Паренек из Уайтчепела

эпизод пятый.

Хартбернская весенняя ярмарка, проходившая ежегодно, знаменовала собой конец долгой зимы и начало нового посевного сезона, но в этом году, благодаря стараниям леди Карлайл, она являлась еще и благотворительной акцией, призванной поддержать бедных сироток в даремском приюте для брошенных детей. Специально приобретенный по случаю ящичек для пожертвований красовался возле лотка с леденцами, которым заведовала миссис Грисби, жена кондитера с Харли-стрит. За самим ящиком присматривала миловидная Сюзанна Андерсон, дочь фермера Андерсена, недавно схоронившего родного отца... Тот умер от заражения крови, не удосужившись, старый упрямец, лечить порез на руке чем-то иным, кроме как влитым в себя самогоном. Средство, увы, не возымело эффекта, и тот почил на хартбернском кладбище, оставив довольно неоднозначное завещание.

Итак, его внучка, Сюзанна Андерсен, майская королева прошлого года, была избрана единоличной хранительницей ящичка для пожертвований: четыре ярмарочных дня она стояла подле него и, улыбаясь смущенной улыбкой, дарила каждому доброхоту букетик лесных незабудок. Влюбленные в неё парни отдавали последние пенсы, чтобы только удостоиться ее благодарной улыбки и букетика скромных цветов... Они закрепляли его на фуражках или совали в карманы своих сюртуков, тем самым щеголяя не только проявленной ими щедростью, но и благосклонностью первой красавицы городка.

Однако, сегодня Сюзанна отсутствовала, и миссис Грисби, приготовляя лоток к последнему ярмарочному дню, удивленно поглядывала на пустующий постамент для ящичка с пожертвованиями: девушке пора было б уже появиться. Странно, что ее все еще нет…

Миссис Уиггинс, чей лоток с пирогами располагался рядом с лотком кондитерши, как раз показалась у входа в сопровождении Сары-Энн и Джека, толкавшего перед собой тележку с выпечкой.

– Добрый день, соседка, – поприветствовала новоприбывшую миссис Грисби. – Хороший нынче денёк, солнечный. Для праздника в самый раз! Вот только Сюзанны всё нет... Не встречали её по дороге? Пора бы ей появиться.

– Возможно, она с пастором Райтом, – предположила миссис Уиггинс, тоже с ней поздоровавшись. – Тот, должно быть, отпер ей ризницу и задержал разговором. Время терпит! – И в сторону своих спутников: – Разгружайте тележку – народ прибывает. Пора бы нам тоже поторопиться!

Закончив раскладывать пироги, они снова услышали причитания миссис Грисби:

– Как же такое могло приключиться? Бедная девочка, – заламывала она свои руки. – Что говорят сами Андерсены? Беда.

Пастор Райт, стоявший рядом с ящичком для пожертвований, хмурил кустистые брови.

– Прошлым вечером Сюзанна не вернулась от бабушки, – сказал он, – и родители полагали, что она там же заночевала. Такое бывало уже и не раз… Однако поутру выяснилось, что в доме старушки девушки нет, она ушла еще прошлым днём, торопилась вернуться домой засветло, хотя и припозднилась с работой по дому.

– Какой ужас! Что же нам теперь делать?

– Остаётся надеяться, миссис Грисби, что Сюзанна скоро вернётся целой и невредимой, – попытался успокоить свою собеседницу пастор Райт, хотя было видно, насколько сам он обеспокоен. – Констебля Льюиса уже оповестили об исчезновении девушки, и он скоро появится, – продолжал он. – А я тем временем займу место бедняжки Сюзанны... Как-никак скоро прибудут леди Карлайл с племянницей и сэр Паркинтон с супругой. Не позволим сложившимся обстоятельствам испортить нам праздник! Миссис Хувер, – позвал он проходившую мимо женщину, – можно вас для короткого разговора? – И он отошел от лотка миссис Грисби.

Джек с миссис Уиггинс переглянулись...

– Надеюсь, это не проделки Снежного человека, – сказала кондитерша. – Даже представить боюсь, что могло случиться с несчастной Сюзанной...

– Сомневаюсь, что Снежный человек имеет к этому отношение, – сказал Джек с задумчивым видом. – Возможно, девушка заплутала в лесу и скоро вернется...

Часы как раз пробили полдень, и он вспомнил про их с Джейн уговор: встретиться у главного входа и провести время вместе. Сегодня Джек уже сожалел, что согласился на это: вчера в нем говорила обида и желание уязвить мисс Блэкни этим свиданием, сегодня же он понимал, как глупо всё это было с его стороны. Какое ей дело до Джека и этой служанки?

Да и встреча в Пещерах, как бы это ни было странно, как будто прочистила ему разум…

Захотелось не уязвить любимую девушку, а поделиться с ней сделанным ночью открытием, рассказать об Амосе Грире, всё ещё не покинувшем Хартберн, и показать ей его снегоступы, и провести в маленькую пещеру посидеть у костра.

Подышать одним воздухом на двоих…

Однако этому не бывать.

Уже никогда…

Сердце снова кольнуло – мисс Блэкни была занозой в крови – и Джек, мотнув головой, поспешил на встречу с Джейн Каммингс. Ни одно замечание ее колкого язычка не могло причинить большей боли, чем это уже было сделало Амандой Блэкни…

Джейн в светлом платье, с лентами в волосах, заметила его ещё издалека.

– Здравствуй, Джек, – заискрилась улыбкой, подхватив его под руку. – Я боялась, что ты не придешь.

– С какой стати? – буркнул Джек не самым приветливым тоном. – Я привык держать слово.

По крайней мере, ему хотелось так думать, и Джейн, не став зубоскалить, увлекла парня в сторону карусели. В этом году леди Карлайл расстаралась на славу: музыкальную карусель привезли из самого Дарема, и теперь стар и млад приходил подивиться на чуднОе приспособление. Крутящиеся по кругу лошадки представлялись неискушенным жителям Хартберна настоящим заморским чудом...

– Давай покатаемся, – предложила мисс Каммингс, не выпуская Джека из рук. Вцепилась в него мертвой хваткой, казалось, никогда не отпустит... Эта хватка и в целом навязчивость спутницы вызывали у Джека тихое раздражение, и парень был рад, когда, заплатив пару пенсов, они расселись по разным лошадкам. Хотелось лишь одного: бросить Джейн и сбежать. Особенно в предвкушении встречи с Амандой, пусть даже издалека, но просто увидеть ее – уже было благом. От одной мысли об этом сбоило сердце…