( С)нежная роза для Нелюдимого

Глава 5

Я старалась не отставать, но тяжёлое зимнее платье мешало делать широкие шаги и успевать за мужчинами.

Поднявшись по длинной широкой лестнице, которая поворачивала направо, мы вышли в просторный коридор со множеством дверей. По дороге нам попадались другие мужчины, вид которых был настолько озадаченным, словно они решали теорию всемирного масштаба. Маги — поняла я. Также попадались торопливые помощники, которые были моложе — стажёры с бледными лицами, взлохмаченные, с распахнутыми в растерянности глазами, в которых читалась не иначе как паника. Но кто бы ни попадался на пути Анрида Рузлокка, все приветствовали оборотника с особым почтением, будто перед ними не просто маг, а воплощение Истинного. Те, что моложе, так едва ли не шарахались, обходя милорда стороной.

М-да, впечатляет. Даже как-то стыдно стало, что вместо благоговейного трепета я испытываю раздражение и неприязнь. Скорее всего, оборотник просто держит всех в страхе своей отталкивающей мрачностью и грубостью.

Наконец мы дошли до нужной двери. Слава Истинному, дверь перед моим носом не захлопнули и ожидать не заставили, пригласив внутрь.

Вот это да! Кабинет милорда был шикарен. Большие стрельчатые окна пропускали столько света, сколько необходимо было, чтобы чувствовать себя комфортно. Не слишком солнечно, но и не мрачно. Главным достоинством, конечно, был письменный стол, массивный, резной, из красного дерева, и внушительное кресло, напоминающее чуть ли не трон императора.

Я пробежала взглядом по полкам с книгами, что были врезаны в стену прямо за креслом, по самому потолку, красивой люстре и картинам, что висели здесь исключительно для демонстрации богатства.

Рузлокк прошёл к столу, бросив на него приказ императора.

Я моментально вспыхнула словно пламенник. Что за тон! Вот это уже попахивало откровенными пренебрежением, оставить которое я никак не могла.

— Так и будете молчать, словно воды в рот набрали? Рассказывайте. У меня много дел, помимо вас, — бросил Рузлокк, встав за столом, упирая в столешницу сжатые кулаки и напрягая солидной ширины плечи, на которых сверкали эполеты, пронзил своим наглым пристальным взглядом.

— Я хочу разобраться в смерти своего отца, Вэйна Монгрейта, — заявила я твёрдо.

— И?

— Вы, наверное, наслышаны о его смерти, случившейся год назад?

— И?

Я пыхтела. Нужно было точно запастись терпением, ну или хотя бы валерьянкой — у оборотника прямо способность выводить людей из себя.

— Что вы хотите сказать, госпожа? — поторопил он, не дав толком собраться с мыслями.

— Я хочу, чтобы вы разобрались в этом деле глубже.

— То есть, вы хотите сказать, что в этом деле не разобрались как следует? У вас есть какие-то претензии? Вы кого-то подозреваете? — продолжил он давить на меня взглядом и своей железной непреклонностью. И, что хуже всего, я чувствовала себя бабочкой в руках коллекционера.

И что мне ответить? Я растерялась, но вмиг взяла себя в руки, отринув волнение.

Так, о чём мы говорили с фамильяром?

Про мою тётю Хиодхон советовал молчать. А ещё советовал держаться от милорда подальше, чтобы он не воспользовался своим даром рыться в чужих мыслях. Иначе нам крышка. А точнее мне, в фамильяре ведь больше ценности. Он ещё как-нибудь выкрутится. А вот я…

Так, без паники.

— Что вы, господин Рузлокк, у меня нет никаких претензий. Но есть основания и право разобраться до конца в этом деле. И если император меня направил к вам, значит, его сиятельство поддерживает моё решение, и вы как лучший специалист поможете мне, — я вздохнула, почувствовав тяжесть и одновременно ликование, потому что выражение лица оборотника смягчилось, будто мне удалось пробиться через эту толщу гранита. — Отец был всегда здоровым человеком, и та неизвестная болезнь появилась слишком внезапно… — продолжила я.

— Есть ли у вас какие-то аргументы или факты, которые заставляют вас подозревать, что это не была болезнь?

— Нет, именно поэтому пришла к вам: есть только сомнения и внутреннее чутьё. Если бы у меня были доказательства, непременно бы предоставила и давно во всём разобралась.

Оборотник усмехнулся, вновь заставляя напрячься.

Рузлокк смерил меня пристальным взглядом, будто что-то решая, а потом глянул на своего, как я теперь поняла, помощника.

— Рогмат, займись леди, — бросил ему и следом пояснил мне: — Он в вашем распоряжении.

— Но император направил меня именно к вам! — настояла я обескураженно, не ожидая такого поворота. Кажется, ситуация выходила из-под контроля.

— Я не обязан лично заниматься вашим делом и имею полное право передать его своему помощнику, — непреклонно заявил Рузлокк, подбирая со стола свиток.

Он точно не человек — бетонная стена. Я покраснела от злости, только это мне не помогало.

— Сейчас вы можете быть свободны, леди Монгрейт. Рогмат поднимет архив и вызовет вас, как только соберёт все материалы. А вы в это время подготовьте все ваши домыслы и сомнения и постарайтесь оформить их во внятные мысли. И поищите заключение лекаря, если оно осталось.

Я фыркнула, бросив на Рузлокка едва ли благодарный взгляд.

— Не волнуйтесь, госпожа, — вмешался этот самый Рогмат. — Мы обязательно разберёмся во всём.

Плотно сомкнула губы, злость медленно переросла в гнев. И я рисковала сорваться и высвободить всё своё негодование. А лучше послать куда подальше оборотника и хлопнуть дверью.

Ничего не вышло. План Хиодхона провалился.

— Тогда я оставлю свой адрес… — процедила с усилием.

Серые глаза вонзились в меня копьями.

— Мне просто удобнее находиться ближе к вам, — поспешила оправдаться я за то, что не живу в своём поместье. — Ради этого перебралась в сердцевину столицы. Это очень важно для меня, и я хочу разобраться во всём как можно быстрее и быть спокойной. Вы просто не совсем поняли меня, господин Рузлокк, — я смолкла, понимая, что в моём голосе отчётливо читались раздражение и лёд. Пусть Хиодхон меня прибьёт, но я не могла не сделать последнюю попытку заставить оборотника взять наконец это дело на себя. — Я как наследница боюсь, что на меня тоже будут охотиться. И пытаться устранить.