Поволжская сага (сочинения о Сызрани). Книга 2

Глава 7. Уговор

27 августа 1882 года. Усадьба купца Пережогина.

7 часов вечера.

«Не имей сто рублей, а имей сто друзей». Как часто мы слышим эту поговорку в нашей повседневной жизни. Или «старый друг, лучше новых двух». С этим выражением можно и поспорить. Иногда жизнь поворачивается так, что с детства, знающие друг друга товарищи со временем уходят из поля зрения. Или их интересы, семьи и положение в обществе становятся слишком разными и люди отдаляются друг от друга, уступая место новым знакомствам, которые со временем перерастают в крепкую дружбу.

Матвей смотрел на своего отца, важно восседавшего во главе стола в малой столовой его внушительной усадьбы с видом на Сызранку, и думал, что же заставило отца пригласить Беловых к себе. Хотя какое ему дело до его мыслей. Возможно отец все-таки сменит гнев на милость и им с Татьяной будет позволено связать свои судьбы. Перед ужином и приездом Беловых, отец увел сына в свой кабинет и пыхтящим надрывным голосом задавал ему странные вопросы о назначении Михаила Васильевича, его связях и отношениях с генерал-губернатором Москвы Долгоруковым.

«Отец, я понятия не имею какие связи у Михаила Васильевича с губернатором Москвы», - раздраженно проговорил Матвей.

После свадебного приема у Стерлядкиных они с Татьяной так и не помирились, и Матвей уже представлял себе в каком «чудесном» настроении она будет, если брат практически силком притащит ее к отцу в дом.

«Сын. Ты за этой особой волочишься не один год и до сих пор не выяснил кто ее семья, чем они живут и что можно ожидать от общения с ними. Где твои предпринимательские качества», - проворчал Иван Иванович.

«Отец, я общаюсь с Татьяной не ради ее связей. Я давно люблю ее. И тебе это прекрасно известно», - ответил Матвей.

«Общается он. Говорили мне как вы общаетесь. До сих пор стыдно людям в глаза смотреть», - проворчал старик Пережогин.

Матвей уставился на отца. Нечасто он слышал от него нечто подобное. Обычно Иван Иванович давал своё молчаливое согласие на любовные похождения старшего сына. Главное было по приходу определенного времени женится на той девушке которую укажет отец.

«Отец я не понимаю зачем ты затеял этот разговор? – снова нетерпеливо протянул Матвей, – какое нам дело до связей Белова. Нам достаточно своих».

«Много ты понимаешь. Этот молодой человек работает в Сызрани по протекции самого императора. Перед отъездом в имение княгиня Гагарина поведала мне, что он водит дружбу с самим генерал-губернатором Долгоруковым. Он даже вручал ему диплом об окончании университета, а ты сам понимаешь, что такое внимание обычному студенту не оказывается. Княгиня кстати вхожа в дом Долгоруковых и ведет с женой Владимира Ивановича активную переписку. Для Белова уже готово место в Московском банке и в Высшем обществе. Ты понимаешь какие это возможности?» - проговорил старший Пережогин.

Матвей уставился на отца.

«Михаил Васильевич наверняка захочет забрать свою сестру с собой в столицу. Такой красавице нечего тухнуть в нашем захолустье, а для тебя это шанс оказаться при дворе. Не век же тебе прозябать на пыльных мельнях», - продолжал Иван Иванович.

Матвей про себя усмехнулся словам отца, никогда не страдавшего тщеславием и на склоне лет вдруг возжелавшего, чтоб сын вращался в кругах столичной знати. Понятно теперь откуда у Ивана это желание жениться на дворянке. Как видно передалось по наследству. Эта мысль даже забавляла молодого Пережогина.

Так значит вот о чем отец беседовал с княгиней Екатериной Ивановной в тот день. Старая дева выбрала странную компанию для обсуждения подобной темы. Зачем ей это?

«Ты можешь толком объяснить зачем затеял все это», - все ещё не понимая к чему клонит отец спросил Матвей.

Но в кабинет вошёл управляющий усадьбой и сообщил, что гости приехали и ждут хозяев в столовой, в которой уже накрыт ужин.

Татьяна сидела за столом и впервые в жизни чувствовала себя крайне неловко. С момента знакомства с Матвеем и до сегодняшнего дня путь в этот красивый особняк ей был заказан. Много раз она думала, что хотела бы сидеть на званых вечерах Пережогиных рядом с Матвеем, вести спокойные беседы и ощущать себя достойной его внимания. Но их отношения стали слишком быстро заметны для Сызрани, а родители любимого человека по всей видимости поняли, что сын нашёл себе не просто игрушку на одну ночь. Иногда в порывах гнева при их ссорах Татьяна обвиняла Матвея именно в этом. Досужий до всего и прекрасно разбирающийся в людях старик Пережогин понял, что сын не на шутку увлёкся вдовой Беловой и справится с чувствами сына не в состоянии. Он без устали знакомил сына с очередными кандидатками на роль его жены, получал жёсткий отказ и принимался за поиски новой девицы. Почти все городские невесты перебывали в доме Пережогина на бесчисленных обедах, чаях и приемах.

Татьяне же от дома было отказано.

Тем непонятнее для женщины выглядело это предложение старого отца Матвея. В последнее время он поправил здоровье на каких-то водных курортах и казалось начинал возвращаться к общественной жизни города. За ужином женщина исподлобья смотрела то на отца Матвея, то на его мать, которая сидела за столом тише воды ниже травы. Ей наверно не позволено сказать ни слова, подумала Татьяна, искренне жалея эту женщину. Старик Пережогин весь вечер поглядывал на неё оценивающим взглядом будто она телёнок на зимней ярмарке. Может с ней что-то не так? Платье она выбрала для вечера не самое открытое, приглушенного голубого цвета. А по горящим глазам Матвея, уставленных весь вечер на неё она поняла, что выглядит куда как нельзя лучше, чем в любой другой день.