Город Бессмертных. Книга первая, "Кристалл иллюзий"

Глава 17

Эннареон переступил порог комнаты и дар речи потерял от изумления. Он находился в лесу! На самой настоящей лесной поляне: под ногами была мягкая земля, поросшая упругой сочной травой. В двух шагах от него рос огромный раскидистый вяз. Еще один стоял чуть поодаль, а за ним вытянулась ввысь молоденькая солнечная липка. Лес, казалось, простирался до самого горизонта. Эльф бросил взгляд вверх и снова ахнул: там проплывали облака, освещенные закатным солнцем. Внезапно налетевший ветерок растрепал его длинные светлые волосы. Лисси, шедшая следом, тоже замерла от восхищения.
    – Это не может быть магией… Гномы ей не владеют, – проговорил Эннареон шепотом, словно боясь разрушить прекрасное наваждение. – Значит, это какой‑то невероятный трюк!
    – Будут ли какие‑нибудь пожелания? – раздался сзади голос смотрителя.
    Эльф быстро обернулся:
    – Будут. Уважаемый гном, расскажите, как вам это все удалось?
    – Что ж… – тот улыбнулся. – Комната не настолько большая, как кажется. Какая‑нибудь сотня шагов в поперечнике. Стены расписаны красками, это – эльфийская работа. Мы специально приглашали мастеров из Иллереммина. Оттого и ощущение, что леса здесь полно. Потолок выложен мозаикой из камней. Мы огранили их так, что картина кажется движущейся. От иллюзии можно избавиться, если смотреть на него, стоя совершенно неподвижно.
    – Но высота…
    – …Достаточна для настоящих деревьев. Их здесь семь, – смотритель бросил взгляд на вяз. – Вырастить таких гигантов было непросто, но у нас получилось. Земля была привезена из плодородной долины, недалеко от Румхира.
    – А ветер? – потрясенно спросил Эннареон.
    – Во внешней стене мы проделали много отверстий. Потому воздух здесь свеж и чист, как снаружи. А когда ветер стучится в склон горы, в комнате также появляется ветерок.
    – Нет слов, чтобы выразить восторг, – просто сказал эльф. – Вы сотворили настоящее чудо, не применяя никакой магии.
    – Рад, что Вам нравится, господин, – поклонился смотритель и вышел, притворив дубовую дверь.
    – Кроватей здесь, надо полагать, нет? – осторожно спросила Лисси, тихонько хватая спутника за рукав.
    – Нет, – улыбнулся Эннареон, привлекая девушку к себе. – Мы ведь не устраиваем сооружений для сна.
    Лисси нежно обвила шею эльфа, и они слились в горячем поцелуе.
    – Думаешь, я мечтаю о том, чтобы выспаться? – прошептала девушка, запустив руки ему в волосы.
    Эннареон заглянул ей в глаза – и утонул в небесной чистоты взгляде, полном любви.
    Что бы там эльф ни думал накануне об ужасах ночевки в пещерах Румхира, теперь он желал, чтобы эта ночь не заканчивалась. Увы, с наступлением утра явился Тангор, и планы об очень позднем подъеме пришлось отменить.
    – Давайте, лежебоки, – ухмылялся гном в бороду, деликатно отвернувшись, – просыпайтесь! Я знаю одну чудесную таверну, чтобы перекусить.
    Та и впрямь оказалось неплохой. Обеденная зала располагалась на один ярус выше Главных Врат, всегда широко распахнутых: это символизировало гостеприимство в любое время дня и ночи. С террасы открывался красивый вид на долину у подножия Румхира и кусочек тракта, ведущего через многочисленные перевалы в Тоддмер.
    Спутники оказались единственными посетителями. Тангор немало подивился этому, зная, что таверна над Вратами неизменно пользовалась спросом у гостей королевства.
    – Так ведь война, – пожал плечами трактирщик, старый седобородый гном, ставя тарелки с едой. – Уже две недели, как дорога пуста.
    Жареное на углях мясо оказалось настолько вкусным, что следующие полчаса друзья не произнесли ни слова. Владелец таверны терпел, сколько мог, но наконец не удержался от вопроса:
    – Вы идете из Велленхэма, господа? Какие новости в той земле?
    Эллагир открыл рот, чтобы ответить, но так и замер, уставившись на тракт.
    – Что это, во имя Создателя, такое? – наконец проговорил он потрясенно.
