Наследница

Глава 1

Между народами Паладии иногда всплывают разногласия: их взгляды на мир сильно отличаются. Однако, есть нечто, в чем они едины — боязнь теней. Никто не знает, откуда появились эти твари, источники разнятся.
      Люди полагают, что после смерти ангел Люксилина — их покровитель — очищает души от скверны, чтобы забрать к себе на небеса. Вся та злоба, что копилась годами, уходит под землю, где принимает облик тени.
      Стимы почитают Творца — первый механизм, появившийся на Серной Пустоши. Он создает их совершенными, а все излишки выбрасывает, из отходов и рождаются проклятые сущности.
      Эльфы утверждают: все это происки злых колдунов. По этой же причине они воевали с темными сородичами, и те, как бы странно это не звучало, разделяли мнение собратьев по поводу магии.
      Только темные эльфы считают, что тени — спятившие адепты Ночи. Слишком ярые фанаты, ослепленные тайнами Сумеречного леса.
      Гномы составили такую легенду: когда-то Вечный Холод, что укрывает их родные горы, проникал до самой глубины пещер. Там невозможно было жить, пока не появился Огонь Негасимый. Он растопил лед, дал их предкам кров, изгнанный мороз и стал тем, что остальные народы зовут «тень».
      Чудища не имеют ни земли, ни иерархии, ни рода, ни племени, они не без гордости говорят, что мрачные твари их бывшие собратья, загнобленные другими народами.
      Возможно, кто-то уже нашел истину, а может нет ее вовсе, только в одном сходятся жители волшебного мира — откуда бы оно не пришло, нету в тенях ничего доброго, созданы они только чтобы разрушать. Правда, есть у тварей одна слабость — боязнь света, будь то солнце, свеча, фонарь, кристалл, факел или еще какой прибор.
      Риза никогда не видела живых теней, только последствия столкновения с ними. С детства ее обучал однорукий вояка, бывший полководец имел неосторожность ухватить врага, правая кисть почернела, покрылась волдырями, вещество начало растекаться по венам. Все происходило в течении нескольких часов, чтобы спасти его целители отрезали руку до локтя, но даже спустя много лет она временами кровоточила.
       — Принцесса, запомните одно, — говорил он после рассказа. — наши враги не обычные тени, они лишь отдаленно похожи на силуэты. За собой эти твари тянут черный шлейф из дыма, к нему ни в коем случае нельзя прикасаться.
      Девушка долго не могла понять, о чем говорит учитель, пока сама не увидела этого. Одним летним утром незадолго до рассвета она услышала голос за окном. Он принадлежал женщине, называл ее по имени и приговаривал такие вещи, которые даже самые близкие друзья не знали. Неожиданно спокойный разговор сменился криком. В порыве эмоций Риза выбежала на улицу и очутилась одна в темноте.
      Шлейф был заметен сразу — он темнее самой ночи, растекался медленно, подобно туману. Тонкие нити тянулись вверх, качаясь на ветру, выжидая жертву. Все, чего касались отростки, начинало увядать — деревья, трава, даже столетние стены замка покрывались трещинами. Следов было очень много, обычно тени появлялись в одиночку.
      Эмоции затихли, уступив место страху. В один миг из черноты выпрыгнула высокая фигура, ее очертания напоминали человека, но не имели ни лица, ни одежды, ни пальцев — края силуэта попросту расплывались. Оно оказалось у ног юной принцессы, потянуло к ней свои отростки. Еще секунда и ее тело сгниет, а душу сущности заберут с собой, а может съедят или обратят в какую-то гадость.
      Но тень остановилась. Существо подняло голову, словно прислушиваясь, вокруг царила тишина. Оно протянуло руки в направлении часовни (такие стояли у каждого замка) и устремилось туда. Следом кинулись сотни подобных тварей, и это был идеальный момент для побега. Однако в голову постучалась другая мысль: «что-то отвлекло их от жертвы, и это нечто будет хуже миллиарда теней».
      Принцесса кинулась за ними, стараясь не подбегать слишком близко, перепрыгивая черные сгустки, падая и снова вставая. Когда она добралась до места существа не обращали на посторонних внимания — они окружили здание, склонив головы.
