Новый старый дом

Глава 14

В дорогу всё нужное Аглая собрала ещё с вечера, потому сумеречным утром уже катила на телеге в Дёмкино. Ей не пришлось идти пешком благодаря тому же Александру Прохоровичу. Вчера он признался, что и о телеге до села позаботился, и время отправления почтовой кареты выяснил. Разумеется, оно было весьма ранним. Выспаться девушке не удалось, но она утешала себя мыслью, что так, возможно, получится проехать через село незамеченной. Возничим оказался тот же мужик, что привозил священника на похороны.

Рассветало на глазах. В полусонной задумчивости Аглая глядела на поля и перелески. Их тонкой вуалью покрывал утренний туман. В этот час не было места яркости изумрудной травы, лазурного неба, бархатной зелени деревьев. Все цвета смотрелись приглушёнными, тонкими, элегантными. Свежесть воздуха и посвисты каких-то птиц дополняли общую картину. Не хватало лишь бредущей по узкой тропинке среди трав молодой дамы в широкополой шляпе. Уже не восторженной девицы, но понявшей свою власть и скрывающей её за тенью ресниц.

Дыша туманом, Аглая смотрела и понимала, почему-то с грустью, что матушке и правда было за что любить эти края.

«Красиво. Но вот люди, и усадьба…»

Девушка встряхнула головой, прогоняя сонливость. Зевнула, прикрыв рот ладошкой, и уже более трезво посмотрела по сторонам. Всё было красиво, но, решила она про себя, этого слишком мало, чтобы остаться здесь жить.

Село проехали, никого не встретив. Аглая старалась пригибаться пониже, прекрасно понимая, что вряд ли это поможет остаться неузнанной. На ней был тот же дорожный наряд, в котором она приехала сюда, и в котором первый раз ходила в Дёмкино. Слишком приличный для этих мест.

С каретой также повезло, она стояла уже готовая к отправлению. Девушке оставалось лишь забраться внутрь, и через пять минут поехали. На сиденье напротив дремал неплохо одетый незнакомый мужчина с саквояжем. Аглае стало любопытно, какие дела могли завести его в эту глушь, но спрашивать она, конечно же, не стала. Через несколько минут сон сморил и её.

Затем было Белякино, в котором она перекусила прихваченной из дома кашей. Поезд до Ресани, билет в жёлтый вагон которого стоил пятнадцать рублей. Можно было бы поехать и третьим классом, но при мысли об откидных полках и десятках шумных попутчиков на Аглаю накатывало отчаяние. Отдавая в кассу почти половину оставшихся денег за место в купе на четверых, она в мыслях с деланной весёлостью убеждала себя же, что экономить сейчас нет никакого резона. Единственной попутчицей девушки оказалась пожилая женщина, одетая в городское платье, но с платком на голове. Аглая решила, что та должна быть купчихой. Поздоровавшись, больше ни одним словом они не обменялись. В три часа дня паровоз гудком поприветствовал губернский город.

Ничего примечательного в длинном кирпичном здании Ресанского вокзала девушка не запомнила, проскочила залы как можно быстрее. Улица встретила грязью мостовой, суетой, криками извозчиков. Сжав ручку саквояжа посильнее, Аглая торопливо направилась к свободной коляске. То, о чём мечталось неделями, наконец-то начинало обретать очертания. Почти пустое купе в поезде, быстро нашедшийся извозчик и даже ясная солнечная погода – решительно всё теперь казалось девушке хорошим предзнаменованием. На такие не слишком приятные вещи, как запах растасканного по улицам навоза и ругань кучера, она просто не обращала внимания.

Ресань была похожа на разросшееся Белякино. Низкие деревянные дома, не везде мощёные дороги, местный говор со всех сторон. Разве что народ был одет не так пёстро, да выглядел чуть более сытым. Аглая только и увидала примечательного, что белый скромный собор, да здание Благородного собрания, на которое ей с заметной гордостью указал извозчик. Восторга его девушка не поняла, но на всякий случай кивнула с улыбкой. Запомнился ей разве что ещё Гостиный двор. Не белыми арками без лишних украшений, а гомоном толпы, сложной смесью запахов, странного вида торговцами, каких до этого она не встречала. То и дело взгляд выхватывал из общей суеты какую-нибудь бабу с гроздьями огромных плетёных корзин на коромысле или мужика в жилетке с прицепленными к ней десятками пар обуви. Но и такие персонажи не удерживали внимания Аглаи надолго.

Телеграф в Рясани располагался в здании почты на одной из центральных отстроенных в камне улиц, весьма немногочисленных в этом городе. Двухэтажное, с портиками и лавровыми венками, перевитыми лентами, оно притом было серым от пыли и ничем не выделялось среди прочих.

Аглая в переднюю почти что влетела. Чуть растерялась из-за многочисленных посетителей, но быстро сориентировалась по надписям на стенах. Свернув направо и пройдя ещё один зал, в котором желающие отправляли и получали телеграммы, девушка попала в экспедицию выдачи денег. Комната эта выглядела весьма солидно: стены глубокого тёмно-зелёного цвета, пара скамеек из лакированного дерева для гостей. Не мягких, но это всё же общий зал для публики. Перегородка, отделявшая места служащих, была из того же дерева. Застеклённые окошки касс отделяли друг от друга резные столбики. Людей в зале почти что не было, лишь один пожилой мужчина с солидным животом заполнял какую-то бумагу у отдельно стоявшего столика.

Над кассами имелось три таблички: «Расписка получений и отправлений по переводам», «Отправление денег по переводам» и «Выдача денежных средств». Немного подумав, Аглая подошла к одному из окошек под первой надписью. Наиприличнейшего вида молодой человек в чёрном однобортном мундире с сияющими медными пуговицами да при щегольски закрученных усах тут же поднял на неё взгляд от бумаг.

– Добрый день, – он заговорил первым. – Как я могу к вам обращаться? Чем могу помочь?