Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

Глава 7.1

Я ожидала долгого монолога, но, вместо того чтобы подробно расписывать детали воскрешения, Игнат попросту повел меня к тому, кто был негласным руководителем восстания в стенах академии. Так сказать, снял с себя бремя ответственности.

— Проще будет услышать всё от Серафима Аркадьевича, — сказал он с каким-то сомнением, точно догадывался о чем-то, что стопроцентно не понравилось бы мне.

Хм, не к добру это. Очень надеюсь, что дело ограничится одним колдуном в мраморном гробу, а не войском из нежити разной степени гниения.

С южного конца академии мы двинулись к северному и оказались в преподавательском корпусе. Бесконечное множество одинаковых дверей с золотистыми табличками, приглушенный свет, загробная тишина и полное отсутствие людей — всё добавляло нервозности. Игнат, не стучась, открыл дверь кабинета и жестом пригласил меня войти первой. Едва ступив внутрь, я застыла от удивления. Во-первых, здесь повсюду были книги. Они лежали стопками на рабочем столе, устилали собой пол, приткнулись на широком подоконнике, оккупировали стеллаж во всю стену.

Во-вторых, в мягком кресле, уткнувшись носом в тетрадь, сидел знакомый преподаватель. Как же его?.. Котельников, что ли. Точно, вот почему словосочетание «Серафим Аркадьевич» показалось мне знакомым! Значит, он совмещает жизнь благопристойного учителя с мятежами? Но зачем ему, с виду обычному человеку, влезать в проблемы нежити?

Всё-таки что-то здесь нечисто.

Седеющие волосы Серафима Аркадьевича — чем думали родители, когда называли ребенка столь непроизносимым именем?! — были давно не мыты, а на макушке образовалась плешь, которую я рассматривала с каким-то жадным интересом ровно до тех пор, пока Игнат не кашлянул, и Котельников не поднял на нас подслеповатый взор.

— Какая нежданная встреча. Видимо, Игнат получил согласие от нашего некроманта, — проскрипел он одобрительно, нацепив очки на выдающийся нос.

— Угу, получил. Я помогу вам, иначе сойду с ума, — и это не было шуткой.

Даже сейчас я ощущала связь, которую сама же и выстроила, когда приблизилась на опасное расстояние к мертвому колдуну. Он связал нас прочной леской из магии, которую не разрезать, не порвать. Дышал моими легкими, обитая где-то на задворках разума. Тянул из меня все соки.

— Тогда проведем ритуал немедленно! — На губах Котельникова заиграла шальная улыбка, от которой мне стало дурно. — Тебе сообщили о денежной компенсации? Полтора миллиона, сумма немаленькая.

Игнат встал передо мной, отгораживая от решительно настроенного преподавателя. Почему-то этот простой жест успокоил. Хоть какое-то приятельское участие.

— Давайте не будем торопиться. Как я понимаю, у Ники с Александром особая связь.

— В смысле? — Серафим Аркадьевич поморщился.

Пришлось поделиться и тем, как я влезла в странные катакомбы, и как познакомилась с расчудесным магом. Александр, значит. Так себе имечко, если честно. Подобных мужиков должны звать как минимум Себастьянами, а как максимум не звать вообще никак, ибо их имя, произнесенное вслух, вспенивает реки и рушит горы.

Но он оказался Александром. Сашей, если по-нашему. Великий и могучий Сашка с внешностью древневосточного божка и бархатистым голосом.

— Поразительно, почему ваши маги не охраняются? — закончила я свой рассказ. — Хоть замок бы повесили ради приличия, а то заходи всяк любопытный люд, воруй драгоценные гробы.

— Тут такое дело... — Котельников почесал залысину. — Гроб не хранится в катакомбах. У нас вообще нет катакомб, да и кто положил бы мертвеца в людной академии?..

Чего?! Я вытаращилась на преподавателя по проникновению в разум с искренним недоумением, а тот развел руками, мол, знать не знаю, что за галлюцинации ты словила.

— То есть мне почудилось?

Котельников покачал головой, вплетая пальцы в редеющие волосы, и выдал:

— К сожалению, сомневаюсь. Твое описание гроба и внешности Александра очень точное. По всей видимости, он достаточно окреп, чтобы связаться с собратом-некромантом.

Мне вспомнилось смутное ощущение нереальности происходящего, когда я шла по катакомбам. Не было ни запахов, ни звуков, только оглушительная тишина и ноги, ведущие меня вниз без всякого понимания: а на кой оно надо.

— Значит, ритуал откладывается, — горько известил Котельников.

— Что за ритуал хоть? — я постучала Игнату по плечу, но тот был немногословен, думая о чем-то своем.

Его морские глаза вновь потемнели, и черты лица потяжелели, заострились сильнее прежнего. Эй, его опять, что ли, заворожили?! Но тут Игнат тряхнул волосами и взял меня за руку. Его пальцы сцепились на моем запястье так, что я ойкнула от боли.

— Ритуал осушения. — Голос отражался о стены кабинета и приобретал какой-то особый, трагичный окрас. — Всего-то требуется очередной некромант, которого Александр высосет до дна.

— В смысле?! — Я отпрянула, чуть не запнувшись о стопку книг.