      Часовня представляла из себя подобие огромной беседки. По поверьям людей общаться с ангелом можно было только в открытом помещении, по этой же причине на ночь все посетители святого места уходили. Каждый шаг давался с большим трудом — было сложно найти место, куда не доставало черное нечто. Под кованной крышей стояли два силуэта.
       — Я его уничтожу, чего бы мне это не стоило! — Первый сделал жест рукой, словно пытался сотворить заклинание, но его силы были на исходе.
       — Ты не доживешь до дня его восхождения! — Вторая фигура подскочила к первой, после чего резко оттолкнула ее от себя и каким-то невообразимым образом растворилась во тьме.
      Первые лучи солнца коснулись земли. Они были слишком ничтожными, чтобы их заметил человеческий глаз, но тени почувствовали приближение света. В одно мгновение ока они исчезли, шлейф начинал растворяться, словно мир пришел в норму и все произошедшее оказалось сном. Только вот какая штука — прямо как с рукой того вояки — отголоски этого дня еще долго будут терзать земли Паладии.
      Риза подбежала к незнакомцу, который пытался разогнать мрак. Его лицо и шея были покрыты странными символами, внешне он походил на человека, лишь кровь была какой-то необычно темной, отсвечивала зеленым светом. Тело было холодным, но дыхание присутствовало — едва уловимое, все из-за раны между ребер. Девушка вспомнила, что ей говорил придворный лекарь о подобного рода травмах — рану срочно закрыть, чтобы туда не попадал воздух. Не имея ничего подходящего дочь короля просто зажала ее руками и стала ждать, пока придут паломники.
      Так прошла минута, другая, они казались невероятно долгими. Похоже, люди не спешили на службу, а когда придут будет слишком поздно. И она единственная может спасти его, но в то же время абсолютно бессильна, ведь необходимых знаний нету. Вдохи становились прерывистее, рука, закрывавшая рану, дрожала. Внезапно за спиной раздался голос. «Лишь бы не те сущности снова» — подумалось принцессе.
       — Ты действительно хочешь спасти незнакомое существо, зачем? Возможно, это его судьба — умереть здесь и сегодня, бесповоротно покинуть мир живых.
       — Тени пришли сюда за чем-то, а он пытался уничтожить это. Пожалуйста, позовите на помощь…
       — Мне не нужно звать, я и сам могу помочь.
      Не пойми как она оказалась в стороне, над раненым нависло странное существо. В память врезались большие глаза с золотистой радужкой, плащ из вороньих перьев и неестественно длинные пальцы. Он снял одно из перьев, приложил его к ране и муки больного тотчас облегчились.
       — Теперь будет жить? — С надеждой спросила Риза.
       — Сил ему не хватает, чтобы поправиться. — Ответил человек-ворон. — Вампиры, в отличие от зомби, очень тяжело переносят ранения.
       — Вампир?! Но раз уж я взялась его спасать…
      Об этих существах девушка слышала лишь в легендах, ведь ходить в Запретный лес, где обитала всякая нежить, людям запрещалось. В телах упырей тек яд, он поддерживал тело в рабочем состоянии и не давал ему стареть, взамен требуя крови. Словно прочитав ее мысли персона в черном плаще ухватила за руку, занесла над ней свои когтистые пальцы.
       — Учти, как только отпущу беги со всех ног — когда проснется может напасть. — Предупредил он, после чего острие впилось в запястье.
      У вампиров была одна страшная особенность — их клыки подобно когтям филина хватали свою жертву, впивались в кожу, причиняли адскую боль, и все это дочь короля прочувствовала на себе. По щекам потекли слезы, кричать у нее никогда не получалось.
      Тело накрыла слабость — оно и не удивительно, жажда этого существа была огромной. Человек-ворон помог высвободиться из мертвой хватки, борец с тенями открыл глаза. Обратившись птицей целитель исчез, а принцесса со всех ног побежала обратно во дворец. Ее качало из стороны в сторону, голос в голове истошно вопил «зачем ты это сделала?!», однако вспоминая сборище темных сущностей девушка понимала, что вряд ли кто-то из поданных короля сможет одолеть такое войско.
