Шёпот ветра 

Глава 18.2

- Вот предательницы! Даже на остановке не встретили!

Тихо возмущаясь себе под нос, я упрямо тащила в руках неподъемные пакеты из супермаркета.

Хоть поселок, в котором проживала Галифа Семеновна, официально и считался частью города, с инфраструктурой тут было туговато. Всего лишь парочка остановок на всё поселение и автобус, который курсирует по одному и тому же маршруту. С продуктовыми дело обстояло примерно так же. Местные предприниматели давно привыкли, что люди в основном отовариваются в крупных супермаркетах города, и не спешили пополнять полки своих пыльных магазинчиков. Из свежего здесь продавали разве что выпивку и хлеб... Поэтому, помимо «заказов» Булкиной и Кузнецовой, я до кучи тащила ещё и продукты из списка теть Глаши, который она мне вручила перед уходом.

- И чем они там таким заняты, что даже трубку не берут? – я с громким шелестом опустила свою ношу на тротуар, и в который раз вынула из кармана мобильник.

Ребятня, что до этого увлеченно пинала мяч прямо посреди улицы, с интересом покосилась на мою эксцентричную особу. За их спинами медленно клонилось к горизонту вечернее солнце. Вот-вот и полыхнет закатом...

Игнорируя чужие взгляды, я разблокировала смартфон и набрала самого благоразумного человека в нашей троице – Лизу. Но оказалось, что Кузнецова не такая уж и благоразумная.

- Знала бы, на кладбище с собой взяла бы!– рявкнула я в ответ на длинные гудки. Детишки, утратив до этого ко мне всякий интерес, опять позабыли о мяче и уставились в мою сторону.

Я невозмутимо засунула мобильник обратно в карман и, подхватив свои баулы, медленно двинула вверх по улице. Казалось, на мои плечи давила не только тяжесть продуктов, но и тяжесть сегодняшнего дня. Чересчур насыщенным он оказался. Длинная дорога в междугороднем автобусе, трясучка в местной переполненной маршрутке, долгожданная встреча с Галифой Семеновной и Матроскиным, поездка на кладбище к родителям и бабушке...

Конечно, можно было бы съездить и завтра, но я и так слишком долго не наведывалась к ним. Вот поэтому и задержалась: пока вырвала все сорняки вокруг могил, пока подкрасила кованые оградки. Ещё и в цветочный успела сбегать: купила папе и бабушке гвоздики, а маме – её любимые лилии... Я настолько погрязла в этих уже привычных хлопотах и эмоциональных монологах, которым сопровождала свои действия, что едва не забыла про супермаркет.

«Лучше бы забыла!» - мелькнула в голове крамольная мысль, а противные сумки будто сделались тяжелее.

Стоило подойти к дому, как мне навстречу выбежал Матроскин.

- Ну хоть кто-то меня встречает, - я открыла ключом железную калитку, пропуская вперед питомца, и с победным возгласом ввалилась во двор. – Сейчас помру! – пожаловалась коту. Пакеты с громким шелестом упали на землю, а я принялась растирать свои бедные ладошки, на которых теперь красовались отметины от пластиковых ручек. Матроскин, проявляя участие к моей нелегкой судьбе, громко заурчал и принялся тереться об мои голые лодыжки.

- Простил меня за фен, да?– я присела на корточки и ласково потрепала кота за ушком. - Да-а? – с улыбкой протянула, зарываясь пальцами в мягкий мех. – Скажи, это ведь несложно – прощать?

Моськин не ответил. И я, к сожалению, тоже не знала ответа на этот вопрос. Пусть часто и размышляла об этом. Смогла бы я простить, поменяйся мы с Пашей местами? Раньше мне казалось, что нет. А теперь...теперь я бы всё отдала, чтобы увидеть его. Пусть даже издали...

- Здравствуй, Китти-Кэт, - донеслось чуть хриплое со стороны дома, и я остолбенела.

Я, конечно, слышала, что мысли материальны, но чтобы настолько...

«Может, это мне от усталости мерещится?» - я пару раз старательно моргнула, но мираж и не думал исчезать.

Краснов действительно был здесь. Стоял, как ни в чем не бывало, небрежно привалившись плечом к косяку распахнутой входной двери. Такой же красивый, как и прежде. Разве что скулы немного заострились, и кожа сделалась непривычно бледной...

Пашка продолжал странно взирать на меня, застыв на бетонном крыльце, словно на пьедестале. А я так и сидела на корточках у калитки, не в силах сказать или сделать что-то большее. Только сердце стучало в груди, как сумасшедшее. И ныло, ныло, ныло.

А вот котяра, в отличие от меня, тормозить не стал. Махнув мне на прощание пушистым хвостом, Моськин бодро потрусил в сторону музыканта.

- Привет, Матроскин! – мягко рассмеялся Пашка, подхватив полосатого предателя на руки. – Ещё не забыл меня?

- Ты что тут делаешь?! – справившись с шоком, наконец, спросила я и, мысленно сопоставив кое-какие даты, обличительно выпалила: – Тебе же еще в больнице минимум неделю лежать!

- Рад, что ты переживаешь. Я уж грешным делом подумал, что тебе на меня пофиг, - наглаживая кота, едко ответил Краснов.

Тьфу ты! Ни дать ни взять - Доктор Зло во плоти.

- А где все? - проигнорировав реплику этого недозлодея, спросила я. Двор пустовал, а из дома не доносилось ни единого звука.

- Димка повез их к озеру. Галифа Семеновна давно там не бывала.

- Ясно, - я выпрямилась и зачем-то отряхнула и без того чистые коленки. Настойчивый взгляд музыканта – нервировал. Не зная, куда себя такую нервную деть, я гордо прошествовала к покосившейся деревянной скамейке, что стояла в тени абрикоса, и села.

Тяжелые пакеты так и остались лежать у калитки.

От одной мысли, что мне придется тащиться с этими баулами в непосредственной близости от Паши, ноги превращались в желе. Нет уж! Лучше я пока так. В сторонке посижу. На птичек погляжу. Не будет же Краснов торчать здесь вечно?

«И зачем он приехал?» - не удержавшись, я всё-таки посмотрела на парня. И, разумеется, в ту же секунду встретилась с ним взглядом. Щеки запылали, а сердце, окончательно взбесившись, отчаянно загрохотало в груди. Сдавшись, я отвернулась первой и запрокинула голову к небу. Прямо надо мной, на тонких ветках, угрожающе покачивались ярко-оранжевые абрикосы.

«И здесь абрикос. Преследует он нас, что ли?» - перед глазами, будто нарочно, всплыла картинка из прошлого, где Паша, улыбаясь, вертит в руке маленький зеленый плод и говорит о том, что хочет быть со мной. Он тогда сказал мне, что мы ничего не потеряем...