Жена на полгода

Глава 25

Я еще недостаточно хорошо ориентировалась в замке, но где находилась гостиная, знала, и посчитала возможным после выхода из столовой залы направиться именно в ту сторону. Подслушивать нехорошо? Ах, да что вы говорите! Меня никто не считал здесь благородной дамой, а значит, никто и не удивится, если вдруг застанет меня за чем-то, не вполне подобающим настоящей маркизе.

Тем более, что вход в гостиную находился в той самой портретной галерее, которую я давно уже собиралась посетить. Так почему бы мне не полюбоваться портретами предков Лефевров именно сейчас? А заодно и послушать, о чём будут говорить маркиз и его гостья. Как там ее назвал Жак? Кажется, мадемуазель Шамплен?

К счастью, никого из слуг поблизости от гостиной не было, а паркетные полы в галерее были идеально ровными и совсем не скрипели. Поначалу я старательно делала вид, что изучаю старинные портреты, но потом, едва до меня донеслись голоса из распахнутых дверей гостиной, я вся обратилась в слух.

– Весьма неразумный поступок с вашей стороны, Эмелин! Можно ли так рисковать своей репутацией?

Ах, вот как – Эмелин! Не мадемуазель Шамплен, а Эмелин!

– Мне было решительно необходимо вас увидеть, ваша светлость! – услышала я высокий женский голос. – Это дело не терпит отлагательств! К тому же, никто не узнает, что я была здесь. Я ездила на ярмарку в ваш прелестный Монтерси и всего лишь велела кучеру сделать небольшой крюк. И я не одна, а в сопровождении компаньонки, так что приличия соблюдены. К тому же, вы уже женаты, а значит, мой визит ничуть не нарушает правил приличия.

– И всё же вам следует как можно скорее вернуться домой, – возразил маркиз. – Я совсем не хочу, чтобы о моей будущей жене стали злословить в обществе.

Тут она рассмеялась, и мне совсем не понравился этот смех.

– О, ваша светлость, слова «ваша будущая жена» звучат восхитительно! И признайтесь же – вы рады меня видеть!

Так вот, значит, кто это был! Та, ради кого его светлость придумал всю эту затею с временным браком!

Я отнюдь не претендовала ни на титул маркизы, ни на сердце Ренуара, ни на его чувства, но меня покоробило от этих слов. Даже если эта девица была уверена, что через полгода маркиз женится на ней, и она станет хозяйкой этого замка, приезжать сюда сейчас было верхом бестактности.

Я не была любопытна, но мне захотелось взглянуть на дурочку, которая словно бабочка летела на огонь, не понимая, что он обожжет ее крылья, и я подошла к дверям чуть ближе.

– Да, я рад вас видеть, Эмелин, но предпочел бы встретиться с вами отнюдь не тайком.

И снова ее смех – раздражающе-громкий.

– Ах, ваша светлость, вопрос, который я хотела с вами обсудить, слишком деликатный для чужих ушей. Да-да, он касается праздничного бала! Я прочитала в приглашении, что гости не могут использовать в своих платьях в качестве основного цвета голубой, и подумала, что будет замечательно, если для меня вы сделаете исключение. Ведь сами вы будете именно в голубом, да? Не правда ли, будет очень красиво, если наши с вами наряды будут отлично сочетаться? Мы составим с вами прекрасную пару!

Я подивилась ее напору и смелости. Не далее, как пять минут назад она сама сказала маркизу, что он теперь женат.

К чести Ренуара, он тоже изволил вспомнить обо мне.

– Не думаю, что это хорошая затея, мадемуазель Шамплен, – мягко сказал он. – В голубом цвете уже шьют платье для моей нынешней жены. И согласитесь, будет весьма двусмысленно, если вы обе будете в таких нарядах.

Но это не показалось госте препятствием.

– Ах! – воскликнула она. – Так велите ей надеть другое платье! Какая разница, что она наденет, на нее всё равно никто не станет смотреть! Всем прекрасно известно, что это – временный брак, и вы пошли на него лишь потому, что это было условием моего отца. И я очень рада, что вы так быстро нашли женщину, которая побудет вашей женой эти шесть месяцев. Надеюсь, она не сильно вам докучает? Да-да, я понимаю, как нелегко вам терпеть рядом с собой человека, столь несоответствующего вашим представлениям о том, какой должна быть ваша жена, и я благодарна вам за то, что ради меня вы пошли на это.

Я не сдержалась и хмыкнула, и кажется, это прозвучало громче, чем следовало, потому что в гостиной установилась такая тишина, что стало понятно – мое присутствие раскрыто. Выхода было два – позорно ретироваться или принять бой с открытым забралом. Я выбрала второй.

Я вошла в гостиную с самой приветливой улыбкой, какую только смогла изобразить.

– Дорогой, мне доложили, что у нас гости!

Маркиз был удивлен, но не более того. А вот мадемуазель Шамплен смотрела на меня почти с ужасом. Не знаю, кого она ожидала увидеть, но, судя по всему, моя внешность сильно отличалась от того, что она себе вообразила.

Сама же Эмелин красавицей отнюдь не была. И хотя черты ее лица были тонки и аристократичны, в ее внешности не было ничего примечательного и запоминающегося. Цвет ее волос был то ли каштановым, то ли темно-русым, глаза – то ли зелеными, то ли серыми, а небольшие, украшенные бриллиантами уши были слишком оттопыренными, хотя она и пыталась это скрыть при помощи распущенных волос.

Нет, ее вполне можно было счесть очаровательной, но я была уверена в том, что ни один мужчина не обернулся бы ей вслед, пройди она мимо. И если маркиз и обратил на нее свое внимание, то, должно быть лишь потому, что никто другой из знатных особ уже не соглашался отдать свою дочь ему в жены. Или у мадемуазель было слишком хорошее приданое.