Поцелуй зимы

Глава 20. Ее жених

Она не так представляла себе этот день. Катрина была уверенна, что будет долго вертеться перед зеркалом, примеряя платье. Что служанки полдня потратят на ее праздничную прическу. Что главный зал наполнят важные гости, приедут музыканты и трубадуры, а известные повара порадуют всех деликатесами из заморских стран.

Но ее обручению суждено было случиться иным образом.

Ей ничего не оставалось, кроме как надеть платье, в котором она приехала в замок, ведь от нарядов полноватой жены Дузмара леди Догейн уже поташнивало. Лизетте, служанке, пришлось наспех заплести ей скромную косу. Ни праздника, ни гостей не ожидалось. Даже отец навряд ли успел получить весть об обручении дочери с принцем, впрочем, им хватало согласия Артура.

И хотя любая другая девушка от такого расклада давно бы расплакалась в подушку – Катрина не могла перестать улыбаться. Наверное, будь на месте жениха кто-то другой, ей бы действительно было обидно оттого, что обручение пройдет так поспешно и скромно, но рядом с Лансером… Рядом с ним мысли о праздниках, дорогих нарядах и богатых церемониях уходили на второй план.

К завтраку вернулся из монастыря Натаниэль. Сегодня он был неожиданно веселым и заводным. Улыбался во весь рот, то и дело поздравлял принца и Катрину.

Размунд, как всегда хмурый, не спускал с сенешаля подозрительного взгляда. Леди Догейн заметила это, когда подали второе блюдо, и сразу напряглась. Она успокаивала себя мыслью, что вассал в принципе никому не доверяет – даже ее принял за шпионку. Однако тревога не уходила, терзала. Ей подумалось, что за последнее время судьба подкинула столько волнений, что изрезанное сердце давно покрылось уродливыми рубцами.

Оставалось лишь надеяться, что обручение действительно избавит ее от Хозяина Зимы. Что Небеса удостоверятся в искренности Катрины и Лансера, в силе их чувств друг к другу и избавят от новых испытаний.

К тому же были и другие вещи, помимо подозрений Размунда к сенешалю, из-за которых стоило тревожиться.

Уже близилось время отправления в монастырь, однако Артур так и не появился. Она спрашивала служанок, видели ли они его: девушки всегда замечали брата и пристально следили за ним. Что поделать, даже при всей своей вредности и непостоянстве он был слишком привлекательным для слабого пола.

Две прислужницы, занимавшиеся мытьем полов, заявили, будто видели, как Артур уходил из замка ранним утром. Куда и зачем они, разумеется, не знали.

Катрина не понимала, злиться или волноваться. Сэр Догейн с одинаковой вероятностью мог сейчас прохлаждаться в таверне либо безрассудно искать Хозяина Зимы.

- Сэр Размунд, - после того, как вассал вчера поддержал идею о ее обручении с принцем, Катрина к нему потеплела и уже не боялась с ним говорить. Радовало, что и он размягчился и, кажется, искренне жалел о том, как грубо ее встретил. Но был, видимо, слишком гордым или упрямым, чтобы признать это вслух. Впрочем, леди Догейн уже давно перестали волновать извинения в устной форме, после всего случившегося она принимала их только в виде реальных дел, - вы не видели моего брата? – шепнула она ему, когда Лансер встал из-за стола, чтобы переговорить о чем-то с сенешалем, - нам скоро уже отправляться, а его все нет…

- Я думаю, - отозвался вассал также тихо, - сэр Догейн не настолько беспечен, чтобы пропустить обручение своей сестры, - хотя он старался говорить спокойно и убедительно, Катрина различила волнение в его взгляде… И подозрение, с которым вассал украдкой поглядывал на беседующего с принцем Натаниэля, - к тому же он должен благословить вас. Он знает, что не может пропустить церемонию.

- Да, знает, - кивнула Катрина.

Слова Размунда не успокоили. Артур знает, как это важно. Он не мог пропасть просто так.

Лансер вернулся к столу, но садиться не стал. Вместо этого, взял Катрину за руку, поднес ее ладонь к губам, нежно поцеловал и прошептал:

- Мы с Натаниэлем поедем в монастырь. Он говорит, что нужно что-то обсудить с настоятельницей, у них с епископом какие-то разногласия насчет обряда…

- Разногласия? Какие разногласия? – ее сердце вздрогнуло.

- Не волнуйся, ничего катастрофического. Просто клирики иногда любят поспорить, - он улыбнулся, любовно ее оглянул, не сдержался и провел пальцами по ее точеному личику, приподнял ее подборок и пообещал, - заканчивай завтрак и выезжай, как мы планировали. К этому времени я все подготовлю.

Она легко кивнула и обхватила его ладонь, задерживая ее у своего лица. Не хотелось, чтобы он отпускал. Вот бы так и стоял рядом, улыбался, смотрел на нее с таким… Восхищением, желанием, увлечением. А она бы продолжила млеть под его теплыми прикосновениями.

Но совсем скоро… Совсем скоро они пообещают себя друг другу. Скоро все изменится. Оставалось надеяться, что к лучшему.

- Размунд, ты ведь позаботишься о моей невесте? – спросил принц, неохотно отстраняясь от леди Догейн.

- Конечно, Ваше Высочество, - пообещал вассал.

Лансер поблагодарил его, попрощался с Катриной. Не спуская с нее взора, он двинулся в сторону дверей, а потом, задержавшись в них, чтобы чуточку дольше поглядеть на нее, скрылся в коридоре.

Ей сразу стало как-то тревожно, как-то пусто на душе. Катрине хотелось считать себя сильной, однако спорить с очевидным она не могла: когда принц покидал ее, леди Догейн словно бы превращалась в маленькую девочку, которую любой может обидеть.

Она уже и забыла, как обходилась без него. Последние дни девушка не могла отделаться от мысли, будто и вовсе не жила до их с Лансером встречи… И до ее встречи с Хозяином Зимы.

И почему прекрасный принц и ужасный король вошли в ее судьбу одновременно? Что это за жестокая шутка Небес?

- Я должен уладить несколько дел, - Размунд вдруг встал из-за стола. Видимо, он все же неуютно чувствовал себя наедине с Катриной. И хорошо. Значит, у него действительно было сердце, - я буду ждать вас у конюшни через два часа, когда пора будет отправляться.