Переплести Судьбу 

Глава 9

Глава 9

Я сижу в узком высоком кресле в том же зале, где проводился суд. И лица вокруг… почти те же. Прошла неделя с момента появления вестника от Тиона. В замок прибыли все женихи, двенадцать молодых (что радует, конечно) мужчин. Я еще никого из них не видела и с особым нетерпением жду представления претендентов. Тион, Гильдии и Храмы очень серьезно подошли к розыгрышу столь ценного приза – про́клятой принцессы. Впрочем, разговоры о проклятии больше не ведутся, всех впечатлила выходка Повелителя. Смотри, Илэль, выбирай мужа, как товар на рынке, взвешенно, с нескольких заходов, пощупай, приценись.

В зал входят одиннадцать… молодцев. Выстраиваются в ряд. Я быстро пробегаю по ним взглядом и вздыхаю с облегчением: даже жрецы в традиционных грубых рясах – парни как на подбор, крепкие, высокие... лысые, с веками, подкрашенными понизу сиреневым. Я думала, жрецы – лица духовные, с обетом безбрачия и так далее. Ан нет. Мельком поглядываю на эра Капаиду. Хорошо, что хоть этот не претендует на мою руку, а ведь у жреца-экзорциста какой-то высокий уровень доступа к местным богам. Глядя на Капаиду, трудно представить, что это светило бесогонства. Экзорцист пристроился на самом верху амфитеатра и посапывает, сложив пухлые ручки на животе. Короля в зале нет. Полагаю, это выше его сил смотреть на то, как его Илэль подыскивает себе мужа.

Фу, отвлеклась! Мой взгляд снова на женихах. Один из рыцарей очень молод, светловолос и зеленоок. Наглый изумрудный взгляд тут же впивается в мое лицо, ловит мое внимание, ресницы трепещут, глаза «улыбаются». Я отвечаю ледяным взором. В гляделки сыграть вздумал, мальчишка? Зеленоглазик сначала держится, но я начинаю потихоньку сдвигать брови к переносице. Мальчик не выдерживает и обиженно отводит взгляд.

Один из женихов до замка не добрался. Был укушен большой птицей недалеко от постоялого двора в горах, н-да. Эр Абеней сразу заподозрил происки Аманиэля. А вот и Повелитель. Его появление как всегда эффектно: травка, мох, испорченный корнями деревьев пол. Остальные женихи косятся на Аманиэля с некоторым негативом на лицах. И с плохо скрываемым страхом. Повелитель в открытую демонстрирует, что сам претендует на руку принцессы. Я вспоминаю разговор с Гутой накануне, когда она расчесывает мне волосы на ночь.

— Гута, почему все поверили в мою магию?

— Повелитель.

— А если это ошибка?

— Альвы – непревзойденные стратеги, Илэль. Предприимчивее их нет народа в Лесах и на Лугах. Они всегда просчитывают события на несколько шагов вперед.

— Ага. Как Танни? — я фыркаю.

— Прости его, Ли. Он глупый мальчишка. Мы договорились, что он не будет меня искать, а он слова не сдержал – сбежал от мамы в Леса Коэд, напросился Аманиэлю в ученики… и тоже попался в лапы Филеаса. Ты произвела на него огромное впечатление.

— Такое огромное, что он чуть меня не задушил?

— Это он из-за жажды. Филеас не давал ему чистой воды. Танни влюбился, Илэль. Пожалей его.

— Как? Аманиэль все переиграл.

— Да, — Гута напряженно молчит. — Не выходи замуж за Повелителя. Я знаю, как сильны его чары, как тяжело устоять против них людским женщинам…

— Да уж, — я передергиваюсь, вспоминая момент «эротического воздействия».

— Держись, Илэль! Не поддавайся!

— Не стану, — шутливо обещаю я. — Он, конечно, мужчина хоть куда, но я помню о гаремах и женах-эльвийках.

— У Аманиэля нет ни гарема, ни жены, — Гуте совсем не смешно. — Говорят, когда-то у него была жена… и он потерял ее. С тех пор держит только наложниц.

— Я не хочу замуж за Аманиэля, — говорю я. — Я вообще замуж не хочу, я домой хочу, к маме. Я жалею, что Артем…

Ну вот, глаза опять на мокром месте. Гута меня утешает. Она знает, что такое потери.

… Повелитель занимает место не в ряду женихов, а на древесном троне, который выплетают тянущиеся из-под плит пола корни деревьев. Аманиэль усаживается и кладет ногу на ногу. У него сильные ноги, мягкие высокие сапоги подчеркивают их безупречную форму. Белоснежный камзол расшит речным жемчугом, в волосах тонкий золотой обруч с несколькими зелеными камушками. Крупные руки украшены массивными перстнями. Повелитель прекрасен и знает это. Его присутствие на смотринах – беспрецедентный случай. Эр Абеней выходит вперед и толкает пространную речь о важности текущего момента. Я сижу с прямой спиной, недоступная и, надеюсь, тоже прекрасная. Зал шумит. Каждый из женихов выступает вперед с коротким «портфолио». Не был, не замечен, не привлекался, характер твердый, не женат, готов до последней капли защищать магию принцессы на благо Доминиума.

После церемонии Повелитель исчезает в вихре листьев вместе с троном, оставив после себя развороченный пол (на месте Бруна я бы каждый раз выставляла Высшему альву счет), а эр Абеней облегченно вздыхает:

— Уф! Дюжина. Не бесова, а обычная. Аманиэль был бы тринадцатым, если бы не та атака горного орла. Бесова дюжина – плохой знак. Но все сложилось неплохо.

Я неопределенно пожимаю плечами и поднимаюсь в верхнюю галерею замка. Гляжу на женихов сверху, они готовятся к тренировкам. Первый тур будет проведен среди рыцарей. Хочется помахать платочком и слезливо благословить всех на подвиг. Зеленоглазый мальчишка опять ловит мой взгляд и улыбается. Рядом с ним его наставник. Все женихи прибыли с небольшой свитой. Наставник тоже поднимает голову. Я встречаюсь глазами с Аланом Эрмадонским, Воином Реки.

… Я растерянно кивнула, а эр Алан ответил легким поклоном и вернулся к разговору с зеленоглазым мальчишкой.

— Воин Реки здесь, — озабоченным тоном произнес над ухом Абеней.