      Появилось непреодолимое желание вернуться в постель, упасть на подушку и уснуть крепким сном. Усталость накатила подобно волнам Лазурного моря в дни прилива. Не разбирая дороги девушка налетела на фигуру в золотом платье, та начала что-то кричать, на что Риза отмахнулась рукой, не до того было. И как только тело упало на перину в покои ворвалась служанка.
       — Ах, принцесса, вы еще спите? Безобразие, вам нужно быть в обеденном зале через час!
       — Подумаешь, на обед опоздаю, отец злиться не будет.
       — Сегодня вы встречаете важных гостей — представители всех царств соберутся. — Настаивала на своем гувернантка, ухватив воспитанницу за руку. Она потащила дочь короля в ванную, где уже ждала теплая вода, спать захотелось еще больше.
      Представители шести земель проводили собрание раз в год, по очереди встречаясь в землях каждого. Пять лет назад принцессе удалось уговорить королевскую свиту оставить ее в покое, хотя двенадцать — вполне подходящий возраст для выхода в свет. На этот раз выкрутиться не получилось.
       Приготовления продолжались: отмыли, причесали, нацепили корону, одели в традиционный наряд. Он состоял из белых штанов и темно-синего верха, украшенного гербом семьи, иногда казалось, что со стены сорвали гобелен, а потом просто подвязали его поясом.
       — Не переживайте, миледи, на совете присутствует по одному представителю каждой земли, вы лишь посидите на завтраке, поприветствуете всех, покажите свое гостеприимство и уйдете. — Попыталась сгладить момент прислуга.
      Входить в зал пришлось через черный ход, так как у парадного ждали гости. Перед столом уже стоял король — темноволосый мужчина средних лет, наряженный в тот же костюм-гобелен, с мечем на поясе. Его пальцы украшали драгоценные перстни — подарок гномов, золотую корону венчали сапфиры. Символ власти дочери был не таким знаковым — всего лишь бронзовый обруч, местами покрытый позолотой.
       — Опаздываешь. — Подметил отец, осматривая ее с головы до ног. — Нельзя заставлять гостей ждать.
       — Прости, меня мучили дурные сны, я плохо спала. — Слегка склонив голову девушка почувствовала, как правитель прижал ее к себе.
       — Твое ребячество греет мне душу, но возраст уже не тот. Постарайся вести себя достойно.
      Представители долины Ив стали перед столом, слугам подали знак и они открыли двери. Глашатый стоял у входа и представлял каждого.
       — Господин Зеон, представитель Серной долины.
      С характерным треском шестеренок появился стим. Эти странные создания работали от нескольких источников питания, основным считался паровой двигатель. Все тело состояло из серебристого металла, секрет создания которого знал только Творец, причесок у механизмов не было — они не нуждались в роскоши и считали, что их изначально создали идеальными. Одежда так же была чистой формальностью, и ее научились использовать с толком. Из всех народов Паладии только гномы могли примерить на себя подобную одежонку — тяжелая броня, состоящая из множества слоев. Где заканчивался наряд и начиналось тело? Сложно было понять.
      Зеон откланялся и стал по правую сторону от двери, вообще в этикете предпочитали все ставить справа, будь то гость, символ власти или вилка на столе. Было очень неудобно соблюдать все тонкости, если ты был левшой.
       — Королева Уна, король Зельдабур, их дочери Хельга и Ханаар — избранники Негасимого Огня.
      Гномы были не намного ниже людей, зато в разы сильнее. Родители нарядились в доспехи, дочери предпочли красивые платья для официального приема. Хорошо, что из всей свиты пришли только самые близкие родственники, потому что следующими заявились эльфы.
       — Сансай Ваниэль, его жена Лазурина, сыновья…
      Титул эльфа означал «избранник солнца», но к нему еще можно было привыкнуть. А вот что всегда причиняло неудобства, так это трепетное отношение лесных жителей к своей семье. Короли имели обычай — дальним родственникам давать высокие должности, города под командование, но не считать за членов династии. Ваниэль же всегда брал с собой семью — детей, внуков, дядек, тетек, кузенов, кузин, мужей десятиюродных сестер, внучатых племянников и таких дальних родных, что для них даже названий не придумали. Среди прочих дочь короля отметила Азеркину — троюродную сестру в золотом платье, та тоже заприметила нахалку, на лице промелькнул злобный оскал.
