Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

ГЛАВА 16

Зато на второй половине комнаты уже успели перекрасить стены в белый и установить вешалки с туалетами Амары.

Пока что только в количестве двух.

Это были очень сложные и роскошно пошитые платья, с множеством украшений и богатой отделкой.

Мачеха явно любила зеленый – одно платье было из ярко-зеленой тафты, пышная юбка которого была увита целыми фалдами ткани. Второй туалет тоже был зеленым, искусно расшитым черными узорами – явно вручную.

– Позовите мне Присси, – велела служанкам.

Они переглянулись и в один голос ответили:

– Но Присси больше здесь не работает. Уволилась.

– Да? Очень интересно… – зловеще протянула я. – Чаю принесите. Живо!

После чего захлопнула двери перед самым носом явно намеревающихся остаться в покоях девушек.

И вышла на маленький круглый балкончик и перегнулась через кованые перила.

Внизу шелестел фонтанчик с затянутой ряской зеленой водой, цвела ярким цветом клумба с фиалками, и простирались плиты дорожки, по которым только что проехала груженая овощами повозка, запряженная серой в яблоках лошадью.

Там были какие-то незнакомые овощи, но некоторые я узнала – а именно крупные золотисто-алые томаты и продолговатые зеленые огурцы.

Я еще не успела нормально ознакомиться с кухней этого мира. В гостиный дом мне приносили только какой-то невкусный бульон.

Но родным помидоркам и огуречкам порадовалась.

Нет никаких сомнений – именно с этого балкона Амара и столкнула бедную Виолу. Вот о те плитки она ударилась головой.

Лошадка прошла, звонко цокая копытами и оставив после себя на дороге парочку крупных следов своей жизнедеятельности.

Вот и прекрасно, вот и вовремя.

Я небрежно сорвала наряды Амары и вышвырнула их с балкона. Следом полетели вешалки и парочка чехлов.

Зеленое платье угодило в фонтан и наполовину утонуло в ряске, а то с черными узорами спланировало на дорожку, любезно прикрыв собой кизяки.

Я отряхнула ладошки и вернулась с чувством выполненного долга, не забыв закрыть за собой дверь на балкон.

Вот теперь комната стала намного симпатичней.

– Махорошая, ну здравствуй, здравствуй! – тут же набросилось на меня знакомое облачко. – Ну что, теперь убедилась, в какую красавицу ты попала и как сильно Грэм меня любит?

Дух Виолы!

Очень даже кстати – нужно как следует ее расспросить о кое-каких интересующих меня моментах.

– Хочешь сказать, ты не видела, как я их застукала в беседке?!

– Иу, я только видела, как Грэм соскучился по моим ласкам!

– Он не соскучился! Он – грубый, отвратительный и наглый мерзавец, который меня чуть не изнасиловал!

– Тебе показалось, просто у него такой характер, – покраснело облачко.

У меня аж глаза на лоб полезли.

Но когда я задала еще парочку наводящих вопросов, оказалось, что Грэм всегда так обращался с собственной женой. Никогда не был ласков, не говоря уже о постели, в которой вел себя абсолютно эгоистично, позволяя ей себя любить.

А эта святая простота принимала все за чистую монету – наоборот, изо всех сил и с огромнейшим энтузиазмом старалась доставить ему удовольствие.

Но самый шок у меня случился, когда я спросила дух Виолы о противозачаточном зелье, которое служанка якобы нашла в этой комнате, и которое Грэм плеснул мне в лицо.

Облачко тут же уверенно выдало:

– Махорошая, я, наоборот, люблю перчатки. Можешь посмотреть в шкафу – у меня их целая коллекция. Носи с удовольствием. Ничего против перчаток я не имею.

Я, раскинув руки, в изнеможении бухнулась на ее розовую кровать.

Она РЕАЛЬНО не поняла, о чем я ее спрашиваю!

Она тупо не знала такого слова – «противозачаточный»!

Какое там зелье?

Амара подбросила, однозначно!

– Грэм, о мой дракон… – мечтательно протянул дух Виолы, и свился в большое розовое сердечко. – Я полюбила его с самого детства, когда впервые увидела. Могла ли я подумать, что он женится на мне и сделает самой счастливой из смертных?

– Я не понимаю, КАК, как можно не видеть, что он исполнял обет своего отца? – злилась я. – Грэм же называл тебя слабоумной, тупицей? А эти Эсса и Грэсса вели себя с тобой, госпожой поместья, как со своей подружкой!

– Ах, махорошая, Грэм это просто так шутит. Конечно, он без ума от меня! – на все был готов ответ у духа. – А Эсса и Грэсса, правда, миленькие? Кстати, как ты запомнила их имена с первого раза? О, поняла, они спели тебе песенку…

И дух стал фальшиво напевать про камень и орех.

Да, Виола, действительно, не семи пядей во лбу. Что, когда была в этом теле, что сейчас, в образе духа.

Но это никоим образом не оправдывает Грэма, который вел себя с ней так жестко, а она даже этого не понимала!