Отказавшийся от имени

Глава 2: «День первый. Кто я?».

Все люди о себе высокого мнения — и тем больше мнят, чем меньше стоят.
Бальтасар Грасиан-и-Моралес

 Не каждый сможет описать себя одним словом, большинство людей обычно тратят на это часы, описывая, как они замечательны и хороши, как у них всё хорошо получается и какими хорошими чертами и талантами они наделены. В противовес им есть я, который может описать себя одним словом «Никто». Думаю, если бы мою жизнь можно было продать, на ценнике был бы горделивый ноль. После сделанных мною выводов я решил подтвердить их чем-то существенным, тем, что никто и никогда бы не сделал. Я раз и навсегда отказался от своего имени. И не только от своего. Будь то имя продавщицы из продуктового, которая каждый раз при виде меня улыбалась так, будто её сейчас стошнит. Имя дорого человека, с которым никогда не хотелось бы расставаться. Ну, или просто случайно услышанное имя, которое и запоминать не хочется, я отказался от них. При том до такой степени, что я просто уже не могу отличить это имя человека или это прозвище, которое я придумал ему у себя в голове, дабы хоть как то их отличать. Я не могу слышать имена.

Ещё с детства я понял, что во мне нет ничего особенного. Правильнее будет сказать, что во мне просто ничего нет, ни внешности, ни голоса, ни характера, ни каких либо качеств, конечно, много кто может сказать что «Красота относительна и у каждого она своя, каждый красив по своему, все мы разные», но я считаю чуть-чуть иным образом. Безусловно, все люди разные, но красота для всех одна в независимости от предпочтений, красота этот тот же идеал. Как бы кто не клялся, что он другой и ему то или иное не важно, подсознательно мы всё равно следуем какому-то определённому параметру. Это моё мнение, к сожалению не все его разделяют, было бы неплохо иметь личную армию из таких же, как я, правда, зачем она мне? Да и вообще, эгоистично конечно, но я не считаю, что это плохо, что я не выделяюсь в плане всего этого, думаю это можно назвать индивидуальностью. Наивно. И так я прожил 19 лет просто «плывя по течению». Не старался что-либо изменить. Кроме учёбы не старался делать что-либо ради какой-то выгоды, не старался выделяться, впрочем мне и нечем было выделяться, из-за того что я ничего не менял мне трудно было влиться в общество или условно говоря, адаптироваться к нему. Меня даже сложно назвать полноценной личностью. Да, в общем-то, и не хотелось бы. Те, кто трубят всем во всеуслышание о том, что они «ЛИЧНОСТЬ», на само-то деле этой самой личностью они не являются. Они, лишь имитация, не что иное, как подделка.

На протяжении всей школьной жизни я был почти один. Это впрочем, ожидаемо. Если ты не проявляешь интерес к кому либо, то и к тебе интерес проявляться не будет. Но, со мной получилось также как и во всех этих «романтических фильмах», в которых к нелюдимому индивиду присоединяется общительная личность и помогает ему встать на путь «истинный». И как по заранее написанному сценарию, эта личность была общительной, душой компании, с кучей друзей и вообще была лучше во всём за что бралась. Я дал этому человеку имя «Мир» и хоть называть его так вслух я не мог, для меня это было важно. Этот человек был со мной с начала моего учебного года в первом классе и мы никогда не расставались, можно даже сказать что он был единственным человеком которого можно было назвать  другом и «якорем» для того что бы меня окончательно не «снесло течением». Хоть и с натяжкой, но я всё же мог считать его другом. Почему с натяжкой? Потому что моя натура не позволяла мне поверить в это на все сто процентов. Внутри я понимал. Это не вечно. Тогда в чём смысл? Сразу задавал себе этот вопрос я. Но смыслу не суждено было найтись. Тем не менее, я был, по крайней мере, рад, что я не один. И счастливо проводил время вместе с «Миром». Если конечно можно назвать его счастливым. Может, для других это было просто чем-то обычным, может даже, это было так и для «Мира», но для меня, это было прекрасно.

К сожалению не всё так хорошо как в «романтических фильмах».

После перехода в то учебное заведение, в котором я учусь сейчас, всё пошло наперекосяк.

Я старался туда поступить только ради этого человека. Что бы ни оказаться снова одному. Что бы ни потерять свой якорь, удерживающий меня в этом бурном потоке и не дающий мне снова прийти в движение. Что бы стать чем-то большим, чем просто отбросом общества.  К сожалению, в итоге все труды насмарку. Буквально за пару дней этот человек изменился до неузнаваемости. «Мир» изменил себя кардинально, начиная от волос и их цветом, заканчивая поведением, характером и, похоже, что даже личностью и отношением ко всему, в том числе и ко мне, не знаю с чьей подачи, но это случилось. Огонёк «Мира» постепенно слабел для меня. Он терял свои так нужные мне свойства «якоря».  Недоумевая, что происходит я, пытался разобраться в этом, в своей манере. Сделал то, что не следовало, сказал то, что не должен был. Думаю, исход можно было предугадать, но я оказался слишком глуп и слишком наивен. Этим я сам для себя перечеркнул все попытки понять «Мир». Думаю это и послужило толчком для «Мира»  к тому шагу, на который осмеливаются немногие.

«Мир» покончил с собой. Так и не разобравшись в причине, я решил навестить его. Было уже поздно, петля обхватила его шею не позволяя дышать. Я был тем, кто обнаружил его. Сказать, что я винил себя значит, ничего не сказать. Может я и не виноват в этом настолько, насколько я корю себя за это, но я не могу просто переложить вину на «Мир» или на кого то ещё. Если честно, подробности просто вылетели у меня из головы, и я не мог никого винить кроме себя самого.

Для себя я жаждал наказания. И его ждать, долго не пришлось. Кто-то прознал про наш разговор и рассказал всем в группе, а также сообщил об этом в полицию. Началось долгое разбирательство сопровождающееся кучей репортажей. Про себя я думал «Наконец, моё наказание пришло, я получу заслуженное». Но этого не случилось. К их и, к моему сожалению это не посчитали как подстрекательство к самоубийству и мне по сути, всё сошло с рук. Так я думал. Но недожавшись моего наказания мне придумали другое. Колесо бесконечной травли начало своё движение в тот самый момент, когда все узнали про это, может даже раньше, но я был не в состоянии разбираться в этом. Уже спустя время я понял, что ко мне всегда относились не особо доброжелательно. В компании с «Миром», я был своеобразным катализатором, контрастом. «Безобразное на фоне красивого, только придаёт красивому больше света», так однажды мне и сказали. Поначалу мне было очень больно, с одной стороны смерть человека, которого я считал другом, с другой моё окончательное погребение в обществе. Без шанса снова встать на якорь или хотя бы прибиться к берегу. Меня просто пустили по течению.