Русскому осетру стало негде размножаться

Русскому осетру стало негде размножаться — почти 80 процентов популяции в России сейчас искусственного происхождения. А вылов воблы, которая стала астраханским брендом, оказался на грани запрета, хотя в лучшие времена добывали 300 тысяч тонн этой рыбы в год. Как решить проблему маловодья Волги, шла речь на совещании Комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды 8 ноября, пишет Парламентская газета.

Осетровые в Волге стремительно исчезают, и их приходится воспроизводить искусственно, рассказал замруководителя Росрыболовства Василий Соколов. Например, 80 процентов русского осетра сейчас искусственного происхождения.

«Стоит вопрос и воблы. Это бренд Астрахани, бренд Волги, в свое время ее добывали 300 тысяч тонн, а сейчас она на грани запрета», — сказал Соколов. Он отметил, что обеднение рыбных запасов началось давно: к потере огромной площади нерестилищ привело строительство Волжско-Камского каскада, который начали возводить еще в советское время, но так и недоделали.

Но в последние годы ситуация стала критической из-за обмеления реки. По данным за 2021 год, воды в Волге было почти на десять процентов меньше нормы — 215 кубических километров в год, тогда как среднее значение — 298 кубокилометров. Причины этого называют разные — от нерационального использования реки до естественной смены природных циклов.

Масла в огонь подливает и несогласованность действий. «Мы занимаемся расчисткой каналов-рыбоходов, и это дает очевидный положительный эффект для попадания рыбы в нерестилища. Но есть и другие мероприятия по дноуглублению, в частности по линии Росморречфлота, которые зачастую перехватывают воду, отправляя ее в другие стороны», — пояснил Соколов.

У каждого ведомства свои задачи, но нужно найти общие решения — ситуация и так с каждым годом становится все хуже и хуже, отметил глава думского комитета Дмитрий Кобылкин: «Иначе что мы скажем: ведомства, в руки которых была отдана река, не справились — и объявим чрезвычайную ситуацию?» Поэтому депутат предложил разработать в межведомственной рабочей группе свод правил в трех ситуациях — при маловодности Волги, нормальном уровне воды и многоводности.

Есть чем заняться, добавил Соколов, и властям регионов, и природоохранной прокуратуре.

«Много водотоков перекрыто незаконно, непонятно какими пользователями, в каких целях».

По мнению члена экологического комитета Госдумы Тимофея Баженова, это может быть связано с тем, что после развала СССР в поймах реки построили целые поселки и даже многоэтажные дома. «А делать дноуглубление в районе строительства было дорого, поэтому это не сделали. А чтобы эти кварталы не смыло водой, начальники договариваются между собой “закрыть кран”. Главы муниципалитетов звонят на гидросооружения, как только начинает расти уровень воды, и просят его понизить», — сказал он. Так что, поднимая уровень реки, надо будет подумать и о безопасности людей.

Маловодность — это серьезная проблема для судоходства, сказал замруководителя Росморречфлота Константин Анисимов. Из-за того что Волжско-Камский каскад так и не был завершен, два водохранилища — Чебоксарское и Нижне-Камское не наполнились водой настолько, чтобы обеспечить четырехметровую глубину той части Волги, которая вошла в глубоководную систему России. В итоге суда «река-море» не могут свободно курсировать от Санкт-Петербурга до Астрахани.

Эту проблему хотят разрешить, построив дополнительный шлюз Городецкого гидроузла и углубив 40 километров дна Волги от Городца до Нижнего Новгорода.

Чтобы воды хватало во всей реке — и для рыбы, и для судов, нужно сократить сброс воды из реки зимой и сохранять больше запасов на весну и лето, сказал руководитель Федерального агентства водных ресурсов Дмитрий Кириллов. А для этого в первую очередь надо разобраться с работоспособностью уже существующих водозаборных сооружений в районах Волгограда и Астрахани.

Есть и другие идеи, по поводу которых не прекращаются споры, отметил он. «Кто-то предлагает проект по обводнению Волго-Ахтубинской поймы, кто-то — построить дополнительное водохранилище, которое проектировалось еще в советское время, но построено не было, кто-то — сделать дополнительный шлюз в низовье Волги», — сказал Кириллов. Но все это нужно просчитать — и с точки зрения науки, чтобы экосистема не пострадала еще больше, и с точки зрения денег: новый недострой никому не нужен.

Дмитрий Кобылкин рассказал, что проблему маловодности Волги и Дона обсудили накануне на пленарном заседании Госдумы, и комитет вместе с экспертами подготовил свои предложения. В числе прочего нужно оценить, как работают уже существующие гидротехнические сооружения — водозаборы, шлюзы, после чего реконструировать изношенные и ликвидировать бесхозные. А также добавить средства на расчистку и дноуглубление Волги, определив, где это надо сделать в первую очередь.

Чтобы упростить работу, до конца осенней сессии могут принять закон о полномочиях регионов и муниципалитетов по расчистке рек. Об этом на «правительственном часе» в Госдуме с главой МЧС Александром Куренковым сообщил председатель Госдумы Вячеслав Володин. Местные власти смогут проводить углубительные работы, заниматься очисткой русел, использовать грунт, в том числе для восстановления инфраструктуры. Вячеслав Володин сообщил, что к депутатам Госдумы поступают обращения по этой теме от руководителей регионов. «Этот законопроект мы постараемся до конца сессии принять — с тем, чтобы уже весной могли полностью использовать полномочия и возможности, которые дадут новые нормы», — отметил спикер.