Против течения

Глава 7

Глава 7. .Аликс.

Время поджимало. Несмотря на то, что девушка не показывала никакого страха передо мной, я ощущал ее сомнения, которые то накатывали, то отпускали – на время. Вымытые волосы оказались светлыми, золотистого оттенка, почти забытого на островах. От серовато-русого до иссиня-черного, холодных оттенков, да редкий коричневый – вся наша цветовая гамма. Проблемы изоляции…

Как и глаза. Серые, серо-голубые, зеленые, сине-зеленые, черные – но такого теплого коричневого цвета, в солнечном свете уходящего в красноту, я не видел никогда.

Руки легко вспомнили старую науку – я сплетал пряди в косы и жгуты, словно не было этих лет, и еще вчера на месте девушки сидела моя сестра, только волосы в моих пальцах тогда были русые, с холодным стальным отливом. Мимолетно укололо застарелой болью- наверное, так спустя года ноет давно потерянная нога или рука, не поврежденными нервами, а изрезанной памятью.

Мне нужно было превратить девушку в нечто воздушное, хрупкое и глуповатое, и если с первыми двумя качествами проблем не возникло, то со вторым пришлось повозиться.

Возможно, мне удастся убедить верхушку, что она не только безопасна, но и привлекательна. И что если попробовать ее обаять…просто по-человечески, поухаживать, влюбить…

Тогда у нас будет меньше проблем и больше времени. Ох уж это «мы»…

В шкафу до сих пор висела череда нарядов – на продаже любого можно было безбедно прожить год. Не то чтобы их было не поднять из-за драгоценностей, просто…

Просто яркие ткани и нитки давно стали самым страшным дефицитом. Конечно, нашли замену, неприятную на ощупь, буроватую, некрасивую, но надежную. Только вот это была даже не замена, а жалкое подобие.

Я вытащил одно из платьев. Нежно-зеленый. Не то. Красный? Нет, слишком грубо, и шрам…

Я подавил смешок. Я понятия не имею, какой цвет что подчеркнет, однако какая-то новая часть меня вполне успешно справилась с этой задачей и вытянула нежно-розовое, с золотой вышивкой и десятками слоев тончайшей ткани.

Оделась она без моей помощи, неловко поводя обнаженными плечами. Ключицы, казалось, едва не рвали кожу. Собранные в высокую прическу золотые пряди, несколько локонов выбились, скользя по плечу…

Однако глаза сбивали весь образ. Упрямый, настороженный взгляд исподлобья, плотно стиснутые губы и шрам показывали даже не жертву – воина. Странно.

Увидев ее в тюрьме, я был уверен, что она сломана настолько, что уже не сможет прийти в себя. Интересно, я ошибся еще тогда, или в то время, когда позволил ее страху перейти ко мне?

Не сейчас.

С первыми рассветными лучами мы вышли из дома. Свежий, прохладный ветер нес откуда-то тревожный запах гари. Я, в привычных черных кожаных доспехах без проблеска других цветов, выглядел рядом с девушкой как огромный ворон.

Ее пришлось завернуть в плащ – вряд ли она быстро привыкнет к нашей погоде.

Вода разом полыхнула золотом и багрянцем, засверкав так, что глазам больно. Розоватые звезды таяли.

Девушка зябко запахнулась, завернувшись почти по уши.

- Это бал?

Голос прозвучал невнятно. Только коричневые глазищи сверкали над слоями темно-красной плотной ткани.

- Прием. – уточнил я неизвестно зачем. – Регулярное сборище тех, кто считает себя причастным к власти.

Девушка упрямо наклонила голову.

- А разве это не так? – едва слышно проговорила она.

- Если замерзла, можем вернуться. – вместо ответа предложил я. Она упрямо мотнула головой.

- Тут красиво. Я люблю воду. Любила.

- Ты и должна ее любить, в тебе наши корни. – я прислонился к стене. – Даже имя.

- А что с именем? – теперь она смотрела на меня. Ни капли синевы вокруг зрачка…и все-таки я прав.

На горизонте появилась черная точка. Я повел девушку к причалу, незаметно придерживая сзади слишком длинный плащ.

- В твоем имени два слова из нашего древнего наречия. – начал я. – Видишь нить островов?

Девушка послушно прищурилась и неуверенно кивнула. Острова, словно коричневатые кляксы, широкой дугой пролегали по сияющей глади, уходя за горизонт.

- Это зовется нитью Эве. Мой дом и моя нить.

- Эве? – переспросила она, приподнимаясь на цыпочки.

- Да. А Ренн… - я замялся, подбирая слова. Под ногами заскрипело рассохшееся дерево настила. – Это даже не слово, а принадлежность. Рени – стальное, а Ренн – что-то стальное, но не из металла, скорее относится к характеру.

Из вороха ткани высунулся покрасневший нос.

- Это не про меня. – четко проговорила девушка. – У меня от стали – только шрам.

Заметив сквозь щель между досок золотистый отблеск, я наклонился и запустил руку под настил. Вытянул длинный стебель, оторвал наполовину, стер влагу вместе с водяной слизью.

Девушка с любопытством наблюдала за моими действиями. Слегка придавив конец стебля, я протянул ей руку. На моей ладони лежала многолучевая звезда с вытянутыми полупрозрачными лепестками. В глубине сплетались золотистые прожилки, сам же цветок почти не имел цвета, словно припорошенный мелкой блестящей пудрой.

- Цветы по стенам. Наш знак, Эве. – я осторожно свил стебель с двумя прядями и заткнул в прическу, пристроив цветок над ухом. Девушка, прикусив губу, косилась наверх, пока я колдовал над прической.

- Эта часть имени подходит мне больше. – напряженно проговорила она и вдруг улыбнулась. Коротко, бледно, но и это оказалось чем-то…

Невероятным.

- А твое?

Я не сразу понял, о чем она.

- Твое имя? – она дотронулась до цветка.

- Аликс. – коротко представился я.

- А как оно переводится? – она напряженно следила за моими движениями.