Бессмертная

Глава 4

Этот город не переставал её завораживать. Новоорлеанский джаз, что доносился со всех сторон улиц, пробивал до души, толпы туристов, старинная архитектура, гулянья на Бурбон-стрит, шествие парадов — всё это ей нравилось, и Кэролайн могла часами наблюдать со своего балкона, но в этот раз её глаз не радовало это великолепие, мысли её были сейчас далеко, а точнее, на выставке Клауса, куда была приглашена. Она целый день обдумывала его поступок и гадала, что именно он задумал.

Наконец не выдержав, Кэролайн спустилась со ступенек своего особняка и направилась к нему. Охранники на входе могли бы не пропустить, но заветное приглашение, что она захватила в кафе, дало неопровержимое доказательство, что она должна присутствовать на этой вечеринке. Прекрасно! Она желала его видеть, как никого другого. Клаус не переставал сниться ей по ночам. Касания его рук, поцелуи будоражили её сущность, и она уже не могла более себя сдерживать, терпение было на исходе, но необходимо сдерживать себя ради их будущего.

Звуки музыки, гул гостей встретили её во дворе «Бойни». Кто-то ходил и всматривался в выставленные повсюду картины, некоторые просто кучковались с бокалами шампанского в руках, другие же танцевали в середине двора. Почти всех присутствующих она знала: преимущественно оборотни, вампиры и ведьмы, немного туристов для перекуса вампирам. Кэролайн нетерпеливо осмотрелась и отыскала взглядом Клауса. Он стоял в сторонке с одной из ведьм квартала и что-то увлечённо обсуждал с ней. Кэролайн прислушалась к их разговору, но не успела уловить суть беседы, так как Клаус заметил её и прервал свою речь, окинув её восхищённым взглядом. Да, действительно, она постаралась над собой. Кэролайн самой нравилось это вечернее платье нежно-голубого цвета, которое надевала до этого всего лишь один раз.

— Прошу прощения, — услышала она, — мы закончим разговор позже. — Затем Кэролайн стояла, терпеливо ожидая, когда он подойдёт, прокручивая в голове будущий диалог с ним.

— И вот ты пришла. — Она криво улыбнулась на его приветствие.

— Как, наверное, ты уже понял, я любопытна, но сразу предупреждаю, что не любитель творчества. Знаешь ли, никогда не впечатляла эта вся мазня. Меня больше беспокоит, что именно ты задумал и где твоя сестра в особенности. Её принц немного стал докучать. Кстати, где и он? — Кэролайн окинула повторно взглядом заполненный гостями двор, но так и не отыскала Марселя с Ребеккой.

— Сейчас отсутствует по моему поручению. — Клаус взял у официанта с подноса для неё бокал с шампанским.

— Не стоит, — отказалась Кэролайн, покачав головой, — лучше оставаться сегодня с ясной головой… Так где Ребекка?

— Час назад улетела в Париж, именно со своим «принцем», как ты романтично выразилась. Может, потанцуем для начала?

— Для какого начала? И потом, скорее, я бы назвала это драмой, учитывая, что Марсель выбирал всегда себя вместо неё, — ответила она сухо, но всё-таки пошла к танцующим парам.

Прикосновение его руки к талии вызвало приятную дрожь во всём теле, но Кэролайн силилась не показывать своих ощущений от близости с ним, как впрочем и он в танце. Тепло его рук, мужской аромат начинали пьянить её, как и в тот раз в его кабинете. Кэролайн желала крепче прижаться к его телу, но сдерживалась как могла, боясь оттоптать ему ноги и сбиться с ритма.

— Вечер только начинается. Интересно знать, — Клаус загадочно заглянул ей в глаза, — как бы ты поступила на месте Марселя? Выбрала бы вечность или же любовь?

Кэролайн задумалась на мгновение, но так и не отыскала в голове ответа. Действительно, как бы она поступила, учитывая свою любовь к вечной жизни? Готова ли она ради кого-то прожить человеческую жизнь?

— Прости, но я не могу ответить на твой вопрос, Клаус, — задумчиво произнесла она, заметив при этом, как он медленнее стал вести её в танце, заинтересованно смотря ей в лицо. — Во-первых, я не жила человеческой жизнью, как Марсель и вы, а во-вторых, не испытывала к кому-либо высоких чувств. Более того, думаю, что я не способна на них, возможна страсть, привычка, и всё.

— Странно, что за всю вечность ты ни разу не влюбилась ни в кого. — Клаус остановился и отошёл от неё, а она всё ещё ощущала тепло его рук, которое не желала, чтобы покидало как можно дольше.

— А ты? Ты любил так когда-нибудь, чтобы в омут с головой, готов был совершать безумные поступки для любимого человека? — Она боялась его ответа, почему-то мысль о том, что в его жизни был дорогой человек, была неприятна ей, что стало неожиданным открытием для Кэролайн. Чувство ревности она никогда не испытывала.

— Считаю, что любовь — самая большая слабость вампира. А мы не слабые, — ушёл от прямого ответа Клаус, — в этом мы с тобой похожи, Кэролайн, как и для тебя, моя семья превыше всего для меня, и я пойду на всё ради них.

— Кстати о семье, — усмехнулась Кэролайн, направляясь к одной из картин, — оставь свои байки про Париж, дорогой. Их ты можешь рассказать, например, вон той ведьмочке, которая не отрывает от тебя своего ревнивого взгляда. Уверена, что если это было бы так, то Марсель или же Ребекка сообщили мне об отъезде.

— Ревнуешь? — криво улыбнулся Клаус, переводя взгляд на свою любовницу, которая ему порядком поднадоела за эти дни, вернее, если быть честным с собой, после встречи с Кэролайн в своём кабинете.

— Ревность — одно из сильных чувств, а я, повторюсь ещё раз, не способна на них. — Но про себя она уже так не думала, продолжая делать открытия в себе: ей до безумия сейчас хотелось разорвать на мелкие кусочки эту ведьму, что она и сделает в ближайшие дни, возможно этой ночью. — Кстати, твоя снежинка кажется такой одинокой, — Кэролайн кивнула на картину, чтобы увести его от опасной темы.

— Сочту это за комплимент, дорогуша, но я совсем не это желал показать… — Клаус подошёл к ней сзади и взял нежно за плечи, от чего сразу же пробежались по спине мурашки, — пойдём, хочу тебе показать мой шедевр, который закончил сегодня утром.