Как я стала звездой в Южной Корее: история студентки из Петербурга

Несколько лет назад я через YouTube узнала про корейскую культуру, k-pop и айдолов. Начала слушать местную музыку, заинтересовалась едой, одеждой, языком — стала даже ходить в корейские рестораны в Питере и ставить в соцсетях хештеги на корейском.

Потом я вдруг узнала, что какой-то парень разместил на корейском сайте Naver мои фотографии из блога и написал, что на них «русская модель, которой очень нравится Корея». Фотографии быстро разошлись, многие делали репосты, комментировали, кто-то на меня подписывался. В какой-то момент другой парень написал про меня: «Эта модель хочет выйти замуж за корейца». И тут случился настоящий бум — десять тысяч подписчиков за неделю!

Меня заметили продюсеры корейского телеканала TVN, которые делали реалити-шоу Babel 250 про иностранцев. Проект был рассчитан всего на 15 дней, но одновременно с TVN мне написала одна бьюти-компания и пригласила в Корею на три летних месяца в качестве модели — рекламировать косметику, сниматься в телешоу про красоту. Прислали контракт, пообещали оплатить перелет, проживание и предложили зарплату. Я подумала: если не обман, то почему бы и нет? Я всегда мечтала посмотреть Корею, да и поработать летом было интересно. Так все и началось…

В Корею я приехала 4 июня 2016 года. В аэропорту меня встречали с камерами — что было очень странно и страшно, но при этом захватывающе.

Все было новым: я впервые совсем одна полетела так далеко. Оказалось, меня уже знали, я попала в сказку: встретили, накормили, подарили подарки! Правда, потом выяснилось, что затраты вычли из моей зарплаты… но это нормально, это Корея, всякое случается.

В середине лета мне предложили контракт на три года. Я сказала: «Ребят, как? У меня университет! Я вообще-то на лето приехала». Я ведь только окончила второй курс, училась на дизайнера интерьеров. Когда уезжала в Корею, не было времени даже забрать документы или уйти в академ. Но в итоге я все взвесила и подписала контракт.

В корейской культуре есть стандартизированное понятие о людской красоте. Такая тема — тебя могут прямо спросить: «Кто твой идеал, какой твой стайл?» Это значит — мол, какое тебе нравится лицо, какая фигура. Такой вопрос мне кажется странным, конечно. Обычно думаешь: «Какой стиль в человеке мне нравится — э-э-э, в смысле?» Под «идеалом», «стилем» они подразумевают цвет глаз, высоту носа, губы, цвет волос, прическу, рост, даже характер — да что угодно. Обычно отвечаю так: «Для меня классно, когда с человеком есть гармония, общие интересы, музыка, когда от общения получаешь кайф. Вот мой идеал, если уж хотите обозначить». А если человек симпатичный и ухоженный, это, конечно, тоже плюс.

Корейцы любят бейби-фейс как у Миранды Керр. Здесь много славянских моделей из России. Как правило, девушек отправляют на работу агентства, которые открыты в их собственных странах. У меня вышло иначе.

Здесь на первом месте всегда идет внешность. Например, если на работу пробуются два кандидата, один из которых красивый, а другой — не очень, зато с полным набором знаний, возьмут в 80 процентах случаев первого. Страна маленькая, людей много, очень высокая конкуренция. Все стараются хорошо учиться, красиво выглядеть. Именно поэтому так популярны пластические операции.

Кореянка может с ходу определить, как и какую пластику делала девушка, которая, скажем, напротив нее в кафе сидит. Они настоящие эксперты. Кстати, корейцы всегда почему-то хотят себе сделать, как они это называют, «высокий нос» — как у иностранцев. Хотя мне очень нравятся их миниатюрные носики — не знаю, зачем они их пытаются задрать. Странная идея.

В Корее большинство повернуто на макияже, но, конечно, есть девушки, которые вообще не красятся. У меня есть подруга из Пусана, она не пользуется косметикой, носит кепку, футболку, кеды и джинсы. Лично я делаю очень естественный макияж. Мои три маст-хэва — кушон, хайлайтер и бронзер или карандаш для бровей.

Корейский макияж очень отличается от иностранного. Например, мне не идет черная подводка. А они все время ее используют. Плюс — они делают контуринг носа у бровей, с которым я получаюсь как сова. Я всегда прошу их этого не делать. Что касается брендов, то Holika Holika, Tony Moly — самые дешевые, кореянки их особо не используют. Ну, так — блеск какой-нибудь купили, да и все. Они любят IOPE и, например, CLIO, Etude House, Banila co, PeriPera.

