Невеста из проклятого рода

Глава семнадцатая

Эйдан

Слова для ритуала следовало зазубрить наизусть. Маги сказали, что снимать проклятие следует, используя формулировку на древнем инторийском языке. Эйдан немного знал его — всех магов этому учат. Но чтобы добиться правильного произношения, пришлось постараться.

Когда сестры Кэнн вошли в зал, герцог поморщился. Тонкая сорочка, босые ноги... Можно подумать, они тут жертвоприношение замыслили! Несмотря на бледность, Сильвия выглядела решительно. Темно-рыжие волосы загадочно мерцали при свечах, спадая на плечи. Эстер гордо задрала нос, а младшая — имя вылетело из головы — пряталась за спинами сестер.

Обстановка была мрачной, и с ритуалом решили не затягивать. Роберт заговорил первым, Эйдан чувствовал магические потоки, исходящие от него. Он не просто произносил слова, но и воздействовал магией.

Проговаривая свою часть слов, герцог внимательно наблюдал за Сильвией. Кажется, она побледнела еще больше. Мейстресса Пэрри предполагала, что у нее сильный дар, и снятие проклятия причинит ей боль. Оставалось надеяться, что посещение источника пошло на пользу.

Однако чем дольше длился ритуал, тем хуже выглядела девушка. Если ее сестры стояли неподвижно и, по-видимому, не испытывали трудностей, то на лбу Сильвии выступили капельки пота. Что с ней происходит?

Едва Райли произнес последние слова обряда и кровь окропила пентаграмму, девушка рухнула на пол. Эйдан хотел прийти на помощь, но остановился. Неизвестно, как магия отреагирует на столь бесцеремонное вторжение.

Вскоре Сильвия пришла в себя, но выглядела ужасно. За время ритуала она словно успела похудеть. Когда выяснилось, что ее сила мала, то она и вовсе сникла. Не дойдя до выхода, девушка упала в обморок, и Эйдан поднял ее на руки. Она оказалась совсем легкой, а от ее волос вновь исходил запах корицы. Наваждение какое-то!

— Я унесу ее в лечебницу, — бросил он через плечо.

— Подождите! — попросила Эстер. — Я с вами, мне только нужно переодеться.

Герцог с сожалением остановился. Роберт насмешливо взглянул на него, но он сделал вид, что не понимает. Даже Райли был удивлен поступком брата: он тоже кинулся на помощь Сильвии, но Эйдан успел первым.

Эстер вернулась быстро и набросила на девушку невесть откуда взявшееся покрывало. Герцог кивнул: тонкое платье не располагает к прогулкам по замковым коридорам.

До лечебницы они шли в молчании. Эстер кусала губы и внимательно наблюдала за сестрой. Эйдан тоже беспокоился: Сильвия была белее снега, рыжие пряди сделались почти черными.

— С ней все будет в порядке? — всхлипнув, нарушила тишину Эстер.

— Она тяжело пережила ритуал, но лекари живо поставят ее на ноги.

— А ее дар? Почему у нее ничего не вышло?

Эйдан пожал плечами:

— Возможно, причина ее зуда не в величине дара, а в чем-то другом. Маги разберутся.

Эстер замолчала, и герцог углубился в свои мысли. Как рыжая переживет то, что оказалась самой слабой из сестер? Как минимум насмешки в обществе ей гарантированы.

Комната в лечебнице уже была готова. Мейстресса Пэрри обеспокоенно взглянула на вошедших и велела уложить пострадавшую на кушетку. Девушка все еще была без сознания, и Эйдана это настораживало. Лекарка, хмурясь, принялась водить руками вдоль тела Сильвии.

— Что с ней? — спросила Эстер.

— Пока не знаю, похоже на сильное истощение, в том числе и магическое.

Эйдан не сразу понял, что и мейстресса, и Эстер смотрят на него. Да, ему давно пора уйти. Коротко попрощавшись, мужчина ушел, искренне надеясь, что с Сильвией все будет в порядке.

По дороге до покоев герцога сопровождали удивленные взгляды прислуги. И лишь у самых дверей он вспомнил, что так и не переоделся. Наверное, короткая фиолетовая мантия — нужного размера не нашлось — в сочетании с высокими сапогами смотрелась на нем презабавно. А вот в гостиной его поджидал сюрприз.

На диване, чинно сложив руки на коленях, сидела Лилиан Бермон, дочь леди Элеоноры, известной блюстительницы правил. И как же она допустила, чтобы ее дочурка глубокой ночью проникла в комнату неженатого мужчины? Или в борьбе за мужа они готовы на все?

Сейчас Лилиан выглядела как никогда целомудренно: ненакрашенная, в платье с высоким воротником и безо всякого декольте, темные волосы убраны в косу. Как же она сюда попала? Леди известны приемы магического взлома? Защита на двери стояла, но простенькая. Намеренно, чтобы злоумышленник мог войти. Следы-то останутся.

Пошевелив пальцами, Эйдан активировал спрятанный ранее записывающий артефакт и мысленно поблагодарил себя за предусмотрительность. Если леди заявит, что он покушался на ее честь, — какую, интересно? — то у него будут доказательства своей невиновности.

Однако Лилиан оказалась умнее, чем он думал. От нее не укрылся пасс Эйдана, и она, прищурившись, окинула взглядом комнату, словно пыталась догадаться, где спрятан артефакт. Впрочем, почти сразу же девушка сменила выражение лица и залепетала:

— Ваша светлость, мне неловко, простите за вторжение...

Уж чем-чем, а неловкостью тут и не пахло. Эйдан ухмыльнулся, не торопясь заговаривать. Пусть выкладывает, зачем явилась.