Владычица

Глава 9. Зимние костры

Посещение придворного мага очень сильно повлияло на жизнь девушки. Внезапно вокруг нее появилось множество людей, в том числе сверстников, которые пожелали стать друзьями. Оно и не удивительно, ведь всегда найдутся те, кто захочет погреться в лучах чужой славы, или, за счет другого, выделиться, прокладывая путь наверх.

Хотя были и те, кто искренне восхищался талантом юного дарования. Многие педагоги, знавшие, что информация о даре ложная, старались помочь девушке в освоении магии. Снежана была им благодарна, полностью отдавшись учебе. Таким образом она смогла заглушить тоску по Хэру.

По прошествии месяца многие поклонники отсеялись. Кто-то не смог подстроиться под ее график, полностью забитый занятиями. Кто-то не нашел с волшебницей общего языка, ведь девушка совсем не интересовалась теми вещами, чем жила нынешняя молодежь. А кто-то утратил интерес, поняв, что в окружении Снежаны на данный момент нет никаких ценных связей, которые, в последствии, помогли бы получить протекцию для карьерного роста.

На самом деле девушка и сама плохо шла на контакт. Общих интересов со сверстниками было мало, а слышать в очередной раз, какая она невероятная – оказалось скучно. Правда нашлись и весьма упертые личности, которые очень настойчиво преследовали магичку. От того-то она и нашла себе укромный уголок на втором этаже библиотеки, где никто не мешал учиться. К своему удивлению, когда Снежана пробралась сюда первый раз, в этот тихий, казалось бы, забытый всеми мирок пыльных фолиантов, освещенный газовыми рожками и разноцветными лучами солнца из витражных окон, то обнаружила другую студентку. Девушка, судя по мантии, была с третьего курса отделения магии земли. Любительница тишины при виде Снежаны густо покраснела, коротко кивнула в знак приветствия и уткнулась в толстую книгу, что держала на коленях, сидя прямо на полу, облокотившись спиной на полки. Кузякина тоже не жаждала общения, и уж ни в коем случае не собиралась никому мешать, а потому выбрала парочку интересных книг и забралась в противоположный уголок балкона, подальше от соседки.

Так продолжалось чуть больше недели. Пробираясь на балкончик после окончания дополнительных занятий Снежа неизменно находила там студентку, всю обложенную книгами. Девушки кивали друг другу в знак приветствия и на этом общение заканчивалось. А потом, в один из дней, Кузякина подняла глаза от книги и увидела, что юная маг земли стоит перед ней, краснея от смущения и прижимая к груди большой фолиант. И не понятно, сколько времени уже вот так стоит, потому что Снежа совсем не слышала ее шагов.

Увидев, что ее заметили, девушка постаралась приветливо улыбнуться, но было видно, что она сильно нервничает.

– Я могу тебе чем-то помочь? – спросила Снежана приветливо.

– Я…я…тут…восхищаюсь…я хотела… – от волнения и смущения студентке никак не удавалось высказать свои мысли. – Я…я…– понимание невнятности собственной речи раздосадовало девушку еще больше. Она так долго набиралась решимости подойти, боясь каждый день, что Снежана больше не вернется, и вот теперь стоит и мямлит. На глаза навернулись слезы. – Простите, – выпалила она и, резко развернувшись, собралась отойти, но Кузякина успела нагнуться вперед и схватить ее за краешек мантии.

– Постой.

Студентка с кафедры магии земли вновь повернулась к ней лицом, но выглядела очень несчастной. Снежана похлопала по полу рядом с собой.

– Может присядешь? – предложила Кузякина и девушка послушно села. – Как тебя зовут?

– Глафира. Никифорова Глафира Георгиевна, но можно просто Глаша, – смущенно представилась любительница тишины и книг.

Невысокого роста, худенькая, с довольно простыми чертами лица в обрамлении светлых волос, она вся была слишком невзрачная для такого грозного имени. Сокращенный вариант шел ей гораздо больше.

– А я Снежана.

– Да, да, я знаю, – выпалила Глаша, но тут же уткнулась лицом в книгу, что прижимала к себе, словно укрываясь ей как щитом. – И хотела…и очень… – она опять замолчала.

– Ты с отделения магии земли?

– Да…, но я слабый маг.

– Умения всегда можно развить.

– Нет, я не хочу…то есть …я …как бы это сказать… Я люблю магию, но как знания.

– Ты теоретик?

– Да! – девушка была рада, что Снежана помогла ей подобрать подходящее слово. – Я люблю сами знания и не стремлюсь к совершенству в практике. Но ты, то есть вы…

– Да мы же ровесницы, давай все же на «ты», – засмеялась Кузякина.

– Да, да, конечно. Я восхищаюсь тобой, ведь ты можешь сотворить любое заклинание.

– Ну не любое. Я очень многого еще не знаю. К тому же смена магии съедает приличное количество маны, а потому я стараюсь в первую очередь изучить заклинания с малым и средним потреблением духовных сил.

– Да, я так и думала! Там, во время вашей дуэли, вы…то есть ты, ты подобрала одни из наиболее оптимальных заклинаний. Когда я это увидела, мне стало любопытно, какие еще комбинации можно бы было использовать.

Рассказывая все это Глаша повернулась к Снежане. Сейчас она не была похожа на затравленного котенка. Ее глаза горели фанатичным огнем, а щеки разрумянились. Видимо, она действительно очень любила магию. А от того, что сама испробовать каждое заклинание не могла, радовалась уже от того, что смогла их изучить.