Девушка боли

Мэрилин, я найду тебя!..

        22. Филипп

   Прошло три месяца. Невероятно мучительных месяца, оставивших в моей душе большую черную дыру вместо сердца.

   Мэрилин исчезла. Просто незаметно собрала вещи и уехала в неизвестном направлении. Я обыскал весь город, подняв даже военных и губернатора. Я лично сам объездил десятки городов, но о Мэрилин Коултер никто не слышал.

   Через несколько дней после ее исчезновения на имя Аннабель пришло письмо.

   «Дорогая сестра! Извини, что подвела тебя и не исполнила своего обещания. Мне пришлось уехать, но о причине позволь умолчать. Никто меня не обижал, никто передо мной ни в чем не виноват. Это мои личные проблемы, которые я решу сама. Хочу немного пожить одна, развеяться, найти смысл жизни… Местоположения указывать не буду: хочу побыть в одиночестве. Прошу, успокой родителей. Со мною все в порядке, пусть не волнуются. Целую деток. Всего доброго!»

   Я был просто в шоке. Нет, я не мог дальше жить. Это моя вина! Я своей закрытостью оттолкнул ее. В нужный момент не подставил плечо, промолчал, как последний трус, и вот теперь расплата: она оставила меня. Это все из-за меня…

   Генриэтта в первый же день после исчезновения Мэрилин снова попыталась повеситься мне на шею со своими поцелуями. На сей раз я не стерпел: выгнал ее из дома и запретил появляться в моей жизни. Она устроила ужасный скандал, подключила отца, братьев, сестер. Я поссорился с кучей родственников и потерял много выгодных контрактов, но… мне на это совершенно наплевать!

  В моей голове только Мэрилин и жажда найти ее! Мэрилин, где же ты? Мэрилин, прости меня…

        23. Мэрилин

     Еще три месяца спустя…

   Я смотрела на улыбающуюся молодую женщину со смесью недоверия и недоумения.

   - Вы хотите, чтобы я стала главным редактором??? – мой вопрос показался мне каким-то безумством, но эта особа предложила мне именно это.

   - Да-да! – живо закивала она головой, - Нам нужна именно вы! Я долго искала вас, потому что не знала настоящего имени. И вот, вы передо мной собственной персоной! Ха-ха! Я просто счастлива! Я обожаю ваши статья и рассказы! Я ваша поклонница, мисс Дженкинс!!!

   Я все никак не могла отделаться от ощущения, что происходящее со мной – чья-то глупая шутка. Но стоящая передо мной женщина в дорогом модном платье и с шикарной шляпкой, украшенной букетом роз, казалось, говорила серьезно.

   - Но я все лишь скромная писательница, - сконфуженно пробормотала я, - я не смогу стать редактором. У меня нет опыта, да и способностей к этому тоже…

   - Не волнуйтесь, ваш талант – это все, что нам нужно. Остальное – дело наживное!

  - А кто это – мы? – осторожно спросила я.

   Женщина рассмеялась.

   - Ах, простите! Я толком не представилась. Амалия Джейкобс, дочь Артура Джейкобса. Может, вам знакомо это имя?

   - Да, немного, - пробормотала я. – Политик, отставной офицер, бизнесмен, писатель…

   - О, да вы хорошо наслышаны! Я рада! Мой отец хочет основать типографию в этом городе и поручил мне собрать для нее штат. Я давно читаю ваши произведения, поэтому на месте главного редактора вижу только вас!..

   Я поговорила с Амалией еще немного, а потом пообещала подумать и сообщить ей о своем решении завтра.

   Когда мы попрощались, то я устремилась к себе домой, по пути усиленно размышляя над невероятным предложением, которое может просто перевернуть мою жизнь.

   С тех пор, как я покинула поместье Коултеров, прошло уже полгода. Я умчалась на дилижансе, буквально, куда глаза глядят и попала в город ***, поразивший меня своими габаритами и невероятным количеством жителей. Я никогда не думала, что смогу увидеть так много людей в одном месте одновременно. Мне стало немного страшно и неуютно, но, к моему удивлению, на меня абсолютно никто не обращал внимания, и я расслабилась. Почему этот город так разительно отличается от провинции, в которой я выросла? Никому до тебя нет дела, и ты можешь дышать свободнее. И я задышала! Окунулась с головой в новую жизнь, чтобы не думать о своей боли и чтобы Филипп стерся из моей памяти навсегда.

   Я сняла дешевую комнату на чердаке, отмывать которую мне пришлось, без преувеличения, полдня, у хозяйки дома спросила, где можно поскорее найти работу. Она предложила мне место прачки в ее импровизированной гостинице, и я сразу же согласилась.

   Мои пальцы и спина взвыли на первый же день. Я не привыкла к такой тяжелой работе, но она действительно помогала отвлечься от горьких дум. За неделю я заработала ровно столько, чтобы не умереть с голоду, однако я действительно отлично отвлеклась, и воспоминания о поместье Коултеров стали казаться каким-то забытым туманным сном.

   Прожив в таком ритме месяц, я втянулась, хотя мои руки покрылись ранами и кожа стала воспаленной от грубого мыла. Но мне удалось собрать средства на покупку бумаги и чернил. Я начала снова писать.

   Истории выходили только печальные и с трагическим концом. Было ощущение, что «хеппи-энды» больше не могут существовать в моем воображении. Эти наброски я и понесла в первое попавшееся издательство.

  К сожалению, я встретила недоверие и скептицизм. Наверное, потому что я уже не скрывала, кто именно автор этих историй. Опубликовывать мои творения отказались, но предложили поработать помощником писателя, своего рода секретарем. Я с радостью согласилась, и мне удалось оставить свою утомительную стирку.

   Жизнь даже наладилась, вошла в накатанное русло, но мысли о прошлом снова начали меня одолевать.

  Однажды на закате дня я выглянула из окна своей дешевой чердачной коморки. С высоты я смотрела на многолюдный город, на крыши домов и золотое зарево небес, и мою душу скрутила отчетливая старая боль. Сердце проснулось, воспоминания нахлынули свежим потоком… Я заплакала, почувствовав соль на губах и холод на лице от порывов прохладного весеннего ветра. Одиночество, отверженность, чувство глубокой неполноценности. Казалось, что эти ощущения никогда не отпустят меня, принося все новые и новые порции страданий. Я так устала! Я уже устала страдать. Как бы я хотела забыть все и просто жить, как живут тысячи людей там, внизу, в суете городского потока…