Шаг к (не) Счастью 3... Ритуал.

Пролог

Тассалирская Империя. Мир Химер.

Он часто задавал себе вопрос: что он почувствует в момент смерти. Может быть, удивление? Когда он поймет и наступит уверенность в том, что смерть пришла за ним, будет ли он захвачен врасплох или спокоен, примет ли он смерть или сойдет с ума от страха?

И он говорил себе, что готов. Он всесторонне рассматривал этот вопрос, рассматривал логически, рационально, устранив все эмоции, и принял неизбежное. Но, наверное, понимание того, что это рано или поздно случится, и понимание того, что он ничего не мог сделать, чтобы избежать смерти, находятся на некоем высшем уровне. Нельзя заранее подготовить себя к этому событию, единственному в своем роде и необратимому. Может ли быть что-то страшнее для разумного существа, наделенного способностью мыслить, нежели близкая смерть мозга, конец всех мыслей, угасание сознания?

Он старался не задерживаться на этих размышлениях.

Как асура его ждало Перерождение, но как химера… он не знал, что будет там… за гранью. Увидит ли он Прародительницу всех химер Осву, если наполовину асур? Откровенно говоря, он не знал.

Но он примет неизбежность смерти с оптимизмом надеясь на лучшее существование, на следующую жизнь.

А может ли кто-нибудь по-настоящему быть готовым к смерти?

Возможно, и нет. Но он не будет тревожиться о своем неотвратимом конце, скорее он будет волноваться о том, что от него зависит. Он будет думать о своих действиях и поступках в этой жизни. Потому что перед ним встает выбор между правильным и неправильным, и выбор этот нам приходится делать каждый день. Следуя голосу своего сердца, он обретет душевный покой.

И они лгали - все те, кто рассказывал сказки про смерть, про поющих божественных существ и про ощущение невыразимого покоя.

Не было никаких существ. И никакого покоя.

Не было вообще ничего такого, что могло бы увлечь его к яркому спокойному свету, и не было ничего, дарующего утешение, пока боль обжигала его, не давая думать и дышать.

И еще - жар, прожигавший плечо и руку до самой ладони, словно ее подожгли. А сбить это пламя он не мог - кто-то удерживал его к чему-то прижимая, и заставлял терпеть, как будто ему или им это нравилось.

Именно невыносимый зной заставил его понять, что он на пороге в подземный мир мертвых.

Его божественные существа спустились к нему не с небес, они пришли снизу и теперь звали его к себе. Его божественные существа - низшие. И они не распевают мелодичных гимнов.

Вместо гимнов они изрыгают ругательства, и сыплют проклятиями, и манят его за собой, соблазняя и угрожая. Они обещают ему все то, что он любил при жизни. Обещают, что там, у них, он снова будет царствовать. У них сотни разных голосов - даже женские. Женщины что-то шептали ему и обещали несказанное наслаждение, если только он пойдет за ними.

Варун свидетель, он почти соблазнился.

И что-то закопошилось на задворках сознания, но тут же исчезло, потому что все остальные что-то шептали, мешая ему сосредоточиться. Но что же они шептали?

«Всего лишь вопрос времени. Он нас не слышит. Он не может бороться. Он потерял слишком много крови…» сладкий голос нашептывал: «месть», «власть», «сила». И «царствование»!

Ее голос ничем не напоминал божественный перезвон колокольчиков. Твердый, как сталь, он обещал весьма приятные вещи, и его невозможно было игнорировать.

«Ты в два раза сильнее любого из них. Твое дело не закончено. Твоя жизнь не закончена. Ты будешь жить, Аш. Ты выживешь».

И готовый раствориться во тьме, он увидел ее…

Девушку с глазами, как драгоценные кристаллы.

Всего лишь один взгляд ее прекрасных глаз, и он тянется к ней…

Хорошенькая смеющаяся девушка, она, танцуя, ускользает от него в белоснежном саду. Ее чудесные волосы, как солнечный свет завораживают его.

А еще у нее была улыбка, вызывающая мысли о невинности и одновременно - о грехе.

А ее глаза… Он в жизни своей не видел таких глаз: изумрудные, а когда она улыбается они как листва на рассвете. Он долго вглядывался в эти огромные глаза, вглядывался, завороженный ими…

Она дарит обещания, уводит от смерти. Назад к ней! Назад к жизни! Она его спасет!

Он будет бороться. Он будет жить.

Вдох причинял ему нестерпимую боль, выдох – непереносимые страдания, – и каждый длился как будто целую вечность.

И начал восстанавливать череду событий. Неистово с твердой решимостью восполнял в памяти горестную летопись произошедшего.

… и начал чувствовать.

И вспыхнуло воспоминание - он, распростершийся на земле, и… вытекающая из него жизнь. Лиза склоняется над ним, ловит его взгляд, и ее огромные глаза полны ужаса. «Не оставляй меня!» - кричит она.

И снова он медленно и размеренно приходил в сознание. Тьма постепенно рассеивалась в его разуме, давая мыслям сформироваться. Ему нужно проснуться. Что-то случилось. Что-то не так.

Он был словно в огне, вспотевший, его кожа покалывала. С каждым вздохом, в носу обжигало. От каждого выдоха, его грудь пульсировала, как будто была исцарапана битым стеклом. Он согнул и выпрямил пальцы. Суставы онемели и распухли. Потягиваясь, он выгнул спину. Когда пошевелил пальцами, острая боль прошла по его руке к плечу. Каждый позвонок в его теле хрустнул, некоторые даже вставая на место, причиняли боль.