Сентябрь её глазами

Глава 11

Глава 11

Очередной рабочий день подошёл к концу. Я собирал вещи, чтобы затем уделить некоторое время букету, заказанному Дайске. Тем временем Момоко, которая провела здесь со мной несколько часов кряду, всё ещё самозабвенно ковырялась в сухих лепестках и обрезках цветов, собирая из них замысловатые абстрактные аппликации.

Я следил за ней со стороны, а в голову лезли воспоминания о вчерашнем вечере, когда мы, уединившись под куполом одноместного аэроплана, скрытые от всего остального мира непроницаемой пеленой дождя, наслаждались вкусом поцелуев. К еде, принесённой Дайске, никто из нас так и не притронулся – нам хватало друг друга. Слова обрывались, не успев родиться, а мысли растворялись в страстной патоке волнения. Мне давно не было так хорошо. Да и было ли вообще?

Над головами то и дело сверкали молнии, остервенело взрывался гром, а ливень хлестал всё сильнее. Но мы были в безопасности. Только мы вдвоём. Только...

– Сэто?

Голос Кодзимы-сана отвлёк меня от витания в облаках.

– Да, учитель?

– Что-то Айдзава сюда зачастила. Она трудится, и я обязан сказать тебе, что не могу позволить себе оплачивать труд вас троих.

– Она... не за деньги, – я пожал плечами, мельком взглянув в глаза владельцу лавки и вновь переведя взгляд на девушку. – Она ходит сюда, потому что не хочет терять меня из виду. Да и мне спокойнее.

– Пусть не за деньги, но её прошлыми аппликациями заинтересовались первые клиенты. Я мог бы принять её в качестве подмастерья, Сэто, но только если вы немного повремените.

– То есть?..

– Накагава скоро уедет. Для тебя это вряд ли большая новость. Все бумаги подписаны, осталось уже недолго.

Кодзима-сан вздохнул, протёр ладонью пятнистую лысину и устало нахмурил лоб.

– Она не должна! – от моего внезапного выкрика Момоко, стоявшая за рабочей стойкой поодаль, вздрогнула и обернулась. Я же застыл в поклоне перед начальником. – Простите, Кодзима-сан, это всё моя вина! Накагава работает во много раз лучше меня, и уезжает только потому, что я... не смог... я...

– Спокойнее, Сэто, – с улыбкой в голосе проговорил старик. – Не нужно корить себя! Я уже обо всём знаю. А что до мастерства Накагавы, она очень хороша. Но она не чувствует, как это делаешь ты. Её работа безукоризненна, но бездушна, а ведь без души в нашем деле нельзя. Именно поэтому я очень хотел бы однажды оставить лавку на тебя.

– На меня?! Я не готов! Я ещё даже не...

– А я ещё не собираюсь умирать. Спокойнее, Сэто, – повторил Кодзима-сан. – А теперь, будь добр, соберись. Ведь тебе нужно собрать хороший букет без посторонней помощи, правильно я помню? Потому что создание прекрасного требует...

– Сосредоточенности! – выкрикнула Момоко из своего укрытия. Я поразился, ведь она, вроде, закончила фразу за хозяином лавки, но посмотрела при этом точно на меня.

– Береги её, Сэто, – готовясь уйти, старик подмигнул. – С вами двоими это место обретёт вторую жизнь.

– Хорошо...

– И ещё! Вот тебе второй ключ. Закрой лавку, когда закончите.

Пока я удивлённо глазел на золотистый резной ключ, Кодзима-сан переобулся, набросил на плечи дождевик и скрылся за дверью. Момоко хмыкнула ему вслед и вернулась к работе, а я наконец составил ей компанию.

До того момента я никогда не брался за составление букетов. Разве что мельком замечал, как это делает Кодзима-сан. Но за его руками подчас было не уследить, да и незачем – моя работа ограничивалась икебанами.

Несмотря на это, не успел я подготовить инструменты, цветы и дополнительные материалы, как работа закипела сама собой. Глаза и мысли перестали поспевать за движениями рук. Я словно погрузился в транс, в котором для меня существовала только конечная цель – собрать такой букет, который бы составил конкуренцию всем остальным под этой крышей.

Первым делом я бережно подхватил крупную золотистую хризантему под бутон, а затем добавил к ней роскошную, багрово-красную герберу. Такую же сильную, как сам Дайске. А затем, обернувшись, я только и стал замечать: то альстромерии, собравшись дружной кучкой, начнут мне кокетливо подмигивать, напрашиваясь в букет, то синие ирисы чуть ли не выпрыгнут в руку сами собой, то раскидистые листья папоротника вдруг закачаются в приветствии.

Конечно, я не слышал их голосов, да и всё остальное наверняка преувеличил, иначе же и до сумасшествия дойти можно. Но я готов был поклясться, что они, цветы, со мной общались. Подсказывали, где лучше перевязать их ножки атласной лентой, а где – поменять местами. Чьё соцветие поставить чуть выше, где обрезать лишний шип или отщипнуть листочек.

Счёт времени потерялся, я погрузился в работу с головой. И когда очнулся, то обнаружил у себя в руках гармоничный букет невероятной красоты. При одном беглом взгляде в нём виднелись переплетённые пальцы рук Дайске и Накагавы, а сосредоточившись, можно было даже уловить смешение их чувств. В одном, казалось бы, пучке разных цветок и листьев, туго перевязанном лентами и укреплённом булавками, схоронился целый мир. Я никак не мог ожидать, что способен породить такую красоту, но, может, Кодзима-сан вовсе не ошибся во мне? Да и Момоко не ошиблась, утверждая, что я должен остаться и творчески развиваться в стенах флористической лавки.