Вкус тьмы. Книга 2

19.5

В Агенории мне удалось обрести душевное равновесие. Боль от потерь немного утихла за несколько месяцев. Нет, она не исчезла, слезы все еще могли выступить в самый неподходящий момент. Да и от пустоты там, где раньше была волчица, трудно избавиться: иногда я смотрела, как обращаются другие оборотни и отчаянно тосковала по части самой себя. Но стало немного легче принять это. Особенно когда я смотрела, как кушает, спит или даже просто дышит мой маленький Рейн.

К весне Катрей официально объединил все Свободные земли, создав королевство под названием Дагомея. Так как Серрата больше не было, то главы городов не могли прибыть в столицу, чтобы поклясться в верности новому королю. Точнее, великому князю: предложение Аргиссы Катрею пришло по душе.

Правитель Дагнея любезно предоставил свой город для коронации Катрея. В Агенорию пришло официальное приглашение для Джиал, Эдриана и меня. Нам пришлось брать карету, так как верхом с ребенком на руках путешествовать проблематично.

В личном письме Катрей рассказал, что на коронацию придете Каролина, Авенир и даже вожак ликаонских оборотней. А еще - король Родерона, страны, которая в последний момент встала на сторону Стааба и проиграла. Все они не только будут приветствовать нового правителя, но и подпишут документы, официально признавая существование Дагомеи. Ренар Лерайе извинился за свое отсутствие, но обещал при первой возможности приехать в будущую столицу. Он вернул себе Эремон, и теперь методично избавлялся от предателей.

Со Стааба, кстати, он потребовал довольно большую контрибуцию в качестве извинений за причиненный его стране вред. Марк Флегонт, новый король (но не император), признал правоту Ренара и выплатил названную сумму. Стааб - страна плодородная и богатая, так что контрибуция не стала непосильной ношей для Марка. Признание вины Стааба смягчило Ренара Лерайе, и он быстро нашел общий язык с Марком. Несомненно, на это повлияли и сестры Ренара: принцесс вернули в Эремон в целости и сохранности. Они заверили, что именно Марк Флегонт оставался им другом на всем протяжении жизни в Иксионе. Как выяснилось, старшая даже была влюблена в него. Так что вполне возможно, что отношения двух южных королевств скоро улучшатся благодаря династическому браку. Но это уже были сплетни, и о них мне с удовольствием писала Хель. Она отвлеклась от непринужденного тона лишь раз, когда вспоминала, как пользовалась артефактом - Смертоносным копьем, привезенным из Серрата.

За день до прибытия в Дагней мы остановились на небольшой привал. Джиал пожаловалась, что устала просто сидеть в карете. Она решила хотя бы до вечера пробежать в обличии волчицы. Запретить я ей не могла, но грусть из-за того, что я не могу сделать так же, испортила настроение.

Но когда я вернулась в карету, меня отвлекло от самокопания письмо.

Я удивленно уставилась на него. Скрепленный черной печатью конверт появился из ниоткуда, это точно: мимо гвардейцев никто не мог проскочить. Значит, магическое. Но от кого? Катрей и Хель переправляли письмо прямо в карман, и защита, выставленная мной недавно, пропускала их. А здесь, видимо, от постороннего человека, раз письмо попало не ко мне в руки, а на сиденье в карету.

С Рейном пока возился Эдриан, и я была одна. Так что, присев и с опаской распечатав конверт, я достала письмо и начала читать.

Мне написала Рейвен Маринер, ректор Академии Темных Чар. В максимально вежливой форме она выразила соболезнования по поводу потерь и поздравила с рождением ребенка.

«Безусловно, я понимаю, что в ближайшее время Вы будете заняты воспитанием сына и построением нашего нового королевства, - писала она, - но искренне надеюсь, что в любой удобный для Вас момент мы сможем сотрудничать. Всех исследователей магии крайне интересует Ваш новый дар телепортации, и я уверена, что с Вашей помощью можно будет создать телепорты для всех. От лица Академии Темных Чар приглашаю вас заняться этой проблемой совместно на базе нашей академии».

Рейвен заверяла, что готова ждать и год, и пять лет. Видимо, мой дар, который она назвала причудливым словом «телепортация», очень сильно взволновал магов.

Предложение было интересное, но пока я не была готова заняться подобным. Как она сама отметила, на первом месте сейчас Рейн, Катрей и наше королевство.

Около Дагнея собралось бесчисленное войско, на этот раз мирно настроенное. Причем большая часть продолжала передвигаться: это агенорцы возвращались домой, и мы проезжали как раз мимо них. Эдриан, извинившись, отправился на поиски своего отца.

Я отодвинула шторки в карете и приветливо улыбалась воинам, укачивая Рейна. Оборотни улыбались в ответ, почтительно склоняли головы и даже иногда выражали слова поддержки. Они знали, что я перестала быть оборотнем и их вожаком, но все равно считали меня своей. За это я была им благодарна.

В главном дворце Дагнея служанка попыталась забрать Рейна из моих рук, но я заявила, что отдам его только при одном условии: служанка будет всегда в том же помещении, что и я. Девушка смутилась, но пообещала не уносить Рейна далеко.

В пути у кареты сломалось колесо, из-за чего мы немного задержались, опоздав на несколько дней. Коронация должна была пройти сегодня, через несколько часов, так что мне пришлось поторопиться.

Очень быстро приведя себя в порядок, переоделась в заранее приготовленное пышное красное платье, расшитое мелкими бисеринками. Немного нервировали голые плечи и руки, так как весна только вступила в свои права, и холод еще никуда не исчез. А волчица больше не греет меня. Но ради идеального вида на коронации Катрея я готова вытерпеть неудобства.