Музыка и ее маг

18. Ник

К дому Лазоревых я подъезжал со смешанными чувствами. Мне не терпелось увидеть Лану, и в то же время я боялся предстоящей встречи. Всю неделю, и без того насыщенную, я ругал себя за то, что пригласил ее на свидание. У меня ведь совершенно нет опыта в подобных делах. А если и существует книга «Как сделать свидание незабываемым», мне она под руку не попалась. Печально, но факт – я мог рассчитывать только на интуицию и ту информацию о Лане, которая у меня накопились. Пришлось наблюдать за ней и присматриваться, по крупицам выуживая ее предпочтения и интересы, но все равно, гарантии, что ей понравится, у меня не было. И это меня нервировало. Не выношу, когда не в состоянии что-то контролировать; впрочем, за последнюю неделю я понял, что моя девочка не слишком избалована, и скорее всего обрадуется любому вниманию.

Стоит только вспомнить сцену «извинения».

До сих пор весело вспоминать ее ошарашенный вид, когда я встал перед ней на колени. Не то, чтобы в этом имелась необходимость, но мне нужен был красивый и запоминающийся жест, который заставит даже самых скептично настроенных поверить в мое искреннее раскаяние. Конечно, это напугало Лану, но я испытал невольную гордость за ее выдержку, когда она смотрела на меня сверху вниз испуганными глазами – до чего же непривычно! – и все же послушно следовала моим инструкциям. Не подвела, хотя букет явно выбил ее из колеи. По реакции Ланы я понял, что в ее жизни это первые цветы. Стало досадно на себя – и почему раньше не догадался? Хотя бы в рамках роли, мог ведь… но не подумал. Должно быть, за это и заслужил напоминания о своей чудовищности, но подавить внезапную обиду получилось все равно не с первого раза. Хотя следовало не обижаться, а радоваться, что моя девочка оказалась устойчива к моему обаянию. А значит, можно позволить себе немного лишнего, подарить эту неделю себе… и ей.

При встречах я старательно избегал любых неприятных тем, оставался с ней любезен, и не напоминал лишний раз, что ей следует держаться от меня подальше. Любовался ее счастливым видом, сиянием глаз, беспечной улыбкой. И думал о том, что мог бы сделать ее по-настоящему счастливой. Где-нибудь в другой жизни, где я мог бы не быть глухим, и где моя Музыка не подвергалась бы смертельному риску. Но ненадолго можно позволить себе притвориться.

Именно поэтому я и согласился на предложение Милочки принять участие в концерте Осеннего бала. На короткий миг мне захотелось ощутить себя обычным студентом, и я малодушно поддался искушению. А когда одумался, отступать стало поздно. Я наотрез отказался дополнять выступление сестер Лазоревых, заявив, что могу приготовить и собственный номер. Самым сложным оказалось уговорить Земляничкину. То есть Милочка-то ее быстро уломала, но вот приучить ее к мысли, что выступать она будет со мной – дело вышло непростым. Но я умел быть очаровательным, когда это требовалось, так что недоверие и страх хорошенькой флейты скоро прошли, она оценила номер и выступила великолепно, как я и ожидал.

Точно так же я мог бы приручить и свою Музыку, вот только для ее же блага мне ни в коем случае не стоило этого делать. Накануне, расставаясь с ней возле ее общежития и чувствуя, что не в силах ее отпустить, так доверчиво прильнувшую ко мне, я тешил себя мыслью, что она в этот момент думает о другом. Потому что иначе вся эта затея со свиданием становилась слишком опасной, а бросить все и отказать ей сейчас - слишком жестоко. И без того не уверенная в себе, после такого она окончательно замкнется, сочтет, что дело в ней, и еще долго не сможет нормально общаться с парнями. Такого для своей Музыки я не хотел, она должна быть счастлива, пусть и не со мной.

Но в действительности я сам хотел этого свидания.

И боялся его.

Дверь мне открыли сразу же, словно давно ждали звонка. Впрочем, мне не в чем себя упрекнуть, появился на пороге этого дома я ровно в два. Невольно я залюбовался открывшей мне двери девушкой. Одета скромно и со вкусом, подчеркнуты все достоинства точеной фигуры, минимум макияжа, но наложен он весьма искусно, сложная укладка выглядит почти небрежной – сразу видно, на внешний вид потрачено немало усилий.

- Привет, - улыбнулась широко и искренне, невинно похлопав ресничками.

- Здравствуй, - кивнул я. - Чудесно выглядишь.

- Спасибо! – она расцвела.

- Позови Лану, будь добра, - предложил я.

Глаза Лики округлились от изумления:

- Как ты понял, что я – не Лана?

- А ты полагала, я могу перепутать?

Девушка смешалась под моим пристальным взглядом, закусила губу – до чего знакомый жест! – и нехотя пояснила:

- Вообще-то я на это рассчитывала. Лана задолжала мне свидание, знаешь ли.

Я кивнул, отгоняя образ моей девочки, целующейся с другим.

- Я просто хотела забрать долг, - досадливо закончила она.

- Не за мой счет, - возразил я и повторил: - Позови ее, будь добра.

- Ник, она не готова к свиданию! – заявила Лика. - Пойдем со мной, какая тебе разница?

Она нетерпеливо притопнула ножкой. Похоже, эта очаровательная девочка настолько привыкла получать все желаемое, что у нее и мысли не возникло об отказе. Она всерьез готовилась к свиданию, но я легко ее разочаровал:

- Лика, я веду на свидание Лану не потому, что мне нужна чья-то компания. Это – ее свидание, и пойдет на него – она. А ты заберешь долг как-нибудь в другой раз.