Я не сплю, я жива

Глава 7. План «Б» Бегите, глупцы!

– Именем Единого, нарекаю Даира Танаи из рода Амадан королем Амадии!

Звучный голос первосвященника разнесся по тронному залу ударной волной торжественности. Даже тихо шушукающиеся по углам злопыхатели затихли, проникнувшись важностью момента. Что уж говорить о Ветале. Обычно сдержанная и даже суховатая, она на минутку все же прослезилась.

Пусть эта корона принесла им массу неприятностей, Даир был достоин этого. Всегда собранный и серьезный, он был бы хорошим королем и… И кто его знает, может будет.

Что там задумал мракобес? Его слова подали рыжей тень надежды. Как бы там ни было, она не хотела враждовать с ним и его народом. Но пока что поговорить с ним возможности не было.

Слишком погруженная в свои мысли, Ветала не заметила, что что-то не так. Первосвященник, только что возложивший корону на голову нового короля, снова что-то торжественно и проникновенно заговорил.

– …единство церкви и короны может обеспечить государству рассвет, принести людям мир, возвести непроницаемую защиту перед кознями зла!

Люди в зале снова притихли и рыжая с некоторым удивлением заметила все тот же интерес во взглядах многих.

«Когда умные люди слушают подобную экзальтированную ересь с искренним интересом становится страшного, каковы же тогда могут быть дураки…» – слегка растерянно подумала рыжая.

Священника между тем продолжало нести. Хорошо поставленным голосом, которому, пожалуй, позавидовали бы многие преподаватели ораторских курсов, он вещал. Именно вещал о том, как важна связь между церковью и короной, что только на ней и строится покой и благополучие будущих поколений их защита от зла извне.

«Ну да, ну да, а войско, медицина, образование и магия по боку. Зачем мы нужны-то.» – с мрачным цинизмом подумала рыжая, резко мотнув головой.

«По вам, принцесса, плачет костер.»

Голос, раздавшийся в голове, вынудил рыжую дернуться и оглянуться. За прошедшее время она успела немного подзабыть, что мракобесу никакие защитные амулеты – не преграда.

«Вот пусть и дальше плачет. Горькими слезами. А вы, уважаемый, слушайте внимательно. Там о вас уже речь зашла.»

Вилар обнаружился совсем рядом, буквально в паре шагов от рыжей. В ответ на эти слова он только усмехнулся, с преувеличенным интересом выслушав импульсивную тираду на тему «злобного темного отребья, погубившего светлого благородного принца».

«Грубо говоря, не только обо мне, принцесса. О нас. Вот видите, куда ни брось, а все равно нас что-то везде да связывает.»

Если бы лицо мужчины не было таким невозмутимым, а тон голоса спокойным… Нет, не смотря даже на это Ветала прекрасно понимала, что мракобес просто издевается. При этом мужчина точно бы ненароком приобнял Шайяну, привлекая к себе.

«Вас с невестой там что-то связывает, а мне вы просто делаете нервы и портите жизнь.» – чуть резко бросила Ветала и снова развернулась к «сцене», ощущая легкое раздражение.

Ну вы посмотрите на него, одну девушку обнимает, а второй намеки двусмысленные бросает! Гарем бы уж заводил, раз одной невесты для всех оттенков флирта ему мало.

Досада, кипевшая в душе, на время отвлекла от выступления священника. Что что-то пошло не так она поняла только, когда гости замка вдруг разом зашумели, принявшись осматриваться по сторонам.

Встрепенувшись, понимая, что что-то пропустила, Ветала мотнула головой, подняв взгляд вверх, к возвышению у трона, чтобы тотчас замереть. Священник. Высокий сухощавый мужчина с холодным взглядом хищной птицы, смотрел прямо на нее.

– И главное. Корона и церковь должны быть непристрастны в такие моменты. Сейчас, когда зло подло проникло в наши ряды, церковь обязана изобличать его, а корона карать. Во славу Единого!

Громкий крик подхватили еще несколько раз, прежде чем люди вдруг прыснули в стороны, к стенам. Ветала не успела даже понять, что произошло, когда вдруг человек, стоявший перед ней, развернулся к ней и плеснул что-то прямо в ее лицо. Девушка едва успела зажмуриться, ощутив приторно-сладкий запах жидкости, залившей волосы, лицо и лиф платья.

– Твою мать! – понимая, что непонятная субстанция очень липкая, скорее удивленно, чем зло выругалась она, попытавшись оттереть ее.

Мужчина, стоящий перед ней, никуда не исчез, откровенно изумленно уставивший на рыжую. Видимо, что-то пошло не так, но обрушить на его голову поток площадной брани, чтобы отучить экспериментировать на нервных принцессах, Ветала не успела.

За спиной вдруг что-то взревело. Раздался испуганный женский крик, на который рыжая резко обернулась и застыла изумленным тушканчиком.

Упала, впервые, пожалуй, не проверив, подхватит ли ее кто-то, известная придворная кокетка. Кричала Шайяна, которую трепетно обнимал уже молодой граф Талан, а ревел…

– Вилар?! – изумленно прошептала Ветала, глядя на мракобеса, рухнувшего на пол.

Кожа мужчины, там, куда попала та дрянь, которой плеснули и в рыжую, дымилась. Вежливый насмешник, всегда опережавший противника на три шага вперед, знавший, откуда стоит ждать удар, он едва держался на дрожащих руках, опираясь о пол. Кажется, он пытался встать, но ему не дали. Невесть откуда, появились четверо священников в темных рясах с ртутно-блестящими цепями. В мгновение ока они опутали мракобеса, когда же его вздернули, поднимая на ноги, зал снова ахнул, а Ветала судорожно вдохнула.

На бледном лице мужчины проступили такие знакомые каждому здесь, а особенно ей, темные жилы, изобличающие порождение иного мира.

– Узрите истинное лицо зла, которое так подло втерлось вам в доверие! Узрите того, кто сумел смутить сознание двух леди благородной семьи Амадан!..

Священника бы, наверное, несло еще долго, но эти слова будто что-то переключили в сознании Веталы. Кто бы ни сдал Вилара, сейчас он угрожал и ей, а значит…

– Что?! Вы на что намекаете? Что я по-родственному мужика с тетушкой делила? По-семейному так, чтобы далеко не ходить? – громко возмутилась она, медленно обернувшись к священнику. – Да кто вам дал право так оскорблять нашу семью!