Невеста ледяного дракона в академии

16.2

Аллея вывела нас к зарослям кустарника, покрытого гроздьями белоснежных цветов. Яр отвел колючие ветки в сторону, и мы протиснулись на уединенную полянку, где пряталась облюбованная мною скамья.

— Что мне делать? — несколько нервно спросил Яр.

— Я не знаю. Тот больной лежал в кровати, ведь был без сознания. Возможно, будет удобнее, если ты ляжешь на скамейку, а я сяду на травку рядом.

Яр пожал плечами и вытянулся на прохладном мраморе. Длины скамьи на его высоченный рост не хватило, и ему пришлось согнуть ноги в коленях. Солнечный луч упал оборотню на лицо, Тореддо недовольно сощурил зеленые горящие глаза и прикрыл их рукой.

Я устроилась рядом, на мягком дерне.

— Дай руку, — попросила я.

— Зачем? — Яр, приподняв голову, уставился на меня. — Ты говорила, что твоя ладонь лежала на груди больного. Мне будет приятно.

Я хитро улыбнулась:

— Именно поэтому давай начнем с руки, Яр. Ты не должен думать или чувствовать; старайся вообще отрешиться от всего. Если умеешь погружаться в транс, еще лучше.

Легче сказать, чем сделать. Мы оба не привыкли медитировать в таких условиях. В специальном классе для этого создан полумрак, мягкие маты приглушают шаги — там царит тишина и ничто не отвлекает от погружения в себя. И даже там студентам приходится нелегко. На этой тихой полянке нам мешало буквально все: и ветер, и солнце. То вдруг рядом начнет гудеть шмель, то скользнет по ноге (и напугает меня до визга) ящерка, то с аллеи послышатся чьи-то осторожные шаги.

Яр не выдержал первым:

— Нам говорили, что медитировать на природе, даже в идеальном, будто созданным для этого местечке, способен далеко не каждый. Помню, я еще не поверил.

— Давай еще пробовать. Такая ерунда не может нас остановить.

— Не думаю, что на свете много вещей, которые, и вправду, способны остановить тебя, Даночка! — и Яр насмешливо хмыкнул.

Я предпочла не заметить едких ноток и вновь, сцепив большую, теплую мужскую ладонь со своей, попыталась отключить все мысли и ощущения.

Но непослушное сознание скакало как белка, постоянно отвлекаясь на трели птиц, легкое, словно касание крыльев бабочки, дуновение ветерка. А Яр, как ни старался лежать спокойно, демонстрируя выдержку истинного воина, умудрился пару раз чихнуть от солнца. Оборотням приятнее ночное сияние Веолики, чем дневное светило.

Проревел звонок на перемену.

— Мы напрасно тратим время, — вздохнула я, наконец сдаваясь. Виски ломило, будто после бессонной ночи. Я поднялась с травы, отряхивая юбку.

Яр сел, морщась и потирая затекшую спину.

— Да, и я не могу сосредоточиться, прости.

Я махнула рукой:

— Это не твоя вина. Обстановка не располагает к медитации. Ты все время дергаешься, а мой пациент был без сознания.

— Ну и что ты предлагаешь? Хочешь…

Продолжения я не услышала, так как в этот момент на полянку, ломая кусты, ворвалась сверкающая зелеными глазами особа женского пола и бросилась на меня, с намерением вцепиться в волосы.

— Ах, ты дрянь, чужих мужчин заманиваешь!..

Я вытянула вперед руки, защищаясь от этой буйно помешанной, и не сразу поняла, почему та вдруг отшатнулась. Мир вокруг меня в один миг изменился, словно из лета я попала в зиму. Что? Далеко не сразу уяснила, что вижу все сквозь тонкую, узорчатую пленку ледяного щита.

— Маринель, ты с ума сошла? Как смеешь врываться и приставать к этой сьерре? — Яр схватил темноволосую оборотницу за плечи и энергично встряхнул.

— Думаешь, не вижу, как она крутится перед тобой? — резкие, но красивые черты Маринель исказились от ярости. — И я видела, что вы тут делали…

— Да что мы делали? Не придумывай того, чего не было…

— Послушай, Яр, я не позволю себя дурачить! Я твоя законная вторая жена и требую верности и уважения!

— Послушай, женщина, ты не имеешь права требовать. Наш брак недействителен, и лишь слово, данное твоему отцу, удерживает меня от того, чтобы отослать тебя обратно в клан...

Я почти не обращала внимания на семейную сцену, хотя, кажется, спор вышел познавательным и интересным: такие свежие и нетрадиционные супружеские отношения! Но сейчас меня беспокоило другое: я вертела головой и крутилась, рассматривая ледяные узоры, расцветающие вокруг меня. Это прекрасное явление пугало, потому что я не имела понятия, как избавиться от неожиданного плена.

Супруги спорили и кричали друг на друга все громче. В пролом, который образовался в кустах после вторжения оскорбленной супруги, уже заглядывали любопытные лица студентов.

А у меня зуб на зуб не попадал от холода:

— С-слушайте, мне очень неприятно вас отвлекать, но как мне из-избавиться от этой штуки?

Оборотни разом замолчали и обратили внимание на меня, кажется, впервые по-настоящему рассмотрев щит, который меня окружал.

— Откуда у тебя ледяной щит? — спросил Яр. — Ты же огненная!