На страже самодержавия. Начало правления Николая I

Глава 1. 1. Тайны престолонаследия

Сердце царя в руке Господа,
как потоки вод.

В 1797 году император Павел своим Указом установил твердые и непреложные основы престолонаследия, вернув прежний порядок престолонаследия, когда власть передавалась старшему сыну, а в его отсутствие — брату. К моменту коронации семья Павла I состояла из пяти дочерей и трех сыновей — Александра, Константина и Николая (двое из них были уже женаты); четвертый сын, Михаил, родился в 1798 году. Согласно Акту, наследником императора Павла являлся его старший сын Александр. Однако, не понятно почему, но Павел своим указом от 28 октября 1799 года пожаловал титул цесаревича также и своему второму сыну — Великому князю Константину Павловичу, в качестве отличия за «подвиги храбрости и примерного мужества», выказанные им во время итало-швейцарской экспедиции 1799 года, под общим командованием Александра Суворова: «Видя с сердечным наслаждением, как Государь и Отец, каковые подвиги храбрости и примерного мужества во все продолжение нынешней кампании против врагов царств и веры оказывал любезнейший сын наш Е. И. В. великий князь Константин Павлович, в мзду и вящее отличие жалуем мы ему титул Цесаревича».
При вступлении на престол императора Александра Павловича в 1801 году в тексте присяги не указывалось имя конкретного наследника. Это было вызвано тем, что сохранялась надежда на рождение у нового императора сыновей в будущем. Однако от брака с императрицей Елизаветой Алексеевной у Александра были только две дочери, скончавшиеся в детском возрасте. Таким образом, к началу 1820-х гг. у императора Александра Павловича не было прямых наследников.
У его следующего по старшинству брата, цесаревича Константина Павловича от брака с великой княгиней Анной Федоровной, урожденной принцессой Юлианой-Генриеттой- Ульрик- Саксен-Кобург-Заальфельдской также не было детей. Более того, великая княгиня, воспользовавшись семейным предлогом, в 1801 году покинула Россию и отказывалась возвращаться назад. Фактически брак распался.
20 -го марта 1820 года император Александр I издал Манифест о расторжении брака цесаревича Константина Павловича с великой княгиней Анной Федоровной, в котором официально объявлялось, что цесаревич Константин Павлович принесенную императрице Марии Федоровне и государю просьбою «обратил внимание наше на его домашнее положение в долговременном отсутствии супруги его великой княгини Анны Федоровны, которая еще в 1801 году удалилась в чужие края по крайне расстроенному состоянию ее здоровья, как до ныне к нему не возвращалась, так и впредь, по личному ее объявлению, в Россию возвратиться не может, и в следствие сего изъявил желание, чтобы брак его с нею был расторжен».
«Вняв сей просьбе, — сказано далее в Манифесте, — с соизволения любезнейшей родительнице нашей, мы предавали дело сие в рассмотрение Святейшего Синода, который по сличении обстоятельств оного с церковными узаконениями, на точном основании 35 Правила Василя Великого, положил: брак цесаревича и великого князя Константина Павловича с великою княгинею Анною Федоровною расторгнут, с дозволением ему вступить в новый, если он пожелает».
В 1815 году Константин Павлович, назначенный Александром главой войска Царства Польского, знакомится с Жанеттой (Иоанной) Грудзинской на балу у генерала Юзефа Зайончека, которая сначала жила с матерью в Париже, а затем переехала в Польшу.
Князь Петр Андреевич Вяземский так описывает Жанетту Грудзинскую: «Жанетта Антоновна не была красавица, но была красивее всякой красавицы. Белокурые, струистые и густые кудри ее, голубые выразительные глаза, улыбка умная и приветливая, голос мягкий и звучный, стан гибкий и какая-то облегающая ее нравственная свежесть и чистота. Она была Ундиной. Все соединялось в ней и придавало ей совершенно особенную и привлекающую внимание физиономию в кругу подруг и сверстниц ее». [П.А. Вяземский. Полное собр. Т. 2. СПб., 1878 ].
Ухаживания Константина Павловича постепенно перешли в горячую любовь, и Жанетта согласилась стать его женой.
В связи с предполагавшимся вторым браком великого князя Константина Павловича на графине Грудзинской, которая не принадлежала ни к какой монаршей династии, император Александр дополнил правила престолонаследия требованием о равнородности брака как необходимом условии для наследования престола: «…если какое лицо из императорской фамилии вступит в брачный союз с лицом, не имеющим соответствованного достоинства, то есть не принадлежащим ни к какому царственному или владетельному дому, в таком случае лицо императорской фамилии не может сообщить другому прав, принадлежащих членам императорской фамилии и рождаемые от такового союза дети не имеют права на наследование престола». Другими словами, супруги неравного статуса и их потомство лишались прав членов императорской фамилии и, соответственно, права наследования престола Российской империи. Таким образом, с принятием указанного Манифеста вводилось правило равнородного брака и устранялось из состава Российского Императорского Дома возможное потомство от морганатических браков. Дети, родившиеся в неравнородном браке, теряли право на престол.
12 -го мая 1820 года Константин Павлович без всякой торжественности обвенчался в королевском замке в Варшаве с графиней Грудзинской сперва по православному обряду, затем по католическому. Официальное положение новой супруги цесаревича определялось манифестом от 8 июля 1820 года, который, однако не был обнародован. Этим манифестом ей был пожалован титул княгини Лович и присвоен в России титул светлости. После вступления Константина Павловича в морганатический брак с Жанеттой (Иоанной) Грудзинской он сам лично не утратил права на престол, но его супруга и возможные дети от нее членами императорской фамилии уже не считались. Принимая в расчет это обстоятельство и другие личные мотивы цесаревич Константин Павлович 14-го января 1822 года письмом на имя императора Александра формально отрекся от права на российский престол, передав его, согласно закону 1797 года, своему младшему брату, Николаю Павловичу. Вот это письмо:

«Всемилостивейший Государь!
Обнадежен опытами неограниченного благосклонного расположения Вашего Императорского Величества ко мне, осмеливаюсь еще раз прибегнуть к оному и изложить у ног Ваших, Всемилостивейший Государь! всенижайшую просьбу мою.
Не чувствуя в себе ни тех дарований, ни тех сил, ни того духа, чтоб быть, когда бы то ни было, возведено на то достоинство, к которому по рождению моему могу иметь право, осмеливаюсь просить Вашего Императорского Величества передать сие право тому, кому оно принадлежит после меня, и тем самым утвердить навсегда непоколебимое положение нашего Государства. Сим могу я прибавить еще новый залог и новую силу тому обязательству, которое дал я непринужденно и торжественно, при случае развода моего с первою моею женою. Все обстоятельства нынешнего моего положения меня наиболее к сему убеждают и будут пред Государством нашим и светом новым доказательством моих искренних чувств.
Всемилостивейший Государь! Примите просьбу Мою благосклонно; испросите на оную согласие всеавгустейшей родительницы нашей и утвердите оную Вашим Императорским словом. Я же потщусь всегда, поступая в партикулярную жизнь, быть примером Ваших верноподданных и верных сыновей любезнейшего Государя нашего Есмь с глубочайшим высокопочитанием,Всемилостивейший Государь!

Вашего Императорского Величества Вернейший подданный и Брат КОНСТАНТИН ЦЕСАРЕВИЧ