Няня для пижона 

Глава пятнадцатая

Следующий день я проводила дома, со всей серьезностью заявив Стасу, а заодно и Стефану, что беру выходной. И вполне заслуженный, кстати. После вчерашних покатушек и увеселений, которые наверняка стоили мне пары десятков седых волос раньше времени, я нуждалась в отдыхе.

Поэтому спала до обеда, потом гуляла с собаками больше обычного, болтала по телефону сперва с Костиком, следом была видеосвязь с моими бабулями-морячками. Последние возвращались уже во вторник, услышав это, я даже немного загрустила. Но решила, что Терри и Кэрри все равно останутся со мной, просто мы будем реже видеться, снова воспряла духом. После прогулки и кормежки, я лично отправилась в ванную. Набрав воды с пеной, добавив соль с ароматом лаванды, забралась в теплое убежище и нежилась почти полтора часа. Правда ничем не была занята. Ну почти...Изучала в телефоне соцсети компашки, в которую против воли начала вливаться.

Сперва приглашение о дружбе от Киткат, следом Евген, Пашка, ну, а Карась подружился со мной еще вчера. Девочки написали, что я молодец, Димка упоминал то и дело о том, как круто вчера тусанули, надо бы повторить. Мои же мысли были сосредоточены на Стасе, пару снимков которого я нашла у Жени. Что ж, они действительно вместе и тот факт, что он оставил ее в ресторане, поспешив мне на подмогу, ничего не значит. Как и вчерашние покатушки и разговоры о доверии. Вчера Бикич был крайне мил, довез до дома и даже чмокнул в щеку, как при встрече Киткат. А после развернулся и умчался в ночь, забрав с собой не только мой страх езды на мотоцикле, но и бесконечные мысли о сумасшедшем дне в компании Бикича. Что ж, я частенько умудрялась выбирать совсем не ту компанию, что следовало, поэтому последнее время предпочитала вообще проводить дни в одиночестве. Разве что Костя составлял счастливое исключение.

Покинув ванну, сидела с кружкой кофе и книгой у окна на кухне, дышала летом и получала удовольствие от своего затворничества. А потом решила, что негоже такой чудесный день провести взаперти, потому выбрала удобную одежду и отправилась в свое любимое место – музей искусства. Выставка, на которую мы со Стасом так и не попали, уже закрылась, но там все равно были картины, скульптуры, предметы народного творчества, которые составляли постоянную экспозицию. У меня среди красоты двух этажей были свои любимые местечки, где я могла стоять подолгу, рассматривая мазки, линии, угадывая настроение мастера кисти или то, в каком помещении могла быть нарисована та или иная картина. Правда, о многих я знала достоверную информацию, но это не мешало мне наслаждаться. Воздух в музее был словно пропитан чем-то высоким, притягательным и неуловимым. Паркетная доска блестела, людей было совсем мало. В одном из залов я просто села на белую кожаную банкетку и рассматривала одну из своих любимых картин – поле с маками. Ничего особенного, но как же здорово были прорисованы линии, как простое поле удивляло переменчивым переходом красок, звало отправиться в путь среди этих ярких цветков.

Из состояния погружения меня вывел звонок. Номера не было в списке контактов, но цифры показались смутно знакомыми. Я не ошиблась – звонил Карась.

- Что творишь? – его веселый голос против воли заставил меня растянуть губы в улыбке.

- Сижу в музее, так что не удивляйся, если тихо буду говорить.

- Понял. Что за музей?

- Искусств.

- И что там интересного?

- Много всего, так и не расскажешь, тут видеть надо.

- Хм…Что ж, если ты приглашаешь, то могу приехать.

Я резко выпрямилась.

- Нет, нет, я совсем не имела в виду, что…

- Да я шучу, Лиза, - рассмеялся Димка, я выдохнула. – Хотя…

- Что хотя?

- В музее искусств не был ни разу.

Я помолчала.

- Я пришла не так давно, ты вполне можешь составить мне компанию. Если, конечно, тебе это интересно.

- Я все же больше уличный творец, как ты вчера могла заметить.

- Одно другому не мешает, по-моему.

- Если потом выпьем где-нибудь кофе, то готов поглощать прекрасное, как пирожки.

- Лучше, как шоколад, постепенно раскрывая вкус.

- Ладно, пусть будет шоколад. Жди меня.

Я продиктовала Димке адрес музея, облокотилась на локти, уперев их в коленки. Подумала чуточку и улыбнулась. Приятно все же, когда к тебе готовы ехать куда угодно и говорят «жди меня». Почему-то это вдохновляло.

(Продолжение...)

Минут тридцать я бродила по галерее, даже пообщалась с сотрудницей музея, которая очень интересно рассказывала о картине, о которой я и так знала много, но не перебивать же милую женщину. Потом появился Димка и против воли заставил улыбнуться — топал по широкой мраморной лестнице музея, перепрыгивая через две ступеньки. Он, конечно, совсем не вписывался в атмосферу: рваные джинсы, рубашка в клетку, косуха, на бедре болтается красный платок с белыми рисунками. Платок служил Карасю чем-то вроде банданы, только не закрывал всю голову. Зато улыбка у парня была искренняя и я впервые за долгое время ощутила прилив чувств просто от того, что рядом человек, который меня действительно рад видеть. После традиционного чмока в щеку, Димка осмотрелся, сунув руки в карманы.