Рыцарь Ордена Панголин. Племянница Морганы

28.

Остальные не возражали. Гошка галантно и, возможно, не полностью бескорыстно напросился в помощники. И они с Мэгги хором заявили, чтобы их скоро не ждали. Береникса сморил послеобеденный сон, после которого пёс объявил о своем намерении пойти на охоту. Раз всех охватило дикое безумие, чем же он хуже?

Береникс мстительно подчеркнул определение "дикое", отворачиваясь от старшего хозяина. Дик засмеялся, не разжимая губ, и ушел в тень палатки. Лина собирала цветы, которые, кажется, лишь сегодня появились в таком количестве. Всё дело в утреннем дождике. После него легче дышалось, и дневная жара не смогла, как ни старалась, полностью отговорить путешественников от активного отдыха.

Грифона отпустили гулять на волю. Но, достаточно размяв крылья, он мирно пасся на склоне, отдавая должное сочной зеленой травке — редкостному в последнее время лакомству. Вот разве что Мэгги превратит иногда для своего любимца жухлые сухие метелки с жесткими колосками в ароматное сено.

Лина очень удивилась, когда с неба стал кругами спускаться черный крылатый силуэт. Даже подумала, не мираж ли? Какой-то эффект отражения? Она оглянулась: Грифон пасся рядом. Силуэт птицы всё приближался, но отнюдь не увеличился до размеров коня, это была всего лишь ворона. Но летела она именно в их лагерь. Покружив над палаткой, словно высматривая, что бы украсть, птица заметила Лину и с радостным карканьем вспорхнула ей на плечо.

— Карр! — тихо и заговорщицки шепнула ворона прямо девочке в ухо.

— Ты от Ластика? — обрадовалась Лина.

Ворона кивнула, но молчала, полузакрыв глаза и приоткрыв клюв. Лина взяла ее на руку, как охотничьего сокола и понесла в палатку. Брезентовый полог был откинут, чтобы внутрь проникал свет. Дик сидел внутри у входа палатки, наслаждаясь прохладой. Если даже удивился или обрадовался новостям из долины, то не подал виду.

— Почта, сэр! — церемонно сообщила Лина, подойдя и протягивая руку, на которой сидела ворона. — Дик, только, по-моему, она не говорящая.

— Значит, тайное послание, — усмехнулся Дик.

— Но ведь говорящие считаются более надежными!

— Смотря когда. Ластик рассчитывал, что я здесь не один, говорящее письмо могло достигнуть чужих ушей. Где записка?

— Не знаю, — удивилась Лина, — я не нашла. Смотри, на лапках ничего нет, даже кольца или обрывка ниточки нет. Я думала, могло потеряться…

— Дай сюда… сыщик! — Дик переманил ворону к себе, подставив руку.

Птица легко перепрыгнула на его запястье и, хитро склонив голову, глянула умными глазками на адресата. Приподняла крыло, показывая спрятанное под ним послание.

— Спасибо, — Дик развязал нитку, охватывающую крыло и ему на ладонь упало свернутое крошечной трубочкой письмо из долины. — Наконец-то! — вырвалось у него, при взгляде на первые строчки письма.

Но, дочитав до конца, Дик так помрачнел, что Лина испугалась, понимая: случилось нечто ужасное.

— Что они там натворили? — она имела в виду Ластика и Ромашку.

— Ничего, — каменно ответил Дик. — Они ни при чем. Ластик всего лишь выполнил мою просьбу.

После долгой паузы, когда он застыл, глядя в одну точку на стене палатки, Дик очнулся и попросил Лину принести что-нибудь очень горькое или кислое. Ему надо добиться четкости восприятия, а пить с градусами сейчас не только нечего, но ещё и очень некстати.

Готовить крепкий кофе было бы дольше, и девочка расколола одну холодную прозрачную упаковку в кружку и вылила туда сок двух мелких зеленых лимонов.

— То что надо! — Дик тряхнул головой, одним глотком осушив кружку. — Теперь можно думать над созданным для нас положением.

— Что случилось? — Лина чувствовала какую-то опасность, но это лишь приятно взволновало ее внутренние силы и любопытство. — Или мне тоже выпить, прежде чем ты расскажешь?

— У тебя и так голова ясная, — отмахнулся Дик. — Где остальные?

— Гошка и Мэгги ещё не вернулись, ты же сам их отправил принести столько хвороста, чтобы хватило на ночь. Береникс гуляет сам по себе. Делает вид, что охотится. Говорит, в городе у него так никогда и не было случая проверить свои собачьи инстинкты. А в долине он просто не мог обидеть ни одну мышку. Что в этом письме?

— Важные новости. Ладно, сам прочту. Сядь. Только обещай не кричать, а найти силы для спокойного обсуждения.

— Я попробую, — Лина присела на покрытый сложенным одеялом плоский камень у входа в палатку. Его специально втащили внутрь и ночами использовали как подставку для фонаря.

Дик, явно подавив желание запустить об пол или стену чем-то тяжелым, снова развернул листок и спокойно начал читать.