Спорим, ты меня полюбишь?!

Глава 4

Лина

Меня нагло подловили на моей любви к спорам. Осознала, на что я согласилась только, когда за Стасом захлопнулась дверь – он попросил не затягивать и спустится к обеду, иначе лично поднимется ко мне с едой, свяжет и покормит как маленькую девочку.

Удивлённо уставилась на него, но тактично промолчала, не рискнув и вякнуть: мало ли, что этому придурку в голову могло прийти. Вдруг не шутил и действительно решил меня накормить столь извращённым образом?! К счастью, подмигнув, он всё-таки оставил меня в покое. Ненадолго, но оставил.

Мельком оценила себя в зеркале. Длинные рыжие вьющиеся волосы, которые Стас давно рекомендовал мне отрастить. О, я помнила, но не хотела признаваться в его правоте! Карие глаза, миниатюрный носик… Да, я симпатичная, и мою хорошесть сейчас особенно подчёркивает женственное лёгкое платье.

Подскочила к шкафу, оценив старый гардероб, который я не забирала отсюда. Долго не решалась на преображение, а затем сдалась: надела любимые драные бриджи и ярко-красную майку, зацепила волосы в хвостик и снова посмотрела на себя в зеркало. Вот, теперь я снова настоящая пацанка!

Одежда села, как влитая, и это было ещё одной причиной для гордости: я не сильно поправилась за три года жизни в общаге. Но разве там можно набрать вес?!

Спустилась в гостиную, где Стас уже разогрел вермишель с мясом, налил вишнёвый компот и накрыл на стол. Тётя Катя основательно подготовилась к моему приезду, и это было приятно.

– О, я смотрю, ты вернулась в своё привычное амплуа? – усмехнулся Стас, окинув меня взглядом, который мне в очередной раз не понравился.

– Ну, мне было неприятно, что ты на меня слюнками капаешь, так что… – сделала паузу, улыбнувшись, – пришлось пойти на крайние меры.

– Тогда надень паранджу, сестрёнка. Я всегда говорил тебе, что ты симпатичная, – хмыкнул он, а меня аж в дрожь бросило.

Стас сейчас подколол меня или сделал настоящий комплимент? От души? Неужели и в правду так считал?

Но я не поверила этому наглому хитрецу. Разве ему вообще можно было доверять? Он делал всё только ради своей выгоды. И сейчас наслаждался, упивался тем, что издевался надо мной.

Пообедали мы в полной тишине. Я оказалась мудрее и взрослее и не стала отвечать на его колкость.

– Оставь тарелку в раковине, Лин. Я помою, – кивнул Стас. – Ты наверняка устала после перелётов. Я после них так вообще сам не свой.

– Что за напускная заботливость? Что-то замышляешь? – недоверчиво прищурилась, желая раскрыть его, вывести на чистую воду.

– Нет, что ты. Ни капли, – и снова этот любимый жест: парень вновь показал свои ладони.

Кивнула и повиновалась. Хотела уйти в спальню, но не смогла: наше нелепое пари не давало мне покоя. Остановилась в проходе и обернулась:

– Ты знаешь, ты меня подловил на споре. Я поступила очень глупо и нелепо, поддавшись порыву. Ты очень хорошо меня знаешь и умело расставляешь крючки, – начала издалека, ещё не зная, как отказаться.

– Хочешь съехать? – подсказал мне Стас.

– А ты догадливый! Единственное твоё хорошее качество, – подстебнула я парня в отместку.

– Не получится, сестрёнка, – лениво растянул Стас. – Идти в пари до конца – это дело чести. Или ты признаёшь, что проиграла?

– Ни за что! – мгновенно вспыхнула я. Прямо почувствовала, как мои рыжие волосы полыхнули на солнце. Ох, как же сильно я хотела сжечь этого гада, но, к сожалению, не была ни его палачом, ни святой инквизицией. – Я просто не знаю, как соблюдать правила твоего нелепого спора.

– Ну, тут ты права. Правил пока что нет, но мы можем вечером после ужина их составить. И даже, если хочешь, составим договор. Распишем всё до мельчайших подробностей и поставим подписи, – кажется, Стаса вообще было невозможно хоть чем-то смутить или возмутить. Он оставался спокойным и даже немного флегматичным.

– Как в пятидесяти оттенках серого? – фыркнула я, поморщившись.

Стас не ожидал такого сравнения и тоже поморщился, не скрывая своего отвращения к данному произведению. Тут он был солидарен со мной: мы оба ненавидели эту книгу, вернее того хайпа, что она в своё время вызвала. Я была подростком, Стас был чуть постарше, но это являлось чуть ли не единственным, что не вызывало у нас спора и ругани.

– Там был договор на псевдо-романтику и на очень неверно показанный БДСМ. Это точно к нам не относится, – Стас улыбнулся, видя то, как я облегчённо выдохнула. – Просто спор. Скажем, на желание?

– Ты же прекрасно знаешь моё! – выкрикнула я, скрестив руки на груди.

– Никогда больше не видеть меня? Принято, – кивнул брат, а я в очередной раз поразилась, насколько хорошо он меня знал. – Только учти, тебе придётся перестать быть такой колкой язвой, иначе это будет нечестно: я при всём желании не смогу влюбиться в тебя.

Быть милой примерно две недели, чтобы больше никогда не видеть Стаса? Это уж точно не проблема. Как-нибудь справлюсь.