Неправильный оборотень

Княжич

Это случилось на второй день после восстановления хвоста лисицы.
Накануне вечером мы слышали какой-то шум у замковых ворот. Я вернулся из патруля почти ночью усталый – было тяжёлое дежурство.
Да и магическое истощение после «лечения» лисицы сказывалось. Потому даже на занятие к магу не пошёл. Присел на кровать передохнуть на минуту, да так, сидя, и уснул. Как Сувор стаскивал с меня сапоги и куртку совершенно не почувствовал.
А вот поутру и узнал о вечерней суете и ее причине. Рассказали, что княжич приехал. Старший сын князя нашего Светлана. Княжич Сивал. Странно его назвали.
Имена наших князей обязательно включали слово «светлый» - Светломир, Светлодар, Светлан… И младшего княжича звали, как положено, Светлояр. Говорят, мать Сивала так пожелала, все обычаи родового имени переупрямила.
Как бы то ни было, мне дела никакого не было ни до того княжича Сивала, ни до его свиты. До поры, до времени…
В первый день после восстановления хвоста лисице велено было отлеживаться. А сегодня Янсель разрешил Лийсе приступить к работе, но ни в коем случае не магичить.
Знахари непроизвольно задействывают магию при изготовлении зельев. Значит, никаких приготовлений настоек, мазей и другого. Хотя поставленный контур установился, но границы его еще не до конца укрепились.
Лийса обрадовалась. Всего день-то прошёл, а ей уже лежать в кровати надоело! Хотя слабость ещё была…
Возле главного входа стояли конюхи с лошадями в поводу. Никак, княжич со своими товарищами верхами прокатиться по городу решил… Эти самые лошади сегодня в нашей конюшне ночевали… Да нам-то что?
Я вместе с другими тренировался с мечами на плацу, когда отметил, что Лийса мимо лошадей и входа в здание замка направляется к казармам в целительскую комнату к Шутю Медному. Отвернулся, занятый учебным боем.
Работать приходилось против Тацины. Ох, и медведь! От деревянных мечей только щепки летели. Опять Тилай, заведующий изготовлением и починкой тренировочного оружия, ругаться будет. Ну, так пусть Тацина ему сегодня отчитывается, в этот раз я ни при чём…
Тем временем, из замка, по-видимому, вышли и сели на лошадей. Потому что увидел я только кавалькаду всадников, направлявшихся к воротам. Отвлечённый манёвром противника, не сразу заметил, как всадники изменили направление и уже приближались к плацу.
Тренировочные поединки прекратились один за другим по мере приближения высоких гостей. И если поначалу мы думали, что княжич возжелал посмотреть на тренировки, то вскоре всем стало ясно, что не бои привлекли гостей, а стройная фигурка с рыжими волосами.
Мы с десятником тоже отвлеклись от боя – происходящее чем-то настораживало.
Лийса, солнечно улыбаясь, шла и махала рукой знакомым, пока не замечая интереса со стороны.
И вдруг среди группы всадников я увидел Грахиша. Он, указывая нагайкой на Лийсу, что-то объяснял светловолосому парню, державшемуся впереди всех – верно, это и был княжич Сивал.
Только с какой стати Грахиш свободно разгуливает да ещё с княжичем беседует, если он под арестом должен находиться?
Как будто отвечая на мой невысказанный вслух вопрос, подошедший Тацина, отирая пот, проговорил сквозь зубы:
- Дерьмо не тонет! По приказу княжича выпустили. А тот и слушать ничего не желает. На Весёлого ногами топал, орал, что двусотника самого разжалует и под арест посадит... Всё ждёт не дождётся, когда власть получит.
И резко замолчал, видимо, жалея о последних словах. А мне очень не нравилось то, что происходило возле Лийсы.
Светловолосый парень сначала о чём-то заговорил с лисицей, потом спешился, оттолкнув подбежавшего Грахиша, шагнул к девушке и попытался взять её за руку. Ветер дул от нас и не давал расслышать слова. Лийса отступила и что-то гневно ответила, оглянулась в нашу сторону.
И в этот момент парень схватил её за косу!
Я действовал на инстинктах, не задумываясь. И сам не заметил, как оказался возле девушки. Перехватил рыжий жгут волос выше руки светловолосого, ухватившего конец косы, рванул, стараясь не навредить Лийсе. И оттолкнул девушку за спину.
