Дерево в доме

47. МИРУНА

Я ждала этого дня так долго, что не в силах отвлечься ни на что другое. Я делаю вид, что мне плевать на инцидент с Самуэлем и ловлю себя на том, что то и дело смотрю в окно - пока готовлю завтрак, пока кормлю Ли, пока убираю посуду.

Когда они должны приехать? С самого утра или же назначили встречу после обеда? А, может быть, у них все воскресенье расписано по часам, или живут слишком далеко, и поэтому объявятся только к вечеру?

Я вожусь в саду, а сама прислушиваюсь к тишине, царящей за стенами дома. Жду, когда вот-вот раздастся шум незнакомого двигателя, сначала издалека, затем все ближе, как зашуршит гравий, как хлопнут дверцы. Дом наполнится новыми голосами, и, возможно, эти голоса останутся тут навсегда.

Я все жду и жду, но вот на сад опускаются сумерки, затем наступает самая настоящая ночь, и ничего так и не меняется. Вокруг по-прежнему звучат только наши голоса и шаги...

Я выхожу на крыльцо и подолгу стою, прислонившись щекой к косяку. Смотрю на темный лес, и мне кажется, что может быть... Может быть, за ним уже и нет того другого мира, из которого могут прибыть другие люди. Кто знает правду? Ведь мы сидим здесь взаперти уже так долго... Наружу выбирается только мама и в качестве вознаграждения изредка берет с собой Самуэля, и то, лишь на жалкие задворки, где людей наверняка можно сосчитать по пальцам.

Как давно наш мир стал таким крошечным? Окруженный со всех сторон густым древним лесом... Состоящий лишь из нас шестерых...

Я возвращаюсь в дом совершенно разбитой.

Сегодня не будет никаких сказок.

Когда я говорю это Яннике, она вдруг смотрит на меня с пониманием, словно знает, почему в уголках моих глаз блестят слезы. Но я ухожу из ее комнаты, прежде чем она произносит хоть слово. Ли я тоже не рассказываю сказок, хотя это всегда помогало уложить его за считанные секунды, потому что слова отказываются слушаться, вихрем проносясь в голове. Я просто укачиваю его, стоя у окна, так же, как делала раньше, когда мы жили на лесной окраине.

Перед сном, до того, как я задергивала занавески, Ли любил смотреть вместе со мной на прямую линию дороги, едва различимую в ночи. Не знаю, чего именно он ждал и ждал ли, но, стоя там вместе с ним и чувствуя, как бьется его крохотное сердечко, я вдруг понимала, что будто бы тоже жду чего-то вместе с ним. Возможно, того, что какая-то из запоздалых машин неожиданно свернет на обочину и изменит нашу жизнь навсегда.

Но они всегда проезжали мимо. А еще чаще их просто не было – вечерами подряд мы могли стоять и всматриваться в черную, беспросветную ночь, так и не дождавшись спасительного света фар.

Сейчас же все гораздо хуже. Окруженные деревьями, мы даже больше не тешим надежды, что когда-нибудь вдруг увидим непрошенных гостей.

Когда Ли наконец засыпает, я тихонько ложусь рядом, и мысли накрывают меня с головой. Как и всегда, они не затихают ни на миг, вынуждая забыть про сон. Но самое ужасное, что могло произойти, случается, когда я сдаюсь и думаю о том, о ком не должна.

О том, кого у меня нет и никогда не было.

Возвращаются глупые детские мечты о том, что когда-нибудь в моей жизни вдруг объявится отец, нет, папа, и по какой-то необъяснимой причине будет любить меня... Я продолжаю твердить себе, что я не должна, не должна, не должна, но мое отчаяние так велико, что ничего не помогает.

Что может быть хуже, если остается верить только в волшебное появление человека, которого никогда даже не существовало? Это ведь даже хуже, чем верить в сказки...