Я призываю силу!

Глава 1

Эта лестница создана для того, чтобы человек учился преодолевать трудности. Узкие ступеньки и невысокий подъем раздражали. Захотелось как в детстве – перепрыгнуть сразу через несколько, и зайти уже внутрь здания.
Но нельзя, я леди-нира, а им не пристало скакать по лестницам, и краснеть от натуги. Поэтому я выпрямила спину, насколько это возможно, и степенно ступала на каждую ступеньку при этом, смотря прямо на широкие двери Центральной Библиотеки Академии Магии Сароса. Всё с большой буквы, потому что это самая большая Академия Магии на материке. И самая престижная. Высокородные выпускники, которые здесь обучаются, занимают потом главенствующие посты на военном поприще, оставляя всем остальным непрестижные бытовые и экономические роли.
На, довольно просторном крыльце с колоннами, уже собрались такие же соискатели. Но я сразу прошла в здание, с тревогой разыскивая взглядом подругу. Ведь если она не успеет, то мы профукаем возможность отдать долг.
Холл библиотеки был огромен. Круглое помещение с витражным потолком, который поддерживают колонны, окна–арки с разноцветной мозаикой перекрашивают свет, который льётся с улицы, в необычные радужные блики. Всё покрыто позолотой, и напоминает стиль ренессанс с далекой Земли. Мебель из благородных сортов деревьев, светящиеся артефакты, парящие в воздухе - всё отдаёт консерватизмом и… чудом, как бы странно это ни звучало.
– Лера, – услышала я знакомый голос, и повернулась на него. Аля, полное имя Альбина, была миниатюрной блондинкой с огромными голубыми глазами, и упрямо вздернутым курносым носиком. Локоны мягкой волной выбивались из высокой прически, нежная улыбка притягивала к себе взгляды мужчин, которых тут большинство. Но я знала, что за хрупкой оболочкой скрывается решительный и боевой характер, который уже не раз и помогали в то же время, втягивал нас в неприятности.
– Сейчас регистрируемся, а потом небольшое собеседование, – прошептала подруга мне на ухо и лучезарно улыбнулась балахонистому типу, сидевшему неподалеку за столом.
Бедняга потерял концентрацию и, магперо, которое что-то строчило на длинном пергаменте, тут же покатилось по столу.
– Болван, – прошипел рядом стоявший маг, и уничижительно посмотрел на Альку.
Подруга, с невозмутимым выражением на лице, ответила на взгляд. Маг судя по голубому балахону - воздушник, недовольно фыркнул:
– От женщин одни неприятности, Стил, лучше смотри на пергамент, а не по сторонам.
Бедный паренёк, в балахоне архивариуса с золотой эмблемой на груди, покраснел и уткнулся взглядом в стол. Если всё пройдет как надо, то такой же балахон будем носить мы. Я тихо перевела дыхание и сильнее сжала мягкую сумочку. Матерчатые перчатки чуть слышно затрещали, грозясь порваться по шву. Аля дотронулась до моей руки, и поддержала улыбкой.
Очередь потихоньку продвигалась, и мы вместе с ней. В основном здесь, как я уже говорила, находились мужчины, но и женщин тоже хватало. Работа архивариусом не сказать, что престижная, но оплачивалась хорошо. Попробуй посидеть в подземельях безвылазно сутками, и перебирать столетний хлам. Но мне всё равно, я готова даже не вылезать из подземных хранилищ, лишь бы не та участь, что нам уготовили…
Але не повезло – она попала к тому недовольному магу, и он с ухмылкой задавал ей вопросы, а его магперо быстро порхало по бумаге. Я посмотрела на своего принимающего.
– Имя, пожалуйста, – вежливо сказал мужчина. Из-под капюшона на меня посмотрели чёрные глаза, и мелькнул седой волос.
– Лейра Махон, – назвала я то имя, каким меня называли в приюте. Перо стало писать на новом бланке, который светился белым светом. Лист стандарта «А четыре» и по цвету явно магический. Я увидела, как на нём, золотыми буквами, проступает мое имя.
– Адрес проживания, – опять задал вопрос маг.
– Весенняя двадцать, – сказала я данные той комнаты, которую мы сняли с Алькой всего два дня назад. На бумаге сразу проступили золотые буквы, значит – говорю правду.
–Ваш потенциал, – чуть громче спросил мужчина, и на меня опять посмотрели чёрные глаза.
– Нет потенциала, – твердо сказала я и выдержала недоверчивый взгляд. Поправила на груди амулет, который скрывал ауру и данные человека от сканирования. Маг упёрся взглядом в амулет, и хмыкнул.
