Педагогика для некроманта "Происшествие в Истболверк" Бонус

1

Служитель Ноккерель, долго и нудно рассказывал о предпраздничных мерах по обеспечению порядка в регионах. Время от времени он называл имена инквизиторов и отправлял их на задания. Ряды присутствующих в аудитории заметно редели, и Никс Мёрке с волнением ждала, куда в этот раз назначат их с Дэлиге.

Когда речь зашла о нападениях ис в провинции Иствинсен, Дэл заметно оживился.

— Не хочешь, вызваться Мурке? Столько воспоминаний с этим местом.

Но Мёрке не хотела ехать в Восточные земли, что-то тревожно-щемящие терзало серце при мысле об Иствинсене, и она молниеносно зажала рот своему напарнику, до того как тот издал ещё хоть звук.

Делиге поймал её ладонь, сжал в своей, а затем поднес к губам. Никс быстро отдернулась от поцелуя и бросила на напарника осуждающий взгляд. Не хватало всем в Скьерзилдене узнать об их нездоровых отношениях, хотя чьи отношения в городе инквизиторов вообще можно было назвать здоровыми? Тот же слепой Ноккерель был влюблён в банши по имени Мьюл. Кому тут осуждать огневичку, встречающуюся со своим бывшим наставником, а теперь уже и напарником? Вместо осуждения, все вокруг сказали бы: удобно. Удобно… Не совсем то слово, которым она хотела бы назвать свои чувства к келпи-двоедушнику.

Но отчего же она упорно продолжает скрывать даже от самой себя сильную привязанность к нему? Ответ она знала, и он разрывал сердце девушки на части. Все. Все вокруг обманываются. Видят в ней кого-то, кем она не является. В чужих взглядах она читает что-то горестное, что-то теплое, что-то невыносимое. И Дэл с его постоянными разговорами о прошлом день за днем убивает её. Но день за днём она все так же смотрит в его демонические глаза, пытаясь разобраться в его и своих чувствах.

— Мурке, вчера ты так от нас не шарахалась. Когда мы успели провиниться? — Дэлиге совсем не боялся, что служитель Ноккерель его услышит. Развалился на стуле и неумело строил из себя обиженного двоедушника.
— Я просила не называть меня так!
— А мы просили тебя не отталкивать нас на людях. Мы же все решили, разве нет?
— Вы оба может и решили что-то между собой, но со мной точно забыли посоветоваться!

Дэл Флэм лишь озадаченно наблюдал, как напарница спешно складывает письменные принадлежности в сумку. Каждый год за неделю до зимнего солнцестояния с ней начинало происходить что-то выходящие за рамки понимания обеих его душ. И как бы келпи ни старался, он не мог понять причину этой повышенной раздражительности. Приближающиеся праздники вовсе не радовали девушку, напротив, она искала любой предлог чтобы остаться в Скьерзилдене и не ездить к своей приемной семье. Она избегала всех, кому была дорога, включая его. Особенно его.

— Служительница Мёрке, я никого не отпускал, — мягко напомнил о себе Ноккерель.
— Служительница Мёрке торопится расправиться с пограничными исами, — встрял Дэл, и получил новый злой взгляд от девушки.
— Отличненько, вот и не пришлось устраивать предпраздничную жеребьёвку. Мёрке, Флэм доложите по приезде об обстановке в академии Истболверк. Буду ждать ваш отчёт.

Всю дорогу до арсенала, келпи чувствовал на своём затылке две прожигающие до кости точки. Такими темпами волшебница ему мозги вскипятит силой мысли. Ей бы не мешало остыть и выговориться, но Мёрке молчала.

Она молча взяла со стеллажа свой Брайтер, наплевав на все ритуалы и даже не поприветствовала священное оружие. Волшебница размотала кнут и хлестнула им воздух. Дэл сглотнул, отчетливо представив, как разобиженная магесса в следующий раз стегает не воздух, а его. Жутко, жутко, но, чёрт возьми, волнительно.

