Камень королей. Часть 2

Глава 8. Ожидание

Ожидание изводило. Сони подергал болтающуюся пуговицу мундира, повозил вокруг себя носком сапога и пересчитал серые плитки пола до противоположной стены. Больше заняться было нечем. Пошарив взглядом по коридору рядом с собой и не найдя ничего примечательного, кроме двух стражников в синих табардах, он стал наблюдать за тем, как вдалеке возле крупной вазы с цветами ругаются две служанки. Одна бурчала что-то о пожеланиях королевы, другая – про указания леди Бьелен. Они вели себя очень забавно – яростно жестикулировали и были готовы вцепиться противнице в волосы, но костерили друг дружку шепотом. В этом коридоре располагался кабинет королевы, а новую хозяйку замка лучше не злить.

Слуги всегда очень тонко чувствуют настроение господ – от этого зависит, похвалят их или накажут. Дела у Невеньен после смерти мужа шли плохо, оставшиеся рядом с ней лорды были пасмурнее тучи. Поэтому дворня в замке Остевард ходила тише воды, ниже травы. Собаки боялись гавкнуть лишний раз, и даже дым из кухонной трубы, упрямо сопротивляясь ветру, дул в другую сторону от замка, чтобы, не дай Небеса, не прогневить хозяев, и без того находящихся в дурном расположении духа.

К счастью, в Остеварде, куда из Серебряных Прудов переехала маленькая королева, было где спрятаться от сердитых шиканий лордов. Некогда он служил главной военной опорой королевской династии, и в наследство от тех времен замку достались обширные пространства внутри мощных крепостных стен, высокие башни и просторные помещения, рассчитанные на крупный военный гарнизон. Даже с учетом того, что последовавшие за Невеньен лорды привезли своих слуг, около половины комнат в замке пустовало. Если не больше – со времени пребывания в поместье ее свита изрядно поредела.

Может, поэтому Невеньен и выглядела сегодня такой строгой? Сони хотелось думать, что у девушки хватает проблем и без него – мужа убили, добрый сосед обернулся заклятым врагом, союзники торопливо ретируются… Провал отряда, повлекший за собой разорение Аримина и освобождение Детей Ночи, конечно, не был мелочью. Но ведь Невеньен не казнит никого только из-за того, что она расстроена?

Сони попинал ногой стенку, на которую опирался. Смешно – жизни взрослых, видавших виды мужчин зависели от настроения какой-то соплюхи. Впрочем, из двух человек, которые только что слушали доклад Сони о событиях в Аримине, мнение Невеньен стоило меньше всего. Обычно бесстрастный Тьер, «тот, кто правит на самом деле», хмурился еще сильнее, чем королева. Сони это беспокоило. Он был последним из отряда, и гвардейцы должны были повторить ту же красивую историю, что и он: о том, как они доблестно отбивались от полчищ воинов Шасета и приспешников Гередьеса с Тэби во главе и почти победили, но в последний момент случилось непоправимое. Умирающий предатель со словами «Так пусть же королевство не достанется никому» сломал державу и выпустил када-ра. Звучало это в должной мере пафосно и в то же время трагично – Дьерд, у которого проявился немалый талант к сочинительству, над этим постарался. Отряд тщательно отработал все варианты лжи, и никто не должен был расколоться – придержать правду было в интересах гвардейцев. Но почему Тьер метал глазами такие молнии, если слышал те же самые слова в четвертый раз? Неужели он о чем-то догадался?

Пытаясь успокоиться, Сони подул на вспотевшие ладони. Скорее всего, молнии в глазах советника ему просто показались. Он бы погрешил на то, что кто-то из гвардейцев разболтал правду, но, во-первых, верил им, а во-вторых, они испереживались не меньше, чем он. Виньес, обкусывая тонкие губы, мерил шагами узкий коридор рядом с кабинетом королевы, заставляя подскакивать молодого стражника у дверей. Второй стражник, постарше, в более затасканном доспехе, был спокойнее. Он не дергался из-за Виньеса, зато нервно косился на Дьерда. Тот весело насвистывал и даже приплясывал, несмотря на гнетущую атмосферу, и это раздражало не меньше, чем необходимость ждать решения королевы по поводу проваленного задания. Только Кален, как каменная статуя, невозмутимо стоял в любимой позе – прислонившись к стене, сложив на груди руки и закрыв глаза, будто в дреме.

Сони ему завидовал. Причин бояться королевского решения у Калена было больше, чем у Виньеса и Дьерда. Аристократов так легко не казнишь, а Кален высоким происхождением не хвастался, к тому же его, как командира, ждало более суровое наказание, чем подчиненных. И как только ему удается сохранять хладнокровие?

Дьерд перешел к особенно пронзительной трели, от которой хотелось заткнуть уши. Нахохлившийся Виньес сердито забурчал себе под нос что-то про дисциплину и о том, что гвардейцам такое поведение простят, но будь Дьерд солдатом в нормальной армии, его бы давно вздернули.

- Хватит, - проговорил Кален, не поднимая век.

Парень стих, но ненадолго – заставить его замолчать было чем-то из разряда божественного.

- Они там уже почти час сидят, - пожаловался он, намекая на Невеньен и Тьера, закрывшихся в кабинете королевы.

- Скажи спасибо, что они действуют в обход протокола и не позвали Ламана, - буркнул Виньес. – Тогда собрание было бы коротким, зато с однозначным концом: смерть родственника он нам точно не простит.

Упоминание о Танэль на несколько мгновений вызвало тягостную тишину. Затем Дьерд снова не выдержал:

- И все-таки, что можно так долго обсуждать?

- Выбор наказания. Казнить, распустить отряд, - запрокинув голову и сцепив руки за спиной, стал перечислять Виньес, - бросить в тюрьму, задать плетей, лишить званий или жалованья…

- Хватит, - громче повторил Кален.

Ага, значит, его все-таки пробирает дрожь по позвоночнику. На Севере командир показал пример железной выдержки, но и он тоже человек.

- Что будешь делать, если королева Невеньен потребует отдать нас толпе? – тихо, чтобы не слышали насторожившиеся стражники, спросил Кален Сони.