Девушка с севера. Сердце темного принца

Глава 28 - 2

Попасть в покои принцессы - не такая уж и простая задача. Даже для представителя знатного и уважаемого рода. И даже если ты к тому еще и веночница.

Но у Кэтрин в рукаве был припасен козырь - ее брат. Энтони, как и наказал ему отец, старался всегда крутиться рядом с принцессой, поддакивать ей и исполнять все ее желания.

Так что графиня могла заявить охраняющему Лилиан гвардейцу, что пришла повидаться с братом. Лишь раз это не сработало, но тогда Кэтрин закатила такой скандал, что оградила себя от последующих неудач. С ней просто не хотели связываться.

- Ее Высочество принимает гостя... - сегодня, впрочем, все пошло не так гладко, и гвардеец не впустил Кэтрин по одному лишь ее велению.

- Но я и не к Ее Высочеству. Я к своему брату, - парировала она, морща носик.

Страж мгновение стоял неподвижно, пристально и слегка растерянно осматривая незваную гостью. Графиня в этот момент постаралась сделать свое лицо злым, взгляд свирепым и всем своим видом показать, будто бы она едва сдерживалась, чтобы не начать кричать.

- Полагаю, он сможет принять вас в прихожей... - гвардеец выговорил неуверенно.

Вероятно, он рассчитывал и не впускать графиню, а сначала получить указание от лорда Энтони. Но стоило только открыть дверь и войти внутрь, как Кэтрин заскочила за ним в просторную, обставленную в восточном стиле прихожую, шумно плюхнулась в одно из кресел и расположилась в нем так вальяжно, чтобы показать бедолаге: отсюда она уходить не собирается.

На лице гвардейца отразилось явное недовольство. Конечно! Если выяснится, что впускать графиню было нельзя - ему жутко влетит. Но выпроводить ее он тоже не может, как-никак, благородная девушка, почти что родственница короля...

- Чего стоите? Зовите его! - подогнала его Кэтрин, ощущая себя победительницей.

Гвардеец недовольно поджал губы, но послушно выдвинулся к соседней комнате. Гостиной, как помнила Кэтрин.

Оттуда, если хорошо прислушаться, доносился оживленный голос Лилиан. Графиня, как ни хотела бы понять, с кем говорит принцесса и о чем, не могла расслышать слова.

Она выхватила лишь одну фразу, выкрикнутую когда гвардеец заходил внутрь: «Это не вопрос правды, это вопрос преданности!».

Слова показались ей ужасно странными и интригующими. Кого же принимает Лилиан? Кому это говорит?

Когда через секунду в прихожую вернулся гвардеец, сопровождаемый Энтони, Кэтрин навострила уши изо всех сил, но голоса в гостиной уже стихли.

Вероятно, беседа была прервана...

Кэтрин знала: люди замолкают, когда рядом появляется посторонний, только если обсуждают что-то секретное.

- Что-то случилось? Зачем ты здесь? - Энтони недоверчиво глянул на сестру.

- Мне нужно к принцессе, - отозвалась та, поднимаясь и подступая поближе. Она понадеялась, что рядом с братом, вставшим возле прохода в гостиную и словно бы перегородившим его, станет лучше слышно голоса.

Но было тихо.

Кажется, разговор непросто прервался, а закончился.

- Зачем тебе к ней? - на лице Энтони проступило раздражение.

- Мне нужно кое-что ей сказать, - ответила Кэтрин, крепче сжимая в руках письмо, будто боясь, что его отнимут силой.

- Отец ведь просил не беспокоить ее. Почему ты вечно что-то устраиваешь, Кэтрин?!

- Это важно! - она вспылила. Глупый братец совсем не вовремя встал в позу! - я узнала кое-что о княгине, - Энтони закатил глаза, и Кэтрин рассердилась не на шутку, - ты не понимаешь! Это важно! Она не может быть веночницей! Она... Она...

Дверь в гостиную дернулась, открываясь, и графиня тут же прикусила язык. Она не собиралась выдавать свое открытие постороннему.

Вдруг она поняла, как пылко говорила сейчас с братом. Был ли ее голос слишком громким, чтобы кто-то услышал? Сказала ли она лишнее?

Хотя кого там могла принимать Лилиан? Одну из своих фавориток? Да они круглые дуры, даже беспокоиться о них не стоит!

Дверь открылась, и в прихожую медленно и величаво прошла молодая дама. Ее голова была горделиво приподнята, во взгляде чувствовалось высокомерие, губы улыбались с легкой иронией.

У Кэтрин холодок пробежал по затылку. Она считала себя лучше многих придворных дам и не сомневалась, что легко победит любую из них. Однако приходилось признать, что даже ей становилось не по себе в обществе графини Виолетты Стивенс.

- Леди Кэтрин, - графиня коротко и холодно ее приветствовала. Ее тяжелый взгляд скользнул вниз, и Кэтрин поспешно спрятала ладонь, сжимающую письмо, за спиной.

Кэтрин не успела поздороваться в ответ - сразу за Виолеттой вышла принцесса. Вид у нее был ужасно сердитый, она даже и не заметила сразу, что в прихожей оказалась посторонняя.

- Я надеюсь, вы еще подумаете над моими словами, - выговорила она графине Стивенс.

Та с притворной мягкостью улыбнулась шире и ответила тихо, но уверенно:

- Нет, Ваше Высочество, не подумаю. Моя позиция не изменится.

Вот же наглость! На месте принцессы Кэтрин бы взорвалась от такого тона! И, Святой, как же стало интересно, о чем они говорили!

Сможет ли она вызнать у брата? Вряд ли. В последнее время он какой-то замкнутый и осторожный. А раньше, только намекни - все о всех выложит. Сплетник похлеще их с матушкой.

Графиня Стивенс вышла из прихожей, не удостоив никого из присутствующих прощанием.

Когда дверь за ней закрылась, Лилиан странно дернулась и нервно заломила пальцы. Кажется, с леди Виолеттой они обсуждали нечто важное и серьезное.

Принцесса повернула голову к Энтони, намереваясь, вероятно, попросить его о чем-то, и только сейчас заметила Кэтрин.

- Чем обязана вашим... Визитом? - чудилось, Лилиан с трудом сохраняет сейчас спокойствие. Она говорила медленно, будто бы каждое слово стоило титанических усилий, недобро сощурилась и все продолжала перебирать пальцами.

При любых других обстоятельствах Кэтрин повременила бы открывать свою находку. Принцесса явно была не в духе, и попасться ей под горячую руку совсем не хотелось.