Хроники Игрока, Однокрылый

Глава тринадцатая

– А гдэ всэ? – к нам с Дариушем подошёл Андрей, зажимая под мышкой большой глиняный горшок, весь покрытый искусной росписью «аля Камасутра».

– Миша с Рамзаном отправились ко двору Зарисы, – дёрнул плечом поляк, внимательно изучая керамическое приобретение дворфа, – а Марина понеслась на крыльях любви к своему драгуну. Сам знаешь, как редко они видятся.

От слов следопыта, я ощутил укол ревности к некому удачливому доречи-рыцарю, сумевшему пленить сердце нашей взбалмошной магички. Забавные всё-таки мы мужики существа. Альфа-начало у большинства из нас просыпается при первом же удобном случае, даже если для этого нет никакого повода

Кто по большому счёту я для Марины? Просто столичный парень, который однажды помог ей и с которым, она немного побродила по лесу. Знакомы-то мы были от силы полтора дня, после чего расстались, чтобы ещё раз встретиться через долгих два с половиной месяца.

Я должен был бы быть просто благодарен ей за то, что она выкраивала время на мои поиски, вместо того, чтобы заниматься своей личной жизнью. Ещё неизвестно – очнулся бы я самостоятельно или так бы и лежал на клеверном поле в роще из фиолетовых деревьев ещё пару сотен лет, пока на меня не наткнулись бы какие-нибудь доходяги и не прирезали бы ради доспехов и лута. А во мне вот, шевелится нехорошее чувство, от того, что кто-то уже наложил руку на милую мордашку, так ненадолго появившуюся в ареале моего эго.

Зажмурившись, я и усилием воли подавил в себе ревность. В конце концов, я должен быть рад за Маринку, к тому же я уверен что не испытываю к ней никаких чувств, кроме, разве что дружеских.

«Соврал себе человек, который всю жизнь отрицал саму возможность обычной дружбы между мужчиной и женщиной!» – подколол я себя и тяжело вздохнул.

Кого я обманываю! Что может испытывать нормальный здоровый мужик к соблазнительной особе женского пола? Особенно сейчас, когда грань между новым миром и старым уже почти стёрлась в моём сознании.

– Чтоб эго шайтан… – в сердцах выругался Андрей в адрес безымянного драгуна, – … а потом он…

Бывший работник дагестанской прокуратуры зло посмотрел в сторону центра города. Трудно было не заметить, что он неровно дышал в сторону Марины. Вот только в отличие от меня видимо лично знал объект её интереса и не стеснялся в эмоциях.

Не вслушиваясь в ругательства дворфа, я закрыл глаза. За прошедшее время, что-то неуловимо изменилось в этом мире. В игре появилась некая атмосфера… «обжитого дома», что ли!

Если ещё два дня назад… мои два дня – потому как для меня просто не существовало последних месяцев, и мне было трудно смириться с тем, что они просто исчезли из моей жизни. Так вот, если раньше всё, что меня окружало, хоть и заставило меня поверить в новую реальность, но всё равно отчасти воспринималось какой-то декорацией для аляповатого кукольного спектакля, то теперь же оно обрело смысл и наполнилось содержанием.

Возможно, виной тому было-то, что я впервые попал в по-настоящему людное место. Огромный мегаполис, в котором суетились тысячи и тысячи местных НПС, бывших игроков, немногочисленных «калеченных» до сих пор встречающихся в Ортене и даже монстров, которых раньше стража и близко бы не подпустила бы к воротам города. А может быть, всё дело в том, что пропала игрушечная чистота кукольного домика и целенаправленно наведённая небрежность, подсознательно воспринимаемая как творение рук человеческих.

В тех локациях, где мне уже довелось побывать – нет-нет, да и напрашивалась мысль об искусственном происхождении всего и вся, что меня окружало. В чистенькие, не запылённые веками томления и тлена саркофаги в Графской Гробнице. Вылизанные и тщательно отполированные ворота, идеальные руины некрополя на Лугах Одиночества. Неестественная чистота пещер вообще-то довольно неряшливых гоблинов, небрежных по самой своей природе, ну и, конечно же, пряничная Крёнингсберговка.

Даже больной, умирающий лес в который меня завёл Ергрор, был, если вдуматься, необычайно далёк от того, каким он должен был бы выглядеть на самом деле. Несколько клонированных деревьев, заботливо повёрнутых под разными углами вокруг своей оси и отмасштабированных в редакторе локаций, куцый набор камней и прочих объектов, трава да камыши.

Маразарондон-же был уже совсем другим. В нём жили живые существа, а не поголовно чистоплотные куклы. В подворотнях валялся разномастный бытовой мусор, фонарные столбы были уклеены цветастыми объявлениями, а трещины, сколы и налипшая дорожная грязь на отштукатуренных стенах совсем не производила впечатления кем-то заботливо нарисованной картинки.

Ящики, бочки и навесы над ларьками. Всё это покрывал неоднородный слой рыжей пыли, местами смазанный многочисленными прикосновениями. Она – пыль поднималась с мостовой сапогами, копытами, лапами и колёсами, подхватывалась дующим с океана ветром и разносилась по городу.

На предметах небрежно поставленных рядом с лужами, виднелись подохшие и подтёки брызги. А от упавшей с какой-то телеги и рассыпавшейся по мостовой вязанки кормовой соломы, так и оставленной хозяином валяться на проезжей части, подсушенные солнцем травинки, разлетелись даже в самые дальние уголки огромной площади.

Перед глазами само собой появилось меню персонажа. «Ну, хоть что-то оставалось привычным в этом быстро меняющемся мире!» – подумал я, и тут же реальность показала мне, насколько я был неправ. Название моей расы выглядело так, как будто только, что написанное чернилами слово неловко смазали пальцем. Там в «Роще» я как то не обратил внимания на подобную мелочь… но сейчас. Такая же ерунда творилась и с некоторыми предметами экипировки.

Внешне – всё было нормально. С экранчика в котором стояла кукла персонажа, на меня проигрывая стандартную анимацию «бездействия» смотрел рыцарь в доспехах древнего барона и нубском тёмно зелёном капюшоне, иногда переступая с ноги на ногу и вертя головой. Однако: нагрудник, плащ, нижняя кольчуга, капюшон и даже двуручный меч при поднятии справки о предмете показывали исключительно цветастую мазню детсадовца, дорвавшегося до акварельных красок в отсутствии строгой воспитательницы.