Легенды Люмерии

Сказка о вещем сне

(Сказка была рассказана Арману Мароем, кн. "Марой и хранители")

В одном королевстве жила-была семья лумеров, потомки древнего знатного рода, берущего начало от Основателей. Было в семье четверо: мать, отец и двое сыновей-недорослей. Подошёл срок, когда должно было стать известно, снимет ли Владычица проклятие, некогда наложенное на семью, или нет.

Наступил первый октагон, канун Откровения Владычицы, и отправил отец своих сыновей почивать со словами:

– Благословляю вас, сыны мои, и молюсь о судьбе вашей и нашего рода Владычице. Да откроет она вам пророчество, а вы утром расскажете мне о том.

Пообещали сыновья да и отправились спать. И правда, приснился каждому свой сон. Пришёл утром к ним отец и начал допытываться, кому что открылось.

– Мне, – говорит старший сын, – было такое пророчество. Будто стою я под нашим родовым деревом, и корни приподнимают меня. А Гвын (так звали младшего сына) сидит на макушке, словно птица.

– Хорошо, – сказал отец, – видно, будешь наследником и продолжателем рода. Ну, а тебе, Гвын, что было открыто?

А тот ничего сказать не может: такое пророчество получил, что откат за его разглашение сковал и голову, и сердце. Как ни сердился, ни обижался отец, не может младший сын поделиться откровением, твердит одно:

– Не расскажу!

Рассердился тогда отец, велел младшему сыну собираться. Приехали они на распутье дорог. Вновь спрашивает отец:

– Расскажешь или нет?

– Не расскажу!

– Тогда ты мне не сын вовсе! – разгневался отец и выгнал сына из дома: – Коли простит тебя Владычица за непослушание, то и я прощу. Вернёшься тогда домой!

Что ж, собрал младший сын свои скудные пожится и ушёл из отчего дома навсегда.

Отправился он в столицу. Шёл, шёл и остановился на ночлег в одной гостинице. Заказал в общей столовой ужин – сидит ест. Вдруг видит: в углу девица, хороша собой, но грустная и слёзы льёт. Подсел к ней младший сын и спрашивает:

– Как зовут тебя, девица? О чём плачешь?

Рассказала-поведала магесса о своём горе. Была то невеста короля, ездила она к оракулу за пророчеством да узнала такое, что и сказать страшно. Не удивился младший сын, ибо и это было ему в пророчестве. Говорит он тогда:

– Знаю я, что сказал тебе оракул, и могу помочь, готов даже принести обет.

– А что, Гвын, попросишь взамен? – спрашивает магесса.

– Во-первых, не мешать. Во-вторых, поделись своими маг-силами, а больше мне ничего и не надо, – просит младший сын. – Я тебе их верну, когда исполню обет.

Согласилась возлюбленная короля, поделилась магией, взяла с юноши клятву и обещала в точности выполнить наказ – не возвращаться к королю, пока не выполнит младший сын обещанное, не снимет проклятие.

Долго ли, коротко ли, пришёл к королю младший сын, нанялся в слуги и стал наблюдать. Однажды ночью видит: идёт по замку король, поднимается на высокую башню и стоит на краю, а внизу, под ним, тьма пляшет. Подбежал Гвын и оттолкнул короля от опасного края.

Оказалось, напал на короля лунатизм – привычка бродить во сне. Но от прикосновения внезапно очнулся король, увидел, где находится, и решил, будто слуга опоил его дурманящим зельем, чтобы погубить. Приказал схватить Гвына и бросить в темницу. Так воины и сделали.

Сидел, сидел Гвын в темнице, обернулся птицей, вылетел в окно да и был таков. Накинул на себя морок и снова нанялся к королю в прислуги.

Прошло совсем немного времени. Гвын охранял Его величество, старался в этот раз не попадаться ему на глаза и осторожно будил, если вдруг видел короля, медленно бредущего по ночному замку.

Однажды, во время обычного ночного бдения услышал Гвын странный шорох. Присмотрелся – огромная змея (Откуда только взялась?) ползёт по коридору в сторону королевской опочивальни. Спали стражи у двери, и проползла змея беспрепятственно в почему-то приоткрытую дверь. Вытащил Гвын у одного из опоённых охранников меч и зашёл в спальню. В самый нужный момент успел: змея уже ползла наверх по кровати Его величества.

Взмахнул мечом Гвын и ударил по змее, почти перерубил её пополам! С шипением скрутилась змея и исчезла под королевским ложем, подыхать.

Но от звуков проснулся король, увидел Гвына с мечом в руках – перепугался до колик, закричал. Схватили Гвына. Присмотрелся король – опять тот же слуга. Сколько бы Гвын не умолял его выслушать, король был непреклонен – хотел было казнить, но вдруг передумал, усмехнулся, ибо несчастный назвал его милосердным государем.

Велел король всего лишь навсего лишить Гвына зрения, отрубить ему кисть правой руки и выбросить далеко за городом, чтобы никогда больше не нашёл слуга дорогу в замок и запомнил урок. Так охрана замка и сделала.

Слепой и страдающий от боли Гвын брёл, сам не зная куда, пока случайно не пришёл к реке. Там призвал он магию воды, дарованную ему возлюбленной короля, снял себе боль и залечил раны, но вот беда – зрение-то не возвращалось, да и руку ни одна магия бы не отрастила. Призвал он маг-силу иллюзии и тот свет Владычицы, который появился у него в ночь вещего сна. Свет стал его вторыми глазами, а иллюзия изменила внешность так, что никто теперь не узнал бы в этом пожилом мужчине юного Гвына.