Fanfic/fem Potter 1. Вселенная Гарри Поттера. Что если?

Глава 10: Как избавиться от дракона.

Следующая неделя показалась Асмодее просто бесконечной. В среду вечером, когда все уже давно отправились спать, Асмодея и Драко сидели одни в гостиной. Часы на стене только что отбили полночь, когда стена резко отодвинулась. Словно из ниоткуда возникла Дафна, стягивая с себя мантию невидимку, принадлежавшую Асмодее. Она вернулась от Хагрида, помогая ему кормить Норберта, который теперь поедал дохлых крыс целыми ящиками.
  — Он укусил меня! — сказала она, показывая свою руку, обмотанную окровавленным платком. — Я теперь неделю не смогу держать перо. Я вам точно говорю, дракон — самое ужасное животное, которое я только встречала, а послушать, как Хагрид о нём говорит, так подумаешь что это маленький пушистый кролик. Когда он меня укусил, Хагрид отчитал меня за то, что я напугала малыша, представляете?! А когда я уходила, он пел дракону колыбельную!
  — Не это главное... — Драко вышел из-за стола. — Ты отправила письмо родителям?
  — Еще три дня назад! — Дафна кивнула. — У нас огромный сад сразу за поместьем, он окружен защитным магическим куполом, дракону будет где разгуляться.
  — Главное, чтобы твой отец дал добро... — Асмодея тоже подошла к подруге и помогла ей сесть на один из диванчиков.
  — Я прямо чувствую, это будет нечто! — глаза Малфоя горели в предвкушении. — Гулять ночью.
Внезапно, через специальное отверстие в стене влетела сова.
  — Это Гера, сова отца... — Дафна махнула рукой Асмодее. — У нее должен быть ответ!
Все трое склонили головы над письмом.
 "Дорогая Дафна!
  Как ты? Спасибо тебе за письмо — я буду рад взять Норвежского Горбатого, но доставить его сюда будет непросто.
  Я думаю, лучше всего было бы переправить его с моими друзьями. Я очень рад, что ты обратилась с этой проблемой именно ко мне.
  Я давно задумывался о том, чтобы подарить твоей матери дракона. Проблема только в том, чтобы нас никто не поймал с нелегальным драконом. Но это уже мои проблемы.
  Сможете ли вы притащить Горбатого на самую высокую башню в полночь субботы? Мои знакомые смогут подлететь туда на метлах и забрать его, пока будет темно.
  Ответь как можно быстрее.
  С любовью, Дориан."
  Они посмотрели друг на друга.
  — У нас есть мантия невидимка. — сказала Асмодея. — Это не должно быть слишком сложно… я думаю, мантия достаточно большая, чтобы скрыть двоих из нас и Норберта.
  Тот факт, что Дафна и Малфой с ней согласились, означал, что прошедшая неделя была действительно тяжёлой. Всё что угодно, только бы избавиться от дракона... 
  Однако тут же возникла ещё одна проблема. На следующее утро укушенная рука Дафны распухла и почти вдвое увеличившись в размерах. И она не знала, насколько рискованно обратиться к мадам Помфри, а вдруг та опознает укус дракона? Впрочем, после полудня выбора уже не было. Укус стал отвратительно зеленого цвета, как будто у Норберта были ядовитые клыки.
  Примчавшиеся в конце дня в больничное крыло Драко и Асмодея обнаружили Дафну в кровати в ужасном состоянии.
  — Дело не только в моей руке, — прошептала она, — хотя и есть ощущение, что она скоро отвалится. Я боюсь отпускать вас самих.
  Асмодея и Драко попытались успокоить Дафну.
  — В полночь субботы всё закончится. — сказала Асмодея, но Дафну это совсем не утешило. Наоборот, мгновенно покрывшись потом, она резко села в кровати.
  — В полночь субботы! — хрипло повторила она. — О, нет... Нет-нет… я только что вспомнила… в книге, которую я вернула в библиотеку, лежало письмо отца. Кто-то теперь наверняка знает, что мы собираемся отправить Норберта!
  Ответить Драко с Асмодеей не успели, так как в этот момент вошла мадам Помфри и выставила их, заявив, что Дафне необходимо поспать.
  — Уже слишком поздно менять план. — сказала Асмодея Драко, пока они шли в подземелья. — У нас нет времени, чтобы послать ещё одну сову, и это наш единственный шанс избавиться от Норберта. Придется рискнуть. Повезло, что у нас по-прежнему есть мантия невидимка, о которой никто не знает.
