Дежавю

Глава 8

Утром, в школу я собиралась с особенной тщательностью. Если удастся навестить любимого, не хотелось бы выглядеть как серая мышь. На уроках-то, я старалась особо не выделяться, являясь ярым противником излишнего к себе внимания. Конечно, Кирилл меня видел любой, даже с опухшим от слёз лицом. Однако неизвестно когда ещё нам выпадет случай встретиться. Хочу, чтобы он запомнил меня красивой.

Проснувшись пораньше, я успела вымыть и накрутить волосы. Надела расклешенную чёрную юбку по колено и нарядную кофточку. Довольная своим внешним видом, я даже слегка подкрасила ресницы маминой тушью и нанесла на губы немного прозрачного блеска. Красота!

Покрутившись перед зеркалом, сама себе удивилась. Несмотря на свой невысокий рост, я стала выглядеть как очень даже симпатичная девушка, а не забитый, угловатый подросток.

Главное, маме на глаза не попасться. Я впервые выхожу зимой из дома в тонюсеньких колготках. Не ровен час, ещё передумает.

Накинула на плечи своё зимнее пальто и, крикнув в сторону маминой комнаты, что сегодня иду в школу пешком, выбежала, от греха подальше.

А на улице похолодало. Очень. Подозреваю, что, несмотря на быстрый шаг, до своего учебного заведения я добралась изрядно посиневшей.

– Шилова, стой! – Тимка, на ходу разматывая шарф, шёл в мою сторону. – Вчера, среди своих учебников нашёл.

Он протянул мне мою тетрадку по литературе. Окинув меня внимательным взглядом, присвистнул.

– На Ромыча запала, что ли?

– Ершов, совсем умом тронулся? Я что, похожа на больную?

– Ну а что, от вас вчера в классе прямо заискрило, – хохотнул он. – Да и девчонки наши все как одна за ним бегают.

– Заискрило, да не то. Просто к бабушке сегодня попасть хочу, а ждать пока переоденусь, никто не станет, уедут без меня. – Я решила всё-таки прояснить ситуацию. – Так что, не придумывай того, чему не бывать.

– Ну, как скажешь. – Тимка посмотрел куда-то, за моё плечо. – Идём, урок скоро.

Я обернулась и встретилась глазами с Громовым. Мрачный как туча, он стоял всего в паре метров от нас и мог слышать каждое наше слово.

К счастью, учебный день хоть и тянулся непривычно медленно, обошёлся без приключений. Долгожданный шестой урок подходил к концу. Наш физрук, Семён Александрович, которого между собой мы называли просто – Саныч, постоянно куда-то названивал и, полностью погрузившись в свои заботы, не обращал на наш девятый «А» класс никакого внимания.

Только зря переодевалась в спортивный костюм.

Нетерпеливо ёрзая на длинной скамейке, я то и дело поглядывала на часы. Завершив очередной телефонный разговор, Саныч подозвал к себе Рому. Этот «добряк» был у нас старостой класса. О чём-то поговорив с любимчиком и передав ему ключи, физрук бодрым шагом направился к выходу из спортзала, а через пару минут, звонок известил нас об окончании урока.

В раздевалке было душно. Переодевшись, я спешно рванула к двери и, как следствие невнимательности, налетела на возникшую из ниоткуда преграду. Попытка её обойти не увенчалась успехом. От Громова так просто не сбежать.

Сцепив руки в замок у меня за спиной, он терпеливо ждал, когда женская раздевалка опустеет. Со стороны можно было подумать, что мы о чём-то мило воркуем.

– Не дёргайся! – Рома говорил шёпотом, а его тёмные глаза излучали арктический холод.

– Ты в своём уме?! Отстань от меня!

Я попыталась вырваться, но очень быстро поняла, насколько это глупая затея. Дабы я не сбежала, Рома буквально впечатался в меня. Пнуть его хорошенько тоже не удалось.

– Да тихо ты, говорю! – прошипел этот псих.

– Насть, всё нормально? – Тимку я могла только слышать, так как лицом упиралась в Ромину грудь.

– Ага, – уже сквозь зубы ответила я, ибо Громов сжимал меня так, что казалось кости треснут. Ещё и на ногу наступил, для верности!

Тимофей ушёл. Он так ничего и не увидел или не захотел увидеть…

Иногда благоразумнее пройти мимо, не мне его обвинять.

– Отпусти, чудовище! Мне, между прочим, больно!

– Останемся одни – подую, – одним уголком рта «обрадовал» меня Громов.

– Вот он, апофеоз всех моих мечтаний, – раздражённо пробубнила я.

В спортзале стало тихо. Ромка, негромко выругавшись, когда я толкнула его локтём под ребро, затолкнул меня обратно в раздевалку и запер за мною дверь.

– Мышка в клетке! – издевательски пропел парень.

– Ромка, выпусти меня! Пожалуйста! – ответом мне было молчание. Я точно знала, что он стоит за дверью. Стоит и улыбается. – Как же я тебя ненавижу! Ненавижу, Громов! Слышишь?!

Тишину прорезал звук удаляющихся шагов.

– Ромка, не уходи! Выпусти меня!

Я дёргала дверную ручку в тщетной попытке выбраться. Молотила по ней ладонями, пока не перестала их чувствовать. Тем временем часы показывали уже четырнадцать двадцать пять. От разочарования захотелось завыть. Что это – злой рок, Судьба?

Бессилие от понимания, что мой шанс увидеть Кирилла безвозвратно потерян, разрывало нутро изнутри. И тогда я заплакала. Слёзы вперемешку с тушью оставляли некрасивые, солёные дорожки на лице. Так прошло ещё минут сорок. Легче не стало. Теперь я испытывала не беспомощность, не унижение, не боль. Я испытывала ярость.

За дверью вновь послышалась возня. Затем та медленно приоткрылась, и в проёме показался Рома. Не говоря ни слова, я врезала по его наглой, высокомерной физиономии. Потом ещё раз и ещё…

– Эгоист! Убью тебя. Вот этими руками! Тебе на всех кроме себя наплевать!

– Успокойся. – Он быстрым движением скрутил меня – Настя, всё.

– Пусти, ненавижу!

– Успокойся. Тише… – Громов прижал свой палец к моим губам, и посмотрел на меня в упор пустыми, ничего не выражающими глазами.

Когда я затихла, тщательно вытер рукою разводы на моих щеках и только затем отпустил. Сделал шаг в сторону, пропустив меня к выходу, и запер дверь.

– Никогда тебе этого не прощу! – зло крикнула в его прямую спину.