Моя любимая жертва. 

32. Маша.

Я сделала вид, что заснула, когда дядь Витя всё время наблюдал за мной. Но ночью я не смогла сомкнуть глаз, всё время думая об отце. Я не хочу, чтобы его отняли у меня. Пожалуйста, дайте ему шанс… Пожалуйста… Я умоляю…

Всю ночь я думала о том, как мы здорово проводили время все вместе, с семьёй Евы, мои родители до развода… Развод… С того времени и появилась взбалмошная Маша, у которой нет проблем, всегда всё отлично, только, чтобы мать не заподозрила, что я общаюсь с отцом. Я часто сбегала с последних двух уроков, чтобы увидеться с отцом, когда он этого тоже хотел, а когда был не в состоянии, но всегда с радостью встречал, извиняясь и оправдывая себя, что немного пьяненький.

Я уже сама не знаю какая я настоящая… Имя Мария расшифровывается как горькая и царица, вот я и соединяю эти два мира несчастья с величеством. Мне нельзя сдаваться. Бояться нечего, уже нечего. Весь страх остался там, над надломом при разводе родителей. При моментах, когда отец разбивал себе голову, когда падал с ватных ног и одурманенным от алкоголя разумом. Я не могу быть похожей на мать, которая трясется над всем и срывается в психозе. Не могу быть как отец, пристрастившийся к бутылке, находя в этом забвение. Я давно осознала, что мне нужно перерасти в нечто большее, чтобы вырваться из кандалов реальности. Оборачиваться и стоять в раздумьях нет времени, нужно не просто урвать сладкий кусок, а лично приготовить такой тортище, чтобы облопаться самой и других угостить. Я отказываюсь от страданий. Я их просто не признаю.