Драконья принцесса

Глава III Надежда

Достойного воина определяет не мастерство или меч. Достойного воина определяет причина, из-за которой он сражается до победы. Даже если эта причина — призрачная надежда на лучшее завтра.

***

Красное солнце тонуло в красных облаках. Натянутые рукава платья согревали похолодевшие руки принцессы; Люси обдала промерзлые пальцы горячим дыханием, прислонив их ко рту. Она тянулась корпусом через балкон, разглядывая в небе очертания своего «завтра». Одновременно хрупкого, как хрусталь и крепкого, как закаленное стекло. Казалось, принцесса вот-вот схватится за перила и спрыгнет на землю, а в следующий миг всякий наблюдатель заметит силуэт бегущей на запад девушки с подобранный подолом.

— Красное небо — к дождю, — тихо промолвила она, сильнее прижав плечи к туловищу. — Только бы турнир не перенесли. Я не вынесу еще один день неизвестности. Бремя ожидания — самое ужасное время: силы истрачены, а результат еще неясен. Остается только надеяться, что все сделано верно.

— Все будет хорошо, принцесса. Больше оптимизма! Ваш брат, ваш отец — они не допустят беды. В конце концов, все попытки нападения были успешно отражены.

Старшая фрейлина сидела на кушетке, закинув ногу на ногу, и наблюдала за Ее Высочеством.

— Спасибо тебе, Дивна, — Люси стояла к ней спиной. — Знаешь, я ведь никогда не говорила тебе слов благодарности. Ты, можно сказать, заменила мне мать. Ни одна нянька не возилась со мной, как ты.

Приближенная открыла рот в удивлении, однако не произнесла ни звука. Слова застряли где-то на кончике окаменевшего языка. Послышался скрип кушетки — женщина взволновано вскочила и в порыве нежных чувств приобняла Ее Высочество сзади.

— Меня переполняет счастье. Но… не говорите так, будто завтра же покинете родной остров, — с укором произнесла она.

Почему-то Дивна ощущала неясную тревогу. На глазах приближенной творилась не только история младшей дочери короля, но и целой страны. Она наблюдала, как падали стены замка; как умирала королева; ее последнюю просьбу — приближенная вдруг обнаружила, что рукой до легкой боли сжимает подвеску в виде ключа.

— Словно затишье перед бурей, — шепнула Люси. — Чует мое сердце — что-то нехорошее случится совсем скоро.

Подушечками пальцев она потерла переносицу и тихо зловеще произнесла:

Пусты дома, заброшены колодцы —
Чума ступает легкою ходой.
И пир грядет; так будем веселиться! —
На эшафот взойдя одной ногой.

— Откуда эти стихи?

— Лира Измира, «Пир чумы».

— О, вы это слышите? Музыканты играют! Кажется, празднество в честь турнира и вашего минувшего Дня рождения началось! — сообщила Дивна.

— Пир чумы, — тихо констатировала Люси. — Жаль мои окна выходят не в сад. Хотя бы полюбовалась праздником. Лео говорит, завтра все кончится. Я молилась Дельву каждый божий день, я просила увидеть этот закат, как добрый знак, знаменующий будущее. Это закат надежды. Бремя ожидания подходит к концу.

Принцесса приобняла себя за плечи.

— Так почему я ловлю себя на дурных мыслях?

— Полагаю, вы слишком много думаете об этом. Идемте в покои. Я попрошу слуг наполнить ванну и затопить камин. Вы понежитесь в горячей воде, а потом мы выпьем чаю.