевый не возьмет. Ты на Аништу-то не смотри. Ежели бы не семеро детей малолетних, жили бы они не хуже соседей. Надо тебе в город ехать, через неделю ярмарка. Там лавку мой знакомый купец держит. Скажешь, что внучка моя, что вернулась... Цену честную даст. Не обманет. И если хватит, корову надо покупать. Корова нас с тобой всю зиму прокормит, а ежели молочная попадется, то и на одежу заработать можно.

Замуж я, конечно же, не хотела. По крайней мере пока. Но возмущаться и отрицать не стала, не настаивает дед, что прямо сейчас надо жениха искать, вот и ладно. А там разберемся, что дальше будет.

А вот с грибами вышел конфуз. Здесь, во Флодолии, их не ели. Вообще. И дед с подозрением смотрел, как я перебираю, чищу и мою шляпки луговых опят. Пришлось сказать, что это обычная пища в гареме. Мы, наложницы, там только грибами и питались. При этом я, правда, представила совсем другие грибы. И мне даже смешно стало. Пожалуй, не соврала я. Без грибов в гареме не обходится.

Кажется, мое придуманное прошлое обрастает гораздо большим количеством деталей, чем реальное.

Вот ведь интересно, если встать посреди комнаты и попытаться хоть что-то вспомнить, то в голове становится пусто, как в наших с дедом сундуках. Но если начать делать, то как-то само собой все вспоминается. Вот супчик грибной сейчас варю. И откуда-то точно знаю, что именно нужно делать. И уверена же, я сто раз уже такое готовила.

- Деда, - подала я голос, заглянув в дом, - а картошка у вас здесь растет?

- Картошка? - переспросил дед, - нет, не слышал. А что это такое?

- Да, - расстроенно отозвалась я, - клубни такие... Мы в гареме ее и в суп клали, и так ели... ну, в смысле, нам готовили.

- Клубни? - дед почесал затылок, - не-е, про картошку не слышал. У нас паслен есть, у него тоже клубни съедобные. Эх, - вздохнул он, - сейчас бы паслен посадить. Еще успели бы урожай собрать. Для коровы бы хорошо было, зимой-то скотину чем-то кормить нужно...

Он говорил и говорил, а я размышляла. Скорее всего, процентов на девяносто, паслен со съедобными клубнями и есть привычная мне картошка. Ну, или что-то очень похожее. И, правда, если посадить картошку сейчас, в начале июня, она успеет созреть. А это уже ого-го какие запасы. Где бы только пару мешков паслена этого найти на посадку.

Но кажется, я знаю, кто у нас в деревне такой добрый и с удовольствием поделиться с нищей мной посадочным материалом.

Закончив варить грибной суп, где кроме грибов и грибного бульона ничего больше и не было, и высыпав остальные грибы прямо на стол, чтобы сохли, я отправилась к старостихе. Надо же забирать у них свое имущество... а то неудобно за ложками и тарелками к соседке бегать. Да и, вообще, оно же мое.