Психология - это сила, или история о том, как я попала

Часть первая, где случайности не случайны.

          Я цепким взглядом окинула аудиторию и неожиданно вздрогнула, нарвавшись на холодные, полные какой-то твердой решимости карие глаза. Ранее мне приходилось натыкаться на этот странный прищур, будто во мне пытались увидеть нечто недоступное обыкновенному взгляду, но всегда списывала это на собственную мнительность. Уже второй год вела эту группу и пока ничего сверхъестественного не замечала. Сама когда-то была одной из них, поэтому абсолютно спокойно относилась к любым странностям и заскокам студентов. Молодежь, что с них взять; пускай куражатся, пока еще есть такая возможность.

          Внутреннее встряхнувшись, я с трудом отвела от парня глаза и, заглянув в собственные записи, начала лекцию. Юриспруденция никогда не была моим призванием, но мне нравилась моя работа и то, чем я занималась. Читала курс гражданского кодекса и старательно доносила до легкомысленных голов студентов их права, о которых в наше время имеют представление лишь единицы. Молоденькие девчонки с округлыми животами, без конца бегающие ко мне за конспектами, единственные кто воспринимал меня в серьез и внимательно слушал. Делая круглые глаза, они едва ли не под карандаш брали все сказанное мной, а потом сломя голову неслись собирать справки для получений всяческих пособий, потому что не всем повезло заручиться поддержкой будущего папаши. Вот я и помогала, чем могла, делилась тем единственным, что у меня имелось – знаниями.

          А что еще может быть за душой тридцати двухлетней женщины, не выносившей ребенка. Только горечь потери, одиночество и пострадавшая стараниями бывшего мужа самооценка. Не смогла, не справилась, никчемная. Все это конечно уже в прошлом, давно похоронено под грудой новых переживаний и впечатлений, но горький осадок все еще преследовал. Озаботься я рождением ребенка снова, все бы не казалось столь мрачным, однако рожать от кого попало, полнейшая глупость, вот терпеливо и ждала своего часа.

Не напрасно - мое терпение оказалось с лихвой вознаграждено. На данный момент у меня неплохая работа, любимый человек, совместно приобретенная квартира и предложение руки и сердца. Правда, с последним мы решили немного обождать, потому что Эдик без конца пропадал в командировках, старательно строя карьеру регионального управляющего. Но через годик обещал остановиться, получив должность заместителя исполнительного директора в строительной компании.

          Я, признаться, и не торопила, проверяя наши чувства на прочность. Все-таки полгода это небольшой срок; и так слишком поспешно съехались, не сразу отказавшись от идеи съемного жилья. Подсчитав финансы, пришли к выводу, что совместными усилиями реально приобрести двушку и, нотариально все оформив, словно счастливые молодожены въехали в собственную квартиру. Все-таки иметь свой маленький угол в этом огромном мире - это крохотное, но все-таки счастье.

          Оправив чуть приподнявшуюся от перемещений по аудитории юбку-карандаш, я вернулась за стол и потянулась к минералке. В горле пересохло от полутра часовой лекции, и пить пришлось прямо на глазах у множества ожидающих продолжения студентов. Прижав горлышко бутылочки к губам, запрокинула голову и снова поймала на себе прищур карих глаз. Пока усмиряла жажду, лихорадочно перебирала в памяти фамилии, вспоминая засевшего на галерке парня. Не то чтобы я не знала его, все же он тот еще балагур и задира, не редко веселящий аудиторию едкими комментариями, но из головы совершенно вылетело имя доставшего весь педагогический состава бунтаря. В отличие от большинства коллег, мной подобное поведение воспринималось абсолютно нормально. Я никогда не забывала кто передо мной, и на открытые провокации не велась, прекрасно зная с какой это целью делается. Выделиться, привлечь внимание, повысить собственную самооценку и еще масса подобной ерунды, засевшей в головах с не окрепшей психикой.

          Тем временем пристальный взгляд скользнул ниже и замер на вороте моей белой блузки. Я едва не поперхнулась водой, вдруг вспомнив про слабую петельку, из которой всякий раз так и норовит выскочить верхняя пуговка, обнажая больше необходимого, и испуганно опустила взгляд вниз. На деле все оказалось не так страшно: материя блузы, зажатая между грудной клеткой и краем стола, обтянула грудь, привлекая к себе внимание мягкой округлостью, но заметил это только один человек. Причем поселившееся в его глазах неодобрение говорило об обратном, нежели я привыкла замечать на лицах студентов, вдруг обнаруживших перед собой молодую привлекательную женщину, а не взрослого преподавателя.

          Откинувшись на спинку стула, я припечатала наглеца строгим взглядом и, наконец, вспомнила его - Глеб Кадетов. И не смогла не отметить некоторую перемену в его поведении. В прошлом году, когда я только начала преподавать в этом институте, он без конца цеплялся к моим словам, веселя своими комментариями всю группу. Словом, тот еще пофигист, чьему самомнению море по колено. А в этом семестре словно повзрослел, переосмыслил свое поведение, хотя природную харизму и въевшийся в язык сарказм не утратил, изредка вворачивая колкие замечания в мое повествование. В целом, для меня эти изменения не имели особого значения, так как, что тогда, что сейчас я не реагировала на открытую провокацию и не вступала в бессмысленную полемику.

          Звонок оповестил о завершении занятия, и я одной из первых направилась к двери, невольно вклинившись в толпу спешащей к выходу молодежи. Сзади напирали студенты, но делали это аккуратно, все-таки не первогодки, а как-никак выпускной курс. Тем не менее, в какой-то момент, меня вдавило в чью-то спину, а от линии ребер вниз неожиданно мягко проехались горячие ладони и замерли на бедрах. Меня будто кипятком обдали, таким непостижимым образом отозвалась во мне тяжесть мужских рук. Я рванулась прочь и неловко вывалилась из дверного проема, нечаянно пихнув студентку. Пряча пылающее маковым цветом лицо, я смятенно уронила извинения и, не оглядываясь, быстро зашагала прочь.