Наследница

Глава 2

Рыцари в империи занимали особое место. Исполняя свой долг они не могли покинуть родных земель, так же как и отказать в помощи — в их обязанности входили поимка преступников, поиск похищенных вещей, патрулирование границ и встречи с представителями других королевств. Благородные воины и воительницы все время путешествовали с одного места в другое — все же по рангу они стояли ниже лордов, герцогов и графов. У каждого отряда был свой командир.
       — Броню надеть и без вопросов! — Закричала Луазира.
       — Она тяжелая, ходить невозможно! — Возмущалась ее новая подчиненная.
       — Рыцари всегда носят тяжелые доспехи, только такие не пробьет вражеское оружие, и то иногда не защищает. Разве твой наставник не обучал подобным тонкостям?
       — Только верховой езде и владению мечем, к тому же он однорукий.
      Спор длился долго, остановить его было непросто. Опытный командир не собиралась отчитываться перед королем за смерть его единственной дочери, а та в свою очередь не могла представить, как можно работать в одежде, которая весит больше тебя. Сошлись они на кольчуге — вариант не самый прочный и тяжелый. Насчет меча спорить не пришлось: король выдал экземпляр из оружейной, с ним расставаться принцесса не желала.
      Ночевала девушка уже в палатке, а утро встречала у костра. Были там выходцы из простого народа, хотя и отпрысков знатных людей немало. Подобная жизнь поражала своей новизной и в то же время узнаваемостью: истории учителя оживали. Запах каши, смех товарищей, тренировки с такой силой, что искры с мечей слетали!
      Скучать не было времени, лишь вечером удавалось немного отдохнуть. Отходя подальше от шумных вояк девушка садилась на траву и читала книги, которые взяла из замка. Справочники по магии и прочие учебники не представляли особого интереса, а вот поэзия помогала отдохнуть, успокоиться и заснуть в два раза быстрее.
      Утро начиналось с тренировки, потом — завтрак, затем исполнение долга. Здесь то принцесса поняла, что старый друг отца обучил ее лишь основам, да и сражаться с двурукими противниками намного сложнее. Мало того, соперники умудрялись ставить подножки, наступать на ноги и всячески мухлевать. Никто и не говорил, что настоящие враги будут биться честно.
       — Позорище королевской семьи! — Заявил Альпон. Он был сыном графа и скорее всего, в его роду были далекие родственники короля. Именно это отличало графов от герцогов.
      Своим мечом юноша разорвал кольчугу и оцарапал горло. Заметив это, капитан отряда наказала обоих, вместо завтрака они должны были расчесать лошадей, накормить, напоить, почистить подковы. Третьим в эту кампанию затесался Сарам — тоже из благородного рода, и на вид вроде человек, но отец его был гномом, и каким-то чудом все об этом узнавали.
       — Ты тоже с нами, уродец? — Будущий граф не подбирал слов.
       — А вас за что? — Спросил он у новенькой, игнорируя выскочку.
       — Подрались. Дисциплину нарушаем, или что-то вроде того. — Переложив чистку копыт на паренька, дочь короля взялась за грабли, отвлечься от запаха было непросто.
       — Тебя ведь Риза зовут? Меня Сарам.
       — Слышала, те, кто помоложе, тебя недолюбливают, а старшие не трогают.
       — Ты понимаешь, верно? — Нелепо улыбнувшись отшутился юноша. — Только вот за что столь знатную даму оскорбляют?
       — О, это долгая история. Начать стоит с того, что в генеалогии нашего рода было только три развода — в начале времен королева развелась с неверным мужем, затем король с женой, которая убила его дядю, а мой отец… Без весомой на то причины, просто потому, что захотел. По законам долины Ив потомки династии должны оставаться с правителем, вот и я осталась. За мной присматривала няня, иногда называла ее мамой, придворные знают, а остальные думают, что она действительно моя мать.
       — Тем не менее ты единственная наследница, — новый знакомый наблюдал за тем, как девушка убирает, и сам хихикал от своих слов. — Будешь править после своего отца, ничего с этим не поделать. И стоило записываться в рыцари, уж лучше бы в дипломаты.
       — Я не понимаю дипломатии. Собрания проходят всегда, даже во время войн, два противника сидят друг напротив друга и обещают, что не будут убивать тех-то или разрушать того-то, в итоге никто не держит слово. Может в этом и есть какой-то толк, но только не по мне подобные спектакли.
       — В любом случае придется, нельзя строить королевство на крови.
