«Меня передернуло»: суррогатные мамы смотрят «Контейнер»

Видеоплатформа START показала «Контейнер», многосерийную драму с элементами триллера, в центре сюжета которой – героиня по имени Саша (Оксана Акиньшина), ставшая суррогатной матерью для очень обеспеченной пары, чиновника Вадима (Филипп Янковский) и его жены Марины (Мария Фомина), и по желанию клиентов переехавшая в их дом.

В России тема суррогатного материнства кажется почти что табуированной – в обществе к ней относятся противоречиво и, чаще всего, предвзято. И хотя сериал не ставит целью ее подробное исследование, а больше сосредоточен на сюжетных интригах и конфликтах персонажей, авторы, тем не менее, решились озвучить основные суждения и популярные стереотипы, окружающие этот метод деторождения.

При этом, по словам продюсера и сценариста проекта Алексея Ляпичева, создатели не консультировались с сурмамами и их клиентами, клиниками или агентствами, а собирали информацию из открытых источников. По его мнению, проект получился достоверным.

Мы попросили двух суррогатных мам и одну биологическую, пользовавшуюся услугами сурмамы, посмотреть «Контейнер», прокомментировать некоторые детали сюжета и прозвучавшие в сериале мнения на тему суррогатного материнства, а также ответить на стереотипы, с которыми им самим часто приходится сталкиваться в реальной жизни.

Первые впечатления от сериала

Ольга Б., один свой ребенок, три раза была суррогатной матерью:

Я очень скептически отнеслась к фильму, когда услышала название. Меня просто передернуло. И я ничего интересного не ждала. Посмотрела две первые серии и поняла, что они там вывернули все наизнанку.

Светлана Б., трое своих детей, один раз была суррогатной матерью:

Все было вполне ожидаемо. Глаз резанул образ суррогатной мамы — стереотипный такой: закрытая в себе женщина, которой нужны деньги, со своими проблемами и тараканами. Все так и думают, наверное, — какая нормальная женщина пойдет в суррогатные мамы...

Ольга М., воспитывает двоих сыновей, рожденных одной суррогатной матерью:

Это тяжелый для меня фильм. Наверное, это связано не только с тем, что там освещается суррогатное материнство, и это моя тема, а вообще в принципе как-то он снят в таком ключе...

Про деньги

Фраза из пролога: «Суррогатное материнство? Ну отлично! Чего мне портить фигуру, если ребенка может выносить другая? У меня тело, здоровье. У суррогатной мамочки — деньги. Все довольны»

Ольга Б.: Услугами суррогатного материнства не могут воспользоваться просто по желанию, должны быть строгие медицинские показания. Сейчас это регулируется Приказом Минздрава 803н (Приказ Министерства здравоохранения РФ от 31 июля 2020 г. № 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» — прим. ред.). Там определенный список, почему женщина может воспользоваться услугами суррогатного материнства: отсутствие матки, деформация полости или шейки матки; патологии эндометрия, атрофия эндометрия; заболевания, включенные в перечень противопоказаний, — допустим, мутации крови, какие-то аутоиммунные заболевания; отсутствие беременности после многих попыток переноса эмбрионов и др. Очень много показаний.

Ольга М.: Вы же понимаете, что мы находимся в России, и у нас деньги решают все. Врач всегда сможет написать все, что нужно, фактор бесплодия какой-нибудь. И пожалуйста тебе — суррогатное материнство.

Одна из женщин в кадре озвучивает такую точку зрения: «Это развлекуха для богатых. Стоит-то недешево. Так что очередная прихоть».

Светлана Б.: У моих биологических родителей (имеются в виду заказчики, — прим.) уровень достатка был плюс-минус как у меня. Есть стереотип, что услугами суррогатных матерей пользуются богатые звезды, которые не хотят сами рожать, но по факту, большинство — это люди с медицинскими показаниями.

