Щебет птиц

12 глава

Приготовлением к нашей свадьбе занимались Галина Михайловна и мои родители, но ничего пышного не было задумано, я тем временем решила искать  себе работу.  Оказалось, устроиться учителем младших классов совсем не трудно, меня взяли в первую же школу,  которую я пришла.

Директор обрадовалась   появлению нового учителя, не меньше чем я, устройству на первую в жизни работу.

Стены моего   класса был свежевыкрашены в приятный салатовый цвет, доска уступала «Черному квадрату» Малевича,  только  тем, что она  была прямоугольником. Самый обычный учительский стол, казался чрезвычайно крутым и статусным, а миссия по обзвону родителей   первоклашек —  делом невероятной важности, к которому я подошла со страхом.

Разговоры с  Ромой были тоже о школе. Он завидовал, ему  оставалось еще год учиться, а он хотел работать по специальности и зарабатывать.

Час Х неотступно приближался. Мы с мамой  купили платье, туфли и записались в салон на прическу. Галина Михайловна тоже ездила с Ромой за костюмом, а потом восторженно рассказывала, какой красавчик мой жених и что когда он вышел из примерочной кабинки, все присутствующие смотрели только на Рому. Тут же она расстроилась по поводу моих туфелек, узнав, что каблук высокий, и я буду прилично выше Романа.

Свадьба была намечена на двадцатое сентября, примерно за неделю  мне позвонила Лида.

— Свет, я не хочу, чтобы ты выходила за Рому. Ты умная, красивая, сделай  хоть однажды верный выбор.  Ты связываешь себя с неудачником! Да еще и с его мамой, аферы которой ни к чему хорошему не приведут.

Я молчала, не понимая, зачем это звонок и все эти слава, искренние, но уж слишком не вовремя сказанные.

— Приезжай в Москву, — продолжала Света, — Работу найдешь, можно снять комнату. Я деньгами помогу. Теперь они не проблема. Ну, соглашайся!

— Мне надо подумать, Лида, — ее уговоры поколебали мою решимость. Я стала смотреть на наш брак глазами Лиды. Вот ведь реально, зачем? Нет у меня любви и страсти, нет необходимости для замужества. И даже если не ехать в Москву, хотя очень хочется, я могу работать в своей школе и жить где-то на квартире. В частном секторе можно снять задешево. Почему Лида раньше не сказала мне всего этого? Ведь оказывается,  достаточно телефонного разговора с подругой , чтобы почти накануне свадьбы думать о побеге?

Тем же вечером я завела  разговор о нас с Ромой, но была чрезвычайно сконфужена и  меня хватило только на то, чтобы промямлить типа : «Рома, мне кажется, мы не готовы к …»

— Свет, ты снова за свое? Подумай о родителях, они переживают за нас! — он рявкнул,  и я сразу растерялась, действительно, о ком переживать как не о родителях, — Ты, Свет, стала жуткой эгоисткой, думаешь только о себе. Берешь с подруги пример.

— Ром, причем тут Лида? И какая она эгоистка? Что вышла замуж и уехала. Лида устроила свою жизнь, так как всегда хотела. Она никому ничего не обещала!

— Она, она, — Рома не находил слов

— Она  разрушила твои мечты?  Ты сох по ней постоянно! Думал это не заметно? — тут я уже не вытерпела.

Он оцепенел, только его взгляд блуждал по мне, как казалось с ненавистью. Это был миг, но мое сердце екнуло и упало куда-то вниз, где совсем ему не место, а дышать стало невозможно тяжело.

— Никогда не говори чепухи! Не про Лиду, не про кого-то другого! Слышишь? — он сделал шаг ко мне, схватил за запястье и сильно сжал, до боли. Его голос тихий, но с какой-то очень злой интонацией, удивил. Так он еще не разговаривал со мной.

Слезы против моей воли потекли ручьем из глаз, и Роман сразу разжал пальцы.

— Светочка, ну что ты, — он привлек меня к себе и обнял, нежно, так, что сердце снова вернулось на свое место и я вздохнула полной грудью, только - что почувствовав, что мне не хватает воздуха, — Прости, прости, пожалуйста, только пургу эту больше не неси. Я тебя  люблю, и нет мне дела до Лиды. Я так отреагировал, потому что очень  обидно стало. Больше не буду.  И ты про нее не говори мне. У нас  с тобой все хорошо, очень хорошо.

Объятия и поцелуи стали лихорадочно горячими, а руки блуждали по телу. Губы Ромы нежные и наглые, целовали шею, уши щеки,  оставляли влажные следы на лице.  Он  стал стаскивать мой  свитер, а я помогать ему. Чувство  обиды, переплелось с чувством вины, хотелось ласки, любви и прощения. Такая странная смесь из чувств бурлила и требовала выхода. Он опытным жестом расстегнул мне бюстгальтер, и зашептал,

— Всегда думал, что твоя грудь меньше, — и тут же начал целовать соски. Было больно и приятно. Я не заметила, как он подвел меня к дивану. Голова кружилась, ноги налились свинцом или стали ватные, сложно сказать, но что они не держали меня это точно.

Я не могла себе представить, что близость с Ромой доставит столько радости. Нам было хорошо вместе,  страхи улетучились и  лежа в его объятиях я думала, какая я дура, что  пыталась отказаться от  человека, которому реально дорога, человека  ставшего мне  лучшим другом, самым  близким и  наконец  любимым.

Лида и Слава приехали на свадьбу раньше на два дня. Лида хотела помочь мне, но ее помощь сводилась к раскупориванию винных бутылок  и сидению на балконе в квартире Галины Михайловны с сигаретой.  В первый вечер приезда, стало ясно, что между Ромой и Славой уже заочно пробежала черная кошка. Они не разговаривали. В общей беседе  не обращались друг к другу, а исключительно ко мне и к Лиде.

Даже будущая свекровь заметила прохладность отношений, как только вернулась домой из поездки по осмотру своих торговых точек.

— Славик, как я рада знакомству, пойдемте пить чай с тортом,  и вы мне все расскажите  о жизни молодой.

Но чай с тортом перерос в  «питие коньяка», как выражалась мать Ромы,  и если Рома упорно не разговаривал со Славой, то с Галиной Михайловной Слава быстро нашел общий язык. Речь естественно шла о бизнесе, причем оба хвастались своими успехами не забывая похвалить собеседника. Через какое-то время они уже  изрядно выпившие не замечали никого вокруг.  Слава сделал несколько комплиментов маме Романа, на что она отвечала чересчур эмоционально. Нам троим, надоел пьяный треп, и я,  Лида и Рома решили пройтись по ночному городу.