Ведьма

3

- Тамара, а почему нельзя вам любить?
Плохой вопрос. Неправильный. 
Зачем тебе это, Матвей? Что изменится от знания? Перестанешь смотреть на меня так, как сейчас, поблескивая угольками глаз из темноты? Перестанешь прикосновений искать? Останавливаться каждую ночь у двери моей, набираясь решимости? 
- Потому что ведьма, полюбившая, отдает себя любимому. И теряет свои силы. 
- Но ведь как-то же вы живете? Неужели, без любви совсем?
- А что в этом такого? Многие без любви живут. Может и нет ее? Откуда ты знаешь? 
- Знаю. Я - знаю. 
- Вспомнил? 
- Нет. 
Я больше не задаю вопросов. И не жду от него. Он все понимает. Я уверена, что понимает. Он живет здесь, в лесном домике, со мной, уже два месяца. Июль и август. Он видит, какой я возвращаюсь каждый раз из поездок в деревню, где принимаю пациентов два дня в неделю. Хотела бы чаще, но не смогу. После этих лечебных смен я восстанавливаюсь примерно пару дней. Когда легче все проходит, когда тяжелее. Но по-другому никак. Он не говорит ничего. Просто молча снимает меня, обессилевшую,  с сидения мотоцикла, несет в комнату. Укладывает. 
А еще я знаю, что он не уходит к себе в этих ситуациях. Сидит рядом со мной и смотрит. Иногда берет за руку. И один раз поцеловал ладонь. Я это почувствовала сквозь морок беспамятства. Словно дружеское, теплое плечо. Мой камень на солнце. 
Я могла бы его отпустить. Процесс восстановления запущен, его не остановить. Матвей может возвращаться к нормальной жизни. Для службы он, конечно, не годен, навсегда останется инвалидом, но жить будет полноценной жизнью. Заведет семью, детей...
Но Матвей на все мои слова молчит. Иногда скалится:
- Нихрена ты, ведьма, еще не закончила. Не долечила. 
А я и не сопротивляюсь его словам. Мне так легче. Мне уже привычней. И, хотя и понимаю, что отпускать потом будет больно, но ничего с собой поделать не могу. 
Глупость я сделала, когда взяла его. Огромную глупость, о которой предупреждала бабушка. Не протяну я долго теперь.