Миа: Замуж по воле Солнца

1. Отъезд в новую жизнь

— Миарет, дорогая, улыбнись! Ты поникла, как сломанный цветок. Мы же тебя не в Темную башню[1] отправляем, а к моей сестре Отилии. Уверена, ты замечательно проведешь время. — Королева Иоланта обняла меня за плечи и легко поцеловала в лоб.

В ее прекрасных глазах светилась свойственная эльфам неизбывная грусть и мудрость прожитых столетий. На бледных щеках впервые за эти дни проявился румянец. Возможно ли, что тяжелый недуг, вызванный давним проклятием, отступил?

— Право, жаль отпускать тебя, но настала пора определиться с женихом. Рик тянул с этим непозволительно долго. Я говорила, дорогой, что невозможно вот так просто выбрать между Роэнном и Сеттом. Они оба великолепны. Это я тебе как женщина говорю!

— Это меня и пугает, милая, — шутливо парировал ее супруг, король Ильса Дитрик I. Его небесно-голубые глаза засияли теплой улыбкой, когда он взглянул на меня. Он уже полгода как король Ильса, но для друзей — по-прежнему просто Рик. Мой любимый дядя и единственный родной человек во всем мире. — Но ты права: принц и герцог — кузены и выросли вместе. Уникально сильные маги и храбрые воины. У Мии будет возможность выбирать, раз уж оба заинтересовались ею. Надеюсь, узнав личные качества женихов, она изберет одного из них уже осознанно.

«Конечно. Принц Роэнн — высокомерный сноб, а герцог Сетт — грубиян и невежа! Кого же из них мне выбрать, а?»

Но тут проснулась совесть: ‘Неблагодарная девчонка! Сноб и невежа неустанно носились над Алмазными горами, чтобы спасти тебя’.

Ох, нет, это не моя совесть (она не настолько чуткая), а фамильяр — Билли. Знакомьтесь! Фамильяры в нашем мире существа редкие, и многие забыли о них или думают, что это сказки.

‘Сказки! Ну и пусть думают дальше... Захотят ограбить пещеру хозяина, их ждет сюрприз!’ — Я поморщилась от злорадного писка в ушах.

Мой Билли — драконий страж, предназначен для охраны сокровищ дракона. Это существо тонкого мира обитает в подпространстве и ментально связано со мной. Как он стал моим фамильяром? Виноват предок: я дальний-предальний потомок знаменитого дракона Вардена арк’Лейра. Во мне возродилась частица его крови, причем так активно, что Билли (и не только он, а вообще все, кто в нашем мире имеет вторую ипостась: драконы, оборотни-зары и демоны) признал во мне потомка своего обожаемого хозяина и стал охранять.

‘Да, и это демонски сложно, бедовая ты девчонка!’

«Не начинай!» — проворчала я недовольно. Признаю: в охране я нуждаюсь. Аристократка без магии — нелепица в нашем мире! Но что поделаешь, наше Солнце — Шандор [2] при рождении обошел меня своим благословением, в то время как многие простолюдины — довольно сильные маги.

В гостиной, куда меня позвали перед отъездом, были приспущены шторы — жаркое августовское солнце наполняло комнату желтым рассеянным светом. Яркий блеск позолоты на мебели и стенах составлял эффектный контраст с черным шелком платья королевы Иоланты и камзолом короля Дитрика. Я в светло-голубом дорожном наряде сама себе казалась неуместным здесь пятнышком.

— Хочу дать тебе совет, детка. Выбирай сердцем, слушай его и не ошибешься»! — Трехсотлетняя королева с обожанием взглянула на своего красавца мужа. Дитрик дей’Холлиндор слишком сильный маг, потому волнения и возраст, приближающийся к ста десяти годам, на его внешности никак не сказались: он выглядит лет на тридцать пять и так же безупречно красив, как и шестьдесят лет назад, когда королева Иоланта влюбилась в собственного советника. Их брак долгое время не признавали равным. Слава Шандору, эти времена в прошлом. Говорят, любовь — непозволительная роскошь для королей. Мне приятно думать, что это ошибка, ведь я единственная наследница дяди и когда-нибудь (надеюсь, очень-очень нескоро) мой сын или дочь взойдет на престол Ильса.

— Хорошо, Ваше Величество, буду слушать подсказки сердца, — пообещала я, растроганная ее искренностью. Королева Иоланта довольно закрытый человек, да еще и некромант, что также не располагает к излишней мягкости и общительности. За те полгода, что мы знакомы, она нечасто бывала столь откровенна.

Статс-дама двора (про себя я звала ее надсмотрщицей) графиня дей’Анс заглянула в гостиную, за ее спиной прятались фрейлины — Арисса дей’Эгол и Кара ди’Брисо. Строгий дворцовый этикет в Летней резиденции не соблюдался, но дамы почтительно склонились перед венценосной четой.

— Все готово для поездки сьерры маркизы, Ваше Величество, — проговорила статс-дама, придирчиво зыркая на меня — выискивая какие-то упущения в моем туалете. Но все было в порядке: от уложенных в высокую прическу русых волос и небольшой кокетливой шляпки до шелковых бантиков на летних туфельках.

— Провожу тебя до портала, детка. — Король галантно помог мне подняться.

Я благодарно улыбнулась Рику, мне так приятно побыть с ним еще немного. Мы видимся редко — управление государством занимает почти все его время.

— Светлого дня, Ваше Величество, — я склонила голову, прощаясь с Иолантой. Королева, улыбаясь, махнула рукой в благословляющем жесте. Прекрасная и величественная, она осталась в этой светлой гостиной, а мы миновали анфиладу комнат и прошли к главному холлу.

***

— Не лучше ли вам остаться с ее величеством, Рик? — Мне было неудобно, что я отвлекаю дядю от супруги, ведь он так редко приезжает — лето королева проводит за городом.

— Я еще вернусь к ней. А с тобой мы увидимся только через неделю. Надеюсь, ты не забыла о знаменательной дате?

— День рождения? — спросила я, ощущая привычную пустоту в груди. Не люблю этот день с детства, счастья он никогда не приносил.

— Да, твое восемнадцатилетие. И ты обрадуешь меня новостью, что выбрала жениха.

Мы сошли с крыльца и с удобством устроились на мягких сидениях в салоне сверкающего черного карруса[3] его величества. Фрейлины и сьерра дей’Анс загрузились в один из карров эскорта.

— Неделя — слишком мало, чтобы что-то решить. — Я недовольно наморщила нос, представив, как буду сравнивать женихов. Который красивее, добрее, умнее? Может, их взвесить? Или составить таблицу лучших и худших качеств? Я же не представляю, какими свойствами обладает хороший муж. При слове «семья» перед глазами отец: суровый, вечно всем недовольный, раздражительный. Не любящий меня. Матери почти не помню. Вспоминается только пронзительный женский крик: «Уберите это отродье с глаз!»