Восстание Ника   H εξέγερση Νικα

14

Форум Константина гудел, едва вмещая в себя желающих поздравить нового императора. Сквозь толпу пробрался Помпей, брат Ипатия и некоторые сенаторы.

Что ж василев выбран, что делать дальше?

На этот вопрос однозначного ответа не было. Логичнее всего, конечно, было идти в Большой Дворец, найти там пурпурную хламиду и красную обувь – сапоги или туфли, и облачить во всё это Ипатия, надеть золотую диадему на голову и пусть правит, в надежде, что он будет справедливым и человеколюбивым василевсом. Но! Свободен ли Большой Дворец? И где Юстиниан и Феодора?

- Бежали! – кричали в толпе – Дворец свободен!

- Был ли кто в Большом Дворце? – спросил Ориген.

Он не получил известие, что его сын помилован Юстинианом, Нарсес не дошёл до него.

- Не были, – ему был ответ. – Охрана не пускает.

- А что говорит?

- Ничего не говорит. Молчит и не пускает.

И это не значить, что там никого нет, и нам ничего не угрожает. Война есть война. Ромеи! Надо знать точно, где противник. Настоящее положение дел не может разрешиться иначе, чем войной. Война и царская власть, как известно, являются самыми важными из человеческих дел. Великие же дела не разрешаются в короткий срок! Они требуют долгих настойчивых усилий и немало времени. Если мы сейчас пойдём на противника, не зная, какими силами он располагает, то мы подвергнемся риску за всё, что произойдёт. Мы либо будем благодарить судьбу, либо сетовать на неё.

- Почему сетовать? – закричал Стефан Болгарос. – Почему не получиться? Почему бы всему не получиться? Всё получиться!

Толпа одобрительно загудела.

- Ромеи! Великие дела не совершаются в спешке, – пытался докричаться до разума охлоса Ориген. – Дела, совершаемые в спешке, зависят от могущества судьбы! Если же мы будем вершить наши дела не торопясь, то даже не желая того, мы сможем захватить Юстиниана во дворце, и он будет рад, если кто-нибудь позволит ему бежать! Время работает на нас! Силы покидают власть Юстиниана с каждым днём! В Городе есть и другие дворцы, откуда василевсу Ипатию можно будет вести войну, и устраивать наши дела наилучшим образом!

- Какую войну, с кем? – спросил сенатор Марсалий. – Юстиниана нет во дворце. Что нам бояться?

До Марсалия Нарсес дошёл и дал золото и обещал от имени василевса многое, но сенатор хотел больше. И ещё этот слух, что Юстиниана и Феодоры нет в Большом Дворце.

- Это надо ещё проверить.

- Не надо ничего проверять! Это и так все знают.

- А если это ловушка?

- Какая ловушка, кир Ориген? Мы на ипподроме уже сегодня были. Вошли свободно, и вышли невредимыми.

Начался горячий спор. Охлос встал на сторону Марсалия. Решили идти на ипподром и через кафизму захватить Большой дворец, и не важно, есть там кто-нибудь или нет ни кого.

Ориген со своими слугами и клиентами направился домой, приказав сыну Проклу следовать за ним. Прокл с неохотой подчинился.

Отряд Африкана Рафтиса тоже решил не ходить.

- Феодора ничего плохого нам не сделала, – сказал он. – Пусть Господь хранит её в скитаниях. А нового василевса прославят и без нас.

По древнему обычаю Ипатий взошёл на щит и воины Мелетия подняли его на плечи и понесли к ипподрому. Медленно и торжественно плыл Ипатий в белых одеждах с золотой цепью на голове, похожий на древнего языческого бога, на плечах воинов букелларии среди людского моря к своему царствованию и величию, как ему казалось. И он был уверен, что в анналы истории его имя впишут не иначе, как Ипатий Великий. Сзади за щитом шёл, приплясывая, радостный Помпей.

Людская река разбивалась на протоки и вливалась в ворота ипподрома. Ипатия поднесли к кафисме. Воины Мелетия оторвали деревянные доски от сидений, сделали помост к решётчатым воротам. Сорвали ворота и внесли Ипатия в кафизму. Он сразу же занял трон василевса. Помпей пристроился рядом.

- Брат, я надеюсь, получу титул кесаря? – спросил он.

- Первым же указом, – ответил Ипатий.

- Государь, - с поклоном сказал Мелетий, - надо идти в Большой Дворец, проверить – есть ли там кто. И найди царственную одежду.

- Иди, благородный Мелетий, – царственно позволил Ипатий.

Мелетий вовсе не был благородным по рождению, но возражать не стал. Он взял один лох (тридцать человек) и углубился в тёмный коридор, ведущий в Большой Дворец. Факелы по стенам не горели, и их пришлось зажигать.

Они прошли довольно долгий путь, как вдруг в неровном свете факелов сверкнула сталь на наконечниках копий и латах. Это была сотня армянских наёмниках катепана Иоанна Армянина. Они стояли по шесть человек в ряд. Первый ряд обнажил мечи, второй – просунул копья между воинами.

- Кто вы? – грозно спросил Иоанн, он стоял за вторым рядом.

- Мы воины василевса Ипатия! – ответил Мелетий.

- Не слышал о таком. Что вам надо?

- Одежду, подобающую василевсу.

- Ваш василевс ещё и голый, – в словах катепана прозвучала насмешка.

- Бывший василевс Юстиниан бежал из Города, надеюсь, одетым. Но что-то он оставил?

- Кто сказал, что василевс Юстиниан бежал? Он во дворце и правит.

Мелетий растерялся, не зная, что ответить. Армянемолча двинулись вперёд. О сопротивлении не было и речи – тридцать неопытных мальчишек не справятся с сотней закалённых в боях воинах. Мелетий приказал отступать. Вскоре отступление превратилось в бегство. Пробегая мимо Ипатия и Помпея Мелетий крикнул:

- Уходим, государь уходим!

Ипатий и Помпей растерянно хлопали глазами, не понимая, что произошло. И тут в кафисму ворвались воины катепана Иоанна Армянина. А за ними вслед появились два человека, в которых к своему ужасу Ипатий и Помпей узнали двоюродных братьев Юстиниана – Юста и Вораида. Братья грубо, за шкирку стащили Ипатия с трона и погнали его и Помпея пинками по коридору в Большой Дворец к Юстиниану.