О чём молчат ведьмы.

15.

Уже через три часа, бодрая и отдохнувшая, Стася вскочила, полная сил.

Как хороша молодость! Тело, напитанное любовью и юностью, восстанавливается невероятно быстро. Порой достаточно и пары часов, чтобы вновь засверкали глазки, щёчки порозовели, а волосы зашелковились. Потянувшись, девушка улыбнулась. Ей хотелось петь и танцевать. Ведь первая мысль её была о Станиславе — он скоро вернётся!

Она отправила ему нежное СМС с пожеланиями удачи на экзамене, почитала письма из редакции, от которых у неё снова радостно подпрыгнуло сердце, и пошла помогать бабушке. Та попросила внучку после завтрака почистить берег.

День был солнечным и тихим. Когда Стася вышла из дома, её ослепили солнечные блики, отскакивающие от листьев, оконных стёкол и мокрой травы, которую поливала Старая Ксения. Стася видела, как в каждой капельке отражаются миллионы цветов. А вода из шланга, весело шумя, рассыпа́лась тоненькими струйками, в тумане которых образовалась радуга.

Через полчаса Стася вышла на берег. Она отложила в сторону корзину, скинула шлёпки и сарафан, оставшись в купальнике, и медленно зашла в воду. Море было тёплым. Только на границе сухой и мокрой кожи холодило, девушка, тут же ощутив ветерок, покрылась мурашками. Зайдя глубже, она с наслаждением погрузилась в воду. Потом изящно подпрыгнула и нырнула рыбкой.

Стася долго плыла под водой, широко энергично разводя руками и плавно перебирая ножками, как когда-то учил её дедушка. Вода была прозрачной, переливалась зеленоватым отливом, неровное дно покрывали волны белого песка.

Вынырнув на отмели, девушка сквозь мокрые ресницы посмотрела на солнце. Её захватил безудержный восторг и бесконечное счастье. Тело казалось невесомым и лёгким, как и мысли внутри неё. Повернувшись к берегу, она снова нырнула.

Через пару минут, отфыркиваясь и глубоко дыша, Стася вышла из моря. Прямо на мокрое тело натянула сарафан, подхватила обувь и пошла собирать мусор. В ней бурлила энергия, шла она быстро, а мусора было мало — в последние дни на море не случилось бурь и даже сильных волнений. Незаметно Стася оказалась возле утёса, за которым был «трон». Она удивилась, очнувшись, и решила дойти и посидеть в любимом месте.

В закутке с «троном» никого не было. Девушка обрадовалась, поставила корзину и начала пальцами расчёсывать свои длинные, ещё влажные волосы. За последний месяц от солнца они местами выгорели и теперь больше отливали золотом, чем медью. Если в городе они были прямыми, то сейчас начали виться, и стоило им только набрать влаги, как они превращались в лёгкие спиральки. Вот их-то безуспешно и пыталась распутать Стася. Она даже не заметила, что к ней подошёл человек.

— Здравствуй, Стася, — сказал кто-то, и девушка, вздрогнув, обернулась.

Перед ней стоял мужчина лет сорока. Его лицо было сильно обветрено и покрыто сеткой мелких морщин. Тёмно-серые глаза смотрели с прищуром, изучающе. Блёклые волосы трепал ветер. На мужчине была холщовая рубашка и джинсы. Он стоял, широко расставив ноги, обутые в закатанные рыбацкие сапоги.

— Вы кто? — вскочила, испугавшись, Стася.

Она удивилась, что незнакомец знает её имя. Но от него не исходило опасности. Стася сразу это почувствовала. В его взгляде она прочла усталость и отрешённость.

— Я приехал на рыбалку… Вот здесь недалеко, — он указал в сторону, — наши домики, в которых мы храним сети, — улыбнулся ей. — А вообще я — моряк. И начинал ходить в море под руководством твоего деда. Чудесный был человек. Пару раз я приходил к твоим бабушке и деду в гости, когда ты была ещё маленькой.

Моряк опять внимательно посмотрел на неё:

— Надо же, какая ты уже взрослая! Но всё те же большие глаза с огоньками внутри. И таких рыжих волос, как у тебя, нет на всём побережье! Хочешь? — он протянул ей бумажный кулёк с кусочками сухой рыбы.

Они сели вдвоём на камне и стали жевать янтарные ломтики аппетитной рыбки.

— После долгих рейсов я всегда приходил сюда, — сказал он, поддев ногой песок, — но никого здесь не встречал. Это было моё тайное место.

— Удивительно, но я тоже здесь никого ни видела. До последнего времени. Однако в прошлый раз встретила тут человека. Это было и его тайное место.

— Надеюсь, он хороший? — спросил моряк. — Обидно было бы иметь с плохим человеком одно тайное место на двоих.

— Он был очень расстроен. Искал здесь вдохновения.

— Да-а-а-а-а, — протянул моряк, — все мы здесь что-то ищем…

— А что ищете вы? — спросила Стася.

— Внутреннего покоя... Никак я его не мог обрести. С той поры, сколько себя помню, — он, закинув руки за голову, подставил лицо бризу и продолжил: — Знаешь, беспокойство всё время гнало меня куда-то. В дальние страны, в новые города… Однако нигде я его не встречал — этого самого покоя… Нет, сначала я восторгался экзотическими видами, необычной едой, незнакомыми людьми… Но в итоге всё приедалось, и беспокойство накрывало меня с новой силой. Пожалуй, ещё большей, чем раньше... И я бежал в новое место. Снова и снова. Искал город, где мне станет спокойно и хорошо.

— Так и не нашли? — спросила Стася.

— Мы ищем место на земле, где нет проблем. Но всегда проблемой являемся сами. Для себя… — ответил моряк. — Так что пока ты не найдёшь покоя в себе, ты не отыщешь его ни в одной точке мира.