Просто сделай это. Испытание

Глава 13. Почти обычный день

*17 мая, понедельник, день*

Школьный день начался с урока алгебры.

Катя, с трудом преодолев желание прогулять учебу, нашла в себе силы и сейчас сидела, сосредоточив все свое внимание на доске. Учитель как раз объясняла новую тему, которая входила в состав стремительно приближавшегося ЕГЭ. Экзамен, после которого предстояло решить, куда дальше повернет её дорога.

В кабинете царила идеальная тишина и никто не осмеливался нарушить её, ибо задерживаться на перемене никто не хотел. С этим все было строго.

Герман, который вчера весь вечер провел в компании двух сестер в роли психолога, также сидел на соседнем стуле и боролся с сонливостью. Он жутко не выспался и теперь пытался не заснуть, то и дело поглядывая на наручные часы в ожидании звонка на перемену. Там можно было бы хоть чуточку взбодриться и выпить кофе, лишняя энергия ему не помешает. После школы ему еще предстояло ехать в офис к отцу, приобщаться к общему делу, как тот любил это называть.

В школе же одноклассники встретили Коновалову сочувствующими взглядами – все о случившемся уже знали. Большинство, кто не был лично знаком с девушкой, остались равнодушными, а вот одноклассники подходили и по очереди пытались как-то подбодрить и оказать участие Кате. Они понимали, что происшествие давило больше морально, нежели физически. Сломанная рука заживет быстрее, чем запутанное сознание.

Катерина, которая только-только настроилась на новый, чистый лист своей жизни, снова окунулась с головой в те болевые ощущения, от которых стремительно бежала. Когда тебе постоянно напоминают о том, что случилось, внутри обрываются оставшиеся струны, так нежно лелеемые и скрываемые ото всех.

Струны надежд и мечт, что лучшее еще впереди. И когда оборвется последняя… неизвестно, чего можно ожидать.

Это оказался её личный круг Ада, ведь сочувствие и жалость окружающих – последнее, чего ей хотелось бы ощущать.

– Катя, ау, – прямо перед глазами девушки промелькнула ладонь, привлекая к себе внимание.

Девушка, задумчиво моргнув, пришла в себя и перевела взгляд на того, кто к ней обращался.

– Что случилось, Герман? – здоровой рукой поправляя волосы, поинтересовалась Катя. Вокруг оживились одноклассники и собирали свои вещи по сумкам.

Неужели урок уже закончился?

– Перемена, – ответил парень, поднимаясь из-за парты. – О чем задумалась, Катюш?

– Да так, не важно. Напомни, пожалуйста, сколько у нас сегодня уроков?

– Четыре. Храни господь тех, кто составлял расписание выпускникам в нашей школе. Потому что учитывая еще и факультативы, занятия с репетиторами, секции, на которые многие ребята ходят… мы бы просто не выжили.

Девушка мгновенно сникла, вяло закидывая тетрадь и пенал в сумку. Секции, хах. Когда-то и она все свободное время посвящала тренировкам. Сейчас же этого времени было выше крыши, а что делать с ним – неизвестно.

– Оу, Катюш, прости… я не хотел лишний раз тебе напоминать об этом.

– Не переживай. Правда, со мной все нормально, – заглянув Герману в глаза, Катя улыбнулась сквозь чувство горечи, напрочь поселившееся у нее в груди. Было непонятно, как с ним бороться и как перестать вздрагивать от слов о том, что у кого-то жизнь бурлит и продолжает развиваться, а твоя зашла в тупик и непонятно, куда теперь дальше двигаться? В чем еще себя можно увидеть?

Как найти то, что будет откликаться также?..

– У любого человека жизнь бьет ключом, – продолжила Коновалова, выходя из класса и направляясь в следующий. – И это естественно, что кто-то чем-то занимается, продолжает ходить в разные секции помимо учебы, просто… сейчас я понимаю, что кроме учебы у меня ничего и не осталось. Один сплошной штиль. Затишье. И неизвестно, когда и куда подует ветер.

– Девочка моя, ты приняла решение. И это решение твое, оправдано тобой же. Ты жалеешь, что приняла его? – обгоняя Катю и останавливая её за плечи, парень мягко их сжал и улыбнулся, давая понять, что не торопит с ответом и дает подумать еще раз.

И Катя подумала.

Поняла, что как бы горько ей сейчас не было от всего, то, что она решила уйти из спорта – правильное решение.

Она не сдалась при первой же неудаче, нет, это было совсем не так. И даже то, что она повредила руку – не страшно.

Все дело в том, что теперь Катя понимала, что никогда не сможет никому довериться в этом плане. В первую очередь не сможет больше доверять самому спорту, льду, конькам. В её голову будут закрадываться страхи, сомнения, возникнет лишний тремор и тогда снова, раз за разом, начнутся ошибки, провалы.

А партнер… это особая, щекотливая тема.

Её решение было обосновано тем, что ей хотелось чего-то постоянного, того, что она смогла бы контролировать. Неизвестность теперь пугала и настораживала, и этого хотелось избегать. Хотя бы в ближайшее время.

И Коновалова твердо решила найти себя в другом. В том, во что будет верить. В чем будет уверена на все сто процентов. Чем будет гореть.

– Нет, я не жалею об этом, – уверенно кивнула Катя. И с плеч как будто бы сошел один из немногих камней, последние дни давивший на сознание.

– Тогда нам лучше поторопиться на следующий урок. Их, конечно, мало, но за прогулы и опоздания нас по головке не погладят…

– Да-да, идем.

Герман ушел вперед, думая, что девушка направляется следом, но её привлек звук входящего уведомления на телефоне. Достав смартфон, Катерина затаила дыхание.

Павел: «Привет. Меня выписали из больницы и я у себя дома»

Павел: «Нам надо поговорить»

Павел: «Мама на работе, можешь прийти, как освободишься»

То, чего Катя так хотела, почти осуществилось. Но почему от предстоящего разговора так страшно и такое чувство, будто бы ничего хорошего в нем не будет?

* * *

*17 мая, понедельник, утро*

Телефонный звонок – то, чего Гордей не хотел слышать сейчас меньше всего. После сна, о котором он давно мечтал в последнее время, сознание медленно соображало и хотелось не поднимать трубку, но вдруг что-то важное?