    Все моментально обернулись. По каменистой дороге, сильно хромая, шел человек в доспехах.
    Тангор, обладавший самым острым зрением, оповестил:
    – Велленхэмский воин. Одет, как капитан.
    Из‑за поворота показался еще один ратник, и еще… Все они едва могли двигаться, и шли из последних сил. Привратники тоже заметили приближающихся людей и сразу выслали подмогу. Когда эльф с друзьями спустился к Вратам, капитан уже стоял там, устало опершись о камень.
    – Тоддмер… – с трудом говорил он, прикрыв глаза от усталости. – Сюда идет тоддмерское войско. Будут здесь к закату.
    – Подгорное Королевство хорошо укреплено, – покачал головой Эннареон, вызвав одобрительный гул гномов. – С наскока его не возьмешь, да и осадой едва ли удастся. На что же рассчитывает Тоддмер, хотел бы я знать?
    – Не имею понятия, – выдохнул велленхэмец. – Но они приближаются.
    – Значит, надо готовиться к бою!
    – Полегче, эльф! – раздался хриплый голос.
    Собравшиеся расступились, и вперед вышел гном с черной, как смоль, бородой и в полных доспехах. Его лицо наискосок пересекал шрам.
    – Мое имя – Кантад, я здесь командую. Насколько большое войско? – повернулся он к капитану.
    – Около десяти тысяч.
    – Десять тысяч тоддмерцев! – удивленно повторил Кантад. – Однако! Асмир! – возвысил он голос, – объявляй сбор. Страже – закрыть и запечатать Врата! Послать гонца в Велленхэм – нам может потребоваться помощь.
    Названный Асмиром, коротко поклонился и молча исчез в толпе. Где– то недалеко раздались гортанные возгласы команд.
    – Собратья, – Кантад оглядел гномов, – оповестите всех, кого сможете, и вооружайтесь! Женщин и детей укрываем на нижних ярусах, там же – запасы провизии. И еще… – голос командующего приобрел недобрый оттенок, – я хочу видеть капитана моей разведки! То есть, бывшего капитана разведки, проворонившего наступление Тоддмера. Плюну ему в бороду!..
    – Позвольте перейти под ваше командование, – устало поклонился велленхэмец. – Нас, правда немного… Отряд из двух десятков человек был полностью разбит, осталось пятеро. Мое имя Хенвиг.
    – Мне нужны все, кто может биться! – впервые улыбнулся Кантад, но зрелище, благодаря шраму, вышло довольно жутким. – Вопрос решен. Вы, – он бросил взгляд на чародеев, – были бы совсем нелишние в обороне. Я видел, что может магия. Но заставлять велленхэмцев я не вправе.
    – А Вам советую укрыться на нижних ярусах, – повернулся гном к Эннареону. – Если случится ужасное, и Румхир будет захвачен, Вас, возможно, пощадят. Не думаю, что Тоддмеру нужен конфликт с вашим народом. Что смешного? – зарычал он, глядя на улыбающегося эльфа.
    – Давно я не слышал такой глупости, – спокойно ответил Эннареон, тем более – от командующего целой армией. Я буду сражаться, как и все.
    – Вот это и есть глупость, – хмуро возразил Кантад. – Если Вас убьют, это может втянуть в войну Иарлириат. Который, не исключено, хочет остаться в стороне.
    – Я провел ночь в вашем доме, – тихо молвил Эннареон. – Пристало ли гостю прятаться в подвале, если на дом напали разбойники?
    – Да будет так.
    Эльф обернулся к Лисси:
    – Милая… Тебе нужно в укрытие.
    – Нет! Не уговаривай.
    – Но…
    – Не пойду в подвал, не проси, – тихо, но твердо сказала девушка. – Я буду с тобой. В конце концов, ты учил меня биться!
    – Сколько было тех уроков?! – с отчаянием воскликнул Эннареон, понимая, что любые уговоры бесполезны. – В схватке может случиться что угодно!
    Он не помнил ни единого случая, когда Румхир хоть кому‑нибудь удавалось взять. Но… Десять тысяч воинов движутся к Подгорному королевству. Значит – надеются на победу.
    "Если тоддмерцы ворвутся в крепость, я буду защищать только самое ценное, что у меня есть в этом мире… Ее", – эльф с нежностью взглянул на Лисси.
