Дар Севилы

Глава 17

Никогда не понимала, что значит потерять счёт времени, а последние дни была с ним в неладах. Желание быть вместе постоянно считала прерогативой романтичных дурочек, но вот уже в который раз засыпала и просыпалась с ним, проводя день в его объятиях, и так не хотела, чтобы это заканчивалось.

Однако, сегодня он покинул наш тихий островок заставшего врасплох счастья. Поцеловал на прощание сладко-сладко, шепнул на ушко грустно, что освободится только вечером, и, нехотя разжав объятия, ушел, сверкнув золотым порталом, лишь в воздухе повисло: "Береги себя!" А я осталась сидеть, пугая мир улыбкой до ушей, наверное, глупой, но такой невероятно искренней.

Сидела, наслаждаясь дарованной минуткой счастья, и боялась ненароком нарушить волшебство, что без приглашения прокралось в мою жизнь.

"Я просто не буду об этом думать!" - решила для себя, в который раз пытаясь направить мысли в нужное русло, но, пьяно хихикая, плутовки разбегались от меня, вплетаясь в дружный хоровод, кружащийся возле обладателя самой обаятельной улыбки, самых нежных губ, самых ласковых рук...

Я абсолютно точно, безоговорочно пропала, а на белоснежном листе на моих коленях снова вместо нужных набросков проявлялись черты знакомого лица.

А за окном тепло и безмятежно. Шелестит зелёной кожистой листвой бродяга-ветер, завлекает бескрайней синевой небесная даль, да весело щебечут озорные птички, проворно кувыркаясь. Одна забавная парочка пернатых малышей на ветке ближайшего дерева, смешно воркуя, будто переругиваясь, устраивала гнездо. Предположительно, самец летал, принося травинки и маленькие веточки, а самка щепетильно укладывала в ведомом только ей порядке. Временами строительные материалы признавались негодными и скидывались вниз, а добытчику доставалась порция ругательств и тумаков, щедро отвешиваемых придирчивым прорабом, устрашающе бьющим крыльями. На все претензии обвиняемый только хохлился, проворно уворачиваясь, и отправлялся на охоту вновь.

Семейная идиллия умиляла и завораживала, вызывая вновь улыбку на губах и совсем немножко зависть. Но все изменилось в один момент. Стремительным смазанным пятном на возвращающегося вновь самца налетела черная рогатая птица, впиваясь в хрупкое тельце острыми когтями. Испуганные сородичи жертвы бросились врассыпную, прячась в зелени деревьев и оглашая округу беспокойными криками из укрытия. И только несчастная самка самоотверженно накинулась на врага, пытаясь отбить собою выбранную пару, не сознавая тщетность этого риска.

Я в отличии от нее понимала, что его уже скорее всего не спасти, но все же, открыв створку окна, шикнула, взмахнув руками, чтобы прогнать хищника.

Меня одарили злобным взглядом кровавых глаз, недовольно выкрикнув наверное какое-то обидное птичье ругательство, на что я ответила брошенным карандашом с поправкой на врожденную косорукость. Нехотя разжались смертоносные лапы, и жертва кулем полетела в кусты, за ней истошно вопя бросилась отважная защитница, а главный злодей, недовольно крича, направился восвояси, не забыв ещё раз зыркнуть на незванную заступницу.

Обычно равнодушное ко всякого рода суевериям сердце ёкнуло, замирая в предчувствии скорых неприятностей, но в следующую секунду забилось ровнее, пристыженное трезвым рассудком.

Закрыв окно, отправилась было вниз, когда с хлопком возникшим из воздуха конвертом схлопотала по макушке.

"Жду в беседке. Д" , - значилось в короткой записке, как обещание приятно скоротать день в ожидании вечера.

***

Лазить по колючим кустам, пытаясь поймать юркую раненную птицу, была не лучшая идея. Особенно, когда где-то впереди маячит встреча с очень важной государственной шишкой, но если очень хочется, да при всем при том этот высокопоставленный лорд твой друг, который может залечить изломанное крыло, то почему бы нет?!

И вот раскрасневшаяся, исцарапанная коварными иголками кровожадного растения, аккуратно придерживая завернутого в нынче испачканный платок будущего пациента, я стремительно пробиралась к цели, выбирая самые нелюдимые дороги.

Безлюдными они, конечно, были, а вот свободными от прочих мыслящих существ их считала зря. Не самое приятное открытие, надо сказать, когда нос к носу встречаешься с мужской фигурой, стремительно появляющейся из-за поворота. Вдвойне неприятным его делает узнавание в той самой фигуре заморского лорда не самых дружественных нам земель.

Наэрдэ, судя по подаренному мне взгляду, тоже был несказанно "счастлив", и что-то подсказывало, уж не больше ли меня.

- Проклятье пресветлого Тиноса, осторожнее! Нужно смотреть, куда идёшь! - скривившись, словно я болотная гнилушка, прошелестел едва слышно мужчина.

Не знаю, что больше способствовало моей оторопи: осознание, что он все же не немой, или ничем не прикрытая грубость.

- Прошу прощения! - под стать ему ответила, вроде как извиняясь, но тоном выражая все свое возмущение.

Похоже, светлому князьку в жизни никто никогда не хамил, иначе и не знаю, как объяснить ту солянку из эмоций, что скосила прекрасное лицо. Неприкрытое раздражение сменилось неверием, плавно перетекшим в откровенный шок, бальзамом разливающийся по мелким ссадинкам моей души, но только ровно до его ответа:

- Вы знаете Наэрдэ?

И тут уже офигевала я, хотя недолго. Перед глазами встала картинка первого моего дня в Мирах, когда невольно подслушала разговор теней, в голове закружились смутные догадки. Отметила про себя, уделить внимание этому вопросу, возможно, даже наведаться снова в библиотеку. А сейчас стоило отдаться полностью решению более насущной проблемы, подкараулившей меня в кустах и теперь уставившейся цепким взглядом в ожидании ответа.

- Немного, - как можно непринужденнее выдавила, стараясь не лгать, помятуя о имеющихся в этом мире артефактах правды или особенных способностях, - культурология и расоведение очень увлекательны, а что может лучше помочь понять чужой быт, чем знание языка?