Маркиз де Шетарди

ПОЛИТИЧЕСКОЕ СБЛИЖЕНИЕ РОССИИ И ФРАНЦИИ

С момента заключения между Габсбургской монархией и Российской империей Венского союзного договора от 6 августа 1726 года, произошел разлад в русско-французских отношениях. В особенности обострились отношения между ними из-за Польши. От имени французского короля России был заявлен протест в связи с ее позицией в отношении Польши, который был оставлен без последствий.

5 июня 1733 года Франция отозвала своего официального представителя из Петербурга. Его обязанности исполнял секретарь французского посольства, не получавший даже никаких официальных инструкций. Вся его деятельность заключалась в наблюдении за событиями в России и сообщении об этом французскому правительству.

В 1734 году в Россию был отправлен с особым дипломатическим поручением г. Бернардони. Затем был послан Фонтон де Лестан для возвращения из плена французов, захваченных в Данциге. Когда началось столкновение из-за Польши, наступил полный разрыв дипломатических отношений между Россией и Францией. Правительства обеих держав узнавали о делах друг друга только при посредстве посланников других держав. Послы Императора и Короля Прусского, находившиеся при Петербургском дворе, осведомляли представителей Франции в Вене – маркиза Мирпуа и в Берлине – маркиза де Шетарди, которые передавали собранные ими сведения о русских делах в Версаль.

После продолжавшихся несколько лет недоразумений из - за польских дел, возникла потребность в политическом сближении между Россией и Францией.

Россия в то время в союзе с Австрией вела изнурительную войну с Османской империей. Боевые действия русскими войсками велись в Крыму, на Кубани и в Бессарабии. Под предводительством фельдмаршала, графа Миниха русские войска добились определенного успеха: разорили Крым, завоевали Бессарабию, одержали блестящую победу над турками при Ставучанах. Между тем союзники России австрийцы вели войну у себя на Дунае неудачно. Австрийский двор, сильно встревоженный успехами турок и разрывом Немировского конгресса, обратился к Франции за дипломатической помощью.

Посол короля Людовика XV в Османской империи Луи Совёр маркиз де Вильнёв постарался устроить примирение турецкого султана с австрийским императором. При своих военных неудачах, Австрия могла для себя почитать счастьем иметь возможность помириться с Турцией и стала склонять и Россию заключить с нею мир при посредничестве того же французского посла. Франции было выгодно взять на себя посредничество. Во-первых, это повышало ее международный авторитет. Во-вторых, давало ей возможность разорвать союз России с Австрией, заставив последнюю заключить сепаратный мир с Портою. И в-третьих, в случае, если даже союз императорских дворов по каким либо причинам мог не разорватся, то Франция все же могла получить возможность сблизиться с Россией. Могла направить в Петербург своего посланника для того, чтобы иметь возможность знать внутреннее состояние страны. А в случае недовольства правлением предоставить помощь недовольной стороне для свержения этого правительства, если оно будет по-прежнему упорствовать в своем нерасположении к Франции.

В Западной Европе Франция была доминирующей державой. В Восточной Европе такое же положение имела Россия. Поэтому Франция стремилась ограничить влияние России в Восточной Европой, так как не особо желала видеть столь крупного игрока возможно и на Западе. По мере расширения их влияния, Россия и Франция стали играть значимые роли в европейском балансе сил. Следует понимать, что одним из принципов международных отношений той поры являлось «равновесеие», т.е. стремление сохранить баланс сил и не допустить гегемонию какой-либо державы. Европейское равновесие обеспечивалось усилиями великих держав, которые были наделены особыми правами и дипломатическими преимуществами. И Франция, и Россия были в их числе.

После того как в конце 1737 года австрийский император обратился за посредничеством к Франции, Россия также стала склоняться к миру и приняла посредничество французского посла в Константинополе маркиза де Вильнёва.

11/22 апреля 1738 года первый кабинет-министр России, граф Остерман обратился с письмом к кардиналу Флёри, исполнявшего одновременно две должности: наставника Людовика XV и главного его министра, в котором сообщал о том, что императрица Анна Иоанновна с радостью примет мирное посредничество французского короля, предложенное ей императором Священной Римской империи.

Кардинал Флёри, человек большого ума и дипломатического дарования, пользовался неограниченным доверием короля. Разумной расчетливостью и умением ему удалось проводить разумную внешнюю политику.

Граф Остерман писал кардиналу Флёри: «Ваше высокопреосвященство, Императрица Всероссийская, моя Государыня с негодованием узнала, что о вздорных толкованиях и злобных ухищрениях, при помощи которых старались в различных местностях и даже во Франции набросить тень на справедливое намерение Е.И.В. восстановить мир с Османскою Портою... Целые области опустошаются в мирное время турками и татарами и многие тысячи христианских подданных Е.В. отводятся в рабство, где они и доселе остаются закованными в цепях; такой образ действий с излишком оправдывает необходимость этого требования, высказанное Царицей... Мирные условия, предложенные на немировском конгрессе, служат тому доказательством, и в самом деле – Е.И.В. во все продолжение этой войны не отказала ни в одном средстве способствовавшем заключению верного и продолжительного мира... Вместе с посредничеством Франции Императрица приняла также посредничество морских держав, которое ей так часто настойчиво предлагалось раньше самой Оттоманской Портой; в этом случае мы полагаемся на испытанную мудрость в.в., чтобы рассудить – могла ли Е.И.В. поступить иначе, не оскорбляя открыто вышеупомянутых держав...С нашей стороны соглашаются на все разумные средства, способствующие скорейшему заключению мира. От Порты зависит выбрать из них то, какое она сочтет наиболее подходящим...Я не могу не повторить здесь еще раз, что уважение и почтение, питаемые Императрицей к дружбе Е.Х.В., вполне искренни, Е.И.В. будет стремиться к возможно скорейшему восстановлению и упрочению доброго согласия между двумя державами с целью наибольшего преуспеяния их общих интересов. А для этого здесь ожидается лишь ответ в.в. Относительно полномочных министров, назначенных к обеим дворам; он ожидается с тем небольшим нетерпением, что даст нам возможность непосредственно сообщить в.в. все, касающиеся нынешних переговоров и вообще все, что может интересовать обе державы...»