Предел

Глава 38

Горгулья отодвинулась, открывая взору лестницу, что спирально поднималась вверх. Я поднялась и постучала. Дверь открылась, и профессор Дамблдор пригласил меня войти. Мне удалось сделать лишь пару шагов, потом я остановилась. Кроме директора в кабинете находились ещё четыре декана, и мне резко захотелось развернуться и сбежать.

– Ой, – фраза вырвалась сама по себе, – а можно я в другой раз зайду?

– Кхм, – кашель седого волшебника утонул в его бороде. – Боюсь, что вы нужны нам именно сейчас, мисс Мэйлин.

«Ты чего? – пытался встряхнуть меня внутренний голос. – Логично же, что перенос тебя обратно потребует больших энергетических затрат. Они наверняка решают, не дешевле ли тебя оставить здесь».

«А извиниться за вакханалию кое-кто не хочет?» – зло подумала я.

«Сомневаюсь», – честно сказал ВэГэ.

Собственно, я и сама сомневалась.

– Проходи, Лена, садись, – предложил седовласый маг, указывая на кресло наискось от себя. – Разговор будет долгим. Может, чаю?

На столе директора вдруг появился сервиз на шесть персон, а также выпечка и какие-то сладости. Замечательный аромат в другое время приободрил бы меня и порадовал. Но после памятного пира вызывал только тошноту. Моё лицо исказила гримаса, а руки на инстинктах потянулись ко рту.

Чай, со всеми прибамбасами, тотчас исчез. Вместе с запахами, кстати, тоже.

«Какая хорошая бытовая магия!» – не смогла не оценить я.

«Или эльфы», – заметил Голос.

Теплые ладони старого мага сжали мои плечи. Директор Дамблдор опустился на колени, заглядывая в мои глаза.

– Простите меня, Лена. Я забыл о вас и о грозящей вам опасности. Слишком поздно накинул щит.

Тихий голос волшебника успокаивал, на сердце становилось теплее, боль и страх уходили. А он, тем временем, продолжал.

– Безусловно, мисс Нейл очень помогла вам. Именно ей вы обязаны спасением себя как мага.

Я, абсолютно успокоенная словами директора, согласно закивала. Величайший волшебник всех времён довёл меня до кресла, усадил и направился к своему столу. Было очень приятно, что такой важный человек позаботился обо мне. Он даже не погнушался стать на колени, чтобы попросить прощения.

Вдруг мне в лоб прилетел хо-о-о-ороший подзатыльник!

Внутренний голос ёмко и весьма нелестно высказался о моих умственных способностях. О том, что меня приняли за лохушку, попытались задёшево отделаться, а заодно, сделать обязанной. В общем, такие слова в приличной книге не печатают. В итоге, он, правда, заявил.

«Ладно, зато старик убедился в твоей лояльности, и теперь снизит бдительность. А ты – не давай ему повода подумать иначе! Иначе директор так запудрит тебе мозги, что я уже не расчищу», –  предупредил ВэГэ.

«Спасибо, кстати», – ответила я.

– Нам стало известно, что у вас есть определённые психические сложности, – продолжил Дамблдор.

– Сложности? – переспросила я, пытаясь понять, кто меня сдал.

Четыре декана, тем временем, тоже уселись в кресла, и получился такой кружок во главе с директором.

– Да, я рассказала о тебе, Лена, – объяснила, между тем, моя декан. – Прощальный пир вызвал у тебя сильнейший страх.

«Ну, допустим, сильнейшие страхи у меня и раньше случались, но пусть так», – я согласно кивнула.

– Однако, мы также наблюдали за вами весь этот год, и не заметили никаких нарушений адекватности. Магия Хогвартса также считает вас вполне стабильной, – спокойно сказала декан Гриффиндора.

«Хорошие новости, однако», – заметил Голос.

Декан Стебель, тем временем, достала сгусток энергии жёлтого цвета, размером со спичечный коробок, и показала мне.

– Так видит тебя магия замка, – сказала она мне, – жёлтый цвет означает стабильность.

– С учебной программой вы с натяжкой, но справляетесь, ведёте себя достойно, – добавил профессор Флитвик. – Поэтому вас никто не намерен отчислять.

«Фух, здорово!» – подумала я.

– Однако, не стану скрывать, что после пятого года нам с вами придётся распрощаться, – сурово сказала профессор Макгонагал. – Трансфигурацию старших курсов вы не осилите.

«Это для меня уже очевидно», – признала я и просто кивнула в ответ.

– И курс заклинаний, скорее всего, тоже, – добавил маленький профессор. – Сложность возрастает с каждым годом, – его голос был спокойным, с лёгким оттенком грусти. – Вы тоже улучшаете навыки, но, боюсь, слишком медленно.

«Печально это слышать, но чего-то подобного я ожидала».

– Профессор Стебель? – спросил директор моего декана.

Глава Барсуков тяжело вздохнула, помолчала секунду другую, потом всё же перевела на меня взгляд и сказала.

– Лена, мой предмет – тоже не простой.

– Всё понятно, профессор, – ответила я ей, чуть улыбнувшись.

Что ж, печально, конечно, что я оказалась настолько слабой, и после предварительной аттестации никто не хотел продолжать меня учить. Но хотя бы пять лет у меня были.