— О, Дэлиге, ты правильно меня понял, — она направила рукоять в его сторону: — Никаких Мурке, и бросай эту свою дурацкую привычку говорить во множественном числе. Я в курсе, что в тебе живут сразу две души, необязательно напоминать мне об этом каждый миг.
— И обе мои души без ума от тебя, но как скажешь, Мурке, мы больше так не будем.

Он подмигнул и вовремя отпрыгнул от шутливого выпада волшебницы. Конечно, она его никогда не ударит, а любая их возня или драка рано или поздно перерастает в нечто милое и нежное.

Он безумно любил эту девушку. А она… Что ж, он очень надеялся на взаимность.

*.*.*

— Ты уверен, что по ту сторону река не скована льдом? — тревожно спросила Мёрке, когда Дэлиге уже приготовился к прыжку в стылую воду Иннсо Дистерт.

Мужчина лишь громко фыркнул и сделал ещё несколько шагов от озера для разбега.
Спорить с ним девушка не стала, а лишь крепче обняла за шею. Мягкая грива Дэла пахла корицей, цедрой лимона и яблоками, щекотала ноздри пьянящим духом надвигающихся праздников, которые они двое наверняка пропустят за бесконечными дежурствами в восточных землях.

Она чувствовала напряжение каждой мышцы, чувствовала жар и вибрации вен под пальцами и погружалась в мистический транс, сидя верхом на келпи. В последний момент перед прыжком девушка задалась вопросом: скольких Дэлиге вот так же заманил к себе на спину и утопил, прежде чем измениться и стать другим. А изменился ли он до конца?

Ледяная вода заставила прижаться еще крепче к фейри, а глаза пришлось зажмурить, но Мёрке чувствовала неведомую скорость, с которой они неслись по ручьям и протокам, пока не очутились под крохотной лункой в землях Иствинсена.

Мёрке сложно было даже вообразить, что снаружи окажется ещё холодней, чем в озере. Одежда тут же начала деревенеть, а пальцы с трудом слушались волшебницу. Щелчок, и первая крохотная искра сорвалась на землю вместе с каплями воды. Второй, и девушку объяло золотистое пламя, полностью высушив мантию и небольшую сумку с припасами.

Делиге же и без её магии стоял абсолютно сух и самодовольно улыбался. Конечно, фейри прекрасно знал цену своим способностям речного духа. Он мог домчать свою напарницу почти в любой конец света в считанные минуты, если там был любой не изолированный водоём. Вот только чаще всего эту парочку забрасывало не в самые приятные места.

— Ты как? — участливо спросила девушка, чувствуя, что за улыбкой келпи кроется отнюдь не ликование. Мужчина впервые за долгое время оказался в родных землях.
— Честно? — он тянул момент.
— Когда-то ты поклялся говорить мне только правду.
— Я не знаю, что чувствую Мурке. С одной стороны, мне больно осознавать, что все, кого я любил погибли, и я последний келпи Иствинсена, с другой — здесь я впервые встретил тебя. Именно здесь наши судьбы стали неразрывны, именно здесь все началось и закончилось.
— Разве, закончилось? Вот ты, вот я. Мы живём дальше.

Дэлиге улыбнулся, но его глаза оставались печальными, и Мёрке едва ли могла в полной мере разделить его тоску. Её собственные воспоминания безвозвратно стёрлись, а о своей прошлой жизни она знала лишь по рассказам речного духа, а он, несмотря на клятву, не всегда был до конца с ней честен. Все ужасы и боль прошлого он оставил себе, а ей поведал лишь о светлом, о их дружбе и любви.

— Живём. А ещё не забываем, зачем мы здесь. Академия Истболверк находится вон там, — келпи махнул рукой вперёд, но Мёрке ничего не увидела, кроме припорошенных снегом елей. Лишь если приглядеться, можно было заметить тонкие струйки белесого пара над макушками деревьев.
— Морок?
— Не совсем, сам замок находится в низине. Скоро поймешь. Идти недалеко, предлагаю пройтись и осмотреться для начала. Мне не хочется перекидываться перед местными, лучше им не знать, что в рядах инквизиторов есть келпи.

