Эдгард Запашный: «Я не завидую и не обижаюсь на брата»

– Вы вместе с братом и работаете, и живете. Неужели совсем не возникает конфликтов?

– Почему не возникает? Бывает, конечно, мы же живые люди. К тому же два сильных, творческих человека. Случается, что спорим, доказываем друг другу свою правоту. Но наша сила в том, что все разногласия мы решаем, не уходя в глубокие затяжные конфликты и оставаясь близкими людьми.

В основном, конечно, недопонимания возникают из-за рабочих вопросов, хотя и из-за домашних дел можем поспорить. Например, у нас кардинально разные вкусы в быту: я приверженец классического уюта, а Аскольд любит хай-тек. И каждый раз, приходя к нему в гости, я как будто посещаю космический корабль, и не могу удержаться от подколов: «Ну что, когда старт?» А брат, в свою очередь, называет меня старовером.

– Нет ли между вами конкуренции? Все-таки генеральным директором Цирка на Вернадского стали именно вы…

– Никакой конкуренции между нами нет и быть не может. Мы изначально, еще до того как в 2012 я выиграл эту должность в конкурсе, договорились с Аскольдом: если когда-то у нас появится возможность возглавить какое-то серьезное культурное учреждение, его руководителем стану я. Брат сразу сказал: я на директорский пост не претендую, мне интереснее творчество. И было очевидно, что, если я стану директором, предложу Аскольду должность художественного руководителя. Так и сложился наш тандем.

Еще в тему конкуренции: мы с братом параллельно получили звания народных артистов – с одной только оговоркой, что первым из рук президента в Кремле был награжден брат, так как я не смог прийти, и Владимир Владимирович вручил мне нагрудный знак только через полтора года. Мне надо было из-за этого обижаться? Или еще пример: Аскольд недавно получил премию правительства Российской Федерации из рук Мишустина. А у меня такой премии нет. Мне что теперь, завидовать и обижаться? Ну смешно же.

– Вы активный общественный деятель, смело высказываете свою позицию. Не думали ли пойти в политику, баллотироваться в депутаты, как сделал ваш брат два года тому назад, выдвинув свою кандидатуру от партии «Справедливая Россия - за правду»?

– Нет, я никогда не рассматривал такой вариант. И я тогда сразу сказал Аскольду, что маловероятно, что он пройдет в Госдуму, имея ту избирательную кампанию, которую ему предложила партия, плюс – помешает серьезная конкуренция в лице сильного депутата Исаева. Так и случилось. Но в любом случае, это был опыт Аскольда. Проигрывать тоже надо уметь.

– Открыть параллельно с работой в цирке какой-нибудь бизнес не думали?

– Во-первых, мне это запрещено, я же государственный чиновник. Во-вторых, работа отнимает все мое время, заниматься чем-то еще просто невозможно. К тоже же я ведь еще и вхожу в Общественный совет Министерства обороны, кроме того, мы с братом – члены нескольких попечительских советов.

– Месяц назад вам пришлось столкнуться с масштабным хейтом в свой адрес: в сети распространилось видео, в котором вы бьете тигра палкой и обливаете его водой, что вызвало негодование у зоозащитников. Как вы отнеслись к подобному?

– Хейт – неотъемлемая часть жизни известных людей. Хабиб Нурмагомедов высказался, что Егору Криду с его поведением нечего делать в Дагестане, и тут же словил хейт. Федор Емельяненко проиграл два боя и на него сразу накинулись, мол, никакой он не великий боец. Олег Меньшиков из своего театра уволил несколько человек, так ему до сих пор это припоминают. Таких примеров можно привести сотни.

Чем известнее ты становишься, тем сильнее тебя обсуждают и осуждают. Раньше любимой фразой наших хейтеров было: «Это ж как надо бить тигра, чтобы он в огонь прыгал!» Сейчас нам перестали это говорить. Почему? Потому что мы с братом опубликовали одно-единственное объяснение, которое растиражировали СМИ: «Тигр прыгает в огонь не потому, что его заставили, а потому что он понятия не имеет, что такое огонь, и никогда жизни не обжигался». И критики замолчали. Но теперь нашли другую тему для перемывания нам костей.