    – Милый… – девушка смотрела на него грустными, и очень серьезными глазами. – Конечно на нижних ярусах безопасней. Но неужели ты думаешь, что я сбегу, оставив тебя здесь?
    – А если меня убьют? – тихо спросил Эннареон. – Пообещай, что хоть тогда ты сразу же…
    – Нет, – перебила его Лисси, мотнув головой. – Если это случится… – она смахнула невольную слезу, – …зачем мне бежать? Я ведь тоже люблю тебя! Просто знай: мы уйдем из Румхира вместе… или вместе останемся здесь.
    Она горячо и нежно обняла эльфа. Эннареон ответил тем же, и чувства захлестнули его с головой, не оставив места сомнениям или неуверенности. Он понял, что нет и, наверное, не может быть решения правильнее.
    – По какому поводу траур? – пропыхтел подоспевший Тангор, отлучавшийся ненадолго. – На ваши грустные рожи накануне боя смотреть противно. И, чтобы вы знали, Румхир еще никому не удавалось взять! Вы идете на пир?
    – Пир? – переспросила Альрин. – Какой еще пир?
    – Ну как же, – нетерпеливо пояснил гном. – Общее гулянье в Дворцовых Чертогах по случаю начала войны.
    – Любопытный повод праздновать, – незлобно поддел Тангора чародей.
    – Хороший воин – сытый воин! – отмахнулся тот. – И, между прочим, чем дольше мы тут стоим, тем меньше там остается вкусной еды!..
    Гномы‑каменщики, следуя распоряжениям Кантада, наглухо запечатали Врата и теперь стремительно укрепляли стены. Прочная каменная кладка, небольшие наблюдательные проемы, которые могли также использоваться, как бойницы, – все делалось по всем правилам фортификационного искусства. На специально оборудованных площадках обосновались катапульты. Метательными снарядами для них служили гигантские глыбы гранита. Хоть многие и не верили, что Тоддмер решится штурмовать крепость, орудия были заряжены все до одного.
    На верхних ярусах тоже кипела работа. Подъемные машины, натужно скрипя, сотню за сотней доставляли камни поменьше. Высота наделяла убийственной силой даже небольшой булыжник. Если враг бросится к стенам Румхира, на него обрушится настоящий каменный град. Наиболее крепкие гномы уже занимали места у окон и проемов, другие готовились подавать все новые и новые снаряды. Разводился огонь, котлы наполнялись смолой, оружейные хранилища стремительно пустели. Подгорное королевство достойно собиралось встретить незваных гостей.
    У самой стены, прильнув к отверстиям в кладке, стояли эльф с друзьями, Хенвиг, Кантад и еще несколько гномов. Все они хмуро следили за тем, как в Румхирскую долину вступали войска под тоддмерским зелено‑красным флагом.
    Незадолго перед этим Тангор отвел Лисси и магов к кузнецам, выбрать хоть какое‑нибудь оружие. Больше всех недоумевал этому Эллагир:
    – Я никогда не умел биться на мечах. Зачем он мне сейчас?
    – Все же присмотри что‑нибудь, – посоветовал гном. – Лучше протаскать меч зря, чем в решающий момент сожалеть, что его нет.
    Лисси тем временем внимательно выбирала клинок, вспоминая все уроки, полученные от эльфа. Она до того придирчиво разглядывала сталь, что вызвала раздражение у всех без исключения кузнецов. Наконец, один из них с плохо скрываемым сарказмом проговорил, оторвавшись от работы:
    – Верно, ты – выдающийся мастер боя. Еще никогда наше оружие не подвергалось такому тщательному осмотру.
    – Я только учусь, – бесхитростно улыбнулась девушка. – Но пока мне действительно не понравился ни один клинок.
    – А! Не понравился, значит, – рассержено крякнул кузнец. – Может, расскажешь, отчего так?
    – Ну, все они тяжеловаты для моей руки, – задумалась Лисси. – Некоторые не очень хорошо сбалансированы. А на одном – следы ошибок при закалке.
    – Что‑о?! – взвился гном. – Какие еще ошибки? А ну‑ка, покажи!
    Девушка, пожав плечами, отыскала нужный меч. Кузнец схватил его, уже открыв рот для язвительной реплики, но вдруг замер, вглядевшись в разводы на металле. Еле заметные темные извилистые линии сначала шли равномерно, но на середине клинка вдруг стали расходиться к краям.
