Правила сопротивления

Глава 4.3

-У тебя раздвоение личности? — бумаги так и остались просто лежать передо мной. Женское любопытство едва не взяло над разумом верх, но я вовремя напомнила себе как опасно вести дела с людьми, которые не вызывают доверия.

-Какое это имеет отношение к моему предложению? — и снова эта улыбка хорошего парня, которая, судя по всему, должна располагать, но у меня вызывает всё больше недоверия.

Нет, всё же нет никакого раздвоения у Волкова. Скорее, он прекрасный манипулятор, который мастерски меняет маски. Когда нужно он может быть «своим» парнем. Обаятельным, улыбчивым и располагающим к себе, но стоит только чему-то пойти не по его… Финал мы все сейчас наблюдаем.

-Самое прямое.

-Объясни.

-Не люблю фальшивых людей. А ты либо фальшивый, либо не совсем здоров, — мои слова вызвали у спортсмена какую-то недобрую ухмылку, и я уже ожидала очередной гадости в свой адрес, но ему явно удалось перебороть себя и вместо желаемой колкости спросить:

-И какой вариант ты предпочтёшь?

-Никакой. Я предпочту не иметь с тобой никаких дел.

-Жаль.

-Что поделать? Не всегда мы получаем то, что хотим.

-Жаль тебя разочаровывать, а я ведь действительно пытался быть милым, а ты этого не оценила. Печально, — и снова эта улыбка «своего в доску» парня. Это начинало нереально раздражать. Зачем взрослому мужику играть в эти глупые детские игры? Ему самому не надоедает строить из себя того, кем он на самом деле не является? Между прочим это самый короткий путь к настоящему психологическому расстройству.

-И что это должно означать?

-Это значит, что тебе всё же придётся выслушать моё предложение. Хочешь ты того или нет.

-Снова угрозы?

-Называй это, как тебе угодно.

-А это интригует.

-Моё предложение? — и тут я рассмеялась. Знаю, совсем не к месту, но эта идиотская вежливая улыбка на лице дала трещину, а затем лопнула, явив миру не самую лицеприятную меня.

Во всей сложившейся ситуации не было и грамма повода для смеха, но мне всё никак не удавалось остановится. Всё, что я строила долгие годы может развалится, как карточный домик из-за глупой прихоти, сидящего передо мной орангутанга. А ведь до сегодняшнего дня мы никогда раньше не пересекались. Теперь же сидим здесь и пытаемся найти выход из самой идиотской ситуации, которую можно было только представить. Ну разве не смешно?

-Нет. То, как у тебя до сих пор была такая хорошая репутация, если ты обычный мелкий пакостник и шантажист, — наверное, слова звучали не столь убедительно, как мне хотелось бы, ибо сказаны они были сквозь затихающий, наконец, смех.

-Не нарывайся.

-А то что? Ударишь?

-Девушек я не бью.

-Неужели, тебе не чуждо благородство? Или за репутацию переживаешь?

-Угадай.

-Значит дело всё же в репутации, — делано расстроилась я.

-Не надоело кривляться?

-Я ещё даже не начинала.

-Может всё же взглянешь на моё предложение?

-Судя по твоей настойчивости, оно выгодно тебе, а не мне, поэтому мой ответ нет, — на секунду, нет, даже на долю секунды, что-то мелькает в глазах спортсмена, а затем исчезает. Но мне этого хватает чтобы понять верность моего предположения.

-Чего ты хочешь?

-Ничего. Это ты пришёл в мой ресторан.

-Послушай, нам нужно найти выход из той ситуации в которой мы оказались. Признаюсь, в этом есть частично и моя вина, поэтому я и пытаюсь всё исправить.

-Частично? — наверное, у меня всё же получалось плохо себя сдерживать, ибо тональность моего вопроса привлекла много ненужного внимания, которое, кстати, и так было слишком уж пристальным, для моей скромной персоны.

-Хорошо. Это в большей степени моя вина.

-И что ты предлагаешь?

-Я извинюсь перед тобой за публичное оскорбление твоих ресторанов, а ты отменишь свой марафон. Все финансовые издержки я беру на себя, плюс выплачу тебе моральную компенсацию. Сумму можем обсудить позже, но документы о неразглашении лучше бы подписать уже сегодня.

-И зачем мне это нужно?

-Слушай, давай будем честными до конца, окей? Твой марафон это типичный развод для домохозяек. Тебе же самой должно быть известно, что ничего у них не получиться. Большая часть участников отвалиться ещё на первой неделе. Будут конечно те, кто дойдёт до конца, но будем реалистами. Месяца не пройдёт, как они снова начнут жрать всякую гадость и забьют на спорт. Я же предлагаю тебе не терять попусту своё время, да и не позориться на всю страну. К тому же, как только ты отменишь свой марафон, номинальный повод для нашего псевдоспора испариться и каждый сможет вновь вернутся к своим делам. Думаю, о цене мы сможем договорится, — и если совсем недавно поведение орангутанга веселило, то теперь я была в ярости, какую не испытывал ещё никогда в своей жизни.

Какое право имеет это существо лезть в мои планы? Почему из-за «Его Величества» я должна отменять реализацию своих идей? Разве это похоже на взаимовыгодное решение проблемы? А от чего тогда должен отказаться он?