От ненависти

Эпилог

Застыв у окна кухни, я устремила завороженный взгляд в небо. Бесконечные крупные снежинки появлялись из пасмурного неба, хороводили в воздухе и ложились покрывалом на вымощенную дорогу двора. Как точно в срок… Первый снег, первого ноября. Сегодня уже сто шестьдесят восемь. Сто шестьдесят восемь дней. Я не видела его почти пол года.

Вздохнув, я прошла к давно разогретой духовке и поставила в нее будущий пирог. Установив таймер, оглянулась на Дину, которая все с кем-то эсемэсилась. Улыбка не сходила с ее лица, и я вновь подумала: неужели скоро быть свадьбе? Ведь я начала видеть эту улыбку еще в первые месяцы своего пребывания в стационаре, куда она приходила меня навещать и развлекать заодно девичьими секретами.

Да.

Сначала была больница, где я находилась на сохранении, а мой муж – на грани жизни и смерти. Затем арест и невыносимые недели ожидания в неизвестности, насильное отделение от мира. Я провела в палате стационара много дней – меня то выписывали, то ложили туда вновь, чтобы контролировать сложную беременность. А полноценно я вернулась домой только несколько недель назад. Туда, где меня ждала лишь пустота… И добровольное затворничество, ведь я по-прежнему не могла приехать к нему.

Вопрос стоял ребром.

СИЗО, где держали Амрана, находилось в другом городе, а мне категорически запретили любые поездки и переживания. Зоя боялась любого ветерка в мою сторону, так что тоже жестко контролировала мои передвижения. Поэтому вся моя жизнь теперь умещалась в один маршрут – от дома до больницы.

Послышалось, как хлопнула входная дверь, и Дина тут же лихорадочно начала тыкать по экрану смартфона, торопясь закрыть все иконки. Я закатила глаза и покачала головой. Глупышка. Мать все равно все узнает. Кстати до того как она успела показаться на кухне, Дину сдуло ветром со стола и принесло к барной стойке, где она поспешила занять себя чем-то для вида.

– Иди, садись! – шикнула она на меня.

– Ага, иду… – послушно отозвалась я, уточкой двинувшись к столу и едва сдерживая смех.

Конечно, нелепо, но я была благодарна, что хотя бы Дина со мной не носится как с хрупкой вазой. Зоя не давала мне совершенно ничего делать. Ей прямо дышать было тяжело, если я находилась не в лежачем положении.

– М-м-м… Как вкусно пахнет! – одобрительно воскликнула тетя Амрана, оставляя сумку и пакет на стуле. – Что это вы там готовите?

– Пирог, – бессовестно отозвалась Дина.

Ее мама прошла к плите и заглянула в духовку.

– Сама готовила?

– Ага, – подтвердила Дина. – Ну, правда Аля помогла сделать тесто…

Тихо посмеявшись, я сделала стежок в картине, которую только начала вышивать.

– Молодцы. Ты как себя чувствуешь?

– Все хорошо, – автоматически ответила я, даже не подняв глаза. Ни к чему было убеждаться, что это Зоя мне.

– Завтра анализы, помнишь? Никакой соли сегодня.

– Помню, – подтвердила я смиренно, делая новый стежок и нахмурилась, ощутив толчок малыша.

Когда он тихо себя вел, я всегда начинала особенно остро отслеживать шевеления.

– Ну, не куксись, – вдруг пожурила меня тетя Амрана, наверное, решив, что я на ее напоминание хмурюсь. – Я сама не рада этой бесконечной диете. Всё эти врачи… Не дают нормально ребенку поесть.

– Я не куксюсь, – возразила я спокойно, продолжая свою вышивку.

– Да-да, а то я уже начинаю себя злой ведьмой чувствовать! То – нельзя, это – нельзя… Как в карцере! И откуда взяться положительным эмоциям, м-м?

Пройдя к столу и принявшись рыться в сумке, она все продолжала причитать, а я думала: чего это Зоя так разошлась? Раньше я не замечала за ней страсти гоняться за положительными эмоциями для меня.

Пока я размышляла, не заметила, что она давно уже замолчала и подошла ко мне. Вскинув взгляд, я сразу уловила загадочное ликование на лице женщины. В следующий момент она вдруг достала из-за спины небольшую плоскую коробочку, завязанную лентой.

– Что это? – спросила я, удивленно улыбнувшись.

А Зоя проникновенным голосом велела:

– Открой.

Приняв неожиданный дар, я не спеша сняла ленту и открыла крышку. Внутри оказалось, что-то вроде папки точной по размеру. Переполненная любопытством, я открыла ее, и… улыбка вдруг растаяла. Моему взору предстал аккуратный лист с оценками и новенький аттестат.

– Что там, что там?.. – затараторила Дина.

А я зависла на долгие мгновения. Погладила красную обложку большим пальцем и сглотнула.

– Поздравляю, девочка! – проникновенно произнесла Зоя, обняв мои плечи и поцеловав в макушку.

– Ого, поздравляю! – подключилась ее старшая дочь.

Но я смогла лишь криво растянуть губы и выдавить благодарный кивок. Потому что внутри меня не было никакой радости. Только щемящее до слез чувство. Ведь я так надеялась… Я была почти уверена, что получу его до того, как он вернется! Я так старалась, так хотела его порадовать…

Комок начал душить горло. Осторожно положив свое достижение на стол, я как бы невзначай опустила голову, чтобы спрятать лицо. Слезы уже грозили сбежать по щекам.

– Что такое?.. – растерянно воскликнула Зоя. – Что тебя расстроило, Аля?

Дрожащими пальцами протирая глаза, я поспешила отмахнуться.

– Нет, ничего… Не обращайте внимания.

– Так, тебе нельзя нервничать, – напомнила женщина, присев рядом и легонько тряхнув меня. – Как такое вообще могло тебя расстроить? Это же настоящий повод устроить праздник! Это твоя победа!

– Да, я знаю, – уныло согласилась я, прерывисто вздохнув. Дина уже принесла мне стакан с водой, из которого я сделала несколько жадных глотков. – Просто мне кажется… это теперь бессмысленно.

– Что? Вот глупенькая. Как же это может быть бессмысленным? – искренне недоумевала Зоя. А затем как будто догадалась. – Ох, моя девочка…

Встретившись с ее сочувственным взглядом, я впервые не стала давить своих чувств и страха быть осужденной за беспечность.

– Я так соскучилась по нему!..