Новые законы.

Глава 59 Деорак

Прошло всего два дня с тех пор, как Таймар вернулся в Вайрук со своим трофеем, а разного рода небылиц за это время народилось на целый сборник легенд. Началось всё конечно с виманы. Когда ошалевшая толпа, встречающая своего героя, увидела сияющий белыми бликам корабль, то просто обезумела. Сначала люди шарахнулась от чужеземной махины, потом потянулись к ней, чтобы получше разглядеть дивное диво. Каждый хотел стать свидетелем легендарного события. Каждый воображал, как будет рассказывать своим детям, а затем и внукам о первом появлении чудо-корабля в стенах города.

Вимана действительно внушала всему населению Дей-Арака благоговейный трепет. Людей завораживала новизна, неизведанность, открытия, сулящие такие перемены, о которых прежде и помыслить никто не мог.

– Вот и наступило будущее, – слышалось в толпе.

– Это переломный момент, теперь-то уж пойдёт прогресс, не остановишь, – доносилось с балконов магистериумов.

– Что же ещё наш княже придумает? – вопрошали перепуганные новыми веяньями простолюдины.

Но ни одна вимана будоражила жителей Вайрука. За два дня по столице разошлись слухи о загадочной муэ лилулай, что странствовала с Таймаром по Кохаре. Говорили о девушке разное: и что она ведьма, околдовавшая принца, и что посланница богов, и что просто жрица, ставшая Таймаровой рабыней при каких-то немыслимых, но наверняка весьма пикантных обстоятельствах. Трепали даже, что лилулай – это сама Богиня плодородия, спустившаяся в их грешный круг, потому что её покорила мощь и отвага младшего сына Деорака. Совсем уж лихие сплетники напридумывали сказок о их неземной любви и о том, что скоро в божественном пантеоне будет пополнение.

Деорак велел эти слухи нещадно пресекать, потому как ему они хлопот доставляли больше чем самому Таймару. Княжна Мариго, и без того измотавшая Деорака своими бесконечными идеями по поводу свадебной церемонии, сделалась совсем несносной от этих сплетен. За две недели, что её жених отсутствовал, княжна посетила его раз десять, пока император не сбросил заботы о гостье на своего помощника. Тот сетовал, что Мариго утомила его в первый же день, потому что к нему она наведывалась по пять раз за сутки, полагая, будто такая птица как первый помощник императора, менее занятая персона, нежели сам вседержитель, а посему его можно отвлекать каждый раз, когда вздумается.

Понять принцессу конечно можно было, ведь ей предстояло стать первой дамой в Дей-Айраке (на её счастье сам император так и продолжал оставаться вдовцом, горюя по матери его сыновей). Радужные и не очень перспективы кружили прелестную головку юной девушки, а ещё столичные сплетницы рассказывали всякие небылицы о будущем муже. Одни боги могли знать сколько в этих девичьих кладовых накопилось уже историй и томительных предвкушений, которые Таймар, конечно же, безжалостно разобьёт. Он внесё в жизнь Мариго пуд реальных человеческих переживаний, никак не вяжущихся с ореолом сурового, но страстного мужа, которым неопытная дева уже наверняка окутала его.

Впрочем, страдания Мариго уже стучались в двери её души, и всё из-за чистой девы лилулай, о которой говорил весь двор. Масло в огонь страстей подливало ещё и то, что князь тщательно прятал ото всех своё сокровище. Лилулай окружал небольшой штат слуг и совсем уж крохотный приближённых: в него как доложили императору, вошёл Истан, Дока и как ни странно Маруха, подлизавшийся к ней во время похода по степям. Больше Таймар к своей деве никого не подпускал, да и эти персонажи имели счастье общаться с Китэрией лишь по причине того, что сама судьба свела их вместе, вопреки желанию князя.

Пока невеста Таймара изнывала от душевных мук и унизительного положения, в котором оказалась благодаря своему честолюбию, Деорак страдал от схожих чувств. А причиной такой меланхолии был не кто иной, как Вольгер Грут. Деорак самолично видел его со своим сыном в башне Страха, в тот жуткий день, когда Таймар убил несколько его гвардейцев, выместив таким образом злобу на отца. Потом Деорак видел кея рядом с Таймаром в день приезда и ещё сегодня утром.

Его сын выходил из башни в сопровождении растолстевшего Вольгера, о чём-то оживлённо беседуя. Он спорил с кеем, повышал на него голос и даже позволил себе попытку рукоприкладства, от которой Грут ловко увернулся, несмотря на своё тучное сложение. Кей погрозил князю пальцем, дал на прощанье какой-то наказ или может совет и ушёл за ворота замка, а Деорак стоял и думал, отчего это Вольгер не наведался и к нему, ведь император в Дей-Айраке пока что он, а не Таймар?

Эти грустные мысли заставили Деорака прийти к выводу, что Грут уже сбросил его со счетов. Кей делает акцент на будущего правителя и не считает нужным, тратить время на традиционные уважительные любезности в адрес всё ещё действующего императора. Деорак прекрасно видел, что кей заметил, как он наблюдал за их разговором с Таймаром, но он всё же не удостоил его и крупицей внимания. Даже головой не кивнул, в то время как его сыну он позволял такое обращение, о котором Деорак и помыслить в его годы не мог.

«Что же у него за дела с Таймаром?» – размышлял император, пока на софе в его приёмной утирала слёзы совсем поникшая Мариго. Принцесса узнала от портних, которые шили наряды для княжеского гарема, будто Таймар собирается со своей лилуй в город на экскурсию, которую должен был согласно этикету провести для неё.

– Разве это уважительно? – вопрошала она, трубя в салфетку. – Я его невеста, а он даже не удосужился зайти ко мне по возвращении в столицу.

– Да, да… такой уж он – мой младшенький: не терпит светских манер. Я поговорю с ним, – отстранённо отвечал Деорак, думая о своём.