Длань Судьбы

Глава 1.

... Креолис... Настоящее время… Марон…

По долгу службы его занесло в далекий от Вельхоры провинциальный городок – Креолис. Его сюда привело расследование под грифом «особо важно». Странные вещи творятся вокруг Короны: несогласные брожения внутри высшего общества, пока еще небольшие сборища недовольных активистов, и все почему? Видите ли, одаренные притесняют неодаренных. Кто эту нелепицу вообще придумал? Корона с помощью и тех и других развивала страну во всех отраслях и направлениях, предоставляла возможности реализовать свои желанию любому из жителей Ивалии, было бы желание делать хоть что-то.

Да, боги даровали свои метки и наделяли некоторых людей способностями, иногда даже очень существенными, но их меченых – единицы. Например, одаренных милостью Мора не так много и врачей на всех больных не хватит. Корона выделила средства, поспособствовала постройке специализированных учебных заведений разных категорий во всех уголках страны, а умельцы, получившие соответствующие знания и дипломы, орудующие нитками и иголками, разбирающиеся в кишках и печенках, ценились иной раз гораздо выше, чем одаренные. Или еще пример. В Вельхоре есть знаменитая ресторация, где повар не просто обычный человек без метки, а еще и слепой. Говорят, готовит так вкусно, что приходится бронировать столик чуть ли не за полгода, чтобы попасть в это знаменитое заведение.

Сам Марон, конечно, не посещал легендарную ресторацию и не пробовал изысканные блюда, тем более он не являлся знатоком кулинарного искусства, да и водить по ресторанам ему было некого. А те, кто всегда был с ним рядом и следовал по пятам, высокую кухню тоже не ценили. Им бы только кусок мяса пожирнее или кость побольше.

Но речь не об этом. Люди с божественными метками не занимали места выше или лучше, просто им были даны иные возможности – кто-то пишет правой рукой, а кто-то левой. Притеснения любого рода существовали, но все эти недоразумения идут совсем не от различия между одаренными людьми и неодаренными. Если уж быть совсем честным, то причина кроется в человеческой скупости, корысти, предвзятости, недальновидности, глупости и, конечно же, жестокости. Нести ответственность за всех недобропорядочных людей Корона не могла, если закон не нарушен.

И раньше встречались разные случаи принижения, и не только по одаренности. Слабым – детям и женщинам – достается довольно часто. Обычно это не заходило за рамки бытового конфликта. За всеми случаями нарушения прав и закона строго следила Служба Короны. Она же и разбиралась, кто прав, кто виноват.

То, что происходило сейчас по всей Ивалии, совсем не походило на отдельные случаи вспышек человеческих пороков и последствия недобропорядочности населения. Разворачивающиеся события говорили о том, что происходила неспешная целенаправленная организация протестующих, намеренное разжигание конфликта между одаренными и неодаренными с вероятной дальнейшей попыткой восстания и свержения аппарата власти, Короны, как любили называть всю семью коронованного монарха, и верховных управителей всех ответственных служб, отвечающих за безопасность, внешнюю и внутреннюю политику страны, развитие, торговлю, науку и так далее.

Руководством Марона было решено и поручено начать распутывать пока еще малый клубок завязывающего заговора, предотвратить рост гнева и недовольства в обществе до того, как злоумышленникам удастся творящийся абсурд превратить в масштабное противодействие. Поручено кому? Естественно, ему – Марону.

Пока все недовольство протестующих заключается в расклеивании и раздачи агитационных листовок. Вот только все эти пойманные службой Короны глупцы не могли додуматься до этого сами, но и указать на идейного активиста они не смогли. Марону предстояло разобраться, откуда берет начало это выдуманное противостояние, кто за ним стоит, и самое главное – остановить зарождающуюся попытку переворота до того, как заговорщики приступят к более смелым действиям, а Корона к последующим за этими действиями – жестким мерам пресечения.

Для всех незнающих дело ведет специализированное ведомство, а Марону отведена роль простого следователя. Однако это всего лишь заверенное прикрытие, которое документировано дозволяло Марону засовывать свой нос везде, куда только можно и нельзя, а истинную его цель знали только проверенные люди.

Но без своих двух верных псов, огромных натренированных королевских догов, он никуда. Марон всегда, за редким исключением, брал с собой своих собак, заменяющих ему и соратников, и друзей, и семью. Все удовольствия в двух вредных мордах – и они не предадут. С него хватит и того, что он имел сейчас: его двух псов и парочку не отвернувшихся друзей еще со времен обучения.

С людьми Марон контактировал неохотно после всего случившегося. Даже с теми дотошными смельчаками, которые остались с ним в хороших отношениях. И все же, с собаками общаться ему было гораздо легче – последствия одного, но зато какого предательства. Он до сих пор ощущал на себе итог того рокового дня. Да и каждый день он видел перед зеркалом и будет видеть всю его дрянную жизнь. Как раз об этом ему вспоминать совсем не хотелось: больно настроение было приподнятым (что и так являлось редкостью для него), чтобы думать обо всяких подлых красотках.

Марон находился на службе у Короны уже лет пятнадцать. За этот срок он успел изменить свое отношение ко многим вещам, а доверие к людям – это одно из первых, что ему пришлось пересмотреть. За эти пятнадцать лет он дослужился даже до звания майора, и сидеть бы ему в пыльном кабинетике, копаться в разных бумажках и ставить там подписи, участвовать в важных совещаниях, собраниях и там раздавать советы, да только он не мог. Марон плохо ладил с людьми, точнее и вернее сказать – очень плохо. Ему тяжело промолчать там, где надо. Та работа, где великой ценностью была лишь подпись на документе, была ему чужда и скучна.