Приключения рыжей попаданки 2

Глава 11

Ревякин прислал нам записку, что все складывается удачно, его протеже уже в доме Протасовой и сообщит ему — а он, соответственно, нам — как только Марья Никитична отлучится на несколько часов, чтобы мы смогли увидеться с Адамом.

По поводу же самого негодяя Ревякин написал, что в ту половину дома, где живет Адам, вход разрешен только очень узкому кругу людей – самой Протасовой, приезжающему лекарю и лакею, который ухаживает за больным.

Так что ничего нового про Адама мы пока не узнали.

У меня разрывалось сердце от желания поехать в Академию и увидеть Алексея, но Дастин сказал, что сначала мы должны поговорить с Адамом.

Мои магические способности восстанавливались очень медленно и были так ничтожны, что я уже смирилась с тем, что могла потерять их навсегда.

Ну что ж, жила ведь я раньше, без всех этих колдовских штучек, почему не смогу жить и дальше, как простая женщина?

Я почти не выходила из дома. Мне не хотелось видеть людей, вести пустые разговоры, я очень быстро уставала от всей этой ерунды.

А Настя очень трогательно заботилась обо мне.

Мне казалось, что она боится, что я тоже могу так же сильно заболеть, как ее бывшая покровительница.

Настя читала мне вслух книги, наливала чай, уговаривала полежать, чтобы не переутомиться.

Я была до слез тронута такой заботой. Настя испытала в своем юном возрасте так много, но была искренне добра к людям.

Мы с Настей много разговаривали. Она с удовольствием рассказывала о своей дружбе с Алексеем, о том, какие чудесные картины он рисовал и какие книги приносил.

Если верить словам Насти, у него были большие способности и таланты.

Мне не терпелось познакомиться с Алексеем, взглянуть ему в глаза… Возможно, что я, как и Дастин, сумею понять, где скрыта истина.

В один из дней мне принесли записку от императрицы с приглашением на ужин. Я со всей любезностью написала, что рада бы принять приглашение, но из-за болезни почти не покидаю постель, что было не так уж и далеко от истины.

На следующий день мне прислали в ответ письмо с пожеланиями скорейшего выздоровления.

Я, конечно, ответила. На этом мои переписки с Александрой Федоровной сошли на нет.

Наконец, ранним воскресным утром, мы получили письмо от Ревякина, где говорилось, что Протасова уехала в какой-то дальний монастырь, чтобы заказать молебны об исцелении больного друга.

Мы могли безбоязненно ехать в ее дом, протеже Ревякина будет нас ждать и проведет к Адаму.

Дастин приказал подать карету и мы отправились в особняк Протасовой.

Я жутко нервничала, мысли мои метались, я перебирала в уме все, что хотела спросить у Адама, в то же время меня просто захлестывало от желания послать на его голову все беды и несчастья, какие только можно представить.

Ведь он сумел причинить всем нам столько горя.

Карета остановилась, мы торопливо вышли, Дастин стукнул дверным молотком.

Молодая девушка отворила двери, присела и повела нас в дальнюю часть дома.

Около больших двустворчатых дверей, девушка остановилась и сказала:

— Я пока займу лакея, который прислуживает больному, разговорами.

Но боюсь, что дольше, чем на час, отвлечь его я не смогу.

Девушка развернулась и убежала, а мы вошли в покои к Адаму.

Мы с Дастином знали, что Адам очень болен, но не могли и представить, в каком плачевном состоянии застанем давнего врага, что лежал в глубине большой комнаты на высокой кровати.

Трудно было узнать в этом иссохшем человеке с желтым восковым лицом его святейшество Адама.

Не трудно было понять, что дни его уже сочтены и что сам он, похоже, отчасти уже покинул этот мир.

Адам переводил взгляд с Дастина на меня, но я бы не могла с уверенностью сказать, что святейшество узнает нас.

Я посмотрела на Дастина и прошептала:

— Мне кажется, мы опоздали… Вряд ли он сумеет что-то прояснить.

Дастин сжал мою руку и шагнул к кровати Адама:

— Послушай, Адам, мы с тобой воевали всю жизнь. И ты понимаешь, что скоро тебе предстоит ответить за все то зло, что совершил. Стоя на пороге смерти, найди в себе мужество и признайся, хотя бы в одном своем злодеянии! Скажи, где наш сын?

Адам приоткрыл глаза пошире, на минуту мне показалось, что передо мной тот, прежний Адам, полный силы и злобы:

— Ты думаешь, Дракон, если я умираю, то ты победил? — Адам попытался рассмеяться, но лишь закашлял; наконец, он отдышался и продолжил: — Так вот. Знай, что все мои тайны будут похоронены вместе со мной. Уходи. Я ничего не скажу тебе. Ты будешь искать сына и находить его, а потом опять разочаровываться, ибо это будет не он. Тебе предстоит мучиться всю жизнь…

Адам внезапно захрипел, на его бледных губах выступила пена, он попытался вздохнуть, но лишь короткое дернулся и замер, уставившись в потолок стеклянным взглядом.

Я тщетно пыталась сделать ему массаж сердца, пока Дастин не отстранил меня — его святейшество мертв.

Мы вышли из комнаты Адама в еще большем смятении, чем полчаса назад.

Есть ли еще у нас надежда?

Или наш мир рушится в очередной раз?

Я рыдала так сильно и горько, как будто бы умер дорогой мне человек, и только Дастин знал, о ком мои слезы.

***

Уважаемые читатели!

Спасибо за интерес к моему творчеству! Надеюсь, вам понравилось.

Если хотите, вы можете подписаться на автора, поставить звёздочку и оставить комментарий. Это сильно поддержит автора, то есть меня :)

Приятного чтения!