За тебя никто не решит!

Весна.

Как и обещала Ольга Николаевна, Тася прошла полностью все процедуры и выписалась домой. Встретила её вся семья. Родители и Татьяна Васильевна тоже приехали навестить. Дома было хорошо, уютно, пахло пирогами, испечёнными свекровью. Мальчишки не отходили от матери. Паша, пристроившись рядом, клал ладошку на живот матери и приговаривал:

– Мишутка мы все тебя любим. Вот ты вырастишь большой, я тебе свои игрушки отдам и карате научу. Мама! Он мне ответил! Снова в ладошку ножкой толкнул, – вскрикивал он каждый раз, когда малыш шевелился в животе.

– Родится наш Мишутка, тебя Павлик больше всех любить будет, – наблюдая за ними, говорила Елизавета Петровна.

– Тася ты уже взяла отпуск? – поинтересовалась Татьяна Васильевна.

– У меня сейчас больничный, потом отпуск, потом в декретный отпуск пойду. Всё! На работу больше не выхожу.

– Ну и, слава Богу! Рассаду я вам уже посадила. Время подойдет, и огород все вместе вам посадим.

– Мама! Какой огород? Нам нынче совсем не до этого, да и кто с ним возиться будет? – возмутился Саша.

– Детям нужны экологически чистые продукты. Не переживай, Тася ничего делать не будет. Нас вон сколько, неужто грядки оставим травой зарастать? – возмутилась Татьяна Васильевна.

Её поддержали родители Таисьи.

– Делайте что хотите, – махнув рукой, Александр ушёл наверх, в свой кабинет.

В комнату тихо вошла жена, забралась с ногами на диван.

– Я тебе не помешаю?

– Нет, конечно, – оторвавшись от бумаг, ответил Саша, – кстати, ты была сегодня в поликлинике?

– Да.

– И что тебе сказали?

– Пока всё нормально.

– Отчего такая грустная?

– В женской консультации, в очереди всякого наслушаешься. Сегодня рядом со мной сидела какая-то болтушка. Спросила, какой у меня срок. Я сказала, а она так удивилась, говорит: «Животик у вас совсем маленький. Наверное, на диете сидите?»

- Ты бы чёрное не носила, одевала сарафаны для беременных, вот и замечаний таких не делали.

– Ты, как моя акушерка из поликлиники. Догнала меня сегодня после приёма и говорит: «Таисья Семёновна, вы, пожалуйста, в черный цвет не одевайтесь больше, не принято беременным в черном ходить, примета плохая. В следующий раз оденьте что-нибудь весёленькое».

– Вот видишь, я оказался прав!

– Саша, я не о том хотела поговорить. Эта болтушка была в магазине «Детский мир», в отделе для новорожденных и младенцев. Там сегодня распродажа. Она такие смешные шапочки с ушками показывала, башмачки, распашонки. Целый пакет. А потом спрашивает: «Вы уже всё приобрели для своего малыша? А то я вам подскажу, где, в каких магазинах, что можно купить». Я растерялась, и соврала, что не беру, потому что примета плохая заранее вещи покупать.

– Тася, а почему ты ничего не покупаешь? Мальчишкам в это время мы даже коляски приобрели, а малышу даже распашонки не взяли?

– Я боюсь брать вещи, потому, что не знаю, что нас ждёт, и от этих мыслей мне ещё хуже.

– Ты снова за своё? Чтобы не было таких мыслей, завтра поедем и всё купим.

– Не сейчас. Я ещё не готова…

– Ну и зря! Мы, с Павликом, в «Детском мире» тоже были, пока ты в больнице лежала. Брали подарок его другу на день рождения. Я заглянул в отдел для малышей, много чего там приглядел.

В комнату ворвался раскрасневшийся Павлик.

– Мама, папа, пошли вниз, на улицу, там дед с Максом такое сделали!

Тася встала с дивана и заторопилась за сыном, Александр пошёл следом за ними. Вся семья высыпала за ограду. По проулку между домами бежал Семён Андреевич, догоняя Максима, который держал в руках катушку со шпагатом, прикреплённым к разрисованному, украшенному длинным хвостом из ярких лент, воздушному змею. Змей улыбаясь нарисованным ртом, ловил воздушные потоки и всё выше взбирался в пронзительно синее апрельское небо.

– Ура–а–а, – закричал Паша и помчался следом за дедом.

– Вот дурень, что творит под старость лет! А вечером буду таблетками отпаивать, – всплеснув руками, воскликнула Елизавета Петровна.

– Мама! Ну что, ты! Вспомни, как мы с папкой каждую весну воздушных змеев запускали. Сколько восторга было, до сих пор помню. Пусть мальчишки порадуются.

– Да я разве против, дочка! Просто переживаю, за него, – ответила Елизавета Петровна.

Прикрыв ладонью глаза, она, улыбаясь, выискивала в пронзённом солнечными лучами небе яркую точку. – Мы с твоим отцом со школьной скамьи этих змеев запускали. Каких он только ни мастерил. И бегали, потом по полю, до того, пока тебя ни набегали.

– Мам!

– А что? Здесь все взрослые, знают, что детей не в капусте находят. День, какой сегодня хороший. Весна! Пошли Татьяна чай с пирогами пить, а то остынут. – И подхватив сватью под руку, она повела её в дом.