Бекки

7 глава. 4 часть Супруга опекуна

Пока размещали вещи в выделенных для меня апартаментах, (опекун выделил мне весь третий этаж, сам же разместился на втором), Кэти приготовила мне ванну. Выйдя в маленькую гостиную, куда мне принесли легкий ужин, увидела на чайном столике поднос с письмами.

- Кэти́, узнай прошу тебя у мистера Пратта насчет батлера. Да и лакей тоже нужен, - распорядилась я, сломав сургуч на изящном розовом конверте с изображением голубя, где было написано крупным круглым почерком «от Элизабет Деказ герцогини де Глюксберг – маркизе де Креки».

- Вот это новость! Неужели опекун женился! – поразилась я.

- Мистер Деказ женился? – воскликнула Джеми, всплеснув руками.

- Посмотрим, посмотрим, - пробормотала я, с любопытством читая записку. - Итак, что же в письме… бла-бла-бла почтение, радость и благодарность там-там-пам… А вот! Оказала честь … Эли Луи Деказ герцогу де Глюксберг… Ого! Ему присвоили титул?!?! Так что дальше… и женился на Элизабет Фортюне Мюрер, дочь графа Оноре Мюрера. Мда… Занятно… Брак был инициирован самим королем  Людовиком XVIII. Этот Мюрер вроде чрезвычайно богат. А я и не знала, что у Деказа проблемы со средствами. Джеми ну подождите же, отдам я вам письмо, и вы сами все прочтете. Нет никаких тайн, о чем вы?!?! Ну вот она меня приглашает на ужин. Кто она? Новобрачная, кто же еще, там и познакомимся, - протянула записку компаньонке, чтобы она наконец утолила свое любопытство.

Тут вошел мистер Пратт, сообщив, что нашел батлера - Этьена, который служит здесь же в гостинице, и если он меня устроит, то наймет его. Ответив, что, если управляющий считает его опытным камердинером, то может нанимать, а мне пора готовиться к ужину с семейством Глюксберг.

Молодожены радушно встретили меня. Новоиспеченная герцогиня была невысокого роста, склонная к полноте приятная брюнетка с немного выпуклыми глазами. Что интересно не маг, а пустышка. Она была в изысканно розово-сером наряде, что удачно скрывал ее недостатки. Что-ж вкус у нее имеется!

Кроме меня на ужине присутствовал аббат Балье, как же без него, который говорил больше всех, щедро расточая комплименты. Деказ был не в настроении. Не знаю, что послужило причиной этому, надеюсь не женитьба и не мой приезд.

После ужина джентльмены ушли к себе в кабинет, а мы с герцогиней остались одни. Я заметила, что она была неразговорчивой особой. В основном говорила я, затрагивая различные темы, чтобы понять, что ее интересует, и вообще, что она за человек.

В конце концов мне надоело поддерживать одностороннюю беседу, скорее монолог, и тоже замолчала.

- Люси, моя горничная, заметила, что вы маркиза прибыли верхом, - нарушила вдруг молчание герцогиня.

- Правильно заметила.

- Я не очень хорошо умею ездить верхом, а для Луи это очень важно, - нерешительно произнесла она, замолчав.

- С удовольствием дам вам уроки езды. Тем более сама их улучшила совсем недавно, с помощью одного знакомого гвардейца, - подбадривающе произнесла я.

В ответ она просто просияла. Настроившись эмпатически, почувствовала от нее искренние  положительные чувства. Фуууххх! Все-таки мне важно было наладить нормальные отношение с дамой одного со мной круга. После английских дам, я уже в себе сомневалась.

Еще немного побеседовав с ней, и договорившись об утренней прогулке: «Заодно посмотрим город» - уверила я Элизабет, и ушла к себе.

На следующее утро, я передала записку герцогине и велела седлать Птичку.

Позже Лиззи (я стала так ее называть, хотя близкие звали «Элиза») мне призналась, что страшно меня боялась.

- Аббат так вас описывал, что я думала такой ослепительной маркизе будет со мной скучно. Да и Луи все время ставил вас в пример. Я еще не вышла в свет, и так боюсь этого, - говорила она.

Гостиница, где я остановилась, находилась возле предместья «Moscou». Так его назвали из-за того, что там расположилось лагерем подразделение русской императорской армии, а в домах рядом квартировали их офицеры. А я все думала, что это мне мерещится русская речь?!?! Я даже ночью проснулась, от того, что мне показалось, что кто-то ругался на русском.

- С ума сойти, - пробормотала я, успокаивая Птичку, заставив ее перейти на шаг, Лиззи не успевала.

- Франки, я уже здесь, - запыхавшись сказала она, напряженно сидя на серой маленькой и смирной кобылке.

- Ты очень напряжена, а лошади это чувствуют.
На мои слова она только вздохнула.

- Лучше посмотри вон там  донской казак, насколько я знаю, - указала на усатого и бравого офицера на огромном скакуне.

- Не может быть?!?! – в ужасе прошептала Лиззи, округлив от страха глаза.

Я расхохоталась. На мой смех казак развернулся, и увидев нас, выпрямился, подкручивая усы.

- Послушайте вас случайно не Григорием величают? – спросила его на русском (блин откуда такой акцент? Горло видимо не приспособлено к русской речи).

- Барышня говорит по-нашему, - изумился он. Нет, Михаилом. Михаил Плетнев к вашим услугам, молодецки склонив голову отчитался казак.

- Вы же из Дона будете?

- Именно, барышня из Дона мы.

- Тут народ в ужасе. Говорят, грабите крестьян в окрестностях?!?! – погрозила пальчиком.