Родная Земля. Марш мертвецов

Глава 5

Отработав весь оставшийся день в амбаре с животными и до отвалу набив брюхо сочной похлебкой, которую приготовила Вита, Тайсанд мог позволить себе сладко и крепко уснуть. Впервые за долгое время он погружался глубоко в пучины сна не из-за жуткого изнурения, а после здорового труда и вкусного ужина. Такие времена уже успели стереться из памяти, и было приятно вновь пережить их, когда спокойное лето и не собиралось наступать, а зима только-только начинала терзать холодными клыками беззащитную землю.

Впрочем, его младшая сестра все еще не могла успокоиться. Тишина деревенской ночи по-прежнему не давала ей уснуть. Тоска по соплеменникам и непонимание местных устоев терзали сердце. И так просто смиряться с выводами Викторы о происшествии в карьере она не собиралась.

Ее брат вправе был посчитать себя недостойным правды, но она, будущая шаманка, та, кто хранит все секреты своего народа и заглядывает за стену видимого, должна разбираться в подобных вещах. Если нечто сверхъестественное происходило на земле ее племени, Нессе следовало знать тому причины и все возможные последствия.

Сейчас она осталась наедине с великой тайной. Это пугало и будоражило. Нессанде не терпелось начать поиски истины, но она не представляла, где найти нить, за которую можно ухватиться и по ней дойти до разгадки, минуя дебри ложных подсказок.

А предположения уже не давали покоя, лишали сна, раздували все прочие мысли. Вторую ночь подряд девочка не могла уснуть. Мрак накрыл тяжелой пеленой небеса, не видно было ни звездочки. Тишина гуляла по коридорам домов, по улицам деревни и по множеству лесных тропинок. Вокруг царила немая пустота. Сейчас, этой одинокой ночью, Нессе казалось, будто она единственный живой человек во всем мире.

Тяжело вздохнув, Нессанда уселась на кровати, свесив ноги к полу. Взбудораженность и усталость разрывали ее на части. Девочка медленно сползла с постели и осторожно, стараясь не наткнуться на распластавшегося на полу Нико, двинулась к закрытому окну. Ей хотелось впустить в комнату больше воздуха.

С закрытыми тяжелыми ставнями пришлось изрядно побороться. Несса могла бы разбудить Тайсанда и попросить его помочь, но ей не хотелось тормошить брата: сегодня ночью он совершенно не храпел.

Вскоре ставни все-таки поддались и со скрипом раскрылись. Нессанда высунула голову на улицу, блаженно закрыв глаза, втянула полной грудью свежий, прохладный воздух. Пропитанный ночью, он действовал словно дурманящее снадобье, и Несса ощутила, как по телу распространяется приятная усталость, а глаза сами собой закрываются.

Смачно зевнув, кочевница уж собиралась ложиться в постель и еще раз попытаться заснуть, но увидела на улице робкий огонек свечи. По дороге близ дома медленно и неуклюже двигалась круглая сгорбленная фигура. Не дойдя до центра деревни, она вдруг свернула по тропинке к лесу и скрылась в черной чаще.

Это казалось странным. Уж если идти ночью в дебри – то лучше брать с собой факел, от него и света больше, да и зверей отпугнет. Отправляться же туда со свечой – по меньшей мере безрассудно. Хотя Несса и не понимала поселенцев, но думала, что такие простые вещи они все-таки должны знать.

Теперь ночной странник не вылезал у нее из головы, разжигая пламя негасимого любопытства. Удостоверившись, что брат спит и не собирается просыпаться до рассвета, Нессанда осторожно вышла из комнаты и по коридору двинулась мимо спален к лестнице. Тут она почувствовала кое-что странное: нигде на этаже она не видела Виктору. Дар ее не обманывал, на такой небольшой площади Несса чувствовала поверхность лучше, чем кошка видела в темноте, а собака следовала обонянию.

Раз старухи не было здесь, она могла оказаться внизу, а это усложняло девочке задачу ускользнуть из дома. Впрочем, отступать кочевница не собиралась, потому, шмыгнув к лестнице тихо, словно мышь, вскоре добралась до первого этажа и смогла прислушаться к дару. Но и здесь она не ощутила ни следа хозяйки.

То стало маслом, подлитым в огонь любопытства. Несса быстро отыскала свою шубу в коридоре и, выскочив на улицу, стремглав бросилась к тропе в лес. Девочка знала: таинственная фигура уже отошла достаточно далеко, следовало поторопиться, чтобы настигнуть ее.

В это время чаща походила на потусторонний мир, полный загадок и опасностей. Все привычное преображалось, приобретая доселе незаметные черты. Деревья трещали костлявыми ветвями, подпевая вою холодного ветра. Черный воздух дребезжал тяжелой тишиной. Сама темнота, казалось, наблюдала за каждым живым созданием, рискнувшим посетить ее угодья.

Очутившись в лесу, Нессанда сначала затушевалась. Ночью здесь было страшно. Но развернуться, когда полдела сделано, она не могла. Потому, собравшись с силами, кочевница внимательно вслушалась в свой дар и, ведомая только землей, двинулась по следу таинственной фигуры, избегая те места, где блуждали дикие звери. Вскоре она ощутила, как преследуемая ею, а сейчас девочка точно знала, что это женщина, остановилась на небольшой поляне. Незнакомка двигалась очень медленно, и Несса быстро ее нагнала.

Девочка не стала обнаруживать себя, когда добралась до места. Она спряталась за деревьями и принялась наблюдать за незнакомкой.

Та беспокойно теребила юбку платья и вглядывалась вперед, ожидая кого-то. Вскоре женщина начала смотреть по сторонам и крутиться вокруг своей оси. Тут освещенное робкой свечой лицо показалось взору кочевницы, шпионящая Нессанда с удивлением узнала в незнакомке исчезнувшую Виктору.

Старуха не знала, что за ней следят, да и ей не приходило это в голову. Поселенцы старались обходить дом травницы стороной, боялись вступать с ней в спор, веря, будто одним только травничеством Виктора не ограничивается и разговаривает с предками. Потому если кто-то, как Несса, и видел, что старуха уходит в лес ночью – никогда за ней не следовал. С такими вещами мало кому хотелось шутить. Но Нессанда не только не боялась колдовства, но и, как подобает шаманке, интересовалась им, а Виктора этого не учла.