Я знаю, мы найдем родителей! История Питера.

Глава 34.

Зимнее солнце сияло над их головами, а под ногами приятно хрустел снег, что выпал сегодня рано утром, создавая волшебную атмосферу вокруг замка, что, впрочем, было не долговечно, и причем очень, к сожалению, ведь уже были видны разводы и слякоть вокруг, так как на удивление в это время года еще не было сильных морозов, что было аномально для этого региона, и все постепенно таяло, к великому несчастью оставшихся учеников, которые очень сильно ждали игры в снежки, обсуждая это за приемами пищи практически ежедневно. Но видно не в этом году, эх…

Дорога была на удивление пуста, а деревня, что уже виднелась вдалеке, сияла тысячами волшебных огоньков, что были развешаны на крыше каждого дома, что значительно прибавляло баллов к настроению, даже несмотря на то, что Рождество закончилось.

Питер и Роза, одетые в теплые мантии с вышивкой их факультета, медленно и размеренно шагали по направлению к Хогсмиду, будучи в предвкушении от скорого возвращения друга и перекидывались фразочками между собой, совсем как в игре пинпонг.

Левент, ну а точнее юный Поттер напоминал в последние дни нахохлившегося воробья и мало с кем разговаривал кроме отца, впрочем, Уизли это никогда особо не останавливало, что раздражало Питера еще больше, но он лишь закатывал глаза и молча (почти) покорялся своей судьбе, изредка ухмыляясь в ответ на попытки Розы вывести его на нужный ей разговор, но не сдавал, так сказать, оборону, отгородившись ото всех как только мог. Благо хоть папа не давил на него.

- Думаешь ему что больше понравится мятные леденцы или шоколадная лягушка, а? – смешно нахмурившись спросила его девочка, в который раз пытаясь завести с ним бесполезную и отвлеченную беседу, чтобы развеселить.

«И зачем я вообще предложил прогуляться?!» - мелькнула у Питера предательская мысль, пока он смотрел в лучистые глаза подруги, откровенно желая, как и все эти мерлиновы дни, сказать ей какую-нибудь гадость, чтобы она наконец от него отстала, но не мог выдавить из себя и слова, ведь она как всегда слишком мило улыбалась ему, отчего все ужасные слова, что он знал в избытке (спасибо детдомовскому воспитанию и Менинксу лично!) вставали комом в горле и заранее становилось стыдно за них, а щеки смущенно краснели, благо она этого в упор не видела, или делала вид, что не видит.

- Мне-то откуда знать. – пробурчал он себе под нос, отворачивая свое лицо и пряча щеки в объемном красном шарфе, что связала для него бабушка Молли на Рождество.

- Но ты же его лучший друг! Ты должен знать! – заупрямилась Роза, все так же продолжая счастливо улыбаться ему. Ей было хорошо, и она буквально делилась этим с ним, по крайне мере Питеру казалось именно так в эти дни.

- Я его мысли не читаю. – пробурчал он в ответ, сам себе сейчас напоминая дядю Северуса, когда тот разговаривал абсолютно с любым человеком, может помимо только его, Розы, Демиана и тети Гермионы, от присутствия которой вообще всегда подозрительно добрел и спускал всем все с рук, даже его отцу. Они с Демом уже давно просекли эту фишку, активно пользуясь. -  К тому же ты тоже его лучший друг, сама знаешь. И вообще это ты нас Золотым трио окрестила, так что отрабатывай.

- Ты его больше меня знаешь, вы же с пеленок вместе, что вполне закономерно, как по мне. А что насчет Золотого трио, так это было еще логичнее, не находишь? Твой папа – Гарри Поттер, мой папа – Рон Уизли, а мама Демиана – Гермиона Грейнджер. Мы скажем так продолжатели их славного дела. Сама судьба свела нас. Или магия. Она умнее нас.

- Ага, и для чего же это нас свели вместе эти твои «высшие» силы? В школе беспорядки устраивать? – не смог он удержаться от шпильки, показательно нахмурившись, впрочем, ее слова немного удивили его, заставляя напрячься и в который раз попытаться понять, что же такое она конкретно имела ввиду. В этом по сути и заключалось тесное общение с Розой Уизли – из всего многообразия ее речи, выловить основную мысль и не накосячить в нужный момент, будучи полностью спокойным и уравновешенным, ведь иногда буквально хочется ее придушить за эти фразочки.

- А ты бы хотел с Воландемортом воевать, как твой отец? – а вот тут Роза его буквально положила на лопатки одной фразой и милой улыбочкой. Спорить было бесполезно после этого, и он просто отвернулся от нее, пытаясь скрыть улыбку и смешок, что стоял в горле.

«Сделала! Опять, Мерлин меня побери! Дем, ну возвращайся уже поскорее, она невозможна! И спорить с ней невозможно!» - мелькнула независимо от него эта мысль, которая появлялась у него буквально постоянно, как они вернулись в школу, пока он раздумывал, что может сложить руки в молебном жесте, ведь, чем Крювокрыл не шутит и это сработает, и Грейнджер вернется каким-то чудом раньше?

Несколько минут они шли молча, но Питер, несмотря на свой сарказм, все время в мыслях прокручивал ее слова и все больше приходил к выводу, что она не просто так это ему сказала. Роза Уизли вообще мало чего просто так делала, но разговорить ее было той еще задачкой со звездочкой, поэтому, пользуясь ее тактикой, он зашел издалека, ну или почти издалека:

- Роуз?

- А?

- А ты специально к нам тогда с этой книгой подошла? Познакомиться хотела? Знала про нас? – задал он вопросы, что давно волновали его и буквально вертелись на языке.

Нет, Роза Уизли – это тот еще ребус, но он довольно долго общался с ней, чтобы понять: не нужен ей никто кроме себя, ей хорошо в своем собственном мире, что существует у нее определенно в голове, впускать в который других она не намерена, и исключению подлежат только члены семьи и вот теперь и они, что было странно, как не посмотри. Она ведь сама, сознательно и целенаправленно стремилась к дружбе с ними, как могла и умела, когда других буквально обходила стороной, особенно после нескольких брошенных ею фраз, что в последствие оказались правдой, что поставили ее на один уровень с Трелони и вызывали у девочки лишь огромное желание треснуть любого, кто еще хоть раз спросит у нее, какая у него будет в будущем та или иная оценка по определенному предмету.