Гирлянда историй

Вьюга

Такое могло случиться только со мной. Да еще 31 декабря. Я же везучая по жизни.
Начну с того, что я - Оксана Акимушкина - работаю помощником президента медиа-холдинга “Полюс”. Смешно? И мне тоже. Не знаю, чем руководствовался Вениамин Лаврентьевич Золотарёв называя свое детище таким именем. Но порядком мне надоело отвечать клиентам на вопрос:
- А вы на Северном или Южном полюсе находитесь? И как белые медведи много рекламы заказывают? - Шутят так.
Так вот. Я одна в коллективе не замужем. Не обременена семьей. И меня всегда можно напрячь в выходные и праздничные дни.
Вот и сегодня, Золотарёву понадобились документы по рекламе “Акация” - нового косметического бренда.
Не могла и предположить, что сяду в холодную, с не до конца закрываемым окном электричку. Так что ветер гулял по всему вагону.
Теперь жду автобус. В богом забытом месте. Полчаса жду уже. По расписанию он должен был прийти еще десять минут назад. Но на остановке ни одного человека, кроме меня.
Я начала притопывать ногами. Хваленая теплая шубка не оправдала хвалебных отзывов продавца. И я порядком уже мерзла.
- Вот растяпа, ты Оксана. - Отругала саму себя. - Не могла варежки с собой взять.
Пять минут назад легкий и пушистый новогодний снежок, превратился в колючую и противную вьюгу.
Я полезла в карман шубки, хотела достать мобильный телефон и позвонить президенту, но к моему ужасу, его не было в нем. И другой карман был пуст, за исключением, пятидесяти копеек невесть откуда завалявшихся там.
- Блеск, Акимушкина! - “Похвалила” я себя. - Можно подумать новый год я не встречаю. - Бубнила я вслух, натягивая шапку как можно больше на уши. И дуя на озябшие руки. - Почему именно сегодня приспичило ему документы. А как же его драгоценная рыбка позволяет работать в такой праздник?
За все время, что я стояла на остановке, ни то что машины, даже какого-нибудь подшофе прохожего не прошло.
Ничего не остается, как идти пешком. Пошла. Не знаю, сколько времени шла. По моим ощущениям не меньше двух часов. Вьюга превратилась в метель. Мокрый и колкий снег норовил забраться мне и в рот, и за шиворот. Ресницы заледенели. Губы онемели.
Уставшая, голодная и замерзшая - я готова была лечь в пушистый, мягкий и белый сугроб. Прямо на обочине. Но заставляла себя идти дальше, еле передвигая непослушные от усталости и холода ноги. Только я могла надеть полуботинки. Хорошо хоть шубка была до колен.
Вселенная сжалилась надо мной. На пути возник указатель: “Новоселье” через лес один километр”.
Но кто ж знал, что дорогу заметет и я заблужусь.
Проваливаясь в рыхлый снег, черпала его ботинками. Итог: джинсы промокли. Я уже не чувствовала ног. А сугробы манили и манили прилечь. И так хотелось, чтобы снежинки меня укрыли теплым покрывалом.
Поддалась искушению. Бросила в самый, на мой взгляд, удобный и мягкий сугроб папку с документами и прилегла. Дав себе слово, что полежу только пять минут…
Вениамин Золотарёв уже третий час звонил своей своенравной помощнице. Гудки шли, но ответа не было.
- Акимушкина! - Смотря на телефон, чуть ли не кричал он. - Опять телефон забыла дома?
Последний раз позвонив, он решил отправиться на ее поиски.
- И за что мне это рыжее наказание? А?
Надев теплую куртку, и поставив автодозвон, он вышел из дома.
Завел машину, и отправился искать потеряшку.
- Ну, что за гордость - отказаться от служебной машины? - Он вел машину сосредоточено. - Все. Мое терпение иссякло. После праздников отправлю учиться на права.
Подъехав к автобусной остановке - никого. Поехал на вокзал. Там тоже ее не было.
