Похищенная, или Красавица для Чудовища

Глава 5

Позабыв о том, что собиралась посвятить день генеральной уборке, Мишель не отходила от двери, намеренно оставив ту приоткрытой. Сидела на узкой ступеньке, которая от малейшего движения девушки начинала противно скрипеть, и, затаив дыхание, жадно ловила каждый доносившийся с нижних этажей звук.

Морщилась, когда Аэлин принималась смеяться, заливисто и счастливо. Блэкстоуну совсем не шёл этот жизнерадостный смех. Удивлённо вскидывала брови, вслушиваясь в неразборчивый, неожиданно ласковый щебет Катрины. В представлении Мишель, прозвавшей старшую сестру Галена мисс Чопорная Ледышка, ласка и Катрина были несовместимы.

Пленница хмурилась, впитывая в себя приглушаемый толстыми стенами и перекрытиями голос незнакомца. Этот голос казался Мишель смутно знакомым. И тем не менее, сколько ни пыталась, так и не сумела вспомнить, где и когда могла повстречать молодого человека.

И встречалась ли с ним вообще. Может, ей просто так отчаянно хотелось верить, что в Блэкстоун по счастливой случайности нагрянул один из её давних знакомых, о котором она забыла, но он-то, этот самый знакомый, её, конечно же, должен помнить. Стоит им только увидеться, как молодой человек тут же проникнется к ней состраданием и согласится помочь.

— Да, я обязательно должна с ним встретиться, — решила для себя девушка. — Тем более что Донеган куда-то убрался. Грех не воспользоваться такой возможностью.

Дождавшись, когда страсти внизу поутихнут и в доме воцарится привычная атмосфера вялого уныния, Мишель осторожно, стараясь не воспроизводить ни звука, стала спускаться по лестнице. Такой же скрипучей, что и рассохшиеся половицы на чердаке.

Несмотря на страх быть пойманной, девушка не останавливалась. Упрямство в ней снова взяло верх над всеми остальными чувствами. Мишель вознамерилась во что бы то ни стало повидаться со знакомым незнакомцем, причём сделать это как можно скорее. И, если поймёт, что перед ней настоящий джентльмен, а не жалкое его подобие вроде Галена, обязательно расскажет тому о своей беде.

Впрочем — девушка горестно вздохнула — внешность зачастую бывает обманчива. Теперь-то она это точно знает. До недавнего времени Гален Донеган тоже успешно прикидывался джентльменом, эталоном манер и образцом для всех мужчин-соседей. А вон оно что оказалось на самом деле…

В коридоре второго этажа привычно властвовали сумрак и тишина. Иногда Мишель начинало казаться, что этот дом необитаем. Населённый только лишь призраками, являвшимися ей в обманчивой плоти.

Крадясь на цыпочках, Мишель останавливалась возле каждой двери. Прислушивалась и гадала, в которую из гостевых комнат определили франтоватого гостя, так осчастливившего своим появлением девиц Кунис и Донеган.

«Раз он меня не запер, значит, я могу ходить по дому. В крайнем случае скажу, что хотела забрать свои вещи, которые мне так и не принесли», — храбрилась пленница, но сердце в груди всё равно стучало как сумасшедшее.

Не успела Мишель так подумать, как с улицы донёсся шум, показавшийся ей оглушительным, — лошадь яростно дробила копытами сухую землю. Неизвестный всадник мчался по аллее к дому.

Девушка замерла, парализованная страхом, а услышав, как внизу хлопнула дверь и по холлу разнёсся раздражённый голос Галена, звавшего кого-то из слуг, вырвалась из пут оцепенения и пулей понеслась по коридору. Взлетела по лестнице и, только задвинув щеколду, обессиленная волнением, скользнула на пол. Мишель испуганно застыла, вжавшись в створку, моля Всевышнего, чтобы Донеган не поднялся к ней. Щеколда, если его и задержит, то только лишь на пару мгновений.

К огромному облегчению пленницы, ни днём, ни вечером Гален так и не появился. Только служанка забегала, чтобы принести сначала обед, а потом ужин. На вопрос Мишель, кто это осчастливил своим визитом хозяев Блэкстоуна, рабыня промямлила что-то насчёт того, что ей запрещено разговаривать с «мисс гостьей».

— Да чтоб тебя, Донеган! — в сердцах воскликнула Мишель, по привычке раздражённо ударив каблуком об пол. — Ни с кем не говори, живи в грязи! Как это ты меня ещё голодом не начал морить!

Справившись с очередным приступом злости, пленница продолжила уборку, и к вечеру чердак если и не превратился в уютную, идеально чистую комнату, то хотя бы приобрёл более-менее жилой вид. Свесившись из окна, Мишель старательно трясла простыни, хоть и понимала, что чистыми они от этого всё равно не станут. С горем пополам вытряхнула и ковёр. Неумело смахнула тряпкой пыль со стола и полок, подмела и даже помыла полы. От гримасы отвращения, не сходившей с запачканного грязью личика, у Мишель ныли скулы. А от воды кожа на руках стала сухой и сморщилась, будто у старухи.

— Какая же это неблагодарная работа. — Мишель устало опустилась на стул. Склонилась к миске с остывшей овощной похлёбкой. Девушка чувствовала себя настолько усталой, что едва сумела проглотить несколько ложек.

Аппетита не было, и печёное яблоко, политое мёдом, ставшее ей десертом, Мишель жевала, даже не чувствуя его вкус.

К вечеру «дом с призраками» стал и вовсе походить на склеп. Тишина, захватившая Блэкстоун в свой плен, действовала на нервы. Все в нём как будто вымерли. Застыло время.

Лишь за окном её маленького убежища что-то менялось: тревожно шумели деревья, сгущались сумерки. И небо, окрашенное багрянцем, вдоволь напитавшись алым, постепенно темнело, с каждой минутой всё больше походя на чёрный бархат, по которому чья-то невидимая рука рассыпала бриллианты-звёзды. А посредине, будто главную драгоценность, умостила похожую на тарелку из дорогого фарфора луну.