      Паренек слово в слово повторил слова няни, услышав их впервые будущая королева разозлилась, теперь уже не была так категорично настроена. Толи из-за кучи навоза под боком, толи из-за смешков Сарама ответом на замечание стала легкая улыбка. Рыцари пожали друг другу руки и продолжили отбывать наказание.
      Луазира сжалилась над троицей и позволила им перекусить, но не переодеться — так и ходили целый день. После полудня они и еще двое опытных воинов направились в городок Стальгейм. На первый взгляд — лысая долина, никогда не дает богатого урожая, ближайшая река в полудне пути. На самом деле под ней спрятана огромная сеть пещер, где есть и руда, и вода и дорога в земли гномов — один из двух способов добраться в горы.
      На жителей обрушилась страшная напасть: неизвестный похищал их по ночам, а на утро выбрасывал обглоданные кости к порогу графского дома. Убийцу назвали «каннибал», никто не знал его расы, пола, внешности, мотивов. Только то, что работает эта тварь по ночам. Старшие уже сделали основную часть работы — отловили подозреваемых, молодым доверили их стеречь.
      Первый человек преклонных лет, нелюдимый и чокнутый жил на краю города. Каждого встречного покрывал матом, родных не было, питался в основном грибами с подземелья. Противная личность — ничего не сказать, его бы с радостью повесили, даже если бы мужчина оказался невиновен.
      Вторая сестра солдата, что служил здешнему графу. Юнец погиб во время разборок с бандитами, так что у нее был мотив убивать, но чтобы пожирать трупы?
       — А почему все уверенны, что он их ест? — Резко спросил полугном. — Может, просто режет ножом и выбрасывает, а то что люди назвали каннибалом, это не факт.
       — Говорят, раны такие, словно зубами кто впивался. Старые рыцари умеют подмечать подобные детали, не то что вы, неучи! — Крикнул Альпон.
       — А ты не подлизывайся, негодник, лучше бы сам научился, а потом уже говори!
      Очередная ссора. Благо в этот раз оружие осталось нетронутым, в ход пошли кулаки. Старик изрядно похохотал над стражами порядка, хватаясь за свой ссохшийся живот, а потом еще добавил, плюнув им под ноги:
       — Э, какие идиоты, как вас земля таких носит?
      Новобранцы засмущались и разошлись по углам. Они приглядывались к двум другим подозреваемым, и каждый пытался вычислить преступника.
      Третий пьяница случайно подвернулся под руку. Скорее всего, его поймали чтобы проспался и народ не тревожил, вскоре должны были отпустить.
      Четвертый являлся чудищем. И по сей день лесные эльфы использовали тотемных животных для своей магии, только вот современные жители Острова Жизни никогда не убивали их, собирая шерсть, рога или зубы. Старое поколение имело обычай снять шкуру, раздобыть череп, и все это нацепить на себя, пройдя при этом кучу ритуалов. Эти заклинания стали причиной слияния с животными, породив нечто неизвестное Паладии, названное «чудовище» или «чудище», так же сами остроухие прозвали тварей «чудовеями». Полагали, будто вместо духа животного на помощь таким магам приходили тени, от чего представители этой расы были ужасно уродливы и не особо умны. К слову, никто с ними особо не общался, чтобы узнать, правда ли это.
      Сей представитель вида напоминал что-то среднее между тигром и козой. Рога у него были обломаны до основания, зубы острые, одежда рваная, из десяти шкур сшитая. Только вот ходить нормально подозреваемый не мог, и все время опирался на палку.
       — Погляди, ну как такой может быть маньяком? Он жалкая хромая тварь! — размышлял сын графа.
       — Согласна, его посадили только потому, что родился чудищем, давай отпустим. — В кое-то веки принцесса сошлась во мнении со своим недругом.
       — Да вы что, с ума сошли? Нам же строго-настрого запретили…
       — Говорить с виновниками, а он и не виноват ни в чем.
      — Умные вещи, королевская байстрючка, отпустим-ка мы его, а деда укокошим, гляди, как руки потирает — сожрать нас хочет.
       — Насчет убийства я не согласна.
      В общем, решили схитрить. Капитан просила выпустить пьяницу, вот чудище переодели, а на гуляку накинули одежду из шкур. Сказали, найти своих и бежать — второй раз поймают, точно голову отсекут, сдали вахту и как ни в чем не бывало пошли в лагерь ужинать и спать.
      Риза спала с другими девушками в общем шатре. Она поудобнее легла в своей постели, раскрыла книжку на закладке и принялась читать. Том был необычным — от безумного поэта, одержимого страхом перед тенями.
