Не все коту масленица или как выдать замуж купеческую дочь

Глава 21

Никогда еще в моей жизни эти сорок дней Великого поста не казались мне такими мучительно долгими. Все свои дни я проводила в молитвах и посте. Но было и такое, что заставляло мое сердце петь. Письма! Его письма! Иван писал мне их не переставая.

Когда Емельян прискакал впервые, я сидела у окна. И даже не с первого раза глазам своим поверила. Благо, Василина развеяла все мои сомнения, тут же кинувшись на шею только что прибывшего всадника. А после короткого разговора они тут же направились в терем. Стук в дверь моей опочивальни не заставил себя долго ждать. После на пороге появилась Василина, а за ней смущенно, переминаясь с ноги на ногу, Емельян.

– Барыня, радость-то какая! – тут же всплеснула руками она. – Письмо! – и тут же выложила на стол передо мной аккуратно скрученную бумагу, запечатанную сургучом с печатью Боголюбовского купечества.

Сердце мое сбилось с ритма. Я, забыв о присутствии Емельяна, который непременно доложит о моей реакции на его письмо Ивану, тут же схватила его и начала разворачивать. А потом помедлила, многозначительно посмотрев на Василину и ее ухажера, намекая на то, что желаю остаться наедине с письмом. Они тут же попятились. Только у самой двери Емельян подал голос:

– Барин попросил ответа дождаться, если таковой последует.

– Я сообщу тебе о своем решении, – ответила я. – Через Василину.

И они удалились.

Я бережно развернула письмо и, прочитав первую строчку, так и села на лавку. Ноги мои подкосились от написанного. Но я сделала несколько глубоких вдохов и продолжила читать:

«Душа моя!

Варвара!

Я, неотесанный мужлан, сын купца и витиевато говорить не умею, как написано в тех книгах, что ты так любишь читать. Но и молчать сил моих больше нет.

Прошло семь дней с тех пор, как вы с отцом покинули наше подворье. Семь долгих и мучительных дней. Каждый из них я прочувствовал в полной мере. В эти дни я не в состоянии узнать самого себя. Такое уныние накрыло мою душу, что аж больно глаза по утрам открывать. Поскольку я знаю, что, открыв их, мне захочется подняться и отправиться в светлицу, что служила тебе опочивальней. Да вот только я знаю, что, постучав в дверь, ответа не получу. И в сердце так горько от этого становится.

Варвара! Ты поразила меня с самой первой минуты! Что скрывать, девушки и раньше кидались мне на шею с поцелуями. Только вот ни одна из них не делала этого для того, чтобы оттолкнуть меня. Все они, наоборот, пытались привязать меня к себе, а я от них бежал. Бежал с широкой улыбкой. А вот ты изначально быть со мной не хотела. И мне захотелось узнать, почему? Поэтому и предложил тебе наш договор. И с каждым днем я узнавал. Но не причину, а тебя. И от этого становилось горько. Горько осознавать, что девушка, которая затмила для меня собой весь белый свет, мечтает поскорее покинуть меня.

Пишу я это письмо, чтобы извиниться. А извиниться я хочу за то, что забираю назад свои слова. Прости, но сдержать свое обещание я не смогу. Поэтому я спешу тебе сообщить, что я буду ждать тебя в Храме Покрова Пресвятой Богородицы на Красную горку. И даже если ты не придешь, я все равно буду тебя ждать.

Навсегда твой,

Иван Боголюбов».

В меня словно молния попала. Все мое тело пронзили тысячи иголочек. Он хочет на мне жениться! Он тоскует по мне!

Боже! Пусть в этом письме и не было написано ни слова о любви, но то, что уже было написано, и так было для нас слишком много.

Я перечитала письмо еще несколько раз. Да какой там! Я перечитала его раз сто! Пока не поняла, что за окном начинает смеркаться. Тогда я придвинулась ближе к окну и, отложив дорогое сердцу письмо в сторону, начала писать ответ. Он не занял много времени. Слова сами полились из меня рекой, как из рога изобилия. Поэтому, когда явилась Василина, чтобы разузнать о моем решении, ответ уже был готов. Она передала его Емельяну, и тот отправился в обратную дорогу.

А через два дня вновь прискакал. И так продолжалось все семь недель.