Люби, Рапунцель

Глава 3. Не могу сказать "нет"

Незапланированная невесомость длилась недолго. Пол-оборота, и вот уже ноги отпущены на свободу, а каблуки скользят по полу, тщетно стремясь к устойчивости. Даня отпустила шею, которую обхватила в момент «похищения», и вцепилась в рукава «похитителя». Быстро равновесие обрести не получилось. Удивительное дело, как она до сих пор умудрялась вышагивать в таком платье и не рухнула на первой же ступеньке, обвернувшись подолом в красочный рулетик?

Эффектно – больше и нечего сказать.

Даниэла Шацкая, судорожно цепляющаяся за все, до чего могла дотянуться, и уповающая на ладонь, что продолжала уверенно прижиматься к ее спине, полностью принимая на себя роль опоры.

А рядом с ней – ее Личная Катастрофа.

Яков Левицкий.

Его ладонь.

Его вариант исполнения организованного похищения.

Его время властвовать.

Это было что-то легкое, порхающее. Словно завершающий элемент танцевальной программы. Яков буквально вытянул ее из компании Глеба и Владимира и расположил так, чтобы самому стать живым препятствием между ней и мужчинами. Теперь он стоял, повернувшись вполоборота, и смотрел на них через плечо. На его губах застыла ухмылка.

Устойчивым положение Дани назвать было сложно. Но это ничуть не помешало ей отвлечься на образ Якова. Снежно-белая рубашка и такого же цвета брюки, четко вырисовывающие стройность ног, белые кеды. Поверх надет длинный пиджак нежного бирюзового оттенка, на рукавах обосновались длинные посеребренные полосы. Шею украшало двойное плетение из нитей, концы которых заманчиво ныряли за края расстегнутой на верхние пуговички рубашки. Абсолютно у любого этот элемент выглядел бы вульгарно, но на Якове смотрелся невинно. Как у случайно обнажившегося ангела, в наивности своей не вкладывавшего в произошедшее ни капли распутства. Светлые локоны по бокам были приподняты и закреплены, остальные волосы ниспадали пушистыми волнами по спине, плечам и груди.

Была ли причина в выборе насыщенного оттенка пиджака или в особом настрое, но сегодня зеленые глаза Якова пылали, будто впитав в себя пламя, медленно поглощающее оливково-зеленую роскошь райских садов.

– Дамы приглашают кавалеров.

От звука его голоса Даня встрепенулась.

«Дамы?..»

Покосившись на покинутых мужчин, Даня не могла не отметить, насколько ошарашенным выглядел Владимир. К такому подходу он точно не привык. Да и Глеб тоже оторопел.

Досадливо цыкнув, Даня снова попыталась нащупать каблуком горизонтальную поверхность, но и тут потерпела неудачу. Ноги как будто отказывались становиться под нужным углом, и она благополучно продолжала виснуть на Якове.

Хорошо, что они стояли близко друг к другу, и ее щекотливое положение и кратковременная зависимость от мальчишки были не так заметны.

«Погодите! Я только что подумала, что это хорошо?! Притиснул меня к себе, как сыр к колбасе, и это типа хорошо?!»

Забросив на время попытки восстановить равновесие, Даня вцепилась в лацкан пиджака Якова.

– Я тебя не приглашала на танец, – едва слышно прошипела она. – Это ты тут меня хватанул из засады. Или себя за даму принимаешь? – Последнее добавила, понадеявшись, что это его хотя бы чуть-чуть уязвит.

Ни фига.

– Если ты будешь кавалером, то я готов побыть дамой. – Яков на миг повернул к ней голову, стремительно пробежался взглядом по платью и вновь сконцентрировался на Владимире и Глебе.

– Яков… – Сдержанные интонации Левина были полны многозначительности. – Что ты делаешь?

Уголки губ Якова дернулись, огонь в глазах вспыхнул с новой силой. Даня беззвучно ойкнула, когда он слегка подтолкнул ее в спину, и неосознанно обхватила его за шею, прижавшись к нему еще сильнее.

– Дама сама меня пригласила.

– Больше похоже на то, что ее вынудили это сделать. – Владимир пристально глядел на Якова.

Тот, не моргая, смотрел в ответ.

– Может, спросите ее, была ли она против?

«Твою ж, дерзость так и прет! – Даня, изловчившись, вцепилась в воротник Якова, который заманчиво топорщился на затылке. – Дурья башка, Владимир – спонсор. Не смей тут в принципиальность играть и настраивать нужных людей против себя!»

– Он… с-с-с-спо-о-о-онс-с-со-о-ор, – как можно тише прошипела она, попутно захватывая локоны Якова на затылке.

– Знаю. – Дерзкая ухмылка никуда не исчезла. Мальчишка продолжал сверлить Владимира взглядом.

Это уже переходило за все границы вежливости.

– Яков, поздоровайся, пожалуйста, нормально, – сдержанно попросил Глеб. Он хмурился. – И отпусти Даниэлу.

«Да, пусти меня», – мысленно поддержала просьбу Даня, но вслух уверила:

– Все хорошо.