Рождественское чудо

Рождественское чудо

РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ЧУДО
Леночка, смахнув слезу, продолжала рассказывать:
- Потом я нашла спасение, электрички. Погреться можно, очень часто, то хлеб, или булочку не доели, летом помидоры, огурцы оставят. Сядешь, незаметно заберёшь, идёшь в другой вагон, и никто не знает, что ты еду подобрал.
Случалось, и высаживали, сяду в другую электричку. Еду в окно смотрю, люди со своими заботами и думаю: «Неужели не будет человека, который меня примет, и дома, где будут ждать»?
Боялась подвалов, держалась всегда людных мест, электрички это самое надёжное пристанище, на тот момент. Летом можно было помыться в речке. Зимой беда, чувствуешь, что несёт от тебя и все отворачиваются, а сделать ничего нельзя. Кто - то оставил влажные салфетки, я в день по одной использовала.
Это случилось после Нового года, еду с узловой станции. Уснула, когда женщина вошла, сразу не увидела. Ехать долго, я сделала вид, что сплю, а сама за ней наблюдаю. Не любила, начинают расспрашивать, жалеть. Едва открыла глаза, она мне:
– Проснулась? – И пирожок протягивает, рассказывает:
– Завтра Рождество, ёлочку везу, – и показала аккуратно упакованную ёлку, под сиденьем.
Пирожок съела и опять делаю вид, что сплю. Времени прошло много, объявили станцию. Попутчица поднялась и вышла, я заметила, что она забыла ёлочку. В душе что - то тёплое у меня шевельнулось, подумала: «Зачем она мне нужна»?
Схватила упаковку и к выходу. Выскочила, женщина отошла недалеко, очень обрадовалась, благодарила, а электричка ушла.
– Как же ты теперь? – Спросила она. - Меня зовут Надежда Семёновна.
- А я Лена.
– Пошли ко мне? От вокзала живу недалеко, домой позвоним, чтоб не беспокоились, и ты расскажешь, что с тобой произошло.
Я поняла, как ужасно выгляжу. Через пятнадцать минут мы пришли и стояли в подъезде, возле двери моей спутницы. Зашли, обыкновенная квартира трамвайчиком, диван с подушками, телевизор, тепло, уютно. Я о таком счастье и не мечтала.
– Умывайся, кушать будем. - Предложила Семёновна.
Я давно не ела горячего, последний раз, чай неделю назад пила, а тут борщ. Она говорит, что постный, а я вкусней не ела никогда, пирожков съела много, и начались у меня спазмы. Принесла моя спасительница, таблетку стало легче.
Она рассказала, что живет одна, год назад умерла сестра. Работает в парикмахерской. Разговаривая, приготовила мне ванну, спросила:
– Может тебе помочь?
Я запротестовала, боясь, что хозяйка увидит, грязные лохмотья, одетые на меня.
Принесла она мне широкую ночную сорочку и халат.
– Завтра купим по размеру, – заверила Семёновна.
Не могу описать восторг, который испытала, попав в тёплую, пенную, пахучую воду, мылась наверно, час. Стала вытирать голову, вши, собираю с полотенца, кидаю в унитаз плачу, сама думаю: «Увидит тётя Надя это безобразие и выгонит меня».
Она заходит, ведь на дверях нет щеколды, одна женщина живёт.
– Я стучу - стучу, что случилось Леночка?
Пусть знает, что вшивую овцу на улице подобрала, выгонит, так выгонит. Показываю полотенце, плачу.
Она успокаивает:
– Я испугалась, что тебе стало плохо, а это ерунда.
Позвонила:
– Тамара, у тебя ещё чудо - шампунь есть, принеси, пожалуйста, будь добренькой, один флакон.
Меня посадила, подстригла. Сама смеётся:
– Ты что вшей испугалась?
Пришла соседка, и через минуту я уже сидела намыленная шампунем в платке. Семёновна говорит:
– Мы с тобой родителям забыли позвонить, волнуются.
– Некому звонить.
– Ты сирота?
Рассказала ей всё, ничего не скрывая, она предложила:
– Хочешь, оставайся у меня, своих детей у меня нет, будешь мне дочкой «Рождественское моё чудо».
Я не ожидала, заплакала, благодарила её. Проговорили долго, а потом вымыла голову, Надежда Семёновна научила меня пользоваться феном.
Только голова коснулась подушки, моментально уснула. Утром тётя Надя ушла на работу. Предупредила:
– У меня несколько клиенток, но я постараюсь пораньше, не скучай. В холодильнике найдёшь, что покушать.
Она ушла, а я рассматривала своё новое жильё и думала: «Я буду очень стараться. Чтобы тётя Надя оставила меня здесь жить».
На кухне почистила плиту, помыла пол, вытерла пыль. Ёлку поставила, жаль, что про игрушки не спросила.
В комнате висели иконы, меня вдруг осенило – это Господь, видя мои лишения, послал мне спасение. Я не умела молиться, но встав на колени, плакала и благодарила Бога за его милость. Семёновна пришла с работы и говорит:
– Надо тебя одеть.
Позвонила всё той же Тамаре, которая торговала на рынке. Мы поднялись на два этажа выше в квартиру соседки, она нас ждала, разложила очень красивые вещи. Я мерила, смотрела в зеркало и не узнавала себя. Тётя Надя спрашивает:
– Нравится?
– Мне всё нравиться, – говорю, – только у меня денег нет.
Соня наблюдала за Леной, уже на лице не было озабоченности. Оно стало спокойным, улыбка не сходила с её лица.
Девушка продолжала:
Вечером пошли в церковь, и я первый раз переступив порог храма, почувствовала себя человеком. От меня не воняло, на мне одежда по размеру. А главное рядом со мной стояла мама, хоть и не родившая меня. Соня с девушкой, подходили к школе, когда Лена сказала:
– А папа обо мне никогда не забывал. До восемнадцати лет алименты платил. Их успешно, пропивала мама с отчимом. Папа открыл валютный счёт на меня. Сейчас на счету больше двадцати тысяч накопилось без процентов. Он меня в интернете искал, по месту прописки, где я не жила, теперь, мы нашли друг друга. И ещё я выхожу замуж, у меня всё хорошо.
– Я очень рада за тебя, моя девочка, сколько тебе пришлось пережить.
– С Костей в парикмахерской познакомилась, работаю вместе с мамой Надей. Сначала уборщицей, а два года по прическам.
– Ты молодец всё смогла, преодолела. Счастья тебе Леночка!
Соня обняла девушку, и они расстались.