Холод. Сага. Часть 21. Святые и грешные

3 глава - 7

Окрестности Лумиваара, заброшенная военная часть, май 2017 года.

Оставив Марка и Тею с Сивым, который обещал им незабываемый поход к гранитному руднику, Холод дождался приезжающего каждый день с утра их проведать Чугуна. Без объяснения цели поездки, он влез в его машину и ткнул пальцем в карту на своем телефоне:

– Это место знаешь?

– Знаю, – кивнул Чугун, – вылазь давай, – он открыл Холоду дверь.

– Поехали давай, – Холод попытался закрыть дверь.

– Не, не поехали. Вылазь давай, – улыбнулся Чугун, – там болото. Ножками пёхать придется. Километров пять-шесть, если напрямик. Но не боись, не утонем. Там от болота одно название. Лес вырубили во время санитарной вырубки, дожди прошли и слегка всё заболотилось. Так что сапоги до ушей одевай, а пойдем. Только за на хрена оно тебе? Ты ж вроде как не сталкер.

– Надо, – сказал Холод, вылез из машины и снял с ограды сушившиеся на ней «болотники».

Через болото они прошли довольно быстро. Мох почавкал под ногами пару километров, а потом превратился в обычную траву. Гораздо дольше они поднимались на пригорок. Мешали ветки деревьев и то и дело попадавшиеся осколки гранитных скал, очень напоминающие надгробия на кладбище. Наконец они поднялись на верх. Всё, что осталось от воинской части, уютно расположилось на голой скалистой площадке, со всех сторон окруженной забором из деревьев. Дорога, ведущая к КПП без ворот, превратилась в зеленое поле, где прямо из бетонных плит торчали огромные кусты местного репейника. От казармы и штаба остались только несущие стены, на которых, как кепки на затылках, были надвинуты качающиеся на ветру основательно проржавевшие железные крыши.

Холод, спускаясь с горы, обнаружил пережившие две войны финские укрепления. Доты были сверху намертво прикрыты бронеколпаками. Судя по обломкам лопат и ломов, их не раз безуспешно пытались вскрыть «черные следопыты». Чуть подальше из земли торчала бетонная башня – всё, что осталось от поста наблюдения и связи финской артиллеристской батареи.

– Под ноги смотри, – бросил Холод Чугуну, когда тот чуть не провалился в вырубленную прямо в гранитной породе траншею.

С осторожностью они двинулись дальше, то и дело обходя вбитые повсюду прямо в гранит арматурные прутья, на которых болтались ржавые мотки колючей проволоки. Чем ближе Холод и Чугун спускались к воинской части, тем чаще им стали попадаться развороченные фрагменты металлоконструкций и части взорванной тяжелой военной техники.

– Война что ли здесь прогулялась? – огляделся по сторонам Чугун, – Финская или Отечественная.

– Нет, – покачал головой Холод, – техника свежая. БТРы и КрАЗы.

Холод нагнулся и что-то поднял с земли, – да и калибр не тот, – он ткнул прямо под нос Чугуну несколько автоматных гильз:

– Пять сорок пять. Наше время. Походу здесь диверсантов готовили, подрывников, тактику боя отрабатывали, – Холод ткнул пальцем в гранитную глыбу, из которой торчала вонзившаяся в нее пуля.

Они пошли дальше и, влетев в болото почти по пояс, оказались в жилой зоне воинской части для офицеров. Место было покинуто давно и навсегда. Ни болтающиеся кое-где на окнах обрывки штор, ни ржавые замки на облупившихся от времени подъездных дверях, ни яркие россыпи маркеров, играющих здесь в войну пейнтболистов-сталкеров не смогли убедить Холода и Чугуна в том, что здесь есть люди. А они здесь были… По крайней мере один, который вывалился навстречу Холоду и Чугуну, придерживая болтающиеся за спиной на веревке алюминиевые кастрюли.

– Ты кто такой? – Чугун навел на гражданина болтающийся на плече дробовик.

– Аналогичный вопрос, – мужик покрепче сжал в руках связку кастрюлей.

– Бомж что ли? – рассмеялся Холод.

– Хуёмж, – тот звякнул кастрюлями, – местный я. Прописку могу показать.