Сон о принце (части 1 и 2)

Глава XXXII

Глава XXXII

Практически всю дорогу до города я, вглядываясь в то, как мужик, сидя на корме своей лодки, работает одним веслом, старалась постичь принцип его действий. И не разобралась. Точнее, разобралась, что он не гребет, а скорей направляет свое судно, используя течение в качестве основной движущей силы. Однако это совершенно не объясняло, как нужно действовать, если нужно плыть в другую сторону. Не то чтоб я планировала еще одну речную прогулку... кажется, меня теперь в лодку силком не затащишь... но все же разобраться, чисто теоретически, хотелось бы.

На реке в этот ранний час мы были далеко не единственными путешественниками, но подсказки для меня не нашлось, поскольку на тех лодках, что шли наперекор речному течению, сидело как минимум двое. А как работает команда в несколько весел, мне еще вчера показали...

Наше неторопливое путешествие на буксире тянулось с час или больше. За это время я... ну можно сказать мы провели инвентаризацию нашего багажа. Одежда поделилась на мокрую и на очень мокрую, а практически вся еда оказалась погубленной. Выжил только кусок колбасы. Ну, еще мешочек с крупой был признан не смертельно раненым. Остальное процентов на восемьдесят состояло из воды. Я читала о таком у Джерома, теперь мне довелось прочувствовать те переживания. Особенно жалко было пирожков госпожи Кубик. Но они ради разнообразия погибли ни от воды, а от молока: во вчерашней сумятице неказистый кувшинчик разбился, уничтожив весь гостинец. Так что не довелось Тимке вкусить молочка от Кубиков. Но зато сегодня почувствовавшая себя значительно лучше Йискырзу решила покормить его сама. Не знаю, на что она оказалась способна после ночных вывертов, но пацан был доволен.

***

Обмен лодки на доставку нас в город выглядел весьма разумным решением. Мужик к тому же помог не только выгрузиться на пустующий пирс, но и «доползти» - до запертой старенькой сторожки на берегу. А Йискырзу еще получила от него кучку монеток в доплату. Когда бородач нас покинул, девочка, показав выручку, на понятном мне языке пояснила, что это на еду, после чего обессилено уселась на землю. Я помогла ей перебраться к стенке сторожки, подергала по-прежнему запертую дверь, после чего оглядела «радужные» перспективы. Похоже, мы находились в речном порту. И скорей всего в части, где рыбаки выгружают свой улов. Ничем другим я объяснить устойчивый тухлорыбный запах была не в состоянии. А пустынность наверняка объяснялась ранним временем. Не завезли еще сегодняшний улов. Поэтому вокруг нас были только местные чайки, внимательно исследующие разбросанный по площади мусор. А вот чуть в стороне темнело что-то похожее на баржу, около которой суетливо метались человеческие фигуры. Там, сопровождаясь грохотом и выкриками, кипела жизнь. В другую сторону строй низких безликих зданий, которые выглядели как склады, казались антиподами жизни. Словно кладбищенские монументы. А вот прямо перед нами, в метрах двухстах, стояли двух-трех этажные здания выглядящие более привлекательно. Около них ходили люди, и даже проехала странная повозка. Почти цивилизация. Только площадь перейти.

Я оглянулась на попутчицу. Девочка явно чувствовала себя лучше. Однако готовность к марш броску через площадь у нее была просто никакая. Может даже отрицательная. Поняв мои измышления размышления, Йискырзу вытащила пяток монет, и, протянув их, выдала журчащую фразу, в которой понятно прозвучали только сакральные «есть-пить». Однако кивок в сторону зданий, пояснил ее мысль... Собственно, а почему бы и нет? Заодно новых впечатлений наберусь.

Взяв деньги, я решительно двинулась через площадь, распугивая недовольных чаек. Прям как Буратино, готовый купить целый мир, за пять монеток.

Впечатление номер раз: большинство мужиков, то есть восемь из двенадцати, ходит в однообразных парусиновых комбинезонах. Но вот на шее обязательно повязан цветастый платок или шарфик. Ну, если вспомнить что мы в порту, то можно допустить, что униформа для речников едина, но вот принадлежность конкретному кораблю определяется платком. Версия не плоха. Примем как рабочую.

Впечатление номер два-с: Это что? Лошадь? Похоже, я знаю, где Ершов надыбал прототип для Конька-Горбунка!.. Так секундочку, это что, получается, я у своих принцев требовала наличие вот такого чуда? Да еще белого цвета?! И ведь уговорила, что они обязаны его иметь, чтоб считаться настоящим принцами. Сейчас буду ржать... И громче чем местные коньки.

Впечатление три-с: порт явно видел лучшие дни. По зданиям видно. Потасканный у них вид. Издали неплохо выглядят, а ближе подойдешь... там лепнина откололась, там краска облезла, а там ступени словно обгрызенные. И главное везде и на всем залежи грязи, до которой никому нет дела. То есть никому нет дела до того, чтоб выглядеть солидно и респектабельно. Значит, новых клиентов не ждут. Не перед кем форсить. Все катится по наезженной колее без предполагаемого развития. А как учил меня когда-то дед, не ставишь цели повыше, скатишься пониже. То есть захирение обеспечено. Потом можно припомнить профессора Преображенского с его теорией создания разрухи в туалете. Потом бабушкину присказку, что жить в грязи себя не уважать... Короче подходила я к домам практически уже со сложившимся мнением.

Да и унюханные эмоции прохожих своей тусклостью только упрочили мою предвзятость. Работяги-трудяги, но без какой-то искры. Даже их желания перекусить-поспать-обогатиться несли в себе обыденную серость будней.

Однако, отслеживая эмоции проходящих мимо людей, я в первую очередь искала реакцию на свое появление. Но меня словно не замечали. Возможно из-за того, что это порт, и здесь привыкли к странным новичкам. Или я за время путешествия настолько сильно пообтрепалась... то есть слилась с окружающим миром, что уже просто от местной не отличить. Не то, чтоб мне хотелось излишнего внимания, но как-то обидно. Хотя, скорей всего, оно и к лучшему. Не выделяюсь, словно белая ворона...