Восход стоит мессы

Исторические заметки к Частям 5-6

1. О Дамвиле

Генрих де Монморанси-Дамвиль – реальный исторический персонаж. Известно, что в результате раскрытия заговора «недовольных» его собирались арестовать, но не смогли, поскольку он отсутствовал в Париже. Таким образом, расследователи исходили из того, что Дамвиль в заговоре участвовал, но так ли это было на самом деле, сейчас не узнать. После разгрома заговора Дамвиль действительно возглавил партию «политиков» и стал одним из самых ярких вождей оппозиции.

2. О Жане де Лавардене

Жан де Лаварден – сын Шарля де Лавардена, воспитателя Генриха Наваррского в один из периодов детства принца. Жан был верным товарищем Генриха, его предательство является вымыслом.

3. О дружбе Генриха Наваррского с герцогом де Гизом, имевшей место после возвращения Генриха из Венсена.

Все историографы Генриха IV отмечают этот исторический факт, поэтому приходится констатировать, что Генрих действительно имел приятельские отношения с Гизом в тот период; вопрос лишь в том, насколько они были искренними. Разумеется, в души «друзей» уже не заглянуть, но последующая вражда между ними убеждает нас в том, что со стороны Генриха это было чистым притворством. Впрочем, к смерти Меченого Генрих Наваррский отношения не имел. Гиз погиб в 1588 году от руки сторонников Генриха III, вынужденных защищать ослабевшего короля от слишком сильной лотарингской клики, напрямую угрожавшей безопасности монарха.

После смерти Гиза католическую партию возглавили его брат герцог Майенский и сестра герцогиня де Монпансье, которые еще долго вели ожесточенную борьбу против Генриха III, а затем – Генриха IV.

После своей окончательной победы Генрих IV простил их, отказавшись от преследования побежденных врагов. Остаток жизни герцог Майенский честно служил Генриху IV.

4. О политической роли Генриха Наваррского в 1575 году.

Как и сообщается в романе, Генрих к этому моменту почти полностью утратил свой статус главы протестантской партии. Это становится ясно по тому, что сбежавший Дамвиль предлагал союз герцогу Алансонскому и принцу Конде. О Генрихе Наваррском он как будто забыл. Несколько лет понадобится Генриху, чтобы восстановить утраченное влияние.

Общее же его настроение в тот период хорошо иллюстрируется сохранившейся в истории фразой, которую он произнес, прочитав манифест д’Алансона: «Я наслушался подобных манифестов в бытность свою с ныне покойным адмиралом и прочими гугенотами. Мы еще услышим, и довольно скоро, о Месье[1] и тех, кто его использует. Сперва он будет их господином, но мало-помалу начнет служить им. Я это знаю как свои пять пальцев».

5. О побеге Генриха Наваррского из Лувра

Описание побега Генриха из Лувра, основанное на архивных сведениях, пестрит явными нестыковками, поэтому ради правдоподобия мне пришлось отклониться от правды, хотя ключевые моменты этого события я постаралась сохранить.

И все же для интересующихся читателей приведу краткий пересказ этой части легенды о короле Анри.

Итак, был разработан хитроумный план побега, согласно которому за несколько дней до намеченной даты Генрих исчез, а потом, когда начался переполох, появился, как ни в чем ни бывало. Этим он пытался убедить всех, что бежать не собирается. Здесь правдоподобно. В романе такой эпизод тоже есть.

Затем Генрих едет в особняк Гиза с радостной новостью, что король будто бы назначил герцога генеральным наместником королевства. Гиз в это время лежит в постели с раной, полученной в сражении против Конде, но это не мешает ему встать и поехать с Генрихом на Сен-Жерменскую ярмарку, где король Наваррский непрерывно демонстрирует Гизу дружеские чувства. Генрих настойчиво приглашает Гиза с собой на охоту в Санлис, но тот отказывается. Вряд ли герцог что-то подозревает, скорее, наоборот: уверен, что Наварра никуда не денется.

Генрих благополучно едет в Санлис и там охотится. Биографы задаются вопросом, почему он охотится, а не уезжает сразу, если может? Однако в это время в Лувре остаются Агриппа, Рони, и еще несколько человек, которые знают о готовящемся побеге и намерены присоединиться к Генриху позже. Баблон предполагает, что именно их Генрих и ждет, что в принципе на короля Наваррского похоже: известно, что свои отношения с ближайшим окружением он строил на личной дружбе.  Так что здесь тоже все более-менее ясно, кроме мелких несоответствий. Самое интересное начинается дальше.

И вот во время вечернего туалета короля, Фервак (человек из свиты Генриха, которому тоже известно о побеге) что-то говорит на ухо монарху, после чего тот приходит в ярость. Агриппа сразу понимает, что Фервак донес на беглеца и скачет в Санлис предупредить Генриха. Фервак зачем-то скачет параллельным курсом. Не иначе, собирается в одиночку задержать отряд. Люди Генриха, которые должны были ехать вместе с Агриппой, почему-то остаются в Лувре.

Король злится, однако ничего не делает. Точнее, он отправляет погоню, но позже, когда беглецов и след простыл.

И вот Агриппа приезжает в Санлис и сообщает Генриху, что план раскрыт, и в столице их ждет арест. После этого Генрих уезжает, предварительно отпустив предателя Фервака, с которым его люди хотели расправиться. Зачем Фервак туда явился – сказать трудно. Впоследствии Фервак, однако, опять появляется в свите Генриха Наваррского, хотя его измена – общее место. Поскольку я так и не нашла разумного объяснения действиям этого участника событий, то исключила его из последних сцен. Однако эпизод с предателем, которого Генрих отпустил, по существу достоверен.