Канун звёздного часа

Часть 1. «И вновь продолжается бой» Глава первая

1970 г.

В этом году июль оказался щедр на подарки. Город тонул в обилии солнца, тепла и света. Днём голубизна неба лишь изредка линяла, сменяясь серо-металлическим оттенком. Закаты по богатству красок не уступали восточным тканям. Люся вспомнила шикарный турецкий платок модницы-соседки. Он выглядел половой тряпкой в сравнении со вчерашним закатом. Тёмное время суток щеголяло бриллиантами-звёздами и главной драгоценностью – луной, которая принимала вид то элегантного колье, то аккуратного воротника, то сверкающей жемчужины. Рассветов Люся не видела: на каникулах она спала много и долго. Зато сестричка расхваливала утро. Лупоглазила, размахивая пухлыми ручонками, и тараторила: «Сначала тёмная ночь, а потом становится посветлее, сначала чуть-чуть, а потом ещё светлее, и ещё светлее, и светает. И становится солнышко. Рассвет солнечный, радостный». Ленке четыре года, а она не перестаёт действовать на нервы: просыпается ни свет ни заря, а смеется противно, как лошадь.

Стоило подумать о сестре – и Люся опоздала на зелёный свет. В спешке прошла на красный, представляя, что водители сигналят не возмущённо, а восхищённо.

Представить это было несложно: кто из подружек мог похвастаться такой длинной косой, женственной походкой и разношёрстной толпой поклонников? За Люсей увивались старшеклассники и даже несколько студентов, а на мелочь вроде одноклассников и мелюзгу из шестой параллели она и внимания не обращала.

Жара размягчила асфальт, и он казался ковровой дорожкой. Вообразить бы, что она парадная, что кругом фотографы и артисты и все взгляды направлены на неё – Людмилу Александровну Шелестову, знаменитую актрису. И руку ей пожимает самый известный астролог и предсказатель – Сергей Алексеевич Вронский.1

Люся пока не определилась, кем будет: ей четырнадцать, есть время подумать и всё взвесить. У неё было два кумира. Открытка с Натальей Варлей гордо красовалась в рамочке на подоконнике, а редкое фото великого товарища Вронского прямо сейчас Люся несла с собой. Не сказали бы одноклассницы – она и не узнала бы о новом поступлении открыток в магазин. Теперь же Сергей Алексеевич был совсем рядом, поблёскивал перстнем и загадочной улыбкой у неё в сумочке.

Люся еле отдёрнула руку. Прежде надо прийти домой, а уж потом она налюбуется вволю.

Возле подъезда Люся толкнула плечом соседку. Турецкий платок полетел в пыль под возмущённые ахи-вздохи владелицы.

– Извините, Анна Дмитриевна.

– Яковлевна, – недовольное бурчание. – Два года в одном подъезде, пора бы запомнить.

На самом деле Люся прекрасно помнила отчество старушенции, но какая разница? Люся взлетела по лестнице, перепрыгивая через ступеньку, а то и две. Мышцы приятно напряглись. Если она и скучала по школе, то только по урокам физкультуры. Ничего, скоро август, он пролетит стремительно, как всегда.

Квартира встретила ее обманчивой тишиной. Стряхнув с ног туфли, Люся поставила сумку на верхнюю полку прихожей и вынула фото Сергея Алексеевича – для уверенности. Половицы дважды скрипнули под её шагами, пока она шла к большой комнате.

Арсений сидел на полу среди разноцветных деталек конструктора и изучал их пытливым взглядом, очень взрослым для шестилетнего карапуза. Несколько фигур образовывали что-то вроде игрушечной крепостной стены и слегка заслоняли телевизор, в котором дети постарше играли с таким же конструктором.

– Опять без звука, – Люся скривилась. – Это ты сломал?

– Нет, – кудряшки на голове братца мотнулись из стороны в сторону.

– Говорила же, не надо покупать у соседей. Неизвестно, что за барахло этот «Изумруд».

– Папа починит, – пожал плечами Сенька.

– Ага, починит, – Люся подлетела к телевизору и до упора нажала на кнопку. Чужие дети сразу исчезли.

– Не нааадо, – возмутился Сенька. Его отражение в телеке надуло губки и вскочило. Люся про себя расхохоталась.

– Ну и чем тебе помогут эти «немые» ребята?

– Мы строим идеальное государство. Ну и пусть не слышно. Видно же! Включи обратно.

Люся обернулась, уперев руки в боки. Идеальное государство, ишь ты. Было бы у неё хотя бы подобие идеальной семьи.

– Я оставила тебя за сестрой следить, а не государство строить. Где она?

– В комнате, – буркнул Сенька и отвернулся.

Ленка тоже возилась на полу, но лучше бы с конструктором, чем с… очередным доказательством того, что она ненормальная.

– Что это?

– Дракончик, – уставилась на Люсю сестра.

Ее нарядное красное в горошек платьице, которое родители привезли из самой Москвы, было в грязи и пыли, крошки земли валялись на ковре, а на ладонях сестрички хлопал зелёными перепончатыми крыльями детёныш дракона. Ленка гладила его по голове, а он выгибал шею и урчал.

– Где ты его взяла? – спросила Люся, перекрывая сестрин смех.

– В сказках.