Служанка колдуна. Часть 1

20

***

Бель с энтузиазмом принялась рвать бумагу на тонкие полоски. Потом взяла перо и села в другой угол кухни. Ещё и плечом от нас закрылась, чтобы не подглядывали. Сколько времени собралась потратить на свой шедевр? Час, два? И всё ради того, чтобы великий колдун не занимался неподходящей его таланту работой. Честно говоря, я его и к котлу не подпустила бы. Как мне тогда учиться варить зелья? Ну испорчу несколько партий, зато потом дело на лад пойдёт. Покупателям только идеальные зелья по флаконам разливать будем.

И всё-таки мне не верилось, что Карфакс вышел из запоя и сразу к нам. Выглядел не слишком паршиво. Немного сонно, помято, но прилично.

— Третий колдун, значит?

— Да, и больше не лорд, — ответил он и вытянул спину, как истинный аристократ. Я чуть со смеху не прыснула, но он продолжил. — А ты не служанка, Мери.

По спине холодок прошёл. Захотелось сесть так же прямо, как колдун, изогнуть бровь и спросить: “В смысле?”

— Вы шутите?

— Нет, — Карфакс толкнул пальцем скрученный свиток и смотрел несколько мгновений, как он катится по столу. — Положение служанки унижает тебя, Мери. Прости, что позволил тебе продолжать работу. Нужно было запретить сразу, как я узнал, что ты наделена колдовским даром. Или хотя бы, когда появилась Анабель. Я смалодушничал. Надеялся подстроить ещё пару таких сцен, какая случилась с купанием в ванне. Что ни говори, а служанка гораздо ближе к господину, чем ученица к учителю. Страсть затуманила мне разум. Я надеялся дождаться от тебя взаимности. Напрасно. Вчера я это понял. Теперь всё будет так, как должно быть. Мы — три колдуна, полностью равные друг другу. Сами зарабатываем деньги, сами готовим, убираемся и пропалываем грядки на огороде.

У меня в животе похолодело, а на языке появился привкус горечи. Проблема выбора решилась сама собой. Карфакс не стал ждать несколько лет, пока мои чувства к нему созреют. “Не хочешь замуж? Ну и не надо. Будешь ученицей”. Спасибо, господин колдун, но я снова недовольна. Почему вы решили за нас обоих?

“Потому что он мужчина, — подсказал внутренний голос. — И раз ты вчера не смогла, то кому же ещё?”

Главное теперь — не разрыдаться от обиды. Я провела ладонью по краю стола и ответила со всем мужеством, на какое была способна:

— Мудрое решение, господин.

Кажется, он скрипнул зубами. Ох, нет, мне послышалось. Убеждать себя, что ему жаль — последнее дело. Почему ему должно быть жаль, если это я всё испортила? Неправильно себя вела и говорила что-то не то. Вот уж, правда, ценить начала только тогда, когда потеряла.

— Альберт, — сказал он. — Называй меня по имени, пожалуйста. На людях можно господин учитель, но в замке церемонии не нужны. И раз уж мы определились, то я могу официально объявить вас ученицами. Анабель, ты закончила? Вернись, прошу тебя, есть важный разговор.

Бель отвлеклась от своего занятия, собрала ленточки и подошла к колдуну.

— Что может быть важнее этикеток для зелий? Или вы уже готовы признать поражение?

— Нет, я готов собрать званный ужин, — усмехнулся Альберт-Карфакс. — И сообщить городской знати, что в замке живут две мои ученицы. Подумайте, как быстро мы сможем позволить себе накрыть богатый стол. Сам праздник можно отложить хоть на месяц. Главное сейчас — заявить, что вы живёте здесь не просто так, а ради знаний. И я вам не один любовник на двоих.

— Зачем? — Анабель моргнула несколько раз, словно не понимала, о чём говорил колдун. — Последний раз званный ужин по такому поводу собирали лет сто назад. А то и сто пятьдесят. Уже при маме было достаточно представить учениц городскому главе. Где вы откопали такие древние обычаи? Ох, простите! Забыла!

Она всплеснула руками, сдерживая порыв спрятать пылающее лицо. Сначала сказала, а потом вспомнила, сколько лет Карфакс скитался с шаром, чтобы артефакт не достался королю. Теперь боялась, что по больному месту ударила?

Колдун поджал губы и долго смотрел на дощатый пол.

— Простите, — шёпотом повторила соученица, — я не хотела оскорбить…

— Всё в порядке, — остановил он её. — Я думаю, стоит ли представлять вас Отто. Учитывая, что он проявлял интерес к замку и, возможно, к шару, то утолить его любопытство не помешало бы. Пусть считает, что перемены произошли из-за двух молодых колдуний. Я могу соврать, что каменная кладка восстановилась благодаря вашим стараниям. Хотя не соврать, конечно. Именно вашу сил и пил шар. Но Отто желательно не посвящать в наши тайны. Так, решено. Заканчиваем с делами и вы идёте наряжаться. Вечером представлю вас местной власти. А дальше слухи поползут уже без нашего участия. Народ в ратуше работает глазастый и языкастый. Любой деревенской сплетнице фору даст. Кстати, Мери, на счёт тебя тоже все успокоятся.

— Надеюсь, — пробормотала я, опустив взгляд. Замужество больше не грозило, осталось уповать на образ прилежной ученицы колдуна.

— Так и так успокоились бы, — Бель пожала плечами. — Люди всегда найдут, что обсудить. Но одно и то же долго мусолить скучно.

— Ты не жила в деревне, — фыркнула я. — Осуждать “этих бесстыжих молодух” нашим образцам благочестия никогда не надоест. Хорошо, господин учитель. Наряжаемся мы с Бель быстро. Пойдём, куда скажете.