Предатель. Ты не узнаешь о двойне

22

Стас

– Что за? – дочитываю статью, а в голове одни нецензурные выражения. – Юля сдурела?

Только что испытывал муки совести от прошлого поклепа на нее, и тут же сразу обвиняю. В тот раз едва ли она давала наводки на статейки. Раз не Юля была виновата, то и не в ее интересах это было. А я сразу – «сдурела». Ничему меня жизнь не учит.

Поднимаюсь на ноги и начинаю ходить по кабинету из стороны в сторону, словно зверь в клетке.

А, собственно, чем наши комнатушки отличаются от клеток, все тоже самое, и люди в них мечутся аналогично зверям с мнимым ощущением свободы и собственного выбора.

Ведь на самом деле нет никакого выбора. Все время что–то или кто–то решает за нас. Будь то родители или обстоятельства. А нам остается только думать, что мы сами приняли решение, а оно–то уже давно принято, еще до нас.

Удобная позиция, скажет кто–то, ведь она снимает с человека ответственность. Но я не соглашусь. При такой позиции на человеке больше ответственности, так как именно он загоняет себя в жесткие рамки, при которых все якобы предрешено.

Ох, тру лицо со всей силы, философия так и прет из меня сегодня. А все потому, что устал я до чертиков. И это не преувеличение.

Какие у меня радости в жизни? Только общение с двоюродной сестрой. Ни с одной девушкой после Юли я близко так и не сошелся. Сначала тошнило от них, думал, все они предательницы. А теперь тошнит от себя, предателя.

Да и работа надоела, нет новизны. Идем по давно проторенной колее несколько лет, ничего не меняя и не внося разнообразие. Как решили придерживаться стабильности так плавно и следуем этому курсу.

Мои глаза снова попадают на статью, открытую на компьютере. Канал «Борьба за женщин». Надо бы потолковать с этой искрометной блогершей, да узнать, откуда растут ноги в ее статье.

Есть большая нестыковка, если дети мои, с чего бы Юле обнародовать это подобным образом? Алименты понадобились и ничего другого не пришло на ум?

И снова я заведомо очерняю свою бывшую супругу. Не могу полностью возвести ее в ранг невиновных, не могу и точка. Наш так и нерешенный конфликт просто перерос в какой–то внутренний психоз. А теперь я еще и узнаю, что он имеет последствия.

Возможно, имеет. Все же не стоит себя накручивать заранее, когда я не знаю правду написали или нет. Может, это дети ее ухажера. Тогда я со спокойной совестью приму факт измены свершившимся и более не буду чуть что страдать от чувства вины.

Решено! На работе мне делать все равно нечего. Когда отлажен механизм, шестеренки прекрасно работают без постоянного бдения головного прибора.

Ну и сравнения у меня сегодня – кошмар какой–то. Погода плохая затянулась, вот и моя головушка с ума сходит от недостатка витамина Д. Но вместо теплых краев меня ожидает областной центр.

– Папа, – стучусь к отцу в кабинет и практически сразу захожу, – я уезжаю.

Прежде чем ответить, он глядит на круглые часы на стене и хмурится. Несмотря на компьютер и смартфон, мой отец предпочитает механику, и чтобы она всегда была перед глазами. Желательно перед чужими глазами тоже, дабы при каждом подходящем случае тыкать человека в то, что он или она не следит за временем.

Приятный он начальник, да и родитель на уровне.

– Не скажу, что удивлен, но хорошо, – отвечает, снова опуская глаза на документы. – Не забудь, мама ждет тебя в субботу, у нее запланированы какие–то важные гости.

– К счастью, в этот раз без меня обойдетесь. Я знаю всех ее гостей и устал от ее сводничества, все равно из этого не выходит ровным счетом ничего: ни плохого, ни хорошего. Я уезжаю на неопределенный срок, я думал, ты сам догадаешься.

– Это ты из–за статьи? – отец выгибает правую бровь, возвращая взгляд на меня. – Удивлен немного, если откровенно, думал, спустишь все на тормозах, как и раньше спускал этой девчонке.

– И правильно поступал. Ты, между прочим, виноват перед ней не меньше, еще и угрожал! Как только додумался, – качаю головой.

– Защищал свое, – папа реагирует как всегда хладнокровно. – Тебе бы тоже не помешало, сын.

– Так точно, – салютую ему, – поступлю именно так, господин командующий! Но для начала поеду и разберусь в происходящем, больше я тебя вслепую слушать не намерен.

– Как будто я тогда тебя заставлял, сам принял мою сторону, а теперь ноешь. Не первый год, между прочим! Завязывай уже, меняй пластинку. Напиши заявление на отпуск за свой счет и вперед, – отец раздраженно машет руками.

– Пойду и напишу заявление на нормальный отпуск, я в нем уже давно не был! Компенсации достали. До свидания, папа! – произношу громче, чем следовало бы, и выхожу за дверь ужасно раздраженный.