РПЦ призывает урегулировать правовой статус военного духовенства

Для духовенства может быть установлен принцип двойного подчинения — священноначалию и военному руководству. Планируется также ввести запрет на выдачу священникам боеприпасов и оружия. Эксперты отмечают, что «урегулирование статуса военного духовенства в ходе СВО может завершить процесс создания в РФ института капелланов».

Тема правового статуса военного духовенства была затронута в рамках XXV Всемирного русского народного собора «Настоящее и будущее Русского мира». Участники собора призвали как можно скорее разработать соответствующие поправки к законодательству и вынести их на рассмотрение Госдумы.

Отметим, почти год назад глава правового управления Московской патриархии игуменья Ксения (Чернега) заявила, что РПЦ уже разработан такой проект.

«Эта концепция предусматривает в том числе иерархическую подчиненность военных священников священноначалию, — сказала игуменья, выступая в январе 2023 года в рамках XXXI Международных Рождественских чтений.— Кроме того, священнослужителям и членам их семей должны быть установлены социальные льготы, гарантии и компенсации, равные тому социальному пакету, который предусмотрен российским законодательством для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, и членов их семей».

В работе над проектом приняли участие представители управления Минобороны по взаимодействию с религиозными объединениями.

По ходатайству патриарха Кирилла, рассказала игуменья Ксения, документ был рассмотрен президентом РФ Владимиром Путиным, который поручил проработать проект с заинтересованными ведомствами и поддержать его.

В этот раз вопрос о статусе военных священников подняла Ольга Тимофеева, глава думского комитета по развитию гражданского общества, вопросам общественных и религиозных объединений.

«Он (вопрос.— “Ъ”) не снимается с контроля. Пока он решается, так сказать, по временной схеме», — заметила депутат, пояснив, что речь идет о «помощниках командиров по работе с верующими».

«Они гражданские служащие, — продолжила госпожа Тимофеева.— И есть большое количество священнослужителей на передовой, которые нигде не числятся и находятся там фактически как волонтеры-добровольцы. Мы понимаем, что их правовой статус пока не урегулирован». Она заверила, что «любые законодательные инициативы по этому вопросу будут сверяться с религиозными организациями до их внесения в Госдуму».

По данным главы Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами митрополита Ставропольского и Невинномысского Кирилла, «около ста православных священников ежедневно находятся на передовой».

«В общей сложности за период СВО 700 священнослужителей РПЦ побывали в зоне боевых действий, совершили свыше 2200 поездок, некоторые — неоднократно. Семеро священников погибли».

«Владимир Путин поручил поддержать концепцию, которая предусматривает заключение соглашений между традиционными конфессиями и Минобороны России; исключительное право традиционных конфессий, заключивших упомянутые соглашения, направлять военных священников в воинские части; запрет на выдачу военным священникам боеприпасов и оружия; распространение на военное духовенство социальных льгот, гарантий и компенсаций, установленных законодательством РФ для военнослужащих и членов их семей,—сообщила “Ъ” игуменья Ксения.— Предложено закрепить на уровне федерального закона исключительное право духовных учебных заведений осуществлять подготовку военных священнослужителей по специальным программам подготовки. К преподаванию могут привлекаться лица из числа профессорско-преподавательского состава военных учебных заведений на основании соответствующих договоров».

В документе «содержится позиция о том, что при планировании федерального бюджета РФ на очередной финансовый год должно предусматриваться выделение финансовых средств и бюджетных ассигнований на цели духовного развития личности военнослужащих, включая организацию подготовки кадров для этих целей», отмечают в РПЦ. Там подчеркивают важность «тезиса о том, что военные священнослужители в соответствии с внутренними установлениями религиозных организаций состоят в иерархическом подчинении религиозных организаций, а также выполняют требования, установленные договорами с воинскими частями». Игуменья Ксения ссылается на то, что «принцип двойного подчинения военных священников священноначалию и военному руководству» предусмотрен законодательством ряда стран.

«Справедливым и необходимым» называют предложение о регулировании правового статуса военного духовенства и представители мусульман.

«С самого начала и по сей день в зоне проведения специальной военной операции находятся священнослужители всех традиционных для России религий, — отметил в беседе с “Ъ” первый заместитель председателя Совета муфтиев России Рушан Аббясов.— Исполняя духовное служение, они рискуют своими жизнями и здоровьем. Поэтому законодательное закрепление на паритетной основе их статуса, прав и гарантий очень важно».

«Урегулирование статуса военного духовенства в ходе СВО может завершить процесс создания института капелланов», — считает руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин. По его словам, «участие духовенства в СВО показало востребованность священников не только как людей, которые совершают богослужение, но и как духовных наставников в широком смысле слова».

«Военное духовенство часто рискует не меньше военнослужащих, тем более что священники, как правило, непосредственно помогают солдатам, но оружие не используют, — говорит господин Лункин.— В этой связи понятно стремление церкви добиться распространения на военных священников всех тех льгот, которыми располагают участники военных действий и их семьи. Иначе это выглядит как необъяснимая дискриминация духовных наставников».