Туманная река

Глава 8

Почти половина дня пролетело в трудах и заботах, и я поспешил в детский дом, мне не терпелось посмотреть, какие корпуса гитар получились у моих друзей. «Хорошо когда ты занят интересным делом, – думалось мне. – Жизнь становится такой выпуклой и насыщенной». Еще бы разобраться с каким умыслом так кардинально поменялась моя судьба, и кто это сделал. А может, я – лишь невольный инструмент в чьей-то неведомой игре. Кто знает, кто знает.

Так, за размышлениями я не заметил, как оказался уже на подходе к улице Парковая 13, и тут мое собственное тело отказалось мне подчиняться, в голове застучал паровой молот, а сердце вот-вот должно было выскочить из груди. Перед глазами поплыли мыльные круги, и я снова оказался в лодке посреди туманной реки. Весло, которое я бросил в первый раз, было на месте. Вот только желания грести в неизвестном направлении не замечалось. Что же это за место такое? «Стикс», – пришло мне неизвестно откуда четкое понимание. Внезапно подул ветер, и лодку понесло небольшое течение. Река, которая отделяет мир мертвых от мира живых, еще сильнее ускорилась. Я перегнулся через борт лодки, чтобы посмотреть на воду Стикса вблизи. И вдруг из воды я услышал голос:

– Богдан! Богдан! Ты слышишь меня? Богдан!

– Я тебя слышу, – прошептал я, падая в бурный поток Стикса.

– Богдан! – резкий и высокий голос девушки привел меня в чувство.

Оказалось, что я лежу спиной на газоне около тротуара. А надо мной склонилась Иринка, девчонка из моего восьмого «А», в которую был влюблен мой предшественник.

– Ты меня так напугал, – сказала она, – я уж подумала, что ты умер. Что случилось?

– Шел по тротуару, – начал я рассказывать, стараясь подняться, – потерял сознание, очнулся, а тут ты стоишь.

– Ты идти можешь? – спросила Иринка, помогая мне встать на ноги.

Я попытался сделать шаг, и у меня снова закружилась голова.

– Что-то мне не по себе, – признался я.

– Я живу в этом доме, – сказала девчонка, – у меня мама медицинский работник, пошли, она тебя осмотрит.

И она повела меня, как любящие жены провожают своих пьяненьких мужей, обхватив за талию.

Семья Ирины жила в небольшом уютном трёхэтажном доме, на самом верхнем этаже. Им принадлежала отдельная двухкомнатная квартира. «Для шестидесятого года это очень круто», – подумал я, и вспомнил, что ее отец – инженер на текстильной фабрике. Девочка, можно сказать, не из простых. В прихожей я с огромным трудом стянул свои ботинки. Мне очень не хотелось, чтобы Иринка развязывала мне шнурки. Потом я принюхался, слава Творцу, носки не пахли.

– Проходи на кухню, я сейчас позову маму, – сказала одноклассница.

Кухня была просторной, потолки высокие, везде чистота. Я обратил внимание на газовую плиту. «Завод Газоаппарат, Москва», – прочитал я надпись. Белая блестящая эмаль говорила о том, что плита была новенькая. Всего две конфорки и духовка. Вместо ожидаемой мамы моей одноклассницы на кухню забежала мелкая, худенькая девчушка, маленькая копия Иринки. «Наверное, младшая сестра – такая же жгучая брюнетка», – подумал я.

– Привет, – пискнула она, – я – Ленка, а ты кто?

– Я – Богдан, одноклассник твоей сестры, – я протянул ей руку для рукопожатия, девчушка с серьезным видом ее пожала.

– А я знаю, кто ты такой! – похвасталась она.

– Очень интересно, – усмехнулся я, – и кто же я?

– Ты – баскетболист, который обыграл всю нашу команду, так мальчишки говорили, – заулыбалась Ленка. – Я думала, ты высокий, а ты средний.

– Зато я быстрый, – улыбнулся я в ответ.

Тут в кухню вошла симпатичная невысокая поджарая женщина.

– Здравствуй, Богдан, – поздоровалась она со мной, – меня зовут Ксения Федоровна.

– Добрый день, – пролепетал я.

– А ты иди, учи уроки, – строго обратилась она к Ленке.

Младшая сестра моей одноклассницы хотела, было, повозмущаться, но тон матери был настолько серьезен, что она надув губки быстро исчезла из кухни. Зато на смену ей из комнаты появилась Иринка, которая за те минуты, что я здесь разглядывал газовую плиту, успела надеть красивое платье в форме колокола.

– Рассказывай, что с тобой случилось? – спросила меня Ксения Федоровна.

– Ничего особенного, – начал я свой короткий рассказ, – шел по улице, потерял сознание, упал, очнулся и увидел Ирину.

– Травмы головы были? – спросила меня женщина, измеряя мой пульс.

– Он с крыши старого барака падал, – опередила меня Иринка.

– Зачем ты туда полез? – удивилась ее мама.

– Хотел произвести впечатление на одну девушку, – пробубнил я.

На моих словах Ирина покраснела, а ее мама увидела и хмыкнула, не зная как к этому относиться.

– Значит так, – высказала свой вердикт Ксения Федоровна, – сейчас мы попьем сладкого чаю, это тебе поможет, а потом избегай переутомлений. Ты чем сегодня занимался?

– Ездил в Нескучный сад играть в шахматы, – признался я.

– Вот видишь, – сказала мама Иринки, – беречь себя надо, тем более, недавно перенес серьезную травму.

Пить чай мы переместились в большую комнату. «Надо полагать, это гостиная, – подумал я, – и по совместительству – спальня родителей Иринки». Глава семейства где-то отсутствовал, поэтому я сидел исключительно в женской компании, ждал подвоха и помалкивал. Так же молчали и гостеприимные хозяева. И когда я почувствовал, что дальнейшее молчание может быть расценено как что-то неприличное, то заговорил.

– У вас хорошая библиотека, – решил выбрать я нейтральную тему. – Я смотрю, в ней даже Булгаков есть, «Дни Турбиных», – прочитал я корешок.

– Папа достал эту книгу с большим трудом, – похвасталась Иринка.

– А вы «Мастера и Маргариту» читали? – задал я совершенно невинный вопрос, чтобы еще как-то поддержать беседу.

– Что это за произведение? – первой удивилась Ксения Федоровна.

– Как же так? – удивился я. – Знаменитейшая вещь Михаила Афанасьевича.

– А про что там? – спросила меня Иринка.