Выбирая мир

Глава 1. Поспорим?

Больничный коридор освещался только тусклыми лампочками, из-за недостатка света казался мрачным и неприветливым. Молодой парень неспешно шагал вдоль него в поисках нужного места. Ему никогда не нравился запах больницы, в этих стенах так трепетно разливали здоровье по колбам, запечатывали его в серебристые блистеры, в надежде на то, что это поможет сохранить что-то очень ценное, что-то, что ему приходится забирать, это всегда казалось немного пугающим, и отдающим отчаяньем. Вереница кабинетов кончилась, и он уперся в дверь с нервно мигающей табличкой — «Операционная».

Сосредоточенные лица людей в медицинских халатах, ничем не выдавали их волнения — собранные, уверенные. Отточенные годами движения рук, заученные наизусть короткие фразы, и лишь только мгновение, на секунду прикрытые глаза — маленькая вольность, единственное, что показывало истинные чувства. Люди из стали — так про себя их называл Атанас, одни из немногих представителей людского рода вызывающих в нём так много уважения. Борьба за жизнь лежащего на операционном столе мужчины, велась ожесточенно, пожалуй, если бы всё было в руках этих «стальных людей» она непременно увенчалась бы успехом, но сейчас, сейчас это не только в их власти. Среди запаха больничных микстур и этилового спирта парень вдруг смог почувствовать ещё кое-что, еле заметная нить аромата апельсиновой цедры — «Эйвери» промелькнуло в голове.

— Давно здесь? — вопрос, обращённый к нему вновь прибывшим, подтвердил догадки Атанаса.

— Не очень, а ты, смотрю, что-то задержался, не боишься упустить, как в прошлый раз? — брюнет не мог потерять шанс напомнить Эйвери о промахе.

— Здесь уже всё ясно. Тебе нечего тут делать, — не обращая внимания на подколку, без эмоций ответил опоздавший.

— Хм, поспорим? — обычно беспристрастному и безразличному ко всему Атанасу, вдруг захотелось хоть немного развеять скуку.

«А почему бы и нет?» — подумал он, и заговорщически улыбнулся парню.

— Зная, как ты ненавидишь проигрывать…заманчиво. На что? — непоколебимый в своей уверенности блондин без раздумий согласился, а серые глаза загорелись детским азартом.

— Я ничего не ненавижу, — почти прошипел Атанас, — ты прекрасно это знаешь, такие сильные чувства мне, увы, не знакомы. Так что плевать, — парень задумался, на что мог бы поспорить с Эйвери, но в голове как назло не возникало идей.

— Как на счёт следующего? — не дождавшись ответа, предложил блондин, и кивнул в сторону бессознательного тела.

Атанас удивлённо вскинул брови. То, что предложил Эйвери против правил, но похоже его это мало волновало. Так с чего бы Атанасу тогда переживать об этом. Хитрые искорки, что загорелись во взгляде блондина, должны были его насторожить, но он лишь отмахнулся. Не в первый раз.

— Согласен.

Парни сдержано пожали друг другу руки и стали наблюдать. Никто из находившихся в комнате людей не видел ни посторонних, которых, не должно было быть в операционной, также как и не слышали они условий заключённого пари, продолжая сражаться за жизнь пациента.

Такие встречи с Эйвери для Атанаса были не редкими — блондин раздражал, напыщенный, высокомерный, сосредоточенный на чём-то известном лишь ему. Хотя как стало понятно спустя много лет их знакомства — всё это было напускное, разгадать его истинный характер Атанасу так и не удалось. Но две железные правды он всё же о нём знал — то, что за ним везде и всюду следует запах апельсиновой цедры и то, что в редкие моменты, такие как сейчас в его серых глазах проскакивает тень лукавства и озорства от предвкушения победы. Азартный Эйвери — это что-то новенькое. Спор собственно был никчемным, но хоть немного помогал развеять скуку. Они с Эйвери были ровесниками, и когда им исполнилось по двадцать лет — детство кончилось для обоих, наступили трудовые будни, до получения нарицательных имён оставалось ещё много времени, но вникать нужно было уже сейчас.

Прошло пять минут ожидания, никем не замеченные молодые люди начали попеременно коситься на запястья друг друга, даже Эйвери, казалось, растерял первоначальную уверенность, и был в нетерпении. Но уже через секунду всё стало ясно, запястье блондина обожгло болью, а на внутренней его стороне золотистыми буквами проявилось только одно слово — «vitae». Когда боль немного отпустила, блондин победоносно улыбнулся.

— Я же говорил, — самодовольно заявил победитель.

— Просто повезло, — отчеканил Атанас.

— Не хочешь полюбоваться на мой триумф?

— Иди к чёрту, было бы чему радоваться, — с этими словами Атанас поспешил покинуть палату, ведь как бы он не убеждал себя и других — проигрывать он всё-таки не любил.

Эйвери ничего не оставалось, как приступить к своим прямым обязанностям. Невидимый для всех присутствующих он подошел к почти безжизненному телу и невесомо коснулся рукой области сердца, из его руки полился мягкий свет, а на коже пациента появилась, аккуратно выведенная, римская цифра два. Послышался тихий еле слышный вдох, став для людей в операционной, чуть ли не раскатом грома.

— Пришел в сознание…

— Показатели в норме…

— Пульс в норме…

— Давление в норме…

Медсёстры и ассистенты затараторили наперебой. Предательская капля пота скатилась по лбу хирурга. Он не смог сдержать вздоха облегчения. Ещё минуту назад стаявший на грани смерти мужчина, понемногу приходил в себя. Напряжение, царившее в помещении до сих пор, в один момент будто схлынуло, штормовой волной окотив всех присутствующих освежающим бризом позволяющим вдохнуть чуть глубже. Оставшись довольный увиденным Эйвери поспешил на выход.