Тень искажения: Пустота

Глава 2 Поиск

Радмир отправился в путь с первым светом рассвета. Утренняя свежесть наполнила его легкими, а нежное сияние солнца окрасило пейзаж в мягкие, теплые оттенки. Дорога, по которой он шел, казалась оживать, как только день вступил в свои права. С каждым шагом он приближался к городу Ёлна-Эмет, наблюдая, как жизнь вокруг его пути начинала кипеть и развиваться.

Дорога стала оживленной и шумной, когда Радмир стал пересекать небольшие деревни. Повозки, груженные товарами, словно реки, текли в обе стороны, создавая непрерывное движение. Крестьяне, ремесленники и торговцы вели свою повседневную работу, подгоняя своих лошадей и волов, чтобы доставить товары на рынки и в город.

Деревни, похожие на жемчужины, украшали дорогу по краям. Каждая из них имела свои особенности и уникальные товары, которые привлекали путников и торговцев. Радмир проходил мимо рядов уличных прилавков, которые были уставлены всевозможными изделиями. У одного прилавка продавали свежие ароматные пряники, излучающие притягательные запахи корицы и специй.

Другие торговцы предлагали вяленое мясо, плотные кусочки которого были аккуратно разложены на столах. Веселые игрушки из дерева и ткани радовали глаз детей и взрослых. Рядом были установлены стойки с инструментами, мастерски сделанными кузнецами и плотниками, каждый инструмент — пример ремесленного мастерства.

Радмир видел, как местные жители были заняты торговлей и переговорами, показывая гостеприимство и дружелюбие к путникам. Они предлагали еду, напитки, и даже отдых тем, кто был утомлен дорогой. Гул голосов и звуки деревенской жизни окружали Радмира, создавая яркую и живую атмосферу.

Между деревнями Радмир видел обширные поля, которые окаймляли дорогу. На них трудились фермеры, собирая урожай, сажающие или пасущие скот. Эти поля были источником многих продуктов, которые потом поступали на рынки и торговые ряды.

Радмир, приблизившись к городу, обнаружил себя среди бедных кварталов, которые казались хаотично разбросанными перед городскими стенами. Эти районы напоминали ему о непростой борьбе за выживание. Дома здесь были построены из самых доступных материалов, таких как глина, дерево и солома. Крыши, часто покрытые соломой или дёрном, выглядели хрупкими перед лицом стихии, но, казалось, мирились с постоянным натиском дождя и ветра. Улицы в бедных кварталах были узкими, извилистыми и запутанными. Они были лишены тротуаров и систем водостока, что делало их подверженными затоплению во время дождей. После дождя они превращались в грязные реки, текущие между домами, что создавало трудности для перемещения. Отсутствие канализации делало ситуацию еще более неприятной, превращая улицы в неофициальные свалки, где скапливался мусор и отходы.

