Наследство

Глава 4

Зайти с утра к Родике я так и не успела. Зато успела получить в свою сторону осуждающий взгляд от соседки. Не знаю, кто она такая, но жуткая старуха. Её дом чуть дальше и ниже бабушкиного, точнее, уже моего. Одноэтажный, выкрашенный в грязный салатовый цвет и окружённый таким же противно-зелёным забором с пиками на верхушках. Задним числом, уже будучи на полпути к новому месту работы, я осознала, что скорее всего эта женщина — та самая баба Галя.

Отправляясь в соседний посёлок больше нашего всего в полтора раза, я не думала о том, как буду устраиваться на работу в чужой стране, не зная языка с иностранным дипломом. Все мои мысли были лишь о прошедшей ночи. Кому потребовалось проворачивать со мной такую злую шутку? Это наверняка была шутка, иначе я просто схожу с ума. Мне нужна конкретика, какое-то объяснение, что-то разумное и логичное, способное вписаться в современную жизнь, вообще в реальность, как таковую.

Ответа я, естественно, не нашла. Сложно было хоть как-то истолковать произошедшее в условиях наличия здравого рассудка. В противном случае я склонна думать, что с этим домом что-то не то. Нет, не так. Я думаю, что стрига существует. Бабушкина история вовсе не была вымыслом. Бабушка знала про этих существ и рассказывала мне об этом в детстве в виде сказки, не чтобы напугать, а предостеречь. Или мои нервы под тяжестью прошедшего года окончательно сдали, явив подсознанию вполне реального монстра, с которым можно бороться, вместо всех моих проблем.

Мне казалось, большая часть этих проблем осталась позади, но, так часто бывает, стоит разгрести пару крупных бед, как мелкие неурядицы начинают сыпаться на тебя нескончаемым потоком. Вот только я пока не определилась, является ли этот кто-то — а может, это нечто — бедой или маленькой проблемой? В любом случае, мне пришлось отвлечься от невесёлых размышлений, взять Настеньку за руку и по ухабистым не то тропинкам, не то дорожкам, пройтись до садика, который мне ещё во время вечернего визита посоветовала Родика.

Я ожидала чего угодно: категоричного отказа, недоверия, на крайний случай — допроса с пристрастием, но уж точно не того, что, едва увидев мой диплом, меня примут с распростёртыми объятиями. Да, предлагаемая мне зарплата оказалась не просто небольшой, а копеечной. Этого едва хватит на отопление и еду. Зато заведующая согласилась принять Настеньку абсолютно бесплатно. Правда, дочку направили в другую группу, но это ничего. Главное, чтобы мы были рядом.

Приступить мне разрешили тут же, персонала катастрофически не хватало, а оно и не удивительно. Этот посёлок тоже, как и мой родной, подвергся массовой миграции. Детей много — их родители оставляют бабушкам и дедушкам, уезжая на заработки заграницу, поэтому людей моего возраста и молодёжи практически не осталось. В нашем новом садике «Куркубеу» — «Радуга» — персонала было совсем мало, и тот состоял из женщин в большинстве своём предпенсионного возраста.

Изначально, я волновалась, что незнание языка станет серьёзной проблемой и главной причиной для отказа, но это, как выяснилось, никого не волновало. Заведующая, оказавшаяся чистокровной украинкой, направила меня в смешанную группу, где все детки были русскоязычными. Таких групп в садике было две: моя — с детьми до 3 лет, и группа некой Светы, которая присматривала за ребятами постарше.

Со Светой пришлось познакомиться в первую очередь. Оно и к лучшему, ведь этой женщине присматривать за Настей. А вот с моей группой пришлось повозиться. Мнения разделились: кто-то считал, что ребят лучше сразу перенаправить к новой воспитательнице, а кто-то, что мне стоит некоторое время побыть на подхвате, чтобы дети привыкли. В конце концов, потребности детей стали решающим фактором, и было решено, что мне придётся недельку побыть на вторых ролях.

Не сказать, что Света шибко обрадовалась — это я увидела по выражению её лица, — она наверняка подумала, что придётся со мной возиться, но я не собиралась ей мешать. Мне сейчас было важнее всего хоть как-то устроиться в этой жизни, а потом, когда мы с Настей привыкнем, можно будет поискать работу получше.

В течение всего времени в садике я с трудом удерживалась, чтобы не заснуть. Глаза слипались буквально на ходу, и во время тихого часа я всё-таки умудрилась прикорнуть, но и пяти минут не прошло, как Света потянула меня к поварихе знакомиться. Когда этот утомительный день подошёл к концу, я не могла понять: сон это или явь? Пришлось собраться.

С Настенькой мы успели на последнюю маршрутку до нашего нового дома, но дорога была такой ухабистой, что поспать мне снова не удалось. Добирались долго, а когда выбрались на улицу — было уже темно. Я достала телефон, но батарейка, как назло, села, и включить фонарик не было возможности. Я побоялась, что Настя запнётся и упадёт, и, превозмогая слабость, подхватила её на руки.

Идти было тяжело, я ничего не видела перед собой, будто чья-то тёмная ладонь заслонила луну. Создавалось ощущение, что под ногами у меня сплошная бездна. Это было так странно: после стольких дней, когда луна ярко освещала всё вокруг, внезапный мрак заполнил поля, лес, дороги и дома, весь посёлок, и нас вместе с ними. Сбоку от меня что-то громко заскрипело. Я вздрогнула, прижала Настю крепче к груди и резко обернулась. В лицо ударил луч света, и мне пришлось зажмуриться.

— Илинка?

Я облегчённо выдохнула.

— Ты что тут делаешь? — по ту сторону света поинтересовался голос Родики.

— С работы иду, — отозвалась я.

— Да на тебе лица нет. — Луч скользнул вниз, а затем снова послышался скрип. — Иди сюда. Давай, заходи в гости.

Сил не было даже на то, чтобы сопротивляться. Настя казалась неподъёмной, будто внезапно потяжелела килограмм на сорок, и я, с трудом переставляя ноги, пошла на голос соседки. Следуя за небольшими промежутками, освещаемыми фонарём, я чудом избежала столкновения с калиткой и вскоре оказалась в тёплой прихожей. Опустив Настю на пол, я перевела дух и помогла дочке расстегнуться. Настенька выглядела тоже странно: она недовольно нахмурилась и надула губки.