Я всё исправлю

Глава 62. Ипполит

Федя пропал. Я вернулась из Москвы, а его нет.

За выходные я обошла все окрестности, заглянув в каждый пахучий подъезд. Следов не нашла. Волнуюсь за бедолагу. Он, конечно, вольный кот, но еще ни разу не уходил так надолго. Я истерзала сообщениями Эрика. Он почему-то спокоен как титан. Уверен, что котяра в загуле и как только проголодается, мигом прискачет. Я не так оптимистична.

Я расстроена из-за Феди, из-за напряженных отношений с Лизой и мне как никогда нужна поддержка моего мужчины. А встретиться получится только в пятницу. Вчера Эрик приехать не мог – Лиза участвовала в соревнованиях, заняла первое место в упражнениях с булавами и второе с обручем. Сегодня у него важные встречи в Москве, в среду и четверг – конференция в Новосибирске.

Печально бреду с работы. Мне грустно от мысли, что в квартире меня никто не ждет. Прохожу вдоль соседнего двухэтажного дома с облупившейся краской и тут замечаю знакомый силуэт. Рыжий проходимец Фёдор, задрав хвост трубой, сонно прогуливается по узкому тротуару. Чувствую прилив радости. Ускоряю шаг и направляюсь к гуляке, как вдруг меня с диким воплем обгоняет пожилая женщина.

– Ипполит! – подлетает к Феде и стискивает зверя в объятиях. Фёдор ошалело смотрит на свалившуюся невесть откуда даму. – Ипполитушка! – осыпает кота поцелуями.

Замираю на месте как вкопанная. Что еще за дела такие?

– Простите, но это мой кот Федя. Наверное, вы ошиблись, – интеллигентно обращаюсь к незнакомке.

– Ну как же ошиблась, – лепечет пожилая особа. – Какой же это Федя, если это мой Ипполитушка? Да я его с закрытыми глазами узнаю. Белые лапки, черное пятнышко на ушке. Ты ж мое сокровище! – Снова чмокает животное в морду.

– Фёдор живет у меня уже полгода, – продолжаю гнуть свою линию я. – Спросите у него сами.

Дама смотрит на меня с подозрением. Наверное, прикидывает, всё ли в порядке с моей головой, раз я прошу о чём-то спросить кота. Внезапно расплывается в широкой улыбке.

– Так это вы его приютили? – подходит ко мне ближе. Федю не выпускает. – Ох, спасибо вам! Я так за него переживала, но нашелся добрый человек. – Тяжело вздыхает. – Ипполитушка потерялся третьего октября. Ушел и не вернулся. Я искала его столько месяцев, весь район обклеила объявлениями! А он вон аж куда забрался. Кто бы мог подумать!

– Пожалуйста, отдайте мне моего Федю, – протягиваю руки, чуть не плача. Я слышу, что говорит женщина, но смысл слов не отпечатывается в моей голове.

– Ну как же я вам его отдам, если это мой Ипполит? – жалобно мямлит женщина.

– А мне как, по-вашему, без него жить? – слеза скатывается с моих глаз. Женщина шмыгает носом, пуская ответную слезу. Садимся на холодную деревянную скамейку. Фёдор смотрит на происходящее с опаской.

– Милая, я знаю, как вам тяжело. Но Ипполит единственный, кто у меня остался после смерти мужа. Мы были вместе семь лет. Не с мужем. С Ипполитом. С мужем тридцать четыре, – растолковывает женщина. – Когда он потерялся – я имею ввиду Ипполита, муж-то не терялся, он к тому времени с год как умер – моя жизнь стала совсем безрадостной. Сначала, конечно, она стала безрадостной от смерти мужа.

Женщина трет раскрасневшийся нос.

– Забота об Ипполите спасла меня в трудный час. Каждый день я искала его. Ипполита, – на всякий случай уточняет собеседница. – И вот сегодня, хвала небесам, мой Ипполит нашелся!

Женщина с силой сжимает гуляку, и я переживаю, как бы она не задушила Федю.

Мне жалко несчастную и жалко себя. Я уже знаю, как должна поступить, но от мысли, что останусь без Феди, подступает дурнота. Фёдор не разделяет моих расстроенных чувств. Ему хорошо – расслабился, урчит и закатывает глаза. Покидать объятия бывшей хозяйки явно не намерен. Мы сидим в тишине минут десять и по очереди тяжко вздыхаем.

– Феденька, спасибо, что ты был со мной всё это время, – присаживаюсь на корточки и разглядываю рыжую мордочку. Нежно глажу кота по шерстке. – Я буду по тебе очень-очень скучать.

Мне грустно, но я креплюсь.

– Берегите его, – обращаюсь к женщине, смахивая слезу.

– Обязательно, милая.

Последний раз окидываю взглядом рыжего питомца, чмокаю в мокрый нос и ухожу. Подхожу к собственному дому и плюхаюсь на скамейку у парадной. Мне немедленно нужна поддержка. Судорожно пишу Эрику в мессенджере:

“Я его потеряла. Навсегда”.

“Кого? Федю? Что случилось?”

“Он больше не Федя. Он теперь Ипполит”.

“Не понял”.

Тяжело вздыхаю, вспоминая безумную пожилую даму. Приходится пояснять:

“Нашлась хозяйка Феди и выяснилось, что его зовут Ипполит”.

“Это прекрасно!”

Он что, издевается? Где его чуткость? Доношу до неразумного:

“Это ужасно”.

“Ты права. Это ужасно. Я тебе очень сочувствую. Приеду и мы проводим Федю в последний путь”.

О господи! Как можно такое писать! Это кощунственно! У меня даже нет слов, чтобы описать своё возмущение:

“Эрик!!!”

“Прости. Федя был классным парнем”.

“Да, Федю никто не заменит”.

“Никто. Держись”.

“Постараюсь”.

Да уж, поддержка аховая. Эрик явно не проникся моей болью.

С трудом встаю и еле-еле плетусь домой. Надеюсь, у Феди-Ипполита всё сложится хорошо. Пусть его ждет светлое кошачье будущее – много еды, теплая кровать и крутые подружки. Прощай, мой маленький свободолюбивый друг!