  Когда они пришли к Хагриду, чтобы рассказать о случившемся, то обнаружили датского дога Клыка сидящим снаружи с перебинтованным хвостом, а сам Хагрид для разговора открыл только окно.
  — Вам не стоит заходить, — тяжело дышал он. — Норберт расшалился… ничего особенного, управлюсь.
  Когда они рассказали ему о письме отца Дафны, глаза великана наполнились слезами. Впрочем, возможно, это произошло из-за того, что Норберт с той стороны укусил его за ногу.
  — Аааа! Ничего, всё в порядке, сапог он не прокусит… играет просто… он же ещё всего-навсего ребёнок.
  "Ребёнок" ударил хвостом в стену так, что стекла в окне задрожали. Асмодея и Драко пошли обратно в замок с ощущением, что дождаться субботы будет ох как нелегко.
  Они бы, конечно, посочувствовали Хагриду, когда тому пришло время распрощаться с Норбертом, если бы так не волновались по поводу предстоящего дела.
  В субботу стояла очень темная, облачная ночь, и они слегка припоздали к лесничему, потому что пришлось ждать, пока полтергейст Пивз, играющий в сквош в вестибюле, не уберётся оттуда. Хагрид уже упаковал Норберта в большой ящик и кое-как наложил заклятие сна.
  — Я ему там в дорогу положил кучу крыс и немного бренди, — глухим голосом сказал Хагрид. — И ещё плюшевого мишку, чтобы он не заскучал.
  Из ящика раздался звук, который подсказал Драко и Асмодее, что плюшевый мишка только что лишился головы.
  — Прощай, Норберт! — всхлипнул Хагрид, когда ученики накрыли ящик мантией невидимкой, после чего забрались под нее сами. — Мамочка тебя никогда не забудет!
  Как им удалось дотащить ящик до замка, они и сами не поняли. До полуночи оставалось совсем немного, когда они подняли Норберта по мраморной лестнице в вестибюле и потащили дальше, по тёмным коридорам. 
  Ещё одна лестница вверх, затем ещё… Даже самая короткая дорога, вычисленная Асмодеей, не сильно упрощала работу.
  — Ещё немного осталось! — тяжело дышал Драко, когда они добрались до входа в астрономическую башню.
  От неожиданного движения впереди, они чуть было не выронили ящик. Забыв о своей невидимости, они спрятались в тени, вглядываясь в темные очертания двух вцепившихся друг в друга людей в десяти футах перед ними. Наконец, зажглась лампа.
  Профессор МакГонагалл в клетчатом халате и сеточкой на голове держала Рона Уизли за ухо.
  — Вы будете наказаны! — возмутилась она. — И двадцать штрафных очков Гриффиндору! Шастать посреди ночи! Да как вы посмели?!
  — Вы не понимаете, профессор. Сейчас сюда придет Поттер… с драконом!
  — Что за вздор! Как смеете вы говорить мне подобную чушь?! Следуйте за мной... Ради такого дела, придется обратиться к Директору!
  После этого крутая винтовая лестница, ведущая наверх, показалась сущей ерундой. Наконец, они вышли на холодный ночной воздух, сбросили мантию и смогли отдышаться. 
  — Уизел получил наказание! — Драко усмехнулся. — Вот бы лично глянуть, как его будут наказывать!
  — Не надо! — посоветовала ему Асмодея, пытаясь перевести дух. — Отдадим Норберта и спать... Я безумно устала.
  Они ждали последние минуты до полуночи, продолжая посмеиваться над Уизли. В ящике начал возиться Норберт. Минут через десять из темноты вынырнули четыре метлы.
  Люди отца Дафны оказались хмурыми, но практичными ребятами. Они показали Драко и Асмодее упряжь, которую надели на себя, чтобы нести Норберта между ними. Затем они помогли закрепить в ней ящик и обменялись рукопожатиями с Малфоем и Асмодеей, которые не забыли их поблагодарить.
  Ящик с Норбертом уплывал всё дальше и дальше, пока не исчез из виду совсем. Теперь, избавившись от Норберта, они спускались по спиральной лестнице налегке, и так же легко было на сердце. Дракона больше нет… Уизли наказан… Что ещё нужно для счастья?
  Ответ ожидал их у подножия лестницы. Как только они вышли в коридор, из темноты вдруг выплыло злобное лицо завхоза Филча.
  — Так, так, так… — прошептал он. — Кажется, у вас ребята проблемы.
