Опять беременна

День 58

-Просто не говори ничего. Дай мне уйти.

Это было единственной просьбой Каролины. И Роберту пришлось повиноваться. Хотя все это было столь странно и абсурдно. Ещё секунду назад она была в его руках. Замёрзшая. Напуганная. Роберт боялся что может ее потерять. Боялся так, что совсем забыл про этот чертов «день сурка». Он ведь кинулся к ней. За ней. Лег на лёд, схватил ее за руку, вытащил, прижал Каролину к себе. В тот момент они были вместе. И вот теперь от этого ничего не осталось. «Просто не говори ничего. Дай мне уйти»- говорит она, и ему приходится повиноваться. Остаться в этом доме. На этой лестнице. И понимать: теперь так будет всегда. Изо дня в день она будет уходить из его жизни.

Каролина прошла в гараж, села за руль своей машины, и всего через каких-то сорок минут она снова была у шикарного дома ее отца. Смешно: она не была в нем уже столь давно, но для всех обитателей дома- Каролина уехала к Курту всего лишь этим утром. В холле девушку встретила улыбчивая Моника.

-Каролина, голубка вы моя, так рано вернулись?

Моника работала в семье уже второй десяток лет. Качала Каролину на руках. И потому ей можно было использовать столь не формальное обращение.

-Я … Курт был занят,- почти не соврала Каролина, лишь немного не дорассказав правду.

-Тогда может чаю с дороги?

Чай был хорошим предложением. Каролине казалось, что она не пила его лет сто.

-Мне принести вам в комнату или в гостиную?- поинтересовалась Моника.

Каролина задумалась: меньше всего ей сейчас хотелось быть одной.

-Можно я выпью его на кухне?- спросила она.

В доме отца была прекрасная кухня. Огромная. С островом посредине. Ее обставляли ещё мама, когда они с отцом жили вместе. Каролина помнила, как нравилось ей забираться на стулья на высоких ножках, а остров тогда и вовсе казался ей каменным великаном, выросшем посреди кухни.

-Конечно, голубка моя,- мягко улыбнулась Моника.

Они прошли на кухню, женщина сделала ей чаю и хотела уже по обыкновению удалиться, но Каролина остановила ее.

-Моника, пожалуйста, посиди со мной. Налей и себе чаю. Давай поговорим.

Женщина посмотрела на Каролину с пониманием, но ничего спрашивать не стала и просто сделала, как ее просили: налила чаю и устроилась напротив Каролины. Девушка сидела молча. Минуту, две, больше. Задумчиво глядя куда-то в стену. Это весьма удивило старую домработницу, потому что Каролина, которую знала она, никогда не держала чувства в себе. Если ей было весело- она смеялась. Хотела танцевать- ехала в клуб. Обижалась- так с глазами полными слез и громким хлопаньем дверей. Добивалась своего любым образом. Теперь же Каролину словно подменили. Будто всего за несколько часов с момента как она покинула этот дом, девушка повзрослела на несколько лет.

-Моника,- наконец прервала тишину Каролина,- А как ты поняла, что влюбилась в своего мужа?

Вот этот вопрос был больше похож на Каролину прежнюю.

-Ну, голубка моя, тут всё просто было. Ты бы видела какой красивый был мой Томас, когда мы оба были молоды!

-Красивый и все?

Моника, уже приготовившаяся рассказывать как пошла на танцы, а там стоит ее Томас, и весь такой грудь колесом, и все девушки смотрят лишь на него, а он- он смотрит на Монику,- замолкла на полуслове.

- И вот у вас трое детей, пять внуков, и все потому что Томас был очень красивый?- продолжала нажимать та, что заняла место госпожи Каролины.

Моника так и застыла с открытым ртом. У нее было трое детей. Детские болезни, горести и радости- были пережиты ею и мужем. Затем Томас повредил ногу на производстве. На всю жизнь остался хромым. Основная роль добытчика в семье легла на плечи жены. Да и красавцем теперь ее мужичка с щетиной и пузиком уже давно было не назвать. Но если она думала о нем, то всегда вспоминала статного молодого человека с танцев, что встретился ей на пути более тридцати лет назад. А она надеялась что осталась для него смуглой девушкой в жёлтом ситцевом платье с плеча старшей сестры.

-Порой все бывает намного сложнее,- раздался на кухне сухой голос отца Каролины.

Девушка вздрогнула. Она не ожидала увидеть его сейчас. Обычно в это время отец был на работе.

-Привет,- тихо сказала она.

-Моника, налей и мне чаю,- попросил мистер Братс.

После чего он с самой дружелюбной улыбкой присел возле дочери.

-Как самочувствие? Как ребенок? Ты выбрала себе свадебное платье?

Отец спрашивал то, что по его мнению было интересно Каролине, но та отвечала сбивчиво и невпопад. Ее самочувствие было хорошим. Ребенок вроде в порядке. Платье…ах, это…какая разница- ещё есть время.

Мистер Братс нахмурился. Все это было очень непохоже на его дочь. Сегодня он планировал поработать в личном кабинете. Стоило подготовить бумаги к слиянию компаний, и ему хотелось ещё раз просмотреть некоторые пункты, но поведение дочери настораживало.

-Моника, оставь нас,- попросил он служанку. Та с радостью покинула кухню: новая Каролина пугала ее.

-Дочь, с тобой все хорошо? Курт не обидел тебя? Вы не поссорились?

Отец выглядел озадаченным, взволнованным, и все же Каролина хорошо помнила последний и единственный раз, что она рассказала ему об измене Курта. Тогда был настоящий скандал. Но позже примчался мистер Верлом и путем переговоров Каролину было решено принести в жертву всеобщему благу. Каролина понимала что такое решение не просто далось отцу. И что он дал ей много, гораздо больше, чем она заслуживала. Более того: в самом начале отец пытался оградить ее от всего, оградив в первую очередь от Курта. Но итог оставался итогом. На весах «бизнес- дочь» деловые интересы перевесили. И это было невозможно забыть или простить. Зато можно было ударить отца побольнее. И Каролина была как раз в настроении для боя.

-Курт изменяет мне,- осторожно сказала она, и краем глаза мгновенно отметила, как отец весь побагровел.

-Этот подонок…

-Папа, все в порядке,- Каролина положила руку поверх ладони отца, лежавшей на столе,- Ведь такое случается между мужчиной и женщиной. Не так ли?