Разговоры в лесу

Глава 3 - Надвигающаяся тень

Феанор сидел на дереве и смотрел в сторону закатного солнца. Ветер играл с его распущенными волосами. Казалось, лес пел Феанору неслышную человеческому уху мелодию. Мелодию о древнем как сам мир существе, вышедшем из камня. О его первых шагах по мокрому илу и его первом ударе. Чьей-то пронзенной груди и море багровых слез.

Старая как мир колыбельная эльфов. Как она там начиналась? Феанор потер макушку и его мысли унеслись на сотни лет назад. В детство.

«Лес шумит, шумит земля,

Спи мой милый и я легла.

Лес замолк и не слышен звук,

Вот, из камня родился – стук.

Стук копыт и стук ручья,

Кто бежит по травушке, шумя?

Небожитель, громобой,

Он шумит, шумит как злой.

Спи мой милый, спи, дитя,

Я укрою, защищу тебя, любя.

А небожитель? Пошумит, уйдет,

Сколько было их? Не в счет…».

Мысли плавно вернули нашего целителя обратно. И вернули ровно в тот момент, когда он почти сполз с дерева.

Феанор ловко качнулся и спрыгнул на ветку ниже. Оттолкнулся от нее и зацепился руками за соседнюю. Перехватился и повис, вытянувшись змеей. Посмотрел на контур ускользнувшего за горизонт солнца и спрыгнул на землю.

Начинались сумерки. Время между вечером и ночью. Время когда последние крестьяне возвращаются с полей к себе в избы. Время когда просыпаются бандиты, что бы грабить ночной караван. Или монстры выходящие на охоту за своей ещё пока живой добычей.

Феанор проводил взглядом невидимые нити последних солнечных лучей. Вздохнул и посильнее укутался в свой халат. А затем засеменил к своей беседке. Где скоро обещала состояться встреча с Сандрой.

Было ли ему страшно? Да. Хотел ли он беседовать с этой юной некромантшей? Да.

Подходя к беседке, он вытер вспотевшие ладони о свою одежду и зашел внутрь. Повернувшись к своей скамейке, он чуть не подпрыгнул, увидев в тени чей-то силуэт и бледное лицо.

Словно молодая луна, девушка стояла изогнувшись и внимательно смотрела на испуганного лекаря.

– Да-да, я знаю, что могу напугать. В этом и суть темных адептов, не правда ли, Феанор? – изумрудные глаза заблестели. А на пухлых губах появилась ухмылка.

Эльф вздохнул и обошел стол, сев на против.

Он погладил свою бородку и перевел взгляд с темных качающихся крон деревьев на бледное лицо Сандры.

Девушка сидела на против с самодовольной улыбкой и чего-то ждала от Феанора. Но эльф обошелся лишь коротким кивком в знак приветствия.

– Какой все же ты! Одним словом – эльф! – колдунья скривила свои пухлые губки.

– Не жалуюсь, – Феанор чуть улыбнулся, положив руки на столик и поправив свой браслет. – Как прошла твоя неделя, Сандра? Наверняка есть о чем рассказать? Не то что у меня. Одни деревья да эльфы с белками.

– Не привирай, Феанор. Слышала, что у тебя был местный самодур. Что-то там фон де Риц... – Сандра сложила руки на груди.

Целитель заметил, что сегодня юная колдунья была одета не в черное и серое, как прошлый раз, а в цветное.

– Хочешь знать, как прошла моя неделя, остроухий? Я бы сказала, что на самом деле тебе на это все пофиг! Как и на меня! – девушка вскочила, чтобы уйти, но замерла. Подышала и медленно опустилась на скамейку, поправив свою коралловую кофту.

– Я была в Эльденборе. Том, что у реки, – на ее лице появилась ухмылка, когда она увидела поднятые брови собеседника.

Эльденбором называли одно из крупных поселений эльфов. Город был столь же прекрасен, сколь и остр на свои манеры. Чужаков там не жаловали, а любой в ком не текла эльфийская кровь мог сгинуть одинокой ночью. Таков был город эльфов – Эльденбор расположенный около бурлящей реки.

– Что, думал мне там не место? Думал туда вхожи только остроухие? Так и во мне течет их проклятая кровь, – Сандра сжала до хруста свой кулак.

– Нет, я не об этом подумал. Я сам там тысячу лет не был...

– Не думала, что ты на столько стар, Феанор, – колдунья звонко захохотала. Наш лекарь улыбнулся ей в ответ. Девушка чуть смутилась, потерев щеку.

– Знаешь, зачем я там была? – она наклонилась к столу и кулон в виде листа, висевший на серебряной цепочке, последовал ее примеру. Девушка быстрым движением убрала его обратно за воротник.

– Догадываюсь, но лучше будет если ты мне сама расскажешь об этом, Сандра, – Феанор часто отводящий глаза на этот раз выдержал тяжелый взгляд своей гостьи.

– Я посещала их зимний сад. Он, так красив... – девушка на секунду замолкла, решая продолжать ли делиться своими мыслями с Феанором или на этом закончить встречу, – особенно в лунную ночь, ты помнишь двухтысячное затмение? – на секунду взгляд Сандры сменился детским.

– Его помнят все жители столицы, Сандра. Конечно, я помню. Это неописуемое событие, который в своей жизни должен увидеть каждый эльф.

– Так вот, там я на секунду вернулась в тот момент. Тишина, покой и темнота окутывали меня. Было так спокойно, так тепло внутри, прямо как... – миловидное лицо Сандры потемнело и его заслонила пелена тьмы.

– Как... – попытался помочь ей Феанор.

– Как в могиле, остроухий, а ты думал я скажу, как в детстве? У некромантов нет детства. Только холодная земля под ногами и лязг костей прислужников, – Сандра посмотрела на деревья, которые раскачивались от ветра и, кажется, даже начала прислушиваться к их шепоту.

Феанор удивился и сделал усилия, чтобы не подать виду. Ведь, чтобы слышать шепот деревьев и понимать его, мало быть полукровкой, надо иметь многие годы практики за плечами. А по тому, что сейчас видел наш дорогой эльф, можно было с уверенностью сказать, что колдунья понимает часть из того, что шепчет лес.

Деревья все как один шептали о многооком. Том, о ком говорил ему предыдущий пациент. Теперь слухи дошли и до них. Кто же он такой. Зачем его пробудили и что теперь ждет мир? Все эти вопросы наш целитель оставил доблестным рыцарям, мужам высших советов и величественным царям. Это его не касается. Больше нет. Теперь он служит другому. Душам.