Измена. Нелюбимая жена

2

Ей показалось. Просто показалось.

Это был не он.

Не ее муж.

Да, точно показалось. Она обозналась. Просто Эмма очень хотела найти Дэвида и по случайно ошибке приняла его за другого мужчину. В конце концов было темно и что она там могла разглядеть? Ну то, что высокий, широкоплечий и темноволосый – так ведь таких не один человек. А то, что волосы были опущены до плеч и убраны в хвост – так может взяли моду с герцога?

Ей просто показалось.

После того как Эмма трусливо покинула бал, она прокручивала все эти мысли в голове по дороге домой. Сердце постепенно успокоилось, в глазах перестало темнеть и дышать стало легче. Звук колес по городской мостовой успокаивал расшалившиеся нервы.

Сейчас она вернется в их особняк, прикажет приготовить ромашковый чай и окончательно придет в себя. Ну надо же придумала! Глупышка. Сама себя накрутила, и сама попала в такое глупое положение. Если она расскажет об этом Дэвиду, тот только рассмеется.

Возможно.

Эмма вздохнула и прислонилась лбом на холодную поверхность стекла каретного окошка.

Она была вынуждена признать, что не очень-то хорошо знала своего мужа. И вероятнее всего ее история могла скорее разозлить Дэвида, а не развеселить. Он вполне возможно мог оскорбится за то, что его жена имела о нем такие дурные мысли.

Надо забыть и выкинуть эту ерундовую ситуации из головы. Да, так определенно было легче. Она приедет домой, выпьет чаю и уляжется в постель мужа, чтобы утром сделать ему сюрприз.

В груди неприятно закололо. А если Дэвид вовсе не обрадуется ее приезду? Посчитает его излишним и велит возвращаться в поместье? Господи, Эмма уже была ни в чем не уверена.

Ну зачем она вышла на балкон! Теперь ее мучала каждая мысль, связанная с мужем.

Эмма зажмурилась и приложила холодные пальцы к вискам, чтобы унять неприятную пульсацию. Из-за всего этого у нее разболелась голова.

Как только экипаж доставил Эмму домой, она с трудом поднялась по крыльцу. Ноги были ватные. Оказавшись в спальне Дэвида, Эмма поняла, что не хочет чай и даже избавиться от платья казалось сущей пыткой.

Несмотря на то, что она практически убедила себя в том, что произошло досадное недоразумение, в душе остался противный осадок. И теперь Эмме совсем ничего не хотелось делать.

В комнате мужа витал его аромат. Все тут было абсолютно мужским. Строгим, без намека на мягкость.

Эмма забралась прямо в платье в постель и долго смотрела в потолок. Уснуть не получалось. Будить слуг, чтобы подали ей чай, она не хотела. А заваривать в нужных пропорциях сама не умела. А если подогреть молока? Но она не знала даже как разжечь плиту. Эмма росла нежным цветком и, наверное, окажись она в полном одиночестве, вряд ли бы смогла о себе достойно позаботиться.

От этих мыслей стало еще горше.

Зачем герцог на ней женился? Только ради выгодных сделок с ее отцом? Неужели сама по себе Эмма не представляла ценности? Но она могла быть стать матерью и подарить мужу желанных наследников. Правда она была так напугана первой брачной ночью, что Дэвид решил ее временно не обременять супружеским долгом. Однако времени прошло уже достаточно. Может пора попробовать снова?

Воодушевленная этой идеей, Эмма резко встала с постели и принялась энергично избавляться от одежды. Она встретит мужа в неглиже и наверняка Дэвид будет очень доволен.

Ей конечно было жуть как стыдно при мысли, что она самолично решилась на такой шаг. Ведь это муж приходит к жене по ночам, а не наоборот. По крайней мере мама Эммы донесла эту сторону супружеской жизни именно таким образом.

Однако интуиция подсказывала ей поступить иначе. Интуиция и природное любопытство. Ведь завести ребенка было также и в интересах жены, не только мужа. А значит Эмме тоже нужно приложить усилия. По крайней мере дать герцогу знать, что она уже готова. А уж дальше дело за Дэвидом, как за мужчиной.

И все равно Эмму очень смущала ее идея соблазнения собственного мужа. Правильно ли она поступала? Но с другой стороны, что тут было плохого?

Раздевшись, она снова устроилась в кровати, но сон не шел. Обычно балы заканчивались под утро, и раньше этого времени Дэвида ждать не стоило. Однако как бы Эмма не пыталась улечься поудобнее, заснуть не получалось. И только за час до рассвета ей удалось забыться тревожным сном.

Ее разбудил звук открывшейся двери и тяжелые мужские шаги. С быстро забившимся сердцем, Эмма не спешила открывать глаза, ожидая реакции Дэвида. Но тут на ум пришло дикое осознание, что это мог быть дворецкий или камердинер, а она тут разлеглась почти голая!

Испуганно распахнув глаза, Эмма застыла под пронизывающим и холодным взглядом мужа.