Верни меня, если сможешь...

Глава 22

— Лия, что с тобой? — меня жёстко выдернули из своих мыслей, почти криком.

— Что? — вопросительно вскинула бровь, не понимая беспокойство Мари.

— На кого ты похожа, почему ты вся в саже?

— Ох, ты об этом, — я посмотрела на свои ладони: они и правда были чёрными, будто я перчатки надела. — Немного увлеклась, — улыбнулась сама себе.

— Увлеклась? Чем? Купанием в зале?

— Да ладно тебе, чуточку руки испачкала, — попыталась успокоить девушку.

— Руки? — не унималась Мари. — А это что? — указала пальцем на лицо, — Или это? — теперь на платье. — Про это вообще молчу.

Вот здесь мне стало стыдно.

Терпения дождаться принадлежностей для рисования у меня, конечно, не хватило. Недолго думая, я нашла выход из положения. Упаковочная бумага пришлась кстати, вот только осталось придумать, чем рисовать, тут взгляд и упал на камин. Топили в этом мире дровами, а это — отличный источник древесного угля, не такого, конечно, качества, к которому привыкла я, но всё же. Покопавшись в зале, мне удалось отыскать несколько достойных кусочков и расположившись поближе к источнику, поставляющему мне графический материал, я принялась за работу.

За этим занятием Мари меня и застала.

Оглядевшись, стало понятно недовольство девушки. Вокруг валялись небольшие куски бумаги, изрисованные вдоль и поперёк чёрными образами, а рядом — отчётливые автографы моих рук на полу, чёрные отпечатки защитным кольцом окружали меня.

— Прости, — да уж, наследила так наследила, инстинктивно спрятала лицо в ладони.

— Лия, — тут же услышала истеричное. — Ну, теперь хоть понятно, почему, — а вот это, похоже, с улыбкой.

Я вынырнула из своего укрытия: такая перемена настроения меня заинтриговала. Мари стояла, сложив руки на груди, и беззвучно смеялась.

— Интересно, и что тебя рассмешило?

В ответ мне прилетел кивок в сторону рук.

«И что? Я видела их: ну да, чёрные.»

— Ох, ты ж, — ударила себя по лбу.

— Ли—и—я—я…

Смех — дело заразительное и очень приятное, даже если причиной веселья являешься «ты».

Смеялись мы долго и теперь совсем не беззвучно: думаю, слышно нас было и на первом этаже, на радость виэру Виктору.

После того как нам удалось успокоиться, Мари отправила меня отмываться, сама осталась наводить порядок в комнате. На мой протест только быстрее затолкала меня в ванную, давая понять, что только хуже будет.

Отмывалась я долго, а потом ещё столько же времени оттирала ванную от последствий погружения в своё творческое расследование.

Когда наконец вышла, комната меня встретила идеальным порядком, листы, аккуратно сложенные в стопку, лежали на столе, а рядом — небольшой свёрток, переплетённый бечёвкой.

Развернув его, я подпрыгнула на месте. Чистые листы плотной бумаги и небольшая деревянная коробочка с мелками, ну что ещё для счастья надо? Разве что увидеть одного сероглазого главу отдела, страшно вспомнить чего, но это уже в идеале.

А пока будем довольствоваться тем, что имеем, а имеем мы, хвала их «Единому», крышу над головой, приятную компанию, и возможность рисовать. Есть, конечно, и неприятные эпизоды, как тот «кошмар» на мосту, но, похоже, без него никак: что—то подсказывает, что он играет не последнюю роль в моём попадании.

Жаль, что не увидела его лица, это бы упростило задачу.

Хотя нет, не жаль, догони он меня вчера, навряд ли бы сейчас сидела в тепле и радовалась таким мелочам, как бумага и мелки.

Стук в дверь отвлёк от раздумий.

— Лия, я ужин принесла, — послышался голосок Мари.

— Ужин? А что, уже вечер? — я заглянула в окно, да там уже не вечер, там ночь входила в свои права.

— Ты не спустилась на обед, затем на ужин, я переживала и поднялась к тебе. Интересно, не отвлеки я тебя, ты так всю ночь просидела бы? — Похоже, всё—таки отчитали меня, пронося мимо невероятно благоухающий горячей пищей поднос.

— Ты права, могла, — не стала отрицать я, жадно следя за тем, как Мария сервирует стол. — Ммм, мясо в горшочке, — не смогла удержаться, заглянула в невысокую глиняную утварь, пряный аромат томлёных овощей с мясом ударил в нос, вызывая слюноотделение.

— Ешь скорее, — перестав журить, Мари быстро усадила меня за стол, вручив в руки столовые приборы, а то что—то я растерялась, не зная, за что ухватиться: то ли вон ту булочку грызнуть, то ли сразу за мясо приняться. — Никогда не видела, что человек может настолько быть увлечён, что забывает о времени. Тем более вира. Неужели нельзя было дождаться, когда привезут нормальный материал, обязательно было лезть в камин и так пачкаться?

— Нет, конечно, не обязательно, — с набитым ртом промычала я. — Но иногда я не могу с собой ничего поделать: если какая—то мысль застряла в голове, то её обязательно нужно визуализировать.

— Что же это за мысль такая?

— Причина моего появления здесь, — честно ответила я. — Ты ведь уже поняла, что я не местная, — Мари кивнула. — Так вот, я сама не знаю, как оказалась здесь, просто закрыла глаза, и я в Лаиме, а несколько месяцев назад я также оказалась в Сарате, правда, тогда я чуток пострадала, но это уже другая история.

— А откуда ты попадаешь? — несмело задала ожидаемый вопрос Мари.

— Издалека, Мари, даже не из этой страны, — чуть расплывчато указала место моего настоящего местожительства.

— Возможно, так активируется твой дар, — попробовала найти объяснение девушка.

— Я не владею магией, у меня нет дара, ни капельки, вот совсем нисколечко, — указала на крошку от только что съеденного мной кусочка хлеба.

— Как такое возможно? Ведь ты не эмпат, а все, кроме таких, как я, несут в себе частичку магии: у кого—то больше у кого—то меньше, но она есть, так устроен наш мир, — почти возмутилась в ответ Мари. Ей явно не понравилось, что меня, бедную, обделили столь ценным качеством, прилагающемся по умолчанию ко всем живущим и не совсем живущим в этом мире.

— Как видишь, бывает, — пожала я плечами, заглядывая в опустевшую так быстро посудину.