Шаг в Безмолвие

Глава 3

Герика проводила подругу до сада, а сама отправилась в верхние помещения храма. Ее ждали дела. Послушание мельи – разбирать привезенные свитки и пергаменты, многие из которых написаны на чужом языке, и переводить их на язык, понятный в этих краях, – только на первый взгляд казалось легким.

К полудню она закончила начатый вчера свиток и отнесла показать Верховной жрице. Атемис Сефира внимательно изучила его и с улыбкой потрепала девушку по щеке:

– Ты хорошо потрудилась, мелья. Красивый слог. Тебе нужно попробовать переводить стихи.

Смущенная похвалой Герика опустила глаза. Сефира хотела что-то добавить, но тут в ее покои вбежала атикайя Джива, маленькая, круглая женщина с добрым лицом и не по-женски низким голосом. Судя по вытаращенным от волнения глазам, она несла чрезвычайно важную новость.

– Госпожа, – пробасила атикайя после обмена приветствиями, – у нас гости. Прибыл государь Искандер из Танарии в сопровождении десяти всадников.

Верховная жрица и Герика удивленно посмотрели на запыхавшуюся жрицу. Мелье не раз доводилось слышать о танарийском царе, но она никогда раньше его не видела. Удивление же Сефиры отдавало настороженностью.

– Что привело его в Междуречье? – спросила она. – Не самый близкий путь, чтобы просто почтить Богиню. В Танарии есть собственный храм Тривии.

– Зато наш – самый большой и самый известный! – Джива вытерла раскрасневшееся лицо платком. – Все знают, что Богиня особо благоволит этому месту.

– Это так. Что ж, видимо, у государя появилась серьезная надобность, – задумчиво усмехнулась Верховная жрица. И добавила уже другим, деловым тоном: – Распорядись, чтобы его приняли, как подобает. И собери Посвященных.

– Всех?

– Нет, только Высших. – Сефира бросила взгляд на Герику и неожиданно предложила: – Если хочешь, можешь пойти со мной. Проследишь, чтобы младшие не путались под ногами.

Встречать царственного гостя вместе с Высшими жрицами – слишком большая честь и огромная ответственность для мельи. Но Герика не посмела возразить, лишь благодарно коснулась губами узкой руки Верховной жрицы.

.

Они спустились на мраморную площадку перед входом в храм, как раз когда всадники спешились и, привязав лошадей во дворе, стали подниматься по ступеням в святилище. Герика привстала на цыпочки, чтобы лучше рассмотреть гостей, прибывших с далекого юга… и вдруг, побледнев, шагнула назад и прижалась к колонне.

Впереди шел высокий, хорошо сложенный мужчина в светлом походном плаще, судя по всему, еще не перешагнувший порог тридцатилетия. Его слегка вьющиеся темные волосы, удерживаемые тонким золотым обручем, свободно рассыпались по плечам, черты загорелого лица были красивыми и благородными, однако более всего Герику поразили его глаза – удивительно чистого синего цвета, похожие на два драгоценных камня: такие же яркие и столь же холодные. Двигался он легко, и в каждом его движении чувствовались уверенность и сила. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: перед ними не только правитель, но и опытный воин.

За государем следовали его спутники, и один из них сразу привлек внимание Герики. Он был почти на голову выше царя и гораздо шире в плечах. Девушка знала только одно племя, рождавшее таких великанов, но присмотрелась и усомнилась в своих выводах. Варвары с севера были беловолосыми, светлокожими, с бледно-голубыми глазами; этот же мужчина был загорелый, зеленоглазый и носил на голове гхутру – серый хлопковый платок, полностью закрывавший волосы или наголо бритую голову. Так защищались от солнца пустынники Мессы, и Герика, поколебавшись, все же решила, что спутник Искандера – южанин. Да и одет он был, как прочие танарийцы, в легкую походную форму и плащ. Одно лишь вызвало у нее беспокойство: взгляд, который мужчина то и дело бросал по сторонам, на внутреннее убранство храма, на привязанных в стороне лошадей и особенно – на проходивших мимо женщин.

Это был цепкий и внимательный взгляд хищника.

.

Все-таки Герике удалось взять себя в руки. По крайней мере, когда царь Танарии подошел ближе, у нее хватило сил отлепиться от колонны и встать на свое место позади старших жриц.

Искандер сдержанно поклонился Сефире. Воины царя последовали его примеру.

– Да пребудет с вами благословение Великой Богини, государь, – проговорила атемис, слегка наклонив голову в ответ. – Здесь всегда рады гостям, какие бы дороги ни привели их сюда.

– Это всем известно. – Глубокий и бархатный, как у большинства южан, голос мужчины ласкал слух, но Герика сразу почувствовала, что он может звучать совершенно иначе: жестко и властно. – Мы не первый день в пути, у нас закончились вода и провизия. Позволите ли нам переждать жару, пополнить запасы и обратиться к Тривии с просьбой?

Сефира окинула его внимательным взглядом, но ответила вполне ожидаемо:

– Это честь для нас, государь. Разделите с нами кров, хлеб и милость Великой Богини. Отдохните с дороги и помолитесь, а сестры напоят ваших лошадей и наполнят походные мешки. Мелья, – Верховная жрица обернулась, и Герика с ужасом поняла, что она обращается к ней, – проводи наших гостей туда, где они могут оставить оружие и смыть дорожную пыль.

Поборов оцепенение, девушка вышла вперед, поклонилась государю, его сопровождающим и жестом предложила им следовать за ней в помещения для постояльцев. Всю дорогу она терялась в догадках: почему Сефира выбрала именно ее? Жрица, связанная обетом молчания, менее всего подходит на роль провожатой. Особенно для почетного гостя, носящего царский венец.

Она провела мужчин в северное крыло обходной галереи, в помещение с выходящими в сад окнами, убранство которого говорило о том, что здесь останавливаются люди высокого положения. Искандер вошел внутрь, огляделся, неторопливо снял плащ и пояс с ножнами. Один из спутников помог царю расстегнуть кожаный доспех. Герика ненадолго вышла, чтобы распорядиться насчет питьевой воды и принадлежностей для умывания, а когда вернулась, быстро что-то написала на дощечке и с легким поклоном протянула ее царю.