Сияние истинной магии

2

Войдя в здание, Эльрик поднялся по лестнице на второй этаж. В коридорах и на лестнице, повсюду, стояли группы студентов из различных факультетов. При его появлении они здоровались с ним. Эльрик кивал им в ответ и шел дальше. До начала лекции оставалось достаточно времени, и он успевал раздеться и подготовиться к занятию. Пройдя в преподавательскую, он повесил верхнюю одежду в шкаф и подошел к столу, на котором лежал журнал посещаемости. В таких журналах автоматически фиксировалось посещение студентами лекций. Открыв его, он увидел, что на данный момент в аудитории находилось около двух третей первокурсников и некоторые, как он видел из окна, все еще подходили. Естественно, были и те, кто опоздает на занятия, но таких обычно было немного. Что ж для первого дня семестра посещаемость была хорошей.

Нужно заметить, что на первом курсе занятия в основном проходили по общим дисциплинам и поэтому студенты на лекциях были со всех факультетов. Предстоящие лекции были общего характера по истории магии, в которых ему предстояло «показать всё величие нашего университета и его ведущих профессоров». Именно так охарактеризовал цели лекции декан факультета, профессор Пейнц. Вообще-то, это он должен был вести занятия, но, как всегда, его отвлекали важные исследования чей-то родословной. И занятия передали Эльрику.

На последующих курсах для каждого факультета читались лекции по истории своей школы магии, но посещаемость там была уже низкая. Студенты считали, что эти лекции не несут ничего интересного и нового и посещали занятия лишь изредка. На первом же курсе они были еще дисциплинированными и ходили на занятия, боясь наказания, которое могло последовать за не посещаемость.

Эльрик посмотрел на настенные часы, до начала занятий оставалось несколько минут. Еще раз, с грустью вспомнив пролетевшие каникулы, он направился в аудиторию. Выйдя в коридор, бросил взгляд на группы студентов стоявших тут и там. Его всегда поражало, как студенты, собранные со всей империи и практически не знавшие друг друга буквально сразу, в течение первых недель, объединялись в группы по интересам. Какими-то только им одним известными способами, они угадывали в своих товарищах родственную душу. И в дальнейшем обучении эти группы редко распадались, а товарищество перерастало в сильную дружбу. Еще одной особенностью таких групп было, то, что в них не было ни какого деления, ни по факультетам, ни по родословным.
Именно таким непостижимым образом он во время своего обучения сошелся с нынешним императором и ректором университета. В то время Эдгард и Эндрю не занимали столь высоких постов, а были такими же, как и он студентами.

В начале учебы, при прохождении собеседования, у него был выявлен огромный потенциал ко всем видам магии. Тут же по всему университету пошли разговоры о нем как о гении магического искусства, а вслед за ними появились известность и зависть. Очень многие хотели познакомиться, привлечь его в свое общество. Нельзя сказать, что он купался в лучах этой славы, но ему было приятно такое внимание, особенно внимание девушек. Некоторые из них буквально вешались ему на шею, и доходило даже до конфликтов.

Были среди них две девушки, которые смогли тронуть его чувства. Они не придумывали оригинальных, а иногда и диких способов привлечь его внимание, не вступали в перепалки с другими, а просто старались быть рядом. И их общество стало ему приятно, он все больше и больше времени проводил с ними. И постепенно все остальные девушки остались где-то в стороне, а эти двое незаметно стали очень дороги, зародив в душе такое теплое и приятное чувство. Иногда он со страхом думал, что вот настанет момент, когда придется выбирать между ними. А кто ему нравится больше графиня Дори или маркиза Ляфое, он не знал. И они, графиня и маркиза, Элис и Мари, казалось, не торопили его с этим выбором, а, наоборот, всем своим видом и поступками давали понять, что их все вполне устраивает. То была самая прекрасная осень в его жизни. Он всегда любил раннюю осень, когда листва на деревьях меняла свой цвет, становясь из однообразно зеленной – желтой, оранжевой или даже алой. И все это великолепие красок покрывало не только сами деревья, но цветным ковром лежало на земле. Но та осень была особенной, как часто они тогда гуляли втроем по парку, сидели на скамейках под еще теплыми, но уже не такими жаркими солнечными лучами и часами беседовали практически обо всем. Как же быстро все потом поменялось.

В то время в университете в начале первого курса проводилось двойное тестирование студентов. Первым, в самом начале обучения, проводилось собеседование, где у студента выялялось основное магическое направление обладающее наибольшим потенциалом. А затем через несколько недель, проводились тесты для определения магического уровня студента.
Всего таких уровней было двенадцать и редко кому удавалось перейти с одного уровня на другой. Обладатели первых трех уровней могли рассчитывать лишь на звание подмастерья магического искусства. Причем имевшие первый и второй были не востребованы на стихийных факультетах, даже несмотря на их магический потенциал в этой области. Уделом их становилось либо бардовское искусство, либо алхимия или травничество. Имеющие четвертый и пятый уровень впоследствии становились мастерами первого круга. Обладающие шестым уровнем — мастерами второго, а обладающие седьмым – мастерами третьего круга магического искусства. Студенты с восьмым уровнем становились впоследствии магистрами магического искусства, а с девятым уровнем — великими магистрами. Девятый же уровень магии был в настоящее время в империи наибольшим, и им обладало лишь двое, один из них архимаг Бахатин, а второй архиепископ Кордье. Магов более высоких рангов в империи не было, все они погибли в последнюю войну.