– Вы можете скрывать свой потенциал, милочка, – сказал он, – Архивариусам он ни к чему, но при хорошей способности можно было бы получить более высокую должность.
Я молчала и не отвечала, зачем… я иду не на магическую должность, и мой потенциал их не должен волновать.
–Ну что ж, хорошо, – кивнул маг, – Приложите свою руку к бланку, – и подтолкнул мне светящийся листок.
Я с дрожью выдохнула и положила правую руку на бумагу. Сначала ничего не происходило и я, сжав зубы так, что, наверное, был слышен треск эмали, взмолилась богине, из-за которой здесь оказалась, чтобы хотя бы это желание исполнилось.
Наконец-то под ладонью потеплело, а потом её пронзила резкая боль. Я вздрогнула и хотела закричать, но из открытого рта не вырвалось ни звука, а рука словно прилипла к листу и не сдвинуть. Длилось всё несколько секунд, но мне показалось, что вечность. Маг привстал, напряжённо вглядываясь в моё лицо, а когда я резко оторвала руку и прижала к груди, заметно обмяк.
– Даже так, – послышался его голос, – Ну что же, нира Махон, вам не нужно собеседование. Вы полноправный хранитель знаний, приветствую.
–Что… – ещё не до конца осмысливая его слова, хрипло спросила я.
–Вы архивариус, нира Махон, – чуть ли не по слогам произнес маг, – Но это не отменяет учебу! Думаю, вам пора пройти к другому столу, и дать мне работать дальше, – сухо сказал он.
– Да, да, извините, – почти прошептала я и повернулась, чтобы уйти. В голове что-то громко бухало, казалось, что из носа пойдет кровь.
–Нира, вы забыли, – послышался за спиной голос мага.
Я опять подошла, стараясь прогнать туман из головы, и прояснить мысли. Балахон протянул мне светящийся лист, на котором золотыми буквами было написано, что я отныне хранитель знаний десятого круга. Одновременно хотелось и плакать, и смеяться. Чёрт возьми, у меня получилось!
Я вырвалась из очереди и стала искать, куда мне нужно подать чудесное назначение. И нашла. Очереди к этому столу не было, так как собеседование ещё не началось. Сначала шла регистрация, потом собеседование и, уже после, нужно подойти к ключнику, как его называли за эмблему золотого ключа на груди белого балахона. Вот же… Теперь я тоже всё время буду ходить в белом балахоне… Но вздохнула, это того стоило.
Ключник был стариком. Он не надел на голову капюшон, и были видны седые косицы на висках, выцветшие, когда-то голубые глаза, которые сейчас были мутного серого цвета, и тонкий крючковатый нос, который, впрочем, не портил его. Старик по-доброму улыбнулся и протянул мне руку. Я заторможено отдала ему проходной лист.
–Нет, милочка, – послышался старческий каркающий голос, – Мне руку вашу дайте, давно магия не назначала архивариусов сама.
– Сама? – удивилась я.
–Сама, сама, – улыбнулся мне старик, – Можешь гордиться, но не зазнавайся…
Ключник перевернул мою ладонь и подслеповато стал разглядывать мою метку, а с ним и я, с удивлением понимая, что теперь еще и клейменая.
–Можно вопрос, – ожила я. К старшим по званию и титулу никогда нельзя обращаться без разрешения, это нам хорошо вбивали на занятиях по этикету.
–Конечно, дитя, – чуть теплее сказал старик и отпустил мою руку.
– А всем такие метки поставят?
Старик рассмеялся, многие маги, находившиеся рядом, втянули головы в плечи, и удивленно посмотрели на старика. Судя по их реакции, мне не нужно было задавать вопросы.
— Это не метка, это печать, – отсмеявшись, сказал старик, – Не обращай на меня внимания, я давно живу на свете и не видел печати, кроме моей, – и старик протянул мне руку, на которой мелькнула переливающаяся красными гранями выпуклая печать, только вот, у меня-то была золотая.
Я еле сдержалась, чтобы опять не открыть рот и озвучить возникшие в голове вопросы. Только силой воли мне удалось молчать.
–Печать дает тебе разрешение, дитя, – старик нагнулся ко мне пониже и прошептал, – Используй свою так, чтобы она не теряла свет.
Потом старик резко сел на стул с высокой спинкой, и перестал обращать на меня внимание. А его помощник, который стоял рядом, и смотрел на меня во все глаза, взял мой бланк, приложил к специальному магическому столбу, по своим характеристикам схожему с нашим компьютером. Бланк испарился, а в желоб с громким звоном упал маленький значок.