Ольга Б.: Наверное, есть такие богатые заказчики, но большинство родителей — обычные люди, которые работают, берут кредиты, займы, чтобы расплатиться с суррогатной мамой. Не у каждого в кармане есть 2,5-3 миллиона рублей, чтобы их взять и выложить. Много денег нужно, чтобы воспользоваться такими услугами. Это гонорар, ежемесячные платежи, вся медицина, роды, ведение беременности. Мало того, могут же возникнуть разные осложнения в родах, и это все тоже оплачивается заказчиком.

Про условия

Вопреки договору, предусматривающему полную конфиденциальность, Вадим и Марина находят суррогатную маму, вынашивающую им ребенка, и приглашают ее в свой дом — Марине так будет спокойнее. За эту «дополнительную услугу» Саше предлагают один миллион рублей сверх суммы контракта. Героиня вынужденно соглашается и переезжает к заказчикам.

Светлана Б.: Бывает такое, но это изначально оговаривается. Обычно сурмамочки не идут на такие шаги, это как с работодателем жить под одной крышей. Но я знаю девочек, которые прописывают в договоре, что переедут к родителям с 32 недели и до родов. Конечно, это тяжело морально, они злятся. Их опекают чересчур, вторгаются в их пространство, и сурмамочкам это не нравится.

Ольга М.: Я знаю, что очень часто бывают суррогатные мамы из других городов. В таких случаях, как правило, на последних сроках сурмаме либо снимают квартиру, либо, если позволяет жилплощадь и всех это устраивает, сурмама переезжает, потому что рожают все-таки в том городе, где находятся биологические родители.

Исходя из разговора Саши с лечащим врачом, по договору ей запрещено заниматься сексом.

Ольга Б.: По правилам клиник и агентств, все половые контакты запрещены, половая жизнь под запретом. От начала и до конца. Но вообще, кто как к этому относится: кто-то разрешает, кто-то — нет.

Ольга М.: Наша врач говорила о том, что секс, наоборот, нужен. Ведь обычно беременность у женщины наступает в результате секса, и когда делают ЭКО, часто рекомендуют заниматься сексом в те дни, когда идет стимуляция, подсадка, именно для того, чтобы организму было физиологически это понятно. Но у меня был такой загон. Мне очень не хотелось, чтобы у нашей суррогатной мамы был секс, потому что мне казалось, что это навредит ребенку. Сейчас я понимаю, что это бред.

Светлана Б.: Если противопоказаний нет, то можно. Но это как в договоре пропишут. В моем договоре секс был запрещен. Я не стала корректировать — мало ли чего там, правда. Всякое бывает.

На вопрос Марины, должны ли быть у суррогатной матери свои дети, ее подруга Кира (Нино Кантария) отвечает: «Конечно, это обязательное условие. Если женщина рожала — значит, она здоровая».

Ольга М.: Это обязательное условие, чтобы были свои рожденные здоровые дети. Как правило, женщины идут на суррогатное материнство ради своих детей, чтобы дать им что-то большее. И как правило, эти дети еще маленькие.

Кира предупреждает Марину о возможном решении суррогатной матери: «По закону она — мать. Захочет — может не отдать ребенка».

Ольга М.: Законодательно, да. Суррогатная мама рожает ребенка, и она должна дать согласие на запись биологических родителей в свидетельство о рождении. Это делается в присутствии юриста. И со справкой о рождении, с этим согласием биологические родители едут в ЗАГС и получают свидетельство о рождении на их имя.

Ольга Б.: Да, это так. Суррогатная мать может не отдать ребенка, но тогда ей придется возмещать все траты, которые понесла семья. Но мне кажется, нет ни одной здравомыслящей женщины, которая захочет оставить ребенка себе, он ведь не является ей генетически родным. Я не знаю, что должно произойти, чтобы женщина захотела вдруг ребенка оставить себе.

Саша говорит Вадиму: «Если вы решите отказаться от ребенка, я пойму». Биологические родители могут отказаться от ребенка, которого выносила суррогатная мать?

Ольга Б.: Редко, но бывают такие случаи, к сожалению. Знаю девушку, которая родила преждевременно, на 25-й неделе, родители отказались — сказали, что им не нужен больной ребенок. Суррогатная мама этого ребенка на себя оформила, а когда его выходили, прооперировали, он стал здоровый, биологические родители опомнились и восстановили права на него через суд. При этом девушке гонорар они вроде бы так и не заплатили.

