Свадьба по доверенности

Глава 14

Шейна Эль не видела уже третий день и не могла понять, это обстоятельство её больше радовало или всё же нервировало.

Им нигде даже случайно столкнуться не пришлось, а на шумные застолья, каждый вечер устраиваемые князем для многочисленных гостей, женщин, следуя правилам, до самого свадебного пира не позовут.

Даже на площадке под её окнами, превратившейся в настоящий проходной двор, теперь по очереди, порой даже не глядя на время суток, тренировались все кому не лень. Все, кроме Западников.

Предстоящая встреча с Шейном в качестве представителя Пустынника беспокоила против воли и не давала ей толком сосредоточиться на остальных претендентах.

Начавшиеся смотрины с женихами теперь отнимали практически всё её время и силы.

Первый день ничем примечательным, кроме бесконечной суеты, раздражения и дикой усталости, не запомнился. Уж лучше несколько изматывающих тренировок к ряду, чем это сидение на всеобщем обозрении час за часом! Наряды были страшно неудобными, спину всё время приходилось держать до боли прямой, поэтому почти все её вымученные натянуто-вежливые улыбки больше походили на мышечные спазмы.

Поддерживать светские беседы она никогда не умела и не любила, и притворяться в обратном не собиралась.

Так совпало, что именно в первый день знакомства ей попались претенденты, которые, как оказалось, и сами не очень-то мечтали участвовать в отборе.

Пара совсем юных княжичей. Эль даже не нужно было считывать их эмоции, чтобы понять, что они отдали бы всё, лишь бы оказаться сейчас как можно дальше от Артаима и неё самой. Не мечтали о такой ранней женитьбе изначально или так сильно впечатлились невестой и всем произошедшим на приёме – кто их теперь разберёт.

Эль не могла им не посочувствовать и даже искренне улыбнулась, настолько они оказались в одинаковом с нею положении – их мнение, как и её собственное, никого не интересовало. На этом союзе настаивали их отцы, поддерживавшие своих растерянных чад в ходе смотрин. Вот кто проявлял самый настоящий азарт и недюжинный напор, словно они сами, а не их отпрыски, собирались взять её в жёны!

На второй день Эль поймала себя на мысли, что привыкла к череде из лиц, имён и титулов, воспринимая встречи как рутинную данность. Испуганные мальчики закончились, не успев начаться, уступив место уверенным в себе крепким мужчинам, не сомневавшимся в своей неотразимости и производимом на неё впечатлении.

Каждый стремился её поразить и очаровать чем мог, а она всё время невольно размышляла о том, как же на предстоящей встрече завтра будет вести себя Шейн. И ругала себя за эти мысли, понимая, что всё время непроизвольно сравнивает его с другими. И это сравнение, стоило признаться, всегда почему-то оказывалось в пользу Западника.

Через каждые две-три встречи делали перерывы, которые были больше нужны даже не Эль (она бы и одним махом все провела, если бы не желание потянуть время и позлить отца), а бдительно следившим за нею во время смотрин нянькам и мамкам. Ириду к ней так и не допустили.

Ирма каждый такой перерыв во время своего отбора использовала для того, чтобы в очередной раз сменить наряд и украшения, Эль же с трудом переносила смену платья один раз за день – самое меньшее, что обязана была позволить себе княжна.

Путь от выделенных ей покоев, ставших уже ненавистными, до малых палат, где раз за разом проходили все встречи, и обратно она теперь могла пройти с закрытыми глазами. Но на всём этом пути её каждый раз неизменно сопровождали четверо стражников из личной дюжины князя – самый настоящий конвой.

К вечеру же второго дня у выхода из палат её встречали всего два охранника – она как раз возвращалась в свои покои после беседы с князем Игорским, который, чтобы склонить её к своему выбору, пообещал не разлучать Эль с семьёй и разрешить ей бывать в родном Артаиме так часто, как она того пожелает.

Яромира она углядела сразу.

Лишь многолетняя выдержка помогла ей пройти мимо, как ни в чём не бывало.

Когда это Яр успел попасть в стражу её отца? Да он же всегда презирал это, по его же словам, сборище зажравшихся увальней. Неужто переступил через свою гордость лишь для того, чтобы хоть на время стать её личным тюремщиком?

Как только второй охранник на повороте, ведущем в западное крыло (она хорошо знала этот короткий участок, с обеих сторон скрытый от любопытных глаз), остался стоять на месте, пропуская их с Яромиром вперёд одних, Эль приготовилась.

Коридор был пуст. Она кожей чувствовала его присутствие за спиной.

Что Яр задумал?

Они прошли ещё несколько шагов, и он тихо произнёс:

— Постой...

Когда она продолжила идти, не обращая внимания на его слова, он сжал её руку чуть выше локтя, останавливая.

Поворачивая голову и несколько мгновений разглядывая его широкую ладонь, без труда сомкнувшуюся на её предплечье, Эль по-прежнему молча подняла взгляд к его лицу.

Она еле сдерживалась.

Встретившись с этим взглядом, Яр нехотя отпустил её руку.

Он стоял слишком близко. В полумраке узкого пространства без окон она ощущала его тесное присутствие практически насилием над своей волей.

Дышать стало нечем обоим почти одновременно. Только причины тому были разные.