Обручённые вечностью,  или  Отдам жену в хорошие руки

Глава 8

Где-то во дворце

Нежная, сочная зелень укрывала холмистые поля. Белоснежные облака пушистыми барашками скользили по пастельной синеве неба. Тёплые потоки света омывали лицо лунной королевы. Его королевы.

Анатель облокотился на локоть, любуюсь её точёными чертами. Королева дремала на расстеленном пледе возле него. Недалеко от них на примятой траве стояла корзинка с недоеденной снедью. Принесённый порывом ветра бутон Данийского лугового цветка уютно устроился в её раскинутых по покрывалу волосах. Истосковавшийся взгляд повелителя подмечал мельчайшие детали в её трогательном, прекрасном облике: соблазнительное серебро волос, идеально ровную линию точёного носа, мягкий румянец щёк, сочность приоткрытых губ. Повелитель и близко ничего похожего не испытывал прежде. Никто из предыдущих возрождённых невест не вызывал у него столь сильных чувств.

Любуюсь мягким овалом лица, Анатель медленно склонился и накрыл её манящие губы поцелуем. Веки Луны встрепенулись. Она открыла глаза. Королева увидела перед собой повелителя, и её губы изогнулись в растерянной улыбке, обозначая восхитительные ямочки на щеках.

— Где я? — недоумённо спросило его видение.

Королева моргнула, на небе появились сизые облака, заслонившие ярко-жёлтый диск. Волшебство сна развеялось, краски померкли. Красочный пейзаж превратился в унылую серость.

Тяжело скидывая пелену сна, часто дыша, Анатель сел в постели. Прислушиваясь усиленным магией слухом к дворцовой тишине, он гадал, проснулась Луна или нет? Догадалась ли, что это был навеянный сон? Брачные узы подталкивали их к подтверждению клятв. Прежде брачные узы, связывающие его с наречённой, ограничивались проявлением клейма на десятый день с появления возрождённой.

Что-то повлияло на обряд. Изменило его. С этим не мешало срочно разобраться. Если ничего не делать и не разрывать узы, станет намного хуже. Древняя магия не делает послаблений и не оставляет лазеек.

Они с Луной не смогут долго избегать сближения. Им придётся либо делить постель на двоих — либо сны.

Скинув с себя простыню, служившую ему покрывалом, Анатель принял сидячее положение и свесил ноги с кровати, пытаясь совладать с мыслями. Он размышлял о том, чем сейчас занимается Луна. Бодрствует, как он, или безмятежно спит в своей постели. Возможно, ему стоило её проведать и серьёзно поговорить. Рассказать про объединение снов и доходчиво объяснить, что произошедшее будет продолжаться из ночи в ночь. Повелитель поднялся, взял свисающий со спинки кровати халат, всунул руки и на ходу затянул пояс.

Темнота ещё не отступила, на улице царила ночь. Задумчиво глядя в окно, Анатель прошёл через комнату к письменному столу. На столешнице лежала стопка адресованных Луне писем. Предназначенную ей почту тщательно проверяли: послания вскрывались, прочитывались, и лишь безопасные письма вроде заверений в преданности и любви отправлялись ей с восстановленной магической печатью. Призывы к военным действиям против Царства ночи или мольбы о прекращении засухи, увеличении численности скота, просьбы об убийстве регента Радужного королевства и прочая незначительная макулатура перенаправлялась на хранение в гильдию лордов, отвечающих за безопасность.

Увидев свежую стопку посланий, Анатель процедил сквозь зубы проклятье и опустился в кресло, усаживаясь за стол. Потянув за резную ручку, он открыл узкое центральное отделение в столе. Внутри оно представляло собой обитый бархатом продолговатый ящичек. Повелитель запустил в него руку и вынул маленькую, перетянутую шёлком коробочку. Откинул со щелчком гладкую крышку. На мягкой подложке из потёртого от времени бархата заискрилось обручальное кольцо с редким рубиновым бриллиантом. Это кольцо он специально заказывал артефактору, собираясь подарить своей первой наречённой. Он думал, что у них вечность впереди. Предательница.

Пальцы повелителя пробежались по дорогой внутренней обивке коробочки и коснулись холодного металла. Затёртая обивка царапнула пальцы, тогда как зачарованное кольцо за прошедшие века не утратило гладкости и блеска.

Анатель вынул кольцо, и камень в свете горящих свечей заиграл изящными переливами. Сосредоточившись, повелитель смог бы магическим зрением рассмотреть крошечные символы на его гранях, увековечение артефактором по его просьбе. С этим кольцом у повелителя были связаны бессмысленные надежды и пустые ожидания. Он с силой сжал кольцо в кулак, сожалея, что даже не в его силах расплющить его. Артефакт от любой деформации защищала бытовая магия высшего порядка.

Спустя какое-то время Анатель медленно разжал пальцы и вернул кольцо в коробочку. Он давно смирился, что та, кому оно предназначалось, умерла для него много веков назад и никакое её воплощение не пробудит былых чувств. Смерти наречённых опустошали его, но ни с кем из них он не захотел объединить жизнь. Прожить человеческую — да. Вечность — нет. К последним воплощениям королевы он ничего не испытывал, кроме братских чувств, далёких от вожделения. Кроме нынешней королевы. С ней всё иначе.

Почувствовав зов сразу после совершеннолетия Луны, он перенёсся на Землю, чтобы за ней присмотреть. Сложностей никаких не возникло. У него там была налажена своя жизнь. В мире-близнеце его воспринимают как эксцентричного богача.

Несмотря на злость и раздражение, повелитель бережно опустил коробочку с кольцом в ящик. Оно не давало ему забыть, как коварны светлые феи.

***

«Моя несравненная лунная королева, не примите мои слова за дерзость, окажите честь, прогуляйтесь со мной по Радужному парку.

Его лунное лордство Зузеник»

Я смяла очередное послание и отправилась приводить себя в порядок. Этим утром мне хотелось отдохнуть от общения с местным обществом, и я попросила Делайну принести завтрак в покои. И она подозрительно быстро вернулась с подносом. Никто не пытался её задержать, расспросить, почему меня нет в королевской трапезной. Мои фрейлины не гнались за ней, требуя моего обязательного присутствия за завтраком.