Выжить и вернуться

Глава 3

В небе догорало вечернее солнце. Никто не знал, сколько еще раз поднимется оно над головой. Каждый день приносил лишь плохие новости. Так умирала природа, нарушая все законы, словно убивала, вымещая боль за злое дело — и ни духи, ни люди не могли совладать с нею. Мир вдруг начал становился каким-то нематериальным — таял, обращаясь в дым, и люди истаивали вместе с ним, переходя в мир духов и переставая существовать, будто из вселенной вынули силу. Один за другим стали происходить события, от которых каждого, кто о них слышал или стал очевидцем, пробирала дрожь. Сначала исчезли звезды. Небо по ночам пугало бездонным мраком Бездны. Потом, ни с того ни с сего, перестали рождаться дети. А еще спустя несколько лет, начал меркнуть свет солнца, словно оно погружалось во тьму и гасло. Свет еще был, но каждый чувствовал приближение ужаса, как будто на землю упала тень. А спустя какое-то время люди начали замечать, что не отбрасывают тень и после становятся бесплотными — и, наконец, исчезали, не оставляя от себя ничего.

Словно их стирали из памяти…

Людей охватило отчаяние. Они жались поближе друг к другу, боясь заснуть и не найти того, кто спал рядом. Кровь стыла в жилах от одной мысли об этом. Уже давно никто не искал повод помахать кулаками, не прятал свои чувства, прощаясь перед тем, как погрузиться в сон. Спали по очереди, кто-то обязательно дежурил у изголовья.

Зато духи обретали плоть.

Множество тварей, пугая друг друга, выползли на свет божий, чтобы узреть свое уродство. Их было много. Материализовавшиеся духи не шныряли в измерениях, как обычно, собирая новости со всего света, и не руководили людьми. Они приходили, чтобы обнять человека перед тем, как ему исчезнуть, будто хотели заступиться за него.

И никто не верил в спасение. Они сами избавились от младенца, отмеченного древом и змеей — самого сильного мага, который когда-либо рождался во вселенной, который мог бы поднять силы ада и рая, чтобы восстановить или то и другое, или равновесие. Боги наказывали людей за жестокость, с которой они избавились от младенца из пророчества.

Звери еще обходили стороной и тех и, теперь уже, других, не трогали, но, словно бы не замечая, перестали хорониться, обживая местами осиротевшие города и селения. И повсюду в обезлюдевших местах пробивалась трава, ломая твердые покрытия дорог. Обжитая и ухоженная природа дичала на глазах. И никому до этого не было дела. Тех, кто умел поднять материальный предмет, осталось так мало, что их хватало лишь на то, чтобы достать еду и накормить умирающих. Бессмертные духи помогали им, подкармливая материализовавшимися конечностями. Обретая с людьми единение, они будто надеялись, что те запомнят их такими — добрыми и сочувствующими…