Путник

4. Робинзон.

 Не было никакой тропинки, я двигался между деревьев, там, где мог пройти. Слава Богу, на земле, укрытой слоем прошлогодних листьев, редко попадались отломанные ветки и не было никаких шишек. Я босой, в одной футболке и трусах-боксерках медленно шел через этот странный лес.

 Время неумолимо текло, становилось темней. По прошествии часа, в чаще за спиной раздался гул и между деревьев полыхнул ярко-синий свет, как от молнии. Думаю, что назад, на полянку с адаптерами я вернуться смогу, лет через 25. Лес потихоньку редел, и вот когда уже почти стемнело, я вышел на опушку. Рядом протекал небольшой ручей, последние полчаса я шёл на звук его журчания.

 Испив ледяной, до ломоты в зубах, воды, я начал искать место, где бы мне переночевать. Ночевка рядом с лесом могла закончиться плачевно. Скорее всего, тут водились хищные звери. Двинулся я вверх по течению. Небольшой, но кристально чистый ручеёк весело журчал, настроение подымалось. Пройдя метров сто увидел большое дерево, мало сказать большое – патриарх деревьев. Ручей протекал недалеко от него, а в метрах тридцати, выше по течению обнаружился исток – родник, поросший по берегам кустарником. На его берегу я заметил следы животных.

 Недалеко от родника начиналась опушка леса, деревья в котором были смешанные. Похожие на ели и сосны хвойные великаны росли вперемешку с красавцами, покрытыми кучерявой листвой. Где-то виднелись стволы, с черно-белой расцветкой как у берёзы. Несколько крупных кустов цветущего зверобоя, радовали глаз. В ветвях сновали птицы, какой-то зверек мелькнул в подлеске и скрылся за стволами. Густой подлесок мог скрывать кого угодно, поэтому я вернулся к дереву патриарху.

 Огромный ствол исполина покрывала пепельно-коричневая кора, которую испещряли глубокие трещины. Полуметровой и больше толщины корни, как щупальца осьминога, врезались в землю. Ветви, растущие на высоте более трех метров, тянулись вверх. Ствол был огромным, метров пять в диаметре. Я начал карабкаться вверх, надеясь найти укрытие в ветвях, хотелось избежать встречи с ночными хищниками. Добравшись до ветвей, с трудом протиснулся через крону. Как оказалось, они росли по кругу ствола, подымаясь своеобразной короной, ещё метров на десять. Но порадовало то, что середина ствола была присыпана слоем старой, прелой листвы, образуя своеобразный матрац. Листва на ощупь была мягкой зовя в объятия Морфея, но чувство голода не давало уснуть, я лежал и думал, что со мной произошло, как я сюда попал и что делать дальше. То, что я не на земле понял ещё на поляне с энергоадаптерами, много читал фантастики, поэтому и не испугался, да и возраст не мальчика обязывал думать, а не следовать путем эмоций.

 Страха не было, я только переживал за родителей, хотя понимал - их до старости досмотрят брат и сестра. Жил я уже давно один, после развода я так и не захотел связать свою жизнь с другой женщиной. С детьми мы общались мало, хотя и нормально, они уже достаточно повзрослели и строили свою собственную жизнь. В целом, в моём старом мире меня ничего не держало.

 Этот мир напротив, манил перспективами, жажда исследования и познания нового подталкивали к действиям. В новом мире я взял себе новое имя, сократив своё прежнее – стану называть себя Ал. Я начал строить планы и в круговерти различных идей не заметил, как заснул.

 Проснулся я от пения птиц. Голод подал голос и все мысли переключились на выживание. Необходимо где-то раздобыть еду. Осмотревшись, я внизу никого не увидел, спуститься удалось с трудом, как оказалось залезть наверх намного проще.  Пойду поищу чего бы поесть. На лугу, ни животных, ни ягод не нашел, возле родника были свежие следы копыт и странных, звездчатых лап. Нужно сделать какое-нибудь оружие, в голове промелькнула мысль о копье, ноже и луке, но я понимал, всё сразу сделать не получится. На дне ручья я поискал камни, но, как назло, были только песок и кристально чистая вода. Голодные спазмы живота, ненадолго удавалось перебивать водой.

 Минут сорок я слонялся вдоль ручья – ничего, ни еды, ни камней, которые я надумал использовать для изготовления оружия. Пошел дальше вниз по течению. Через час дошёл до места, где ручей впадал в небольшую, метра четыре шириной, речку. Полчаса побродив, я все таки нашёл три камня, похожих на кремень. В реке, на небольших отмелях, заметил крупную рыбу, которая не сильно пугалась, но всё же быстро уплывала, когда я подходил ближе.

 Нужно делать острогу, а для этого нужны нож, веревка и огонь. Я случайно набрел на несколько кустов с ягодами очень похожими на жимолость. Помня свой печальный опыт с травинкой, сорвал одну и чуточку надкусил, вкус приятный, кисло-сладкий. Подождал минут пять, ничего не происходило. Рискнул – съел ягоду целиком. Обождал ещё какое-то время - чувствую себя нормально. Для окончательного теста съел горсть, опять обождал.

 Можно есть.

 После этого заключения, я как медведь, забредший в малинник, объедался ягодами. Немного заболел живот, оно и понятно — ягоды и вода, но голод отступил. Осмотрев кусты, понял, что хватит ненадолго, дня на три, потом нужен новый источник еды. Раздражало отсутствие обуви и штанов, благо было тепло. Взяв камни, вернулся обратно к дереву, которое уже считал своим домом.

 Усевшись под деревом, занялся тем, чего никогда не делал – стал раскалывать камни. Ударяя один об другой, в надежде что получится что-то, чем можно обстругать древесину, я промаялся часа три. Ценой истраченных нервов и побитых в кровь пальцев, достиг кое каких положительных результатов. Два раза я выбрасывал камни от себя подальше и баюкая пораненную руку проклинал всех и вся, матерясь как сапожник. После, немного поостыв, искал выброшенные камни и возобновлял труды.