На разрыв: как прожил актер Андрей Миронов свои последние годы

Про Андрея Миронова часто пишут, что он был рожден на сцене. Это преувеличение, но лишь небольшое. Его мать, известная советская актриса Мария Владимировна Миронова, играла в театре всю беременность, категорически не желая уходить в декрет даже на последних сроках. В итоге схватки у нее действительно начались прямо на сцене Государственного театра эстрады и миниатюр во время спектакля. Смотри на актера в нашей галерее!

Но родился Андрюша все-таки в роддоме имени Грауэрмана, куда была срочно доставлена Миронова. Это случилось 7 марта 1941 года, но официально датой рождения родители решили записать 8 марта: сделали «подарок для женщин». Фамилия у будущего великого актера тоже при рождении была другой — Менакер.

Его отец, Александр Менакер, также был в то время известным артистом, и до третьего класса школы проблем с фамилией у Андрюши не возникало. Но в начале 50-х на фоне «борьбы с космополитизмом» и «дела врачей» родители все же поменяли ее — на всякий случай. Так появился Андрей Миронов.

Он мог бы стать футболистом или переводчиком, но сам поступил в Щукинское училище и пошел по стопам родителей — и в итоге во много раз превзошел их обоих по уровню популярности.

К 70-м Миронов был на пике славы. Невероятно яркий и харизматичный актер, у которого обнаружился еще и музыкальный талант, покорил собой едва ли не всех советских зрителей — и особенно зрительниц. Он параллельно играл в театре, снимался у ведущих режиссеров того времени, занимался личной жизнью. И все шло как нельзя лучше до определенного момента.

Этим моментом стал эпизод во время гастролей в Ташкенте в 1978 году с Театром сатиры, в котором Миронов служил с тех пор как окончил «Щуку». В Ташкенте ему вообще не очень везло… Еще в детстве, в эвакуации во время войны, он очень серьезно заболел, что диагностировали тогда как тропическую дизентерию.

В 1978-м, когда он, уже знаменитый актер, пожаловался врачам на головные боли, ему поставили диагноз «менингит». Но это была очередная ошибка. На самом деле у актера тогда лопнул сосуд в мозгу, но все обошлось — на время.

Его вторая жена, актриса Лариса Голубкина, которая немедленно вылетела к нему в Москву, позже вспоминала: «Месяц я провела у его постели, он лежал белого цвета в больнице. Придумали эту жуткую историю с менингитом. Если бы тогда сделали обследование и поняли, что это было первое кровоизлияние, то все-таки он мог бы лечиться». Но тогда все ограничилось предупреждением о том, что народному любимцу надо внимательнее относиться к своему здоровью и избегать чрезмерных нагрузок.

Последовал ли Андрей Миронов этим рекомендациям? Разумеется, нет. В 80-х он работал на износ; как позже вспоминали многие его коллеги, было похоже, что он предчувствовал — осталось не так много времени жить. Вероятно, так и было. Лариса Голубкина позже рассказала, что о произошедшем в Ташкенте с актером, у которого была врожденная аневризма, рассказали известному нейрохирургу в Москве. Доктор еще тогда предположил, что у Миронова произошло кровоизлияние в мозг, и сказал, что необходимы обследования и операция. Однако актер на это не решился.

Вместо того чтобы заняться здоровьем, он просто продолжил жить и работать, как всегда. Точнее, работать он стал даже больше, чем всегда: много снимался в кино, продолжал гастролировать с театром, давал сольные концерты, творческие вечера. Кроме того, по некоторым сведениям, Миронов всегда боролся с лишним весом, поэтому физических нагрузок избегать ему тоже никак не удавалось.

В 80-х актеру, которого полюбили в основном за комедийные роли харизматичных аферистов, удалось наконец сыграть и серьезных героев — Орландо в «Сказке странствий», журналиста Ханина в драме Алексея Германа «Мой друг Иван Лапшин», киномеханика Джонни Феста в «Человеке с бульвара Капуцинов».

Тем временем работа в Театре сатиры продолжалась. А когда скоропостижно скончался Анатолий Папанов, Миронову пришлось работать буквально за двоих: спектакли с Папановым заменяли на творческие вечера Миронова. В 1987 году труппа отправилась на гастроли в Прибалтику. Миронов играл одну из своих коронных ролей — Фигаро в комедии «Женитьба Фигаро».

В тот трагический день, который стал для него фактически последним, Миронов решил поиграть в теннис перед спектаклем. Играли долго — два часа, да еще на жаре… Тем не менее вечером на сцене Рижского оперного театра все шло, как обычно, до конца 3-го акта. Спектакль был уже почти отыгран. И вот Миронов-Фигаро произносит: «Да! Мне известно, что некий вельможа одно время был к ней неравнодушен, но то ли потому, что он ее разлюбил, то ли потому, что я ей нравлюсь больше, сегодня она оказывает предпочтение мне…» Затем отступает назад и начинает терять сознание... «Шура, голова болит», — успел сказать Миронов, обращаясь к Александру Ширвиндту, игравшему в тот вечер Графа. Тот подхватил актера и понес за кулисы, попутно крикнув: «Занавес!»

Зрители поначалу ничего не поняли. Но когда со сцены сообщили, что Андрею Миронову плохо, и попросили врачей, если они есть среди публики, пройти за кулисы, стало ясно — ситуация серьезная.

Лекари среди публики нашлись. У одного из них оказался с собой нитроглицерин, который и дали Миронову — чего, как выяснилось позже, делать было категорически нельзя, ведь он расширяет сосуды. Через несколько минут приехала скорая помощь, и актера повезли в больницу. Там им занялся тот самый нейрохирург, который еще в 1978-м рекомендовал Андрею пройти обследование, — Эдуард Кандель, заведующий нейрохирургическим отделением НИИ неврологии Академии медицинских наук СССР, а также врачи, приехавшие на симпозиум, который тогда как раз проходил в Риге.

Увы, иногда даже лучшие врачи оказываются бессильны. Так оказалось и в случае Андрея Миронова. Медики поддерживали его организм с помощью аппаратов еще два дня, пытаясь придумать план спасения великого актера, но вариантов не было: аневризма была уже слишком большой, кровоизлияние — слишком обширным.

Семья актера оказалась тогда перед тяжелым выбором. Знаменитый хирург дал понять — Миронова можно оставить в живых, но «это будет уже не Андрей»: изменения в мозгу были необратимыми…

16 августа 1987 года Андрея Миронова отключили от аппаратов. К тому моменту все родные и близкие успели попрощаться с ним, тем более что большинство из них по невероятному стечению обстоятельств тогда оказались в Риге — в том числе его единственная родная дочь. Мария Миронова в последний момент решила пойти в тот злосчастный вечер на «Женитьбу Фигаро», хотя у нее уже были билеты на другое мероприятие — будто почувствовала, что это ее последний шанс увидеться с отцом.

Официальная церемония прощания состоялась в Москве, в Театре сатиры. Тысячи поклонников пришли, чтобы проститься со своим кумиром. Но коллег из труппы на этой церемонии не было: худрук театра не позволил прервать гастроли — поступок, который осудили почти все. Актеру нашли место на Ваганьковском, где он и был похоронен 20 августа 1987 года.

Но наследие Андрея Миронова пережило его физическое тело — и новые поколения зрителей, рожденных уже после его смерти, пересматривают «Бриллиантовую руку», «12 стульев», «Приключения итальянцев в России» и другие культовые советские ленты, в которых блистал великолепный артист.