Поцелованная богом

Эпилог

Зима в этом году выдалась совершенно странная – теплая и без снега. Тем большей неожиданностью было проснуться утром и обнаружить, что дом замело практически полностью.

До нового года оставалось несколько дней. Лиса была глубоко беременна, на работу не ходила, и мы переехали в дедов дом, предварительно слегка перестроив его. Родители Лисы, мои многоуважаемые тесть с тещей, приехали еще вечером, сегодня ожидался Лизин дед, мои же родители должны были прилететь только тридцатого декабря. Как Владимир Константинович до нас теперь доберется, даже ума не приложу. Еще с вечера разыгралась метель, снег шел всю ночь и не прекратился до сих пор, дороги основательно заметены. Можно вызвать рабочих, чтобы они расчистили путь к дому, но при таком снегопаде это практически бесполезно – трактор не успеет проехать, а дорогу опять заметет снегом. Может, вызвать вертолет?

- Что будем делать с дедушкой? – спросил у Лисы, когда мы завтракали.

- А что с ним делать? – удивилась Лиса.

- Ему надо как-то до нас добраться.

- Дорогой зять, - вмешалась в разговор моя теща, - я вас уверяю, профессор Вяземский справится и без нас. Поверьте мне на слово.

Решил не спорить, и разговор плавно перетек на другие темы. Собственно, основной темой были предстоящие роды. Имея за плечами не только высшее медицинское образование, но и родителей – педиатра с гинекологом, Лиса вроде как не волновалась. Я же изо всех сил старался следовать ее примеру, но получалось, увы, не всегда. Уже был выбран роддом и врач, достойный доверия. Уже подготовлена детская в нейтральных тонах – Лиса категорически отказывалась узнавать пол нашего наследника, и так называемое приданое. Я прочитал кучу литературы и даже посмотрел (тайком от жены и ее родственников) курс «молодых родителей». Но все равно было как-то волнительно, как-то не по себе. Мне все казалось, что Лиса, идеально отходившая всю идеальную беременность, выкинет какой-нибудь фортель напоследок.  Что, собственно, и произошло.

В обед позвонил Владимир Константинович с сообщением, что он стоит в пробке в центре Москвы.

- То ли еще будет на выезде, - хмыкнул я и собирался развить эту тему, но тут раздался голос моей неугомонной жены.

- Рок! Ты не волнуйся, но, кажется, я рожаю!

Она стояла у лестницы на втором этаже, держась одной рукой за перила, а второй поддерживая животик.

- Спокойно, - скомандовал я, то ли ей, то ли себе, прикидывая в уме, что быстрее – вызвать сюда скорую или ехать в роддом самим.

- Воды отошли? – по-деловому спросил мой тесть.

- Отошли, - кивнула Лиса.

- Схватки? – подала голос теща.

- Каждые пять минут, - отрапортовала Лиса.

- А чего ты ждала? – строго спросила у дочери Мария.

- Я не ждала, все как-то быстро произошло.

- Так, - я попытался вернуть себе роль главного, все-таки я отец этого семейства, - сейчас поедем в роддом.

Лиса не успела ответить, вмешался тесть:

- Егор, у нее, скорее всего, стремительные роды. Вы никуда не успеете, тем более по такой погоде.

- И что? – я действительно не знал, что делать.

- Ничего, - Петр пожал плечами, - будем рожать.

- Где? – не понял я.

- Да вот хотя бы в столовой, - он махнул рукой, - у вас там прекрасный стол.

Я перевел взгляд в сторону прекрасного стола, и тут телефон в моей руке ожил голосом Лизиного деда. Я совсем про него забыл.

- Уже рожаете?!

- Кажется, да, - ответил неуверенно.

- Вот и прекрасно, - оживился Владимир Константинович. – Тогда я ускоряюсь и бригаду с собой захвачу.

Он отключился, не дав мне ответить.

В этот момент Лиса болезненно поморщилась и зашипела сквозь стиснутые зубы.

- Стой, - скомандовал и кинулся к ней по лестнице, - я тебя снесу, а то мало ли.

- Маша, - распорядился мой тесть, - саквояж из нашей комнаты, а я стол приготовлю.

Пока я переносил Лису в столовую, ее родители развили бурную деятельность. Стол был очищен от посуды, после чего безжалостно облит йодом. Мелькнула мысль, что дизайнер, который нам этот стол сосватал, узнав, как мы обошлись с антикварным раритетом из ценных пород дерева, покончит счеты с жизнью.

- Папа, - Лиса укоризненно посмотрела  на отца, - этот стол стоит целое состояние.

- Зато теперь это будет наш семейный раритет, - постарался я утешать жену.

- Вандалы, - она снова болезненно поморщилась.

- Как-то быстро у тебя все проходит, - внимательно посмотрев на дочь, заметил Петр.

Теща принесла саквояж, застелила стол белой простыней и уже раскладывала какие-то странные инструменты, успев надеть одноразовый халат, смешную шапочку и перчатки. И где только взяла?

- Вы готовились, что ли? – поинтересовался у тестя.

- Не специально, - он достал из саквояжа одежду, - но была мысль, что может такое случиться. Маша, помоги. А вы положите уже жену, мне ее осмотреть надо.

Я устроил Лису на столе и замер рядом.

- Будущий папаша, отойдите в сторону. А лучше, принесите мне лампу, - оттеснил меня профессиональный гинеколог. – Знаешь, родная, последний раз я видел тебя в таком виде, когда пенял тебе подгузник. Как же быстро бежит время.

Лиса рассмеялась.

Я быстро принес лампу и установил возле стола.

- Так подойдет?

- Практически идеально. Посмотрим, что там с раскрытием.

- Егор, помогите, пожалуйста, - попыталась отвлечь меня моя драгоценная теща, - нужно подготовить место для малыша.

- Пап, ну что там? – спросила Лиса, когда осмотр был закончен.

- Ничего особенного, - он пожал плечами. – Рожаем, родная.

До этих слов я все еще сомневался в реальности происходящего. Мне казалось, что сейчас тесть осмотрит Лису, скажет, что еще рано, и мы спокойно поедем рожать в клинику. Но после его «рожаем, родная», я понял, что все произойдет здесь и сейчас. Наш с Лисой ребенок родится здесь, в дедовом доме, на антикварном столе, в присутствии ее родителей – папы-гинеколога и мамы - педиатра. Это не считая того, что к нам, невзирая на метель, мчится (я почему-то в этом не сомневался) Лизин дед – военный хирург,  с бригадой скорой помощи.