    – Одна‑ако, – протянул гном, заметно остывая. – И впрямь кой‑чего понимаешь! Постой тут, я сейчас.
    Он двинулся в дальний угол кузницы, зашвырнув по дороге бракованный меч в небольшой деревянный ящик. Все, что попадало туда, подлежало переплавке. К чести здешних мастеров, ящик этот уже несколько лет оставался совершенно пустым.
    Вернулся гном с длинным, слегка изогнутым клинком. У него была удобная, но простая, безо всяких украшений, рукоять. Только под самой гардой блестела изящно выгравированная руна.
    – Посмотри‑ка на этот виир, девочка.
    Лисси взяла меч, отметив, что тот удобно лег в ладонь, сделала пару пробных взмахов и расплылась в улыбке:
    – Чудесная работа!
    – У этого клинка довольно забавная история, – ответил кузнец, довольный от похвалы. – Я ковал его для дочери короля Велленхэма. Но она отослала меч обратно – дескать, плохо украшен, – гном презрительно хмыкнул.
    Тангор проворчал какое‑то ругательство на своем языке.
    – Не стану выдавать своих секретов, – продолжил кузнец. – Скажу только, что этот виир отнял у меня времени больше, чем сотня иных. Он пробьет любой доспех… – гном подумал мгновение, и все‑таки не удержался от ехидцы: – если, конечно, у его обладателя достанет мастерства.
    – Предлагаю пари, – шагнул вперед Тангор. – Найди нам стальной прут в палец толщиной. Ставлю пять золотых, что эта девочка сможет разрубить его надвое. Увидишь, она умеет обращаться с оружием.
    У Лисси внезапно пересохло в горле.
    "Зачем мне этот дурацкий спор"? – подумала она, смотря на гнома с неодобрением.
    – Принимаю пари, – расхохотался кузнец, по‑своему истолковавший этот взгляд. – Мог бы поставить и больше, да жаль тебя разорять.
    Он запустил огромную пятерню в лоток с заготовками и извлек первую попавшуюся железяку.
    – Все в порядке, – подмигнул Тангор Лисси. – Ты справишься. Я не видел никого, кто столь быстро и умело учился обращению с оружием. У тебя несколько дней ушло на работу, которую иные проделывают за годы.
    – Спасибо, – тоскливо поблагодарила девушка.
    Уверенности гнома она ни капли не разделяла. Оружейник тем временем вертикально закрепил прут в кузнечном зажиме.
    – Мне пальцы еще сгодятся, – хмыкнул он в ответ на немой вопрос Тангора.
    Лисси тем временем старательно вспоминала все, чему учил ее эльф.
    "Положение руки, захват… ох, позору будет!… Прекрати сейчас же, размазня! – одернула она себя. – Сосредоточься! И положи конец дурацкому спору"!
    Девушка медленно отвела меч за левое плечо, стараясь дышать, как советовал Эннареон: размеренно и глубоко.
    – Этот удар в переводе на Общее Слово называется "солнечный блик", – услышала она эльфа в своих мыслях. – Быстрый, невесомый, неотвратимый… Бей на выдохе, не раздумывая!
    Клинок молнией сверкнул в полутемной кузнице, почти беззвучно очертив широкую дугу… и нигде не встретив сопротивления.
    "Почему? – подумала мельком Лисси, заканчивая движение и приводя рукоять клинка к бедру. – Неужели вовсе промахнулась"?
    Вдруг в воцарившейся тишине раздался мелодичный звон. Верхняя часть косо разрубленного стального прута в палец толщиной упала на каменный пол и откатилась к ногам кузнеца.
    Казалось, заговорили все сразу. Эллагир восхищенно выругался, Альрин от радости даже захлопала в ладоши, Тангор шумно требовал свой выигрыш у оружейника, с лица которого все не сходило потрясенное выражение… Лисси с шумом выдохнула, поняв, наконец, что ей удалось.
    – Госпожа, – медленно подбирая слова, произнес кузнец, растеряв весь свой запас сарказма. – Прошу простить за насмешки. И, раз уж этот клинок Вам так послушен, примите его в дар.
    – Все равно не стоило затевать спор, – шепнула чародейка Тангору. – Тоже мне, нашел способ подзаработать!
