Девушка из кофейни

ЧАСТЬ 1. ГЛАВА 4

Глава 4

Почувствовала ли я тогда, что моя жизнь теперь навсегда изменится? Не знаю, но гостья сразу обратила на себя внимание, причем не только мое — Леша и Манана тоже уставились на незнакомку во все глаза. Она была странная — это да. И ни на кого не похожая… Разве что на фею из сказки — высокая, тонкая, в длинном темном пальто и в шляпке, а в руках черный зонт с деревянной ручкой. Увидев ее, я встала и вернулась за стойку. Дама села за столик у окна на мое место. Она долго смотрела в окно, пока я, наконец, не решилась подойти к ней. На мое смущенное покашливание она обернулась и, улыбнувшись, попросила наш фирменный кофе.

Я уточнила: — «Черный Капитан?»

Дама кивнула: — Пусть будет «Черный Капитан».

Это была женщина из разряда «раз увидишь — никогда не забудешь». Большая редкость, между прочим. Пока Леша варил кофе, я украдкой разглядывала незнакомку, пытаясь отгадать, сколько ей лет. Наконец я оставила это бесполезное занятие — ей могло быть и семьдесят, и запросто триста, настолько она действительно мало походила на обычную женщину. Седые волосы тщательно уложены в короткие завитки, безупречная осанка — нет, бабушкой ее бы никто не посмел назвать, хотя, глядя на ее лицо, покрытое сеткой мелких морщин, можно было догадаться, что перед вами очень взрослая дама. Она пила кофе с явным удовольствием, а когда я принесла счет, заметила: «Хороший эспрессо, правильной крепости, с необходимой миндальной горчинкой. И кофейня у вас симпатичная».

Я улыбнулась — ее похвала была мне особенно приятна. Прощаясь, она пообещала, что зайдет к нам как-нибудь еще. Царственная незнакомка поднялась и величественно направилась к выходу. Она не шла, а несла себя и была великолепна. Я долго завороженно смотрела ей вслед.

— Похожа на ведьму, — сказал Леша, заметив мой взгляд.

— Почему это? — не согласилась я. — Скорее на фею.

Леша пожал плечами: — Феи бывают всякие. В том числе злые.

— Эта Дама походит на королеву, — высказалась Манана.

— В изгнании, — уточнил Леша.

…Белая Дама сдержала обещание и через несколько дней вновь зашла к нам. Она кивнула мне, как старой знакомой, расположилась за тем же столиком у окна и заказала «Черного Капитана». Я старалась не смотреть в ее сторону, но в какой-то миг не удержалась, взглянула на нее и вдруг увидела, как она коснулась рукой оконного стекла и быстро провела кончиками пальцев по той самой надписи, словно бы погладила. А через минуту в ее руке уже опять была кофейная чашка, и дама с невозмутимым видом вновь смотрела в окно. Все произошло так быстро, что я засомневалась — не почудилось ли мне? Она стала приходить к нам почти каждый день, и я ждала ее появления. Я была уверена, что у этой загадочной женщины много тайн и удивительных историй. Мне хотелось познакомиться с ней, но я не решалась. Обычно все происходило по заведенному сценарию — она появлялась, выпивала кофе, смотрела в окно, одаривала меня на прощание улыбкой и уходила, но однажды…

Она заговорила со мной. — Как вас зовут?

— Ника.

— А вы знаете, Ника, что до революции тут была кондитерская?

Я удивилась: — Здесь, в помещении «Экипажа»?

— Да. Она принадлежала моему деду. И это была одна из лучших кондитерских в городе. Блины и пироги со всевозможными начинками, тульские пряники, халва, пирожные, кофе, чай. Сюда приезжали со всего Петербурга. От бабушки я слышала, что сладости из кондитерской деда заказывали для императорского двора.

— А я и не знала. До нас тут была рюмочная. Когда мы въехали, пришлось делать большой ремонт, приводить все в порядок.

Она улыбнулась: — После революции здесь был магазин, затем долгое время столовая, в семидесятые в этих стенах разместилось кафе, а потом пошла чехарда пирожковых-рюмочных. Когда появились вы — я обрадовалась. Возникло чувство, что вернулся дух старой кондитерской. Кстати, я живу в этом доме…

— Замечательно! Значит, вы будете часто бывать у нас?

Она благосклонно кивнула. Я спросила, как ее зовут, ожидая любого ответа, я бы не удивилась, если бы она, к примеру, представилась Феей Грез или гранд-дамой королевы Виктории, но она сказала «Елена Павловна».

Про себя я стала называть ее просто Еленой. Какая-то тайна скрывалась в ее улыбке, взмахе ресниц, горделивом повороте головы. Конечно, эта женщина запросто могла целоваться с любовником на мосту в Венеции после карнавала, цокать каблуками по площадям Рима или убегать от возлюбленного душной летней ночью в Вене сто, а может, триста лет назад…

…После нашего знакомства Елена Павловна не приходила несколько дней, и я встревожилась — не обиделась ли она на что-нибудь? И когда, наконец, она появилась, я бросилась ей навстречу. Улыбнувшись, она предложила вместе выпить кофе. Поскольку в этот ранний час других посетителей не было, я согласилась и присела рядом с ней.

— Все как много лет назад, — сказала Елена, глядя в окно. — Я всегда любила приходить сюда и наблюдать картины из городской жизни — это куда интереснее постановочных фильмов. Вон прошла сухая дама с левреткой, обратите внимание, как они похожи друг на друга, в этом есть что-то трогательное, вот остановилась машина, из которой выпорхнула блондинка, на мой взгляд, слишком современная, а ее герой, выходя из автомобиля, не открыл барышне дверцу и не обернулся, идет ли она за ним; а вот мальчишки с упоением поглощают мороженое… Я призналась, что тоже люблю смотреть в это огромное панорамное окно, наблюдая жизнь города, впитывая его энергию. Елена улыбнулась: — Да, интересное кино: столько порой увидишь смешного, печального, трагического, величественного, и у всех в этом фильме главные роли.

Подошла Юля и предложила нам попробовать испеченные Наной маковые рогалики. Когда она ушла, Елена заметила: — О, эту великолепную девицу надо выставлять в витрине — создал же бог такую красоту! Впрочем, к примеру, в Дом мод Кардена ее при всем этом внешнем блеске и полном соответствии модельным параметрам не взяли бы.