Снежная Королева для Бигбосса

Глава 25. После драки кулаками не машут, или машут?

На работе внезапно всё решилось в мою пользу. Нет, конечно, не могу сказать, что Илону наказали или задвинули. Она пока как работала, так и работает над “своим” проектом, но для меня кое-что изменилось. А дело было так.

Вскоре выяснилось, что идея Илоны всем понравилась, и её вынесли на общее обсуждение, так сказать, мозговой штурм.

Мы сидели в большом конференц-зале, Илона, затянутая в модное деловое платье, ещё раз делала презентацию. Уже для всех.

Шло не слишком складно. Я чувствовала слабые места, а ещё то, что Илона повернула не туда и развивает идею не в том направлении. С другой стороны, открылись прорехи и слабые стороны, которые я начала видеть, а Илона, видимо, нет. Либо она держала лицо и старательно улыбалась, блистая яркой красной помадой.

Вопрос задала Марта Игоревна, и, что говорится, не в бровь, а в глаз. После посыпались ещё вопросы. Марта Игоревна встала с места, подошла к экрану, на котором отображались графики презентации, и ткнула пальцем в смущающий её момент. Потом повернулась к залу и задала вопрос всем.

Ответила я.

Точнее, промямлила что-то, сопровождая ответ своими “сказать сложно, но, наверное…”

Марта Игоревна внимательно на меня взглянула, мы перебросились ещё парой слов. Больше я в обсуждении не участвовала, хотя после моей реплики поднялся шквал вопросов, началось активное обсуждение, посыпались и критика, и идеи. Я сидела молча и, когда всё закончилось, вышла из зала тихо.

Надо было привести мысли в порядок. Обдумать всё, что я услышала. Но… оно мне надо? Это ведь теперь головная боль Илоны. Ну не может она всё утопить, этот проект теперь – достояние общественности, то есть – всех наших специалистов. Чувствуют же они потенциал, если взялись за обсуждение?

В таких мыслях я провела остаток дня. Евгений слишком был занят выскочкой Илоной, на меня почти не обращал внимания. Я тихо работала, сравнивая себя с раненым самураем, который где-то в норе зализывает раны и пока не готов к решающей битве.

Да уж, ассоциации у меня те ещё…

На следующий день Марта Игоревна позвонила мне на рабочий телефон, стоящий на моем столе и пригласила к себе в кабинет. Я ответила громко: “Хорошо, Марта Игоревна, сейчас буду”, чтоб у Евгения не было вопросов – куда это я направилась? Я же не знаю, что ей надо и на сколько я ухожу. Евгений, тем не менее, в свойственной ему наглой манере, вопрос задал. Я ответила честно, что понятия не имею, что от меня понадобилось.

Евгений дал понять, что я должна прийти потом и всё рассказать. Я кивнула как-то неопределённо и пошла.

Уже у её кабинета встретила выходящую из дверей Марту. Она подхватила меня под локоток и куда-то потащила. Всё интереснее.

Оказались мы под дверью Михаила Фёдоровича, и я даже перепугалась. Меня же не уволить собрались? Я же, вроде бы, ничего не натворила, не сделала!

А вдруг это происки Илоны и её друга из начальников повыше? Вдруг что-то наплели про меня, что я ставила палки в колёса, развалила такой перспективный проект?

Я волновалась. Боялась, что меня или уволят, или заставят работать на Илону, чего я делать категорически не хочу. Всё-таки не чувствую пока никакой уверенности на рабочем месте, раз такие мысли посещают.

Я вместе с Мартой зашла в кабинет.

Михаил Фёдорович сидел за своим столом. Мужчина он довольно грузный, с копной поседевших, вьющихся мелкими кольцами волос. Посмотрел он на меня поверх очков в толстой оправе, кивнул, чтоб проходила.

Марта тоже прошла, но за стол не села. Заняла стоящее чуть в отдалении кресло и уткнулась в свой телефон. Ей для этого приходилось держать экран близко к носу.

– Ну так что, Снежана Александровна? – спросил мой босс.

Я только глазами показала, что пока не понимаю вопроса.

– Что скажете о проекте, который ваша коллега Илона недавно представила?