Пыль у дороги (эри-1)

Глава двадцать вторая – Талый снег

– Вставай! – просвистело над ухом.

Эри распахнула глаза. Ульрика склонилась над ложем, распущенные локоны едва не касались одеяла.

– Ч-что?

– Вставай! – повторила женщина. – Быстрее.

Эри согнулась пополам и, свесив ноги, принялась шарить стопами по земле. Где-то были ботинки. Леонард сопел в противоположном углу палатки. Нырнув в жилетку и натягивая сверху куртку, она наконец нащупала обувь.

– Шнуруйся и на улицу, – командовала Ульрика.

Луна спускалась к горизонту и выглядывала из-за сосен. Снег серебрился, и даже без эльфийского зрения были хорошо видны рассыпанные по лагерю палатки и то, как плясали по земле тени от редких факелов.

Эри потерла глаза и зевнула:

– Почему мы встали?

– Заниматься. Давай несколько кругов вокруг лагеря.

– Каких кругов? – она заморгала.

Ульрика недоверчиво сощурилась, но терпеливо уточнила:

– Пробеги десять раз вокруг лагеря.

– Вот еще! – буркнула Эри. – Сами бегите, раз вам нужно.

– Слушай, ты, – отчеканила разбойница, – или сейчас побежишь, или вечером тебя саму пустят по кругу. Вперед! – прикрикнула она.

Эри не знала, что значит «пустят по кругу», но тон ей не понравился. И она побежала.

Первый круг дался легко, только ноги проваливались в сугробы и штаны промокли. К середине второго снег ледяным кольцом облепил щиколотки, забился в ботинки и жег кожу. Застучало в висках, дыхание сбилось, но она не останавливалась, заставила себя бежать дальше. На третий заход едва не упала, не сдаться помогло только упрямство.

К концу пятого круга стало чуть легче, под ногами образовалась рыхлая дорожка. Эри ускорилась. Шесть. Семь. Восемь. Еще немного. Чуть-чуть. Быстрее. Почти. Ну вот-вот. Всё.

Радостно рухнула в снег.

– Медленно, – щелкнула языком Ульрика. – Ну ничего. Теперь давай один круг ползком.

– Как? – Эри с перепугу глотнула морозного воздуха и закашлялась.

– Ложись на живот и вперед.

Эри посмотрела на облепленные снегом ноги. Эта женщина ее ненавидела.

– Боишься, что не справишься? – взметнув левую бровь, насмешливо спросила Ульрика.

Эри выставила вперед локоть. Сделала одно, значит, сделает и другое. Но за ползаньем потянулась еще серия бессмысленных упражнений. Разбойница заставляла прыгать, приседать, отжиматься, едва ли не ныряя носом в снег.

Одно хорошо – перестала мерзнуть. Даже куртку захотелось скинуть. И тело, пролежавшее бревном два месяца, обрадовалось, разогрелось.

Мягкий розовый свет озарял лагерь и сосны. Она даже не заметила, что уже утро.

– Всё? – с мольбой спросила Эри, выпрямляясь.

– Да, – кивнула Ульрика. – Ты молодец.

– Но... – она пыталась выровнять дыхание, – зачем?

– Поможет тебе окрепнуть.

– Мне? – она выдохнула, выпустив струю пара. – А вам с этого что?

Ульрика улыбнулась одними глазами.

– Не веришь уже в бескорыстие?

– У вас? – Эри обвела взглядом лагерь.

– Решила мораль почитать?

– А это бы помогло?

Разбойница усмехнулась.

– Знаешь, почему ты нам подходишь, Эриал? Ты всеядна. Нет у тебя никаких принципов, а люди делятся на тех, кто тебя обижает, и тех, кто нет. За последними пойдешь, куда скажут. Потому что собственной дороги все равно нет.

– Неправда, я...

– Тише, кто-то встает, – перебила ее разбойница. – Давай сейчас к Лео. Потом договоришь, что там неправда.

Эри не стала спорить и побежала обратно к палатке гоблина. Успела исчезнуть ровно в момент, когда из соседнего шатра показались сонные рожи двух друзей-разбойников.

– Наш шо, ночью окружали? – послышался шипящий голос Брибо. Он сделал несколько шагов и, расправив руки, потянулся.

– Не, это Ульрика девчонку изводила, – пояснил Слэйд и, присев, умылся снегом.

– Ааа... Эй, а жачем тебе? – окликнул разбойник Ульрику.

– За медведем лысым, – ответила та и сухо добавила: – Дело есть.

– Ну куда ж нам, убогим, понять королевскую волю, – Слэйд неуклюже поклонился.

– Дураки, – беззлобно заметила разбойница.

– А по мне, так тебе просто шкушно, – вставил слово Брибо и с чувством вздохнул. – Женшина.

– Мужчины, – в свою очередь вздохнула Ульрика и, посерьезнев, добавила. – Трогать не смейте. Головы оторву.

– Ой, да больно надо, – Слэйд щелкнул языком. – Сама со своей ведьмой играйся, да не обожгись.

– А жахотим, – добавил Брибо. – То никто и не пошмотрит, шо жена Джерри.

– Значит, вы меня поняли, – заключила Ульрика и для верности погладила рукоять своего кинжала.