Проучить магистра

11. Наука не для слабонервных

Третий час я сидела над томом диссертации магистра Олеандра, почти не перелистывая страниц. Мысли путались, то и дело возвращая меня к разговору с принцессой. Клеопа ошибалась, думая, что Золотиса ревнива. Ревность предполагает любовь, вожделение, привязанность, но никак не собственнические чувства, словно супруг одна из необходимых вещиц в пользовании её высочества. Как-то не по-человечески у них тут всё устроено! Хотя, кто меня спрашивает?

Принцесса не догоняла: ей не о чем беспокоиться, пройдёт немного времени, я вернусь на Землю, а это место займёт другая. Той — своевольной и бессовестной интриганке — я не собиралась оставлять любимого человека. Идея с нашей женитьбой не катит.

Я сказала «любимого»?

Та-а-ак… Никто не слышал. Ясно?

Отсрочка, дарованная королём, позволит мне вернуться домой и вынудить Вэллар провести обратный обмен телами. Я исчезну из академии, забуду её обитателей.

Странно, что меня вообще беспокоят судьбы этих людей. Казалась бы, привычная жизнь перечеркнёт всё случившееся, мне будет о чём заботиться: разруливать отношения с Олегом, руководить кафедрой… да мало ли! Всё! Хватит витать в облаках. Как говорится: принцессе принцессово, а землянке — земное!

Надо хотя бы начать курсовой проект,  ни у кого не должно возникнуть сомнений в компетенции будущей звезды академической науки, а то вынудят чего недоброго, дать-таки магическую клятву и приставят к какому-нибудь завалящему сталкеру!

Тщетные попытки углубиться в работу прервали шаги, потревожившие тишину читального зала:

— Боязнь чистого листа? — вкрадчивый голос библиотекаря заставил меня поднять голову.

Турбо стоял с крошечным мельхиоровым подносом, на котором дышала паром большая чашка. Я уловила аромат лимонника и чабреца. Передо мной, действительно, лежал нетронутый записями лист, где я собиралась делать пометки, прежде чем составить план проекта.

— Никак не соберусь с мыслями, — призналась я.

— Вот, отведайте травяного чая. Бодрит!

Я с недоверием покосилась на чашку:

— Ничего лишнего не подмешали туда, часом?

— Нет-нет, что вы! — широко улыбнулся Турбо, — меня в живых не оставят, если с вами что-то нехорошее случится.

Выяснять, кто так напугал библиотекаря, я не стала. С удовольствием выпила горячий отвар и вернула пустую чашку на поднос.

— Спасибо, очень вкусно.

Мужчина едва ни пополам сложился, кланяясь:

— Вот и славно. Своим-то я всегда чай ношу, иначе они совсем… ой… не буду мешать, извините.

Что это с ним?

Не знаю, чай ли повлиял, или что другое, но голова моя, наконец, прояснилась.

Пространное введение и часть первой главы, где излагались общеизвестные истины, я просмотрела по диагонали, а вот на формуле споткнулась. Что-то в ней не давало мне покоя. Память на формулы у меня была особенно цепкая. Я их лучше стихов запоминала. Поэтому и заметила несоответствие базового закона с тем, что видела в брошюре, с помощью которой составляла уравнения для портала.

Раз за разом пробегала глазами символы. Похоже, да не совсем. Эврика! Даже вскрикнула, заслужив недовольные взгляды сидевших поодаль посетителей.

— Простите…

Быстренько переписала вызвавшую сомнения формулу на  лист, потом прикрыла ладонью и попыталась вспомнить проверенную на практике — из методички. Можно провести расчеты по каждой и сопоставить результаты. Едва успела начать, как мне снова помешали.

— О, не обращайте внимания, — прошелестел библиотекарь, судя по всему не собиравшийся покидать пост рядом с моим столом. — Любопытно глянуть на ваш…

— Нет, — я поднялась, невольно демонстрируя крайнюю степень неудовольствия, — Так невозможно работать! Займусь проектом в общежитии.

Не успела взять книгу, Турбо схватил её и прижал к груди:

— Диссертацию запрещено выносить! Это единственный экземпляр.

— Да? — искренне удивилась я, — разве не положено копировать?

— Извольте, — мужчина повёл рукой, приглашая пройти к его стойке, — сейчас сделаем.

Я представила, сколько времени потребуется, чтобы отсканировать такую объёмную книженцию, и закатила глаза. Делать было нечего, я не собиралась искать огрехи в работе Олеандра под присмотром.

— У вас есть копировальный аппарат?

— Артефакт. Да, имеется. Сию минуту всё сделаем. Вот, изволите видеть. — Турбо выдвинул ящик и указал глазами на книгу в новенькой бархатистой обложке без надписей.

Я потянулась к ней и раскрыла. Страницы были девственно чисты.

— Хм… Это артефакт?

Библиотекарь улыбнулся моим сомнениям, захлопнул заготовку и подсунул под неё диссертацию магистра. Затем жестом фокусника выхватил из кармана стилус и с нажимом провёл по диагонали от одного угла к другому. Тут же на пустой обложке стали проявляться буквы: «Системы и множества. Основы теории. Труды магистра Олеандра».

— Готово! — Турбо сиял, словно только что сам защитил диссертацию.

Я недоверчиво забрала новенький экземпляр, пролистала. Очень похоже.

— Это точная копия? Без купюр?

— Разумеется, — библиотекарь обиженно выпятил губу и забрал из ящика первоисточник. — Сохраняется трое суток, после чего нужно обновить.

Засада. Я потёрла пальцем страницу, ожидая, что вот-вот буквы начнут бледнеть.

Трое суток, мало для вдумчивого изучения, но это лучше, чем ничего.

В дверях библиотеки я столкнулась с Алустоном. Увидев меня, он обрадовано улыбнулся, а я замерла в растерянности. Спросить, как он мог не заметить ошибку в первой же формуле, когда работал над методичкой по системам и множествам, или не смущать парня? Вдруг он скрыл это специально? Не решился портить отношения с влиятельным человеком, вот и всё.

— О! Турбо расщедрился на копию! — Алуст быстро наклонился и поцеловал меня в щёку, я не успела отпрянуть.

— Там трудно сосредоточиться, — кивнула я в сторону библиотеки. — Посижу у себя.

— Тему выбрала?