Перерождение. Часть 1

Глава 4. ч.2

Ближе к вечеру приехал Сан-Саныч. Со Светочкой. Куда же без нее, наверняка клещом вцепилась, когда узнала, куда Саныч едет. Так и ввалились все четверо – мои мамочка с бабулей-тетушкой и Сан-Саныч со Светочкой.

Консилиум, блин, устроили!

Сан-Саныч крутил меня и вертел, охал и ахал, хвалит Наташку и тетушку за прекрасный уход и отличные показатели, расспрашивал как протекает процесс (а что они могли ответить!). Не было ли каких-нибудь происшествий и стрессов, перед тем, как перестала есть и реагировать на окружающих и прочее, прочее, прочее…

Я думаю именно это бесконечное прочее окончательно вывело Наталью из себя, поскольку она, зыркнув на меня синющими злыми глазами, рассказала, что я с утра ничего не ела, а поскольку вчера ушла моя няня, то никто не знает что со мной делать.

Тут тетушка вспомнила о расписании и схватив со стола листок, протянула его Сан-Санычу.

- Вот, здесь написано, няня Машенькина писала, только непонятного всякого много.

Сан-Саныч взял расписание, по мере его осмысления глаза опять становились все круглее. Он взглянул на меня, ну прямо как доктор!

-Ну-с! И что будем делать?

Я некоторое время смотрела на него, не мигая, не шевелясь, потом вздохнула и закрыла глаза. Надеюсь, поймет.

Понял! Умничка ты моя! Сан-Саныч, дорогой мой!

А он тем временем безапелляционно заявил: « Пока не вернете няню, боюсь, результата не будет. Ребенок активно вошел в предложенный няней режим и любое отклонение от него может обернуться непредсказуемыми последствиями. Сегодня, насколько я понимаю, малышка несколько часов терпела и ждала, когда ей позволят сходит в туалет. На фоне этого мог произойти сбой в работе пищеварительной системы, следствием чего явился отказ от пищи.

Кроме того, практически все время девочка находилась только с няней, от груди она отказалась сразу после рождения, поэтому эмоциональная привязка между матерью и ребенком разрушилась и замкнулась на няню. Думаю, самым лучшим решением в данной ситуации было бы немедленно постараться вернуть няню, а если есть возможность, поселить ее в смежную спальню с доступом к малышке в ночное время, поскольку нарушение режима может привести также к нарушению ночного сна. Далее, если позволите, я мог бы пообщаться с няней и некоторое время понаблюдать за функциональным восстановлением малышки».

Вот так Саныч! Вот это загнул! Столько лапши навешал на уши моим родственницам, что мне поаплодировать захотелось. Но ничего, лежу себе тихохонько, не шевелюсь, глазки прикрыты, губки сжаты.

Надо сказать, аудитория очень впечатлилась - Наталья только глазами хлопает, Татьяна Николаевна прижала ладони ко рту, видимо заохать боится, а Светочка даже рот открыла от такой учености.

Ох, я не я буду, если не дожидаясь утра за Ольгой Васильевной нарочного отправят. Скорее бы! Мой животик уже ямкой стал, а мне так и хочется кулачок в рот запихать и почмокать! Хоть бы водички попить.

Но убежали все, опять я одинешенька, голодная, балконную дверь кто-то мимоходом закрыл, поэтому душно стало после такой толпы, не привыкла я еще к духам, да помадам.

А Сан-Саныч до чего умная бестия! Ведь сразу все приметил! И что ручки-ножки у меня крепенькие, и что головка на месте, а никак не стремится падать, и в весе я прилично набрала, да не складочками, а упругим тельцем. Даже пальцами успел потыкать. И расписание мое оценил, и по тренажерам проехался взглядом, ведь сразу видно, что не ради декорации все выставлено.

Вот и чудненько! Хочу свою Оленьку вернуть, хочу чтобы Сан-Санычу разрешили наблюдать, так сказать, за мной.

О-о-о… да что же так желудочек мой вопит! Ведь бывало до двадцати дней голодала когда-то, и ничего, вполне терпимо. А уж три дня так и вовсе без проблем. Но как ни уговариваю себя, лучше не становится. Даже уснуть не получается. Прав мой доктор Сашенька, стресс у меня великий на фоне нарушения режима питания! Не важно, что моими стараниями он и нарушен же.

Голод есть? Есть!

Стресс есть? Есть!

Люди добрые, побыстрее уж шевелитесь, выводите меня из этого стресса! А то ведь не доживу до завтра, прямо сегодня и начну орать, чтобы кушать подали, да побыстрее, да вместе с няней.

* * *

У-ра-а-а!!!!!!

Олюшка моя!!! Влетела с подносиком, с едой, дай-дай скорее!

Упс! Кажется, я сказала первое слово. Ну конечно! «Дай-дай»! Что еще можно сказать в этой ситуации!

Дали мне не молочка, а водички для начала. Но я и к ней присосалась, как жаждущий в пустыне. Шутка ли, целый день маковой росинки не было! Все верно, молодец моя няня. Боюсь, если бы в мои руки первой попала бутылка с молоком, я не остановилась бы, выдула и молоко, хотя прекрасно знаю, что нельзя. Минут через десять дошла очередь и до молочка. Ольга села на пол, положила подбородок на сложенные руки и смотрела, как я чмокаю. Честно-честно, я старалась не торопиться, но, кажется, получилось не очень. В бутылку вцепилась так своими крохотными пальчиками, что соберись кто отнять, ничего не вышло бы – мое!

Не отдам!

Ну вот! Благодать! В животике потяжелело, подобрело. Прости, дорогая нянюшка, завтра пообщаемся, засыпаю…

Утречко!
Глазки распахнулись, прямехонько передо мной часы висят, шесть!

Одновременно дверь открывается…. Няня! Как же хорошо от одного родного взгляда!

За окном летняя ранняя заря, в комнате легкий полумрак, дверь на балкон открыта, за окном птицы распеваются. Ощущение привычности и правильности происходящего нахлынуло с такой силой, что на глаза опять навернулись слезы. Да что же это я такой плаксой стала!

- Ну-ну, девочка моя! Все хорошо! Все у нас будет хорошо!