Ведьма долго ждать не будет

8

За прошедшие несколько месяцев Тамерлан, кажется, отвык от тишины. Теперь в голову всё чаще лезут воспоминания об отце, о детстве, о том, каким замок был до… Азалии. И если раньше ему казалось, что, избавившись от несносной ведьмы, его жизнь станет гораздо спокойнее и вернётся в привычное русло, то сейчас он понимает, что такое спокойствие его душит.

Сидеть на троне, перебирать отчёты, читать деловые письма из разных королевств и выслушивать занудных советников уже должно было стать ему привычным делом. Оно и стало, но не хватает лишь маленького кусочка пазла, который почему-то убежал в лес, на прощанье пнув двери тронного зала, стоило Тамерлану только недовольно зарычать.

Мужчина тяжко вздыхает, и советники вокруг него многозначительно переглядываются.

— Всё в порядке, мой король? — интересуется один из них, откладывая бумаги.

— А с вами? — хмыкает Тамерлан, — Я даже не знаю, куда вы все чаще смотрите: на отчёты или на двери. Ведьму ждёте?

— Нет, конечно, мы просто…

— Давно её е было, да?

— Один день, мой король?

Тамерлан снова вздыхает.

И вздыхает.

И вздыхает.

И вздыхает целый день, ощущая какую-то странную недостаточность. Пазл, да. Тамерлан сам себе кивает, попросив накрыть обед во дворе. Любуется садом, преобразившимся благодаря Азалии, отвечает на вопросы садовников и, кажется, жителей всего замка о пропавшей этим солнечным днём ведьме.

А потом вздохи вдруг заканчиваются.

И начинаются вещи пострашнее.

Его настигает старое доброе отрицание.

Ведь не может же быть так, чтобы Тамерлан тут вздыхал по какой-то ведьме, от которой мечтал избавиться уже несколько месяцев. Вот она, сама судьба, преподнесла ему подарок. Азалии не будет слышно-видно несколько дней, ну разве не прелесть? Наконец, можно спокойно заняться работой, зная, что тебя никто не отвлечёт, никто не будет устраивать смотрины в замке и никто не посягнёт на его ребёнка (пока предположительного). Азалия в своём лесу заперлась, вот пусть там и сидит не высовывается.

Именно из последнего вытекает вторая стадия: гнев.

Как эта бестолковая ведьма додумалась проводить такой период в лесу, прекрасно понимая, что защитить себя в случае опасности не сможет? Как она могла отказаться от выделенной комнаты самим королём? Да Тамерлан бы её там на сотню замков бы запер. Места безопаснее было бы не найти. И кто вообще такая эта Азалия? Заблудшая ведьма и, очевидно, наказание Тамерлана за все грехи. Какое право она имеет что-то требовать от самого короля? Как эта бестолочь может так безответственно относиться к своему собственному здоровью? Злая сильная ведьма? Ха, не смешите.

Во время ужина Тамерлан, перепугавший всю прислугу красными глазами и прорезавшимися клыками, распустил всех, оставшись в трапезной в одиночестве. Злобно нарезая себе горячее мясо, он задумался. И так начался торг.

А кто из них вообще виноват в сложившейся ситуации? Азалия, которая воспользовалась его слабостью в тот роковой день или сам Тамерлан, который заключил сделку с ведьмой, так необдуманно пообещав ей отдать своего ребёнка? А может, вся беда заключалась в том, что вместо того, чтобы избавиться от ведьмы, он пригрел её у себя? Но Азалия же не такая уж и плохая. Она много уже чем успела помочь в королевстве, нашла общий язык почти со всеми жителями, нянчится с кучей детей и ни одного ещё даже не похитила. Ну чем не образцовая ведьма? И может, сама Азалия лучше знает, как и где она должна быть во время этого периода, где ей комфортнее и безопаснее… Но ведь самое безопасное место — это замок Тамерлана. Почему девушка отказалась от помощи?

Мужчина еле добирается до своей постели, падает лицом вниз прямо на покрывало и сталкивается со стадией депрессии, сразу же как закрывает глаза, пытаясь уснуть.

Азалия там совсем одна в этом дурацком лесу. Плохо ли ей? Конечно. Может, какие-то мужики уже почуяли усилившийся травяной аромат и окружили её маленький домик? А может, Азалия отказалась оставаться в замке, потому что не доверяет Тамерлану? А что сам король вообще сделал, чтобы девушка начала ему доверять? Оскорблял, посылал и запугивал… Азалия, конечно, ему платила той же монетой и даже похуже, но всё-таки… Совсем одна в населённом непонятно кем лесу, страдающая из-за болей в животе, только потому что из Тамерлана вышел отвратительный правитель, который не может даже позаботиться о безопасности девушки, так сильно любящей играть на его нервах. Его маленький пазл, спрятавшийся в лесу.

Глаза альфы распахиваются.

Принятие.

* * *

Азалия глухо стонет, хватаясь за живот, и от этого окончательно просыпается. Разбитый взгляд падает на пустые колбочки, стоящие на тумбе. Она, конечно, понимала, что с такой задержкой ожидать чего-то безболезненного не стоило, но и не думала, что всё будет так плохо.

Девушка осторожно встаёт с кровати, набрасывая на плечи своё одеяло и опираясь на стены, доходит до графина с водой и тут же осушает его наполовину. И как бы сейчас ни хотелось вернуться в кровать, ей точно стоит освежить ведьминские мешочки, потому что незваные гости в данный момент были бы вообще некстати.

На улицу выходить тоже не хочется, но нужно, поэтому посильнее завязав мешочки, Азалия распахивает свою входную дверь, делает глубокий вдох, позволяя ночному лесному воздуху наполнить горящие легкие, и чуть не падает с крыльца, когда в нос забивается такой знакомый аромат, на долю секунды отдавший облегчающим покалыванием в районе груди и живота.

Его источник находится почти сразу же.

— Тамерлан?

Спина альфы, почти скрытая стволом дерева, вздрагивает.

— Ты зачем вышла? Иди обратно, — Тамерлан роняет голову на колени, не собираясь даже оборачиваться. Так стыдно ему не было ещё никогда в жизни.

— Что ты здесь делаешь? — Азалия осторожно подходит ближе, а сама внутри чуть ли не плачет от облегчения, принесённого чужим запахом.

— Сижу.

— Тогда я тоже сяду.