Первая любовь

Глава 6. Кое-что о любви и поцелуях

Странное я испытала чувство при виде этой девушки. Неприятное. Казалось бы, с чего мне ревновать? Мы же только друзья с Глебом... но эти её намёки на их близкие отношения... Наверное, есть такой особый тип ревности, когда ревнуешь друга к его личной жизни. Просто из чувства собственничества. Мне сразу стало стыдно за это чувство, и я постаралась как можно натуральнее изобразить его отсутствие.
- Маш, это... не то, что ты подумала... - красный, как рак, сказал мне Глеб, когда его девушка исчезла из поля зрения.
- Что ты такое говоришь! - воскликнула я, изо всех сил придавая голосу беззаботные интонации, но он почему-то всё равно звучал неестественно и визгливо. - Я ведь не маленькая, Глеб, и ты... такой... симпатичный и свободный молодой человек. Вполне естественно, что ты нравишься девушкам...
Он оторопело слушал мою странную речь, только мимикой да цветом лица проявляя свои чувства.
- Вот только мне кажется, - продолжала я натужно, - что ты уж очень грубо с ней разговаривал... Надо с девушками вежливее, ммм... нежнее обращаться.
- Она не моя девушка! - наконец в гневе вскричал Глеб. - Это просто... ш... вертихвостка какая-то!
- Но у неё явно есть претензии на твоё внимание...
- Мало ли, кто что воображает! Я же не обязан чужие иллюзии оправдывать.
- То есть, ты не давал ей ни одного, ни малейшего повода думать, что она тебе нравится?
Глеб потупился и покраснел ещё гуще. Я и радовалась, что у него такая честная натура, и немного грустила, что, по всей видимости, повод он этой девушке давал.
- Глеб... - я тронула его за руку, и он тут же ухватился ею за мою ладошку. - Ты ведь сам только что сказал, что не можешь мне указывать, с кем общаться. Так же и я. Это твоё личное дело, чем, когда и с кем ты занимаешься...
Я видела, что мои слова отнюдь не удовлетворили его. Наоборот, только расстроили ещё больше. Однако руку мою он не отпустил, а потянул меня дальше по улице:
- Пойдём, а то у меня время закончится.
Идти пришлось совсем недолго, но уже к тому моменту, как грунтовая дорога превратилась в узкую тропинку, напряжение между нами заметно спало. Глеб крепко держал мою ладошку своей крупной тёплой рукой, и от этого по моей груди разливалось умиротворённое тепло.
- Ну что, Манюня, ходила к своей ведьме?
- Угу.
- И как оно?
- Не страшно. Она очень добрая. И я бы не назвала её ведьмой. Скорее, знахаркой.
- А зачем ходила-то?
- С племянницей её знакомиться.
- О. Молодая ученица ведьмы?
- Нет, она не обучается. Просто живёт. Очень милая девушка. Дина. Ты знаешь её?
- Никогда не видал.
- Она такая красивая и печальная. Как Василиса Прекрасная в плену у Кощея.
Глеб рассмеялся.
- У тебя красивый смех, - заметила я. - Приятно его слушать.
- Взаимно, - пробормотал он смущённо. - Но я, к сожалению, не умею тебя так смешить, как ты меня. Что ни слово, то анекдот.
- В общем, мы с Диной завтра пойдём на рассвете йогой заниматься. Она инструктор.
- Не одно, так другое, - усмехнулся Глеб. - Все эти восточные женщины - странные...
- Что странного в йоге?
- Она не имеет отношения к реальной жизни.
- К деревенской, может быть. В городе это давно часть жизни. Даже не экзотика.
- Ну да, где уж нам, - хмыкнул мой друг с лёгкой грустью.
- Зато у вас тут свои прелести.
- Какие?
- Ну, вот, лес, например. Такой красивый...
Я наклонилась и невесомо провела пальцами по листьям папоротника.
- Нравится? Можем с тобой в поход сходить на целый день. Рано утром выйдем, а вернёмся к закату. Костёр пожжём, сварим на нём похлёбку... Я знаю хорошие места. А если тебе понравится, то можно и с ночёвкой. Спальники и пенки я добуду. А то и палатку... - он задумался.
- Ого! Ночевать под открытым небом?! - восхитилась я.
- Да. Пробовала?
- Нет, никогда. Я не ходила в походы...
Он усмехнулся, но не презрительно, а наоборот - по-доброму, даже ласково.
- Надо будет и Дину с собой взять! - придумала я.
- Ты торопишься! Видела её раз в жизни и уже подружилась...
Я пожала плечами:
- Иногда всё сразу понятно. Знаешь, есть такая наука - физиогномика.
- Знаю. А ты что, её изучала?
