Женская солидарность, или Выжить несмотря ни на что

Что хотел, то и получил или женщин обижать не рекомендуется…

Что хотел, то и получил, или женщин обижать не рекомендуется…

Грот Майер академия Грёз

Маргарита

Месяц в стенах академии пролетел незаметно. И сегодня настал страшный для меня день. Сегодня в академию один за другим возвращаются адепты, поскольку каникулам наступил конец. Я так сроднилась с тишиной, что сейчас для меня всё было дико. Все сновали вокруг, бежали куда-то, кричали, толкались, да ещё и пристально осматривали меня с ног до головы. Не знаю, правда, почему. Словно я зверь какой-то невиданный, и они впервые видят меня. Реакция у всех была неоднозначная: кто-то шарахался от меня в сторону, будто я прокажённая, кто-то показывал пальцем – в общем, равнодушных не было.

Заглянув в столовую, поняла, что место у окна, которое я облюбовала и занимала каждый раз уже в течение месяца, занято. Пришлось с подносом в руках пробираться через ряды адептов к свободному столику, который стоял в центре столовой. Причём, как ни странно, именно этот столик и оставался единственным свободным местом. Все ютились как шпроты в банке, сидели чуть не на головах друг у друга. А тут… Махнув мысленно рукой и не забивая себе голову, присела за столик. Как только я это сделала, в столовой установилась тишина. Подняв голову, увидела, что все присутствующие смотрят на меня в упор, не забывая при этом шушукаться друг с другом.

Интуиция мягко мне намекнула, что, похоже, я заняло чьё-то место и, скорее всего, место непростого адепта. Однако дело уже сделано, и ступать пятками назад я не собиралась. Стоит только один раз уступить, и будут гнобить до конца дней. Поэтому, придвинув тарелку поближе к себе и не обращая на присутствующих адептов в столовой внимания, стала поглощать свой обед. И как в хорошем анекдоте, доесть мне не дали. В столовой вдруг стало подозрительно тихо. Даже звон посуды перестал быть слышен, из-за чего я отчётливо услышала за спиной звук приближающихся ко мне шагов. Я не оборачивалась, но моё тело застыло в ожидании, так как было понятно, что пожаловали по мою душу. Я не ошиблась. Буквально через несколько секунд услышала полный ненависти голос прямо над своей головой.

— Алэн, посмотри-ка, кто занял место Логиана.

— Судя по тому, что мы её наблюдаем в стенах академии до сих пор, ей мало досталось тогда, — голос второго собеседника был не лучше первого. По крайней мере, в язвительности не уступал.

— Тебе даётся ровно две минуты на то, чтобы собрать свои помои и покинуть наш столик, — ненависть в голосе говорящего заставила меня оказать отпор.

Я прекрасно поняла, что обращаются ко мне, но, проигнорировав говорящих, продолжила есть. Если здесь людей не любят – это их право, но вот конкретно себя я уважать заставлю. Хамов не люблю с детства. Поэтому, поддев что-то наподобие огурца на вилку, продолжила с наигранным аппетитом уплетать свой обед, хотя самой было страшно.

— Ты что, глухая? — раздался голос прямо надо мной, и тут же последовал удар по ножке стула, на котором я сидела. Никто не спешил заступиться за меня. Всем было до жути интересно наблюдать за сценой, в которой в главной роли выступала я.

— Вы это мне? — положив вилку на стол, я все же удосужилась посмотреть на того, кто так мило умел говорить даме комплименты.

— Тебе! — выплюнул он с отвращением слово так, как будто перед ним сидит бомж.

— Во-первых, «милый мессир», я с вами на «ты» не переходила, а во-вторых, научитесь сначала правилам вежливого обращения, а потом уже подходите к даме со своими проблемами.

— Что?! Ты вообще обнаглела?! Быстро свалила из-за нашего столика, — гневно глядя на меня и уже не справляясь со своими эмоциями, проорал парень.

Да, красота ещё ничего не значит. Вон как скривился, аж перекосило всего.

— А с чего вы решили, что он ваш? Где-то здесь это написано? Или, может быть, вы его зарезервировали на все время обучения?

Лицо дракона – а это был, несомненно, он, так как кто ещё будет таким надменным – пошло пятнами. Двое других молчали, но взглядами одаривали меня такими же, что и их приятель. Этот разговор ни о чём стал меня напрягать и вызвал желание скрыться, но я стойко терпела выпады со стороны парней. Отвернувшись от них, нервно протянула руку за кружкой.

— Ах, ты, — и меня, не ожидающей такой подлянки, тем более со стороны мужчины, впечатали лицом в стоящую передо мной миску с гречневой кашей. Рука, державшая меня за затылок, так же внезапно покинула меня, как и дотронулась. Я пребывала в шоке, и это было ещё мягко сказано. Когда я подняла голову и посмотрела на того, кто осмелился поднять руку на меня, увидела, как он улыбается мне, обнажая свои белые зубы. Сожаления не увидела, лишь надменный взгляд синих глаз.

От удара у меня носом пошла кровь. Медленно опустив голову, я как ни в чём не бывало взяла салфетку, стала вытирать разбитый нос и стирать остатки еды с лица. С виду могло показаться, что я оставалась спокойна, как удав, но внутри меня клокотала ярость. Причём не только на молодого парня, который поднял руку на женщину, но и на всех вместе взятых. Все сидели и хихикали, наслаждаясь бесплатным представлением. Никто не удосужился помочь бедной мне. Все теперь встало на свои места. Я чётко поняла, какую нишу занимаем здесь мы, люди. Никакую. Над нами можно потешаться, издеваться… Медленно отъехав на стуле назад, отчего по залу прошёлся скрежет скользящих по камню металлических ножек, я встала, кинув салфетку на стол.