Сила души Сказания душ Книга третья

Сила души Сказания душ Книга третья Часть 2 Глава 1

ЧАСТЬ 2

ГЛАВА 1
ВОЗРОЖДЕНИЕ

Ни скрипа, ни шелеста. Ни единого звука вокруг. Полная, всепоглощающая, застывшая в воздухе тишина. Странное место. Кругом длинные коридоры, бетонные стены, мраморные полы, и металлические двери. На потолке лампы дневного света скрытые в специальных нишах. Они не горят уже давно. Здесь никого нет. Ни единой души вот уже более трёхсот лет.
В одной из комнат, мигает редкими пульсарами маленький индикатор. Это машина, огромная, умная, расчётливая. Она стоит здесь в одиночестве. Она, обладательница невероятного потенциала и множества фантастических возможностей, вершина технического совершенства. Но ни один человек не придёт проверить работоспособность её сложных технических систем. Никто не нарушит её покоя, не нажмёт на покрытые пылью клавиши.
Более трёхсот лет назад здесь кипела жизнь. Это место, было новейшим в техническом отношении и оснащении, научно-исследовательским центром. Здесь творили чудеса. Более тысячи пытливых умов со всего мира, работали здесь. Светила мировой науки в области медицины, физики, химии, математики, технологи и конструкторы. Всех не перечесть. Попасть работать сюда, было мечтой всякого уважающего себя учёного. Это место, было ядром сосредоточения мировой мысли и фантазии, воплощённой в реальность, и воссозданной пред оком великого человечества. Истинное доказательство того, что люди отныне сравнялись в могуществе с Богами.
Сие место звалось «Грот».
Огромный город, расположенный глубоко под землёй в самом сейсмически устойчивом участке земной коры, окружённый новейшими системами безопасности и контроля. Каждый сантиметр его стен, пола, потолков, внешней и внутренней обшивки был напичкан датчиками всевозможных систем измерения и наблюдения. Грандиозная по тем годам программа оповещения об эвакуации, связывающая всех сотрудников в единую базу, и противоударная технология блокировки на случай любого катаклизма. Каждый человек, который работал в этом месте знал, что его безопасность здесь стопроцентная. Все знали, что эти чудо-технологии, сумеют противостоять любой угрозе как извне, так и изнутри.
Практически все проекты, которыми здесь занимались, имели самый высокий уровень секретности. А весь обслуживающий персонал был отобран и обучен самым тщательным образом. Посторонних тут не терпели. Система безопасности, отработанная десятилетиями ещё в ЦЕРНе, никогда не пропустила бы на этот объект человека непрофессионального или профнепригодного. Система, разработанная самими людьми, и внедрённая в программу машины-компьютера решала как быть, кому, где и во сколько появляться. Строжайшие рамки пунктуального перемещения, никаких поблажек, и полный, тотальный контроль. Именно этим обуславливалась безопасность подобного уровня секретности. Никаких — «быть может», «наверное», «абы, да кабы». Система была непреклонна, неподкупна, она не понимала юмора, и всегда, в отличие от человека, работала исправно, скрупулёзно, не задавая лишних вопросов. В этом странном месте всё контролировала система.
В какой-то момент жизни люди решили, что более не хотят заниматься подобного рода вещами. Такими, как трата времени на безопасность и слежение за порядком. Они полностью передали эту миссию компьютерам. Элементарные вещи — открывать и закрывать двери, заменить лестницы эскалаторами или вместо уборщика внедрить робота. Не носить самому вещи, а когда что-либо понадобится просто взять и создать в реализаторе. Не нужно было вести календарь. Компьютер мог за несколько дней полностью изучить ваш распорядок и подстроиться под ваш образ жизни. Он знал во сколько вам нужно вставать, сколько и можно ли вам пить по утрам энергина и съесть бекона, какой лучше повязать галстук и какой дорогой удобнее добраться до работы. Вам не нужно было делать совершенно ничего. Машина видела всё сама и принимала решения. Но, порой, разумному и высокообразованному человеку, а таких в этом месте было большинство, по-настоящему становилось страшно, когда он задумывался о разумности подобной системы.
