Попаданец для драконши

71. Сказка замка Лэд

К дому старой няньки я ехал с плохим, просто ужасным предчувствием. Передавалась моя нервозность и Кае, что тряслась в седле гнедой лошадки впереди меня. Потому ехали мы до остервенения быстро, не сговариваясь решив покончить со всем этим поскорее. Коляску даже с собой не взяли, чтобы не мешалась. В конце-то концов ноги все еще меня держали, хотя ходить я мог только по стенке или держась за кого-либо. Одно время я подумывал костыли выпросить, да не решился. Все боялся, что перегружу слабые нижние конечности и они снова откажут.

Двухэтажный дом стоял в окружении луж - не так давно начался сезон дождей, что-то наподобие нашей осени. Листья с деревьев облетали, хотя бы раз в неделю лило как из ведра и частенько громыхало. Не смотря на это все равно было жарко, а в связи с повышенной влажностью - еще и душно как в парилке. Кая, правда, обещала, что скоро похолодает, но не на долго - всего месяца на два-три. А потом природа обновиться и снова повиснет над континентом адское драконово пекло.

Спрыгнув с лошади, Кая подвела ее за уздцы к нужной нам двери. Дверь была все такой же зеленой и такой же облезшей, только теперь она еще и перекосилась, отчего не закрывалась. Это меня чуть испугало - в Вадгарде открытыми двери домов оставляли когда кто-то умирал. Здесь считалось, что душа не может проходить сквозь стены, и чтобы она ушла в следующую жизнь ей нужно обязательно открыть дверь, иначе она может остаться злобным призраком.

В общем, сложно было придумать примету хуже, чем входная дверь, которая не закрывается.

- Я стучу? - спросила Кая.

- Да, - кивнул я, собрав остатки храбрости. - Да, стучи. Что бы не случилось - я чувствую, что должен знать...

- Крепись, мой принц, - вздохнула сипуха. - И готовься к тому, что узнавать правду будет не у кого.

Придержав дверь, Кая громко по ней постучала. Как и в прошлый раз с косяка посыпались опилки, и сразу же вслед за ними раздались торопливые шаги. Открывшая нам сиделка, которую я худо-бедно помнил по прошлому разу, окатила меня неожиданно холодным, почти ненавидящим взглядом. Окатила, но тут же собралась и учтиво поклонилась в пояс.

- Ваше высочество принц, добрый день. Что привело вас в наше скромное жилище?

- Я пришел к соне Лони, - сказал я. - Могу ли я увидеться с ней?

- Сона Лони совсем плоха, - холодно ответила девушка. - А после визита ваших людей ей стало еще хуже, ваше высочество. Так что я не уверена даже, что она сможет с вами поговорить.

Сердце у меня сжалось, я закусил губу. Лука-Лука, что же ты наделала? Про эту ли высокую цену ты говорила? Да, впрочем, поворачивать было поздно и я кивнул.

- Ничего, я хотя бы увижусь с ней.

- Тогда проходите, - буравя меня ненавидящим взглядом, безропотно отошла в сторонку от двери сиделка.

Кая спустила меня с лошади и я, опершись на нее, похромал к двери. Лестница, пятнадцать высоких ступеней - настоящая пытка для ног. Пытка, которую я заслужил отчасти за свое эгоистичное желание узнать очередной мерзкий секрет Ласлы. Однако я подозревал, что настоящая пытка ждет меня выше, в комнате старой няньки.

Из комнаты соны Лони пахло духами смерти. Запахи старости, застиранных тряпок, мочи, пота и гнилых зубов чуть перебивал душный, чадящий дым зажженных на тумбочке благовоний и Вадгардских травяных микстур. Грудь старухи вздымалась под тонким одеялом, на белом пододеяльнике красовалась россыпь красных и желтых пятен. Сона Лони глубоко, хрипло дышала, будто спала. Однако стоило нам подойти ближе, как я увидел ее опухшие, красные глаза. Эти глаза, полные влаги, обрамленные складками морщин, поймали меня и тут же из них потекли по бугристым щекам слезы.

- Мой дорогой... - еле слышно прохрипела она. - Мой маленький принц пришел ко мне... перед смертью...

Сердце у меня сжалось. Сиделка принесла мне стул со спинкой и поставила его близко к кровати, но я отмахнулся и попросил Каю усадить меня на постель, к старухе. Сипуха спорить не стала, хотя украдкой сжала мое плечо, будто пытаясь поддержать. Старая нянька тут же вцепилась в меня дрожащими, но неожиданно сильными пальцами.

- Как вы? - спросил я невпопад. - Простите, что так долго не приезжал.

- Мой принц... - прохрипела женщина слабо. - Я ничего не слышу, мой принц, так что... не говорите... Велите этим женщинам нас оставить... видит свет-птица, мне... недолго осталось, а сказать нужно много. Прошу....

- Подожди меня на улице, - тут же попросил я Каю, а потом неуверенно повернулся к сиделке. - Я... знаю, вам тяжело. Но не могли бы и вы нас оставить? Те люди приходили не по моей просьбе, так что...

- Вам не стоит оправдываться, ваше высочество, - погрустнела и как-то сдулась сиделка. - Соне Лони уже девяносто семь, и... простите меня.

Украдкой смахнув слезу, девушка скрылась за дверью. За ней, обеспокоенно глянув на меня, ушла и Кая. Дверь закрылась, и старая нянька вдруг потянула меня к себе. Потянула, заставила наклониться так, что я почти прижался ухом к ее рту. Запах смерти стал практически нестерпимым.

- Я все знаю, - сказала старуха совсем-совсем тихо. - Знаю, что ты - не тот Ганс, которого я нянчила... знаю и про две души. Мой дорогой... мне все равно. Главное что ты пришел - живой или полу-живой. Главное, что это - ты. Понимаешь меня?