Делиге поднял со льда чехол со своим брайтером и закинул его за спину.
Мёрке не стала с ним спорить. За свою недолгую службу в Скьерзилдене она хорошо усвоила один из главных уроков: инквизицию не любит никто. Боятся? Да. Уважают? С натяжкой. Так зачем давать людям лишний повод для ненависти и нетерпимости?

Вопреки заверениям Дэлиге, путь оказался неблизкий. Всему виной была нечищеная дорога. Ноги вязли в недавно выпавшем снегу, и девушка довольно быстро устала, хоть и не показывала виду.

— Странно, что здесь были замечены исы. Потеплением и не пахнет, зачем нас вызвали? — Мёрке спросила своего спутника, которого мучил тот же вопрос.
— Я подумал об этом, когда выстраивал наш путь сюда по рекам. В академии есть подходящее для прыжка озеро, но оно замёрзло, иначе я не заставил бы тебя идти пешком. Странно.

Оба озадаченно разглядывали морозный лес, теряясь в догадках, почему ледяные духи начали нападать на людей именно сейчас. Обычно в холодную погоду ис никто не боялся. Но стоило только нагрянуть внезапной оттепели, как фейри искали жертв, способных утолить их голод и не дать растаять. Самым жутким было то, что исы принимали облик последнего убитого существа будь то человек или животное. Зачастую отправившиеся на поиски пропавших родных или скота, сами попадали в ловушку духов.

— Наш координатор в Академии магистр Троен. Он введёт нас в курс дела и расскажет поточнее о нападениях, жертвах и очевидцах.
— Хорошо, — без особого интереса отозвалась Мёрке, хотя она прекрасно слышала, с каким нажимом Дэлиге произнёс имя их координатора.
— Ты совсем-совсем не помнишь его? — осторожно спросил Дэл, но от его тона, преисполненного надежды, девушка лишь сильнее разозлилась.
— Я думала, мы прекратили эту игру в помнишь-не-помнишь?
— Прости, зимние праздники делают меня слишком сентиментальным, ты же знаешь, — невинно пожал плечами келпи, но от Никс не скрылась тоска в его взгляде. С каждым годом этой тоски становилось лишь больше. Мужчина всё ещё ждёт, что память о прошлой жизни вернётся к ней, и едва ли отказывается верить в чудо, даже после стольких лет и смертей.

— Своими ожиданиями ты делаешь мне больно, Дэл. Я это я, и уже не стану прежней.

Восемнадцать лет назад она умерла у него на руках. Сгорела в спасительном пламени феникса и развеялась пеплом. Долгие годы келпи искал её, пока однажды слух о девочке с невероятным даром не докатился до Скьерзилдена. Он знал, что его возлюбленная вернулась, и больше не расставался с ней никогда. Вначале стал ей братом и наставником, после верным другом, а теперь… Теперь он делал что-то не то. Он так отчаянно хотел рассказать ей о её прошлой жизни, что не замечал, как сильно ранит теперешнюю Мёрке.

Замок академии Истболверк не просто стоял на берегу озера. Он словно вырастал из воды. Окруженный со всех сторон естественной преградой, он немало озадачивал случайных путников.

— Как студенты добираются туда? — Мёрке первой нарушила своё обиженное молчание.
— В теплое время года на лодках, присмотрись, там есть небольшая лодочная станция, а к самой академии течет одна из самый длинных рек в Иствинсене. Если в Форкёлелсе студенты соревнуются в роскошности саней, а в Тэнгляйхе все едут в повозках и каретах, то тут все куда интереснее.
— Понятно, почему келпи решили жить в восточных землях, — Мёрке позволила себе улыбку, хотя всё ещё дулась на Дэлиге, он это чувствовал, но не приставал к девушке с извинениями. Понимал, что сделает только хуже.

