Девятая жизнь

Бусина кремовая

Я подсмотрела, в свой последний поход, новый способ приготовления «пожрать» и вот теперь, в точном соответствии с изречением - «охота пуще неволи», третий день подряд выглаживаю гранитную плиту до ровного состояния.

Она, в общем-то, и изначально была вполне ровная. Ну, насколько может быть ровным балласт, заложенный под настил днища корабля после обкатанный волнами и песком. Оставалось довести до нужной плоскостности, чем и занимаюсь третий день, высунув язык (буквально, жарко мне) с усердием достойным лучшего применения.

Просто сделав это быстро (с помощью ультразвука) или просто плюнув (мне ж на ней лепешки печь, а не лазер для голограммной сьемки монтировать), придется также быстро решать следующий вопрос – а чем собственно заняться потом? Вот эту-то задачку я сейчас и решаю, пока лапы монотонно выглаживают один камень с помощью другого через прослойку глины и песка.

Задача не тривиальная. Готовка и охота превратились в рутину, которую можно делать совсем не нагружая голову. Море тоже стало просто привычной радостью, потеряв большинство своих тайн и опасностей. Контакт мой от своих занятий может мне уделять времени не слишком много, что, впрочем, скорее благо.

Пока на первом месте в списке развлечений пребывал тот самый, покоящийся на удобных тридцати метрах глубины, корабль. С которого я, собственно, и утащила плиту балласт. Сильно хочется посмотреть есть ли там еще чего интересного.

Останавливал, правда, объем работ, который надо было провернуть, да еще в одиночку. Гидропушку что ли соорудить? - так ведь все интересное, кроме тех же плит, попросту сдует.

Или поменять полярность на сэкономленном гравике и черпать песок с водой, пропуская его через набор сит? – так трубу для шланга сделать не из чего. Гибкая ведь должна быть, что мне тут химзавод по производству пластмассы строить? Из стекловолокна, конечно, рукав технологичней будет, песка-то вокруг…

Но, для начала, первым делом надо определиться где что лежит, а главное – где все самое интересное. Расчет положения датчиков и порядка подрыва зарядов для зондирования ударными волнами, как и текст программы для обработки эхосигнала я уже почти закончила. Делала их, в качестве разминки зажелировавшихся мозгов, в уме, не прибегая к ресурсам Тактика.

Вот накаркала – Назарий приперся. Быстренько запоминаю, на чем остановилась и промежуточные результаты. Сейчас явно будет не до вышей математики.

Что меня в нем умиляет, так это попытки ко мне подкрадываться со смиреной улыбкой великовозрастного младенца и отточенными движениями «ночного клинка». Неплохо между прочим освоенными движениями. Не для наших спецвойск, разумеется, а для адамита, но все же.

И ведь не сказать, что он не делает выводов из неудач. И приближается уже с подветренной стороны, и впечатления, что он во мне дырку взглядом посверлит, уже не возникает. Даже изредка не поглядывает.

Да и дышит теперь тихонько и через раз. Словом, вовсю совершенствуется, аж жалко нехочется говорить, что ничего ему на этом пути не светит. Ведь даже если он научится еще и свою тарахтелку в груди приглушать или вовсе останавливать, то как ему перестать выдавать наружу поток пси, от которого кажется, что у меня сзади работающий на форсаже термоядерный реактивный двигатель образовался?

Ну не сильна я в псионике, хоть плачь. А от мысли, что рано или поздно он попробует мне «глаза отвести» и чем это может кончиться в его исполнении становится дурно (совершенно ничего не чувствует и не замечает только труп). Но видимо даже «попробовать» ему не дает какой-то моральный запрет. Вот и чудненько.

Правда, желать мне «добра» ему никакие запреты не мешают, и сейчас по спине начинают попеременно ходить волны жара и холода. Надо что-то быстренько делать.

Ставить «щит» я уже давно перестала, толку никакого. Зато научилась виртуозно «уворачиваться». Все же для выполнения благословения ему надо было провести довольно длительный набор подготовительных ритуальных действий, причем - не теряя сосредоточенность. Так что мне остается только почувствовать внимание к своей персоне и быстренько ошарашить «благожелателя» каким-нибудь вопросом или действием.

Тогда есть шанс, что «желающий» потеряет настрой, задумавшись над очередным парадоксом.

- Спрашивай уж, не томи, - сзади плеснуло досадой, но выражение на лице, готова присягнуть – самое умиротворенное, зачем он это делает… Хотя, похоже, действительно спокоен и внутренне собран, значит вопрос серьезный. Потому становится прямо передо мной и исполненный внутренней силы вопрошает:

- Откуда ты явилась на свет божий?! – вот это вопрос… Ответить просто, но сначала выполним требования техники безопасности:

- Ты, - говорю, - это… присядь что ли. Мы конечно договаривались, что отвечаем на прямые вопросы прямо и без уверток, но мои ответы лучше выслушивать сидя. Ближе падать будет.

Пока клиент умащивается напротив, лихорадочно пытаюсь понять, к чему он именно с этим вопросом явился. Ничего путного в голову не лезет – жарко мне. Так что лучшей тактикой будет отвечать прямо и пусть сам разбирается:

- Да, в общем-то, появилась оттуда, откуда и все, - говорю и, надо же, начинаю сама смущаться, судя по ушам самостоятельно ставшим «в горизонт», к чему бы это? - ты вроде как взрослый мальчик, должен знать, откуда дети берутся. Или все же показать?

Тут меня разбирает веселье, поскольку постепенно вытягивающаяся физиономия собеседника наводит на мысль о том, что «ошарашивание» сегодня прошло по высшему разряду. Потому начинаю расстегивать клапаны поддевки, бормоча под нос - «это точно у меня должно быть, и было – я ведь помню…».