Огненная Арка

Глава 2

Эвелина внимательно оглядывала кабинет. Прочесывала с дивана глазами — вот дверь слева, вон, напротив нее, заваленный какими-то густо изрисованными и исписанными бумагами стол, за ним два стула — рядом… Эвелина поморщилась. Один из стульев занимал Аджарн, второй пустовал — мама пересела ближе к подопечным и внимательно слушала рассказ Мэри.

Красновато-коричневые портьеры. Плотно занавешенное окно начиналось как раз там, где оканчивался стол — и захочешь выглянуть наружу, не сможешь. Вставать придется. Дальше небольшой книжный шкаф — и продолговатый кабинет завершался торцевой стеной, украшенной огненным панно.

Цепкий взгляд стал равнодушным, без интереса скользнув мимо играющих фениксов, искусно созданных узорами темного и светлого пламени.

Пусть их.

А напротив окна — тот самый диван, на который усадили ведьм, и придвинутый к нему удобный столик красного дерева, и чашки с кофе или молоком, и конфеты — чудеса гостеприимства и услужливости. Такие странные, если учесть, что сидела Эвелина в кабинете одного из врагов-гильдмейстеров… Она украдкой покосилась на диван: мягкая темно-коричневая кожа. Потом на ковер: темно-красная ткань, тонкие золотисто-черные узоры. Потом на источающие медовый свет лампы-лепестки на стенах…

И вдруг вспыхнула, сообразив, что именно пытается найти.

Опустила голову, зажмурилась, от души радуясь, что никто из присутствующих не способен читать мысли. Да и откуда такие мысли? Проклятье, мама с Аджарном просто просидели здесь весь вечер за разговорами — чего стоит только кипа бумажек на столе! Наверняка обсуждали, каким будет здание женской гильдии… В конце концов, какое ей, Эвелине, дело до этого?

Она схватила свою чашку молока и сделала большой глоток.

— Итак, неизвестный просто проник на нижний этаж вашего сторожевого особняка, — подытожил Аджарн. — Защиты не было никакой, даже примитивной?

Эвелина возмущенно сверкнула на него глазами. Примитивные защиты! Маги, рассуждающие о примитиве, как будто это не по их вине…

— Защиты не было. Она не нужна. Прямо под окнами дома — раскол, через который прорывается Арка, — спокойно ответила Мэри. — Кроме того, это не было нападением. Мне показалось, он что-то искал. Мы хотели спросить у него, но поймать его не удалось.

Она усмехнулась себе под нос.

Да, они действительно не ждали подвоха. Сторожевой особняк в этой части города принадлежал Мэри и Смирлане. Точнее, не принадлежал, а был закреплен за ними. Когда женская гильдия взяла Арку под относительный контроль, существующие трещины — места прорывов — подсчитали и задокументировали. Те, что поменьше, общими усилиями удалось закрыть. Или залатать. Осталось не так уж много — четыре крупных разлома, из них два — расширенные, с отходящими лучами, кривыми и извилистыми, похожими на ветви алой молнии. И у каждого разлома отныне предстояло жить кому-то из членов женской гильдии. Контролировать. Стеречь.

Но даже такая охрана не остановила обитателей соседних домов от мгновенного исхода. Эвелина видела их, опустевшие здания, в которые еще не скоро предстояло заселиться новым жильцам. Дома под сторожевые особняки ведьмам выделяли из брошенных. За исключением дома Смирланы и Мэри — улица, где он стоял, изначально была пустынной, а после прорыва Арки оттуда сбежали последние крысы.

Смирлана была счастлива.

Тогда, перед битвой в отцовской гильдии, Эвелина лишь мельком отметила, что, проходя по темной улице, Смирлана как-то подозрительно блестит глазами. А вот вызвавшись помогать подругам в наведении порядка… Эвелина не удержалась, спросила у Смирланы, что это значит. Ответ огорошил:

— Мне не хватает темноты. Я различаю дни и ночи, я вижу дни как серость, но даже ночью я не могу просто отвернуться от фонаря и встретить тьму. Ненавижу это. Хочешь темноты — закрой глаза… Если не закрывать, я буду видеть очертания. Надоедает. Хочу непроглядной темноты. На безлюдных улицах и в пустых домах она есть. Чем меньше людей, тем темнее…

Но во время уборки Смирлана охотно зажигала свет. Начать решили со второго этажа. План был прост: пыль, мусор, обломки досок и прочий ветхий хлам, обнаруженный в комнатах давно пустующего дома, вымести на лестничную площадку и сгрести вниз. На первый этаж. Так будет легче, чем таскать мешки с мусором. И надежнее, чем испытывать на практике очищающую магию.

И вот, поставив в каждую из четырех верхних комнат по керосиновой лампе, ведьмы с энтузиазмом чистили, скребли, мыли, обнажая давно отвыкшие от лака, но все еще прочные доски пола. Пока не заметили неладное.

Смирлана вымела очередную кучу мусора на небольшую площадку, куда выходили двери всех четырех комнат. Эвелина, помнится, еще задумалась, что можно будет поместить на эту площадку. Оставлять ее пустой — скучно. Вот если бы мини-гостиную… А можно соединить две комнаты в одну и устроить библиотеку…

Раздался грохот досок, сыплющихся вниз. И тут же — короткий вопль.

Вопль доносился с первого этажа.

Наверное, незваного гостя огрело по голове обломком. И еще пылью сверху привалило.

Ведьмы переглянулись и, не сговариваясь, бросились в погоню…

***

…— А если бы вы не погнались за ним, мы бы до сих пор думали, что это обычный бездомный или воришка, — протянула мама, разглядывая Аджарна, рассуждавшего о магических защитах. И вдруг так резко обернулась к Мэри, что чуть не сшибла столик с напитками своим креслом на колесиках. — В котором часу вы его заметили? Кто-нибудь запомнил?

— Нет, — растерялась Мэри. Смирлана и Эвелина отрицательно качали головами. Конечно, нет. Всем было не до этого. Они прибирались, увлеченно, в охотку, болтая и не глядя на часы. Потом гонялись за незнакомцем… Эвелина вдруг почувствовала, как гудят от усталости ноги.

Аджарн вопросительно поднял брови.

— В полночь, — сказала мама. — Когда вы услышали шум и пошли посмотреть, в чем дело, была ровно полночь. Я обратила внимание. Мэри, вы долго ловили его?