Охотники Морасса. Книга 1. Лис во тьме

Глава 3. Разделение труда

— … конечно! Как вообще можно было сомневаться, что эта провальная идея принадлежит тебе? Никому больше в голову такое прийти не может! — ребята уже спустились в центральный коридор на первом этаже, Келик уныло плёлся позади, а перебранка Идана и Айки всё продолжалась.

— У меня, в отличие от некоторых, хотя бы есть фантазия!

Внезапно раздавшийся свист заставил их умолкнуть. Этот протяжный, явно выражавший огромное удивление, свист доносился со стороны Трапезного Чертога, на пороге которого материализовался некто. Некто неспящий.

Выглянув из-за угла, Айка увидела Брандта. И облегченно вздохнула. На миг она испугалась, но только на миг. Этот студент слыл чудаком, но чудаком талантливым. Из-за выпавшего на его долю дара, его называли воронграем — он умел говорить с птицами. И сам чем-то немного напоминал ворону: высокий, с бледной матовой кожей и тёмным каре, которое он по обыкновению собирал в хвост, с прямым носом и серебристо-серыми глазами, сиявшими вполне по-человечески. Но по характеру он не был подобен этим мрачным птицам: пусть он нередко выглядел слегка меланхолично, но часто и улыбался чему-то неведомому, понятному только ему, и эта загадочная улыбка выглядела ободряюще.

За свою задумчивость и немногословность он нравился Айке с самого первого года учёбы. Пока остальные мальчики пубертатного возраста вели себя как настоящие идиоты, он на их фоне выгодно выделялся. А когда вырос и стал таким симпатичным – и вовсе. Они с Айкой за все годы обучения, должно быть, и парой фраз не перемолвились, потому что она страшно волновалась, стоило ему приблизиться, а он просто мало говорил. Айка бы никому в этом не призналась, но иногда ей казалось, что Брандт тоже влюблён в Тиллу, из-за чего она страшно ревновала его к подруге.

Это не было чем-то удивительным – мало кому из мужской половины Морасса не нравилась рыжеволосая хифа. Некоторые даже набирались смелости сообщить ей о своих чувствах. Но Тилла почему-то вечно всем отказывала. Айке она говорила, что межмирные брачные союзы – это путь в никуда: они недолговечны, неудобны, невыгодны. Но не так давно Айка начала подозревать, что Тилла просто уже влюблена в кого-то, возможно, из своего мира. Вот только выяснить в кого конкретно, она так и не смогла.

Айка не спешила выходить навстречу Брандту, чтобы не наговорить глупостей и не выдать свои чувства с потрохами. Её обогнал Идан и, заметив воронграя, приложил ладонь к груди, а затем поднял её. Брандт повторил его жест и спросил:

— Что это всех вдруг сморило?

— На них просыпался сонный порошок, — дрожащим голосом проговорила Айка. Она была рада видеть бодрствующим именно его, но и жутко стеснялась, понимая, что выставила себя дурой – это её ошибка, её вина. — Нас осталось четверо, а ты будешь пятым, — из-за её спины появились Келик и Тень, гордая тем, что её взяли в расчёт. К сожалению, она не догадывалась, что под четвертым номером подразумевалась Тилла, которая, вопреки всеобщим ожиданиям, не появилась.

— Не исключаю, что могу ошибаться, в Морассе всякое бывает, но людей помимо себя я вижу только троих, — Идан, как всегда, отличился дотошной точностью. Брандт отметил его наблюдение лёгкой ухмылкой.

— О, должно быть мы увлеклись беседой и по дороге потеряли Тиллу. Келик, твоя Тень сможет её быстро найти? Нам пора собираться на общий чрезвычайный совет, — тон Айки был извиняющимся Идан покосился на неё: с чего такая перемена? Теневик отправил свою бесплотную подругу на поиски пропавшей.

— А почему ты вдруг решила командовать? — Идан не собирался мириться с таким положением вещей. — Там, откуда я родом, царит патриархат.

— Меня не интересуют рассказы о твоей родине, — Айка говорила с Иданом настолько пренебрежительно, насколько была способна. — Сейчас мы здесь. И если я это начала, то я это и закончу, - ей хотелось выглядеть круто перед Брандтом.

— Ну, хотя бы с чувством долга у тебя, кажется, нет проблем, — Идан искал поддержки у Келика, но тот лишь нерешительно переминался с ноги на ногу, не поднимая глаз. А всё ещё стоявший поодаль Брандт озадаченно присвистывал.

— К Холму, — скомандовала Айка. — Устроим совет там. А Тень приведёт к нам Тиллу, — все последовали за ней. — Ах, да, — она обратилась к Брандту, опустив ресницы, самым невинным тоном. — Не свисти, пожалуйста.

— Почему?

— Иначе денег не будет. Примета такая у меня в мире.

— То есть ты хочешь сказать, что когда в твоём мире не свистят, у вас из ниоткуда появляются деньги? — Келик был поражён таким откровением.

— Эм, не совсем…

— Но, когда свистят, деньги пропадают? — три пары удивлённых глаз уставились на Айку.

— Не уверена.

— Моя бабушка всегда говорила, что не стоит произносить вслух того, чего не знаешь наверняка, — Идан не мог не похвастаться благоразумием, как семейной чертой.

— Слушай, а она случайно не рассказывала тебе, как разбудить засыпанных с головой сонным порошком людей, нет? — Айка теряла терпение, но старалась держать себя в руках, чтобы совсем уж не ударить в грязь лицом перед Брантом. Между тем компания достигла Почтового Холма. — Нельзя терять время. Нужно всё расставить по местам.

— Будто ты уже знаешь, как это сделать… — не унимался Идан.

— Перво-наперво, нужно завершить начатое. Посыпать немного порошка на Тиллу… — начала разъясняться Айка.

— Зачем ещё и её усыплять? — не понял Брандт.

— Это неважно. Так надо, — отрезала Айка. — Пока она спит, я схожу проведать родителей Келика, и отнесу им деньги…

— Но при чём тут… — Брандт начал было снова перебивать, но осёкся, встретив умоляющий взгляд Айки. Он понял её без слов и тактично замолчал.

— Пока я отношу деньги, вы выясните, как всех разбудить, — наконец, закончила она.

— То есть, в итоге всё расхлёбывать нам? Тем, кто ни в чём не виноват? — Идан не верил своим ушам.

— Просто каждый должен быть полезен! Взаимовыручка — это то, что отличает настоящего Охотника от… — Айка хотела произнести эту любимую фразу директора Сепфа весомо и серьёзно, но внезапное появление Тени заставило её запнуться. Тень вернулась одна. — А где Тилла?