Сказки Шварцвальда

Гештальт-терапия

Буквально на следующий день погода смилостивилась над москвичами. Ненавистный дождь выплакал слезы, мрачные тучи исчезли без следа. С утра субботы на лазурном осеннем небе не было ни облачка. Солнце засияло над городом, возвращая смытую непогодой радость.

Настроение Маши напрямую зависело от метеосводок: сегодня ей определенно понадобятся силы для разговора с Ириной. Ведь тема будущей беседы представляла собой абсолютную загадку.

Бывшая подруга пришла ближе к вечеру. Одетая с иголочки, с порога отгородилась холодным стальным взглядом и хищным мейкапом. Сев на привычное место на маленькой кухоньке, сложила руки на груди; ноги сплела в замок, подсознательно продолжая обороняться.

Ухоженная, стильная, стройная как газель. Снежная Королева. Она стала еще более привлекательной, она ослепляла особым блеском в глазах, который появляется лишь в определенные периоды жизни.

Маша заинтригованно наблюдала за Ириной, потом спохватилась и предложила чаю. Гостья надменно вскинула красивые брови и снисходительно улыбнулась:

— Если я пришла к тебе в дом, это совсем не значит, что наши отношения наладились.

Маша тихо опустилась на место и замерла в ожидании.

Кушнир долгим оценивающим взглядом с головы до ног ощупала бывшую соперницу, как будто пересчитывая все видимые дефекты и морщинки, перевела глаза на старый кухонный гарнитур, на занавески, небрежно скользнула по горке только что вымытых тарелок.

— Н-да. Слышала, что ты к Смирнову ушла. Неужели в частной клинике недостаточно платят, чтобы, хм… по крайней мере, сменить гардины? Или купить новую мебель?

Маша терпеливо ждала, пока закончится обычная прелюдия и собеседница отплюется ядом.

— Или все на бухло уходит? Мне говорили, ты круто взялась.

Девушка встала и, отвернувшись от Ирины, спрятала перекошенное от злости лицо. Пока заваривала себе чай, приступ гнева миновал. Маша вернулась на прежнее место с улыбкой.

— Позволь напомнить, ты сейчас на моей территории. И не я попросила о встрече. Так что ближе к делу.

Ира удивленно округлила глаза и довольно ухмыльнулась:

— О! У овечки отросли зубы. Хорошо, не буду терять время. Я хочу сделать предложение, от которого ты вряд ли откажешься. А если начнешь цену набивать, то я напомню, что за тобой моральный должок.

— Чего ты хочешь?

— Возьми Дениса к себе, в придачу получишь небольшой уютный загородный дом в «Блек Форесте».

Маша не поверила своим ушам. Онемела от изумления. Могла предположить все что угодно, но то, что Денис станет разменной монетой… вещью…

Хотя именно ею он всегда и являлся. Вырванный из рук другой женщины, забывший собственного ребенка, сытый, пьяный, красиво упакованный подарок.

— Наигралась? Надоел? Бывает… — спокойно ответила Маша. — Только почему ты ко мне пришла? И, кстати, где домик находится, что в придачу к бывшему отдаешь?

— В «Блек Форесте»[1], в одном из экологически чистых районов Клязьминского водохранилища. Мы тогда выбирали между этим коттеджным поселком и «Голубым Заливом», и хотя «Форест» только коммуникации прокладывал, Динька выбрал именно его. Больно ему название приглянулось.

Маша улыбнулась. Что за чертовщина творится с Черным Лесом? Почему он преследует ее в различных интерпретациях? Или это знак?

Ирина внимательно следила за реакцией хозяйки квартиры, просчитывая дальнейшие шаги. Заметив ее рассеянную улыбку, решила пойти обходным путем:

— Маш, ты же любила его? И до сих пор любишь… Я вижу.

Девушка молчала, стиснув под столом кулаки. Гостья, посчитав ее молчание за согласие, взбодрившись, продолжила:

— У меня немного изменились обстоятельства. Я выхожу замуж, точнее я выйду замуж при условии, что Денис будет пристроен. Почти сказала «в добрые руки». Иначе муки совести сна лишат. Тебе не отдала, и самой стал не нужен. Словно собака на сене. Я последнее время все чаще о душе думаю. Как-то гадко у меня там. Маш, у тебя коньяка не найдется?

Девушка отрицательно покачала головой.

— Ладно. Мне идти пора. Подумай о моем предложении на досуге.

Ира попыталась встать, но Маша жестом остановила бывшую подругу.

— Присядь! Он знает, что у тебя другой?

Ирина послушно опустилась на место.

— Догадывается. Он извел меня вопросами, слежкой, подслушиванием разговоров. В доме нет компьютера, вся переписка с Бруно у меня идет из офиса. Мне жаль его, Маш! — внезапно лицо Снежной Королевы поплыло, начало таять, на глаза навернулись слезы, а на карминных губах неожиданно заиграла улыбка. — Если бы ты знала, как я сейчас счастлива. Я познакомилась с Бруно на отраслевой конференции в Гессене, и с того момента мы больше не расставались. Постоянно поддерживали связь по мейлу, по телефону, «Скайпу», как угодно. Он уже приезжал в Москву, я летала в Германию знакомиться с его мамой. Все решено. — Ирина как будто помолодела. Ее глаза засверкали счастливым блеском. — Как я мечтаю пожить другой жизнью, не думать о завтрашнем дне, не подсчитывать расходы, не сводить баланс, не грызть своих подчиненных только из-за того, что они моложе и перспективнее! Я устала быть бабой с яйцами! Понимаешь? Я хочу быть как все — слабой, зависимой, нежной, скучной, смешной, наивной, восторженной, просто Женщиной. Такой, как ты!