Другая тропа

Глава 15

8 августа 2006 года, утро и день, несколько сотен километров от Москвы, деревня Дубрава

— Итак, мы, по-прежнему, не знаем, как связаться с хозяевами этой территории. Я правильно понимаю? — со вздохом уточнила и так знавшая ответ Стася, когда они втроем сели утром за стол, чтобы позавтракать.

Это был последний день накануне ритуала принятия роли Хранителя. Ближайшей ночью Стасе предстояло сделать то, что предстояло. От мыслей об этом у нее по всему телу начинали бегать мурашки и становилось тяжело дышать. Выбор между Светой, Женей и Глебом уже не стоял. Девушка влюбилась окончательно, бесповоротно и, учитывая все обстоятельства, совершенно безнадежно. В остававшиеся перед ритуалом дни она отчаянно урывала часы, минуты и даже секунды счастья, а в остальное время искала с девчонками хоть что-то о способах связи с таинственными хозяевами территории. Она было хотела отказаться от встреч с Глебом ради этих поисков, но Света с Женей отговорили. Искать они вполне могли и сами, а потому не видели смысла лишать Стасю оставшегося времени с теперь уже любимым ею человеком. Света, к тому же, чудесным образом освоилась с магией, а потом вполне могла сама пробовать какие-то волшебные вещи и заклинания, способные найти ответы. Кровного родства, а потому власти над домом или домашними духами, как у Стаси, у Светы не было, но в даннмо случае это пока и не следовало.

— Правильно, — кисло отозвалась Света. — Прости. Но, похоже, все новые Хранители встречались с ними уже только после прохождения ритуала. Более того, судя по дневнику твоей прабабки, она и не знала о них до посвящения. И долго не решалась делать о них записи, раз самые первые появились незадолго до ее смерти. До этого — будто нет никого в Дубраве, кроме обычных людей.

— Видимо, так сделали, чтобы все будущие Хранители не сбегали никуда заранее, — хмыкнула Женя. — Это ж полностью все, на чем их воспитывали, чему их учили, переворачивало. Думали, что ведут единственно правильный образ жизни. А на самом деле у них просто выбора нет.

— Ну да. Это серьезный удар по психике, чего уж там, — вздохнула Стася.

Милава, с которой она все-таки поговорила на следующий день после ее «ареста», похоже, знала несколько больше всех остальных, но делиться информацией отказалась. Все, что смогла из нее вытащить Стася, — это то, что Милава как-то подслушала разговор Веселины, Драгомира Тихомировича и умиравшей прабабки, где они что-то говорили, что навело Милаву на мысль, что есть некие хозяева этого места, которым Хранители вынуждены подчиняться. Стася, естественно, к Веселине с Драгомиром Тихомировичем сунулась, но те только насупились и сказали, что Стася все в срок узнает. Но девушка после такой реакции почему-то подумала, что они сами знают немного. Только то, что деревню покидать нельзя, что без Хранителя все станет совсем плохо — но и только. Прабабка, вероятно, и им не все сказала. Может, и им-то — только потому, что не хотела, чтобы они чинили препятствия Стасе, когда та появится. Может, через это объясняла, что не всякий Хранителем может стать, что ей-де виднее, кому это ношу оставлять. Версия звучала достаточно складно, и Стася на ней остановилась. Слишком хорошо было видно, что ничего ей больше все равно не расскажут по-хорошему, а по-плохому… Нет, Стася была недостаточно зла, чтобы снова выпустить свою магию. К тому же эти двое тоже владели волшебством, и не время было проверять, кто из них сильнее. Так что многие тайны так и оставались пока тайнами. И на ритуал Стасе предстояло идти лишь частично подготовленной к тому, что ее ждет. И, как ни смешно, а в какой-то степени готова она была лучше, чем многие ее предшественники и предшественницы. Но в какой-то при этом она была готова и значительно меньше. Для них убийство близкого человека ради высшей цели было чем-то нормальным, естественным. Для Стаси же эта часть ритуала так и оставалась какой-то дикостью.

Да, она знала, что владельцы территории разрешили будущим дубравовцам остаться здесь при условии выполнения ряда требований. Не трогать лес, не сеять и не сажать ничего, против чего возражали бы владельцы, не ловить рыбу в большем количестве, чем разрешено — да, снова, владельцами, не приводить сюда чужих без разрешения, не использовать волшебство больше допустимого уровня — и еще огромный список всякого-разного, что Хранители объясняли всем остальным жителям как правильную жизнь, угодную богам. Покидать территорию, впрочем, тоже было нельзя. Переселяться в другое место запрещалось. Зато полагалось отдавать владельцам тех людей, а чаще — детей, которые могли приглянуться пресловутым владельцам. Нет бы нормальными словами этих существ назвать! Все владельцы — вернее, как было написано в книгах, госпадари — места. И поди угадай, кто они такие.

— Но, знаешь, есть кое-что еще, — задумчиво сказала Света, которая теперь, похоже, от всех этих рукописных талмудов не отрывалась даже на время еды, и проявляла в их изучении столько же рвения, сколько когда-то — в учебе. И, по крайней мере, в изучении магии результат не заставлял себя ждать. Что ж, гениальный человек гениален во всем.— Это перекликается со словами Глеба о Хранительнице, которая будет не из местных. Вот, смотри. Боюсь, нам это мало помогает, конечно. Но все-таки это любопытно.

Она протянула Стасе книгу, и та потратила несколько минут на то, чтобы продраться через непонятный почерк и старославянский язык.

— А потом сказала она, что придется чужачка, и все изменит, ибо пойдет по другой тропе, — проговорила она и вопросительно посмотрела на Свету. — Это что?

— Это дневник. Только не твоей прабабки, а одного из давних хранителей, — пояснила Света. — Лежал в тайнике, он совсем тоненький, мы его не сразу заметили. Похоже, что это про тебя.