О соавторстве и творческих муках. Интервью. 

О соавторстве и творческих муках. Интервью.

У нас в группе завёлся очень любопытный котик-админ -- Чешир. Он задает автору и персонажам увлекательные вопросы, на которые, к слову, очень интересно отвечать. Для таких же любопытных, как он, дублирую интервью и здесь. Для тех, кому интересно больше, кто хочет смеяться над мемами, смотреть потрясную эстетику на персонажей, добро пожаловать в группу!

Ч.: Грей мне уже рассказал, как ему даётся соавторство с тобой. Таяна, хочу узнать и у тебя. Писать книгу в соавторстве легче, чем самой?

Таяна.: Ну, на данном — раннем — этапе так скажем, публичного творчества — да, легче. Просто потому что, как уже говорила ранее, я — пожизненно сомневающийся в себе горе-творец. Мне действительно нужен отклик и критика чтобы, взвесив это с собственными сомнениями, вывести средний показатель. Но почему-то, люди не всегда щедры на отзывы. А мнение друзей.. ну.. вы же понимаете, что оно не всегда объективно. А если и так, то я все равно не доверяю ему на соточку процентов. При чем, мои сомнения могут дойти до того, что я сворачиваю лавочку и творю в стол. А чаще — в голове и в блокноте, который никто никогда не прочитает. Наверное, именно по этой причине было решено заморозить «Танцуй в темноте».

Соавторство — это процесс, в котором ты четко понимаешь и можешь отследить реакцию на то, что написал. Ты точно знаешь, где угадал, где ты — молодец, а где мягко говоря, нет. Потому что ответное творчество — наилучший индикатор того, получилось ли у тебя зацепить читателя. Потому что твой соавтор в первую очередь, твой первый читатель. А написанная в ответ глава — его отклик, его честная реакция.

Ч.: Какие трудности можно испытывать при написание книги?

Таяна: Ну, наверное, я описала о главной трудности — отсутствие отклика и критики. Это самое сложное для меня. Второй момент — я слишком долго ищу подходящую музыку. А без нее не могу сесть за текст. Третий — порой ты не можешь заставить себя сесть и написать хотя бы строку. Но, при этом, тебя ни на минуту не отпускает мысль о том, что ты хочешь написать. Это муки творчества. Я могу неделю ходить по квартире, по городу с мыслью о персонажах, продумывая каждую деталь. Как одет, что скажет, как посмотрит... Ищу оптимально подходящий вариант. И пока не найду его, мне даже снится сюжет. Но писать сесть себя не заставить.
Кстати, в ближайшее время вы прочитаете главу, которую написала я. Эта глава может показаться вам неожиданной и резкой. Она действительно достаточно внезапно уведет сюжет в совершенно неожиданную сторону. Больше скажу, именно она кардинально переменила сюжет «Моря». 
Это стало неожиданностью и для меня и для Грэя на момент, когда мы это писали. 
Это было странное состояние, чувство. Помешательство какое-то. Но, прочитав главу Грэя, я поняла, что не могу в ответ ему написать то, что была должна. Что Яна не может проглотить это, позволить подобное в свой адрес... 
Мы даже немного поругались с ним ахахаха
Я кричала на него, писала ему, что я ему устрою расправу, что он напросился — на полном серьезе, и уже через полчаса агрессивно долбила по клавиатуре проду. 
Но именно эта глава раскрыла основную черту характера Гордеевой. Не только для Глеба, но и для нас обоих. И дала нужный толчок сюжету.
Наверное, трудно со мной писать в соавторстве, да)

Ч.: И что ты делаешь, когда у вас с Греем не совпадают мнения по поводу сюжета, персонажа?

