Весна в душе

Глава 11

Последний урок прошел как в тумане. Я ничего не слышала и ничего не видела. Все мои мысли были на крыльце школы. Я не волновалась. Наверное, если бы я была влюблена в Вовку, было б все по-другому. Но. Я научилась смотреть на все с разных сторон. И если с одной стороны это было благородно, то с другой стороны: оно ему на фиг не нужно, возиться с моими проблемами. А это, действительно, были мои проблемы. Значит, у Симонова есть свои мотивы. Вот только какие? Он никак ко мне не приближался, ничем не выдавал то, что мы были знакомы, если, конечно, исключить посвященных. Единственное, он хотел сидеть со мной. Или просто ему нравилось дразнить Сашку? Может, и, предложив мне свое «решение», он просто хочет задеть Майскую? Голова начала болеть от всех вариантов, которые предлагало мое больное воображение. Вот такой получился побочный эффект: я совсем перестала доверять людям. Если уж предали те, кого я знала столько лет, то, что ожидать от тех, кто появился не так уж и давно. Звонок с урока прозвучал как сирена, вопившая о приближающейся катастрофе. Сердце бухало, а мозг вопил отказаться от этой затеи и бежать куда-нибудь на край света.

Я проводила взглядом Симонова, который вышел из класса одним из первых. Посмотрела на Майскую. Она жестами показала «иди, догоняй, все супер». А я просто не могла заставить себя сдвинуться с места. Лиза, пихнула меня плечом, когда проходила мимо. И, наверное, это и послужило сигналом. На ватных ногах я вышла из кабинета, и решила все-таки отказаться от этой затеи. Но у раздевалки стоял Вова с моим пальто. Этого я не ожидала. Ведь мы договаривались на крыльце!

– Ты долго, – тихо прозвучал упрек.

Я затравленно посмотрела в его глаза. Спокойный серый оттенок потемнел, и отливал темнотой неба в ненастный день. Даже сейчас они были красивы. Он ждал, пока я оденусь. Потом он куда-то посмотрел мне за спину и, наклонившись, прошептал:

– Нам стоит поторопиться, чтобы не растерять зрительскую аудиторию.

– Надеешься получить «Оскара»? – усмехнулась я, поискав глазами Сашу. Но не нашла.

– И не только! Пошли! – и потянул за руку на выход.

Мне ничего не оставалось, как поспешить за его семимильными шагами. Я даже опомниться не успела, как мы оказались на улице. Сбежав по ступенькам за Симоновым, я серьезно рисковала свернуть себе шею. И страх сверзнуться с крыльца вытеснил все остальные эмоции.

– Ты решил меня спустить с лестницы?! – попыталась возмутиться, но не успела, так как Вовка поймал меня. Я оказалась в объятиях своего нового одноклассника. Подняла глаза на Симонова, выдыхая возмущение.

– Пора, – прошептал этот нахал и легонько коснулся моих приоткрытых губ.

Я забыла, как дышать. И не сразу об этом вспомнила, даже когда он отпустил мои губы. Я вытаращила глаза. Слов не было.

– Все? – нелепее вопроса просто не могло быть! Боже! Что же я сказала?!

– Нет, я, конечно, не против! – в его глазах опять плясали чертики.

– Перестань! Мог бы предупредить!

– Как? Кира! Внимание! На нас смотрят! Так? – прошептал он.

– Не так! – я попыталась высвободиться из объятий. Володя нехотя отпустил.

– А ты еще вкуснее, чем я помню, – выдохнул Симонов. Я покраснела до самых корней волос.

– Прости, не могу ответить тем же, – я закусила губу, чтобы не сболтнуть лишнего. Первый поцелуй я не помнила. Я его видела только на видео и «переживала» во сне. И он точно отличался от этого. Легкого, воздушного, почти невесомого. Я бы сказала, что мне не хватило! Господи! О чем я только думаю?!

– Ты хочешь сказать, что совсем ничего не помнишь? – Симонов сверлил своим взглядом, пытаясь понять, лгу ли я.

– Ничего. – Я отрицательно покачала головой. И надеялась, что это его обрадует. Но Вова только хмыкнул.

– Иванова! Это что сейчас было?! – я дернулась, услышав свою фамилию.

Развернулась и столкнулась с онемевшими лицами своих одноклассников. Что ж, наш поцелуй теперь видели почти все! Хорошо, что в руках ни у кого не было камер! Симонов притянул меня к себе.

– Вова, повтори для особо непонятливых! – громко выдала появившаяся как черт из табакерки Майская. – А то у некоторых не только со зрением плохо, но и с мозгами туго!

Саша спустилась к нам и тихо прошептала: «Быстро уходите отсюда! Живо!» И прошла мимо.

Симонов развернул меня, и мы пошли догонять Сашку, оставив всех «перемалывать» нам косточки от только что увиденного.

Сашу мы догнали быстро.

– Саш, что случилось? – спросила подругу.

– Ольга Васильевна, – коротко ответила та.

– О, нет! – я чуть не застонала.

– Я чего-то не знаю, – вмешался Вова.

– Эм, – я не знала, стоит ли говорить ему о Савиной, и о том, что именно ей я многим обязана. Мы с Сашей переглянулись. Майская пожала плечами. Мол, тебе решать. – Ольга Васильевна все знает.

– Знает что? – переспросил Вова.

– Все, Вов.

Если бы не она, не ее поддержка, не помощь Вадима я не знаю, смогла ли я сама справиться.

Симонов задумался.

– Не бери в голову. Она – хороший человек.

– В этом я не сомневаюсь, – задумчиво произнес Симонов. – Саш, можешь оставить нас?

Нужно было видеть круглые глаза Сашки! Ее деликатно выгнали! Ох, Вова, Вова, бессмертный ты что ли?!

– Всем пока! – как ни в чем не бывало, выдала Майская. – Кир, я позвоню.

– Пока, – сказала я подруге, которая тут же развернулась и пошла домой. Я же ждала объяснений.