Жена кузнеца

46 глава.

Сонькину свадьбу мы сыграли через неделю после поездки...

Прямо в ночь перед свадьбой выпал снег, да так много, что вместо телег на свадьбу наряжали сани.

На выкуп невесты приехали братья Иван и Павел, они очень сильно расстроились, когда мы им рассказали про Мишутку, но тут не принято долго горевать, иначе душа умершего тревожится, и ей там плохо.

Оказывается, парни не просто так приехали на свадьбу – у них тут появились невесты, и мы одну из этих девушек тоже пригласили на свадьбу, чтобы молодые могли познакомиться поближе. А вторая невеста оказалась сестрой Ярослава.

Так что свадьбы у нас не скоро закончатся. Жаль только, что сестра Ярослава уедет из нашего посёлка, она в последнее время сдружилась с Сонькой и очень много ей помогала.

Людей на свадьбе было не очень много, так как у Соньки рядом была только Северина и мы, а со стороны Ярослава приехали только родственники из ближайших посёлков.

Битва за вынос жениха была на сватовстве знатная – я думала, что нам полдома разнесут. Ленты он, конечно, не разорвал, да и вынести его удалось. Пётр тоже помогал – как наш родственник – так что жениху пришлось Никите подарок дарить, так как отца у Соньки нет, и роль отца досталась моему мужу. Но он за свою «дочь» взял жениха на плечо и брал нашу дверь на таран. Я боялась, что покалечит жениха...

Свадьба – несмотря на холод на улице – «пела и плясала», как говорилось в одной советской песне. Мы поставили и накрыли стол у себя. У соседей взяли ещё пару столов, так что места хватило всем.

Холод не помешал ни хороводу, ни положенным танцам – всё делали на улице, и никто не замёрз.

Мы выставили за ворота для всех горячий чай и пирожки, чтобы любой желающий мог угоститься и согреться.

Я очень удивилась, когда мою песню – «Ой, мороз, мороз! Не морозь меня!» – запели девушки, когда водили хоровод. Я пела песни вместе со всеми, и живот мне не мешал танцевать и водить хоровод. После шестого или седьмого раза – я уже не помню, сколько раз

мы именно орали эту песню – я охрипла, но радовалась этому, как ребёнок.

Стол нам помогли накрыть родственники Ярослава, так что он просто ломился от блюд: и мочёные яблоки, огурцы и помидоры; и квашеная капуста; и запечённая рыба и птица; и мой запечённый рулет из мяса и сала; и грибы солёные; и много разных пирогов и запеканок с разными начинками; и голубцы; и...

Я ещё не рассказала про один подарок, который был для нас сюрпризом...

Во втором кульке, который подарил нам Владимир, оказалось красивое белое платье с вышивкой. Сонька, когда увидела его, даже села от неожиданности.

Мы все рассматривали и платье, и вышивку. Работа была очень дорогая, но самое удивительное – размер был Сонькин. Это платье наша невеста и надела на свадьбу.

Когда мы вывели невесту на улицу в этом платье – весть посёлок ахнул от его красоты. Да и белый платок, которым Сонька была накрыта, удивительно сочетался с этим платьем.

Я представила себе: с каким удовольствием на неё смотрел бы Владимир, ведь это от его платья все в таком восторге. Я даже предлагала Соньке надеть тот полушубок, который мне подарил Владимир, но она наотрез отказалась.

Я – как хозяйка дома – и Северина встречали жениха и его родных на крыльце нашего поместья. Я держала хлеб, а она – мёд. И выкуп за невесту, конечно, принёс жених. Отец выделил ему небольшой сундук, в котором лежали в двух мешочках монеты, и один мешочек – с украшениями.

Всё это хоть и называлось выкупом за невесту, но распоряжались они этим вместе. Это был как стартовый капитал новой семьи. Жених его заносил в дом и ставил на стол перед невестой. Она его убирала в своё приданое, которое на следующий день после свадьбы перевозили в дом жениха. В нашем случае – в новый дом Ярослава.

Самое интересное произошло до свадьбы, когда мы обсуждали приданное, собравшись за столом всей семьёй, потому что на сватовстве мы должны были всё это вынести и показать родственникам невесты...

Мне Владимир привёз козу с козлёнком. Этот козлёнок тоже оказался маленькой козой. До молока было пока рановато, но я решила отдать этого козлёнка на свадьбу Соньке, в подарок. И когда я это на совете озвучила, то каким же было моё удивление, когда я услышала от Лизки следующее:

– А нам с Петром на свадьбу где мы козу возьмём?

Я посмотрела на них обоих и поняла: как-то не замечала, что они уже давно держатся рядом, и Пётр не спускает своих глаз с Лизки и помогает ей по дому. Даже Никита не заметил этого.

– Вам ещё рановато думать, девочка моя, про свадьбу, – ответила я уклончиво.

– Как это – рановато?! – разозлилась Лизка. – Ты меня хочешь оставить старой девой, чтобы меня никто в жёны не захотел брать, и я осталась при тебе как служка?

– Что за глупости ты говоришь, Лиза?

– Так, вопрос про вашу свадьбу мы в этом году решать не будем, – прервал нас Никита. – Посмотрим, как Пётр будет работать следующий год, и тогда начнём думать про дом к вашей свадьбе. И раньше, чем мы поставим дом – свадьбы не будет. А сейчас мне Пётр ответит: согласен он столько ждать и готов ли потом взять на себя ответственность за семью и жениться на Лизке?

Пётр поднял на Никиту глаза, взял Лизку за руку и стал горячо кивать головой, мол, что согласен.

– Вот и хорошо! – Никита посмотрел на меня очень выразительно, потому что я хотела ему возразить, что Лизка для свадьбы ещё мала.

Позже он мне в нашей кровати объяснил, что раньше, чем через два года, он не женит их. Поэтому я успокоилась пока, а потом...

Посмотрим, что будет дальше...

Сонька была довольна, про неё все говорили, и она наконец-то дождалась своей

свадьбы с тем человеком, которого полюбила, а не с тем, за которого родные бы отдали.

На следующий день после свадьбы и брачной ночи, которую они провели в своём новом доме, Ярослав вместе с Сонькой приехал на телеге за её приданым.