       — Представитель Вечного Союза Разак.
      Легкий запах гнильцы пронесся по залу, когда порог переступил зомби. Стоит отметить, он сильно отличался от простых воинов Запретного леса — не позволял себе ходить с открытыми ранами, ломаными костями в грязной одежде. Пусть большинство гниющих трупов выглядели как беспризорники с мечами, главный советник правителя был статусом повыше и не желал уподобляться собратьям.
       — Луназир Аргедон, его жена Мелисса и сын Сумериэль.
      Избранник луны — так называли правителя темных эльфов. Вопреки тому, что писали в сказках, внешне они почти не отличались от лесных, разве что кожа была немного светлее из-за ночной жизни. По достижению совершеннолетия любой эльф мог перейти с одного племени в другое, если хотел заниматься темной магией или наоборот вести мирную жизнь, почитая природу.
      Это правило не касалось детей правителей, особенно если те были единственными наследниками. Мелисса — вторая дочь Ваниэля, была выдана замуж в качестве мирного договора и насильно обращена во тьму. Толи назло родителям, толи по какому чуду, а через пару месяцев королева освоилась и теперь даже смотреть на бывшую родню не желала.
       — Король Георг, его дочь Риза. — Наконец-то представление закончилось, начались приветствия.
      Все эти формальные фразы вроде «давно не виделись», «для нас это большая честь», «да благословит наши переговоры сам…» — в общем на них отвечали не задумываясь. Так и проговорили минут пять, после чего сели за стол. Обычно принцесса сидела около своего отца, но в тот день между ними расположились пятеро персон, девушке не повезло оказаться около стима. Постоянный шум механизма напрягал ее, уставший мозг отказывался понимать, что эта груда железа живет.
      Принесли еду, с другого края стола — там расположились отпрыски лесных эльфов — раздался тонкий голосок.
       — Ваше Величество, мне очень приятно увидеть вашу дочь, но где же королева?
       — О, вся моя Империя знает. — Не скрывая ответил король. — Мой отец поженил нас, а через год после его смерти мы развелись. Галия была хорошей женой, только смотреть на нее было противно. К сожалению новый муж убил ее, да примет Люксилина эту праведную душу!
      Разговоры ни о чем продолжились, чередуясь с первым, вторым и десертом. Пытаться услышать что-то важное было бесполезно — все деловые вопросы обсуждались за закрытыми дверьми.
       — Юная леди, — как можно вежливее заговорил Зеон, — если меня не подводят знания этикета, ложку следует держать правой рукой.
       — Что-то я не голодна. — Ответила Риза, отложив столовый прибор.
      А спустя пару минут просто плохой завтрак превратился в кошмар — как-то угораздило принцессу попасть в поле зрение зомби, и теперь тот пристально наблюдал за ней. Учитывая тот факт, что представители его вида питались мясом разумных существ, чтобы продлить свою жизнь, (в отличии от вампиров, которые могли пить кровь хоть эльфа, хоть человека, хоть зверя) стоило избегать встреч с Разаком.
      По окончанию обеда гостям предложили прогуляться по замку, осмотреть окрестности. Собрание продолжалось до самого обеда, так что времени у правящих семей было предостаточно. Воспользовавшись моментом принцесса поспешила обратно в постель, но тут ее перехватила парочка эльфов.
       — Мы с кузиной поспорили, что я тебя за волосы ухвачу, — как можно осторожнее начал Сумериэль, — но поскольку хватать особо нечего, придется провести битву.
       — А я в этом споре не участвовала, и пачкать руки не собираюсь.
      Эльф не стал слушать отговорок. Он просто вручил кузине корону, а сам подбежал к хозяйке замка и не промахнулся врезал прямо в глаз, так что синяк еще две недели не сходил. Полусонная девушка что-то проворчала, на внятные слова не оставалось сил. Она попыталась занести руку, и тут сын избранника луны ухватил ее за запястье.
