Герцогиня на год, или Пробный брак с призванной

Глава 13. Приглашение

Получив от меня дозволение, Энид открыла дверь. Стоящий в коридоре слуга повторил свою речь и замер. Видимо, в ожидании ответа. А я настолько растерялась, что даже не знала, как отреагировать. С чего бы это Адаму звать меня на завтрак? На ужин ведь не приглашал, даже никак не отреагировал на то, что мне принесли еду прямо в покои. Если бы я нарушила какое-то правило, наверняка та же Энид бы мне сообщила. Или это из-за вчерашней его выходки и моей реакции на неё?

В общем, пока я мучилась догадками, слуга протянул Энид небольшой конверт.
– Его Светлость просил передать госпоже Эмилии, если она выразит сомнения по поводу ответа. После этого он откланялся и ушёл.

Служанка принесла нож для писем и поддела его кончиком личную печать герцога, после чего передала вскрытый конверт мне. Внутри оказался сложенная записка, состоящая всего из двух слов: «Был неправ». И тут я окончательно перестала чего-либо понимать. Адам что, принёс таким образом извинения? Если да, то за что? За всё сразу, в том числе за грубость и хамское поведение, или только за свой вечерний визит? А если бы я сразу пошла за присланным слугой или ответила, что вскоре присоединюсь, то послание не получила. В таком случае можно было считать, что он не извинялся, и всё произошедшее накануне стоит расценивать «в порядке вещей»? В голове от лихорадочно скачущих мыслей и догадок царил полный сумбур, а сама она напоминала встревоженно гудящий улей.

Пойти, значит, согласиться с извинениями. Проигнорировать приглашение? Не будет ли это считаться нанесённым оскорблением Адаму согласно его статусу? Или, наоборот, будет принято за обычный женский каприз, и тем самым я потеряю возможность быть хоть как-то воспринятой впоследствии серьёзно? Как же всё просто и сложно одновременно! В своём мире было элементарно: большинство моделей поведения людей известны, давно просчитаны варианты контактирования для более успешного дальнейшего взаимодействия. А тут... Я действительно чувствовала себя если не новорождённым котёнком, тычущимся носом вслепую во всё подряд, то, как минимум, первоклашкой, попавшей в уже сложившийся с ясельной группы коллектив, где любой жест или фраза могут быть истолкованы с точностью до наоборот. Признаюсь честно: было страшновато. Причём даже не из-за выходки Адама, а просто боялась ошибиться. Даже не так. Облажаться. А ведь у меня в планах не только изучить этот мир, но и закрепиться в нём. И ещё желание, чтобы со мной считались.

– Энид, подскажите, пожалуйста, а у вас приняты совместные завтраки вроде того, на который пригласил милорд?

Девушка ненадолго задумалась.
– По традиции с женой все трапезы всегда совместны. За исключением тех случаев, когда супруг в отъезде или желает провести время исключительно в мужской компании. При желании всегда можно отказаться, сославшись на недомогание. В случае с невестой, а вы сейчас таковой считаетесь, всё зависит от воли милорда. Обычно приглашение разделить трапезу означает, что Его Светлость пожелает выразить почтение или переговорить о чём-то.

– Спасибо, Энид.

Отказаться, мотивируя плохим самочувствием, не вариант. Как минимум, подпорчу репутацию мэтра Антверта. Подводить его совершенно не хотелось, вызывая сомнения в его компетентности. Значит, нужно идти.

Вопреки моим предположениям, завтракать и ужинать Адам предпочитал не в столовой, а всё в том же малом зале. Причём в полном уединении, частенько отпуская даже слуг, которым дозволялось заходить только для перемены блюд и в конце, чтобы прибраться.

В общем, переступала я порог малого зала в полнейшем неведении, что меня ожидает. Только внутренне просила себя держать язык за зубами и не лезть лишний раз на рожон.

Малый зал оказался не таким уж и малым, хотя в нëм как-то было по-своему уютно. За столом, рассчитанным, на мой взгляд, персон на шесть, восседал Адам. Слуг нигде не было видно. Мне в голову не пришло ничего, кроме как просто поздороваться. Надо же хоть с чего-то начинать.
– Доброе утро, Ваша Светлость.

– Во время приветствия перед супругом или равным по титулу, а также при появлении или обращении Его Величества принято едва заметно приседать, чуть склонив голову. В остальных случаях подобное должны проделать по отношению к тебе, Эмилия, – ровным тоном произнёс Адам, невозмутимо глядя в мою сторону.

Да, прозвучало грубовато, не спорю. Но всё-таки, если сделать поправку на то, что Адам просто привык к подобному стилю общения, ничего обидного или оскорбительного он мне не сказал. Скорее, просто указал на недочëт с моей стороны. Пришлось сразу прикусить себе язык и повторить приветствие как полагается. Едва я это проделала, Адам перевёл взгляд на стол. Тут было немного проще сориентироваться, так как кубок, тарелка и столовые приборы уже были расставлены справа от хозяина дома. А вот этот жест я оценила. Равно как и наличие стула, возле которого остановилась, не доходя пары шагов. От всë той же Энид я узнала, что место справа от Адама предназначается для почётных или важных гостей. Но при этом всё равно сохранялась вероятность сидеть на табуретке. Хотя казалось бы, какая разница на чём, главное, чтобы не стоя? О нет! Не в этом мире, хотя нечто подобное, кажется, и у нас имело место быть в прежние века. В общем, Адам выразил мне уважение и показал его таким нехитрым способом: рассадкой и предметом мебели.

Увидев, что я остановилась, он жестом показал, чтобы заняла своё место за столом. Но ничего не изменилось. Я продолжала стоять, максимально расслабив плечи и сцепив руки в нижнем положении. Уголки рта Адама дрогнули в лёгкой усмешке. А затем он громко хлопнул в ладоши, после чего боковая дверь открылась, пропуская двух слуг. Первый из них нëс чашу, наполненную водой, второй – чистое полотенце. Ополоснув руки, я позволила их вытереть досуха. Второй слуга, закинув полотенце себе на плечо, отодвинул стул. Как только я расположилась за столом, оба исчезли так же тихо, как и появились.

– А ты времени даром не теряла, Эмилия. Похвально, – всё таким же нейтральным тоном произнёс Адам.