Расплата. Отбор для предателя

8

Неужели все-таки он узнал меня? Нет, разумеется, этого не может быть. Иллюзию созданную кольцом распознать никому не под силу, даже инквизитору Блэйку, который знает как разоблачать магию, которой я владею… Точнее не владею, а пока что лишь отчасти обладаю, а уж Ридли и подавно ничего не заметит.

Если бы был хоть малейший шанс, что меня разоблачат, Блэйк бы помешал мне отправиться на отбор. Но он, напротив, сделал все, чтобы я оказалась сегодня здесь.

Наконец, барон явно берет себя в руки и отводит взгляд.

— Эта ему понравится, очень хороша, — бормочет Ридли привратнику, но я отчетливо слышу, что он говорит, благодаря кольцу, которое усиливает все чувства, пока надето на палец. — Слишком хороша.

Он разворачивает конверт и быстро пробегает глазами по тексту, что в нем написан.

— Документы в порядке, подпись инквизитора и отборщика подлинная, а значит, вы можете принять участие в отборе, мисс Де Вьяр, — в его официальном тоне звучит волнение и он старается не смотреть мне в глаза. — Мы не станем заострять внимание на вашем незначительном опоздании. Если я знаю Ивара Стормса, а я смею надеяться, что хорошо знаю его, поскольку мы дружны со школьной скамьи, он найдет вас столь же прелестной, как и я.

Я тоже думала, что знаю Ивара Стормса, пока он не оказался настоящим чудовищем…

Глаза Ридли разве что не светятся, и ярче их только его открытая улыбка. Старый добрый Ридли, как же мне не хватало его улыбки и всепоглощающего жизнелюбия, которое она всегда излучает. Похоже, моя иллюзия сработала на нем не хуже, чем на привратнике.

Удивительно. Я бы никогда не поверила, что кто-то из женщин может так на него повлиять. Мне бы стоило радоваться такому эффекту, но я почему-то чувствую неловкость, что одурачила человека. Знает ли он, что Ивар на самом деле сделал со мной? Рассказал ли мой муж ему, что вышвырнул меня на погибель, отобрав мое новорожденное дитя?

Конечно же нет. Если я хоть немного разбираюсь в людях, а в это я хочу верить, Ридли никогда бы не смог жить с такой тайной. Ивар это тоже не может не знать, поэтому не откроет барону правды.

— Рада слышать, —- я сдержанно улыбаюсь, — было бы очень досадно уехать, так и не попытав счастья.

— Позвольте мне лично проводить вас, говорит барон, открывает дверцу кареты и подает мне руку.

Я стараюсь не показывать ужаса, который охватывает меня. Только бы вытерпеть это прикосновение, только бы оно длилось недолго.

— Простите, — выскакивает из кареты первым Клод, — без моего сопровождения сестра никуда не пойдет.

Барон переводит взгляд на Клода и едва заметно хмурится.

— Клод Де Вьяр, к вашим услугам, — вежливо говорит Клод и протягивает руку барону.

— Барон Ридли, — слегка насмешливо говорит тот и пожимает руку юному Клоду.

Будь на месте Ридли любой другой человек его же уровня, на Клода он даже внимания бы не обратил, отмахнувшись от него, как от назойливой мухи. А уж жать руки отпрыску обнищавшего дома, о котором уже сто лет никто не слышал - это себе мог позволить только Ридли, которому всегда было плевать на предрассудки, как и на то, что о нем подумают другие. Как он всегда говорил: «Если ты сказочно богат, твои недостатки становятся милыми сердцу чертами индивидуальности».

— Видите ли, юноша, у отбора по правилам королевского, есть четкий регламент. Не я его придумал. Вы можете проводить нас до восточного крыла замка, где размещаются претендентки, но, боюсь, дальше, вам придется оставить вашу сестру на наше попечение. Ей будет предоставлена служанка и все необходимые вещи. Будьте уверены, никто ее не обидит, с нй будут обращаться так, как положено с будущей женой дракона.

— Королевского, — озадаченно спрашивает Клод. — С каких пор он королевский?

— Так уж получилось, что прибывает сам король, а значит все должно быть на самом высоком, и самом строгом уровне. Я надеюсь, вы понимаете. Мужчины не допускаются, будь они кем угодно, хоть братьями, хоть отцами. — Барон покровительственно похлопывает Клода по плечу, так что юноша становится от этого как будто в два раза меньше. Тон Ридли и его внешняя доброжелательность, вместе со скрытой жесткостью, совершенно обескураживают моего юного спутника и он, похоже, не знает что сказать, чувствуя себя неловко.

— Значит я имею право на свою служанку? — говорю я.

— Конечно, мы предоставляем все необходимое, как я и сказал.

Если мне не дадут протащить с собой в замок хотя бы Клем, то мне придется очень туго одной, учитывая предостережение, которое мне сделала отборщица. Там будет настоящая битва. Незаметная, тихая и смертельная. Никто не захочет отдавать победу без боя, и бой этот явно будет не только во время отборных состязаний, но и вне их.

— У меня уже есть своя, — говорю я. — МНе бы не хотелось расставаться с Клементиной.

— Это исключено, — качает головой Ридли. — Все служанки прошли специальную процедуру обучения, все идеально знают свое дело и безупречно выполняют все, что от них требуется.

— Да, я понимаю…

— Простите, госпожа, — перебивает меня Клем, и мягко отодвигает, вставая перед Ридли. — Я выполняю свою работу ничуть не хуже любой из ваших лохудр. И я точно знаю, что надо госпоже Адриане, знаю лучше, чем любая из ваших драгоценных служанок из академии, или где их вы там маринуете, чтобы они были такими идеальными. К тому же в правилах четко сказано, что служанку можно привести с собой. Так что прикажите вашим людям донести вещи госпожи и проводите уже в отведенные госпоже покои, она очень устала в дороге!

Клем делает шаг вперед и чуть не тычет пальцем в грудь барону.

— О, — только и может ответить Ридли на этот яростный выпад моей подруги. Я мысленно съеживаюсь, понимая, что сейчас терпение Ридли лопнет. Если бы Клем разговаривала так с Иваром, или с распорядителем Дарреном, они бы в два счета осадили ее, как зарвавшуюся простолюдинку за наглость, котороую она себе позволяет, обращаясь к барону.