Жена кузнеца

18 глава.

Мы с Сонькой решили купить чоботы – это конечно не сапоги, но всё-таки в дождь можно носить. Нас купец уговаривал взять, как по ножке, с его слов. У нас с Сонькой оказался один размер, но в одних таких тонких сапожках было бы холодно. Поэтому мы решили взять на два размера больше.

Продавец над нами посмеялся, сказал, что потеряем, когда бежать будем.

Мы ещё присмотрели большой рулон войлока. Я сказала, что мы из него сделаем стельки в чоботы – а ещё и свяжем носки из шерсти – и будет нам тепло ходить, а на зиму уже купим себе валенки, хотя бы – одни на двоих.

Чоботов мы взяли две пары, на Лизку я пока решила не брать. Посмотрим, как они будут носиться, а там решим. Я ж не могла проверить их здесь на промокаемость, это – через какое-то время, когда походишь в них, но лавку продавца мы с Сонькой приметили.

Украшения мы тоже посмотрели: там были и бусики, и броши, и браслеты, и даже серьги с бусинками, но как Сонька не крутила в руках всю эту красоту, я сказала, что они нам – ни к чему сейчас, и мы их покупать не будем. Сонька вздохнула и положила красивый браслет из кожи с вышивкой обратно на прилавок. Продавщица только поулыбалась, глядя на нас.

Я обняла Соньку и сказала:

– Если разбогатеем, то обязательно купим тебе этот браслет. А сейчас нам нужно быть практичнее и думать о том, как нам зиму пережить, а не об украшениях. Лето быстро кончится, а у нас с тобой зимней одежды нет, и надеть на себя, когда наступят холода, будет нечего.

Кроме рулона войлока мы присмотрели ещё и рулон шерсти. Значит, нитки в этом мире делают и ткани ткут, но вот вязаных вещей я что-то не вижу. Выходит, что никто здесь не вяжет.

Ещё мне понравились очень тонкие нитки для вышивки, но цены на них были очень высокие. Что ж, без вышивки пока вещи пошьём.

Для Лизы тоже присмотрели тонкую ткань светлого цвета, а окрасить можно и дома попробовать. Ведь девчонка растёт, и ей нужны будут новые вещи, вот из этой ткани и пошьём. Ткань мы купили, но нам не хотелось таскать почти рулон с собой, и мы договорились оставить её у торговки. Она очень милой женщиной оказалась, и рядом с ней крутилась маленькая девочка. Дочь полностью копировала маму и даже говорила с теми же интонациями. Так интересно было наблюдать за ними...

Готовых платьев здесь не продавалось. Наверное, где-то – кто мог заплатить – работала швея, а так – каждый сам себе мастер одежды.

Я обратила внимание, что женщины вокруг были одеты достаточно разнообразно. Попадались и красивые одежды с вышивками – у таких и украшений было много – и платочки были расшиты.

Моя Сонька смотрела им вслед с таким восхищением в глазах, что мне её жалко стало.

– Ладно, Сонь, не расстраивайся, – успокаивала я. – Мы и тебе такое сошьём, может, ещё красивее наряд сделаем.

Она посмотрела на меня, засмущалась и опустила глаза, а мне так хотелось её порадовать, но было жаль тратить деньги просто так.

Я всё же присмотрела рулон кружев, цена, конечно, кусалась, но решили уже потратить деньги на эту радость. У продавца не нашлось сдачи на нашу монетку, и он нам дал мешочек бусин. Сонька прижала к груди кружево и боялась положить в мешок, чтобы не измять.

Так и шли дальше по рынку...

Самое удивительное, что я здесь увидела среди железок – это кран для воды. Маленький такой, но кран. Я посмотрела, покрутила его, и продавец, поглядывая на меня, с удовольствием сказал:

– Забирай, отдам дёшево. Не знаю, куда эту штуку пришпандорить. Какой-то моряк продал, говорит, что можно в бочку вкрутить. Никто здесь не берёт такую ерунду.

Я поторговалась и купила этот кран. Теперь попрошу Никиту умывальник нам сделать. Без горячей воды, но всё же – хоть какая-то цивилизация.

Лавки гончаров обошли стороной – посуда нам была не нужна.

Ещё мы купили еды, сложив её в корзину, которую прихватили с собой. За колбасой возвращаться не стали – я не решилась за неё платить такие большие деньги – но запечённый гусь в дорогу подошёл идеально, у него мясо очень плотное, из-за этого очень сытное, к тому же брюхо гуся было набито кашей и зашито нитками. Купили овощей, хлеб и калачей – чтобы было с чем чай попить, да и так можно их поесть, они не сладкие.

Вообще, чтобы здесь продавали сладости – такого нет. Даже мёд я на этом рынке не видела, наверное, ещё рано его продавать. Из сладостей – только калачи, да баранки. Продавали и ягоды – прямо в туесках. Наверно кто-то из недалека вёз, потому что если из – от них просто ничего не останется. Если только клюкву в сахаре, так сахар здесь стоил дорого.

Ещё мы с Сонькой купили большой куль соли, хотя, видимо, стоило купить пару мешков, чтобы один с наваром продать в деревне, а второй бы нам достался практически даром. Я подумала и решила, что если у нас останутся деньги, то мы скорее всего так и сделаем.

Только вот...

Там же ещё и Никита железо будет грузить, выдержит ли наша бедная коняшка такой груз?

Мы шли между рядами и разглядывали, что ещё можно купить. Да и просто любовались той красотой, которую продавали.

– Иди сюда! Пришлая! – я услышала это слово и почему-то поняла, что это говорят мне.

Я повернула голову и увидела маленького сухонького старичка в одежде с большим капюшоном, он мне чем-то напомнил Будду, статуэтка которого была у меня дома в том мире. Он даже сидел в «позе лотоса» на большом пеньке. Дедок смотрел на меня и улыбался.

Я повернулась в его сторону и хотела к нему подойти, но Сонька меня дёрнула за руку со словами:

– Не ходи, это – дед-шаман! К нему просто так не ходят!

– Он ведь позвал меня! – Сонька посмотрела на меня странно, но руку отпустила и я двинулась к деду.