Заложники чужих амбиций

Глава двадцать вторая О бастардах и о том, кому и зачем они нужны

* * *

Дэлли сладко потянулась и улыбнулась солнечному лучу, скользившему по закрытым глазам.

- Хорошо, что вы проснулись, баронесса, - тут же прозвучал рядом смутно знакомый голос.

Девушке понадобилась пара секунд, чтобы понять, кто к ней обратился. Резко сев, она распахнула глаза. Голова закружилась, но маленькая магичка предпочла не обращать на это внимания. Директриса пансиона отложила книгу и поднялась из кресла.

- Мэтресса Миранда?..

- Она самая. Как и обещал мой внук, я буду в частном порядке заниматься магией с вами и Его Высочеством Генрихом.

- Ваш внук?.. А… Где мы?.. – она обвела взглядом незнакомую комнату – вполне милую и чистую, но явно не отмеченную дворцовой роскошью. - Как?.. – и тут нахлынули воспоминания. – Тысячеликий! Эбби! Где она?! С ней все в порядке?

- Полагаю, Эбигайль уже в Фокстеррии. Его Величество Марвин I взял девочку под свое покровительство. Я также рекомендовала ему проверить малышку магией крови. Лиса, как-никак. И да, с ней все хорошо. Но это сейчас не самое актуальное, леди Лерис.

- Простите, - Дэлли облегченно вздохнула и потупилась. Перечить мэтрессе – это две головы иметь надо. Ну и наставницу Джаред нашел! Джаред?! Внук?! Ничего себе! Однако на счет лисички, которую поклялась защищать, девушка так и не успокоилась. Может, Марвин и классный парень, но каково будет Эбби в новом месте, в новой стране, среди незнакомых оборотней?

- Как я сказала, вы проснулись очень вовремя, - не дала углубиться в рефлексии наставница. – Сегодня в три часа по полудни состоятся похороны вашего опекуна. Полагаю, вы просто обязаны присутствовать на церемонии.

- Что?! - мысли заметались в голове Дэлли бешенными зайчиками. Опекуна? Она же находится под покровительством Его Величества Аксентия! Король?! Не может быть! Но как?! И что теперь будет? С Нидавой, с магами, с ней самой?!

- Бывшего опекуна, - поправилась мэтресса Миранда. – Это настоящая трагедия, девочка моя. Такой достойный и многообещающий юноша. Он отдал жизнь, как герой, во время спасения из плена вас и Ее Величества.

- Эвин? – прошептала девушка, чувствуя, как что-то обрывается внутри. – Как же так? Эвин?!

- Мне жаль, Аделаида, - вздохнула магиня, и Дэлли ей поверила. Герцогине Ресевр действительно было жаль молодого Майтигона. А может, и Джареда. Ее внук потерял друга. Друга… Сама не понимая, что с ней происходит, баронесса всхлипнула.

Такой горечи утраты она не чувствовала с тех пор, как потеряла маму. Казалось бы, с чего? Кто ей Эвин? Но связи, вдрызг разорванные одной неправильной, нелепой смертью сейчас отчетливо вставали перед глазами: Рутгер, графиня Майтигон – несчастная, безумная, Джаред… Рутгер и Джаред – их теперь навсегда останется двое… И девушка поняла, что просто обязана быть рядом с ними. Где-то внутри шевельнулся и злобно оскалился зверь. Лиса рвалась на охоту, мечтала вцепиться в глотку убийце. А еще опасалась, что ее не возьмут, что Тернес отправиться один.

- Я сейчас соберусь, - решительно заявила Дэлли. – Простите леди, я была не сдержана.

Мэтресса Миранда ничего не ответила, только кивнула. Оборотнице показалось, что говорить и герцогине было непросто. И все же, оставаясь наставницей до мозга костей, директриса пансиона заставила подопечную плотно позавтракать, убедилась, что строгий темно-синий брючный костюм сидит на девушке идеально, и лишь потом открыла портал.

Тихая улица перед Жасминовой башней была запружена людьми. Дэлли зябко передернула плечами, скривилась. Отголоски бессмысленной болтовни ввинчивались в уши, заставляя пригибаться от нелепости и неуместности. Разряженные в пух и прах дамы и кавалеры болтали о ерунде, кокетничали, сплетничали. Но затихали при виде ледоколом разрезающей толпу герцогини Ресевр. А потом начинали перешептываться еще активнее, с еще большим энтузиазмом. Как же, великая магиня-затворница появилась в свете. Повод их не интересовал. Он не интересовал их в принципе, никому не было дела до погибшего Эвина Майтигона. Просто здесь должен был появиться король. Светское мероприятие, чего уж там. Пусть и столь печальное, но они-то живы.

А следовавшей за мэтрессой маленькой магичке казалось, что в нее вглядывается смерть. И улыбается. Нет, смерть не охотилась на девушку, та была ей ни к чему. Просто знала, что все могло бы быть иначе, не сбеги Дэлли из пансиона. Возможно, сейчас молодая графиня Аделаида Майтигон азартно спорила бы с мужем и его другом в мастерской над чертежами очередного безумного проекта. Но все вышло, как вышло, и Эвина больше нет. Смерть забрала его. Она бы в любом случае забрала кого-то, может, саму оборотницу. Хотя тогда она не была бы оборотницей, наверное. Не нашла бы свою естественную ипостась. И, может быть, была бы куда счастливей. И Рутгер был бы счастливей. А уж Джаред – тем более…

Окончательно ввинтиться в уныние и чувство вины не вышло. Они достигли ворот, пересекли широкий двор перед Жасминовой башней и почему-то остановились у распахнутых ворот гаража.

- Тысячеликий! Милисента! – сдавленным голосом пробормотала директриса Ковенского пансиона и рванулась вперед.

Дэлли, как и до этого, сделала несколько шагов за ней и застыла. Просторное помещение гаража было на удивление чистым и пустым. Те самые окна, до которых она так и не добралась, отмыли, и теперь яркий свет летнего дня заливал стоящий в центре крылатый мобиль, на котором, как на пушечном лафете, лежало тело погибшего. От входа к нему вела широкая ковровая дорожка. Вдоль стен стояли или сидели на явно специально принесенных стульях и диванах какие-то люди, а у головы покойника застыли Тернес и Фаверсис. Они выглядели неживыми. Не мертвыми, нет – опустошенными, потерянными. Словно не хотели видеть происходящего, понимать, верить в него. Так же, как сама баронесса. А смерть не обошла своим вниманием и этих двоих: она приглядывалась, словно размышляя, правильный ли выбор сделала, не ошиблась ли, и не лучше ли что-то исправить сейчас, пока не слишком поздно.