Отогреть лирамцев

Глава 4

Настасья

— Анастасия Андреевна, Малика Хаисовна, проходите, садитесь, — моё бывшее начальство хмурилось, что ему было несвойственно. Обычно он держал на лице маску спокойной доброжелательности. Но не сегодня. Неужели настолько я его достала? — У меня к вам обеим есть деловое предложение. Я знаю, что вы дружите, поэтому принял решение не разлучать вас.

Глядя в глаза начальству, чуть не ляпнула: «решил убрать вас обеих разом», переводя его фразу на нормальный русский язык, без всех этих этических витиеватостей и, как итог, отклонения от правды.

Но я всё же сдержалась, а Малике вообще было не свойственно много болтать перед начальством. И вовсе не потому, что боялась или так сильно его уважала, а потому что предпочитала сперва всё выслушать, потом хорошенько всё обдумать, и только после этого открывать рот.

— Так вот, коллеги, я предлагаю такой обмен: я не увольняю Анастасию Андреевну, а вы вдвоём, как представители от нашей больницы, едете на закрытый симпозиум, который организован только для женщин врачей в возрасте «от сорока до шестидесяти лет». Согласно требованию свыше, каждая больница и другие медицинские учреждения должны организовать присутствие не менее двух представителей. Вот вы обе и поедете. Если согласитесь, то ваше увольнение, Анастасия Андреевна, — лист с приказом, пока ещё без подписи начальства, был нам с Маликой продемонстрирован Геннадием Ивановичем, видимо, чтобы не казаться голословным, — будет аннулировано. В трудовой тоже запись ещё не делали. Что скажете?

Мне хотелось сказать очень многое. Обида на этого… мужчину у меня ещё не прошла, поэтому половина рвущихся к озвучиванию слов была из томика с русским матом. Но также я понимала, что сейчас не время для взбрыкиваний. Почему-то этот, откровенно говоря странный шанс что-то всколыхнул в душе. Что-то тёплое, которое появляется разве что рядом с детьми и с любимыми. Поэтому я решила рассмотреть предложенное поближе, а не отказываться из принципа.

— Слушайте, так Вера Александровна и Зинаида Дмитриевна тоже подходят, — взяла слово Малика. — Тогда почему их тут нет?

— Они не подходят, — спокойно отозвался Геннадий Иванович. — Они замужем. А согласно требованию, женщины должны быть незамужними.

— А тема-то хоть какая у этого симпозиума? — я всё же решила раздобыть побольше информации.

— Тему нам не сообщили, — замялось начальство, и предложение чего-то там стало казаться ещё более странным и подозрительным.

— Так, допустим мы согласимся, — сделала я ещё один шажочек к этой странной, но манящей неизвестности. — Ехать куда надо, и когда?

— Машина уже ждёт у входа. Вас доставят до места. Сказали с собой ничего брать не потребуется, кроме документов, удостоверяющих личность, копии трудовой книжки и справки, что вы действительно у нас работаете. Документы уже готовы, так что ждём только вашего решения, — объявил наш неожиданно расторопный начальник.

— А поехали, — вдруг заявила Малика, с довольной улыбкой. — Разумеется, если этот день нам оплатят как рабочий и командировочные тоже дадут.

— Какие ещё командировочные?

Ну вот, узнаю родное начальство.

— Торгуетесь, Геннадий Иванович? — сцепившаяся с начальством Малика меня удивляла. Она ж вечно все острые углы пыталась сравнять, а тут вдруг — перечит без зазрения совести. Решила отыграться? — Езжайте сами. Вы как раз и возраста подходящего, и… не замужем.

— Я пола неподходящего, — обиженно огрызнулось начальство. — А вы разве не хотите помочь своей подруге спастись от увольнения?

— Я хочу, чтобы нас за дур не держали, — Малика явно отрывалась. — Если работника, привязанного к определённому рабочему месту куда-то отправляют в рабочие часы, согласно установленного графика работы, то это является командировкой, и оплачиваться должно соответственно.

Во взгляде начальства, которое ослабило узел галстука на шее, смешались восхищение и ярость. От Малики он такого точно не ожидал. Я, впрочем, тоже.

Геннадий Иванович сперва буравил взглядом Малику, видимо надеясь, что она передумает и пойдёт на попятную, но не дождавшись, сместил глаза на меня.

А я что? Я сижу, молчу, типа раздумываю над «щедрым», но совершенно непонятным предложением, которое он озвучил. Сравнить его можно было с поговоркой: «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что».

Малика явно пошла на принцип и переубедить её будет непросто. Да и зачем оно мне? Она-то по сути права. Видно же, что Геннадию Ивановичу позарез надо, чтобы мы согласились, но жаба давит. Командировочные ведь, скорее всего, ему из своего кармана придётся платить. Ну, так сам виноват. Нечего было нас с Маликой злить. Ишь, обиделся он на меня и уволил. Пусть считает, что это — откупные. Кстати, очень даже лояльные.

— Ладно, будут вам командировочные, — сдалось начальство. — Но по возвращению.

— Ну, Геннадий Иванович, смотрите, — Малика погрозила начальству пухлым пальцем, — обманите — я с вас живого не слезу. Формы мои видите? Я вашего сопротивления даже не замечу.

— Малика Хаисовна, я обещаю, что как только вы с Анастасией Андреевной вернётесь, я лично отдам вам причитающиеся командировочные.

— Договорились.

На лице Малики расплылась довольная улыбка. — И приказ об увольнении не забудьте аннулировать. А то на радостях…