Зов крови

Глава 8

Настроение после такой репетиции заметно поднялось, и ссора с девушкой уже не тяготила Игоря как несколько часов назад. На часах уже около полуночи. Поздно, он устал, но был вдохновлён предстоящим появлением на сцене.

Только он открыл дверь, на пороге появилась Ника.

– Ты чего так долго? Я же волновалась! Не хотел домой идти из-за меня, да?

– Нет, просто затянулась репетиция, – сказал он, снимая куртку. – Мы к концерту готовимся, хотя, тебе же это не интересно.

– Ты не говорил, что группа выступает.

– Я и сам не знал. Сегодня Миха сообщил, что его подруга выбила нам место. Будем играть на дискотеке. Дебют на большой сцене, между прочим.

– Здорово.

Девушка улыбнулась. Похоже, что собирается помириться.

– Да ну? Скажи ещё, что ты рада за нас, – покосился на неё Игорь.

– Ага, язви сколько угодно. Я заслужила. Чай будешь?

Игорь кивнул. Надо же. Гордая Несветова почувствовала себя виноватой. Нечасто такое увидишь. Вероника потерла опухшие глаза. Похоже, она плакала. Корзухин ощутил укол совести: довёл до слёз свою любимую девушку. На мгновение он смягчился, но разумом понимал, что сама виновата. Это ещё спорный вопрос, кому из них плакать.

– Ты же недавно по-другому говорила.

– Я и сейчас от своих слов не отказываюсь. Но, признаю, перегнула и была слишком резка. Я только хотела, чтобы ты более рационально смотрел на жизнь. Прости меня.

Простить за такие слова? Нет, сейчас он это сделать точно не в состоянии. Но и возвращаться к избитой теме желания не было. Надо закрыть вопрос хотя бы временно и освободить голову для куда более приятных мыслей. Легче всего сделать вид, что девушка прощена. Да, это будет неискренне, зато они оба наконец успокоятся.

– Ладно, всё нормально. Давай больше не будем об этом, – попросил он, дуя на горячий чай в кружке. – А ты на концерт придёшь?

– Если честно, не знаю. Смены допоздна в последнее время, могу не успеть.

Она понимала, что должна поддержать и как для него важен этот вечер, но представив шум вокруг, тесноту, созданную кучей народа, так и тянуло сказать «нет».

– Если придешь, буду рад, хотя не принуждаю. Начало в девять, а мы не первые выступаем, даже с работы успеешь.

Пока его друзья веселились в зале перед выступлением, Игорь сидел в гримерке и уже раз в десятый настраивал гитару. Казалось, что звук фальшивит, что текст песен забудется прямо посреди куплета, что публике они не понравятся, в общем, что произойдёт какая-нибудь лажа.

– Да расслабься ты, Игорех! – вошёл невозмутимый Женька, протягивая ему бутылку, взятую из местного бара. – Хочешь? Для успокоения нервов, так сказать.

Сам Женя, похоже, успокоился ещё пару таких бутылок назад.

– Нет, не хочу. Да и ты бы не налегал. Нам через одну группу на сцену.

– Че ты такой нервный? Я ж трезв как стекло. Мой крепкий организм так просто не сломить, – Усмехнулся клавишник.

И правда, почти двухметровый широкоплечий Женька выглядел гораздо более собранным, чем Корзухин. Выпитое на нем никак не отражалось, разве что настроение у него было приподнятое. Впрочем, застать Женьку в плохом настроении было редкостью. Все, кто был с ним знаком, могли описать его как человека исключительно приятного и позитивного. А вот у тех, кому не довелось с ним пообщаться, Женька скорее вызывал ассоциации с темными переулками и переломанными носами, а виной тому его весьма угрожающая внешность. Никто и не думал, что этот амбал воспитывался в семье интеллигентов и лет с семи играл на фортепиано Моцарта и Шопена. Увидев его, несколько неловко стоящего за клавишными, у людей возникал вопрос: не перепутал ли он инструмент? Но как только Женя начинал играть, все вопросы отпадали сами собой и становилось ясно: он на своём месте.

Вскоре в небольшую комнату зашли Миша и Васек. Остальные участники группы тоже были совершенно спокойны и радостно предвкушали выход на сцену. Эти двое дружили ещё со школьных времен и до сих пор многое их связывало, хоть и характеры сильно различались. Деловой и серьёзный Миша был из зажиточной семьи и шёл по стопам отца, старательно учился в институте и никогда не упускал возможности побыть главным, часто беря на себя обязанности организатора. А вот в личной жизни ему не особенно везло, поэтому он и играл в группе, привлекая к себе внимание девушек.

Васёк же (а иначе имя почти не склоняли, так уж оно подходило к его личности) относился к жизни куда проще своего товарища. Он завалил все вступительные экзамены в институт, куда его собирался протащить с собой Миша, чудом избежал армии и теперь преспокойно работал в шиномонтажке, постигая ремесло автомеханика на практике. Простой и недалёкий, большим умом он не обладал, зато обаяние и некоторые таланты имелись, благодаря чему Васёк легко сходился с людьми и здорово играл на гитаре. Причём все аккорды подбирал на слух, категорически отрицая существование нотной грамоты, которая была для него лесом дремучим.

– Вид у нас отпад, прям то, что надо! – оценил он, улыбнулся своему отражению и встряхнул шевелюрой.

Миша с Игорем постарались над сценическим образом группы: густо подведённые чёрной краской глаза, «художественный хаос» на голове, чёрная обтягивающая одежда, кожа и куча металлических заклёпкок. Во всей этой атрибутике Васёк чувствовал себя настоящим рокером, таким же, как и его западные кумиры, чей стиль он пытался перенять.