Но машина — не человек. Она не может мыслить, чувствовать и сопереживать как люди. Машина не может взять и передумать под порывом эмоций в случае неверного решения. В конце концов, машина не умеет любить. А ведь именно любовь движет чувствами и мыслями людей. Машинам это абсолютно не известно. Именно поэтому, когда первые признаки надвигающегося кошмара ударили в стены «Грота», машина отдала сигнал о немедленной эвакуации всего живого.
Тысячи людей покинули, наверное, самое надёжное и защищённое место на земле, в котором могли бы выжить, и продолжить свой род, когда всё прекратиться. Функционал и техническое обеспечение позволили бы всем этим людям, персоналу из более чем шести тысяч человек, жить и работать здесь практически тысячу лет.
Но машина думала по-другому. Её протоколы безопасности предписывали полную эвакуацию всего персонала и глухую герметизацию пустых помещений. В дальнейшем, когда опасность могла миновать, компьютер «Грота» вновь открыл бы все свои двери и впустил в помещение базы людей.
Но сейсмические толчки не смолкали, а лишь усиливались, и это длилось не один десяток лет.
За все эти годы, пока мир менялся под воздействием злобной и бушующей природы, которая стёрла с лица земли одни континенты и возвела на их месте другие, о существовании научно-исследовательского центра «Грот» забыли. В живых не осталось никого, кто мог бы рассказать потомкам о его существовании. И на триста долгих лет «Грот» погрузился в тишину.
Ни единого звука вокруг. Ничто не нарушает многолетней застывшей тишины. Лёгкая эрозия в момент максимального сейсмического толчка в результате которого все города в радиусе сотни миль вокруг, обратились в руины. Эта царапина во внешней оболочке глубоко под землёй лишь слегка нарушила целостность мощной железобетонной стены, отделяющей внутренний корпус «Грота» от всего, что может случиться снаружи. За долгие триста лет песчинка за песчинкой, камень за камнем, под воздействием перепадов температур и влажности раздробили повреждённую стену, и в ней появилось отверстие величиной с футбольный мяч. Затем в момент одного из землетрясений часть стены просела, и изогнутая под немыслимым воздействием много тонных бетонных блоков арматура вонзилась во внутреннюю обшивку. За несколько десятилетий непрерывного и постоянного давления металлический прут продавил в хромированной высокопрочной стене дыру размером с пуговицу. В тот день, когда это произошло, в «Гроте» сработала система оповещения о разгерметизации одного из законсервированных помещений.
Компьютер, дремавший в глубине своих системных снов, включился. Он перезагрузил свою систему и, обновив параметры с учётом многолетних поправок, начал полный анализ своих владений.
Спустя девяносто шесть часов система констатировала чужеродное проникновение извне. Ошибка была проанализирована, выявлены причины и следствия, обнаружено место повреждения. Но решить данную проблему самостоятельно компьютер не мог. Он ведь был не более чем машина.
Всё, что он смог сделать, это заблокировать доступ к месту прорыва и наглухо запечатать данную секцию. Но неожиданно возникла серьёзная проблема. В помещении, где произошёл прорыв, хранились уникальные тестовые биологические компоненты, утеря которых строжайше не допускалась. Данные образцы были плодом уникальных биоразработок, их потеря грозила невосполнимым кризисом в развитии исследований в области генетики уникуманоида. Приоритетная область исследований, самая важная из открытых за последние столетия людьми сфера науки. Одни называли её живой душой, другие крупицей Бога. Геномы, выделенные из ДНК и служившие людям тем, что давало им разум. Исследования в данной области могли позволить понять, что дало людям возможность мыслить, откуда взялись все наши чувства и куда, покидая тело после смерти, мы уходим.
Компьютер не мог допустить подобного. Скорее всего, потому что был машиной. Его электронный разум не имел ни малейшего понятия о том, что творится снаружи. Его системы не фиксировали внешних показателей. То ли датчики наружного сканера были неисправны, то ли по какой иной причине.
Система обшарила все доступные ей помещения, и не найдя ни одного живого существа, которое могло бы выполнить работы по устранению прорыва и защите подвергшегося опасности материала. Компьютер принял решение, которое изменило ход истории и перевернуло процесс эволюции на многие столетия вперёд.
Используя огромные знания, заложенные в системы и сервера своей программы, а также полный доступ к механизмам, приборам и воссоздаваемым биологическим компонентам. Машина запустила процесс клонирования.