Сначала, когда я приехала сюда, на встречах ничего не понимала. Оказалось, что по-английски говорят далеко не все. Но чем больше я слушаю музыку, смотрю кино, тем быстрее у меня улучшается корейский. Сейчас понимаю где-то 60-70 процентов того, что слышу. Для года в Корее — это, кажется, довольно неплохо. Времени на занятия у меня особо нет, в основном учу язык сама, просто находясь в среде. Слушаю, выхватываю какие-то слова, запоминаю, если что-то не знаю, спрашиваю или смотрю переводчик. Сидеть учить и делать упражнения — такого у меня не было. Разве что раньше по скайпу каждый день 40 минут занималась с корейской преподавательницей, работала над произношением.

Я слышала, что русским девушкам тяжело встречаться с корейскими парнями. У меня есть друзья-корейцы, но каждый из них когда-либо был за границей, они видели другой мир за пределами Кореи, они жили или учились за границей, поэтому у них другой образ мышления. А те, у кого нет возможности выезжать, нет времени, кто много учится или работает (а народ трудолюбивый), очень ревнивые.

Я с этим никогда не сталкивалась, я с корейцами не встречалась, но слышала, что и парни, и девушки этим «грешат». Каждый день у них texting — то есть переписка. Глаза открыли, сразу пишут: «А ты проснулась, а ты позавтракала?» Если не отвечаешь пять минут, начинается истерика. Иногда слышу, как в соседней квартире девушка не просто плачет, а кричит: «Не уходи от меня, не бросай, нет!»

Недавно я снималась в телешоу, где показывали мой день. Такие шоу обычно непостоянные, их снимают в какой-то период времени. Например, тот, о котором я говорю, «Мой сосед Чарльз», фокусировался на иностранцах, живущих в Корее. Суть — рассказать о том, с чем такие люди сталкиваются, как они тут «выживают». Все эти реалити на самом деле — телевидение, они ненастоящие.

Если невесело, неинтересно, продюсеры придумывают какую-нибудь историю, концепт, странные действия. Например, когда я снималась, мне говорили: делай это, не делай то, иди поговори с той женщиной. На самом деле это совсем не реалити. Для меня вообще это самые сложные съемки. Гораздо проще, когда есть план, сценарий. А здесь они говорят тебе — будь собой, но одновременно ты должен быть супервеселым «собой». Или вообще делать то, чего ты, будучи тихим и спокойным человеком, не стал бы делать.

Корейцы — трудолюбивый и креативный народ. У них другой подход к работе, не как в России, не как в Европе. Они делают все очень продуктивно. Их очень много, например, в съемочной группе может быть человек 20. Но каждый четко знает свое дело и четко его выполняет. Здесь очень много творческих людей в моде, музыке, кино, фотографии.

Я постоянно сталкиваюсь с тем, что в Корее люди очень много сравнивают. Например, друг друга. Говорят — а кто красивее? Когда ты пытаешься объяснить, что красота — в индивидуальности, они не всегда понимают. Не у всех есть возможность путешествовать, смотреть на других людей, на мир. Поэтому порой они мыслят ýже. Не все, конечно, но большинство. Страна молодая в плане свободного образа мышления, открытости миру. Это для меня поначалу было странным.

Когда я понимаю, что мой менталитет не сходится с корейским, пытаюсь себя перепрограммировать, перенастроить, чтобы понять эту культуру. Ведь если ты хочешь жить в стране, ты должен подчиняться ее устоявшимся законам.

Когда корейцы едят, они почти всегда пьют алкоголь (особенно мужчины). Бизнес-встреча — это, как правило, ресторан, выпивка. Можно пить на улице, никто ничего не скажет, ничего не запрещено. Причем если русские пьют, чтобы напиться, чтобы было весело, то корейцы пьют так, что кажется — они уже не могут это делать, но все равно продолжают.

Раз в месяц компании собирают сотрудников в коги-чиб — «мясной дом». Там они едят мясо, пьют соджу (аналог водки на основе сладкого картофеля или зерна), веселятся. После все идут в чиммэк за пивом и жареной курицей («мэгчу» по-корейски значит «пиво», первые две буквы здесь от английского chicken, «курица»). Потом все едут в караоке, там опять пьют либо пиво, либо соджу, либо со-мэг: соджу с пивом. Очень часто никто до утра даже не спит — после ночи идут в ресторанчик за лапшой рамэн и выпивают еще стопку соджу, чтобы снять похмелье.

