К чему приводят шалости

Глава 3

Спустя четыре месяца...

Шел седьмой день пути. Вынужденная инертность начинала действовать на нервы. Благо, меня посадили в экипаж с лучшей подругой Генриеттой. Неделю в карете с Рейчел я попросту не вынесла бы, и одним дозорным непременно стало бы меньше. Кто из нас двоих одержал бы победу, неизвестно. Как по мне, наши силы были равны, только содержание яда и коварства в блондинистой кобре превышало все возможные пределы. Она вряд ли в сражении действовала бы честно и открыто...

В любом случае мне повезло, и теперь общество и нытье Рейчел Саливан приходилось терпеть еще одной нашей одногруппнице – Розмари Юлинс. Но основное мое везение заключалось в том, что я оказалась среди избранниц магистра Морриса. Только четыре выпускницы ведьминского факультета удостоились чести служить на восточной границе.

Почему я так рвалась туда? На то имелось много причин. Во-первых, работа дозорного высоко оплачивалась, во-вторых, срок службы составлял всего пять лет, после чего ты вольна делать, что пожелаешь. Деньги тратить здесь было негде, вдобавок мы находились на полном обеспечении страны. Но и это еще не все. После окончания службы империя щедро одаривала своих верных сыновей и дочерей. Так что сумма накоплений получалась до неприличия огромной. Безбедная жизнь обеспечена до конца дней. Хочешь – работай, хочешь – лежи себе в тени раскидистого дуба и наслаждайся теплом послеобеденного солнца.

Откуда знала? Мой отец служил в свое время на границе. Правда, на южной. Я хотела пойти по его стопам, заставить родителей гордиться мной, хотя они и не разделяли моего рвения, ведь работа на границе таила в себе много опасностей...

Но с момента, когда маска слетела с лица магистра Морриса, желание видеть его, быть с ним рядом перевесило все имевшиеся ранее причины. Наверное, получай я пару серебряников вместо полагающихся десяти золотников, служи десять лет – все равно отправилась бы в Хелсин при условии, что Тейлор будет там. И это при том, что восточная граница воспринималась нашим народом как край света…

«Быстрей бы мы уже приехали!» – взмолилась про себя.

Согласно подсчетам, до места назначения осталось не более семи часов пути. Выдержало ли больше мое и без того истерзанное долгой разлукой сердце?

Тоска по магистру с каждым днем становилась нестерпимее. Я не видела его с выпускного. С того самого дня, когда он впервые предстал перед адептами и всем преподавательским составом в истинном обличье. На нем не было ни привычной маски, ни синей мантии. Даже голову не покрывал капюшон плаща. Принц Рейнольдс позволял каждому желающему насладиться его красотой и величием, к которым присоединилось и восхищение, едва по рядам студентов и выпускников Высшей академии магии пронеслась новость, что младший сын императора стал главой безопасности вверенной ему восточной границы. Немногим титулованным особам хватило бы смелости сделать такой опасный и в чем-то даже дерзкий шаг.

Конечно, принц явился в академию в день выдачи дипломов не для того, чтобы поздравить выпускников, засвидетельствовать свое почтение ректору или попросту покрасоваться. Он пришел с единственной целью – принять присягу у адептов, которым посчастливилось получить распределение в Хелсин. Вот только в момент произнесения торжественной речи, будучи коленопреклоненной перед бывшим преподавателем, я, казалось, давала клятву верности не столько империи, сколько ему самому.

Я была последней, словно оставленной на закуску или же ягодкой на десерт. Встреча длиною в минуту после двух месяцев отсутствия магистра походила на пытку, а не награду. Ни одного лишнего слова, ни одного лишнего движения, ни малейшего касания. Хотя преподаватель и раньше их не допускал. Даже после Дня шалостей и пакостей, когда открылась правда о нем, наше общение сводилось к четким командам, скудному и безэмоциональному изложению материала и беспрекословному выполнению задач. Но тогда я радовалась и этим крохам. На выпускном же мне захотелось большего.

К празднику я подготовилась основательно – роскошное синее платье на заказ, серебристые туфли, серебряное колье, серьги, шпильки с горным хрусталем. Высокая прическа открывала шею, позволяла удлинить ее. Было проделано немало работы лишь с одной целью – заставить магистра Морриса обратить на меня внимание. Удалось ли? Я понятия не имела.

Он перешел от Генриетты ко мне с невозмутимым видом. С тем же бесстрастным лицом бывший преподаватель выслушал мою клятву, после чего протянул круглый резной жетон. Хотя в тот момент, когда я подставила ладонь, чтобы забрать его, мне показалось, будто взгляд фиалковых глаз смягчился, в них появилась теплота, а губы дрогнули в улыбке. И он медлил, не разжимал пальцы, не выпускал цепочку из руки, будто намерено оттягивал момент расставания. Но, возможно, мне все это лишь показалось…

– Не знаю откуда, но, уверена, ты знала, кто будет принимать у нас присягу. Иначе с чего вдруг так разоделась? Могла бы и мне сказать, я бы тоже что-нибудь понаряднее надела, – не без тени обиды сказала Генриетта, как только принц Рейнольдс исчез в пространственном портале.

Несмотря на сложности и некоторые негативные моменты, я не единожды вспоминала тот день, любимые фиалковые глаза и церемонию вручения дипломов. Хотя последняя отождествлялась у меня с комедией «День уборщика». С метлами в руках мы походили ни на ведьм, а на дворников, стоящих на страже чистоты и порядка.

Но радость того дня быстро прошла. За выпускным вновь последовали два месяца разлуки и полного неведения. Что с ним? Кто с ним? Хоть меня не должны были тревожить эти вопросы, я задавалась ими.