Божественные волшебники. Будем друзьями?

18. Междуглавье :-)

- Мне начинает нравиться этот городишко, - протяжно вымолвила Мизерикорд, пригубляя десертного вина и вставая. –Муассон – «плодородный», как пафосно звучит! А на деле жуткое захолустье! Если мне не выпадет играть в следующий раз, то уж место точно выберу я. Что может быть лучше, чем затопить этих простачков нашим вниманием?

- Мизерикорд, тебе напомнить?..

Она повернулась к нему и заломила руки.

- Какой же ты зануда! Волшебник, который не мечтает, и волшебство не сможет творить, - пафосно заявила и сменила тон: вселенская печаль и созерцание сменились игривостью. – Ты же уступишь мне это право? А то Рафаэль выиграет, и я не смогу выбирать.

Она подошла к нему вплотную и провела кончиками расслабленной ладони по груди Юмилите. Удовлетворение в ее глазах подсказало, что ему не сразу удалось подавить чувства.

«Невероятная женщина! Совершенно невыносимая и тем пленительна!»

- Во-первых, - нарочито медленно выдохнул он в попытке выровнять вдруг участившееся дыхание, но отстраняться не стал. - Я тоже могу выиграть, дорогая.

Она демонстративно надула губки и свела брови. Подалась к нему, еще совсем немного, но ее движение взорвалось в груди застарелой болью желания обладать.

Ее близость не позволяла ему отвлечься и перевести дух. Юмилите прикрыл глаза, толкая знакомую муку еще глубже, чем тот бездонный колодец, который выточила его тоска за последние тысячелетия… нет, всего лишь за чуть больше десятка лет.

«Невыносимо долгое одиночество без нее. Но больше этому не бывать!».

- А во-вторых, если я проиграю, то, уступив тебе право выбора места проведения следующей игры, проиграю дважды, – заметил Юмилите и насмешливо подбросил брови; наигранно горестно покачал головой. – Никакого утешения.

Он дразнит ее? Сухарь-праведник?! На ее памяти это произошло впервые. Таким она его не знает.

Мизерикорд растерялась. Не ожидала. И не могла отвести от него глаз. Таким… живым она не видела его уже давно. Или никогда?

Как давно она подозревала, что зажигает его сердце? И ее в ответ откликнулось сегодня впервые.

«В самом деле? Юмилите?»

- Не смотри на меня таким влюбленным взглядом, - съязвил он вдруг.

Горячий расплавленный металл его глаз вмиг застыл и холодной сталью проткнул насквозь.

- Я не Тентацион, на передержку не беру, - хлестнул ее заслуженным упреком и погрузил в пучину кровоточащих, так и не забытых образов.

- Какое счастье! – вырвалось у нее.

Жалкое восклицание!

«Да как он посмел напомнить?!

«Ненавижу Абнегату!»

- Да, я в курсе, - спокойно отреагировал Юмилите на невольно произнесенные ею мысли. – Но сына ее оставь в покое!