На задворках галактики -3

8

Глава 4

Тыл Вежецкого фронта, середина октября 153 г. э.с.

Приказ, присланный из управления контрразведки фронта, явился для генерал-майора Усова полной неожиданностью. «Как обухом по голове», — пронеслось у него в мыслях при повторном прочтении. Что ж, рассуждал Усов, приказ есть приказ и его надлежит исполнять. Первоначальное раздражение уже успело растаять и если судить трезво, то польза для общего дела в сотрудничестве с контрдиверсионными группами Главразведупра несомненно будет. Профессиональная ревность, присущая ему как жандарму и кадровому армейскому контрразведчику, у него присутствовала издавна. Но ревность ревностью, а группы «охотников», как на жаргоне Главного разведуправления назывались контрдиверсанты, знали своё дело туго. И потери они несли куда меньшие, нежели жандармы-оперативники. Естественно Усов знал, что совершенно не в качестве подготовки его жандармов дело, зачастую те и поопытнее будут; всё дело в пресловутых «стирателях», одолеть которых крайне трудно да и не всегда возможно для человека, неподготовленного по специальным техникам сверхвосприятия. Такого врага надо бороть его же оружием и хорошо, что оно имеется, пусть даже и у «конкурентов».

Заоконную тишину разрезал гул двигателей. Судя по звуку – легковушка и БТР. Скрип тормозов и снова тишина.

«Легки на помине». Усов спрятал папку в стол и подошёл к окну, глядя с высоты второго этажа, как начкар проверяет документы у прибывших. Четыре офицера вышли из легковушки и спокойно по очереди предъявили документы, нисколько не смущаясь тем обстоятельством, что до особого знака начальника караула все они находятся под прицелом охраны. Только после того как прибывшие прошли к парадному входу, из БТРа начали выпрыгивать автоматчики. До этого, видимо, им было приказано не высовываться, дабы не нервировать жандармов. Что ж, вполне осмотрительно, — оценил Усов.

Через пару минут в дверь постучали, затем вошёл дежуривший по отделу вахмистр.

— Впускайте гостей, — махнул рукой Усов, не дожидаясь доклада.

Козырнув, вахмистр исчез за дверью и в кабинет вошли четверо офицеров. Старшим у них был полковник, на вид лет этак тридцати -тридцати пяти, несомненно он и есть тот самый Семёнов, упомянутый в приказе. Остальные помоложе: вольногорский штабс-капитан с опасным взглядом, который запросто может вызвать ступор у чувствительных натур; и два совсем ещё юноши – штабс-капитан и подпоручик, чьи мечтательные выражения лиц могли бы обмануть кого угодно, но только не хозяина этого кабинета.

— Честь имею представиться, полковник Семёнов, — щёлкнул каблуками старший из гостей. — Вот мои документы и полномочия, прошу.

Он протянул их генералу и Усов порядка ради быстренько их изучил.

— А это мои офицеры, — представил Семёнов застывших в линии подчинённых, — штабс-капитаны Торгаев и Масканин и подпоручик Ершов.

— Прошу, господа, — указал на стулья Усов и занял за столом своё место. Подождав пока все рассядутся, произнёс: — Итак… я вас слушаю.

— В Светлоярске меня уверили, что с вашей стороны я получу полное содействие…

— Вы его получите, — подтвердил Усов и, немного помедлив, добавил: — в пределах разумного, разумеется.

— Совать свой нос во все дыры я не намерен, — Кочевник самую малость улыбнулся.

— Рад, что вы меня поняли, полковник.

— Меня интересует одно единственное дело…

— «Туман», — упредил его жандарм.

— Так точно, господин генерал. Именно «Туман».

Усов кивнул. Как раз это он и предполагал. Дело «Туман» почти два месяца было его головной болью и фигурировала в нём неуловимая до сего дня разведдиверсионная группа, действовавшая как правило в войсковых и армейских тылах участка фронта, занимаемого 4-й армией. Взятие «языков», засады на рокадах, дерзкие налёты на тыловые гарнизоны и даже на штабы стоящих в резерве частей. И ни одного тела диверсанта в руках контрразведки, не говоря уж о пленном. У вражеской группы имелся специфический «почерк», по которому и объединены все случаи с её участием в дело «Туман». Во всех случаях велгонцы действовали внезапно, словно не существовало против них режимно-заградительных мер и словно бы охране и часовым отводили глаза. Да так оно, похоже, и было. В рапортах очевидцев полно чертовщины и всего того, что не влезало в рамки обыденного представления о физических законах материального мира. Тут поневоле начнёшь сомневаться или в здравости ума многочисленных свидетелей, или в собственном взгляде на устройство вселенной. И когда таких фактов накапливается много, то начинаешь соображать, что сказки о «стирателях» не такие уж и сказки. Собственно, ко всякого рода «мистике» Усов стал серьёзно относиться ещё в первый военный год.

— С делом мы ознакомились в Светлоярске, — сообщил Семёнов. — Исходя из последних случаев, в которых отметилась вражеская группа, прослеживается определённый маршрут её движения: Дыбино – Вечево – Старогорск – Плужаны. Соответственно, и район теперешнего её пребывания с большой вероятностью можно считать, начиная от Плужан и по вектору на юго-восток с сектором от Костенцы до Старые Ясенцы.

Генерал-майор согласно кивнул и сказал:

— Мы пришли к такому же выводу. Одно только донельзя осложняет нам жизнь: у нас нет радиоперехвата.

— Что вовсе не означает, что группа не имеет связи.

— Согласен. Мы склоны полагать, что эта группа использует какие-то иные диапазоны, к которым глухи наши передвижные пеленгаторы.