Amore

Глава 107.

С появлением подруги Любе стало куда радостней, хоть она и была несколько обескуражена тем фактом, что радость ей принесла именно Полина Любимова. Теперь у девушки появилось еще больше мотивации хорошо окончить школу и поступить на юрфак. Она поставила себе цель — во что бы то ни стало с лихвой компенсировать подруге все испорченные и украденные вещи. Было еще кое-что важное — Люба дала себе слово, что отвадит Полину от Шуйского. Иначе он просто сожрет ее, а затем выплюнет и забудет. К счастью, Полине хватило пару нелицеприятных упоминаний об учителе, чтобы потерять к нему всякий интерес. Она не задавала лишних вопросов, просто поняла, что Люба не шутит: с Шуйским нельзя связываться и все тут.

Девушки жили в разных районах, но какое-то время по дороге из школы им было по пути. Они шли и над чем-то громко смеялись, как вдруг Люба увидела Злату. Та сидела на покрышке, наполовину закопанной в землю, плакала и курила электронную сигарету. Злата. Курила.

Удивительно было еще и то, что делала она это именно в том месте, где нередко вот так же одиноко выкуривала одну за другой сама Люба. На этой покрышке было передумано столько дум, решено столько дилемм, выплакано столько слез — не сосчитать.

Увидев Любу, Злата проводила ее умоляющим взглядом. Стало очевидно — она хочет поговорить, и наверняка разговор пойдет о Романе Евгеньевиче. Дойдя с Полиной до перекрестка, где им предстояло разминуться, Люба нехотя вернулась во двор с покрышками.

— Спасибо, что пришла, — тихо сказала Злата. Все ее было опухшим и в красных пятнах от слез. Рука, которой она держала электронную сигарету, сильно дрожала, слово в припадке. Кроме того, девушка сильно похудела: ее некогда привлекательная стройность теперь больше напоминала патологию. — Люба, без тебя я, кажется, не справлюсь, я уже на грани...

После этого Злата закрыла лицо руками и разрыдалась. Ее сигарета упала в траву. Люба подняла вейп и присела на соседнюю покрышку.

— Вот эту дрянь мы выкинем. На хрена ты начала курить? Разве этот мудак того стоит?

Злата потянулась было за своей сигаретой, но Люба уже забросила устройство в кусты.

— Я не курю, это же просто вейп...

— А в нем, типа, нет никотина и прочей фигни, которая портит твои легкие? Заканчивай страдать фигней и гробить свое здоровье. На этом говнюке свет клином не сошелся.

Злата принялась ковырять землю носком ботинка:

— Я только сейчас поняла, что он поступил с тобой так же. Поэтому ты меня и возненавидела. — Она снова разрыдалась. — Но я правда не знала об этом раньше!

Люба примирительно погладила ее по спине:

— Я знаю, что ты не знала. Мне стоило обо всем тебе рассказать, как-то предупредить, но я не могла смириться, что он выбрал тебя. Мне казалось, что я его люблю. Вот такая я идиотка.

Злата с недоверием посмотрела подруге в лицо:

— Ты это сейчас все серьезно говоришь или просто хочешь, чтобы я тебе поверила? Люб, давай так: если ты продолжаешь меня ненавидеть, то так и скажи. Можешь отомстить мне прямо сейчас, но только, пожалуйста, не строй козни. Этого я уже не вывезу.

Люба закатила глаза:

— Не собираюсь я тебе мстить и уж тем более строить козни, угомонись. Шуйский — мудак, он чуть не сломал жизнь мне, а потом и тебе. И все потому, что мы обе неопытные дуры. Но я вообще дура в квадрате, потому что не стала тебе помогать, хотя знала, чем это все обернется. Я просто ждала, когда он тебя бросит. Думала, это меня порадует... а вот ни хрена не порадовало. Теперь мне стыдно, что я с тобой не поговорила, не предупредила, — Люба развела руками, — да и вообще ничего не сделала.

— Ты очень сильно изменилась, Люб. Как будто ты — это и не ты вовсе. Неужели это он так повлиял? Что он с тобой сделал? Я не знаю подробностей — мы ничего с ним не обсуждали. Он просто сказал, что у вас ничего не было, и все.

— Давай сначала ты расскажешь, что там у вас произошло. Тебе это нужнее. Выговоришься — и сразу полегчает. А потом уже расскажу я, и мы вместе решим, что со всем этим делать.

— А ты планируешь что-то делать?

Люба пожала плечами:

— Ну не оставлять же этого высерка безнаказанным.

У Златы загорелись глаза:

— Я только за. Отомстим ему!

— Попридержи коней, мстительница. Если уж и мстить, то только на холодную голову. А для этого тебе сначала надо прийти в себя. Будем решать вопрос последовательно.

Злата потрогала Любу за плечо, а потом подергала за указательный палец:

— Это точно ты? Говоришь, как взрослая, восстановилась в школе, подружилась с одноклассницей, которую на дух не переносишь, простила меня, хотя я спала с твоим мужиком... Мне сейчас кажется, что я просто сумасшедшая, и говорю сама с собой, представляя тебя.

— Ага, ты сошла с ума, так и есть. Но пока еще не окончательно, иначе бы не пришла сюда, а сидела бы под окнами мудака и умоляла его выйти. Короче, идем — отпою тебя чаем, заодно и поговорим. Не сидеть же нам столько времени на улице.

— Куда идем? Твоя мама ведь не любит гостей, или она тоже изменилась?

— Не, есть вещи, которые никогда не меняются. Моя мать — величина постоянная. Хорошо хоть, не все в моей жизни имеет застойный характер, и поэтому мы сейчас можем пойти к моей бабуле. Не бойся — теперь там чисто, да и бабуля уже совсем другая. Знаешь, походу, ее квартира — идеальное место для положительной трансформации, потому что я стала меняться, только когда съехала туда от матери. Соответственно, бабулино жилище должно помочь и тебе. — Люба потянула Злату за рукав куртки. — Пойдем, детка. Пора избавлять тебя от мудака. И, наверное, меня тоже, а то в последнее время в моей голове все тоже не слава богу.