Запретная звезда

Глава 3. Атис

Чтение утренней почты стояло первым в его распорядке дня: некоторые из писем не могли обождать. Иногда за ночь на столе его приказчика вырастала целая гора, если в этот день Атис не ночевал в кабинете и все же посещал свою келью.

Для писем у наместника было три стопки: «очень важно», «важно» и «неважно». Разобравшись с первой, он приступил ко второй «важно», которая была объемней раза в три. Закончив с ней, решил сделать заслуженный перерыв. Поставил песочные часы и помедитировал ровно пять минут, пока сыпалась черная взвесь.

Солнце стояло высоко над Хоррой, через закрытую дверь кабинета доносились шумные разговоры и клекот — день близился к обеду, самый разгар работы. Атис выглянул в окно, где во дворе роились приказчики — наместничьи и милорда, — и вернулся к третьей стопке. Одно письмо лежало в ней уже дней шесть, и Атис заметил его лишь потому, что там было написано «Наместнику его превосходительства Варану, лично». Его взгляд сейчас зацепился за знакомую черточку над «а». Такие по привычке ставил его отец, путая куфийскую «аль», означающую «бог», и неферский «аум», звук силы. Значит ли это, что отправитель бы куфийцем, как и сам Атис?

Он повертел письмо в руке. Желтоватая бумага не самого лучшего качества, если приглядеться, можно рассмотреть неровные волокна — такая изготавливалась из старых гнезд куфийского тростникового жука. В бумаге Атис знал толк, он изучил все ее сорта, цвета и запахи, даже вкус. Этот сорт был сладковатым из-за тростниковых стеблей, которые жуки перерабатывали в клейкий материал для своих укрытий. Не самая дешевая, однако и недостаточно дорогая, чтобы считать письмо чем-то важным. Его не хотели поразить или застать врасплох.

Необъяснимое желание выбросить послание, не вскрывая, сделалось лишь сильнее. От письма исходил запах угрозы.

Атис немного посидел так, собираясь с мыслями, затем взял нож и вскрыл конверт. В письме было всего две строчки, которые он по привычке прочел наискосок. Некая «Вечерница» просила у наместника разрешения на перевод из Йоруна в Джак-Джук, в котором у нее осталась младшая сестра и больная мать. Она даже предлагала Атису взятку, какая прелесть. Взгляд его лишь на мгновение задержался на фразе: «…рассчитываю на ваше понимание». Атис перевернул письмо (служба в Магистерии научила его читать письма с обеих сторон), но там было пусто. Он вернул письмо в конверт и положил в четвертую стопку, «уже неважно» — называл он ее про себя, остальные же ее именовали мусорной корзиной.

Первое, чему учат в Академии, так это тому, что интересы Королевства всегда важнее личных. Ты маг, а значит, безымянный солдат Нефера. Ты приносишь присягу, в которой клянешься в верности Альхору, Королевству и Королю. Пройдет еще немало лет, прежде чем они поймут, что отчаянные времена требуют отчаянных мер. Можно было бы написать именно такой ответ, но Атис вдруг подумал, что не хочет тратить на него время. Если он будет отвечать на каждую просьбу, во всем Нефере не останется бумаги.

После Атис подписал приказы о переводе новых магов для охраны Королевского дворца, тщательно изучив сведения по каждому, еще двоих он отверг и уже к трем часам дня решал вопрос о переводе новых мороков на сторожевые посты. Чудовищ развелось слишком много, особенно в Йеффеле, и черти уже не справлялись. Атис прочитал доклады крылатого патруля и мрачно подумал, что, если так будет продолжаться, скоро всех магов ждет одна участь — сражаться с чудовищами.

Он как раз закончил с приказами, когда в дверь постучали. Атис пригладил складки на сутане и выглянул в коридор.

— Минейр, не сочтите за наглость, — на пороге стоял его приказчик. — Вас ожидает Лорд-Магистр.

***

Раньше кабинет Лорда-Магистра располагался в самой северной части Магистерии, над научным корпусом, но недавно он занял комнаты Короля. Добраться туда можно было двумя путями: сквозь путаные коридоры, натолкнувшись на десяток магов, или же прямиком через двор. Второй путь казался удобнее, к тому же Атис давно не дышал воздухом.

Почему Ибекс его вызвал? Обычно он назначал встречи за несколько дней, такая внезапность вызывала неприятное волнение.

Туфли мягко ступали по ковру темно-синего цвета, напоминающему ночной пруд: распустившиеся кувшинки, переплетение стеблей, отражение звезд, прыгающие лягушки. Свет из витражных окон цветными лоскутами падал на стены, натертые белоснежной известкой.

Атис остановился у высокой, в два раза выше его самого, двери с позолоченной звездой на полотне. По обеим сторонам неподвижно стоял караул в золотых доспехах, один человек и один маг, как положено.

— Я по поручению его превосходительства, — произнес Атис, и эхо его голоса гулко разнеслось по коридору.

Один из караульных кивнул и дернул шнурок, висящий над головой. Где-то в глубине кабинета раздался тихий перезвон колокольчиков.

Дверь открыл паренек едва ли старше адептов, вернувшихся из Академии, не больше девятнадцати лет, однако одет в форму приказчика. Китель из синего бархата застегнут на золотые пуговицы, такая же блестящая вышивка украшала грудь и рукава, пояс охватывал белый кушак. Личный приказчик его превосходительства?.. Смазливый мальчишка?..

— Вы собираетесь входить? — недовольно поинтересовался он и капризно сморщил нос. Сам парень — хорошо сложенный, темноволосый, загорелый, с тонкими чертами лица — явно не был простолюдином. Атис внимательнее пригляделся к его лицу: глаза мальчишки имели странный небесно-голубой цвет и будто светились.