Между нами

Глава 6. Статус

Три дня в доме матери Дениса тянулись бесконечно. Я чувствовала себя лучше на следующий день, но Зоя Михайловна запретила мне вставать.

Она велела Нине остаться со мной дома, присматривать. Сама умчалась куда-то получать мои анализы и советоваться со своей подругой.

Нина, примерно моя ровесница, слава богу, оказалась немного социопаткой. Она говорила со мной только по делу, не задавала вопросов, не позволяла себе суждений и пустой болтовни. Она заперлась в своей комнате и выходила оттуда только в туалет и поесть. Накормить меня заодно, ведь мать ей приказала дать мне суп в полдень, а на полдник пряники и кефир.

Я сходила принять душ. После общаги брезгливость не страшна, но даже в общей душевой я чувствовала себя лучше. В этой квартире мне было страшно сделать лишнее движение. Из-за Зои Михайловны, конечно. Пожив с ней три дня, я поняла, что Нина боится мать не меньше, чем я.

Мои анализы, разумеется, были не очень, но не трагедией. Я собиралась пересдать их как можно скорее, ведь чувствовала себя уже намного лучше. В пятницу Зоя позволила мне сходить в универ на занятия.

Думаю, она бы не отпустила, но я упомянула важную лекцию у Сергея Борисовича. Имя моего куратора Зоя знала. Видимо, от Дениса. Она поскрипела зубами, но выдала мне сумку, ключи от квартиры и тонну инструкций, как закрывать дверь, когда возвращаться и тому подобное.

Я шла в универ пешком, дышала воздухом, удивляясь, как моя жизнь изменилась за эти дни. В голове все еще не укладывалось, что я жду ребенка и живу в плену у будущей бабушки.

Невероятное что-то.

Я до сих пор не сказала родителям. Страшно.

Мама ждала домой на выходные, но я приготовила речь, чтобы не ехать. Мне нужно еще немного времени и смелости. И Дениса Майорова. Мы не поговорили нормально. Телефон не в счет. Я не знала его, не доверяла. Вдруг сейчас он приедет и скажет, что передумал.

Что я буду делать тогда?

«Рожать», - ответило мне сердце маминым голосом. И папиным тоже. Он не стеснялся говорить, что совершенно не желает мне мужа.

«А вот внуков надо, Наденька. Внуков мы воспитаем. Так что не ведись на мужиков», - вещал папа на каждом семейном сборище.

Я краснела, бледнела, но за парней не хваталась, как за спасательный круг. Я хотела нормальную семью, ведь перед глазами был очень крутой пример родителей.

Никто из моих приятелей не дотягивал до высокой планки.

- Надь, телефон, - шепнула Таня.

Я глянула на светящийся экран и вздрогнула. Денис звонил. Пока соображала, телефон потух.

Я написала Майорову:

На лекции, в универе. Не могу говорить.

Майоров сразу ответил:

Я в городе. Заберу тебя. Во сколько?

Через полчаса свободна.

У меня была еще одна лекция, но я отчаянно хотела увидеть Дениса. Никакого терпения не осталось.

Полчаса тянулись дольше, чем ужасные три дня в квартире Майоровых. Едва нас отпустили, я что-то навешала Тане на уши про срочные дела и умчалась.

Я чувствовала себя такой счастливой, сбегая по ступенькам на первый этаж. Короткая юбка и сапожки на шпильке добавляли мне уверенности в собственной неотразимости.

Майорова я увидела у доски объявлений. Он ждал в фойе. Не в машине, не на улице, не за углом. Денис увидел меня, и я с удовольствием отметила, что он оценил мои ноги, мою юбку и меня.

Улыбнулся. Похоже, ему нравилось то, что он видел.

- Привет, - просто сказала я, забывая все заготовленные тонкие мегаинтеллектуальные фразочки.

Кого я обманываю? Денис знает, что я из глубокой провинции. Он и сам отсюда, хоть и пытается об этом забыть.

- Привет, - также незатейливо ответил Денис.

Он обнял меня за плечи и повел к выходу. Мы спустились к парковке, и Денис опять открыл мне дверь машины.

Я кашлянула, скрывая стон удивления и удовольствия.

Едва Майоров сел на водительское место, то повернулся ко мне и притянул за шею. Его губы прижались к моим, язык прошелся между ними. Я приоткрыла рот, позволяя Денису целовать меня горячо, глубоко и чувственно.

Он с трудом оторвался от меня, тяжело дышал, признался:

- Скучал по тебе. Оказывается.

Я замычала что-то несвязное, чуть отстраняясь, чтобы пристегнуться.

Денис завел мотор, и мы выехали с парковки. Я почему-то думала, что он отвезет меня к матери, но мы оказались около того самого отеля.

Я снова шла с ним через нарядный холл к лифту, мигали те же цифры, и знакомые молнии рождались на кончиках пальцев, которые были так близко к руке Дениса.

Едва мы вошли в номер, он сгреб меня в охапку и стал целовать. Я схватилась за его куртку, чтобы не упасть от неожиданного напора и прилива чувств.

Приставными шагами мы дошли до спальни, не прекращая целоваться.

Денис снял с меня почти всю одежду и уложил на кровать, навис сверху и замер.

- Нам можно вообще? - спросил он.

Я растерянно пожала плечами.

- Вроде бы? Мне не запрещали.

- Ладно. Я буду нежным, - пообещал Майоров.

Он подергал бровями, заставляя меня смеяться.

Я обняла его, погрузила пальцы в волосы и поддалась чувствам. Снова.

Мое тело помнило руки Дениса. Кожа покрывалась мурашками от его поцелуев и прикосновений. Я старалась отвечать ему тем же: гладила широкие плечи, пыталась достать губами шею и перебирала гладкие волосы.

Мы запутаемся еще сильнее. Я - точно.

Но сейчас было все равно. Просто хотелось быть ближе друг к другу. Максимально близко. Чтобы слиться воедино и разделить на двоих тонну удовольствия.

Потом мы долго лежали в постели молча. Говорить не хотелось. Обсуждать нашу ситуацию, будущее, решения, тем более. Я знала, что слова сразу усложнят жизнь. Нам придется поговорить, но мы оба сознательно оттягивали этот момент.

Игнорировать реальность стало невозможно, когда у нас обоих заурчало в животе.

Денис сначала засмеялся, но тут же стал серьезным.

- Вот я бестолочь. Тебе нужно поесть.