Девушка с мольбертом

Девушка с мольбертом

Вчера Маша вернулась из путешествия по Германии и Франции - удивительного путешествия. Сразу разобрать вещи она не смогла - слишком устала. Поэтому Маша только сегодня принялась стирать вещи и разглядывать ворох билетов и открыток из внутреннего кармана чемодана. В одном из карманов рюкзака она нашла скетчбук, в котором делала портретные наброски во время путешествия. Маша налила себе ромашковый чай, села у окна и принялась листать блокнот. Она вспоминала тех людей, с которыми ее столкнула судьба.

*****

«Девушка с мольбертом собиралась в Париж

В черном платье из шёлка. Нет, ты звездишь,

Рассказчик, всё было иначе –

Она отправлялась в Нью-Йорк с бутылкой виски в придачу», - пела в наушниках у Маши группа «Ундервуд».

«Ну не в Нью-Йорк, а в Дрезден. И без бутылки виски, а со стаканом кофе», - подумала она, улыбнулась и поправила ремень сумки с мольбертом на плече. Маша перехватила поудобнее чемодан и направилась в зону ожидания самолетов. Ее рейс на Дрезден немного задерживали, и она принялась разглядывать пассажиров. Наверное, только настоящий творец может вдохновляться суетой аэропорта или шумом городских улиц. Маша недавно закончила художественный институт им. Сурикова и сейчас собиралась в небольшое путешествие по Германии и Франции. До начала посадки оставалось почти полтора часа. Маша допила кофе и достала скетчбук. Как у настоящего художника, у нее всегда был наготове блокнот для зарисовок.

Аэропорт жил своей жизнью. Такие же, как и она, путешественники ожидали свои рейсы. Люди читали, спали, вели неспешные разговоры. Несколько детишек с шумом играли в догонялки. Одна бабушка сосредоточенно вязала. Молодой хипстер громко выяснял отношения по телефону.

Внимание Маши привлекла одна малышка. Она не бегала с другими ребятами, а стояла возле кресла и играла с фигурками героев из мультфильма «Смешарики». Очень громко играла! Девочке было примерно два-два с половиной года. Невысокая и тоненькая, даже хрупкая. Светлые, тонкие волосики завивались в беспорядочные колечки. На курносом носике сидели сидели очки. Нет, не модные солнцезащитные, а те, которые носят для улучшения зрения. Розовая оправа и толстые линзы делали глаза малышки больше, чем они были на самом деле. Карие, яркие, с угольно-черными зрачками, они немного косили. Это это ничуть не портило ее. Когда малышка смотрела вдаль, то сильно щурилась. Плохое зрение не мешало ей весело щебетать с пластиковыми фигурками любимых героев. Рядом сидели родители и что-то обсуждали.

Маша хорошо видела лицо девочки, ее живую мимику и сияющие глазки. Малышка просто светилась радостью. Маша достала карандаш и стала рисовать. Несколько быстрых движений и на листе блокнота стал появляться портрет смеющейся крошки. Маша так увлеклась, что не заметила как за ней стала наблюдать мама девочки.

- Простите, вы рисуете мою дочь? - обратилась к Маше молодая женщина.

Маша уставилась на нее. Иногда, когда она увлекалась рисованием, то отключалась от внешнего мира. Видела перед собой только тот объект, который пыталась перенести на бумагу. Так случилось и сейчас. Маша не сразу поняла где она находится и что от нее хотят.

- А, да? Вы мама этого глазастого чуда? - спросила она и дружелюбно улыбнулась.

- Ничего, что я ее рисую? Она у вас такая чудесная. А глазки - просто потрясающие. - защебетала Маша.

Женщина скривилась и выдавила:

- Уже ничего. Но надо было сперва спросить.

- Постойте, не уходите, - Маша вскочила вслед за женщиной. - Вы обиделись? Я вас огорчила?

- Нет, что вы. Все в порядке. - нехотя ответила женщина.

- Можно я закончу набросок? У вас такая красивая дочь! Как ее зовут? - Маша хотела развеселить, порадовать эту грустную маму.

- Лиза. Да, конечно. Рисуйте. Я потом сделаю фото, хорошо? - поинтересовалась мама девочки, - У нас нет портрета в очках. Надеюсь уже и не будет.

Маша подсела ближе к малышке и продолжала ее рисовать.

- А вы куда летите? - поинтересовалась Маша.

- В Кёльн. - ответил папа Лизы.

- Отдыхать будете? - не унималась Маша.

Родители Лизы переглянулись.

- Нет. Мы на операцию летим. Там хорошая клиника есть. - тихо ответила мама малышки.

Маша отложила скетчбук и повернулась к родителям Лизы.

- Операция? Что-то серьезное? Простите, если не хотите, не говорите, - Маша покраснела и смутилась. Она всегда краснела, когда случайно узнавала слишком личные подробности чужой жизни.

Лиза подбежала и прощебетала:

- Ой, апять упали! Ма-ам, апавь аки.

Женщина, как потом оказалось ее звали Дарья, поправила дочке очки и попросила супруга сходить с малышкой за водой.

- Мы из Крыма. Летим на очередную операцию для Лизы. Будем вставлять искусственные хрусталики.

- Хрусталики? - переспросила Маша.

- Да. У Лизы врожденная катаракта. Узнали, когда ей было 3 месяца. Я пришла с дочкой на очередной осмотр к педиатру. Доктор спросила как давно у Лизоньки нистагм. Я ответила, что несколько дней. Доктор тут же завела нас в кабинет к неврологу. Я так испугалась! Но, невролог, внимательно посмотрела Лизу и сказала, что мы «не ее клиенты», - Дарья горько усмехнулась.

- А что такое «нистагм»? - спросила Маша.

- Это значит, что глаза «бегают» в разные стороны, как на шарнирах. - объяснила Дарья.

- Ясно. А что дальше?

- А дальше нас отвели к офтальмологу. В темной комнате, женщина-доктор чуть за пятьдесят, посветила моей дочке в глаза фонариком. Затем еще раз посветила и сказала: «Мамочка, так она у вас не видит. Катаракта на оба глаза. Вы что, сами не заметили, что ли?». У меня все упало! Я тогда почти ничего не знала о таком диагнозе. Но точно знала, что если не лечить, то человек ослепнет. Я спросила что же делать. Офтальмолог ответила, что только оперировать. И чем быстрее, тем лучше. Наверное на эмоциях, я спросила: «А завтра можно? Сколько стоит?». Доктор смотрела на меня, как на дурочку. Затем включила свет, усадила и объяснила что и как нам предстоит сделать. - по щекам Дарьи текли слезы.