Приятного аппетита

Приятного аппетита

Мельком глянув по сторонам, я шагнула на пешеходный переход. На середине дороги меня обогнала худая кошка — она перебежала на тротуар и уверенно повернула направо.

Белая с чёрными пятнами кошка была мне знакома: её и двух рыжих котов подкармливала тётя Тамара с третьего этажа. Обогнув угол дома, я увидела саму соседку. Та стояла на крылечке подъезда и рылась в хозяйственной сумке.

— Кис-кис-кис, — бормотала она. — Сейчас, мои хорошие…

Все три кошки сидели рядком и пристально наблюдали за тем, как старушка достаёт упаковку кошачьего корма.

— Добрый вечер, — повысив голос, поздоровалась я.

Вроде с нужной громкостью угадала: тётя Тамара повернулась ко мне и поправила маленькие очки на носу.

— А-а, Леночка, — узнала она. — Помоги, будь добра, — Соседка тряхнула упаковкой. — Так спину ломит…

Я осторожно поставила свой пакет у стены и убедилась, что он не заваливается. Тётя Тамара протянула мне кошачий корм и три мисочки. Хоть место кормёжки никогда не менялось, миски она всегда забирала: прикармливание кошек нравилось не всем.

— Тамара Иван-на, они у вас такие вышколенные, — пока я раскладывала еду, кошки всё так же чинно сидели поодаль, только немигаючи следили за моими руками. — Домой не хотите взять?

— А? Домой? Так у Анютки аллергия, — вздохнула старушка и поправила меня: — Ты в зелёную миску мало положила.

Интересно, кто за мной следит внимательнее: коты или немигаючи? Пришлось напрягать глазомер, распределяя еду.

— Вроде поровну, — заключила я и скомкала упаковку. Две миски тут же оказались заняты.

— Леночка, спасибо, а то совсем наклоняться тяжело стало.

Я оглянулась в поисках третьего кота и вдруг заметила его рядом со своим пакетом. Ладони мгновенно вспотели.

— Эй, это мой пакет!

От резкого возгласа кот отскочил в сторону, но принюхиваться не перестал. Рыжий хвост подрагивал.

— Рыжик, тебе корма мало? — возмутилась тётя Тамара. — Чужое не трогай. Иди ешь давай!

Я торопливо подхватила пакет. На секунду мне показалось, что он всё-таки протёк. Нет, лужи под ним не было.

— У тебя там колбаса, Леночка? Они у меня сырокопчёную любят.

Кот наконец вспомнил, что в миске есть более доступная еда, и шмыгнул к своим дружкам. Я тоже засобиралась.

— Да, вот в магазин ходила, вы знаете, я пойду, там в холодильник надо положить…

— Иди, иди, конечно, — соседка вроде бы смотрела на своих кошек. Вот всегда себе говорила, что у меня на лбу не написано «Она выносит что-то с практики», но нервы каждый раз не выдерживали.

— Д-до свидания.

Я попыталась прошмыгнуть за спиной тёти Тамары, но та окликнула:

— Как дела в институте? Ты уже в ординатуре?

— Это только через два года, — уже от дверей крикнула я и юркнула в подъезд.

Я медленно шла по неосвещённой дорожке, поглядывая то под ноги, то в темноту слева. Да, вот нужная плита: высокая, едва ли не с меня ростом, и метра полтора шириной, она возвышалась над низкой кладбищенской оградкой и выделялась из крестов и более изящных могильных камней. Я даже хотела полюбопытствовать, кто там лежит, но побывать на кладбище днём так и не довелось.

Я опустила пакет на дорогу, подставив свою ногу для опоры. Придерживая пакет за ручки, я огляделась.

На дорожке и на соседних могилах лежали редкие пятна лунного света. Ночь была безветренная, и тени словно замерли. Ни единого движения.

Куда все подевались? Я рано, что ли?

Сзади что-то хрустнуло.

— Кыш! — сквозь зубы шикнула я.

Хруст повторился.

— А ну брысь от метлы!

Снова всё стихло.

— Иди сюда. Иди-иди!

В темноте я видела плохо, но различила косматую тень, бредущую ко мне по дорожке. Я сунула руку в пакет.

— На, ешь, — шматок приземлился на заросшую землю могилы.

Вурдалак с урчанием схватил подачку. Под его чавканье я громко позвала:

— Так, все сюда! Обед! Ужин! Цыпа-цыпа, — добавила уже не так уверенно. Местную нежить я подкармливала с марта, но какими словами их надо подманивать, так и не поняла. Вообще-то они на всё шли.

Вооружившись резиновыми перчатками, я стала выбрасывать еду на дорогу. Через ближайшую оградку перемахнул второй вурдалак. От плиты, служившей мне ориентиром, раздался скрежет: один из скелетов повадился точить об неё зубы.

Я быстро раздала весь запас еды и смяла пакет. Из него что-то плюхнулось мне на ногу. Вот вечно угваздаюсь! Упавшее я просто стряхнула с ботинка прямо под нос ближайшему скелету. Разглядывать себе дороже.

— Так, все накормлены? — спросила я.

На дорожке и некоторых соседних могилах шевелились тени, раздавалось чавканье и урчание.