Элемента.М

Глава 33. Предсказание

Они выпили кофе. Ева рассказала им историю с чудесным спасением Светки Васькиной. И в закатных лучах солнца Еве представилась возможность увидеть портрет Анны Гард во всей его красоте. На улице становилось все темнее и темнее, а Дэна с Викторией так и не было. Ева уже даже перестала делать вид, что не волнуется. Она не могла сидеть и нервно ходила по комнате кругами. Комната была большой, и круги получались приличные, но и их Ева сделала уже не один и не два. Изабелла уже перестала ее уговаривать, потому что и сама начала волновать. Нервничать стал даже Арсений.

- Я думаю, надо за ними идти, - наконец, сказала Ева, когда это ожидание стало для нее просто невыносимым.

- Да, - согласилась Изабелла, - только переобуемся. Еве думать мешала излишняя эмоциональность, Изабелла же, наоборот, старалась думать, чтобы заглушать эмоции.

И когда девушка уже ушла в прихожую за обувью, они, наконец, вернулись.

Дэн появился, держа Викторию на руках и Ева хотела немедленно броситься ему на шею, но за шею его уже обнимала другая девушка. Когда же он бережно опустил свою ношу на диван, еще две вещи не позволили ей это сделать: Дэн вернулся босиком и оба они были счастливы. И мысль о том при каких обстоятельствах он мог снимать свою обувь, а возможно, и одежду, жгла ей душу. Она дежурно улыбнулась, но он, казалось, ее вообще не заметил. Он упал рядом с Вики на диван и откинулся на мягкую спинку.

- Фууу-х! Как же я устал!

Ева, застывшая рядом со ступеньками в столовую, если не превратилась сейчас в соляной столб, то наверно, потому, что смотрела на эту парочку в упор, а не оглянувшись. Хотя желание уйти, а лучше убежать без оглядки возникло как-то само собой.

- Дэн! Слава Богу! Мы уже собирались за вами идти, - воскликнула Изабелла, опуская на пол Евины сапоги, в руках с которыми она вошла в зал.

Она была со спины от Дэна, и он вывернул было шею, чтобы на нее посмотреть, но Белка стремительно пересекла комнату и нависла над ним, распластанным на диване, как коршун над добычей, отлично справляясь с ролью сварливой жены.

- О чём вы только думали? – сказала она, словно вколачивая в него каждое слово отдельно.

Дэн поморщился от ее голоса, хотя она говорила четко, но не громко.

- Бэл, не пыли!

- Мы же волновались! – не сдавалась девушка.

- Скажи еще - все окна проглядели, - улыбнулся Дэн, с трудом оторвался от мягкой спинки, и завалившись вперед, с интересом уставился на свои босые ноги, - О, я, кажется, тапочки там забыл!

И он с недоумением посмотрел на Викторию, которая, в ответ только пожала плечами и глупо хихикнула. Потом он убрал свои ноги, посмотрел под ними, потом встал, слегка отодвинул Изабеллу за плечи, как мешающий ему предмет, и осмотрел пол вокруг нее.

- Ты не знаешь, - обратился он к Изабелле, - я пришел в тапках?

- Не знаю, - сказала она резко и недовольно.

- А уходил в тапках? – и он поднял голову и глаза в глаза встретился взглядом с Евой, которая за время его поисков подошла и оперлась на диван напротив него. И он улыбнулся ей как-то рассеяно и тут же отвел глаза.

Обстановку разрядил Арсений, неожиданно возникший рядом с Евой.

- Дэни, дорогой! – сказал он весело, - Скажи мне, что вы пили?

- Сеня, не спрашивай! – сказал Дэн, снова усаживаясь на диван, - Я не знаю, что это было, но очень болит голова. И ведь неудобно было отказаться! И, главное, легко так пьется, как квас. Медом пахнет.

- Сочувствую, брат! – Арсений подошел и похлопал его по плечу. В ответ Дэн икнул.

- Фууууу, - замахала рукой перед носом Изабелла, - вот теперь и я почувствовала. Мед в этом пойле точно есть. Вики?

Она наклонилась к девушке, но та под шумок уже тихонько задремала, свернувшись на диване калачиком.

- А нам говорили, что в эти средние века ничего крепче вина не пили, - повернулась Белка к Еве, в недоумении разводя руками, и обратилась к Арсению, - давай-ка мы его уложим, а то он сейчас прямо так вырубится.

Ева посмотрела на беспомощно заваливающуюся голову Дэна и поспешила к ним на помощь. Дэн не возражал, не вырывался, даже говорил не громче обычного, только повторял, что им надо узнать что-то очень важное. Но его не слушали, укрыли пледом, и он затих.