Улька-Стрела и дневники вампира

Глава 7. Открытие лагерной смены

Главная площадь (или, по-другому, плац линейки) в пионерлагере «Буревестник» мало чем отличалась от таких же площадей в других детских здравницах необъятного Советского Союза. Места для построения отрядов были обозначены квадратными бетонными плитами, между которыми прорастала трава (с нею пионеры вели упорную борьбу во время трудовых десантов), и расположены в виде буквы П. Параллельно прямоугольному верху располагался пьедестал, который в процессе линейки, посвящённой Открытию лагерной смены, занимало руководство лагеря. Посередине плаца находился флагшток – вертикально укреплённый шест, служащий для подъёма дружинного флага. Площадь плотно обрамляли высокие колонны корабельных сосен.

Когда третий отряд закончил построение, вытянувшись ровно, точно под линеечку (Алла Демидовна лично проследила за тем, чтобы носки детских сандалий и туфель визуально сливались в одну полосу), голоса пионеров стихли – и стало слышно, как Лидия Андреевна дует в микрофон.

- Раз-раз... раз-раз, – повторяла старшая пионервожатая, и над площадью проносился её голос вперемежку с режущими слух звуками динамиков.

- Приём, приём! «Альфа» вызывает «Дельту». Как слышно? Приём, – тихим голосом вторил ей Сёма, искоса, с опаской, поглядывая в сторону Аллы Демидовны.

Наконец проверка технического оборудования закончилась, и Лидия Андреевна, вцепившись в микрофон обеими руками, громогласно приветствовала лагерную дружину.

- Дорогие ребята! Октябрята и пионеры! Мы рады видеть вас снова в нашем прекрасном пионерском лагере «Буревестник»! Сегодня мы открываем лагерную смену, друзья! Нас ожидают интересные и полезные дела, много веселья и задора! Каждый из вас найдёт себе занятие по душе: в кружках по интересам, в спортивных соревнованиях, в занятиях художественной самодеятельностью. В общем, весело и интересно проведём время, ребята!

Во время своей вступительной речи Лидия Андрееевна сияла ярче начищенного самовара и, казалось, излучала энергию тысячи солнц.

- Разрешите представить вам директора нашего лагеря, – продолжала она с неиссякаемым задором. – Это Добровольская Валентина Васильевна. Валентина Васильевна – опытный педагог с тридцатилетним стажем работы в школе, ударник коммунистического труда, заслуженный работник народного образования. Прошу приветствовать, друзья!

Последовали дружные овации.

- Ребята! – прозвучал зычный голос Валентины Васильевны, многократно усиленный микрофоном, который она приняла как эстафету от старшей вожатой. – Поздравляю вас с открытием лагерной смены! Желаю вам весело провести время, проявить все свои самые лучшие способности, укрепить своё здоровье, отлично отдохнуть и найти новых друзей!

- Строгая, видать, тётка, – поделилась своим впечатлением стоявшая рядом с Улей Маша Горобец, остреньким подбородком указав на директора лагеря. – С такой не забалуешь!

Уля отрицательно мотнула головой, выражая своё несогласие с Машиным замечанием.

- Нормальная она. Я с ней в автобусе ехала на соседнем сиденье.

- Говорили?

- Говорили.

- И что? – допытывалась Маша, как будто не могла поверить в то, что директором лагеря назначили человека, непохожего на Аллу Демидовну.

- И ничего. Сказала же: она – нормальная, – твёрдо проговорила Уля, что, однако, не развеяло Машины сомнения.

- Ну, с одного разговора, да ещё в автобусе, человека-то толком и не узнаешь, – высказала Маша своё мнение с недетской рассудительностью, сразу став похожей на девочку-старушку.

Пока девчонки обсуждали директрису лагеря в попытках составить её психологический портрет, микрофон снова перекочевал в цепкие руки Лидии Андреевны.

- Дорогие ребята! А сейчас давайте поприветствуем замдиректора по воспитательной работе Копейко Геннадия Ларионовича и педагога-организатора Бочкину Тамару Петровну! – торжественно звучал голос старшей вожатой.

Замдиректора оказался щупленький белобрысый мужичок в старомодной летней куртке из коричневого хлопчатобумажного репса. Сделав неприметный шажок вперёд, товарищ Копейко ответил на аплодисменты несмелым взмахом руки. Зато организатор выглядела намного внушительнее: это была женщина средних лет, гренадёрского роста, обладательница иссиня-чёрных цыганских локонов, недавно подвергшихся беспощадной химической завивке. На приветствие ребят Тамара Петровна отреагировала по-театральному, словно актриса на сцене после успешного спектакля: приложила руку к сердцу и низко поклонилась. Если бы сейчас прозвучало восторженное «на бис!», педагог-организатор не перестала бы кланяться ещё в продолжении десяти минут.

- Я с радостью представляю вам нашего физрука, – продолжала между тем Лидия Андреевна, чей оптимистичный настрой не только не иссяк, но, напротив, достиг своего апогея. – Это Добровольский Максим Александрович.

Названная фамилия ожидаемо вызвала оживление в рядах пионеров.

- Добровольский? Он что, родственник директора? – изумилась Маша, дёрнув Улю за рукав белоснежной блузки.

Ульяна пожала плечами.

- Сын, – ответила за неё всезнающая Ирка, внеся ясность в смятенные умы девочек третьего отряда.

И всё же наибольшее смятение наблюдалось в рядах старших отрядов. Особенно, среди представительниц слабого пола.

А причиной тому была внешность Максима Александровича. Высокий плечистый брюнет в спортивном костюме синего цвета с белыми лампасами и надписью «СССР» на груди не мог не привлекать к себе женское внимание. Он был атлетически сложён; высокие скулы, крепкий подбородок и пронзительно-голубые глаза с убийственным прищуром делали его похожим на Майкла Дудикоффа, восходящую звезду Голливуда.

- Поприветствуем Максима Александровича, ребята! – с интимным придыханием, неуместным в торжественной обстановке Открытия лагерной смены, проговорила в микрофон старшая вожатая.

Её пламенный призыв подхватили бурные овации. Мальчишки не скрывали своего восторга от того, что физруком у них будет самый настоящий спортсмен. А девчонки старших отрядов (как, впрочем, и некоторые девушки из числа отрядных вожатых) не постеснялись выразить свои чисто женские эмоции.