( Без)условная любовь

Глава 1

Глава 1

Андрей стоял у школьной калитки, раздумывая, стоит ли ее открывать. Первый урок уже пропущен, скоро звонок, новая классная набирала дважды, он трубку не взял – не знал, что сказать. Что струсил? Стыдно как-то… А ведь реально струсил, и сейчас страшно тоже. Хотя, казалось бы, чего бояться?

Ему всего и нужно, что отходить оставшиеся три месяца в этой школе, не завалить внешнее тестирование, а потом уехать во Львов, как и собирался, в университет своей мечты. Причем если раньше мама еще спрашивала, почему его несет в чужой город, когда столица у ног и каждый вуз ждет, то теперь поддерживала, тоже дни считала, когда он уедет… Не потому, что видеть не хотела, потому, что не хотела, чтобы он встретился еще с той, что чуть не стала причиной трагедии, а он…

Хрен его знает, хотел ли ее видеть. Иногда накатывало, казалось, что хочется увидеть до одури, и неизвестно даже, зачем – из любви ли или из ненависти. А иногда волной накрывало абсолютное опустошение и какой-то ярый пофигизм. Было тотально пофиг на все, в том числе и на нее. Такие моменты, часы и дни Андрей любил больше всего. Лежал себе спокойно, на потолок смотрел, ни о чем не думал, будто на молекулы раскладывался, оставаясь равнодушным к этому процессу, а потом собирался.

Жаль, таких возможностей было не слишком много – после происшедшего мама с Настей и Глебычем были вечно начеку. Правда Андрей их понимал. Пожалуй, сделай его ребенок то, что пытался сделать он, тоже устроил бы дозор у дверей его комнаты, но от этого не легчало. Он чувствовал сильную потребность в уединении, и мечтал о том времени, когда возможностей для такого уединения будет больше.

Отговаривать его от поступления в далекий вуз никто не пытался – психолог не рекомендовала, сказала, что смена окружения наоборот должна благоприятно повлиять на восстановление душевного равновесия, и так ему будет легче начать новую жизнь без частых возвращений к причине полученной психологической травмы. И пусть с самим обоснованием психолога Андрей мог бы поспорить (чего мудро не делал), вывод его устраивал.

Вот так – видя четкий план и морально готовясь преодолевать препятствия на пути к достижению цели – Андрей Веселов и планировал провести ближайшие пять месяцев.

Первое препятствие стояло сейчас перед ним – ворота школы.

Надо было открыть калитку, зайти, прошагать к входной двери, там объяснить, кто такой и почему приперся, подойти к своему будущему классу, выдержать представление одноклассникам, забиться на заднюю парту к самому отстойному однокашнику, которого скорей всего все дружно чмырят, отсидеть день, прийти домой, сделать домашку, поспать, отсидеть еще день…

Все вроде бы элементарно, а все равно ведь страшно…

– Черт, – ругнувшись то ли из-за злости на себя же, то ли для храбрости, Андрей таки взялся за ручку, толкнул калитку, сделал шаг, еще шаг, снова шаг…

***

– Коть, а ты за платьем ездила уже? Что-то присмотрела?

Сегодня Катя была не в настроении, и сама толком не понимала, почему, просто хотелось то ли плакать, то ли с кем-то хорошенько поругаться, то ли побыть наедине с собой, и чтобы никто не трогал. Но, к сожалению, такой возможности не было, а поэтому приходилось сначала плестись на уроки, а потом проклинать себя за решение сесть на первую парту, прямо перед носом преподавателя… Весь первый урок Катя боролась с желанием улечься на столешницу, уставиться в окно и просто следить за тем, как по серому небу летают птицы, как береза в школьном дворе волнуется при каждом порыве ветра…

– Раз ездила уже, смотрела. Но ничего не выбрала.

– Хорошо тебе… – сидевшая рядом подруга – Вера, вздохнула, уставляясь таким же остекленевшим, как у Кати, взглядом в то же окно. – А мои все отмахиваются. Мол, рано еще… Ближе к дате раз поедем, выберем, и все на том… Но как мы выберем? Как за раз выпускное платье выбрать-то можно? Его же подшивать придется, надо же подумать…

– Ты у меня спрашиваешь? – Катя хмыкнула, отвлекаясь на секунду от окна, переводя взгляд на Веру.

Девушки были похожи – обе блондинки, обе голубоглазые, обе миловидные и тонкие, хоть и довольно рослые. Их даже иногда в шутку называли «белым братством», намекая, конечно, не на принадлежность к одноименной секте, а на объединяющие их внешние особенности. Дружили они с первого класса, надеялись, что окончание школы не будет означать окончание и их дружбы, но понимали, что скоро все изменится. Понимали, и очень этого не хотели. Поэтому за год пережили больше совместных ночевок, прогулок и часовых телефонных разговоров, чем за все года до этого вместе взятые.

– А у кого мне спросить? – Вера бросила на подругу обиженный взгляд.

Вера Яшина относилась к подготовке к выпускному куда ответственней, чем любой из одноклассников. И каждый раз болезненно воспринимала безразличие других к этому вопросу. Будь-то Катя или мама… Ей было искренне непонятно, как можно посвятить покупке платья один день. Как можно было до сих пор не выбрать сценарий выпускного и не начать репетировать вальс…

– Ладно, не дави слезу, знаешь же, что на меня не действует. Я попрошу Марину набрать твою маму, ну или может они будут встречаться в ближайшее время – так даже лучше, она ее убедит более ответственно к вопросу подойти...

– Думаешь?