Я (не) ваша мама

6. Патенты

На следующее утро я всё-таки заставила себя взяться за патенты – я собиралась сделать это еще до приезда Элмерзов, но всякий раз находились какие-то другие дела. То предложение, которое сделал Чарльз – продать все патенты разом – меня совершенно не устраивало. Да, среди тех пятнадцати патентов, что принадлежали Карлайлам, были и достаточно ценные, и совершенно бесполезные, но продавать их сейчас было совершенно неразумно. Пусть это и позволило бы хоть немного поправить финансовое положение семьи, но сильно усложнило бы некоторые бытовые вопросы.

К тому же, патенты придавали их владельцам особый статус, и мне было странно, что мистер Элмерз этого не понимал.

Патентная система была введена в Эрландии в прошлом столетии – до этого маги, которые были способны придумывать заклинания, были вынуждены сами заботиться о сбережении своих секретов. А ради того, чтобы завладеть текстами этих заклинаний, дурные люди порой готовы были пойти на преступления – кражи, пытки и даже убийства. Теперь же охрана магической собственности стала делом государства.

Маг, придумав заклинание, просто патентовал его, платя за это определенную пошлину. А далее уже мог использовать изобретение самостоятельно или продать его Королевской патентной службе, которая уже выставляла патент на применение заклинания на торги.

Учитывая, что магов, способных придумывать новые заклинания, становилось всё меньше и меньше, любое, даже самое простое из них, стоило немалых денег, и продажа патентов на их использование стала весьма весомой статьей в государственном бюджете Эрландии.

Самые ценные заклинания – вроде тех, которые позволяли перемещаться на большие расстояния с использованием порталов, – стоили баснословных денег и были доступны только королевской семье и наиболее обеспеченным аристократам.

Я на миг задумалась о порталах и мечтательно улыбнулась. Ах, как было бы удобно иметь подобный патент. Я бывала в столице Эрландии лишь однажды – это было наше с Майклом свадебное путешествие – и до сих пор с восторгом вспоминала ее красивые парки и площади. Но до Эмберли было не меньше двух дней пути, и такое путешествие было и недешевым, и утомительным.

Разумеется, при такой стоимости патентов находились желающие использовать заклинания незаконно, и для пресечения подобной практики потребовалось ужесточить Магический кодекс Эрландии – теперь нарушителям грозил не только серьезный штраф, но и несколько лет тюрьмы.

Зато те, кто владел хоть какими-то патентами, уже за одно только это считались людьми солидными и уважаемыми. И потому я не намерена была идти на поводу у Чарльза Элмерза и позволять ему продавать патенты оптом. Нет, разумеется, с оставшимися десятью патентами он может делать всё, что заблагорассудится, но хотя бы пять я имела право сохранить.

Я еще раз пробежала взглядом по списку патентов. Некоторые из них мысленно отбросила сразу. Вот, например, заклинание фейерверков. Да, когда небо расцвечивается множеством ярких вспышек, это красиво, эффектно и позволяет произвести впечатление на маленьких детей и сентиментальных барышень. Но практической пользы от такого заклинания нет никакой, а уж в том положении, в котором мы оказались сейчас, нам и вовсе было не до развлечений.

Несколько патентов были связаны с заклинаниями, применявшимися на конном заводе – они позволяли кормить и поить лошадей, а также поддерживать чистоту в стойлах без особых усилий. Наверняка эти патенты лучше продать вместе с самим заводом – другим покупателям они будут не слишком интересны.

Дольше всего я думала над заклинанием, дававшем возможность работать магическим кристаллам света – оно было одно из самых полезных. Но имела ли я право забирать его у детей? Я представила себе, как этот огромный дом погрузится в полумрак (а при экономности Элмерзов трудно было ожидать, что они станут зажигать по несколько свечей в люстрах и канделябрах), и содрогнулась.

Но с другой стороны – если я не возьму этот патент себе, Чарльз просто продаст его. Я поставила галочку напротив этого заклинания и встряхнула головой, прогоняя совсем не к месту проснувшуюся совесть.

От раздумий меня отвлекли голоса под окном – Элмерз беседовал с кем-то, чей голос показался мне знакомым. Я невольно прислушалась.

– Вы же понимаете, мистер Элмерз, мне нет никакого резона покупать весь конезавод – мой собственный ничуть не уступает карлайловскому. Да, возможно, я не откажусь от некоторых патентов, которые принадлежали Майклу, но не более того. В первую же очередь меня интересует Альтаир. Я предложил вам за него солидную сумму и, уверяю, больше, чем я, за него вам никто не даст.

Я, наконец, узнала этот голос. Барон Джексон – главный конкурент Майкла в деле разведения лошадей. Во многом именно благодаря его порой не слишком честным действиям Карлайлы и оказались в столь тяжелом финансовом положении. Быстро же мистер Элмерз его нашел. Хотя, скорее, это он нашел мистера Элмерза.

– Но поймите и вы меня, лорд Джексон! – воззвал к гостю Чарльз. – Если я продам вам Альтаира, то кто купит у меня всё остальное?

Барон хмыкнул в ответ:

– Если вы не найдете покупателя на других лошадей, вы сможете продать их на скотобойню. Но не расстраивайтесь, мой дорогой друг, я готов увеличить обозначенную сумму, если к Альтаиру вы добавите несколько патентов, которые меня особо интересуют.

Голоса затихли – должно быть, собеседники, удалились в парк, – а я всё еще не могла прийти в себя. Кого они собираются отправить на скотобойню? Белогривую Снежку? Темную, как ночь, Пантеру? Могучего и верного Норда?