Призрак

Призрак

POV Джеффри

Скоро 25 декабря, все завалено снегом, на улице мороз. Я вышел из дома, укутавшись в короткую дубленку, которая еле защищала от холода, и пошел, куда глаза глядят. Я задумался, опустив голову, чтобы хоть как - то спрятать лицо от этой стужи. На Рождество высшие силы подарили мне подавленное настроение и депрессию. Уже не помню, когда я в последний раз улыбался. Около двух недель назад...кажется...
Мне 19, и я живу с родителями. Год назад я познакомился с девушкой,и через пару месяцев мы начали встречаться. Мне не особо хочется возвращать себя в прошлое, но все же...
Я никогда прежде такого не испытывал...мы любили друг друга. Как будто нас связывала какая - то тонкая нить, которую можно было лишь чувствовать. Каждый день, проведенный с нею, я будто улетал куда - то далеко от Земли. Туда, где нету ни боли, ни печали.
Это был самый обычный зимний день. Мы сидели у меня дома, укутавшись в плед и смотря фильмы. Это был последний день, когда я улыбался.
Когда настало время прощаться, мы обнялись, и она ушла домой. Через минуту до меня донесся громкий гудок и визг тормозов с улицы. Накинув куртку, я выбежал и посмотрел на дорогу. Вокруг искалеченной девушки стояла куча людей. Кто - то вызывал скорую, а кто - то торопился быстрее свалить.
Она умерла во время операции...

Ноги привели меня к цветочной лавке, и я, найдя в кармане несколько монет, купил букет темно - красных роз и отправился на кладбище.
В этом месте воздух был пропитан смертью и казался холоднее, чем является. Белый снег покрывал черно - серые могилы и черный мавзолей в середине. Как будто в каком - то старом немом фильме. Вся эта мертвая черно - белая тишина угнетала еще больше. Я дошел до нужной мне могилы и посмотрел на годы жизни. В январе ей должно было исполниться 18.
– Ничего не изменилось, – тихо бросил я в пустоту. – насколько без тебя все серо и однообразно.
Я вытащил горячую вспотевшую руку из кармана и дотронулся до холодных камней, положив розы, которые уже начали увядать от мороза, на могилу. Сидеть здесь абсолютно не хотелось. Однако же мне надо было побыть одному, домой я явно не собираюсь.
Пройдя немного вперед, моему взору открылся пустырь с довольно раскидистым невысоким деревом посередине. Все по - прежнему было черно - белым, ограждение от кладбища кончалось. Видимо, сюда собираются хоронить людей в дальнейшем. Но сейчас тут пусто, и никого нет...так мне казалось... Подойдя к дереву ближе, я увидел качели, подвешенные на одну из ветвей. На них сидела девушка. Сначала я подумал, что это всего лишь бред, что на самом деле я сижу на коленях перед могилой с закрытыми глазами. Голова этой девушки была опущена, волосы покрывали снежинки. Она сидела, не шевелясь, только медленно болтая ногами, немного раскачивая себя. На этот раз холод пробрал меня до костей. Подобная обстановка навевала ужас. Я хотел уйти, но ноги не шли, любопытство заставило застыть на месте. Девушка подняла голову и увидела меня. Ее глаза сверкнули непониманием, но потом она тяжело вздохнула и снова устремила взгляд на землю. Её поведение заставило меня осмелеть. Я подошёл ближе и спросил хриплым от долгого молчания голосом:
– Кто ты и что здесь делаешь?
– А какая тебе разница? – нотка иронии прозвучала в её вопросе.
Я тяжело вздохнул, понимая, что беседа не задается.
– Как тебя зовут?
– Николетт.
Я подошёл ещё ближе и теперь смог разглядеть её лицо, которое не смогли закрыть даже чёрные прямые волосы до талии, спадавшие с плеч. Её кожа казалась бледнее снега, взгляд карих глаз выражал страх и потерянность, как у загнанного в угол дикого зверя. Я аккуратно убрал прядь её волос за ухо, она смотрела перед собой обезумевшим взглядом.
– Посмотри на меня, – тихо произнёс я.
Она подняла голову, и я растерялся. В этих глазах было столько скорби и боли... Этот взгляд казался слишком знакомым, хотя девушку я видел впервые. Этот взгляд похож на...мой?..
– А тебя как зовут?
– Джеффри.
Снова повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь ветром, путавшемся в листве дерева.
– У тебя кто - то умер...кто? – Николь снова нарушила молчание.
– Девушка, которую я любил.
– Она была красивой? – как - то наивно спросила брюнетка.
– Да...
Девушка натянуто улыбнулась и снова замолчала, не зная, как можно продолжить разговор.
– Мой отец умер неделю назад, – она снова заговорила и продолжила с каким - то наслаждением в голосе. – мне тут нравится...настолько тихо... И никто тебя не может найти...
И снова это угнетающее молчание. Обстановка, как и сама девушка, казалась мёртвой, из - за чего складывалось впечатление, будто я уже давно такой же.
– Можно обнять тебя? - неожиданно спросила она.
Эта просьба удивила меня, однако я развёл руки и слегка подался вперёд. Мы обнялись.
– Ты очень похож на моего отца. Будто он рядом.
Почему - то эта фраза разлила тепло внутри меня, отдавшись искренней улыбкой на лице.
– А как она тебя обнимала? – спросила брюнетка.
- Почти так же...
Я закрыл глаза и почувствовал что - то горячее на щеках...я плачу... Эта девушка, сидящая на качелях, вернула мне чувства. Она оживила меня.
Холодный ветер продувал насквозь. Я содрогнулся, не почувствовав больше её тела. Я открыл глаза и увидел белый снег.
– Что за?..
Я поднял голову и увидел могилу моей погибшей девушки. Неужели это был всего лишь бред? Всего лишь видение? Я дотронулся до своей щеки...слёзы настоящие. Пройдя по тропе, моему взору предстал забор. Ни дерева, ни качелей, ни Ники. Я поник ещё сильнее, и слёзы снова высохли. Многие не любят плакать, особенно на людях, но я готов был отдать всё, лишь бы снова почувствовать этот жар на веках и лице. Я хотел бы закричать и начать биться в истерике, и плевать, сколько людей будут на это смотреть! Но я не могу...внутри какая - то чёрная дыра разъедает все чувства и всасывает осколки разбитого сердца. Да...я в депрессии...это отвратительно!..
Я тупо бродил по кладбищу, смотря перед собой и думая о Николь. Была ли она галлюцинацией или призраком?.. Не знаю...но с ней я впервые за последние недели почувствовал себя живым.
Обойдя весь участок, я пошёл домой, всё так же смотря в землю каменным немигающим взглядом. Родителей дома не было. Вот и хорошо! Я лёг на кровать и закрыл глаза. Хочется кричать, но эта черная дыра уже всосала дар речи. Я молчал, не в силах пошевелиться. Через минуту я всё - таки встал и подошёл к окну, рассматривая прохожих и как будто стараясь увидеть знакомые лица, как - то воодушевиться. Но всё это только больше угнетало. Продолжая рассматривать людей, я вдруг заметил знакомые чёрные волосы и карие глаза.
– Николетт... – я хотел крикнуть это, но из горла вырвался только хриплый шёпот.
Тут она остановилась и посмотрела на меня. Волна мурашек пробежала по моей коже от этого мёртвого, но какого - то снисходительного взгляда. Я отпрянул от окна, стараясь убедиться, что это всё наяву.
Когда я снова посмотрел в окно, её уже не было. Что за чёрт?! Это начинало пугать меня, однако хотелось узнать об этой девушке больше.

