Навья царевна

Глава 11.2

До того как брат вернётся, действительно нужно было заняться Иваном. Снять и ту гадость, что бабка его навесила, и провести другой ритуал, который бы до начала обучения колдовать ему не позволил. Конечно, опасно. Пример с Весей тому показатель. Была бы у той сила, возможно, могла бы и отбиться от убийцы. Но царевич-то не ребёнок, боевому искусству обучен, да и амулеты ему в помощь. Только чары зловредные убрать не получится, необученный сильный ведьмак таких дел натворить может, что страшно подумать.
Когда мы пришли в корчму, я попросила принести наверх еды и питья, дабы потрапезничать после проделанной работы. А получив желаемое, зачаровала помещения от греха подальше. Мало ли тут любопытных, может и соглядатаев отправили после того, как племянничек царский домой вернулся. Мне же лишний раз привлекать к себе внимание невыгодно. Непонятно, что в царских палатах мне ждёт, может там придётся развернуться. Не хотелось бы, чтобы мои недоброжелатели раньше времени о моих способностях узнали.
Снять чужое колдовство оказалось непросто, настолько путанным оно оказалось. Для того чтобы аккуратно распустить вязь чар, пришлось знатно попотеть, и к концу мои руки тряслись от напряжения, а спина стояла колом. Однако результат того стоил – силу из царевича тянуть было уже нечему.
Как только последняя нить заклинания была уничтожена, я устало опустилась на табурет, утирая пот со лба. Да, права была Яга, хороша из бабки Ивана ведунья, а уж ведьмой она была бы ещё лучше, с такой-то любовью к выдумкам. Ведь именно в тёмной волшбе больше гибкости да смекалки нужно иметь, в светлой в основном все заговоры на зубок заучиваются, нам же, ведьмакам и ведьмам, приходится на чутьё больше полагаться и чары свои на ходу часто менять.
После всех моих действий Иван чувствовал себя не ахти, а по-другому и быть не могло, после столь мерзкого колдовства, что на него раз за разом накладывали. Побагровевший и весь прокрытый испариной он осоловевшим взглядом смотрел в потолок и тяжело, хрипло дышал. Даже издали было понятно, что его лихорадило. Но едва ли это было удивительно. Сила, которую отвергал Иван столько лет, сдерживал почти всё время, яростно хлынула, в какой-то мере меняя своего носителя под себя. И это было больно. Очень больно. Потому что её было слишком много. Да, Яга говорила, что царевич силён, но за всеми наложенными чарами я не могла оценить, как много отсыпали боги ему дара. Сейчас же понимаю, что с лихвой. И оттого мне было даже страшно представить, что будет дальше.
Услышав тихий стон, я налила холодной воды в кружку, заговорила и поднесла к губам мужа, аккуратно приподняв его голову. Выпил он не так много, как мне хотелось бы, но это быстро стало неважно. Открылась горячка: царевич бредил, стонал, хватал меня за руки, смотрел мутными голубыми глазами, в которых не было видно ни капли осознания. Заговоры, которые я бормотала, стараясь приглушить его муки, не помогали. Казалось, наоборот, лишь подстёгивали внезапный недуг. Мужчина, находясь в лихорадке, то плакал навзрыд, словно ребёнок, то впадал в беспамятство. В какой-то момент и вовсе тело его выгнулось, по лицу пошли судороги, и моё сердце пропустило удар от охватившего меня ужаса.
Я ясно поняла, что не справлюсь. Мне не хватало опыта и знаний, никогда в моей учёбе и работе у меня не было столь сильных ведьмаков, которые так явно отвергали бы свою силу. А Иван сейчас именно это и делал. Вместо того чтобы принять своё колдовство, он с ним сражался не на жизнь, а на смерть.
От непонимания, чем я могу помочь, меня сковал страх, не давая не только действовать, но и даже вздохнуть толком. И я будто со стороны наблюдала за тем, как мечется на постели избранный мне в мужья мужчина.
Из столь пугающего состояния, меня вывел стук в дверь. Кинув чары, я от облегчения чуть не расплакалась – стучал Костий. И уже через минуту мы вдвоём в задумчивости и нервозности стояли над борющимся за свою жизнь царевичем.
- Не выкарабкается сам. – озвучил и так понятную истину брат, а потом не без изумления в голосе отметил: - Силы прорва. Больше, чем у отца его, да, к тому же тёмная. Кто бы мог подумать.
- Делать-то что? Может к Яге его перенести?
- Не уверен, что он переход выдержит. – мрачно отозвался Костий, а потом, помолчав пару минут, продолжил: - Ты же его силы хотела запечатать на время?
- Ну да.
- Так вот сейчас и запечатывай, пока он за грань не отошёл.
- А получится ли?
- Получится, единственное, ты почти всегда с ним должна будешь быть рядом, иначе сдерживающие чары рассеются, и он вновь в таком же состоянии окажется.
На такой ответ я понимающе кивнула, думая о том, что царевича к Яге придётся как можно быстрее отправить, дабы она разобралась с этим всем бесчинством. Осталось только самого Ивана уговорить. Но это потом, сейчас же стоит унять дрожь в руках, чтобы ритуал правильно провести и не ошибиться нигде. Слава богам, в этот раз я не сплоховала: через какое-то время царевич мирно спал, без всяких признаков горячки, а Костий отпаивал меня бодрящем зельем.
- Яга знала. – когда пришла в себя после волшбы, уверенно выразила крутящуюся давно в голове мысль. – Знала, что так будет. Изначально мне предложила с ним в облике лягушки находиться. Видимо, догадывалась, что по-другому не получится его силы сдержать. И после этого ритуала, он от неё никуда бы не делся. Я бы его сама силком к ней притащила, когда осознала, чем мне это грозит. Неотрывно подле царевича находится всё время у меня и сейчас желания нет.
- Вероятней всего. Не забывай, что старуха – вещунья.
Рассеянно кивнув, я кинула взор на Ивана и задала, вопрос, который меня сейчас стал волновать ещё сильнее, чем прежде:
- Что насчёт моего оборота? Ты с отцом поговорил?
Костий утвердительно кивнул и достал из-за пазухи шкуру лягушки.
- Это заготовка. – объяснил он мне, видя мой недоумённый взгляд. – Ритуал проведём, как ты поешь и отдохнёшь немного. А пока отдай мне кулон, который я тебе для переноса отправлял, мне его немного исправить следует.