Развод на миллиард

Глава 13. Арслан

Странная тревожность поселяется в моём сердце, как только Карина исчезает из виду. Не в её правилах темнить, но сейчас что-то определённо не так. Я понял это по тому, как она прятала глаза.

Нам надо поговорить, но я решаю отложить тягостный диалог до более подходящего момента.

Утром мы идём в ресторан при отеле на завтрак. Замечаю, как Карина буквально хватает всё без разбору.

— А у тебя сегодня хороший аппетит, — говорю с улыбкой.

Она смеётся:

— Знаешь, проснулась с чувством, что готова съесть слона!

Мы садимся у окна с шикарным видом на сад. Я пью кофе и раздумываю, как будет лучше заново вернуться к прерванному разговору. Меж тем Карина ничего не замечает вокруг, сметая всю еду со своей тарелки.

— Этот Тарханов, — начинает она первой диалог, намазывая кусочек хлеба толстым слоем джема, — интересный человек. Ты взял его контакты?

— Взял. Подумал, что мы можем при случае объединить наши грузы, чтобы снизить стоимость доставки.

— Я подумала о том же, — Карина с аппетитом надкусывает свой бутерброд, жмурится от удовольствия.

Внезапно ей как будто бы что-то приходит в голову. Я внимательно слежу за её поведением. И в следующий миг она делает совсем уж необъяснимую вещь: разрезает пополам варёное яйцо и укладывает одну из половинок на слой джема. Затем также с удовольствием продолжает есть.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — аккуратно спрашиваю я.

— Великолепно! — тотчас отзывается Карина. — У меня ощущение, что я сегодня горы могу свернуть!

— Что ж, давно я тебя не видел в настолько боевом настроении.

Это правда: обычно моя бизнес-партнёрша максимально собрана и серьёзна. Однако следы усталости трудно не заметить. А сейчас она буквально светится. И я искренне радуюсь за неё.

Вот только перемены эти навевают определённые мысли, которые скорее пугают, чем заряжают позитивом.

— Мне показалось, вчера мы немного недопоняли друг друга, — осторожно начинаю я диалог, пока Карина с не меньшим удовольствием уплетает второе яйцо с джемом. — Я всего лишь хотел сказать, что ты всегда можешь доверять мне. Во всём. Чего бы ни касался вопрос.

Она вздыхает:

— Арслан, я доверяю тебе, как никому другому в этом мире. И дело не только в том, что… — Карина запинается о собственные слова и обрывает мысль.

— Что?..

Вновь следует вздох:

— Не только в том, что было между нами в прошлом, — тихо договаривает она. — Ты многократно доказал свою надёжность и ответственность. Ваша с Расулом компания…

— Погоди, — подаюсь вперёд через стол. — Наша с Расулом компания?

Карина натягивает лживую улыбку:

— Формально так и есть. По бумагам я числюсь всего-навсего помощником исполнительного директора.

— Карина, — произношу уже жёстко, я почти в гневе из-за её слов, — меня не интересует, как это значится в бумагах. Мы оба знаем, что за четыре года Расул и пальцем не пошевелил, чтобы сделать хоть что-то для нашего роста. Когда два с половиной года назад грянул кризис, он вообще заявил, что в крайнем случае «закроем конторку» — это его слова. Именно ты нашла новых клиентов и уговорила их заплатить наперёд, чтобы мы смогли погасить текущие задолженности. Именно нашими усилиями мы не просто выстояли, но и выросли почти в пять раз.

— Я всё это знаю, — с раздражением кидает Ахмедова. — Но в бизнесе бумаги решают всё. Без бумажки ты — букашка.

— Ты неправа. В бизнесе всё решают люди. Без человеческого фактора ни одна бумага не принесёт ничего. И кроме того, я не понимаю, почему сейчас ты заводишь разговор в подобном ключе.

— Я лишь констатирую факты, — сухо заявляет Карина. — Ты усомнился в том, доверяю ли я тебе.

Смотрю на неё внимательно, слушаю её и не верю ни глазам, ни ушам. В горле застревает сам собой напрашивающийся вопрос, но я боюсь его задавать. Если я ошибся, Карина примет это за личное оскорбление. А если попал в точку, уже я буду глубоко и сильно оскорблён.

— Карина, — начинаю медленно, даже до конца не решив, чем закончу свою речь, — если для тебя настолько важны юридические формальности, я… готов поговорить с Расулом, чтобы мы пересмотрели устав и иерархию в компании. Чтобы именно твоё имя стояло в должности исполнительного директора.

— В этом нет смысла, — рассуждает она спокойно и почти безразлично. — Я и Расул — муж и жена. Так что… в теории всё общее делится пополам, — она усмехается чему-то неизвестному мне. — А от перестановки слагаемых сумма не меняется…

Наверное, именно сейчас наступает самый подходящий момент, чтобы сообщить ей об идее, которая давно витала в воздухе, но никто из нас её никогда не озвучивал.

— Карина, — снова вступаю я уже чуть более решительно, — а как ты отнесёшься к тому, что я полностью выкуплю у Расула его часть акций?

— Что? — она недоумённо смотрит на меня.

— Ты ведь думала об этом, верно?

Карина нервно сглатывает.

— Расул не согласится, — бормочет она. — Компания приносит хороший доход, который стабильно растёт.

— Я дам ему щедрые отступные, — твержу я, всё сильнее впиваясь взглядом в глаза Карины. — Я стану единоличным владельцем. А ты… останешься со мной.

— В бизнесе? — почти шёпотом спрашивает Карина.

Нервно сглотнув, я, наконец, решаюсь:

— Не только. Мы… можем быть вместе. Снова. Ты и я.

Она застывает с полуоткрытым ртом. Проходится взглядом по моему лицу, затем перемещает его на тот странный бутерброд, оставшийся у неё в руках.

Через секунду, Карина бросает еду и стремительно покидает столик, так ничего и не ответив мне. Я вижу, как она вновь уходит от меня, и не хочу верить в то, что я сейчас разрушил последнюю нить, связывающую меня с любимой женщиной.

— Карина! — кричу вслед и бегу за ней.

Настигаю её у дверей дамской комнаты, за которыми Карина, ничего не объяснив, торопливо скрывается.

Но я не останавливаюсь и всё равно спешу по пятам.

— Карина, послушай, пожалуйста! Я знаю, что это слишком неожиданно для тебя звучит, но я надеялся, что ты поймёшь меня!