Звонкие чувства

20

Заспанная Роза вышла из комнаты и тут же споткнулась о спортивную сумку, в которой обычно они с мамой таскали на каток две пары коньков.

— Это что? — зевнув, спросила она.

Мама пила на кухне чай.

— Доброе утро, девочка моя! Хотя ты спать, конечно, мастер! Два часа дня! Ну да ладно, спи на здоровье. Что на завтрак хочешь: яичницу с беконом или гренки?

— Гренки. И кофе, пожалуйста. А что там за сумка? Кто куда едет?

— Я, — ответила мама, крутясь у плиты. — Просто сказать тебе еще не успела. Пятиклассники мои намылились в Казань, я сопровождающий.

— Надолго?

— Да нет, конечно. На одну ночь.  Сегодня вечером уеду, завтра вечером буду уже дома. И можно будет уже идти закупаться продуктами к празднику.

Мама поставила перед Розой тарелку с подсахаренными гренками и кофе. За окном снова шел снег, небо было пасмурным и уже начинало темнеть. Еще час и включат фонари.

— Замела зи-и-има все твои-и-и дома-аа, — мурлыкала себе под нос Роза, завтракая, пока мама ходила по квартире, собирая вещи.

Покончив с гренками, Роза взяла кружку с кофе, и стала ходить следом за мамой. Потом вдруг почувствовала, как по рукам бегут мурашки и натянула в своей комнате белый свитер.

— Ты сегодня дома будешь? — крикнула мама из гостиной.

— Наверно, — Роза снова зевнула.

Она даже не подозревала, как устала. И дело было не в том, что из-за позднего перелета и долгого ужина с семьей она легла спать ближе к утру. Роза чувствовала себя выжатой и даже пустой. Она отменила все занятия с учениками, которые еще должна была провести в декабре, и не желала даже думать о своем бизнесе, от которого пока не было никакой отдачи.

— Какие планы на вечер? — продолжала кричать мама.

Роза вышла из своей комнаты и прошла в гостиную. Села там на диван и стала смотреть на маму, которая рассматривала два своих вышедших из моды, заношенных, но опрятных свитера, выбирая, какой ей выбрать.

— Думаю сделать какао, имбирное печенье и фильмы смотреть.

— Белый или коричневый? — спросила мама, так и не сумев самостоятельно выбрать свитер.

— Белый, — ответила Роза, а сама обрадовалась, что у нее получилось накопить маме приличную сумму на шоппинг со стилистом. Она подарит ей сертификат на Новый год.

Когда мама достала из шкафа плойку и вслед за свитером положила и ее в сумку, Розу осенило:

— Что за тщательность? Ты же всего на день с пятиклашками едешь.

Мама закрыла сумку и даже как-то смутилась:

— Видишь ли…

— Да-да?

— Стыд уже, конечно, в моем возрасте…У нас недавно директор сменился. Зоя Петровна ушла на пенсию. Жалко, конечно, толковая и добрая была женщина, но возраст — тут уж ничего не попишешь…

— Мама, ты же не Толстой! Лаконичнее, лаконичнее…

Мама робко улыбнулась:

— Новый директор такой солидный мужчина. В костюмах ходит, общается вежливо. У меня, сколько лет работаю, всегда в кабинете холодно зимой, и мне завхоз наша говорила, что ничего не поделаешь, а он как-то заходил, поежился, спросил: «Как вы тут работаете?». Я говорю, что в куртке сижу, так он на следующий же день прислал рабочих. Наладили отопление. Глупо, конечно, что я вот плойку на один день тащу и свитер, как девочка пятнадцатилетняя выбираю…

Роза не знала, что сказать. Она не помнила, чтобы у мамы когда-нибудь были мужчины после развода.

— Ты молчишь, — мама опустила плечи. — Глупо, да? Наверно, ты права. Что я как девчонка себя веду! Сорок три года! А куда-то все лезу и лезу! — мама открыла сумку и стала доставать свои вещи, видимо, чтобы оставить только самое необходимое.

— Нет-нет! Что ты, мамочка! — Роза вскочила с дивана и крепко обняла маму со спины. — Ты еще такая молодая и красивая у меня. Да тебе наоборот краситься надо перестать, чтобы в тебя хоть иногда не влюблялись.

Мама засмеялась.

— Какие сладкие речи.

— А то! Чему, как ты думаешь, я столько лет в МГУ на лингвистическом училась.

Когда мама прилегла на пару часов, чтобы отдохнуть перед дорогой, Роза ушла на кухню, заварила чай и сидела читала книгу. Она уже давно забыла о роскоши читать то, что хочется, а не то, что входит в список обязательной литературы в институте.

Но скоро Роза отвлеклась. В книге герой и героиня влюбились друг в друга, и Роза вмиг подумала о Мите. Как он там? Сдал зачеты? Мучили его преподаватели? Какой вопрос ему попался? Когда прилетит? И словно прочитав ее мысли, телефон завибрировал, уведомляя о полученном сообщении.

«Что ты делаешь сегодня вечером?»

«Ты же помнишь, что я не в Москве?»

Митя прислал смеющийся смайлик, а потом текст:

«Я тоже. Сегодня утром прилетел. Выпьем по какао?»

Ох уж это какао!

«Какао — двигатель наших отношений», — хотела написать Роза, а потом испугалась. Каких отношений? Вдруг они все еще «просто дружат», а она тут со своими «отношениями».

Поэтому она написала только:

«Я не против»

Они договорились о времени. Роза посмотрела на часы. Боже мой! Где был ее разум, когда она соглашалась встретиться через полтора часа? Она ведь даже не умывалась еще!

Забыв о книге, Роза понеслась в ванную. Пока тщательно чистила зубы и щедро поливала шампунем волосы, стала представлять себе их встречу. О чем говорить? Как себя вести? Как поздороваться? Раньше Роза всегда обнимала Митю или целовала в шутку при встрече. А сейчас? Разве это будет сейчас уместно, учитывая, что оставалось неясным, в каких они отношениях.

Хоровод вопросов, на которые у Розы не было ответы, превратился в дикий ужас и холодным комком спустился из мозга куда-то в живот. Розе сразу же стало дурно. Последний раз она так волновалась перед бизнес-встречей с Павлом Владимировичем. Трясущимися руками Роза обмотала волосы полотенцем и прошла к себе в комнату. Одеться, наверно, нужно невычурно. В конце концов они идут в простую кофейню. Белый свитер или молочный? В белом она была, когда они ходили на каток. Вдруг Митя подумает, что с тех пор она его не стирала?