Если хобби — охота на монстров

1

В лесу жарко и влажно, день слишком теплый для начала октября. Воздух не шелохнется, желтеющие листья даже и не думают осыпаться. Я припадаю к земле, рассматриваю полосы, расчертившие влажную грязь. Читаю эти своеобразные следы. Тяжело-то как! Еще не полдень, а в комбинезоне уже парко, волосы прилипают к вискам и шее, коса напоминает мочалку. Пот струится мелкими каплями по спине, скапливается над верхней губой соленой влагой. Даже носки мокрые. И только синкромеха не скользит в руках: ей и не положено.

Вокруг меня чудесный лес, просто загляденье. Деревья — как высокие исполины, так и совсем тонкие веточки — все с ровными стволами и равномерно обросли мхом, все лето радовали глаз редких туристов, а теперь лениво роняют листья, когда пробегаю мимо. Я сегодня вместо лёгкого ветерка. Под ногами хрустят листья и иголки, земля плотная, черная, подходящая для роста трав. Но полноценного дождя нет уже которую неделю и по прогнозам синоптиков пока не предвидится. Где-то ходят осенние грозы, но не здесь.

Я останавливаюсь, отпиваю из фляги все ещё прохладной воды и оглядываюсь. Места и правда почти нетронутые: туристических маршрутов поблизости нет, зато есть озера в паре километров к северу. Здесь только грибники и ходят, чтобы набрать полные ведра сезонных грибов. Точнее, ходили до недавних пор. Пока что-то не повадилось грибниками закусывать. Я снова нахожу следы, которые оставила тяжёлая тварь с длинными когтями. Грибник ей годится на завтрак с обедом, но не больше.

Снова до меня доносится крик всполошенных птиц. Я прислушиваюсь. Вряд ли смогу распознать птицу по крику, но их поведение может подсказать, где опасность. Я верю своему чутью, срываюсь в сторону птичьего гомона и не прогадываю. Совершенно новый звук — низкое шипение — для меня куда как понятнее, этого монстра я распознаю с трёх нот.

Я активирую меху и крадусь в сторону звука. Ну наконец-то! Мы уже не первый час выслеживаем друг друга. Я — монстра, он — меня. Так уж получается, что, выбирая из нескольких возможных обедов, чудовище скорее предпочтет того, кто владеет синкромехой. Может, чуют остатки подобных себе существ, может, нравится добыча, которая способна за себя постоять.

В этот раз я успеваю заметить своего преследователя раньше. Игра простая: кто первым учел, тот и молодец. Настигаю свою добычу в расщелине. Достаточно одно взгляда, брошенного мельком на источник звука и пространство вокруг, как становится понятно, что делать дальше. Монстр стоит на ровной полянке, почти идеальной для моего плана. Действительно удача, ведь через несколько метров земля уже не такая ровная, а чуть дальше и вовсе овраг. Для усиленного синкромехой охотника не проблема очень быстро взобраться на дерево и спустя секунду прыгнуть сверху на добычу, направив атаку в сторону от оврага. Такой бросок — сущий суицид. Но я проворачиваю это почти машинально. Атака сверху – лучший вариант в этом случае, ведь лешак — чудовище страшное, но тупое и слишком неповоротливое. Даже если и заметит, то не успеет отреагировать.

Шея монстра толстая, покрытая темной, похожей на древесную кору кожей. Если не знать, куда бить и чем бить, то справиться сложно. Мой нож входит в нее как в масло, чуть сбоку от выпирающего позвоночника. Там есть несколько пятен, где шея менее защищена «корой» в угоду подвижности. Я надавливаю до упора, проворачиваю оружие в ране, а в следующий миг отпрыгиваю назад как можно дальше.

Из дыры хлещет темная жидкость, заменяющая лешакам кровь, но ранить такого монстра — это только начало. Меха в моей руке превращается в алебарду. Так будет удобнее отгонять лешака от себя, ожидая, пока он выбьется из сил и даст возможность ударить по второй уязвимой точке в плотной шкуре — впадине под передними лапами. Можно, конечно, подождать, пока он сдохнет от потери крови, но лешаки выносливые, бегать от него придется очень долго. Я быстрее устану, чем он сдохнет.

Наконец удается отбить атаку чудовища так, чтобы оно потеряло равновесие. Я вижу шанс и молнией бросаюсь вперед, меняя форму оружия. Узкий длинный клинок находит нужную впадину, почти самостоятельно впивается в тело монстра, уходя внутрь на половину длины. Прилагаю немного силы, вгоняя эсток по самую рукоять и тут же вытягивая его наружу. В следующий момент лешак будто сходит с ума, размахивая конечностями и вопя. Точно как по учебнику.

Эти твари практически не чувствуют боли, особенно в верхнем слое мышц, сверху покрыты твердой броней-кожей, почти не реагируют на давящие и дробящие атаки, не замечают легкой кровопотери. Но если погрузиться в нужном месте глубже острым клинком, особенно если попасть в нервный центр… Тогда чудовище буйно и быстро умирает.

Какое-то время я сижу в стороне и расслабленно чищу синкромеху от крови монстра. Довольная, деактивирую ее, и эсток становится туманным образом. Я еще не настолько продвинута, чтобы деактивация проходила мгновенно. Хорошо хоть смена формы занимает до секунды, редко когда больше. Но ради этого я и тренируюсь.

В этот момент мне на глаза попадается туша лешака. Вспоминаю, что такого трофея в моей коллекции нет. Почему бы не отпилить часть шкуры? Потом в суматохе могут и не дать этого сделать. Так что синкромеха не деактивируется до конца, а превращается в нож. Эта случайность спасает мою жизнь. Она и долгие тренировки с Артуром. Он — наш командный телекинетик, то есть владелец паранормы с возможностью левитации предметов. Я ему помогаю увеличить количество одновременно контролируемых объектов, а он мне — отбивать летающие в воздухе гвозди, ручки, карандаши, деревяшки и другой мусор. Пригодилось!