В отпуск к эльфам

глава 21

Оставшаяся часть ночи запомнилась урывками — нервы, наверное, сказались... Или дикая усталость. Вот мы бредем по коридору, к единственной уцелевшей после погрома комнате. Массивная кровать, если в притирочку, то человек шесть вместится. Дейки помогает мне опустится на это царское ложе. Дейки... Такой родной и такой незнакомый. Противоречивые чувства, я не знаю как к нему относиться, как вести себя. Ки был мне как младший брат, Дей как верный соратник. Что из них двоих вышло сказать на данный момент сложно.

— Спи, успеешь еще все узнать, — будто читая мои мысли, отозвался Дейки, — пойду, покараулю.

Сказал и вышел. Блондины завалились рядом. Словно не я за гранью побывала, а они. Парни выглядели не просто уставшими, казалось они вручную товарняк из Москвы до Владивостока толкали. Интересно, чем они тут без меня занимались? Поинтересуюсь... Как-нибудь в другой раз, хватит приключений на сегодня. Ларель взял меня за руку, складывалось впечатление, что эльф боится моего исчезновения, пока он дрыхнуть будет. Сон пришел почти моментально, не помешал даже пристальный взгляд светлого.

Посреди ночи пришел темный, сдвинул меня ближе к центру, а сам завалился сзади. Возражать и жаловаться сил не было.

Сквозь сон казалось, что кто-то приобнял меня, шепча какие-то нежности. Сразу стало тепло и уютно. Прямо как дома. Ничего, вот отдохну немного, а потом соберем с сутом чемоданы, и все! К себе на родину! На родину...

Нет, я, конечно, хотела вернуться в свой мир, но червь сомнений уже поселился в сердце. Можно ли все бросить, вот так на пол пути? Что будет с эльфийкой? Что будет со всеми эльфами, если они не найдут этот злосчастный ключ? Гномы говорили, грядет война. Вдруг, вернув ключ, мы сможем ее предотвратить или хотя бы отсрочить…

Что я знаю о войне? Только то, что рассказывали дед и отец. «Не верь никому, кто травит веселые байки, война — это холод и голод. Война — это смерть» — отвечал дед, на всякого рода просьбы, поведать о его подвигах. Отец тоже был не многословен, он рассказывал, как горел в танке на каком-то безымянном перевале. Как его спас знакомый из ближайшей машины. У отца на всю жизнь остались темные шрамы на ногах от ожогов. Он говорил, что готов отдать жизнь лишь бы я никогда не смотрела в глаза войне. Они не были трусами, просто пытались объяснить, что любые жизненные трудности ерунда по сравнению с этим. Война — это беда.

Мне вспоминалась бабушка Файки — моей соседки по подъезду. Бабуля, сколько я себя помню, была древняя как мамонт. Готова спорить она еще царя застала. Хотя нет, не застала, это уже мои фантазии. Сухенькая старушка, слепая на оба глаза, в ситцевом платье с коротким рукавом, и порядковым номером на левой руке — узница концлагеря. И этим, наверное, сказано все. Она угощала нас конфетами, грустно улыбалась, называя своими детками, говоря: «Вот оно счастье — мирное небо над головой».

Смогу ли я жить дальше спокойно, просто зная, что могла что-то изменить? Вспомнился двоюродный племянник — карапуз лет трех, с его смешным выговором буквы Р. Сколько их таких на Эрии?

У меня есть письмо эльфийки (повезло, дриады не додумались обыскать), слабая ниточка, благодаря которой можно найти похитителей и возможно тех, кому выгодна грядущая война. И у меня есть выбор попытаться помочь или остаться в стороне... Если попытаюсь меня наверняка захотят убрать, а если уйду, скорее всего пострадают сотни ни в чем не повинных людей.

Пока со мной Дейки, можно ничего не бояться, он не даст меня в обиду. Интересно какой он — Дейки? Кого в нем больше Дея или Ки?

С этими мыслями я провалилась в глубокий сон. Мне снился сурс, растерянный и встревоженный. Он подлетел ко мне, заключив в объятия. Долго рассказывал, как почувствовал, мою смерть, как сходил с ума не в силах ничего изменить, как хочет снова встретиться, как тоскует и как он счастлив снова чувствовать мою жизнь.

Удивительно, а я его совсем не ощущаю, хотя браслет должен работать в обе стороны. Странный он какой-то, повстречались всего пару дней, а он ведет себя как герой какой-то мелодрамы. Ага, принц без коня! Сейчас растаю и будем жить долго и счастливо. Бред! Может у них с женским полом нехватка? Вот и кидаются на всех.

— Ты мне не веришь?

— Верю, верю... Так, когда ты говоришь, сможешь к нам присоединиться? — да-да, болтал минут десять на эту тему.

— Три дня, и я смогу быть полностью в твоем распоряжении.

Значит три дня на поимку эльфийки, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

— Я буду ждать, — с нетерпением ждать этот новый геморрой на мою голову.

— Нэл-ли, зря ты мне не доверяешь, я смогу позаботиться о тебе.

Пришлось отвернуться, старательно пряча скепсис на своем лице.

А, интересная тут обстановочка… Высокие потолки с лепниной, окна во всю стену с выходом на балкон, легкие газовые шторы, очень тонкие, еще чуть-чуть и их можно принять за паутину. Стеллажи книг во всю стену, круглый, стеклянный столик по центру и еще один рабочий у окна.

— Где это мы?

— У меня, — лаконичный ответ, — Тебе нравиться? — хороший вопрос. Обстановка приятная, светло опять же... Но как-то уж все слишком официально. В любом жилом помещении должны быть личные вещи. Ну там носок, забытый в углу или кружка с недопитым кофе, на худой конец привезенная из путешествий забавная безделушка. Я еще раз пробежалась глазами по комнате. Идеальный порядок, как в музее. Честно говоря, в этом помещении можно представить кого угодно. Обезличенное пространство... Никакого представления о его хозяине.