Собственные страдания делают нас более чуткими к бедам окружающих или же более черствыми?
-----------------------------------------------------------------------------------------

 

Это зависит от того, удалось ли нам пережить собственные страдания, не подавить их, не спрятаться от них, а пережить и ассимилировать опыт. Останется некий чувствительный "шрам", и если чужое горе к нему прикоснется, мы ощутим со-чувствие и со-страдание, зная, как это все переживается изнутри.  

Ну а если мы сделали все возможное , чтобы уйти от страданий в свое время, то напоминание о них извне будет сулить опасность опять нарваться на боль, тогда придется "очерстветь", что с этой болью не столкнуться.

Можно ли сказать, что человек, который практически не испытывал душевной боли будет неспособен сочувствовать и сострадать другим?
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

Я, честно говоря, не встречала таких людей, которые "практически не испытывали душевной боли", но встречала многих, что активно сопротивляются тому, чтобы встретиться с ней. А ведь роста без боли не бывает. Ну и живут они в некотором коконе, и соответственно, нет у них места, которым они могли бы сочувствовать и сострадать другим. Как если бы не было ушей, чтобы слышать.

Бывает ли врождённая неспособность к состраданию?
-------------------------------------------------

 

Предположу, что это бывает в случае серьезной врожденой психической патологии.