Я не могу проиграть!

Глава 16

Вера Ивановна поговорила с директором школы, и мне, уж не знаю какие слова были сказаны, простили, что я пропустила две с лишним четверти и разрешили сдавать материал постепенно, изучая его самостоятельно. Так что теперь дел у меня прибавилось: в свободное от работы и посещения больницы время я сидела над учебниками, пытаясь в сжатые сроки выучить то, что другие уже прошли. Не знаю, как бы я справилась, если бы не постоянная поддержка со стороны Андрея и Лены. Надо сказать, что мы не стояли на месте, а постоянно расширялись, находя новые места для торговли и нанимая новых продавцов. Теперь, больше чем раньше, мне были нужны деньги на лекарства и витамины для мамы, а также приходилось делать подарки нянечкам и медсёстрам. Маме становилось лучше с каждым днём, но до полного выздоровления было ещё далеко. Она чувствовала себя подавленной из-за того, что находилась в психушке. Мама избегала разговоров со мной на эту тему, поэтому всю правду маленькими порциями мне рассказывала Вера Ивановна. Но зато мама больше не думала о том, чтобы уйти из жизни. Она всегда была достаточно сильным человеком, поэтому я надеялась, что у неё всё получится. В её палату я принесла телевизор, который отвлекал её от мрачных мыслей. Как-то раз, после ужина, она посмотрела мне в глаза и спросила:

- Вика, я действительно тебе нужна?

- Конечно, а что?

- Ты должна встречаться с мальчиками, ходить в кино и на дискотеки, а не проводить все вечера у моей постели.

- Я ещё всё успею, мамочка. Сейчас главное – поставить тебя на ноги, потом буду развлекаться.

- Я очень тебе благодарна за всё, но мне не хотелось быть обузой. Вовсе необязательно приходить ко мне так часто.

- Не думай об этом, чем быстрее ты поправишься, тем скорее я начну развлекаться.

Она вздохнула.

- Не знаю, что буду делать, когда меня выпишут.

- Мы придумаем тебе занятие, – сказала я бодрым голосом, понимая, что она говорит о работе.

- Что тут можно придумать?! - Она посмотрела на свои руки. - Я не смогу играть.

- Давай подождём с выводами. Ладно? Главное, что мы снова вместе.

- Ты простила меня?

Я молча кивнула и обняла её.

- Как только ты встанешь на ноги, я буду требовать назначения медицинской комиссии, чтобы тебя признали здоровой и выписали.

- А если не признают: останусь здесь надолго.

- Перестань, всё будет хорошо, в крайнем случае, мы купим эту комиссию. У нас всё покупается и продаётся.

- Жаль, что так происходит, - мама покачала головой. - Раньше были другие люди и другие времена. Был какой-то смысл в жизни, а вашему поколению досталось. Вот и ты у меня пошла на рынок. Я как представлю тебя там: у меня сердце кровью обливается.

- Да ладно тебе. Мы другого не знаем. Это ваше поколение за идею работало, магистрали всякие строили, к коммунизму стремились. Мы дети другие, поэтому перестраиваемся быстро. Мне нравится работать, тем более, я же не стою на рынке, а руковожу процессом.

- Но ты же стояла до этого.

- Это было недолго, всего месяца три, наверное.

- Ты очень изменилась, - мама внимательно смотрела на меня, видимо искала прежнюю Вику. – Стала сильно краситься и выглядишь от этого взрослее.

- А помнишь, ты хотела, чтобы я взялась за ум и ругала меня, что я целыми днями только гуляю?

- Как давно это было, - мама отвела взгляд, ей было тяжело вспоминать о прошлом. - Мне бы хотелось другой жизни для тебя.

- Давай не будем снова, мамуль. Мне нравится быть взрослой, мне нравятся деньги, и я люблю их тратить.

- Ну, кто бы мог подумать?! Раньше я думала, что тебе нравятся только мальчики.

- Я поняла, что в жизни есть более стоящие занятия, чем встречаться с тремя парнями одновременно.

- А как поживает твой дружок Вадик?

- Наверно, хорошо.

- Вы больше не дружите?

Я вздохнула.

- Мне некогда, да и не хочется. Сейчас мне интереснее общаться с ребятами постарше, например, с Леной и Андреем.

- Ну что ж, это хорошо. Честно говоря, мне твой Вадик никогда не нравился. И тебе он не подходит.

Я улыбнулась и подумала про себя: мамины вкусы не изменились.

- Согласна с тобой, - поддержала я ее с энтузиазмом. Знала бы мама, после каких событий я поняла, что Вадик не для меня. - Надеюсь, я когда-нибудь познакомлю тебя с хорошим парнем, который тебе понравится.

Интересно, что сказала бы мама, если бы узнала, насколько близкими у меня с Вадиком были отношения?

Было очень хорошо, что мама не заговаривала со мной о Коленьке. По какой-то странной рассеянности она не спрашивала меня, где я живу. Наверно, полагала, что я живу дома, а он убрался восвояси или просто не желала думать о нём. Как бы не так?! Этот негодяй по-прежнему жил в нашей квартире, а я продолжала снимать квартиру в Коломенском. Несколько раз я, надеясь, что он уехал, звонила, но он неизменно оказывался дома. Юридически он оставался мужем моей мамы и, соответственно, обладал правом проживания. Конечно, можно было подать на него в суд, но это должна была сделать моя мама, и в лучшие времена далёкая от судебных дел, а сейчас и подавно. Так что, этим вопросом в любом случае заниматься мне, а я была несовершеннолетней, что значительно осложняло дело. Вернуть квартиру для меня - дело чести. Это моя память о любимом отце, счастливом детстве и нашей дружной семье. К тому же мне надоело жить в чужой квартире с чужими вещами. Я хотела просыпаться, подходить к окну и видеть купола Новодевичьего монастыря.