Андетта

Отступление первое. Беспорядок

Каэн Астольф жил на свете достаточно, чтобы понимать себя. Как ему казалось. До момента встречи с одной девушкой. Его жизнь была простой, линейной и предсказуемой, а в голове было также тихо и пусто. Он редко терзался сомнениями, страхами и пустыми мыслями, и уж тем более ему не были доступны различные сердечные раны и угрызения совести, так как он свято верил, что всегда непогрешимо прав. Он никогда не влюблялся и не любил кого-то, чтобы страдать об этом, поэтому все переживания об этом его друга, Эвиана, ему были непонятны. Да и не видел он в беды в том, что данных проблем в его жизни нет. Ему и так было прекрасно.

Он знал себя хорошо. Он мог легко и без проблем предсказать свои мысли, поступки на сто лет вперёд. Ну хорошо, если не на сто, то почти в любой ситуации. А потом появилась она. И все пошло совершенно не так, как он предсказывал и видел это в своей голове.

И больше всего на свете Королевский Прокурор не любил непорядка в собственной голове, это конечно после беспорядка на столе и грязной обуви. Ну и может быть ещё мятой одежды. И опозданий. И женских слез. Если это конечно были не её слезы. Тут другое. Это вызывало в нем даже возбуждение, страсть, но никак не отвращение, как обычно. В общем, ещё одна странность, связанная с ней. Так вот, мистер Каэн Астольф не терпел беспорядка в своей голове и мыслях. И с тех пор, как за одной очень самоуверенной девицей закрылась дверь его кабинета, это было то, что его терзало.

Беспорядок.

Предлагая, как выразилась тогда Андетта, ей это щедрое предложение, он ни секунды не сомневался, что она согласится, для него это было необсуждаемым фактом. Он женится, и все остаётся также. Ему нравилось проводить с ней время и… ночи тоже. И когда она отказала ему, он был растерян, возможно даже впервые настолько в жизни. Он смотрел на нее теперь и не мог понять, как, зачем и почему. Стоило ему только попытаться понять, что происходит у нее в голове и какой логикой она руководствуется, принимая свои решения, у него начинали ныть виски. Она сама своим появлением вносила полный хаос в его работу и чувства. Но с этим ему удалось справится и даже вынести из этого полезное общение с ней, которое ему нравилось впоследствии. А сейчас…

Глядя на неё, Каэн Астольф резко дёрнул папку из её рук. Ему было некомфортно. Смотреть на нее, на её руки, губы, на всю нее, и он не мог описать, что он чувствует. Иногда ему казалось, что просто её вид вызывает у него странную ломоту во всем теле и где-то в районе сердца начинает колоть. Что это он не знал. Но ему не нравилось.

Понаблюдав пару недель за Андеттой и её поведением, он выявил ещё несколько факторов, которые ему тоже не нравились и которые теперь потеснили даже грязную обувь с неглаженным вещами и возможно даже прочно обосновались на первом месте в его списке, где-то рядом с беспорядком в голове.

Когда она пришла, она ещё ершилась и этим привлекла его внимание, ему нравилось смотреть как сквозь улыбку вдруг проглядывают нахмуренные брови или напряжённый взгляд. Ему нравилась эта игра, не более. Но потом все это сгладилось, и она перестала реагировать, на её лице поселилась та самая улыбка сладкой Андетты, о которой говорили в отделе. Привычная. Обыденная, как дождь осенью за окном. Но сейчас, глядя на нее, у Каэна сводило зубы. Смотреть на эту её улыбку одними уголками губ, после того как видел и слышал её заливистый хохот, оказалось вдруг непросто. То, как когда она улыбается по-настоящему, и вокруг глаз образуются морщинки, а на щеках – ямочки, как она громко смеётся и иногда бьёт ладошкой по столу. Когда видел, как она улыбается – по-настоящему, видел её слезы, её злость, её полыхающие щеки, видел её тело, видел её всю, с ног до головы. Любой: страстной, боящейся, плачущей, злой. Это завораживало, какой она может быть яркой.

И снова это.

Блеклая улыбка одними уголками губ. Пустые глаза. Ни искринки, ни хитринки, ни азарта. Снова вежливая, снова примерная, снова услужливая. Но хочется встряхнуть, затрясти её за плечи, чтобы она снова разозлилась на него, буркнула недовольно что-то в ответ.

После того, как за ней закрылась, Каэн отбросил папку на стол и закрыл глаза ладонями.

Беспорядок.

И как навести порядок непонятно. Особенно, когда хочешь всего и сразу, и разного. Хочешь её, но не хочешь отказываться от целей, к которым шёл годами. Хочешь, чтобы он была такой снова, но сетуешь, что становится непокорной. Радуешься, что стала покорной, но теперь не улыбается. И где же истина? Определённо не посередине.

И как теперь это вытравить из памяти, да и зачем оно? Он ведь знал на что шёл. И делал осознанно.

Никаких отношений на работе.

Никаких отношений с женщинами ниже по статусу.

Тем более никакого брака с подобными женщинами.

И тут… такая нелепая история. В любовь он не верил в принципе. Так что план его был простым и действенным.

Так что же пошло не так? И самое главное: что делать?

Наблюдая за её поведением, Каэн понял одну вещь она определённо не счастлива, что отказалась. И вместе с этой заметкой в голову пришла гениальная мысль: это просто временное. Она просто хочет показать ему, как и все женщины, кто главный. Думает, что он передумает, глядя на её несчастное лицо. Что ж, - довольно улыбнулся Каэн, наконец-то нашедший нить логики, - он покажет этой маленькой девчонке, кто тут главный. Её хватит ненадолго, и как только спесь угаснет, она вернётся. Ей больше некуда идти.