Хранитель сердца моего

16

Я плавала в темноте и тумане. Со мной уже было такое. Когда-то давно… Но тогда был огонь, что пожирал мое тело. А теперь вместо пламени – лед. Лютый холод и тьма. Я плавала в ней, я искала выход. И не находила. Я не знала своего имени. Я не знала, что я за существо такое. Я все потеряла. Я все утратила. Потеряла нечто важное…Нечто, без чего не смогу быть собой. Тьма – все, что осталось. И я плыла.

***

– Лиза… – услышала я тихий голос, – Лиза, открой глаза.

Я не хотела подчиняться ему. С закрытыми глазами было комфортно и спокойно. Никаких проблем, никаких вопросов, ответов на которые я не могла найти. Чьи-то руки бережно обхватили меня и приподняли с холодной земли. Стало теплее.

– Лиза, – снова услышала я и распахнула глаза.

Надо мной склонился Моран, держа меня одной рукой за плечи, а второй за голову. Я безотчетно улыбнулась, увидев его. Но через секунду вспыхнули воспоминания о недавних событиях. Подслушанный разговор, воздушная волна, проверка в пещере…Улыбка сползла с моего лица.

Зачем он вообще держит меня? Зачем прикасается? Я не хочу этого! Не хочу!

Я уперлась руками в грудь Хранителя и оттолкнула его от себя. Шатаясь, поднялась на ноги. Моран протянул мне руку, чтобы помочь, но я отмахнулась от него. Потерла слезящиеся глаза и огляделась.

Где я? Вокруг простиралась каменистая равнина. В небе светила тусклая луна. Вдали виднелись очертания черных, как смоль, гор. Никакой растительности, за исключением похожих на скелеты деревьев без листвы. И тишина… Не было слышно ни пения птиц, ни шороха листвы – ничего. Лишь ветер завывал где-то далеко.

Я сделала несколько шагов, пошатнулась и остановилась. На большее сил пока не было, а голова плохо соображала. Я все еще была слаба то ли после удара воздушной волной, то ли после падения в пещере.

В темноте сверкнула яркая вспышка света, и возле меня вспыхнул маленький костер. Не имея больше сил стоять, я нехотя опустилась у огня и стала наблюдать за танцующими язычками пламени. В мыслях царил хаос, и я пыталась хоть немного привести их в порядок. Моран приблизился и сел рядом. Я краем глаза взглянула на него – так же, как и я, он задумчиво глядел на огонь.

– Почему? – неожиданно произнес он тихим голосом.

Я исподлобья взглянула на него непонимающим взглядом, но не сказала ни слова.

– Почему ты велела зеркалу показать мои намерения?

Ах, вот он о чем. Да какая уже разница.

Я отвернулась от него и нахмурилась, ничего не ответив. Вряд ли его бы устроил мой ответ, да и говорить теперь особо не хотелось. Отныне я буду следовать совету травницы Мэнни, да держать язык за зубами. Особенно сейчас. Особенно с этим человеком.

– И почему оно подчинилось тебе? – тихим, но требовательным голосом сказал Моран.

Я посмотрела в его глаза. В них отражались красные язычки пламени, и привычного холодного блеска не было. Мы молча смотрели друг на друга, в его глазах застыл вопрос, ответ на который он терпеливо ждал.

– Почему? – тем же тихим голосом он повторил.

Я отвернулась и уставилась в танцующее пламя.

– Потому что я хотела узнать тебя лучше, – произнесла я безжизненным голосом, – понять тебя.

Это была правда. Я хотела понять, что движет им, что в его голове, в его душе, в его мыслях. А еще я считала, что это будет, как минимум, справедливо и правильно. Справедливо по отношению ко мне. Вслух, конечно, я говорить этого не стала. Потому что хватить уже болтать попусту – это приносило только вред.

– И многое ли ты поняла? – прервал мои размышления Моран. В голосе послышались знакомые металлические нотки.

Перед внутренним взором всплыло его отражение в том зеркале. Молодое, смеющееся… С кровью на руках.

– Не совсем, – сухо ответила я, – а многое ли понял ты из того, что зеркало показало обо мне?

– Достаточно, – лаконично произнес он и снова посмотрел на огонь, – то, что ты сделала в пещере…И то, что произошло после этого, не останется без последствий. Ты это понимаешь?

Голос у него был на удивление тихим и уставшим. Словно он взвалил на себя непомерно тяжелую ношу и долго нес ее без передышки. А теперь просто устал. На мгновение мне странным образом передалось его состояние. Но через секунду эти ощущения развеялись. На смену им пришла злость. Моя собственная злость, не переданная ни взглядами, ни прикосновениями, ни чем-то еще. Никакой чертовой эмпатии.

Я злилась на себя за то, что была ослеплена чувствами, как глупая школьница. Злилась на него за его жестокие поступки. Злилась на этот безумный мир, в котором какой бы шаг я ни сделала, какое бы слово ни сказала, это неизменно оборачивалось против меня. Злилась, что в каждом моем поступке видели преступление и очередной повод обвинить в новых прегрешениях.

– Меня казнят за то, что я хотела узнать твои намерения и сущность? – произнесла я с насмешкой.

Моран помолчал некоторое время и ответил спокойным, ледяным тоном:

– Разве невинному человеку, не связанному сговором с эльфом, нужно знать намерения Хранителя Цитадели света?

«Вообще-то нужно, – подумала я, – если этот невинный человек – женщина на грани нервного срыва».