Обсидиановые нити

Глава 1

Симфонию взбудоражило необычное для лета явление: на ночном небе появилось северное сияние. Такого сильного свечения не наблюдали даже на севере. Аномальное явление вызвало небольшой переполох, толпы зевак и кучу пророчеств. К концу первой дюжины дней чудо потеряло новизну, и люди вернулись к делам, изредка поглядывая на небо.

Причину необычного ночного свечения знал только черный ворон, дремавший на крыше замка. Он ждал его уже пятьсот лет. Заблудившийся временной поток прошлого встретился с настоящим. Пытаясь вырваться из межвременного измерения, он и окрашивал небо в немыслимые цвета. Принцесса должна прибыть изо дня на день.

Соломон терпеливо ждал её появления все эти годы. Через сколько лет откроется временной портал, предположить было невозможно, поэтому ворон не мог воспользоваться магией и сразу перенестись в день прибытия Крис.

В эту ночь небо сияло необычайно ярко. Скорее всего, именно сегодня прибудет Крис. Портал принесет её в ту же точку, откуда забрал. На этом месте сейчас возвышалась пустующая башня восточного крыла замка. Соломон давно начертал руну на ее каменном полу, оберегая принцессу от воплощения внутри каменных стен замка. Ворону, как магическому спутнику расы симфов, это не сложно. Гораздо сложнее было заставить людей принести в эту башню большое зеркало, которое необходимо для концентрации энергии магии отражения внутри помещения.

И много лет понадобилось для того, чтобы выжить из восточной башни замка людей. Соглядатаи Соломону и принцессе ни к чему. Вряд ли люди спокойно отнесутся к появлению девушки из воздуха. Благодаря стараниям ворона, жители замка считали восточную башню проклятой и искренне верили, что в ней обитают призраки. Именно их завывания они слышали регулярно, а некоторые, о Боги, видели прозрачный силуэт. Поэтому и зеркало поставили, чтобы отвадить нечистую силу. Те, кто посмелее, конечно, отрицали наличие призраков в проклятой башне, но все же не селились в ней. Соломон, слушая какие сплетни рассказывали люди о восточной башне, только посмеивался.

Соломон опустился на окно и принялся ждать. В темноте ночи его тело сливалось с камнями, и живой ворон казался лишь барельефом на стене.

Громкий крик часового известил о наступлении полночи. Последовал приказ гасить огни. Раскинувшаяся у замка деревушка быстро погружалась во мрак. Через пару тактов за окном светила лишь луна. Её холодный свет отражался в одиноко стоящем в пустынной комнате зеркале.

Дверь еле слышно заскрипела, и в комнату бесшумно вошел человек. Соломон от неожиданности вздрогнул. Ночной посетитель направился прямо к окну. Лунный свет осветил лицо мужчины, и Соломон узнал в нем магистра замка Дэниеля. Посетитель рассеяно взглянул на небо и тяжело вздохнул. Здесь молодой правитель мог сбросить маску и немного побыть собой. Тем самым растерянным и удрученным мальчишкой, которому пришлось принять власть слишком рано.

Дэниель пытался править здраво и справедливо. Рядом с ним находились верные друзья и соратники, но управление доменом оказалось слишком тяжелой ношей для парня. Соломон знал это. Он часто прилетал на одинокий ночной огонек в покоях магистра и заставал Дэниеля то над картой Симфонии, то над свитками о доходах домена, которые присылали лорды, то разбирающим в ночной тишине жалобы и прошения своих подданных. Мужчина сперва прогонял надоедливую птицу, а после начал прикармливать. И, привыкнув, иногда разговаривал с вороном, озвучивая свои проблемы, проговаривая их больше для себя в поисках выхода. Дэниель нравился Соломону. Он напоминал ворону молодого Карланта, который так же был вынужден очень быстро принимать власть не только над своим народом, но и над остальными жителями Симфонии. Поэтому Соломон в отсутствие старшего и более опытного советника Дэниеля тайком помогал молодому магистру в его делах: то нужный документ достанет, то наступит лапой в определенное место свитка, обращая внимание Дэниеля на прочитанное, то опрокинет чернильницу, не позволяя магистру дать добро на прошение очередного ушлого лорда. Но сейчас присутствие мужчины было некстати.

Соломон знал, что Дэна считали благородным человеком, но кто его знает, как отнесется магистр к появлению из воздуха странной девицы. Ворон предпочел бы скрыть принцессу от людей, открыть ей правду, ввести в курс дела, а уже после представлять ее новым жителям Симфонии. Он уже давно приготовил убежище для принцессы, натаскал туда нужных вещей и запланировал путь перемещения девушки из замка в безопасное место. Конечно, Соломон в подготовке убежища рассчитывал не только на свой клюв и крылья. Он умело манипулировал людьми и в частности Дэниелем, заставляя его отдавать нужные приказы.

Небо вспыхнуло ярче. Принцесса вот-вот прибудет, но Дэниель не собирался уходить. Он не сводил глаз с неба. Ворон громко каркнул. Магистр вздрогнул от неожиданности и отпрянул от окна, заметил краем глаза птицу и облегченно выдохнул. Его рука, которая такт назад рефлекторно сжала рукоять меча, расслабилась.

— Это опять ты, — обратился магистр к ворону. — Наверное, живешь в этой башне вместе с призраками? Ты напугал меня. Твой внезапный клич прозвучал как недоброе предзнаменование.

Ворон смотрел молча. Только суетливо переминался с лапы на лапу, не зная, что предпринять и как выгнать из башни такого неуместного в этот час магистра. А Дэниель продолжил задумчивый монолог.

— Ты не боишься людей. Наверное, кто-то из прежних обитателей замка приручил тебя. Ты залетаешь мои покои, ходишь по столу как хозяин. Мне даже иногда кажется, что ты подсказываешь мне решения в непростых ситуациях. Хотя это, конечно, ерунда. Уже понемногу схожу с ума из-за этого кольца и власти. Слишком рано оно мне досталось. Я ничего не успел познать. Знаешь, я ведь всегда только воевать умел, а магия, как и управление доменом, для меня темный лес. Не понимаю, почему кольцо выбрало меня? — позволил себе пожаловаться Дэниель, зная, что птица никому не расскажет о его сиюминутной слабости.