Я попала в тело принцессы фениксов! 

Глава 1. Плохо не то, что я стала ребёнком, плохо то, чьим ребёнком

Есть люди, которых просто нельзя подпускать к детям, и Лиран Кристофер Араэнтерон определённо возглавляет их список! Хотя он и не совсем… людь. Или правильнее, совсем нелюдь! Во всех смыслах.

- Я не стану тебя кормить, пока ты не поднимешься ко мне, - заявляет мужчина, насмешливо глядя на меня сверху вниз.

Мне всего лишь год, король недоделанный! Мне ходить-то ещё тяжело, на этих несуразных пухленьких ножках, размахивая пухленькими ручками, а ты хочешь, чтобы я преодолела расстояние от дверей тронного зала до лестницы и после поднялась по лестнице к твоему трону. У тебя совесть есть, Твоё Величество?!

- Ну же! Или ты хочешь остаться голодной? – подначивает меня прекрасный и ужасный король фениксов, показывая мне тарелку с яблочным пюре. Очень вкусным, между прочим!

Я опускаю голову, стыдясь своих мыслей. Никогда прежде не любила яблочное пюре, но, оказавшись в этом теле, прониклась к нему обожанием. Должно быть, детское тело влияет на моё взрослое сознание, и это пугает: вдруг я стану совсем ребёнком?! Как я тогда выживу с этим типом под одной крышей?! И как дожила до года настоящая принцесса? А, может, потому я и заменила её, что реальному ребёнку просто не под силу выжить в таких условиях?!

- Ваше Величество, лестница для принцессы несколько высоковата, - робко произносит моя няня, Мина. Она является представительницей мелкой аристократии, а потому не феникс, а какая-то другая птица. Ни разу не видела её в птичьей форме, потому не знаю, какая именно.

- И что? – мужчина с глазами цвета ночного неба, такими же, как и у меня(я в зеркало видела), строго глядит на мою осмелевшуюся заговорить без разрешения няню.

Мине всего двадцать пять, она молодая, с идеально белой кожей, шелковистыми чёрными волосами, прямо как в рекламе шампуня, и зелёными глазами. Такой бы блистать на всяких балах, а не с маленьким ребёнком возиться. Так бы и было, наверное, если бы ей не «посчастливилось» родить сына примерно тогда же, когда королева родила принцессу Аранью и умерла. У Мины было молоко, потому она стала кормилицей и няней принцессы. Теперь меня.

- Если она не способна добраться до меня и забрать еду, значит, она бесполезна, - жёстко говорит король фениксов. – Бесполезная принцесса.

Я гляжу на него с таким возмущением, на которое, наверное, никак не может быть способен годовалый непонятливый ребёнок. Будь мужчина умным, понял бы, что с его дочерью что-то не так на протяжении уже нескольких месяцев! Я обиженно соплю и размахиваю детскими ручками, грожу ему кулачками, хотя он, наверное, думает, что я просто дурачусь.

Лиран Кристофер Араэнтерон хмыкает и отставляет тарелку с моим яблочным пюре на столик у своего огромного золотого трона. Деревянный столик смотрится крайне неуместно на тронном возвышении рядом с императорским седалищем, украшенным рубинами, так что я уверена, что обычно этого столика там нет, и притащили его только для сегодняшнего особо случая, именуемого издевательством над крошкой-принцессой.

- Если злишься на меня, то поднимись ко мне, - усмехается король фениксов, будто бы сообразив, что я действительно зла. Если такие вещи он понимает, то почему не понимает, что мне не под силу подняться так высоко, тем более, голодной? Я же маленькая совсем! Ну, по крайней мере, выгляжу именно так. Девятнадцатилетняя девушка в теле крохи…

Я обиженно топаю ножкой и, поскользнувшись, падаю на попу. Мои миленькое красное кружевной платьице и панталончики не делают удар менее болезненным, как и алая дорожка ковра под ногами. Будь я действительно ребёнком, умом, а не тельцем, я бы расплакалась.

- Значит, есть ты не хочешь, - заключает бессовестный мужчина, являющийся моим отцом.

Да что с ним вообще такое?! Неужели он детей никогда не видел? Его родители или воспитатели не рассказывали ему о них? Детки слабые, их нельзя заставлять подниматься по лестнице и дразнить едой! Как можно так обращаться с годовалой родной дочерью?! Он же не знает, что в её теле оказалась я!

Охваченная возмущением и обидой я не сразу замечаю, как мои ручки загораются, обрастая белыми пёрышками. Мамочки, я превращаюсь в птицу! Я на это не подписывалась, нет-нет!

Пёрышки продолжают появляться, их кончики горят, но мне совсем не больно. Испуганная огнём, я взмахиваю руками и вдруг поднимаюсь над алой ковровой дорожкой, скрывающей мраморный пол подо мной. Говорить я пока не могу, и из губ вырывается немного удивлённый, немного встревоженный писк.

- Лети ко мне, - приказывает король фениксов, лениво развалившийся на своём шикарном троне.

Как можно приказывать такой крохе, как я? И откуда я знаю, как летать? Я только недавно научилась ходить и то потому, что помню, как это делала в другом мире. Но летать я никогда не летала! Разве что в самолёте, сидя на попе ровно, но это не считается!

- И чего ты ждёшь? – недовольно спросил мужчина. – Лети!

Я в первый раз в жизни вижу у себя крылья, откуда мне знать, как летать?! Как отец может быть таким… таким?!

Делать нечего: если я хочу есть, надо попытаться лететь. Я машу ручками, превратившимися в прелестные белые крылышки, охваченные пламенем, и у меня получается лететь! Это как ходить – так же естественно, хотя и немного тяжело, потому что моё тело быстро устаёт. Я направляю себя к трону короля фениксов и, тяжело дыша, падаю ему на колени. Я хотела долететь до пола, но что-то пошло не так…

Вместо того чтобы скинуть меня на пол, чему бы я не удивилась от этого странного мужика, король фениксов садит меня на коленях и, зачерпнув ложечку яблочного пюре, отравляет её в мой рот. Вкусно!

Я ожидаю похвалы, ведь я не только начала ходить, но и впервые полетела, но слышу только:

- А раньше не могла?

И как я докатилась до жизни такой?!