Сандра

Глава 4

Планам Лики не суждено было осуществиться с самого утра; наша одежда, добросовестно выстиранная обслуживающим персоналом, еще не высохла. Пришлось пару часов после пробуждения сидеть голодными и маясь от безделья (маялась в большей степени Лика; я же пыталась законспектировать события последних дней в тетрадь, которую прихватила с собой из родного измерения вместе с сумкой). Стараясь ничего не приукрашивать, я в самых мрачных тонах обрисовала ситуацию. Лика, читавшая, заглядывая мне через плечо, заметила, что такими темпами героини не доживут до конца книги.

Размышления вслух о горькой участи несчастных дев прервал стук в дверь. Это была наша одежда.

- Интересно, здесь изобрели утюг? – вопросила Лика, критически оглядывая нечто скомканное, бывшее в прошлом ее сарафаном. – Хотя бы допотопный, тот, что на углях работает?

- Может, утюжка не включена в чек? – пожала плечами я, быстро одеваясь. – Поспеши, Лика, иначе мы не успеем посмотреть город до того, как вернуться наши строгие соглядатаи.

- Они, кажется, не сказали, когда придут, - с тревогой заметила подруга.

- И даже не сказали, куда точно идут, - нахмурилась я. – Но Гераден вскользь упомянул о присутственных местах… И если я что-то понимаю в работе чиновников, то проторчат наши спутники там до вечера.

- Хорошо бы, - согласилась Лика. – Пошли сперва позавтракаем, а то денег все равно нет, в городе уже не перекусишь.

Мы спустились в общий зал таверны. Он был пуст, вероятно, постояльцы уже позавтракали и разошлись по своим делам.

Выбор кушаний был невелик – все те же яйца, хлеб да квас.

- Хочу картошечки. Жареной! – прошептала с надрывом Лика.

- Забудь, - вздохнула я. – Не в этом мире. Кстати, - я наклонилась пониже к тарелке и украдкой глянула на стойку, - тебе не кажется, что этот трактирщик слишком много пялится на нас?

Лика повторила мой маневр, только запрокинув голову: сделала вид, что допивает квас, а сама окинула помещение быстрым взглядом.

- И правда, - согласилась она. – С чего бы это?

- Я знаю с чего, - настроение мое, отнюдь не радужное, совсем испортилось. – Наши приятели не такие наивные. Они наверняка сказали ему проследить, чтоб мы не покидали таверну.

- Что же делать? – расстроилась Лика.

- Подняться в комнату, - сказала я, вставая. – И вылезти в окно, - добавила я, когда мы поднимались по лестнице.

Лика захлопала в ладоши:

- Точно! Сашка, ты гений!

- Только у меня вопрос, - я выглянула в окно и оглядела пустынный внутренний дворик. – Как мы спустимся, а главное – как мы поднимемся потом?

- Очень просто. – Лика свесилась вниз и указала мне на что-то. – Видишь, под нами окно, забитое досками. По ним, как по лестнице, можно и спуститься, и подняться.

- Ты первая, - заявила я, застегивая под подбородком плащ.

Лика проворно выбралась наружу.

- Спускайся, - махнула она мне с земли.

Я немедленно повторила подвиг альпинизма. Мы с Ликой переглянулись.

- Накинь капюшон, - посоветовала я ей. – Мы здесь инкогнито, тс, тсс! – обратилась я к невидимым зрителям, приложив палец к губам.

Лика покатилась от беззвучного смеха:

- Ой, не могу! Так мы идем в город или нет?

- Идем, - я огляделась в поисках выхода на улицу. – Как бы нам только не заблудиться.

- Да брось, - беспечно отмахнулась Лика. – Язык до Киева доведет.

Я, наконец, приметила узкий проход между зданиями и устремилась туда. Подруга, естественно, за мной.

Вам никогда не хотелось вернуться на несколько веков в прошлое, чтобы посмотреть, как выглядел ваш город в то время? Меня, если честно, довольно часто посещала эта идея, и вот теперь мы шли по мощеным гладким булыжникам улицам "старажытнага Менска". Ну, может, не совсем такого, какой он был в нашей реальности, но с минимальными отличиями. Со слов Сэранока я поняла, что далеко не каждый второй тут – див или маг.

Движение было весьма оживленным: туда-сюда сновали люди, проезжали телеги; возничие зычно покрикивали что-то неразборчивое, и народ живо расступался, чтобы не быть задавленными.

Мы стояли, прижавшись к стене, и пережидали, пока мимо нас проедет телега, груженая глиняной посудой. Вдруг в здании напротив отворилась дверь, оттуда вышвырнули котомку; за ней быстро вышла невысокая сухонькая старушка, и вылетел поток ругательств, которые, если бы под рукой были тетрадь и ручка, стоило записать для потомков, поскольку такие обороты речи давно отсутствовали в современном языке.

Местный колорит мешал понять смысл, так что мне удалось уловить только какие-то угрозы и кары, призываемые на голову всех проклятых «корениц», знающимися с некоей фигурой, именуемой «княжа темностий».

Скажу прямо, я была не на шутку заинтригована. Для начала старушка была первой встреченной нами ведьмой. А во-вторых, мне было интересно, за что попрекают ведунью в мире, где магия не была чем-то за гранью дозволенного.