- Нет. Но почему-то иногда по некоторым лицам сразу понимаю, что за человек. Не может такая красивая девушка быть плохой.
- Как раз наоборот, именно красавицы и бывают чаще всего заразами. Ну, ты - исключение.
Меня бросило в жар, и чтобы не подать виду, я фыркнула:
- Скажешь тоже! Красавицу нашёл...
- Я красивее тебя никого не встречал, - он сказал это, не поворачиваясь ко мне, продолжая вести меня вперёд по тропинке, но уши его сделались малинового цвета.
Уф, как неловко! Я ведь такая... рыжая-рыжая-конопатая... Но почему-то, когда комплимент мне сделала Гульназ, это не смущало так сильно, а тут - аж в пот бросило. Чтобы отвлечься от этих рассуждений, я опять заговорила:
- Но она не такая. У высокомерных красавиц самомнение на лице написано, а у Дины там доброта, мягкость, печаль...
- Ясно-ясно, - пробормотал себе под нос Глеб, остановившись на небольшой полянке и задумчиво оглядываясь. Явно разговор про Дину не вызывал у него интереса.
- Ну вот, смотри, - он с неохотой отпустил мою руку и указал на кусты с характерными листиками. - Надо их приподнимать и заглядывать под низ.
Глеб вручил мне маленькую корзинку, и я послушно принялась выполнять эту инструкцию, ползая сначала на корточках, потом на коленях, а под конец уже и на четвереньках. Наш с Глебом разговор то прерывался, то опять возобновлялся:
- А ты не хочешь попробовать позаниматься с нами йогой?
- Ага! Чтобы чувствовать себя там дубиной нескладной?
- Почему это?
- Ну, йога - это же там, где надо в косичку завязываться?
- Не обязательно. Там разное есть, и уж конечно, в косичку - это не для начинающих.
- Нет-нет, спасибо, увольте. Я только если посмотреть...
- Ага, щас!
- Да не переживай. На рассвете я обычно занят.
- Чем?
- Работой по хозяйству.
- Какой? А можно посмотреть? И... помочь?
- Боюсь, тогда твои пальчики перестанут быть такими нежными...
Я опечаленно посмотрела на свой розовый гель-лак, который неосмотрительно нанесла перед каникулами. Надо было просто снять, а то где тут коррекцию делать?
Глеб тоже складывал ягодки в ту маленькую корзину, которую выдал мне, и делал это намного чаще, чем я. Когда она наполнилась, он забрал у меня ношу и снова взял за руку. Какое-то время мы шли молча, но на лице моего друга отображалась напряжённая умственная работа. Наконец, примерно на середине пути он спросил сдавленным голосом:
- Маш, а ты... с парнями встречалась? Ну, в школе, там...
- Нет, - как можно беззаботнее ответила я, а сама вспыхнула с головы до ног.
- Чудеса! - выдохнул Глеб. - Ну хоть... целовалась? Хоть раз?
- А в щёчку с двоюродным братом считается? На Пасху...
- Нет.
- Тогда нет.
Он закусил губу и нахмурился. Мне было обидно. И чего это я никогда не целовалась? Смешно же: восемнадцать лет человеку и - полное отсутствие опыта. Скрывать не стану, мне хотелось. Когда смотрела какие-нибудь романтические фильмы, воображала себя на месте героини... Подружки мои некоторые на свидания ходили и рассказывали, что на самом деле это не особенно приятно - целоваться. Там, слюни и всё такое... Но я верила, что это зависит от того, с кем. Ну, чтоб любовь была прям настоящая.
Глеб вдруг остановился и дрожащим голосом предложил:
- А хочешь, я тебя поцелую?
- Прямо сейчас?! - изумилась я.
- Ну.
- Ой, нет, я не готова...
Он нервно рассмеялся:
- К чему ты там готовиться собралась?
- А ты считаешь, что первый в жизни поцелуй - это ерунда?
- Нет, первый, конечно, не ерунда.
- И ещё... Глеб... как же мы будем целоваться, если мы друзья?
- А почему нет? Не родственники же, - кажется, у него сбивалось дыхание.
Я задумалась, а он пошёл дальше, увлекая меня за собой.
Хочу ли я, чтобы он меня поцеловал? Не знаю даже... С одной стороны, интересно, конечно, как это. И Глеб - он такой симпатичный, губы у него... красивые: не тонкие, не слишком пухлые - мужественные такие губы. А с другой, разве с друзьями целуются? Это как-то неправильно. Вот влюблюсь как следует - тогда уж...
Влюбиться в Глеба? - эта странная мысль пронзила моё сознание, и я с удивлением посмотрела на своего спутника, будто в первый раз. Нет, нетрудно в него влюбиться, но как-то неловко. Что ж, такая дружба - коту под хвост? Жалко...