Выжить в сказке, или Не беси ведьму, Сокол! 

Глава 39. Патруль

Злата

Отец пришёл с ковена сам не свой: взъерошенный, испуганный. Заперся в своём кабинете, потом резко выскочил с сумасшедшими глазами и подозвал к себе Ивана, который ещё толком и не окреп после рудников, и приказал пройти по лесу, посмотреть, что да как. Где сухостой убрать, а где ягодники подлечить. А вечером с дозорными территорию обойти, чтобы путник, какой не затерялся, да зверье спокойное было.

- А особенно за всеми нашими следите, не хватало, чтобы пропадать начали! И да, Злата, пойдёшь с Иваном, поможешь ему в этом деле. Засиделась дома! – Проговорил отец и скрылся обратно в кабинете. – Меня ни для кого нет! Даже если война началась! – Высунул голову в дверной проем и тут же захлопнул дверь.

- А что происходит вообще? Злат, ты что-нибудь понимаешь? – Иван смотрел на меня ошарашенными глазами. Он первый раз видел отца в таком состоянии. А я знала, что это верный признак чего-то плохого. И если отец так взволнован, то грядёт что-то из ряда вон выходящее. И это пугало.

- Не знаю, Вань, но что-то не так, если отец так взволнован, то лучше бы нам набрать ребят посильнее в патруль леса и хорошенько подготовится, – кивнув Иван ушёл собираться, а у меня закралось смутное предположение, уж не наши ли что там натворили...

Наступила ночь, и мы выдвинулись на обход территории нашего леса. Распределив каждого по двойкам, мы шли обследовать лес, никогда такого не было, что отцу взбрело в голову не пойму! Каждый из двойки получил еду, воду и набор медицинской помощи: зелья, настойки, бинты, да и обычные человеческие лекарства. Всякое случалось во время патрулирования леса, поэтому мы должны быть ко всему готовы. И если отец в таком приказном тоне сказал, значит нужно. Мы, конечно же, могли не идти, сказав что все обошли, но если отец узнает что мы филонили, то получим по первое число и патрулированием одним не обойдёмся. Кара и нотации будут пострашнее, чем бессонная ночь.

Шли долго, ничего странного не происходило, мы переговаривались и, зевая, переступали через овражки и пеньки. На небе светили звезды, где-то вдалеке ухала недовольная сова, которая решила поохотиться, а мы своей шумихой распугали все деликатесы. То тут, то там пробегало припозднившееся зверье. По амулетам связи нам докладывали, что в лесу тишина и спокойствие, что не могло нас не радовать. Ночная жизнь шла своим чередом, и мы уже было хотели повернуть обратно, когда увидели ярчайшую вспышку. Переглянувшись с Иваном мы медленно, осторожно ступая, чтобы не создать лишнего шума, пробирались к источнику света. Но, когда подошли к одной поляне, увидели выжженную траву и человека в тяжелейшем состоянии: в некоторых местах все тело обожжено, одежда клочьями, неузнаваемые черты лица и совершенно безвольное тело. Я рванула к человеку, но Иван схватил меня за руку и остановил.

- Это может быть ловушка, постой здесь! Я сам все проверю! – Иван напрягся и весь подобрался. От спокойного и смешливого брата не осталось и следа. Появился незнакомец, которого я не знала, неужели и его так заманили в ловушку. Он же молчит, отговаривается тем, что ничего не помнит. Быстро осмотревшись, Ваня подошёл к мужчине, потрогал его пульс, покачал головой и тяжело вздохнул

- Ну что там, - проговорила я, подходя ближе к пострадавшему человеку.

- Я не понимаю, как он здесь оказался, почему вся поляна выжжена, нас отец за это по головке не погладит, и кто он такой!? Если он выжил после такого пламени, и остался жить, то он непрост. Очень не прост. И его сущность что-то скрывает, я не могу понять, к кому он относится! У него настолько слабая энергетика, что даже восстановление идёт с большим трудом, - все рассуждал и рассуждал Иван. А я стояла и думала, если отца нельзя тревожить, Аську носит не пойми где и с кем, то придётся нам самим за ним поухаживать. Я конечно не специалист в этом деле, но то же кое-что умею и могу.

Подойдя ближе к мужчине, я положила руку на пульс: нитевидный, еле прощупывается, глубокое рваное дыхание, даже зрачки плохо реагируют на свет от карманного фонарика. И чем дольше мы тянем, тем тяжелее ему будет. Нужно срочно его куда-то разместить.

- Мы должны ему помочь! Давай поднимай его, я тебе помогу. Здесь есть недалеко домик лесника, там всегда есть запас воды, еды и лекарственных трав. Да и с собой у нас куча всего, - Иван неохотно потянулся за мужчиной, явно не доверяя таким стечениям обстоятельств, но ничего не поделать, раз мы его нашли, значит должны помочь, кем бы он ни был. – Да осторожнее ты его тащи, Вань, недалеко осталось!

- Опять ты включила мать Терезу. Вечно тащила в дом всех обиженных и обделённых!

Дойдя до домика под нравоучения Ивана, как можно поступать, а как нельзя, мы определили мужчину на лежак и принялись более тщательно осматривать его. Благо все было под рукой. Обтерев его лицо и тело влажным полотенцем, я начала обрабатывать раны. Приподняв его голову, влили восстанавливающую настойку, а затем спустя время дали выпить снотворного, для того, что бы его организм быстрее восстановился. Весь остаток ночи и следующий день он был в лихорадке, его знобило, он бредил, шептал чьи-то имена, хватал меня за руки. А я все продолжала сидеть рядом, меняя холодные компрессы, и смачивая водой губы. День клонился к вечеру, смеркалось... Оставалось немного до полуночи, а этот человек так и не приходил в себя. У нас закончились все восстанавливающие и укрепляющие зелья и Иван решил сходить домой пополнить запасы и предупредить, что с нами все хорошо. Не успели мы выйти за порог, как увидели ещё одну вспышку ярко синего цвета, поднялся гвалт, галдёж… Отовсюду начали подниматься разнообразные птицы, сбиваться в стаи и тут ввысь поднялась невероятной красоты, огромная птица, которая ослепляла своим ярко-синем оперением, с проблесками белого, золотого и местами розового. Это настолько завораживало, что мы просто стояли, открыв рты и наблюдали. Сделав несколько кругов вокруг поляны, и махнув крыльями, птица скрылась из виду, а стаи мелких птиц продолжали кружить над нашим домом. Миг и все затихло, будто и не было ничего подобного. Такое ощущение, что все нам привиделось из-за бессонной ночи. И вдруг, тишину нарушили торопливые шаги, мы напряглись. Иван заслонил меня спиной, но на дорожку выбежал запыхавшийся Финн.