Насмешка

Глава 9

Глава 9

Снежок поскрипывал под копытами коня, везущего дремлющего всадника. Широкий тракт успели утоптать после заносов, и идти жеребцу стало намного легче. Солнце, вдруг решившее порадовать валимарцев, всходило на небосвод уже третий день, сменив почти неделю непрекращающихся метелей. Правда, сейчас холодное зимнее светило уже спряталось, окрасив небо в розово-золотой цвет, и тракт значительно опустел, что дало одинокому путнику возможность прикорнуть, кутаясь в теплый плащ. Если же ему попадались встречные путники, то они не окликали всадника. Кто его знает, взбалмошных среди бродячих лассов хватало. Можно было и жизни с таким лишиться.

Всадник клюнул носом и тут же вскинул голову, озираясь вокруг. До места, где должно было окончиться его путешествие, оставалось недолго. Добирался до небольшого замка, стоявшего на окраине Халлидарского леса, мужчина уже третий день. Большую часть пути пришлось продираться сквозь заносы, измучив своего жеребца и себя, но ласс спешил, не желая промедления в своем деле.

- Скоро, Ветер, - потрепал мужчина своего коня. – Уже немного осталось.

Жеребец фыркнул, словно говоря: «Скорей бы уж». Благородный ласс был с ним согласен. От снега уже рябило в глазах, особенно на солнце. Но он не роптал. Окончание метели и установившееся затишье было подобно милости Святых. Гаэрд невольно поглядывал на меч Святого Хальдура, начиная задумывать о Высшем вмешательстве. А как иначе рассудить, что метель окончилась, как только он добрался до конца протоптанной отрядом наместника тропы? Да и сама метель, разразившаяся в тот момент, когда он решил уехать из замка Ренваль? Ведь покинь ласс Дальвейг замок в намеченный день, и не узнал бы тогда об ужасах, которым подвергал супруг его благородную спасительницу.

Гаэрд сердито нахмурился, в очередной раз думая о том, как сильный и оделенный большой властью мужчина может быть столь жесток со слабой женщиной. Ладонь, как случалось в такие мгновения, сжалась на рукояти меча. Но ласс отогнал тяжелую думу, тряхнул головой и вгляделся в сгущающийся сумрак. Впереди показалась черная громада.

- Мы на месте, - известил коня мужчина.

Ветер заржал и перешел на рысцу без всякого понукания. Достигнув ворот, Гаэрд задрал голову, заметил воина, следившего за ним, и крикнул:

- Дома ли благородный ласс Ригнард Магинбьорн?

- Кто его спрашивает? – отозвался воин. С некоторых пор к замку редко подъезжали, да и сами господа покидали его нечасто, скрывшись за стенами от насмешек и пересудов.

- Скажите, его хочет видеть друг, - ответил ласс Дальвейг. – Мое имя ему ничего не скажет.

Воин исчез. Гаэрд зябко поежился, подумав о жарком пламени камина, но набрался терпения и замер в ожидании. Впрочем, ждать пришлось недолго. Окошечко в воротах открылось, и на ласса Дальвейга взглянул темноглазый молодой мужчина, подсветив свое лицо факелом.

- Кто меня спрашивает? – недружелюбно спросил он.

- Лиаль Ренваль, - произнес в ответ Гаэрд, и тут же послышался звук отпираемого затвора ворот.

Створа приоткрылась, и Ригнард указал незнакомцу, что тот может въехать.

- У вас вести от моей сестры? – спросил ласс Магинбьорн.

- Я сам весть, - ответил Гаэрд, спешиваясь. – Мне нужно поговорить с вами о вашей сестре. Она спасла меня от смерти, теперь я хочу отплатить ей той же монетой.

Ригн пару мгновений разглядывал благородные черты незнакомца, после кивнул и повел в замок. Он шел впереди, время от времени бросая настороженные взгляды на незнакомца, сохранявшего на лице невозмутимое выражение и не спешившего начинать беседу. Мужчины прошли в приемные покои, куда слуги уже вносили свечи и раздували угли.

Гаэрд стянул перчатки, подул на руки и встал к камину, протянув ладони к огню. Оранжевые блики озаряли его лицо, покрытое щетиной, отросшей за эти несколько дней пути. Ригнард терпеливо ждал, пока гость отогреется, успев отдать приказ о том, чтобы принесли горячий травяной напиток и накрыли стол в трапезном зале.

- Назовитесь, благородный ласс, - заговорил Ригн.

Незнакомец оторвался от созерцания пламени, растер ладони и стянул плащ. Затем присел напротив молодого хозяина замка.

- Ласс Гаэрд Дальвейг, - представился он. После принял от прислуги глиняную кружку с горячим напитком, дождался, когда они с Рагнардом вновь останутся одни, и возобновил свою речь. – Волей Святых я оказался недалеко от замка наместника Ренваля. За несколько часов до этого на меня и моих людей напали, потому миг знакомства с лаиссой Ренваль я пропустил, был без сознания. Она гуляла в лесу, куда меня вынес верный Ветер. Там она и нашла мое бесчувственное тело, приказав отнести в замок, чем спасла от неминуемой гибели. Наместник покинул замок незадолго до того, как туда принесли меня…

Ригнард слушал внимательно, не пропуская ни слова. Он отошел к окну, скрестил руки на груди и прикрыл глаза, представляя свою сестру, стоявшую в лесу и глядевшую на окровавленного ласса, а потом сидевшую у его постели. Как же это было похоже на Лиаль.

- Когда мне было двенадцать лет, - вдруг прервал Гаэрда Ригн, - я слег с горячкой. Сестра не отходила от меня. Несмотря на запрет отца, прокралась ночью в мои покои и сидела рядом, вытирая мне пот и меняя тряпку на лбу. Утром нас нашли вместе. Лиа спала, положив голову мне на плечо. Когда ее хотели забрать, сестрица закатила настоящий скандал, дралась с челядью, царапалась, кусалась, - ласс Магинбьорн усмехнулся и тряхнул головой, - но так и не ушла. Оставалась со мной, пока мне не стало лучше, а потом проспала сутки без просыпу. Удивительно, но сама она так и не заболела. – Ригн обернулся к Гаэрду, слушавшему его. – Думаю, ежели бы не благоразумие и осторожность, она бы сидела у вас дольше и чаще. Лиа всегда чувствовала ответственность за тех, кому способна помочь. Чистейшая душа, а ее с этим…