Ведьма и король

6

В одно из таких печальных пиршеств, когда Саар сидела справа от меня, к ней подошел Угайне. Он поздоровался, и она кивнула ему. Он спросил разрешения сесть рядом. Она не воспротивилась.

Я посматривал из-под ресниц на эту пару. Угайне… Только сейчас я заметил, что он красив. Он всегда нравился женщинам, но раньше я не придавал этому значения. Я не слушал, что говорил мне князь Кайрпре. Вернее, слушал, но не слышал. Моя колдунья была наряжена в зеленое платье, которое я подарил ей. На плече у нее блестела золотая брошь, а на шее висело десять цепочек. Одна из них - с прозрачным синим камнем. Я подарил ей эту цепочку.

Саар ела с завидным аппетитом. Угайне говаривал и улыбался. Заметив мой взгляд, он ушел. А после оставила пир и Саар. Она всегда старалась ускользнуть незаметно, чтобы не нарушать чужого веселия. Но я всякий раз провожал ее глазами до выхода.

В этот раз без Саар мне не сиделось на пиру. Выждав момент, я поднялся из-за стола.

К своему дому я шел медленно, дыша морозным воздухом. Я знал, что Саар уже давно спит, и сейчас я услышу ее дыханье. Она все время ворочается. И я буду лежать в темноте, и слушать, как она переворачивается с боку на бок и тихонько болтает с духами.

Псы встретили меня, радостно виляя хвостами. Я наклонился, чтобы погладить их, и увидел отблески огня на воде. Почему-то моя колдунья еще не спала.

Я уже сделал шаг, чтобы войти, но тут услышал мужской голос и узнал Угайне. Он что-то спрашивал, а Саар отвечала.

Я замер, прислушиваясь всем своим существом.

- Ты состаришься при нем, - говорил Угайне, - и никто не захочет тебя.

- Это уж как получится, - спокойно ответила Саар.

- Я дам тебе в услуженье двенадцать рабынь, подарю колесницу и двух дышловых кобылиц. И еще подарю дощечку из золота толщиной в два пальца и шириной в две ладони.

- У меня пять сестер и… - привычно затянула Саар.

Угайне не дал ей договорить.

Послышался шум борьбы, но я не успел вмешаться. Угайне вылетел из хижины, утирая кровь. Он увидел меня и шарахнулся в сторону. Я не стал его догонять. Успею разобраться. Я бросился под полог, ожидая увидеть Саар испуганной, плачущей. Я бы обнял ее, утешил, а потом наказал бы Угайне, я бы…

Саар сидела возле ручья и расчесывала косы. Она казалась спокойнее воды, что текла в ручье.

Я остановился, дыша тяжело, будто взбирался в гору. Саар удивленно подняла на меня разноцветные глаза и, выждав, спросила:

- Что-то случилось?

- Это я хотел спросить у тебя! Я думал, ты уже давно видишь десятый сон!

- Мне не спалось, - она невозмутимо пожала плечами.

Я заметался по хижине. Саар следила за мной со все возрастающим беспокойством:

- Что так взволновало тебя, король? Не пришли ли дурные вести? – она отложила гребень и приподнялась, готовая по первому моему слову последовать хоть в на край света, хоть в могильные холмы Круахана.[1]

Я не мог дальше молчать.

- Угайне был здесь, - сказал я.

Она кивнула.

- Что ему было нужно? – спросил я, хотя слышал их разговор.

- Не знаю.

- Ты лжешь, - упрекнул я ее. - Он хотел тебя в жены.

Саар усмехнулась:

- Если слышал, то зачем спрашиваешь?

- Ты хочешь за него? – я спросил и замер, боясь ответа.

Моя колдунья покачала головой:

- Если бы хотела, то сказала.

Я немного успокоился и сбросил плащ. Саар встала, чтобы убрать одежду.

- Если он докучает тебе… - начал я, но она остановила меня жестом, показывая, что не нужно больше об этом говорить. И сказала, что Угайне один из немногих верных, поэтому не надо ссориться с ним.

Ночь я провел скверно. Несколько раз я садился в постели и смотрел на спящую Саар, а сон все бежал и бежал от меня.

Утром я встретил Угайне. Он дожидался у входа в Зеленую ветвь. Я сделал вид, что не заметил его, но он подошел сам.

- Отдай мне Саар, король! – сказал он, преграждая путь.

Я отослал сопровождавших меня на несколько шагов, чтобы не мешали.

- Саар сама решает, с кем ей быть. И уже дала тебе ответ, - я посмотрел на длинные царапины на лице Угайне. Их оставила вчера моя колдунья.

Он покраснел и невольно коснулся щеки, а потом сказал:

- Ты держишь ее. Я знаю. Если отпустишь, она будет счастлива со мной.

- Ты никогда не получишь ее, - сказал я тихо. Я постарался взглядом выразить всю ненависть, которую испытывал к нему. Но Угайне не испугался. Думаю, он ненавидел меня не меньше, чем я его.

- Ты ее тоже не получишь, - сказал он.

- Щенок, - сказал я и ушел с ближними во дворец.

Я думал, что после этого Угайне покинет меня, как многие, но ошибся. На вечерней трапезе он занял свое место за столом. В мою сторону он не глядел и ушел, едва утолив голод. Я посматривал на Саар, но она не выглядела расстроенной. Как обычно, она закончила есть раньше моих воинов, и отправилась в хижину. Я проводил Саар взглядом. Когда двери за ней закрылись, и мои глаза не могли видеть ее, я продолжал следить за ней внутренним зреньем. Я представлял, как она идет к нашему дому, откидывает полог, раздувает угли в очаге. Потом она расстегнет плащ и сложит его, потом стянет через голову платье и распустит волосы… Русые кудри упадут на плечи и грудь…

Высокий женский крик вернул меня с небес на землю. Мало кто слышал его, но я узнал сразу: Саар!

Мои воины не поняли, почему я вскочил и бросился вон из зала. Только позже некоторые последовали за мной.

Я пересек двор в несколько шагов и откинул полог. Моя колдунья не успела развести огонь - в хижине было темно. А может, это потемнело у меня в глазах.

Как в тумане я увидел бледное лицо Саар. Она прижимала к боку скомканную тряпку и клонилась все ниже, ниже…