Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2

Глава 28

Йяццу проснулся посреди ночи, как будто его кто-то толкнул. Он открыл глаза и посмотрел прямо перед собой. Но ничего, кроме темноты, не увидел. Тогда он медленно повернул голову направо. В печи, пусть и не так ярко, но горел огонь. Видимо, кто-то следил за тем, чтобы он не потух. Мужчина с удовольствием почувствовал тепло, которое шло от печи. Около него на полу, свернувшись и прикрыв лицо плащом, спал Мстив. За ним Озгуш. Йяццу удовлетворенно вздохнул и повернул голову налево. Его взгляд скользнул по спящему Расту и поднялся выше, к единственному открытому окну. Около него, опершись плечом на проем и обхватив руками плечи, стояла Комда. Йяццу сдвинул в сторону плащ, которым укрывался, и осторожно встал. Он понял, что время, которого он так долго ждал, пришло. Бесшумно ступая по прохладному полу, он подошел к женщине, встал у нее за спиной и нежно обнял ее за плечи. Комда вздрогнула, а потом, догадавшись, кто это, прижалась спиной к его груди. Йяццу с наслаждением вдохнул нежный запах цветов, которым пахли ее волосы.

— Почему ты не спишь?

— Размышляю.

— О том, что произошло в этой деревне?

— И об этом тоже.

Он наклонился и коснулся губами ее шеи. И сразу же почувствовал, как тело женщины напряглось, и она выдохнула:

— Не надо, Йяццу. Не делай этого.

— Почему?

— На это есть причины.

— Какие? Назови хотя бы одну. Ту, что считаешь главной.

Йяццу замолчал. Наконец, они сказали то, что должны были произнести очень давно. Мужчина напряженно замер в ожидании. Он боялся услышать только один ответ Комды. Все остальные заранее отбрасывались им как несущественные. Женщина осторожно высвободилась из его рук и повернулась к Ло лицом. Её глаза, черные в сумраке комнаты, подернулись тоской. Йяццу перестал дышать. Несмотря на все свои опасения и в полном согласии с предчувствием он услышал ее слова:

— Я люблю другого.

Йяццу сдержался. Заставил себя улыбнуться и продолжить беседу:

— Где же тот человек, которого ты любишь?

— Остался на корабле. На «Синей чайке».

— А он любит тебя? Впрочем, этот вопрос звучит глупо. Конечно, любит. Но почему же тогда он отпустил тебя сюда одну? Почему не прилетел с тобой?

— Я поставила его в такие условия, что это стало невозможным. Ты, может быть, забыл, но я не только женщина. Я капитан космического корабля. Вагкхи, которых ты знаешь, и он в том числе, офицеры моего судна и обязаны выполнять приказы.

Йяццу кивнул, соглашаясь с ее словами, и тут же, опровергая себя, сказал:

— Я не могу поверить твоим словам. Их так трудно принять… и смириться. Зачем же тогда мы встретились? Я не верю, что это было случайностью!

Комда задумчиво произнесла:

— Может быть, для того чтобы ты понял, чего хочешь от жизни? Когда мы встретились, ты стоял перед выбором. Мое появление отодвинуло твое решение, но не отменило его. Йяццу, ты должен решить, какой путь изберешь для себя в будущем.

— Я хочу быть рядом с тобой!

— Ты мне нравишься, Йяццу. С самой первой встречи. Ты затронул мое сердце. Но… Прости меня, —  Комда нежно дотронулась рукой до его щеки. —  Я могу предложить тебе только дружбу. До тех пор пока ты сам не откажешься от нее.

Мужчина взял ее руку и приложил к своим губам. В голосе его слышалась боль и отчаянье.

— Даже на одну-единственную ночь ты не станешь моей?

— Нет. Это было бы нечестно по отношению к нему, —  она кивнула головой куда-то в сторону и вверх, —  и слишком мало для тебя. Еще раз прости меня. Я знаю, что мои слова причиняют тебе боль, но наш разговор рано или поздно должен был состояться. Сегодня мы все выяснили, и, надеюсь, поняли друг друга.

Комда опять отвернулась к окну. Она чувствовала, что Йяццу продолжает стоять рядом. Ей стоило больших усилий не повернуться и не взглянуть ему в глаза.

***

Утро принесло вагкхам два сюрприза. Один обрадовал, а второй удивил. Приятным оказалось то, что в комнате, где они спали, было тепло и вкусно пахло завтраком. Именно аромат пищи разбудил мужчин. На одном из сундуков, застеленном полотенцем, были аккуратно расставлены чашки и миски. Посередине, плотно замотанное в плащ, возвышалось «нечто».

Когда Озгуш приподнял ткань, под ней оказался котелок с кашей. Она была сверху покрыта аппетитной корочкой и пахла настолько вкусно, что разбудила бы любого, не то что голодных вагкхов. Командир улыбнулся в лохматую со сна бороду. Только Комда умела так вкусно готовить. Но где же она сама? Женщины в комнате не было. Озгуш и Мстив, видимо, подумавший о том же, вместе подошли к окну. Выглянули на улицу и одновременно издали удивленный возглас. Раст и Йяццу торопливо подошли к ним и тоже не смогли удержаться от восклицания. На улице ровным белоснежным ковром лежал снег. Только острые зеленые стрелки травы выглядывали из-под него. Странный контраст между зеленым и белым приковывал к себе взгляд. Это было настолько неожиданным как для вагкхов, так и для Йяццу, что мужчины на время потеряли дар речи. Наконец, Озгуш взволнованно произнес:

— Второй раз в жизни вижу снег. Сначала в Кисэне, а теперь здесь. И оба раза на этой планете.