Развод. Я не прощу измену

Сорок четвертая глава

Утром, когда я собирала Анюту в садик, мама была тихая. Выглядела неважно. Но время поджимало, и разговоры пришлось отложить. А когда я вернулась, застала маму на кухне. Она старательно перебирала гречневую крупу, прижимая разными пальцами по очереди острые крупинки к столу и отодвигая их в кучку по одной.

– А зачем ты это делаешь? – спросила я и поставила пакет с продуктами из магазина на стул.

– Врач посоветовал как одно из упражнений на мелкую моторику. Разминаю так пальцы. По одному. Видишь, безымянный и мизинец почти не слушаются, – вздохнула мама.

Она помолчала и, вздохнув ещё раз, подняла ко мне своё лицо и сказала:

– Я представить не могла, что в реальности существуют такие мужчины, как Никита. Для меня непостижимо, что отец может сознательно бросить свою дочь, а муж жену. Думала, что такие выродки бывают только в кино. Для придания трагизма сюжету.
Я была счастлива с твоим отцом. Немыслимо себе даже в страшном сне представить, чтобы Миша нас вот так бросил. Ради своих амбиций.

– Мам, все люди разные. Так бывает, – тихо ответила я, перекладывая покупки в холодильник.

– Знаешь, у меня были знакомые, которых бросили мужья. И я всегда думала, что в такой ситуации виноваты оба. И возможно, оно так и было. Не мне судить. Но такой откровенный цинизм твоего бывшего мужа меня обескуражил. Как же ты живёшь с этим? – не унималась мамочка.

Она судорожно вздохнула и я, наклонившись, обняла её за хрупкие плечи.

– Всё уже в прошлом, мам! Счастье, что он решил больше не возвращаться! Забудь!

Смотри, я купила пряжи на шарфик! Апельсинового цвета! Пушистая. Правда, красиво? И спицы для тебя. А ещё вот – и я вытащила из отдельного мешочка тонкую хлопковую пряжу в небольшом моточке и крючок, – помнишь, ты мне обязывала кружевами кофточку? Я хочу, чтобы ты сделала так же для Анюты. Постараешься?

– Попробую...– неуверенно протянула мама, но пряжу погладила своими тонкими и нежными пальцами.

Я оставила маму разбираться с покупками и закрылась в комнате

Работалось сегодня легко. Играючи. Я с удовольствием погрузилась в создаваемый мир. Отрешилась от реальности.

Но у меня возникло несколько вопросов, которые следовало бы обговорить с начальством. Лучше не заниматься самодеятельностью, чтобы потом не переделывать.

Аккуратно выписала спорные моменты и собралась звонить для уточнения Аверину. Открыла телефон и удивилась. На значке банка мигало сообщение. Странно. Вошла в банк и обомлела. Аверин должен был мне прислать зарплату, но сумма, что пришла от него, значительно превышала оговорённую. Раза так в два.

Начальник на мой звонок ответил моментально и страшно обрадовался. Но он всегда очень оптимистично реагирует на меня.

– Сонечка! Как жаль, что вы редко бываете в офисе, и у меня нет возможности общаться с вами непринуждённо каждый день! Вот были бы вы с нами постоянно, тогда знали бы заранее о премии, – развлекался начальник.

– За что премия? – задала я самый идиотский вопрос месяца, чем развеселила и без того оптимистичного начальника.

Лёгкость и некоторая фамильярность Аверина меня немного смущали. Мне такой формат общения с начальством непривычен. Выбивает из колеи. Тем не менее задания он выдаёт чёткие и видение цели у него превосходное.

Поэтому после разговора, я вновь зашла на кухню и с удовольствием обнаружила, что мама сварила суп. Прекрасно.

А зайдя в её комнату, застала замечательную картину. Мамочка сидела в кресле напротив окна со спицами в руках и старательно считала петли. А Флавик, как и положено настоящему котику, лежал на маминых коленях и лениво ей мешал, периодически придавливая пушистую рыжую нить царственной лапой. Флавий он или как?

Вот и славно! Не буду мешать!

Тем более что пора ехать за Анечкой и затем на Ленинский проспект в институт Сперанского.

Меня накрыло паникой, когда мы вышли из машины около ограды из прутьев, что окружает территорию института. Как-то эти острые пики ограды вспороли корочку терпения, что укрывала меня в эти дни.

Как я буду жить, если с Анютой что-то серьёзное? Как буду рожать ещё одного ребёнка?

Как отвести беду от моей крошки!

Я стояла напротив входа в здание и не могла сделать ни шагу. Сжимала Анину ладошку в своей руке и не могла шагнуть на территорию, где решится наша судьба сейчас.

– Соня, ты бледная, словно полотно. С тобой всё хорошо? – подошёл к нам Алексей и будто разбил стеклянный шар, что не давал мне дышать.

Откуда он? Ах да, он же обещал нас сопроводить. Точно!

Алексей подхватил Анюту на руки и, с тревогой глядя на меня, спросил:

– Что с тобой? Ты точно в порядке? Давай немного посидим в холле. Принести тебе воды?

– Не беспокойся. Я очень боюсь за Анюту. Только бы с ней всё было хорошо!

– Пока не начнём, не узнаем, – Алексей приобнял меня свободной рукой, так мы и вошли в здание.