Искалеченный мир

Глава 4.

Все обитатели дома Ауреля смотрели, с чем вернулась леди, но заметив пустые короба, отворачивались и принимались за свою работу. Чего они ожидали, целительнице было непонятно, она только пожала плечами и занялась своими делами. Лали организовала ей воду для мытья, а после леди принялась делать творог для ватрушек, которых захотелось завтра испечь.

Вечером она поужинала с вернувшимся Бором, и они засиделись за столом, делясь впечатлениями. Управляющий рассказал, как каждому лично отмерял землю, ставил вешки, но люди все равно умудрялись ссориться.

— Как же они, целыми семьями и на улице жить будут? – не понимала леди.

— Ну кто-то себе нору роет, а кому и так не холодно, – беспечно ответил управляющий.

— А как же в дождь?

— У нас народ крепкий, промокнут, высохнут.

— А дети?

— Что вы беспокоитесь, укроют детей, – удивился Бор.

— Послушайте, я говорила владетелю, что погода будет меняться и за теплом придут холода.

— Сделаем тёплую одежду, у нас шерсть есть, – не сдавался мужчина.

— Вы не понимаете, посидите два-три дня в холодильном шкафу и поймёте, о чём я говорю.

— Да бросьте, не может быть. Откуда вы знаете?

Алёна смутилась, действительно, если многое было похоже на Землю, то не факт, что и погода будет соответствовать её представлениям. Но тут же возразила себе, природа-то не тропики, а привычная российская. Так что холода будут, вопрос только в том, минус один или минус тридцать?

— Когда сняли купол, то в то время холода как раз ушли, и мы столкнулись с отогревающейся землёй. Солнышко светило, а земля была ещё холодна. Это ощущалось ночью. Помните?

Управляющий задумался, потёр рукой подбородок, помял свою бороду.

— Как думаете, сколько у нас времени? И почему же лорд Аурель ничего мне не сказал?

— Времени осталось от силы пара месяцев, потом постепенно начнёт холодать. А владетель, похоже, надеется, что если люди начнут мёрзнуть и болеть, то тут я и пригожусь, как целитель.

— А вы можете пригодиться, то есть я хотел сказать помочь?

Леди с укором на него посмотрела.

— Я смогу вылечить одного, двух, последить за третьим, дать совет четвёртому. Но бегать по всей территории к каждому больному, как вы сейчас носитесь, я не смогу. Не то чтобы не захочу, я не смогу.

Видя, что мужчина не совсем правильно понимает, Алёна пояснила.

— Дороги станут непроходимыми.

— Да у нас нет дорог, – усмехнулся управляющий, – идите, как душа просит.

Леди вздохнула. Общаясь со многими, она часто забывала, что находится в другом мире. Однако, временами чуждость била в лоб. Тема погоды, была знакома жителям «Всё», но воспринималась по-другому. Так же сейчас обитатели переосмысливали вопросы о чистоте. То, что раньше давалось без усилий, теперь требовало много терпения и большинство смирилось. Плачут по прошлым временам, морщатся на грязь, но терпят. Очень практичные, жестокие в плане выживания, но совершенно не умеющие планировать своё будущее. Первые поселенцы-расселенцы помчались брать землю, надеясь, что теперь они почти ровня владетелю, но как, что делать, не знают. Слухи, передающиеся из поколения в поколение, приправленные выдумками, баснями от знающих, и вот отделяющимся кажется, что они подкованы для самостоятельной жизни.

Ещё немного посидев вдвоём, уютно помолчав, Бор засобирался уходить. Леди подхватилась и заторопилась вымыть тарелки с кружкой и чашкой.

— Что же это вы помощниками не оставите? – удивился управляющий.

— Зачем? Они свою работу сделали, порядок навели, некрасиво будет, если утром придут, а их рабочее место заставлено грязной посудой.

— Не переломятся, – буркнул мужчина.

Алёна пожала плечами.

— Начинать работу надо с хорошим настроением. Было бы у нас застолье, я бы попросила ребят остаться и помочь, а так…

— Дайте я сам, негоже вам свои ручки портить.

Бор поднялся и уверенно двинулся к мойке.

— Раз горите желанием помочь, то добавьте тёплой воды в чан, а то боюсь, мне не хватит. Вон ведро на плите стоит.

Мужчина вылил в чан, пристроенный к мойке, воды, и Алена быстро управилась. Бор ждал, чтобы проводить леди.

Она же, вытерев руки, налила в плошку молока, выложила на тарелку булочки и, прикрыв всё салфеткой, произнесла.

— Угощайся на здоровье домовой, – задумалась и добавила, – или кухонный? Как познакомимся, так и определимся.

Бор только весело крякнул, но ничего не сказал. Он вообще, как-то не слушал, что леди говорила, а всё больше смотрел на неё и наслаждался исходящим от неё покоем или деловитостью, или ловил в её глазах вспыхивающие радостные нотки озарения. Она говорила, а лицо её, особенно глаза, оживали, и он ловил каждую перемену в её лице.

«Вроде и не красотка, а не оторваться от неё, и нравится, что она всё рассказывает что-то, охает или наоборот утверждает. Замолчала и тоже хорошо. Сидит рядом, и нет ничего уютней. Правда, если бы поближе села, так чтобы обнять можно было, прижать к себе… Ишь округлилась немного, ей бы ещё добавить массы тела, но всё одно руки так и тянутся огладить бока, притянуть к себе и…»

Бор сжал кулаки и спрятал руки за спину. Что-то мысли у него совсем распоясались. Вот идёт он чуть позади леди и примеряется к её заду.

«Положить бы свои ладони на каждую половинку и сжать, чтобы она охнула, а потом…»

Он выругался, и леди Алёна остановилась, оглянулась и вопросительно раскрыла глазищи, с немым вопросом и затаённым страхом: «Что там?!».

И так она близко стояла, голову задрала вверх, он возвышается над ней, она же глазами сверкает, ротик приоткрыла, и вся такая доверчивая, любопытная и ждущая.