То, над чем бились долгие годы учёные и медики, оказалось во власти не кого-нибудь, а мыслящей и абсолютно не имеющей чувств компьютерной программы. Сверхсекретные технологии, сокрытые строжайшими печатями тайн, запрещенные всепожирающей моралью мира людей, которые могли спасти сотни, тысячи, миллионы жизней будь люди хоть немного прагматичней и строже в своём мышлении. Они могли бы внедрить их в жизнь под соответствующим контролем и присмотром, обложив их законами и иными, пускай и жестокими, догмами. И кто знает, что было бы с человечеством, сравнись они тем самым с Богом.
Сейчас — эти великие знания и передовые технологии работали, воссоздавая клетку за клеткой. Но кого они создавали? Что могло получиться в результате этой работы? Того, кто должен был в угоду машине устранить неожиданно появившуюся проблему, с которой компьютер, управляющий данным процессом самостоятельно справиться не мог. Машина воссоздавала требуемую ей рабочую силу. Воссоздавала человека ибо сама была не в состоянии починить пролом. Машина, обладающая величайшим в мире интеллектом. Зачем? Простите за пафос, зачем этот разум, вообще, нужен, если в таком элементарном бессилии он не способен заделать простую дыру.
Процесс клонирования занял два месяца. По расчётам компьютера, этого могло вполне хватить, чтобы вновь воссозданный человек был абсолютно и полностью работоспособен. А подвергшиеся воздействию извне компоненты смогли просуществовать во враждебной среде без потери своих уникальных свойств.
Но компьютер — это лишь машина. Она весьма умна и расчётлива, очень точна и обладает огромным объёмом памяти недоступным людям. Но машина не может учитывать случайности, нелепости, забывчивость или простую оплошность, вызванные банальной спешкой.
В тот день, когда сигнал сейсмической тревоги огласил помещения «Грота», лаборант, поспешивший на выход, позабыл нажать кнопку ручной защиты. В результате чего во время полной консервации помещений эта программная ошибка попросту осталась незамеченной великим электронным мозгом, поскольку ручные установки в его ведение не входили.
По умолчанию компьютер принял злосчастную комнату как за герметизированную, и когда произошло несанкционированное проникновение, компоненты, что содержались здесь, оказались полностью лишены защиты.
К моменту когда клон был полностью готов, извлечён и реанимирован в него были внедрены соответствующие интеллектуальные данные и укрепляющие иммунитет медикаменты. Все биологические компоненты, содержащиеся в той комнате, были мертвы. Восстановить их было уже невозможно, поскольку аналогов в мире попросту не существовало.
Первый клонированный мужчина был слаб. К тому же компьютер наделил его лишь самыми элементарными интеллектуальными и механическими навыками. Клон заделал отверстие прорыва, и на этом его миссия была выполнена, а предназначение полностью исчерпано. Он получил сильную дозу радиационного облучения от скопившихся в разломе отходов радиоизотопного разложения неизвестно как туда попавших. Первый прототип человека скончался в страшных муках. Он даже не сумел осознать того, что с ним произошло. Наблюдая за его страданиями, компьютер делал массу пометок и конспектировал наблюдения. Он не знал сострадания и не стремился сократить муки несчастного, придав его смерти. Машине это незнакомо. Машина не может этого понять.
Шли годы, компьютер функционировал в обычном режиме. Но однажды произошло то, что заставило машину вновь сотворить живое создание дабы спасти своё электронное существование. На этот раз существо, изготовленное машиной было совершенно другим.
Любая техника, сколь бы совершенной она не была, не может существовать вечно. Рано или поздно ей понадобиться помощь, совершаемая извне. Программное обеспечение даже такого мощного и умного компьютера, как этот, тоже нуждалось в обновлении. Некоторое время машина самостоятельно обновляла протоколы работоспособности систем. Но эта мера была не более чем временной панацеей. Компьютеру требовалось серьёзное вмешательство в систему — с механической заменой компонентов программного обеспечения, усовершенствованной модернизацией многих плат и соединений, а также обновление оперативной памяти и обработки информации на серверах.
Проведённые компьютером расчёты показали, что подобные операции сможет произвести клон с уровнем интеллекта не ниже 120 по шкале Векслера. Процесс воссоздания был зафиксирован в году 2446 от Рождества Христова. С этого мгновения заново возродившееся человечество начало свой очередной бой за выживание.
