Зов разлома 3

Глава 18

Уже давно наступила ночь. Прислуга ушла спать, и даже неутомимая Забава убежала в свою комнату, а Хельга всё продолжала сидеть за столом. Три восковые свечи тихо потрескивали в сумраке, заставляя трепетать тени окружающих предметов. В последнее время Хельге стало нравиться их пламя: оно было живым, в отличие от холодного света магических сфер.

В такие минуты, находясь в одиночестве, девушка могла немного побыть собой, снять маску высокомерия и неприступности, которую надела, перешагнув порог училища. Она представляла интерес для слишком многих, а ведь чем недоступнее сокровище, тем сильнее хочется на него взглянуть.

На столе были разложены обрывки свитка — старинного рунического круга переноса. Его выдал мастер рун в надежде, что девушка сможет восстановить круг или хотя бы определить, откуда начинать формирование печати. Уже ни для кого не было секретом, что печать для обряда воеводы Звяги восстановила лично Хельга Белозёрова. И все, видимо, решили, что если ей удалось восстановить одну забытую печать, то она справится и со второй, и с третьей, и так далее до бесконечности. Никого не интересовало, что печать Ларса была полной и требовалось лишь разобрать уровни и свести их вместе, и даже это заняло пару лет.

«Сокровищу Земель Восточных, которое смогло выжить в "Звезде хаоса", всё под силу». Окружающие верили в неё больше, чем у неё было возможностей на самом деле.

И Хельге приходилось хотя бы создавать видимость, что это правда: лучшая у травников, лучшая по правилам поведения молодых девиц. Рунологи смотрели на неё как на первомага, и даже мастер по заклинаниям требовал, чтобы Хельга присутствовала на всех теоретических занятиях. Скорость, с какой она безошибочно составляла печати, удивляла даже бывалых магов. А что ещё было делать день и ночь в сарае у Ягайлы, чтобы вернуть пальцам подвижность? Девушка составляла печати до тех пор, пока не заснёт, а спала она совсем немного.

За первую неделю учёбы в Новогороде Белозёрова снесла со всех первых мест тамошних учеников, причём не только бытовых магов, но и боевых. Забава ликовала, Хельга же была в полной уверенности, что ничем хорошим подобное не закончится. Те, кто годами трудился, чтобы стать лучшим, просто так своё место отдавать не захотят. Спасало её лишь то, что она училась с девицами четырнадцати лет, а к этому возрасту юноши и девушки уже занимались отдельно.

В Новогороде начала учиться и дочь сотника Стогнива, Любослава. В списке людей, которые бесили Хельгу, она занимала почётное второе место — после абсолюта. И Белозёрова не сомневалась, что рано или поздно она столкнётся с Любославой, потому как интерес у них был один — Ингвар Радборт. Их встречу отдаляло лишь то, что дочь сотника училась с бытовыми магами последнего года обучения, а Хельга — в классе на пару лет младше.

Белозёрова снова задумчиво перебрала обрывки свитка, пытаясь найти в них хоть какую-то связь. Пергамент сохранился плохо, на краях и вовсе рассыпался в крошку, и многих частей не хватало.

— Головастик, — тихо позвала она, — покажи мне вот эти две части свитка. — И ткнула пальцем в пергамент.

Свет в глазах немного поплыл, а затем свитки на столе отразились в магическом зрении. Такой чёткости исполнения у неё не было даже после многих лет тренировок.

Хельга пододвинула два куска пергамента поближе. Что-то похожее она видела в печати Наргаста, осталось вычленить из неё этот фрагмент и сравнить печать круга с остатками.

— Смотри, я буду говорить, что делать, а ты попробуй выполнять. Нам надо разложить вот эти части печати на составляющие. Нечто подобное я уже делала в прошлом году, но там было немного не так. Попробуем соединить эти куски: тут меньше всего недостающих рун — авось что и получится. — Головастик согласно пискнул. Он плохо говорил, но зато в магии ему не было равных. — Начинаем со стихии земли — формируй вот такой знак…

Когда Хельге и её помощнику удалось вскрыть первый уровень печати, свечи почти сгорели.

— Скоро будет светать, давай поспим немного, а завтра уже подтвердим моё звание лучшей в училище, — произнесла Хельга, устало вставая со скамьи.

Головастик не возражал — он свернулся калачиком подальше от зверя. Девушка только покачала головой: существо огромной магической мощи, а зверя всё равно боится.

***

Утро, казалось, наступило в тот момент, когда Хельга только положила голову на подушку. Сенная девка разбудила её по привычке, как только начало светать.

Белозёрова умылась, посмотрела на сарафан и телогрею, которые принесла девка, и поинтересовалась:

— Холодно на дворе, что ли?

— Ветер дует, хозяйка, — бойко ответила та, — переживаем, не простыли бы вы.

— Не простыну, — отмахнулась Хельга. — Забава где? Проснулась уже?

— В трапезной вас ожидает.

Белозёрова села напротив медного зеркальца, чтобы расчесаться, и волосы её водопадом спустились чуть ли не до пола.

Девка сначала застыла в немом восхищении, но затем всё же опомнилась и сказала:

— Хозяюшка, позвольте вас заплести.

Хельга отрицательно покачала головой. Она не любила, когда посторонние касаются её волос.

— Не стоит. — Белозёрова привычным жестом разделила волосы на четыре части и начала плести косу. — Передай ей, что я уже иду.