Унесённые катастрофой

Глава 2

Наговорившись, все отправились отдыхать. Веник чувствовал себя очень неловко, потому что не мог пустить нас в избушку из-за наказа бабули. Возможно, он и попытался бы нарушить наказ, но избушка показала свой норов: захлопнула двери и окна и убежала на другой край поляны. На месте, где она только что стояла, остались лежать несколько одеял и подушек. Такое вот «яичко» оставила. Все-таки не совсем сволочная изба оказалась.

Ночевали в баньке. Хорошо, что бабулин банник недавно взял отпуск и поехал навестить своих поморских родственников. Будь он на месте – мог и не пустить. Хотя я где-то читала о таких поморских обычаях: если путник проходил через село и его никто не нанял или никто не пустил на постой, то он мог заночевать в любой бане. Банька у Яги традиционная: с полами, выполненными из неплотно пригнанных для стока воды толстых тесаных плах. Стены были увешаны душистыми травами и разнообразными вениками. Запах в такой баньке – упоительный. И здесь, на Ладе, и на Земле бабушка Ядвига использовала баню в медицинских целях.

Хозяева сказали только печку-каменку не трогать, потому что банник там обычно обитает и может рассердиться, когда приедет. Еще наказали ни в коем случае не пить воду, приготовленную для мытья, потому что она обрядовая. Мы ничего не поняли, но возражать не стали. Сдвинули в сторону ушаты и шайки, постелили на осиновых полках одеяла и прекрасно выспались.

Утро началось бодренько. Зычное «рота – подъем!» не услышать было невозможно. Я от неожиданности подпрыгнула на своей подстилке в облюбованной деревянной банной шайке и свалилась на пол. Не очень-то легко быстро привыкнуть к новому телу. Приземлилась, правда, удачно – по-кошачьи на четыре лапки.

На улице было очень весело. Говорили все разом, и никто никого не слушал. Кажется, со вчерашнего дня такой стиль разговора на этой полянке стал трендом. Самый громкий и звучный голос я раньше не слышала. И этот голос сейчас хохотал. Ржал.

Ой-ёй! Бред продолжается!

Вчера казалось, что удивить меня уже невозможно. Но чудеса продолжались.

По пояс высунувшаяся из колодца фигура напоминала… напоминала… зеленую бесформенную студенистую глыбу. И эта глыба разговаривала, вертелась и вращала круглыми глазищами и зелеными развесистыми усами.

Чудик весело рассказывал что-то коту и ворону, а Веник скакал вокруг странного пришельца по бортику колодца и дубасил его деревянным ведерком. Судя по всему, никакого неудовольствия эти нетипичные проявления гостеприимства со стороны домового гостю не доставляли. Он лениво отмахивался от грозного оружия, а хозяйственный бедолага продолжал вопить, что вода в колодце опять будет пахнуть тиной, «а у бабули гости» – их нельзя кормить, чем попало.

Перекрикивая Вениамина, чудище пророкотало в мою сторону:

– Уйди с порога. Нельзя разговаривать, стоя на пороге баньки. Ну, девонька, а где вторая?

Да, кстати – где мое тело? А тело спало, уютно свернувшись калачиком. Никакой шум не мог перебороть кошачьи наклонности.

– Тонька, ну Тонька! Вставай. У нас гость диковинный. Вставай, говорю. Быстро умывайся и приведи в порядок шевелюру – знакомиться пойдем.

Тонька медленно открыла глазки – мои прекрасные глазки! – и лениво потянулась. У-у-у, котяра ленивая!

Посчитав, что сейчас подружка сама справится, я выскочила на улицу. Уж больно интересный персонаж прибыл. Может, он нам чем-нибудь поможет?

На улице продолжалась вакханалия. Участвовали все. Хозяева притащили гостю большую детскую ванночку. Он сгруппировался, каким-то образом моментально уменьшился в объеме и вместе с изрядной дозой воды плюхнулся в предложенный сосуд, освободив колодец. Вода накрыла хозяев с головой, причем водяная волна догоняла свои жертвы несколько раз и как-то нарочито, словно по заложенному мокрейшим гостем сценарию. Все было явно так и задумано.

Недовольное карканье, мяуканье и вопли гость воспринял… с воодушевлением. Раскатами хохота и не очень пристойными шуточками. Мне казалось, что такой цирк происходит у них не в первый раз!

Появившуюся в дверях баньки Антонину в моем теле чудо-юдо восприняло с энтузиазмом – озорно присвистнуло и сразу принялось ухаживать. Вокруг него вдруг запорхали золотые рыбки – в лучах летнего солнца это выглядело сказочно. А в руках у гостя материализовалась шкатулка, из которой выглядывали украшения. Из нее же выплыли нити жемчуга, закружившись вокруг Тоньки. В общем, дорого-богато!

Тонька, которая вышла, даже не расчесав волосы, вдруг заулыбалась, повела глазками – в угол, на нос, на объект – и направилась к зеленому кавалеру, покачивая бедрами. И когда научилась, лахудрушка? Ну, держись, милая!

Я выскочила ей под ноги, и она покатилась на землю.

Тушка в ванночке колыхалась от хохота. Даже зеленее вроде стала! Ну, насмешили мы чудовище. Задыхаясь от смеха, веселый гость проорал:

– Ну, все, девки, в бане ночевали – замуж скоро пойдете. Примета такая верная!

Что – правда? Вот негодяи хозяева. И не предупредили!

Когда все успокоилось, а Тонька, наконец, с помощью Веника привела в порядок косу (умелый мужчина, уважаю), накрыли на стол, и потекла беседа.

Наш гость ожидаемо оказался водяным. Он курировал близлежащие водоемы и речку Рябиновую и дружил с моей бабулей. Ему донесли, что у нее необычные гости, и он пожаловал знакомиться. Да, наши поменявшиеся личности он тоже видел, но помочь ничем не мог.

Водяной прекратил свои шутки и обсуждал нашу проблему со всей серьезностью. Выудив из какой-то складочки ракушку, что-то в нее нашептал. Как оказалось, отправил сообщение Морскому Царю. Спросил, знает ли тот, как помочь нашему горю.

Дорогой гость рассказывал не очень приличный анекдот о заблудившейся русалке, когда раздался шум прибоя из раковины. Пришло сообщение от Морского Царя. Его мокрейшее Величество сообщил, что лично сам помочь нам не может. Сказал, что наверняка баба Яга с легкостью справится – ее вопрос и ее магия.

Водяной расстроился. Видимо, он очень рассчитывал, что сможет помочь, а вот не сложилось. Куда девался озорной зеленый гусар, который с утра гонял по поляне всю честную компанию?! Сейчас в ванне сидел пухлый печальный старичок. Мне показалось, что из его глаз текли слезы. Окладистая борода и зеленые усы поникли. Время от времени он легонько взмахивал рукой, и нас с Тонькой окатывали мелкие водяные брызги. В жаркий день – то, что нужно. Но как стало жалко милейшего гостя!