Алые сердца. Право на свободу

Слепящее совершенство

Стоило Чхве Чжи Мону наткнуться взглядом на входную дверь в квартиру, как перед глазами вставало лицо Ван Со: «Глупый мальчишка. И что теперь делать? «Хочу остаться. Ко всему готов». Плохо знает свою матушку. Ащщ, как помочь? Парню и так туго пришлось. Интересно, мальчик хорошо понял, что я сказал о правильно выбранном времени? Надеюсь, ему хватит ума вести себя на празднике тихо».

Со забрал смокинг и уехал в гостиницу еще пару часов назад, а Чхве все никак не мог перестать думать о нем. Сокрушенно покачав головой, продюсер бросил взгляд на часы и заторопился, пытаясь на ходу завязать черную бабочку.

Со поднимался по широкой лестнице, как блестящий клинок, рассекая восхищенный шепот, который окружал его с самого выхода из такси. Он знал, что хорош, но остановился на мгновение перед гигантским зеркалом в пол на входе, чтобы еще раз убедиться в этом. Тряхнул головой, чуть прикоснулся к груди, проверяя подарок. Непривычное отношение окружающих пьянило, вселяло уверенность. Высокие двери распахнулись, открывая сверкающий наполненный золотым светом и ароматом цветов зал. Волшебство царило под белоснежными арками потолка, утверждая – все возможно.

Мать он увидел сразу. Восхитительное, слепящее совершенство. В молодом высоком мужчине рядом с ней Со с трудом узнал младшего брата Чжона: «Выше матери на две головы. Выше меня». Зал казался бесконечным, Со боролся с желанием помахать Ю Сун Сон прямо от двери. Увидеть полузабытую улыбку в живую, разве не за этим он вернулся в Сеул?

На секунду показалось, он поймал Её взгляд. Словно нетерпеливый влюбленный, сын поспешил улыбнуться в ответ. Мать мазнула по нему глазами и отвернулась. Улыбка Со умерла. Он мог бы подумать, что его не заметили. Но Чжон удивленно распахнул ресницы и начал теребить Сун Сон, привлекая внимание к появлению брата. Сглотнув, Со двинулся через зал.

Пятнадцать минут спустя средний сын семьи Ван бежал вниз по ступеням, срывая на ходу душащий галстук, рассыпая сорванные пуговицы. «Что пошло не так? В чем была моя ошибка?! На все деньги купил подарок для матери, забыв про отца?» Перед Со стояли презрительно поджатые яркие красные губы. «Забыл чей это юбилей?». Тихий ровный голос, почти шепот, но такой пронзительный для него. Казалось, каждый нерв Со откликается, разнося презрение, как дурную болезнь. «Неуважение, к отцу. Плохие манеры – все чему тебя научили за границей?» Круглые от удивления глаза Чжона, который переводил взгляд с матери на старшего брата и обратно. Широкая довольная ухмылка Ё, стоящего прямо за Её плечом. Так мучительно близко для Со. Так, близко, как он никогда не надеялся стоять в своей жизни. И где-то справа от всех темная тень отцовского смокинга.

Со сорвался. После разговора с продюсером Чхве он хотел подобрать правильное время. Поговорить с отцом как взрослый, не как обиженный ребенок. Второй тур был его главным самостоятельным достижением в жизни. Вдруг мучительно важным стало показать всем, что он тоже чего-то стоит. Плевать на широко открытые предостерегающие глаза Чжи Мона.

Что он тогда сказал? «Я прошел отбор?» Очень умно...

– Какой отбор? В космонавты? – на холодном скучающем лице Ван Ё поползла вверх темная бровь, а Со ощутил как кто-то в нем прижал уши к голове, ощетинился и завибрировал низким как басовая струна рыком.

Ё чуть приподнял уголки губ и перевел взгляд на лицо матери. Старший брат отвернулся от Со, точно от найденной на скамейке дешевой книги в аляповатой убогой обложке, отброшенной в сторону, потому что не сумела вызвать интереса и не заслужила даже ожиданий.

– Нет, в новый проект отца. Я не уеду. Деньги за неиспользованный билет верну завтра.

– Круто, – это радостным голосом Чжон, – я уже отобрался, и старший брат тоже.

– Заткнись, недалекий, – ровным голосом произнес Ё, возвращая на Со взгляд темно-карих узких глаз. – Кто тебе позволил?

– Я сам так решил.

– Сам ты будешь решать, когда начнешь оплачивать квартиру и обучение. Пока изволь спрашивать разрешения у тех, кто зарабатывает, – обрела резкость темная тень.

«Я забыл, какого он роста», – пришла к Со неуместная мысль. Рост отца не имел значения. Когда Ван Гон приблизился, замолчали все. Ё опустил глаза, Чжон сделал шаг за спину матери.

Со вздернул повыше подбородок и встретился с отцом глазами.

– Чжи Мон, о чем он говорит? Прошел отбор?

– Да, прошел, на общих основаниях. Не я отбирал, помощники. Они и отправили приглашение на второй тур.

– И что теперь делать?

– Пусть валит в свою Америку.

«Зацепил я тебя все-таки», – зло подумал Со и с удовольствием увидел, как Ё получил резкий, точно удар хлыста, взгляд президента Вана.

– Дорогой, разве Ван Со с его иностранным опытом сможет прижиться в этом проекте? Жесткая дисциплина, нагрузки, думаю, это совсем не его.

«За что?» – Со почувствовал, точно изящная маленькая кисть чугунной рукой многотонной статуи, надавила ему на темя, погружая с головой в детские боль и обиду. Стало трудно дышать, мысли заметались. Со пытался хвататься за спасительную холодную злость, но та испарилась. «Просто мама меня не знает. Это я смогу изменить», – придавив подступившие слезы, Со выпрямился ровнее и шире расправил плечи.