Обрести крылья. Прибытие

Глава 10. Уроки равновесия

– Здравствуйте, дядя Валера! – девочка лет восьми робко переминалась с ноги на ногу и смотрела на приоткрывшего дверь мужчину, – а Кристина дома или у мамы? Выйдет погулять?

– Дома. Спит. Устала после цирка.

Он спустил на волосатое пузо края майки и хотел закрыть створку, но тут из квартиры раздался голос:

– Ничего я не сплю! Папа, не ври!

– Ты спать хотела!

– Уже передумала! – послышался топот, и на порог выбежала босоногая Кристина, в футболке с Микки-Маусом и шортиках, – Надь, я сейчас выйду. Переоденусь и выйду!

– А меня спросить забыла? – встрял взрослый. Шея покраснела, на виске запульсировала жилка, – я тебе не разрешал!

– Ну, папа! Ну, пожалуйста! Ну, па…

Слова эхом разносились в подъезде. Дрожала на ветру занавеска из костяных бус, из комнаты робко выглядывал рыжий кот.

Дверь закрылась. Я и маленькая я остались на лестничной клетке.

Приключение началось.

Семнадцатый портал привёл в далеко не самый приятный момент жизни. Чтобы убедиться, я спустилась на этаж ниже, увидела знакомый предмет и тихо вздохнула. Да, всё именно так. Через час-полтора двор соберётся, и начнётся круговая порука. Первая, но не последняя. И ведь не исправить ничего, останется только беспомощно наблюдать. Первый урок стихий будет тяжёлым.

Я вернулась к себе. Собранные в нечёсаный хвост волосы, подранные коленки, лосины в пыльных пятнах и растянутая футболка – летом я выглядела именно так. И не особенно печалилась. Точнее, вообще не думала про одежду, носила то, что сшила или подогнала под меня бабушка. В гардеробе редко появлялись новые вещи (на первое сентября), в основном перепадало то, из чего выросла старшая сестра. Иной раз доставались крайне неудачные покупки матери, которая ошибочно мнила себя худышкой и выбирала самый маленький размер, надеясь, что ткань растянется. Да и везло мне лишь потому, что Анна наотрез отказывалась носить вещь с чужого плеча.

– Уходи, – призрачной рукой я дотронулась до плеча, – уходи, пока не поздно. Ты представления не имеешь, что будет дальше.

Скрипнул замок, из квартиры вышла Кристина, в любимом сиреневом платье с оборками и цветами из пайеток.

– Не обращай внимания на папу, он всегда злой, когда пропустит обед, – она жевала «Сникерс», – куда пойдём?

– В конце двора мушмула созрела. Я столько жёлтых на дереве видела! Оборвём?

– Ура! Давно не ели!

Мы спускались по лестнице.

– Ух ты! – подруга уронила обёртку, – коляска! Какая красивая! Давай с ней поиграем, а после на дерево залезем!

– Это чужое! Увидит кто, отругает!

– А мы осторожно! Глянь, какая большая! – она дёргала ремешки.

Я колебалась. Боялась неприятностей, но и оставлять Кристину не хотела. Если пожалуются бабушке, то она больше не отпустит гулять и расскажет родителям. А вечером папа выпорет ремнём! Вот Анька будет хохотать!

– Я пойду, – поторопилась вниз, – подожду на улице.

– Ну и уходи! Трусиха! Всем расскажу, как ты меня бросила!

С каждым шагом решимость таяла. Около почтовых ящиков я передумала и побежала наверх. Поссорюсь с подружкой и останусь одна. Опять всё лето просижу дома и с балкона буду наблюдать, как играют другие!

– Передумала? – Кристина методично отрывала от липучек сумку, расположенную между колёсиками, – тогда покатай меня, – девочка забралась в коляску.

Я взялась за ручку и прокатила полметра, как…

Хрясь!

С оглушительным треском крепления лопнули, и конструкция просела на пол. Сломалась пополам.

– Бежим! Скорее! Скорее! – заорала подруга. Выбравшись из остатков коляски, она пулей понеслась на улицу. Я же попыталась починить детали, хотя бы прикрепить сумку, но бросила всё и вынужденно побежала следом. Из квартиры вышли хозяева. Я уловила на себе пристальный взгляд.

Узнали.

– Всё.

Смотря вслед себе маленькой, я оставалась в подъезде и слушала, как ругались взрослые. Как торопливо одевались мама и старший брат малыша, чью коляску мы испортили. Позже я узнала, что глава семьи работал в милиции на руководящей должности. Вечером он пришёл к нам и в грубой форме потребовал купить новую, иначе пообещал устроить серьёзные неприятности. Остаток лета я провела дома.

На улице мы с Кристиной спрятались за кустами. Выглядывали с разных сторон, ждали, пока нас прекратят искать. Хлипкое укрытие не спасло. Пожилые дамы, стоявшие на балконах квартир, указали, где мы прячемся. За ухо меня выволокли на детскую площадку. Кристина успела забежать в подъезд и закрыть дверь.

И началось.

Полная женщина громко распиналась о дурных наклонностях плохо одетой девчонки, твердила, что заставит купить новые вещи для малыша, и изумлялась: как так можно? Портить чужое добро! Старший ребёнок поддакивал. Нас окружили родители других детей, мои ровесники собрались поодаль. Каждая мамочка с пеной у рта кричала, что бы сделала со мной, испорти я коляску её чада. Самым мягким стали «исколю все пальцы иголками» и «выпорю кожаным ремнём с железной пряжкой»! Рьяная дама грозилась отвести в милицейский участок, закрыть в камере с бомжами.