Ведьма и Оборотень. Противостояние

Империя Вернея, Империя Тьмы, Территория Кентавров, вершина горы Монтем, двенадцатью часами ранее

- Я бы сказал, что мы услышали достаточно. Что ты думаешь? - негромко спросил Эйлам, поднимаясь с промерзшего камня пещеры, на внешней стороне которой они с Аннеликом таились и подслушивали весь разговор между Яксаасом и двумя Кентаврами, пришедшими за советом, пользуясь своим непревзойденным вампирским слухом.

- Что ты абсолютно прав, брат, - заметил Аннелик, осторожно выглянув из-за острого края скалы и увидев двух мужчин, стоявших примерно в десяти метрах под ними.

- И что? На что это похоже? - спросил Эйлам, прижимаясь всем телом к скале, чтобы защититься от бушующего снега, закидывающего его яростными порывами ветра.

- Мы должны подождать, они все еще там, - тихо ответил Аннелик, также крепко прижимаясь к камню под ним. Он не хотел рисковать быть обнаруженным Кентаврами, после того, как они приложили такие усилия, чтобы спокойно наблюдать за ними. Он сжал компас, что привел их сюда, в руке чуть сильнее. Очень умная штучка. Он прищурил глаза от удовольствия и растянуть губы в довольной улыбке.

Ему очень нравилось, как легко все проходит. Но самом деле, если честно, он был немного разочарован тем, что все оказалось не так сложно, как могло бы быть. Как воин и военачальник, он привык к определенным сложностям, которые воспринимал как должное, поэтому неудивительно, что он находил эту незначительную шпионскую миссию скучной. Но главное, что он узнал именно то, ради чего сюда пришел.

Хуже, однако, будет выжимать из этого Сиренянина добровольно пожертвованные слезы.

Подсознательно он подозревал, что Бессмертный определенно не из тех существ, которые тихо плачут где-нибудь в углу комнаты, разбрасывая эти столь ценные соленые капли. Им придется действовать по-другому, размышлял он, и уже знал, что эта часть будет совсем не простой. Тот факт, что Сирены были очень гордыми существами, усугублял ситуацию, а если добавить к этому типично мужское тщеславие и характер самца, который никогда не позволяет себе проявлять слабость, то все становилось запутаннее с каждой секундой.

Ему придется очень сильно постараться и найти какую-нибудь слабость, которая позволит легко манипулировать этим Бессмертным и заставить его делать именно то, что нужно Вампиру, в его случае, плакать.

- Они начинают удаляться, - отметил Эйлам. Аннелик наклонился вперед и увидел две мужские фигуры, исчезающие в густой метели.

- Ты прав, - кивнул он головой и снова надел на глаза свои снегозащитные очки. - Похоже, мы можем медленно спускаться, - продолжал Аннелик, следя за Эйламом, который начал медленными движениями сползать вниз по скале.

- Так, что нам делать теперь, когда мы знаем, что нам нужно? - Эйлам с интересом спросил, надевая капюшон, который хотя бы частично защищал его голову. - Прежде всего, я бы предложил нам отправиться на территорию Вампиров, отдохнуть там, а потом решить, что делать дальше. В конце концов, я более чем уверен, что твоя мама будет рада нас видеть. Я имею в виду... сколько времени прошло? Пять лет? - Спросил он.

Аннелик устало вздохнул и вытер влажный лоб грубой тканью перчатки.

- О, да ладно, что я вижу? - весело усмехнулся Эйлам. - Неужели визит к твоей матери заставил тебя так нервничать? - Он продолжал дразнить. Аннелик бросил на него сердитый взгляд, который был виден даже сквозь очки на его глазах. - Хорошо, хорошо, я знаю, но мы все равно должны остановиться там. Мне нужно навестить друга и забрать у него кое-что, - сказал Вампир, даже не упомянув об их матери, которая в своей строптивости и бестактном поведении была, пожалуй, хуже их обоих вместе взятых. Аннелик был благодарен ему за это. Он её любил, в конце концов, она была его матерью, но это не меняло того факта, что он предпочитал избегать ее, насколько это было возможно. И если все пойдет по плану, так будет и сейчас.