Ани из Персикового дома

Глава 1. Первый снег

Яркий белый свет заливал маленькую комнатку. Ани с трудом открыла один глаз, мгновенно почувствовав, как в комнате холодно.

Еж по кличке Хлюп все еще тихо сопел рядом с ней. Несмотря на то, что под одеялом было тепло и уютно и совсем не хотелось вставать, Ани вздохнула и поднялась с кровати. Выглянув в окно, девочка сразу поняла, почему дома стоял такой холод. Все вокруг было засыпано снегом. Белые сугробы, похожие на большие мягкие зефирины, развалились на лужайке перед Персиковым домом.

«Первый снег, наконец-то!» — счастливо вздохнула Ани. В этом году он припозднился, и девочка уже хотела на днях поколдовать над погодой. Но природа знает свое дело, и Ани не хотелось вмешиваться в естественный ход вещей. Это было одним из основных правил колдовства, которые родители внушали Ани с детства.

Ноги начали леденеть, и девочка натянула толстые полосатые шерстяные носки. Закутавшись в плед, Ани спустилась на первый этаж и подошла к аккуратному камину. Схватив пару поленьев из стопки неподалеку и сложив их один на другой, девочка уважительно произнесла:

— Дух огня, пожалуйста, прими эти поленья в дар и награди этот дом теплом.

Маленькая искорка вдруг мелькнула между бревнышек, будто подмигивая Ани, а затем поленья занялись ярким оранжевым огнем.

Девочка улыбнулась и вбежала назад на второй этаж.

— Хлюп, просыпайся! Сколько можно спать? — вскрикнула она.

Еж в ответ лениво приоткрыл глаза и снова задремал. Хлюп не был обычным ежом, каких полно в лесах всего мира. Он был фамильяром Ани, ее спутником и другом вот уже одиннадцать лет. Когда рождалась ведьма, с ней появлялся на свет и ее фамильяр, с которым она никогда не расставалась.

На самом деле Хлюпа звали вовсе не Хлюп. Настоящее его имя было Филиас, что на древневедьмовском языке обозначало «друг». Такую смешную кличку он получил, когда был совсем еще маленьким и неповоротливым ежом.

Мама Ани тогда смешивала специальное зелье для сада. Ее растения всегда были самыми большими и зелеными, и без магии тут, естественно, не обходилось. Зелье помогало им лучше впитывать воду и защищало от вредителей.

В тот день мама Ани оставила зелье на минутку, не подозревая, что любопытный еж, надеясь похитить с кухни что-нибудь съестное, заберется на стол. На громкий шум сбежалась вся семья, и их глазам открылось интересное зрелище: Филиас, упавший в миску, быстренько втянул в себя болотно-коричневое зелье, как губка, и теперь громко возмущенно пыхтел.

Потом еще месяц после этого Филиас ходил по дому с громким хлюпающим звуком. Именно тогда Ани и дала ему кличку «Хлюп», а потом и вся семья начала его так называть, и со временем настоящее имя ежа как-то забылось. Любопытным эффектом от зелья также стало то, что с тех пор иголки Хлюпа могли менять цвет в зависимости от его настроения.

Прошло десять лет, и Хлюп стал взрослым упитанным ежом. Его любимыми занятиями были подремать на кровати Ани, тихо похрапывая во сне, и похрустеть чем-нибудь вкусненьким. Самым же нелюбимым делом Хлюпа было куда-то бежать вслед за Ани, когда ей что-то снова взбредет в голову.

— Ну давай же, Хлюп! — возмутилась Ани. — Выпал первый снег, пойдем на улицу.

Еж медленно перевернулся на живот и угрюмо посмотрел на нее. Его иголки стали недовольно-фиолетового цвета. Хоть он и не умел говорить, но девочка прочитала по его взгляду все, что он хотел бы ей сказать на эту идею. Ведьме и ее фамильяру, чтобы понимать друг друга, слова были не нужны.

— Я знаю, что там холодно, ну и что! — воскликнула Ани. — Ну как хочешь, я иду наружу.

Сбросив пижаму, девочка быстро натянула теплые синие лосины с золотыми звездами и большущий свитер. Свои длинные, до талии, волосы Ани стянула лентой, чтобы не мешались. Рыжевато-каштановые кудри не поддавались ни одной расческе, и девочка уже давно махнула рукой и просто собирала их в хвост.

Ани сбежала вниз и уже засовывала руки в рукава безразмерной оранжевой куртки, когда услышала тихий топот на лестнице. Хлюп, раздраженно ворча, поплелся за ней. Впрочем, как и всегда.

Ани распахнула входную дверь, впуская в дом запах первого снега. Зима была ее любимым временем года, хотя для ведьмы это и не было типичным. Зимой нельзя было ни собрать полезные травы, ни проводить обряды. Однако Ани любила зиму за хрустящий под ногами белоснежный снег и за чистый морозный воздух.

Что может быть лучше, чем свернуться с кружкой горячего какао у камина, наблюдая, как медленно кружатся за окном хрупкие снежинки? Книжка в руках, Хлюп под боком, весело пылающий огонь — вот рецепт настоящего счастья.

А Рождество? Самый прекрасный праздник в мире! В прошлом году Ани и Хлюп наряжали большие рождественские ели во дворе. Голубые ели обнимали дом со всех сторон, и у Ани была возможность украсить не одно, а целый лес деревьев. Хлюп осторожно вынимал из большой красной коробки стеклянные шары и фигурки, а Ани вешала их на ели — это было любимым занятием девочки. Занимаясь таким приятным делом, Ани не использовала магию. Хорошо было иногда сделать что-то своими руками.

Куда ни глянь — повсюду расстилалась слепящая белизна. Солнце отражалось от снежных вершин, освещая все вокруг. Ани вдохнула полной грудью свежий холодный воздух. Иголки Хлюпа сменили свой цвет на чуть-менее-недовольный-синий. Видимо, еж тоже не мог не прочувствовать красоту момента, хотя и упрямился.

Выйдя на улицу, Ани сразу, по привычке, подошла к раскидистому персиковому дереву. Это было священное дерево, которое защищало дом девочки от чужих глаз и злого умысла. Каждая ведьма принадлежала к определенному роду, символом которого были деревья.

Дуб, береза, вишня, клен, персиковое дерево — все они были знаками рода, которых нужно было почитать. Когда в десять лет ведьма уходила из родительского дома, чтобы научиться самостоятельности, она должна была посадить у своего жилища семена того дерева, к которому принадлежал ее род. С помощью магии ведьма растила дерево, пока оно не становилось достаточно сильным, чтобы защитить ее в ответ.