Не мой инквизитор. Последняя ведьма

Глава 11

Через какое-то время мы снова сидели в машине и ехали обратно к Черному Ручью. Гас долго созванивался со своим начальством и рассказывал им об этом случае. Инквизиция всполошилась, обещала нагрянуть в городок и перетрясти здесь все, но это случится не раньше завтрашнего дня. Надеюсь, этой женщине хватит ума не сбежать и дождаться служителей магического закона.

— Как думаешь, может стоило вернуть ей Кристобель? – спросил Гас между делом.

— Это так не работает. Она продала артефакт и честно получила за него плату, больше он не принадлежит той семье. А если бы и да, то ты бы потерял куклу в их доме, машина бы сломалась, поднялся бы ураган, не выпустивший нас из Стылых Стен. Ведьмы, даже мертвые, не теряют свои вещи.

— Но почему кукла выбрала хозяином меня, а не тебя? Это было бы логичнее.

— Значит, тебе она нужнее. Или ты доставишь ее к кому-то, кому нужнее. Я и без артефактов могу разнести городок вроде нашего Ручья или этих Стен.

Он хмыкнул, выражая недоверие, но я только пожала плечами. Думает, что хвастаюсь? Да пожалуйста. Еще не хватало спорить о колдовстве с начинающим инквизитором-музыкантом. Виолончель, надо же!

— Ну что, проверим ритуал? – я вытащила из кармана куртки листок с распечаткой и развернула его. Почитаешь, так полный бред: какая-то песня, хождения по кругу, танец, но из всего, что мы видели у Дженни, это больше всего походило на настоящее колдовство.

— Знаешь, мне все равно не по себе. Давай оставим это инквизиции.

— Если боишься, могу и сама.

— Нет уж. Хочу своими глазами увидеть, какая из тебя ведьма.

Я хмыкнула и снова уставилась на лист. Буквы прыгали перед глазами, но и от беглого взгляда на них по спине бежал холодок, а пальцы покалывало. Я не смогла бы объяснить это нормально, просто чувствовала – это настоящая магия, пусть и неправильная. Обычно от заклинания ты словно бы впадаешь в транс, здесь же просто потряхивало и тошнило.

Айлиша не смогла бы сама такое сочинить, значит, нашла где-то куски и бестолково их соединила. Вряд ли она всерьез собиралась кому-то навредить, или думала о том, что ее заклинание опробуют в деле. Одно я знаю точно – в Айлише, несмотря на все ее курсы, нет ни капли магии. Было бы иначе – она бы первая и пострадала от своего обряда. Даже у меня окончательно занемели пальцы и начала кружиться голова.

На минуту прикрыла глаза, чтобы ничего не мельтешило и почти сразу почувствовала, как машина Гаса плавно сворачивает к обочине.

— Тебе плохо? – тут же спросил он. – У меня есть вода и печенье.

— Зря не молоко, — выдавила я и все же открыла глаза. – Самое то для джентльменского набора хорошего мальчика.

— А вдруг я плохой? – он так потешно приподнял одну бровь, что захотелось щелкнуть его по носу. Плохой, как же. До самого побережья не найдешь большей милахи, чем этот виолончелист.

— Не смеши, — ответила я. — А если кто так скажет – не верь, это простая лесть.

— Мы же с тобой несколько дней знакомы.

Он говорил это в шутку, но где-то внутри меня росло желание сказать: только не разочаровывай меня. Вокруг столько людей с гнилью внутри, давай хотя бы ты окажешься милым и добрым парнем, самый большой недостаток которого – работа в инквизиции.

У нас ничего не выйдет. Инквизитор и ведьма – слишком пошло и глупо, это парочка из дешевых любовных романов, а не реальной жизни. Но одна мысль, что где-то есть парни вроде Гаса будет греть и поддерживать меня.

— Куда отправимся? – спросил он.

— Туда же, где нашли Дженни. Если проверять, то все до конца.

***

Пока добирались к Черному Ручью погода окончательно испортилась. С неба хлестал дождь, а ветер почти сносил машину с дороги. Настоящий ураган, пусть и не такой разрушительный, как случалось ближе к побережью.

Мег почти не реагировала на погоду, просто держала перед собой листок и беззвучно шевелила губами.

— Уже колдуешь? – осторожно спросил Гас.

— Учу наизусть. Не с бумажки же мне читать, так и сгореть можно или сжечь кого-нибудь. А вашей святой инквизиции только дай повод – вцепитесь клещами и уже не отпустите.

— Я думал, такой опытной и могущественной ведьме все равно, откуда читать заклинание.

Мег посмотрела на него, как на умалишенного и тяжело вздохнула:

— Диплом физика-ядерщика не дает тебе индульгенцию носить урановые бусы. Напротив, если ты толковый физик, то точно не будешь так делать. А я не буду читать текст такого ритуала с листа.

Спорить с ней не хотелось, хотя Гас помнил содержание. Странный стих о ветре, травах и росе, ничего зловещего или магического, наткнешься на такой в соцсетях – и не задержишь взгляд. Но Дженни он убил быстро и надежно, как самое эффективное оружие. Вдруг все же не оно?

Гаспар сомневался все время, пока они ехали, даже тогда, когда Мег первой вышла из машины и отправилась к внешнему кругу кромлеха. Такая маленькая, ссутулившаяся от холода фигура, укрытая безразмерным балахоном ветровки. Дождь хлестал по ней, а ветер трепал волосы.

Лист с описанием ритуала она оставила на сиденье, Гас подобрал его и тоже выскочил наружу, не прихватив зонт. Мокнуть глупо, но бегать за Мег с ним – еще хуже, как и стоять в сухости, пока мокнет девушка.

Она как будто вообще не замечала дождя. Добралась до того места, где нашли Дженни, и сдернула капюшон. Издали казалось, что она просто стоит на месте, но когда Гаспар подошел ближе, увидел, как шевелятся ее губы.

…Пусть ветер речной растреплет мне косы,
Высохнут слезы росой по утру,
И пусть горевать о тебе слишком поздно,
Цветами на поле я прорасту…

Слова Гас помнил, хотя и не пытался заучивать их, как Мег. Скорее сказывалось музыкальное образование и привычка запоминать много всего. Он мысленно повторял слова, смотрел на дождь и стоящую под ним Мег и представлял Дженни на ее месте.

Такая молодая. Зачем она связалась с магией? Чего хотела добиться?

…Стало не властно надо мной одиночество,
Звезды расскажут секреты твои.
Нашептывать имя больше не хочется,
Сердце разорвано от черной любви…