Обыкновенный принц

Глава 23. Чужие ошибки

Капитаны первых двух саев собрались за считанные минуты, ведь их вызывал кто-то из старших. Так думали они после доклада дозорых из авангарда, так думали, увидев незнакомого дракона и пока он превращался в человека. Сомнения закрались после отказа этого алатуса снять маску, после озвучивания его фольклорного имени, но лица начали хмуриться во время монолога, который не перебивали по привычке послушания перед крылатыми. К тому же неподалёку на вершине наблюдал второй, без маски.

– Не знаем, кто вы такой, эве, – сказал первым капитан, назвавшийся Улем Привом, когда Тео закончил говорить, – только я вам так скажу от своих товарищей, а они не дадут соврать. Наставники нас предупреждали, что может найтись любой чудак, который попытается сбить нас с толку. Мы-то знаем, на что способна тёмная тварь, этот ваш Либерис. Но из уважения к вашему дару от Создателя, мы не тронем вас. Летите себе подобру-поздорову. А если вы были посланы, чтобы испытать нашу клятву, то вот вам ещё одна: наш король Аластэир Четырнадцатый, пусть Создатель лишил нас крыльев и памяти за прегрешения, но мы все готовы отдать жизнь ради наших детей и жён, оставшихся в Алатерре.

Тео, надеявшийся, что его слова хотя бы заронят сомнения у отшибленных, растерялся. Он пытался лихорадочно найти контраргумент и не мог.

– Какой у вас приказ? – спросил формально.

– Охранять границы от врагов алатусов, – уверенно и спокойно отвечал капитан Уле Прив.

– Но вас здесь тьма-тьмущая, чем вы будете кормить своих ратников?

– Не переживайте, эве, на неделю нам хватит, потом вернёмся, как только враг будет разгромлен.

Тео кашлянул. Вот оно, значит, как будет... Но играть пророчицу Кассандру сейчас было бессмысленно. Если только алатусы не будут играть в ромашку – то укреплять, то убирать защитный купол. Про такую чехарду принцу Энрике и не намекали...

– Ваше высочество, – подал сверху голос Грэйг, – не стоит вмешиваться. Кажется, эти уважаемые эве знают, что делают.

Капитаны подняли головы, а потом поклонились, прижимая кулак правой руки к сердцу:

– Благодарим за испытание, ваше высочество!

Тео бы сплюнул с досады, но в маске это сделать, к сожалению, было невозможно. Напоследок он сказал упрямо:

– Я не солгал вам. Да, вы вправе действовать так, как вам внушили. Однако я прошу подумать трижды, прежде чем убивать того, кто в схватке назовёт вас братом, а может и сыном или отцом.

Сказав это, он обернулся и взлетел, разворачиваясь в сторону третьего сая, готовящегося к бою всего в километре отсюда. Грэйг крикнул было ему во след, но Арженти снова проигнорировал совет от доброго друга.

Тогда Грэйг отправил зов к Аннике. Нужно было срочно что-то придумать, чтобы остановить серебряного принца, собирающегося нарушить священный закон о невмешательство в судьбу такого количества людей, даже не алатусов. И если Арженти собирался сейчас сделать то, о чём подозревал Грэйг, то последствия грозили обернуться катастрофой: спасать жизни преступников – это было слишком. Создатель такого не простит!

Над лагерем третьего сая в воздух первым делом вздыбились ругательства и заточенные стрелы (ратники спешно исправляли оплошность после исчезновения наконечников). Но зычный голос настойчиво повторял: он, принц Арженти, сын Авалы и Сальватора, требует диалога с военачальниками, он хочет спасти жизни. Привыкшие торговаться, в третьем сае быстро смекнули: “Почему бы и не послушать оборотня? Хотя бы ради смеха”. И к нему отправили шестерых парламентёров.

Заметив среди них знакомое одноглазое лицо, Тео невольно улыбнулся. Выбрал место поближе к скалам, обратился в человека и стал ждать, сложив руки на груди.

– Чего хочешь, оборотень? – ощерился один из лидеров, судя по золотым нашивкам, капитан.

– Для начала хочу, чтобы вы поверили, что мне нет выгоды врать. Да, я алатус, такой же, как те, с кем вы пришли сражаться. Но у меня немного другие принципы, и крылья свои я потерять не боюсь.

Парламентёры переглянулись.

– Я мог бы рассказать о каждом из вас, чтобы вы убедились, что мне доступно, как ваше прошлое, так и будущее, – продолжал Тео и перевёл взгляд на одноглазого. – Ты, например, лишился своего глаза из-за девицы. Выбили его тебе, словно беззащитному кобелю во время спаривания. И чести ты своей лишился тоже из-за безродных девиц. А ведь ты служил королеве, и что же? Идёшь теперь со своими товарищами, которые составили тебе компанию по аналогичным причинам, на смерть...

Судя по реакции других мужчин, при знакомстве им была рассказана иная история, которую сочинили королевские стражники. Одноглазый рассвирепел, кинулся было на оборотня, но его остановили:

– Потише, Турвон, дай послушать!

– И я мог бы о каждом из вас рассказать прелюбопытное, но, пожалуй, сделаю это при одном условии, – Тео сделал эффектнул театральную паузу, словно рассматривая пристально стоящих перед ним.

– Говори, – усмехнулся кто-то из капитанов.

– Если выживете, – флегматично ответствовал Арженти, поднял руку, призывая камешек и покрутил его над ладонью. – Там, наверху, почти двести пятьдесят тысяч отшибленных. И они свято верят, что подчиняются королю Алатэрры. Так что ждёт вас битва непростая. А с учётом узкой тропы, ещё до того, как ваши люди смогут вытащить меч, половина из них будет лететь на дно ущелья.