Кофейная сказка

Кофейная сказка

Вечер над морем всегда захватывающее зрелище. Особенно летом, когда воздух насыщается влагой за день, и вечерняя заря раскрашивает горизонт серо-розовой пастелью. Небо и вода сливаются даже для самого искушённого взгляда. Наоми, хозяйка небольшого приморского кафе, построенного в скалах сразу над портом, любила это время.

В кафе было пустынно. Жители этого приморского городка предпочитали вечерний отдых дома, а заезжие гости появлялись с утра и днём, когда движение на извилистой горной дороге, что вела на берег, оживлялось. В руках хозяйки мерно похрустывала кофемолка. Да, кофе здесь готовили только из собственноручно обжаренных и смолотых зёрен, ещё горячих. Заезжие торопыги редко хотели ждать почти сорок минут, но со временем сложился свой круг посетителей. Сюда захаживали и местные жители - часть из них тоже "досталась по наследству" - вместе с заведением; и останавливались те, кто специально выкраивал лишнее время на поездку в главный портовый город, лежащий дальше на запад. Так что стоянка чуть в стороне от кафе тоже редко пустовала. По случаю вечера и скорого окончания работы хозяйка отпустила помощниц, и несколько минут назад по какому-то странному наитию взяла в руки кофемолку. Обычно большая часть обжаренных зёрен должна была вылежаться до утра, для особенных ценителей. Был среди них один дедушка, капитан дальнего плавания в отставке. Каждую пятницу он приходил ровно в девять утра, независимо от времени года. Зимой усаживался в уголочке рядом с карликовой пальмой, летом на террасе; заказывал кофе и степенно ждал, попыхивая резной гагатовой трубкой.

Но на завтра намечалась среда, первые из завсегдатаев подтягивались ко времени утреннего бриза, чтобы наслаждаться ароматным напитком на свежем ветерке. Терраса была вписана в рельеф так, чтобы от полуденного солнца её прикрывала скала, а бризы свободно продували. Поэтому что заставило её заняться кофе, Наоми не знала. Поговаривали в городке, что бабушка, которую она не застала, была знающей, но семейные предания ничего на этот счёт не сохранили. Кофемолка стала тёплой от работы, в приморском воздухе повисла тончайшая взвесь запаха свежеизмельчённых зёрен. Наоми бросила взгляд в сторону моря и увидела, что к причалу, который находился почти прямо внизу, подходит небольшой, угловатый, но изящный в совершенстве своих очертаний катер. Опустив нос, он притёрся к старым покрышкам, свисавшим с краёв, на кнехт метко полетел швартовый конец с кормы, потом с носа.

На причал перепрыгнул один-единственный пассажир, очевидно, владелец катера. Сверху, да ещё в сумерках, мало чего можно было разобрать, но Наоми точно разглядела, что пришелец поднял голову, рассматривая резные края крыши над террасой. А потом скрылся из виду, явно направившись по дорожке из двух сотен ступенек, что вела к кафе. Наоми кинулась на кухню, включила огонь под стальным поддоном с мельчайшим речным песком. Да, кофе здесь готовили только на раскалённом песке, подогреваемом открытым газовым огнём - никаких сенсорных индукторов. Оливковые коробочки кардамона, пахучие трубочки корицы, витиеватый шарик мускатного ореха, душистый, крупным горошком, перец. Руки Наоми мелькали возле песочницы, успевая передвигать джезву по пыщущему жаром хрустящему золоту, крошить то, что нужно покрошить, приготовить ситечко... она подхватила джезву с горкой пены ровно в тот миг, когда по ту сторону барной стойки послышались шаги.

- Добрый вечер, хозяюшка.

Наоми обернулась. На неё с лёгким прищуром смотрел высокий мужчина неопределённого возраста в промежутке от тридцати до... до скольки? Даже глаза не выдавали его. Одет он был очень просто и в то же время добротно, так подбирают себе гардероб люди, которые много путешествуют. И которых, по большому счёту, поговорка о встрече по одёжке совершенно не заботит.

- А я кофе приготовила... вот, - Наоми поставила перед гостем блюдце и без малейшего звука устроила на него чашечку, испускающую сногсшибательный аромат.

- Прекрасно. В открытом море даже летние вечера бывают прохладными, - кивнул гость. - У вас красивый городок. Те, кто его строил, хорошо знали своё дело - так распланировать застройку в таком рельефе...

- Вы строитель?

- Я не представился, - лёгкое движение глазами, выражающее безмолвное извинение, заставило Наоми податься ближе. Откуда он знает эти тончайшие жесты? В дневниках бабушки, которую тоже звали Наоми, они были описаны подробно, но в городке их знали, кроме неё, всего двое, включая старика-капитана, - Вадим. Нет, я не строитель, скорее наоборот. Мой корабль, рейдер "Элеонора де Тахо", стоит за мысом.

Наоми с трудом подавила удивлённый вздох. Бабушка, в честь которой её назвали, в своё время познакомилась с капитаном и владельцем парового ещё броненосца "Громовержец", и это перевернуло жизнь мало не всей планеты. Конечно, серая громадина не несла мифических алых парусов, но в легенды Наоми-старшая попала.

Вадим взял чашечку с кофе, долгим медленным вдохом изучил его аромат, снял с пояса небольшую стальную флягу и сказал:

- До совершенства не хватает крошечного мазка.

В кофе упало несколько густых, прозрачно-коричневых капель, отмеренных точным движением кисти.

- Попробуйте, Наоми.

- Ой! А откуда... - она скосила глаза на именничок, приколотый к блузке, и покраснела как девчонка.

- Хотя, пожалуй, правильнее будет так: вы нальёте себе точно такую же чашечку, и я добавлю туда этого замечательного коньяка.