Рождественская сказка о любви

Рождественская сказка о любви

Рассказ-трейлер к роману

"Мёртвая рука капитана Санчес"

из серии «Достояние Англии».

В самом конце декабря 1738 года над всей Англией с нескончаемым упорством шёл снег. Хлопья были большие и липкие, порывами налетал холодный ветер, резавший лёгкие, и бедняки, у которых не осталось денег на дрова, утешали себя тем, что это на небе линяют святые ангелы. Природа словно хотела наверстать упущенное и усыпать всё королевство к празднику.

Город Бристоль получил свою порцию снега. Шквалистый ветер пронесся над Ирландским морем, от Ньюпорта до причальных стенок порта, завывая в оснастке стоящих на якоре кораблей и осыпая их палубы зимним покровом. В узких портовых переулках сырость по-прежнему пробирала до костей, но туман, обычный в это время года, постепенно рассеялся.

Высоко над землёй снег ложился на рельефы башен церкви Сент-Мэри-Редклифф, окутывая белыми шапками её ажурные каменные плетения и наглухо заваливая ниши – на резьбе оконных переплётов наросли сбившиеся на сторону снеговые подушки, и карнизы вмиг потеряли свою обычную прямолинейность. К Рождеству все дома в городе оказались благолепно укутаны на зиму, улицы стали белы и чисты, как новорожденные, а деревья застыли в торжественном и важном сияющем уборе.

С раннего утра кое-кто из горожан вышел разгребать снег перед своей дверью. Соседи перекликались друг с другом, и в голосах их чувствовалось предпраздничное нетерпение. Все, казалось, чего-то ждали, но непременно чего-то радостного, и такого, для чего бы стоило жить дальше...

****

После рождественской службы у миссис Трелони собрались гости, вместе с хозяевами их было девять человек.

Дамы принесли с собой в подарок свечи, празднично украшенные золотой фольгой, яркими лентами и цветной бумагой, и обсуждали их. Джентльмены, сидя на диванах и креслах, посматривали на дам и тихо улыбались. От зажжённых свечей всем стало светло и радостно.

Миссис Трелони обратилась к гостям:

– Мы отпустили слуг на сегодня, но к столу всё уже готово. К тому же нас так много, женщин... Неужели мы не накроем на стол?

– Безусловно, дорогая, – сказал мистер Трелони, вставая. – Тем более что мы, кавалеры, вам поможем.

И они направились в столовую. Здесь оказалось холодно, хотя комната была освещена – на столе, убранном богатой белой скатертью, горели канделябры.

Миссис Трелони всплеснула руками и сказала мужу:

– И никто из слуг не растопил камин! Джордж, ты посмотри только!

В голосе её слышалась неподдельная досада.

– Ах, Труда, какие пустяки, не изволь беспокоиться… Сейчас мы всё устроим! – отозвался мистер Трелони.

Он подлетел к камину, заглянул в него и закрутился вокруг себя в поисках дров. Дров не было. Тогда он мило улыбнулся супруге и проговорил:

– Вы, леди, идите на кухню, а мы займёмся дровами.

Миссис Трелони с миссис Уинлоу и юной Мэри, подхватив юбки, пошли из столовой. Сильвия двинулась следом за всеми, как вдруг мистер Трелони окликнул её в спину:

– Сильвия, дорогая, а где можно взять дрова? Покажи нам.

Девушка обернулась к нему – на капитана Линча она по-прежнему за всё это время не посмотрела ни разу, обращаясь только к Томасу и доктору Леггу.

– Да, конечно, пойдёмте, дядя, – ответила она и направилась из столовой.

– Капитан, помогите нам, – попросил мистер Трелони. – А остальные пусть принесут и расставят стулья.

Когда за дровами ушли, доктор Легг сосчитал стулья – их оказалось ровно по количеству гостей и хозяев. Доктор недоумённо хмыкнул, пожал плечами и махнул рукой Платону и Томасу, останавливая их.

Спустя какое-то время в коридоре раздались шаги. Первым в столовую ввалился мистер Трелони, задом распахнув двери для капитана и Сильвии: капитан нёс корзину с дровами, а Сильвия шла рядом с ним, придерживая одно полено на самом верху. Это полено, зачем-то положенное сквайром в последнюю минуту, почему-то никак не хотело держаться наверху и всё норовило вывалиться из корзины.

Когда капитан и Сильвия стали проходить в распахнутые двери, мистер Трелони всплеснул руками и вскричал:

– Ах, как интересно получилось! Вы несёте дрова и остановились как раз под гирляндой из омелы! А по нашему старинному обычаю, паре, остановившейся на Рождество под омелой, надлежит целоваться – иначе счастье никогда не придёт в этот дом в новом году!

Все подняли головы и посмотрели на верх дверного проёма. Там, украшая наличник, висела гирлянда из веток вечнозелёной омелы, перевитая красными лентами, колокольчиками и сосновыми шишками. На ветках среди узких зелёных листиков виднелись россыпи голубовато-белых ягод, из-за своего цвета кажущихся прозрачными.

Между тем мистер Трелони продолжил с воодушевлением:

– Омелу друиды считали священным растением и символом вечной жизни! Ведь правда же, доктор Легг?

Доктор, который не понимал ещё ничего, моментально откликнулся с необычайным энтузиазмом:

– Совершеннейшая правда, Джордж! А древние римляне ценили омелу, как символ мира!.. Так что – целоваться обязательно!

Тут Сильвия покраснела до самых корней волос и выпустила несчастное полено, которое со страшным грохотом рухнуло на пол столовой. Побледневший капитан поставил корзину и повернулся к девушке. Томас, стоявший у окна с тихой своей улыбкой, захлопал в ладоши. Мистер Трелони и доктор Легг громко, наперебой заговорили о Благовещенье, о трёх мудрецах Востока, о рождественском бревне, о святом Георгии и кровожадном драконе – ни капитан, ни Сильвия их уже не слышали.