Дневник брата милосердия

Делиться любовью

25-26 декабря 2017 г., храм А.Критского, богадельня

Люба почитала мой дневник и сказала:

- Я тоже хочу, как Устинья Яковлевна!

- Что именно? Лежать в кровати целыми днями?

- Нет, чтоб ты смотрел на меня так же, как на неё!

Делаю большие круглые глаза...

- Ой! Перестань, детей напугаешь!

Конечно, разве можно подделать действие благодати? Или прикинуться любящим? Обман тут же будет раскрыт.

* * *

Сегодня я сильно недомогаю. Повысилась температура, гнойные пробки в горле и проч. Однако предстоящее мероприятие не даёт возможности отлежаться. Заехал в богадельню буквально на минутку, чтобы забрать свой белый халат с нашитым красным крестиком на кармане – едем на север города с визитом в сестричество о.Сергия Филимонова.

Сестры встретили приветливо. Приятно чувствовать себя в богадельне немного освоившимся. На пороге 3-го отделения стоит Саша П. в зеленом платочке кандидата в испытуемые. Отрадно видеть её здесь, с нами. Она талантливая, живая и большая умница и мы ещё все будем вдохновляться её полётом. На заднем плане в самом конце коридора у раскрытых дверей палаты на полу стоят пустые санитарные носилки.

- Что-то случилось?

- Насельница Ирина умерла...

Жизнь и смерть в богадельне соседствуют очень тесно.

Зашел к назначенной мне Зинаиде Тимофеевне - она спит с приоткрытым ртом. Посмотрел, наконец-то, на её лицо при свете дня. Постоял немного. Пошёл к Верочке Пампушкиной. Уселся на горшок, и смотрю на неё.

Верочка старательно занимается инвентаризацией своей тумбочки. Вытаскивает из ящиков разные вещи и предлагает по очереди мне. Она как ребенок, но ее нестяжательность и готовность раздать все - поражает. Смотрю на все это и становится стыдно за собственное неправильное отношение к вещам. А вот у Верочки оно правильное. Она понимает, что копить бессмысленно, и всё готова отдать. У бабушек, оказывается, можно многому поучиться. Они уже не зацеплены так за мир, как мы, многие желания и страсти в этом возрасте естественным образом затихают. Не исключаю, что я ещё переменю это своё мнение, побольше узнав их.

Снова появляется Ира Ф. это уже не случайность. Она в свойственной ей манере выражает недовольство тем, что мы с Верой едим круассаны, найденные в недрах её тумбочки. Аргументирует, вроде всё разумно, но душа не соглашается с подобным отношением. А чего я от нее хочу? Мягкости? Так её во мне тоже отродясь не бывало. Вежливости? Внимательности? Или мне следует выработать какое-то отношение к происходящему? Нужно будет задать вопрос об этом духовнику…

* * *

Вечером на машине едем с сестрами в Державную. Я за рулём. По дороге читаем акафист св.Николаю. По приезде в храме читаем акафист Сергию Серебрянскому, точнее то, что нам от него осталось – последний икос. Так хорошо среди близких по духу людей.

Приехали, когда все уже были в сборе и шёл молебен с акафистом. Опоздали мы аж на целых сорок минут. Отец Валерий бросил на нас первый суровый взгляд, потом, чуть позже - второй - помягче... третий брошенный на нас взгляд был ещё теплее. Чувствуется, что идёт внутренняя работа. Научиться бы так же – хотя бы сгладить последствия, если не могу их предупреждать.

В большом зале для нас были накрыты столы. Отец Валерий, сидя под огромной величественной иконой Державной Божией Матери, зачитывает свой доклад о Диалоге Любви. Заметно волнуется. Доклад звучит свежо и жизненно, чувствуется живой интерес сестёр другого сестричества.

Потом зачитывали Любин дневник, доклад Люды Е. и стихи Гали С. В конце показали на большом экране фильм-интервью с насельницами, снятый м.Ниной. На большом экране еще глубже проникаешься богодухновенным смыслом сестрического пути, точнее понимаешь, зачем нужны встречи с насельницами. Это, оказывается, необходимо обоим: и сестре, и насельнице.

* * *

На следующее утро мама и младший брат привычно переругиваются на кухне. Пытался было как обычно присоединиться к ним, но... сформировавшийся в богадельне некий островок позитивного опыта не дает погружаться в повседневное болото. Такое чувство, словно под ногой в трясине появилась опора. И пережитый опыт напоминает о себе, оглядываюсь на пережитое вчера в богадельне, и не хочется жить, как прежде. Хочется быть иным... По-Божьи устроенным. Ну хоть немного.