Лучик в академии

Глава 4. Знакомство с родственниками

Вы когда-нибудь испытывали страх? Страх – противное чувство, заставляющее сердце биться быстрее, а внутренности сокращаться от спазмов. Переживание почти то же самое, только сердце бьется медленнее, а внутренности сжимаются, иногда даже подташнивает. Пропадает аппетит. Хотя, думаю у всех по-разному. Моя подруга по школе, Каринка, наоборот, когда волновалась, постоянно что-то жевала. Вот и я, когда шла к таверне, жутко переживала, как встретит меня родственница. Утром слонялась от безделья, прочитала полстраницы в Магии для ленивых, но из прочитанного ничего не усвоилось, пришлось отложить учебу на другое время.

Назначенное место выглядело через чур элитным. Ступила на порог, зашла. Внутри царил приятный полумрак, замысловатые разноцветные фонарики оживляли интерьер из розового дерева, придавая помещению загадочный вид. На сцене о долге каждого эльфа перед родиной протяжно пела девушка-бард, аккомпанируя себе на гитаре. Заведение вовсе не походило на таверну, скорее уж на дорогой ресторан. До меня донесся аппетитный аромат жаренного со специями мяса, и желудок напомнил о себе голодным урчанием. Подошел администратор: мужчина за сорок, с меня ростом, с гладко убранными назад волосами, в темно-синей форме с белым фартуком. Окинув полным сомнения взглядом, поинтересовался, не ошиблась ли я адресом. Я попросила провести меня к столику леди Ортенц. Взгляд его тут же изменился, лицо растянулось в улыбке:

- Прошу, пройдемте, Вас уже ждут.

Меня провели в уютную кабинку, где по стенам из тонкого резного дерева сползало ярко-зеленое растение, напоминающее виноградную лозу.

Гвиневра вэл Ортенц выглядела типичной эльфийкой с прямыми светлыми волосами, стройной фигурой и холодными глазами цвета фиалок. Складки возле губ и опущенные уголки, выдавали любительницу поджимать рот, а упрямый подбородок указывал на непростой характер. Рядом с ней ковырялся в тарелке молодой белокурый эльф, на лицо такой милашка, что трудно отвести взгляд. Ямочка на подбородке добавляла облику привлекательности, а болотные глаза напомнили мне мои. Казалось его в этом мире ничего не волновало, взгляд блуждал ни на чем не останавливаясь, вскользь мазнул по мне и вдруг оживился, зацепившись.

- Здравствуйте, - сказала я.

- Здравствуй, - ответила тетя: – Вижу наследственные черты в тебе проявилась, глаза и губы явно отцовские, впрочем, как и скулы. Присаживайся. Знакомься, это твой кузен Эйрансониэль, - и уже обращаясь к сыну добавила, сделав голос тоньше и добрее: - Эйранси, помнишь малютку Ченси? Полюбуйся, какая выросла.

Внимание блондинчика ко мне итак слегка нервировало, но, когда он, подскочив присел рядом и с безумной радостью облизнул щеку, честно скажу - чуть не завизжала. Настолько это показалось жутким.

- Сладкая, - возвестил кузен, растягивая гласные: – Спать вместе!

- Нельзя спать! Сестра нет спать! – прикрикнула на сына тетя, а я огляделась. Персонал, видимый сквозь фигурные прорези перегородки, не обращал на нас внимания, продолжая выполнять работу. У дальней стены со столов убирала служанка в красной юбке, складывая грязную посуду на поднос. Бармен начищал до блеска прозрачные бокалы, делая вид, что ничего не происходит.

- Привет, Эйрансониэль, - сказала кузену. А что делать? Он ведь не виноват, что сумасшедший.

- Сладкая Че-е-енси, - завел он снова шарманку, плотоядно взирая на мои губы: - Быть маленькой, стать красивой. Эйранси любить Ченси.

Я не нашлась, что ответить. Покосившись на родственницу, увидела, что та взирает на нас с неподдельным интересом. Экспериментаторша, блин!

- Эйранс раньше был нормальным. После того как мы прожили на Земле четыре года, стал таким. Лекари обещают, что когда-нибудь… разум к нему вернется, - тетя смахнула несуществующую слезу: – На Земле нет магии, а мы магические существа. Ее отсутствие для нас, как нехватка воздуха. Взрослый адаптируется даже на Земле, а на некоторых детей влияет вот так. Закажи себе поесть, тут подают дивные медальоны в имбирном соусе, - сменила тему она: - Медвежьи стейки с апельсинами тоже не плохи, мясо словно тает на языке, – после щелчка ее наманикюренных пальчиков перед столом нарисовался официант, которого ранее я приняла за администратора.

- Медальоны в имбирном соусе и стакан воды, пожалуйста, - я сделала заказ рекомендованного блюда, а тетя заказала бутылку сухого красного вина.

Кузен не сводил с меня дикого взгляда, сидя рядом, гладил мне руки, прикасаясь к лицу и губам. Я старалась не подать виду, что меня пугают эти действия. Хотя хотелось вскочить, надавать ему по рукам и послать их обоих на три буквы. Судя по реакции тети, она осталась довольна моим поведением.

- Не бойся, он тебя не тронет, - я чуть не фыркнула, кто тут боится? - Эйранс не опасен, он как трехлетний ребенок. Столько ему было, когда мы уехали. Но я вижу положительную динамику от вашего общения. Он редко проявляет к окружающим такой интерес, чаще смотрит бессмысленно в одну точку. Вам обязательно надо видеться чаще, возможно ему это поможет.

- Леди Гвиневра, но ведь я такой не стала, хотя тоже попала на Землю ребенком, – скептически высказала не дававшую покоя мысль.

- Называй меня тетя Гвини. Не обижайся, но ты только наполовину эльф, дорогая. Возможно поэтому у тебя все сложилось так хорошо, - будто слегка обвиняя, ответила она.

- А вы знали мою мать?

- Нет, не довелось. Уверена только, что она не человек. Брат был экспериментатором, люди его мало интересовали. Он любил эксклюзив и экзотичных женщин. Думаю, на роль матери своего ребенка, он выбрал бы нечто особенное. - Гвиневра так скучающе говорила, что стало обидно за родившую меня. Что же с ней случилось?

- А что произошло с отцом? Почему он умер?

- Поговорим об этом в другой раз, не будем портить себе аппетит грустными семейными историями.