В погоне за мечтой, или Как не убить попаданку

Глава 5

Я не была одинока в своём понимании, что полный песец подкрался, откуда не ждали. Мы всей толпой первокурсников стояли с открытыми ртами. Водяные копья чередовались воздушными лезвиями, огненными струями и шарами, вихрями, черные торнадо сменялись искрящимися, явно острыми, снежинками, красивыми, но смертельно опасными. Каюсь, панические мысли о смене факультета меня посетили, за время показательного выступления маэстро, раз пятьдесят. Куратор же легко и непринуждённо проходил полосу, уходя от атак, ставя щиты, перенаправляя заклинания. Эта безумная красота притягивала взгляд, не давая оторваться, и главным словом здесь было — “безумная”.

Преодолев последний ледяной смерч с миллионами острых льдинок и снежинок, он встряхнулся, как собака, всем телом и пошёл в нашу сторону лёгким, пружинящим шагом. Ёжики колючие, это что, сейчас мы пойдём на эту страхолюдину?! Мысли панически метались в голове, а тело привычно собираясь, готовилось к выходу на татами. Да, это не тренировочный бой в моем мире, но я не привыкла отступать, но и ринуться в единоборство с магией… Нет, мне говорили, что я безрассудная, но не настолько же?

— Итак, девчонки! — кто-то из задних рядов вякнул: “Мы не девчонки!” — Кто сказал? — рыкнул мастер, грозно осматривая наше сборище. — Чтобы я вас называл парнями, надо это заслужить. Ну, а так, как вы ещё девчонки, то убираю почти все заклинания и вы будете проходить полосу для детей, — он пару раз щёлкнул пальцами и на полосе остались обычные воздушные вихри, совершенно нестрашные и огненные шары, что метались в хаотичном танце.

Это было хорошо и радостный гул за спиной дал мне понять, что я не одинока в своих мыслях. Но страх никуда не делся, эти парни выросли в мире магии, наверняка, умеют ей пользоваться, а я? А как же я?

— Итак, первый — пошёл! — хлопнул первого попавшегося по плечу куратор.

Это был длинный парень и как так оказалось, что я стояла за ним, не знаю, хотя была где-то в середине толпы. Парень старался проскочить полосу, где-то притормаживая, а где-то практически летя по воздуху, перекувыркиваясь и делая немыслимые сальто. Я видела как его пару раз задело. Правая рука начала кровоточить, а левую ногу стал подволакивать. Скорость упала, но сцепив зубы, он пёр вперёд. Я проходила это испытание вместе с ним, эмоционально переживая и дёргаясь вслед его движений. Он вышел с полосы препятствий и пробежал чуть дальше, видимо не понимая, что она пройдена и осталась позади.

Я больше не смотрела на него. Хагрин хлопнул меня по плечу и я сорвалась в бег. Мозг фиксировал все движения препятствий, а тело, казалось, жило самостоятельной жизнью. Торнадо обогнула по широкой дуге, чуть не врезавшись в файербол, летящий в лицо. Его жар опалил, было ощущение, что сгорели брови. От неожиданности закрыла лицо руками и взвизгнула. Откуда-то изнутри меня поднялась волна, закрывающая, оберегающая, родная.

Все звуки стихли, не понимая что происходит, открыла глаза. Полосы препятствий не было. Деревянные перекладины, мосточки и прочее — догорали. В шоке обернулась к мастеру, выискивая его глазами среди разрухи. Он стоял полуобгорелый, с прорехами в штанах и дымящийся, словно копчёный окорок, а ребята жались за ним, закрытые тонкой, переливающейся плёнкой, видимо защитной. “Странно, почему себя не прикрыл, а только парней?” — промелькнула мысль и скрылась в извилинах. Куратор так полыхнул глазами, что я поняла, надо бежать. И даже успела пройти пару шагов, когда завязла в странной черной субстанции, клубящейся по ногам и не дающей сделать и шагу.

— Что у вас тут происходит?! — грозный рык, заставил чуть присесть.

— Уникум у нас тут случился, — прорычал куратор, сверкая глазами и обещая все кары небесные и от него в придачу.

— Не понял? — мотнул головой ректор. — Взрыв кто устроил? И чем шарахнули так, что порвали всю защиту полигона в клочья? — мужчина был в бешенстве и то, что я видела вчера, когда на меня орали, были цветочки.

Эрландер Кайлас еле сдерживался, это было видно и по черным, как ночь глазам без белков, и по черному мареву, что клубилось вокруг его фигуры.

— Эрл, успокойся! — бесстрашный у нас куратор, я бы так не смогла. — Это не шалость, а тут первогодки!

Ректор, надо отдать ему должное, быстро взял себя в руки, осмотрел нас всех, пару раз вздохнул, прикрыв глаза и вернулся в нормальное состояние. Бррр… Страшный человек!

— Так, что тут произошло? — как-то устало повторил он свой вопрос Хагрину. — Объясни, толком.

— Адепт, как вас зовут? — куратор повернулся уже ко мне, и взгляд ректора тоже метнулся в мою сторону.

— Алекс Фокс, — ответила на автомате, видя, как ректор прищуривается, потом у него появляется узнавание, и удивление на лице сменяется злостью.

Ох! Мамочки, верните меня обратно, я боюсь этого мужчину.

— У адепта Фокса очень большой потенциал, мальчишка с испугу жахнул так, что… ну, сам видишь…

— Адепты, по комнатам, а вас, — он глянул на обгоревшего куратора, — и вашего Алекса Фокса попрошу пройти к лекарям.

Он, не дожидаясь нашего исполнения, развернулся, а я посмотрела на ноги…

— А я не могу, — голос подвёл и получилось пискляво.

— Предлагаете, на руках вас отнести? — рявкнул ректор, тут же выходя из себя.

Неплохо бы, а то ноги не держат, но только не он…

— Мне бы, это… но у меня ноги... — показала очевидное и увидела как мужчина смутился.

Ну надо же, а я думала он только орать умеет и злиться. Я медленно плелась за куратором и ректором, честно говоря, лучше бы сбежала в общагу. Но противиться приказу Эрландера Кайласа было страшно. А куратор тем временем рассказывал, что произошло, с интересом посматривая на меня через плечо.

Эрландер Кайлас…

Этот год обещал быть жарким! Огненные мальчики и так всегда доставляли много хлопот, а в этом году ещё и перебор, еле разместили всех поступивших. Если и дальше так пойдёт, придётся строить ещё одно здание. Где брать на все средства — непонятно. Ту плату, сущие копейки, что академия берет со студентов, идёт на учебный процесс: закупку ингредиентов, материалов и зелий. Часть денег поступает из казны и за них необходимо отчитываться: сколько получено и на что потрачено: шаг — влево, шаг — вправо и ты уже казнокрад. А у нас же ещё учатся и те, кто не может заплатить. Мы их принимаем, но им приходится отрабатывать обучение.