Факультет всевластия

Глава 9

Два коротких часа, и время вновь замерло, однако на этот раз с наступлением утра оно даже не подумало ускорить свой ход.

Погода в очередной раз за осень, побаловав парой относительно сносных дней, окончательно испортилась. За стенами замка поливал дождь и завывал ветер, я даже слабо представляла, как вечером добраться до теплиц, в которых предстояла уборка, при этом не утонув.

Градус тоскливости поднимала Леттиэль, от бесконечного нытья которой хотелось залезть в петлю. Ее вопросы на тему вселенской несправедливости были жутко однообразны и в общем итоге сводились к тому, что несчастная мисс Крестер просто не заслужила таких страданий, связанных с балом.

— Они разве не могли позаботиться о том, чтобы не пришлось так долго дожидаться праздника? Почему нельзя было сказать о нем за несколько часов до начала?

Ответом на очередной вопрос Летти, как и обычно, стало многозначительное молчание, которое разбавил тихий смех Исы. Наверняка она представила себе ту же картину, что и я, где Леттиэль носится по комнате, в панике крича о том, что через пару часов бал, а ей совершенно нечего надеть.

К четвергу уровень издевательства мира достиг своего апогея. И, что самое обидное, пострадала больше всех совсем не Летти.

Мистер Эптайр был срочно вызван по делам, поэтому на неопределенный срок покинул академию. Конечно, никто не стал объяснять нам о конкретных причинах его отсутствия, просто оповестив о том, что положенные занятия по практике меморизма отменены. И, конечно, никто не позволил прохлаждаться все четыре освободившихся часа.

Вместо этого нас ждала внеплановая лекция по мировой истории и два дополнительных часа работы в саду. Кажется, меньше четырех унылых студентов такому стечению обстоятельств был рад только мистер Конерт, который отлично понимал, что в состоянии, подобном тому, в котором пребывали мы за день до осеннего бала, рассчитывать на плодотворный диалог не приходилось. С тем же успехом он мог бы пытаться получить ответы на задаваемые вопросы у удобного кожаного кресла, по подлокотникам которого пожилой преподаватель практически безостановочно раздраженно барабанил пальцами.

Пытка знаниями была настолько мучительно скучной, что даже Ланнерт, который обычно проявлял интерес ко всем без исключения предметам, уже в конце первого часа занятий удобно устроил голову на парте, то и дело закрывая глаза.

Видимо, в наказание за то, что мистеру Конерту пришлось потратить на нас два незапланированных часа, в качестве домашнего задания мы получили внушительных размеров реферат, сделать который предстояло за выходные, однако сейчас даже это не могло омрачить факт освобождения.

Работа в теплице добила остатки морального духа, а печальный взгляд Исы, встретившей меня по пути в столовую на ужин, однозначно дал понять, какое жалкое зрелище я собой представляю.

— На вас с Ланнертом без сочувствия смотреть сегодня было нельзя, — подвела итог дня подруга, забравшись вечером в кровать.

— Он спал на лекции по истории. Спал, Иса! — проговорила я, показывая масштаб трагедии.

— У-у-у… — задумчиво протянула девушка. — Все очень плохо.

— Знаешь, мне иногда кажется, что Леттиэль права, и завтрашний день вообще никогда не наступит. Замкнутый круг, и каждый новый день мы будем просыпаться в сегодня…

— Эй! Я вообще-то здесь! — недовольно буркнула Крестер, которая никак не могла смириться с тем, что мы как бы перестали ее замечать.

На самом деле метод Лиама работал безупречно. Не знаю, насколько это могло помочь в перевоспитании Летти, но, по крайней мере, количество оскорблений в наш адрес за последние пару дней значительно сократилось.

Уснуть не удавалось очень долго. Подушка казалась невыносимо жесткой, одеяло нестерпимо горячим, а кровать и вовсе напоминала поверхность с битым стеклом.

Как бы я ни пыталась погрузиться в воспоминания, уйти от реальности, ничего не помогало. Возможно, дело было в постоянных шорохах соседок по комнате, а возможно, во мне самой, отчего-то возомнившей, что завтрашний день должен стать особенным.

Отключиться удалось лишь с рассветом, но ни о каком здоровом сне не шло и речи, ведь уже в следующее мгновение после того, как я закрыла глаза, раздался недовольный голос Леттиэль.

— Так и знала, что ты выберешь голубое!

Почему-то, когда я посмотрела в окно, на улице вовсю светило солнце. Ни о каких туманных сумерках, которые, казалось, я наблюдала еще пару секунд назад, не шло речи.

— Элли, кажется, платья принесли! — не обращая никакого внимания на Крестер, которая, видимо, обнаружила наряды раньше, проговорила Иса.

Перевернувшись на другой бок, я с улыбкой пронаблюдала, как подруга, совершенно не замечая Летти, подошла к шкафу, на котором висели три именных чехла, правый из которых как раз изучала соседка. Забрала свой расстегнутый и мой нетронутый, после чего вернулась на свою кровать.

В этот момент меня даже гордость какая-то за Ису взяла. Всегда молчаливая и, казалось бы, не способная постоять за себя, сейчас она проявляла чудеса выдержки.

— Да не больно-то и хотелось! — недовольно проговорила Леттиэль, потеряв к нам всякий интерес, взяла чехол со своим платьем и поспешила в ванную.