Забытый целитель

Глава 7.           Рим

Рим стал империей второй,

Плеядой цезарей надменных.

Но первой – Греция ногой

Пересекла пролив Средьземный.

Прошёл Великий Александр, 

Цивилизации сближая.

Искусств разнёс по миру в дар.

Зажглась эпоха золотая.

Рим правом сильного создал

Европу, разделяя властно.

Закон и право отдал в дар.

Дорог построил не напрасно.

Израиль подарил Мораль,

Божественное откровение.

Разрушен и рассеян.  Жаль.  

И Мир далёк от примирения.

Совет священников обсудил новость о появлении Иешуа в Галилее:

— Доходят слухи из Галилеи. Он там успешно проповедует и лечит. За ним ходят снова толпы.

— Его не за красивые слова или за мудрость речи народ преследует. Народ он лечит на глазах у всех. Он лечит словом и рукоположением. Сей дар вложил в него Отец небесный.

— Всевышнего он называет своим отцом. Пока не замахнулся он на нашу цитадель – на Храм.

— Он называет себя царём Израиля! Как это самозванство можно терпеть?!

— Мне донесли, что в Индию он ходил. Учился у философов.

— Он говорит о царстве после смерти. Его услышавшие верят в продолжение жизни в Эдеме, и перестают бояться. Он утешает страдающих больных. В этом он прекрасный проповедник! Пусть фокусничает, пусть вещает и пусть лечит. Народ нам меньше со своими проблемами надоедает. Израиль восстановился после вавилонского погрома. Где Вавилон? Нет Вавилона. То же будет и с Римом. Правда, если наши патриоты не спровоцируют цезарей на новый погром Храма и столицы. Так что Иешуа га-Ноцри, назвавшийся Мессией, вреда нам не доставит. Пусть себе лечит.

— Я предлагаю встретиться и обсудить в Синедрионе узким кругом. Так проще будет обо всём договориться.

— Ладно, готовьте встречу.

Через несколько дней в Синедрионе прошла закрытая встреча избранников Всевышнего и избранников народа.

— Нам необходимо его как-то остановить. Но как?! Он под постоянным наблюдением людей из толпы и его помощников. Его задержание не может пройти без протестов. Они нам не нужны. Нас в Риме расценят как неспособных управлять провинцией. Мы можем лишиться власти.

— Для начала, хорошо бы с ним осторожно поговорить, разузнать о его планах, чего он хочет. Пошлём к нему для встречи того, кого он знает как умного и достойного студента по ешиве.

— Хорошо. Подберите такого из выпускников, кто с ним хоть как-то откровенно сможет поговорить.

— С Иешуа нетрудно откровенно говорить. Он всегда открыт и честен в ответах. Я даже знаю, кого попросим мы об этой встрече. Но есть ещё одна задумка: откуда он мы знаем, из Ноцри. Но мы не знаем его родных и близких.

— Зато нàм кое-что известно. Мать, сестра и брат живут всё там же в том же доме. Отец уже лет несколько, как скончался. Старый, известный в округе, уважаемый плотник. Сестра не замужем, а парень в служках при синагоге. Живут очень бедно. Мы им заплатим. И привезём, куда необходимо.

— Зачем они вам понадобятся, не понятно.

— Очень просто. Он перестанет быть Мессией. Он станет обычным лекарем, пусть даже проповедником, но из Ноцри, из обычной семьи плотника. Тем самым мы опустим его на землю, сняв с небес.

— Это хорошо придумано! Нам это очень кстати! Они его в больного превратят. Никем он станет. Пусть во время проповеди через головы толпы передадут, что мать его и близкие пришли. А эти мать и близкие пусть людям скажут, что он не в себе с юности. Дескать, прибыли его забрать. Вот и всё. Они нам больше будут не нужны. Рассчитаться по чести и отвезти домой.

— Не скажите. Они ещё могут понадобиться. Родственники поблизости всегда нужны. Даже похоронить, если что. Как подтверждение его земного происхождения это не будет лишним. Не нужно в глазах людей быть несправедливыми и не соблюдать традицию и ритуал.  Должны принять участие и мать, и близкие, друзья, но только не его ученики. Их всех задержать и допросить, но убедительно разъяснить, чтобы не распускали слухи о его чудодействии и самозванстве.

— Я бы воспользовался тем, что он прост и откровенен. Такие легко поддаются на провокации. На проповеди ему прилюдно нужно задавать вопросы, от которых он не сможет уйти, и признается во всём, что нам необходимо.

Так шли переговоры и плёлся сговор. Коварство не решалось наброситься открыто и выжидало случая, долго выжидало.

Из синедриона и от Храма в Галилею были посланы негласно наблюдатели и его товарищ по ешиве Матиас, ставший тоже проповедником.