"По ту сторону легенд. Книга 1"

Глава 1

Пролог

— Мамочка, я так хочу поскорее вырасти! — сказала маленькая девочка, прижимаясь к человеку, чья тень и даже мимолётная улыбка способны сделать сердце чистым, а дух сильным.

— Но зачем?! — удивилась мать.

— Чтобы делать всё, что захочу!

Согласитесь, кое-кто из нас хотя бы раз в жизни вёл подобный разговор. Также и я с самого детства стремилась быть взрослой и независимой, свободной от опеки и каждодневных обязательств. Но что получилось в итоге? Скажу честно, я так и не получила желаемого, впрочем, как и множество других людей. В детстве мы стараемся слушаться родителей, и неважно правы они или нет, просто так принято. Затем советуемся с супругами, рожаем детей, заводим домашних животных, и каждому из них от нас что-то нужно, так же как и нам от них. И всегда, в любом периоде, нам одинаково хочется быть свободными! Вот только с каждым днём у нас появляются всё новые обязанности: идти на работу, накормить детей, выбросить мусор, выгулять собаку… Этот невесёлый обременяющий список можно продолжать до бесконечности. И когда, наконец, на закате наших дней ввиду преклонного возраста мы становимся свободными и можем делать то, что хочется, тогда оказывается, что нам уже ничего и не нужно.

Бывают дни, когда человеку даже кажется, что лучше быть каким-либо животным. Вот им-то точно живётся легче! В такие моменты, я с улыбкой на лице вспоминаю мультфильм «Баранкин, будь человеком!». Поверьте, даже у волков, олицетворяющих дух свободы, есть свои обязанности, от которых никуда не сбежать, как ни старайся. Уж я-то, это точно знаю…

Часть первая

МАРЬЯНА

Глава 1

Пребывая в полубессознательном состоянии, я ощущала сильный жар, как при гриппе. Каждая клеточка тела изнемогала, сердце бешено колотилось, а руки дрожали. Хотелось кричать, но что-то сдерживало, из моей груди вырывались только стоны и время от времени нечто похожее на звериное рычание.

Открыв глаза, я обнаружила, что нахожусь в тёмном сыром помещении. Глаза жгло, будто в них насыпали песка, а голова от жуткой боли раскалывалась на части.

— Эй, — крикнула в пустоту, и мой голос отозвался эхом.

Я попыталась встать, но не смогла: руки и ноги были прикованы к кандалам с короткими цепями. Жар не давал нормально вдохнуть. Железные оковы накалялись от моего тела и обжигали с двойной силой. Капельки пота стекали по лицу, а кости ломало. Тело начало твердеть, казалось, будто что-то неведомое разрывает меня изнутри, натягивая кожу до предела. В голове слышался странный голос, который беспрерывно куда-то звал. Внезапно у меня начался приступ клаустрофобии: во что бы то ни стало нужно было вырваться наружу. Воздуха не хватало. Я металась из стороны в сторону, как загнанный в клетку дикий зверь.

— Здесь кто-то есть? — Никак не могла вспомнить, как тут оказалась. Температура всё поднималась, бил озноб, и казалось, что ещё минута и мой мозг расплавится, как смалец на сковородке.

Упав на колени, упёрлась ладонями в каменный пол и закричала. В позвоночнике что-то хрустнуло, и на секунду показалось, что появились силы оторвать от стен цепи, но ничего не вышло.

— Иду я, иду! — раздалось издалека. — Чего разбушевалась?! И давно ты очнулась? — спросил мужчина, чей силуэт мне с трудом удалось различить в темноте.

— Кто вы? — простонала я. — Что со мной сделали?

— Я? Ничего! Я пришёл, чтобы помочь тебе.

— Зачем меня приковали?

— Так безопаснее и для тебя, и для остальных. На вот, выпей, — он протянул мне кружку с отвратительно пахнущей жидкостью.

Я с осторожностью отползла назад, обхватив руками голову, в которой будто пульсировало второе сердце. В груди запекло, и я скорчилась от боли.

— Пей, говорю, станет легче.

Решив, что вряд ли мне отчего-то может стать ещё хуже и, взяв кружку, махом её осушила. Внутри меня словно разгорелся вулкан, выжигающий внутренности. Отвар оказался жутко горьким, и в какой-то момент боль стала ощущаться острее, глаза запекло и они покрылись красной пеленой. Рассудок помутнел. Я упала на пол и, стиснув зубы, зарычала.

— Ничего, сейчас подействует, — проговорил мужчина.

— Что со мной происходит? Кто вы такой? — повторила я вопрос.

— Меня зовут Любомир. Я обещал Игнату присмотреть за тобой и облегчить муку. Тирлич-траву нужно пить каждый час, тогда превращение пройдёт быстрее.

— Превращение? — не поверила своим ушам. В этот момент болезненные ощущения в теле ослабли, и зрение прояснилось.

Закрыв глаза, помотала головой, а открыв их, решила, что у меня галлюцинации. Я видела всё вокруг как днём. Теперь с лёгкостью смогла разглядеть пещеру, в которой находилась и стоящего передо мной седовласого старика. На вид он казался крепким, хотя могла бы с уверенностью утверждать, что ему, по меньшей мере лет шестьдесят. Одет в старую вытертую одежду с заплатками на локтях и коленях, но, похоже, его это мало волновало. Одежда была чистой, и выглядел мужчина опрятно. Часть его волевого лица украшали густые поседевшие усы, обрамлявшие рот и спускающиеся за пределы подбородка. Мне никогда не нравилась растительность на лицах мужчин, но вынуждена была признать, что ему она шла, но, пожалуй, к общей картине не хватало оселедца.

— Где Игнат? — спросила я, немного совладав с собой.

— Скоро придёт, он отсыпается после тяжелой ночи. Не волнуйся, как только процесс закончиться, мы тебя отпустим. Но вскоре ты сама захочешь вернуться.

Уставшее тело вновь пронзила боль, и я закричала. Сердце застучало быстрее, конечности пекло так, словно меня подвергли сожжению живьём на костре инквизиции. Напряжение само по себе спадало, хотя внутренне я оставалась зажатой. С удивлением заметила, что моя кожа становится полупрозрачной, будто я начала исчезать, растворяясь в воздухе, ощущая неимоверную лёгкость.