Жители этих районов были словно муравьи, трудящиеся на самых тяжёлых и грязных работах в городе. Многие работали на фабриках, в мастерских и других местах, где труд был тяжелым и изнурительным. Их одежда часто была потрепана и покрыта грязью, и все же они продолжали работать с упорством и стойкостью.Несмотря на трудные условия, жители бедных кварталов находили способы выжить и поддерживать друг друга. Радмир видел, как люди делились своими скромными ресурсами, помогали друг другу в повседневной жизни и даже устраивали небольшие рынки, где продавали остатки своего скудного урожая или ремесленные изделия.Женщины в бедных кварталах часто были заняты домашними делами, стиркой одежды у уличных колодцев или ручьев, и заботой о детях. Многие также участвовали в мелкой торговле или работали на полях, чтобы внести свой вклад в семейный бюджет.Радмир отмечал также и атмосферу этой части города — запах влажной земли, свежести после дождя, смешанный с запахом готовящейся еды и дыма. Здесь жизнь была сложной, но люди находили утешение в общении и взаимопомощи.Несмотря на всю суровость условий, Радмир видел в бедных кварталах силу и решимость, которая продолжала жить в сердцах людей. Они боролись за свое существование и сохраняли чувство принадлежности к сообществу, несмотря на трудности и лишения.Радмир приблизился к городским стенам, величественным и древним, как сама история, словно они были плотью времени, застывшей в камне. Каждая трещина, каждый изгиб в этих стенах были отпечатком прошедших столетий, словно сами стены хранили тайные рассказы о героических подвигах, о великих завоеваниях, о любви и предательстве. Как только Радмир приблизился, он ощутил, как стены будто ожили, пригласив его прислушаться к их бесконечным легендам.Знамена, яркие пятна на фоне чистого неба, танцевали на ветру, как языки пламени, символизируя вечное сияние славы и чести. Стражники у главных ворот стояли как живые статуи, воплощая непоколебимую решимость и несгибаемую доблесть. Их доспехи были больше, чем просто защитой; это была их клятва верности земле, которую они защищали. Они стояли в тишине, но в их молчании Радмир слышал громкое обещание, что, пока их сердца бьются, городские ворота останутся неприступными.Радмир подошёл к стражникам, его тень упала на их усталые ботинки. В воздухе витал запах старой кожи и металла. Он спросил их, где можно вступить на службу у барона, его голос был низким и спокойным, словно ветер, который касается листвы в преддверии осени.Стражники, словно две тени, молчаливо обменялись взглядами в дрожащем свете фонарей. В их глазах, глубоких и тёмных как бездонные колодцы, плескалось презрение. Оно всплывало на поверхность, как нефть, окрашивая взгляды в холодный, жестокий оттенок. Радмир выглядел как словно силуэт, вырезанный из тумана. Он чувствовал на себе их взгляды, острые как лезвия, и знал, что каждый его шаг, каждое дыхание взвешивается и анализируется. Воздух был насыщен ожиданием, и даже время, казалось, замедлило свой бег, чтобы не упустить ни единого момента этой тихой драмы.Радмир, измученный долгим путешествием. Его одежда была ветхой и оборванной, а взгляд тусклым от усталости. Они усмехнулись, увидев его. Это был смех, полный презрения и высокомерия, смех тех, кто знает свое превосходство и не боится его показать. Они видели перед собой не просто человека, но человека, который был готов принять их как равных. Но их смех и презрение разрушили его иллюзии. Он понял, что его восприятие стражников было ошибочным. Он думал, что они - символ справедливости и чести, но теперь он видел их истинное лицо. Они были не более чем обычными людьми, способными на такое же презрение и высокомерие, как и все остальные. Это осознание было для него болью, оно разбило его мечты и иллюзии. Он чувствовал, как его надежды и мечты рассыпались в прах, словно пепел, унесенный ветром. Стражник, с иронией в голосе, обратился к изнуренному путнику: “Ты сможешь хоть щит поднять?” Его слова, словно искры, разлетелись в тишине, вызывая тихий смех среди других стражей.Радмир стоял перед стражником, его взгляд был пуст, и в нем не читалось ни малейшего намека на силу духа. “Вали отсюда!” — грубо бросил стражник. Радмир не ответил, его молчание было не столько выбором, сколько отсутствием воли к сопротивлению. В его глазах не было ни искры, ни желания бороться, лишь тень человека, который потерял все, что могло придать ему силы.