В ловушке безысходности

Глава 2

«Что есть невезение? Это понятие, которое придумали люди, чтобы оправдаться перед собой»

Астарта (Эдже)

Уже смеркалось, когда я возвращалась из библиотеки. Наш корпус от неё, увы, самый дальний, так что тащиться по полутьме пришлось долго.

Признаться, я не очень люблю зиму. Для меня, выросшей в жарком климате Кайнура, это диво – нечто непривычное и не слишком-то приятное. Но ведь из любого правила бывают исключения, верно?

Этот вечер – точнее, уже почти ночь – оказался не слишком холодным, и завораживал неведомой мне, особой красотой. Почти расчищенный на дороге снег тихо хрустел под ногами, а тот, что пригоршнями усыпал ветви деревьев и бесшумно опускался на землю с неба – сверкал тысячью переливчатых фонариков в неотвратимо наступающем мраке. Свежо, почти как после дождя, только запах немного другой. Наверное, так пахнет лёгкий, не раздражающий морозец. Безветренно. А небо… небо оказалось этой ночью таким красивым, что подкашивались ноги, и дыхание непроизвольно замирало, изредка с заметным лишь на свету паром вырываясь из груди. Тысячи, тысячи звёзд, такие красивые, яркие, как никогда прежде!.. Я не романтик, но глаз отвести не могла. За что и поплатилась, запнувшись обо что-то и с размаху плюхнувшись в огромный рыхлый сугроб. Лицом. Без перчаток, в лёгкой куртке – на шубу для себя пока не было денег.

Отплёвываясь от снега и тщетно пытаясь встать, я мысленно молилась всем богам, чтобы никто не увидел сего эпичного момента. Но, видимо, судьбе нравится надо мной издеваться, ибо даже ночью в такой момент для меня нашёлся зритель, который, судя по звукам, не упустил возможности поржать.

Я крайне неуклюже попыталась встать, нелепо размахивая руками, а тем временем откуда-то со стороны раздался насмешливый, смутно знакомый голос:

- Думаешь, вплавь быстрее доберёшься до корпуса?

- А вдруг? Проверяю теорию, - язвительно отозвалась я.

- И как?

- О, просто превосходно. Ощущения непередаваемые, - яда – хоть отбавляй.

- Так может, зря тогда дорожки расчищают? – В тон мне саркастично ответил тот.

Зло фыркнув, снова попыталась подняться, оперившись на окоченевшие руки, но ступня поскользнулась на склоне, и я снова эпично свалилась лицом в снег.

Наблюдатель снова принялся вдохновенно ухохатываться, и, тем не менее, в момент, когда я совершала очередную попытку подняться, крепкая рука меня поддержала и выволокла из сугроба.

- Спасибо. – Покраснев, как малолетка, буркнула я, отряхиваясь. Неуверенно подняла голову, дабы взглянуть на собеседника… и, определённо, этого делать не стоило.

Кровь на секунду льдом застыла в жилах, когда я узнала его. Наверное, я походила на снежную бабу – вся усыпанная снегом и бледная, как мел. Оно и к лучшему, ибо вдруг осталось только одно желание: по максимуму слиться с пейзажем… а в равнодушных глазах цвета грозового неба была только насмешка.

Это был он. Маг, втянувший меня во всё это…

- Вы? – Язык от удивления слегка заплетался, словно у пьяной, - Что вам здесь понадобилось?

- Не бойся, не по твою душу в этот раз, - усмехнулся он, - Надеюсь, до корпуса дорогу ты знаешь.

Что-то он меня бесит. Настолько, что я даже не сразу вспомнила то, что в последнее время ни на секунду не выходило из головы. А когда вспомнила – оную, голову то есть, совершенно потеряла. За ненадобностью.

- А ну стой. – Ледяным голосом, в котором не осталось растерянности, окликнула я мага, преградив дорогу. – Не вовремя ты мне под руку подвернулся. Я понимаю, что ты важная шишка, но, поверь, от разбитого носа тебя это не спасёт, если не ответишь, какого чёрта вы, твари, убили мою наставницу?!

Эта боль, обратившись в неприязнь к стоящему передо мной человеку, заставляла сердце биться чаще и комом царапала горло.

Тот ни капли не удивился. Лишь змеиная, самоуверенная и слегка презрительная усмешка скользнула по синеватым губам.

- У того, кому я служу, были давние счёты с Танильдиз. Можно сказать, то дело стало последней каплей. Это во-первых. Во-вторых: все условия договора с тобой были выполнены, претензии не принимаются. Спокойной ночи, жрица.

Не удостоив меня больше и словом, маг утонул в темноте. А я, глядя ему в след, чисто на интуиции решила: по возможности нужно выяснить, какого чёрта он тут делает.

Вереницу бессвязных мыслей прервал, заставив вздрогнуть и похолодеть, раздавшийся со стороны корпуса крик, эхом прокатившийся по окрестностям и потонувший во взвившейся пурге…

…

Кармина

«Тонкий, изысканный незнакомый аромат, наполнивший душную комнату, сводил с ума, будоражил, проникал в каждую клеточку и пробуждал самые тайные, самые чувственные желания. Вокруг приятная полутьма, нарушаемая лишь огоньками нескольких свечей, алый шёлк постели приятно холодит разгорячённую обнажённую кожу…

Здесь всё, как в любимых арабских сказках. Атмосфера сладострастия, греховного соблазна, необузданности, иллюзия небывалой свободы от всего: приличий, правил, морали, своей собственной совести и принципов.

Жар… Нестерпимо-обжигающий и ласковый одновременно… Моё тело, чувствительное, как никогда раньше, податливое в умелых крепких руках, пылало незнакомой, или, по крайней мере, полузабытой безумной страстью, будто кровь враз превратилась в бурлящую лаву. Всё вокруг словно застилала пелена, в голове ни намёка на мысль, и вся жизнь, все чувства и переживания сосредоточились на безграничном наслаждении, какого я – к слову, уже давно отнюдь не девочка – никогда не испытывала. Лишь где-то на грани ускользающего сознания улавливала свои хриплые крики и его ответные стоны. Было как-то абсолютно наплевать на то, что это место я впервые вижу, а мужчину, в руках которого сгораю, как щепка в костре – практически не знаю, несмотря на то, что он с недавних пор – мой муж.