Волчица

47

Дождь уже не шёл.

Но я все же забрала зонт, все так же лежащий в углу, правда, давно высохший. Сколько я здесь просидела?

На улицу мы вышли вместе. На небе ярко горели звезды и убывающая луна. Все еще круглая, но уже не имеющая над волками такую власть, как несколько дней назад. Захотелось лечь в траву и бесконечно любоваться этой красотой. Надышаться ночной прохладой. Впитать в себя покой, что царит в темное время суток. Но делать этого не стала, так как неразумно лежать на мокрой земле после грозы.

Из дома доносились голоса и детский смех, а на улице царит тишина, которую нарушают лишь стрекозы да поющие сверчки. Где-то вдали заухала сова, а потом с лёгким шелестом спикировала с дерева и улетела. Я будто воочию увидела эту ночную птицу.

Стоя на пороге дома, я наслаждалась ночью и дышала полной грудью. Волков стоит рядом и не мешает, но я отчётливо слышу его дыхание и знаю, что он рядом. Рядом, но в то же время, слишком далеко.

Горько вздохнув, я молча зашагала в сторону дома. Хватит хандры. Не стоит портить такую прекрасную ночь печальными мыслями. Мой охранник тенью последовал за мной. Тоже не проронив и слова.

А под ногами чавкала грязь, говоря тем самым, что сюда хорошая дорога не повредит. Очень много этих надо.

Дома, я лишь поинтересовалась у Волкова, где он жить собрался. Тот пожал плечами и сказал, что пока на диване в гостиной, а там, мол, посмотрим. Снова я не смогла проигнорировать его. Хоть и обещала себе в тысячный раз, что буду холодной по отношению к нему. Совесть не позволила.

- Ты можешь пожить в одной из гостевых комнат на втором этаже, - предложила я и не прощаясь ушла. Боялась, что стоит посмотреть ему в глаза и утону, потеряю тот шаткий контроль, которым пока владею.

Войдя в спальню, я механически заперла дверь и взяв свой телефон, оставленный на кровати, позвонила маме по видеосвязи. Точнее, на номер папы. Он же ответил мне.

- Пап, привет, - я улыбнулась в камеру, хоть и было немного грустно. - Как у вас там?

Бывший альфа тепло улыбнулся в ответ, отчего шрам на щеке слегка натянулся и показал спящую в постели маму. Она выглядела такой маленькой и такой беспомощной на белой больничной постели, что сердце защемило. До боли захотелось стиснуть кулаки и закричать, что хочу быть рядом с ними, там. Но я лишь тихо спросила:

- Как она?

- Только уснула, - так же негромко ответил родитель, - операция назначена на среду.

- Через четыре дня, - констатировала я, а потом, вспомнив ночной разговор с Песковым, решила кое-что уточнить: - Пап, а почему женщина с даром не может быть альфой? И это правда?

- Тот, кто тебе это сказал, живой? - вдруг прищурился оборотень.

- Живой, - снова невесело улыбнулась я, - он пара Поли, можно сказать, неприкосновенный.

- Думаю, он еще ответит за свои необдуманные слова, - мягко сказал папа, а на душе вдруг стало так тепло. - Ты станешь самым великим альфой женщиной, не сомневайся. В тебе есть этот потенциал, кто бы что ни говорил.

Слова отца вселили в меня уверенность, которая начала слабеть, особенно после того, как Волков появился на моей территории.

- Есть еще одна новость, - вот тут я замялась, а потом, сделав глубокий вздох и набравшись смелости, на одном дыхании выпалила: - Я сегодня встретила его, свою пару.

- Так, - отец вдруг посерьезнел. - Как ты это поняла?

- Сама не знаю, - говорить такое тому, кто появился в моей жизни всего несколько дней назад, получалось с трудом, хоть и осознаю, что мы друг другу не чужие. - Я почувствовала это.

- Что именно? - строго спросил альфа.

Сила в нем бурлила, хоть и не ощущалась из-за расстояния. Уверена, будь мы сейчас рядом, у меня волосы на теле встали бы дыбом.

- Даже не знаю, было ощущение, что все вокруг перестало иметь значение и он, самый важный объект, - стараясь не обращать внимания на пылающие щеки, постаралась озвучить всю ту гамму чувств, которые охватили меня этим днем.

- Все верно, но ты могла ошибиться, малыш.