Клавдий и его жены

Глава XXXIX

Валерий Азиатик приобрел Лукулловы сады – самые прекрасные и роскошные сады в Риме. Приобрел неправедным путем – на деньги, полученные от продажи римского гражданства кому попало. В бытность консулом Азиатик брал взятки с разбогатевших вольноотпущенников и вносил их имена в списки полноправных квиритов, не заботясь о том, достойны ли они этой чести, не запятнали ли себя пороками и преступлениями.

Все знали о злоупотреблениях Азиатика, но никто не донес императору. Наоборот, богатые патриции искали дружбы с ним. Каждый хотел приобщиться к тайным способам обогатиться еще сильнее. Всякому известно: имеющему деньги прощается многое.

Впрочем, Валерий Азиатик любил деньги не из жадности, а ради красоты, которой окружал себя. Он украшал свой дом прекрасными греческими статуями, коринфскими вазами, утонченной настенной росписью и восточными коврами.

Лукулловым садам, пришедшим в упадок из-за небрежности предыдущего владельца, Азиатик вернул былую пышность. Величественные египетские пальмы соседствовали с утонченными миртовыми деревцами, кипарисы – с лаврами, миндалем, зарослями плюща и винограда. Ивы уронили тонкие ветви в озеро. Красивые беседки прятались в зелени. Мраморные статуи нимф и наяд отражались в прозрачной воде ручьев. Многочисленные фонтаны радовали взгляд причудливостью и разнообразием. Один имел форму огромной бронзовой змеи, которая плавала по водоему и изрыгала из пасти водную струю высотою в два человеческих роста. Другой изображал гречанку-хоэфору, из кувшина которой выливалась, искрясь на солнце, вода.

По ухоженным дорожкам бродили сине-изумрудные павлины и тонконогие розовые фламинго. Они клевали мелкие красные ягодки и время от времени оглашали сады гортанными воплями. Пантеры из расположенного поблизости зверинца вторили им.

Водопады, скалы, пещеры и гроты – все было сделано умелыми руками рабов. Азиатик льстил себя надеждой, что Лукулловы сады, благоустроенные им, когда-нибудь получат его имя.

***

Окончив работы в садах, Азиатик решил устроить праздник. Пригласить спесивую римскую знать, удивить ее невиданной роскошью. Вызвать зависть у тех, кому прежде сам завидовал богатый провинциал.

В майские иды созвал он гостей. В это время деревья входят в пору цветения. Воздух тепл, но свеж. Время летнего зноя наступает двумя неделями позже.

К обеденному часу в Лукулловы сады стали прибывать гости. Рабы, обряженные фавнами и сатирами, помогали матронам и патрициям выбраться из носилок и указывали дорогу к большому шелковому шатру, в котором Валерий Азиатик распорядился поставить обеденные ложа и столы с обильной закуской.

Император Клавдий с супругой тоже получили приглашение. Азиатик лично встретил его у входа, провел в шатер и указал на самое почетное ложе. Клавдий довольным взглядом обозрел стол. Мессалина подавила завистливый вздох: сады Азиатика поразили ее красотой. Удостоверившись, что никто не слышит ее, Мессалина шепнула Клавдию:

- Разве может рядовой римлянин, пусть даже патриций из древней семьи, быть богаче императора? Посмотри на эти сады, на чрезмерную роскошь и на деревья, привезенные из далекой Азии и знойного Египта! Твой скромный сад во многом уступает саду Азиатика.

Клавдий нахмурился, хоть и по иной причине. Сколько денег потратил он, чтобы провести в Рим новый акведук от Церулейского источника и достроить тот, который забросил Калигула. А драгоценная вода бесполезно, исключительно для услаждения глаз, выливается из многочисленных фонтанов!

Император пальцем поманил Валерия Азиатика.

- Присядь. Я хочу поговорить с тобой, – проговорил он.

- Слушаю, цезарь, – Азиатик присел на ложе в ногах Клавдия.

- Ты, несомненно, знаешь о законах, ограничивающих роскошь? Мои предшественники, Август и Тиберий, запретили мужчинам ходить в шелковых туниках, иметь золотые ночные горшки и прочее в этом роде.

- Да, цезарь, – осторожно ответил Азиатик, стараясь понять, к чему клонит Клавдий.

Император продолжал:

- Недавно я увидел выставленную на продажу колесницу, покрытую золотыми пластинами и резной слоновой костью. Знаешь, как я велел поступить с ней?

Азиатик выжидающе молчал.

- Разрубить на куски! – торжествующе произнес Клавдий. – И поделом! Разве золотая колесница ездит быстрее обыкновенной? Нет. Наоборот, медленнее. Золото отягощает ее. Зачем тогда нужна золотая колесница, медлительная и неповоротливая? Чтобы владелец мог похвастаться богатством. А разумно ли выставлять напоказ богатство, когда бóльшая часть римского населения живет в нищете? Не думаю.

- Твои рассуждения справедливы, о цезарь, – ответил Азиатик. – Но тебе не в чем упрекнуть меня. Я не хвастаюсь богатством перед плебеями, на моем празднике ты не увидишь простолюдинов. Да и законы я соблюдаю. Мои туники сотканы из овечьей шерсти. И золотых горшков в доме я не держу. Если хочешь, вели проверить.

- Незачем проверять. Твои сады кричат о роскоши, – неодобрительно ответил Клавдий.