Мелькнула мысль, что пошла пешком.
- Это ты можешь, дуреха! Да еще через лес! - Свернул в сосновый бор. Начало темнеть. Проехав около двухсот метров, Вениамин, наконец, увидел Оксану.
Припорошенная снегом. Шапка валялась в стороне. Руки девушки в кармане шубы.
-Убью! - Рыкнул он, стремительно выбегая из машины. - Лично убью, дуру!
А сердце гулко трепетало: “Опоздал… опоздал…”
Опустившись на колени прямо в снег, Вениамин проверил пульс. Бьется.
Взяв ее на руки, также быстрыми шагами направился к машине. И помчался домой, не разбирая дороги.
“Хорошо, хоть баня натоплена”.
Не заходя в дом, на руках с Оксаной Вениамин направился в баню.
В предбаннике раздел, оставив на ней только ярко-желтое кружевное белье. Стал растирать.
Я проснулась от того, что мою кожу покалывало. Открыв глаза, увидела мягко говоря, разъяренный взгляд президента.
- Акимушкина! Ты что творишь! - Проорал он. - А если я бы не успел? - Он внес меня в парилку.
И тут я поняла, что перед президентом практически нагая.
- Вениамин Лаврентьевич, что вы творите?! - Возмущенно стала вырываться из его объятий.
- Умолкни! - Он опустил меня на полоти. Бережно положив животом вниз. - Иначе, я не ручаюсь за себя! - На стене, приглушенной светом, льющемся из предбанника, мелькнула тень веника.
Хлестнул по ягодицам.
- Больно! - Встрепенулась я.
- Мало! - Прозвучал ответ.
Следующими на очереди была спина, а затем и ступни, и ноги.
Я уже разомлела.
- Значит так, Акимушкина Оксана Леонидовна, слушай меня внимательно и запоминай! - Каждое его слово сопровождалось хлестком веника.
Я навострила уши.
- Мне твоя способность находить неприятности, на одно твое место - надоела. Хм, очень симпатичное место, между прочим, Акимушкина! - И веник опустился на это симпатичное место. - Я ждал. Но ты не исправима и слепа, как крот!
- У меня стопроцентное зрение! - Возмутилась я.
- Может и стопроцентное, но дальше своего носа - все равно не видишь! - Он на секунду замолчал. - Так что вижу только один выход: тотальный контроль за тобой!
- Еще чего! - Я посмотрела на босса.
Его взгляд обжег мои губы.
“Спокойно, Оксана. Тут жарко. Это же баня!”
- Ох, Акимушкина! - Он снова выразительно посмотрел на меня. - Нет мне покоя от тебя! Ни днем ни ночью. Так что выход только один - стать тебе Золотарёвой.
Я аж упала с полати.
- Ну и шутки! - Поднялась я, потирая ушибленное бедро.
- А я шучу разве? Давай для начала просто начнем встречаться? - Спросил он.
- А как же Драгоценная рыбка? - Уточнила я.
Он рассмеялся.
- Это моя двоюродная сестра. Мне хотелось тебя позлить немного. – И, подумав, добавил: - Узнать: умеешь ли ты ревновать? Но ты всегда такая сдержанная. - Он вздохнул.
- Посмотрим! - Ответила я на предыдущий вопрос, беря веник в руку, намереваясь и его отхлестать.
- Ты мне всю душу измотала, с первого дня еще! - Поведал Вениамин. - Пришла, заявив, что лучше помощника мне не найти! Красивая и бойкая! Я тебе хоть немного нравлюсь?
- Если только немного. - Принялась юлить. Не скажу же, что он мне тоже сразу понравился.
- Отлично, Акимушкина. - Он горячо посмотрел на меня. - Значит у меня есть шанс?
- Есть! - Ответила честно.
- Прекрасно, Золотарёва! - Он стал медленно ко мне приближаться.
А я? А я и не возражала...