Роковой браслет

Глава 1. Клятва.

Глава 1.

Клятва.

— Соледад, Соледад! Что это? Ты плачешь? Невеста плачет в день свадьбы?

Эти слова были сказаны очень красивой молодой девушкой ослепительной красавице, которая была одета в белоснежные наряды невесты и чей лоб был опоясан символической диадемой из цветов апельсина.

Они остались одни в роскошном кабинете, куда доносился шум мелодичной музыки, под аккорды которой многие гости на свадьбе продолжали недалеко от них танцевать.

— Я так счастлива, так безмерно счастлива, Офелия, я… О, ты не можешь себе представить!

— Почему же? Я прекрасно знаю, что только любовь может сделать женщину счастливой. Но не всем из них повезло выйти замуж за человека, которого они полюбили…

Соледад взяла Офелию за руки и нежно их сжала.

— Бедная Офелия! — сказала она с грустью. — Мое счастье было бы полным, если бы я не знала о твоем несчастье…

— Молчи! — воскликнула Офелия, вздрагивая и с ужасом глядя на дверь. — Замолчи, ради всего святого! Не упоминай о моем позоре… Если кто-нибудь тебя услышит… Послушай меня, Соледад, я хотела поговорить с тобой, чтобы еще раз посоветовать тебе соблюдать осторожность; пусть твои уста никогда…

— Не нужно бояться, — прервала её невеста. — Тайна, которую я храню, никогда не покинет мое сердце, даже если моё молчание стоило бы мне жизни, даже если это покроет меня позором.

— Помни, ты поклялась перед распятием, жизнью своей матери, — напомнила ей Офелия, и вслед за этим добавила:

— Ведь теперь ты принадлежишь Роберто телом и душой, и иногда, в пылком доверии брака, неосмотрительное слово может вызвать откровение…

— Я повторяю, что тебе нечего бояться. Роберто, мой возлюбленный, не должен об этом узнать.

— Ты просто ангел. Даже ценой собственной жизни я не смогу отблагодарить тебя.

— Брось, не говори о признательности, сестренка. Отведя от тебя бесчестье и позор, я совершила ужасный поступок. Но моя жертва была всего лишь благодарностью… Да, Офелия. В самом деле, что бы со мной стало, если бы в раннем детстве твой отец не взял меня в свой дом? И разве он не воспитывал и не воспитал меня потом так, как будто я тоже была его родной дочерью? Неужели ты думаешь, что вся забота и привязанность всех вас, которые до сих пор делали мою жизнь спокойной, не стоят намного большего того, что я сделала для тебя?

Офелия слегка кивает головой. Она была спокойна, потому что знала золотое сердце Соледад. Тем не менее, она мягко настаивала:

— Значит, ты никогда не предашь меня? Даже своему мужу ты не скажешь ни единого слова… в любом случае… что бы ни случилось? Даже если бы тебе пришлось страдать от последствий твоего молчания?

— Нет! С моих губ не сорвется ни единого слова, что бы ни случилось, — торжественно воскликнула Соледад, поднимая руку в знак клятвы.

Затем Офелия порывисто обняла ее и запечатлела поцелуй на гладкой и белоснежной коже Соледад.

Но почему она закрывает глаза, словно пытаясь скрыть зловещий блеск в своих глазах?

— Поторопись, — вдруг сказала она. — Сейчас я принесу твоё пальто. Позволь мне помочь его тебе одеть. Я сама объявлю Роберто, что ты уже готова.

Офелия замолчала, повернувшись лицом к двери, чтобы Соледад не заметила его нервозности, и быстро вышел из кабинета, направляясь в холл?

Она осторожно огляделась по сторонам и, убедившись, что ее никто не видит, быстро вынула из нагрудного кармана конверт и положила его в один из карманов пальто Роберта, которое висело на вешалке.

Коварная и жестокая улыбка коснулась ее губ.

— Счастливую брачную ночь я приготовила тебе! — пробормотала она со злобой, — ха-ха-ха! Это будет самая ужасная ночь в твоей жизни! Ну так что? Будет ли теперь твое существование радостным и светлым, а мое — унылым и безнадёжным? Неужели мой собственный отец настолько слеп, что открыл для тебя дверь счастья, соединив тебя с человеком, которого я люблю всей душой, а для меня взамен хотел открыть дверь страданий? Ну, нет! Нужно, чтобы Роберто отверг тебя, чтобы ты сгинула навсегда. Только так моя тайна останется в забвении.

В этот же момент, в одной из комнат дома, находился Роберто с улыбчивым хозяином Луисом Роке, и его женой Доньей Лаурой, родителями Офелии, встречая самых близких гостей.

— Счастье наполнит ваш дом, дорогой Роберто, — сказал довольный сеньор Роке. — Вы выбрали красивейшую из женщин. — Она мне не дочь, но я всегда любил ее так, как любил Офелию; и я никогда не делал различий между ними двумя. По правде говоря, Соледад всегда знала, как отблагодарить меня. Она всегда оставалась доброй феей в моем доме, и отныне она станет вашей феей. Она также будет гордиться и довольна тем, что у нее есть такой муж, как вы. Я так горжусь вами. В тридцать лет, вы уже помощник и управляющий маркиза Катамарки. Это положение, которое делает вам честь. И, кстати, именно отсутствие маркиза не перестаёт меня сбивать с толку.

— Маркиз очень сожалел, что не смог присутствовать на моей свадьбе; но поскольку он является капитаном Генерального штаба, он должен был присутствовать на приеме, который состоялся сегодня в военном министерстве в честь проведения английской военной миссии.