Луна Васмиора

18.2

После моих слов время вокруг нас с принцем ощутимо замерло, мне показалось, что повеяло холодом, предвещая большие беды. Дамиран пристально смотрел на меня, а я на него, ни один из нас не готов был сдаться в этой странной игре в «гляделки». Дамиран сжал руку в кулак и в этот момент веяние могильного холодка усилилось. Мы ненавидим друг друга настолько неистово и яростно, насколько можем, либо находимся в том самом процессе, когда, переступая черту, отношения наладить уже невозможно. Молчание затянулось на минуты, каждый думает о своем, размышляет, пристраивается к противнику, пытаясь разоблачить его. Примерно ту же картину я наблюдала, когда Рид общался с лордами, позволив мне незаметно присутствовать.

— Немного преждевременно, я надеялся, что вы немного потерпите с этой просьбой, — принц наконец заговорил, размеренно, сбросив маску циркача. Возможно, я вижу его таким в первый и в последний раз, потому как он удивлен, именно эти обусловлена его резкая перемена в лице и манерах.

— О, это не просьба, — я позволяю себе перенять некоторые составляющие привычной маски принца, поэтому чуть меняю позу в кресле, устраиваясь более вальяжно, благо новая одежда позволяет телу двигаться раскрепощенно и свободно. — Я требую признания и немедленной коронации.

Дамиран тяжело вздыхает и отводит взгляд. Ему явно тяжело понять, не блефую ли я, не скрывается ли за моим требованиеv несколько иные намерения.

— Моя милая, давайте по порядку, — серьезно предлагает он. — У вас есть вопросы, я на них отвечу, а после поговорим и об этом требовании.

Снова игры! Он пытается манипулировать мной, поскольку знает, как сильно раздражено мое любопытство, сколько вопросов, долго остающихся без ответов, раздирают сознание, вводя в некий транс. Мне нужны ответы! Нужны, наверное, даже больше этой чертовой коронации. Пока я окончательно не сошла с ума, пока стараюсь рассуждать здраво и только в интересах Васмиора, мне просто необходимо выяснить все, что пытает меня хуже кнута.

— Хорошо, — я растягиваю губы в улыбку, — солдаты, которых вы ко мне приставили.

— А что с ними не так? — Дамиран театрально ухмыляется и всплескивает руками.

— Вы приказали их высечь. Почему?

— Луна, вы меня удивляете, — он тихо засмеялся. — По-моему тут все ясно, они должны были вас охранять, и в тот момент, когда нужда в их защите была острее всего – они ошивались у дверей моих покоев. За что и поплатились.

— Я их к вам отправила, запретив возвращаться, пока мой приказ не будет исполнен, — мои пальцы впиваются в мягкую ткань ручек кресла, но внешне я остаюсь спокойна. — Эти солдаты в данный момент служат мне, по вашему же приказу, поэтому впредь, если их нужно будет наказывать, то этим занимаюсь я, а не вы.

— Справедливо, — принц наклонил голову. — Но не забывайте, кому бы они не служили, эти солдаты были и навсегда останутся савирийцами.

Я медленно кивнула, скрывая улыбку. О том, кто и кем является мне сложно забыть, памятуя о том, чем это обернулось для моего народа. Но сейчас мне нужны друзья, как никогда, те, кому можно было бы пусть и не до конца, не полностью, но довериться. Думаю, солдаты как раз подойдут для этих временных целей.

— Папка, которую вы мне прислали, — без предисловий перешла к следующей теме.

— Это одна из частей моего извинения перед вами, моя милая леди, — видя мою неудовлетворенность его напыщенным ответом, принц продолжил. — Я собираю подобные сводки много лет, естественно, правдивость всех фактов проверяю лично. Я счел, что вам станет интересно узнать о том, что происходит в мире.

— В конкретных его частях, — перебила я. — В таком случае мне бы хотелось знать больше о ситуации в Савиране.

Я сложила руки на коленях, гадая, о чем стоит попросить следом. Всего за несколько минут мне удалось выпросить руководство над солдатами, это уже что-то. При опытном использовании они станут хорошим подспорьем в предстоящем сражении. Однако, принц прекрасно знает, что открыто отвечая на все мои просьбы и вопросы, самолично вкладывает в мои руки меч, способный однажды отсечь его голову.

— Моя библиотека к вашим услугам, но взамен, — снова театральная заминка, — вы поделитесь со мной своими планами на ближайшее будущее и постараетесь быть менее предвзятой по отношению ко мне.

Вот оно! Я обнажила зубы в улыбке.

— С превеликим удовольствием: я планирую уничтожить вас так же, как король Сакрам уничтожил все, что было дорого моему народу. Око за око, Ваше величество.

Думаю, принц и так прекрасно понимал мои намерения, но ему было важно услышать это от меня лично. Он знает, что может препятствовать свершению подобных планов, но я и это знаю. Все, что было до этого разговора – детские игры, взрослые начинаются теперь. Но как бы ни хотелось мне растоптать весь его род, я буду действовать открыто, не потому что мозгов на большее не хватит. Причина проста: я не хочу предавать память о предках, живших честно, желающих мира и правды. Они не были готовы к сражению, не хотели учувствовать в темных делах Сакрама и поплатились за неготовность отвоевывать свое. К тому времени, когда войска короля Савирана вторглись на земли васмиорцев, у нас не было регулярной армии. Первый показатель откровенной глупости моего предка. У Васмиора оставалась одна надежда – на дар и эта надежда сильно подвела их всех. В момент вторжения королю не удалось собрать всех магов, могущих защищать королевство с помощью разрушающей магии воедино, это и стало началом конца. Какое-то время Васмиор сопротивлялся, в некоторых отдельных случаях весьма отчаянно, люди сплочались в отряды, шли на вражеских солдат с голыми руками и орошали землю собственной кровью, падая под натиском подготовленных бойцов. Среди врагов не было магов, но на их стороне была сила, заключающаяся в умении воевать. Во всем этом меня пугает лишь одно, - однажды я тоже заплачу за самонадеянность, и что-то подсказывает, заплатить придется дорого. Но это потом, и не столь важно, что будет со мной, главное, что перед своим концом я верну васмиорцам то, что они потеряли, в надежде, что они смогут сберечь этот дар, наследие, получше умертвлённых правителей, им придется учесть ошибки прошлого и подготовиться для обороны того малого, что у них осталось и того много, что может у них быть, если, конечно же, они не сглупят.