От изгоя до фаворита (ном Книга 2)

Глава 10. Пленник

Поселение на болоте

Ну кто мешал мне для начала выяснить все тонкости землевладения в королевстве, а лишь затем заявлять права на никому ненужный кусок земли? Да и поговорить с бывшим рабом тоже имело смысл, – в который уже раз мысленно укорял себя я.

Мало того, что я фактически привязал свою жизнь и дальнейшую судьбу к этому поселению, так ещё и умудрился сделать это в тот момент, когда империя Ворт приготовилась к новому вторжению. Хотя, скорее всего, речь не идёт о полномасштабном вторжении, так как Готор бы уже и сам начал стягивать войска к этому участку границы. С другой стороны, даже тысячи бойцов будет вполне достаточно, чтобы захватить пару-тройку приграничных застав и разорить десяток близлежащих селений.

В сущности, речь скорее шла о проверке реакции соседа на вторжение, чем о войне. Как рассказал Кел, подобные вторжения случались довольно часто, но всякий раз гвардия Готора успешно отбивала пробный рейд и на какое-то время приграничные аристократы империи затихали.

В чём же заключалась моя главная проблема? До начала вторжения я не мог выслать поселенцев в более безопасное место, превратив селение и прилегающую территорию в сплошные оборонительные укрепления. Законы Готора запрещали аристократам такой шаг, за исключением случаев реального вторжения войск врага на земли королевства.

И в то же время, как только начнётся вторжение, я уже не смогу вывести из селения мирных жителей, ведь единственная дорога через болото выходит в двух часах ходу от границы. В сущности, мирные жители при любом раскладе, если я что-нибудь не придумаю, обречены погибнуть в этом болотном оазисе.

Другой проблемой было то, что аристократ, в любом случае, не имеет права бросить на произвол свои земли. То есть, я, как минимум, обязан был принять бой, и лишь при невозможности сдержать продвижение врага, или серьёзном ранении отступить.

Помимо этого, мне сейчас требовалось вникнуть в сотни мелочей, которыми в обычных условиях должен заниматься управляющий. И главное, в селении не спешили признавать меня хозяином и выполнять мои приказы. Годы вольницы и фактического безвластия сделали людей в этом селении чрезмерно свободолюбивыми. Лишь командир местного гарнизона и представитель королевской канцелярии, приезжавший три раза в год, могли принудить местных повиноваться.

И вот сейчас, когда я собственноручно услал тролля с его бойцами на приграничную застава, у меня не было никаких шансов заставить мирных жителей выполнять мои распоряжения. Оставалось надеяться только на то, что тролль быстро вернётся и поможет мне взять власть в свои руки.

Сейчас же моим бойцам оставалось лишь самостоятельно укреплять оборону этой, пока ещё не моей, земли. Строить частокол вдоль болота смысла не было, хотя, скорее не было времени, а потому мы решили построить малый форт на перешейке, отделяющем поселение от королевского тракта. По заверениям местного старосты, враги не смогут обойти перешеек по болоту, так как даже местные жители не смогли обнаружить ни единой тропы, за исключением дороги, по которой мы пришли сюда.

Пока люди с орками и эльфами возводили частокол, а гоблины создавали систему ловушек на подходах к поселению, а дроу с двумя десятками ночных эльфов патрулировали окрестности, я пытался придумать хоть какой-то способ для того, чтобы вывезти женщин и детей в близлежащий защищённый город, но пока ничего путного в голову не приходило.

Мне сейчас не хватает маркизы. Пусть она и предала меня, но другого источника информации о законодательстве королевства у меня не было. Быть может, мне стоило оставить её при себе, однако, я давным-давно выкупил её и дал свободу, хотя, судя по всему, она сама об этом забыла. В общем, я избавился от взбалмошной эльфийки в первом же поселении, о чём до сих пор не жалел.

– Илли, – позвал я свою приёмную дочь. – Тебе будет нужно на какое-то время перебраться в хорошо укреплённый город.

– Я больше никуда одна не поеду! – заявила моя дочь.

– Если мы не сможем сдержать врагов, то посёлок обречён, – спокойно сказал я, хотя внутри всё кипело.

– Если ты погибнешь, то я вновь окажусь на руднике, – сжавшись и обхватив себя за плечи, сказала девочка.

– Ты свободна, а потому… – начал было я, но был перебит дочерью.

– Я свободна только потому, что у меня есть отец. Разве ты не видел, на что готов род ради моего устранения?

– Они получили твои земли, а потому…

– Маркиза разве не рассказала тебе, что только моя смерть или отказ от имущества гарантирует то, что мой муж не предьявит права на эти земли? Мой отказ, а не отказ опекуна.

– А кто об этом рассказал тебе? – удивлённо спросил я.

– Моя родственница, пока я была в плену, – сдерживая слёзы, сказала Илли.

– И почему об этом ты мне рассказала только сейчас?

– Я думала, что маркиза тебе об этом говорила, – пожав плечами, ответила девочка и всхлипнула.

– Теперь хотя бы понятно, почему твоя семейка так и не отцепилась от нас, – зло скрипнув зубами, сказал я, а затем обнял свою дочь и прижал её к себе. – Значит до твоего замужества будем держаться вместе, а заодно постараемся решить все вопросы с твоей роднёй.

– Как решить? – не поняв смысл моих слов, спросила дочь.

– Так, чтобы ни у кого больше не возникло желания брать тебя в плен ради выкупа, – ответил я, улыбнувшись девочке, но видно в моём голосе проскользнули хищные нотки, так как даже обычно невозмутимый муас тихо заскулил от этих слов.