Последний шанс палача

Часть 1. Глава 6

Глава 6

Гонки с препятствиями

…Однажды всё это уже было – совсем давно. Прокаленный июлем лес, стрекот кузнечиков, горький запах срезанной травы. Отец, молодой и сильный расстилает тряпку, мама выкладывает яства, простые, но вкусные до одурения: черный хлеб, вареные яйца, малосольные огурчики. Рассыпчатые клубни картошки пересыпаны укропом, аромат летней сытости дразнит и влечет, но жара сильней. Уйти от зноя, спрыгнуть под глинистый бережок, где вода застоялась в следах коровьих копыт, а зеленые струи реки кажутся плавленым стеклом. Разбег, толчок, удар холода, полумрак. Дна нет. Вверх, к воздуху и свету – а света нет тоже! Холод и мрак тянут вниз водоворотом, ужас дерет легкие… не закричать… держать воздух! Грести!!! Бурые космы водорослей как патлы водяного, путают ноги… отгребать в сторону… еще! Воздух, солнце, лето! Жизнь!!!

Другая жизнь!

Валуны вместо глинистого яра, скользкие стволы на отмели, вперемешку с хворостом. Запах гнилого дерева вместо травы и укропа – аромат возвращения к реальности. Нет ни отца, ни его сильных рук, и никто не нажмет на грудь, заставляя выплюнуть тину. Сам должен! Ты снова здесь и сейчас, отвечаешь за себя и за мокрое тело рядом, почти бессознательное. Ты снова жив и обязан двигаться! Без проблем, запросто, сделаем! Минутку полежим и сразу…

***

Бежать по тайге – удовольствие ниже среднего. Скользкая хвоя и ветки в лицо. Так и хочется ногу сломать или глаз себе выстебнуть… тьфу, тьфу, тьфу! Ладно, пневмония сейчас опаснее – в мокрой насквозь одежке, из ледяных объятий горной реки. Бежать, сушить на себе!

А объятия были что надо! Не хочется банальностей, но – щепка и водоворот. Никаких иных ассоциаций, да и мыслей уже никаких. Ураган с ласковым именем пронес мимо крупных валунов, берег встретил два тела в расчетном месте, пальцы вцепились в мусор. Выбрались, в общем. Все на том же бешеном адреналине Глеб поднял даму, порывавшуюся лечь пластом, погнал вперед тычками. Дыхание сбилось вмиг, зато согрелись. На шаг перешли. Плевались, хохотали, вопили, будто подростки под кайфом. Потом адреналин в крови иссяк, оставив тошноту и мокрую одежду. Еще ружье с треснувшим прикладом, кучу синяков и шишек… долго перечислять!

- Ладно, привал, - кивнул Глеб, вспомнив про «боевую усталость». На редкость коварная бяка, самых опытных иногда губит. Отдыхать надо, граждане! Не восстанавливаются нервные клетки!

Первый сюрприз преподнесли спички – мокрыми оказались, вопреки полиэтиленовой запайке! Горючее зажигалок спалили еще в пещере, единственный патрон Глеб решил поберечь, еды не осталось вовсе, а вот фляжка внушала оптимизм. Скромный такой, глотков на несколько.

- На, хлопни разок, - протянул сосуд Дине, сохранявшей, по-прежнему, вид дремотной ошалелости. Мыслями, явно, еще в пещере – на реку глядит и прыгать готовится. Пусть пока, не в этом проблема.

КУДА ИДТИ?!

Таежником Глеб за полгода так и не стал, здешнюю свою жизнь привязывал к дорогам и турбазам. Вариантов пути при таком раскладе примерно 360 – по числу градусов в круге. Карту республики кое-как помнил: цивилизация базируется на северо-западе, и по берегу Хотуни к людям выйдешь непременно. Если сил хватит. Златогорье, к счастью, не красноярская тайга, регион вполне обжитой, но возможностей умереть героем достаточно и тут. Основу выживания составляют сущие мелочи, которым в городе рупь цена: качество обуви, к примеру, да и само ее, обуви, наличие.

Глеб еще со «срочки» знал всё про сухие портянки и разношенные сапоги, а дальнейшие годы настроили его не в пользу многих брендов. До сих пор уважал советские кожаные кроссовки – без всяких «анатомических подошв», зато крепкие как копыто бегового коня. Сейчас такие не шьют, увы. Срываясь в бессрочный свой дауншифтинг, приобрел Глеб уже здесь, в Сибири произведение местной фабрики: бурая толстая замша, простроченная на пять рядов. Короткое лето истрепать замшу не успело, а вот река ей на пользу явно не пошла. Набухли кроссовки, фиг просушишь. С ногами Дины обстояло получше – белоснежный «найк» хлебнул таежных реалий, но форму терять не спешил. Что и нужно сменить, так это носочки, если найдутся в ведьмином рюкзаке сухие, и удастся избежать кровавых мозолей.

Дина закашляла, прерывая практичный ход мыслей – тяжело и долго. Очень нехорошо закашляла. Усталые глаза, лихорадочный румянец.

- Ты как? – спросил Глеб для проформы, уже роясь в кошеле. Спички кошель не уберег, а вот лекарства… живы, вроде. Что у нас тут из антибиотиков? Или сперва парацетамол дать?

- В груди болит? Температура есть?

- Не знаю. Поспать бы. Не могу уже.

- Нельзя, Дина, ты ж мокрая вся! Влезем на хребет, будем греться! На вот, таблеточку съешь, полегчает!

Врал, конечно. До заката, судя по солнцу, несколько часов, на подъем не хватит. Нужно открытое место, для безопасности. Начинить патрон тряпкой, или сухим мхом, пальнуть в костровище – тут тебе и огонь, и ночевка. Дальше топать с утра, вслед за солнышком!