  Они забыли мантию невидимку на вершине башни. Хуже и быть не могло! Филч отвёл их вниз, в кабинет профессора МакГонагалл, где они сели и начали ждать, не говоря друг другу ни слова. Асмодея внезапно почувствовала, что дрожит.
  Оправдания, алиби и самые дикие истории роились в голове Драко, причём каждая последующая версия была более удивительная, чем предыдущая. Однако... На этот раз он не знал, как выпутаться из неприятностей. 
  Их загнали в угол. Как они могли так сглупить и забыть мантию? Теперь профессор Снейп ни за что на свете не простит им пребывание вне спальни и блуждание по школе посреди ночи, не говоря уже о том, что они забрались на самую высокую астрономическую башню, в которую вход разрешён только во время занятий. 
  А если ещё добавить сюда Норберта и мантию невидимку, то тогда им смело можно идти паковать вещи.
  Если ребята думали, что хуже уже быть не может, то они ошибались. Профессор МакГонагалл вела следом за собой и Лонгботтома.
  — Но профессор! — воскликнул Невилл, как только увидел их двоих. — Я пытался найти вас, чтобы предупредить: я слышал, как Рон сказал, что поймает этих двоих, он сказал, что у них есть дра…
  Но профессор МакГонагалл перебила его. Когда она нависла над мальчиком, казалось, что скорее это она вот-вот выдохнет огонь, чем Норберт.
  — Я не ожидала такого ни от одного из вас. По словам мистера Филча, вы были в астрономической башне. Сейчас час ночи. Объяснитесь!
  Впервые Асмодея не могла ответить на вопрос учителя. Она уставилась на свои тапочки, замерев, словно статуя.
  — По-моему, у меня есть хорошее объяснение происходящему... — сказала профессор МакГонагалл. — Не нужно быть гением, чтобы догадаться! Вы рассказали Рональду Уизли какую-то небылицу о драконе, чтобы выманить его ночью из постели и вовлечь в неприятности. Я его уже поймала. Видимо, вы находите смешным то, что Лонгботтом услышал эту историю и тоже в неё поверил? Отвратительно! — сказала профессор МакГонагалл. — Четыре ученика ночью не в постелях! Просто неслыханно! А вы, мисс Поттер?! Я думала, в вас больше здравого смысла. А что до вас, мистер Малфой, я считала, что для вас Слизерин значит гораздо больше! Все будут наказаны… и с Слизерина снимается пятьдесят баллов. Мой факультет достаточно пострадал по вашей вине!
  — Пятьдесят? — ахнула Асмодея. Теперь они потеряют лидирующую позицию. Позицию, которую они заняли благодаря победе их команды в последнем матче по Квиддичу.
  — Пятьдесят баллов с каждого! — сказала профессор МакГонагалл, тяжело дыша длинным острым носом.
  — Профессор… пожалуйста… — проговорил бледный Драко.
  — Вы не можете… — Асмодея подняла голову, но была тут же перебита профессором.
  — Не говорите мне, что я могу, а что нет, Поттер! А теперь, все возвращайтесь в постели. Мне ещё никогда не было так стыдно за учеников этой школы.
  Сто потерянных баллов. Это отбрасывало Слизерин на последнее место. В одну ночь они уничтожили все шансы факультета на победу в Кубке Школы. У Асмодеи было такое чувство, будто бы все потеряно... Как им теперь всё исправить?
  Драко не спал всю ночь. Он будто слышал, как Асмодея плачет за стенкой, тихо всхлипывая в подушку, на протяжении нескольких часов до рассвета. Драко не мог ничего придумать, чтобы как-то утешить ее. Он знал, что она, как и он сам, с ужасом ждёт утра. Что случится, когда остальные Слизеринцы узнают, что они сделали?
  Сначала Слизеринцы, на следующий день проходя мимо гигантских песочных часов, отсчитывающих баллы факультетов, решили, что произошла какая-то ошибка. Как вдруг могло случиться, что у них неожиданно стало на сто баллов меньше, чем вчера? А затем поползли слухи, что Асмодея Поттер, знаменитая Поттер, стала виной потери всех этих баллов. Она, и ещё какой-то глупый первогодка.
  Асмодея вдруг превратилась в самого ненавистного ученика школы. Даже Рэйвенкловцы и Пуффендуйцы отвернулись от нее, потому что все просто спали и видели, как Гриффиндор выигрывает Кубок Школы. Куда бы ни пошла Асмодея, на нее показывали пальцем и отпускали оскорбления, даже не утруждая себя понизить голос. Гриффиндорцы же, напротив, при ее появлении хлопали в ладоши, свистели и приветствовали словами: «Спасибо, Поттер, теперь мы твои должники!».
