Хранители библиотеки Древних 

Предисловие

Уважаемые читатели!

Если вы взяли с полки эту книгу — значит, готовы погрузиться в совершенно другую историю Древнего Египта, а также археологию, связанную с эпохой фараонов и миром, который процветал задолго до известных нам древних египтян.

Несколько лет назад, разбираясь на полках в кабинете отца, я обнаружил небольшой офисный короб с текстами, набранными на печатной машинке и написанными от руки витиеватым почерком. Большинство записей оказалось семидесятилетней давности: одни изрядно выцвели, с десяток листов были измяты и снова разглажены, словно их по ошибке выбросили в корзину для бумаг, но потом спохватились и вернули обратно в папку, где-то не хватало страниц, где-то предложения сливались в сплошные пятна из-за расплывшихся от влажности чернил… Но этот факт не оттолкнул меня, а, наоборот, подхлестнул заняться изучением старой рукописи. Ею оказался дневник историка доктора Джонатана Эдварда Бра́йтона, который был продолжен моим отцом, Сахемхе́том Аджа́ри (в последние годы жизни упоминавшим его как архив и жаловавшимся, что на обработку и издание которого у него так и не хватило ни времени, ни таланта писателя, ни углубленных знаний в грамматике хотя бы одного из трех языков, которыми он свободно владел на разговорном уровне).

Мне удалось восстановить бо́льшую часть текста, однако, некоторые фрагменты воссоздавал и дорабатывал, опираясь на свои воспоминания о родителях, на рассказы бывших сотрудников каирского музея и Службы древностей, на истории, звучавшие в моем детстве.

Над читабельностью обоих дневников также пришлось поработать. В итоге, я убрал в первой части, написанной доктором Брайтоном, несущественные научные отступления и объемные рассуждения, громоздкую терминологию, календарную датировку, сгладил стилистические шероховатости для удобства чтения; а вот над второй, автором которой являлся уже профессор Аджари, пришлось основательно потрудиться в должности переводчика, ибо в ней, кроме английского языка, использовалась и арабская вязь, и древнеегипетская иероглифическая скоропись, бывшая в обиходе писцов третьей и четвертой династий, что затрудняло понимание и правильность сопоставления фрагментов текста (отец предпочитал делать записи на писчей бумаге перьевой ручкой и незнание написания на одном языке восполнял словами и даже абзацами на другом). В некоторых главах я счел необходимым добавить примечания, что, на мой взгляд, раскрывало некоторые аспекты, непонятные людям, далеким от научных тонкостей.

Почти три года все свободное время я проводил над дневниками, что сейчас в ваших руках. Тяжелый, кропотливый труд, но он не способен сравниться с тем, что сделали люди, о которых будет идти речь. Рискуя своей научной карьерой, положением в обществе и даже жизнью, они изучали наследие высокотехнологичного мира, ставшего основой для развития культуры Древнего Египта, и творения которого ошибочно принимаются за созданные людьми первых четырех династий.

Я посвящаю эту книгу памяти сильных духом и преданных своей цели ученых: Птаххетепа, Стефании Аджари, Джонатана Брайтона, Захии Хавасса и моих родителей — Сахемхета Аджари и Эмилии Карнарвон, чтобы их работа не канула в забвение, а нашла своих последователей, и исследование додинастической цивилизации, процветавшей более сотни веков назад на берегах Нила и строившей великие пирамиды, не останавливалось ни на мгновение.

С уважением, профессор Стефан Захия Джонатан Аджари-Карнарвон.