Наложница для советника, или Любовь в сердце пустыни

Глава 16.2

Вопреки расхожему мнению о знатных дамах сплетни я не любила. Я всегда предпочитала проверенную информацию, а сплетни... сплетни — это домыслы людей недалеких, которым не хватает ума, чтобы держать свое мнение при себе. Обычно я пропускала их мимо ушей — слишком много лжи в них могло быть — однако в тот вечер я впервые захотела услышать больше.

Я сидела в одной из комнат для слуг и пришивала на платье леди Альфии оторвавшийся тканевый цветок. Раньше любое близкое общение с иголкой нагоняло на меня тоску, но сейчас я уже более-менее приноровилась: игла ловко проскальзывала через ткань в нужных местах, а мой палец был под защитой наперстка. Работу я закончила быстро и уже собиралась отнести платье наверх, в спальню леди Альфии, как вдруг услышала хихиканье двух молодых служанок, которых взяли в особняк на днях. Я ощущала над ними некое превосходство — еще бы, я ведь здесь уже несколько недель! — и чвуство собственной опытности приятно грело изнутри. Хотя вот их глупый смех порядком раздражал: я не раз замечала, как девушки начинали хихикать и кокетливо улыбаться, завидев идущего им навстречу Аль-Кайрама. Почему-то меня это неимоверно злило, особенно когда он подмигивал им в ответ, и их лица становились такими счастливыми, будто им только что признались в любви. Я знала, что Авир реагирует подобным образом на всех девушек, но ничего не могла с собой поделать. Пару раз я даже говорила об этом новеньким, но они лишь небрежно отмахивались от моих слов.

Вот и сейчас их смех напомнил мне об Аль-Кайраме, поэтому я решила прислушаться к их разговору. Девушки находились в соседней комнате — стирали белье, — но дверь была открыта, и поэтому я подкралась к ней как можно тише, не желая выдать своего присутствия.

— Да брось, не может такого быть! — засмеялась темноволосая смуглая Танвира, засовывая в бадью очередную грязную простыню.

Сейчас было слишком жарко, чтобы работать на улице, поэтому девушкам приходилось трудиться в помещении, где еще хоть немного сохранялась прохлада.

— Правду тебе говорю! — возразила ей темноволосая Равия, невысокая и с пышными бедрами. — В городе все об этом твердят. Я тебе сейчас объясню.

Она утерла рукой пот со лба, а затем отставила постиранное белье в сторону, чтобы принести на его место новое.

— Так вот, — вновь продолжила она, принимаясь за стирку. — Наш господин и в самом деле не из потомственных благородных!

Я навострила уши: неужели сейчас удастся узнать о происхождении Аль-Кайрама? Впервые у меня появилась такая возможность.

— Да неправда это! — фыркнула ее собеседница. — Откуда ж иначе он все свои богатства взял? Он же молодой совсем не мог заработать... Или там нечистые дела какие?

Равия шикнула на нее, и обе девушки засмеялись.

- -Я серьезно, — продолжила служанка. — Наш господин родился к югу отсюда, в пригороде Тирбейна.

— Там же трущобы, — ахнула Танвира. — Неужто и в самом деле там?

— Семья у него была небогатая, но хотя бы свободная. Отец занимался темными делами, а мать коротала дни за домашним хозяйством и подрабатывала, где придется.

— Леди Альфия таким занималась? — поразилась Танвира.

Я полностью разделяла ее удивление. Представить высокомерную мать Аль-Кайрама, которая лишний раз не хотела и пальцем пошевелить, за домашней работой было мне не по силам.

— Да-да! — закивала Равия. — Честно тебе говорю! Так вот, отец у господина был не очень — пил много. Часто бил и сына, и жену. Он умер, когда господину было не больше десяти.

— И он остался совсем один с матерью?

— Да, но не отчаялся, как сделали бы на его месте другие. Вместо этого он отправился в город и нашел себе работу — писцом при каком-то богатом торговце.

— Так откуда ж он умел читать и писать? — поразилась девушка. — Если семья не была богатой.

— Должно быть, леди Альфия настояла на его образовании. Вряд ли отец принимал в этом участие... — махнула рукой рассказчица. — Но самое главное случилось потом! Господин оказался столь смышленым парнишкой, что его работа быстро пошла в гору. В шестнадцать он уже стал правой рукой того торговца, а в двадцать — открыл собственное дело, занялся перевозкой товаров из Тирбейна в Кромленс. Сама понимаешь, мы находимся в пустыне, и не все можно добыть прямо здесь.

— А дальше что? — поторопила ее Танвира, которая даже перестала стирать, так сильно сосредоточившись на истории.

— А дальше господин Аль-Кайрам настолько разбогател, что стал вращаться в высших кругах Кромленса. Однажды он спас жизнь нашего эмира, и с тех пор состоит у него на службе ближайшим советником.

— Потрясающе! — мечтательно вздохнула Танвира. — Словно сказка какая!

— Да, — согласилась с ней Равия, — нам такое и не снилось. Ты-то хоть писать умеешь?

— Немного… — потупила глаза девушка. — Свое имя только.

— Вот и я так же. — вздохнула Равия. — Но все равно нам таких успехов никогда не добиться - мы же всего лишь женщины.

— Зато мы работаем на господина Авира! — попыталась ободрить подругу Танвира. — Разве можно еще о чем-то мечтать?

— Пожалуй, ты права, — согласилась Равия. — Жаль только, что внимания он нам уделяет мало. Все крутится вокруг этой своей ...