      Говорю вам, глупцы, что наступит тот год,
      Когда к вашим дверям дитя Тьмы придет,
      Будет смертным рожден, но от тени зачат,
      Солнца свет победит, мир развеет он в прах.
      Ты молись, как монах, и гляди, не греши,
      Чтобы душу свою в Судный День спасти.
      Книга закрылась с громким хлопком. Сердце застучало как бешеное. Ах, ведь его считали автором ужасов, мастером пуганий, просто развлечением… Но что Риза видела в тот день? Сущности кланялись, тьма укрывала беглянку, а был ли у нее младенец в руках? Этого свидетельница уже не помнила.
       — Тише, не стоит переживать. Вампир пытался ее остановить, он не помер, а значит и ту барышню остановит, это его проблемы… — Успокаивала себя девушка, уснуть получилось с большим трудом.
      А очнулась она от лязга ножей. Руки и ноги были привязаны к доске, шатер исчез вместо него сырое подземелье, над головой висят куски мяса, кровь капает на лицо. Отвратительный медный привкус растекается во рту, вместо крика к горлу подкатывает тошнота. Веревки крепкие, даже повернуться невозможно. Дочь короля молит Люксилину, чтобы та дала ей возможность закричать, снять напряжение, но вместо этого кричит кто-то другой, парень.
       — Твое мясо слишком сладкое, какая досада!
      Фигура в накидке из шкур подходит ко второй жертве. Это были животные, люди, или эльфы? В полумраке невозможно различить, лишь свет кристаллов хоть как-то сопротивляется темноте.
       — Еще одна добрая душа пришла в себя. А ты какая будешь на вкус?
      Это лицо того самого чудища, что обреченно смотрело в окно. Он все еще опирается на палку, при этом сжимая в другой окровавленный нож. С губ стекает пена, глаза пронзают тело, измеряют его, ищут подходящее место. В один миг страх отступает — бояться стоит лишь тогда, когда избежать смерти возможно.
       — Ну попробуй, тебе никогда ничего кроме гнилых трупов жрать не доведется! — Наконец-то получается закричать. Какое облегчение! — Пусть ангелы простят меня за милосердие, я отрежу твою голову без сожалений!
      В этот же миг в затылок чудища прилетает камень. Тот оборачивается и видит незваного гостя, обнажает клыки и на удивление быстро бросается вдогонку. Палка служит вместо третьей ноги, куда пропали те скованность и немощность? Где-то там, в лабиринте темных коридоров, раздаются крики, вопли, после чего полугном выбегает обратно и развязывает пленницу.
       — Говорил же, нельзя этому уроду доверять. Он вас выкрал из лагеря и хотел сожрать!
       — Не сейчас, скорее, освободим Альпона.
      Каким бы гадом он не был, бросать рыцаря в подобной передряге не хотелось. Они были товарищами и поклялись в бою становиться ближе братьев с сестрами. Каннибал отрезал от его руки кусок плоти, освободившись от пут сын графа ухватился за больное место и расплакался.
       — Я истекаю кровью, о, ангелы небесные, умираю!
       — Замолчи, не сдох же еще!
      Вспомнив наставления придворного лекаря девушка попросила друга отвлечь внимание, а сама крепко-накрепко перевязала рану. Беготня в пещере продолжалась, тем временем вторая повязка была наложена на плече, чтобы прижать раненую руку к груди.
       — Это поможет на пару часов, если потом не снять ты потеряешь конечность.
       — Эй, а нельзя было найти что-то более полезное?!
       — Я не целитель, лишь основы знаю. Пошли, выберемся от сюда, Сарам не сможет отвлекать его вечно.
      Выход из подземелья найти было непросто. Оказалось, это была заброшенная шахта, часть указателей стерлась, а временами из-за соседних углов раздавался грохот и вопль товарища.
       — Я тебя сырым сожру, когда поймаю, чертов мальчишка! — Вопил убийца. Хорошо что гномы от природы были выносливыми и быстрыми.
      Спустя какое-то время парочка добралась до первого фонаря. Их придумали стимы и никому не давали, но для подземелий сделали исключение, ведь свет нужен был круглосуточно. Это значило, что по данной местности ходят люди, тут Риза и оставила раненого.
       — Дальше дорогу найдешь, сообщи остальным, чтобы шли на помощь. А мы позаботимся о том, чтобы этот псих тебя не догнал.