Он, с головой, опущенной от усталости и разочарования, брёл по улицам Ёлна-Эмет. Город бурлил жизнью и движением, но он чувствовал себя одиноким и заблудшим. Его разум был переполнен сомнениями и вопросами, которые не давали ему покоя. Он задавал себе вопросы, на которые не мог найти ответов. Он размышлял о своем будущем, о том, возьмут ли его в армию. Он думал о своих мечтах, которых у него не было. Он размышлял о своей жизни, о том, как она изменилась за последние дни. Он чувствовал, что его жизнь разрушается на части, как старый дом, который он оставил позади. Он чувствовал, что потерял контроль над своей жизнью, что он больше не может выбирать свой путь. Он чувствовал, что стал пешкой в чужой игре, что его судьба теперь зависит от решений других людей. Он задал себе вопрос: может быть, мне стоит попробовать найти свой путь, свою мечту?Радмир, поглощенный удивлением, вышел на огромную площадь и его взору предстал грандиозный замок в готическом стиле. Это здание вызывало трепет и удивление своей динамичностью: части замка вращались и перемещались, как гигантский кубик Рубика, постоянно меняющий свою форму и конфигурацию. Замок, высеченный из белого камня, был величественным и, казалось, источал магическую ауру.Внутри замка, люди, кажется, были поглощены своими повседневными делами и не обращали внимания на постоянно меняющуюся архитектуру здания. Прохожие шли мимо замка, как будто его волшебное свойство было для них обыденным. Радмир был ошеломлен этим зрелищем, ведь никогда ранее не видел магию в действии.В этот момент его боль, разочарование, тревога о семье и страх перед армией отошли на второй план. Всё это исчезло перед лицом этого чудесного зрелища, наполняя его чувство бессмысленности всего остального. Его внимание полностью поглотило это волшебное здание, и он стоял, зачарованный, наблюдая за его постоянными трансформациями.Приблизившись к стенам замка, Радмир ощутил, как его тело пронзает мощная волна энергии.Радмир стоял, наблюдая за всей магической красотой замка и ощущая его могущество, когда вдруг услышал мужской голос из-за спины. Голос звучал уверенно и дружелюбно, как если бы он обращался к старому знакомому. Обернувшись, Радмир увидел четыре стопки старых, потрёпанных книг, обвязанных верёвками и готовых к транспортировке. Книги были разных размеров и форм, каждая из них представляла собой тайну, заключённую в её страницах.Рядом со стопками книг стоял мужчина около 35 лет с запоминающейся внешностью. Его смуглая кожа, густые чёрные волосы и карие глаза излучали тепло и доброту. Он был одет в серый кардиган поверх розовой футболки и коричневые брюки. Несмотря на следы усталости на лице, его улыбка была искренней и радушной.«Эй, студент!» — повторил мужчина, приветливо обращаясь к Радмиру. «Можешь помочь отнести книги в школу?»Радмир с улыбкой согласился: «Конечно, я помогу!» И с шуткой добавил: «Хотя я не студент, но, может быть, после этих книг меня примут в школу магии?»Мужчина поднял две стопки книг и направился к замку, в то время как Радмир наблюдал за ним с небольшим тревогой. Замок вращался и перестраивался непредсказуемым образом, и его волшебство поражало воображение. Однако, к удивлению Радмира, часть стены, на которой находилась дверь, вдруг остановилась, и дверь отворилась перед мужчиной.Мужчина вошёл в дверь замка, а за ним последовал Радмир, всё ещё изумлённый происходящим. «Ну, давай, поторопись, заходи», — сказал мужчина, подгоняя Радмира, чтобы тот не задерживался в проходе. Радмир взял оставшиеся стопки книг и с глубоким вдохом быстро вошёл в двери замка.Внутри его встретило волшебное зрелище: просторный, светлый коридор, по обе стороны от которого располагались многочисленные двери, каждая из которых обещала свои собственные тайны. Стены были украшены древними гобеленами, изысканными картинами и мерцающими лампами, каждая из которых, казалось, дышала магией.Мужчина шёл впереди, не оборачиваясь, и вёл Радмира по коридору. Его имя, Анарихён, открылось, когда он представился: «Меня зовут Анарихён, а тебя как?» Радмир, увлечённый осмотром удивительных деталей замка, назвал своё имя, на что Анарихён, улыбнувшись, спросил: «Откуда ты приехал?»Радмир рассказал, что прибыл из деревни Колисфор недалеко от столицы Каиль.Анарихён кивнул в знак понимания и открыл дверь в кабинет, расположенный в конце коридора. «Всё, мы пришли», — сказал он, приглашающе жестом указав Радмиру войти. Внутри располагался большой кабинет с книжными полками, заполненными книгами, столом из красного дерева и кожаным креслом. Они поставили стопки книг на стол.Анарихён, всё ещё улыбаясь, предложил: «Пойдёшь в таверну? Я угощаю». Радмир, понимая, что устал и нуждается в отдыхе, ответил с готовностью: «Да, конечно, с радостью!»