Лже-Купидон или Замуж не Напасть, Но... (3 книги в 1)

Глава 8

Глава 8

Сумеречный мир – это таинственное, скрытое с помощью магии от посторонних глаз сердце практически каждого крупного мегаполиса. Сумеречный мир – это территория, которую боги, ангелы и демоны много тысячелетий назад оградили от людского взгляда, дабы обеспечить мирное сосуществование и равновесие сверхъестественного и ординарного.

Портал в Кёзепсо Вилаг, столицу Сумеречного мира открыть можно было практически из любой точки земного шара. Вот только под силу это было далеко не всем, в том числе это относилось и к сверхъестественным сущностям. Впрочем, ясное дело, что Микаэль Сторм в число этих далёко «не всех» не входил. Поэтому, прочитав необходимое заклинание, он легко открыл переход в резиденцию Старейшин прямо из своего гостиничного номера.

Всего Старейшин было четверо. Обычно один из них спал, в данный момент это был Исаия. Трое же остальных представляли три ветви власти. Иезекииль воплощал в себе законодательную, Иеремия – исполнительную и, наконец, Даниил – судебную.

Спали Старейшины по очереди, поэтому каждому из них в разные эпохи приходилось представлять разные ветви власти. Иначе говоря, разделение на ветви власти было символическим, и каждый из Старейшин был более чем компетентен во всех аспектах законодательства, традиций и обычаев Сумеречного мира.

Подойдя к двери зала для аудиенций, в котором ожидали его Старейшины, Сторм испытал облегчение, когда она тут же сама открылась перед ним.

Дверь сама открывалась только перед теми, кому Старейшины доверяли и к кому благоволили.

Поэтому мгновенно расслабившись Микаэль вошел в зал с таким видом, словно его не вызвали на ковёр, а он заглянул на огонёк к хорошим друзьям.

– Явился! – грозно нахмурил брови и склонил свою рогатую голову Старейшина Иезекииль, представ перед провинившимся главой клана в своей полной демонической ипостаси.

«И принял он её, очевидно, для того, чтобы произвести на меня наибольший эффект», – усмехнулся про себя Микаэль. – Что ж спасибо уже на том, что плохого копа сегодня изображает не Даниил, а то с того сталось бы принять ипостась огнедышащего дракона… – и он с опаской покосился в сторону хорея[1]. Старейшина, словно догадавшись о чём он думает (хотя почему, собственно, словно? – тут же поправил он себя), насмешливо улыбнулся ему и подмигнул.

– Ты ведь знаешь, почему мы тебя вызвали? – голос рефаима[2], коим являлся Старейшина Иеремия, прозвучал не в пример мягче голоса демона. И это подсказало Микаэлю, что хорошего копа сегодня изображает рефаим. «Угу. Значит, хорей сегодня судья, – заключил он. – Рано я радовался…»

– Да, мудрейший, думаю, что знаю, – почтительно склонив голову, кивнул он. – До вас дошли сведения о моей свадь…

– Так это правда? – «хороший коп» Иеремия не смог удержаться от удивленного возгласа. – Ты женился на смертной?!

Микаэль никогда не понимал, как это Старейшинам каждый раз удается заставить его семисотлетнего вампира, вот уже двести лет как главу клана и, к тому же, владельца мультимиллиардной корпорации чувствовать себя, словно нашкодивший пятилетка. Однако именно так он себя всегда и чувствовал, когда кто-нибудь из них заговаривал с ним тем же тоном, которым сейчас озвучил свой вопрос Иеремия.

– Так вышло, – виновато пожал семисотлетний вампир плечами, с трудом удержавшись от того, чтобы при этом ещё и носом не шмыгнуть, как когда-то в детстве, когда его за что-либо отчитывал отец. – Но это был лишь момент. И уже завтра с этим браком будет покончено.

– Уже завтра?! Но почему не сегодня?!!! – явно и подчёркнуто недоумевая, поинтересовался «плохой коп» Иезекиль. – И что значит, так вышло?!

Вздохнув, Сторм выложил всё как, если бы был на исповеди. И даже больше, поскольку он рассказал также и о своих подозрениях. Он не пытался ни приврать, ни скрыть что-либо не только потому, что все трое отличали ложь от правды также легко, как обычные люди белый цвет от черного, но и потому что дорожил доверием Старейшин.

– Если я правильно понял тебя, мой мальчик, то воздействие на тебя стало возможным, потому что ты уже был увлечен смертной? А увлёкся ты смертной, потому что смертная – сильная ведьма, и она тебя приворожила? – самодовольно усмехаясь и потирая руки, уточнил демон.

– Угу, как-то так, – мрачно подтвердил «мальчик». – Однако это хм-м-м… это увлечение ни в коем случае не помешает мне выполнить мой долг перед кланом и поступить как того требует устав!

– Реми, Дани, вы слышали, что он сказал? – переведя взгляд своих зеленых змеиных глаз на коллег, хитро посмеиваясь, поинтересовался Иезекииль.

– Слышали, слышали, – признали оба.

– И-иии? – приложил когтистую лапу к своему лохматому уху демон.

– И ты, Зеки, оказался прав! Ка-ааак всегда прав! – с лёгкой иронией в голосе констатировал Даниил. – Мальчик верит только в то, что сам хочет верить!

– Но я же вам только что всё объяснил! – возмущенно ощерился «мальчик». – Объяснил, что я женился против своей воли! Что я был под заклятием!

– Мы слышали тебя, и мы верим в то, что ты говоришь нам правду. По крайней мере, ту правду, в которую веришь сам, – часто закивал головой Иеремия. И Даниил с Иезекилем закивали вслед за ним, напомнив Микаэлю статуэтку из трёх кивающих головой китайских божков. – Конечно же, ты женился против воли, но… при этом по велению сердца, – добродушным тоном завершил рефаим свою мысль.

– Микаэль, Джил применила к тебе заклятие истиной любви, – почти сочувственно сообщил Иезекииль.

– Но отку… – начал он было задавать вопрос, но оборвав себя на полуслове, понимающе кивнул. – Она сама вам рассказала…

– Да, – кивнул Даниил. – Разумеется, мы получили строго дозированную правду, – хорей недовольно хмыкнул. – Однако насчет заклятия истиной любви, она не солгала.

– Разумеется, она объяснила свой поступок заботой о клане, – иронично заметил Иеремия. – Так как по её разумению глава клана должен быть неуязвимым для постороннего влияния, а ты оказался уязвим…