Его малышка на миллион

Глава 5. Злата

В ожидании Нины, заместителя директора по воспитательной работе, я посматривала на часы и пила у себя в кабинете кофе с шоколадным печеньем от физрука Артемия. До собрания у Валентины Васильевны и ее пятого «Г» оставалось тридцать минут, а раньше там делать было нечего.

Я вдруг вспомнила Северскую. Это же та девочка с непослушными кудряшками, которая вместо семьи нарисовала чайку в небе!

«Видимо, у девочки действительно проблемы с восприятием собственной семьи. Или она решила пошутить и нарисовала чайку, чтобы привлечь к себе внимание». В любом случае, надо будет присмотреться к ней получше. И папу на консультацию пригласить.

Внезапно дверь моего кабинета распахнулась. На пороге стояла Нина.

— Злата, беда! Бежим скорее в кабинет физики!

— Что случилось? — отодвигая чашку с недопитым кофе в сторону, насторожилась я.

— Не знаю! Валентина Васильевна на собрание пригласила сотрудника МЧС, чтобы он рассказал об опасностях, которые подстерегают на весенних каникулах, а теперь не отвечает на его звонки и не открывает дверь кабинета! А он уже рядом с нашей школой, волнуется!

— Может, у Васильевны сердце прихватило?! Или давление?! — испугалась я.

— Не знаю! Все из-за этого скандала, что грозились устроить родители Макушевой! А еще директриса на собрание придет! И МЧСник подъезжает! Это катастрофа, Злата! Идем же…

Паника Нины передалась и мне. Едва успев запереть свой кабинет, я бросилась за нею следом. Миновав лестницу, мы оказались у дверей кабинета, в котором скоро должно было начаться родительское собрание.

Нина дрожащими руками вставила ключ в замок и быстро открыла дверь. Я с опаской выглянула у нее из-за спины и напряженно сглотнула.

Валентина Васильевна восседала за своим рабочим столом. Вернее, она не восседала, а частично возлежала на столе.

Вокруг были сложены стопки тетрадей, в ноутбуке был открыт журнал. В правой руке классная руководитель пятого «Г» сжимала авторучку, а левой щекой лежала на раскрытой тетради, которую проверяла. Ее глаза были плотно закрыты, а в классе витал аромат валерианы, мяты и чего-то неуловимого, похожего на терпкий запах специй с восточного базара.

— Валентина Васильевна!

Я тронула классную пятого «Г» за плечо. Никакой реакции.

— Переборщила с египетским чаем! — с досадой воскликнула Нина и указала мне на большую пачку чая с арабскими надписями, которая стояла рядом с ноутбуком. Чай этим утром рекламировала вернувшаяся из поездки в Египет директриса, и каждый из учителей получил пачку в подарок. А мне так и вовсе выдали целых две пачки — делать чай для особо нервных клиентов.

Мы с Ниной напряженно переглянулись.

— Давай попробуем ее разбудить?

— Давай!

Нина выдохнула и осторожно потрогала Васильевну за плечо.

— Валенька, пора вставать! Собрание скоро… — пропела она в самое ухо спящего преподавателя.

Никакой реакции.

— Хм… — Нина потерла подбородок и громко хлопнула в ладоши.

Васильевна даже не шевельнулась.

Мы трясли Валентину Васильевну за плечи, хлопали в ладоши, громко стучали кружкой по столу — никакой реакции. Она спала! Так крепко спала, что не реагировала на наши усилия!

— Вот это успокаивающий чай с травами… Что же с ней теперь делать?! Ее и выстрелом из пушки не разбудишь! — растерялась я.

— Может, оттащить ее вместе со стулом в шкаф? — осмотревшись по сторонам, предложила Нина.

Новый шкаф-гардероб на всю стену в кабинете физики сделал чей-то папа, и им гордилась вся школа. По размерам он ничем не уступал гардеробу на первом этаже. Обычно здесь раздевались все пятые классы, а их в школе было шесть.

Я приподняла бровь.

— А кто собрание будет вести, если мы ее в шкафу спрячем?!

— Придумаем что-нибудь!

— Она в шкаф не влезет!

— Влезет! Он просторный!

— Ладно, давай попробуем…

Мы попытались сдвинуть Васильевну вместе со стулом, но у нас ничего не вышло: сказывалась ее патологическая любовь к сахарным булочкам из школьной столовой.

— Тяжелая! Надо физрука звать! — отдышавшись, в отчаянии всплеснула руками Нина.

— Не успеем: у него занятия по баскетболу в другом конце школы в самом разгаре!

— Добрый вечер! — раздался бархатный баритон. Мы с Ниной нервно вздрогнули и переглянулись.

Кажется, мы так увлеклись, что забыли запереть дверь?!

— Добрый. — Смахнув со лба непослушный локон, я обернулась на бархатный голос.

Ничего себе! Передо мной стоял очень привлекательный мужчина: высокий, статный, широкоплечий. А одет-то как! Один синий пиджак из тонкой шерсти и золотые часы на запястье чего стоят!

Голубые глаза незнакомца с интересом изучали мою персону, и от этого по коже против воли побежали мурашки.

— Вы из МЧС?! — отпустив Васильевну, надтреснутым голосом спросила Нина.

Васильевна шлепнулась щекой на стол и продолжила мирно спать.

— Не совсем, — озадаченно потер квадратный подбородок гость.

— Отлично! Вас мы и ждали! — воспрянула духом Нина. — У нас тут маленькое ЧП! Очень нужны сильные мужские руки! Поможете? Только дверь изнутри заприте, пожалуйста! Иначе нас всех ждет строгий выговор от директора!

Наш гость оказался из понятливых — лишних вопросов не задавал. Сверкнув лукавым взглядом голубых глаз, он быстро запер кабинет на ключ изнутри и подошел к Васильевне.

— Это чем же ее так напоили? — нащупав у нее на шее пульс и осмотрев пачку египетского чая с ароматами мяты, валерианы и чего-то очень чарующе восточного, поинтересовался он.

А я вдруг уловила аромат его мужской туалетной воды, терпкой и одновременно сладковатой, и от этого аромата у меня голова пошла кругом.

— Новый чай из Египта! Нам сегодня утром директор подарила! Всем привезла по пачке, чтобы мы нервы успокаивали! — с досадой махнула рукой Нина. — А вы ведь из МЧС? Вы должны знать, как привести ее в чувство! Вас же учили оказывать первую помощь?