Богиня не может ошибиться

Ч. 1 Гл. 2

Глава 2

- Он обязан вернуть мое приданое! – твердо сказала Росета не только отцу, но и его первому Советнику. – В том, что Богиня расторгла наш брак, полностью вина короля Ингора! Я хочу получить компенсацию за боль и унижение, которым подверг меня супруг. Полтора миллиона леев, такова сумма компенсации! - Однако, увидев, насколько эта цифра поразила и отца и советника, Росета сразу же подсказала выход: - Если сумма для короля Ингора покажется слишком большой, я предлагаю ему компромисс. Он выплачивает пятьсот тысяч лей и отдает мне кулон с запечатанной в нем кровью Дракона. Мне кажется, что для Ингора это очень выгодная сделка.

И вот уже через несколько часов на прием к королю Ингору прибыла делегация из Лигарии.

- Почему они рвутся на прием ко мне? – с раздражением спросил Ингор своего советника. – Пусть идут к королеве, заодно утешат ее и порадуют, - не скрывая насмешки, продолжил король. Его советник, прекрасно осведомленный о том, что происходит между королем и королевой, льстиво засмеялся над шуткой монарха. И все же Ингору пришлось принять делегацию - уж слишком настойчиво они добивались его аудиенции.

- Ваше Величество, - торжественно начал высокий седой старик, возглавляющий делегацию лигарийцев, - позвольте Вам вручить список требований…

- Что-что-что? – гневно воскликнул Ингор. – Каких еще требований?!

- Список требований Вашей бывшей супруги, королевы Росеты. Поскольку она считает, что ваш брак распался…

- Что Вы такое говорите, - перебил его Ингор – какой брак распался?!

- Ваш брак, - твердо сказал старик. – Королева Росета вернулась в королевство своего отца после того, как Богиня расторгла Ваш брак, позволив ей снять свой брачный браслет.

Король Ингор отдернул манжет и прикоснулся к брачному браслету. Тот свободно соскользнул на его кисть. Ингор смотрел на это украшение, и до его сознания никак не доходило, что только что случилось.

- Королева Росета требует материальной компенсации за причиненные ей унижения и оскорбления. Сумма компенсации полтора миллиона лей.

- Что?! Сколько?! – наконец, немного пришел в себя Ингор.

- Полтора миллиона, - с достоинством повторил старец. – Но она готова вместо одного миллиона принять кулон с запечатанной кровью Дракона, что хранится в Вашей сокровищнице.

- Об этом не может быть и речи, - резко ответил Ингор. – Этот кулон хранится в моей семье несколько столетий, и я не вправе отдавать его кому бы то ни было. Что еще хочет получить королева, вернее, бывшая королева Росета? – достаточно ядовитым тоном спросил Ингор.

- Все земли, что отошли Вашему королевству в качестве ее приданого, должны быть возвращены, - скучным тоном продолжал глава делегации, - все Порталы, связывающие наши королевства, будут уничтожены. - При этих словах Ингор обеспокоенно взглянул на старика, не оставалось никаких сомнений, что для него это была очень неприятная новость. – Портал в королевском дворце будет уничтожен немедленно, как только будет получена вся сумма. Северный и Восточный Порталы будут открыты еще месяц, чтобы все подданные вашего и нашего королевств могли вернуться домой, успев урегулировать свои проблемы.

- Свое решение я объявлю завтра, - перебил его Ингор, показывая таким образом, что аудиенция окончена. Старик поклонился, и вся делегация лигарийцев немедленно удалилась. Ингор и после их ухода в каком-то оцепенении продолжал неподвижно сидеть, глядя в одну точку. То, что он только что услышал, никак не доходило до его сознания. Росета больше не его жена. Богиня разорвала их союз. Все Порталы, которые были фактически самым главным в приданом, полученным в результате брака с Росетой, закроются.

Из этого состояния его вывело легкое покашливание Советника, намекающего, что у него к королю есть вопросы. Ингор резко взглянул на него.

- Ты знал об этом? – грозно спросил он.

- Нет, Ваше Величество, - испугано ответил советник. – Думаю, что об этом никто не знал.

Ингор сорвался с места и бросился в покои королевы. Открыл дверь и застыл на месте. Росета забрала с собой все, что хоть сколько-нибудь напоминало о ней. Особенно Ингора поразил их общий портрет, что висел в будуаре его жены. На портрете они были изображены оба, но разделённые вазой с роскошным букетом цветов. Так вот, Росета отрезала свой портрет, и теперь в раме красовался один Ингор. Неизвестно почему, но от созерцания себя на портрете одиноко стоящим и бессмысленно смотрящим куда-то вдаль (как художник ни просил, чтобы они с королевой смотрели друг на друга, Ингор этого делать не захотел), у него впервые тоскливо сжалось сердце. Он резко тряхнул головой, отгоняя это странное наваждение, и приказал собрать министров, чтобы решить, что делать в этой ситуации. Ингор знал, что произошедшее сильно ударит по экономике страны, и поскольку он один был во всем виноват, то эта мысль наполняла его злобой и агрессией. Ингор не любил и никогда не признавался в своих ошибках, предпочитая искать виноватых на стороне. Вот и теперь должны были пострадать: охрана, вовремя не доложившая, что все вещи королевы переносятся к Порталу, личные фрейлины королевы, которые просто обязаны были видеть, что происходит, ну и секретная служба, которая вообще должна была знать все и обо всем.

И опять же он понимал, что своим пренебрежительным, презрительным отношением к жене он подал пример подданным, относится к ней так же, как относился он сам. Именно поэтому фрейлины являлись к его жене, если она только просила их об этом, передавая свои просьбы через личную служанку, что было просто таки вопиющим нарушением этикета. И охрана покоев королевы частенько отсутствовала, что вообще было преступлением, о котором, однако Ингор знал и смотрел на это сквозь пальцы.

Наказания, что понесли виновные, были суровы. Всех фрейлин отправили в захудалые поместья, расположенные в глуши. Ингор отправил их всех без малейших угрызений совести. К его бывшей жене в качестве фрейлин были приставлены самые сварливые самые ленивые и самые докучливые выдры, каких только удалось найти. К тому же все они были такими уродинами, что ни о каких любовных интрижках ни с одной из них не могло быть и речи.
Капитана стражи разжаловали. Поскольку он не удосужился никого поставить стражу у покоев Росеты.
В тайной канцелярии также немало голов полетело. Если бы Росета плела интриги или изменяла супругу, с нее бы не спустили глаз. А так... более добропорядочной королевы трудно было себе и представить. Ее верность мужу ни у кого не вызывала сомнения. И еще она сразу показала, что считает королевство мужа своим домом для блага и процветания, которого приложит все свои силы. Так что политических интриг от нее тоже не ждали. Вот и получилось, что никто не видел, как королева собирала вещи, готовясь покинуть мужа. Хотя тот момент, кода она бежала к Храму не замечая никого, видели многие, но кроме насмешек, это ни у кого, никаких подозрений не вызвало.