      Сын графа не стал возражать. Принцесса кинулась обратно, теперь искать дорогу было проще. Она наткнулась на друга-полугнома, который уже подустал и получил парочку ранений. Чудище зажало его в угол, наслаждаясь моментом оно медленно подходило к жертве.
      В тот момент страхи и последствия пришлось откинуть в сторону, действовать надо было быстро. Подбежав со спины девушка выхватила нож и засадила его между лопаток каннибала, тот издал хрип, начал кашлять кровью, но решил не отпускать врагов живыми — на последнем вздохе заколдовал кристаллы и все они полопались, знакомый шепот вернулся.
       — Тени! — Хором закричали друзья.
      Они ухватились за руки и побежали оттуда, как маленькие дети. Выбежав на свет упали да так и сидели там, молча глядя друг на друга, вздрагивая от малейшего колыхания внутри лампы. В таком состоянии их и нашли рыцари, провинившихся отвели в лагерь, с каждым поговорили отдельно.
       — Альпон говорит, отпустить пленника была твоя идея. — Заявила Луазира, хорошо что она пришла после того, как принцесса поспала и поела.
       — Наша общая. Мне так жаль, я хотела спасти его, потому что чудищ обычно вешают без разбирательств… Не хотела, чтобы погиб невиновный.
      Капитан опустилась на колени и взяла подчиненную за руки. На них оставалась высохшая кровь, заметив ее девушка отвернулась, старшая заставила посмотреть в глаза и не отводить взгляда.
       — Нельзя точно узнать, виноват кто-то или нет. Иногда лжецы говорят, не краснея, а обычные граждане поливают грязью так, что удушить хочется. Но раз уж мы ловим убийцу, а не какого-то там воришку, лучше убить невиновного, чем отпустить виноватого. Люксилина примет чистые души, нечестивые, почувствовав свою безнаказанность, продолжат творить зло. С годами ты научишься отличать вымысел от правды, и даже тогда будешь ошибаться. А теперь, раз уж отоспались, все дружно собирать вещи — убийца был найден в заброшенной шахте, точнее то, что от него осталось, мы выдвигаемся через час.
      В тот день дочь короля написала письмо и отправила его голубем. Пользоваться магией девушка не умела, а перехвата не боялась — было бы там что-то настолько важное, чтобы за ним охотились.
      «Дорогой отец! Спешу тебе сообщить, сегодня я успешно выполнила свое первое задание. Все пошло не совсем так, как планировалось, была небольшая стычка, и мне многое пришлось понять о добре из зле, но главное, я учусь быть рыцарем, и к концу службы с радостью расскажу о сотнях своих подвигов.
      Надеюсь, ты не сильно скучаешь за мной. Знаю, у тебя много работы, так что вряд ли напишешь мне в ответ, хорошо что некоторые вещи не нуждаются в словах.»
      Следующий месяц дался легче. Вопиющих случаев не было, к ранним подъемам и странствиям новенькие привыкли, пещера пожирателя трупов стала забываться, как дурной сон. Теперь самое страшное, что могло случиться с Ризой — патрулирование. Однажды гуляя по городу она с товарищами разделилась и зайдя в малолюдный район нашла там брошь. Изделие не было похоже на поделки мастеров империи — острые углы, по форме как астра, выполнено в черном цвете, покрытое серебром. Свою находку воительница показала другу.
       — Ух ты, настоящая драгоценность. Ее можно дорого продать!
       — Ты что! Вернуть надо, мы же люди чести.
       — Ага, конечно. — Протянул он с ноткой разочарования. В лагерь ничего кроме писем не передавали, жалование у всех одинаковое, а порой так хочется выпить эля или поесть что-то помимо каши. — Только вот хозяин явно не человек, тут море неподалеку и леса эльфов, владельцем может оказаться кто угодно.
       — Это ничего не меняет. Вещицу потеряли в землях моего отца, значит мы, стражи порядка в долине Ив, несем за это ответственность. Как же выяснить, какой народ создал цветок?
       — Точно не гномы. Отец показывал изделия из подгорных кузниц, там очень много тонких узоров и деталей, лишь настоящий кузнец может быть настолько терпеливым, чтобы выковать их все.
       — Отлично, не гномы, не люди, скорее всего нежить тоже отпадает — им цветы не по нраву. Отправлюсь-ка я в лагерь и спрошу других, может кто еще что-то подскажет.
       — А как же дежурство?
       — Прикрой меня!
