Разбитная разведёнка

Грибы, шкафы и стороны

Жареные грибочки с картошечкой Женя всегда уважала. К этому блюду бабуся подсовывали любимой правнучке большой ломать белого хлеба, и трудно было представить более вкусный ужин. Когда бабуси не стало, Женя сама наловчилась готовить для себя и родителей любимое блюдо, а потом она уехала учиться, и на время грибы исчезли из её рациона, ведь после лесных даров, которые они с отцом собирали, магазинные шампиньоны и мороженые лисички были безвкусными.

И ела бы Евгения Чиркова всю оставшуюся жизнь жареные грибы с картошкой только летом, приезжая навестить родителей, если бы не Майоровы. Переехав жить к Андрею и его семье, она узнала, что шампиньоны не так плохи, если обжарить их с яйцами. Воздушный омлет с грибами тётя Оля подавала в качестве завтрака в выходные, добавляла их в соус к спагетти, обжаривала с луком и курицей для начинки в пирог, но с жареной картошкой их никогда не смешивала. И существовали Майоровы без знания о том, как приятно навернуть на ночь тарелку золотистой картошечки с ароматными грибочками, пока однажды Женя не решилась приготовить одно из любимых блюд своего детства. На её вкус покупные ингредиенты не шли ни в какое сравнение с тем, из чего готовила бабуся, но Андрею и его родне такой ужин пришёлся по нраву, а когда тётя Оля подобрала нужные приправы, то и Женя сочла его достойным.

И вот в понедельник, осторожно спустившись по ступеням клуба, Женя глубоко вдохнула, отрешаясь о рабочих вопросов, и выдохнула с чётким желанием утолить голод жареной картошкой с грибами.

В лифте она прижимала к себе пластмассовый лоток с шампиньонами, и, зайдя в квартиру, чуть не упала, запнувшись о большой пакет, пристроенный у порога. Заглянув в него, Женя вспомнила, что вчера обсудила с Гришей, какие вещи они перевезут в первую очередь, а за какими можно будет заехать, когда в них возникнет необходимость.

Разувшись и сняв пуховик, Женя сменила блузку на футболку, повязала фартук и принялась за готовку. Аппетитный запах был слишком соблазнительным, и за стол сели, не дожидаясь Руслана.

Когда мужчина позвонил в домофон, Гришка, запустив его в подъезд, сразу открыл дверной замок и ускакал в комнату пересчитывать трусы и носки, которые оставил себе на неделю до переезда, а Женя подошла к плите, где в сковородке остывала оставшаяся порция.

- Твою ж... Стоять! - рявкнул из коридора мужской голос.

Жене не нужно было спрашивать, она и так поняла, что сначала Руслан споткнулся о пакет с Гришкиной одеждой, а потом Тонька, унюхав что-то, попыталась прошмыгнуть мимо него на лестничную клетку. Но из кухни она всё же вышла, и обнаружила Руслана, который запрокинув голову, упёрся макушкой, спиной и сжатыми в кулаки ладонями в дверь. Глаза его было не разглядеть, но в электрическом свете лицо казалось жёстким, а пробивающаяся щетина только усиливала суровый образ и недружелюбную энергетику, исходящую от мужской фигуры.

«Похоже, настроение ему ещё до нас портить начали», - подумала Женя, и услышав за спиной «Тихо», сказанное громким шёпотом, обернулась и увидела сына и таксу, с опаской выглядывающих из зала.

Вид раздраженного Руслана её не пугал, она даже находила в этом что-то возбуждающее. Другое дело, что его плохое настроение не должно перейти в агрессию и отразиться на Гришке.

Наконец, мужчина разжал кулаки, опустил голову и обратил свой тёмный взор на уставившихся на него.

- Привет, - первой нарушила молчание Женя.

- Здравствуйте, - подал голос Гриша.

Отметив, что даже Тонька к нему не приближается, Руслан потёр шею и опустился на корточки. Это стало знаком, первой к нему пошагала такса, а следом за ней потянулся Гриша. Собака обнюхала ботинки, а мальчик вместе с традиционным рукопожатием получил своеобразную ласку. Непривычный к этому Руслан, показал свою симпатию, дёрнув губами в намёке на улыбку и слегка взлохматив светлую макушку.

- Не раздевайся, - остановила Женя выпрямившегося во весь рост мужчину, когда смелая парочка вернулась в комнату. - Бери вот этот пакет и жди меня в машине. Соберу ужин, прихвачу что-нибудь из вещей, и поедем к тебе.

Ничего романтичного в дороге по вечернему городу не было. Сначала по радио звучало слезливое завывание, за ним последовал прогноз погоды, а потом какой-то старый актёр рассказывал о чудесных пилюлях для потенции. Руслан с Женей не касались друг друга ни у неё в квартире, ни в машине, ни в лифте, поднимаясь к нему на этаж, но стоило им оказаться в темноте за закрытой дверью, как напряжение достигло пика.

Если бы не магия притяжения, которую Женя ощутила каждой клеточкой тела, этот страстный секс стал бы болезненным опытом. Но спустя два жёстких поцелуев, после которых хотелось приложить к губам лёд, она сама расстегнула боковую молнию на своих брючках и, расставив ноги, упёрлась руками и грудью в спинку дивана, принимая первый сильный рывок. То, что Руслан тоже ощущал острую потребность в физической близости, было очевидно. Он двигался резко, толкался глубоко, и если бы не его большая рука, зафиксировавшая её в удобное для проникновения положение, Женя бы, не выдержав напора, обязательно перекувыркнулась вперёд, в лучшем случае приземлившись на мягкое сидение дивана, а в худшем – растянувшись на полу голым задом кверху.

Словно стараясь сгладить животную грубость, Руслан оставлял поцелуи на шее, мочке уха и щеке. Они были лёгкими, но чередовались с хриплыми выдохами, и в сочетании с горячим воздухом прикосновение сухих губ к нежной коже только усиливало ощущение своей слабости, когда ты чётко осознаёшь, что вжимающийся в тебя мужчина больше и сильнее, и тебе остаётся лишь принять то, что происходит.

Когда всё закончилось, ноги перестали дрожать, а Руслан освободил её, выпустив из захвата, Женя вернула на законное место болтающееся у лодыжек бельё, перешагнула через упавшие с неё брюки и, понимая, что если позволит себе прилечь на диван, встать сможет нескоро, устало поплелась в коридор. Это было единственное место в квартире, где успели включить свет, и живописно разбросанные от входной двери до прохода в зал Женины сапоги, ботинки Руслана, а ещё два пакета и чехол, которые они привезли с собой, свидетельствовали о том, как велика была их нужда, как можно скорее прикоснуться к друг другу.