Запретная музыка

Глава 6. Свирель из абрикоса

От крыльца Илины к лесу тянулась тонкая тропинка. Ведунья остановилась в дверном проеме – ночи были уже теплыми, и Илина не боялась оставить дверь распахнутой и выстудить дом.

– Вот прямо туда и ступайте, – сказала она и протянула руку, указывая направление. – Дорожка ровная, никуда не ветвится, так что не собьетесь. Темновато, правда.

– Ничего, я хорошо вижу ночью, – еле слышно откликнулась Эрика.

Она уже успела успокоиться и собраться, и теперь стыдилась своего испуга и того, что так расклеилась. Вальтер почувствовал дрожь в ее голосе и положил девушке руку на плечо.

– Спасибо, – обернулся он к Илине, но ведунья уже затворила дверь.

Тропинка вела в темные заросли, и Вальтер с удивлением заметил, как Эрика осмелела.

– Ты и правда водила путников через лес? – спросил он.

– Да. Ты же сам слышал, что этот парень, как его там, все подтвердил.

– Какой? А, Марко.

– Да. Я… – Эрика замялась, потом подняла голову, обернулась в темноте к Вальтеру. – Я… когда все случилось… когда я все сделала – пошла в Сваннестад, чтобы быть подальше от замка. Илина продала мне тонкую темную накидку. Я замоталась в нее, спрятала лицо, выбрала трактир подешевле – даже не в городе, а за воротами – и устроилась там в самом дальнем углу, чтобы просто передохнуть. Сил идти дальше тогда совсем не было. Это сейчас я могу больше десяти миль за день отмахать пешком. А тогда три еле-еле прошла – и скисла. Заплатила за два пирожка и кружку яблочного вина, забилась вместе со всем этим в самый дальний угол и затихла, надеялась, что до утра незаметно просижу.

– И что?

– Затаилась и сидела, – повторила Эрика. – Уже начало светать, я собралась уходить, и тут вбежала перепуганная кухарка и начала причитать во весь голос – мол, в замке принца Карлоса после ночи страшных мучений умерли сразу четверо стражников. Поднялся переполох, и я испугалась, что кто-то меня заподозрит. Они ведь все друг друга знали, а я чужая. Я выскользнула на улицу, завернула за угол и бросилась бежать, куда попало. Потом поняла, что мчусь по лесу.

– Испугалась, когда поняла?

– Нет. Наоборот даже. Думала – ну и пусть, пусть меня съедят звери или убьют злые лесные духи. Или пусть я заблужусь и пропаду. Даже надеялась, что никогда из этого леса не выберусь. И вышла к деревне. И поняла, что через этот страшный лес, которого все боятся, можно пройти. Петь я больше не могла, и надо было думать, чем зарабатывать на кусок хлеба. Я прошла через лес еще пару раз – и решила, что справлюсь, смогу водить людей. И стала водить. Я… я могла бы купить какой-нибудь инструмент, да хоть колокольчики, они дешевые… Купить и играть на ярмарках, я же умею это.

– Что ж не купила?

– Денег жалко было – копила, чтобы голос вернуть. И еще боялась, что на ярмарке увидят и узнают. А в другие края уйти – так тоже… деньги нужны на дорогу, а тратить жалко было. Так и таскалась через лес. И мелодии разные придумывала. Чтобы не умереть без музыки.

– И ни разу ни одного злого духа не встретила? – засмеялся Вальтер.

– Не-а.

В темноте он не видел ее лица, но по голосу почувствовал, что Эрика тоже улыбнулась. Наконец-то.

Вскоре тропинка круто пошла вниз. Вальтер понял, что они вот-вот выйдут к реке.

– Илина сказала, что внизу только один дом, – начал он, чтобы как-то разговорить спутницу. – Там один рыбак-бобыль. Собак у него нет, так что лай не начнется. Положим ему на крыльцо серебряную монету – это явно больше, чем стоит лодка.

– У тебя есть серебряная монета? Я думала, Илина тебя обобрала, как липку. Она это может.

– Пока есть. Положим деньги так, чтобы он их точно увидел. Возьмем лодку и направимся вниз по реке, а там уже будем решать, куда дальше.

– Лодка же наверняка на цепи.

– И что? – удивился Вальтер.

Лес начал редеть, тропинка пошла вниз еще круче, и, несмотря на темноту, впереди уже были видны и очертания дома, и широкая темная лента реки. Вальтер протянул Эрике крупную тяжелую монету.

– Положи рыбаку, а я пока найду лодку.

Он спустился к самой кромке воды и сразу же увидел эту лодку – маленькую, но наверняка надежную. Рыбацкие лодки просто обязаны быть надежными. Вальтер оборвал цепь, услышал легкие шаги наверху, заметил темный силуэт спутницы.

– Готово, – прошелестела Эрика.

– Оставила на крыльце?

– У него на ступеньках пустая плошка – похоже, молоко дает ежикам. Вот туда положила. Точно увидит.

– Вот и славно. Ну, вперед. Давай руку.

Через пару минут лодка уже была на середине реки. Течение в этом месте оказалось быстрым: оно несло лодку вдоль берегов так резво, что Вальтер даже не стал грести – он просто чуть направлял маленькое суденышко, удерживая его на середине.

– Они ведь поймут, что мы по реке двинулись, оставшись без лошадей, – выдохнула Эрика. – Начнут спрашивать. Спросят рыбака.

– Поймут, еще бы. Но мы попробуем поскорее раздобыть лошадей.

– У меня тоже есть деньги. Зашиты в поясе – имей в виду, если что. Только все крупными монетами, двойными золотыми. Я ведь копила на магию для голоса. Эх, а бедный Бочонок остался на постоялом дворе.

– Бочонок?

– Мой рыжий мерин. Но за ним будут присматривать и кормить. А если я не появлюсь через месяц – продадут мяснику. Ой, прости, я начала болтать, – спохватилась Эрика. – Прости. Это от страха.

Вальтер тихо засмеялся:

– Да, так и случается.

– Ты-то откуда знаешь? Тебе разве бывает страшно?

Из-за темноты он не видел ее лица, но расслышал удивление и недоверие в голосе – и снова засмеялся:

– Еще как!

– Да? И что ты делаешь, если страшно?

– Как что? Боюсь. Но есть одно верное средство, сейчас научу.

Эрика слышала, чувствовала, что он улыбается, и невольно улыбнулась сама:

– Что за средство?

– Тебе сейчас страшно?

– С тобой – нет.

– Ах ты лиса! Ну хорошо, – Вальтер замолчал, выправляя лодку, потом снова заговорил. В ночной тишине, да еще на воде, Эрика отчетливо слышала его негромкие слова.