Золушка с Франковщины

5

Мой чай остыл. Обхватив руками глиняную чашку, усеянную полевыми цветами, прикрываю глаза, наслаждаясь приятным вкусом.

— Малинка, — довольно произношу, чувствуя ее привкус на кончике языка.

Небо, которое было недавно нежно-голубым, усеялось грозовыми облаками. От их прикосновений появляется гром. Время от времени небо озаряет яркими прожилками, придавая облакам не такую скучную окраску.

Я сижу на веранде в кресле-качалке, забравшись на нее с ногами, и попиваю чай из домашнего варенья.

Я не вижу ничего, ведь мои глаза до сих пор закрыты, но чувствую.

Чувствую, как где-то вдалеке звуки грома проносятся в долинах. Представляю, как молнии играют с верхушками высоких деревьев.

Слышу, как шумит дождь, капли которого летят вниз, разбиваясь о препятствия. Некоторые из них подхватывает ветер и меняет их направление.

Вот как сейчас холодные капли оседают на моем теле.

Улыбаюсь, ведь я люблю летние грозы. Конечно, не такие, где вода сбивает с ног тебя и все, что оказывается на ее пути. Я за то, чтобы все было в меру.

Этим летом впервые настолько сильная гроза, что мне хочется снять обувь, ступить босыми ногами на деревянный пол на нашей веранде, сбежать по лестнице и закружить в танце вместе с летним ветром и каплями дождя. Смеяться, петь, позволить свежести пробраться сквозь ноздри к легким и пощекотать их. Разрешить дождю смыть с меня все переживания, неудачи. Очистить меня и прибавить сил.

Глубоко вдыхаю запах просохшего сена, которое намочил дождь, и улыбаюсь. Дождь дарит аромат всему. Доске, цементу, сену, траве, глине… и это все настолько прекрасно, что я не хочу возвращаться в реальность, но меня извлекает из мира фантазий голос одного из наемников:

— Елена, — от его громкого голоса я вздрагиваю, — если уж ты вызвалась добровольцем, тогда помогай, а не стой столбом!

— Что ты пристал к ней, Слава? — останавливается напротив меня Васька. Пока один его глаз смотрит на собеседника, другой рассматривает меня с ног до головы. — Наша Елена может быть даже столбом, если это хороший столб! — смотрящий на меня глаз подмигивает, чем порождает во мне неудержимое желание подкрасить его своим кулачком. Хотя внешне я довольно хрупкая, это не значит, что не смогу врезать между глаз.

— А вы бы шевелились и ловили свиней, а не языками чесали! — рыча разворачиваюсь, принимаясь за работу.

Конечно, я не прочь побродить еще немного в своих мечтах, потанцевать, выпить малинового чайку, но реальность… она не позволяет, а только заставляет бегать меня и еще трех наемников за забором, вылавливая поросят и мешая кучу болота с размокшими какахами.

В нос ударяют неприятные ароматы месива под ногами. Мои резинки достают практически до колен, но даже они не спасают кожу от шедеврального болота.

— Чтоб тебя колики схватили, — ругаюсь, зачерпываю кончиком резинок хорошую порцию болота и швыряю им в поросенка, бегущего от меня, словно от хищника.

— Какого черта?! — кричит Слава.

Моя злоба на парнокопытных настолько стучит в голове, что я не сразу понимаю, почему Слава сгибается и делает из грязи шарик, как зимой. До меня доходит только тогда, когда это добро прилетает мне в плечо, попав и на лицо.