Страшная тайна Томаса Нолтона

13

— ...Давай же...

Он чувствовал как его тянут за собой, поднимая куда-то. Мужчина — отец?.. — кряхтел, что-то сыпалось. Кажется, у него не получалось, и он матерился под нос. В какой-то момент тело оказалось в невесомости, кулачки сжались от ощущения полета, но затем резкий рывок за футболку оборвал падение.

— Куда это ты собрался, умник? — отец запыхался. Не нужно было на него смотреть, чтобы понять: он устал. Наверное, устал тащить тело ребенка, пребывающее в полубессознательное состоянии.

Наконец, свежий ветерок ласково коснулся лица, приводя в чувства. Приятно снова оказаться на свободе, вдохнуть лесной прохлады и ощутить под собой влажную от росы траву. Лучше, чем то место, преисполненное запахом гнили.

— Эй, малыш, — отец похлопал его по щекам. Трудно было удержаться и не поморщить нос. — Ты слышишь меня?

— Ох... — вырвалось из худенькой груди. Мальчик с трудом открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнца, поднимающегося над горизонтом. Сколько времени прошло? — Папа...

— Слава Богу, — преисполненный радостью, облегченно выдохнул отец и провел по взмокшей шевелюре сына. — Что-нибудь болит?

— Голова... Хочу пить...

— Сейчас, — он бросился к рюкзаку неподалеку и достал бутылку с остатками воды. Те два глотка стали спасительными за столь недолгую жизнь.

— Что случилось?.. — от попыток подняться тело обессилено заныло, приковывая к земле.

Отец, восстанавливая дыхание, попытался улыбнуться. В свете солнца его худощавая фигура казалась немного осунувшейся.

Они прогуливались по лесу, что пролегал неподалеку от их городка густой полосой. Каждое лето отец возил его на кэмпинг, и целую неделю они проводили наедине с природой. Походы за грибами, рыбалка, душевные разговоры возле костра — пожалуй, самые лучшие воспоминания в памяти мальчика. Именно они проскочили в его голове, когда он провалился под моховой ковер возле дерева и полетел в бездну. Потеряв опору под ногами и солнечный свет, стало страшно не за свою жизнь. Больше всего на свете он испугался, что сегодняшний день — последний, и он больше никогда не сможет ездить с отцом на отдых.

— Все хорошо. Все закончилось.

— А что случилось-то? Я почти ничего не помню... Мне снился монстр. Монстр без лица.

Руки отца болезненно сомкнулись на хрупких плечах. Он как-то странно посмотрел на него и улыбнулся вновь. Не так, как раньше. От этой улыбки, в коей читались злоба и холод, по спине пробежали мурашки.

— Все хорошо, Томас, — настойчиво повторился отец. — Все кончено.

***

В тот день фельдшер скорой помощи, миловидная женщина, налепила на его разбитый локоть пластырь с мультяшными щенками и обещала, что все до свадьбы заживет. Маленький Томас, глядя на ее растянутые в ласковой улыбке губы, влюбился в них без памяти. Он спросил ее, невзирая на большую разницу в возрасте, станет ли она его женой, на что услышал тихий смех.

— Подрасти сначала, а потом посмотрим, буду ли я тебе по-прежнему нравиться или нет, — Томаса слегка потрепали по волосам, но подниматься с каталки запретили: он упал с большой высоты, его необходимо везти в больницу на обследование. Отсутствие сильных болей не повод расслабляться. — Как ты себя чувствуешь?

— Голова немного кружится… Я увидел белку, мне захотелось ее рассмотреть поближе, но подо мной обвалилась земля, и я упал в яму. Там так воняло, что я до сих пор чувствую ужасный запах, — Томас делился с женщиной впечатлениями от сегодняшнего дня непоследовательно, вразнобой. Он рассказал как потерял сознание, а потом перескочил на ночную рыбалку с отцом, и что в яме было так же темно, как той ночью. Следом он сбил с толку рассказами про школу и первую пятерку за домашнее задание. Малыш Нолтон слишком много говорил, желая рассказать понравившейся леди все о себе, чтобы она увидела какой он молодец и точно вышла за него замуж.

Карета скорой помощи покачивалась от кочек и ям на лесной дороге. Водитель сосредоточенно смотрел вперед, выруливая из проблемной зоны на шоссе. До его ушей доходила болтовня Томаса, и он ненароком сравнивал его со своим сыном. Такой же милый болтун.

Фред Нолтон отстраненно сидел неподалеку от Тома. Мутным взглядом он глядел сквозь непрозрачное окно в задней двери на очертания удаляющегося леса. Его рука потянулась к стеклу, подушечками пальцев он коснулся зеленого пятна и провел по нему вертикальные линии, словно прощался.

— А еще в яме был монстр, — продолжал Том, — он живет за узеньким проходом, я его видел.

— Монстров не существует, Томас, — в разговор встрял Фред. — Не было там никакого чудовища, не придумывай.

— Но я видел, у него не было лица и он весь черный, как тень…

— Томас! — строго воскликнул Фред, грозно взглянув на сына. — Прекрати сейчас же, я спускался за тобой, там никого не было. Это ловушка для животных, а не логово монстра. Он тебе приснился, ты был без сознания.