Жулики против Привидений

1. Утро. Омовение и молитва. Душистая трубка после завтрака.

Над Крепостью-на-Перекрёстке занимался рассвет.

Золотые лучи солнца, поднимающегося из-за холодных скалистых вершин, украдкой подбирались к раскинувшемуся на постели обнажённому телу. Осторожным скребущимся котёнком они пробежали по украшенному резьбой столбику, по расшитой атласной простыни, позолотя покрывающий её мелкий пушок и превратив парящие в воздухе пылинки в блестящие искорки. Наконец, солнечный зайчик взобрался на лысую макушку владельца кровати и защекотал его своими усиками.

Тело устало поморщилось, заворчало и отмахнулось от приставучих горячих лучей. Заслонив глаза рукой, Келгар недовольно вздохнул и снова провалился в сон.

Но теперь ему уже не дадут спокойно полежать.

* * *

Утренняя прохлада покрывала мурашками его руки в свободных рукавах. Когда взойдёт солнце, и весенний воздух согреется, он знал, работники на стенах даже скинут рубахи и будут ходить с открытой грудью, подставляя кожу его горячим лучам. Но сейчас, в раннюю рань, мужчина ещё явственно ощущал дуновение долгой холодной ночи.

Касавир зажёг последнюю свечку на алтаре и преклонил колено перед покосившейся статуей своего бога. Закрыв глаза, он просто прислушивался к своим ощущениям. Склонённое в покорности лицо чувствовало на себе приятное тепло свечи. В воздухе разливался дразнящий аромат свежих булочек с корицей. Запах был таким увлекательным, что рыцарю пришлось сконцентрировать всю свою волю на том, чтобы его мысли только не уплыли далеко-далеко, сквозь занятый стройкой внутренний двор Крепости и в открытые двери пекарни...

Он напомнил себе проследить за тем, чтобы солдаты после тяжёлых занятий на плацу получили каждый по полному кувшину кваса и душистому караваю, только что из печи. А вот те, кто посмеет нарушить дисциплину и сбежать с тренировки раньше положенного срока, останутся на сегодня на голодном пайке. Это будет для нарушителей хорошим уроком...

Наконец, черты его лица расправились, мысли успокоились, и мужчина остался наедине с самим собой... и своим повелителем.

"Дорогой Тир,

Сегодня был очень непростой день, но я знаю, что этими испытаниями ты только учишь меня смирению и выносливости. Мне не терпится поделиться с тобой тем..."

...тишину утренних сумерек прорезал ужасающий рёв рассвирепевшего зверя.

- ...что за дьявольщина происходит в нашей любимой Крепости, клянусь именем Твоим! - закончил Касавир на повышенных тонах, не в силах сдержать себя. В который раз уже его прерывают в самый сакральный, непозволительный момент!

* * *

Заскрипели блоки, зашуршали натягивающиеся верёвки, и огромный механизм, протянувший свои щупальца в самые отдалённые уголки Крепости, пришёл в действие. Нажатием одного тугого рычага кастелян пробудила висящий во внутреннем дворе сигнальный колокол...

...и на обладателя блестящей макушки с потолка пролилось полное ведро холодной ключевой воды, только что из колодца.

Рёв растревоженного медведя сотряс каменные стены комнаты, вопль, полный обиды и бешеной ярости.

- Хрррге эррохр... хрр, кх, кхар! - со сна в горле Келгара так пересохло, что он не мог нормально выговорить ни слова. - Хде этот проклятый отрок Думатойна!? Подайте мне его, клянусь, я из него сделаю отбивную!

Но не только он, конечно же, попал под раздачу. Бишоп с угрюмым видом натягивал сапоги, наблюдая за тем, как конец перерезанной им бечёвки дёргается под потолком, тщетно пытаясь разбудить его. Если они думали, что смогут устроить в его комнате ловушку так, что он и не заметит, значит, они до сих пор его недооценивают. Может, это и к лучшему. А может, стоит дать им понять, кто он такой на самом деле. Но какой смысл спорить с дураками... Что в одно ухо влетело, из другого вылетело.

Ужасный визг из коридора заставил его встрепенуться и мгновенно подхватить лежащий под рукой меч. Впрочем, миг спустя разведчик расслабился, признав знакомый голос. Это Кара выскочила из своей опочивальни, шипя, как ошпаренная кошка, с пылающими от возмущения глазами, раздирая пальцами слипшиеся комьями волосы. Колдунья истерично озиралась вокруг, выплёвывая осипшим после сна голосом ругательства, и её ладони уже окружило магическое пламя, явно говорящее, что случится с первым, кто попадётся ей на пути.

- Это что так-кое!?... Да к-как вы посмели...! Да вы знаете, кто я так-кая! Я же мог-гущественнейшая колдунья Фаэруна! Я же, я же вас всех сожгу. Что я вам, какая-то деревенская девчонка?... Идите вон лучше полейте Шандру! Или Элани!...

Но не успела она ещё хорошенько протереть глаза, как второе ведро ледяной воды вылилось ей на голую спину, заставив девушку всю сжаться и обхватить себя руками от холода. Дрожа от окоченения и растеряв всякие мысли о мести, она медленно обернулась, чтобы увидеть в дверном проёме Бишопа, всё ещё держащего в руках пустое ведро.

- Угомонись, полоумная, от тебя уже дым идёт - спокойно бросил разведчик, смотря куда-то мимо неё скучающим, холодным взглядом. - Это не розыгрыш, а нововведение нашего великого капитана. Видишь? тебе стоит проявить уважение и преклониться перед его сияющим разумом. И прикройся чем-нибудь, мне, поверь, совершенно неинтересно наблюдать твои тощие телеса.

С этими словами он развернулся - и невозмутимо ушёл в свои покои. И закрыл за собой дверь.