Убей меня нежно

Глава шестнадцатая

Я парила в безбрежном океане одиночества. Здесь не существовало ничего: казалось, это странное место не имеет ни начала, ни конца; единственное, что окружало меня со всех сторон – лишь безмолвная пустота. В голове царила вязкая мешанина обрывков мыслей, полустертых воспоминаний, смутных образов, но при малейшем усилии сосредоточиться, дотянуться до них, на меня накатывала сонная волна безразличия, заставляющая позабыть обо всем и вновь позволить пустоте воцариться в угасающем сознании.

Время словно остановилось. Быть может, где-то там, за пределами этой оглушающей пустоты проходили годы, а может быть, еще только медленно тягуче перетекали секунды. Лишь иногда чьи-то бесцеремонные руки, появляющиеся откуда-то извне, подносили к лицу дымящуюся чашу со сладко-горьким травянистым напитком, после которого пустота с новой силой набрасывалась на меня, каждый раз отвоевывая еще одну крупицу драгоценных воспоминаний. Первое время я еще пыталась сопротивляться, но со временем странный аромат окончательно притупил остальные эмоции и чувства, кроме желания вновь и вновь ощущать на губах знакомый вкус.

Но однажды мое безмятежное плавание в бесконечном пространстве одиночества было прервано самым неожиданным образом: вместо привычной чаши с напитком я ощутила, как к моему лицу поднесли нечто отвратительное, пахнущее выгребной ямой и болотной тиной.

Резко распахнув глаза и разом вынырнув из неотступных объятий пустоты, я натолкнулась на внимательный взгляд прищуренных алых глаз, обладатель которых был мне совершенно незнаком. Впрочем, как и покои, в которых я находилась. Достаточно было одного беглого взгляда по сторонам, чтобы в этом убедиться.

Пугающее чувство неправильности происходящего усиливалось с каждой секундой тишины. Не в силах справиться с нарастающим чувством страха от напряжения, царящего в этой чужой комнате, от зловещего вида незнакомого вампира, который все не сводил с меня алчного взора, я в отчаянии воззвала к памяти, пытаясь нащупать хоть что-нибудь, что поможет мне понять, где нахожусь и кто этот вампир напротив.

Внезапно в сознании, которое все это время медленно освобождалось от стянувших его нитей дремоты, словно яркая вспышка, полыхнуло страшное открытие, заставившее меня буквально слететь с мягкого ложа, чтобы спустя мгновение оказаться в противоположном углу комнаты.

Вновь и вновь я в неверии задавала себе один и тот же вопрос, но каждый раз не могла найти ответ. До боли вонзив ногти в мягкую плоть ладоней, я из последних сил пыталась сдержать рвущийся изнутри отчаянный крик, когда в тишине комнаты раздались мягкие вкрадчивые шаги, и прямо передо мной возник виновник моего пробуждения.

Цепляясь за жалкие крохи разума, я подняла взгляд на него и медленно проговорила, каждое мгновение ожидая, что голос сорвется, выпустив наружу лавину обуревавших меня чувств:

– Кто я?

Время замерло в ожидании его ответа.

Казалось, мужчина совсем не был удивлен услышать мой вопрос, лишь на секунду в глубине ледяного взгляда промелькнул отголосок чего-то, смутно похожего на удовлетворение, однако в следующий миг оно сменилось выражением тревоги и беспокойства:

– О, моя дорогая Катрина! Неужели рана оставила след не только на твоем теле, но и на разуме? Скажи мне, девочка, что произошло? Неужели ты совсем ничего о себе не помнишь? – при этих словах он вплотную приблизился и, чуть прищурившись, всмотрелся в мое лицо.

Я стояла прямо перед ним с растерянным видом, против воли ощущая себя беспомощной жертвой умелого хищника. Растерянный разум ухватился за единственное слово, которое я смогла уяснить из его речи:

– Катрина?

– Да, моя дорогая, это твое имя. Как я убеждаюсь с каждой секундой, твоя рана была гораздо серьезней, чем мы могли предположить. Но нет причин для волнений! Я уверен, память вернется в ближайшее время. А пока я с удовольствием отведу тебя к тому, кто поможет тебе заново освоиться в нашем замке.

С этими словами он изящным жестом протянул мне руку, продолжая испепелять прищуренным взглядом пронзительно алых глаз.

На одну невыносимо долгую секунду все внутри меня сжалось от буквально осязаемого чувства опасности, что окружало вампира. Но мне не оставалось ничего другого, кроме как, робко вложив дрожащую ладонь в стальные объятия его железной хватки, медленно последовать за ним к выходу.

В голове царил настоящий сумбур из вопросов. Кто я такая и где могла получить рану, ставшую виновником моего теперешнего беспамятства? Почему ничто внутри не отзывается на звук предполагаемого имени? И, наконец, самый важный вопрос: кем мне приходится этот зловещего вида вампир, столь уверенно скользящий по извилистым темным закопченным коридорам?

Казалось бы, я могла получить ответы на эти вопросы прямо сейчас, стоило лишь напрямик спросить. Но что-то в облике моего провожатого останавливало. Быть может, то, с каким собственническим видом он удерживал мою руку или те порождающие страх взгляды, что он бросал в моменты, когда думал, что я не вижу. Как бы то ни было, сейчас я не чувствовала в себе никаких сил для новых открытий, достаточно было того, что я совершенно ничего не помнила о своем прошлом.

Миновав несколько грязных плохо освещенных коридоров, мы, наконец, дошли до большой арки, за которой простирался огромный зал, по всей видимости, играющий роль своеобразной приемной.

Наглухо задернутые тяжелые занавеси, воланами спускавшиеся до самого пола, обилие огромных полотен, изображавших сцены битв, громоздкая мебель – все это производило гнетущее впечатление.

С опаской ступая по холодным каменным плитам, я осторожно разглядывала мрачное помещение, невольно задаваясь вопросом: неужели я действительно жила в этом замке, каждый день бывала в этих покоях, сотни раз равнодушно взирала на истекающих кровью людских воинов, изображенных на сумрачных картинах, скованных тяжелыми рамами?