Договор Дагмар

Глава 23. Чем связали Хаос?

Кардэму снился странный сон. Сначала его заманила в лес юная колдунья – бабушка Дагмар, напевая и пританцовывая на летающей метле. Вскоре и бабуля, и ее магический инвентарь растворились, а зеленый лес начал превращаться в зимний. На этом трансформации не закончились, и голые стволы стали торчащими вверх и вниз большими иглами, наподобие сталактитов и сталагмитов, только как будто металлических. Сам Кардэм был гигантским комаром, и в его хоботке тоже обнаружились острые устройства, целых восемь.

Его имя здесь звучало как Кардэм Локер, а задачей была регуляция размера внешних игл.

Одно из его собственных жал было «неизменным эталоном», второе отражало некий вариабельный параметр, еще четыре служили для захвата внешних игл, а два требовались для опоры. Комар с рыжей головой принимал Сигнал о требуемом размере внешней иглы и выравнивал ее, используя эти данные и свой «эталон». Действия требовали сосредоточенности и физических усилий.

Через некоторое время Кардэм понял, что в виде комара пишет отрывок непосредственно самой Программы Миров, считывая Сигнал из Потока Хаоса. Он предположил, что это одна из материализаций его Кода, существующая в каком-то совсем непривычном мире.

Комар Кардэм укрепил в сознании режим «наблюдателя» и одновременно с тем внимательно прислушался ко всему происходящему внутри и снаружи себя.

Комар работал над областью, впускавшей Поток Хаоса в целую систему миров, включавшую и ту реальность, где биотехнолог Кардэм колдовал над биосферой Дэммара. Как он узнал это? В этой «игольчатой» версии он был Экзопрограммером – Внешним Программистом по отношению к Звездной Системе, где на Четвертой от Звезды был основан Дэммарион.

Кардэм Локер оглянулся по сторонам. Он находился во фракталоподобной структуре, внутри которой по типу матрешки вибрировал целый ряд миров. И рыжеголовый комар-программист выполнял ответственнейшую задачу: модифицировал структуру, через которую Хаос входил в Систему Миров, согласно последним «апдейтам».

Эти обновления Кардэм Локер получал от Потока, который был слышен ему сквозь слои многих миров. В этом Потоке всегда звучал определенный порядок, и всегда разный. Эту разницу комару Кардэму нужно было «запомнить» на вариабельном жале и внести в структуру неправильного фрактала, видоизменив ее согласно новому порядку, сформировавшемуся в Хаосе. Такие постоянные модификации позволяли Системе развиваться, получая впрыскивания, которые гибко встраивались в ее структуру, ничего не ломая.

Кардэм Локер трудился, вытягивая то эталонное жальце для обследования очередной иглы, то вариабельное, видоизмененное по последнему Сигналу. Постепенно вся структура перестраивалась, распространяя изменения цепной реакцией.

Так шло до тех пор, пока жало Кардэма не застряло в одной из игл. Это был вирус, созданный кем-то намного более умелым, чем Кардэм Локер. Кем-то, кто мог считаться Внешним Программистом по отношению к тому миру, где находился сейчас рыжеголовый комар.

Зараженная вирусом игла обесточила тело комара Кардэма и втянула его в себя. Плавный, красивый вход Хаоса, веером разливавшийся по Системе, был остановлен, и она начала выравниваться, сглаживая свои «неправильности» и стремясь к идеальной форме.

Сознание комара Локера, замурованного внутри иглы, медленно входило в глубокую гибернацию. Этот впадающий в кому комар-программист из игольчатого мира понимал то, что неверно рассчитали разумы, гораздо более сильные и умные… но эти могучие Экзопрограммеры не чувствовали так голос Хаоса, как это мог делать Кардэм.

Идеальный фрактал, в который выстраивалась теперь Система Миров, не совершит апгрейд в мир более высокой мерности. Для апгрейда нужно усовершенствовать способы встраивания Хаоса в Систему, а не сузить входящий Поток. Совершена ошибка, и ее последствия таковы: вырисовывающийся Идеал будет сужать входы Хаоса все больше и больше, пока они не достигнут критических значений, и тогда Система самоуничтожится. Кардэм вспомнил свой любимый Дэммарион, Аквариум, детей-многоногов, Гриддис… Все это теперь на пути к исчезновению. Мысль комара померцала и застыла.

Гридес

Одновременно с сильным искажением Сигнала из Области Хаоса исчез Кардэм Локер – главный автор программы фильтрации и присоединения параллельных событийных веток. Сигнал Кардэма Локера, до этого яркий и стабильный, пропал внезапно. Система локации не обнаружила главного программиста, и на место исчезновения прибыл его заместитель.

Второй главный хаосит носил имя Гридес Локер и имел вид комара с черным отливом. Право на вход в сакральную область программы игольчатого мира имели только два этих Локера, ибо пребывание в ней существ с другими частотами грозило всей структуре, включая «подшефные» миры, различными деформациями.

Гридес Локер обнаружил серьезные изменения состояния Ворот Хаоса, которые сузились на несколько порядков, и усиление равномерности структуры вокруг Ворот. Подобные изменения волнообразно расползались на весь игольчатый мир, и понятно было, что одновременно они переходят и на нижележащие формации.

Следственно-управляющая группа, находившаяся на связи с Гридесом, предположила, что происходящее может быть апдейтом, который Кардэм Локер получил из Потока Хаоса. Есть вероятность, что это к лучшему? Ведь теперь в мире будет меньше энтропии? Примечательно, что с усилением общей структурности куда-то бесследно канул сам главный хаосит. Или это тоже часть апдейта?

Выслушав все это, Гридес отключил связь с управленцами, заявив, что ему необходимо услышать Сигнал «уединенным» мозгом. Ему было понятно, что к лучшему подобные изменения точно не приведут, как раз наоборот.

Очень нехорошо было то, что случившиеся мутации почти полностью блокировали Сигнал Потока, и как ни напрягал Гридес чуткое «ухо», принять неискаженную частоту не получалось. Но…делать было нечего, помощи ждать не от кого. Разобраться в происходящем мог разве что сам Кардэм, которого как раз и следовало найти. Вот такой фатальный замкнутый круг. Черный комар повис около Ворот, введя тело в состояние минимального энергообмена, почти обесточив его и направив всю энергию в нейроны. Гридесу необходимо было услышать Сигнал, даже ценой собственной жизни.