Остров перевертышей. Рождение Мары

Глава 4. Белая ворона

Яхта «Сольвейг» обогнула маяк и подошла к небольшому причалу. Дождя здесь еще не было: сухой гравий приятно шуршал под ногами. Но тучи уже сгустились. Они будто двигались следом от самого Стокгольма. Сзади на горизонте виднелись всполохи молний.

Маяк расположился в конце узкой полосы суши, которая соединяла его с основной частью острова. Там все утопало в деревьях, между ними приветливо светили окнами красные домики с белыми наличниками. Их расцветка ассоциировалась у Томы с фермами, которые она видела в детских книжках. Пахло чем-то приятным и сладким.

– Липы цветут, – мисс Вукович с наслаждением втянула носом воздух. – Пойдем скорее, я покажу, где ты будешь жить.

Когда Тамара узнала, что Линдхольм – место для странных существ, которых Вукович с повседневной легкостью именовала перевертышами, в воображении возник каменный замок или массивный викторианский особняк. Эдакое мрачное поместье на вершине отвесной скалы. Именно в таких местах должны были обитать таинственные создания. Но Линдхольм больше походил на уютную деревушку: почву устилала короткая, как ковер, трава, а старые кряжистые деревья защищали от морских ветров аккуратные домики с широкими верандами.

Самое крупное и единственное здесь белое здание виднелось в глубине острова. Тамара смогла насчитать не меньше четырех этажей: низ скрывали густые кроны лип. Двускатная крыша поднималась высоко, большие окна со ставнями были обращены к маяку. В них горел свет, и Тома различила неподвижный силуэт человека.

– Это главное здание, – пояснила мисс Вукович. – Там проходят занятия, и там живет профессор Эдлунд.

– Это он? – Тамара указала глазами на силуэт и поежилась.

– Думаю, да. Это его кабинет. Но мы сейчас к нему не пойдем. Уже поздно. Дети и учителя живут в красных домиках. Справа от главного здания – зимние, слева – летние. Как ты понимаешь, мы будем жить отдельно. Если я тебе понадоблюсь, мой дом – номер шесть. И запомни: входить надо сбоку. Главный вход – для детей, боковой – для учителя. За каждым домом закреплен один взрослый. Ты будешь жить в доме номер два. Он женский, там летние девочки первого и второго года обучения. Ваш куратор – мисс Юми Кавамура. Она личный ассистент профессора Эдлунда, так что ты в надежных руках.

Они подошли к одному из домиков. На веранде сидел парень с гитарой и бренчал, еще несколько ребят расположились вокруг и что-то шумно обсуждали.

– Добрый вечер! – громко поздоровалась мисс Вукович.

Все головы разом повернулись к ней, раздались разрозненные приветствия.

– Познакомьтесь, это Тамара, наш новый ученик из России.

Тома почувствовала себя неуютно под пристальными взглядами незнакомых людей. Ей вдруг стало казаться, что у нее на одежде дырка или пятно, развязан шнурок или расстегнута ширинка, и все сейчас засмеются над ней. Из головы разом вылетели все английские слова. С неуклюжей улыбкой Тома буркнула «Хай» и неопределенно махнула рукой. Голос вышел каким-то по-дурацки писклявым.

Присутствие завуча автоматически делало всех вежливыми, но Тома догадывалась, что без взрослых с ней никто церемониться не станет, а потому до жути хотела где-нибудь закрыться.

– Кто твой тотем? – спросила чернокожая девочка.

В грозовом сумраке сложно было разглядеть выражение ее лица, и Тамара не понимала, шутка это или какая-то проверка. В любом случае, она не знала, что ответить. Воцарилась пауза.

– Все вопросы потом, – отрезала мисс Вукович. – Мы в дороге с самого утра.

Тома еще не видела ее такой строгой. Что ж, иметь в тылу человека, которого все побаиваются, будет полезно.

Опекунша провела ее внутрь. Прихожая дыхнула теплом, – только теперь Тамара осознала, как замерзла во время морского путешествия. Все стены были отделаны светлым деревом. На крючках рядами висели куртки, на низких полках стояла обувь. Наверх вела лестница, а справа через открытую дверь Тома разглядела гостиную.

– Это общая комната, – объяснила мисс Вукович, разуваясь. – Сейчас посмотрим, где твоя спальня.

– Моя? Я что, буду жить отдельно? – удивилась Тамара, привыкшая к детдомовским спальням на шесть человек.

– Нет. У тебя будет соседка… – хорватка сверилась с листком, приколотым к стене. – Так, третья спальня, тебя уже вписали.

Тома заглянула ей через плечо: действительно, в табличке значилось: «№3 – B. Refursdottir, T.Korsakov».

– Они забыли «а» на конце.

– Нет. Привыкай, к тебе будут обращаться «мисс Корсакофф». Учителя, по крайней мере. А другие студенты… Ты должна решить, как представиться. Тамара – длинное имя. Тома – похоже на мужское Том. Не стоит давать повод для шуток в первый же день. У меня была одна знакомая Тамара из Англии, все звали ее Тамми.

– Спасибо, я подумаю.

Мало было проблем. Ожоги, шарф, отсутствие денег и родителей, со сверхспособностями тоже большой вопрос, теперь еще к имени могут прицепиться. И, главное, кто?! Эта соседка с абракадаброй вместо фамилии?