Игры призраков

Глава 2

Взгляд принца Сенлина рассеянно скользил по старинному трактату, написанному на шелке. Однако те идеи, которыми знаменитый автор наполнил свой многолетний литературный труд, совершенно не увлекали принца, хотя начинал он чтение с интересом. Считалось, что именно в этом сочинении подробно описаны способы воскрешения мертвых. К сожалению, комментаторы были не совсем правы. Примерно с середины становилось понятно: автор предлагал воскрешать усопших не в прямом, а в переносном смысле. А в действительности призывал смириться с потерей и предаться философии. Вовсе не за этим принц велел отыскать древний трактат в императорском книгохранилище. Почтенный автор не оправдал надежд принца. Тот с досадой отшвырнул шелковый свиток в сторону и отвернулся к распахнутому окну в сад, когда дверь отворилась, и появился слуга. Поклонившись, произнес:

— Император приглашает вас в Черный зал и ждёт с нетерпением.

— В Черный зал? — переспросил принц. — С чего бы это? Разве кто-то приехал?

— По всей видимости, да. Хотя точно пока не известно.

Принцу вовсе не хотелось отправляться на другой конец огромного дворца и битый час сидеть в мрачном помещении, где стены и потолок были покрыты черным шелком с вышитыми золотыми нитями узорами, а в углах мерцали гигантские мечи, способные обезглавить человек пять одним махом. Там обычно принимали посланников и правителей дальних провинций, дабы гости прониклись суровым величием императорской власти.

— Скажи, что я плохо себя чувствую.

— Боюсь, это не поможет, — сочувственно отозвался слуга. — Мне дали понять, что ваш отец будет настаивать на встрече. Видимо, он придает ей большое значение.

Из этих слов можно было сделать вывод, что отказаться вряд ли возможно. Поэтому пришлось подчиниться.

***

Да, Черный зал с детства казался принцу самым мрачным помещением во всем дворце. Однако это дело вкуса, и довольно многие считали зал для приема посланников (как уже упоминалось, не иностранных, а из провинций империи) величественным и впечатляющим. Император восседал в центре зала на троне из черного нефрита, покрытого причудливой резьбой и позолотой, вокруг расположились советники и другие приближенные.

Движением руки император указал сыну место возле себя и, когда тот опустился на сиденье, произнес:

— Нам доставили срочную весть из провинции Данвэйн. Дело не терпит отлагательств. Кажется, там произошло нечто из ряда вон выходящее. Поэтому я и распорядился позвать тебя. Надеюсь, не отвлек ни от каких важных занятий?

— Мое время всецело принадлежит вам, дорогой отец, — привычно ответил принц.

— Ну-ну. Хорошо, что ты об этом ещё помнишь.

Император распорядился:

— Пусть тот человек зайдет.

И вот в боковой стене раздвинулись ажурные перегородки из темного дерева, и в зал вошёл незнакомец. Точнее было бы сказать: “вошла незнакомка”. Несмотря на то, что фигура была полностью скрыта складками широкого дорожного одеяния, а лицо — пеленой из тончайшей ткани, по росту, походке и силуэту сразу стало ясно: перед собранием предстала молодая женщина.

Она нерешительно сделала десяток шагов и замерла на месте.

— Подойди ближе, — распорядился император, а когда незнакомка поспешила выполнить приказ, добавил: И открой лицо.

Незнакомка склонилась в низком поклоне, потом медленно сняла полупрозрачную пелену, закрывавшую ее лицо. Была ли она на самом деле так красива, как показалось большинству присутствующих на первый взгляд? Некоторые впоследствии утверждали, что это был всего лишь обман зрения и обычные женские уловки, позволяющие сильно приукрасить внешность. Хотя критики высказывались намного позже. А в тот момент мало кто смог бы отрицать, что в столицу из провинции Данвэйн прибыла редкостная красавица. Ее нежная кожа отличалась ослепительной белизной, черты лица были безупречны. Алые губы будили мужское воображение, а миндалевидные глаза с длинными черными ресницами были скромно опущены.

— Расскажи, кто ты такая и что привело тебя в столицу, — милостиво распорядился император. — Ты привезла послание от правителя Танчженга, не так ли?

Красавица вновь поклонилась и ответила мелодичным голосом, негромким, но звучавшим особенно отчетливо в наступившей тишине.

— Да простит меня божественный император, но я осмелилась явиться ко двору безо всякого послания. Больше того, я приехала сюда втайне от правителя Танчженга.

Это становилось уже довольно-таки любопытным. По крайней мере, такое заявление нарушало сложившийся веками придворный этикет, что уже казалось необычным и заслуживало внимания. Окружавшие императора сановники навострили уши. А неизвестная красавица продолжила:

— Я посчитала своим долгом предупредить об опасности, которая нависла над нашей провинцией. Возможно, даже над всей страной. Поэтому и позволила себе приехать. Только это в какой-то степени извиняет мою дерзость.

— Продолжай. Так что там у вас стряслось?

— Вероятно, великий император уже заметил, что из провинции Данвэйн уже очень давно не было вестей…

— Уже давно? — остановил ее император и обернулся к советникам: — Кто там у нас отвечает за связи с теми краями?

Пришлось советнику Нэю подняться и предстать перед всем блестящим собранием. А надо признать, что этот советник очень не любил привлекать к себе внимание и отличался не свойственной большинству придворных скромностью. Зато мог похвастаться крепкой памятью, поэтому мгновенно выдал правильный ответ:

— Последний отчёт был прислан в канцелярию в марте прошлого года. Но налоги полностью поступили в казну, так что…

— Не так уж и давно, оказывается, — отозвался император. — Благодарю за службу, советник.

Нэй, гордый, будто павлин во время брачного танца, с достоинством вернулся на прежнее место.

— Итак, слушаем тебя, — вновь обратился к гостье император. — Как твое имя, кстати?