В горе и в радости

Глава 21

В зале было шумно. Гости переговаривались, не скрываясь и не боясь, – Его Светлейшество еще не появился. То ли король выжидал, пока успокоятся, то ли его задержали дела, но во главе стола отсутствовал не только он, но и кронпринц. Юджина я тоже не наблюдала, посему склонялась больше ко второму варианту.

Спустя несколько минут церемониймейстер ударил три раза по специальной бронзовой пластине и по залу разнесся тяжелый металлический гул. Это значило, что король идет, пора занять свои места и закрыть рты. Гости засуетились: уже сидящие вскакивали со стулов, чтобы занять почтительную позу со склоненной головой, кто спешил к отведенному месту, кто тихонько переругивался, пытаясь доказать соседке, что её наряд краше, кто хихикал, наблюдая за суматохой. Все как обычно. В воцарившейся спустя несколько секунд тишине послышались размеренные шаги нескольких людей. Слегка повернув голову, я заметила, как его Светлейшество и его Светлость подошли к своим креслам с вычурными спинками. Король окинул взглядом собравшихся за основным столом, потом за столиками поменьше, кивнул своим мыслям и поприветствовал всех короткой речью, после чего разрешил сесть. В зале вновь начал нарастать гул. Не такой явный, как прежде, но и не оглушающая тишина, предшествующая появлению сиятельного семейства.

Я разглядывала своих соседей. Место мне выдали за главным столом, как и всему организаторскому составу. Я уже смогла узнать всех своих «коллег». Не хватало только Джинни – его место пустовало, учитывая, что оно было рядом с моим – было заметно вдвойне. Я начала немного беспокоиться, в голове хороводом пронеслись самые страшные мысли, связанные с возможным заговором и опасностью, поджидавшей каждого из присутствующих.

Но не успели лакеи даже наполнить бокалы, как я увидела друга детства, подошедшего к кронпринцу и шепнувшего что-то ему на ухо. Райнхольд кивнул, что-то ему ответил и Джинни с поклоном опять исчез, чтобы через несколько мгновений спустя занять соседний стул и шепнуть мне на ушко:

– Беспокоилась? – мои щеки мгновенно вспыхнули, надеюсь, что маска скрыла все эмоции.

– Негодовала. – сдавленным шепотом ответила ему и пригубила рубиновой жидкости. – Пришлось просить дарина Волка провести меня к столу.

– Сожалею. – краем глаза заметила его ухмылку. – Мне придется вызвать его на дуэль.

– Не стоит. Он был истинным джентльменом – вежливым, галантным и обходительным... – невысказанное окончание фразы «не то, что некоторые» я запила ещё одним глотком вина.

– Я рад, что компания у тебя была приятной, – мне показалось, или голос Юджина стал на два тона прохладней? И куда делся намек на улыбку, что я видела до этого? – Но ты забыла, что не должна была идти в сопровождении незнакомцев.

– Если бы мой провожатый был рядом, подобного бы не случилось. – парировала я.

– У твоего провожатого были дела поважней.

– Вот пусть мой провожатый и дальше занимается делами «поважней», а меня оставит в покое.

– Дарина Ночь, с вами все в порядке? Кому вы так шипите? – поддела меня сидящая напротив Белинда.

– Прошу прощения, я пыталась доказать господину Магу, что ночь не всегда безмолвна и тиха.

– ...И что большинство диких кошек устраивают драки именно в это время суток. – поддержал этот несносный выскочка и мило улыбнулся своей фирменной улыбкой. Эстер, и так до этого не сводившая с нас глаз, теперь и вовсе уставилась на Джинни, забыв на полпути ко рту вилку с наколенным на зубчики артишоком. – Вы подарите мне первый танец, прелестная дарина Ночь? – опять склонился он ко мне, а я опять покраснела.

– Увы, его я уже обещала.

– А не дарину ли Волку?

– А какая вам, господин Маг, собственно разница?

– Или ты танцуешь со мной, или едешь домой.

– Вы мне угрожаете? – теперь я, поправ этикет, полностью обернулась к Юджину и уставилась на него. Впрочем, это была игра на его самолюбии, не более: я уже была несказанно рада, что Джинни, поддавшись чарам бала, не настаивал на возвращение домой сразу после ужина.

– Предупреждаю. – не менее грозно ответил он. После чего завязал беседу с сидевшей подле него дарой Хельгой, напрочь проигнорировав мой возмущенный взгляд.

Сев ровно, я оглянулась. Помощники организаторов смотрели на меня. Кое-кто даже не пытался скрыть презрительной усмешки. Я знала, что мое поведение выходило за рамки допустимого, но повести себя иначе не могла: мне было жизненно важно остаться на балу, а если бы я выразила радость вместо возмущения, Юджин бы не оценил. Я уже поняла, насколько ему важно ощущать свою власть, когда его слово является последним аргументом в споре и когда юные и неискушенные дарины дрожат от суровости его голоса. Что же касается остальных... Вздохнув, я зло подумала: «Долой все! Завтра я все равно возвращаюсь в Говер!»

Остальная часть ужина прошла в довольно спокойной обстановке. Гул голосов, тихие смешки, стук приборов – все так мирно и обыденно, что под конец я смогла даже расслабиться, забыв об угрозах Джинни. А зря.

Когда подавали десерт, с Белого зала донеслись нежные звуки музыки, напоминая, что ужин – ещё не конец, а лишь первая – скучная – часть мероприятия в честь праздника Солнцестояния. Я бы очень хотела насладиться маскарадом, но сидящий возле меня заносчивый дарин тихо спросил, сделала ли я свой выбор. Подавив сарказм, пришлось ему напомнить, что мы – не помолвлены, а раз обещание уже дано, то я не собираюсь его нарушать. Бросив мне напоследок: «Я принимаю ваш выбор, дарина Ночь», Юджин обратил всё своё внимание на воздушный кремовый торт со свежими ягодами.

Как только ужин подошёл к концу, король встал и объявил, что через полчаса будет открыт бал и что все желающие могут вернуться в Белый зал, сам он вышел из помещения, дав поданным возможность тоже оторваться от стула: дамам пойти в уборную освежиться, мужчинам – выкурить по трубке. Ну, или просто размять ноги перед танцами. Когда мы с Юджином встали, он цепко схватил меня за предплечье и резвым шагом направился к выходу. Уже в коридоре, возле знакомой мне ниши, я опомнилась: тьма, нет! Я должна остаться на балу!