– Это теперь ваш лайз, нира, – стал рассказывать мне архивариус, на рукаве которого сверкал такой же знак, но с другими надписями, – Он ваш пропуск, и ваш опознавательный знак. Все данные по прохождению учебы и по вашим достижениям будут сразу передаваться на ваш жетон. Носить его нужно на рукаве формы. Её вы получите сразу после распределения, а пока подождите других соискателей. Как только наберётся нужное число, выступит наш многоуважаемый ключник, – парень покосился на старика, — А потом ваши кураторы скажут вам, что делать дальше. Вы все поняли, нира? – спросил архивариус и протянул мне мой жетон-лайз.
–Конечно, – кивнула я, – Спасибо, ньер.
Я отошла к стене и стала взглядом искать Алю. Подруги нигде не было видно. Я занервничала – неужели у неё не получилось? Расталкивая столпившихся людей, вышла на крыльцо и оглядела улицу. Альбину нашла сразу. Голубое платье в стиле ампир, рукава-фонарики, белые перчатки выше локтей, маленькая голубая шляпка, украшенная белыми цветами, и сумочка, такая же несуразная, как у меня, в которой моя подруга сейчас с остервенением рылась.
– Аля, – окликнула я девушку, подходя ближе, – Ты чего ушла, Аля? – вопросительно посмотрела я на блестевшие от слёз голубые глаза, – У тебя не получилось? – упавшим голосом спросила я.
Подруга приложила к глазам белый платочек, который она искала и аккуратно промокнула глаза.
–Да получилось всё у меня, – всхлипнув, сказала она.
–Так, чего ты ревёшь, дурында! – с облегчением воскликнула я. – Напугала!
– Да этот ньер маг, – кривляясь, ответила подруга, – Взбесил меня! Ты представь себе, предлагал мне найти более подходящее место работы у «Матушки Эмбор», – с негодованием почти крикнула Аля про всем известный в столице бордель.
–Тю на него, – махнула я рукой и радостно улыбнулась, главное, мы это сделали.
– Ох, прости, – спохватилась Аля, – Я так с ним поцапалась, что даже не спросила, как у тебя все прошло?
–Хорошо, – счастливо вздохнула я, – Я хранитель знаний, десятый круг.
–Что? – удивилась Аля, – Ты же на собеседовании не была!
Я показала сначала ладонь с золотой печатью, а потом жетон, блестевший серебряным цветом.
– Обалдеть, – открыла рот от удивления Аля, – Может быть, это из-за твоего потенциала, – чуть тише спросила девушка и прикрыла рот ладошкой, – Ой Лерка, не нравится мне это, чувствует моя задница, что будет звездец!
–Ну и пусть, – хмыкнула я, – Зато мы теперь свободны, пойдем сдаваться сегодня или… сегодня отметим?
– Отметим, – безапелляционно сказала подруга, – Вот получу свой лайз и отметим, а потом уже сдадимся, – она скривилась и тяжело вздохнула, – Может, ну его, не пойдем?
– Нельзя, – покачала головой, – Нам надо сказать, где мы, ты сама понимаешь, магия всё равно даст наши данные, а мы сделали всё законно.
– Ах, Лера, спасибо тебе, – вдруг обняла меня подруга, и я с шипением, аккуратно оторвала её от себя
– Веди себя прилично, – хмыкнула, — Это тебе спасибо, что решились.
–А тебе, что поддержала!
– Ой, хватит, – отвернувшись, сказала я, – А то и мне платок придётся искать. Пойдем уже, революционерка, возьмём твой жетон, выслушаем ключника, и вперед в светлое будущее.
Пока мы с подругой были на улице, уже собралась толпа возле ключника, и Алька побежала на собеседование. Я скрестила за неё пальцы и помолилась богине. В отличие от богов нашего мира, местная не жадничала на благословения и подарки, являя свою волю, и все мы, несчастные попаданки, были ей в какой-то мере благодарны.
Чтобы не мешать, я встала возле стены и наблюдала за людьми, которые пришли, чтобы стать архивариусами. В нашем мире похожая профессия называлась библиотекарь, но у архивариуса наряду с выдачей и сортировкой книг, есть еще одна особенность, они, а теперь уже и я, разгребаем хранилища.
Это всё, что было накоплено за тысячелетия развития империи в различных хранах, и зачастую даже сами правители не знали, что можно найти в той или иной части подземных сокровищниц. Под столицей расположен второй скрытый город, в дни Черного Мора, когда твари из Сонного Леса почти уничтожили империю, там спасались люди. А в запутанных лабиринтах теперь хранятся книги, документы, магические артефакты старых времен, и магические свитки, которые уже многие века разыскивают архивариусы, и которые давно стали притчей, а скорей всего, просто ещё одной сказкой.
