Сбежать от короля

Глава 6

Мне нужно было идти в гримёрку, чтобы переодеться в сценический костюм и подготовиться к выступлению. Когда я уходила, Саша сказал, что будет ждать меня. И что я, прибавил он с хитрой улыбкой, не разочаруюсь.

Нужно ли говорить, что его обещание меня заинтриговало?

Свой танец я адресовала Саше. Смотрела только на него. Улыбалась только ему. Обнажалась – для него. За всё время работы в кабаре это был мой первый танец, который предназначался для одного конкретного мужчины. Сама не понимаю, по какой причине мне хотелось, чтобы этот малознакомый, но такой почти родной парень поверил, будто в моих глазах он был единственным и неповторимым.

Но когда я, переодевшись, вернулась в зал, меня ждало ошеломляющее открытие. От сцены, которую я увидела, моё сердце на секунду замерло и затем ухнуло куда-то вниз, во внезапно открывшуюся чёрную бездну. Взгромоздившись к Саше на колени, Габи что-то шептала ему на ухо и нежно поглаживала его по шее. Рядом со столиком, в ведёрке со льдом, которое возвышалось на специальной подставке, запотевшим золотом мерцала в полумраке зала бутылка «Кристалла».

Я только выровняла дыхание и походку, но, разглядев бутылку, едва не споткнулась от изумления. Насколько мне было известно, цена за бутылку этого элитного шампанского колебалась от двухсот пятидесяти до пяти тысяч евро. Это был первый случай (как позже признался Шалар), когда клиент в его клубе заказывал для девушек «Кристалл».

Вопреки обещанию Саши, я очень-очень разочаровалась. Зачем он сказал, что будет ждать меня, если положил глаз на Габи?

Вероника, ты была уверена, что тебя уже ничем не удивить, не подкупить, не возмутить? Так вот, ты заблуждалась! – съехидничал мой внутренний голос.

Действительно, мне казалось, что с опытом всего пережитого моя доверчивость порастратилась, и обещаний, выданных авансом, уже недостаточно, чтобы меня подкупить. Но вот, гляди ж ты, купилась... Как наивная малолетка после первого свидания, вообразила себе то, чего на самом деле даже быть не могло! Нет, ну в самом деле, какой мужик будет колебаться, выбирая себе компанию на вечер, когда перед ним предстанет такая дива как Габи!

Лучше бы ты и не вылезала из своего кокона! – пристыдил меня внутренний голос. И мне было трудно с ним не согласиться...

Я почувствовала укол ревности и уже собиралась развернуться, чтобы уйти, но вдруг заметила, как Саша поманил меня к себе приглашающим жестом. Он что-то сказал Габи и та, скорчив пренебрежительную гримасу, нехотя слезла с его колен. Проходя мимо меня, Габи просто-таки прожгла меня насквозь взглядом, полным ненависти.

- Знаешь, Вероника, я тебе не завидую. Нет, не так! Я тебе откровенно сочувствую, – сказал Саша, когда я снова подсела к нему за столик. – Работать среди таких хладнокровных зубастых акул, как эта дамочка Габи, должно быть, очень нелегко.

- Нелегко, – со вздохом подтвердила я.

Это был уже не первый случай, когда Габи пыталась внаглую увести клиента у других девочек нашего клуба. Обычно ей это удавалось. Случай со мной стал, скажем так, исключением из правил.

Честно говоря, мне с трудом верилось, что Саша предпочёл мою компанию ушлой эффектной Габи. И предпочёл настолько, что оплатил моё время, проведённое с ним, бутылкой элитного «Кристалла»!

- Почему? – спросила я, наблюдая, как со дна бокала в моей руке устремляются наверх тонюсенькие цепочки из пузырьков шампанского. – Почему ты выбрал меня, а не Габи?

Саша посмотрел мне прямо в лицо серьёзным взглядом и ответил:

- От тебя веет домом. Домашним уютом, спокойствием, лаской. Чувствуется, что ты страдала от боли, которую тебе причинил близкий человек. И что, несмотря на этот трагический опыт в твоей жизни, ты не стала стервой. Ты ведь новенькая здесь, правда?

Я кивнула.

- Я давно не был дома, – с задумчивым видом продолжал Саша. – Я – заблудившийся странник, я – одинокий корабль, что бороздит бурное житейское море в поисках своего берега. Я знаю, что ещё не нашёл его. Зато я обрёл на короткое время тихую мирную гавань...

После этих слов он мягко обнял меня, а я спрятала у него на плече лицо, по которому катились слёзы.

Впервые после расставания с мужем и вести о его гибели я плакала так горько. Что вызвало у меня эти слёзы? Опьянение, когда алкоголь делает нас более сентиментальными и уязвимыми? Или романтическое признание Саши, произнесённое тихим проникновенным голосом? Наверное, то и другое.

Но, как в сентябрьский печальный день, когда солнце ещё дарит мир позолотой ушедшего лета, вдруг становится пасмурно в преддверии дождя, так и мою минутную идиллию омрачил взгляд Габи. Когда я, почувствовав этот взгляд, посмотрела на неё, сидящую на высоком табурете у барной стойки, мне за шиворот будто насыпали пригоршню снега. Я даже поёжилась от этого воображаемого, но такого ощутимого холода.

Можно было не сомневаться: своего поражения Габи мне не простит.