Вагон второго класса. Том I

Глава 5

В последний день матушка повела Илону к модистке – наметанным глазом леди Горналон оценила, что еще пара недель, и понадобятся новые платья. Даже нижнее белье уже исчерпало запас ширины, и сколько ни распускай тесемки, а рано или поздно придется покупать новый корсет.

– Ах, дорогая, как тебе повезло, – говорила матушка. – В мою молодость корсетов для дам в тяжести делали мало. Неприлично, мол, свое положение напоказ выставлять. А во времена твоей бабушки таких корсетов и вовсе не было. Кто поглупее, утягивался обыкновенным. Кто поумнее, оставались дома. Бывало, по полгода за порог не выходили, только в садик посидеть под зонтиком, и назад! Когда я носила Алека, твоя бабушка прислала мне письмо с тремя страницами наставлений.

– Каких же?

– О… нехорошо так говорить о той, что дала мне жизнь, но времена были не чета нашим. Полагалось, что половину срока нужно затягивать талию, будто никакого ребенка и нет.

Илона округлила глаза в удивлении: она перестала утягиваться уже на втором месяце, а с четвертого носила платье намного свободнее:

– Но… как? И что будет с ребенком?

– Не думай об этом, те времена позади, – матушка поморщилась, раздосадованная, что дочь заговорила на неприятную тему, от которой в ее положении стоит держаться подальше. Илона поняла ее и не стала настаивать. – Мне в свое время пришлось обойти четверых модисток, пока одна не взялась сшить корсет под фигуру с большим животом. Оказывается, в Шалпии такие уже двадцать лет как носили, а у нас только госпожа Сизор во всем городе могла такое изготовить. Теперь-то никого не удивишь. И пояс для чулок тебе новый нужен. Старый скоро не сойдется, а уже холодает… Ах, да, не забыть докупить шерстяных чулок.

У модистки Илона отчего-то растерялась, оставшись в нижней рубахе, но бойкая девушка, ничуть не смущаясь, обмерила ее со всех сторон и, задумавшись, спросила:

– У маглекаря были? Не сказал еще, мальчик или девочка?

Удивившись бесцеремонному вопросу, Илона покачала головой: у лекаря, который ее смотрел, не хватило дара, чтоб распознать такие подробности.

– Мне кажется, мальчик, – задумчиво проговорила модистка, разглядывая живот. – Вперед торчит. – И сделала несколько пометок.

На следующий день, удостоверившись, что все идет заведенным порядком, матушка отбыла домой. Вскоре доставили первую партию новых вещей. Люси помогла Илоне справиться с завязками на обновках и довольно поцокала языком.

Через некоторое время молодой Боскет прислал приглашение, написанное чрезвычайно напыщенным слогом, со множеством завитушек и ажурным росчерком после подписи. С неуклюжей торжественностью он звал госпожу Кларк выпить чашку чаю и прогуляться по городу. Поразмыслив, Илона согласилась, горячо попросив Звезды отвадить госпожу Боскет от их компании.

Наверное, госпожа Боскет побоялась спугнуть удачу неосторожными действиями, а может быть – даже наверняка! – матушка Илоны со свойственными ей изяществом и настойчивостью дала матери Леопольда несколько ценных советов. Так или иначе, но молодой Боскет явился на свидание один.

Они зашли в кафе. Официантка проводила их к столику у окна, откуда можно было следить за моросящим дождем и желтыми листьями на мостовой. Без надзора госпожи Боскет спутник Илоны оказался не так уж и плох; вприкуску с пирожными его вполне можно было выносить. Действительно, год в университете оставил у него живейшие воспоминания. Илоне стало понятно, что после оранжерейного воспитания под крылом у матери и пожилого домашнего учителя Леопольд не справился с водоворотом студенческой жизни. Выпорхнув на свободу после заточения в семейном гнезде, он не рассчитал силы, каковых на учебу в конце концов не осталось, и не сумел сдать экзамен в конце весеннего семестра. Ему дали последний шанс осенью, перед началом учебного года, но наверстать за лето не удалось, и молодой Боскет вернулся в Шинтон.

Стараясь избегать неудобных вопросов, Илона вызнавала о самом университете. Слушая рассказы Леопольда, она тихо вздыхала. Хоть бы на денек попасть туда!!

– Признаться, я до сих пор питаю страсть к несвойственным нашему кругу книгам, – говорил Леопольд, по-видимому, и впрямь испытывающий неловкость по этому поводу. – Конечно, от них нет никакой практической пользы… Да-да, я знаю, матушка тоже непрестанно повторяет, что чтение – занятие для бездельников. Но увы! Иногда не могу удержаться.

Илона была согласна поговорить про книги и без практической пользы. Закончив с пирожными, они отправились в книжную лавку через улицу.

Надо отдать ему должное, Леопольд был отлично воспитан. Он раскрыл зонт еще до того, как Илона вышла из-под козырька кафе, и галантно подставил ей локоть. Взмахом руки остановив кэб, молодой Боскет перевел Илону через улицу. Он придерживал спутницу под руку, когда та перешагивала через потоки воды – рискованное занятие с ее-то животом, но кавалер показал себя твердой опорой и ничуть не торопил. Привык, наверное, гулять с пожилой матерью. Илоне стало жаль его, как было жаль молодого охотничьего пса, которого недалекий господин Кристис пытался приспособить как комнатную собачку, выводя совсем ненадолго на улицу и запрещая бегать. К счастью, изрядно погрызенные ножки мебели убедили Кристиса отдать собаку другу, обладателю загородного имения и любителю походить по лесу с арбалетом.

Мягкому Леопольду “грызть мебель” было нечем, и бедняга маялся в роли домашнего сыночка с надеждой на женитьбу как на спасение. Илоне было неловко думать о том, что женись Леопольд на ней – попадет из одной клетки в другую. Леди и лорд Горналон, конечно, не станут обращаться с ним, как со скудоумным юнцом, но и с привязи не спустят.

Хвала Звездам, университет не прошел для Леопольда даром. Над его тягой к образованию матушка имела мало власти. В книжной лавке Леопольд оживился, его глаза загорелись, и он сразу повел Илону в ту часть, где располагались книги признанных мыслителей, записки путешественников о странах за океаном и новых колониях. Венчала это досточтимое собрание полка учебников, названия которых Илоне мало что говорили. Она открыла одну книгу и воззрилась на картинку, где шар сходился с извилистой плитой, а длинные строки значков рядом описывали их взаимодействие.