Лиса в бегах

Глава 6

Большую половину дня я спала, а потом слушала скрип колес и думала. Я вспомнила, как в детстве сидела на старом домике, а рядом крутился ветряк из потемневших жестяных лопастей. Он тоже скрипел. Только ветер уносил этот звук далеко, туда, где вилась лента реки у самого леса. Воспоминание почти истерлись и поблекли. Но вот сейчас всплыли перед внутренним взором во всех красках. Казалось, что я даже ощутила аромат скошенной накануне травы и сухого деревянного конька крыши, на котором я устроилась. Стоило раскинуть руки, как их обтекал теплый летний ветер. Закрыв глаза, было легко представить, что я лечу словно птица. Волосы бились о спину, а платье норовило сползти с плеча. На мне всегда были одеты вещи не по размеру. Тетка уверяла, что телу должно быть свободно. Поэтому она и к обуви меня не приучала.

Я росла счастливым ребенком. В нашем дворе водилась живность. Почти слепой пес, который лаял только когда просыпался, пара кошек, таскающих мышей из сарайчика и коза с грустными глазами. Тетка моя, довольно крепкая женщина, никогда официально не работала, сколько я помнила. Она держала теплицу. В ней выращивала цветы, за которыми следила больше, чем за мной. Хотя я не обижалась. Мне позволялось многое, чего сверстники делать не смели. Могла не спать ночами, если мне не хотелось, не есть, пока не проголодаюсь и забираться на крышу. Соседские дети мне завидовали.

- Ты не такая, как они, - часто повторяла мне тетка Анна и гладила по голове. – Не пытайся походить на остальных.

- Не стану, - с готовностью согласилась я.

- И не привыкай к людям.

Я никогда не понимала, что она имела в виду. Но Анна не любила окружающих. Ко всем относилась с легким пренебрежением и снисходительно вступала в редкие разговоры. Однако ей не отвечали взаимностью. Напротив, люди заискивали перед теткой, норовили заглянуть в глаза и уважить. Все знали, что Волкова способна помочь там, где никто уже не мог. Она видела многое и без особого труда спасала заблудших. Бывало, к ней привозили уже безвольного костлявого парня, с синими руками и завалившимися глазами. Женщина велела занести того в сенник, где никогда не бывало сена и уложить на топчан, сколоченный плотниками в уплату каких-то услуг. А потом оставалась с ним наедине, сидя рядом на лавке. Не один раз я пряталась в углах, чтобы посмотреть на волшебство.

Тетка что-то негромко бубнила под нос, а потом небрежно поворачивала к себе голову страдальца.

- Хватит дурить, - говорила она низким голосом. – Не станешь больше убивать себя. Пойдешь на работу, найдешь жену хорошую. Будешь любить ее и беречь.

Довольно быстро я поняла, что ничего интересного в сеннике не происходит и волшебства никакого нет. Просто тетка была внушительной. И все.

Только слава о ней ходила иная. И люди продолжали желать нравится Анне.

Все изменилось в одну из ночей. Меня разбудил негромкий голос:

- Вставай, хорошая моя.

Я вскочила, почуяв неладное, и уставилась на взволнованную женщину. Она хмурилась, оглядывая мою нескладную фигурку.

- Какая же ты маленькая.

Меня сгребли в охапку сильные руки и стиснули до хруста ребер.

- Теть Ань? – удивилась я, не смея пошевелиться. Обнимали меня редко.

- Я очень многого тебе не рассказала, - поведала она с тоской. – Думала, что времени хватит. Но вышло иначе.

- Что? – насторожилась я.

- Тебе придется уехать.

- Куда?

- Далеко отсюда.

- Вместе? – с надеждой протянула я, цепляясь за вязаную шаль на округлых плечах тетки.

- Какая маленькая, - всхлипнула Анна и снова прижала меня к себе. – Как же я хочу быть рядом. Но если останусь, тебя найдут. И обидят. И я ничего не смогу с этим поделать. Не сумею помешать забрать тебя.

Я не понимала, о чем она говорила. Слова не имели тогда для меня значения. Много позже я пожалела о том, что не спросила. Не уточнила. Не удержалась рядом с теткой дольше.

- Ты должна жить как все.

- Но…

- Пей травы, которые я тебе давала, - она сунула мне в руки мешочек. – О тебе позаботятся. Пусть не родные, но хорошие. Пусть всего лишь человеки, но они мне должны и не нарушат клятвы.

- Не оставляй меня одну, - взмолилась я, наконец осознав, что меня гонят прочь. – Не бросай меня.

- Помни, чему я тебя учила. Не проси никого и не о чем. Не обещай, чего не можешь выполнить. Не давай руки. Не пускай страх в сердце. Не спускай обид.

- Аня, - неожиданно позвала ее по имени. – Зачем это?

- Однажды ты вернешься домой. Но не рабыней, не вещью. А свободной, как и хотела твоя мать.

Женщина резко оглянулась, всматриваясь в темноту за окном, где с неба хлестал дождь. Напряженная фигура Анны казалась незнакомой. Будто и не моя родная тетка была рядом, а какая-то чужая.

-  Пора, - прохрипела она. – Я думала, что смогу запутать след надолго. Что успею вырастить тебя…

- Уйдем вместе.

- Не могу. Я обещала. А слово нарушать нам нельзя.

И она развернулась и вышла прочь. Я побежала следом, но за порогом меня подхватил на руки мрачный сосед.

- Пусти! – завизжала я.

- Не могу, - пробасил он, заматывая меня в огромный плед.

Я задыхалась в тканевом плене и зашлась глухими рыданиями. Которые, впрочем, никого не трогали. Меня уволокли куда-то, а потом повезли. И сознание меня предало на одном из крутых поворотов.

Жить мне пришлось в приемной семье. Двое осторожных людей, которые пугались каждого моего движения, постепенно привыкли к моим ночным бдениям у окна. А я… привыкла к ним. Привязалась. И в один из дней мы стали почти семьей. Я никогда не спрашивала, чем они были обязаны Анне и почему согласились взять опеку надо мной. Не хотела знать или не была уверена, что узнаю правду.

Я не была несчастным подросткам. Совсем наоборот. Мне позволялось больше, чем моим сверстникам. Снова. Только мне не хватало родной крыши и ветряка...

Очнулась от воспоминаний я когда повозка остановилась и за стенкой раздался голос Тани.