Стальной адмирал и пушистый хвост

Глава 3. Энтузиаст

Лиссандра

Подлетая в арендованном слейдере к городу Беллистем, столице Мибемии – одной из крупнейших имперских планет, населенной нашим народом, я смотрела вперед за лобовое стекло, невольно внутренне содрогаясь, хотя по жизни была не из робких. Что же такого мне предстоит узреть в академии, от чего мой бедный горячо уважаемый учитель едва не простился с жизнью? Генерал Элкорнис решил посетить учебное заведение, которым руководил более сорока лет, и после недолгой обзорной экскурсии по территории студенческого городка его увезли в больницу с сердечным приступом. Все, что почтенный старец успел мне сказать по передатчику между восстановительными процедурами: “В мирной жизни нет никого опаснее молодого неопытного управленца-энтузиаста. Недаром славные воины прошлого поговаривали: “Излишний энтузиазм порой приводит к контузии”.

Скоро на горизонте показались учебные корпуса, я их помнила темно-серыми, одинаковыми по форме и высоте, а теперь приближающиеся здания причудливой конфигурации сияли белизной облицовочной плитки и отражением ясного голубого неба в зеркальных окнах. Одни были построены в виде конусов, другие в форме шаров, и даже строения обычного типа были оплетены декоративными элементами, превращающими их в подобие… грибов со сморщенными плодовыми телами, какие растут на болотах.

Посадив слейдер на широкую и пока еще практически пустую парковку, я оставила пару приоткрытых окон для Шанти, чтобы гончая не страдала от перегрева, и решительной твердой походкой направилась в уцелевший, но с извращенной фантазией реконструированный главный корпус, где находился кабинет ректора. Внутри здания почти ничего не изменилось на первый взгляд, кроме новой стойки регистрации, полной замены напольного покрытия и стеновых панелей, а еще зеркального подвесного потолка, почти в каждой секции которого сиял ослепительно яркий светильник. Блики от белых лучей мерцали повсюду, отражаясь на глянцевых поверхностях, и при быстром движении в глазах стало рябить, голова слегка закружилась. Пришлось сбавить шаг.

Кабинет ректора остался на прежнем месте, в конце коридора от лифта на седьмом этаже. Вездесущее сияние туда не добралось. Когда передо мной открылась дверь, перед адаптировавшимися к яркому свету глазами на миг повис непроглядный полумрак. Моргнув, я шагнула за символический порожек.

Генерал Кайсиллиан в белом мундире с начищенными до блеска золотистыми пуговицами привстал для символического приветствия, не выходя из-за стола, за которым сидел напротив панорамного окна, выходящего во внутренний двор. Показав мне в широком жесте открытую ладонь, он, впрочем, снова опустился в большое удобное кресло.

– Рад вашему столь раннему прибытию, адмирал Лиссандра, – на его губах мелькнула неуловимо быстрая резковатая улыбка, от которой меня передернуло.

Нельзя не признать, генерал выглядел весьма привлекательно для дам, недостаточно о нем осведомленных, не столкнувшихся воочию с результатами его неумеренной гордости и термоядерного энтузиазма, о котором не напрасно предупреждал меня мудрый наставник.

Кайсиллиан был еще молод, не так давно ему исполнилось тридцать два года, и хорош собой. Рослый, статный, с благородными мужественными чертами лица. Высокий лоб, точеные скулы, аккуратный нос с небольшой горбинкой. Туманные голубовато-серые глаза смотрели из-под густых темных бровей с легким надменным пренебрежением. Длинные иссиня-черные волосы мужчина привык собирать в “хвост”.

– Приветствую вас, генерал Кайсиллиан, – не хотелось мне даже формальности ради говорить о том, как счастлива его видеть.

Распрощались мы в прошлом году не на самой мажорной ноте. Но, вероятно, тот спор о методах проведения боевых учений был благополучно забыт генералом или, во что лучше верилось, отложен до нового подходящего момента.

– У нас будет достаточно времени до начала занятий для ознакомления с новыми правилами и результатами проведенной реорганизации. Мне удалось выиграть грант от мэрии на полномасштабное благоустройство территории, а еще на ее существенное расширение за счет прилегающих к нашим границам пустырей, – важно вскинув голову, начал повествовать генерал. – Из городского управления к нам прислали лучших архитекторов и дизайнеров. Результат их работы, пусть и пока далеко не весь, вы успели увидеть. При прежнем ректоре, как помните, академия своим видом напоминала старую военную базу, притом заброшенную. Теперь ее новый привлекательный вид соответствует документально утвержденной концепции эстетики мирного времени. Свод подписанных мэром города правил я переслал на ваш коммуникатор. Но, даже не сомневаюсь, вы их еще не открывали.

– Вы сами сказали, у меня много времени на ознакомление с нововведениями, – сухо повторила я.

– От которых вы не в восторге. Вижу по выражению вашего хорошенького личика, – мужчина улыбнулся шире, чем прежде, но столь же стремительно его улыбка мелькнула и пропала, сменившись недовольным поджатием губ. – Потому спешу вас обрадовать, – продолжил он, выдержав паузу. – В этом году для драгоценной принцессы выделено жилье повышенной комфортабельности. Двухуровневые апартаменты на верхнем девятом этаже нового преподавательского жилого корпуса. С возможностью выхода на крышу и видом на живописную рощу. Мне также доложили о вашем прибытии вместе с домашним животным.

– Так точно. Я взяла с собой тарамийскую гончую, чтобы она в разлуке с хозяйкой не досаждала обитателям императорского дворца заунывным воем от тоски. Хотелось бы получить ваше разрешение на ее содержание в преподавательском корпусе.