Антэрмония. Путь к Лагунье

Шаг 1. Порванный круг

Имея незавершённые дела, недосказанные важные слова, люди, перепробовав всё, находят из ряда вон выходящее решение, способное на краткий миг (пускай это даже иллюзия или гипноз) облегчить тот душевный груз, что днями, месяцами, годами (!) тянет вниз, привнося в жизнь непримечательного человека массу неудобств, сожалений и обречённости.

Бросив вызов, делая тяжёлые шаги, ты встречаешься лицом к лицу с первым препятствием — мощным северным ветром; он своей необузданной силой будто призывает тебя отступить. Но окончательно для себя решив преодолевать трудности, вновь и вновь делаешь поистине тяжёлые устремления, подставляя лицо под безжалостные холодные удары, давая понять о своих серьёзных намерениях.

Твоей выдержке можно позавидовать, а несломленному духу — поаплодировать. Не развернувшись спиной, делаешь всё возможное, чтобы невидимый «спутник» позволил наконец-таки добраться до высоких каменных заборов, железная дверь которых кажется на первый взгляд невозможной для использования, но на деле — легкое соприкосновение, толкание вперёд — и вот перед глазами предстаёт узенькая извилистая дорожка, ведущая к старому развалившемуся поместью. По бокам как некстати колючие кустарники; от одного вида хочется скривиться, ведь не только стихия, но и биологическое царство не хочет разрешить тебе преодолеть всё это — лучше вернуться обратно домой, продолжая мучения, но зато не иметь всего этого — неизведанного далее, но нынче кажущегося таким пугающим и непонятным.

Сглотнув и достав из рюкзака любимую чёрную кожаную куртку, надеваешь и спокойно сокращаешь расстояние, оказываясь перед деревянными ступенями. Дверца из-за нагнавшего «спутника» начинает то открываться, то закрываться — не только раздражение приходит от этого гама, но и некоторый страх просачивается, заставляя сердце забиться чуть быстрее. Вздох глубокий, сжимание кулаков — и вот уже решительность не заставляет себя ждать: ты заходишь в чужой дом, столь таинственный, похоронивший в себе массу впечатляющих историй, о которых никто не расскажет, да что там — не напишет. Однако не это важно для тебя, а лишь то, кто солнечными днями, холодными ночами, не изменяя своего положения, смотрит в окно ослепшими глазами, якобы видя мир таким, каким он не может приоткрыться перед простым человеком, вот как ты, для которого паранормальные явления не кажутся чем-то таким реалистичным, лишь вымысел; демоны и ангелы — религиозная выдумка; НЛО — неаргументированная фантастическая сказка, а сам ты — нечто непонятное, взявшееся вследствие эволюции.

Аккуратно ступая по гранитному полу, в некоторых местах которого видны небольшие полосы, расколотые части, доходишь до пустой кухни, спальни, гостиной, не решаясь подать голос или же подняться на второй этаж — интерес превыше всего, плюс некая мыслишка появляется: хозяин поместья мог в данный промежуток времени находиться именно на первом этаже. Тщетно — пусто и нет признаков жизни.

Попрощавшись с нижним этажом, вступаешь на великолепную конструкцию, не тронутую временем — консольную лестницу, с четырьмя удлинёнными, чуть закруглёнными фальшступенями бежевого цвета. Каждый шаг рождает непоколебимую уверенность: за одной из дверей находится хозяин, ради которого и был проложен весь этот тернистый путь. Предвкушение обволакивает тебя, и с присущей быстротой преодолеваешь небольшое расстояние, останавливаясь перед одной из плотно закрытых дверей, каждая из которых вдоль стены похожа одна на другую. Пальцами схватившись за холодную шарообразную ручку, поворачиваешь её — дверь поддаётся; и вот перед твоими глазами новое пространство — светлая комната, но обделённая какой-либо дополнительной мебелью (шкафами, кроватью). У самого окна, по центру, стоит кресло-качалка, в которой расположилась твоя цель.

Позитивная мысль не заставляет себя ждать. Появляется улыбка. Неужели всё — это конец всему?! Не до конца веря, но мысленно поздравляя себя, ты с триумфом подходишь к хозяину (как ты думаешь) — и замираешь. Лицо искажается от ужаса. Волна страха пробегает по телу — рефлекторно отпрыгиваешь; кресло перестаёт качаться вперёд-назад.

Что-то (кто-то?) выбивает окна внизу, и стёкла падают громко на пол, а следом новые разрушения проносятся по первому этажу; но это тебя не заботит: увиденное сейчас куда весомее. Ноги примёрзли. Понимание-то есть — спасаться надо, но сил для реализации просто катастрофически не хватает. Время уходит. Шансы тоже.

Распахиваются окна, «спутник» врывается в комнату и сильным ударом впечатывается в твою грудь, пошатнувшись, чуть не падаешь назад, но, удерживая чудом равновесие, отрезвляешь себя, разворачиваешься и бежишь прочь. Не успевая добраться до выхода из комнаты — видишь, как дверь захлопывается и не поддаётся твоим потугам.

Некогда красивая молодая женщина, в белой окровавленной ночнушке, с выколотыми глазами и зашитым ртом, та самая, которая привела тебя в ужас, встаёт. Мгновение назад — она была мертва. Ты мог бы поклясться. Но сейчас её мертвенно белая кожа приобретает более телесные оттенки, резаная рана на шее затягивается — ты смотришь на неё с диким ужасом. А она медленно подступает к тебе. Расстояние становится настолько мизерным, что протяни руку вперёд, мог бы коснуться её. Хладные ладони, столь обезображенные мелкими порезами, берут твоё лицо в плен; страшно вздохнуть, по телу пробегают мурашки, ноги подкашиваются. Мысль, что это конец, звонко проносится.

Треск. Мощные руки проламываются через дверь, создавая дыры, благодаря которым мертвенной хваткой на уровне живота сжимается твоё тело, не позволяя вырваться. Обездвиженный и напуганный, еле держишься, не теряя сознания, но стоит чужим губам накрыть твои — эти пропитанные кровью шерстяные нитки оказываются во рту, — как мир перед глазами расплывается: наступает темнота. Спокойствие. Спасение…?!