Навсегда моя

Глава 6.

Глеб вовсе не хотел пугать Соню, но она сама того не ведая разжигала в нем дикий и необузданный огонь, а когда энергии собралось слишком много ей потребовался выход, и он нашел его в скорости. Не подумал даже, что может вызвать в страшилке такую реакцию, хотя именно это и нужно было подумать, ведь все буквально лежало на поверхности.

-Черт, черт, черт! Как я тебя ненавижу!

Глеб не кривил душой, действительно ненавидел. Искренне и глубоко. За ее глаза, как у олененка Бемби, за доверчивые взгляды, за то, что стала такой беспомощной и за то, что самому почему-то хотелось ее защищать.

«Ну кто просил ее приезжать? Столько лет все было хорошо!» - мысленно повторял Глеб, как мантру, одни и те же слова.

Он был готов удавить ее, лишь только увидел сегодня в отцовском кабинете: глаза на мокром месте, наверное, расплакалась бы, не увидь она его. Просто постеснялась закатывать концерты при нем – знает, что он их не выносит. Худющая, маленькая, бледная настолько, что вызывает зависть у фарфоровых статуэток – ну разве можно быть настолько непривлекательной?

Хуже выглядела только прошлой ночью, когда Глеб застал ее спящую на террасе. Он тогда безумно перепугался, решив, что она хотела счеты с жизнью свести – сидела с опущенной, как у куклы головой и не реагировала на его призывы, пока не закричал. Глеб невольно поежился, припомнив насколько холодной была ее кожа.

Сколько всего он хотел ей высказать, да только не смог – будто специально разрыдалась, а Глеб с детства ее слез не выносил. Всегда так было – еще будучи крохой с двумя торчащими хвостами, если действительно плохо было - притихнет где-нибудь, что не найти, насупится и ревет, как побитый котенок. И сейчас, вроде уже почти тридцатилетний мужик с закаленными нервами, не выдержал этой душещипательной картины.

Как могло такое случиться, что, появившись в его спокойной размеренной жизни через семь долгих лет, вот так просто перевернула весь привычный уклад? Еще и новость про инвалидность выбила из колеи. Где справедливость у жизни? Почему именно ей такое выпало?

Глеб опоздал на важную встречу с новыми заказчиками, но он мог себе позволить и не такое. В его отсутствие их развлекал Роман – у него определенно были способности заговаривать другим людям зубы. Встреча с ними прошла удачно, контракт был в кармане.

-Герман, браво! – Роман показательно громко захлопал другу, когда они вернулись в его кабинет.

-Если буду нуждаться в одобрении – сообщу.

-Не надо пытаться меня укусить, грозный шеф, - Роман, полностью уверенный в своих действиях, достал из скрытого в большом книжном шкафу бара бутылку дорогого коньяка, шустро разлил его по бокалам и на манер фокусника подтолкнул стакан с горячительной жидкостью по стеклянной поверхности стола. Проскользив, бокал оказался точно в руках начальника.

-Выпьем же, дружище, за процветание бизнеса! – отсалютовав, Роман залпом поглотил порцию коньяка и тут же налил новую, - ты чего такой хмурый?

-Было бы в жизни так же легко, как в бизнесе.

-А то у тебя не так! Ну? И кто же мучает твое несчастное сердце? – Рома забросил ногу на ногу и было не понятно в каком он настроении – серьезном или же шутливом.

-Новоиспеченная родственница, будь она не ладна, - Глеб залпом осушил свой первый стакан в то время, как Роман наполнял свой уже в третий раз.

-Ах эта… Как же ее, запамятовал, - он пощелкал пальцами, пока не вспомнил, - Соня! Ай нет, погоди, как ты там ее назвал… Страшилка! Когда она успевает тебе надоесть?

-Успевает, да еще как. К тому же оказалось, что после аварии сидит в инвалидке. Теперь и послать неудобно.

-Тиран для бедной сиротки в инвалидном кресле, - протянул Роман задумчиво, -. Главный антагонист года!

-Да она постоянно крутится где-то рядом. Родители попросили довезти ее до дома из центра, сажают ее за стол ужинать, как будто нельзя отнести тарелку ей в комнату…

-То есть ты хочешь посадить ее в темницу и ждать, пока не придет прекрасный принц и своим поцелуем не поставит на ноги?

-Просто не хочу с ней пересекаться. Она выводит меня из себя одним взглядом.

-Даже интересно посмотреть на эту Соню, - мечтательно протянул Рома, - самого Глеба Городецкого умудряется вывести из себя! – за эти слова Рома и получил в лоб скомканным листом бумаги, талантливо изобразил смертельное ранение, сполз с кресла и ковыляя из последних сил, вышел из кабинета.

Настроение Глеба чуть улучшилось, общение с другом всегда поднимало его боевой дух. Он даже успел расписать вечернюю почту, которую боязливо принесла ему запуганная Катенька. А возвращаясь под вечер домой, Глеб столкнулся у лифта с незнакомой ему девушкой: худенькая брюнетка с выразительными колдовскими глазами и фарфоровой кожей сразу же привлекла его внимание, к тому же он ее не узнавал, хотя припоминал всех сотрудников.

-Дарья, - девушка не скрывала своего имени, стоило лишь спросить, и сразу же согласилась встретиться с Глебом вечером. Уж в чем, а в собственной привлекательности и особом отношении к нему слабого пола Глеб не сомневался и умело пользовался.

-Дарья, я что-то не припомню Вас, а я не пропустил бы такой красоты.

-Я новый сотрудник в отделе кадров. Сегодня второй день работаю, - Дарья была дружелюбной, но наигранной, и это Геб увидел сразу. Она не столько была милой, сколько хотела такой казаться и использовала свое мастерство с явной целью. И у нее, должно быть, это отлично получалось, просто Глеб оказался опытным мужчиной и такие фокусы, пусть даже показанные прекрасным фокусником, его не впечатляли. Но отказывать себе в удовольствии провести с девушкой несколько приятных вечеров Глеб не стал.