Перерождение. Часть 1

Глава 9. ч.2

.

Алексей с Наташей спустились в вестибюль. Выходя, Алексей автоматически придержал дверь, пропустив Наташу вперед. Она, смутившись, неловко проскользнула в двери и задержалась на крыльце.

- Алексей Николаевич, - зардевшись начала она, - может я все же сама доберусь, мне неудобно так…

- Наташа, что за проблема! Мне не составит труда отвезти тебя, не на себе же, на машине, - шутливо добавил он, улыбаясь.

Наташа тоже улыбнулась и в глазах ее промелькнуло прежнее лукавство.

- А я далеко живу.

- Вот и покатаемся. Ты мне про себя расскажешь, - подходя к машине и открывая дверцу продолжал Алексей, - забирайся!

Закрыв дверь, он обошел машину, сел за руль и тронулся.

- Ну, куда едем? – как заправский водитель лихо спросил он.

Наташа назвала адрес и Алексей удивленно воскликнул:

- Как же ты туда добираешься? Это ж на краю света?

Наташа только пожала плечами:

- Вот так и добираюсь… - и умолкла, пригорюнившись.

Алексей, чувствуя неловкость девушки, перевел разговор на произошедшие весной события.

- Расскажи мне, что тогда, в лицее произошло? Никто ничего толком не знает, привезли в больницу, а что и как, неизвестно.

- Ой, Алексей Николаевич!- Встрепенулась Наташа, разом забыв про неловкость и огорчения.- Сели мы, значит, с вами на скамейку, я начала рассказывать, что хочу в колледж поступить. А потом глянула на вас, а вы сидите, как неживой! Прямо серый весь, голова откинута, зубы стиснуты, руки в скамейку вцепились! И не дышите! Я так перепугалась! Зову вас, зову! А вы не отвечаете, и глаза не открываете! – Наташа судорожно вздохнула, видимо вспомнив ту страшную ситуацию, всхлипнула и продолжила, - а потом я побежала к дяде Пете, кричу ему, дядя Петя, дядя Петя! Там Алексею Николаевичу плохо!

А он как рявкнет! Врача! Быстро!!!! Я прямо подпрыгнула и побежала к Лилечке. Ну это мы так врача нашего, Лилию Викторовну, зовем. Лилечка как услышала, схватила чемоданчик свой и бегом к вам. Даже халат не одела! Я потом следом за ней побежала, а вы уже лежите на скамейке, дядя Петя вас держит, а Лилечка укол делает. Вот. А потом вы дышать стали, нормально дышать. Потом скорая приехала, вас увезли. Я потом спрашивала, никто ничего знал про вас. А тут вас увидела, просто не поверила! – она опять попыталась всхлипнуть.

- Ну все-все.. все ведь хорошо? Я живой, видишь? Даже вот машину веду. – пошутил Алексей. – да мы еще всех переживем!

- Алексей Николаевич, я так рада! – глядя на него огромными блестящими от слез глазами воскликнула Наташа, - Вы даже не представляете, как я рада, что вы живой!

- А уж я-то как рад! – усмехнулся Алексей, невольно поддавшись ее очаровательной непосредственности.

- Наташа, ты в колледж-то поступила? В какой? – продолжил он.

- Поступила… - нахмурилась опять Наташа. – в торговый…

- Это хорошо, что поступила, - продолжал Алексей, не замечая явного нежелания Наташи говорить на эту тему, - и как учеба?

- Да так… - нехотя ответила он, пожав плечами.

Бросив взгляд на девушку, отметив ее насупленный вид, Алексей не стал продолжать расспросы и стал рассказывать о себе. Говорилось легко, как в старые времена, когда они семьей ездили в поезде на море, и случайные попутчики охотно рассказывали о себе то, что иногда не смогли бы доверить даже самым близким людям. Так и сейчас, Алексей вдруг рассказал Наташе о своей любви, о разочаровании, о том, что после больницы почти полгода пытался убежать от себя и от своей боли, и о том, что впервые после того случая приехал домой. Закончив рассказ, он замолчал. Наташа тоже помолчала, но не вытерпев, тихо спросила:

- Это ведь она?

- Да. – ответил Алексей, прекрасно понимая, кого имела в виду Наташа. Они помолчали еще немного. А потом девушка так же тихо заговорила:

- Алексей Николаевич, я тоже вам все расскажу…

Я, конечно, поступила в колледж. Да что там не поступить! У меня и экзаменов-то, не было. Я же сирота, нас и не гоняют. А потом я из лицея такого! Я в этот лицей еще когда мама с папой были живые пришла. Маленькая еще была. Тогда мы хорошо жили, деньги были. А родители оба археологи. Ездили все время. А больше никого у нас не было, вот я со второго класса и живу в лицее. Сначала-то неплохо было. Мама с папой приезжали, домой меня забирали. А потом они разбились на самолете, вместе разбились. Я в лицее осталась. Говорят, нельзя было сироту исключать, вот и повезло мне, что в таком лицее училась. Способностей-то у меня немного, наверное, исключили бы, если бы родители живы были. А так вот закончила. А в колледжи из него вообще всех сразу берут, только на несколько вопросов о себе надо ответить. Типа почему к ним пришел, да о чем мечтаешь… ерунду всякую спрашивали.

Наташа задумалась, а Алексей не торопил ее, слегка снизив скорость и спокойно глядя на дорогу.
Помолчав, она продолжила:

- Это в июле было… Я как раз в свою квартиру переехала, только мне восемнадцать лет исполнилось. До этого-то нельзя было, квартира опечатана, говорят, до совершеннолетия была. В общем, перебралась я. Квартира вроде хорошая у нас была, двухкомнатная, но большая, в центре. Я как-то не очень в них разбираюсь. Считай, ни больших, ни маленьких не видела. Переехала я значит, сначала радостная была, а потом все закрутилось, не пойми как. В квартире вроде и не жил никто, она какая-то пустая и грязная. И мебели никакой почти нет, и вещей тоже. Но я же помню, что когда я была маленькая, все в доме было, и чисто, и красиво, и вещей много всяких было, и посуда… и еще игрушек много было. А еще мама с папой все время что-нибудь интересное привозили – маски всякие, кости какие-то, даже череп один раз привезли. Я его так боялась! А папа унес к себе в комнату, поставил на стол и смеялся, что «йорик», он череп так называл, сам меня боится. Так вот в квартире вообще ничего из этого не осталась. Даже «йорика», и папиного стола….