    – Эннареон – прекрасный учитель, – отозвался гном, пересчитывая монеты. – Но Лисси позарез нужна уверенность в собственных силах. Сегодняшний урок пойдет на пользу, особенно, если скоро нас ждет битва. Так что, – он с довольной миной позвенел золотом, – с какой стороны ни посмотри – стоящее было дельце. Не правда ли?
    Ветер на террасе был довольно холодный. Чтобы не озябнуть, друзья прохаживались взад‑вперед, время от времени бросая взгляды в проемы– бойницы. Главный военачальник королевства что‑то прикидывал в уме, загибая пальцы и бормоча. Внезапно он бросил хмурый взгляд на Лисси.
    – А почему Вы, собственно, не в доспехах?
    – Потому что один сведущий в военном деле уважаемый гном сказал, что раньше утра тоддмерцы не рискнут идти на штурм, – улыбнулась девушка.
    – Мало ли, что я сказал, – раздраженно пожал плечами Кантад. – Я их мысли читаю, что ли? Если они прямо сейчас кинутся атаковать Румхир, Вы будете тратить время в поисках кольчуги.
    Лисси слегка покраснела.
    – Оставь девочку в покое, Кантад, – положил ему на плечо руку Тангор. – Если люди начнут битву в ночь, я готов съесть собственную бороду. Все так считают, посмотри вокруг! В полных доспехах ты здесь один– одинешенек.
    – Значит, только я готов к войне, – хмыкнул Кантад. – Так себе новость. А Вы что же? – он кинул взгляд на эльфа. – Будете убивать врагов голыми руками?
    – Мой меч при мне, – прохладно возразил Эннареон, недовольный придирками гнома к Лисси. – Что до кольчуги…
    – Что до кольчуги, – неожиданно закончила за него девушка, – тот стиль боя, который мы изучаем, не предполагает их ношения.
    – "Не предполагает", вот как? – насмешливо поднял брови Кантад. – Ну, побольше бы нам врагов, считающих так же, как и Вы, что добрый доспех мешает биться.
    – Сильно мешает, – подтвердил Эннареон, пожав плечами.
    Вдруг раздался звук рога. Все снова прильнули к отверстиям в стене. Со стороны лагеря тоддмерцев к Вратам Румхира приближалось три воина. Один из них нес знамя Тоддмера и трубил. Зелено‑красное полотнище отчаянно развевалось и хлопало на ветру.
    – Переговорщики, – ухмыльнулся Кантад. – Ну‑с, послушаем.
    По прикладной лестнице он в мгновение ока взобрался на гребень стены и стал на нем, уверенно и твердо.
    – Наследный принц Тоддмера, его высочество Виккела! – звонко провозгласил герольд со знаменем.
    Один из воинов слегка кивнул. Виккеле было не больше тридцати. Длинные, черные, как смоль, волосы развевались на ветру. В тонких чертах лица угадывался королевский род. Определенно, этот человек был красивым, но какой‑то холодной, слишком строгой и слишком чуждой красотой. Он остановился в двадцати шагах от Врат и посмотрел на Кантада.
    – Есть ли среди вас король Ринхаг? Я желаю говорить с ним, ибо моя кровь не позволяет держать речь с простыми каменщиками.
    – Когда хотят говорить с королем, присылают посла, – прокричал сверху Кантад. – А когда приходят с армией – в лучшем случае удается поговорить с королевским военачальником. Тебе крупно повезет, если не в пыточной.
    – Я пришел сюда с миром! – воскликнул принц.
    – Ха‑ха‑ха! – рассмеялся гном. – Так и знал, что армия в десять тысяч человек мне попросту привиделась! Шел бы ты отсюда… с миром.
    – Я не замышляю зла против Румхира, – не дал сбить себя с заранее намеченной речи принц. – Лишь прошу у вас разрешения пройти через ваши земли к Велленхэму.
    – Может, вам и гостинцев дать в дорогу? – съязвил Кантад.
    – После победы над востоком, мы дадим вам много земель! – упорствовал Виккела.
    – На что нам земли? Репу разве выращивать? – удивился гном. – Мы – ремесленный подгорный народ.
    – Тоддмер станет покупать ваше оружие!
    – И так станете, – отмахнулся Кантад. – Куда вы денетесь? Или ваши кузнецы уже превзошли Румхир? Еще будут "выгодные предложения"?
    – В бою многие гномы погибнут! – драматически воскликнул принц, всплеснув руками. – Почему вы хотите умирать ради кого‑то?
    – Вот как, в бою, значит! – усмехнулся Кантад. – А как же "мы пришли с миром"?
