Герцог и фея

Глава 1

— Посторонитесь, барышня!

Я сунула озябшие руки в меховую муфту и отошла влево.

Носильщик взвалил на худенькие плечи чей-то кованый сундук и с пыхтением потащил его к гудящему магвозу. А я вновь отметила поразительную силу этих маленьких существ, что проживали на территории Ровенийской империи.

Забавные домовые неуловимо напоминали наших клуриконов с Зеленых островов. Еще брауни, коих во всем Объединенном королевстве по пять штук на богатый дом насчитаешься.

Только в Ровенийской империи у домовых отсутствовали права и свобода. Но не сказать, чтобы с появлением последнего у нечисти и прислуги в нашем королевстве ситуация поменялась в лучшую сторону.

Рабство-то никуда не делось.

— Чего стоим, красивая? Аль судьбу свою ждешь?

Я растерянно моргнула ресницами, слипшимися от снега, и уставилась на пожилую даму в платке. Пока соображала, что ответить, лед под ногами зашуршал. Подпрыгнул в воздух, затем закружился в танце и отогнал женщину на два шага назад.

— Кыш, шарлатанка!

Широкая спина лэрда Монтгомери, словно щит, отделила меня от странной дамы. Плотные комья снега приподнялись над мужским плечом. А следом послышался мелодичный перезвон монеток на сиреневом платке.

— Ай, ай, какой зубоскал, — поцокала дама и махнула тонкой рукой, отчего белые шары распались на кусочки. — Не только у тебя есть сила, зимний маг.

— Ты зубы мне не заговаривай, а катись подобру-поздорову, — раздраженно ответил мой попутчик.

Фразы лэрда Монтгомери приводили меня в замешательство, как и то, насколько свободно обычная с виду нищенка говорила на данмарском языке. Не каждый житель королевств, которые входили в Тройственный союз, знал его в совершенстве. Половина мужчин и женщин в рабочих кварталах с трудом изъяснялись и считали, а здесь прекрасный говор и почти без акцента.

— Ушла уже, ушла. Как будто мое отсутствие тебе тропинку к сердцу зазнобы проведет. Глупый, не пара она тебе. Не твоя любовь. Твоя далеко. За морями и океанами в окружении безжалостных красных песков томится в богатом дворце.

Я спрятала кончик подмерзшего носа во влажных ворсинках меха и подавила рвущийся наружу тяжелый вздох.

Слова женщины были мне знакомы и понятны, а вот лэрда Монтгомери, наоборот, сильно разозлили. Острые льдинки полетели в нее, и она через секунду растворилась с громким хлопком прямо посреди платформы.

Едкий запах трав заставил и меня, и лэрда Монтгомери, и всех стоящих неподалеку людей чихнуть.

Кто-то обмахивался руками, кто-то доставал склянки с пахучей солью. Магический пар от магвоза смешался с серебристым дымком, после чего тот полностью исчез вместе с загадочной колдуньей в цветных одеждах и драной шинели.

— Ведьма, — выругался лэрд Монтгомери и стряхнул с рукава снежинки.

— Полагаю, она хотела погадать на будущее? — со смешком спросила я.

Синий, как вечернее небо, взгляд метнулся в мою сторону. Красиво очерченные черные брови сошлись на переносице.

— Вам весело, мисс Делейни?

— Совсем немного, Джереми. Интересный опыт. Никогда не сталкивалась с цыганами и не видела их магии. Кажется, они в Ровении чувствуют себя вольготно.

Он лучезарно улыбнулся. Продемонстрировал ровный ряд зубов и подчеркнул крохотную ямочку на подбородке.

— Цыгане не лучшая сторона моей второй родины, Морриган, — лэрд Монтгомери тоже перешел на неформальное общение, которое позволял себе, только когда мы оставались одни. — В Ровенийской империи есть более любопытные вещи, чем таборы поющих и пляшущих побирушек, вроде этой ведьмы.

— Слышу снобизм в вашем голосе, Джереми.

Его слова немного задели.

В прошлом я тоже была такой «побирушкой».

— Вы знаете, о чем я, Морриган.

— Увы, но нет. За время нашего путешествия из Шангрии вы остались для меня неразгаданной тайной, — честно призналась я, заталкивая подальше бестолковые обиды.

Вряд ли лэрд Монтгомери желал унизить меня. За несколько недель поездки на дилижансах, паровых каретах и в магвозе я убедилась, что высокомерие — чуждое чувство моему попутчику.

«Или ты хочешь так думать, Морриган, и вновь ищешь то, чего на деле не существует?»

Шипящий голос, точно червяк, проник в мысли и прогрыз дыру в подкорке. Недолго думая, я потянулась к муфте, расстегнула пуговицу, затем нащупала под одеждой ожерелье. Гладкость голубого топаза обожгла подушечки пальцев, а само украшение внезапно потяжелело и нагрелось.

Таинственный шепот замолчал. Вернулись звуки вокзала и голоса стоящих неподалеку людей.

Открыв глаза, я заметила, как лэрд Монтгомери взволнованно смотрит на меня. Его присутствие и ненавязчивая защита невидимым покрывалом упало на плечи, отчего я почти сразу согрелась.

— Морриган?

— Все в порядке, — прошептала я, поглаживая камень.

— Мы в трех днях пути от Петрографа. Скоро прибудем в столицу и покажем вас местным лекарям, — убежденно заявил он.