Отвязаться от Преступницы

Глава 21

                                                                 Соня

Серёжа действительно вышел через минуту, и мы пошли к выходу в полном молчании.

Я злилась.

На Курского.

«Почему он вообще мне что-то выговаривает? Дурак! Уфф! Закомплексованная я, видите ли! Нашёлся тут, психолог хренов!» - рычала про себя, стараясь не выдать своего состояния.

А то ещё наш гениальный мыслитель найдёт в этом скрытую агрессию!

Но чем сильнее я распалялась, тем громче в мою голову стучалось чувство стыда, которое я пыталась игнорировать. И в определённый момент я поняла, что злюсь уже не на Серого, а на себя…

«Может он и прав...» - пронеслось в моей голове, и от этой мысли стало как-то тошно.

Мы сели в машину, и Курский выехал с парковки.

«Ну почему он постоянно заставляет меня чувствовать себя виноватой?? Бесит!» - снова вернулась злость.

Отвернулась к окну и стала смотреть на проносящиеся витрины магазинов, но из-за собственных мыслей получалось смотреть только сквозь.

Идёт всего лишь второй день моей каторги, а мне уже раз пять было стыдно за свои действия. И зачем я его вообще слушаю? Может он неправ похлеще моего!

- Сонь, - я повернулась к Курскому, что не отрывал взгляда от дороги, - Не злись, я хотел до тебя достучаться, а не обидеть. Получилось, наверное, слишком жёстко, но я действительно так считаю. Можешь назвать меня бесчувственным пнём, если тебе от этого полегчает. - на последних словах он даже немного улыбнулся, на секунду скосив глаза в мою сторону, а я прыснула.

- Ты бесчувственный пень! - не смогла не воспользоваться шансом, от чего Курский рассмеялся.

Как ни странно, но от этого недо-извинения стало немного легче.

Достала из кармана телефон и надела наушники, включив первую песню в плейлисте.

Музыка… Это искусство всегда было для меня особенным! Книги и фильмы смогут унести тебя в другой мир, более идеальный, интересный, захватывающий, но при этом такой далёкий от тебя самого. Да, ты сможешь найти книгу, героиня которой будто написана с тебя, а её переживания точь-в-точь опишут твоё состояние, и, будь уверен, эта книга точно попадёт в твой топ лучших, просто потому, что оказалась в твоих руках в нужное время, но рано или поздно тебе придётся признать, что всё это происходит не с тобой, и ты — лишь сторонний наблюдатель действия, лишённый права голоса и возможности хоть как-то повлиять на происходящее. А музыка… Она будто бы становится саундтреком твоей собственной истории. Здесь нет никого кроме тебя и твоих мыслей. Твоя боль, твои чувства, твои мечты. Всё это — в музыке. Единственная проблема, наверное, в том, что плейлист слишком точно показывает твою душу, буквально выворачивая наизнанку даже тем, кому бы ты никогда не хотел открыться…

Курский не стал пытаться завести разговор, за что ему отдельное спасибо.

Через час мы уже въехали во двор моего нового пристанища, и я снова залюбовалась высоченным зданием, обратив особое внимание на балконы, что тянулись по всей стене. А из квартиры Курского есть выход на эти балконы? Кажется, что нет… Хотя… Да нет, если бы был, я бы это заметила.

Мы вышли из машины и направились ко входу, а я решила посчитать, сколько в этом доме может быть квартир. Кажется, что очень много! Учитывая количество этажей… Но и квартиры там не маленькие. Думаю, штуки четыре на этаж, как в обычных девятиэтажках. А может и больше. В любом случае, людей там должно быть достаточно. Интересно, кто все эти люди, и знают ли они, что живут бок о бок с известным футболистом?

Тут в мою голову внезапно пришла одна мысль, и я поспешила её озвучить.

- Курский, мы с тобой сегодня только и делаем, что носимся по людным местам, но никто ни разу не попросил у тебя автограф. - немного озадаченно проговорила, поднимая взгляд на Серого, на что тот усмехнулся.

- А ты что думала, передо мною все кланяться начнут и ковровую дорожку постелют? - начал ехидно, но, увидев мой серьёзный взгляд, вздохнул, - Во-первых, я не поп-звезда, а всего лишь футболист сборной никому не известного города, которая только-только вышла на какой-никакой уровень.

- И уже чуть не выиграла чемпионат России, - добавила, с умным видом подняв вверх указательный палец.

- А во-вторых, - продолжил Курский, заходя в лифт, решив проигнорировать моё высказывание, - Сама подумай. Кумир тем и хорош, что представляет собой что-то далёкое и абстрактное. И чем дальше объект твоего воздыхания от тебя, тем легче идеализировать его поступки, внешность и так далее. - Серый нажал на кнопку, и мы начали подниматься, - Наш же город — это большая деревня, где все друг друга знают, - Серый прислонился спиной к стенке, - Здесь очень легко приесться, если постоянно мельтешить перед глазами. К тому же, - лифт остановился, и дверцы раскрылись, - Согласись, достаточно сложно романтизировать человека, который ходит с тобой в одну Пятёрочку. - я прыснула и первая шагнула на лестничную площадку.

Курский вышел следом, и мы пошли к квартире по уже знакомому мне коридору. Даже чудо-дверь уже не вызвала во мне такого восторга. Кажется, я начинаю привыкать.

- Ну что, теперь мой вопрос? - спросил Курский, когда мы зашли внутрь, чем немного меня озадачил.

- Чего? - переспросила, повернувшись к парню, что уже успел стянуть с себя шапку.

- На твой вопрос я ответил. Могу задать свой? - повторил, с любопытством вглядываясь в моё лицо.

- Да… Да, задавай, - растерянно пролепетала, снимая с себя обувь.

- Танцы! - выдал так быстро, будто очень давно хотел об этом спросить, - Где ты занималась? Почему именно бальные? Почему бросила?

- Странно, что ты захотел спросить именно об этом, - удивлённо хмыкнула, вешая куртку на крючок, - Думаю, по мне заметно, что подростком я была сложным, - начала, на что Курский еле слышно усмехнулся, — По словам родителей мне не хватало дисциплины, и в тринадцать лет они решили сделать из меня грациозную лань и отдали в группу Епиграфовой, - осеклась, вспоминая, что Курскому эта фамилия ни о чём не говорит, но, к моему удивлению, он со знанием дела кивнул, призывая продолжить, - Эльвира Валерьевна была… сложным человеком, - закончила фразу после недолгого молчания, - Но педагогом она была просто чудесным! - вдохновенно произнесла, проходя за Курским в зал и усаживаясь на диване, - Она не имела любимчиков - спуску не давала никому. На её занятиях даже парни крутили пируэты и бросали такие гранд-батман, что большинству балерин и не снилось! А её система растяжки? Кажется, что я и спустя лет двадцать на шпагат сяду, - рассмеялась, но, заметив улыбку Серёжи, почему-то отрезвилась, - В общем, - продолжила уже более сдержанно, - Каких-то выдающихся результатов я не достигла, но… - я задумалась, опустив взгляд, - Продержаться в группе такого балетмейстера целых пять лет — уже достаточное достижение.