Маска. История Меллисы де Бриз

27

У баронессы де Горжелли была чудесная рекомендация от герцогов де Невэров*, якобы знавших ее покойного мужа как храброго воина, всей душой преданного своему королю. Герцог де Немур ценил такое знакомство, а его супруга была просто очарована баронессой. Меллиса уступила их просьбам, была искренне тронута их участием и заботой и обещала вернуться, как только сможет.

Она могла бы не уезжать. Но у Меллисы проскользнула шальная мысль, быстро превратившаяся в план. Визит в замок и жизнь в доме герцога де Немура всколыхнули в Меллисе воспоминания детства, и как она когда-то протянула руку к этому замку, сказав: "Я буду здесь жить!"

Кстати, после разоблачения заговора Немурам, вероятно, не поздоровится? Можно попросить конфискованный замок себе… Интересно, что скажет на это Лоранс? О, как жаль, она и позабыла, что хозяева должны остаться все подозрений. Так почему-то ей приказывали. Мда… замка Немуров ей пока не видать. Что ж, найдём что-нибудь получше и более доступное для награды.

Меллиса решила не тратить времени даром и заглянуть в приют Святой Анны. Она ведь обещала герцогам, что поедет в свое "имение". Нехорошо обманывать таких гостеприимных людей. Меллиса взяла карету и велела кучеру ехать в Ларшан.

Проезжая по лесной дороге, она невольно представила, что их может здесь поджидать засада. Сама Меллиса слишком часто караулила здесь почтовые дилижансы и крестьянские телеги. Она не считала, что нынешние местные банды глупее нее. Но в Ларшан они выехали ясным днём, вернуться предполагали только завтра и тоже в светлое время, так что бояться им нечего.

Меллиса оставила свой экипаж на постоялом дворе и отправилась к монастырю пешком. Со стороны — трогательное благочестивое зрелище: молодая дама в тёмном плаще с капюшоном спешит на богомолье. Она по краю обошла деревню, где могла бы сейчас выращивать левкои и тюльпаны в семействе Карро.

Приют, огороженный крепостной монастырской стеной, был виден издалека, через поле. Яблочный сад господина де Шольма тоже оказался на месте. Голые ветки деревьев сухим звонким стуком и шелестом салютовали Меллисе, когда она прошла мимо. Колокол на воротах звучал точно так же, разве что немного тише, чем обычно. Меллиса не слишком уверенно дёрнула его верёвку.

Ворота открыла молодая монахиня с усталым бледным лицом. Раньше такой бледности и озабоченности на ее кротком лице не было. Зябко кутаясь в широкую мантилью, она спросила:

— Что вам угодно, мадам? Мы можем чем-нибудь услужить вам?

"Мадам" сдвинула бархатный капюшон накидки, и ее волосы стали казаться еще чернее на фоне серо-белого заснеженного поля.

— Я пришла сказать, сестра Генриетта, вы были правы. Я иногда вспоминаю наш приют с благодарностью.

— Меллиса!! — сестра Генриетта схватилась за створку ворот, чтобы не упасть. — Что же ты стоишь, проходи! Девочка моя, мы-то давно считали, что тебя нет в живых!

Меллиса весьма непочтительно хмыкнула и вошла во двор. Сестра Генриетта была очень рада видеть ее, даже немного всплакнула. Потом горячо возблагодарила Господа за этот подарок.

Меллиса стремительно узнавала новости. Они с сестрой беседовали в хорошо знакомом Меллисе кабинете сестры-начальницы. Теперь эту должность старшей воспитательницы и фактической начальницы в приюте занимала сестра Генриетта. Сестра Марго стала аббатисой и больше не занималась детьми. Она исполнила свое высшее предназначение и давнюю мечту, уехав проповедовать в дикие колонии за океан. Господин директор умер от оспы, все дела приюта перешли к его жене баронессе дю Шали.

Сестра Генриетта хотела узнать о жизни своей бывшей воспитанницы. Меллиса отвечала уклончиво. Лишь о том, что она жила в последнее время в замке герцога де Немура она не могла умолчать. И сообщила об этом с ноткой победного торжества, хотя и старалась сказать как можно пренебрежительней, как о само собой разумеющемся факте.

Бывшая воспитательница младшей группы удивилась, но удивление не касалось высокого положения Меллисы.

— Не может быть, чтобы ты давно находилась там и не заглянула в нашу обитель! — с упрёком и надеждой воскликнула Генриетта. — Ведь ты бесследно исчезла тогда. Тебя, представь себе, усердно разыскивали около трёх месяцев!

— Кто же? — натянуто спросила Меллиса, чувствуя, как сердце начинает стучать невпопад и щёки горят.

Сестра Генриетта понизила голос:

— Господа из Парижа. Они не пожелали ничего сообщать о себе и не оставили адреса, куда им писать.

— А, — равнодушно кивнула Меллиса, успокаиваясь. — Я должно быть, догадываюсь, кто это был.

— Нет, девочка, ты не можешь этого знать, — сестра наклонилась поближе и прошептала, опасливо прикрыв рот рукой: — Это были люди из окружения самого… его высокопреосвященства.

— Неужели? — крайне удивилась Меллиса и старательно широко распахнула глаза. — А почему меня искали такие люди?

— Не только тебя. Они называли несколько фамилий. Но вы все уже были выпущены из приюта, ведь никто не предполагал, что вы сами пожелаете перейти в рабочую группу… Им дали адреса тех семей, куда вы ушли. Не знаю, что они говорила другим, но ты-то исчезла и, я уверена, тебя очень старались найти. Не могу понять, что за интерес у подобных людей к нашему достойному и уважаемому заведению?