      Только на полдороге девушка передумала. Тот городок, где они остановились, был излюбленным местом туристов, из-за чего на каждой улице стояли таверны, а в центре — посольства. Заметив человека с гербом короля стимы потащили принцессу в свое, внутри ничего не было, лишь парочка стульев для гостей, сами механизмы не нуждались в отдыхе.
       — Пришли, все-таки. Опаздываете на тридцать секунд! — Возмущался некто, похожий на Зеона, но раз не узнал то скорее всего был не он.
       — Да, у меня к вам одно дело, это не займет много времени.
       — Надеюсь. Наш корабль потерпел крушение, вы обязаны предоставить новый, чем быстрее тем лучше.
       Скрип шестерней стал громче. Ризе стало интересно, что это значит: поменялось настроение, или что-то сломалось? Возможно, почитать учебники было не такой уж плохой идеей.
       — Ваш Творец не научил делать корабли? — Осторожно спросила принцесса.
       — Омерзительно! Наши корабли работают без гребцов, они в десять раз быстрее любого другого судна, в вашей жалкой империи не построить такого совершенства! — Теперь он точно разозлился, из клапанов на шее вылетел сгусток сероватого дыма. — Почему послы долины Ив столь бестактны, вас бы стоило…
       — Будет вам корабль, обещаю. Прямо сейчас пойду в порт и улажу это. А теперь будьте добры, помогите мне, и разойдемся мирно.
       — И как же я могу быть полез-з-з-зен? — Механизм начал заедать, наверно крайняя степень раздражения, или злобы, точно ничего хорошего.
       — Скажите, никто из ваших не терял брошь?
       — СТИМЫ НЕ НОСЯТ УКРАШЕНИЙ! — Завопил посол так, что бедняга чуть не оглохла.
      Выбегая с посольства дочь короля заметила, как туда вбегает Луазира. Она поспешила к порту, где показала свой медальон и потребовала снабдить механизмы кораблями. Поиски хозяина броши продолжались.
      На очереди посольство лесных эльфов. На их родине — Острове Жизни — зима никогда не наступала благодаря особому заклинанию, его же остроухие использовали чтобы оградить небольшое строение на берегу империи. Осенью это еще не сильно бросалось в глаза, а вот зимой под куполом все цвело и благоухало.
       — Простите, я ищу хозяина одной потерянной вещи, не могли бы вы мне помочь?
       — Что за вещица? — Спросил стражник.
       — Вот. — Девушка показала украшение, тот осмотрел его и брезгливо одернул руку, однако ответил вежливо.
       — Такое носят темные эльфы, кристаллы с острыми углами — аналоги света в Сумеречном лесу.
       — Благодарю.
      Собираясь уходить дочь короля столкнулась с фигурой, идущей к воротам. Послышалась знакомая ругань, эльфийка в золотых доспехах вскочила на ноги, обнажила клинок, кончики ее ушей покраснели, лицо искривила злоба.
       — Мерзкая челядь, как ты смеешь у меня под ногами путаться? Я кузина сансая, стража, схватите ее!
      Подчиненным пришлось выполнить приказ. Азеркина поспешно удалилась, наверняка она узнала принцессу, ведь стоило той показать свой медальон, как ее тут же отпустили, еще и прощения попросили — все же они были на территории людей, а не наоборот.
      И вот стражница добралась до обители темных эльфов. Оказалось, они не имели своего здания, так как Сумеречный лес граничил с городом. Навстречу вышла женщина в красных одеяниях, на поясе болтались кинжалы.
      На ее стороне не было солнечного света, вместо него сияли кристаллы разных форм, цветов и размеров. Они прятались в траве, деревьях, на крышах домов, поблескивали и манили. Вовсе не та «бездна тьмы», о которой рассказывали прислуги.
       — Ах, мое чудесное украшение! Пришлось обыскать весь храм, а оказалось, брошь потерялась на площади. Ну-ка подойди, щедро награжу за находку.
       — Простите, рыцарям нельзя ступать на чужие земли, когда они на службе.
      Ведьма задумалась. Она медленно подошла к границе, походка наверняка впечатлила бы какого-то паренька — легкая и уверенная.
       — Чтобы говорить такое, нужно точно знать, где твой дом.
       — Глупости, мой дом — долина Ив, я тут родилась и выросла, как и мои предки, и буду править после отца. — Тут уверенность начала пропадать. — Если не здесь, то где же еще?
       — Наша обитель там, где сердце лежит. Изгнав из него человека однажды, навсегда его потеряешь, передай мое предсказание королю. — Одним ловким движением чародейка выхватила свою вещицу и пропала, вот и к магии проснулся у принцессы интерес.