Крик души. История о любви, ненависти, милосердии 

Дневник. Запись четвертая

«Из дневника Олега Вересова»

Запись от 21 июля 2001 года

Я, наверное, совершил ошибку. Когда отпустил Антона в Лондон.

Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что где-то, когда-то что-то сделал неверно. Может, даже не тогда, когда привел мою девочку в наш дом, не тогда, когда не спрашивал мнения Антона, хотя обязан был спросить его, и не тогда, когда решил для себя подружить их.

Антон был прав. Мой сын, моя гордость... он всегда был прав и во всем! Я сам все решил, никого ни о чем не спрашивая. Какой самообман, какая самонадеянность, какая глупость, какая... ошибка!

Боже, эта ошибка стоила мне стольких лет жизни, мучимой угрызениями совести и чувством вины! Не только по отношению к Даше, но и к собственному сыну. Возможно, к нему – в первую очередь.

Я отпустил его. С обидой и разочарованием в груди. С чувством неприязни и презрения к моей девочке.

Как я допустил подобное!? Как?! Профессор, исследователь, умный, вроде бы, человек... И так ошибся!

Сейчас, спустя почти три года после того рокового дня, когда он ушел... растворился в воздухе черной маленькой точкой самолета, уносящей с собой прежнюю жизнь, храня и лелея в груди обиду и разочарование, боль и отчуждение, я понимал, только сейчас осознавал... доходил до сути того, что произошло. Анализировал, пытаясь понять, почему же так вышло, что близкий – самый близкий и дорогой мне! - человек ушел, повернулся спиной, стал далеким и словно бы... чужим?!

Нет, Антон никогда не отдалялся, никогда не был чужим для меня. Никогда не показывал, что отдалился и, вроде бы, относился ко мне, как и раньше, но... что-то словно лопнуло, разбилось, сломалось. И не склеить, не восстановить, не собрать по кусочкам рухнувшую когда-то жизнь.

Антон!.. Как же он простил меня? Как смог?.. Нашел в себе силы!? КАК?!

Я бы на его месте не простил. Наверное.

Потому что сам себя я так и не уверил в том, что так было нужно и что так было правильно.

Тогда, три года назад, я был уверен, я мог бы поставить всё на то, что поступаю верно. Отлет сына за границу казался мне единственным правильным, разумным решением в той ситуации, в которой мы все оказались. Антон, Даша, я... Как примириться, как смириться, как построить новое на осколках?..

Наверное, не хватило времени. Такой банальности, как время. Просто смешно, но это так.

Если разобраться, хоть на мгновение представить, что у нас было бы это время. Считанные, драгоценные мгновения, часы, недели?.. Могло бы все быть иначе?! Остался бы Антон в Москве? Смирился бы с Дашей и, присмотревшись к ней, полюбил бы он ее?! А Даша? Смогла бы она простить его первоначальную злость и ненависть? Смогла бы подружиться с ним?..

Боже, как страшно!.. Как ужасна и пугающе опасна реальность!..

Нет. Нет! Ничего нельзя было изменить...

Колесо судьбы было запущено гораздо раньше того момента, когда мы подошли к той грани, за которой зияющей пустотой и мрачной темнотой сверкала бездна.

Не те люди, не те судьбы, не те обстоятельства и жизни, чтобы возможно было что-то изменить!

Ошибка была совершена мною. Много лет назад. Когда я, забыв о том, что дома меня ждет сын, пропадал в заграничных командировках и экспедициях. Когда Антон ждал отца, но так и не дождался его.

Боже, почему я раньше не понял, что моему сыну не нужен был исследователь!? Ему нужен был отец! Почему осознание правильности или неправильности совершенных деяний приходит к нам уже после того, как то или иное действие оказывается совершенным?! Почему через день, через месяц, через много лет, а не сейчас, не сразу, не в тот же самый миг!? Когда есть еще время, есть еще возможность исправить содеянное?! Когда есть еще вероятность того, что тебя простят?..

Почему на осознание моей ошибки ушло так много лет? Неужели это того стоило, чтобы загубить безвинные души людей, которых я любил в этой жизни!?

Антон не виноват. Он был прав. Ему нужен был отец, которого у него не было в детстве. Я не дал ему ту любовь и ласку, на которую он претендовал, на которую он имел полное право! У него был профессор, у него был исследователь, был господин Вересов, почтенный и уважаемый в общественных кругах, но почти никогда просто «папа»!..

Боже, какая несправедливость по отношению к ребенку!? За что, почему так!?

И не к одному ребенку!.. К ней – тоже.

Бедная Даша... Где-то на другом конце страны, через много лет после одиночества Антона, она тоже страдала. Сильнее, чем он. Не только морально, но и физически подвергаясь насилию со стороны людей, которых любила! Как такое могло быть?.. Кто допустил подобное!?

Бедные дети!.. Такие разные, по положению, по обстоятельствам, по приоритетам, по характерам, но такие одинаковые, максимально сближенные, родственные в своей общей беде. В одном горе на двоих.