Ближе к вечеру вернулись родители. Аппетита совсем не было, однако я всё же заставил себя поесть. Молча я вернулся в свою комнату и лёг на кровать, закрыв глаза, хотя сна не было вообще. Просто захотелось уединиться, послушать тишину и отдаться своим мыслям.
Через несколько минут я почувствовал что - то тёплое, лёгкий дым коснулся моей кожи, в ушах звенел какой - то нежный шёпот. В глазах зарябило от яркого света, и тогда я открыл их. Вокруг была пустота, всего лишь белое пространство. Я посмотрел под ноги и увидел какой - то стеклянный прозрачный пол. Впереди снова стояло дерево, только теперь полностью белое с какими - то золотыми вкраплениями на стволе. На ветви снова висели качели, и на них снова сидела девушка. Подойдя ближе, я узнал Нику.
– Привет, Джеффри, – её голос прозвучал очень слабо, кожа казалась бледнее, чем в прошлый раз.
– Где я?
Она проигнорировала моё вопрос:
– Не хотела пугать тебя...тогда...на улице...
– Да кто ты вообще такая?
– Такая же, какая и ты, – она сделала короткую паузу и тепло улыбнулась. – была...
– Что это значит?
Она не ответила, только подошла ко мне, не переставая улыбаться, отчего какое - то тепло и радость разливались по телу. Боль от потери уходила, как будто Николь всегда была со мной, всегда развеивала тучи над моей головой. Она коснулась моей щеки, и я почувствовал холод. Несмотря на молчаливость и загадочность этой девушки, меня тянуло к ней. В такие моменты, как этот, я чувствую, что черная дыра исчезает, расставив всё по местам. Она подошла ближе и обвила своими ручками мою шею, я положил руки ей на талию, смотря в глаза, в которых не читалось почти ничего, кроме безжизненности и смерти. К этому ещё примешивалось что - то вроде доброты и дружелюбия, что придавало мне уверенности и успокаивало. Она сократила расстояние между нашими лицами. Я закрываю глаза и чувствую её холодные нежные губы на своих. Внезапно туман перестал щекотать мои ноги, рябь в глазах исчезла, и тем не менее я все еще ощущал ее мертвый поцелуй, из - за чего был не в силах проснуться. Когда холод на губах окончательно растворился, я резко открыл глаза и увидел свою комнату. На часах 5 утра, еще темно. Это был сон... Ситуация не желала проясняться, однако я все больше убеждался в одном – ее нет на самом деле. Не знаю, бред это или что еще хуже...я просто схожу с ума! Возможно, эта девушка никогда не существовала. Она просто выдумка моего больного сознания для облегчения страданий!
Сон полностью исчез. Я резко встал и пошел на кухню, не зная зачем. Аппетита за эти несколько часов все равно не появилось.

