Король, который (не) умер

Часть вторая. Воскрешение короля. Глава первая

Год спустя

Венсан устал от сводок. И от магии тоже устал. Устал от переговоров, от необходимости держать иллюзию и от необходимости постоянно пользоваться магией. Он был истощен и никогда не знал покоя. Он платил высокую цену за то, что вновь воскрешал веру в чужих сердцах. Это было сложно. Народ считал, что быть безумным не так уж и плохо, если ты сыт и тепло одет, и Венсан не знал, как правильно бороться с этой их слепой, гадкой уверенностью. Он иногда просыпался в липком поту и боялся, что ничего не получится, а мертвое лицо Людовика преследовало его.

Венсан знал, что он не может разрушить иллюзию короля, потому что в таком случае он потеряет контроль и вряд ли восстановит её такой, какой она должна быть. Осознание далось кардиналу тяжело; он запоздало понял, что только по живому образцу сумел вылепить действительно похожее его подобие, но вторая попытка может быть крайне неудачной. А провалиться кардиналу очень не хотелось. Он шел к этому слишком долго, чтобы теперь сдаться, и, сказать по правде, не был уверен в том, что у него всё получилось. Порой он открывал глаза и смотрел на иллюзию, а видел вместо неё только облако собственной предательской магии, и в такие секунды ему становилось особенно дурно и мерзко.

Но прошел год, и всё постепенно возвращалось на круги своя. Иллюзия не старела, но прошло слишком мало времени, чтобы король Луи вынужден был сильно измениться внешне, но однажды, и кардинал это понимал, ему придется об этом задуматься. Но не сейчас. Король, изможденный потерей жены, старался не показываться на глаза людям и никуда не выходил без своего духовника. Они превратились в нечто цельное, и когда Луи произносил громкие слова о том, что больше не позволит магии отравить ничье сознание, народ волновался и шептал, что яд веры отравил сознание их короля. Король Людовик был таким смелым, почему же теперь он восстал против магии?

Они поймут ещё, почему. Венсан знал, что рано или поздно своего добьется. Им всем придется подчиниться. Придется смириться с тем, что больше в их жизни не будет волшебства. Эта зима выдалась голодной, потому что король запретил использовать магический дар, но кардинал не сомневался: они попытались сделать это подпольно. Он уже потихоньку будил инквизицию, напоминал им о долге и о том, за кем они должны на самом деле охотиться, но они не слишком-то спешили выполнять приказ. Ждали, что король проснется ото сна, и тогда карающий топор опустится уже на их шеи. Даже Отец-Настоятель, нынешний глава инквизиции, смотрел на Венсана, как на безумца, когда тот рассказывал о карательных миссиях и о том, что магов необходимо поставить на место. За два года королевствования Людовика было слишком много всего утеряно, но кардинал надеялся, что рано или поздно сумеет вернуть всё на круги своя. Он почти не сомневался в том, что способен достичь успеха, даже если вокруг буде слишком много преград.

Во имя веры он был на многое способен.

Сегодняшний день обещал быть спокойным. Небо затянули тучи, и Венсан собирался провести вечер в молитвах об очищении души. Каждая молния казалась кардиналу возможным отмщением, но он до последнего верил, что сумеет сначала закончить свою миссию. Он заставит эту страну вернуться на путь истинный, а что случится потом, уже не имеет значения.

Венсан находился в тронном зале скорее по привычке. Луи – точнее, иллюзия Луи, - в последнее время в основном пребывал тут. Иллюзию было куда проще поддерживать, когда он сидел на троне. Венсан же мог ходить по огромному залу, останавливаться у стен и наслаждаться тишиной. Он часто отворачивался от своего короля, созданного его же собственными руками, и в такие секунды испытывал просто непередаваемое облегчение.

Сейчас он так ушел в свои мысли, что даже не услышал, как распахнулись настежь двери тронного зала.

- Ваше Величество, - церемонно провозгласил стражник, - к вам с торжественным визитом граф Шантьи, Первый Советник короля Артона де Креза, повелителя Рангорна.

Венсан поджал губы. В Рангорне власть сменилась совсем недавно, и воспоминания о странной смерти короля Эмильена всё ещё бередили сознание Венсана. Он понимал, что сейчас было бы некстати называть и своего короля мертвым. Поползли бы сомнения…

- Впусти, - выдохнул он, не выныривая из задумчивости, а потом вспомнил, что вопрос-то задавали не ему самому, а его королю. Тем не менее, стражник, обратившийся к нему, почти не смутился. Он отвесил короткий поклон и удалился, а Венсан так и остался стоять у стены, ожидая.

Он почувствовал холод спиной. Приближение советника Шантьи нельзя было перепутать ни с чем другим. Мужчина шел довольно быстро, и холод, поднимающийся волной по спине Венсана, заставил кардинала задрожать. Ему до ужаса хотелось закрыться, завернуться в тёплый плащ и броситься прочь отсюда. Но Венсан всегда хорошо владел собой. Он медленно повернулся к советнику Шантьи и поприветствовал его смешливой улыбкой.

- Не ожидал увидеть в эленийском дворце такого гостя, - промолвил кардинал.

- Что ж, Ваше Высокопреосвященство, отвечу вам тем же, - отметил Акрен. – Не ожидал увидеть в тронном зале кардинала. И куда подевался король?

Венсану вновь изменила выдержка. Он бросил быстрый взгляд на трон, на котором столько времени восседала иллюзия его короля…

И не увидел там ничего.

Магия была нема.

Венсан с трудом сдержал рвущийся на свободу крик. Он вдруг остро осознал, что ему нечего показать этому человеку. Советник Шантьи разрушит любое колдовское марево, как бы Венсан ни старался его навести. Он просто растопчет чары, уничтожит их у основания. Что он, в конце концов, такое, что так легко рушит все устои?!