Душа на осколки

Глава 2

Глава 2

Кажется, ее снова насильно усыпили. Альма чувствовала, как ее все дальше и дальше уносит на волнах сновидений и не могла этому сопротивляться. Может, так действительно лучше? Лучше забытье, чем осознание себя в ошарашивающей реальности?

Проснулась девушка лишь тогда, когда солнце за окном клонилось к закату. Несмотря на то, что за последние два дня она проспала больше, чем за любую из недель обитания в монастыре, голова не болела, и тело будто отзывалось неимоверной благодарностью за предоставленный ему отдых. Альма села на кровати, оглядывая все вокруг.

Когда Аргамон привел ее сюда, сделать этого она не успела. Не заботясь о разрешении, усач вновь воспользовался своими умениями, погрузив ее в сон. Подобное явно входило в привычку мужчины, а значит, спиной к нему поворачиваться не стоит. Мало ли, что может полететь в нее в следующий раз.

В полумраке комнаты Альма различила границы большой кровати, вдвое или даже втрое превосходящей ее родное ложе. Девочка провела ладонью по шелковой простыне, на которой еще не так давно лежала. Необычайно приятна, даже представить сложно, сколько должна стоить такая роскошь. В изголовье кровати – по меньшей мере с десяток подушек, несомненно набитых пухом, в этом Альма почему-то не сомневалась. Пухом, а не жестким гусиным пером, способным оцарапать щеку до крови.

Все в этой комнате казалось нереальным и неправильным в своем богатстве. Слишком большая кровать, водруженная зачем-то на пьедестал, слишком шикарный шкаф у противоположной стены, украшенный невероятными резными узорами, слишком мало напоминает лампа на тумбочке свечу, которой приходилось довольствоваться Альме вечерами в своем углу, готовя задания на завтра…

Из раздумий девушку вывел тихий стук в дверь.

– Госпожа, позволите? – послышался скорей писк, чем голос взрослого человека, Альма же подскочила с кровати, разыскивая взглядом ту самую госпожу, к которой обращаются из-за двери. Но комната продолжает хранить молчание, а значит… Непроизвольно выдохнув, девушка подошла к выходу.

Госпожа… Никогда в жизни девушка не думала, что к ней обратятся так.

Свет из коридора ударил в глаза. В этом доме не чурались использовать магию, даже растрачивая ее на освещение.

У двери стояла девушка, на вид – чуть старше самой Альмы. И стоило последней открыть глаза после того, как она непроизвольно сощурилась от слишком яркого света, как пришедшая уже опустила голову, слегка присев. Как перед госпожой.

– Я пришла вам помочь принять ванну и одеться к ужину.

– Что? – наверное, это слово слышали от нее чаще других в последнее время, но еще ни разу Альма не получила ответ на свой вопрос, а потому подобное грозило повториться еще не раз.

– Я пришла вам помочь, госпожа, – девушка склонила голову еще ниже, повторяя объяснение немного тише.

– Я не… – Альма сама еще не знала, что собирается ответить: что не является госпожой или что не нуждается в помощи, но собеседница договорить ей не дала.

– Пожалуйста, – она лишь на миг вскинула полный мольбы взгляд, а потом опять уставилась в пол. – Мне велено, госпожа. Если я скажу, что вы меня отправили, лорд будет недоволен, пожалуйста…

Раздумывала Альма не больше мгновения. К несчастью, ей знакомо чувство, когда тобой недовольны.

Никогда она не была достаточно прилежна в учебе, молитвах, жизни. Причиной тому было не отсутствие стараний, она старалась, очень. Всегда старалась даже больше, чем подруги по несчастью, просто в ее жизни ничто не могло быть идеальным. Все имело червоточинку.

– Проходи, – отступив обратно в комнату, Альма позволила девушке войти.

Лишь на первый взгляд барышня показалась Альме робкой, скромной и запуганной. Оказавшись в комнате, та будто преобразилась. Щелчок пальцами и тут, как и в коридоре, загорается яркий свет, а незнакомка, уперев руки в боки, обводит комнату серьезным взглядом.

Не слушая протесты, она увязалась вслед за Альмой и в смежную ванную, вот только от помощи в банных процедурах еще вчера послушница безапелляционно отказалась, выставив новую знакомую за дверь.

Та, конечно, попыталась сопротивляться, но посчитав, что может пока приготовить необходимую одежду, сдалась.

Заперев дверь в ванную комнату, Альма на секунду прикрыла глаза. Святой Кастий… Как кровать занимала большую половину комнаты, так и ванна, о которой раньше Альме доводилось только слышать, возвышалась на стальных ножках, а наполнившая ее вода окутывала помещение горячим паром. Все, что могли им когда-то обеспечить матушки – общая баня раз в три дня. Волосы мыть разрешалось не чаще, чем раз в неделю, ведь все время, отданное телу – забранное у воспитания духа, в них же воспитывали именно его.

А в этом доме все будто кричало о том, что она сама, Альма, просто жалкое создание. Жалкое создание в монашеской робе, чуждое богатству обстановки, атмосферы и обитателей дома.

Чтобы скинуть эту самую робу, пропахшую сыростью и ветхостью монастырской спальни, девушке понадобились считанные мгновения, и ровно столько же на то, чтобы скользнуть в горячую ванну.

Все это казалось Альме нереальным. Все, что творилось вокруг. Еще вчера она ложилась спать, чтобы сегодня встать раньше рассвета и прожить день, ничем не отличающийся от прошлого, а теперь оказалась в неизвестном доме, среди неизвестных людей, и даже не людей. И ведь должна бояться. Должна, но почему-то в голове лишь мысли о том, что это правильно. Что так и должно было быть.