Чем ниже по склону спускались двое, тем красочнее представала перед их глазами жизнь академии Истболверк: украшенные гирляндами башенки, зимние витражи на стрельчатых окнах, деревья, увешанные самодельными игрушками. Студенты после занятий высыпали на улицу и шнуровали коньки.

Дэлиге не смотрел ни на кого кроме Мёрке. Столько одиноких праздников он встретил, что вся эта суета давно пресытила фейри, но вот искренняя пусть и сдерживаемся радость его напарницы заражала его надеждой. Она жадно разглядывала блеск металла, следила за появляющимися узорами на льду.

— Дэл…
— М?
— В той прошлой жизни я родилась на севере, я же… Я же каталась на этом?
— Да, ты любила коньки. Часто сбегала с братом на озеро рядом с твоим домом.
— Слушай, когда мы разберёмся с исами, ты же научишь?.. — она так горячо попросила об этом, что Дэлиге смутился даже сильнее, чем когда она требовала научить её целоваться. Как же он злился в тот миг, почему-то ему казалось, что Мёрке хотела набраться с ним опыта для кого-то ещё. Лишь позже он осознал, как трудно ей было признаться в чувствах. За своими страхами Дэл не всегда видел страхов девушки, а она боялась навсегда остаться для него лишь ученицей и блеклой копией погибшей возлюбленной.

— Научу.

На льду была выщерблена дорожка, и пока двое инквизиторов шли к замку, то словили на себе не один любопытный и испуганный взгляд. Визит служителей Скьерзилдене редко предвещал хорошее. Дознания, пытки, аресты — всё это стало неразрывно с обликом законников.

— Господин Флэм, госпожа Мёрке! — мужчина, которому было немногим за тридцать искренне радовался приезду гостей. Его мантия была расстёгнута, каштановые волосы растрёпаны, а во взгляде было что-то детское, словно ему доставили долгожданный подарок, а он бежал к нему со всех ног.
— Магистр Троен, — Дэлиге почтительно склонил голову перед преподавателем, и Мёрке последовала его примеру.
— Вы оба совсем не изменились. Кто бы мог подумать, что однажды я стану старше своей учительницы!

Девушка бросила на келпи затравленный взгляд. Встречаясь со своим прошлым, она чувствовала себя слепой и беззащитной, а Дэл страдал от невозможности помочь ей.

— Мы здесь, не ради сентиментальных воспоминаний, магистр Троен. Вы сами нас вызвали, — строго одёрнул Дэл.
— Конечно-конечно, — немного растерянно ответил мужчина, всё ещё разглядывая девушку. — Следуйте за мной.
— Мог бы и предупредить, что я когда-то знала этого магистра Троена, — прошептала девушка.
— Ты его не просто знала, ты ему жизнь спасла, когда он был твоим студентом. Я рассказывал тебе. Но ты же фыркаешь на меня постоянно.

Никс закусила губу. Сама виновата. Всякий раз, когда Дэлиге пытался рассказать ей что-то из прошлой жизни, она не просто фыркала, она обижалась и закрывалась от келпи.

— Прошу, — Троен пригласил инквизиторов в просторную аудиторию.

На нескольких составленных вместе столах была разложена подробная карта Иствинсена, покрытая светящимися маячками.

— Это места нападений? — спросила Мерке.
— Я бы не назвал это нападениями. Нет погибших и пострадавших. Люди наталкивались на ис в разных местах, но духи никого не убили до сих пор.
— Оно движется по спирали, — задумчиво произнес Дэлиге и обвел пальцем зажженные Троеном маячки.
— О, вы тоже заметили. Вначале я не придал этому значения, но чем чаще видели ис в округе, тем тревожнее картина. Это нечто движется…
—... в Истболверк, — закончила за магистра Мёрке.
— Прошу вас, защитите студентов и в этот раз. Мы, правда, не знаем, с чем столкнулись