У меня 40-й размер ноги, поэтому на съемки я всегда беру свою обувь. С одеждой тоже не все просто. Если в корейском магазине покупать джинсы, они мне будут узковаты в бедрах и попе.

У корейцев принято все говорить в лицо. «Ой, ты похудела», «Ой, ты потолстела», «Ой, что-то у тебя лицо уставшее». Еще у них есть такая тема — монолог. Кореец идет по улице и может внезапно начать говорить что-то типа: «О, а куда я иду? Так, что мне сегодня надо сделать?» Или: «О-о-о, я голодная», «Ах, я устала». Это так странно, особенно для русского человека! Моя директор, когда мы куда-то едем, тоже может начать говорить с собой вслух. Сразу появляется вопрос: «Давайте остановимся перекусить? Или вы отдохнуть хотите?» Поначалу не знала, как на подобное реагировать.

Я живу одна, у меня небольшая комната в районе Каннам. Даже моя комната в Питере была побольше, но этот район — очень дорогой. Дома я почти не остаюсь, мне там не очень уютно. Тесно, клаустрофобия начинается.

Какая у меня работа сейчас? Снимаюсь в телешоу, занимаюсь имиджевой и модельной съемкой. Обычно обо всех предложениях мне сообщает мой директор. С ней все общаются. В Корее иначе не делается: если ты работаешь в компании, как я, с тобой не могут напрямую связываться, не могут, там, твой телефон дать. Такой этикет. Жаль, что ты не можешь при этом ничего контролировать: может, есть работа, которую хочется сделать, но ты не узнаешь о ней, например, потому что у тебя есть компания, которая что-то отсеивает.

Обычно у меня в день одна большая съемка с утра до вечера. Бывает, меняю по десять образов. Волосы накручивают, выпрямляют, делают хвостики и так далее. В выходные иногда тоже бывают съемки. А иногда, наоборот, съемок на неделе мало, тогда могу увидеться с друзьями, что-то еще поделать. Интересное видео смотрите ниже:

Когда меня спрашивают, что у меня за работа, я никогда не называю себя моделью. Во-первых, люди сразу представляют подиумы, fashion, Yves Saint Laurent, Prada… Они смотрят на тебя и оценивают: «М-м-м, ну да, у тебя что-то бедра широковаты…» Здорово, что сейчас во всем мире меняется стереотип о «высокой худой модели», но в Корее это пока не так. Во-вторых, я не хочу вешать ярлыки, тем самым загоняя себя в рамки. Я говорю, что я либо entertainer («развлекатель»), либо артист, либо free soul («свободная душа»). Недавно я даже сделала татуировку с этой фразой — кстати, уже будучи в Корее.

Очень часто бывает, что меня узнают на улице, в общественных местах, кафе. Обычно это очень яркая и позитивная реакция со стороны корейцев. Просят либо сделать селфи, либо дать автограф, если вижу, что они стесняются, сама это предлагаю. Для меня это до сих пор каждый раз как впервые, не могу привыкнуть, ведь я обычный человек.

В Корее очень важен имидж артиста, знаменитости, политика. Бывали случаи, когда карьеры ломались из-за неудачного романа или небольшого скандала. Нужно правильно выстроить свой имидж, быть вежливым и вести себя «прилежно». Впрочем, даже при этом все равно может найтись повод (все мы все-таки люди) для обсуждений и осуждений.

Корейцы относятся очень серьезно ко всей сфере развлечений, и особенно к айдолам. Я вообще никогда не понимала, зачем называть живого человека айдолом («идолом», «идеалом»), — это же огромная ответственность для него и стресс. При любом проявлении «признаков человека» айдол подвергается нападкам со стороны общества. А для меня гораздо приятнее смотреть на живых людей и верить, что они — такие же, как ты. Люди, которые любят и наслаждаются жизнью, при этом даря другим улыбки. Это то, что стараюсь делать я.

Когда у меня есть свободное время, я снимаю видео для YouTube-канала. У меня дома стоит камера на штативе, микрофон, чтобы записывать песни, каверы на укулеле, делать музыку. Иногда, когда есть настроение, я делаю трансляции, во время которых играю.