Через два часа начала заниматься заря. Розовая полоска сначала лишь немного бледнела, но потом становилась все ярче, освещая темное небо. Люблю такие моменты, когда кажется ,что ты один в этом мире, и солнце восходит только для тебя. Ради таких моментов хочется жить, чтобы и дальше наслаждаться этим...
Яркие золотые лучи показались из - за горизонта и буквально поделили небо на несколько светлых частей. Как же я люблю подобное зрелище! Быстро переодевшись и надев верхнюю одежду, я вышел на улицу. Нос защипало от мороза, в лицо приятно ударило холодом. На улице шел легкий снежок, падающий мне на макушку и плечи, отчего я слабо улыбнулся. Не знаю почему, но ноги сами понесли меня на кладбище.
За полчаса я дошел до участка. На этот раз голубое небо и солнце, освещавшие кладбище, делали картину не такой мертвой и черно - белой. Было уже почти восемь утра. Я хотел пойти к знакомой могиле, но увидел там большое скопление людей. Что они делают тут в такую рань? Я подошёл ближе. Это были уже заканчивающиеся похороны. Народ начал расходиться. Краем уха я услышал разговор двух женщин:
– Она была так молода!..
Кажется, второй было абсолютно плевать на её горе, однако она слушала и как - то пыталась найти слова утешения. Потом она спросила:
– Как это произошло?
– После смерти отца она замкнулась в себе, перестала улыбаться и всегда молчала. Он был к ней ближе меня... – женщина тяжело вздохнула, сдерживая слёзы. – она наглоталась таблеток...
После этой фразы несчастная мать прикрыла лицо рукой и заплакала.
Люди разошлись, и тогда я посмотрел на надгробие:
Николетт Армстронг.
16 марта 1998 – 20 декабря 2016
Мои зрачки расширились от удивления, внутри вскипело отчаяние, захотелось плакать... Она не была болезнью ума, она была человеком. Таким же, как и я...как и все остальные...
Каменным взглядом я смотрел на фотографию. Николь тут такая улыбчивая, такая счастливая.
– Не самая лучшая правда... – за спиной послышался знакомый нежный голос.
– Этого не может быть! – сказал я, не оборачиваясь.
Она подошла ко мне, тем самым заставив меня повернуть голову и посмотреть на неё. Как и во сне, она была одета в белое длинное платье, её волосы были распущены и небрежно лежали на плечах, развеваемые ветром, кожа была бледная.
– Это снова сон, очередной сон! – бормотал я, стараясь успокоиться.
– Увы... – брюнетка тяжело вздохнула. – это реальность.
– Допустим... – я сделал короткую паузу. – что произошло?
Она опустила голову и начала свой короткий рассказ:
– Отец умер около недели назад. С самого детства он был мне ближе мамы. Его смерть оказалась слишком сильным ударом для меня. Я впала в депрессию. Ты ведь тоже чувствуешь эту пустоту внутри. Ты не ешь, не спишь, не улыбаешься, даже плакать не можешь, – она снова замолчала, но потом продолжила. – мне никто не помог, и я наглоталась таблеток...это было позавчера.
Мы замолчали на несколько секунд. В это время я обдумывал всё, что она сказала мне. Мы и вправду похожи. Ника взяла меня за руку, холод от которой пронзал до костей.
– Мне никто не помог... – повторила она. – поэтому я хочу помочь тебе... Я знаю, потеря любимого человека — это большой удар, но он не смертельный, мы сами делаем его таковым. В будущем тебе придется пройти через множество неудач и потерь, которые будут формировать твой характер. На этом жизнь не заканчивается, и поэтому ты должен восстать из собственного пепла и дать этому миру отпор!
Она говорила очень красноречиво, каждое её слово западало мне в душу и, словно пазл, собирало осколки разбитой души воедино. Внезапно я почувствовал своё горячее дыхание, частое биение сердца. Я почувствовал, что живу!..
– В мире постоянно кто - то умирает, чтобы жили другие. – Николетт снова заговорила. – говорят, если ты жив сейчас, то это значит, что кто - то умер за тебя. Это круговорот... – она сделала ещё одну короткую паузу. – Джеффри, я умерла за тебя!.. Не дай мне уйти отсюда ни с чем, – она сжала мою руку крепче. – обещай, что будешь жить!
– Обещаю... – на выдохе ответил я.
Она отпустила мою руку и повернулась ко мне лицом, произнеся:
– Хорошо...
Это было последнее слово, которое я услышал от неё.
Мы снова слились в том же черно - белом мёртвом поцелуе, от которого веяло холодом и смертью.
Открыв глаза, я увидел лишь её могилу, уже слегка припорошенную снегом.
– Обещаю... – повторил я, смотря на её фотографию и улыбаясь слабо, но искренне.