Колыбель Героев

Глава первая: Минус один

Ночная гроза обошла Колыбель Героев с севера, и утро обещало быть жарким. В комнате тридцать восьмой кварты Эштерил заново натягивал веревку над окном – гвоздь опять выскочил из щели между камнями. Как заговоренный! Будто кто-то из наставников усмехался: мол, занавески воспитанникам не положены.

В хорошую погоду окно комнаты зияло узкой, ничем не защищенной бойницей, а в плохую и с наступлением холодов его закрывали деревянными ставнями. По осени Натэя готовила клейкое варево с сильным запахом водорослей, и тогда кварта полным составом принималась конопатить щели в рассохшемся дереве. Мерзнуть под зимними ветрами с залива Киони никому не хотелось.

Эш на чем свет стоит костерил крошащиеся в руках ставни. Он бы в два счета смастерил новые, но наставники не велели. Тратить драгоценное дерево «на баловство» не полагалось. Это маленький чурбачок для вырезания фигурок еще можно взять, и никто ничего не скажет. А тут – несколько драгоценных досок, давно расписанных под нужды крепости – там подлатать, тут заменить. Ставни для несчастной замерзшей кварты? С чего бы тридцать восьмой кварте быть лучше прочих? Позволишь одним, и назавтра все потребуют новые ставни. А послезавтра – пуховые перины. Пусть закаляют тело и дух, как истинные герои своей Колыбели.

Сейчас ставни были убраны в дальний угол. Эш снял полотно, разделявшее мужскую и женскую половины комнаты, и завесил им окно. Комната погрузилась в приятную полутень. По краю куска грубой ткани были вышиты волны - Натэя взялась было практиковаться на ней в магической вышивке, но быстро забросила. Не без помощи Алаты, которая не могла пройти мимо и в ярких красках описала ключнице ее вышивальное будущее.

- Чудная занавеска от мух, а если еще и магическую вышивку сделать, чтобы всякий гнус отгоняла… Да энейские крестьяне такую красоту с руками оторвут!

Эш тогда едва оттащил Натэю, которая была твердо намерена насмерть заколоть перехватчицу вышивальной иглой. Крепко сбитая перехватчица, конечно, и сама справилась бы с хрупкой хальграссой, так что парень переживал скорее за Натэю – поранит саму себя или схлопочет от Алаты кулаком в ухо. Перехватчица не стала бы церемониться, особенно отражая нападение. Марчис, как всегда, только посмеялся и пожелал Алате обращаться с мечом так же проворно, как ключница – с несостоявшимся орудием убийства. Тогда, глядишь, и он будет чувствовать себя под надежной защитой. Алата отвесила Марчису подзатыльник, и на этом конфликт был исчерпан.

Сейчас щитовик в комнате тридцать восьмой кварты отсутствовал. И присутствовал он, судя по брошенным уже на бегу словам, в Штормовой Башне. Перерыв между завтраком и общими занятиями Марчису предстояло посвятить нелегкой работе ловца молний.

- Опять кристалл треснул, - небрежно заметил он, уходя. – Буду пересаживать, пока не бабахнуло.

Эш не мог не уважать друга за то, как тот играючи справлялся с одной из самых опасных в мире стихий. Пересадить пойманную молнию из треснувшего кристалла в новый – это тебе не фигурку кошки из дерева вырезать. Благодаря таким бесстрашным умельцам, как Марчис, верхушка Штормовой Башни пылала в темноте белым огнем, указывая путь кораблям.

Эштерил никогда не говорил этого вслух, но мысленно каждый раз заклинал щитовика отбросить шуточки хотя бы на время работы с молниями. Скажи перехватчик такое Марчису в лицо, и с того бы сталось начать жонглировать молниеносными кристаллами, стоя на голове где-нибудь на стене между Штормовой Башней и Башней Предвестников.

Эш сидел на своей кровати и повторял последний урок по аларинскому языку. Это благое начинание тут же поддержала Натэя, никогда не упускавшая возможности позаниматься дополнительно. Иногда она явно переусердствовала - например, помимо основного алфавита Аларина выучила древний. И теперь была неимоверно горда оттого, что могла – хотя пока и по складам - читать рассыпающиеся в руках фолианты оллохайров из библиотеки Колыбели. Наверное, готовилась сразить наповал своей ученостью всех «детей бога Оллохора», которые попадутся ей на пути, когда тридцать восьмая кварта отправится дежурить в Аларин.

Ключница позвенела склянками в сундуке, что-то бормоча себе под нос и то и дело отбрасывая за плечо непослушную светлую косу. Потом захлопнула крышку, подняв душистую волну запахов сушеных трав, достала тетрадь и взгромоздилась на сундук Марчиса. Теперь она сидела напротив Эштерила и смотрела на него сверху вниз. Алата к совместному вгрызанию в гранит науки присоединяться не спешила и, закинув руки за голову, блаженно вытянулась на своей постели на женской половине комнаты.

- Алата, ты не с нами? – Эш не мог не воззвать к сознательности перехватчицы. Нелегко быть голосом разума не только для себя самого, но и для товарищей по кварте.

- Неа, - отмахнулась та. – Напрасный труд. Все нормальные существа на этом континенте знают ЯД.

- Ага, а люди вообще кроме языка демиургов никаких других не знают. За все века истории они так и не удосужились придумать свой собственный язык, - встряла Натэя. – Наверняка и их полукровкам чужие слова нелегко даются.

Эш вздохнул, приготовившись снова разнимать девушек. С чего вдруг у Натэи это обострение расовых предрассудков? Она и раньше носилась со своей чистой кровью, как Марчис со свежепойманной молнией. Но чтобы все разговоры сводить к одному и тому же? Или все дело в том, что выпуск уже близок и ключница так яростно учится отстаивать свое место в мире?