Звёздный Путь

Ну почему с тобой так трудно, Маша?!

Мама волновалась напрасно. Судьям мы и так понравились! И наш с Димкой дебют оказался вполне успешным.

На последующих конкурсах нам ставили хорошие оценки. Димка и мама были этому рады. А у меня появилась закадычная подружка – Вероника.

Платье моё она у нас выкупила. Оно оказалось очень счастливым! Все турниры в нём выигрывала. Скоро их пара перестала выступать вместе с нами, продвинувшись намного выше по уровню. Тем более что ребята решили выбрать латинскую специализацию. А Димка больше любил стандарт, и конкурировать нам с Никой было незачем, чему я возрадовалась.

Осенью мы активно учились – чтобы не было «хвостов» перед зимними сборами и турнирами; выступали только в Петербурге и области, один раз ездили в Москву на открытый чемпионат России по танцевальному спорту «Дэнс Аккорд». Но и этого нам хватило, чтобы уверенно закрыть «А» класс и пойти дальше; оставалось чуть-чуть дотянуть латину.

Мама и тренеры усиленно готовили нас к зимним чемпионатам, надеясь, что на них мы получим «S» класс.

В начале января у нас снова были сборы с топовыми тренерами. Но в этот раз – в городе.

Целых две недели мы усиленно шлифовали программы, готовясь к последующей серии чемпионатов.

Со второй половины января и до самой весны дома я почти не появлялась. Мы с Димой танцевали везде, где только возможно, показываясь судьям и набирая баллы.

На одном из турниров в Москве я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Оглянулась. За моей спиной толпились другие участники. Я отвернулась, изучая программу. И снова почувствовала этот же самый взгляд.

Резко посмотрев в ту сторону, я встретилась с голубыми глазами Елисея!

Его-то мне только и не хватало! Что он делает здесь? Хоть бы он меня не узнал! Я быстро попятилась, скрываясь в раздевалке. Внимательно просмотрела список участников. Его фамилии в нём не было. Может, я обозналась?

Однако настроение заметно испортилось. Весь заход я сильно нервничала и делала грубые ошибки. Мы чуть не вылетели. Однако, не заметив среди пар знакомого белого образа, я расслабилась. Всё хорошо. Нашей паре никто не угрожает. Моего личного кошмара прошлых лет тут не было.

Я обозналась, твердила я себе. Но упрямое сердце отстукивало, что нет. Это был действительно Елисей. И он узнал меня. В его глазах я увидела искреннюю радость, тут же сменившуюся каким-то мрачным торжеством.

После турнира я не осталась поболтать с ребятами, а быстро сбежала в гостиницу. И на следующий день поболеть за Влада и Нику, выступавших в другой программе, я не пошла. Испугалась, что увижу там «Ледяного Принца».

К середине февраля у нас образовалась небольшая передышка, мы даже заглянули в студию –поздравить руководителя с днём рождения оригинальным, специально для этого поставленным танцем. А день рождения у Юлии Юрьевны был четырнадцатого февраля!

Сговорившись с другими старшими парами, мы устроили для неё целое представление.

Вышло просто замечательно! Потом все разбрелись, а Димка пошёл провожать меня до дома. Настроение было волшебным, совсем не хотелось домой…

Мы свернули в Аничков сад. В пронзительной зимней тишине, красиво кружась в свете фонарей, падал снег. Мы задумчиво шли по аллее. Внезапно Дима остановился, сложил на скамейку наши чехлы и включил хрустальный зимний вальс на телефоне. Отвесил мне поклон, приглашая на танец.

Я рассмеялась и дала ему руку. Мы вальсировали по заснеженным дорожкам, над моими длинными накладными ресницами лежало целое облачко снежных хлопьев. Это было так забавно, что мы с Димкой хохотали как дети.

Было так уютно и здорово! А потом Димка достал из кармана небольшую открытку-сердечко и, замявшись, протянул мне. Открытка оказалась милой, я от души поблагодарила его. И замолчала, не зная, что добавить.

Разговор почему-то не клеился. Димка задумчиво теребил мою руку.

– Маш, а я твою книжку прочитал!

– Какую книжку? – не поняла я.

– «Алые паруса», помнишь, ты рассказывала.

– А, эту… Тебе по литературе задали? – с чего вдруг Димке читать книжки, раз он постоянно занят?

– При чём тут литература! – почему-то вспылил Димка. И расстроенно добавил: – Ну почему с тобою всегда так трудно, Маш? Как ни с одной другой девушкой!

Я не знала, что на это ответить. Настроение портилось. Димка раздражённо махнул рукой и, подхватив наши вещи, заявил, что пора идти дальше. Всю дорогу до моего дома он отмалчивался. Дойдя до места, быстро попрощался, сунув мне в руки портплед. И убежал.

Выглянувшая мама удивилась, что Димка не зашёл, как обычно, к нам – погреться и выпить чаю.

– Вы поссорились?

– Нет. Но, кажется, я его обидела, мам.

И я рассказала о нашей прогулке.

– Твой партнёр по уши влюблён в тебя, Маша. Что неудивительно – ты же у меня просто красавица! И не знает, как тебе об этом сказать.

– А что мне с этим делать, мама? Я не уверена, что это взаимно. Для меня Дима – просто партнёр.

– Значит, ничего и не делай. Пока прямо не признался, у тебя есть время подумать.

Я послушалась. Димка больше к этому разговору не возвращался. И я успокоилась, решив, что мне тогда всё неправильно подумалось. И ничего особенного Дима в виду и не имел.

Пришла весна. Мы с Димкой целыми днями пропадали на Елагином острове: я просто обожала это место! Мы катались на роликах, танцевали аргентинское танго на уютных милонгах, проводимых в красивых беленьких беседочках, утопающих в сочной зелени.

А потом забредали на уединённую дорожку, учили билеты и отрабатывали наши схемы. Часто – босиком. Димка так и не смог отучить меня от этой неаристократичной привычки. Я по-прежнему любила чувствовать босыми ступнями траву, деревянные мостки, старинные плитки тротуаров…