Паук приглашает на танец

Главы 10-12

Глава 10

Прелесть деревни в том, что отыскать нужного человека здесь очень легко. Когда я пришла в таверну, там было ещё не так много народу. Иззи увидела меня сразу и, конечно, поняла, что явилась я не за кружкой пива.

- Рагу, пожалуйста.

- Батат закончился.

- Ну, тогда, будьте добры, яблочный пирог и чай.

- Яблочного нет, есть сливовый.

- Сливовый вполне подойдёт, благодарю.

- Сейчас будет.

Пока ждала, я чувствовала на себе взгляды. Впрочем, это было всего лишь любопытство к новому человеку в краях. Угрозу я бы почувствовала. Но всё же вздохнула с облегчением, когда девушка вернулась с моим заказом.

- У вас есть минутка, мисс Чэттер?

- Ни одной свободной, мисс. Работы тьма, - она кивнула на зал, который, как назло, был полупустым.

Я поняла, что она передумала откровенничать.

- Я не отниму много времени, - заверила я. - Просто прошу вас сказать то, что собирались, когда нас прервали.

Она с недоверием оглядела меня.

- Кто вы, мисс?

- Я новая гувернантка в замке.

- Откуда у вас эта серёжка?

- Я нашла её там, где ей быть не следует. И, боюсь, особа, которой она принадлежит, рассталась с ней не по доброй воле.

При этих словах Иззи побледнела.

- Поверьте, Изабелла, это не праздное любопытство, - я решила быть с ней откровенной, насколько могла, в надежде на ответную честность. - Упомянутая особа мне очень дорога. И я чувствую, что вам она также не безразлична. Скажите, вы ведь знаете Матильду Лежер?

Минуту Иззи поколебалась, а потом кивнула, решительно села напротив меня и понизила голос.

- Мэтти моя подруга. Я сразу узнала её серёжку.

Моё сердце подскочило от радости, но тут же упало при следующих её словах:

- Скажите, мисс, где она?

- Как раз это я и хочу выяснить. Последнюю весточку я получила от неё около месяца назад. И, хоть она не сказала об этом напрямую, я почувствовала сквозившее в письме беспокойство, несвойственное Матильде. А вскоре узнала, что в Ашеррадене снова требуется гувернантка.

Я не упомянула ещё об одном письме, пришедшим две недели назад и, якобы, написанным Матильдой. В нём она просила меня приехать. Но в искаженном почерке с трудом угадывалось сходство с рукой моей лучшей подруги. Писала явно не она.

- Да, Мэтти всегда была весёлой!

Мне не понравилось слово «была», но я не стала её поправлять. Увы, слово «легкомысленная» больше подходит к характеру Матильды. Её всегда отличал беззаботный нрав и излишняя доверчивость. Будучи безобиднейшим существом, она отказывалась замечать плохое в других.

- Ты так недоверчива, Энни, - корила меня она, - что видишь в людях одни недостатки.

- А ты одариваешь их несуществующими достоинствами.

- А иначе страшно жить! - смеялась она и пожимала плечами. - Всё равно как бабочкам на кончике языка у лягушки! – и принималась кружиться, и впрямь похожая в своём воздушном малиновом платьице на хрупкую бабочку.

Я отряхнула воспоминания и вновь сосредоточилась на собеседнице.

- Скажите, Изабелла, когда вы видели Мэтти в последний раз?

Та на секунду задумалась.

- Вот месяц назад и видела.

- Я так и думала. Она приходила сюда?

- Да, она всегда сама сюда приходила. Я в замок не совалась, тамошние господа этого не любят.

С легкостью могу себе это представить. Наверняка, леди Фабиана предпочитает быть окруженной лишь самым утонченным обществом.

- У Мэтти были в деревне недоброжелатели?

Иззи аж фыркнула от подобного предположения.

- Все, кто её знал, очень её любили. Ну, вы и сами знаете, мисс: на неё невозможно долго сердиться, сущее дитя. Бывало, поссоримся, а она возьмёт меня за руку и так заглядывает в глаза и строит такие уморительные рожи, что дуться дальше просто нет никакой возможности.

- Может, были те, кто завидовал?

- Не думаю… Знаете, красивым девушкам, таким, как она…- тут Иззи, покраснев, потупилась, и я поняла, что себя она к этой категории не причисляет, - всегда завидуют. Но она никогда не кичилась, не задирала нос, и будто вовсе не замечала взглядов парней. И оттого завидовать ей было как-то неловко…

Я оценила откровенность девушки. Нелегко иметь в подругах ту, кто всегда будет тебя затмевать.

- Тогда, может быть, она рассказывала про кого-то в замке?

- Да, рассказывала.

- Что-то нехорошее? – встрепенулась я.

- Нет, напротив. Мэтти никогда ни о ком не говорила плохо. Рассказывала, что к ней все очень добры.

- И даже хозяйка?

- Про миледи Мэтти говорила мало и сдержанно.

Причина была мне ясна: Матильда не умеет отзываться о людях дурно. И, если хорошего о человеке сказать нечего, то скорее будет просто молчать или тут же придумает ему кучу оправданий.

- Но мне кажется, что она её жалела.

- Жалела леди Фабиану? – я не смогла скрыть удивления.

- Да, говорила, что порой сама наша природа делает нас несчастными, и оттого мы злимся на других.

- Что это значит?

- Понятия не имею, мисс.

- А говорила ещё про кого-нибудь конкретно?

- Да, у неё кто-то был там, в замке, но она никогда не называла имя.

- Это невозможно…здесь больше нет никого нашего вида!

- Вам виднее, мисс.

Я смешалась, осознав, что только что отчертила границу между собой и собеседницей, а заодно – и всей деревней. К тому же, это звучало несколько фальшиво, учитывая историю моих нынешних работодателей. Их подобная несовместимость ничуть не смутила. Но в такие моменты люди не думают о последствиях.

Лучшее средство против неловкости - это сделать вид, что ничего не произошло. Поэтому я просто продолжила.