Игра в чужую жизнь

Глава 3.1. О компромиссах и взаимопонимании

Компромисс – искусство так делить пирог, чтобы каждый верил, будто именно он получил больший кусок.

Эрхард Людвиг

Император был в ярости. И не потому, что он своими руками (или же словами, не в том дело!) уничтожил довольно-таки реальный шанс выпутаться из паутины придворных интриг. Не потому, что до конца теперь уже недолгого правления и такого же короткого остатка жизни эльф и Крезин будут попрекать его этим. Не потому, что его родная дочь станет не королевой Гартона, а дворовой девкой с незаконнорожденным дитем. Не потому, что у проклятого Грайта появится причина для войны. Нет!

Император не считал себя виноватым. Он попросту не мог понять, как посмела глупая пешка соскочить с доски и пытаться вести свою игру?! Пешка, которую, если потребуется, гвоздями приколотят на ее место! Неважно, что пророчество Радиса сбылось и советник избавился от растительного убранства, – благодарность заслуживают лишь равные!

А теперь Малдраб видел – это недоразумение, в первый миг принятое им за дочь, не имело к принцессе ни малейшего отношения. Хотя бы потому, что Маргалинайя никогда в присутствии мужчины, тем более гвардейца, не рассматривала бы траву, пусть даже радужную, не так давно выведенную клусскими магами. Впрочем, подобные мысли о дочери просто неэтичны.

– Быстро же она нашла себе союзника! – Дисон, как всегда, выражал мысли вслух. – О, нас заметили. Слушай, Виви, с ней случайно не твой… э-э-э… Так-так, дело попахивает скандалом. Надо их как-то во дворец переместить, иначе скоро здесь будет много любопытных.

– Почему «их»? – Император оглянулся на Крезина, словно ища его поддержки. – Девушку забираем, а этот пусть… Пусть уходит.

Однако Крезин не согласился.

– Дисон прав, Ваше Величество. Внешнее сходство между ней и принцессой значительное, но для человека, который некоторое время был… хм, близко знаком… Гвардейцев учат наблюдать и вытаскивать информацию, а Маркан служит не первый год. Я полагаю, он уже знает ситуацию с точки зрения той девушки, и если соотнесет ее с происходящим в стране, то, сами понимаете…

– Хорошо, идем к ним, – распорядился Малдраб Четвертый, – поговорим…

– Не поговорим, а вежливо попросим пройти во дворец для дальнейшего обсуждения ситуации, – уточнил эльф.

– Что мешает обсудить ситуацию здесь, Дисон?

– Скажу прямим текстом: если откуда-то со скандалом выбегает принцесса, хватает своего любовника и идет с ним в сад, а потом появляется ее отец, расспрашивает, где она, и направляется следом, захватив помощников, – Виви, поверь, любопытствующих будет много.

– Вдруг они начнут упрямиться?

– Ваше Величество, посмею напомнить, что у нас есть отличнейший рычаг давления на Маркана, – с едва заметной усмешкой проговорил Крезин. – А поскольку он здесь единственный знакомый нашего двойника, то, думаю, с ними обоими проблем не возникнет.

Переговоры (или уговоры?) вызвался вести Дисон. Во-первых, император счел данную миссию ниже своего достоинства. Во-вторых, обаяние эльфа заставляло даже столетнюю старуху чувствовать себя молоденькой девчонкой. И, в-третьих, длинноухие считались живучим народом – это на случай, если дикарка окажется опасной.

Лин, вопреки мнению Малдраба Четвертого, сразу же согласилась перейти в более уединенное место. Как говорится, после боя кулаками не машут, и упираться теперь, когда потенциальных противников стало намного больше (да и свидетелей прибавилось), не имело смысла. А единственное выдвинутое ею условие (присутствие Марка при разговоре) парламентеры сочли вполне приемлемым.

На этот раз они шли широкой ухоженной аллеей, отличавшейся почти привычным, по сравнению с тропинкой, видом. Замощенная розоватым камнем дорожка, деревянные скамейки, аккуратно подрезанные кусты, подбеленные липы, стеклянные колпаки фонарей – ничто не говорило о том, что совсем рядом находится потрясающий мир экзотических растений.

Аллея подходила к задней двери императорского дворца – того самого фантасмагорического сооружения из цветного камня, стекла и белого мрамора. За дверью открывался широкий коридор, пол, стены и потолок которого были выложены настолько реалистичной мозаикой, что Лин в первый миг показалось – они возвратились туда, откуда началось ее знакомство с Императорским садом.

Эльф резко свернул направо к боковой лестнице. Второй этаж, третий, длинный коридор без дверей, несколько ступенек вверх, снова коридор, только в обратную сторону… Наверное, это продолжалось бы долго, но у императора, шедшего с независимым видом позади, закончилось терпение.

– Боги, Дисон, куда ты идешь? У меня голова кругом от твоих переходов.

– Это еще не страшно. Вон Крезин вообще позеленел, – заявил эльф. – Я иду в нашу комнату для особых совещаний.

– Это в какую же?

– Да в спальню твою, Виви!

– Дисон, я бы попросил при посторонних соблюдать хоть видимость приличий. Кроме того, в мою спальню можно пройти гораздо быстрее, не нарезая круги по периметру дворца. И почему мы идем в мою спальню?