"Эликсир жизни". Книга о долгом взрослении

Весна и лето

29 марта

Алеша Орловский гуляет с Юлей Резниковой. Обнимает ее при всех, держит за руку, внимательно смотрит в глаза. Я заметила, что они сдружились еще во время летней практики на Кучаке. Обижаться на них мне было бы глупо. Юля - хорошая девчонка, только несколько нервная, импульсивная. Иногда чувствуется в ней какой-то внутренний надлом, способность к рывку, к бездумному, шальному поступку. А он… Все тот же «ветреный мальчишка, с упрямой челкой и прищуром синих глаз». Строчка из моих стихов о нем. Да что там - строчка, если целая тетрадка исписана!

30 марта

Были с однокурсницами в театре. Очень понравилась пьеса «Гарольд и Мод» Хиггинса. Только перед началом спектакля едва смогла сдержать слезы досады. Рядом сидела Юля. Говорила только об Алеше. О том, какой он внимательный и нежный, как любит ее. Я до боли вжимала ногти в ладони, чтобы не разреветься. Я не могла понять себя. Собака на сене. Давно уже появилось какое-то предчувствие-предзнание – если бы захотела, Лешка был бы со мной, хоть недолгое безумно-яркое время. Но я и сама не «ам» и другим не хочу отдавать.

И Юлька доиграется, уж слишком была оживлена – рада. Они не долго будут вместе, уверена в этом, хочу этого – я, злючка! После театра шли к остановке по темной улице. И вдруг томительно захотелось идти сейчас под руку с другом, со своим мужчиной. Пусть он будет не с Биофака, обязательно постарше меня. Именно мужчина – не парень, не пацан. Когда-нибудь мое желание исполнится!

Только мы, наверно, будем другими тогда. И наивно-романтические развлечения вроде медленных танцев, цветов, «сердечек» ко дню Святого Валентина уже не для нас. Взрослые, серьезные люди забывают юношеские глупости. У них находятся дела и поважнее. Нашла в местной газете стихи  барда Ирины Долматовой, невероятно  точно отражают состояние моей души:

Уймись! И у мамы в глазах до мольбы недалеко!
Утрись! Если утренний дождь здесь совсем ни при чем.
Уйди. Увернись от горячего жала намека,
Умри, утони, завернись габардиновым сном.
А песни небесны, а парус как Бог за спиною,
А плеть коротка - не для каждого посвист тугой.
Ах, как вы, маэстро, прелестно следили за мною
И как превосходно потом уходили с другой...
Довериться бы до конца, задохнувшись от взгляда,
Достать бы до ветки, до метки, до дна, до звезды,
Да знать бы, душа моя глупая, что тебе надо,
Да дать бы тебе от души, чтоб не маялась ты!

3 апреля

Как преображает комнату зеленое растение! Эльвира вчера поставила на полочку в нашей кухне свою традесканцию. Стало по-домашнему уютно, даже словно теплее, что всегда актуально для нашей комнаты. Будет у меня свой дом – наполню его цветами. Хорошо думать так и мечтать о своем уютном гнездышке. Неважно, где именно я сумею его построить.

4 апреля

Раздражает меня  Марина Сергеевна – мой научный руководитель. Она словно ходячая машина, робот, желающий подражать человеку. Говорит механические фразы, смотрит механическим взглядом. Такая вся правильная, подкрученная, смазанная - робот! Порядина – вот та, да! Та – была человек! Умерла рано, нелепо – случился инфаркт, не успела «скорая». Порядина любила жизнь. Она жила в самом центре Жизни, а не с краешку, как Марина Сергеевна.

Порядину осуждали, ею восторгались, о ней думали и говорили. Это было что-то яркое, острое, кипучее! А про Марину Сергеевну тот же Сережа как-то сказал «Ни рыба, ни мясо!» Порядина прежде всего была человеком, Женщиной, а уж потом преподавателем.  А, может, зря я так… И чего напустилась на человека? Может, просто, не знаю ее. Сужу по внешнему виду. Как судят и меня, получая зачастую совершенно ложное представление.

5 апреля

Я вдруг осознала, что мешает мне жить спокойно и радостно, что постоянно мучает и угнетает. Это чувство долга, ответственности, за которыми прячется страх, что я не оправдаю возложенные на меня кем-то надежды.

Например хочу доказать маме, что способна устроиться лучше, найти хорошую работу, остаьься в городе, полностью реализовать свои возможности. Но как порою мешает мне гнет долга – доводит до срыва, до паники перед возможной неудачей. Я пытаюсь ко всему относиться проще, смиряться перед неизбежными неприятностями, противостоять трудностям.

И все же малейшие промахи-ошибки приводят в ужас. Я снова становлюсь маленькой девочкой, которая может лишиться родительской любви, если не станет лучшей… во всем. На мне будто уже с рождения стоит тавро «отлично»  и за отступление от идеала последуют суровые кары.

Золотая медаль, красный диплом –  штампы, которые заставляют соответствовать. Не допускать ошибок. Быть лучшей – всегда и во всем. Как же трудно порой держать эту марку-клеймо, как я устала...

К вечеру невозможно болят глаза, хочется только провалиться в сон, забыться, исчезнуть. Целые дни сейчас – книги, книги, книги… Учебники и статьи. В нашей комнате, и в областной библиотеке. Сколько же можно так? Зачем? Ученого из меня не выйдет - не мое, не хочу, мысли об учительской карьере тоже не прибавляют оптимизма.

Кажется, я вообще ни к чему не годна в этом мире. Я здесь случайно, мимолетом, на время. Стоит ли за что-то цепляться, если душа уже мечтает о новых полетах. Так ведь кафтан тела нужно еще сносить... Все так зыбко и тревожно. Оттого, что постоянно куда-то рвусь, не разбирая дороги, а надо шаг за шагом идти по той тропе, что уже покорно лежит под ногами, оглядываться вокруг и все примечать.

16 апреля