Повелительница леса

Глава 10

— Два десятка лет назад из королевства лунных эльфов пропал венец гномьей работы. Говоря откровенно, Исилендил, король лунных эльфов, сам давным-давно обманом выманил этот венец у гномов.

— Эльф-обманщик? А Элрик утверждал, что среди эльфов днем с огнем не сыщешь обманщиков.

Камелия одарила меня странным взглядом. Его значение я так и не разгадала.

— Обстоятельства могут изменить кого угодно.

— А что такого особенного было в том венце?

— В самом венце — ничего, но в него были вправлены три крупных редчайших черных алмаза. Гномы в недрах своих гор отыскали их, и решено было сделать королевский венец. Норин, владыка гномов, с тех пор носил его не снимая и, поговаривают, даже спал в нем. Но Исилендил, только увидев эти алмазы, захотел венец себе.

— Ну и шел бы сам в шахты стучать киркой, — возмутилась я.

— Это ему не понадобилось. Исилендил, этот старый лис, пригласил Норина погостить к себе в замок. Он весь вечер поил его. Ходят слухи, не обошлось без дурман-травы, которую владыке гномов подмешали в вино. А когда Норин был изрядно не в себе, Исилендил предложил ему устроить скачки. Победитель получал венец. В трезвом уме гном никогда бы не додумался сесть верхом, а под действием дурман-травы охотно согласился и кричал, что скоро они с лунным королем породнятся.

— Почему? Исилендил, что, выставил против венца свою…

— Дочь, Идраиль, — мрачно кивнула Камелия.

Я ахнула.

— Гном, конечно же, проиграл?

Камелия снова кивнула.

— Конечно. Исилендил стал обладателем желанного венца. Позже Норин пытался выкупить венец, но Исилендил отверг его предложение и даже не пустил в Лунную Лощину. С тех пор отношения между гномами и лунными эльфами испортились. Вот уже более века они балансируют на грани войны.

— Но при чем здесь Элрик и лесные эльфы?

— Исилендил думает, что венец спрятан в Лоурэллине. Два десятка лет назад Элрик приезжал с визитом к лунным эльфам, он дружил с сыном Исилендила. Лаирасул, Летний Ветер, так его звали, был довольно легкомысленным эльфом. Ему нравились смертные, он часто уходил из Лунной Лощины и даже какое-то время жил среди людей. Так вот, Элрик и Лаирасул из-за чего-то поссорились в тот раз, и Элрик под утро вернулся в Лоурэллин такой злой, каким его никогда не видели. А Лаирасул пропал, и вместе с ним исчез венец. Позже Исилендил объявил своего сына мертвым и винил в этом Элрика, одни лесные боги знают почему! К тому же король лунных эльфов считает, что венец спрятан где-то в Лоурэллине.

— Какой ужас! — не удержалась я от вскрика. Стражники тотчас навострили свои уши.

— Ш-ш-ш, — Камелия приложила палец к губам, но тотчас продолжила: — Но это, конечно же, глупость. Наш король равнодушен к украшениям. Элрик поэтому и решил жениться на Идраиль. Он хотел заключить мир.

— Исилендил спокойно отдал бы свою дочь за того, кого винит в смерти сына?

— Да он бы и сам вышел за Элрика, если бы мог! Мне думается, он просто хочет вызнать, где Элрик прячет венец.

Я попыталась осмыслить полученные сведения.

— Но при чем здесь Мелисса? Она была как-то связана с той давней историей?

— Насколько я знаю — нет.

— Послушай, но ведь Мелиссу убили уже после того, как Элрик посватался. Это какая-то нелепица, одно с другим не вяжется.

— Подданные не поддерживают такое решение Исилендила. Они считают, что все мы повинны в случившемся. Подданные любили Лаирасула, он ведь был старшим, а значит — наследником Исилендила.

Я поблагодарила Камелию за рассказ, и эльфийка, еще немного посидев со мной, упорхнула, оставив после себя яркий аромат жасмина. У меня разболелась голова, и я вышла в сад. Стража бесшумно выскользнула следом.

Если Камелия говорит правду, — а сомневаться в ее словах у меня не было причин — именно лунные эльфы связаны с покушением на Элрика и убийством Мелиссы. Сейчас мне известно лишь, что убийца Мелиссы — женщина, ведь перед смертью эльфийка ясно произнесла «она». С другой стороны, вдруг это была предсмертная горячка? Однажды к нам с мамой пришел за помощью старик, горевший в лихорадке, так он в бреду говорил такое, что и не придумаешь в здравом уме.

Я ходила и ходила по саду, но полученных сведений было недостаточно, чтобы разгадать, кто же виновен.

— Пришлите ко мне Алистера, — резко обернувшись, сказала я стражнику, но, опомнившись, улыбнулась и добавила: — Пожалуйста.

Две недели, предшествующие маскараду, пролетели незаметно. Под руководством Алистера я пыталась научиться управлять своей силой. Итогом стало несколько разбитых старинных ваз, треснувшая лестница в замке и рассыпавшийся хрустальный фонтан.

После того как я расколола огромную панель, на которой был изображен король верхом на своем жеребце, Алистер принял решение учить меня в лесу подальше от замка. За эти дни мы выяснили одну неприятную вещь — моя сила просыпается, когда я злюсь или боюсь. На положительные эмоции она не откликалась, и это очень волновало Алистера.

Близко общалась я только с лекарем и его дочерью. Камелия, как выяснилось, заведовала кухней замка, что было довольно ответственным и важным делом, потому что все эльфы Лоурэллина хоть и жили в разных частях огромного замка, но обслуживала всех королевская кухня.