Игры с разумом на вылет

Эх, дороги!

Нести свой крест тяжело, но и ставить его на себе не хочется.

Михаил Мамчич.

Я сидел вечером у ручья и смотрел в воду. По воде плыл булыжник. Хотя, нет, не плыл, а просто лежал на воде и не тонул. Сегодня я устроил турнир не между вечными антагонистами, а между нейтралами. Между элементалями воды и воздуха. Воздушному была задача утопить булыжник, водяному – ни в коем случае этого не допустить. Побеждал водяной элементаль. Конечно! Воздушному приходилось тратить больше сил на то чтобы протолкнуть камень в воду, чем водяному на то, чтобы высунуть его в воздух. Разность в плотности сред, знаете ли! Тем более, что водяной, мне кажется, хитрил, и сотворил под водой ледяной столбик, дополнительно поддерживающий булыжник. Но с моего места разглядеть его и доказать коварство водяного элементаля было невозможно. Я сидел и размышлял, как уравновесить изначально неравные условия турнира. Иначе водяной загордится чересчур! Может, поручить ему ещё пару булыжников над водой держать. Чисто для того, чтобы силы было куда тратить?

- Ух ты! – раздался голос из-за спины, и Гай уставился на камень, – А на него наступить можно? А на таком через речку переплыть получится? А коня он выдержит? Нет, не этот, а побольше? Или четыре таких же? А …

- Наступай! – обрадовался я.

Вот и дополнительная нагрузка для водяного элементаля! А то кое-кому чересчур легко живётся! Гай смело прыгнул на булыжник. Бульк! Водяной элементаль не выдержал такого напряжения. Чем не повод, отказать ему в победе?

Насупленный мальчишка в два взмаха выплыл на берег и молча вышел из воды. Без слова упрёка. Только губы дрожали от обиды. Пришлось объяснять, что случилось.

- Так это что? Я самого элементаля воды победил? – просиял мальчишка.

- Ты, давай, раздевайся, победитель! – скомандовал я, – Одежду выжми!

- Не буду! – насупился Гай, – Мне и так хорошо.

- Раздевайся-раздевайся! – поторопил я, – И не кобенься. Я тебе, как оруженосцу приказываю: раздевайся!

- Не буду! – отрезал Гай, – Можешь меня прогнать, а раздеваться я не буду!

И засопел. Вот, что с ним делать? Выдрать, как следует, что ли?

- Ладно, – согласился я, – Тогда стой смирно и не шевелись, пока не высохнешь!

И я объяснил огненному и воздушному элементалям, что нужно делать. Ничего особенного. Обычный фен. Воздушный создаёт поток воздуха на мальчишку, со всех сторон, а огненный нагревает этот воздух. Не слишком горячо, чтобы не обжечь.

Оба элементаля радостно кивнули – новая развлекуха! – и у Гая взметнулись волосы, словно рыжее пламя. А они у него не такие короткие, как у меня! А вовсе даже длинные, как у девушки, как и положено средневековым рыцарям. Гай замер, пытаясь разобраться в новых ощущениях, потом засмеялся.

- Щекотно! – улыбаясь пояснил он.

- Эх ты … мечник! – поддразнил я, – Щекотки боишься!

- Я не боюсь! – возразил Гай, – Я смеюсь ей в лицо!

Высох он почти моментально. Я остановил разошедшихся элементалей и мы пошли на стоянку. А мальчишка молодец! Стоянка была оборудована образцово. Кони стреножены и привязаны на длинную верёвку, костёр разожжён, сухой валежник для костра натаскан, шалашик на случай дождя сооружён, лапник нарублен и покрыт попоной. Даже пара птичек подстрелены и уже ощипаны. Только обжарить осталось, или в углях запечь. Или … ну-ка огненный явись на мой зов!..

Вот так мы и путешествовали, возвращаясь на волшебную поляну. И с пользой и развлекаясь. Мальчишка оказался просто клад. И послушный и исполнительный. И отличный специалист по фехтованию на мечах. То, что начал Тангус, мы теперь продолжили. И, признаюсь честно, если я и побеждал его в поединке, то исключительно за счёт силы. В технике боя, в подвижности, в скорости реакции и во всём остальном, кроме грубой силы, мальчишка меня превосходил.

- Сколько же тебе лет, Гай? – спросил я его однажды.

- Четырнадцать … скоро! – запнулся мальчишка, а потом печально вздохнул, – Поэтому, наверное, ещё усы не растут. Рано. И голос ещё … не взрослый. Не сломался.

- Наверное, – согласился я.

А про себя подумал, что в эти времена четырнадцатилетний парень – это, считай, взрослый, самостоятельный мужчина. Добытчик. На Руси, во времена Пушкина, в тринадцать лет свободно женились и замуж выходили. И считались вполне дееспособными, отвечающими в полной мере за свои слова и поступки.

Кстати, мальчишка оказался и чистоплотным. Никогда я не мог учуять, чтобы от него плохо пахло, или были бы заскорузлыми и грязными руки. Но купался он всегда отдельно. Чересчур стеснительный, что ли? Вроде бы, нет.

Так мы и ехали по известному мне маршруту, рассуждая о науке и магии, и почему наука – это отстой, но учить её всё равно надо, а магия это прекрасное искусство, заветная мечта большинства людей, но без неё можно обойтись.

- Прости, Лёха, – заявил вдруг мальчишка, вытягивая меч из ножен, – И прощай!

- Ты чего?! – у меня чуть глаза из орбит не вылезли, – Из ума случайно выпрыгнул, да так, что и сам не заметил?

- Нет, – совершенно естественным голосом пояснил Гай, словно о погоде, – Просто вон там разбойники. А они нас живыми не выпустят.

Я взглянул. Из-за пригорка, действительно, выезжал живописный отряд. Человек двадцать, а то и двадцать пять. С первого взгляда было видно, что это разбойники. Нет, я знаю, что в средние века в армии не было единой формы, или единого оружия, не было даже требования, чтобы солдаты брились или хотя бы мылись регулярно. Чаще всего, армейское подразделение, действительно, напоминало разбойничью ватагу. Но, только напоминало! Здесь же это была именно шайка. Повторюсь, это было видно с первого взгляда.