  Только Дафна не отвернулась от нее.
  — Все забудут об этом через несколько недель. Из-за тупости дружков Малфоя постоянно снимают баллы с момента их появления здесь, но ничего, мы снова выходим вперед.
  — Но из-за них никогда не снимали сто баллов за раз... — печально сказала Асмодея.
  — Ну… нет. — согласилась Дафна. — Такого точно еще не было.
  Было немного поздно спасать положение, но Асмодея поклялась себе, что с этого момента не станет вмешиваться не в свои дела. Хватит уже шастать по школе и за всеми шпионить. Ей было так стыдно, что она даже пошла к Снейпу и заявила, что хочет прекратить дополнительные занятия.
  — Хочешь уйти? — прогремел зельевар, рывком опуская черпак в котёл. — И как по твоему мы вернём баллы, если ты не будешь лучшей?!
  Асмодея почти радовалась тому, что экзамены были уже на носу. Подготовка к ним позволяла ей отвлечься от печальных мыслей. Они с Дафной общались только между собой, учились и практиковались допоздна. Асмодея стараясь помочь Дафне вызубрить ингредиенты сложных зелий, заклинания и чары, а так же запомнить даты магических открытий и восстаний гоблинов…
  Малфой к счастью не вмешивался. Его, последствия ночной вылазки не задели, и он был этому несказанно рад.
  Позже, примерно за неделю до экзаменов, решение Асмодеи не вмешиваться не в свои дела подверглось неожиданному испытанию. Возвращаясь как-то днём одна из библиотеки, она услышала чьё-то хныканье из кабинета, находящегося чуть дальше по коридору. Подойдя ближе, она услышала хриплый голос Квиррелла.
  — Нет…нет… только не опять… прошу вас…
  Казалось, что кто-то угрожает ему. Асмодея подобралась ближе, желая услышать всё как можно отчетливее.
  — Ну хорошо… хорошо… — снова услышала она всхлипы Квиррелла.
  В следующую секунду профессор поспешно вышел из кабинета, на ходу поправляя свой тюрбан. Он был бледен и выглядел так, будто вот-вот заплачет. Он скрылся из виду, и Асмодея подумала, что Квиррелл ее даже не заметил. Девочка дождалась, пока стихнут шаги профессора, затем заглянула в кабинет. Он был пуст, однако дверь в другом конце комнаты осталась приоткрытой. Асмодея прошла уже до середины кабинета, когда вдруг вспомнила о данном себе обещании.
  Тем не менее, она бы поставила дюжину Философских Камней на то, что зельевар так же только что покинул эту комнату, и из того, что услышала Асмодея, ушёл он достаточно бодрым шагом. — Квиррелл, похоже, наконец, сдался.
  Девочка вернулась в библиотеку, где Дафна проверяла свои знания в Астрономии. Асмодея сообщила ей о том, что услышала.
  — Значит, декан добился своего! — заявила Дафна. — Если Квиррелл сказал ему, как взломать его заклинание против Тёмных Сил…
  — Но там же всё ещё есть Пушок. — с надеждой сказала Асмодея.
  — Может быть, Снейп и без Хагрида выяснил, как его обойти? — задумчиво спросила Дафна, посмотрев на тысячи окружавших их книг. — Спорю, здесь где-нибудь есть книга, рассказывающая о том, как обойти нужную ему собаку. Ну, так что будем делать, Асми?
  В предчувствии приключения, в глазах Дафны вдруг появился огонёк, но Асмодея наконец ответила.
  — Пойдём к Дамблдору. Нужно было сделать это давным-давно. Если мы будем действовать самостоятельно, нас тогда точно выгонят. — Хотя... У нас же нет никаких доказательств! — сказала Асмодея. — Квиррелл слишком напуган, чтобы поддержать нас, а декану будет достаточно сказать, что он понятия не имеет, откуда на Хэллоуин взялся тролль, и что он и близко не подходил к третьему этажу… Кому они, по-твоему, поверят — нам или ему?
  Дамблдор просто подумает, что мы всё выдумали, на пустом месте. И не забывай, мы, по идее, ничего не знаем ни о камне, ни о Пушке. Иначе придётся очень многое объяснять. Я считаю, что нам теперь точно нужно не высовываться. К тому же, мы всё ещё не знаем, зачем профессору Снейпу нужен этот камень...