И на всемогущего Дракона найдется кое-кто… пострашнее

Ч. 1 Гл. 2

Глава 2

Лорд Грэсс был перфекционистом и ничуть этого не стыдился. В данный момент он был Главой Департамента юстиции и поэтому хотел знать абсолютно все, что происходило на подведомственной ему территории и с подведомственными ему людьми. Разумеется, он мог потребовать какие-то данные у своих подчиненных… официальным путем, но очень часто такой путь вел в тупики, поскольку самого важного и самого интересного никто добровольно говорить не хотел. Устанавливать подслушивающие устройства в кабинетах было бессмысленно, никто вслух не будет озвучивать свои тайные мысли, тем более сидя в кабинете в полном одиночестве. Как всегда, выход нашелся совершенно неожиданно и оказался настолько удачным, что и придумать невозможно.

Какая женщина знает мужчину (его характер, привычки, его сильные и слабые стороны) лучше всего? Это вопрос риторический, поскольку ответ на него однозначен – жена. Да, жена, проводящая с мужем долгие вечера и долгие отпуска, знает о нем очень много, очень много… но не все. Есть еще одна женщина, что знает о мужчине столь же много, как и жена (а может еще и больше), и нет, это не любовница, а кто? Ответ прост – секретарь. Именно она видит своего шефа после разноса у начальника, или наоборот, после того, как он в пух и прах разносит подчиненных, она видит его в отчаянии или на пике славы, именно секретарь по походке босса в коридоре знает в каком настроении он идет на работу, именно она сквозь приоткрытую дверь кабинета начальника слышит откровенные разговоры, которые частенько случаются между сослуживцами распивающими алкоголь. Но все эти сведения (согласно негласному кодексу секретарей) держаться в тайне. О них не рассказывают ни домашним, ни подругам, а только… другим секретарям (поскольку для женщин не поделиться с кем-то секретом просто невозможно, иначе нерассказанная тайна разорвет своего носителя на крошечные клочочки). Можно было надеяться, что никакие сплетни не выйдут за рамки определенного круга заинтересованных лиц, поэтому все были довольны.

Так вот, примерно, раз в две недели собирали всех секретарей по кабинетам (кроме секретаря лорда Грэсса, он строго-настрого запретил ей бывать на подобных собраниях). Секретарей собирали для рутинной, монотонной работы, нужно было сделать сотни копий новых приказов, перепечатать сотни новых дополнений к законам, да много чего надо было печатать в огромном количестве экземпляров. Повторюсь, работа была нудной, монотонной, не требующей ни особой внимательности и особой сосредоточенности, и вот в большой помещении собиралось десять-пятнадцать женщин (очень наблюдательных, очень внимательных к мелочам и совсем не глупых) и начиналось перемывание костей всем и вся. Кто с кем спит, кто с кем не спит, у кого с женой проблемы, у кого с детьми неприятности. Когда лорд Грэсс случайно наткнулся на такой ценный источник информации, то был весьма впечатлен и поражен (причем совесть его, при этом, спала совершенно спокойно, убаюканная мыслью, что Глава Департамента должен знать на что способны его подчиненные в критических ситуациях, ведь нельзя допустить злоупотребления служебным положением, разгильдяйства или того хуже настоящего преступления).

Как раз через два дня после встречи с уборщицей в коридоре должен был состояться очередной «мозговой штурм», вернее очередное многократное копирование секретных приказов. Женщины собрались в небольшом зале на верхнем этаже Грэсс удобно устроился в кресле с какими-то бумагами, приготовившись слушать, но в этот раз женщины заговорили совершенно о другом:

- Вы видели новую уборщицу? – тоном, который говорил, что если не видели, то потеряли очень и очень много, сказала Мисси (невероятно хорошенькая, как куколка и безумно гордящаяся своей внешностью).

- Видела, - ответила одна из женщин. – Бедная девочка это же нужно уродиться такой уродливой!

- Не просто уродливой, - уточнила Мисса (которая вдобавок ко всему отличалась наблюдательностью во всем, что касалось чужой внешности), - у этой девушки нет не одной ни уродливой черты! – с торжеством сказала она. - Уродливы глаза, нос, рот, волосы – все. Кажется, что собрали десять человек, имеющих какие-то уродливые черты, а потом все уродства налепили на лицо одного человека…

- Мисси, ты преувеличиваешь! – запротестовала одна из девушек, - такого просто не может быть…

- Ты видела эту уборщицу? – коротко спросила Мисси.

- Нет, не видела, - призналась собеседница, - но я не верю, что у одной девушки может быть столько недостатков…

- А давайте устроим соревнование! – перебивая ее закричала Мисси. – Я утверждаю, что насчитала у девушки семь уродливых черт, если я ошиблась, то я… угощаю всех пирожными! – громко возвестила она. И началось. Женщин, как ветром сдуло, все помчались на поиски несчастной уборщицы. Вернулись минут через пятнадцать, но не все одновременно, кое-кто еще задержался.

- Бедная девочка, - горестно начала одна из женщин, но Мисси перебила ее, величественно произнеся:

- Считайте! Первое – нос. Тут два уродства. Горбинка, которая до того огромна, что бросается в глаза в первую очередь и мясистый кончик носа с ноздрями, более подходящий здоровенному мужику-пьянице. – С Мисси все согласились, и она продолжила перечислять. – Глаза – веко настолько нависает над глазом, что девушка с трудом может полностью открыть глаза. Далее форма глаз – круглая, странная, далее цвет глаз – белесый водянистый, страшный. Уже пять! – радостно возвестила Мисси и продолжила: - Уши – это вообще что-то невероятное. Верхняя часть огромная, почти прозрачная, как у гоблина, а мочка мясистая толстая, как у орков…

- Ты и в уши к ней заглянула? – с укором спросила одна из женщин.

- У нее косынка слетела, - нехотя призналась Мисси, и все поняли, что косынка слетела совсем не случайно, но Мисси недолго смущалась и продолжила перечислять: - Шрам на верхней губе, идущий до самого носа, край шрама зашили плохо и он немного расходится, обнажая зубы – это восемь! Дальше – торчащие верхние зубы – это девять, и неразвитая нижняя челюсть со слишком маленьким подбородком – это десять!