Ведьмочка-Травница

Глава 8. Первый день в Ле Визардри

С Кайли Рос, а именно так звали мою соседку, мы сдружились в тот же вечер. Проболтали без умолку пол ночи, делясь впечатлениями и ожиданиями. Потому встать рано утром оказалось не самым легким занятием. Но синекрылки пели прямо над ухом. И делали это душевно, упорно и рьяно ровно до тех пор, пока не убеждались в открытии обоих твоих глаз.

Отмахиваться от них являлось занятием бесполезным. Об этом я узнала на примере Кайли, прятавшей голову под подушкой и отбивающейся сонно-трясущейся рукой. Ее из-под-подушечные просьбы замолчать никак не воспринимались птичкой, целенаправленно пытающейся проникнуть под прикрытие студента.

А вторая синекрылка, убедившись, что петь для меня более не следует и, проследив за тем, как я чинно присела на кровати, присоединилась к своему партнеру по пению и попыталась крылышками впихнуть попу друга, сумевшего проникнуть в маленький зазор лишь головой. Через пару безуспешных попыток нежными крылышками, она отлетела в сторону и, набрав скорость, подлетела вновь, исправно кольнув попу первой птички. Та задушевно пискнула и моментально влетела под подушку.

Какая самоотдача, - подумала я, - не пощади ни себя ни друга, но студента разбуди.

Мелодичное пение перешло в трубное: «Ту-ту-ту-ту!».

– Ладно, ладно!

Подушка взлетела вверх, унося за собой птичку, еле успевающую усиленно махать крыльями, чтобы не встретиться с потолком, а моя соседка резко села на кровати.

– Вот же пристали! Все, я проснулась. Мне всего лишь необходимо пару минут полежать после пробуждения, и потом я сама встану.

Птички недоверчиво переглянулись, пожелали нам «Полного магии дня!» и вылетели из окна.

– Доброе утро, – улыбнулась я.

– Доброе! Мне брат рассказывал, что птички на стороне студентов. Помогают и даже прикрывают иногда мелкие шалости учащихся. Но теперь мне как-то с трудом в это верится. – усиленно терла глаза Кайли.

Ее брат выпустился из Ле Визардри два года назад и перед приездом сюда сестры провел для нее детальный инструктаж. Точнее, его мастерски пытали и допрашивали.

– Не против, если я первая пойду в душ?

– Нисколько! Я тогда еще немного полежу, – радостно потянулась Кайли.

Но стоило ей лечь, как синекрылка недоверчиво заглянула в окно. Пискнула и, нахохлившись, приняла выжидательную позу. Совершенно определенно намереваясь вновь атаковать.

– Да ты издеваешься? Я просто легла… – отчаянно взмолилась подруга.

**

Шум и гам стоял на первом этаже центрального здания. Как только ты переступал порог, хаос первого студенческого дня проглатывал тебя.

Толпы учащихся сменяли друг друга, тут и там раздавались радостные приветствия, смех, удивлённые восклицания и дружеские подтрунивания. Синекрылки проносились в воздухе с какой-то бешенной скоростью, но, боязнь столкновения присутствовала только у меня. Никто не дёргался, когда птички проносились мимо их голов. А я пару раз почувствовала себя шаолиньским монахом, практикующим резкие изменения в положении головы.

Кто-то нёс книги в руках, у кого-то они летали над головой, шелестя страницами, а вот забирали учебные материалы студенты в облаке...

Огромный деревянный стол тянулся из одного конца, на первый взгляд, бескрайнего холла, до другого. На нем располагалась подробная миниатюрная копия замка, светящаяся разными цветами. Не все были мне пока понятны, но зоны, вокруг которых появлялся алый цвет с надписью: «Строго! Нельзя» – вопросов не вызывали.

Стоило подойти к этой своеобразной громадной карте, как на ней появлялась твоя маленькая фигурка и радостно махала рукой. Причем, ровно в том месте на карте, где ты находился, готовая проводить тебя в интересующий корпус или класс. Приблизившись к своей крохотной версии, мои брови удивленно поползи вверх - она была одета точь-в-точь, как я сегодня.

В некоторых местах карты светились фиолетовые круги с неровными краями, походившими на щупальца. Временами они искрились и уменьшались, превращаясь в маленькую кляксу, а потом, будто, рыгая, раскрывались вновь. Когда я попросила показать проход на третий этаж, то маленькая копия уверенно засеменила к одной из таких жутковатых пятен, и на мои уверения этого не делать только качала головой, улыбалась, что-то убежденно повизгивала и манила рукой.

Я даже зажмурилась, стоило ей сделать шаг внутрь, а открыв глаза, обнаружила ее уже на третьем этаже. Она стояла и довольно улыбалась около такого же пятна.

Интересно получается... ладно, спрошу Кайли.

Фигурка, убедившись, что другие маршруты меня не интересуют, помахала мне рукой и исчезла в брызгах розоватого тумана.

В воздухе над столом на одинаковом расстоянии друг от друга горели римские цифры от одного до пяти. А под каждой из них висело по три свитка с расписанием групп. Большое белоснежное перо летало от одного свитка к другому, внося коррективы или добавления. Усиленно зачеркивая ненужное, плавно и грациозно выводя новые предметы. Предметы поочередно загорались на пергаменте, а рядом появлялись миниатюрные фигуры преподавателей. Откуда-то - я так и не смогла понять откуда - звучал голос, который чинно и важно называл имена профессоров.