Цена молчания

Глава 8

На имитацию нормальной семейной жизни Юлька потратила два года. Два бесконечно долгих года, лишённых радостей молодости. Муж оказался ленив, груб, невоспитан и прожорлив. Двух их зарплат категорически не хватало на всё необходимое, учитывая, что он очень много тратил на себя. Ну и на алкоголь, да. Юлька какое-то время пыталась ещё выкручиваться, но скоро стало ясно, что такими темпами ей придётся снимать деньги с и без того похудевшего счёта. И тогда она решилась позвонить человеку, который интересовался её способностями ходить в Лабиринте.

Так получилось, что после основной работы с восьми до пяти, она шла на вторую работу, которая её кормила. Ну, а домой она возвращалась, когда получится – вечером ли, ночью ли. Понятно, что от семейных отношений осталось одно только название. После очередного скандала Алексей собрал вещи и гордо хлопнул дверью, оставив ключи на столике в прихожей. Юлька даже попыталась поплакать. Да что там – она плакала! От обиды, от того, что рухнула такая неудобная, но привычная жизнь, от того, что её опять постигла неудача в отношениях. «Ну почему я всегда выбираю каких-то скотов? – думала она, шмыгая некрасиво распухшим носом. – Тот пользовался мной, этот самооценку поднимал. Всем что-то нужно. А кому-нибудь нужна я? Кому-нибудь тут вообще я интересна? Да что ж такое-то!». Конечно, она накручивала себя, провоцируя всё больший слезоразлив. Спустя примерно полчаса жаления себя, она умылась и высморкалась, посмотрела в зеркало и хохотнула: «Красотка! Вот только в таком вот виде и надо мужиков ловить!». Позвонила маме и сообщила, что муж-таки ушёл. Наталья всполошилась и предложила приехать. «Ну не надо, мам, дай мне одной погрустить, а? Завтра увидимся, я всё расскажу».

Очень хотелось что-то поменять. Она снова подошла к зеркалу. Нос уже не напоминал причудливый гриб, невесть как прилепившийся к носу, а был обычным носом, хоть и покрасневшим. Глаза после слёз сверкали яркой травянистой зеленью, как это и бывало с ней обычно, светлые ресницы слиплись неудобными стрелками. Она собрала рукой в хвост свои длинные пшеничные волосы и подняла так, будто они обрезаны. Полюбовалась несколько секунд, после чего стянула их резинкой и отошла от зеркала. Пустая это затея, стричь волосы – ничего приличного не получится. Может, покрасить? Или лучше мебель поменять? Тут её взгляд остановился на диване, на котором они с Алексеем обычно спали. Ну, то есть, в основном он спал в последнее время. Да! Ей точно нужна кровать!

Когда через пару часов Наталья всё-таки приехала, то обнаружила дочь изучающей законодательную базу, необходимую для оформления собственной фирмы.

- А ничего, что ты работаешь? – спросила она Юльку, параллельно выкладывая на стол из сумки продукты. Заботливая мама логично предположила, что дочь никакими домашними делами сегодня не занималась, не готовила и не обедала.

- Нигде не сказано, что владелец фирмы не имеет права работать. Хоть дворником, хоть учителем, хоть бухгалтером – главное, чтобы был совершеннолетним и налоги платил. Надо снова договор придумать.

- Так возьми за образец старый!

- Это же думаю. Ладно, давай уже ужинать, я голодная! Кино посмотрим?

И мама с дочкой провели уютный вечер за просмотром любимой мелодрамы, вкусным ужином и бокалом лёгкого вина. Ну и что, что завтра на работу? Иногда нужно давать выход эмоциям и усталости.

А потом привычно, в восемь-ноль-ноль она открыла кабинет, где, кроме неё, трудилось ещё два человека, но они приходили всегда чуть позже. Она включила компьютер, передвинула окошко на календаре, включила кофеварку, приготовила кофейный сервиз и просмотрела список запланированных на сегодня дел. Юлька была самым молодым сотрудником в конторе, потому её обязанности с трудом укладывались в обычное бухгалтерское дело. Она была немного бухгалтером, немного секретарём, немного делопроизводителем, немного посыльным. Сколько раз за день ей приходилось бегать с проектом какого-либо документа к делопроизводителю, директору и обратно, подсчёту не подлежало. А уж сколько кофе выпивали они за день, и вовсе ужасало. Но работа не простаивала, отношения в коллективе были довольно приятные, а зарплата – не такой уж и маленькой, как оказалось, когда пропала необходимость содержать мужчину.

Она, наконец, сходила на уличный концерт, поучаствовала с мамой в организации ярмарки и купила билет на летний фестиваль. А когда пришло разрешение на открытие своего дела, почувствовала, что жизнь, всё-таки, хороша!

Нельзя сказать, что быть аналогом «принеси-подай» в конторе было верхом мечтаний Юльки, но она совершенно искренне полагала, что начинать трудовую деятельность надо вот так, официально, в приличном заведении. И каждое утро, независимо от того, как и где была проведена ночь, она открывала кабинет и включала кофеварку.

Вечерняя же работа, напротив, доставляла ей одновременно истинное удовольствие, но порой заводила в очень неоднозначные ситуации. Вот обратился к ней однажды очень солидный человек, владелец нескольких магазинов и автомастерских, меценат и спонсор разнообразных мероприятий, и отец семейства, вдобавок. Ситуация у него сложилась пренеприятнейшая: его четырнадцатилетние сыновья-близнецы, похоже, угодили в Лабиринт и не просыпались уже вторые сутки. Они подписали стандартный договор, заказчик оплатил Юлькину работу и ушёл. Она же поудобнее легла на диванчике и настроилась на работу.

В поисках мальчишек, она попала в разрушенную школу – уже хорошо, значит, они вне опасности. Это место было довольно жутким, но не несло никакой опасности на самом деле, просто надёжно удерживало своих жертв. Жертва должна исправить то, что натворила в жизни – плохо. Что могли натворить четырнадцатилетние мальчишки? Внезапно сбоку мелькнула тень, которая, остановившись, оказалась вожаком стаи местных тварей.