Магия Механизмов-1. Калиостра Рикс и профессор Аверилл Нуари

Глава 11. Новые открытия и окончательное доверие

На следующий день пошел дождь. Он лил сплошной стеной, сопровождаемый громкими раскатами грома и резкими ударами молний.

Авериллу не было смысла заходить за мной и опять возвращаться в Академию, поэтому утром я, взяв с собой необычайно радостного Нюха (он то и дело подгонял меня к двери, стоило мне хоть на минутку задержаться у зеркала), поехала на жучке в Ротас.

На дороге была очень плохая видимость. Дождь хлестал по переднему стеклу моей кареты, низкие темные тучи не позволяли пробиться не единому лучику света.

Когда мы наконец-то доехали, дождь, казалось, усилился ещё больше. Я вышла из кареты, держа Нюха в своих руках. Из ворот Академии ко мне тут же выбежал Аверилл с большим черным зонтом и помог мне и Нюху добраться до замка под его защитой.

В холле было совершенно безлюдно. Аверилл, смешно отфыркиваясь, закрыл зонт и снял плащ. Он всё же немного промок – влажные волосы, казавшиеся теперь черными, облепили лоб.

– Ну и ливень! Вчера ничего не предвещало такой погоды, – помогая мне снять пальто, проговорил мужчина.

Я радостно рассмеялась.

– Обожаю дождь, да ещё и с грозой! Ветер, свежий запах озона... Стихия! – мечтательно протянула я.

Аверилл усмехнулся.

– А мне больше нравится снег. Мы с дедушкой в детстве любили играть в снежки.

Я улыбнулась, любуясь таким Авериллом – радостным и ностальгирующим. Но встряхнувшись, я заставила себя собраться.

– Ты нашел личное дело Кара Сафора?!

Аверилл посерьезнел и, махнув на лестницу в западное крыло замка, проговорил:

– Идем в мой кабинет, я объясню по дороге.

Я, кивнув, отпустила Нюха на пол и последовала за мужчиной. Мой песик, отряхнув с себя воду, потрусил за нами.

Западное крыло замка занимали аудитории гуманитарных дисциплин и кабинеты преподавателей, рядом с ними. Мне всегда нравилась атмосфера этой части замка – деревянные панели, толстые расписные ковры на полу, портреты знаменитых исторических деятелей на стенах. Одну треть крыла занимала Библиотека. На стеллажах до самого потолка можно было найти любую книгу: как древний фолиант или свиток, так и обычные современные учебники.

– Я нашел личное дело Сафора-младшего. Оказалось, что он не вернулся в Академию после смерти матери. Послал письмо ректору с официальным заявлением и с тех пор его судьба становится неизвестной, – рассказал Аверилл, широко шагая по коридору.

Он был чрезвычайно взбудоражен, и мне приходилось идти очень быстро, чтобы поспеть за ним.

Я нахмурилась и спросила:

– В деле есть фотография?

Мужчина кивнул, пропуская меня в двери к следующему коридору.

– Есть. Обычный светловолосый мальчик. Фото сделано, когда Кар только поступил в Академию, в его двенадцать. Сейчас он может выглядеть совсем по-другому. Но не это интересно, – загадочно добавил мужчина.

Я хмыкнула:

– Тебе действительно удалось меня заинтриговать.

Наконец мы остановились в конце коридора, возле последней двери. Отперев её старым медным ключом, мужчина галантно пропустил меня и Нюха в свой кабинет.

Пока Аверилл вешал нашу верхнюю одежду на вешалку, а Нюх бодро принюхивался к каждому дюйму кабинета, я огляделась вокруг.

Комната оказалась совсем небольшой, но уютной. Шкафы с книгами, аккуратно разложенные вещи на полках, будь-то не до конца собранные механизмы или тетради студентов. На старом широком столе лежали лишь письменные принадлежности и открытая желтая папка, очевидно с личным делом Кара Сафора. Но больше всего меня восхитил зажженный камин, и два стоящих рядом глубоких кожаных кресла.

– Ну и как тебе? – спросил Аверилл осторожно, после того как я осмотрелась.

– Как я и думала: аккуратно, уютно и тепло. Здорово, что ты разжег камин.

Лицо мужчины стало выражать довольство.

– Хочешь, посидим потом перед ним?! Но сначала я хочу тебе кое-что показать.

С той же загадочной улыбкой, Аверилл попросил меня сесть в кресло за столом и, склонившись надо мной, проговорил:

– Вот Кар Сафор – мужчина открыл папку и указал пальцем на левый верхний угол первой страницы.

Светловолосый мальчик серьезно смотрел на нас фотографии, но глаза блестели весельем. Тогда этот мальчик ещё был счастлив, ведь оба его родителя были ещё живы.

– Да, фото довольно старое, – кивнула я, вопросительно посмотрев на Аверилла.

– Но посмотри вот сюда, – мужчина достал такую же папку из выдвигающегося ящика стола и открыл её на первой странице.

На фото здесь был юноша, с зачесанными назад светлыми волосами. Его обжигающе–ледяной, безразличный взгляд будто проникал внутрь тебя.

– Кай Тратефилд, – прочитала я имя напротив фотографии – что-то знакомое...

Глаза Аверилла блеснули восторгом.

– Мисс Леру, в наше прошедшее посещение Академии называла это имя. Это...

– Бывший молодой человек Патриции Форсет, – вспомнила я, округлив глаза.

– Верно. Я вспомнил версию мисс Дьюс, и подумал, что нужно всё же проверить, был ли похожий молодой человек в её окружении.

Мои зубы скрипнули от раздражения. Лания всё же оказалась права. Это было прямо перед нашим носом! Радовало одно – мы теперь знаем историю семьи Сафор, а значит настоящее имя и мотив преступника, а значит, мы тоже не занимались бесполезным делом.

– Так, что тут ещё есть..., – пробормотала я, стремительно пробегая взглядом личное дело Тратефилда.

Студент по обмену из Лидэи (хм, а у Кара Сафора есть чувство юмора!). Приехал в Академию осенью, два года назад, когда как Сафор-младший в мае того же года покинул Академию. Очевидно, Кар всё же поработал над своей внешностью, ведь иначе его узнали бы старые друзья. И ещё, в обличье Кая Тратефилда Кар Сафор явно снизил свой возраст. Вряд ли ему сейчас девятнадцать.