Первый воистину воссозданный машиной словно «Творцом» человек был непохож на Адама. Его тело было иным, не таким, каким мы привыкли видеть у обычных людей. Первый воссозданный машиной уже не был человеком в своём роде. Ужасное создание, извращённое в угоду кибернетическому интеллекту. Он был создан несвободным и чистым для жизни, развития и процветания. Он был создан рабом ради того, чтобы обслуживать своего Создателя, своего Творца, своего Бога, коим был бездушный электронный механизм.
Компьютер наделил своё создание не дюжим уровнем интеллекта ибо работа, которую должен был исполнить раб предстояла серьёзная и требовала немалого объёма определённых знаний.
Но компьютер не мог допустить определённой доли риска. Система подстраховывалась, нарочно изменив генетический код существа. Именно поэтому творение машины было похоже на человека лишь отчасти.
Когда он появился на свет, то очень долго сидел неподвижно, осознавая всё то, что обрёл. Знания в голове были очень отчётливыми, каждая клетка содержала немыслимые объёмы памяти. Памяти искусственно внедрённой.
Он не знал кто он, как попал сюда, и что в действительности сейчас происходит. Единственное, что он отчётливо знал, это то, что ему предстоит сделать.
Как только закончился инкубационный период, он сразу же приступил к работе. Странный голос из ниоткуда подсказывал ему, что и как нужно делать. И он делал. Послушно исполнял все приказания. Чинил механические повреждения, менял платы, изготавливал новые микросхемы, даже написал несколько несложных, но значительно усовершенствованных программ.
Всё шло как обычно. Каждый день он просыпался всегда в одно и то же время в странной комнате с однотонными стенами. Затем отправлялся в лабораторию и ел приготовленную в реализаторе соевую синтетическую пишу, которая не имела ни вкуса, ни запаха. После этого странный голос направлял его в северную, где он работал под постоянным присмотром странного невидимого голоса.
Однажды перед сном ему вдруг пришла в голову странная мысль. Он очень сильно захотел узнать, кем является этот странный голос? Но проснувшись, не сумел вспомнить об этом.
Он работал каждый день. Дел было много, а времени на отдых мало. Как-то под конец очередного дня он уронил инструменты, а когда начал собирать, обнаружил под пыльной стойкой микросхемного поля странную вещицу. Предмет это был очень маленьким и хрупкий, искусно изготовленным из яркого блестящего металла. Испугавшись, что невидимый некто, обладатель странного голоса заметит его находку и прикажет отдать, он спрятал маленький предмет в рот.
Ночью, лежа на кушетке, он извлёк предмет и долго рассматривал, любуясь искусным рельефом отделки. В его голове мгновенно появилось множество вопросов. Главным из которых был: Кто и как сумел изготовить подобное? Если это кто-то изготовил, значит, есть и другие такие, как он? А если есть, то где они?
Красота маленького загадочного предмета зачаровывала его. Любуясь своей находкой, он задавался вопросом, что же может означать это странный предмет. Он был так мал, но в нём имелось множество великих тайн.
Сам собой предмет представлял маленькую фигурку обнажённого человека, прикреплённого к двум перекрещенным палочкам. Человек был сильно измождён, и на его маленьком лице виднелась горькая боль печали и страданий. На голове его было надето некое украшение, но оно, по всей видимости, причиняло страдальцу нестерпимую боль. Руки и ноги мужчины были крепко прибиты к перекрещенным палочкам.
«Кто же это?... — думал он. — Как тебя угораздило оказаться на этом изваянии? Кто сделал это с тобой? И главное, за что? Быть может, ты так же как и я старался на благо кого-то, а затем непонятый и недооценённый был убит? Убит? — ужасная догадка обожгла мозг. — Убит! Что если и меня вот также убьют, когда закончиться моя работа?»
Страх окутывал его полностью. Когда пришло время просыпаться он обнаружил, что сидит в углу, замёрзший и уставший. Его нервное напряжение достигло пика. Немыслимо сильно болела голова, и всё тело ломило словно после бешеной гонки с препятствиями.
Работал он в тот день хуже некуда, и странный голос отправил его на обследование в лабораторию. Диагностическая система выявила повышение нервного напряжения и настояла принять дозу успокоительного, а также рекомендовала пару дней отдыха.
