Рекламщик в ссылке для нечисти

Глава 13. Василия терзают сомнения

Хоть и не быстро, но работа продвигалась.

Грабы, те самые парни с копытами, подновляли дома. Кровли решено было делать не тесовыми, как раньше, а земляными. Мряка, тот, что бродил по ночам, поливая дороги водой, тоже помог: на новых крышах быстро росла трава.

- Эх, красиво, зелено! — радовался Василий, оценивая прогресс.

Грабы ворчали и ленились. Добряк стоял у них над душой с утра до вечера, не то бы они только трепали языками и работали спустя рукава. Только и было слышно, как он их костерит своим тонким голосом. Из Добряка вышел отличный прораб.

Расчистили место для гостиного дома, убрали две избы-развалюхи. Какие-то брёвна накололи на дрова, какие-то оставили для будущего строительства и пока так и бросили. Рук не хватало.

Дорогу на холм выложили деревом, сделали подобие ступеней. Раньше склон был крутоват, вон и бабка Ярогнева никогда сюда не поднималась, и кое-кто из местных не спускался, а теперь ничего, сами ходили на родничок за водой. И Ярогнева наведалась раз или два, всё осмотрела, но ничего не сказала.

Долго возились с дорогой. Сперва её всё же вымели, Василий устроил субботник. Проследил, чтобы каждый работал.

- Так это и действует, — объяснял он Марьяше и Хохлику. – Если люди вкладывают во что-то свой труд, то они потом это ценят. Чем больше вкладывают, тем больше ценят.

- Умный ты, Вася, — говорила Марьяша. Хохлик молчал, шевелил губами. Запоминал.

На другой день, не успели ещё привезти грунт, дорога стала почти такой же грязной, как и всегда. Набросали огрызков, ореховой и яичной скорлупы, выплеснули какие-то помои с рыбьими хребтами и очистками неясного происхождения. Куры и гуси пришли поживиться и внесли свою лепту.

Василий негодовал.

- Нужно вложить больше труда! — заявил он и устроил ещё один субботник. Но в этот раз на него явился только он один.

Василий написал на щите на площади: «Чисто не там, где убирают, а там, где не сорят», и послал Хохлика разносить эту мысль. Тот унёсся. Вскоре Василию стали попадаться задумчивые деревенские, а потом он услышал голос Хохлика:

- Чисто не там, где умирают, а там, где ссоры!

Хохлик очень старался. Василий ещё минут пятнадцать его догонял, чтобы остановить и заткнуть.

- Ты, блин, дубовая башка, — отчитал он его. – Ты хоть думаешь, что несёшь? Ну где тут логика?

- Что такое логика? — тут же поинтересовался Хохлик, почесав лоб.

- Это значит, мысль должна быть разумной, и из неё должен следовать правильный вывод. Всё понял?

- Понял, — кивнул Хохлик.

Василий ещё раз повторил ему слова и отпустил. Пошёл колоть дрова, потом за водой, а потом заметил, что деревенские опять какие-то не такие. Очень уж довольные.

Он разыскал Хохлика.

- Чисто не там, где убирают, а потому убирать и вовсе не надобно, — рассуждал тот, стоя на пне и разводя руками. – Логика!

За такую логику он получил подзатыльник, обиделся и отказался совершать рассылки.

- Да что ты будешь делать! — воскликнул Василий и отправился сперва к плотнику, а потом на поиски Любима. Найдя его на лавке у ворот в обнимку с кикиморами, Нежданой и Незваной, заявил:

- Есть дело для дизайнера.

Любим, усмехнувшись, поднялся, перед тем чмокнув в щёку каждую из девиц. Те посмотрели с обожанием: как же, дизайнер!

Василий объяснил техзадание, и Любим нарисовал на деревянной табличке череп со скрещёнными костями. Эту табличку воткнули у самого грязного двора.

- Написать бы «позор», да не поймут, блин, — сокрушался Василий. – Ничего, сделаем таких ещё десяток...

- Нешто, думаешь, проймёт? — флегматично спросил Любим, пожёвывая соломинку.

- Да уж надеюсь...

Оттуда они пошли к плотнику, и не успел тот сделать и двух табличек, как послышались крики и ругань. Если бы чисто было там, где ссоры, Перловка бы вообще занимала первенство по чистоте. Василий с Любимом понадеялись, что это табличка дала эффект, и пошли смотреть. На всякий случай не спешили.

Там уже собрались едва ли не все, орали, размахивая руками. Табличку выдернули из земли. Её тянул к себе косматый старичок, а Неждана и Незвана, растрёпанные, со сбившимися платками, отнимали.

- Вона, вона дизайнер и рекламщик-то наши! — раздался вопль из бани.

Все, как один, обернулись — мокрые, всклокоченные, красные, глаза горят, кулаки сжаты.

- Надо же, проняло. Ну, Вася, бежим, — сказал Любим, выплёвывая соломинку.

Но сзади подоспели ещё деревенские, и уйти не дали. Осталось только встать спиной к спине, тоже поднять кулаки...

- Вы чё эт в Баламутовом дворе поставили? — закричал старичок со свиным рылом, хватая Василия за рукав.

- За что ж ты нас так-то обидел, Любимушка? — запричитали кикиморы. – Нам ты этакой красы не дарил!

- Да, а Баламут-то чем заслужил!..

- А нас почто обделили?

Василий быстро сориентировался.

- А это награда, — сказал он, — за самый чистый двор и дорогу. Наведёте порядок, и вам такие таблички поставим.

Опять поднялся вой до небес — мол, какая же это чистота? Подметили каждую соринку, каждый след, припомнили даже то, что Баламут третьего дня вышел из дома, да и плюнул на землю.

Это продолжалось, наверное, минут десять, а там подоспел и сам Баламут, один из тех грабов, что чинили кровли. Видно, пока услышал, что творится, пока добежал... Прискакал, весь красный, рыжие волосы дыбом, повязку потерял, и закричал, ещё не разобравшись толком:

- Лжа это всё, поклёп! Да я и вовсе дорогу не мёл!

Следом за ним цокотал копытцами Хохлик. Лицо его было довольным, как будто сметаны наелся, кошачьи усы топорщились.

- А-а, не мёл! — обрадовался народ. – Тогда ничего и не заслужил!

Оказалось, Хохлик опять не так понял. Сперва крутился рядом с Василием и услышал, что тот задумал какое-то наказание, потом услышал про чистый двор, да и решил, что за это самое и наказывают.

Табличку пока унесли к Тихомиру. Во дворах закипела работа, все взялись за мётлы. Хохлик получил подзатыльников и, шмыгая носом, наводил порядок у Баламутова дома. Плотник делал таблички, Любим под руководством Василия малевал черепа: для кикимор — с рожками и в платках, для полевика — с бородой из колосьев, для грабов — с повязками на волосах, для разной мелкой нечисти — со свиными пятаками.