Луго́рье

Часть 3

Глава 1

Расставшись с Линой и остальными ребятами, Гектор поскакал в Алмат. Тяжёлые мысли тревожили князя. Он всей душой рвался вернуться к прекрасной черноволосой девушке, но чувствовал зов долга перед дядей. Король Алмата уже немолод, воспитать другого наследника он может не успеть. Особенно, после перенесённой болезни и горя от предательства родного сына. После казни Саврона и Сивиллы Михро́н стал избегать всех. Дворцовые дела, и прежде тяготившие его, стали ненавистными. Король всё чаще уезжал на охоту. Часто он даже возвращался без дичи, ему просто необходимо было побыть одному. Свита неизбежно следовала за правителем, но он сторонился их, находясь в пределах видимости, но всё же на расстоянии. Добрый и радушный король стал угрюмым и нелюдимым отшельником. Только с племянником он мог иногда поговорить, вспоминая свою горячо любимую покойную жену. О Савроне говорили редко, но Гектор видел, что дядя нуждается в разговорах о сыне. Несмотря ни на что, он его любил. И боль от утраты сжигала его сердце.

Король Михро́н все надежды теперь возлагал на племянника. Но Гектор и раньше не сильно любил придворную жизнь (мужчина улыбнулся, вспоминая, как Лина высказывалась об этом), оттого он много путешествовал. И сейчас, понимая, что он должен стать королём, мужчину передёргивало от этого. И почему всё так сложилось? Может, если бы он не встретил Лину, которая приходила в ужас от мысли жить во дворце, Гектор бы спокойнее отнёсся к ожидавшей его участи. Но он встретил её! Конечно, она очень упряма и категорична, но это и делает её такой неповторимой. Она так забавно вздёргивает одну бровь, когда дразнит его. Мужчина улыбнулся от этих воспоминаний.

И всё же он не знал, как быть. После отъезда девушки из дворца он пытался её забыть, заставил себя сосредоточиться на делах государства. Устроил несколько балов, приёмов и светских мероприятий. Оказывал знаки внимания другим девушкам. Но все они были другими: пустыми, что ли, капризными, холодными, избалованными. Всё это раздражало князя.

Когда подошли солдаты Ро́мана, Гектор даже немного обрадовался возможности отвлечься. Но мысли о Лине всё равно не покидали его.

А сейчас, когда они сблизились во время путешествия в горах, Гектор изо всех сил старался придумать, как быть вместе с любимой девушкой, но и не подвести дядю, которому он очень многим обязан. Это не давало ему покоя, но решение не находилось.

Приехав в Алмат, Гектор застал город в спокойствии и безмятежности. Значит, новых военных действий от Ро́мана не было. Это успокоило.

Слуги встретили князя утешительными известиями, что во время его отсутствия, во дворце всё было нормально, здоровье короля в порядке. Гектор спешно переоделся с дороги и отправился к дяде, слуга сказал, что король у себя.

– Здравствуй, дядя, я могу войти? – Гектор приоткрыл дверь кабинета.

Король поднял голову от бумаг, которые он всё равно не читал, и улыбнулся племяннику.

– Конечно, входи. Давно ты приехал?

– Только что. – Гектор прошёл и сел в кресло перед столом. – Как ты себя чувствуешь?

Король нахмурился – ему не нравились эти бесконечные разговоры о его здоровье, словно он малое дитя. Вдобавок это напоминало о Савроне. Гектор видел это, но болезнь была серьёзная, и он не мог не волноваться за дядю. Лина предупреждала, что здоровье короля сильно подорвано, и не факт, что организм сможет полностью восстановиться. Правда, Гектор всё равно повторит вопрос о самочувствии короля придворному лекарю, так как дядя всё равно скажет, что прекрасно себя чувствует.

– Да нормально я себя чувствую, Гектор, – недовольно пробурчал король, – что ты носишься с этим здоровьем, словно я дитя малое?

Гектор рассмеялся, другого ответа он и не ожидал.

– Когда ты так капризничаешь, дядя, ты, и правда, похож на малое дитя.

Михро́н буркнул в ответ что-то неразборчивое, но лицо его улыбалось, хоть и слабо.

– Лучше расскажи, как съездил? Нашёл свою нимфу? – сменил тему разговора король.

– Нашёл, – тяжело вздохнул Гектор.

– Всё так плохо? Она тебя отвергла?

– Нет, не отвергла, но жить во дворце она не хочет и не может. Этого так просто не объяснить. Лина, действительно, не подходит для такой жизни, она слишком другая...

– Чистая и непорочная, – договорил за племянника король. – Да, я полностью с ней согласен, если бы у меня был выбор, я не стал бы королём. Но я был точно в таком же положении, как и ты.

– Ты не рассказывал этого. – Гектор был очень удивлён.

– Это было давно, я почти смирился, – тяжело вздохнул Михрон. Несколько секунд он молча глядел в окно невидящим взглядом. Гектор не мешал дяде. Но король вскоре снова заговорил: – Я был младшим сыном. Мой старший брат Лестар должен был наследовать трон отца. Я же получал хорошее образование и готовился занять замок и земли, которые сейчас принадлежат тебе, Гектор.

Мой брат был старше меня на 10 лет, так что, когда я родился, родители были уже немолоды. Все свои силы они вложили в воспитание Лестара, и он рос эгоистичным и избалованным. Когда я появился на свет, брат заявил, что не намерен ничем делиться со мной, что я не имею права отнимать у него родителей и внимание. Всё это он не раз повторял, когда я подрос. Так что эти слова навсегда врезались в мою память. Лестар никак не хотел мириться с тем, что он уже не единственный любимец в семье, что внимание мамы достаётся ещё и мне, а не только ему. И помимо эгоистичности в нём начали проявляться жестокость и коварство. Родители видели, в кого превращается их любимый сын и наследник. Но надеялись, что он это перерастёт. Они убеждали его, что их любовь к нему не уменьшилась, что трон по-прежнему принадлежит ему, но Лестар не мог унять своей злобы.

И однажды мама пригласила во дворец предсказательницу. Она хотела знать, что будет с Лестаром, когда он вырастет. Уймёт ли он свой эгоизм и перерастёт ли жестокость. Но гадалка не смогла утешить родителей. Она предсказала тяжёлое будущее Лестару и всему нашему государству, если старший сын займёт трон. Она сказала, что лучшим королём будет младший сын, то есть я, – Михрон горько усмехнулся. – Я не знаю, – печально продолжил король, – что было бы, если б родители не позвали предсказательницу, но только её слова усугубили ситуацию. Лестар всё слышал. Он ворвался в мою комнату и приставил к моему горлу нож. В ту пору ему было 17 лет, а мне, соответственно, 7. Я с ужасом смотрел на старшего брата и искренне не понимал, чем заслужил его ненависть. Я никогда не хотел трона, я говорил ему об этом тысячу раз. Но он не слушал, он винил меня во всём, в чём только можно. Да и в чём нельзя. Я понимал, что своим рождением на свет что-то отнял у брата. Что-то, чего он никак уже не мог себе вернуть. Но разве в том была моя вина?