Невидимка в академии магии

Глава 3

На втором этаже административного корпуса располагались три деканата. Каждый занимал часть соответствующего цвета. Эдгар прошел в зеленую и, прежде чем постучать в дверь нужного кабинета, повернулся в мою сторону.

– Послушай, Турья, я знаю, как ты близка с Сейкой. Но тебе не кажется, что приходить сюда – это уже слишком?

В академии я обучалась под тем же вымышленным именем, под каким меня представили ко двору. Отец досконально проработал мою вторую личность, Юфинию Турью, вместо Юминии Тонзи. Для всех я была лишь дочерью мелкого аристократа. Только избранные знали о том, кто я на самом деле.

– Нет, – отрезала я и встала возле окна, выходящего на парк перед главным входом в административный корпус. – Ступай, я здесь подожду.

Эдгар поправил очки и с мученическим выражением на круглом лице отозвался:

– Как пожелаешь.

Войдя в кабинет секретаря, он плотно затворил за собой дверь, и я прокляла его собранность и аккуратность. Будь он растяпой, можно было бы подслушать разговор и узнать о Сейке. С другой стороны, тогда бы Эдгар вряд ли стал старостой.

Стоя возле окна, я смотрела на парк и вспоминала первый день в академии. Отец подвез меня к воротам в наглухо закрытой карете. Он до последнего выдавал одну инструкцию за другой. Его волновало лишь то, чтобы я наконец раскрыла свой дар полностью, а для этого, по его мнению, мне надлежало тренироваться сутками напролет. Я так устала от его наставлений, что соскочила с подножки, даже не заметив идущую по тротуару девушку.

Рыжеволосая простолюдинка вскрикнула, не устояла на ногах и рухнула на пыльную брусчатку. Отец одарил ее презрительным взглядом, захлопнул дверцу кареты и умчался прочь, а я помогла девушке встать.

– Прости, пожалуйста, я тебя не увидела, – сказала тогда я.

– Ничего страшного, я в порядке, – ответила девушка и улыбнулась.

Такой искренней, доброй и нежной улыбки я не видела ни разу в жизни. Она согревала прохладным осенним днем и дарила радость.

– Меня зовут Сейка, – представилась простолюдинка и взяла меня под руку. – А тебя?

– Юми, – машинально отозвалась я, даже не подумав использовать вымышленное имя.

– Очень приятно! Будем дружить, – с поразительной уверенностью сказала Сейка, и я поняла, что буду рядом с ней, что бы ни случилось. Впервые со мной кто-то захотел дружить не из-за дара или родства с приближенным наместника, а просто потому, что я – это я.

Мысли так далеко меня увели, что я пропустила появление главы ученического совета.

– Турья, ты что здесь делаешь? – раздался ледяной голос, способный заморозить даже солнце в знойный летний день.

Я развернулась и увидела перед собой Ренара Сори, сына главы фракции реформаторов, лучшего ученика академии, сильнейшего воина своего поколения, пятикурсника и просто жуткого зануду.

– Стою. Незаметно?

Рена я знала с детства. Когда-то он был невероятно веселым, задиристым и шаловливым мальчиком. Я частенько наблюдала со стороны, как он играл с младшим братишкой в саду дворца. Но все изменилось, когда его брат погиб. Рен превратился в ледяного истукана, и я больше не могла смотреть на него так же, как прежде.

– Здесь зона факультета Жизни, а ты, если мне не изменяет память, учишься на Справедливости. Я спрашиваю еще раз, что ты здесь делаешь?

Наверное, не будь Рен таким въедливым, его можно было бы счесть действительно симпатичным. Если красота Айзана отличалась излишней слащавостью, то внешность Рена я бы назвала по-мужски привлекательной. Высокий, широкоплечий, с темными, как самая непроглядная грозовая ночь, глазами и с почти белыми волосами до плеч, как у всех представителей рода Сори. Я до сих пор не могла забыть его задорную улыбку, от которой в детстве у меня внутри все переворачивалось.

Но Рен давно не улыбался, а лишь доводил всех вокруг вечными правилами и запретами. Меня отец с малых лет окружал исключительно ими, поэтому годы в академии я рассчитывала провести так, как сама хотела.

– Рени, – протянула я, делая шаг вперед и сокращая дистанцию между нами до неприличной, – с чего такой интерес? Соскучился?

Лет пять назад мы с Реном попали в довольно неловкую ситуацию, и с тех пор я не уставала напоминать ему о том дне, если вдруг он начинал доставать меня замечаниями.

Мне едва исполнилось шестнадцать, и я впервые появилась на балу дебютанток в качестве официальной гостьи, а не шпионящей за придворными невидимки. Тогда меня поразило то, как на меня смотрели мужчины. В их взглядах смешались презрение к моему низкому положению в обществе и неукротимое желание обладать молодым притягательным телом. Благодаря предосторожностям отца, никто не знал, что я его дочь, и придворные прихлебатели наместника, не стесняясь, предлагали мне стать их содержанкой.

Я почувствовала себя дурно от бесконечного потока мерзостей и спряталась в одной из небольших гостиных вдали от бального зала. Уж я-то знала обо всех укромных уголках дворца. Именно там я и столкнулась с Реном. Из-за полумрака он меня не узнал и принял за одну из доступных девиц, которые кишмя кишат при дворе. Тогда я впервые поняла, что вся его холодность и скованность лишь плотная скорлупа, скрывающая неукротимый нрав, запертый глубоко внутри. В тот день я поклялась, что когда-нибудь обязательно пробью его броню.