Обещать (не) значит жениться

Глава 6

Эльза

Я обычная девушка ростом метр шестьдесят, с обычным телосложением для своего роста, без выдающихся выпуклостей, волосы по плечи, русые, с выгоревшими от солнца прядками, серые глаза, аккуратный нос и в меру пухлые губы. Краситься я не люблю, во-первых, экономия времени, во-вторых, независимость от погодных условий, будь то снег или дождь, мне все нипочем, в-третьих, экономия бюджета на краске и шпаклевке, в-четвертых, здоровые нервы, не надо дергаться по поводу потекшего макияжа, если был тяжелый и длинный рабочий день.

Плюс работы в медицинском учреждении — это форма, не надо ломать утром голову, что надеть, главное, чтобы медицинский костюмчик был чистым и отглаженным. Для счастья мне было достаточно пары джинсов на холодное время года, одной юбки, шорт, пары футболок и хлопковых джинсов. Анна Львовна на мне реализовывала свои идеи по вязанию, у нее получалось красиво, топы, ажурные кофточки, теплые свитера. Поэтому по магазинам я ходила редко, когда меня вытаскивала Кира с подругами на распродажи, пару раз в год. Даже не заметила, как со временем подруги Киры стали и моими.

Ульяна была самая активная и деятельная в этой компании. Легко ориентировалась в фасонах и качестве тканей, её советы были ценными, словно она всю жизнь проработала в «Модном приговоре». По ней и не скажешь, что она уже мамочка, у которой сын скоро пойдет в школу, плоский живот и даже кубики на прессе есть. Мне бы так выглядеть, когда будет почти тридцать!

Еще девчонки любили закупаться в «Летуаль», пока я там разглядывала товары и просто не верила цифрам на ценниках. Они меня быстро брали в оборот, и мы дружно нюхали тестеры с парфюмом, а потом высказывались. Цены для меня там были космос. Единственное, что я могла себе позволить, — это бальзам для губ.

Они не переставали меня удивлять подарками в виде сертификатов «Летуаль» или магазин нижнего белья на дни рождения. Для меня такие подарки сродни презентам от фей-крестных. Хоть я и предупреждала их, что отмечать не буду. Для меня это просто дата, с которой увеличивается количество прожитых лет, не более. Девчонки оказались упертыми и настойчивыми, приходили сами с тортом и подарками.

А в последние годы уже стало традицией отмечать день рождения на кухне в компании Анны Львовны и девчонок с домашним тортом, запеченным картофелем по-деревенски и куриными медальонами. Но никто из них не высказывал «фи», они искренне поздравляли и желали встретить любовь всей жизни, чтобы раз и навсегда. Я лишь улыбалась и кивала.

***

Вот и подкралась незаметно последняя встреча с Эдуардом Альбертовичем Шмидтом, экзамен по уголовному праву. Утро субботы, солнечное и морозное, зимняя сказка в конце января. На мне колготки под джинсами, теплый свитер стального цвета, связанный заботливой Анной Львовной, волосы были заколоты карандашом, все как обычно.

— Сумки, телефоны отставляем на столе у входа, — объявил преподаватель, стоя в дверях аудитории, при этом сверля меня взглядом. — С собой несколько сдвоенных листов, ручку и зачетную книжку.

У меня наверно на лбу прицел для него горел красной лампочкой. Что-то мне кажется, экзамен будет не так просто сегодня сдать. Пред смертью не надышишься, поэтому мы с Кирой зашли в первой пятерке. Нас, конечно же, отодвинули, чтобы занять вторые парты и прикрыться нашими широкими спинами для списывания.

Взяла билет, Эдуард Альбертович взмахом руки указал мне место напротив преподавательского стола, первая парта, средний ряд. Вопросы в билете я знала хорошо, как и статьи к ним, задача на квалификацию УК РФ была вполне решаема.

Я быстро расписала ответы тезисами и статьями кодекса, а затем стала рассматривать соседей. Если сейчас пойду отвечать, как это будет выглядеть? Не слишком самоуверенно, для той, что взяла билет предпоследней? Мое внимание привлек парень справа, который достал пухлую шпаргалку-гармошку и попытался тихо оторвать кусок, но был пойман преподавателем.

— Фролейн Гельм, вы ждете, когда с вами поделятся шпаргалкой? — сказал он, забирая шпаргалку у бедолаги, но смотря прямо мне в глаза.

Морозко, чтоб его!

— Нет, — ответила я.

— Сразу предупреждаю, минус один бал, если сейчас пойдете отвечать. Или встретимся на пересдаче? — сказал он парню.

— Встретимся на пересдаче, — сказал тот и покинул аудиторию.

— Позовите следующего, — попросил преподаватель.

Повернулась налево, Кира писала, прикусив от усердия губу и переходя на второй сдвоенный лист. Вот где страсть к писательству!

— Хорошо подготовил шпаргалку, все вопросы охватил, — сказал преподаватель, рассматривая шпаргалку длиной в три-четыре метра, разорвал и выкинул в урну.

Зашла студентка, Маша Лисовская, в руках у которой было больше одной пары сдвоенных листов, вытянула билет и разместилась справа от меня. Эдуард Альбертович сел за стол и стал пролистывать зачетки, затем резко оторвался и спросил:

— Лисовская, что вы пытаетесь разглядеть на чистых листах? Может, мне скажете, а я вам помогу найти.

Маша перестала копошиться в своих листах и принялась смотреть на свой билет не моргая.

— Думаю, студент Зализский готов отвечать и сдать шпаргалки, утяжеляющие его носки. Минус бал! Прошу, — сделал он приглашающий жест к преподавательскому столу.