Преданное сердце

Глава 15.1

Грета нашла Оберона на берегу озера. Он сидел на поваленном дереве и выглядел подавленным. Спросив, не помешает ли компания, Грета получила разрешение скрасить его одиночество. И лишь когда охрана удалилась, присела рядом.

— Вы забыли свой цветок, — протянула она розу.

Оберон обворожительно улыбнулся, и Грете показалось, что хмурость его прошла. Вновь перед ней рыцарь, покоряющий своим обаянием.

— Простите, — ответил он. — Как грубо с моей стороны пренебречь вашим подарком.

— Позвольте вдеть розу…

— Это лишнее, — перебил ее Оберон и забрал цветок. — Благодарю, моя королева.

Они молча смотрели на сверкающее в лучах летнего солнца озеро и наслаждались компанией друг друга. Говорить было о чем, но гораздо приятней просто помолчать, сидя рядом на старом дереве.

— Вы обещали рассказать мне про свою родину, — решилась Грета. — Подходящее сейчас время и место?

— Вполне.

— В таком случае, я готова вас выслушать.

— Это скучная сказка. Вы не голодны?

— Нисколечко, — улыбнулась Грета и развернулась к нему, подмяв под себя ноги.

Оберон тоже развернулся к Грете и вставил ей в волосы розу. Простой жест бы таким неожиданным и милым, что она растерялась.

— Это ведь моя роза, — улыбнулся Оберон. — Я хочу восторгаться ею в ваших волосах. Люблю цветы. Они — дыхание жизни. Как и вы. Грета, в вас столько жизни. Зачем же вы тратите ее на меня?

— Не стоит?

— Рядом с вами пылает прекрасный мужчина. Он вас любит. А вы сидите здесь со мной и просите рассказать глупую сказку. Бессмыслица.

— А вы расскажите. Со смыслом я сама определюсь.

— Что ж… Тогда слушайте. Оборотни пришли с запада. Далеко отсюда земля наша — Междуречье. Сейчас совершенно заброшена. Заросла лесами, заселилась зверями дикими. Но когда-то это было воистину великое государство. С могучими правителями. Огромной силы.

— И что произошло?

— Зверя разгневали. Не все, конечно. Вы ведь знаете, что оборотни с островов отличаются жестокостью. Вот и в Междуречье так же было. Слишком жестокими стали главные семьи. Слишком много воевали, не жалели ни чужаков, ни собственных подданных. И тогда Зверь пришел к королю и сказал: последний у него шанс вернуть народ свой к вере истинной. Только король не послушался.

— Почему?

— Отказаться ему нужно было от власти. Только от власти отказаться очень сложно.

— То есть Зверь решил назначить нового короля? Король магов, думаю, тоже бы взбунтовался, — ухмыльнулась Грета.

— Не нового. Было сказано: “И родятся у тебя три медвежонка. В тот же день поставь их у трона. Собери из каждого рода по представителю и решайте все на равных. Принцы вырастут, будут в Междуречье три великих правителя”. Когда свершилось это — родилось три принца — король отнес корзинку с детьми в молебную рощу и сказал, чтобы Зверь забирал себе “великих правителей”. В тот день Зверь выбрал семьи, что поведет на новую землю, и они ушли на восток. Самые верные основали Флидабург, сомневающиеся расползлись по всему краю.

— А что стало с Междуречьем?

— Зверь его сжег.

— А что стало с принцами?

Оберон странно улыбнулся.

— Младенцы не выживают в лесу, Грета.

— Это не глупая сказка, — нахмурилась она. — Это страшная сказка.

— Пожалуй, что так, — кивнул Оберон и долго смотрел на озеро.

Прерывать его молчание не хотелось. А спросить хотелось так много.

— Оберон, — решилась все-таки Грета. — Мне не нужен Верн. Он говорит, что меня любит, но мне он не нужен. И мне совершенно не важно, насколько он хороший король. Я не могу любить его за то, что он король. Не могу.

— Мне кажется, вы лукавите, — спокойно сказал Оберон. — Если бы видели в нем короля, не вели себя так… Но если настаиваете, то попробуйте увидеть в нем не короля. Мужчину, например.

— Это не поможет.

— Вы пробовали?

— Не хочу. Я вас хочу.

Оберон смотрел на нее так ласково, что Грета была уверена, что вот сейчас, именно сейчас, он ее поцелует. Но вместо этого ее рыцарь сказал с грустью:

— Для Верна я — напоминание о великом прошлом. Для вас — мечта о прекрасном будущем. Но я — лишь призрак.

— Что вы такое говорите?

— Я — призрак, Грета. Я — один из тех трех принцев. Меня не существует. Я — лишь привидение. Великое, вечное, но бестелесное. То, что вы видите — иллюзия. Каким я мог бы быть, если бы я был.

Грета смотрела на него и не могла вымолвить и слова.

— К телу нельзя прикасаться лишь потому, что иллюзия моего существования разрушится. Как рушится любое средоточие магии, стоит только осквернить ее рукой смертного. Зверь дал нам, принцам, всю силу сожженных в Междуречье молебных рощ. Мы можем многое, но жизнь нам недоступна. Умереть я тоже не могу. Только раствориться в земле, лесах, реках. Магия вернется туда, откуда пришла, забрав остатки меня с собой.