Пёс императора

Глава 29. Что вы натворили?

Одну из беседок в саду Райс окружил постоянным барьером. Построил его по всем правилам, завязал на камни-накопители. Это несложно сделать, когда у тебя куча времени, и никто не грозит накрыть огненным шквалом. Детям повторить такое пока было не по силам, тут Райсу просто захотелось похвастаться, показать идеальный барьер, провозился он долго, но результатом остался доволен.

Сюрпризом стало, что серокожий лопоухий малыш с непроизносимым именем, которого ласковые и милые дети метко прозвали Мышом, прошёл сквозь густое плетение, словно его и не заметив. Нити силы пропустили его и вернулись на место за его спиной. Мыш и впрямь чем-то похожий на довольного, обманувшего кошку мышонка, победно улыбнулся. Мелиса кинулась за ним, врезалась в прозрачную, мягко спружинившую стенку, но успела просунуть руку сквозь неуспевшие вернуться на место нити и схватила Мыша за рубашку.

— Вылезай. Так нечестно, — надула она губы.

Барьер тем временем плотно обхватил её руку, и Райсу пришлось срочно спасать дочку из плена и объяснять ей и галдящей детворе, куда не нужно совать свои шаловливые лапки. И лишь после этого обратил внимание на вылезшего наружу мышонка.

— Мыш у нас из верхнего мира, большинство барьеров не для него, — с улыбкой пояснила Лассэ и ласково взъерошила серокожему малышу такие же серые короткие волосы.

— Из верхнего?! — Райс не сразу понял, что произнёс это вслух.

— Ну да. Из синего, правильно, Мыш?

Серый мальчишка смущённо кивнул.

Да… нужно было раньше поинтересоваться происхождением своих учеников, чтобы не выглядеть глупо. Большинство человекоподобных разумных видов живёт в жёлтых и зелёных мирах. Собственный мир Райса — зелёный. Правда, выяснил он это, только попав за его пределы, а так же узнал, что чем дальше мир по спектру, тем сильнее отличается его население. Но Мыш на человека похож гораздо больше, чем тот же лекарь Тиэррэ, пришедший из голубого мира. Райс вообще никогда не думал, что может встретить выходца из синего.

— А как ты здесь оказался? — наконец выдавил он вопрос.

— Я потерялся, — Мыш поднял на него большие честные глаза, сразу понятно, что врёт.

Райс кинул быстрый взгляд на Ласку, но та только пожала плечами. Или ей подопечный тоже не признался, или не хотела выдавать чужие секреты. Ладно, в конце концов, это не его дело, может, в верхних мирах тоже не всё так карамельно, как принято считать.

Несколько дней Мыш развлекал детвору проходами через барьер, включая и старших учеников, прослышавших о чуде и пришедших на него поглазеть. И Льер приходил.

Так вот где он пропадает! Райс как-то и не подумал, что юный эльф тоже ещё учится.

А потом случилось это.

В дверь гостевого дома кто-то отчаянно забарабанил посреди ночи. Перевёртыши скатились с кроватей, в падении меняя облик на волчий — не привыкли ещё к безопасности. Вскрикнула Шанна, Дирт кинулся к сестре, а Мелиса — к отцу. Айра шикнула на всех, сердито одёрнула ночную рубаху до пят и пошла открывать дверь.

Серое нечто, на четвереньках ворвавшееся в дом, сначала Райс не узнал. Но вот странный зверь, похожий на помесь волчонка и жеребёнка, перетёк в знакомую фигурку Мыша. Тоже перевёртыш! Только, оказывается, перевёртыш из синего мира может превращаться сразу с одеждой. Удобно, а то вот братья в обороте опять лишились подштанников.

— Кречет, — серый мальчишка никак не мог отдышаться, — помоги. Ветер застрял в барьере, я не могу его вытащить.

— Какой ещё ветер?

— Ну, Льер же! — Мыш пританцовывал на месте от нетерпения.

— Да чтоб ему солнце на голову упало! Или оно уже?! Как это он умудрился? — Райс ругался, торопливо одеваясь. — Что у него застряло? Рука? Нога?

— Он там весь. Целиком, — всхлипнул могучий гость из верхнего мира.

— Великолепно! — Райс как раз натянул сапоги. — Побежали!

Мыш опять обернулся зверем, а Райс применил ускорение. Волки переглянулись и зачем-то погнали за ними.

Своей луны, как и солнца, в оазисе не имелось, зато ночное небо, когда не закрыто облаками, усыпано бриллиантами крупных ярких звёзд. В их свете хрупкая фигурка эльфа, повисшая в воздухе между двух колон беседки, казалась нереальной. Райс ногой выбил один из питающих барьер камней, плетения рассыпались, образовав большую дыру, а Льер рухнул ему на руки. Бледный и холодный, лицо в крови, белая коса застряла в оставшихся нитях, Райс взмахнул рукой, освобождая волосы, осторожно уложил эльфа на скамейку. Живой. Ран не видно, кровь сочится из носа. Дышит, судорожно втягивает воздух, словно вынырнул из-под воды. Понятно, барьер сдавил лёгкие, не давал дышать. Как бы он и кости не переломал.

— Бриш, Лэй, — обратился Райс к перевёртышам, — помните рогатого такого, который меня лечил? Быстро сейчас к нему, тащите сюда как можно быстрее.

Подумал и добавил:

— Пожалуйста.

Серебристо-серый волк Лэй, не дослушав, опрометью кинулся прочь. Бриш качнул головой, услышав «пожалуйста», словно удивился, и побежал за братом.

Райс ладонью попытался вытереть кровь с лица эльфа, больше размазал. Сел на землю, привалившись спиной к скамейке, строго взглянул на Мыша.

— Ну, рассказывай.

— Что рассказывать? — замялся тот.

— Чем вы тут занимались? Льер хотел убиться, а ты ему помогал?

Мальчишка замотал головой:

— Нет! Льер попросил научить проходить сквозь барьеры. Я сказал, что не получится, а он — что всё равно нужно попробовать!

— А почему ночью?

Мыш замялся.

— Ладно, это и так понятно. Любой из наставников за такой эксперимент даст по шее. Что конкретно вы сделали?

Мыш очень внимательно рассматривал мыски своих ботинок, но всё же ответил:

— Я показал несколько раз, как прохожу. Но я ничего не делаю, оно само получается. Я не знаю, как научить. Ветерок попробовал рукам раздвинуть плетения, пока они за мной не полностью сошлись, и у него получилось. Сначала. А потом он застрял, а я не смог его вытащить. Я испугался и побежал к тебе. Это же твой барьер, и Лиску же ты вытащил тогда.