Дом, милый дом... (и Баба Яга при нём). Часть 1

Глава 4

Глава 4

Иван по привычке проснулся на рассвете. Он лежал и смотрел, как встает из-за Морок-горы солнце. На душе было тоскливо. Раньше он мечтал погостить у бабушки, от души выспаться, поваляться в постели до обеда, а затем не спеша сходить на речку или по грибы с местной ребятней. А сейчас рад бы вернуться на работу, да не разрешают.

И бабуля еще… со своими планами женить его чуть ли не на первой встречной. Как некстати, учитывая последние события!

Иван встал, побегал по дорожкам вокруг дома. Можно было бы и по селу пробежаться, да местные будут на бегуна удивленно оглядываться. Для них лучшая физическая активность – работа в огороде.

В доме было тихо. Иван вошел в столовую точно в восемь (бабушка не любила опозданий к столу) и удивленно повертел головой. Завтрак был на столе – кофе исходил ароматным дымком, на горячих тостах таяло масло – а за столом присутствовал лишь Шах, и то, скорее, под ним.

— А где бабуля? — растерялся Иван.

— Я за нее, — довольно промурлыкал ученый кот.

На дверце старинного буфета красовалась ярко-желтая наклейка: «Ушла в Лукоморье. Слушайся Шаха».

Иван фыркнул:

— Ей, значит, можно, а мне нельзя?

— У Ядвиги р-р-разговор с Оладьевым, — протяжно объяснил Шах.

— Не удивлюсь, если обо мне.

— Не угадал, мур-р-р. Не один ты на свете имеешься, Ваня. В Дом гости заселились.

— Ха! Надолго ли?

— А ты пойди да узнай. Заодно поможешь чем. Др-р-ров наколоть, штакетник поправить, мур-р-р.

Идея Ивану понравилась. Лучше сразу к жильцам приглядеться. Все равно они долго в Доме не протянут, а Ване потом перед Тарасом Петровичем отчитываться.

В голову Ивану пришла еще одна мысль, по его мнению, гениальнейшая: а вдруг Дом, занятый гостями, отвлечется и пропустит его в Лукоморье? Такой шанс упускать нельзя. Если уж Ядвига к Оладьеву поехала, заселенцы в этот раз перспективные.

Однако и требования у Избушки высоки, достаточно вспомнить ту лучезарную группу из «Цветов и корней». Откуда они узнали, что в селе пустует жилье, неизвестно. Явились и даже дверь открыть сумели. Рано обрадовались чудаковатые бродяги, не захотел их Дом. Чует Иван, и в этот раз полетят чьи-то клочки по закоулочкам.

— Зр-р-ря ты так, — попенял ему Шах. — Они в Избе Живой огонь зажечь смогли.

— Поем и схожу, — уступил Иван.

Ну вышло раз зажечь Печь, так это не значит, что Изба жильцов нашла. Сколько лет она без Бабы Яги стоит? Много. Функционал и так устаревшим был, а теперь, небось, окончательно выдохся.

— Будь остор-р-рожен, — кот аккуратно снял зубами свежего пескарика с тарелки и смачно им захрустел.

— Ну а вот этого не надо, пожалуйста. Я слово держу, в Лукоморье не хожу, — раздраженно сказал Иван, стуча по вареному яйцу. «Пока», — добавил он про себя. — А вот за бабулю волнуюсь. Ей бы тоже поосторожнее быть.

— Ядвигин род испокон веков людям служит, — возразил кот, облизываясь. — В колдовских мирах с выбором ее смир-р-рились, а вот ты…

— И я служу, и не вижу, в чем разница. Если одному безумному колдуну стукнуло в голову, что причина его бед во мне, это его проблемы, — Иван вытер рот салфеткой и решительно встал. — Схожу к Дому, погляжу, что там за заселенцы.

— Сходи, добр-р-рый молодец, сходи, — промурчал кот, сыто щурясь.

***

На новом месте Катерине снился какой-то бред. Будто она выходит замуж в саду, что начинается прямо за дверью, под аркой из чайной розы. И сад не сад, а лес какой-то, а от жениха виден один рукав, зато рука из него торчит крепкая и в золотых часах.

— Фух! — встряхнулась Катя, проснувшись. — Приснится же такое.

Машка сама вызвалась отвезти Настю в садик. Мелкая капризничала. В садик она не желала, ей хотелось в подвал, на чердак и во все места в доме, что еще не были исследованы. Маша злилась. Катя отпустила ее погулять после школы с друзьями (поделиться новостями и перетереть мелкие подростковые сенсации, вроде нового жилья), а Настюша ее задерживала.

Наконец сестры шумно выкатились за калитку. Вот тут-то Катя и поняла, как проведет весь день – в волнениях. Страх был иррациональным: Маша с двенадцати лет возила Настю в садик, а с недавних пор и на танцы, с пересадкой. К тому же, от станции девочкам теперь было гораздо ближе попасть в центр города, где находились все нужные им учреждения.

Но Кате стало казаться, что она отрезана от цивилизованного мира и в случае чего не сможет прийти на помощь. Нет, ей определенно нужна машина. Подержанная, самая простая. Водить Катя умела, но давно не практиковалась.

Она полезла в кладовку за шторами. Наверное, их прежние жильцы бросили, решила она. Ничего, сгодятся. Зачем добру пропадать? Из кладовки под ноги выкатился флакончик с валерьянкой. Катя шмыгнула носом, в сотый раз проверила сообщения на телефоне (а ну как в самый нужный момент включится?), подняла бутылочку и пошла на кухню за стаканом.

Открыла шкафчик и уставилась на полку. Коробку с посудой они еще не разбирали, и вчера полки были пустыми, это Катя точно помнила. Сейчас же на них выстроились три стакана с золотой каемкой, две белых чашечки для кофе и аккуратный чайный сервиз из шести предметов.

Наверное, Машка из кладовки достала, решила Катя. Что ж там за квартиранты такие перед ними жили? Настолько безалаберные, что все побросали? Или богатые? В любом случае Катерина от души поблагодарила их за рассеянность.

Накапав себе валерьянки, она замочила шторы в тазу и спустилась в подвал. Он действительно был большим, а компактный отопительный котел блестел новенькими боками. В нем игриво трепетал огонек.

Катя застыла перед ним в недоумении. Стоп! Здесь что-то не так! Катерина схватилась за мобильный. Телефон в подвале не брал, и Катя устремилась к лестнице. Нужно срочно позвонить Ядвиге и все выяснить. Если в доме нет газа, на чем тогда работает котел? Топки для топлива у него точно нет, Катя три раза вокруг обошла.

Сверху послышался какой-то грохот. Катерина на секунду застыла, потом схватила метлу, которую прихватила с собой для того, чтобы снять паутину, и ринулась вверх по лестнице. Пятнадцать капель валерьянки кипятили кровь. Если это воры, им не жить!