Похищенная оборотнем

Глава 14. Тайны Элизабет Бейлер.

Проснувшись, первым делом я бросила взгляд на окно. Собаки уже не было видно, я даже засомневалась, была ли она или мне приснилось.

По ходу, еще довольно рано, хоть и светло. В это время года светает в начале пятого, так что до полноценного утра, раз я уже выспалась, можно почитать. Я сходила в душ, надела платье, которое мне принесли взамен того, свадебного, и полезла под диван.

Выудив дневник, умостилась поудобней и продолжила чтение. Лучше уже заняться чем-то полезным, чем вертеть в голове всякие ненужные мысли.

«Но разве возможно пересечься двум таким силам мощным, как наша и Полоцких? Только никто меня уже не спрашивал. По велению Глеба наложила я чары невидимости и нетленности на поместье его. Да только и не подумал он отпустить меня после выполненной работы. Увидев меня, учуяв мощь мою, силу природную, ведьмовскую да сладкую, остаться велел. Опоил он меня, молодую да неразумную, силы лишил  и соблазнил речами сладкими да ласками страстными».

Опаньки! Да со мной едва ли произошло то же самое, что с Элизабет! Вероятно, и правда, история повторяется.

«Когда пришла я в себя и поняла, что произошло, то прокляла его. Весь род его до последнего колена. Крикнула в гневе, что весь род его не будет знать любви взаимной, что от каждого мужчины в роду будет уходить любимая, и только тогда падет проклятие, когда проклявшая ведьма сама вернется, так как решила я, что удержать меня никто не сможет».

И зачем проклинать весь род? Несправедливо это как-то. И странно. Что, если проклятие до сих пор действует? Вот я понимаю  уже, что Рад - не маньяк и не сумасшедший, просто нашло не него из-за пережитой травмы небольшое затмение. Привлекателен он, нравится мне, ничего не могу сказать. И брат его, Влад, тоже нравится, может, у нас и получилось бы что-нибудь, если бы мы друг друга получше узнали. И всё же в голове одна мысль, что нужно уходить отсюда и уходить навсегда...

«Но взял Глеб меня в плен, и тело мое, и душу. А чтоб не скучала я, велел в полуподвале устроить мне кабинет, куда перенесли все вещи мои и книги чародейские».

Ну, вот, я ж и думала, что так будет! Влюбилась Элизабет в Глеба. Если он был так же хорош, как современные братья Полоцкие, то ничего удивительного в том нет. Мне и сейчас оба они страсть как нравятся. Хорошо, что мне этот дневник в руки попал да глаза раскрыл. С проклятыми лучше не связываться.  Мне, действительно, нужно уходить.

«А я в ту ночь зачала. Поняла я потом, что на свой же род проклятие наложила, но было уже поздно. Силу проклятия моего почувствовали мои родные и пришли за мной, создав прямо в обитель мою подземный ход, так как внешнюю защиту обойти было невозможно. Пришли за мной мать моя, две тетки и сестра старшая. Но, почувствовав, что семя Полоцкого уже дало росток, велели оставаться, пока не родится ребёнок».

И что же это получается? Что эта семейка – именно та ветвь  Полоцких, которая пошла от князя Глеба и ведьмы Элизабет? Интересно девки пляшут...

А в самом начале ведьма писала, то я – ее прямой потомок?

«Что сказать тебе, моя дорогая пра-пра-пра...внучка. За девять месяцев я успела полюбить и тысячу раз пожалеть о том, что не смогу остаться. Глеб оказался не только хорош внешне, как языческий бог, но и страстен, и нежен, и горяч, и добр. Я стала его женой, пусть не венчанной, ни моему, ни его роду христианские обычаи не подходят, но женой суженой, избранной, любимой и любящей».

Во как! Сама прокляла, сама и пострадала... Надо удирать, пока я еще никого не полюбила так сильно, чтобы потом всю жизнь страдать. Не полюбила ведь, а?

«Сегодня я родила чудесного мальчика. И пусть в нем кровь Полоцких, пусть даже он обретет их способности, я люблю его. Но, на днях, едва я встану на ноги, за мной придут ведьмы. И я уже не могу этого изменить. Если я захочу остаться, будет война. Поднимется весь мой клан ведьмовской, а он сейчас довольно силен. Ради спокойствия Глеба, моего любимого, и сына моего новорожденного Ростислава, я уйду. Я уже знаю, что меня увезут в другую страну, я уже знаю, что мне выбрали достойного мужа, у меня будет новая семья, дети. И я никогда больше не увижу ни Глеба, сердце моё, ни сыночка...»

Даже жаль ее, неразумную. Выходит, Элизабет позже вышла замуж, родила детей, и я могу, действительно, быть ее далеким отпрыском. Правда, способностей во мне – никаких, ну, да это неважно. Тогда получается, что Влад и Рад – мои родственники? Правда, очень-очень далекие...

«Я не вернусь, а значит, не смогу снять проклятие, которое сама же наложила на свой род, тянущийся от Глеба».

Наложить – смогла, а снять – не может. Впрочем, могу ее понять, Если родаки – сильнейший ведьмовской клан, то она, действительно, боялась, чтобы не пострадали любимый человек и сын. Но почему ведьмы были против Глеба? Вроде бы неплохой вариант для брака, князь, да и любил ее. Пусть бы вернулась к нему, проклятие бы и пало...

«Я не вернусь, но ты, носительница дара моего, попавшая к Полоцким, не повтори мою ошибку. Может. Сейчас ты в таком же гневе, как была я, ибо мы, ведьмы, свободолюбивы и не любим, когда нам не оставляют выбора. Но, поверь, иногда за нас выбирают высшие силы, необъяснимые и непонятные, и выбор их всегда правилен».

Я, конечно, свободолюбива, и выбирать, с кем быть, хочу сама. Неужели я, и правда, потомок ведьмовского рода?