Ангел с человеческим сердцем 

Глава 7. Томительное ожидание

«Интересно, еще жива или уже умерла?»

Сосредоточившись на своем теле, сумела  пошевелить пальцами и сжать руку в кулак.  Рассеянный по комнате утренний свет отозвался болью в приоткрытых глазах, выливаясь слезами, и  не сопротивляясь внутреннему порыву - я их закрыла.

«Больно – значит, жива. Уже хорошо».

- Ма-ма, –  позвала почти шепотом.

Сжав руками простынь, поняла, что  уже дома, в своей кровати и позволила себе утонуть в густом тумане спокойствия.

Знакомый аромат и тепло, исходящие от маминых рук вернули меня в реальность.  Улыбнулась ей, и Мэри тут же засыпала меня всеми вопросами, копившимися все это время  у нее в голове.

 - Как ты, милая? Элизабет, в чем дело? Расскажи мне, что случилось? Это правда, что рассказали твои друзья? – ее голос был полон тревоги.

 - Смотря, что они рассказали, -  отшутилась, заставляя себя улыбнуться, чтоб мама перестала переживать.

 Улыбка не оказала запланированного мной облегчения и, хмуря брови, она продолжила:

 - Сони сказала, что ты вышла подышать воздухом, и что тебя не было больше часа. Они испугались, но уходить не стали, в надежде, что вернешься. Ты оставила  и сумку, и мобильник в кафе. Отчаявшись искать, они решили сообщить мне, и пришли сюда… Я  так испугалась, милая! – слезинка скатилась по ее лицу, а голос дрогнул, - Я побежала в твою комнату с робкой надеждой увидеть тебя здесь.  Я  не верила в это… думала, что и тебя потеряла! - мама встала и подошла к окну, слезы душили ее, и она перестала их сдерживать.

У меня сжалось сердце, захотелось встать, успокоить, обнять и заставить не думать о плохом. В борьбе с разумом, утверждающим, что встать у меня не получится и моя неудача только сильнее напугает ее,  выиграла совесть - решила попытаться. Точно знала, что не смогу даже руку поднять, но один толчок и тело, как пушинка, легко и плавно проделало нужные движения само. На мгновение я даже застыла, не веря в происходящее.

«Как после всего, что я чувствовала до прихода мамы, смогла так легко встать? Мне даже хочется  пробежать пару километров.  Так, соберись…» -  с трудом удерживала паническую атаку, - «…мама ничего не знает, и надеюсь, найду способ скрыть от нее правду, в которую  сама не до конца посвящена, и только потом устрою «разбор полетов».

Направляясь к ней, уже придумывала ответы на возможные вопросы. Сказать, что за мной следил человек, который лишил меня сначала воли, затем сознания, понятное дело, не могла. Поэтому выговорила первое, что смогла придумать:

- Мамочка, они зря тебя напугали. Мы вчера весело провели время на аттракционах, а потом зашли поужинать. Я настолько устала, что просто не смогла дождаться, когда ребята захотят разойтись. Тем более, у каждого из них была пара, а я была одна и если бы собралась уйти, то испортила бы им вечер. И потом, я давно не была в таких местах с друзьями, поэтому эта прогулка меня утомила. Эмм… я собиралась позвонить из дома, но мобильник оставила на столе в кафе. А дома  с трудом добралась до кровати,  так сильно хотела спать. Ну прости меня, мамочка!

Немного успокаивало то, что из сказанного только процентов десять было придумано. Не любила  врать маме, ведь это подрывает взаимное доверие, так похожее на бумагу, которую, помяв один раз уже никогда не сделать идеально гладкой, как ни старайся.

- А как же ты добиралась до дома?

«Вот это вопрос!!! Если бы я только знала как…»

Опустив взгляд, и мысленно перебирая возможные варианты, я отчетливо услышала голос в своей голове, заставивший меня подскочить на месте:

«На машине!».

Бросила взгляд на подъездную дорожку под окном  и увидела свою машину. Удивление, за последние несколько дней, уже успело войти в  привычку, поэтому, не акцентируя на нем свое внимание, под пристальным, изучающим взглядом мамы, выражавшим нетерпение, выпалила:

- На своей машине, конечно же! – стараясь, чтобы голос звучал твердо и уверенно, что было нелегко в ситуации, в которой я сама знала чуть больше мамы.

- Элизабет, мне было страшно! - сдалась она, вновь поддавшись эмоциям, - Обещай, что я всегда буду знать, где ты…

- Ну конечно, мамочка! Прости, пожалуйста! – облегченно выдохнула, в надежде, что допрос окончен.

Мы крепко обнялись и, наигранно улыбнувшись, она направилась к двери, продолжая вытирать слезы платком.

- Приготовлю завтрак, спускайся, как только будешь готова, - ее голос снова стал ровным и строгим.

- Спасибо!

 Не могла дождаться ее ухода, чтобы снять с себя маску уравновешенности и, наконец, застыть в состоянии шока, но как только она вышла, желание улетучилось.

- Знаю, что ты здесь, Дэвид! Тебе придется все объяснить, - прошипела я, а ответ раздался короткий смешок.

Прежде чем услышать то, к чему была не готова, как ни крути - мне нужно было смыть с себя прошлую ночь. Взяла полотенце, отправляясь в душ. Было не комфортно от мысли, что он может  видеть меня в душе, но в тоже время радостно от того, что действительно существует.

«Значит, не сошла с ума!»

Стоя под струями горячей воды,  отчаянно перебирала вопросы в своей голове.

«Кто он? Кто тот человек в кафе? Как оказалась дома? Кто пригнал машину к дому? И что теперь сказать друзьям?»

Заворачивая мокрые волосы в полотенце, спустилась на кухню, размышляя о том,  что вижу его только в темноте, а значит, с наступлением ночи, что бы ни случилось, должна узнать правду, должна вывести его на разговор.

За завтраком поведала Мэри о пополнении в нашей компании, в лице Ника. Порадовавшись за меня, она, допила кофе и стала собираться к подруге, предоставив дом в мое распоряжение до самого вечера.  Недолго думая, позвонила Лорен и, с трудом вставив слово в поток  бурного водопада ее речи,  пообещала рассказать все при встрече, в надежде что-нибудь придумать к приходу подруги. Договорились, что она будет у меня около одиннадцати.