Роман на три минуты 

18

Егор

Только мы с Евой договорились, что съезжаемся, она даже уже все вещи собрала и хотела написать хозяйке квартиры, что выселяется, как Сонечка заразилась в школе ветрянкой. Черт, я не болел ветрянкой, и это было огромной проблемой, потому что им пришлось остаться в квартире еще на пару недель. Прошла только первая, и я ужасно соскучился. Невыносимо. Еве пришлось даже пока работу отложить на время, потому что кто-то должен следить за малышкой. И мы не виделись семь дней, говорили только по видео, но это совершенно не те ощущения, когда я могу прикоснуться к ней губами, руками и другими частями тела, кожа к коже, ощутив ее тепло на своей.

Но я решил, что время терять зря не стану, поэтому собрался с силами, позвал отца, еле уговорив его, и мы занялись ремонтом в комнате, которую в дальнейшем должна занять Сонечка. Поскольку малышка любит искусство, и сама очень творческая личность, мы придумали для нее идеальный дизайн: нашли шикарные фотообои, купили по мелочи мебели для удобства ребенка и каждый вечер по несколько часов занимались поклейкой обоев, покраской потолка, кое-где пришлось переложить паркет для осуществления нашей задумки. В общем, днем я работал с командой и в академии, а вечером и иногда ночью — дома, делая ремонт в компании отца. Еве, конечно, ничего не говорил, чтобы это было приятным сюрпризом.

Было сложно работать несколько дней подряд почти без отдыха, но это того стоило. Комната была почти готова. Мы сделали практически все, что задумали. Осталось лишь пару деталей в виде небольших вазочек с цветами, картин на стенах и прочих милых интерьерных решений, завершающих нашу с отцом задумку, и, как мы надеялись, в будущем понравившихся Сонечке.

Еще одна маленькая деталь, которая мне совершенно не нравилась, но была необходима, чтобы оставить все в секрете, — я врал Еве. Она видела по видеозвонкам, что я сильно уставший, даже приметила у меня синяки под глазами, и мне приходилось говорить, что у нас квартальный отчет, и я самостоятельно справляюсь по ночам в академии с бухгалтерией. Она верила, и это было замечательно. Хотя, признаюсь честно, я ощущал себя ужасным подонком. Врать ей — одно из самых худших ощущений в моей жизни.

Днем у меня зазвонил телефон. Настойчиво. Я как раз вернулся из академии и только собирался позвонить Еве, чтобы узнать, как у моих любимых девочек дела. Видимо, мы подумали друг о друге одновременно, потому что на экране светилось ее фото. Я ответил на вызов и радостно пролепетал в трубку, как подросток, которому ответила любимая девчонка:

— Приве-е-е-е-е-е-е-е-е-е-т!

— Ты серьезно?! — грубо оборвала Ева. — Привет?

— Ну да, я соскучился. Здороваюсь с любимой, что не так?

Не понимал ее резкого тона и явной злости, выражавшейся в сбивчивом темпе разговора. Или… Она сдерживала слезы? Так. Стоп. Что, черт возьми, успело произойти за последние пару часов?

— Пошел ты к черту, Широков! Я тебе поверила! Я тебе… А ты… Не приходи больше к нам! И номер мой удали. Заявление найдешь в своем кабинете!

— Что случилось, объясни мне! — пришлось прервать ее и повысить голос.

— Иди. Спать. Со. Своими. Шлюхами. Дальше! — членораздельно ответила Ева и вырубила телефонный звонок.

С какими еще шлюхами? Что она несет? Я нихрена не понимал. Попытался позвонить ей еще несколько раз, но ответа так и не услышал.

Надо думать. Раз она оставила заявление на моем столе, значит, была в академии. Что она там увидела? Придется вернуться, чтобы понять эту огнедышащую даму, не давшую мне даже и секунды, чтобы понять, что у нее в голове и откуда эта информация. Пока ехал в академию, все это время звонил Еве, и где-то к концу пути понял, что она кинула меня в черный список. Звонок даже не шел.

В академии меня ждал неожиданный сюрприз. В моем кабинете на столе стояло два бокала, был разложен диван, и на его спинке висели стринги. Замечательно, и кто же этот счастливчик, что так меня подставил? Я всю ночь двигал мебель с отцом, на нас даже соседи снизу пожаловались, ментов вызвали.

Представляю реакцию Евы, когда она пришла и увидела это. Я бы тоже решил, что я с кем-то переспал, если бы увидел такое. Но кому в голову пришло спать в моем кабинете? Неужели домой было даму не отвезти? Или не убрать за собой, раз все-таки приспичило тут. Или кто-то нарочно меня хотел подставить? Но зачем и кто? Я уже окончательно запутался и дабы не гадать, пошел в комнату охраны, чтобы запросить записи с видеокамер. Благо, в кабинете я их тоже установил. Как чувствовал, что когда-нибудь попаду в такую задницу.

Через полчаса мы с охранником нашли видеозапись, и я, признаться честно, знатно удивился. Какого черта этот дружок Евы, который Никита, решил, что имеет право водить девушек в мой кабинет и трахаться с ними там? Так ладно бы, если бы он сделал это один раз, но ведь продолжались его похождения больше недели. Вот козел, я ему устрою, но сначала скопирую записи и докажу свою невиновность перед моей фурией.

Видео было скопировано, цветы куплены, и я с полной уверенностью мог идти на поклон к Еве Сергеевне. Надеюсь, она не успела сменить замки, и ещё не переехала. А то знаю я ее, она может все.

Поднимаясь по лестнице, я представлял, как мы будем смеяться, когда вся правда раскроется, и как долго будут длится наши поцелуи. Я соскучился. Хотел уже как можно скорее расцеловать свою нежную и страстную, свою самую любимую, спать с ней в обнимку, а не одиноко разлечься на кровати и ощущать, как вторая половина неприятно холодит кожу, когда ты случайно на нее ляжешь ночью.

Звонок в дверь. Пару минут тишины. Повторный звонок. И снова тишина. Набрал ее номер, тоже молчание. Позвонил ещё несколько раз, и только спустя почти десять минут я услышал, как кто-то подошёл к двери.

— Надо поговорить, открой, пожалуйста, — заговорить первым мне показалось лучшим вариантом.