Кэтрин

6.

- Ай, моя нога! – вскрикнула Оливия и чуть ли не в бездыханном состоянии повалилась прямо на графа.

От неожиданности Джон развел руки, подхватив девушку под подмышки, боясь случайно коснуться тех частей тела, после которых принято жениться. На что видимо и был расчет Оливии.

- Кажется я ее подвернула, - продолжала стонать девушка, все больше сползая по графу вниз, и Джон все-таки был вынужден поднять ее на руки.

- Что случилось?

На стоны Оливии сбежались обеспокоенные барон и баронесса.

- Кажется, мисс Грэйнджер вывихнула ногу, - ответил Джон.

- Пожалуйста, отнесите меня в постель, - едва слышно прошептала Оливия, находясь чуть ли не на грани обморока.

Кэтрин стояла в сторонке, удивляясь, как можно было так вывернуть ногу на ровном месте?

Леди Энн последовала за графом, поднимавшемуся с Оливией на руках, на ходу крикнув служанке:

- Гэбби, нюхательные соли!

Еще какое-то время в холле царил шум, потом все затихло. И, никем незамеченная, Кэтрин выскользнула на улицу. Она ни на секунду не усомнилась в актерских способностях сестры. Вот только ей показалось, что та немного переигрывала. С такими стонами можно было и на перелом замахнуться.

Кэтрин повернула по дорожке в сад, вдыхая теплый вечерний воздух. Как здесь было красиво! Четыре года назад, ей казалось, что она попала в сказку. Разве могут люди жить в такой роскоши и ни в чем не нуждаться? С детства она привыкла к тому, что получая что-то одно, лишаешься другого. Ведь денег попросту на все не хватит. В доме Аддингтонов было все. И даже больше. Вот, например, этот сад. Для этого специально наняли садовника. Можно подумать! Сад в доме у Грэйнджеров, что называется «заботился о себе сам». Никому бы в голову не пришло тратить фунты, чтобы сотворить с ним что-то эдакое.

В своих раздумьях Кэтрин не услышала тихих шагов по гравию позади нее.

- А вы не боитесь подвернуть ногу?

Она обернулась. В нескольких футах от нее стоял и улыбался Джон Рассел.

Кэтрин в миг заробела. Рядом с ними никого не было.

- У меня крепкие ноги, - слова вырвались прежде, чем она успела подумать.

Кэтрин поморщилась от досады. Что за глупость она произнесла? Вот, пожалуйста. Граф еле сдерживается, чтобы не рассмеяться ей в лицо.

Джон все-таки не удержался и рассмеялся, запрокинув голову. До чего же девчушка чудная.

- Приношу извинения за свою несдержанность, - произнес он, чуть подрагивая плечами, - Обычно юные леди стараются подчеркнуть свою хрупкость.

Кэтрин неуверенно заулыбалась в ответ. Вроде бы не издевается. Смотрит по-доброму.

- Не возражаете, если я составлю вам компанию?

- Ни сколько, - ответила Кэтрин и через секунду осторожно поинтересовалась, - А как себя чувствует моя сестра?

Она ничуть за нее не переживала, прекрасно зная, что с той все в полном порядке. Но Кэтрин очень хотелось узнать, как Джон относится к Оливии?

- Я уже собирался ехать за священником, когда леди Энн заверила меня, что ее племянница будет здорова.

Заметив веселые искорки в голубых глазах, Кэтрин рассмеялась шутке. Значит и граф не принял мнимые боли Оливии за чистую монету, и кажется не сильно переживал.

Они вместе двинулись вдоль сладко пахнущих кустов с цветами. Никогда Кэтрин не чувствовала такого волнения. Определенно приятного волнения. Теплый безветренный вечер, ухоженный сад, сумерки. И мужчина-мечта, идущий рядом. Кажется, она влюбилась. Значит вот оно как происходит? У Кэтрин не было ни единого романтического увлечения. Да и откуда ему было взяться?

Ей хотелось чего-то, чего она сама не понимала и не могла дать определения. Захотелось взять его за руку и погладить. Ощутить под пальцами его кожу. А еще не отрываясь долго и открыто смотреть. И чтобы Джон смотрел на нее.

На небе засветилась первая звезда, и граф указал на нее пальцем:

- Говорят, когда загорается первая звезда, нужно непременно загадать желание.

- Правда? И оно сбудется?

Кэтрин тут же отчаянно начала желать про себя, чтобы Джон поцеловал ей руку. Ей так этого хотелось, что от усердия она зажмурила глаза.

Глядя на старания девушки, Джон вновь рассмеялся. Такая она непосредственная.

- Вы невероятная.

Слова вырвались помимо воли. Кэтрин широко распахнула глаза и смущенно уставилась на графа. В призрачном свете уходящего дня, синие глаза девушки потемнели до цвета глубокого моря. Яркий румянец приятно заливал ее кожу, вызывая желание коснуться этих мягких щек.

Джон не смог побороть желание и склонился к лицу Кэтрин.

Девушка затаила дыхание и не смела дышать. Она, кажется, даже забыла, как это делать. Глаза широко распахнуты, не моргают. Джон хмыкнул себе под нос и запечатлел на щеке Кэтрин целомудренный поцелуй.

Все ее лицо залила густая краска. Вот так исполнение желания!

- Теперь вы на мне женитесь?

Ни капли притворства. Откровенное простодушие и наивность.

Джон уже собирался было ответить завуалированным отказом, но не смог. Да, она еще вчерашний ребенок, нераскрывшийся бутон. Но кто сказал, что он не может подождать пару лет, дать ей повзрослеть и может быть тогда…? В конце концов, он, хоть и молодой, но уже состоявшийся джентльмен. Владеет и умело управляет многими поместьями, доставшимися ему в наследство. Он уже вполне может взять на себя ответственность за жену. Он повидал предостаточно дебютанток, чтобы сделать правильный для себя выбор. Кэтрин не манила его как зрелая женщина, но определенно в ней было что-то, что тронуло его сердце.

Скорее всего, девчушка никогда в жизни не влюблялась. И он просто не может лишить ее удовольствия от первого бала в качестве дебютантки. Принимать ухаживания других поклонников, позволить выбирать. Заклеймить ее сейчас было бы нечестным по отношению к ней.