Дверь

Глава 1

Никита не помнил, когда начал врать. Лет до восьми мама его видела насквозь, и было спокойнее быть честным. Но однажды, испугавшись наказания, он соврал, и мама поверила, ведь раньше сын всегда говорил правду.

Никита аккуратно повторил попытку через некоторое время, и опять всё сошло с рук. Ему открылся новый мир без наказаний. В четырнадцать он уже был виртуозным вруном и мог придумывать целые истории с продолжениями и вымышленными персонажами. Появился настоящий параллельный мир, в котором всё было хорошо.

Но привычка – страшная сила, и Никита начал сочинять не только там, где ситуация того требовала. Иногда его это даже тяготило. Ляпнет что-то, а потом жалеет – зачем сказал? Да и врал он не из-за того, что был плохим, а потому что не хотел быть плохим.

Никита всегда хотел быть хорошим, а обстоятельства его подводили, заставляя придумывать другую реальность. Он мечтал добиться чего-то большого, стать выдающимся человеком, только пока не знал, кем именно.

Сначала была мечта стать программистом и придумать крутую игру, но на базовых знаниях информатики стало скучно. Потом Никита хотел стать учёным и придумать способ перемещения во времени или создать чудо-лекарство, но уроки он не любил так же сильно, как и разговоры об экзаменах и институте. Еще было желание научиться круто танцевать хип-хоп и брейк, но до танцевальной студии дойти не было времени, слишком много уроков задают.

С одной стороны, ему приятно было мечтать о своих предстоящих свершениях, с другой – базовая часть пути к мечте тяготила Никиту. Приходилось много врать, чтобы избегать этих первых шагов. При этом он искренне верил - будущее его будет великим. Эта вера не требовала аргументов, она была светлой и приятной, как легенда о Деде Морозе.

Сегодня у Никиты был совсем неудачный день. По алгебре будет контрольная на квадрат суммы и разности, а он вспомнил об этом, когда уже стоял одетым в прихожей. Ничего. Ещё есть время выучить формулы до урока, если бегом.

В дверях школы новый облом - забыл взять сменку. Теперь нужно прятаться от уборщицы и потеть в теплых ботинках шесть уроков. Хуже всего, что последним уроком физра, а сменка по совместительству была еще и кроссовками. Придётся прогулять.

В общем, день превратился в квест, полный испытаний, на протяжении которого тебя будет подстерегать дракон в виде уборщицы. Образ дракона очень подходил этой молодой пенсионерке. Она была слишком энергичной, хоть и в теле. При этом обладала крутым нравом и громким драконьим рыком. Этот рык перекрывал многодецибельный шум на перемене, стоило жертве в уличной обуви попасться в поле её зрения. А довершал образ огненный цвет волос, в который она красилась. Когда уборщица кричала, казалось голова её горит, так всё было интерактивно.

Все пять уроков Никита удачно избегал дракона. Всё шло неплохо и осталось пройти последнее испытание. На физре он хотел сказать, что забыл форму, но вместо этого зачем-то сказал, что болит живот, и учитель его отправил в медкабинет.

Никита шёл по пустому коридору и думал, что врач или медсестра увидят его в уличной обуви, и ему влетит. В этой школе все были помешаны на форме и сменке. Есть математические школы, есть языковые, а эта была с уклоном на одежду. На каждом собрании родителям выговаривали, чтобы те следили за детьми - в чём они ходят. Родители приходили домой злые и грозились отобрать гаджеты, если сменка будет забыта, а одежда не по форме, ведь им надоело выслушивать и чувствовать себя виноватыми.

Никита тихонько приоткрыл дверь кабинета. Врач что-то писала, медсестры не было. Он проскользнул к столу, присел, спрятал ноги под стул и только потом поздоровался, изобразив голосом страдание.

- Дайте, пожалуйста, таблетку, - сквозь зубы процедил Никита, - очень голова болит.

Он хорошо изучил поведение школьного врача. Та не любила давать таблетки, но и брать на себя ответственность за жизнь и здоровье тоже не любила. Её тактика заключалась в подробном расспросе симптомов, и по результатам беседы решала: отпустить ребенка домой, позвонить родителям, чтобы они его забрали, или симулянт – иди на урок. Про голову Никита специально наврал. Если сказать, что болит живот, положат на кушетку, начнут щупать, и он попадётся с ботинками.

- Где болит? – начала допрос врач.

- Вот тут, - показал Никита на лоб.

- Кровь носом не шла?

Она всегда страховалась по всем симптомам, давая подсказки малограмотным симулянтам. Счастливчики, обладающие актерскими способностями, но чувствующие грань, после которой можно оказаться в больнице, обычно шли домой после беседы с ней.

- Шла утром, - зачем-то соврал Никита.

Ему казалось, что если привлечь больше внимание к болезни, то ботинки не заметят. Он даже не оценивал свои слова про кровь как вранье, скорее - как скрывание правды про сменку. Врач померила давление.

- Давление как у космонавта, - сказала она, трогая лоб ученика. - Температуры тоже нет. Я позвоню твоей маме. Кровь из носа – это нехорошо. Какой у неё телефон?

- А мама в командировке, - Никита наращивал ком вранья, но обратного пути уже не было. – Я с бабушкой сейчас, она у меня врач. Если бы я пошёл домой, то бабушка дала бы мне таблетку. Но у меня ещё один урок, поэтому я пришёл за таблеткой к вам.

- Тогда иди домой, я напишу записку учителю. Всё равно пол-урока прошло.

Было видно, что новость о бабушке-враче пришлась ей по душе. Обрадованный Никита выскользнул из медкабинета, прикрывая ноги рюкзаком. Шёл урок, и в школе было тихо.

Отдать записку учителю физкультуры и свободен. Потеряв бдительность, он побежал по коридору. Сапоги гулко затопали, и Никита, испугавшись, оглянулся. Вдруг врач услышала?

Нет, всё тихо. Выдохнув, он спиной стал тихо отходить, но через пару шагов на что-то наткнулся и развернулся. Перед ним стояла старушка со шваброй, рядом с ней ведро, о которое и споткнулся Никита. Хорошо, что ведро пластиковое и не наделало шума, только вода расплескалась.