Burn down to ashes / Догорая дотла

Пролог

Кира.
Если и существует лекарство от всех бед, то это определённо бег. Мы привыкли бежать от проблем, от обязанностей, от всего, что идёт не так как мы планировали. Но что, если я бегу просто так? Для души. Одна пробежка решает сотни проблем, расставляет всё по своим местам. Но какое место у моих проблем?
Я набираю скорость, отдавая всю себя пробежке и мелодии, что доносится из моих наушников.
«Say hold up just a minute, don't burn me now
If you burn me down you'll never find your way»
( Прим. Прошу, остановись хотя бы на минуту, не сжигай меня сейчас.
Если ты испепелишь меня, то никогда не сможешь обрести себя.)
Мне всегда нравилась пересеченная местность, а не гладкая дистанция. Тренируясь на стадионе или в манеже, я сравнивала себя с мелким грызуном бегающим "по колесу". Когда бежишь по лесу, ты чувствуешь себя свободным. Пуская свежий незагазованный воздух в лёгкие, насыщая мышцы кислородом, проделывать большие дистанции. Мне всегда нравилось взбегать в подъёмы, чувствовать как работают мышцы, как с каждым днём они работают через "не могу". Можно подумать, что я сумасшедшая, но мне, действительно, становится лучше, когда я чувствую, как мои бёдра и икры "горят" в конце и на выходе из подъёма. Единственное, что всегда оставалось неизменным - я ненавидела спуски. Страх падения настолько захватил меня, что на спусках я теряла то время, которое позже, превозмогая себя, отрабатывала в подъёме.
Мы все не любим падения.
На солнце блестнул серебряный браслет, который мне передала Геля, через ЕГО сестру. На нём была гравировка «Только вперёд и вверх».
Я не боялась упасть, потому что знала, что меня поймают. Это была грубая ошибка. Меня поймали, чтобы бросить ещё ниже.
Падший.
Сейчас я не боюсь упасть, потому что после падения, мой следующий шаг будет уверенней.
Преодолев длинную равнину, вбегаю в подъём, ноги запинаются о корни деревьев, палящее солнце будто прожигает кожу, я впервые пожалела, что не надела повязку, собирающую пот. Ускоряюсь настолько, что чувствую своё сердцебиение. Боюсь смотреть на часы, которые сигнализировали о повышенном пульсе пару минут назад. Шаги сливаются с песней locked in a cage группы brick + mortar, и я забываю обо всём. Горло пересохло настолько, что я не могла даже сглотнуть, голова кружилась, но я продолжала бежать. Часовая интенсивная пробежка давала о себе знать. Я чувствовала истощение. Физическое и моральное истощение. Но мне было плевать. Мои ноги отчеканивали ритм, в то время как я, всё набирала и набирала скорость, наплевав на боль в мышцах и очевидное обезвоживание.
Я просто должна бежать.
Просто. Должна. Бежать.
«Locked in a cage, for a really long time, time, time
Locked in a cage, for a long time, time, time
Locked in a cage, for a really long time
Locked in a cage, for a long time, time, time»
(Прим. Запертые в клетку уже очень давно.
Запертые в клетку долгое время.
Запертые в клетку уже очень давно.
Запертые в клетку долгое время.)
Тело горело от палящего июльского солнца. Вытираю пот ладонью и провожу языком по сухим губам, в надежде хоть как-то облегчить ситуацию, но делаю только хуже. Пытаюсь сглотнуть, но язык будто прилипает к горлу. Сбавляю скорость, но не так, как говорил тренер. Наплевав на возможный гравитационный шок, я падаю на колени, но вовсе не чувствую боли.
- Запертые в клетку... Запертые в клетку...- Будто завороженная шепчу сама себе, сидя на коленях и повторяя текст завершившейся композиции. Смотрю на свои разодранные ладони и поднимаю голову к небу, не давая слезам скатываться по щекам. Прошло столько времени, но боль с каждым днём захватывает всё сильнее. Я не могу с этим справиться. Курсы йоги не помогли найти мне внутренний баланс и гармонию. Посещение психолога не давало нужных плодов. Бег помогал отвлечься, но я не могла бесконечно находиться в движении. Я изнуряла свой организм ежедневно, чтобы приходя с тренировок, немедля отправляться в царство Морфея. Но и это не помогало. Выполняя асаны, я думала только об одном. Сидя в мягком кресле, я говорила о том же. Я была свободна только тогда, когда преодолевала большие дистанции в компании любимых кроссовок и mp3-плеера. Но когда я останавливалась, воспоминания, будто огромный бульдозер, сшибали меня с ног, не оставляя ни единого шанса на жизнь.
Мои плечи содрогались от беззвучного плача. Не было сил бороться с прошлым, следующим за мной по пятам. Сделав глубокий вдох, я поднялась с земли и зашагала в сторону дома. Я знала, что меня там ждёт. Знала, что приняв душ, я вновь возьму кисть и начну рисовать, ведь это «гениальный» совет моего психолога. На протяжении нескольких месяцев меня преследовало только одно.
Я знала, что именно буду неосознанно вырисовывать на холсте, пока по комнате будет разливаться композиция "I wanna be yours" замечательной группы Arctic Monkeys.
Я знала, что там будет изображено.
То, что служило поводом моих кошмаров и бессонницы.
То, что я ежедневно выводила тонкой кистью, вкладывая всю свою душу.
То, что жестоким отпечатком оставалось в моей памяти.
Я знала, что именно вновь увижу на холсте.

Его глаза.