Замок на границе миров

Глава 11. Обещание Мальдука

Слова мага прозвучали убедительно. Вольфады одобрительно зашумели, взглядывая на своего предводителя. На лице Тада читались сложная гамма сомнений и раздумий.

- Пожалуй, ты прав, маг Мальдук, - наконец промолвил он, - Вольфады долго ждали этого часа. После того, как лазутчик в Замке подтвердит твое сообщение, мы выступим в поход на Приграничье.

Это решение было встречено бурным ликованием воинов в звериных шкурах. Но восторженные возгласы вдруг стихли, когда из задних рядов послышался негодующий старческий голос, выкрикивающий «Замолчите, дурачьё!» и к престолу Тада выбрался согбенный растрепанный старик, настолько слабый, что ему приходилось поддерживать себя двумя посохами.

- С чем ты не согласен, старый Гудред? – спросил Тад, и прозвучавшее в его голосе уважение, смешанное со снисходительностью, показало, что со мнением этого дряхлого старца здесь когда-то считались.

- Прогони прочь этого мейгоса, - сказал Гудред, трясясь от слабости и то и дело сдерживая кашель. - Не слушай его советов. Плохая затея – напасть сейчас на Приграничье. Этого делать нельзя. Ты проиграешь. Благосклонность судьбы не на твоей стороне.

- Что заставляет тебя так считать, мудрый Гудред? – серьезно спросил вождь вольфадов.

- Всем известно, что Мерлина усыпила полуфея Моргана, - сказал Гудред, кое-как подавив очередной приступ кашля, – Моргана – жалкая девчонка, фея по матери, человек по отцу. Человек – ничтожное существо, он ограничен законами судьбы. Лишь только треть из его помыслов сбывается, да и то лишь в том случае, если человек приложит к их достижению волю и физические усилия, или заставит других выполнять свои желания, или купит их воплощение за золотые и серебряные монеты. Таких жестких ограничений нет у фей и магов, в особенности, у мейгосов: им нет нужды использовать физические силы, чтобы мгновенно воплотить свое желание в реальность – им достаточно лишь пожелать его воплощения. Что касается изменения будущего, то любая фея и любой мейгос могут в восьми случаях из десяти изменить будущий ход событий, а некоторые мейгосы могут изменить его в девяти случаях из десяти. Моргана росла в отрыве от Инар, с каждым днем ее магия слабеет, а человеческие свойства усиливаются. Из десяти желаний Морганы могут исполниться с легкостью не более четырех-пяти, что означает чуть бо́льшую, чем у обычных людей, удачливость вместе с некоторыми полученными от рождения способностями к магии; во всем остальном принцессе-полуфее приходится подчиняться ограничивающим рамкам человеческой жизни. Ни при каких обстоятельствах она не могла бы сразить великого мага. Лишь в одном-единственном случае она могла преуспеть – если вступили в действие законы судьбы. По воле судьбы Моргана усыпила Мерлина! Никто не властен над судьбой: ни мейгосы, ни феи, ни вольфады, ни тем более, люди. Не пытайся вмешаться в ход судьбы, связавшей Моргану и Мерлина, Тад, иначе она размелет тебя, как мышь, угодившую в жернова.

- Что ты несешь, старый дурак! – вскричал Мальдук, увидев, что слова старика вызвали тень раздумий в глазах вождя. – Закрой свой глупый рот, или я превращу тебя в ту самую мышь! Я думал, Тад, что ты неустрашимый в бою воин, а ты, оказывается, ничем не отличаешься от ребенка, который позволяет запугивать себя россказнями стариков. Я успокою тебя, вождь: законы судьбы непреложны, но нет прямой связи твоей судьбы с чужой судьбой. Тебе нечего опасаться. Ты можешь спокойно использовать обстоятельства чужой судьбы.

- Это не так! – яростно возразил Гудред. – Четкой связи нет, но есть непреложный закон: тот, кто вмешивается в течение чужой судьбы, либо невероятно вознесется, либо погибнет, и кончина его будет ужасной! Подумай, Тад, сто́ит ли так рисковать собой и своим родом?

- Да, подумай, Тад, - насмешливо подхватил Мальдук. – Подумай, чем ты рискуешь, и взвесь всё хорошенько. Риск – в том, чтобы всего лишь пройти с моей помощью Леса Защиты и взять пустой Замок. Награда за это будет велика: ты вернешь земли, отобранные людьми у вольфадов, и, более того, обретешь власть на всем Приграничьем. Ведь сказано: тот, кто впишется в поворот чужой судьбы, невиданно вознесется. Подумай об этом, вождь, и скажи, каков твой выбор.

- Я выбираю поход на Приграничье, - сказал Тад, поразмыслив немного.

Вольфады поддержали решение вождя единым воинственным воплем.

- Глупцы! – вскричал Гудред. – Жадные самоуверенные дураки! Вы сами ищете себе погибель!

Его каркающий голос потонул в общем шуме. Старик поковылял к выходу, перемежая кашель с бессильными проклятиями и на ходу замахиваясь на смеющихся над ним вольфадов то одним, то другим посохом.

Тад выждал, пока возгласы стихнут, и вновь обратился к магу:

- Как все инарцы, вольфады сведущи в магии, но некоторых знаний нам недостает, и тем более мы не сможем самостоятельно противостоять магии такого могучего колдуна, как Мерлин. В этом походе нам понадобятся все твои навыки чародейства, Мальдук, поэтому скажи сразу, что ты желал бы получить в награду за помощь моему народу.

- Мне нужна самая малость, Тад, - отвечал Мальдук, давно ожидавший этого вопроса, – Я хочу с твоей помощью уничтожить Мерлина, ибо у меня с ним давние счеты. Всю жизнь он становился на пути моих устремлений. Через посредство Утера Пендрагона он получил власть над Приграничным королевством, хотя его место по праву должен был занять я. И вот теперь я хочу поквитаться. После того, как я уничтожу Мерлина и его бездарную магию, я хочу стать великим магом всего Приграничья. Надеюсь, вольфады ничего не имеют против этого?