Я (не) согласна

Глава 5. Дилижанс и мужские носки

Я сижу в придорожном трактире, мрачно притопывая ногой. Какого беса, Ларри? Какой важной птицей стал этот мальчик, раз позволяет себе опаздывать почти на час? Я не боюсь, вернее, почти не боюсь. В мужской одежде спокойно. Волосы у меня острижены под мальчика - очень коротко. Немного жалко, конечно, но так практичнее. Да и волосы не руки - отрастут. Надесь, никто во мне девочку не признает, а к парню уж точно приставать не будут. Кроме того, я прекрасно знаю, что человек за стойкой работает на службу безопасности Галлии. Стоит мне выкрикнуть свое имя - и никто не посмеет больше меня тронуть. Правда, тут же вежливо, но твердо сопроводят к отцу.

Вообще-то здесь довольно прилично: люди тихо разговаривают, не ругаются и не скандалят, подавальщиц не задирают. Да уже один факт, что еду разносят женщины средних лет, а не здоровые мужики или разбитные девицы с оголенной до неприличия грудью, говорит о высоком статусе заведения. Да, трактир. Не ресторан. Темно, ибо окна не мыты с того дня, как их вставили, пыль в углах, ноги прилипают к полу. Но столы чистые, тетки их постоянно протирают, посуда приличная, даже не щербатая и ложки металлические. А это уже почти роскошь.

В основном здесь околачивается люд победнее. Не торговцы и не лорды, а крестьяне и обычные горожане. Кроме того, тут воду и хлеб дают бесплатно к любому заказу. Вот я и прихлебываю... воду из деревянной чашки. Хорошая, между прочим, вода, свежая.

Наконец за мой столик опускается человек, которого я жду. На самом деле я бы его даже не узнала, если бы встретила в толпе - так он изменился за четыре года. А даже если бы узнала - ни за что бы не стала иметь с ним дела. Я помнила худенького мальчика с белыми кудрями, а сейчас передо мной бледный красноглазый тип с хмурым выражением лица. Единственное, что не изменилось - белые волосы, теперь завязанные в хвост.

- Ты вообще не выросла, рыбка, - говорит Ларри. - Где обещанные округлости и стати? Где твои роскошные косы?

- Косы пришлось отрезать, - ответила я, размышляя, а не позвать ли мне хозяина прямо сейчас. - А стати... питалась скудно. Папаша в монастырь запер. Думал, там дурь из меня выбьют.

- И как, выбили? - сочувственно спросил Ларри, наверное, нисколько мне не веря.

- Сам же видишь, что нет.

- От чего бежишь, рыба моя?

Рыбой меня прозвали за постоянную болтовню. Было время, когда мой рот не закрывался ни на минуту. Почему-то от старого прозвища и внимательного взгляда этого незнакомого мне мужчины потеплело в груди.

- Видишь ли, Ларри… Отец меня просватал. Вот только не начинай, что место женщины - на кухне! Замуж - это не для меня.

- Отчего же? - вздохнул Ларри. - Хочешь, я на тебе женюсь? И позволю делать всё, что ты захочешь? И книжки пиши, и памфлеты свои. Без проблем, детка.

Я икнула от удивления. Это что, мне сейчас предложение сделали?

- Вынуждена тебе отказать, мой опасный друг, - осторожно ответила я. - Это слишком щедро для маленькой рыбки.

- И слишком глупо для единственной дочки Кирьяна Браенга, верно?

Я едва удержалась от вскрика. Он знает. Что теперь? Сдаст отцу? Возьмет в заложники?

- Не смотри так испуганно, девочка. Таких кос ни у кого в столице не было. Не буду я тебя жрать, не бойся. Ты мою сестру из борделя вытащила. За ней монашка приезжала, выкуп внесла. Я знаю - твоих рук дело. Я твой должник. Что тебе, подорожную нужно? Я готов.

- Подорожную, - кивнула я. - И рекомендации.

- Извиняй, до Славии у меня руки пока не дошли. Бумаги есть, через границу тебя выпустят, а дальше сама вертись. Ну, ты грамотная, справишься. Вот.

Он положил передо мной на стол подорожную, оформленную честь по чести, даже с гербовой печатью: на Степана Кирилловича Градова, сына однодворца из волости кнеса Градского.

- Имя выбрал наиболее близкое, чтобы ты не путалась. Фамилию... ну фамилия как у бастарда Градского. Если вдруг что - пригодится и это. Опять же, кнес Градский тебе родня, его дочка твоя какая-то там родственница. Не слишком близкая, но сослаться можно. Такими знакомствами не разбрасываются. И вот еще на всякий случай.

Он выложил передо мной в столбик с десяток двойных империалов.

- Убери, - попросила я. - Во-первых, у меня есть деньги в банке, и немало. Во-вторых, грабанут меня как пить дать с таким богатством. А в-третьих - что я с золотом делать буду? Если серебра и меди дашь - буду благодарна.

- Эх, богатая девочка, - хмыкнул Ларри. - А ведь я пытался тебя впечатлить. Но ты, как всегда, права. В дороге медь нужнее будет.

- Спасибо, - я взяла предложенный кошель - самый простой, кожаный, со шнурком - и взвесила на ладони. Неплохо.

- Послушай, рыбка, - тихо сказал Ларри. - Может, плюнешь на всё и вернешься к папочке? Ну выдаст он тебя замуж, вдруг понравится, а? Зачем ты убегаешь от судьбы?

- Судьбы не существует, Ларри, - твердо сказала я, поднимаясь. - Мы сами строим свою жизнь. Пойдем, у меня через час дилижанс.

- А как ты купила место без подорожной?

- Взял и купил, - пожала я плечами, перевоплощаясь (как я надеялась) в парня. - Я ж говорил, что золота у меня достаточно. В крайнем случае, не явился бы один пассажир - кто бы его искать стал?

---

Убежать от охранников получилось на удивление легко: настолько легко, что это даже вызывало подозрения. Я просто ночью вылезла из окна комнаты постоялого двора, украла лошадь на конюшне и, сверившись с картой, которую я перерисовала с атласа еще в монастыре, отправилась в сторону Славии.

Сбежала я, разумеется, не сразу. Первые три дня я вела себя как настоящая принцесса: немного манерно, но вежливо и в меру приветливо. Повизжала при виде мышки на постоялом дворе, посетовала, что боюсь лошадей, пококетничала с охранниками (к слову, приятными простыми парнями) - в общем, создала впечатление воспитанной и недалекой девушки. Неопытные гвардейцы расслабились - сами виноваты. Не крестьянку, чай, везут, а  дочку Кирьяна Браенга. Надо думать, что всё может быть сложнее, чем кажется.