Цвет счастья – чёрный

Глава 5

Махой явился на рассвете, я едва успела задремать. Сон никак не хотел отпускать из своих цепких объятий, и я с нарастающим неудовольствием слушала сквозь дрёму призывы настырного мохнатика. Потом вспомнила прошедшую ночь и сладко зевнула, потягиваясь всем телом. Признаться, давно так не веселилась. Всю ночь гоняла мышей, забиралась на деревья, чтобы вспугнуть сонных птиц, а потом сверху наблюдала за семейством ежей. Ночь прошла не зря. Когда небо начало светлеть на востоке, я уставшая, но безмерно довольная, вернулась в свою землянку и завалилась спать, даже не потрудившись сменить облик. А зачем? Мне и так хорошо.

Махой, который какое-то время терпеливо ожидал моего появления перед дверью, набрался храбрости и шагнул внутрь, чтобы тут же с диким воплем выскочить обратно.

«Да что же он нервный такой? Ведь уже познакомился вчера с моей второй ипостасью».

И только тут я вспомнила, что ни словом не обмолвилась о том, что умею обращаться кошкой. А ещё мне стало интересно, отчего так странно Махой реагирует на меня в кошачьем обличье? Не такая уж я страшная, можно даже сказать, что совсем наоборот, очень даже миленькая и пушистенькая. А если уж говорить совсем откровенно, то я не встречала никого, кто мог бы сравниться со мной в красоте и грации. Я даже попыталась осмотреть себя, насколько это было возможно без маминого зеркала. А вдруг у меня шкурка облезла или лишай где подхватила? Но нет, всё в полном порядке. Даже репьи от хвоста отцепились, а шкурка по-прежнему ровная и блестящая, без проплешин. Надо бы выяснить у Махоя причину его испуга.

И я вышла наружу уже в человеческой ипостаси, разумеется, не забыв приодеться.

Махой прятался за тем самым, приглянувшимся мне дубом, осторожно выглядывая из-за могучего ствола. Вот смешной, да разве для кошки это может стать препятствием? Да если я захочу, то всего в пару прыжков настигну этого трусливого мохнатика.

- Давай выходи, раз пришёл. Хватит там прятаться.

Ну да, я была не очень вежливой, но недосыпание в какой то мере могло послужить оправданием моему плохому настроению.

- Хозяйка. – услышала я неуверенный голос. – а твой зверь не выскочит?

- А чего ты его так испугался? Он же совсем маленький?

- Так я это… - Махой замялся, подбирая слова, потом, собравшись с духом, продолжил. – Видел я, как такая вот зверюшка, только чуток побольше, огромного кабана одним ударом лапы насмерть пришибла. А мне и такой малости хватит, чтобы помереть во цвете лет.

А вот это уже интересно, значит, я не одна такая чёрненькая? Неужели в моём лесу водятся подобные мне кошки? И даже упоминание о том, что они «чуток побольше», меня не смутило. Может быть, я тоже ещё подрасту?

- А где ты видел тех, которые «побольше»?

- Так это далеко отсюда было, да и годков тридцать с той поры прошло, никак не меньше.

Я в удивлении открыла рот: «Это сколько же Махою лет?»

Спросила осторожно:

- Махой, а сколько тебе лет?

Мужичок замялся, почему-то засмущался, но всё-таки признался:

- Да маловато ещё, но я, правда, могу быть твоим наставником. Ты никого не слушай. Это ведь я все последние годы при ведьме был. Все наши старались держаться от неё подальше, а меня, как самого молодого к ней в услужение отправили. А глаз у меня острый, да и память хорошая. Я всё-всё подмечал и запоминал. Так что если к тебе кто из наших пожалует в помощники набиваться, ты так и скажи, что Махой уже принят на это место.

Выдохнул, вздохнул и замер в ожидании моего ответа, и в глаза так жалобно заглядывает. А мне то какая разница? Он или кто-то другой? Пусть остаётся, я не против. Да и привыкла я к нему. Поэтому кивнула в знак согласия.

Мужичок просиял и сразу приосанился, обретая свой прежний уверенный вид. Но про кошку всё же уточнил:

- Так что насчёт зверя? Не тронет он меня?

- Не тронет, не бойся. Конечно, если обижать не будешь.

Мужичок рассыпался в уверениях, что он ни за что, никогда…

- Так с чем пожаловал? – прервала я словесный поток.

Махой сразу принял деловой вид и уже тоном наставника, начал объяснять, что времени у нас мало. Готовые зелья скоро кончатся, а новые я делать пока не умею. Пора приступать к занятиям. Наши желания в этом вопросе полностью совпадали. Я не собиралась догнивать свои дни в этом лесу, превращаясь в уродливую старуху. Но для того, чтобы жить среди людей, мне нужно было, по меньшей мере, научиться читать. А если получится, то ещё писать и считать. Так что я не стала упрямиться и принялась за обучение с истовым рвением.

К концу недели я уже могла читать по слогам и была собой очень довольна. А Махой возомнил себя великим наставником и сообщил мне с важным видом, что подумывает о том, чтобы набрать себе учеников из молодых лесовиков. Так я и узнала, к какому роду-племени принадлежит мой помощник и наставник.

Лесовики жили обособленно, мало кто знал об их существовании, но догадывались многие. А жители ближайших деревень даже имели возможность общаться с одним из них. Только Махой решался контактировать с людьми. Так что все просители думали, что он один такой на весь лес. Хотя лесовиков тут было не меньше тысячи. Об этом по большому секрету мне поведал всё тот же Махой.

- А почему я никого из лесовиков кроме тебя не видела? – задала я вполне резонный вопрос.

Я не понимала, как мохнатики умудрялись так скрываться, что даже кошачьи глаза не заметили никого, кроме Махоя.

Махой, как всегда, когда приходилось отвечать на неудобные вопросы, замялся, засмущался, но правду скрывать не стал.

- А я ещё никому не сказал, что старой ведьмы больше нет. Вот они и обходят твой дом стороной.

- Но почему?

Махой посмотрел серьёзно и ответил:

- Когда меня к ведьме посылали в услужение, думали, что я больше года не проживу, знали какая она злая. А теперь, что же, я должен уступить кому-то своё место, коли опасности больше нет?