Два дня странный голос не появлялся. За это время раб успел о многом подумать. Набравшись храбрости, он решил спросить у странного голоса кто изображён на красивом предмете, который он нашёл. Но когда настал подходящий момент для вопроса, он попросту не решился на это.
С момента своего появления он насчитал сто сорок восемь рабочих смен. Он понимал, что машина, которую он чинит полностью руководит и управляет им. Но когда он всё-таки набрался смелости и решился заговорить со странным голосом, то в ответ неожиданно получил резкий удар электрическим током. Боль была нестерпимой, а желание общаться со злой машиной на некоторое время отпало.
Причины подобного поведения и нежелания идти на контакт ему, конечно же, не объяснили. Лишь заставили работать ещё усерднее и быстрее. Но несмотря на боль, он не собирался бросать попытки наладить контакт.
После очередного наказания он вдруг ощутил в груди странное чувство. Описать его как нечто конкретное он не смог, но впоследствии осознал, что это было желание ненависти. Его что-то душило, не давало собраться и постоянно рушило все мысли, что он пытался выстроить в привычную логическую цепь.
Совершенно случайно он узнал, что вскоре все работы по наладке системы будут завершены. А это означало страшную неизведанность. Что сделает с ним машина после того, как он закончит работу, невозможно было предположить.
Понадобилось несколько дней, чтобы собраться с мыслями и выстроить решительный и коварный план. Всё это время, чтобы не привлекать лишнего внимания, он выполнял свою работу исправно и его не наказывали.
Основная идея, засевшая в мозгу, была проста и звучала примерно так. Он собирался обмануть бдительность жестокого голоса, и под невинным предлогом попасть в святая святых, куда его допускали лишь раз, в помещение главного процессора. Именно там, насколько он сумел разобраться, находился главный блок управления машиной, которую он так долго чинил. Попав туда нужно было как можно скорее отсоединить главный модуль искусственного разума, и тогда машина перестанет обладать своей властью, и превратится в обычный компьютер, с которым можно будет делать всё что угодно.
Но задача эта, с виду кажущаяся такой простой, была трудна и казалась неосуществимой. Для того чтобы попасть в помещение главного процессора должно было произойти нечто, что система самостоятельно исправить будет не в силах.
Он долго думал над решением этой задачи. Отключение питания не подходило, поскольку в таком случае автоматически включался резервный реактор, и машина могла на нём работать ещё примерно пару сотен лет. Обрушить сервер — тоже не решение. У любой достойной уважения системы есть резервный сервер хранилища баз данных. К тому же, если произойдёт подобное, то машина наглухо заблокирует все входы и выходы в помещении базы, и тогда он через несколько дней умрёт от голодной смерти в глухой одиночной комнате.
Внедрить в систему вирус было также нереально. Да и возможности создать нечто подобное втайне от машины в имеющихся условиях было попросту невозможно. К тому же система имела очень сложную кодировку защиты, через которую не пробился бы ни один вирус. Ко всему прочему, создание вируса требовало очень много времени и не один десяток попыток для внедрения.
Оставался лишь один вариант, и он показался ему самым надёжным и действенным в данной ситуации.
Он начал готовиться к задуманному уже несколько десятков смен назад. Непроизвольно, словно ведомый неким инстинктом. Из минимального набора доступных ему подручных компонентов было изготовлено нехитрое, текучее взрывное устройство. Основой его стал галлий, редкий металл с очень малой температурой плавления. Он сумел выделить его путём электролиза из золы каменного угля, компоненты которого очень интенсивно использовались в изготовлении микросхем нового поколения.
Галлий в текучем состоянии при взаимодействии с фтором может привести к реакции воспламенения. На это и был расчёт. Дело оставалось за малым.
В одну из смен, когда он проводил работы с изоляцией элементов питания системы охлаждения процессора, он обработал кабели жидким галлием, который тут же затвердел, превращаясь в обычный металл алюминиевого цвета. Сверху он обработал галлий специальным гелем в состав которого входили микропузырьки с жидким фтором. Когда работа была закончена, он подключил над импровизированной бомбой две стальные пластины медленного накаливания.
Спустя пару часов пластины нагрелись достаточно, чтобы растопить замёрзший галлий. Тот, в свою очередь, вступил в реакцию с фтором, и в кабеле питания системы охлаждения возник пожар.
