Чужая невеста

Глава 6

- Уходи! – Я смотрел в ее глаза. Они были полны слез.

- Нет!

- Женя, уходи! Пожалуйста!

- Я не уйду. Ты меня не выгонишь. Я не Ирина!

- Уходи. Пожалуйста. Я не хочу опускаться до грубости!

- Не уйду. Делай со мной что хочешь! Можешь, нахамить мне! Мне плевать!

Пока ее не было, она отлучалась по своим делам, я собрал ее вещи в два чемодана. Когда Женя зашла домой, я забрал у нее ключи и поставил перед ней чемоданы. Сначала она ничего не могла понять. Потом разозлилась. Уже целый час я пытался выпроводить ее из своей квартиры. Хотел, что бы она уехала и забыла меня. Я и ругался и упрашивал ее, убеждал. Все было бесполезно. Она демонстративно села на стул в прихожей и отказывалась уходить.

- Я сейчас маме позвоню!

- Какой маме?

- Твоей!

- Да мне все равно, хочешь - звони. Это ничего не изменит. Уходи, Женя! Уезжай. Забудь меня. Ты молода, красива. У тебя будет нормальная семья, дети, муж, дом. Все будет. Здесь ничего не будет. Ничего, пойми. Ничего, кроме горя. И я успокоюсь.

- Я хочу быть с тобой, Глеб. До конца. Пусть не будет детей, если боишься и не хочешь. Я согласна.

- Я не согласен! Уходи! – подошел к двери, открыл ее. – Я жду.

Женя продолжала сидеть на стуле. Отвернулась от меня и молчала. Потом тихо заплакала.

Пошел в спальную комнату. Сложил в сумку свой костюм, пару рубашек. Туфли. На мне были джинсы, майка. Одел ветровку. Взял сумку. Прежде чем уйти, посмотрел на нее.

- Тогда я уйду, Женя. И вернусь сюда, только тогда, когда тебя здесь не будет. Хочешь, живи тут. Но сюда, пока ты здесь, я не вернусь. Все.

Я шагнул за порог.

- Подожди, Глеб. – Остановился. Она встала, взяла свою сумочку. Туда положила свои документы. Вышла на лестничную площадку. Посмотрела мне в глаза:

- Ты делаешь ошибку, Глеб. Хорошо, я уйду. Не буду вешаться тебе на шею. Просто, я впервые полюбила мужчину по настоящему. Ты сделал мне очень больно. Я постараюсь пережить это. Но ты сделал самую большую свою ошибку. Прощай.

- Вещи, Женя!

Она оглянулась, посмотрела мне в глаза.

- Оставь себе. Можешь выбросить. Я сюда пришла в одном свадебном платье и ухожу в одном платье. Мне ничего здесь не было нужно, кроме тебя.

И сбежала вниз, стуча каблучками туфелек.

Уткнулся лбом в стену. Закрыл глаза. Хотелось заплакать, но только крепче стиснул зубы. Господи, сделай так, что бы я не пережил этот день! Было очень плохо, даже хуже, чем когда ушла Ирина. Чувствовал себя последним подонком. Но при этом был уверен, что все сделал правильно. Целую неделю, после того, как Женя вернулась из Китая, мы провели вместе. Делали ремонт, вернее я делал, а она только подавала мне что-нибудь. Что-то делать самой я ей запретил. Вечером гуляли по городу, заходили в кафе посидеть, выпить кофе. Ночью она любила меня и я ее. И с каждым днем я все сильнее осознавал, что люблю ее все больше и больше. Она становилась смыслом моей жизни. И чем больше я ее любил, тем сильнее нарастало чувство и уверенность, что мне нужно с ней расстаться. Мне казалось, что пережить разрыв с любимым человеком гораздо легче, чем бросить в могилу горсть земли, куда опустят гроб с тем, кого ты сильно любишь, зная, что больше никогда его не увидишь. А она любила. Я видел это, чувствовал, знал. Быть же со мной, значило похоронить себя.

Зашел в зал, достал початую бутылку коньяка, ту самую, из которой я наливал ей коньяк после аварии. Я давно не выпивал. Стакан домашнего вина на нашей с Женей «свадьбе» не в счет.

Было чуть больше половины бутылки. Мне хватило. В квартиру зашел Лешка. Я оказывается не закрыл входную дверь.Удивленно посмотрел на два стоящих чемодана. Еще более удивился, увидев меня и пустую бутылку из-под коньяка.

- Не понял, Глеб? Что за дела? Что случилось? Где Женя?

- Нет ее. Ушла. Я ее выгнал.

- Что значит выгнал? Ты в своем уме? Да ты пьян! Тебе же нельзя!

- Наплевать! Надоело! Лучше сразу, чем так жить в ожидании.

Увидел Тамару, ее шокированное лицо.

- Я сейчас позвоню Жене. Она должна вернуться! – Заявила жена друга.

- Не вздумай! Не лезь Тома. Не делай мне еще хуже. Прошу. Я спокойно жил без нее три года. Три года с того момента как ушла Ирина. Я успокоился и принял все как должное. Теперь мне опять нужно будет привыкать. Я привыкну. Ей будет больно, да я знаю. Но время лечит. Она успокоится и встретит другого, с которым создаст нормальную семью, а не пародию на нее. Разве вы не понимаете?

Тамара подошла ко мне. Присела на корточки.

- Глеб. Ты пьян. Давай сейчас ты ляжешь спать. А завтра поговорим. Хорошо?

- Хорошо. Только ей не звоните и не говорите, что бы вернулась. Не нужно. Обещаете?

- Обещаем.

Утром приехали мои родители. Я заметил, как моя мама постарела. Поблекло ее лицо. В глазах исчез огонек. Она присела рядом со мной.

- Ты уверен, что ты все правильно сделал, сынок?

- Да, мама. Так будет лучше и в первую очередь для нее самой. Если бы я ее не любил, то пользовался бы ее чувством, держал рядом с собой, наплевав на то, что она будет чувствовать, когда меня не станет. У меня предчувствие, мама, что скоро все закончится. И я больше не поеду в больницу. Я так решил. Я устал.

Она закрыла лицо руками и заплакала. Сколько слез она пролила? Сначала, когда похоронила моего старшего брата Германа. Его вообще привезли в закрытом гробу. Их подразделение попало под минометный огонь. Потом, когда ей сообщили, что меня увезли в больницу и шансов нет. А когда я выжил, плакала ночами, каждую минуту боясь, что мое сердце остановится. Плакала, когда ушла Ирина. И сейчас опять. Я обнял ее и поцеловал в лоб. Мне было ей нечего больше сказать.

- Поедем к нам сынок? – спросила мама. Я отрицательно покачал головой.