Сквозь океан

Инквизитор и ведьмы. #10

Эти слова слышали уже все члены команды, так как инквизитор выскочил из каюты, словно фурия из пещеры. Силы его тут же покинули, — такой приступ агрессии не прошёл даром, — и он рухнул на палубу.

Земля, что раскинула просторы перед взором мореплавателей, разительно отличалась от неприветливого и засушливого Ржавого острова, почти всю площадь которого занимала бесконечная пустыня. Этот остров полностью покрывала сочная зелень, и он казался просто райским уголком в безбрежном океане. Многочисленные зелёные леса, пошатывая кронами деревьев, словно солдаты, стоящие на посту, облюбовали все маломальские открытые места острова. Остальное место, где не прорастали деревья, занимали либо кустарники, либо высокая трава. Но самой главной достопримечательностью, видимой даже издалека, являлось одиноко стоящее большое дерево. Нет, оно оказалось не просто большое, а огромное. Его крона по размерам могла быть сопоставима с небольшим островом в океане. Таких деревьев в мире больше не существовало. Оно стало визитной карточкой острова. Поговаривали даже, что сам остров — это лишь корни могучего древа. Дерево странным образом влияло на всю растительность в округе. Трава росла выше обычного, кусты порой вырастали лишь за день, а деревья завершали свой цикл от саженца до громадного дерева за пару тройку лет. Необычно, плодородный остров, и неудивительно, что на этих землях проживало полным-полно людей, строились города и рождались одна за другой деревни. Здесь всё процветало, и даже человек чувствовал какой-то странный прилив сил, что давало дерево.

В середине острова, словно капля чёрных чернил, выделялся прибрежный город. Большой, даже по меркам городов соседних районов, он по праву носил звание нового центра всей торговли в регионе.

По всему видно, что население, проживающее в нём, многочисленно, и океан — это не просто часть его жизни, а его жизнь вообще. В его глубинах местные рыбаки ловили рыбу, крабов и других обитателей морского дна, — прибрежье усыпано суднами всех возможных размеров. Около причала, вдоль побережья, протянулась главная торговая улица города. Издалека на ней можно увидеть разноцветье магазинов, местных забегаловок и торговых рядов. В отличие от приземистых домов Ржавого острова, здешние здания достигали в высоту несколько этажей, самым крупным из которых была пятиэтажная башня, разительно выделяющаяся даже в этом технологичном городе, построенном из дерева и металла. Башня принадлежала дереводобывающей компании «Прометей», о чём говорила огромная броская надпись на её крыше.

Бесшумно корабль с женским именем Камилла подошёл к городу с воды, словно человек, подкрадывающийся к другому со спины на цыпочках. На причале, полным-полно рыбаков, и их гомон смешивался с криком чаек, пытающихся поживиться лёгкой добычей. Никто не обратил внимания на маленький по местным меркам кораблик. Все заняты своими делами: грузили рыбу, пойманную за день, перетаскивали грузы в трюмы кораблей. Главным грузом, конечно же, являлась древесина. Деревья этого острова ценились качеством, и поэтому их охотно закупали даже острова, находившиеся на дальнем рубеже цивилизации. Древесина находилась везде: на телегах, на палубах небольших баркасов и в трюмах огромных грузовых судов, на причале и на плечах уставших грузчиков порта. Здешние люди ценили деревья и даже в каком-то роде поклонялись им и благодарили за неоценимую помощь в процветании людей на острове.

На палубе Камиллы тоже стало оживлённо. Капитан Кресто ловко раздавал команды направо и налево, хотя по сути в них нет особой необходимости. Монти и Кросс и без капитана знали все тонкости швартовки корабля к очередному причалу на их долгом пути.

— Швартоваться правым бортом! — крикнул капитан.

Кросс стоял на носу корабля, расчехлял вьюшку и смотал с них достаточное количество швартовых тросов. Паруса предварительно убраны, а швартовочные канаты ловко сброшены на деревянный настил причала. Монти одним прыжком преодолел расстояние между бортом корабля и причалом и с шумом приземлился на ноги. Взяв в руки брошенный ему с корабля канат, Монти начал закреплять трос на береговом пале. Сбросив якорь, капитан Кросс схватился за бортик руками. Камиллу чуть дёрнуло, и корабль совсем немного проплыл по инерции вперёд, прежде чем остановиться.

Переведя дух, Монти радостно похлопал рукой о руку, после чего устало помахал коллеге, оставшемуся на корабле.

— Вот и приплыли, — Кросс не сдерживал радости от вида земли, города, магазинов, людей, баров и вообще какой-либо цивилизации. Его глаза ужасно устали от вида бесконечного океана, — наконец-то!

— Кросс, трап поставь, — оборвал его радостный порыв капитан.

Установив трап, все трое оказались на причале. Ноги приятно гудели, стоило избавиться от океанской качки. Любой человек, как бы он ни любил океан, всегда рад земле, ведь всё-таки человек — существо не водоплавающее, и его природная стихия — это суша. Поэтому для команды нет счастья больше, чем вновь ощутить её под ногами. Матросы с Камиллы радостно пожали друг другу руки, и даже капитан Кресто, не показывающий особой радости, чуть улыбнулся, вдохнув приятный свежий воздух зелёного острова.

Находясь в кровати, Эдвард Ньютон вдруг наконец понял, зачем Кросс недавно заходил к нему в каюту и от чего вся эта тряска и шум наверху. Они приплыли и только что бросили якорь у очередного острова. От одной этой мысли морскую болезнь сняло как рукой и, найдя в себе последние силы, молодой инквизитор наконец встал с кровати и выпрямился в полный рост.

— Закончилось, — выдохнул он, не ощущая больше жуткой качки открытого океана.

Набросив на плечи чёрный мундир, умывшись и приведя себя в порядок, инквизитор наконец-то готов ступить на сушу. Но это оказалось не так просто сделать, ведь за время морского путешествия он сильно ослаб. Цепляясь руками за стены и еле-еле продвигаясь к выходу из каюты, Эдвард останавливался, делая долгие передышки, собираясь с новыми силами, и только после отдыха он потихоньку продолжал собственный путь. Двери каюты противно скрипнули, раздаваясь в голове невыносимой болью, а в глаза ударило яркое, направленное прямо в лицо солнце, движущееся к закату. На глазах проступили слёзы, свет мешал сосредоточиться и найти правой ногой нужную ступеньку. Тело по инерции качало, взгляд затуманивали многочисленные белые пятна, хаотично скачущие вверх и вниз. Эдвард остановился. Ему нужно привыкнуть к этой новой среде. Подул прохладный вечерний ветер, принеся с собой запах мокрых листьев, скошенной травы и ароматы местных ресторанов с причала. Неожиданно живот заурчал. Эдварду наконец-то захотелось есть, а это означало только одно: организм молодого человека наконец справился с морской болезнью. Постояв ещё минуту с закрытыми глазами в проходе, инквизитор первого уровня полностью надел чёрный мундир, застегнул его на все пуговицы и небрежно рукой поправил растрёпанные чёрные волосы. Он готов к встрече с новым островом.