Он такой один

Глава 17

Полное безумие первых дней в новом универе сменилось на привычную рутину. Да, этот вуз заметно отличался от моего бывшего: преподы были строже, в деканате меньше бардака, с расписанием не возникало проблем.

Студенческая жизнь… Да, она была намного насыщеннее — несметное количество факультативов, кружков и клубов.

А еще в этом универе просто культ спорта, а точнее — баскетбола. Из-за Архангельского. Он, и правда, был здесь кем-то вроде обожаемого всеми божества. Не знаю как, но Илья сдержал слово — мои фотки с Князевым исчезли. Я его даже поблагодарить не успела: на следующий день после нашего разговора Архангельский умотал со своей командой в Испанию, и завтра у них финал. Весь универ с ума сошел — ждет только победы.

Без Ильи Князев перестал обращать на меня внимание — проходит мимо, иногда, когда настроение хорошее, может даже подмигнуть. Меня и задирать перестали в группе — не сказать, что за пару недель я стала своей, но в целом все сносно. Как тусила в основном с Димой, Ирой и Кариной, так мы и общаемся. Но только на парах.

Вся моя внеучебная жизнь полностью переместилась в “Универсум”. Там намного интереснее, чем в реале.

Сегодня вечером первая дуэль в этом сезоне — Шайтан достал таки Грея, и они будут драться. Весь “Универсум” сбежится смотреть, мы с Пылинкой уверены, что Шайтан победит. Он один из лидеров рейтинга сейчас — больше, чем у него, только у Пророка и Македонского. Парень очень умный, но такой конфликтный! Многих успел задеть, но девчонки от него тают! Наверняка, к нему в команду будет очередь, но мы с Пылинкой таких побаиваемся.

Для того чтобы спокойно посмотреть сегодня дуэль, я даже поменялась сменами и сейчас шла в общагу. Архангельский, кстати, зря стращал — нормальные посетители, никто меня не хейтил и не требовал "принеси как обычно".

Я уже поворачивала за угол здания универа, когда услышала голос старосты:

— Алён? Беляева, слышишь меня?

Я обернулась: Карина стояла в метре от меня и заговорщически улыбалась, скрестив руки на полной груди.

— Ага. Случилось что?

— Да ничего такого… Ты уже скоро месяц как у нас, меня замдекана про тебя спрашивала. Все нормально?

Я удивилась.

— Ну да, конечно.

— Я рада, что у тебя пока все хорошо, но дальше будет сложнее. Нагрузка к сессии будет совсем не лайтовой, а ты еще работаешь.

— Справлюсь, куда денусь. Мне нужна работа.

Карина понимающе кивнула:

— Да, ты говорила, что у родителей своя жизнь, это не мое дело. Просто… понимаешь…

— Говори прямо, что случилось-то?

Услышав мои слова, староста расслабилась, на пухлых губах появилась улыбка.

— Я про “Универсум”. Тебе помощь нужна?

Вот что угодно ожидала услышать, но только не это! Да я чуть не упала, ей-богу!

— Откуда?

Вопрос сорвался с языка, хотя ответ я и так уже знала. Тонька! Кто ж еще! Вот уж точно у нее ничего не держится! Хотя я давно уже перестала ей что-то про себя рассказывать. Карина тоже все поняла по моему лицу.

— Не ругай Самойлову. Это реально круто — всего третий курс, да еще психолог. Знаешь, сколько там по нашей специальности попадает…

— Знаю. Поверь, философов еще меньше.

— Философы пусть сами свои проблемы решают, я не у них староста. Давай присядем.

Карина потянула меня к одной из лавок, которых было много в сквере у университета, я же пыталась понять, что она хочет и как собирается мне помогать, ведь это запрещено. Как Тоня своему Алику, который через неделю уезжает на стажировку, а я его живьем так и не видела?

— Разговор строго между нами, в отличие от Самойловой я умею держать язык за зубами, Алён. Если ты пройдешь дальше, попадешь в команду, для нашего факультета это будет очень важно.

Я пока ничего не понимала, но внимательно слушала старосту.

— “Универсум” — отличный проект и котируется у нас в вузе, наши выпускники создали эту игру, в общем, и ты, и я… Мы можем заработать дополнительные очки, если ты понимаешь о чем я.

— Продолжай.

— У нас, как и в любом вузе, своя система баллов, которая не только на повышенную стипендию влияет. Я вообще-то собираюсь после окончания здесь остаться работать. Вряд ли на кафедру пойду преподом, но вот по административной линии, почему нет.

Она замолчала, выжидающе смотря на меня. Я старалась сделать непроницаемое лицо, хотя была в полном шоке. Карина хочет подняться за счет моего участия в “Универсуме”?!

— И что ты предлагаешь? Помощь извне запрещена правилами игры.

Карина махнула рукой, словно отгоняла от лица надоедливую муху:

— Я тебя умоляю! Но я не говорю тебе нарушать условия “Универсума”, я готова помогать тебе с учебой. Да тот же курсач по психодиагностике или по психиатрии. У тебя больше будет времени заниматься тем, что действительно важно. Для таких, как мы с тобой, “Универсум” — чуть ли не единственный билет наверх.

Последнюю фразу она сказала непривычно зло. Я удивилась, Карина — девочка на позитиве, даже когда хочется плакать. Но сейчас ее будто прорвало. Я проследила за ее взглядом и, кажется, все поняла.

В черную представительскую иномарку садилась Дина Князева. Я эту машину часто видела — на ней сестра Виктора приезжает и уезжает из универа, никогда не задерживается после пар, насколько я знаю.

— Она тебе не нравится, Карин?

— Я, что, парень, чтобы на нее облизываться?! Да сними с нее брюлики, шмотки и умой хорошенько — так такая же, как мы с тобой, будет. Но гонору! У меня подружка с ней в одной группе учится, говорит, Князева едва здоровается со всеми. И никогда, прикинь, ни разу ни на одну тусу с группой не ходила. Ну да, не ее уровень. Испачкаться боится — да на ней сегодня платье, как у моей матери годовая зарплата!

Я задумчиво смотрела на отъезжающую машину. Ничего одиозного или скандального про Князеву я не слышала, но, как и другие девчонки, дочку вице-губера я недолюбливала. Она выглядела еще более надменной, чем ее братан, Витя вообще казался намного проще, чем его сестра. А к Дине на кривой козе не подъедешь.