Работа над ошибками (puzzle)

Глава 22

Алексей достал из рюкзака хрустальную призму, которая, по словам мага Туунга, должна была открыть точку перехода в данной «вершине угла». Он подошел ближе ко входу в пещеру, куда доставали еще прямые солнечные лучи. Поставив кристалл на освещенный солнцем каменный пол, Алексей стал поворачивать его, пока преломленный, разложенный на семь спектральных составляющих луч не озарил собой то место, откуда они с Илмой и Лекером попали в сей мир всего пару дней назад. Сначала ничего не происходило, и Алексей подумал, что он делает что-то не так, но уже через несколько секунд увидел, что семицветный луч словно высветил нечто в воздухе. Его первой мыслью было, что сетчатка глаз посылает в мозг ложный сигнал остаточного следа бликов от призмы, на которую он смотрел перед этим. Однако туманное розовое пятнышко, будто висящее в воздухе, стало постепенно увеличиваться в размерах, изменяя свой цвет на более насыщенный и яркий. И вот уже перед стеной пещеры пурпурно замерцало знакомое «окно».

Алексей нагнулся, чтобы взять призму, и тут же мысленно ахнул: «Как же я смогу взять этот кристалл? Ведь тогда пропадет окно!» Он все-таки поднял призму и облегченно выдохнул, увидев, что «окно» осталось на месте. Подозревая тем не менее, что оно может исчезнуть в любое мгновение, он быстро и неловко обнял Аарнуу, еще раз шепнув ему: «Береги Илму», а затем, быстро и не оглядываясь, зашагал к «окну», почти грубо потянув за собой Лекера. Тот, впрочем, и не противился, с опаской оглянувшись напоследок на суровое лицо брата Илмы.

В этот раз Алексею показалось, что он летит, как во сне, над сказочными розовыми скалами, не ощущая веса своего тела, не зная наверняка, есть ли оно у него вообще. Было только очень приятно, почти так же, как в далеком детстве, засыпая, чувствовать нежное прикосновение к волосам ласковых маминых рук, слушать уже ускользающие из полусонного сознания напевные звуки ее мягкой как пух колыбельной... Он действительно увидел перед собой мамино лицо – молодое, с добрыми, слегка усталыми, прекрасными серыми глазами, с печальной улыбкой в уголках губ.

– Мама… – прошептал он и больно ударился коленями об острые камни. Рядом грузно и шумно рухнул Лекер. Алексей, шипя от боли, обвел вокруг взглядом. Скалы, почти такие же, как в недавнем видении, только не розовые, а обычные, серые, окружали их с Лекером. Причем очень и очень знакомые скалы! Вон и черное отверстие пещеры, в которое заставила его когда-то залезть Лариса, вон и невысокая гряда огромных булыжников, с которых нырнули совсем недавно в «черничный кисель» они с Илмой и Спиридоновым... Вот только «киселя», розового тумана, больше не было. Но в том, что это Земля, Алексей не сомневался.

Голубое небо с легкими облачками показалось ему тусклым по сравнению с небом Илминого мира, зато оно было таким родным! Хотелось вдыхать и вдыхать этот воздух, такой прохладный после жары яркокрасочной страны. Впрочем, Алексей быстро опомнился. Их опять занесло не туда! Ведь теперешней целью была, к сожалению, не родная Земля, а зловонный мир уродливых чудовищ, похитивших мальчика Колю. Не найти его сейчас казалось предательством по отношению к Спиридонову, к Илме...

Алексей глянул на Лекера. Он почему-то не испытывал больше ненависти к этому существу, которого еще совсем недавно обучал смеяться и шутить, и которое отняло у него самое дорогое, правда, при этом и именно этим спасшее его собственную жизнь. В чем, по сути, виноват Лекер? Алексей сейчас, на холодную голову, понял вдруг, что не может дать однозначного ответа на этот, казалось бы, простой вопрос. Гуманоид спас жизнь ему, Алексею, пожертвовав при этом другой жизнью. Погибнуть все равно кто-то был должен. Но для самого Лекера выгоднее, чтобы этим «кем-то» был не Алексей. Конкретно против Илмы он ничего не имел, просто никто другой не стал бы его слушать, а если бы и стал – как знать, согласился бы обменять свою жизнь на жизнь пришельца из иного мира. Лекером руководил лишь холодный расчет, ничего более, причем сальдо этого расчета составляла жизнь собственная. Это можно понять? Это можно простить? Наверное, да, подумал Алексей. Но почему-то смотреть на гуманоида было все равно тяжело.

– Добро пожаловать на мою родину, – выдавил он из себя.

– Да? Это и есть Земля? – заискивающе-изумленно отозвался все еще сидящий на камнях Лекер, хотя Алексей был почти уверен, что тот уже и так «в курсе».

– Тебе нравится? – угрюмо усмехнулся Алексей.

– О, да! – восторженно закивал гуманоид. Он медленно поднялся с земли, ощупывая ушибленное при падении тело.

– Ну, хорошего помаленьку, – сказал в ответ на это Алексей. – Поехали дальше!

– Постой, погоди немного, – остановил вдруг его Лекер.

– Что еще?

– Но я хочу увидеть твой мир побольше!

– Некогда!

– Ну хоть чуть-чуть! – взмолился гуманоид. – Дай я хотя бы взберусь на эту гряду и посмотрю вокруг. Отсюда же, кроме скал, ничего не видно.

– Да зачем тебе это? – раздраженно буркнул Алексей.

– Как зачем? Ведь я вряд ли когда-нибудь здесь еще побываю. Ты вернешь меня сейчас домой, меня схватят, расстреляют... – Лекер жалобно шмыгнул носом.