      Адская боль вернулась, усталость как рукой сняло. Оскалившись от неприятных ощущений, дочь короля долины Ив ухватила его за шиворот другой рукой, и толкнула к окну, которое как раз открыли на проветривание.
      Однако в последний момент Риза опомнилась и поспешила на помощь кузине, которая успела ухватить двоюродного брата за рукав. Вместе они вытащили парня, теперь он казался еще бледнее.
       — Я расскажу родителям, они вам войну объявят!
       — Давай, говори, а заодно припомни о споре со своей сестрой. — Понимая, что сейчас она либо уснет, либо обдаст гостей потоком брани, правительница вернулась в свою комнату и наконец-то смогла нормально отоспаться.
      Вечером гости уехали, горожанам объявили о продлении торгового договора с гномами, стим ушел чем-то недовольный, а Сумериэль пытался уговорить родителей устроить несколько нападений на границы, но его просьбы ни к чему не привели. Закончив с официальной работой Георг велел привести дочь, и кто бы сомневался, что она придет в помятой одежде, зевая на ходу.
      Свечи догорали, следовало бы сменить их, тени заполонили зал, гудевший от шума пару часов назад. Это были не те сущности, которых приравнивали к черным силуэтам, а самые обычные темные участки. Приглушенный свет успокаивал, настраивая на разговор по душам.
       — Как тебе первая дипломатическая миссия?
       — Ужасно скучно, и немного страшно. Столетние эльфы, неуязвимые машины, бессмертные некроманты и мы — просто люди, наверно самые слабые существа после чудищ. — Договорив принцесса сняла корону, виски неприятно покалывали от долгого ношения украшения.
       — Наша сила не столь явна, и все же соседи считаются с мнением долины Ив. Знаешь, почему? Мы — потомки ангелов, многие из них пали, обратившись в людей, только Люксилина осталась в своем первозданном облике. Наш народ утратил крылья и светлый нимб — защиту от теней, только одно осталось — магия света. Она способна восстанавливать разрушенные земли, мы исцеление для всей Паладии, без наших знаний враги постепенно разрушат мир.
       — А если противников будет много, соберутся сотнями тогда…
       — Этого не случалось уже десять лет и никогда не случиться. — Прервал отец.
       — Что же заставило их собраться вместе ранее? У теней есть разум? Они планируют что-то нехорошее?
       — Мы отвлеклись. Касательно твоего первого появления, Снасай острова Жизни хотел бы видеть тебя среди дипломатов на своих землях. Я знаю, правила кажутся тягостью, но помимо официальных встреч существует целый мир — разные народы, их традиции, культура.
      Этот тон говорил сам за себя — отец уже принял решение, он был настроен обучить свою дочь тонкостям правления, да и по закону старшие наследники должны были помогать правителю. К сожалению был только один способ избежать очередного ужина, полного формальных фраз и странных обычаев.
       — Я и сама долго размышляла над этим и пришла к выводу: наша страна и так переполнена дипломатией, а будущий правитель должен думать в первую очередь о своих, а не о чужих. Король Георг, как ваша дочь и ученица легендарного воина, прошу вас, — говоря это она стала на колено, — посвятить меня в рыцари.
       — Это очень серьезное решение. Понимаешь, что тебе придется покинуть замок и пока не отслужишь год не вернешься?
       — Да, таково мое решение.
       — Ну что же, Риза из королевского рода, именем нашей хранительницы Люксилины нарекаю тебя рыцарем. — Не без тени сомнений он достал меч и поочередно коснулся ее плеч.
      Георг недолюбливал свою жену, как бы она не старалась угодить ему, но в день рождения дочери что-то в его сердце екнуло. Она была его семьей — не навязанной, не формальной, а кровной, с детства ходила по пятам, постоянно просила совета. Он поклялся, что позволит ей идти своей дорогой, ведь больше всего на свете боялся стать таким же как его предшественник.
      Перед тем как выпроводить родную кровинку из дому правитель отдал ей свой медальон — с ним окружающие всегда могли распознать в девушке принцессу и не навредить ей ненароком, к тому же в армии присмотрят, да и сама она, посмотрев на украшение, вспомнит отца.