Попаданка. Одна для двоих.

Глава 41

Глава 41

НАШЕ ВРЕМЯ.

Из веранды был виден скальный массив. Далеко внизу волны разбивались о берег. Всё исчерчено береговыми тропами и обалденными пейзажами.

Маша сидела на берегу, задумчиво смотрела как лениво перекатываются волны, нехотя шуршат пляжным песком, рассыпают прозрачную пену по берегу. Перед ней лежала куча рекламных проспектов, фотографий с замками.

Иван всерьёз решил приобрести замок, это была его мечта с детства. Сделать там музей и отель. Разбить виноградник. Раз муж решил купить, значит купит. Надо не спорить, а думать, что с этим делать.

К Маше подбежал Серёжа, вихрастый, славный мальчуган, тыкнул пальчиком в картинку, спросил: – это что?

– Это замок, сынок.

– А это бассейн?

– Это ров вокруг замка.

– Мам, что такое ров?

Подбежал старший, Тимофей:

–Балбес, это река вокруг забора!

– Сынок, не называй брата балбесом.

– Хорошо, мама. А как называют бестолковых детей?

– Их никак не называют. Им объясняют.

– Иди сюда, бестолковый ребёнок! Я буду тебе объяснять.

– Мама, он меня тянет за руку!

– Сынок, отпусти брата. Он не хочет с тобой идти.

– Он должен. Мы пойдём рыть ров!

– Я хочу с мамой!

– Мамсик!

– Мама!

Маша краем глаза наблюдала за расшалившимися детьми.

Малыши весело тормошили друг друга. Мальчишки шести и трёх лет вели себя как котята: то напрыгивали друг на дружку. То, набесившись, засыпали рядышком.

Иван очень серьёзно относился к воспитанию сыновей. Считал, что воспитывать мальчиков должен только мужчина, их отец. Мать может любить, а все остальные следить, чтоб эти двое не поубивались в своей вольнице.

Сегодня был особенный день. Собиралось очень много гостей на шикарное празднование дня рождения Тимофея.

Пацанёнок с утра чувствовал себя звездой, сиял как новая монета. Младший, хвостиком следовавший всюду за братом радовался по соучастию. Подошла их няня, сообщила, что всё готово.

Шатры установили, гирлянды из шаров и флажков развесили. Аниматоры на месте. Спрашивают разрешение включить музыку.

Уже прибыли первые гости.

Малыши вприпрыжку помчались на большую лужайку перед домом открывать праздник. Приглашённых было столько, казалось прибудут все дети острова.

День клонился к закату. Маша надела легкое белое платье в синий горошек. Тонкая текстура, воздушная драпировка. Шляпку с голубой лентой, в тон ей балетки. В ушах сверкали сапфиры. Она чувствовала себя великолепно.

Иван уехал лично встречать тёщу в аэропорту. Эти двое давно стали не разлей вода друзьями. Один мог слушать другую часами, а та, другая, лепить тонны пельменей и вареников для "Ванечки".

Маша спустилась к гостям. Играла музыка. Дети перебегали от шатра к шатру.

Под их пёстрыми тентами таились несусветные детские радости, шоколадные фонтаны, разноцветные горы мороженого и карамельные развалы.

Маша выглядывала, ждала Ивана, ей надо было сказать ему кое-что. Что ж так долго. Наконец, с террасы издалека она заметила хищные изгибы его машины. Через пять минут он приехал.

Из машины выкатилась колобком Машина мама. Иван, подхватив её под локоток повёл к дому. Маша обнимала родную душу, она так скучала по мамочке. Счастливая тёща, бабушка по своему обычаю плакала, смеялась, одновременно спрашивая про здоровье и рассказывая про впечатления от дороги..

Она уже знала, что Зинаида Петровна где то в Сингапуре, по делам. Прислала внуку поздравления, подарок на личный счёт ребёнка со множеством нулей. Впрочем, независимо от места нахождения, подарков и запоздалых раскаяний, внуков ей было не увидеть, как собственных ушей. Иван не забыл и не простил.

Не отдохнув с дороги, машина мама отправилась искать внуков в ватаге резвящихся детей.

Маша пыталась перехватить Ивана, но его со всех сторон осаждали гости.

Маша решила предъявить на него свои права, разыскала мужа в толпе, схватила за руку, потащила за собой:

– Иди за мной! – приложила палец к губам.

Он продолжал кивать кому-то. Наконец повернулся к Маше:

– Случилось что-то?

– Случилось. Мне надо признаться.

– Солнце моё, помни, я уже всё заранее простил, всё оплачу, на любую просьбу скажу да. Кроме покупки розового платья и кошки в доме. Про кошку – неточно.

Маша молча смотрела ему в глаза, собираясь с духом.

– Постой!

Теперь он ухватил её за руку и потащил. Она догадывалась куда.

– Нас могут искать.

– Прикинь, если найдут? – он уже стягивал с неё платье.

– Подожди. У меня есть тайна.

Он прижимал её всё требовательнее. Горячо, с хрипотцой шептал на ухо:

– Ну, скажи мне, маленькая интриганка, что ещё ты скрыла от меня? Ты утопила нашу яхту? Ты подарила голодающим в Африке моего "Ягуара"?

– Я беременна. Девочкой.

Он замер. Не дышал. Его брови смешно съехались домиком, губы растянулись в улыбку.

– Девочка… – прошептал Иван, хлопая глазами. Аккуратно, как на хрустальную вазу натянул на Машу свалившееся платье.

– Ты выбрала замок?

Маша растерялась. Она, конечно, привыкла, что не поспевает за его логикой, но такая реакция её удивила. Улыбнулся, и всё? Только она решила расстроиться, он с горящими глазами ухватил её за плечи.

– Назовём его Изабелла! Да? У меня будет дочь хозяйка замка. Маленькая, кудрявая Белла!

Иван уже пришёл в себя, размахивал руками.

– Наконец-то у меня будет то, что я должен защищать испокон века – моя дочь! Моя маленькая звёздочка!

Маша наблюдала за мужем, медленно сходящим от радости с ума.

– И что же мы будем делать? – она готовилась задать самый сложный вопрос, который ей не давал покоя.