Будь моим палачом

Глава 13

Юлиана с трудом восстановила перехватившее от удара спиной о камень дыхание. Села, кусая губы, чтобы не захныкать от боли и досады, сплюнула скрипнувшую на зубах песчинку. Этот день словно испытывал ее на прочность, бросая из одной неприятности в другую.

Она посмотрела на безмятежно поблескивающий рядом ноутбук и облегченно вздохнула: не свалился, слава Богу! Как хорошо, что она додумалась сразу забрать его из машины! Теперь остается лишь уповать на то, чтобы он уцелел внутри. Хотя, ребята из инкатории битые жесткие диски на раз восстанавливали.

— Простите, что толкнул вас, — усаживаясь рядом с ней, извинился Квентин.

Его свежая с утра форма теперь напоминала тряпку, которой протерли сильно запылившийся автомобиль. Юлиана подумала о том, что ее мундир выглядит еще хуже.

— Очень больно? — легко коснувшись ее спины, спросил гвардеец.

Ее снова накрыло волной злости: этот парень непередаваемо бесил ее. Причем всем сразу: своими веснушками, вечной улыбкой, повадками Иванушки-дурачка и искренним непониманием что допустимо, а что нет. Как он смеет ее касаться? Интересно, слово "субординация" ему знакомо? Едва ли!

Но как же она устала! Не может даже подобрать нужных слов, чтобы поставить его на место. А вот наорать хочется. Но не хочется потом грызть себя за несдержанность, так что лучше промолчать.

Юлиана попробовала поглубже вдохнуть, но воздух словно уперся в преграду. Со второй попытки тоже ничего не получилось — верный признак надвигающегося нервного срыва.

Кто же проклял этот день? Перестрелка, побег Велари, исчезновение баз, авария, а теперь и потеря "Кольбера" — разве у нее нет повода немножко поистерить?

— Вам плохо? — встревожился Квентин.

— Нет! Просто дыхание перехватило от счастья! — огрызнулась она, грязным от крови и пыли рукавом вытирая стекавшую по виску сукровицу. — В один день я потеряла телохранителя, машину и самую на сегодняшний день важную для государства преступницу! И мозги, раз связалась с вами, хотя еще несколько часов назад поняла, что от вас нужно избавиться при первой же возможности! Я просто потрясающий инкатор!

Она в сердцах стукнула кулачком по камню, ойкнула от боли и снова сильно прикусила губу, чтобы не разреветься.

— Не нужно винить себя в чужих грехах, — тихо попросил ее Квентин. — В аварию мы попали по моей вине. И хакершу не вы потеряли — это я ее отпустил.

Удар о скалу, до сих пор отзывавшийся при каждом движении Юлианы болью, был пустяковым в сравнении с тем, что она ощутила сейчас. Воздух вырвался из сжавшихся легких коротким, похожим на хлопок возгласом:

— Вы?!

Грей шмыгнул носом и нахохлился, как воробей. Хмуро сбил с рукава формы пыль.

— Да, я. Перед самым нападением Вард поручил мне приглядывать за пленницей. Когда начали стрелять, я отволок ее за машину и стал отстреливаться, а она в это время плакала и рассказывала о себе. Как попала подростком в детдом после расстрела родителей, случайно оказавшихся в центре мятежа, как вернулась в тот же приют после учебы, чтобы хоть как-то заменить сиротам мать. Говорила, что в этой стране нет справедливости, и что вы запытаете ее до смерти, вместо того, чтобы найти истинных виновников. Она даже не понимала, за что ее арестовали! Я просто не дал осуществиться несправедливости!

Плечи Юлианы задергались от нервного смеха.

— Ее родителей расстреляли? Серьезно? Господи, Квентин, неужели вы настолько наивны, что верите каждому слову пытающего ускользнуть от правосудия человека? Мать Велари погибла при крушении круизного лайнера, а отец — спустя четыре года от цирроза печени! Но история с невинно убиенными родителями звучит намного жалостливей, согласна. Я бы на месте Велари тоже что-то подобное придумала!

Парень обхватил голову ладонями, пропустил похожие на проволоку волосы сквозь пальцы.

— Я запутался! — признался он. — Когда мисс Галлахер говорила — я верил каждому ее слову. Ведь не может человек, к которому так тянутся дети, быть плохим! А сейчас я верю вам и жалею о своем поступке...

— По-вашему, вредить правительству могут только негодяи?

Квентин несчастно кивнул и принялся колупать ногтем облепивший камень лишайник.

Покачав головой — о чем говорить с этим идеалистом? — Юлиана зажала ноутбук подмышкой. Подобрала длинные полы мундира и двинулась к густо утыканному желто-зелеными кустами склону, с содроганием представляя, во что сейчас превратятся ее ноги и одежда. Даже издалека растения напоминали гигантских ежей, угрожающе выставивших вперед свои колючки.