Принцесса и Варвар. Выбери любовь.

Глава двадцать девятая. В объятиях мрака.

Молот сам себя удивлял. Он становился таким покладистым и внимательным, что это даже пугало. Но, он был рад, тому чувству, что потихоньку зарождалось в его душе. Он не ходил, а словно летал по лагерю. Другие тактично молчали по поводу того, что их боевой брат, вечно угрюмый и обозлённый, теперь частенько зависал с трогательной улыбкой. Софья была его отдушиной. Женщина умело слушала его, чтобы он ни говорил, давала советы и понемногу открывала для него своё прошлое.

Он стал её личным помощником, охранником, другом, братом и... защитником. София с благодарностью принимала его покровительство, поощряло умело и талантливо. То лишний раз прикоснётся к плечу, то улыбнётся как-то особенно ласково, а то сядет рядышком и прижмётся бочком. И Молот таял, даже сам не заметил, как эта хрупкая, но мудрая женщина меняла его буйный нрав.

Молот обожал держать её за руку. Так непринуждённо и по-домашнему, сидя у костра и ненавязчиво приобнимая её. Он с особым трепетом ухаживал за девушкой, следил, чтобы она не мёрзла и хорошо питалась, и бросался с кулаками на каждого, кто осмеливался косо или похотливо глянуть на Софию.  Но, она всегда находила нужные слова, чтоб остудить его пыл. Чем больше времени Молот проводил с девушкой, тем спокойнее и уравновешеннее он становился.

Неожиданная стычка с Реем вывела его на эмоции. Это произошло неожиданно, потому что Молот как обычно высказывался по поводу их военной тактики, а Сонан был явно не в духе и приказал ему заткнуться. Но, Молот же не из тех, кто проглотит оскорбление. Естественно, он возмутился и началась словесная перебранка. А уж когда Сонан подошёл к нему вплотную и предупреждающе прищурил глаза, стало ясно - пахнет керосином.

Уже позже вечером, сидя у костра, Молот был зол и расстроен, а София подсела ближе к нему и выжидательно посмотрела. Он до сих пор не мог понять, как у неё так получается... тонко чувствовать настроение других людей и помогать. Девушка положила нежную ладонь на его колено и Молот резко повернул к ней голову. Она ждала от него слов и всем своим видом показывала желание оказать помощь.

- Почему ты не ладишь с вашим вожаком? - проницательно поинтересовалась девушка.

- Он мне не вожак! - резковато вскинул парень, - За него были все. Моё мнение не учитывалось так, где большинство сказали своё да.

- Мне показалось, что волк хорошо справляется. Ты думаешь, что стал бы лучшим вожаком, чем он?

- Не знаю я. Меня просто раздражает всё это. Он пришёл к нам года три назад и всё кичился тем, что плотское и насущное его не интересует. Жил местью. А сейчас...

- Кай, я могу ошибаться, но вы - два самых сильных война в своём племени. Не лучше ли объединиться, тем более перед лицом врага?

Он ничего не ответил, хмыкнул себе под нос и усталой улыбкой закрыл тему разговора. Вопросительно посмотрел на девушку, перед тем, как тепло обнять её, прижать к себе, согревая своим теплом. София с нежностью откликнулась, когда его губы накрыли её уста и вовлекли в удивительный поцелуй, от которого закружилась голова. Девушка оставалась такой же трепетной, но в ней чувствовалась страсть и опыт взрослой женщины, а не девчушки молоденькой. Когда её ладони скользнули на его плечи и слёгка толкнули, Молот безоговорочно поддался и оказался опрокинутым прямо на землю. Он улыбнулся, не разрывая поцелуй и расслабился, позволяя девушке приласкать его так, как ей того хотелось. И всё таки за грань они никогда не переходили...

Сонан медленно и неуклонно катился в бездну. Сердце не выдерживало такой нагрузки. Мало того, что его съедала страсть и всепоглощающая любовь к его дакхе, которая не находила выхода и отклика, так ещё и чувства принцессы каждое утро и каждую ночь отзывались в его душе. А она, как назло, испытывала лишь боль, одиночество и отчаяние. Иногда девушка ощущала слабые порывы трепетной нежности и сомнения, но всё это так стремительно угасало, что Рей не успевал насладиться ими. Он медленно сходил с ума и так злился, что его стали побаиваться.

Рей ходил хмурый и злой, кидался на соплеменников, едва только они говорили слово поперёк. С Молотом чуть не сцепился, на Барсука наехал с такими претензиями, что тот опешил и удивлённо захлопал ресницами. Всё для Рея было раздражительным и несносным. Он уже не мог сосредоточиться на плане ведения войны. Все мысли улетали в одно направление. Близкие друзья видели, что с ним происходит и тревожились. А он цепным псом ходил вокруг шатра, в котором обитала принцесса. Зайти туда он не мог, но тянуло с такой силой, что ноги сами несли сюда.

Аврора тем временем совсем сникла. Сутками сидела в своём шатре на мягкой постели, одетая в ночную сорочку. Она то и дело плакала, заливая слезами своё неутешительное положение. На третий день пребывания в халисийском лагере принцесса окончательно расклеилась. Именно в этот момент к ней вошла Рика, даже не постучавшись. Халисийка тревожно оглядела одинокую, печальную фигуру принцессы и поставила на край постели поднос с завтраком. Аврора даже не шелохнулась.

- Ави, ну давай, поешь хоть чего-нибудь. Ты изведёшь себя так... Третий день ничего не ешь и не пьёшь, кроме как воду. Загонишь себя в могилу. Ави, прошу... поешь и пойдём прогуляемся на свежем воздухе! - ободряюще произнесла халисийка. Аврора молча сглотнула и по её щекам покатились слёзы. Она не могла ничего говорить. Всё то, что происходило с ней, словно вобрало последние силы девушки и теперь она была опустошена до минимума. Рика присела рядом с ней.

- Аврора, не сходи с ума. Это ведь не конец света. Чего ты добьёшься своим бунтом? Ты и себя мучаешь и Рею житья не даёшь. Он же словно с ума сошёл за эти дни. Ты бы видела... Ну, что вы с ним, как два идиота?