Друг брата в подарок

Глава 4. Бросаю вызов высоте

На следующей неделе я пришла на скалодром. Мне уже исполнилось 15 лет, поэтому было достаточно письменного согласия родителей, чтобы меня пустили полазить без сопровождения взрослых. Ну а при известной сноровке такой документ можно создать и не обращаясь к родителям, что я, в общем, и сделала.

Я знала, что раз в неделю сюда приходит Андрей, чтобы поддерживать форму — это я краем уха слышала из их разговора с Егором — но не знала, когда и в какой именно день. Поэтому решила ходить просто все время, рано или поздно мы ведь пересечемся, правда?

Всё оказалось не так сложно, как я думала в начале: инструктор — пожилой грустный дядька — отвел меня к самой простой трассе, помог надеть специальный пояс и показал, как с помощью двух специальных карабинов пристегивать веревку к силовой петле страховочной системы. Потом очень доступно объяснил, как я буду спускаться, и даже разок меня проконтролировал.

На удивление, мне понравилось. Благодаря занятиям волейболом я не была совсем уж хилой и неплохо забиралась наверх, а то, что я лезу на реально высокую стену, приятно щекотало нервы. Вот бы пришел Андрей и увидел, как у меня здорово получается!

Но его не было ни в понедельник, ни во вторник, ни в среду… А когда я зашла в зал в четверг и нашла глазами инструктора, мне чуть не стало дурно. Сегодня вместо знакомого дяденьки была та самая Маша, с которой Андрей сосался на дне рождении брата. В яркой футболке с логотипом скалодрома и леггинсах. Кстати, несмотря на невысокий рост, ноги у неё оказались довольно длинными.

— Привет! — помахала она мне с широкой улыбкой. — Ты сестренка Дарка, да?

— Егора, — мрачно поправила я её. Меня почему-то раздражало это прозвище брата. Он его как приобрел на 1 курсе, так оно к нему и прилипло.

— Первый раз на скалодроме? — лучилась она доброжелательностью. — Разрешение от родителей принесла?

— Не первый, — процедила я сквозь зубы. — Принесла, конечно. Показать?

Как же противно быть подростком. Тебя даже за человека не считают! Относятся как к несмышленышу какому-то.

— Я тебе верю, — ласково рассмеялась Маша, а меня аж затрясло. Вот только не надо этого дружелюбия. Последнее, чего мне сейчас хотелось, это мило общаться с девушкой Андрея.

— Дай страховку, — буркнула я, глядя себе под ноги.

— Держи. Давай помогу надеть и покажу, как с ней надо обращаться.

— Не надо, — я буквально выдернула у неё из рук страховочный пояс. — Я знаю, как закреплять. Уже несколько дней сама все делаю, и никаких проблем не было.

Маша поджала губы, было заметно, что моя грубость её задела.

— Как хочешь. Но перед тем, как лезть, позови меня — я проверю, чтобы все было правильно.

И отошла. Я торопливо пристегнула веревку к петле пояса, пропустив её через карабин. Черта с два я стану ждать эту Машу. Не дурочка же вроде, с первого раза поняла, как и что крепить. Не надо меня, как маленькую, контролировать и проверять.

Увидев, что я готовлюсь залезать, Маша решительно зашагала ко мне, но вдруг отвлеклась и засияла широкой улыбкой:

— Андрей!!!

Я судорожно обернулась: он стоял на пороге зала и ласково смотрел на свою Машу. Меня даже не заметил. На нем были шорты и синяя майка, и я непроизвольно сглотнула, увидев обнаженные плечи Андрея. Какой он красивый, божечки, невероятно красивый.

Надо залезть скорее, пока эта Маша не пришла со своими унизительными проверками. Пусть Андрей увидит, как хорошо я держусь на стене. И может… и может, он даже согласится взять меня в августе в горы, куда они собираются вместе с Егором.

Я стала старательно карабкаться наверх, но получалось почему-то хуже, чем в прошлые разы. Очень ныли мышцы рук, даже те, о существовании которых я раньше не подозревала. Я ощущала свое тело нелегким грузом, который приходилось буквально втаскивать наверх. Да, боюсь, до самого верха я не доберусь и не смогу поразить воображение любимого своими победами.

— Полина?! — вдруг раздался изумленный голос Андрея. — Ты здесь откуда?

От неожиданности тело дернулось, нога соскользнула, и я полетела вниз. Страховка сработала, как и должна была: веревка резко дернулась, принимая на себя мой вес и удерживая, но внезапно — я почему-то видела это, как в замедленной съемке — сильный рывок веревки ударил по карабину, и он расцепился. Теперь ничто меня больше не держало в воздухе, и я тяжелым мешком рухнула на маты. Плечо обожгло такой резкой болью, что я вскрикнула и на некоторое время провалилась в темноту.

— Полина, Полина! — истерично звал меня женский голос, я разлепила глаза и увидела перед собой перепуганное бледное лицо Маши.

— Видишь нас? —  донесся знакомый ровный голос Андрея. — Кивни, если да.

Я заторможенно кивнула.

— Уже хорошо, сотрясения вроде нет.

— Да тут же маты! —  повысила голос девушка. — И падала она максимум метров с двух. Тут вообще нереально травмироваться.

— Не факт. Смотри, она плечом ровно в промежуток между матами вписалась. Как минимум сильный ушиб точно будет.

Отвратительное ощущение, когда в твоем присутствии о тебе говорят в третьем лице. Андрей обсуждал меня со своей Машей так, как будто я не лежала тут прямо перед ними.

Я села с усилием. А ничего, терпимо. Голова только гудит, и больно там, где ударилась. Но жить однозначно буду.

— Как она вообще упала? Ты проверяла, как страховка закреплена?

— Не успела, она без моего разрешения полезла.

— Что-о-о?! — судя по тону Андрея, ничего хорошего меня не ждало. — Полина, мы тут не в игрушки играем, ты же могла серьезно покалечиться!

Он положил руку на плечо, пытаясь привлечь мое внимание, но я зашипела от боли.

— О, — странным голосом сказал Андрей и аккуратно пробежался пальцами по плечу и возле шеи, — на самом деле на перелом ключицы похоже.

— Ты серьезно?! — Маша вскочила на ноги. — Перелом? Да меня же уволят! Еще и по судам затаскают из-за этой дуры малолетней. Я же говорила ей: дождись меня!