Измена. Его правда

Глава 17. Марина. Свекровь мне в помощь?

Я до последнего надеялась, что Яр откажется ехать на это дурацкое открытие.

Давай попросим маму посидеть с Анютой! Ага, конечно. Так мы и попросим.

Я же прекрасно понимаю, что если свекровь придет провести время с внучкой не по своему желанию, а потому что нам надо уйти, она будет клевать меня этим «одолжением» при каждом удобном случае. Тем более ребенок еще не до конца здоров и идем мы не по важным делам, а на «тусовку», что в ее понимании совершенно не повод.

Причем гундит же она обычно, когда Яра нет поблизости. Естественно, он мне потом не верит, что святая мама могла меня чем-то попрекнуть. Я ведь, по его мнению, у нее любимая невестка.

При свидетелях так и есть. Называет доченькой и постоянно требует, чтобы я в ответ звала ее мамой. Но когда мы остаемся наедине... я исключительно Марина и говорить со мной можно только нравоучениями.

Как-то записала ее очередной выговор на диктофон и дала послушать Яру. Такого грандиозного скандала у нас никогда не было. В чем он меня только ни обвинял — от попытки оклеветать его драгоценную мамашу до вмешательства в частную жизнь, что вообще-то карается по закону.

Так что с тех пор держу со свекровью нейтралитет и лишний раз стараюсь ее ни о чем не просить. Забирает дочку с садика, и на том спасибо.

Пыталась пару раз высказать мне претензии, что я не могу найти минутки для своего ребенка, и ей приходится таскаться в сад. Так я ей быстро объяснила, что в свои дни почти всегда забираю Анюту сама. А вот в дни Ярослава – приходится ей, потому что он как раз таки может внезапно задержаться.

Я бы могла, конечно, попросить своих родителей, но мама накануне пожаловалась, что тоже заболевает, а папа в очередной раз сорвал спину. Сколько ни говорила, чтобы тяжести не таскал, но нет же — ему надо доказать, что он мужчина в самом расцвете сил, а не вовсе престарелый пенсионер, которому нельзя поднимать ничего тяжелее пары-тройки килограммов.

***

В пятницу утром еще раз спрашиваю Яра, обязательно ли ему ехать на открытие этого отеля. Эдик – его давний друг. Но он настолько скользкий тип… Терпеть его не могу. Не понимаю, что муж в нем находит. Твердит, что давний друг и нужный человек в бизнесе, а он своих не бросает.

- У тебя ведь есть хороший проект. Как раз под ваши силы. Зачем тебе новые клиенты?

- Боишься, что не справимся? – огрызается муж.

- Нет, конечно, - пытаюсь сгладить ситуацию. – Просто ты так много работаешь, устаешь. Мы видимся все реже.

Хотя он прав – я боюсь. У Яра есть особенность – он сначала делает, а потом думает и планирует. Вполне может набрать проектов, а потом ломать голову, как их вписать в расписание и где найти сотрудников для реализации.

И хотя он утверждает, что у него все рассчитано, я-то вижу, каким непродуманным он иногда бывает и как это отражается на нашей жизни.

Все-таки Яр – творец, художник, а не человек-календарь.

- Арабы – это, конечно, замечательно, - он чуть остывает, - но я не могу рассчитывать только на них. У нас ведь и здесь есть постоянные клиенты, и мы вполне можем взять еще парочку крутых проектов. Потерпи еще капельку. – Он подходит и обнимает меня. – Мы вот-вот выплывем наружу и заживем. Все доходы будут нашими. В бизнес так много вкладывать уже не придется. Еще чуть-чуть.

Киваю. Ну как я могу ему отказать? За десять лет, что мы вместе, он столько для нас сделал. Действительно, большую часть денег он пускает в оборот. Но квартиру-то купил, причем сразу брали трехкомнатную в приличной новостройке. Не скупится на одежду, если нужно что-то крупное. В отпуск сколько раз ездили.

Действительно, мне надо всего лишь подождать…

Мы прощаемся, но к вечеру тоска опять накатывается. Как представлю, что он там развлекается на открытии, а я – дома с маленькой капризной девочкой. Может, зря я не согласилась обратиться к свекрови? Ну попилила бы она меня, не впервой же.

Из состояния апатии меня выводит звонок в дверь. Лариска!

- Прости, без предупреждения, - сует мне в руки коробку с тортом. – Знала, что ты дома, вот решила заскочить.

- Теть Лалиса присла! – Анютка выскакивает в коридор и повисает на моей подруге.

- Ставь чайник. Готова слушать все твое нытье. Заменю тебе сегодня психолога!

***

Пока мы болтаем о работе и учениках, Анютка засыпает у меня на руках. Укладываю дочь в кроватку, и Лариса осмеливается затронуть больную для меня тему.

- Что у вас с Яром?

- Нормально все, - отвечаю машинально.

- Ага, как будто я не вижу. Ты сама не своя.

Выкладываю ей свои опасения насчет Киры, а она вдруг начинает хохотать.

- Ну ты, мать, удумала, к кому ревновать. Это та пышка с косой? Которая наряжалась как картофельный мешок?

- Видела бы ты сейчас этот мешок…

Показываю подруге последние фотки Киры, но они ее совершенно не настораживают.

- Слушай, твой Ярик обожает и тебя, и Анютку. Я же вижу, как он на тебя всегда смотрит!

- Как?

- Как будто никого, кроме тебя, не существует! – Лариса говорит так уверенно, что я начинаю оттаивать. Действительно, чего расстраивалась-то?

- А ты вздумала ревновать к какой-то потаскушке! – продолжает она. – У этой Киры же на лбу стоит отметка, сколько она стоит! Ты лучше скажи, что делать-то планируешь?

- С ней? Да ничего… Она уже оформиться успела.

- Быстрая дрянь.

- У Яра день рождения в следующий четверг. Часы ему купила, - перевожу тему.

- Часы – дело хорошее, - скучающим голосом говорит подруга. - Но сейчас тебе бы что-то более интересное подобрать.

- Что? Я и заработать не успею уже.

- А ты не про деньги думай, а про эмоции. Ну что я тебя, учить что ли буду. Подари ему то, что он от тебя давно просил. А ты ему это не давала.

Она выразительно таращит глаза и кивает головой в сторону спальни. Хм… кажется, у меня есть один вариант.