Сверхмашина

Глава 8. Этот мир сошел с ума

Несмотря на то, что Ната никогда еще не ставила перед собой цель написать как можно более бредовую статью на основе реальных фактов, это ей удалось. Поставив последнюю точку, девушка откинулась на спинку стула. Та жалобно скрипнула, но мужественно выдержала.

– Ну вот и все…

– Закончила? – приподняв бровь, Макс отвлекся от потрепанного томика какой-то книги по садоводству.

Где он ее нашел оставалось загадкой, но Нату это не особенно волновало. Потерев переносицу, она кивнула.

– Сейчас просмотрю на предмет ошибочек и отправлю Альке.

– С теми же ошибочками, – цинично бросил Радулгин.

В этот раз Ната даже не вздрогнула, только скрестила руки на груди. Этот черт двигался бесшумно и всякий раз пугаться его появления она устала.

– Не нравится – сам редактируй.

Хмыкнув, Радулгин не стал ничего отвечать. Он вообще говорил мало и даже когда в пакете с одеждой обнаружились веселые футболки с мультяшными персонажами ограничился только мрачным взглядом.

Оттолкнувшись от дверного косяка, о который опирался, Радулгин придвинул к себе второй стул и развернул ноутбук к себе.

С легкой усмешкой наблюдая за происходящим, Макс закрыл книгу и с хрустом потянулся.

– Отправляй, а я завтра в город. Нам нужно поговорить с кем-то из людей Самсона. Желательно, чтобы этот «кто-то» был для него максимально незаметным…

По лицу Радулгина, освещенного светом, льющим из монитора, проскользнула тень интереса.

– Есть кто-то на примете?

Неопределенно пожав плечами, Лавров поднялся с кресла, которое он вытащил в кухню из спальни. В той оказалось не так уж много места для размещения там трех спальных мест.

– Да. Думаю, что Ната будет рада его увидеть.

Скептически наблюдавшая за Радулгиным в роли редактора, Ната удивленно взглянула на Лаврова. Тот успел отойти к плите, чтобы поставить чайник и продолжать, явно, не собирался.

– Эм… Макс, ты о ком?

– О нашем старом знакомом, – просто откликнулся он и обернулся к говорившей.

Еще несколько мгновений ушло на напряженную работу мысли, прежде чем Ната резко выпрямилась на стуле. Неожиданная догадка ее совсем не порадовала. Они ведь разворачивали войну с преступниками, а не представителями органов власти.

– Макс, не нужно. Он же полицейский!

– Он предатель и пособник бандитов, какой он к черту полицейский!

Судя по тому, как напряженно сжались его ладони, этот аргумент был последним из тех, что ожидал и хотел бы услышать Лавров.

– Как ты? – не оборачиваясь, почти невинно уточнил Радулгин.

На мгновение в комнате повисла тишина. За окном тихо шелестел дождь, на плите, тихо скрежеща, грелся чайник. Но подобие уюта мигом исчезло, оставив по себе неприятную липкую сырость.

Помрачнев, Макс шумно вдохнул.

– Как я, – все же коротко бросил он и направился к выходу двери.

Нет, показательно хлопать дверью и уходить в ливень он не собирался, но ему нужно было успокоится, а Ната не переносила сигаретный дым.

Открывшаяся дверь принесла мелкие капли влаги и свежий запах озона. Поежившись, девушка укоризненно взглянула на невозмутимого Радулгина.

– Ну и кто тебя за язык тянул?

Не отвлекаясь от текста, он на миг коснулся клавиатуры, что-то поправив, прежде чем все же подал голос.

– Его в это дерьмо ткнут носом еще не раз. Пусть привыкает, не такая уж и нежная фиалка.

Скривившись, девушка снова откинулась на спинку несчастного стула. Очень хотелось бросить что-то язвительное и резкое, но проклятый черт был прав.

«Этот мир сошел с ума… Я сотрудничаю с желтой газетой, соглашаюсь покрывать воровство полицейского и соглашаюсь с бандитом, который хотел убить меня.» – уныло подумала она и со вздохом поднялась.

Проблемы-проблемами, а кипящий чайник стоило снять с плиты.

– Ты никогда не думала сменить профессию? В клининговой компании тебя оторвали бы с руками и ногами... – неспешно протянул Радулгин в красноречиво молчавшую спину Наты.

Уже первая половина дня наедине с этим мужчиной могли довести до нервного тика даже святого. Ната продержалась до полудня только потому, что нашла для себя дело. Пожалуй, еще никогда этот домик не был чистым до такой степени, что, казалось, пыль и грязь не смогли скрыться даже за плинтусом.

Переделав все дела, Ната вступила в войну со сковородой. Старой чугунной сковородой, с которой сосредоточенно оттирала остатки жира прошедших десятилетий. В ответ на все выпады Радулгина девушка предпочитала помалкивать. Поначалу эта схема казалась действенной, но после того, как книга по садоводству была дочитана уже им, а интернет наскучил, мужчина решил перейти к другой забаве.

Ему очень давно не доводилось просто сидеть и ждать не зная, чем себя занять. И это чувство томительного ожидание, с которым он ознакомился, совсем не понравилось Радулгину.

– Для этого есть специальные средства… – после минуты молчания, снова протянул мужчина и Ната не выдержала.

Глухо зарычав от раздражения, она развернулась к нему.

– Какого черта тебе от меня нужно? Тебе нечем заняться?

– Нечем, – кивнув, отозвался мужчина и откинулся на спинку кресла. – Скажи мне, Наталия, если все пройдет удачно, что ты будешь делать? Опять вернешься к работе журналиста?

От этого вкрадчивого голоса, привычно выделявшего ее имя, Ната на миг даже растерялась. Такого вопроса она никак не ожидала и на мгновение даже задумалась. Нет, разумеется, ей не нравились все те события, что перевернули ее жизнь с ног на голову, но бросать из-за этого профессию… Как бы там ни было, а она любила свое дело. Любила докапываться до истины, искать факты, вычленяя их из потока бреда.

Следя за переменами в выражении ее лица, Радулгин криво усмехнулся и медленно поднялся с места.

– Можешь не отвечать.

– Ну и что, я просто буду осторожнее с материалами, – мгновенно ощерилась она, взглянув на собеседника исподлобья.