Оплата по договору

Глава 1. Собеседование

— Моей жене нужна подруга. Что конкретно вам непонятно в этой фразе? — серые, с металлическим отблеском глаза потенциального работодателя смотрели равнодушно.

Привлекательный. Очень даже. В любой толпе я бы выделила ладно сложенного, со вкусом одетого мужчину с волевым лицом и кричащей о самоуважении осанкой. Высокий и не сутулится — что редкость.

— Э-э-э… — я глотнула кофе, обожгла язык, звякнула донышком чашки о блюдце и снова протянула: — э-э-э… Дружба вроде как дело интимное… кхм, — смутилась. Подбор слов явно не моя сильная сторона.

— Придётся постараться.

— Ваша супруга сама не в состоянии найти друзей?

Я уже решила уходить, просто стало любопытно. У богатых свои заморочки — слыхала — и всё-таки.

— Таня — человек замкнутый.

Итак, она звалась Татьяна. Хорошо хоть я не Ольга. Хотя, там были сёстры, а не подруги. Интересно, как у Пушкина звали подруг Татьяны? Отвлеклась и едва не пропустила следующую фразу, сказанную красивым баритоном:

— Само собой, о нашем контракте никто не узнает ни при каких обстоятельствах.

Упс, ещё и тайная сделка. Предложение мне нравилось всё меньше и меньше. Опять схватилась за кофе. Соскучилась по сваренному на песке, дорогущему… Теперь уже не обжигалась, делала маленькие глоточки и поглядывала на мужчину. Он тоже взял чашку и макнул в эспрессо красиво очерченную яркую губу.

Вот почему мужики не малюются и при этом…

Вообще-то, интерес к боссу как к мужчине — это супер-непрофессионально. Тем более, к женатому, тем более, в должности подруги его жены. Пожалуй, это ещё один повод отказаться.

— Простите, — я отставила пустую чашку и выбралась из-за столика летней веранды крутого ресторана, жаль уходить, но раз уж решила, — должность меня не заинтересовала.

Лёгкое пожатие плеч. Всё? Даже не выскажет формальное сожаление? Или я ему не подхожу? Тьфу, не ему, а этой неведомой Тане. Сколько ей лет? По всей видимости, не сорок, как мужу, раз в объявлении о найме фигурировали цифры от двадцати двух до двадцати семи. Я ещё порадовалась, что попадаю в границы. Хотя, ему не сорок, конечно, это я со злости. Меньше, но не всё ли равно?

Прямо стало интересно: сколько. Не лет, а денег. Сделала шаг назад и спросила:

— И как вы оцениваете такую необычную работу? В объявлении сказано «по договорённости». Звучит расплывчато.

Он не смотрел на меня. Как его, кстати? Ведь представился при встрече. Вспомнила и окликнула

— Леонид Сергеевич!

Он так и не поднял взгляда. Рассматривал не тронутый мной эклер. После паузы раскрыл ладонь, указывая на стул. Я подчинилась. Села. Почувствовала лёгкий, приятный, немного щекотный аромат парфюма. Мамочки! Кажется, я начинаю таять. Схватила салфетку и стала совершенно неприлично обмахиваться.

Снова низкое, пробирающее до солнечного сплетения:

— Не обижу.

К чему это сказано? О жаловании или вообще? Голова даже закружилась, я тонула в пучине обаяния этого человека. Незаметного, исподволь окутывающего, цепкого обаяния.

— Как-то это двусмысленно…

— А? — словно вынырнул из своей задумчивости

— Так… ничего… Э-э-э… хотелось бы конкретнее.

Фух, нет, не согласилась. Здесь рулила природная любознательность. Или меркантильность, привитая в финансовой академии, где я обучалась целых три года. Выперли. О чём я ничуть не жалею… кажется. Что-то я в предлагаемых обстоятельствах потеряла способность здраво мыслить.

— В зависимости от времени, потраченного на личное общение. Телефонные звонки, мессенджеры и соцсети не в счёт.

Хм… а ничего, что друзья как раз таким образом и общаются сейчас?

— Могу целыми днями торчать в гостях у вашей жены! — мстительно заявила я.

— Буду только рад.

Неожиданно.

— Разоритесь.

— Вряд ли.

Я тоже стала смотреть на эклер. Аппетитный, а есть его не хотелось. Сама же сказала, что люблю эти пирожные, и сама не хочу. Какая-то я непредсказуемая, внезапная вся…

— Пожалуйста, перечислите конкретные требования, предъявляемые к работнику.

— Скорее, задачи, — Леонид, наконец, посмотрел на меня. Взгляд был оценивающий, словно мужчина пытался понять, дурочка перед ним или только прикидывается. — Первая задача: войти в доверие. Вторая: стать незаменимой. И третья…

Он замолчал. Я подождала, уже не сомневаясь, что третья задача самая сложная.

— И-и-и?

— С первыми двумя вы справитесь? — усмехнулся Леонид.

— Допустим. Можно сделать тестовый период. Получится — хорошо, нет — разбежимся.

— Логично.

— И всё-таки хотелось полностью представлять круг обязанностей. Так что там третье?

— Вы должны всё мне рассказывать.

— Что всё? — я растерялась.

— О чём говорили, что Таня собирается делать, что уже сделала.

— А у неё не проще спросить?

— Видите ли… э-э-э, Полина, — вспомнил-таки моё имя, — жёны мало что докладывают мужьям. У Тани может появиться поклонник или, хуже того… любимый человек. Я хочу узнать об этом первым.

— Вторым, если от меня.

— Да, — он снова усмехнулся.

Мамочка родненькая! Как сексуально он усмехается!

— То есть, я должна шпионить.

Леонид пожал плечами, мол, называй, как хочешь, я плачу деньги.

Такая работа мне не подходила. Хотя, деньги были нужны, что поделаешь! На скромную жизнь хватало — я подвязалась трудиться администратором нескольких пабликов по тематике моей несостоявшейся специальности. Ничего сложного: рисовала информативные и броские арты, подбирала цитаты, редактировала статьи настоящих финансистов. Заниматься этим можно в любой точке, где доступен эфирный интернет, даже в гостях у жены бизнесмена, если та способна болтать, не заботясь о том, слушают её или нет. Дополнительный заработок хорошо бы откладывать на ипотечный взнос. До тошноты надоело съёмное жильё! Однако заниматься стукачеством совсем не по душе.

— А если Таня, например, чем-то поделится и попросит никому не говорить?