Грядущее

Глава 11

«И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель».

Стих 11, глава 17 Откровение Иоанна Богослова

Глава 11. Лев

Выбраться из бездны отчаяния, чтобы вновь пасть в нее – не самое хорошее продолжение моего пути. Снова надежда ускользала от меня, опять я чувствовал свою беспомощность.

«Может быть, когда я слышал голос моего сына, это был на самом деле Фред? Он мог звать меня на помощь. Но почему? Что случилось с ним? Вдруг он попал в плен к воям, а что если его схватил крестоносец?», – от мыслей голова буквально пухла.

И тут я заметил, что из-за груд бетона торчит конек небольшой двускатной крыши.

«Дом! Светлана говорила, что где-то здесь можно спрятаться или укрыться».

Я быстро, насколько позволяли мне силы, спустился вниз и направился к дому среди скал. Расстояние приблизительно в километр по холмистой местности далось мне с трудом. Я сильно вымотался, практически валился с ног.

Дом стоял на невысоком песчаном холме, был одноэтажный, сложен из кирпича на манер замка. Он был довольно большой. Я смотрел на него сверху, с ближайшего из холмов. Окна были плотно занавешены, хотя уже с относительно близкого расстояния можно было понять, что в некоторых комнатах горит свет.

Отдышавшись, я спустился со своего холма и стал подниматься на тот, где стоял дом. Мои ноги дрожали от усталости, последние метры я не шел, а полз на четвереньках.

Неожиданно для меня дверь в дом открылась. Глупо было подниматься на холм со стороны входа, но об этом думать было поздно. На пороге появилась Мира. Девочка была спокойна, увидев меня, она застыла на месте.

Я протянул к ней руку. Она что-то крикнула за дверь и кинулась со всех ног ко мне. Это было последнее, что я видел. Мое измученное тело отказалось мне служить и разум сорвался в бездну беспамятства.

Когда я очнулся, то увидел, что на кровати возле меня на стуле сидит Фред. Он положил локти на небольшой прикроватный столик и увлеченно рисовал, качая ногами. В комнате не было света, кроме того, что давала тусклая настольная лампа.

Смотря на детское лицо, я вдруг осознал, что не могу вспомнить, как выглядит мой сын. Его образ стоял перед моими глазами, но черт лица было не разобрать. Вместо них – размытое пятно. Мне стало нехорошо от этого, но в какой-то момент лицо моего сына и Фреда слились воедино. Теперь у моего мальчика были нос, рот, уши, щеки сидящего передо мной ребенка. Это, как ни странно, успокоило меня и я, закрыв глаза, снова уснул.

Сны мне не снились. Когда я проснулся, в комнате было светло, горела старенькая пятисвечная люстра. Рядом с моей кроватью стояла Светлана и незнакомая мне пожилая сгорбившаяся женщина.

– Хватит лежебочничать! – сказала бодрым голосом Светлана. – Мы не можем бесконечно злоупотреблять гостеприимством бабы Яны. Да и объедать пожилого человека нехорошо.

Хозяйка трактира держалась хорошо, учитывая недавнюю потерю мужа, дома, трудное бегство и неясные перспективы на будущее. Чего не скажешь обо мне. Я все еще был разбит. Мои руки лежали поверх одеяла и были перебинтованы, на теле ощущалось присутствие повязок, значит, были и другие раны.

– Почему вы меня не дождались?

– Ну да, ждать тебя! Посидели часок-другой, да и пошли. Я подумала, что лаз нашли вои и тебя нагнали, решила не рисковать. Правда, Фред был не согласен, но я прикрикнула на него, и он повиновался.

Тем временем старуха хитрым взглядом изучала меня.

– А вы - баба Яна? – обратился я к пожилой женщине.

– Она самая. Я есть Яна.

– Бабушка спасла нас. Дала мне лекарства, чтобы поправился твой сын и ты.

– Спасибо! – скорее машинально, чем из вежливости, сказал я. – А давно мы тут?

Светлана пожала плечами.

– Часов шестьдесят, а может, семьдесят, – ответила за нее старушка.

Так состоялось мое первое знакомство с хозяйкой дома. Мне дали поесть и, оставив одного, ушли, рекомендовав побольше двигаться, обнадежив меня, что раны не страшные.

Перекусив мясной похлебкой, сыром и запив все чаем со странным привкусом, я снял с рук повязки, помылся в ванной, которая соседствовала с моей комнатой, переоделся и вновь несколько часов поспал, после чего почувствовал себя значительно лучше.

Выйдя из своей комнаты, я столкнулся в дверях с Фредом, который шел ко мне. Увидев меня, мальчик кинулся ко мне и обнял. Я тоже был очень рад ему.

– Привет! Я слышал, что только ты верил в мое возвращение, – сказал я Фреду, потрепав его волосы рукой.

– Вроде того, – отстранившись от меня, сказал мальчик. – Нам нужно уходить отсюда.

– Почему?

– Не нравится мне тут.

Не успел я отдохнуть и хоть немного придти в себя, как опять некая скрытая угроза замаячила на горизонте.

– Ладно, – сказал я, закрывая дверь, – говори, что тут не так.

Фред с опаской поглядел на меня, а потом шепотом заговорил.

– Мы тут в гостях уже не первый час. Я уже успел хорошо отдохнуть и не раз. Вчера проснулся и слышу какой-то странный звук. Словно кто-то скребется в подвале, прямо под комнатой, где стоит моя кровать.

Про себя я уже начал улыбаться, понимая, что Фред говорит мне о своих детских страхах. С одной стороны, это было хорошо, мальчик доверял мне, с другой обращать особое внимание на его слова не стоило. Мыши в стенах, это нормально, как и страх перед неизвестностью. Стоит включить разум, тени разбегаются и ты смеешься в лицо своим слабостям.

– Я не сразу это понял. Сначала заглянул под кровать, потом уж догадался, что скребется кто-то снизу. Думал, мышь или крыса. Можно было ее поймать и съесть, но тут неплохо кормят, поэтому я не стал терять время и лег обратно.