Гаррет Торндейк и языческие обряды

Глава 7

17 сентября 2018 года.

Поднявшись задолго до начала уроков, Гаррет приступил к своей ежедневной тренировке. Разминка. Упражнения со шпагой, которую ему заменяла палочка, несколько ката из карате, затем мальчик отложил свое оружие волшебника в сторону и сделал быстрый пас рукой.

В воздух поднялся спичечный коробок. Мальчик некоторое время перемещал его в воздухе без участия своего тела, используя только силу воли. Жест повторился. К первому коробку присоединился его брат-близнец и тоже начал делать движения, только отличающиеся от первого. Делая различные действия двумя предметы, мальчик уже с трудом удерживал концентрацию. Но он все же попробовал поднять в воздух третий коробок, отчего они все попадали на пол, вызвав у Гаррета разочарованную усмешку.

Убедившись, что получасовые занятия на концентрацию немного вымотали его, мальчик приступил к занятиям анимагией. Он так и не объединился с сознанием зверя, но уже не чувствовал его как нечто чужеродное. Гаррет все еще не знал, как зверь может отреагировать на критическую ситуацию, поэтому он все же пробовал освоиться со своей сущностью, используя все свои знания окклюменции.

Сейчас все его занятия искусством превращения сводились к тому, что мальчик пытался найти для себя самые приемлемые изменения в организме, которые он мог бы оставить постоянными. Первым экспериментам подверглись глаза, и, благодаря небольшим изменениям сетчатки, он стал видеть намного четче, плюс, теперь в темноте он мог довольно отчетливо рассмотреть силуэты вещей. С обонянием все было хуже, он не мог выбрать ту золотую середину, которая позволила бы ему и улучшить одно из чувств, и не ошарашивать его обилием запахов.

За час таких тыканий, Гаррет наконец-то подыскал что-то более подходящее, но отложил оттачивание этого навыка на потом, поскольку до начала занятий оставалось не так уж и много, а к окклюменции он еще не приступал.

После того как он научился управлять своей памятью, жить стало гораздо проще, но это отнюдь не было панацеей, поскольку не все воспоминания лежали на поверхности, и ему приходилось часто медитировать, чтобы что-то вспомнить.

Но следующий этап предназначенный для защиты от прямого вторжения, или наоборот, для вторжения в чужое сознание, требовал от него, казалось бы, невозможного. Требовалось освободиться от любых мыслей, что вгоняло Гаррета в полное уныние. Конечно, можно было бы научиться альтернативной защите, называемой «считалочка», где человек концентрировался на чем-то одном или пел песню, вгоняя вторженца в некое подобие транса, но для него это был не выход. Это бы не помогло ему освоить легилименцию, к которой у него должна быть предрасположенность, данная ему от предков, экспериментирующих с собой.

В голове Гаррета роилось множество мыслей — от «неплохо бы сегодня научиться этому заклинанию невербально» до «интересно, будет ли мистер Малфой полезен для меня в будущем, если я планирую занять если не место министра, то быть его теневым руководителем?»

Помучавшись этим занятием около получаса, мальчик на все плюнул и пошел в душ.

— Вы отлично выглядите, сэр. Хотя должен заметить, что в рубашке вы смотритесь гораздо лучше, чем в школьной мантии, — важно заметило зеркало, установленное в его комнате.

— До третьего курса школьникам запрещено носить что-либо, помимо мантии, на территории школы, и даже после этого на всех уроках надлежит присутствовать в форме.

— Я всегда не понимал законов школы. Кстати, вам гораздо больше шло, если бы вы немного отпустили свои волосы. Учитывая ваше мужественное лицо и цвет волос, это сделало бы вас более располагающим к себе.

— Думаешь? — Гаррет представил себя с длинными волосами и был вынужден признать, что магическое зеркало абсолютно право. — Пока рано производить на кого-то впечатление. Я же еще ребенок.

— Вы такой же ребенок, как и я волшебник, — фыркнуло зеркало и потухло.

Иногда мальчик совершенно не понимал все эти магические артефакты…

— Итак, — глаза профессора Мориацу сузились еще больше. — В прошлом году мы значительно улучшили вашу память, те, кого привлекли способности, даваемые окклюменцией, вероятно, достигли и более впечатляющих результатов. Так же мы научились рисовать самые обычные фигуры ритуалистики — от кругов до треугольников и квадратов. На предыдущих уроках вы сумели идеально выполнить свой первый составной круг ритуала из трех символов без использования рун, которые вы будете применять в ритуалах только со второй половины третьего курса. Кто-то выполнил задание идеально быстро еще за половину первого урока, — одобрительный взгляд упал на Гаррета и Сергея, сидящих рядом. — И кто-то с трудом выполнил эту задачу за четыре урока.

Взгляд упал на шотландца и его компанию.

— Сегодня мы выполним ритуал сожжения. Он приносит в жертву какой-либо предмет и, сгорая, он выпускает в воздух магию. Маги, способные чувствовать подобную энергию, способны ее поглотить или использовать для другого ритуала, что в большинстве случаях и случается с лишней силой. Предвидя ваш вопрос, скажу, нет этот ритуал неприменим к живым существам, ритуалы принесения животных и разумных существ мало того, что отличаются от этого ритуала, но еще и различаются между собой. На самом деле их даже несколько версий, в зависимости от того, для чего понадобятся силы. Ритуалы из области некромантии, из области демонологии, из области магии крови. Так вот, возвращаясь к ритуалу. На прошлом уроке я сказал принести вам какой-нибудь ненужный предмет, которым вы пользовались некоторое время. Чем дороже вам этот предмет и чем сильнее магия, содержащаяся в нем, тем больше силы будет на выходе. Конечно, если ритуал проделывает лично обладатель этого предмета. Шевелитесь, доставайте свое барахло!

Весь класс послушно достал вещи, кто старое перо, кто какую-то безделушку или старую вещь.