Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек

Глава 17. Марьяжная авантюра

Над замком опускался вечер. Вода вокруг хлипкого плота чернела на глазах. Чтобы достичь острова до наступления тьмы, Лара упорно гребла одной лапой. Сосредоточившись на движениях, она не заметила, как перевернулось её судёнышко, и упала в озеро.

Лара даже вдохнуть не успела. Только что она высматривала, сколько осталось до замка, и вот уже неодолимым потоком ей заливает уши, нос и глаза. Холод пробирал до костей. Лара, как ни старалась, всё равно наглоталась воды. Она отчаянно гребла всеми лапами, но на поверхность никак не всплывала.

Коварная вода будто давила сверху и тащила вниз одновременно.

«Я что, тону?!»

Прежде чем Лара смирилась со своей неминуемой гибелью, кто-то схватил её за загривок и вытянул наружу из холодной воды.

«Крэх», — с облегчением подумала Лара, но её никто не держал.

Увидев под собой мощную пенистую волну, она закричала от страха. Волна, точно играя, упруго подбросила её над озером и отшвырнула на остров.

Лара поняла, что жива, только когда задрожала мелкой дрожью, ощущая животом твердь земли. Из пасти и носа сочилась вода. Кончив отфыркиваться, она тяжело повернулась набок, но поднять головы не смогла.

В нос проник отдалённо знакомый запах жареных орехов. Лара с сомнением открыла глаза — над ней нависла бородатая морда чёрного козла. Вяло вспыхнула мысль: «Херхель разводит коз?»

Куда большим потрясением было то, что животное стояло на задних копытах, держа передними дымящуюся чашку.

— Кофе, сударыня? — учтиво спросил козёл.

— Ч-что?

— Восточный целебный напиток. Его пьют для бодрости духа.

— Я знаю… Господи…

Лара с трудом встала на лапы, а козёл, наклонившись, поднёс ей изящную фарфоровую чашку.

«И как она не выпадает из его раздвоенных копыт?» — задумалась Лара.

— Пей, — прошептал козёл.

Лара сунула в чашку нос и вдохнула восхитительный аромат горячего кофе. Однако лакать из чашки было бы неудобно, поэтому она отстранилась.

— Спасибо.

— Что ты, киса, какие благодарности? — выпрямляясь, ответил козёл и, поймав её вопросительный взгляд, добавил: — Это я тебя спас.

— К-как? — поразилась Лара.

— А как не спасти свою будущую тёщу? — уходя, бросил тот. — До встречи!

Исчез и кофе, и козёл.

Лара разлепила веки. Увидела потрескавшийся потолок. В воздухе ещё чудился ореховый аромат. За окном слышалась воркотня голубей, скрип колёс и прочие звуки давно наступившего дня.

— Боже мой, какой нелепый сон… — сказала себе Лара, откидывая одеяло.

Когда она, одевшись, вошла в трактирный зал, то застала Вилду и Крэха за беседой:

— …А потом эта чёртова ведьма…

— Вы меня звали? — сонно откликнулась Лара.

Любовники умолкли. Даже глядеть на неё не пытались. Крэх, явно в ожидании брадобрея, сидел на стуле с повязанной вокруг шеи салфеткой. Вилда, стоя на коленях, нагревала щипцы для завивки над углями очага и накручивала на них свои тёмные волосы.

Лара прошла мимо них на кухню, чтобы поживиться остатками обеда.

— В другой раз еду готовишь ты! — прикрикнула Вилда.

— Мне некогда. Пусть твой любовник наколдует.

— Я не терплю искусственное!

— Но с Крэхом ты ведь спишь.

Удивлённая тем, что Вилда не отвечает, Лара вернулась в зал, объедая гроздь винограда. На фоне белой салфетки покрасневшее лицо колдуна выделялось ещё сильнее.

Лара впервые задалась вопросом: «А Вилде вообще известно, что её любовнику семьдесят девять?»

— Извини, Крэх, — не испытывая ни капли вины, сказала она.

— К Андреасу поедешь сама, — бесстрастно отозвался тот.

— Я же извинилась!

— Мне надоело дожидаться тебя в карете. В кошку превращу, и довольно.

— А как я миную стражу городских ворот?

— Довезу до замка и уеду.

— Ты отправил матроса передать письмо?

— Отправил, — сказал Крэх.

— Молодец. — Лара приблизила к его рту виноградину.

Тот уклонился, морщась.

К вечеру чисто выбритый Крэх и его дама сердца засобирались в дорогу.

— После замка мы поедем в харчевню моего сына, — заявил Крэх.

— Ты спятил? — обеспокоилась Лара. — Он ведь может помнить тебя молодым!

— Ты забыла, что постановил суд? — Ткнув себя в грудь большим пальцем, бывший ворон тоскливо напомнил: — «Крэх Мецгер не колдун, он сумасшедший!»

— В кошку меня превращай, неколдун.

Пока матросы закладывали карету, Лара побежала в конюшню у трактира.