Приговор: виновен

Глава 15.

Глава 15

Black Veil Brides- In the end

- Пожалуйста, расслабься, Стейси.

Джо подошел сзади и нежно обнял девушку за талию. Стейси глубоко вздохнула. Она уже минут пятнадцать не могла вдеть вторую сережку, так сильно у нее дрожали пальцы.

- Я представляю себе всю эту мрачную толпу и чувствую, как у меня пропадает голос,- Вильямс покачала головой. Упрямая кудрявая прядка вновь выбилась из тугого пучка на затылке и торчала в сторону, как рог у молодого козленка. Девушка зло заправила ее обратно, с усилием надавив на голову.

Джо поцеловал ее в затянутое черной плотной тканью плечо. У погоды тоже был траур: температура от почти тридцати резко упала до семнадцати градусов, дул холодный пронизывающий ветер, а небо затягивали свинцовые тучи, тяжелые и обрюзгшие, как старый полный человек.

В зеркале в маленькой, мило обставленной комнаты мисс Вильямс отражались фигуры двух подростков. Юноша, высокий и подтянутый, казалось, только что сошел с рекламного постера новой коллекции классических мужских костюмов Hugo Boss- само воплощение мужского стиля и элегантности, эдакий современный принц, которому белого коня заменила черная «Камри». Девушка же, маленького роста, в очень узком, наглаженном черном костюме и с одной бриллиантовой сережкой в ухе, огромными испуганными глазами оглядывала себя со всех сторон, беспокойно поворачиваясь то тем, то другим боком. Но вовсе не внешний вид был причиной тревоги Стейси, а то, что ей предстояло выступить на огромную аудиторию с мягко сказать неоднозначными заявлениями.

- Давай я помогу тебе,- не выдержал Джо. Он взял ее ладонь в свою, коротко поцеловал запястье и мягко разжал дрожащие маленькие пальцы. На белой мягкой ладошке лежала крохотная блестящая сережка-гвоздик, бриллиантик, разбрасывающий вокруг едва заметные белые пятнышки. Джо на секунду замер, по привычке придирчиво разглядывая камень- так всегда делала его мама. Наконец, он кончиками пальцев взял драгоценную крупинку и без проблем застегнул сережку в ухе девушки.

- Теперь ты не так похожа на Скарлетт Йохансон из того фильма про художника.

Стейси нервно улыбнулась. Она не удержалась и уткнулась лицом ему в ключицу. Джо мягко гладил ее по плечам кончиками пальцев. На какой-то миг Вильямс отчаянно захотелось снять с себя этот узкий неудобный костюм, снять с него пиджак и новую, с иголочки сшитую черную рубашку и просто лечь рядом, свернуться калачиком у его плеча и убедить себя, что все хорошо, что двадцать первое июня- выдуманная страшилка, что нет никакой Кайры Тимбелл, выставляющей истории, где она обедает с семьей Саммерс, нет никаких напряженных взглядов и смешков.

Но реальность никуда не исчезала- она плотными свинцовыми тучами давила на голову, на плечи и руки девушки, заставляя ощущать эту странную тревожность и страх без видимых на то причин.

В комнату постучались. Стейси оттолкнула Джо в грудь ладонью и открыла дверь. Там стояла мама, как всегда безупречно одетая и с уложенными волосок к волоску светлыми волосами. Миссис Вильямс помяла в руках черный кожаный клатч, прежде чем сказать дочери:

- Стейси, уже без пятнадцати. Я думаю, пора ехать.

- Я тоже так думаю,- кивнул Джо, засовывая руки в карманы. Стейси коротко кивнула и, схватив сумку и планшет с заправленными в него бумагами, с готовностью выпрямилась в струнку.

- Я… я готова,- двузначно произнесла она. Джо понял это как то, что девушка была готова ехать; но мама, как женщина, прочувствовала настроение фразы.

- Джо, сходи пока с Лиамом, заведите машину. Он ждет внизу,- она немигающим взглядом уставилась в лицо Джо. Тот немного замялся и поспешно вышел из комнаты.

- Детка,- Хилари взяла дочь за обе руки. Контраст ее белой кожи рядом с молочной Стейси смотрелся очень экзотично.- Я хочу сказать тебе вот что: что бы ни произошло, мы в тебя верим. Мы любим тебя и гордимся тобой. Я понимаю твое волнение из-за выступления, тем более, тебе поручили не просто составить красивую речь, но, можно сказать…- мама не смогла подобрать нужного слова.- В общем, мы с папой за тебя, что бы ни случилось. И даже если ты забудешь все до единого, что хотела сказать, мы все равно будем тебя поддерживать.

- Хорошо, мам,- Стейси выдавила вымученную улыбку. Хилари сверкнула белоснежными зубами, как у детей в рекламе пасты Paradontax, и поцеловала дочь в лоб.

- Ну, пойдем,- мама накрутила на палец ту самую непослушную прядку и ловко вправила ее в пучок. На то она и мама- больше волосы не выбивались из прически до самого вечера.

***

Заметив знакомую черную «Камри», Кейт заставила себя приподнять уголки губ. Она вообще старалась изо всех сил вести себя по возможности спокойно и жизнерадостно в присутствии Стейси; но в этот день, казалось, обстоятельства поставили себе целью вытащить из нее весь жалкий остаток нерастраченных эмоций. Воспоминания о прошлом лете не покидали ее с того самого дня, как она отправилась в Пристанище; всю неделю Робинсон подскакивала ночью в кровати от страшных снов- и страшными они были потому, что они не были плодом ее воображения. Ровно год назад она видела эти картины собственными глазами, она принимала участие во всеобщем хаосе.

Мало того, так еще и наступила та самая пятница. День посещений. В глазах Робинсон сложилась окончательная картинка происходящего; она теперь уже знала наверняка, откуда у шерифа взялась сигарета Хьюста и как это связано с его же фляжкой у Бобра. Если бы не церемония, Кейт отправилась бы в участок с первым лучом рассвета, но это было бы крайне подозрительно. Робинсон приходилось изо всех сил скрывать свою косвенную причастность к делу Рейеса, и пока что ей это удавалось на славу.

Из толпы вышел Джейсон. Он был одет теплее всех, в громадной черной дутой куртке и вязаном свитере под ней. Робинсон, в своем шелковом платье-футляре, казалась дюймовочкой на фоне этого громилы.