Заклятые Враги

Глава сорок девятая

Тэзра зажмурилась - солнце слепило глаза. Её королева предпочитала творить глупости - что может быть хуже, чем надменная дура, решившая, что она является наследницей дара Богини? Неприкосновенная правительница, абсолютно сумасшедшая женщина, не пытающаяся укрепить свою власть всеми известными методами - у неё даже не поднимается рука казнить своего собственного любовника!

Она, как представительница Высших, должна быть непреклонна. Что такое мужчина, что иногда скрашивает одиночество? Что это, кроме обыкновенного приятного проведения времени? Да, Лиаре повезло, достойных среди них мало; сначала, когда Тэзра была совсем молода, она даже не знала, презирает ли она королеву за то, что та позволяет мужчине прикасаться к себе, или просто завидует, что ей удалось заполучить Дарнаэла, но все остатки ревности со временем затёрлись и обратились в обыкновенную ненависть. Разумеется, Высшая Ведьма Кррэа никогда не позволяла себе подобные слабости. Не творила того, к чему так привыкла Самаранта, не выдумывала новые поводы подписать мирный договор с собственным любовником, как Лиара. Она - единственная достойная своего дара в этом государстве. Единственная.

Но, разумеется, нынче это никого не интересовало.

Женщина остановилась перед огромным изображением Богини. Эрри наставляла их. Эрри вела их по тернистому пути этой жизни. И, разумеется, Эрри не могла позволить им просто так остаться на перепутье. У неё, у этого рисунка или у настоящей Богини, должен быть правильный ответ на каждый вопрос, который ей только посмеют задать.

Ни перед кем Тэзра никогда прежде не становилась на колени. Только перед нею, пред той, чьи глаза видели всё, что происходило под небесами. И она - единственно верная последовательница Богини, единственная, кто всё ещё отчаянно пытается удержаться среди стен соблазнов и кошмаров.

Ведьма смотрела на портрет - преданно, словно Богиня никогда не отворачивала от неё свой лик и даровала одну только победу, ежесекундно, ежеминутно. Словно Богиня подарила ей то, что никто в жизни прежде не смог даровать.

- Эрри, - прошептала она. - Как быть? Как объяснить этой сумасшедшей, что она идёт не потому пути?

Мысленно женщина задавала совсем другой вопрос. Как оттолкнуть Лиару в сторону, как заставить её сойти с пути - она ведь отвратительная повелительница, недостаточно жестокая, недостаточно смелая для того, чтобы Эррока стала единственным государством на этом континенте. Она должна была поглотить Элвьенту, уничтожить короля Дарнаэла - тогда останется один только наследник, ещё и незаконный, но опять, опять Лиара виновата в его существовании!

Жертовный камень, что всё ещё, казалось, пылал силой после неудачной попытки непорочного зачатия. Лиара уничтожила и это - всё, над чем Тэзра работала столько лет. Ведь она к ногам Богини и государства положила свою жизнь, чтобы королева просто так взяла и отшвырнула в сторону её идеи, предавшись отвратительной, глупой мести. Да, они получили Дарнаэла, но неужели теперь королева испортит и это?

Должен быть знак.

Казалось, Богиня над нею смеялась. Факелы отбрасывали на красивое лицо Эрри причудливые тени, и её улыбка становилась совсем уж издевательской. Тэзре хотелось сжечь и портрет, и алтарь, но она знала, что это место - последнее, что у неё осталось, последний идеал, за который ещё можно было хвататься.

Тэзра попыталась вспомнить молитвы - но не успела. За спиной что-то загрохотало, а пламя взвилось вверх, почти коснувшись высокого потолка. Женщина обернулась - интуитивно, понимая, что не успеет выставить магическую защиту, если это посланники богини - но за её спиной стоял Высший, Изгнанник, что, казалось, не менялся уже много сотен лет. Он едва заметно улыбался - казалось, на старом, измождённом лице такая улыбка должна выглядеть странно, но сейчас и морщин стало меньше, и глаза посвежели, будто бы в него вдохнули новую порцию силы.

- Здравствуй, дорогая, - протянул Тэллавар. - Как я рад тебя видеть.

Она поднялась и выпрямилась. Снежно-белое платье теперь казалось грязным - потому что полы у алтаря давно уже не мыли, проклятые слуги, а она не позаботилась об этом! Тэллавар был символом порабощения женщин в этой стране многие годы, и она ненавидела его - искренне ненавидела, - но всё же, он давно казался куда меньшей проблемой, чем Дарнаэл и множество его прихвостней, что так и носились стайками за "прелестнейшим королём".

- Зато я не слишком рада. Вы уже давно не имеете никакого права колдовать в Эрроке, - Тэзра знала, что слабее, знала, что у Гартро есть многовековой опыт, но всё ж, он никогда не вызывал у неё уважения. Это был грязный человек, что шёл к своей цели, переступая через веру, наплевав на Богиню и на её постулаты. Когда-то он занимал тот пост, на который нынче взошла Тэзра, и она знала, что сколько б силы не было в этом мужчине, вся она никогда не шла стране на пользу.

- Милая, - рассмеялся Тэллавар, - ты точно такая же, как была много лет назад. Всё такая же истинно верующая в Богиню. Только теперь в тебе больше стремления к власти.

Тэллавару нравилось мстить. Выдавать красивые фразы и наблюдать, как на них будут реагировать его соперники из прошлого или из будущего. Разумеется, когда-то Эррока будет его, равно как и Элвьента, но чем больше соперников уничтожит друг друга, тем легче ему будет всё это получить. А ничто не может ослабить человека больше, чем разбитое сердце - и ничто не делает его сильнее, если он умудряется подняться и идти дальше.

Тэзра выглядела настороженной. На её лице будто бы начертали немые линии вопросов, которые она не смела задать.

- Зачем ссориться, - Тэллавар приблизился к ней и коснулся сухими пальцами щеки, но женщина досадливо оттолкнула его руку, - если я принёс тебе такие прекрасные новости? Нам можно объединиться и выступить единым фронтом, моя дорогая.

Ведьма мотнула головой. Её светлые волосы, казалось, превратились в вороново гнездо, светлые глаза пылали отчаянной ненавистью, заострились черты лица - она отчаянно стремилась продемонстрировать не просто свою ненависть, а что-то большее, что навсегда застыло в её сердце.