Светловолосый полыхнул злыми пятнами на щеках. Заорал:
- Да как ты смеешь? Кто такой?
Грахиш тут как тут.
- А это, ваша Светлость, тот самый оборотень. Как видите, совсем молокосос, а все беды, именно, от этого щенка…
- Тот самый, говоришь? – Злой прищур глаз. Да что я ему, этой самой светлости, сделал, если вижу впервые в жизни? – Значит, сейчас я его поучу вежливости и как нужно встречать своего будущего князя! И что нельзя перечить моим желаниям…
Действительно, княжич. И да, одержим желанием власти.
И что же теперь делать?
Я рассматривал княжича Сивала. Молодой, но старше Марина на пару лет будет. Белокурые волосы бликуют светлым золотом, забранные в хвост золотой же повязкой. Богатая одежда тоже блестит золотым шитьем и каменьями. Я никогда не видел столь чудного мужского наряда – прямо, как у девок изукрашено, ей-ей... И на лицо парень видный. Такие девушкам нравятся. Только… злой. Может, которой и понравится, но, думаю, не всякой…
Я смотрел на происходящее, как будто со стороны, ещё не зная, как себя повести.
А княжичу тем временем кнут подали. И он, зло ощерившись, слегка пощелкивал кнутовищем, приноравливаясь.
Ну, нет! Избивать себя в угоду высокородному хлыщу не дам!
Лишь только княжич пустил кнутом змейку, пытаясь концом достать меня, я тут же выпустил магический жгут, захлестнул и рванул кнут из неумелых рук. Не знаю, понял ли кто, что я применил магию? Со стороны должно было выглядеть, что я поймал конец и за него выдернул кнут.
Высокородный остолбенел. А я рассматривал отнятое. Богатая вещь! Рукоять кнута сделана из незнакомого мне дерева, вся усыпана мелкими чёрными каменьями. Шероховатая причудливая вязь из каменьев помогала лучше удержать кнут в руке. Кожаный хлыст будто вырастал из рукояти – нигде никакой конец не торчал, не топорщился… Гибкие хорошо выделанные полоски были заплетены плотной хитрой косицей. Хороший мастер вещь делал!
Так… на конце хлыста закреплен железный плоский кругляш. А вот это подлость! Знаю, что такой маленькой железкой искалечить, а то и до смерти убить можно. В сердцах вырвал железяку из кожаной оплетки, а сам кнут отбросил в сторону.
Ох, и взбеленился княжич! За меч схватился. Такой же сверкающий дорогой отделкой, под стать себе…
Видать, не больно-то его на тренировках гоняют. Даже для человека медлителен. Мне уклоняться и уходить в сторону не составило никакого труда, а вот его Светлость знатно запыхался.
Я отклоняться и прыгать от такого противника сколь угодно могу, а вот Светлости уже и злость не помогает – совсем задыхается. И взопрел.
Оглянулся по сторонам. Ближе всех мои парни стоят. Напряжены… Рыжая макушка Лийсы за плечами Тариса и Сувора виднеется.
Так… прыжок вправо. Ага, двусотник спешит – оповестили его, значит, о княжеской «забаве».
Высокородный тяжело дышал, мокрый от пота. Скоро и злость ему не поможет… Чем-то все это должно закончиться. И вряд ли чем-нибудь веселым. Ну, так и есть…
Княжич повернулся к двусотнику и засипел, держась одной рукой за грудь, а другой, бросив изукрашенный меч, указал на меня:
- Взять. Арестовать!
Двусотник, озабоченно оглянувшись на меня, вытянулся:
- Какое основание для ареста указать, Светлейшее Высочество?
А парню-то обращение польстило. Никак Весёлый умаслить его попытался? Только таким злыдням этого мало.
Высочество насупился. И встрепенулся, озаренный мыслью.
- Бунт… Этот оборотень бунтовал против князя!
Весёлый огорченно взглянул на меня. Грахиш же светился – рад…
Оглянулся на своих. Хм, уже боевым клином выстроились… Ишь ты! А Лийса-то уже перед Форратом стоит. Значит, правильно мы всё сделали с её хвостом...
М-да… Уж, если в бунте обвиняют, то не стоит остальных за собой тащить. Пользуясь поднявшейся суетой, крикнул своим:
- Лийсу спрячьте. И сами, в случае чего, уходите. Приказ!