Малахитовое сердце

Дарья

Далеко-далеко над северным лесом проплывают тяжелые тучи. Они смотрят на себя в незыблемую водную гладь - точно в зеркало. Глубокое озеро раскинулось среди занесенных снегом елей, спокойно и неподвижно, как уснувшие на его дне рыбы. Единственное, что нарушает его ровную поверхность – снег, медленно кружащий в воздухе и поблескивающий серебром в отражении тёмной воды.

Повинуясь дыханию ветра, он падает вниз, затем вдруг подлетает у самой кромки вверх. Кружит в обратном направлении и поднимается выше. А потом снова теряет силы и уже окончательно тонет, оставляя круги на поверхности от своего прикосновения.

Так проходят дни за днями, года за годами, столетия за столетиями. И никакая сила не смеет вмешаться и изменить привычное течение, с тех самых пор, как ветер улегся на дно озера, как живое заменили мёртвым. Всему своё время.

Оно водит рукой по холодной воде, вода щетинится и покрывается волнами. Волны легко покачивают лодку, облизывая ее бока и подталкивая к занесённому берегу.

Долго держала путь та лодка с далёких печальных берегов. Давно погасли ритуальные свечи, оставив на корме лишь оплывшие огарки.

Дарья выходит из леса, удивлённая неожиданной находкой. Лицо её украшают морщины, в седые волосы вплетены звёзды, разноцветные нити и лоскуты. Если бы кто-то увидел её, босой идущей по стылой земле, непременно подумал бы, что она колдунья, каких свет не видывал. Но кто увидит, если никакие тропы не смогут найти этих мест?

Она несколько мгновений стоит у воды, перебирая в голове мысли, точно зёрнышки льна. А потом принимается спокойно вязать верёвку из своих волос, пожухлой травы и северных ветров. Смотрит пристально на мелькающее в ледяной глади отражение, сооружает из верёвки петлю, забрасывает на корму и подтягивает лодку к берегу.

Там, в мехах, в уложенных вокруг плетёных бусах из жемчуга и красной рябины, лежит дева. Кожа её бела, как туман, на ресницах и губах расцветает иней. Тело её завернуто в льняное платье, точно в саван. В черных кудрях прячутся ночные кошмары. Сколько бы она не лежала, ни время, ни ветер не тронул ни её лица, ни венка из веток боярышника с кроваво-красными ягодами.

Дарья хмурится и качает головой из стороны в сторону.

Ведь точно в зеркало смотрит она.