Плохой, жестокий, самый лучший

10

Рита увидела его издали. Он стоял у входа, стоял не один. Рядом с ним топталась какая-то девица. Высокая, худая и тоже блондинка. У Риты всё внутри оборвалось. Даже идти расхотелось, но тут Явлегин её заметил и, распрощавшись с девицей, направился к Рите.

— Привет, Загорецкая.

— Привет, Явлегин. Я, случайно, не помешала? А то, гляжу, ты уже нашёл себе компанию, — от злости Рита даже волноваться почти перестала.

Явлегин вскинул бровь:

— Ревнуешь?

— Очень надо!

Он лишь усмехнулся. И руки не подал, как вчера, до дверей просто шли рядом.

Не так она себе рисовала свидание с ним. Совсем не так...

Вспомнился Игорёк. Когда у них всё только начиналось, он её буквально цветами забрасывал, а здесь, вместо самого жалкого букетика — какая-то девица. Да и сам Явлегин — вроде вот он, рядом. Но нет той душевной близости, что чувствовалась вчера. Даже куртку не принял, пришлось самой раздеться и сдать в гардероб.

Рита угрюмо проследовала за ним к кассам, подождала, пока он купил билеты.

— Тебе попить, поесть ничего не надо? — поинтересовался он небрежно, кивнув на аппарат с попкорном.

Рита, не пытаясь скрыть разочарование, покачала головой.

— Нет, спасибо. Я не люблю, когда в кино чавкают.

Он снова усмехнулся. Можно подумать, она говорит какие-то нелепости!

Окончательно настроение испортила та девица. Она снова подплыла к Явлегину, и они принялись обмениваться недвусмысленными фразочками.

Рита почувствовала себя совершенно несчастной. Ну разве это нормально: пригласить девушку в кино и при этом откровенно флиртовать с другой?

— Познакомься, Настя. Это Рита Загорецкая, моя одноклассница.

Уязвила её эта «одноклассница».

«А кто я ему, собственно?» — пыталась урезонить себя Рита. Но казалось, что этим словом он перечеркнул всё то, что случилось между ними вчера.

Настя, едва взглянув на Риту, продолжала ворковать с Явлегиным. Рита же, напротив, рассмотрела её с головы до ног. Малолетняя халда — так про себя её окрестила. Если приглядеться, эта Настя казалась на год-два младше их, но тонна косметики сглаживала разницу. Одета в дешёвый китайский ширпотреб, причём броско и безвкусно. «Я бы скорее умерла, чем вырядилась в такое барахло». И блондинка не натуральная, пергидрольная, не то что она, Рита. Ещё и жевала девица не переставая. Нет, эта Настя ей решительно не нравилась. Да их даже сравнивать нельзя — небо и земля. Глупо к такой ревновать, смешно и глупо, и всё же… Скорее бы уже она убралась отсюда!

— Ну ты забегай, если что, — протянула Настя, напоследок выдула и смачно лопнула мутный пузырь. Наконец ушла.

— Подружка твоя? — убитым голосом спросила Рита.

— Знакомая. В соседнем доме живёт. Дэна двоюродная сестра, помнишь такого? — И снова эта проклятая усмешка. Зачем он её позвал? Издеваться?

— Очень бы хотелось забыть, — хмуро проговорила Рита.

— Зачем? Наоборот, помни и в другой раз не прыгай в чужие тачки.

Они заняли места в последнем ряду. Рите уже не хотелось никакого фильма.

«Лучше бы и правда пошла на тренировку. И даже у Чепурновых было бы лучше, чем так…»

Погасили свет. Рита бездумно просмотрела рекламу, и вдруг её словно укололо.

Ещё не ведая, что её так встревожило, она интуитивно вытянулась и напряглась. Чуть повернувшись, увидела, что Явлегин смотрит совсем не на экран. Его взгляд обжигал даже в темноте. Внутри тотчас всё задрожало. Только она открыла рот, чтобы хоть что-то сказать, как он наклонился, уверенно обнял одной рукой и приник к её губам. Целовал он жарко, страстно, изгоняя мрачную тоску, что тесным обручем сковала сердце, и наполняя душу радостным трепетом.

Рита, в первый миг оцепеневшая, словно оттаяла, заражаясь неистовым пламенем и отзываясь на его поцелуи. Казалось, весь мир исчез, остался только этот миг.

После сеанса Явлегин опять вёл себя как ни в чём не бывало, хотя у Риты в голове всё плыло и ноги еле двигались. Куда делся его пыл? Словно после поцелуев он избавился от напряжения, от накала страсти и… освободился. Правда, и такой он казался ей близким. Почти родным. По крайней мере, сейчас ей с ним было легко, как ни с кем и никогда.

— Ну что, Загорецкая, домой или ещё побродим?

Рите показалось, что в насмешливых зелёных глазах промелькнуло нечто похожее на надежду. Он не хотел, чтобы она уходила? Ей и самой совсем не хотелось идти домой, но и признаться, как с ним хорошо, она не могла. Хотя разве обязательно в этом признаваться?

— Может, всё-таки в аэрохоккей сыграем? — предложила она.

— Давай, — охотно согласился он. — Посмотрим, как ты меня сделаешь.

Он вдруг взял Риту за руку, крепко сжав ладонь, и потянул к эскалатору.

— Я в детстве обожала кататься на эскалаторе, — улыбнулась Рита. — Могла двадцать раз туда-сюда...

Явлегин улыбнулся ей в ответ.

Несмотря на довольно поздний час, в зале игровых автоматов народу было полным-полно.

— Давай я куплю жетоны? — предложила Рита.

Его улыбка вмиг погасла, в глазах появился холод.

— Я просто хочу отблагодарить тебя за всё, что ты сделал, — поспешно добавила она, — но не знаю как. К тому же это моя идея была.

— Глупости не говори, Загорецкая. И чтобы я больше такого не слышал.

Рите стало неловко, хотя ничего дурного она в виду не имела и уж точно не хотела как-то унизить или оскорбить Явлегина. Откуда ей было знать, что он так болезненно воспримет вполне невинное предложение? Игорёк, конечно, тоже всегда платит и за себя, и за неё. Но то Игорёк, он денег не считает. А вот Дашкин Славка, например, наоборот, только рад погулять за чужой счёт.

«Хорошо, что я не предложила заплатить за молчание», — вспомнила Рита.

Лишь в последний, восьмой раз Явлегин позволил ей выиграть, а ведь прежде Рита и правда всех «делала» в аэрохоккей. Правда, она подозревала, что он поддался, уж больно расслабленным и благодушным выглядел. Но всё равно приятно.