Русалка и дракон

Глава 4

Плыть с русалками мимо островков Водного дракарата было… волшебно! Невероятно! Да что там, просто классно! Конечно, я отставала… но не сильно. По взглядам, которыми обменивались мои новые знакомые видно было, что они очень и очень удивлены. То Ила, то Льюта периодически спрашивали Морето вполголоса, мол, уверена ли та, что я человечка.

Мы останавливались. Меня разглядывали. Увлекали под воду.

Приходили к коллегиальному выводу, что все же человечка.

Мне как-то было не до их болтовни. Просто к «верхней», надводной части дракарата я более-менее привыкла. А под водой оказалось красиво до невозможности, до поджатых пальцев ног!

Стайки разноцветных рыб, водоросли, удивительно похожие на цветы в моей комнате, те самые, с белыми прожилками и полыми стебельками, тоже какие-то «звенящие» … морские губки, кораллы…

А еще глубоко-глубоко, под нами было светло - словно свет бил с самого дна… И поэтому поверхность этого моря такая сине-сияющая, догадалась я.

Мы проплыли над гигантской аркой, покрытой узорами и неизвестными мне письменами… и вокруг были русалки… и тритоны! Их было много!

Казалось, русалки со всего подморья устремились в одном с нами направлении…

Вода была до того прозрачной, что можно было отчетливо разглядеть ногти на пальцах ног. Под нами проплывали покатые и острые шпили крыш, вымощенные ракушками дорожки и целые кораллово-водорослевые леса!

Жалко, что мне, в отличие от русалок, требовался воздух, поэтому приходилось всплывать на поверхность и хватать ртом, чувствуя легкую, сладкую панику, какая почти всегда случается со мной на глубине.

Мимо неслись целые гирлянды разноцветных островков, даже неспешно проплыли две парящие над водой горы. Казалось, оглохну от рева водопадов, что соединяют эти махины с водной гладью… а еще задохнусь от восторга!

Мир, в который я попала, оказался ярким, цветным, преимущественно синим… и каким-то очень и очень родным! На какое-то время я забыла обо всем, о том, благодаря кому я здесь, о дворце, где меня стерегут некие неприветливые и надменные «джошу» (я уже поняла, что этим словом называют здесь прислугу), о родном, «зеркальном» мире… даже о русалках, плывущих рядом… Я всецело отдалась морю, выверенным и плавным движениям, я не чувствовала усталости или беспокойства… просто плыла. И казалось, что я лечу.

В детстве я донимала маму просьбами об операции по вживлению жабр, о такой читала в научно-фантастической книге. Когда мама морщила лоб и уверяла, что это сказки, это невозможно, я плакала и обещала, что когда вырасту и стану самостоятельной, переселюсь под воду. Я слабо это помню, старший брат рассказывал…

И сейчас, вопреки всему, чувствовала себя дома…

А потом мы подплыли к Грозовым островам.

Серые, скалистые, они возвышались над водой, словно зубы гигантского затонувшего чудовища.

Русалки пояснили, что Грозовыми островами этот архипелаг называется еще с древних времен, когда здесь и в самом деле непрерывно грохотали грозы… Даже в наши дни случаются сильнейшие бури. Они что-то говорили про особый магический фон, потоки… Я мало что понимала в этой «магической терминологии», кроме того, что здесь какое-то место силы.

А потом мы взобрались на скалистую поверхность острова и дальше пошли пешком.

Морето объяснила, что русалкой быть куда удобнее, чем человечкой: в воде можно жить русалочьей ипостасью, а по твердой земле ходить на «подпорках». Сложно было не согласиться, что что-то в этом определенно есть. Правда, - после длительного совместного плавания я несколько осмелела, - человечкой тоже быть удобно. В конце концов, у них был шанс убедиться, что плаваю я меньшим хуже. С этим со скрипом, но тоже согласились.

А потом стало не до разговоров.

Из-за покатой скалы, к которой мы приблизились, раздавался гул, который по мере нашего восхода по грубой, вырубленной в скале лестнице, распался на крики, лязг стали, тяжелые, глухие удары.

Оказавшись на вершине, мы как-то разом замолчали.

Внизу были арены. Центральная - в форме огромного круга и овальные, продолговатые расположенные вокруг той, что в центре. Сверху выглядит не то цветком, не то солнцем. На аренах ведутся ожесточенные бои.

- Видишь, та, что в центре, пустует, - сказала Морето, дернув меня за пальцы и указала глазами на самую огромную арену. Когда я зачаровано кивнула, пояснила: - Там бьются или магией, или в драконьей ипостаси. Драконы на земле почти беспомощны. Есть специальные приемы, которым обучают с детства, как выживать на земле, если, скажем, лишился крыльев и застрял в драконе.

- И часто они застревают в… драконах? - спросила я.

- Случается, - кивнула Морето. - Когда дракон совсем юн, он не владеет магией и не контролирует свою силу. А драконья ипостась куда сильнее человеческой и сразу после рождения пытается захватить разум. Каждому дракону приходится сперва побеждать себя, и не раз. И только потом - других. Прежде, чем стать великим воином.

- Но не все становятся великими воинами, - подошла с другого бока Ила.

- Но многие, - облизала пересохшие губы Льюта.

Девушки преобразились: щеки раскраснелись, дыхание потяжелело, глаза горят так, словно в голове зажглись лампочки. Голоса стали низкими, грудными и какими-то… призывными, что ли. Даже у меня по коже мурашки пробежали.

Я непонимающе нахмурилась.

- Ты не туда смотришь, - пропела Льюта. - Не на нас. Ту-уда смотри… О-ох…

Я послушно посмотрела вниз.

Прищурилась, разглядывая самую ближайшую к нам арену.

Обнаженные по пояс гиганты с невероятно широкими плечами и грудами мышц сражаются на мечах.