Люби меня 

- 15 Оля -

В том, что Дима закинул меня в чёрный список, убеждаюсь на третий день, когда не получаю ни ответа на звонки, ни отчета о доставке СМС.

Сложно описать словами, что именно я почувствовала, когда прочитала его сообщение.

Это все равно, что нож в спину. Шок был такой, что я даже не услышала отца. Только кивнула и пошла к себе.

- Оля!

- Не старайся, пап. Ты уже все, что нужно, сказал. И сделал.

Если бы не это сообщение от Димы, я бы, наверное, не ушла, осталась бы, увидев отца таким потерянным. Но в этот момент все мои силы уходили на то, чтобы не разрыдаться прямо при нем.

И только запершись в ванной, я дала волю эмоциям.

Я совершенно не понимала Диму. Зачем? Зачем он так? Если не изменил мнения, то почему сегодня вёл себя так, что я поверила?

Падать было больно. И боль эта отрезвляла, заставляла усомниться в самой себе.

Остаток ночи я провела, не смыкая глаз. Все думала-думала-думала. Набралась мужества, позвонила ему раз, другой. Тогда я ещё не знала, что Волков решил полностью от меня отгородиться.

Составляя план по завоеванию упрямого парня, я не предполагала, что столкнусь с подобным. Но сдаваться? Нет. Я смогла перешагнуть через боль, закрыв ее в дальних закромах. Любовь не всегда бывает легкой и идеальной. Это я уяснила, когда случайно подслушала разговор мамы и тети Маши. Пусть у родителей что-то было в прошлом, но сейчас-то я вижу, как отец боготворит маму. Как любит ее. А значит, они справились. Справимся и мы. Кто-то должен быть мудрее.

Остаётся только придумать, как пробиться через новую стену отчужденности.

Правда, новый план приходится отложить - звонят из деканата академии, куда я решила в итоге идти учиться, с просьбой привезти документы пораньше, хотя мы с мамой и так собирались это сделать на днях. Но занудная девушка упрямо повторяет, что это очень-очень срочно, и я сдаюсь.

Мама уехала с Тимуром, отец в офисе. Документы приходится искать самой. К счастью, я примерно помню, куда мама их убирала пару лет назад, когда нужно было мое свидетельство о рождении. Скорее всего, аттестат тоже там.

Собственно, нужная папка находится быстро. Дергаю ту на себя, она застревает, и пока освобождаю ее, замечаю еще один плотный конверт. Причём темный, довольно большой. В таких иногда хранят фотографии. Любопытство толкает вскрыть тот, но внутри оказывается не фото, а документ.

Чтобы поверить в то, что там написано, мне приходится пару раз перечитать.

Но и тогда я все ещё не могу поверить до конца, что меня удочерили. Что мама и папа мне не родные.

Как же так? Ведь на детских фото я была такая же светленькая, как мама. Я думала, что похожа на неё. Да даже всем уверенно заявляла, что вырасту и стану, как она.

Руки дрожат, а в горле резко пересыхает. Кое-как убираю обратно свидетельство об удочерении. Пытаюсь отдышаться, как-то принять этот факт.

Но вместо того, чтобы трезво мыслить, в голову лезут всякие воспоминания, как отец отчитывал меня, корил за то, что я позорю его фамилию. Как многое позволялось Тимуру с формулировкой, что он парень, а я девочка. Но что если дело было в другом?

Опускаюсь на пол без сил, смотрю в одну точку, а перед глазами все расплывается от слез.

Мама, мамочка… Почему? Почему они скрыли от меня правду?

Первый порыв - сбежать! Но следом приходит другая мысль - а куда? К тете Маше? Так она вернёт меня домой и вряд ли поймёт. Единственный, к кому я могла бы пойти - Дима. Но он не отвечал и…

Безумная мысль обжигает меня. Но сейчас я просто не могу спокойно оценить, правильно ли это, поможет ли, или напротив усложнит мой план. Сейчас мне нужно найти якорь, держаться за кого-то близкого.

И для меня это Дима.

На звонок с другой сим-карты он отвечает почти сразу.

- Алло?

- Они обманули меня… - не сдерживаясь, плачу в голос. - Дима, они обманули!

Я до ужаса боюсь, что он бросит трубку, надеюсь, молюсь, что не сделает.

- Кто? - спрашивает он чуть погодя. - Оля, что случилось?

- Родители, они… Они взяли меня с улицы, понимаешь! Я им никто…

Сейчас, когда мои мысли облекаются в слова, мне еще больнее.

- Где ты?

- Дома… Я нашла. Случайно. Я не хотела, мне нужны были документы, а там…

- сбивчиво объясняю, но в итоге просто позорно рыдаю в трубку. - Я им чужая, Дим…

Слышу тяжелый вздох в ответ.

- Для начала надо успокоиться, Оля. Это еще не конец света, и не так уж важно…

- Неважно? - вскидываюсь тут же. - Все неважно, да? Все ложь, и это неважно! Лишь я бы я не позорила фамилию, к которой даже отношения не имею!

- Я не это имел в виду.

- Я поняла. Спасибо за мнение, - отвечаю упавшим голосом. Понимание, что и от него я не найду поддержки, меня неожиданно подкашивает окончательно. Бросаю трубку, убираю в сумку телефон, возвращаю документы на место и выхожу. Я понятия не имею, куда пойду. Но оставаться дома не могу. Теперь каждый раз, когда отец напоминал мне про то, что надо вести себя соответствующе, казался мне предвзятым. Я препарировала отношение ко мне и Тимуру, и мне все больше казалось, что я - просто нелюбимый ребёнок. Лишний. Которого жалко выкинуть. Что Тимур - вот он наследник. И папа не раз говорил об этом. Что он - мужчина, что он будет управлять всем, и ему предстоит встать у руля. Меня же не готовили к этому, мягко намекая, что это не для девочек.

А дело-то совсем не в этом!

Я просто иду, куда глаза глядят. Выйдя за забор, понимаю, что я одна. Никто не обнимет меня, не разделит мою боль. Даже Дима, и тот сказал, что ничего страшного.

А ведь я вчера подумала, что отец просто заботился, но нет, про недостойное поведение тоже было сказано неспроста.

Иду по дороге ,полностью погруженная в свои мысли. Сама не знаю, куда и зачем. Мне нужно побыть одной и как можно дальше от родителей. Что я им скажу? Как теперь смотреть в глаза? Как улыбаться и верить, что мы - одна семья?