Осколки 

Глава 1.

Маруся. Москва

Я иду босиком по заросшей дикой травой тропинке. Прохладные стебельки приятно щекочут ступни. Пахнет детством в деревне. В душе ощущение, что на пригорке вот-вот появится бабушка в цветастом хлопковом халате с большими накладными карманами, в которых чудом всегда отыскиваются леденцы-барбариски. Она, приложив ладони к губам на манер рупора, позовет меня пить тёплое молоко со свежеиспеченным хрустящим хлебом. Дышать так легко. Абсолютно точно знаю: впереди ждет что-то очень хорошее.

Внимание привлекает какое-то движение в низине. Прищуриваюсь, чтобы как следует это рассмотреть. Сердце на мгновение замирает, а потом пускается в пляс: на старом бревенчатом мостике, соединяющем противоположные берега мелкой речушки, сидит Он, так по-детски свесив ступни в воду. Вот она та радость, то абсолютное ощущение счастья, которое просыпалось в груди пару мгновений назад. Теперь я уже не просто иду, а несусь, лечу на всех парах, обгоняя даже ветер.

Как всегда Он сразу же замечает моё присутствие, улыбнувшись в ответ. Бег (точнее, полёт) такой стремительный, что остановиться получается только у самой кромки воды. Слегка перевожу дух, но не оттого, что устала, а от бури чувств, захлестывающей при каждой нашей встрече. Забираюсь на мостик, очень осторожно сажусь рядом, также опуская ноги в тёплую воду.

Наши руки совсем близко. Если приглядеться, можно увидеть, как их связывает тоненькая золотая ниточка, протянувшаяся от моего запястья к его. Ниточка вела меня сюда, она всегда приводит меня к нему, где бы Он ни был.

Так хочется обнять его, прижаться к нему каждой клеточкой своего тела, глубоко вдохнуть родной запах, ощутить приятно пьянящее тепло. Хочется, чтобы Он обнял в ответ, а я бы стала маленькой пушинкой в его руках, здесь и сейчас. Ловлю хитрый, как у лисы, взгляд, понимаю: Он чувствует то же самое.

Где-то в глубине серых глаз притаилась тоска. Мы находим друг друга всегда, и мы навсегда разлучены судьбой. Всё, что у меня осталось, - это лишь его улыбка и золотая ниточка.

Если я попытаюсь - даже легонько - к нему прикоснуться, Он исчезнет, растает дымкой на ветру.

Вдалеке догорает закат. Мы сидим рядом, молча смотрим, как засыпает солнце.

Когда оранжевый шар полностью прячется за горизонтом, тихонько шепчу:

- Я люблю тебя…

Он улыбается, а сердце вновь замирает. Он нежно смотрит на меня и ласково говорит:

- Маленькая, просыпайся...

Я проснулась, как всегда, за пять минут до будильника. Рядом, смешно надув пухлые розовые губки, сопел Мишка. Этот пока ещё крохотный человечек занял добрую часть кровати, раскинув ручки в стороны, водрузив одну ногу на меня, а вторую на престарелого, но довольно массивного рыжего кота Филю. Осторожно выбравшись из хитроумной ловушки, чтобы ненароком не разбудить сладко спящего сына, шатаясь спросонья из стороны в сторону, я медленно побрела на кухню. Филя недовольно приоткрыл левый глаз, предостерегающе махнув мне хвостом, лизнул Мишкину ладошку и остался стеречь сон своего маленького человека.

Впереди очередной бой со старой кофеваркой, которая любит своевольничать и не даёт раскрутить свой корпус, чтобы засыпать молотый кофе и залить воду.

Хмуро пригрозив поменять старую посудину на современную кофемашину, я изо всех сил стиснула металлическое тельце маленькой упрямой кофеварки. Кофеварка, противно пискнув, наигранно нехотя поддалась моим мольбам.

- Спасибо кофейным богам за день, благословленный на удачу, - довольно буркнула себе под нос.

После чего тщательно собрала вчерашнюю гущу в специальный контейнер, который завела моя старшая сестра Даша. Она потом приготовит из остатков кофе скраб или какую-нибудь питательную маску.

Дарья никогда ничего не выбрасывает просто так, моя сестрёнка может во что угодно вдохнуть вторую жизнь. Даже в меня. Где-то внутри, под лопаткой, проснулось противное, ноющее чувство стыда за то, что близким пришлось из-за меня пережить.

Но я вовремя вспомнила, что в холодильнике припрятаны два эклера со сливочным кремом и шоколадной глазурью, которые мы с Мишкой раздобыли вчера в небольшой кондитерской неподалеку от дома. Один эклер мне, а второй для нашей няни - Анны Павловны или просто Нюши, как мы ласково её называем. Нюша - подарок судьбы, драгоценное сокровище без которого весь наш зыбкий быт давно бы уже развалился. Даже не знаю, кто больше её подопечный: я или мой полуторагодовалый сын.

Даша познакомилась с Нюшей немногим больше года назад, гуляя с Мишкой в парке. Они мгновенно подружились. А вскоре и я буквально с первого взгляда влюбилась в эту невероятную женщину. Наша будущая няня - стройная, высокая, подтянутая - предстала впервые передо мной в стильных узких джинсах, нарочито неаккуратно обрезанных выше щиколоток, ярко-красных лаковых лоферах, широкой фланелевой, чуть заправленной рубашке, с копной идеально гладких длинных и абсолютно белых как снег волос, похожая скорее на модель, нежели на женщину пенсионного возраста. И я даже подумала, что это одна из бывших Дашкиных сокурсниц, какая-нибудь очередная художница или дизайнер.

В двери тихонько щелкнул замок, и мой подарок судьбы предстал во всей красе.

- М-м-м… нас сегодня ждёт хороший день! - вдыхая бодрящий аромат свежесваренного кофе, протянула няня.

- Нюшенька, доброе утро! Ага, хороший знак, - пробормотала я, зевая.

- Всё, беги в душ, я уже на посту!

- Так точно, мой генерал! Есть приступить к выполнению боевого задания! - отрапортовала я.

Муж Нюши - полковник в отставке.

Тёплые струи воды окончательно выдернули меня из сладкой дремоты и приятных воспоминаний о ночных грёзах. Наступил новый день, а значит, я сделала ещё один шаг вперёд. В голове звонко пронеслось бодрое и такое бесячее “только вперед, Маленькая!”, мысленно пробубнила ему в ответ: “Да иду я, иду!”.