Давным-давно... Обыграть судьбу

Глава 1. Тёмная Империя. Летняя резиденция Императора

Сумерки. Переход от дневного света к ночной темноте и наоборот. Сумерки бывают вечерние и утренние, но в этих землях они вечны. Здесь невозможно проследить, когда солнце заходит за горизонт, а когда вновь возвращается на небо. Здесь нет красок, всё серого цвета: небо, земля, трава, деревья. Эта земля умирала. Умирала в мучительной агонии, забирая всё живое, что было на ней. И пока это происходило, несколько государств, что находились на территории Тёмной империи, не могли прийти к соглашению, чтобы объединиться и выступить вместе в борьбе с порождениями тьмы, а самое главное — найти источник и запечатать его навеки. Никто не знал, где находится этот самый источник. Порой казалось, что он — это все земли Тёмной империи. Но это было не так. Такое место существовало.

Император тяжело вздохнул. Вот уже несколько часов он стоял возле окна и не отводил тяжёлого взора от клубившегося вдалеке сизого тумана. Сторона, где когда–то опускалось солнце, теперь называлась в народе "проклятой" — именно оттуда зло расползалось по тёмным землям, именно там находился источник. Много веков тому назад предок заключил сделку с одной из Печатей альянса и был обманут. С тех самых пор земли Тёмной империи медленно погибали, а род императора был проклят до скончания времён. Седовласый мужчина вглядывался в горизонт, пытаясь воскресить в памяти далёкий образ восходящего солнца. "Когда я в последний раз видел рассвет?" Он не мог вспомнить. Дверь в покои приоткрылась.

— Ваше Императорское Величество, — в комнату вошёл Адавар Де’Альмарон. Он в почтительном жесте сложил руки на груди и низко склонил голову, тихо произнёс: — Мне передали, что вы вызывали меня.

— Полно тебе, друг, — император обернулся и стремительно подошёл к письменному столу, из вороха бумаг достал нужный документ и подал мужчине. — Вот, ознакомься. — Указал рукой на кресло, стоявшее напротив: — Присаживайся, — а сам снова вернулся к созерцанию унылого пейзажа за окном. — Вот уже несколько лет длится противостояние между Тёмной империей и Фириат. Что я только не предлагал за часть земель на юге их государства, но неизменно получал отказ. И вот теперь они присылают условия, на которых готовы подписать с Тёмной империей соглашение, — император посмотрел на мужчину, сидящего в кресле и внимательно изучающего документ.

— Союз между Вашей дочерью и наследником Фириат? — Адавар удивлённо приподнял бровь. — У меня просто нет слов, — шумно вздохнул, встречая тяжёлый взгляд императора. — Писать такое по меньшей мере странно, а если сказать точнее — глупо.

— Да, друг мой. Мне снова отказали, но в этот раз сделали это хитро и навсегда, — император подошёл к столу, устало опустился в кресло. — Прекрасно всем известно, что у меня нет дочери, у меня вообще нет детей, и даже если когда–то такое случится, это будет означать закат моей жизни, — он тяжело вздохнул. — Рождение наследника как смертный приговор.

Да. В этом и состояло проклятие императорского рода. Рождался всегда один ребёнок — всегда мальчик, и пока рос наследник, император медленно угасал. По истечении двадцати одного года император умирал, а на его место заступал наследник, как две капли воды похожий на предшественника. Со временем люди и нелюди стали считать, что император живёт вечно, но это было не так.

— А что вам мешает сделать так, как делали ваши предки? Взять под личное покровительство девушку из влиятельного рода, оформить документы, признать названной дочерью и выдать замуж за наследника Фириат. А семье этой девушки в качестве компенсации пообещать кусок земли на юге страны для безопасного проживания и ваше вечное расположение.

— Я слишком долго живу; ни в одной знатной семье нет дочерей подходящего возраста, все уже давно замужем.

— Да, к сожалению, у меня тоже нет дочери, — Адавар загадочно улыбнулся, — но зато у меня есть внучка.

— От которой ты отказался, друг мой, — император скептически приподнял бровь. — Ещё много лет тому назад.

— Я отказался, а вы нет, — на лице Адавара блуждала улыбка. — Вы пожалели бедную сиротку, взяли под своё покровительство. Решения императора не подвергаются осуждениям.

Император приподнялся в кресле, разглядывая друга.

— Ох и коварен ты, друг мой, — но видно было, что такая идея пришлась ему по сердцу.

— На благо страны что только не сделаешь, — лукаво улыбаясь, отмахнулся Адавар.

— Кстати, всегда хотел спросить: зачем ты убил свою дочь с зятем и потом преследовал единственную наследницу рода по линии матери?

— Я не убивал их! — резко ответил Адавар, поднимаясь из кресла. Задумался и тихо произнёс: — Я имел неосторожность рассказать Илое, где они находятся, став таким образом косвенно соучастником убийства. — Он повернулся и посмотрел на императора. — Я не хотел, чтобы с этим делом было связано наше имя, поэтому всеми силами пытался скрыть содеянное. Но меня предали. Ребёнок, который должен был закончить своё существование ещё в младенчестве, прекрасно себя чувствует и проживает на землях Светлой империи.

Император подошёл к двери и отдал приказ прислать к нему секретаря и министра по делам государственной важности, а также доверенное лицо, уполномоченное вести дела семьи. Довольно улыбаясь, вернулся обратно к столу:

— Теперь дело за малым, — удобно расположился в кресле. — Как найти твою внучку, — широко улыбнулся, — мою названную дочь, и самое главное — как доставить сюда?

— Это я возьму на себя. Мне кое–кто из сынов ночи сильно задолжал. — Взгляд Адавара сделался жёстким: — И сейчас пришло время возвращать долги. — Император наклонил голову и удивлённо наблюдал за другом. Сыны ночи или, как их называли по–другому, "Воины Тьмы" (закрытый клан, ставший легендой, подвиги и деяния которого были воспеты в веках) не подчинялись никому, даже императору. — Однажды они не выполнили передо мной свои обязательства, поступившись честью и нарушив свои же законы. Самое обидное, что у них круговая порука, и мне тогда не выдали имя того, кто не выполнил заказ. Хочу поквитаться с ними. — Он возбуждённо прошёлся по комнате, а потом остановился и долго молчал, задумавшись о чём–то своём. Посмотрел на императора и тихо добавил: — И на этот раз он не сможет отвертеться.