Что касается того самого видео, о котором вы говорите, – оно смонтировано из фрагментов драк хищников, которые мы с братом сами и публиковали. Странно думать, что они могут нас скомпрометировать.

– В США и Европе цирки с животными запрещены, у нас же они процветают. Что думаете по этому поводу?

– То, о чем вы говорите, распространенный миф. Это неправда. Это информация, которая плавает на поверхности. А на поверхности у нас обычно что плавает? Правильно: то, что не тонет. На самом деле во всех странах с самой сильной экономикой – США, Германия, Италия, Япония, Китай – цирки с животными не запрещены. Немецкий стационарный цирк «Кроне» в Мюнхене, например, имеет в распоряжении больше 300 животных. А Китай сегодня с неимоверной скоростью строит цирки, на арену которых могут одновременно выходить 12 слонов. Там повально нанимают русских дрессировщиков для обучения местных специалистов. А вы говорите – цирков у них нет!

Да, в некоторых странах их действительно запретили, но если посмотреть внимательно, то в большинстве этих стран цирков никогда и не было. Например, вы когда-нибудь слышали про литовский или эстонский цирк? Нет, потому что их там нет. Поэтому и запретили. Давайте тогда в России запретим бейсбол, которого у нас никогда и не было, и хайпанем на этой теме.

Мне всегда хочется спросить ярых зоозащитников, которые так воюют за закрытие цирков с животными: а дальше-то что? Следующий шаг – закрыть зоопарки? Ведь это такое же содержание животных в неволе. Но это же невозможно: по всему миру огромное количество зоопарков – и частных, и государственных.

А следом давайте запретим служебное собаководство и использование собак-саперов. Там животные вообще гибнут каждый день: под завалами, во время разминирования. Но любой здравомыслящий человек понимает важность этой профессии и невозможность исключения из нее животных.

– Перейдем к вопросам о личном. Вы – многодетный папа. Как воспитываете детей?

– Для меня самое главное – воспитать хороших людей, которые будут отталкиваться от нескольких, на мой взгляд, жизненно важных понятий, и первое их них – любовь к семье и к Родине. Я не понимаю, почему некоторые наши чиновники отправляют детей получать образование за границей, ведь там вместе со знаниями они приобретут мышление, совершенно отличное от нашего.

Мои дети ходят в обычную школу. Сын обязательно пойдет служить в армию – это даже не обсуждается. Второе важное понятие – трудолюбие. Ребенок с детства должен понимать: то, что есть у родителей, они заработали своим трудом. И они также должны научиться быть полезными и нужными. Поэтому мои дочери и сын с самого раннего детства посещают кучу кружков и секций, где я учу их уважительно относиться к преподавателям.

Блата я не приемлю. Недавно был на занятии Даниэля по гимнастике и попросил тренеров не делать ему поблажек из-за фамилии, а наоборот, быть построже. Мне нужен сын, который будет пахать не меньше, а больше остальных. Все мои дети растут совершенно не избалованными. Не носят брендовую одежду – это лишнее.

И дочки, и племянницы (им от 10 до 14 лет) уже трудятся в цирке – учатся жонглировать, на шпагатах сидеть. Дрессурой пока не занимаются, им по возрасту рано. Цирк они обожают. Мне как-то звонит мама моих дочек и жалуется: «Стефания не хочет делать уроки». Я попросил дать Стефании телефон и сказал: «Все, ты уволена из цирка». И положил трубку. Через четыре часа Стефания позвонила и отчиталась, что домашние задания сделаны и на завтра, и на послезавтра. Считаю, учеба очень важна: глупые артисты мне не нужны.

– Почему дети практически не появляются в ваших соцсетях?

– Жду момента, когда они себя проявят. Недавно мои племянницы выиграли международный цирковой фестиваль «Принцесса цирка» в Саратове, о чем я с удовольствием рассказал на своих страницах в сети. А просто так выкладывать фото – такое не по мне.

– Ваша личная жизнь в принципе окутана тайной. Почему?

– Потому что она личная. Хотя я понимаю, что публичность накладывает свой отпечаток и где-то информация да просочится в прессу, но добровольно пиариться за счет домашних дел никогда не буду. Да, легко попасть в информационное пространство, творя дичь или демонстрируя свое нижнее белье, но вызовет ли это уважение у зрителя? Вряд ли. А для меня оно дороже хайпа.