    – Мы оплатим проход, – пустил в ход последний довод Виккела. – Я дам по сотне золотом за каждого воина, прошедшего на ту сторону гор.
    – Могу показать дорогу в темницу! – съязвил командующий армией Румхира. – Причем, забесплатно.
    Последние его слова потонули в хохоте гномов, но Виккела, видимо, расслышал.
    – Тогда будет война!!! – проорал он в бешенстве, но Кантад уже спускался по лестнице обратно.
    – Эка, удивил, – проворчал он, спрыгивая на камень, – я‑то думал, ты так, поговорить зашел…
    Гномы встретили своего военачальника восторженным гулом.
    – Переговоры прошли отлично! – улыбнулся Эннареон.
    – Да, мне тоже понравилось, – довольно засмеялся Кантад. – А уж принц вообще в полном восторге!
    До них до сих пор доносилась брань Виккелы.
    – Все‑таки, почему ты, во имя Троара, расхаживаешь тут безоружный?! – воскликнул Кантад и отпрянул.
    В руке эльфа, словно по волшебству, появился клинок, яростно сверкнув в закатных лучах солнца.
    – Ловко! – с искренним восхищением произнес гном. – Никогда не видел такой быстроты.
    – Я говорил тебе, что мой меч – со мной, – напомнил ему Эннареон.
    – Эльфы ведь никогда не лгут, – заметил назидательно Тангор.
    – Так, ладно, – в голосе военачальника появилась командная нотка. – В ночь они все же не выступят, а нам надо поспать перед битвой. Отбой, ребята!
    С этими словам он ушел с террасы, и скрылся в коридорах Румхира, по дороге назначая часовых. Маги вышли следом за Кантадом. Поднимаясь по широкой и удобной лестнице, Эллагир хмурился, о чем‑то напряженно размышляя.
    – Задумался? – Альрин нежно коснулась его ладони, и почувствовала, как юноша слегка сжал ее пальцы, словно не хотел отпускать.
    – Я боюсь за тебя, – просто ответил Эллагир. – Боюсь, что если что‑то пойдет не так…
    – Все будет хорошо! – улыбнулась девушка. – В конце концов, мы – маги Велленхэма. Нас призывают под знамена короля, когда случается война. Тебя разве не предупредили перед поступлением в университет?
    – О, да, мы с тобой – выдающиеся маги Велленхэма, – с горькой иронией воскликнул Эллагир. – Вспомни, насколько нас хватило там, в лесу? А тут не десяток разбойников, тут – тысячи обученных воинов!..
    – Нам не обязательно быть на поле боя, – пожала плечами Альрин. – Мы можем метать заклятья с верхних ярусов.
    – А если мечники Тоддмера ворвутся в крепость?
    – Тогда, – со странным спокойствием проговорила чародейка, – мы постараемся убить столько врагов, сколько возможно, прежде, чем сами падем.
    – Неправильно, Аль, – мотнул головой маг. – Тогда ты уходишь в подземелья и бежишь прочь из Румхира. А я постараюсь задержать их, сколько смогу.
    – Милый, – девушка остановилась и обняла друга за плечи, – ты хоть понимаешь, какую глупость сейчас сказал?
    – Послушай…
    – Нет, это ты послушай. Помнишь, что сказала Лисси эльфу сегодня? Думаешь, я люблю тебя меньше, чем она – его?
    – Нет, милая. Но ты для меня значишь намного больше, чем Лисси для Эна. Поэтому обещай мне, что убежишь.
    – А обо мне ты подумал? – жалобно спросила девушка. – Я спасу не Альрин, а всего лишь ее тело. А душу? Если ты… если тебя, – она судорожно сглотнула, – убьют, душу я оставлю здесь, с тобой.
    – Пусть так! – с жаром возразил чародей. – Но пройдет время, и к тебе снова вернется жизнь!
    – Не жизнь, Эл, – покачала головой Альрин, – а жалкая ее тень. Я задам тебе всего один вопрос: на моем месте ты бы ушел?
    – Мне никогда не удавалось тебя переспорить, – устало махнул рукой Эллагир.
    – Не волнуйся, – девушка нежно поцеловала его в губы. – Здесь, в гномьей твердыне, вполне безопасно. А что до непредвиденных, крайних случаев… давай не будем об этом больше?
    Чародей молча вздохнул.