Цвет надежды

Почему так?

Я тебя нарисовала

Краской летнего дождя.

Я таким тебя узнала.

Я запомнила тебя.

Взгляд ребенка, сердце брата,

Легкость красок и цветов.

Я была тебе так рада,

Ты же — просто не готов.

— Что все это значит? — сердитый голос Полной Дамы, охраняющей вход в гостиную Гриффиндора, заставил Нарциссу сжаться и отскочить в сторону.

Она выпросила у Белинды плащ-невидимку на полчаса. Прошел час, а она так и не использовала его по назначению. Сначала девушка минут сорок убеждала себя в том, что ей просто необходимо поговорить с Сириусом. Что это совсем не страшно — нужно только выследить его одного и подать знак, что она здесь. Все бы ничего, вот только Сириус, похоже, нигде не появлялся один. Все время его сопровождала толпа этих чертовых гриффиндорцев, что не позволяло Нарциссе приблизиться к нему в открытую. Но теперь у нее есть плащ-невидимка, и можно спокойно отправляться на поиски Сириуса. В плаще не страшно. Не страшно? Ха! Эти сорок минут она убеждала себя, что весь прошедший учебный месяц ей просто мерещилась неприязнь Сириуса.

Прошлый месяц был сущим кошмаром, который начался сразу по прибытии поезда на платформу Хогвартса. Она буквально кожей чувствовала перешептывания и взгляды. Конечно, с такого громкого события начинался не каждый учебный год. Красавица Нарцисса стала недоступна для других кавалеров, у нее появился законный избранник. Да еще какой! Красивый и богатый Люциус Малфой! Всех так и распирало услышать историю их безудержной страсти: два юных сердца внезапно поняли, что не смогут прожить ни дня друг без друга и, чуть ли не наперекор родителям, ринулись в свою любовь, как в омут. Красивая история. Может, первый и второй курс Пуффендуя в нее и поверили бы, но остальные студенты — ни на грош. Слишком сложно было представить надменную, капризную и улыбчивую Нарциссу Блэк способной на пылкие чувства. Что же касается Люциуса Малфоя, то это вообще казалось невероятным. Дети, выросшие в магических семьях, конечно, знали о традициях заключения чистокровных браков, однако почитались эти традиции далеко не во всех домах. Многие о них уже изрядно подзабыли. Что же касается магглорожденных детей… Те вообще понятия не имели о подобных обрядах. Таким образом, известие о внезапной помолвке стало сенсацией.

Был один человек, способный понять Нарциссу, как она думала. Но этот человек покинул поезд в сопровождении Джеймса Поттера и Лили Эванс и даже не оглянулся на Нарциссу, хотя они и поравнялись на перроне. Люциус куда-то запропастился, Мариса растворилась в толпе первокурсников, и новоиспеченная суженая осталась одна. Она медленно брела к безлошадным четырехместным каретам. Нарцисса намеренно шла не торопясь, чтобы все кареты разъехались, и она могла спокойно сесть в последнюю. Количество мест обычно совпадало с количеством студентов. Но вдруг сегодня ей удастся хотя бы по пути в школу побыть одной? Ведь чудеса бывают. Наверное…

Не повезло. Ее догнала Белинда Макнейер и начала тормошить, возмущаясь, что совсем случайно, от Саманты Мелифлуа, узнала потрясающую новость о помолвке. Белинда выстреливала вопросы с быстротой скорострельного арбалета: «Как можно было скрыть их роман? Сшили ли Нарциссе платье, и если нет, можно ли поучаствовать в выборе фасона? Кто приглашен? Много ли свободных парней будет среди приглашенных? И, наконец, правда ли, что ненормальный Сириус Блэк накинулся на Люциуса прямо в поезде, да его еще поддержал почти весь вагон гриффиндорцев, а Люциус отправил их всех в нокаут?».

Слушая всю эту чушь, Нарцисса отчаянно надеялась, что пройдет неделя-другая, и все забудут. Найдется более интересная тема.

Прошел месяц, а шумиха так и не умолкла. Нарцисса не понимала, почему. Возможно, виной тому было условие Люциуса: все должны видеть, что мы рады и счастливы. Он всегда держался рядом с ней на людях, хотя по жалостливым взглядам, которые на нее бросали некоторые девушки, Нарцисса понимала, что новоиспеченный жених продолжает менять подружек, как перчатки. Нарциссу это не волновало. Ее даже не раздражала жалость в их взглядах — ей было все равно. Она перестала что-либо чувствовать, что-либо понимать. Единственное, что еще вызывало эмоции — поведение Сириуса.

За прошедший месяц, он ни разу не заговорил с ней. Нарцисса могла понять первую обиду. Но не месяц же! Если они и ссорились раньше, то Сириус всегда делал первый шаг, а Нарцисса просто ждала. Иногда она могла повыпендриваться пару дней, не прощая его. Подождать, пока он походит следом, засыплет ее ворохом записок. Как и любой подросток, при всем его внешнем апломбе, он был неуверен в себе. Наступал миг, когда он готов был отступить перед мыслью: не простит. Нарцисса всегда тонко чувствовала этот момент и, бросая очередного кавалера на произвол судьбы, мчалась к синеглазой мечте. Он не сердился. Он никогда на нее не сердился.

И в этот раз Нарцисса ждала… Неделю, две. Ни одного письма, ни одного взгляда в ее сторону. Она не понимала. Неужели он не хочет услышать ее объяснение? Она же не виновата! Ей сейчас гораздо хуже, чем им всем вместе взятым. Люциус пропадает с любовницами — они даже не обмолвились парой слов за этот месяц, Сириус всегда в толпе друзей, с виду (невероятно!) даже веселый. А у нее никого нет. Даже не с кем просто поделиться своей бедой, не выставив при этом свою семью в неприглядном свете.

Через три недели Нарцисса поняла, что если он черкнет хоть строчку, она молнией ринется к нему. Какие там выпендривания! Не до того.

А вчера, сидя на зельях традиционно вместе с Гриффиндором, она удостоверилась: не напишет и не позовет. Все было ясно и наглядно.

Гриффиндор сидел на последних рядах, Слизерин — на первых. Еще с первого курса на зельях Нарцисса заняла место рядом с Северусом Снейпом. Тогда над тощим одиннадцатилетним мальчишкой все издевались. Больше всех Поттер. Юная Нарцисса, просверлив Сириуса взглядом, села со Снейпом, о чем впоследствии ни разу не пожалела. Если по другим предметам у него не все ладилось, то на зельеварении он блистал. За пять лет обучения Нарцисса стала разбираться в зельях лучше, чем любой из ее сокурсников. Она наблюдала за работой Снейпа и училась, старательно переспрашивая непонятные моменты. Они всегда работали в паре. Снейп был жутко нелюдим, но рядом с Нарциссой он словно преображался. Она знала о нем почти все и никогда не поддавалась искушению рассказать кому-то его невеселую историю: талантливого сироты не от мира сего. Нельзя сказать, что они были близкими друзьями. Просто… у Нарциссы был широкий круг общения, у Снейпа — только она. Ей, от рождения незлой девочке, было приятно чувствовать себя рядом с Северусом незаменимой и радоваться тому, как Снейп оживает на глазах, увлекаясь их беседами.