Светлана Б.: По договору нет, не могут. Но по факту — не знаю. Если больные детки — бывает, наверное, что отказываются какие-то родители. Бывает, что прерывают беременность, если есть риск какой-то патологии.

Про отношение к суррогатным матерям

Из рассуждений Киры о суррогатных матерях: «Это всего лишь контейнер. Главное, чтобы она была здоровая. Это просто бизнес. Мы платим — они рожают».

Светлана Б.: Неприятно слышать такое в свой адрес, но да. Это работа. Работу выполняешь, и все. Это не мой ребенок, я это понимаю. Контейнер — грубо звучит, но в принципе, так и есть.

На вопрос, не интересно ли Саше, что будет с ребенком после рождения, героиня отвечает: «Они заказчики. Хотят ребенка — получат ребенка. Дальше — не мое дело».

Ольга М.: По сути, это правильно. Если суррогатная мама будет переживать за то, что будет происходить дальше, то ни к чему хорошему это не приведет ни ее, ни биологических родителей, ни этого ребенка. У меня были такие же страхи, чтобы сурмамы не было в нашей жизни, я ревновала. После второго ребенка стало проще. Сейчас мы дружим с ней, общаемся.

Светлана Б.: Я знаю девочек, у которых налаживается близкий контакт во время беременности с родителями, а потом они переживают от того, что контакт пропадает после рождения. У кого-то остаются связи.

Мать Саши, школьная учительница Валентина Ивановна (Юлия Ауг), называет дочь проституткой и считает, что она торгует своим телом. Точно так же о ней отзывается и ее бывший возлюбленный Игорь (Артем Быстров).

Ольга Б.: Таких много, очень много... Тех, кто относится к суррогатному материнству как к проституции, продаже себя, своего тела. Где они вообще видели таких дорогих обследованных проституток, стесняюсь спросить? Как говорят, мое тело — мое дело. Если у меня есть возможность выносить, родить, и я еще заработаю на этом без вреда для здоровья, то почему это считается проституцией? Я всегда советую почитать, что такое суррогатное материнство. Это вид лечения бесплодия, вспомогательная репродуктивная технология.

Светлана Б.: Многие думают, что суррогатная мама спит с биологическим папой и потом отдает своего ребенка. Но это же не так. Бывает, выкладываешь объявление, и предлагают такой вариант. Естественно, никакая нормальная суррогатная мама на такое не подпишется. Никто своего ребенка отдавать не будет и, тем более, ни с кем спать. В суррогатном материнстве нет секса.

Ольга М.: У многих есть это заблуждение о том, что она (суррогатная мать, — прим.) продает своего ребенка. Это вообще сплошь и рядом.

Как мы понимаем из сюжета, Саша пришла в суррогатное материнство ради денег. Но одна из женщин в прологе сериала говорит: «Я хотела помочь людям, которые лишены этого счастья. Я выносила им ребенка. А деньги здесь ни при чем». И все-таки, что движет суррогатными мамами — деньги или желание помочь?

Светлана Б.: Я думаю, первое — конечно, деньги. Желание помочь второстепенно. Если бы не платили, я бы не пошла, честно скажу. Это такая трата времени, сил. Целый год просто из жизни уходит.

Ольга М.: Я думаю, что первостепенно желание помочь. Второстепенно — деньги. На самом деле, суррогатные мамы не такие большие деньги получают. За год своей жизни, а иногда и за два... Даже если миллион-полтора. Это большие деньги?

Ольга Б.: Обычно первое — это деньги. У некоторых остро стоит финансовый вопрос: нужна квартира или долги давят. Мне в первой программе больше нужны были деньги. У нас не было какого-то бедственного положения, но это был шанс вырваться из той жизни. Но когда я закончила программу, я знала, что родители безумно рады долгожданному ребенку. И когда я шла во вторую, в третью программу, мной правило именно желание помочь. Гонорар важен, я не спорю, каждый труд должен быть оплачен. Но когда ты видишь эмоции этих людей, которым ты только что родила ребенка, это важнее денег.