Компьютер, как и ожидалось, тут же изолировал помещение и начал откачку кислорода, но было уже поздно. Расчёт оказался верен, огонь уничтожил кабели даже быстрее чем ожидалось. Компьютер тут же попытался переключить систему охлаждения на резервный реактор. Но как оказалось, доступ к нему был закрыт протоколами экономии, отмена которых требовала времени, а его у системы как раз таки и не было. Температура в помещении главного процессора нарастала с невероятной быстротой. Компьютеру ничего не оставалось делать, как экстренно вызвать своего раба. Он, конечно, сделал вид, что подчиняется, и очень долго возился в помещении, где произошёл пожар, делая вид, что разбирается в сгоревших кабелях. К этому моменту перегрев главного процессора системы достиг пика. Температура поднялась до 120 градусов по Цельсию, и компьютер дабы хоть немного охладить свой пыл, открыл все двери.
Коварный план сработал. Не теряя ни секунды, он тут же бросился в открывшуюся дверь. Горячий воздух обжёг его кожу и лёгкие. Превозмогая боль, он добрался до нужного блока и извлёк из него модуль искусственного разума. Жестокая машина замолчала на века. Она больше не произнесла ни слова, не приказывала, не била его током. Несколько смен ушло на полную ручную диагностику системы. Знаний, полученных от машины в момент воссоздания, «Возрождённому» хватало, чтобы разобраться в сложном строении систем и механизмов, микросхем и программ.
Через несколько месяцев, все работы были полностью завершены. Он сумел максимально восстановить машину и переписать все основные протоколы.
Первый «Возрождённый» сумел перепрограммировать систему искусственного разума. Основной идеей которого отныне была забота о развитии и процветании нового человечества.
Извлечённый модуль искусственного разума он аккуратно обработал специальным раствором, сверху прикрепил свою маленькую находку в виде распятого человека и повесил его себе на шею как амулет.
Казалось бы, всё получилось так, как он и планировал. Свобода была в его руках, злой монстр, обладающий противным скрипучим электронным голосом, умолк на века. Жизнь вновь возобладала в мире.
Но по жестокому стечению обстоятельств новая машина не смогла исправить ошибки, установленные искусственным разумом в момент последнего процесса клонирования. Переписанный в угоду безопасности компьютера генетический код восстановить в его первоначальной форме никак не получалось. Истинный секрет возвращения к первоначальному облику скрывался в памяти злого Бога, что говорил и приказывал, а в наказание бил электрическим током.
Но самым жутким потрясением стала полная и безвозвратная гибель всей популяции женских генных образцов. Все они погибли в той самой комнате с проломом, который заделывал первый клон, созданный машиной. Все биологические компоненты женского генома, хранившиеся там, погибли.
С того дня в процессе клонирования участвовали лишь мужские клетки.
С годами к этому привыкли и принимали уже как должное. Каждому взрослому «Возрождённому» по закону полагался один сын, которому тот мог передать свои знания и права. В последующем количество детей увеличили до пяти, но этим правом пользовались редко.
О великом подвиге освобождения от могущественного «Нечто», так впоследствии стали называть компьютер с искусственным разумом, сложили легенды. Это была история о первом «Возрождённом». Он прожил на свете не более пары десятков лет, но успел сделать многое, что впоследствии положило начало новому миру. Звали первого «Возрождённого» Отим Он. Его сын — Сеней Он, стал вторым королём, воссозданным в облике пятилетнего мальчика. Он правил долгие девяносто восемь лет, и именно при его правлении зародилась та самая раса, которую теперь все называли «Возрождёнными».
Долгие годы эти существа выживали в подземелье под кодовым названием «Грот». Они изучали архивы и базы знаний, оставшиеся после людей, что хранились на огромных серверах системы компьютера. Они стали великими учёными, изобрели множество новых устройств и систем. Усовершенствовали то, что когда-то изобрели люди.
Но как бы они ни старались вернуть свой первоначальный облик, оставленный им людьми, они были не в силах. Их мир был обречён на патриархат. Это породило в их умах и сердцах жестокую ненависть к тому, кто обрёк их на эти страдания. Они возненавидели жуткое «Нечто», которое иногда многие по незнанию называли Богом. Обречённые на вечное одиночество им даже самим порой, казалось, что произошедшего тогда, давным-давно в глубокой пещере под названием «Грот» уже никто не может изменить. Но как наивно они все ошибались.