Диадема Справедливости

Глава 14 ч. 2

Я смотрел на него, и никак не мог поверить, что это мой брат. На самом деле, наверно, если нас поставить рядом, сходство будет… Но, дети Латоны уродились с золотыми волосами, нежной светлой кожей, легким румянцем, словно лепестки шиповника…Я же медноволосый, со смуглой кожей, сливово-синими глазами и тяжелой для альва нижней челюстью. Насколько помню, у мамы были русые волосы и большие зелёные глаза… Ведьма Пустоши при встрече назвала меня Альберих…

− Здравствуй, Конан! – поприветствовал я нового короля Дневного двора. – Мы к тебе по делу.

Он указал рукой на свободные стулья у стола.

− Ах, дела, дела, − протянул он, − их все не переделать за один раз. Не хотите ли позавтракать со мной, а заодно поделиться последними новостями? Как поживает королева Тианиель?

Мы сели за стол, но есть не стали.

− Нас некоторое время не было в замке. Когда мы уходили, королева Тианиель собиралась выходить замуж за сэра Роннана Сэллана.

Чашка в руках короля дрогнула, роняя на безукоризненно белую кружевную скатерть несколько капель чая.

− Как скоро? – тихо спросил он.

− Пока даже о помолвке не объявлено. Я узнал об этом от Сэллана.

Конан вздохнул, но комментировать новость не стал. Некоторое время мы молча наблюдали, как король, забыв о завтраке, сидит, уставившись на столешницу таким взглядом, словно увидел там все судьбы мира. Наконец, он вспомнил, что не один и поднял голову.

− Вы пожаловали, объявить мне об этом событии? – спросил он. – Или вас привело что-то другое?

− На самом деле, мы пришли к тебе. Раз ты стал монархом… − я с трудом подбирал слова. На самом деле, нелегко объявлять королю, что ты его старший брат. В итоге, растерявшись, произнёс совсем не то, что собирался:

− Послушай, а где Лириан?

Это прозвучало весьма бесцеремонно. Конан удивлённо глянул на меня, но ответил:

− Вы же ничего не знаете. Лириан взбунтовался и теперь сидит в Каэр Тане, пока не одумается. Остальные рыцари, кроме изгнанного Эониель Альтура, присягнули мне на верность.

Судорожно соображая, как лучше преподнести то, зачем, собственно, явился, я, конечно, вновь всё испортил.

− Мне в руки попал один документ… В общем, выяснилось, что я твой брат. И ещё…

− Что, прости? – король смотрел на меня, как на ненормального.

Вместо ответа, я положил на стол письмо Латоны, принесённое из царства Оаннеса.

− Это письмо твоей матери к Аргиосу, брату королевы подводного царства − Кендры. Прочти, а потом поговорим.

Он потянулся к письму с явной опаской, будто перед ним лежала ядовитая змея, а не лист обыкновенной бумаги. Пробежав глазами письмо, он изменился в лице. Рука разжалась – бумага мягко спланировала на пол.

− Нет, − прошептал он. − Не может быть! Почерк матери…

− Это ещё не всё, − сказал я. − Нам нужно поговорить с Лирианом и Лютиком. О них стало известно кое-что...

Конан обхватил лоб рукой, опёртой о стол; вторая безвольно осталась лежать на колене. Посидев некоторое время, он исподлобья посмотрел на меня и хрипло спросил:

− Где ты это взял?

− У короля Оаннеса, а точнее у его жены. Тут ещё…

С этими словами я положил перед ним кинжал Альбериха, который Оаннес и Кендра согласились передать мне, как улику.

− Кинжал отца… − потрясённо пробормотал Конан.

− Им был убит Аргиос, когда вы с Лирианом гостили в подводном царстве. Таким же кинжалом на балу в честь прибытия Эониель был убит Сэм Верлиока, которого я привёл как свидетеля в Тир Нан Ог, чтобы он опознал альва, заказавшего моё убийство.

Конан сделал замысловатый жест рукой – в дверях немедленно показался паж, указывавший нам дорогу.

− Пусть приведут Лириана! – приказал король.

− Лютик нужен тоже! − Конан кивнул и коротко бросил: «Исполняйте!»

− Я все-таки не понимаю… − он осёкся, а затем продолжил:

− Мне сложно понять, зачем Лириану это, а уж Лютику… И главное – ты будешь оспаривать трон?

В очередной раз подивившись, как можно ошибиться, пытаясь распознать характер другого, я поспешил успокоить:

− Нет, претендовать на трон Благого Двора не стану.

Конан уставился на меня цепким взглядом, словно пытаясь уличить во лжи. Затем он кивнул и немного расслабился. В дверь вошел Лириан в сопровождении двух стражей. При виде меня, он расплылся в неприятной улыбке, но глаза беспокойно заскользили с брата на лист бумаги, который он успел поднять и положить на стол, а затем остановились на кинжале с серебряной буквой «А» на рукояти.

− Зачем ты хотел меня убить? – спросил я, не давая ему опомниться. – Причём, обязательно железом и солью?

Принц рассмеялся и спросил:

− Почему ты так решил?

Надо сказать, он неплохо владел собой. В очередной раз пришлось пожалеть о том, что солгать невозможно.

− Ты убил Аргиоса, брата подводной королевы Кендры – есть свидетель, обнаруживший его с этим кинжалом в груди после того, как слышал ваш разговор. Кроме того, мне передали предсмертное письмо вашей матери – они дружили с Аргиосом. Там она прямо говорит, что я ваш брат. Может это как-то повлияло на твои поступки?

Он ухмыльнулся.

− Догадки. Одни лишь догадки! Зачем тогда в убийстве обвинили Роннана?

− Король не хотел дипломатического скандала и войны с Благим Двором. А Верлиоку ты убил, потому, что он узнал тебя на приёме. Он хорошо тебя описал и рассказал, как ты дал ему с сатиром задание убить меня, непременно железом и солью. У них не вышло, Верлиока был захвачен. Поэтому ты подобрался к нему в толпе и ударил ножом. Среди скопления придворных проще было скрыться, оставив нож в ране – чтобы не испачкаться кровью. А догадки… Конан только что подтвердил – кинжал принадлежал нашему отцу. Еще раньше об этом сказали король Оаннес и королева Кендра.

− Всё это хорошо, но главное ты забыл: зачем мне убивать Аргиоса или тебя?

− Аргиос догадался, что ты убил королеву Мэдб! Свидетель вашего разговора, случайно подслушавший его, рассказал, как Аргиос прямо заявил об этом. А ещё, ты отравил собственную сестру в борьбе за трон.