Третий лишний. Бегство от одиночества

Глава 1

Когда вошли в купе и расселись по местам, Ханна оказалась радом с Лидией. Почувствовав настроение мисс Марвел, она наклонилась вперед и вкрадчиво произнесла:

– Милая, Лидия, держи себя в руках и не забывай, мы связанны одной веревкой, как бы тебе этого не хотелось.

– Не смей говорить со мной в подобном тоне. Я – леди, а ты…!

– Содержанка? – улыбнулась бывшая горничная, наблюдая за беспомощной истерикой Лидии. – Я хотя бы не лицемерю, а вот леди, сбежавшей из дома с мужчиной, называться скромной, воспитанной дочерью почтенных родителей – фальшь и притворство.

– Я не думала, что ты такая!

– Бесцеремонно вмешиваясь в чужую жизнь, ты не задумывалась о том, что это может не нравиться людям? Конечно, нет, ты же дочь Маргарет!

– Не смей называть мою мать по имени, ты всего лишь служанка и падшая женщина! – Лидия едва не перешла на крик. Лишь опасение привлечь ненужное внимание пассажиров поезда заставило ее заговорить тише. – Замолчи! – зашипела она, сжимая кулаки.

– Но ты едешь со мной. Весьма подходящая компания для юной леди, – язвительно напомнила Ханна. – И молчать я не буду. Я два года терпеливо сносила ваши придирки и оскорбления, за что вы лишили меня рекомендаций и оставили шрам на лбу. Хочешь или нет, но настало время взрослеть! - Ханна давно хотела высказать все, что накопилось в душе, однако сделав это, не испытала облегчения.

– Не тебе учить меня жизни!

– Нужно было думать, когда попыталась меня шантажировать. К твоему сведению, шантаж – оружие, которым можно уколоть и себя! – Ханна едва сдержалась, чтобы не намекнуть, что суровым учителем для заносчивой мисс Марвел скоро станет ее любимый Ален, тщательно изображавший романтичного юношу. Он мог обманывать Лидию – недалекую спесивую дурочку, однако она чувствовала: мистер Уилсон не так прост, как хочет показаться, и стоит только мисс Марвел стать миссис Уилсон, ее ожидают чудные открытия о семейной жизни и нраве жениха.

Лидия капризна, избалована и слишком любит любовные романы, чтобы внимательно присмотреться к Алену. Одно дело вести переписку и писать проникновенные письма, а другое – сбежать от родителей, пересечь два штата и согласиться выйти замуж за обаятельного лицемера – охотника за приданым.

«Вполне возможно, что Ален любит взбалмошную Лидию», – допускала мисс Норт, хотя видела она уже одного верного мужа, любящего супругу нежной, трогательной любовью... Вспомнив об Айзеке, тяжело вздохнула. Платье, перчатки, туфли, зонтик… – все напоминало о нем. Сердце сжалось от тоски. А взглянув на веселую, воздушную Лидию, кокетничавшую с Аленом, почувствовала себя совершенно несчастной.

«А я никогда не была такой», – с грустью и легкой завистью подумала Ханна, считая себя немного замкнутой, недоверчивой и обделенной той легкостью и беспечностью, свойственной хорошеньким юным леди, живущим беззаботной жизнью.

«Долго ли Ален выдержит капризы и придирки по поводу и без оных? Как поведет себя? Нет, будет очень интересно посмотреть, как у них все сложится», – Ханна улыбалась, хотя в душе испытывала тревогу. Она не была злой или завистливой, потому, не смотря на всю нелюбовь к Марвелам, иногда, в редкие минуты жалела Лидию. Нрав у мисс Марвел ничуть не лучше, чем у матери, только Ален не был похож на ее отца – подкаблучника.

«Теперь мы связаны. Что будет, когда приедем в Байборо? Понимает ли она, что ее ожидает?» – размышляла мисс Норт, думая о прошлом, настоящем, будущем, о том, как будет жить без Айзека и плакать ночами, как будет работать. От мысли, что снова придется стать прислугой и бегать по четырнадцать и более часов, опускались руки. Айзек баловал ее, заботился, пусть даже так странно и эгоистично.

Ханна больше изображая недовольство, чем испытывала злость на Лидию за вынужденный отъезд из Аллентауна, и скорее радовалась, что решилась разорвать порочную связь, но безобразное поведение мисс Марвел ужасно раздражало. К тому же дорога изматывала. Предстояло пересечь всего два штата, но и это немало. Ныла поясница и плечи, затекали ноги. Кроме того, Лидия всем своим видом показывала, что бывшей горничной не место в вагоне первого класса.

«Наверно, Ален назло ей купил мне билет в этот же вагон. Или чтобы я не сбежала, – решила Ханна. – Интересно, на сколько хватит его терпения?»

Всю дорогу до Северной Каролины, что ехали в вагоне пенсильванской железнодорожной компании, она чувствовала, как мистер Уилсон избегает смотреть на нее, но не обманывалась и осторожности не теряла. Точно так же смотрел толстый Олаф, изображая безразличие, а когда Айзек уехал из города, подкараулил у дома и сделал весьма недвусмысленный намек. Она решилась уехать, чтобы начать новую жизнь, забыв о прошлом, но не была наивной и понимала, что «добрые благонравные самаритяне» не дадут забыть о прегрешениях, и каждый раз с удовольствием будут напоминать ей о прошлом.

В окне проплавали неприступные горы, окутанные бескрайними лесами. Багряные рябины и клены, золотые березы, величественные буки и гикори, зеленые сосны мелькали перед глазами, поражая насыщенностью и красотой благородных цветов. Обе спутницы приникли к стеклу и, не отрываясь, смотрели на величественную дикую красоту, не тронутую человеком.