– Ого, смотри, какая кошечка, – услышала я веселый мужской голос совсем рядом, и от неожиданности вздрогнула,
– Ну что ты, милая, мы не кусаемся. Давай дружить!
Я повернулась и увидела трех парней на вид около двадцати, одеты в форму академии, что выделяло их из общего разноцветно наряженного общества. Форма имела строгий вид, узкие черные брюки, пиджаки тёмно-синего цвета с воротниками стоечкой, и сияющие ярко-красными бликами, жетоны на предплечьях. Судя по красному цвету, огневики. И смотрели эти красавцы, чувствуя свою неотразимость на меня, один так чуть ли не облизывался.
Я похолодела, только высокородных мне не хватало на мою кудрявую голову. Следуя этикету, и чтобы унять их горящие глаза, я присела, как подобает девице в легком поклоне, не поднимая глаз. Сейчас было важно не показывать характер.
В приюте особенно напирали на то, что вызовом у высокородных считается даже прямой взгляд в глаза, и тогда на охоту выходят хищники, которым очень тяжело противостоять. Ведь высокородные магические рода имеют огромную власть, и никто не скажет им и слова против. Их желания должны исполняться.
Я проклинала всё на свете, а сама маленькими шажками отступала от них подальше, чтобы, если что, рвануть прочь.
– Что у вас тут? – услышала ещё один скучающий голос, – Тут столько плебеев, что, мне кажется, я попал в хлев, так воняет навозом. О, – услышала я восклицание, – Даже среди навоза можно иногда найти бриллиант.
Да чтоб вас, проклинала я свою невезучесть, бежать от этих высокородных из одного места, чтобы попасть к ним в другом. Я почувствовала, как чья-то рука схватила меня за плечо, подтаскивая к себе, а потом, схватив жестко за подбородок, подняли лицо, чтобы я увидела физиономию скучающего мага. Он словно принюхивался ко мне в глубине карих, почти черных глаз взметнулись огни, а потом его губы изогнулись в усмешке.
– Пустышка, ребята, будет неинтересно, словно пить красное вино и не пьянеть.
Послышались вопли недовольства от трёх остальных высокородных.
–Пошли тогда, Ян, – сказал один своему другу, который всё ещё не выпускал моё лицо из плена, – Что ты с ней обнимаешься? Таких красавиц у «Матушки Эмбор» можно найти и виру платить не придётся! Раз «пустая» пусть живёт.
– Ты прав, Блум, – протянул тот, которого звали Ян, но уходя, он всё-таки провёл по моей щеке тыльной стороной ладони, и скривился в усмешке, – Еще встретимся, сладкая.
На такой многообещающей фразе высокородные наконец-то оставили меня в покое и, пройдя сквозь толпу новоявленных архивариусов, которые в страхе расступались перед ними, перешли в другой зал библиотеки. Я прислонилась к стене, так как ноги меня не держали, стало дурно. Рядом появилась Аля, и с тревогой спросила:
–Как ты? Прости, что не помогла, но я не могу, как ты, закрываться от них. Почуют, – пожаловалась она.
–Всё нормально, выжила.
– Твари, – с ненавистью глядя туда, куда ушли высокородные, сказала Аля.
–Тихо ты, ещё услышит кто, – остановила я подругу и перенесла её внимание на другое, – Ты прошла?
Девушка, как недовольный ежик, ещё несколько секунд буравила взглядом ни в чем не повинную дверь и фыркала, а потом повернулась ко мне:
–Да, – улыбнулась она, — Это было нелегко! Я чуть не проговорилась, этот шар правды тяжело надурить, но у меня получилось! - и глаза Али засверкали.
Потом мы пошли к ключнику, где подруге выдали такой же жетон как у меня. А через некоторое время, перед толпой в несколько десятков человек выступил знакомый старик. Он стал говорить о той чести, которую академия предоставила простым людям. Получить специальность и работать архивариусом очень престижно, и мы теперь на ступеньку поднялись по карьерной лестнице. А если приложим силы и будем работать не покладая рук, то родина нас не забудет и будет у нас на старость и домик в деревне, и пенсия приличная. Ну, каюсь, последнее я уже от себя добавила.
Аля, услышав мои комментарии, чуть не рассмеялась и больно ткнула вбок. В свою съемную комнатку мы шли опьяненные успехом и свободой. Да, нам будет трудно, потому что ближайшие пятнадцать лет придется пахать, как самым настоящим крепостным, но свобода стоит того.