Счастье с привкусом пепла

Счастье с привкусом пепла

Сентябрь всегда пах для Гермионы отчаянием. Новый учебный год, куча домашнего задания и уйма потраченных впустую нервов. Из года в год это повторялось. Если бы у Грейнджер спросили, с чем у неё ассоциируется осень, она бы ответила: с тоской, навеянной опавшими листьями, удушьем, появляющимся всегда, когда предстояло находиться вдали от дома, и с гнетущей пустотой внутри.

Этот год не стал исключением. Листья только начинали желтеть, опадая на землю и укрывая её, словно одеялом, воздух с каждым днём становился прохладнее, однако не настолько, чтобы носить куртки, солнце грело всё меньше.

Внутренний двор Эдинбургского университета был заполнен людьми. Каждый пытался ощутить последние тёплые деньки, наслаждаясь тем, что большая часть пар осталась позади, а до следующего занятия было ещё, как минимум, десять минут.

Гермиона сидела на скамейке, склонившись над книгой, лежащей у неё на коленях. Лишь по одному её внешнему виду можно было понять, на какой специальности она учится. Распущенная копна каштановых волос, спадающих на её плечи, тёплый вязаный свитер красного цвета, чёрные облегающие джинсы и сумка, полная книг и учебников. Любовь к чтению привела Грейнджер на филологический факультет Колледжа искусства и гуманитарных наук.

Она пробегала глазами по томику «Грозового перевала», надеясь дочитать девятнадцатую главу до начала пары. Гермиона зажала нижнюю губу между зубами, оживляя перед глазами момент знакомства Линтона и Кэтрин. Её взгляд остановился на строчке «она решила сделать из двоюродного брата того милого баловня, о каком мечтала; и она принялась гладить его по волосам, и целовать в щёчку, и поить его из своего блюдца, как маленького», и губы Грейнджер растянулись в улыбке.

Из главного корпуса послышался звон колокола, и Гермиона вложила пожелтевший лист в книгу в качестве закладки. Сунув «Грозовой перевал» в сумку, Грейнджер побежала в сторону кампуса, поднимаясь на третий этаж, перепрыгивая через две ступеньки. Аудитория, в которой проходило занятие, была одной из самых больших лекционных в университете. Художественные направления в искусстве, на которые спешила девушка, одновременно посещали несколько специальностей, поэтому все места всегда были заняты. Для того, чтобы успеть занять лучшие, нужно было приходить ещё в начале перемены.

Гермиона вошла в аудиторию, и гул студентов, не прекращающийся даже после начала пары, оглушил её. Она проскользила взглядом по свободным местам и наткнулась на серые глаза, придирчиво осматривающие её. На губах Грейнджер появилась ухмылка, и она прошла к парню, занимая место рядом с ним.

— Малфой.

— Грейнджер. — Его прищуренный взгляд остановился на её волосах. Он протянул руку, касаясь их, и достал кусочек листика, застрявший в шевелюре девушки. — Ты снова опоздала.

— А ты снова занял мне место. — На её щеках появились ямочки, на которые Драко невольно засмотрелся.

— Да. Снова. — Их взгляды пересеклись, и на несколько секунд весь окружающий мир перестал существовать.

Преподаватель, мистер Горски, попросил всех замолчать, начиная занятие, и Гермиона отвела взгляд. Она чувствовала присутствие Драко всеми фибрами души, и это отвлекало. Их руки лежали на столешнице близко друг к другу, и Малфой медленно приблизил свою ладонь ещё ближе. Он выпрямил мизинец и провёл им по тыльной стороне ладони Гермионы, замечая, как она напряглась.

— Сходим после пар в кафе? Я с утра ничего не ел.

— Я уже договорилась встретиться со Скоттом. — Грейнджер убрала руку на колени и снова попыталась вслушаться в слова преподавателя.

— Ты же знаешь, что он мне не нравится. — Малфой нахмурился и взял ручку, чтобы чем-то занять руки. — Он слишком настойчивый. Тебя это не тревожит?

Гермиона вздохнула, смирившись с тем, что лекция пройдёт мимо неё.

— Нет, не тревожит. Он нравится мне, а это главное, — отрезала она.

— Я чувствую, что ему нельзя доверять, — настаивал Малфой, но Грейнджер лишь отмахнулась.

— Мне всё равно, Драко. Мы расстались. Прими это уже наконец.

Она отвернулась, а Малфой прожигал взглядом её щеку, чувствуя, как волна раздражения поднимается изнутри. Да, они расстались. Но не потому, что он хотел этого.

Их отношения начались в конце первого курса и просуществовали год, пока Гермиона не сообщила ему, что хочет взять паузу. Пауза превратилась в полную остановку, чему Драко противился до сих пор. Он тяжело сходился с людьми. Зачастую, они его раздражали. Его бесил каждый, кто подходил с каким-то глупым вопросом или обычным вежливым разговором. На кой ему сдалась их вежливость?

Будучи студентом архитектурного, на лекциях он часто пересекался с другими студентами гуманитарных специальностей. В самый первый раз он занял себе место и бросил сумку рядом, чтобы с ним никто не сел. И это работало. Но когда в аудиторию вошла девушка с россыпью веснушек на лице и обнаружила, что свободных мест нет, он зачем-то убрал сумку, предлагая ей сесть рядом. С тех пор Грейнджер опаздывала регулярно, а он всегда занимал место и на неё. Они не подружились сразу. Он считал её выскочкой, которая не может не вставить свои пять копеек, а она его — противным мажором, живущим за деньги родителей и совершенно не умеющим вести себя в обществе. Они огрызались добрых полгода, пока однажды Драко не обнаружил, что её соседство больше не раздражает, а замечания, которые она делает, всегда по теме. Малфой даже испугался, что он заболел, раз люди перестали его раздражать, но нет — они всё так же бесили. Изменилось отношение только к ней. И это стало началом конца.

Вынужденное совместное присутствие переросло в крепкую дружбу, пока однажды Драко не испортил её поцелуем. Это была Вальпургиева ночь, и Грейнджер потащила его в клуб, где алкоголь и тёмное освещение сделали своё дело, создавая интимную обстановку. Один поцелуй, два, десять. А потом летние каникулы, которые она провела с родителями в Новой Зеландии, а он вернулся в Уилтшир. Начало учебного года стало для него спасением, поскольку Грейнджер была рядом. Он предложил ей встречаться на второй день учёбы, а Гермиона сказала, что с того первого поцелуя не могла перестать думать о нём. И всё было прекрасно. Но в июне она попросила перерыв. Они разъехались по домам, и в начале июля ему пришла смс: «Прости, наверное, нам лучше расстаться». Он звонил ей, пытаясь выяснить, что случилось, но ответ всегда был один — «Ничего, просто хочу побыть одна».