Невеста на уикенд

Эпилог

Илья

Смешно.

Как все странно и смешно. Как иногда жизнь в одно мгновение поднимает тебя и потом так же стремительно приземляет, да еще и побольнее ударив.

Никогда не думал, что окажусь в такой ситуации. Полюбив, открывшись, в итоге остаюсь ни с чем из-за гордости и упрямства обоих.

Я стою перед алтарем из белых роз в этом дурацком черном костюме, отглаженном так, что зубы сводит от идеальности. Стою, как истукан, спрятав руки в карманы брюк, и смотрю на море. Безмятежное. Лазурное и яркое. Гипнотизирую взглядом горизонт и абсолютно точно не хочу смотреть на свою будущую жену, которая уже идет в мою сторону.

Я слышу.

Через легкую мелодию оркестра и шепотки собравшихся на церемонии гостей, которых, кстати говоря, не так уж и много, что удивительно, я слышу ее легкую поступь. Будто девушка, что уготована мне в жены, не идет, а плывет, так мягко и невесомо постукивая каблучками.

Так же легко когда-то шла ко мне Настя. Моя Настя.

А вот кто она? Кто эта незнакомка, что через считаные минуты станет моей законной женой? Анжела? Или еще какая-нибудь из дочерей материных подруг?

Я не знаю. Понятия не имею. Мать мне так и не сказала имени, да и откровенно говоря, мне уже было плевать. Свою личную жизнь я полностью пустил на самотек.

Дважды в своей жизни я впускал в сердце женщину, и оба раза я ее потерял. Первый – потому что она дрянь, второй – потому что сам мудак. И вместо того, чтобы бороться, я выбрал согласиться на этот “выгодный”, по словам матери, брак. А согласился потому, что жить в любви и согласии с той, с которой хочу я – не получится.

Два месяца после разговора с Настей прошли, как в тумане. Помню только: работа-работа-работа и ночи. Бессонные, когда ты просто съедаешь себя изнутри воспоминаниями. После расставания ощущение, будто все хорошее, что было в моей жизни, исчезло. Забрали. Все светлые чувства: радость, любовь, счастье – ушли вместе с Загорской. Собственно, так же, как и часть моего сердца.

Ад. Моя жизнь превратилась в кромешный ад, и света в конце тоннеля я вообще не вижу. Мне тогда четко дали понять, что будущего у нас нет. Не хочет она такого мужа, как я. Не хочет она в родню такую семью, которая будет неизменно презренно смотреть в ее сторону и проклинать за то, что увела сына. И как я, черт возьми, ее понимаю. Однако я был готов бороться, и уверен, мать смирилась бы. А на фирму и бизнес мне было плевать. Но Настя выбрала путь с наименьшими потерями. Действительно, зачем напрягаться?

Вздоха разочарования сдержать не удается, и челюсти сами с собой сжимаются до боли. Ненавижу все это.

Один Бог знает, как мне было плохо первые пару недель. Как разваливался на куски и по сотни раз на дню чуть не срывался, желая поехать к ней. За ней. Мысль о том, что я знал, где искать Настю, не давала покоя, но потом останавливал единственный вопрос: а ей-то это нужно? Если человек так легко и просто был готов отказаться от “нас”, значит, не такие уж и сильные это были чувства?

Дерьмово. Одним, емким словом – дерьмово.

Все, на что хватило меня – это пару раз за это время позвонить ее подруге, Ксении. Просто потому, что мне нужно было знать, что с Загорской все в порядке. И, к слову, у подруги же и узнал имя и фамилию ее козла бывшего, который получил по заслугам за свои махинации. И со вчерашнего дня и на ближайшие несколько лет будет существовать за решеткой.

И теперь, когда в той истории я сделал все, что было в моих силах, пора ставить точку. Закрывать. Наш уикенд и так затянулся больше чем на два месяц...

Моя будущая жена уже буквально в паре шагов от алтаря, и я ощущаю ее каждым нервом, каждой клеточкой.

Да уж, Сокольский. Добегался. Мне остается только ухмыльнуться горизонту, но к ней я и не повернусь. Как бы мерзко это не выглядело с моей стороны.

Невеста подходит совсем близко. Я чувствую ее сладкие духи, которые отдаленно мне напоминают парфюм Насти. Чувствую ее присутствие. Девушка делает последний шаг и замирает по левую руку от меня. Чувствую, как тонкая и маленькая ладошка берет меня под локоть, обхватывая изящными пальчиками, на которые я бросаю взгляд. Всего на мгновение...

Ну, надо же – мелькает в голове – даже кольцо точь-в-точь, что я подарил Загорской, и которое она мне, сбегая, вернула вместе с чеком. Мать, интересно, постаралась? В любом случае не прогадала, потому что смотрится оно на этих длинных, изящных пальчиках с нежным бело-розовым маникюром очень даже…

Стоп!

Дыхание перехватило, а сердце сделало кульбит. В первые секунды даже сообразить не могу, что меня так взволновало, но когда до мозга доходит… Нет! Не может такого быть!

Родинка? Звезда? На ладони, совсем недалеко от большого пальчика… та самая, как у…

Вот теперь я перестаю дышать окончательно, а руки, кажется, начали трястись, как у наркомана, который видит перед собой ту самую заветную дозу.

Отцепляю от рукава пиджака пальчики невесты и поднимаю взгляд с ладошки на лицо, а там, мать его, фата! Плотная! Двадцать первый век, кто ее такую еще надевает!

Сердце стучит, как сумасшедшее, разрывая грудную клетку. И я, наверное, со стороны похож на психа, безумца, но спускаюсь на ступеньку ниже, чтобы оказаться с девушкой на одном уровне и, как сумасшедший, дергаю фату за края, поднимая с личика девушки и…