Таяна: Ну, за исключением случая, который я описала выше и ему подобных, у нас не возникает проблем. 
Я раскрою, наверное тайны, развею мифы, расскажу про кухню... но:
Во-первых — мы практически не обсуждаем сюжет. Его нет изначально как такового. Когда я пишу одна, несомненно, я пишу планы на содержание будущей книги. Большие и маленькие, общие и подробные. Но когда мы работаем вдвоем, у нас есть только идея — о чем мы будем писать и что хотим рассказать. Все сюжетные повороты, все детали рождаются уже в процессе. Я никогда не знаю наверняка, что напишет он, а он — что напишу я. Так что, да, ребята, вы столкнулись с полнейшей импровизацией и произволом авторов :D
Мы уверены, что мы — всего лишь проводники, которым так же, как и вам, рассказывают историю персонажи. Просто мы об этом узнаем чуть раньше. 
Во-вторых — у нас практически нет общих персонажей. Все, что вы читаете о Яне — пишу я. Все, что вы читаете про Глеба — пишет Грэй. Общие, наверное, только второстепенные. Но и их мы тоже практически не обсуждаем. Только какие-то детали — работа, семья, внешность. 
Все остальное повествование подчиняется тому, что было одним из нас написано до этого.

Ч.: Твой любимчик в Моё Синее Синее Море? Что его ждёт впереди?

Таяна: О, Господи. Ну, серьезно?)
Я трепетно люблю каждого из них, честно. Хотя, честно говоря, когда я пишу в основном за определенного персонажа (а в нашем соавторстве так и выходит, как я и говорила), я полностью погружаюсь в его внутренний мир и подчиняюсь его эмоциям. Поэтому, наверное, пока писали первую часть «Моря», моим любимчиком был Глеб. 
Я, как и Яна, страстно желала узнать его, заглянуть к нему в душу, понять его и разгадать все-все его тайны. Найти в нем что-то мягкое, трепетное и человеческое, что когда-то давно дало трещину и было сломано. 
Когда мы начали писать вторую часть, я прониклась теплыми чувствами к Артёму. Этот мальчик достоин любви и уважения. Да, он, как и любой обычный человек, наделает еще немало глупостей и ошибок, но в его случае можно смело сказать, что он искренне хотел, как лучше. 
Егора люблю. Опять же, он только во второй части книги раскроется. А может его душа будет ждать отдельной книги, где он станет главным героем, но...
В общем, этого персонажа тоже ждет колоссальная бетономешалка, внутренняя работа и перемены. 
Ну и, конечно, Яну. Но тут сложно. Потому что, как вы понимаете, сама Гордеева себя не особо любит и ценит. Мы с ней видим очень четко свои промахи, свои недостатки. Она себя воспринимает, как данность. Наверное, именно поэтому мне было во второй части до слез больно читать о том, как переломало Глеба. А писать о том, что за жесть пережила Яна было проще. Потому что в тот момент мы с ней были вместе и стойко переживали все, что произошло и случилось тоже вместе. А быть в пучине событий, быть ее участником всегда проще, чем смотреть на разрушение со стороны.

Ч.: Ну и когда нам, читателям ждать прекрасное ТВТ?

Таяна: Как я и говорила, мне очень бы хотелось разморозить и продолжить «Танцуй в темноте». Я вложила в эту историю не только много своего времени, сил и эмоций. Прошлым летом я буквально жила и дышала этой историей, персонажами, жарко желая передать их такими, какими их чувствую — прекрасными, необычными, особенными — читателю, показать ему этот полу-детский светлый мир зародившийся на улицах золотого Петербурга. Мне хотелось раскрыть каждого из них — творческого, яркого, бесподобного... 
Очень много событий, очень много смешного и грустного, переживательного и волнительного. 
Но книга не получила свой отклик, увы. 
Мне было от этого очень горько, больно и обидно. Я поняла, что у меня не получается. Что я не могу в полной мере достойно показать читателю этих ребят, влюбить их в персонажей так же, как они влюбили меня в себя. Я просто испугалась, что испорчу саму историю своей некомпетентностью, своим недо-талантом. Целый год я обещаю ребятам из команды ТР , что вот-вот начну писать продолжение, но... рука не поднимается. 
Поэтому, да. «Танцуй в темноте» будет разморожена, возможно, переработана, выкладка продолжится, но только в том случае, если наши читатели растопят эту историю теплом своих сердец.