Драконов больше нет

19. 6. Часть 1. Дорога. 6.3. В гостях у Граба.

Избушка из кустарника, к нашему удивлению, оказалась жилой. И была она хоть и кривобокой, но чистенькой и опрятной.

В круглых окошках призывно шевелились цветные занавески, на ступеньках лежал травяной коврик, на котором сидел ёжик и без стеснения пил молоко из блюдечка.

Такая идиллия показалась картинкой из доброй сказки. Жаль, что именно в такие сказки я никогда не верила.

Пугаться, вроде, было нечего, а стало страшно. Дорога пробудила во мне это первобытное чувство, сделав пугливой, словно заяц.

Завертела головой отыскивая опасность, но ничего подозрительного так и не заметила, кроме того, что в этом домишке проживала явно очень трудолюбивая хозяйка. Женская заботливая рука чувствовалась во всём: выкрашенные в зелёный цвет ступеньки и перила, чисто вымытые окошки с цветными стёклышками, и одурманивающий запах свежей выпечки, соблазнителем выскользнувший к нам навстречу из приоткрытой двери.

Смарт закрыл глаза, жадно втянул носом воздух и промурлыкал, почти как нелюбимый им кот:

- Это мы хорошо зашли.

Беспокойство и подозрения, в отличие от меня, его ни секунды не мучили. Оголодавшего Смарта так захватили мысли об ожидающем сытном и вкусном ужине, что он даже меня позабыл на землю стряхнуть. Так и поволок на руках к манящему входу.

Да уж, наивный мечтатель, не ведающий, что бесплатный сыр только в мышеловках. Если бы я осталась у порога, то уж точно не спешила бы стучаться в этот слишком уютный и сказочный домик. Смарт же стучаться и вовсе не стал, а просто распахнул дверку, толкнув её мною, висящей у него на шее.

Изнутри избушка выглядела ещё более симпатичною, чем снаружи. За спиной с громким стуком захлопнулась дверь, словно крышка гроба над нашими со Смартом головами. Я болезненно поморщилась, будто у меня вдруг зубы разболелись, и сползла с рук бесплатного носильщика.

Оглянулась в поисках живых существ. Убранство комнаты удивило сочетанием простоты и уюта.

В дальнем углу весело потрескивал камин, у стен пристроились шкафы с книгами, по виду старинными, посередине комнаты стоял большой круглый стол, блестя чёрной поверхностью. Такого же цвета лавки испуганными зверьками притаились под столом-великаном.

В противоположном от камина углу – небольшая печка, столик рядом с нею заставлен посудой с разнообразной снедью. Именно в этот угол мы дружно повернули носы, непроизвольно вытягивая шеи, дабы хотя бы на пол пальца быть ближе к царящему там изобилию.

В первое мгновение показалось, что избушка пуста, и существует лишь для того, чтобы накормить и обогреть бедных, измученных дорогой путников.

Но уже через мгновение разглядели кресло-качалку у окна. В нём спокойно сидел мужчина средних лет по пояса укрытый клетчатым пледом, с круглой, гладко выбритой головой, большими руками и одним глазом.

Я даже попятилась, не ожидавшая увидеть такую непривычную внешность, ибо глаз у хозяина избушки находился прямо на переносице и напоминал змеиный.

Он смотрел на нас так, словно через минуту собирался проглотить. Бритая голова его при этом мерно покачивалась из стороны в сторону, возвышаясь над белым воротником, украшающим тёмно-зелёную рубаху.

Сбежала бы, наверное, если бы Смарт не удерживал меня за плечи. Никаких хлебосольных хозяек, кстати, даже в помине не было. Только этот странный человек, с виду совершенно равнодушный и кажущийся сонным. Его вялость, впрочем, меня не обманывала. Каждую секунду я подсознательно ожидала от него резкого движения, или даже прыжка.

- Ну? – проговорил он гулко, будто из пустой бочки, и вздохнул так, словно только нас и дожидался весь век, и теперь, когда ждать перестал, мы-то и пожаловали.

Не поняла даже, то ли спросил о чём, то ли неприятностями грозит.
Смарт, в отличие от меня, испуганным не был. Ответил с ленцой, будто в трактире заказ делая:

- Нам бы пожрать, да и выспаться не помешало.

Дядька громко зевнул, без смущения показав крупные белые зубы, после чего медленно кивнул в сторону столика, к которому так настоятельно тянулись наши изголодавшиеся души.

- Каша в котелке, пироги в блюде. Спать можно в комнате на чердаке. С Вас серебрушка и деньги вперёд.

Осчастливив нас позволением остаться на ночлег, хозяин тут же потерял к гостям всяческий интерес и, прикрыв свой единственный глаз, казалось, задремал.

Я от возмущения весь свой страх растеряла:

- А не жирно ли будет серебрушку за тарелку каши и несколько часов сна под крышей?

Мой праведный гнев был самым нахальным образом проигнорирован. Смарт же, метнувшись к столу, споро накрыл нам обед, шепнув мне мимоходом:

- Лучше заплатить.

Конечно, заплатила, хотя и сопела, как разгневанная медведица. Но после, отведав с душистыми травами каши, щедро политой маслом, подобрела. За такие вкусности и переплатить стало нежалко.

Насытившийся Смарт, проявил любопытство, поглаживая наполненный до отказа живот.

- И кого же нам благодарить за кров? Как тебя зовут-то, добрый человек?

Я была уверена, что хозяин не ответит. Он так был погружён в самого себя, что напоминал каменное изваяние. За всё время пока мы подъедали его угощение, даже не шелохнулся.

Головы он не повернул, но проворчал всё же:

- Не стоит благодарности. Да, и не человек я вовсе. Зовите Граб, если хотите.

Смарт хмыкнул:

- Коль заклинатель, так уж и от людей отказываешься. А чего живёшь в этой каменной глуши?

- Не люблю людей. Здесь спокойнее с теми, кто тебя понимает.

Больше он разговаривать не стал, будто устал от непривычного многословия. Только бросил напоследок, когда мы уже поднимались по узкой лесенке на чердак:

- Дверь покрепче заприте. Ночи тут слишком тихие порой. И до рассвета не высовывайтесь. Не нужно.