Роман и Юлия

32. Подруги

- Давайте знакомиться, - на ходу первой начала разговор Юля. – Я – Юля.

- Да мы уж в курсе. Знаем, что не просто Юлия, а Юлия Истинная, ну, по-другому у Аглаи и быть не могло, - засмеялась высокая блондинка справа. – А я Ксения, брюнетка в кудряшках – Роза, а в голубом – Анна.

Юля улыбнулась каждой девушке и полюбопытствовала:

- Вам Аглая про меня рассказала? И почему вы называете меня истинной?

- Аглая ничего не рассказывала. Скрытная она, - включилась в разговор Анна, - нам тебя назвали там, на ритуале. У нас у всех по два имени. Одно от родителей, второе «они» дают – духовное. А ты разве сама не слышала?

Юля покачала головой:

- Нет. А Аглая Петровна говорила, что без разницы какое имя.

- Это про первое. Первое имя только направление в жизни указывает, ты можешь следовать ему, можешь – нет, а второе имя уже твоей сути соответствует.

- А кто «они»? – Юле было очень интересно. Она, конечно, слышала, что Аглая упоминала какие-то Силы, но сразу не спросила: постеснялась. Среди девушек Юля чувствовала себя легко и непринуждённо.

- «Они» – это там, - Роза, шедшая чуть впереди Анны, обернулась и кивнула в небо, - если хочешь, называй ангелами или силами, или как угодно по-своему. Их редко кто видит, силу духа иметь надо большую, чтобы вынести их присутствие. А с нами они только разговаривают.

- Это что же, голос из ниоткуда раздаётся? – не унималась Юля.

- Ну ты фантазёрка, - хохотнула Роза, - нет, внутри тебя появляется непоколебимая уверенность, ты просто знаешь и не сомневаешься.

На лице новенькой обозначились такие искренние удивление и непонимание, что девушки рассмеялись.

- Поймёшь, когда заговорят, - обнадёжила Ксения.

А Юле, как снег на голову, пришло озарение: так ведь с ней тоже говорили. Это те странные ощущения, когда неведомым образом приходила уверенность, как надо сказать и сделать. Просто она не заостряла на этом внимание, не догадывалась, что это «они» так говорят, а то бы уж точно была в тот момент ответственнее и, может быть, смогла спросить про себя. Все приходящие советы касались людей, а не её. Для себя она по-прежнему не понимала, как лучше поступить. Юле захотелось немедленно пообщаться с «теми». Она сосредоточилась на себе и уже собиралась мысленно крикнуть: «Помогите!». Но невольно обратила внимание на повысившую голос Ксению и, немного сожалея, переключилась на спутниц.

- Ань, а ты своё посвящение помнишь? – спрашивала Ксения. Перед ними сквозь редкие деревья расстилалось беспредельное небо, создавая впечатление, что там край земли. Приглядевшись, Юля увидела линию, ниже которой вырисовывалось озеро.

- Да тот ужас разве забудешь, - засмеялась девушка и коротко добавила - я тогда с жизнью распрощалась.

- Как это? – изумилась Юля.

Аня вздохнула:

- Я с наставницей к озеру пришла, а там по берегу люди прохаживаются и на воду постоянно смотрят, будто чего-то ждут. Вода прозрачная была, как сейчас, а потом стали появляться молочные разводы, а потом и совсем стала белой. А люди, как будто обрадовались и давай пританцовывать и в ладоши хлопать, а моя наставница ещё и запела. Тогда я не понимала слов. И тут вода стала расступаться, образуя узенький коридорчик по дну. А в конце дорожки из дна маленький ручеёк. Как хрусталь, прозрачный, солнце в нём искрится и кажется, каждая капелька отдельно видна. Мне наставница велела идти к истоку. Зачем – не сказала, а я и не спросила, и даже не подумала, что вода вокруг, до того меня видение заворожило. Только дошла, присела, чтобы коснуться источника, а надо мной – хлоп – сошлись воды.

Юля, в красках представлявшая картинку, поёжилась: да уж, у неё-то поприятнее было.

- Я запаниковала, начала барахтаться, - продолжала рассказчица, - а вода, струями руки, ноги мне словно оплела и не отпускала. И я вдруг резко так смирилась: вручаю тебе себя, что хочешь, то и делай. А до этого я с водой всегда «дружила», плавала хорошо, вообще, без того, чтобы не окунуться хоть в реку, хоть в бассейн, хоть в ванну дня прожить не могла. Я и плавать легко могла научить, и бывало людей на пляже спасала, и даже, когда болела, могла просто чистую воду пить и легче становилось. Я так и с наставницей своей познакомилась, через воду. Точнее, история с водой в самолёте приключилась. У соседа с сердцем плохо стало. А он случайно все свои лекарства упаковал в багаж, в аэропорту вспомнил, но понадеялся, что обойдётся: предварительные-то меры принял. А тут такое. Суета поднялась, все советы дают, таблетки предлагают, а я будто по наитию, воды попросила. Стаканчик в руках подержала и говорю так строго: «Пейте, через минуту всё пройдёт». И ведь уверена была, что правильно делаю, что пройдёт. Удивительно, мужчина меня послушался и выпил воду, а не лекарства. Прошло. А уж как приземлились и багаж получили, ко мне женщина подошла и адрес оставила, сказала, что, если захочу про воду интересное узнать – приду. Я и пришла. Тем более оказалось, рядом живём.

- И что дальше? Как тебя отпустило?

- Да я сама и не помню, помню только ощущения: лёгкость и свежесть - усмехнулась девушка.

- Зато мы помним, - встряла Ксения. – Она из-под воды поднялась и до берега дошла по воде, вот, как мы сейчас по траве идём, а на берегу уже упала. Там ритуал до конца довели, и в дом её отнесли, сил набираться. Нам с Розой было жутко интересно пообщаться с этой «утопленницей», вот мы и напросились побыть, пока она в себя придёт.

Девушки уже вышли на берег и расположились на траве возле самой кромки озера. Прозрачная чистейшая вода так и манила, но Юля с опаской глядела на её великолепие и села, на всякий случай, позади спутниц, обняв для надёжности веник. Солнце дарило ласковое тепло, трава казалась шёлковой и мягкой, вода искрила, так что вскоре вместо неясных тревог пришло наслаждение присутствием. Не хотелось двигаться, разговаривать. Но тут Юля вспомнила, на что обратила внимание, когда ещё шла с Аглаей:

- А мне почему-то показалась, что дома пустые.