Я на тебя поспорил(а)

Глава 9

А может, Тимофей прав? К чёрту этот спор. Разве Василиса обязана что-то кому-то доказывать и непременно соблюдать нелепые условия? Ну сболтнула глупость. С кем не бывает? Да и спор — всего лишь спор. Пустые слова, которые давно унёс ветер. Бывают договорённости действительно значимые и важные. А тут что?

Да люди и важные не особо соблюдают. На всех свадьбах так красиво и выспренно клянутся любить вечно, не покидать в болезни и здравии, быть нежным и верным. А потом… Количество разводов в год составляет больше пятидесяти процентов от количества заключённых браков, и цифра держится стабильно. Им говорили то ли на статистике, то ли на социологии.

А в её случае просто какая-то фигня. Влюбить в себя в парня. Случайного. Но на кой Василисе нужен этот Золотовицкий? Он даже не в её вкусе.

Но если честно, у неё и вкуса-то никакого на парней нет. Ей без разницы: блондин, брюнет, рыжий, высокий или не очень. Лишь бы не тупой и не душнила. И, как бы ни забавно и затасканно это звучало, главное, чтобы человек хороший. А кокетничать и соблазнять она ведь и правда не умеет. Но ведь и ей не нужен такой, который ведётся чисто на физиологию и банальные женские уловки.

В общем Василиса почти решилась заявить Куницыной, что плевать хотела на этот спор и не собирается она тратить время на ненужную ей ерунду, тем более заваливать экзамен. А их мнение ей по барабану, могут кудахтать, что и сколько пожелают. Но Полина подвалила первой, когда подходили к лекционной, вцепилась в локоть, уставилась, изумлённо округлив глаза, и громко воскликнула:

— Ой, Васечка! А кто это за тобой бежит?

— Где? — Василиса растерянно завертела головой.

Оказавшаяся рядом Шадрина, не скрываясь, захихикала, а Куницына, мгновенно поменяв выражение на лице и презрительно скривив рот, помотала головой и многозначительно выдала:

— Нигде, Васечка, нигде. В том и проблема. Не вижу толпы поклонников.

— Мы разве на толпу договаривались? — насупленно напомнила Василиса.

— Так я и Мирончика не вижу, — развела руками Полина, подавшись вперёд, произнесла твёрдо и чётко, разделяя по слогам: — Во-об-ще ни-ко-го.

Вот вроде бы и самый подходящий момент сказать, копируя куницевские интонации: «А не пошла б ты, Полиночка, нафиг со своим спором?» Но нет, с языка сорвалось:

— Так время ещё не вышло.

— Ну-ну, — Куницына смерила её насмешливым взглядом. — Надеешься, нам надоест ждать и забудем?

— Да очень надо! — фыркнула Василиса, добавила самоуверенно-высокомерно: — Куда торопиться-то? Успею.

Опять повелась на расчётливую подначку. Ну что ж такое? И ведь снова тут же пожалела, спохватилась. Вот только опять опоздала. Теперь уже слишком унизительно идти на попятный.

Ну что за непруха? Ещё и Тимофей, когда на большом перерыве сидели в столовой, как нарочно, завёл:

— Дальше-то собираешься действовать? Или наконец-то всё-таки решила забить?

Они сговорились, что ли?

— А сам-то? — недовольно буркнула Василиса, и он, конечно, вид сделал, будто не понимает, поинтересовался недоумённо:

— Ты о чём?

— О тебе и о Карине, — коротко пояснила она, и добавила с лёгким вызовом: — Только не надо меня убеждать, что я всё не так поняла, что ты на неё не запал.

— Я и не убеждаю, — возразил Тимофей немножко обиженно. — Как всегда ввернул поучительно: — Я просто не давлю и не форсирую.

— Ага, — согласилась Василиса, но переиначила по-своему: — Просто клювом щёлкаешь. А она за это время кого-нибудь другого найдёт. Ведь вокруг неё постоянно парни увиваются.

Любомудров заметно помрачнел, пробурчал недовольно:

— Речь вообще-то о тебе, а не обо мне.

Но как раз о себе Василисе сказать и нечего, а тут очень даже легко получалось, слова сами находились. Поэтому она и не смутилась, заявила:

— Одно другому не мешает. — И продолжила: — А ты-то почему тормозишь?

На этот раз Тимофей не попытался соскочить с темы, помолчал немного, даже тихонько вздохнул, потом признался:

— Мне кажется, у неё уже кто-то есть.

— Так спроси, чтобы не казалось, — невозмутимо дёрнув плечами, предложила Василиса. — Тем более лично мне кажется, что никого нет.

И именно в этот момент, словно услышав их разговор, или издалека почувствовав, что речь зашла о ней, появилась Карина, заметила их и сразу двинулась к столику.

— Привет! — произнесла, подходя. — Опять совещаетесь? — Оглянулась на очередь, которая заметно поредела и сократилась всего до нескольких человек. — Я сейчас тоже присоединюсь. Подождёте чуть-чуть?

— Конечно, — кивнула Василиса, а стоило ей отойти, опять обратилась к Тимофею.

— Сейчас она придёт, и спроси.

— Как? — озадачился тот.

Василиса даже разозлилась немножко.

— Как-как? Ротом!

Но Любомудров только сосредоточенно свёл брови, словно очень сомневался в адекватности её совета, и молчал. А когда Карина вернулась с подносом и устроилась за столом, тоже продолжал молчать. И пришлось пронзительно уставиться на него, сигнализируя «Ну давай же, спроси. Как раз подходящий момент», но Тимофей опять сделал вид, что не понял, так и вынуждая действовать самой.