Инженер для инквизитора

Глава 4

С Колманом она договорилась, что в три процента владения поместьем будет входить ее личная комната. То есть комната Мариэль, хотя пора бы Марине уже начать называть себя этим именем.

Жить с братом она не собиралась, а переночевав в комнате больше похожей на будуар французской актрисы и куда более подходящей Мариэль, чем самой Марине, окончательно убедилась, что нужно искать другое жилье и желательно поближе к работе. Единственным плюсом было то, что комната запиралась причем магически и попасть в нее при всем желании брат не сможет.

Червячок сомнений начал грызть ее и давить на совесть. Хоть она и заклеймила Колмана эгоистом, но сама сейчас поступала не лучше. Она ведь уже успела посмотреть в памяти Мариэль, что конкретно из себя представляет брат и это лишь вопрос времени, когда именно он разорит поместье и пойдет по миру.

А с другой стороны что она может сделать? Она не властна над желаниями и пороками других людей, а идти вместе с братом ко дну так себе перспектива. Может она и самозванка, но теперь фамилия Бламонт принадлежит ей и в ее силах спасти хотя бы бюро.

Настроение от этих мыслей было безрадостным, и Марина решила, что завтрак с Колманом не выдержит и лучше поесть в городе. Добравшись до милого кафе, она заказала себе легкий завтрак, обрадовавшись, что в этом мире додумались до кофе, потому что кроме него ничего больше в горло не лезло. Как будто и правда непутевого брата оставляет на произвол судьбы.

Мариэль была в бюро отца много раз поэтому дорогу она нашла без проблем. Внутреннюю обстановку она тоже помнила, но все равно ускорила шаг стараясь побыстрее добраться и увидеть все своими глазами.

Подойдя к нужной вывеске, Марина почувствовала, как сердце на секунду замерло. В своем мире она о конструкторском бюро только и могла, что мечтать в перерывах между работой. Может она и была хорошим специалистом, но открывать свое дело боялась. Одно дело спокойно работать на фирму и получать стабильную зарплату и совсем другое быть владельцем, когда от тебя зависит будет ли работа в принципе и смогут ли твои сотрудники накормить семьи. Больше всего Марина боялась именно этой ответственности перед людьми, которые будут на нее работать. Боялась, что женщине не доверят хороших и крупных заказов, потому что предрассудки все еще у многих сильны, и ее бюро закроется не успев открыться.

И вот она стоит перед вывеской c раскрытым циркулем, между ножек которого изображен маленький схематичный домик, а поверх циркуля полукругом «Конструкторское бюро», а снизу «Бламонт» и не может поверить в то, что все это теперь принадлежит ей. На целых девяносто семь процентов!

Еще и район хороший — спокойный и благополучный, недалеко от центральных улиц, но куда тише и не такой переполненный. Стеклянные витрины блестели чистотой, как в модном бутике, но вместо манекенов за ними на полках были архитектурные макеты построенных зданий в миниатюре, причем выполненные с такой детальной точностью, словно реальный дом уменьшили с помощью какой-то магии. Она широко улыбнулась, подумав, что это и есть самая настоящая магия.

Открыв дверь, с мелодично звякнувшим колокольчиком, Марина глубоко вдохнула в себя почти позабытый запах из далекой университетской практики. Запах бумажной пыли, грифеля, кофе и нагретых на солнце деревянных досок пола. Она уже знала, что встретит в бюро усовершенствованного магией собрата кульмана, регулируемого наклонного стола на котором чертили до эпохи компьютера, и увидев его вживую расплылась в ностальгической улыбке.

Перед глазами тут же возникла картинка милой преподавательницы в возрасте по начертательной геометрии, которая объясняла им, еще зеленым первокурсникам, что любой чертеж начинается с осей и что спину и шею надо беречь, работая за кульманом, а не над горизонтальным столом в позе креветки.

Эх, прекрасные университетские годы, аж глаза заслезились.

— Лира Мариель? — вырвал ее из воспоминаний мужской голос. — Рад вас снова видеть, давно вы к нам не заходили.

Марина посмотрела на жилистого мужчину в годах и «вспомнила», что это Эврат Дрозгаут, дриад, работает на должности архитектора. За одним из кульманов поднялась белобрысая макушка, поприветствовала ее и покраснев до самых кончиков длинных ушей снова скрылась. Инженер по всем системам снабжения начиная от вентиляции и заканчивая канализацией, только-только вышел из стажеров, эльф Силанис Ширалас.

Кошмар, додумались же ребенка так назвать! Звучит как какое-то не очень хорошее проклятье, хотя может это только ей слух режет и парень спокойно живет без насмешек.

Должны быть еще двое, конструктор и сметчик, но узнав о смерти Бламонта старшего они решили быстренько уволиться. Марина их не винила, сама бы поспешила убраться с тонущей лодки, капитаном которой назначали Колмана.

— Доброе утро, лир Эврат, — поприветствовала Марина и широко улыбнулась. — Видеться с вами мы теперь будем очень часто.

Эврат поднял бровь и открыл рот, но Марина опередила его вопрос, желая хоть немного выплеснуть переполняющую ее радость:

— Со вчерашнего дня владельцем бюро являюсь я! — Марина выпрямилась еще сильнее и засверкала улыбкой как новенький металлопрофиль на солнце.

Вот только ее радость разделять не спешили. Эврат улыбнулся ей, но с таким видом, будто случайно вляпался ботинками в расплавленный битум, но лицо перед начальством держать надо несмотря на то, что с обувкой придется распрощаться. Силанис снова поднял макушку с такими круглыми глазами, что казалось только они и уши над кульманом торчат.

Не теряя улыбки, Марина прошла мимо них в кабинет. Свой личный кабинет директора конструкторского бюро!

А с предрассудками и заблуждениями о том, что женщине не место на стройке она позже разберется, показав, чего стоит на практике.

Не впервой все-таки разбивать закостенелые лбы кувалдой.