Серебряная нить

Глава 10. ПАУТИНА НЮАНСОВ

Елизавета Гордеевна, прикрываясь роскошным веером из перьев заморской птицы, уже не один раз пожалела, что не надела свою маскерадную маску. Конечно, ей, как хозяйке приёма, надлежало встречать гостей с открытым лицом. Но святое небо! Кто же мог предположить, что этот человек посмеет явиться к ней в дом! Неужто Оракул Полночного Солнца, в своём мистическом забвеньи подписывая пригласительные карточки незаурядным людям, и его отнёс к таковым?.. Ужели великий прорицатель углядел в нём благотворное влияние в будущих роковых событиях, поменяющих судьбу Литавии?..

Поверх пушистого веера глаза бериллового цвета искоса, стараясь не привлекать чрезмерного внимания, взглядывали в спину удаляющегося министра. Конечно, явиться он мог по любой причине. Ведь ночной раут в Мистическую ночь – событие редкое и весьма значительное.

Все сливки общества, влиятельные, богатые персоналии государства Литавийского, люди чести и морального долга предполагались к посещению закрытого раута. Граждане, любящие своё Отечество всем благородным своим сердцем и готовые послужить своей земле всеми возможными средствами и способами.

Безусловно, таковые люди и так верно несли службу свою. Но благодаря древним знаниям, откроющимся в Мистическую ночь чрез озарения Оракула, узнают они своё истинное предназначение. Свой верный путь, предначертанный самой судьбой. И благие действия свои направят и усилят в означенном направлении. По крайней мере, таковые пояснения предстоящего события дал ей заокеанский мистификатор.

Всё это так. Но Елизавета Гордеевна не могла поверить, что к таковым изумительным личностям следует отнести и вышеназванного господина. Слишком хорошо она его знала. Ещё со времён совместной их деятельности с её батюшкой.

– Госпожа баронесса, что с Вами? – едва слышно обратилась к ней Ликовская, с дружеским участием тронув за руку. – Вы будто тёмного духа из преисподней увидали.

– Вы недалеки от истины, Марго, – повернула к ней встревоженное лицо хозяйка дома, прикрывая их двоих своим огромным веером. – Господин Габрон почтил нас своим присутствием, – саркастический тон её отдавал горчинкой.

– Как?! – огромные озёра бирюзовых глаз стали ещё больше, хотя, казалось бы, больше уже невозможно. – Каков беспринципный нахал! Как же посмел он?! – возмущённо зашептала подруга.

– Т-с-с, – Архипова взглядом показала на Генриэтту. Та, облокотившись на руку, задумалась о своём, вертя в руках драгоценную безделицу; лицо её было хмуро и сосредоточено.

– Лизавета Гордевна, Вы должны быть осторожны, – убеждённо заговорила Маргарита Львовна. – Не знаю, что он задумал, но явился сюда неспроста. Мало мне верится, что был лично приглашён оракулом на осеннюю мистерию.

– Полагаю, что в своём доме мне бояться нечего. Тут полно верных слуг. Да и шпионы тайного советника на каждом шагу, – усмехнулась хозяйка раута. – Но кое в чём Вы, безусловно, правы – следует поостеречься. И не только мне, дорогая.

– Что Вы имеете в виду, госпожа моя?

– Ах, Марго, голубушка, – вздохнула Елизавета Гордеевна. – Кажется, мы совершили с Вами непоправимую ошибку, – с грустью в голосе констатировала баронесса.

– Помилуйте, дорогая, в чём же она состоит? – изумилась Ликовская.

– А вот в этом, – Елизавета Гордеевна, изящно поведя кистью, указала на лицо подруги.

– Не могу понять, – дёрнула плечиком графиня. – В чём ошибка? Ведь я в маске.

– Вот именно в ней и состоит эта ошибка, Марго, – утвердительно кивнула госпожа Архипова. – Вся беда в том, что мы настолько привыкли к своей красоте, что иногда её не учитываем.

Графиня молча взирала на собеседницу, пытаясь понять сказанное.

– Сей загадочный предмет туалета, безусловно, прелестен. Но… Марго, дорогая, Вы смотрели на себя в зеркале, надев его?

– Ну как же не смотреть?.. – удивление Маргариты Львовны нарастало. – Смотрела, конечно. И дома, и в Ваши великолепные лоренцийские зерцала.

– И на что же Вы обратили внимание?

– Что я в нём хороша, – кокетливо сверкнула улыбкой графиня. – Глаза так и лучатся на фоне этого тёмного кружева, – наивно похвалилась она предметом своей женской гордости.

– Вот именно. И для чего люди надевают маски, посещая тайные вечера?

Графиня захлопала длинными ресницами. Кажется, к ней приходило понимание.

– Не хотите же Вы сказать… – растерянно начала она.

– Марго, дорогая, Вас невозможно не узнать из-за Ваших лучезарных яхонтов.

– Но ведь прошло столько лет… – пролепетала графиня.

– Вас невозможно забыть, не обесценивайте себя. Творение Наташи Серебрянской прекрасно, что и говорить. Но всё же для завершённости образа не хватило девице чутья ювелирной модистки – вуалетка была бы как нельзя кстати, – критически оглядывая маску подруги, заметила столичная модница. – Ну ладно ей не хватило… Но мы-то, две не самые глупые дамы королевства… – укоризненно покачала головой баронесса, пребывая сейчас в состоянии не самого лучшего мнения о себе самой.

– Ей хватило, – смущённо призналась Марго, стремительно заливаясь румянцем до самого ворота закрытого наряда. И достала из ридикюля вторую часть маски. – Просто я отстегнула её, чтобы… Чтобы…