Как сохранить Огненный трон.

Сердце матери.

Все преклонили колени перед своей Правительницей. Серафима и сама не помнила, как она оказалась на троне, как на ней появилась корона с рубином(с тем самым, который, как она знала от отца, открывает порталы). Момент, когда в зал вбежала королева, Серафиме показался до боли знакомым. Вот точно так же почти год назад мама вбежала в тронный зал. В тот день начался весь этот кошмар. Сегодня Серафима надеялась, что все беды прошли. Они с сестрой вернулись домой. Девушка смотрела на маму и ждала объятий. Она так сильно скучала! Серафима готова была вскочить с трона и побежать к маме, но что-то ее насторожило. Взгляд, которым смотрела королева. В нем тенью проскочило что-то чужое. Всего на мгновение. Задуматься над этим Правительница не успела. Все присутствующие с возгласом "До здравствует Правитель Междумирья!" поднялись с колен и замерли, ожидая ответного слова Серафимы. Девушка почувствовала, что должна что-то сказать и встала с трона.

-Дорогие мои! Приветствую Вас! Не могу передать словами, как я рада вновь оказаться дома!...

Серафима говорила не долго. Но она, как смогла, показала свою душу и сердце. Сказала, как скучает по отцу и как ей не хватало мамы. При этом, Правительница посмотрела на королеву, но не увидела теплоты в ответном взгляде. Девушка списала все на усталость, но дала себе слово поговорить с мамой как можно скорее.

Королева Агния смотрела на все, что происходило в тронном зале, но не могла сфокусироваться ни на чем, кроме короны Правителя. Когда Серафима упоминула в своей речи маму, королева, наконец обратила свое внимание на дочь, и почувствовала лишь досаду. Но в следующий момент Агнию заполнил стыд, стало невооброзимо противно от своих недавних эгоистичных мыслий. Королева встрепенулась как от пощечины, осозновая, что сейчас в данную секунду она должна обнимать своих девочек, а не смотреть на весь свет волком. В одно мгновение богиня преодолела зал и, прерывая речь Серафимы, заключила ее в свои обьятия. Спустя пару ударов сердца она смогла востановить сбившееся дыхание и, найдя взглядом Елену, протянула той руку, призывая подойти. Девочка кинулась вперед и тут же оказалась в двойном кольце рук.

Верный Янар понял все без слов. Лишние были препроведены за двери, а королева с дочерьми, наконец остались одни.

Спустя минут пять, а может и целую вечность, слезы все еще не прекратились, но ноги перестали держать всех троих. Следующие пятнадцать минут мать и обе ее дочери сидели на ступенях возле трона. Как и раньше, обнявшись, как и до этого, они плакали и молчали. Именно сейчас разговоры были лишними.

Это потом, когда девочки примут ванну и поедят, они будут сидеть в родительской спальне и, перебивая друг друга от волнения, рассказывать маме все, что пришлось пережить. А Агния будет слушать с теплой улыбкой, периодически кивая и охая, сдерживая себя, чтобы вновь не начать плакать или обниматься.

Извиняюсь за долгое молчание и такую короткую проду. Дела, хозяйство, жара... Я не оправдываюсь. Просто, дорогой читатель, знай, я не забыла о тебе. И мне очень стыдно, что не могу вовремя выкладывать текст. Да, я выпала из эфира на неопределенный срок, но, надеюсь, этот момент не охладит моего читателя. Еще раз прошу прощения стараюсь, как могу.

Р. S. В черновике есть еще глава. Но ее небходимо проверить на ошибки и исправить что-то не знаю что, что меня в этой главе не устраивает. Так что, если мои дети мне сегодня позволят дойти до компьютера, вечером еще будет прода. Всех люблю. Ваша Галя Власова.

****

Продолжаю, ибо не раскрыта тема главы. О сердце матери.

Заснули принцессы в родительской кровати почти под утро. Агния же долго перебирала локоны дочерей, чьи головки лежали у нее на плече с обеих сторон. Когда дыхание дочерей выровнялось, стало размеренным, королева осторожно высвободилась из их объятий и перешла в кабинет. Ей нужно было подумать.

Лис, спящий у кровати королевы, лишь проследил за мамой своей подруги взглядом, но тревоги не поднял. Он чуствовал опастность, но не мог понять источник. И решил пока, на всякий случай, присматривать за всеми.

Давно уже королеву терзали сомнения, как так просто в их жизнь пришло горе. Смерть короля, пропажа принцесс, смута, которую пришлось подавить силами верных короне джинов огня... А теперь и безумство. Её, Агнии, безумство. Ведь королева понимала, что поведение её не тепично в последнее время. Иногда богиня не могла вспомнить, что делала в отдельный отрывок времени. Иногда она оказывалась в тайных катакомбах замка или в другом каком-нибудь мрачном месте, и совершенно не помнила, как там оказалась и зачем.Но списывала все на стресс.

Католизатором прозрения стала реакция на появление принцесс. Дочерей. Агния чётко помнила, что в первые мгновения не почувствовала ничего, кроме ненависти. Ненависти к собственным дочерям. Это ввело в ступор. Обездвижело. Конечно, она пришла в себя, но все же... А еще эти сны. Где Дарий говорит с ней, но не своим голосом. И не просто говорит, а обвиняет в своей смерти. Смотрит так, что становится страшно. От таких снов Агния просыпалась в холодном поту. С криком.Еще в памяти всплыла странность с артефактом сновидений. Непонятная тень никуда не пропала. Она вновь спряталась за спиной изображения королевы.

Вспомнив об артефакте, Агния вдруг захотела взглянуть на картину. Уже давно она перенесла артефакт в свой кабинет и заперла дверь. Королева испытывала необъяснимый страх перед изображением себя и дочерей.уже почти месяц она не входила в кабинет и не видела артефакт. Но сейчас богиню тянуло туда, куда она боялась войти так долго.

Кабинет встретил пылью и мраком. Наколдовав магический светильник, Агния с опаской подошла к завешеному семейному полотну, но сдернуть покров не осмелилась.

-Да что за глупые страхи?!?- в сердцах воскликнула королева и, не давая себе времени для отступления, освободила полотно.

Артефакт не укусил и даже не взорвался, хотя королева была готова к любому развитию событий. На полотне были они втроем: мать и две дочери, совсем рядом, все на том же пляже, но Серафима смотрела не на семью, а на море, Елена все с тем же непонятным зверьком, а вот мини себя королева совсем не узнала. Агния смотрела на свое изображение и не могла пошевелиться. Лицо королевы, как и ее фигура были изображены не четко, размыто. Но даже не это поразило Агнию.В глаза бросалась неестественная бледность, а вместо глаз зияли черные пустоты, от которых по верхней части лица маской разползались темные полосы. В своей копии богиня больше не чувствовала себя. Тень, что всегда смущала королеву теперь не была где-то на полотне. Нет, тень теперь наложилась на изображение самой Агнии, сделав его жестким, темным.