Ступка и венчик

Глава 10. Ступка и венчик

Каену разбудило второе солнце, она сладко зевнула и огляделась. Ну, наконец-то, собственная спальня! Светлая комната обступила со всех сторон, даря ощущение покоя и безопасности.

Девушка довольно потянулась и обняла подушку. Как же хорошо иметь личный уголок, пусть маленький, но такой уютный! Больше не нужно сворачиваться калачиком в общей избе, уступая место. И никаких полных превращений, только нормальный человеческий сон и просторная кровать, где так приятно вытянуться во весь рост. Просто блаженство!

Каена довольно улыбнулась новому дню. Особенно радостно, что не надо вставать спозаранку, занимать очередь в купальню и нестись потом сломя голову к плите, опаздывая на кухню. Свой дом избавил от многих хлопот, но теперь Каене на пару с Лореей предстояло привести лавку в порядок.

Птичка заняла комнату по соседству, прямо за стенкой, не такую тёплую, но куда более просторную. Переселились подруги ещё неделю назад, но коробки с вещами так и стояли неразобранными. Пусть алхимическая лавка и была готова, строительство на ней не завершилось. Зодчие по-прежнему нуждались в пище, что заставляло столовую готовить в прежнем режиме. Вот времени на быт и не находилось.

Позавчера же Изумрудный Перевал превратился в полноценное ремесленное поселение. Строители могли собой гордиться. Они с честью выполнили княжеский наказ и теперь ждали караван, что отвезёт их в Золотые Кроны.

Когда копытные с повозками приехали за строителями, благодарные жители устроили им праздничные проводы. Гуляли всей гурьбой до поздней ночи, даже когда телеги с рабочими уже давно покинули подножья гор.

Следующий день посвятили прощанию с временными избами. Столовую закрыли с почестями, вернув владельцам посуду, ковры и занавески. Запасы круп, муки и овощей распределили между семьями, решив, что нет больше смысла держать еду в одном месте. В конце общественные строения хотели разобрать и пустить на растопку, но передумали, решили, что в быту ещё может пригодиться.

Сегодня многие жители сидели по домам. Обустраивали жилища и готовили к открытию лавки. Каена с Лореей не стали исключением. Зайчиха неспешно умылась и спустилась вниз, раздумывая, что бы такого приготовить на завтрак. Каменные стены встретили её сонной прохладой.

Лорея уже встала и сейчас суетилась возле печи, подбирая сбор для утреннего чая. Хотела сделать его вкусным и бодрящим.

– Ты не помнишь, куда мы положили мёд? – она обернулась, закидывая в чайник листья мяты и эхинацеи, затем потянулась за баночками с сушёной куркумой и имбирём.

– Он вместе с орехами в помещении для сушки. Могу сходить, если хочешь.

– Не нужно, я сама. Последи за чайником, пожалуйста, сними с огня, как закипит. А я ненадолго спущусь вниз. – Лорея залила травы водой и поместила в печь. Накануне она подсадила стебли стужевика в подвал и теперь хотела проверить, как поживает растительная морозилка.

– Хорошо, а птичевика у нас ещё есть, не знаешь? Омлет хочу сделать.

– Ой, – Лорея встрепенулась. Зайчиха помогла ей вспомнить нечто важное. – Так. Она в верхнем ящике, только жёлтая вот-вот закончится. Оставь мне парочку на зелья, а то я совсем забегалась и забыла отсыпать, – она виновато пожала плечами.

– Без проблем. – Каена присела у одного из стеллажей, доставая сковороду. Затем поставила на стол заменители молока и яиц. С ними в Изумрудном Перевале наблюдались серьёзные проблемы. Как, впрочем, и в любых других некрупных городах.

Ведь у оборотней табу на животноводство. Никто не помнил, почему так сложилось, люди просто жили с этим знанием, и всё. Никакого скота и домашней птицы, а соответственно и продуктов, связанных с ними. Зато отлично прижились их растительные аналоги.

Сыр и творог получали из молочной тыквы. Её белого цвета сок по свойствам очень походил на молоко. Различали два сорта молыквы: взрослую и детскую. Одна использовалась для приготовления блюд, другой кормили малышей. Чудесное неприхотливое растение, способное цвести повсеместно. Оно значительно облегчало жизнь оборотням, особенно тем, у кого имелись проблемы с кормлением. А таких среди рептилий и птиц насчитывалось немало.

Что касалось яиц, то их заменяла особая ягода – птичевика. Та также делилась на два вида: птичевика Нэтты и птичевика Бхука. Культуры, названные в честь солнц на небосводе. Условные желток и белок, чьи названия иногда сокращали до пиньи и пибьи.

Однако, кроме растительных плодов, на рынке попадались и животные продукты. Поставлялись они из Морайи. Вольные женщины не нарушали табу, просто на их землях водились неразумные стада, что периодически делились молоком. Такая дичь считалась священной, и охотиться на неё строго запрещалось.

С яйцами сложилась похожая ситуация. Порой дикие птицы неслись как не из себя, ставя под угрозу урожаи. Приходилось собирать. Таким образом, оба продукта свободно поставлялись в города Срединных Земель, но цены на них взвинчивались запредельно. Позволить себе деликатес могли лишь зажиточные дворяне да популярные трактиры. Животные продукты считались элитными, пусть и уступали растительным аналогам.

Каена достала птичевику, сняла кожицу и распределила белые и жёлтые ягоды по разным мискам. Затем мелко натёрла сыр, нарезала помидоры и налила масла на сковороду. Пока та нагревалась, девушка добавила к белой ягоде три столовых ложки молока и взбила смесь венчиком. Образовалась нежная воздушная пенка.