Милая Элинор

Глава 9

Глава девятая

Элинор

Суровый, темноволосый и кареглазый мужчина с широкими кустистыми бровям, прямым носом  и сомкнутыми тонкими губами сидел напротив Элинор. Он ловил каждое ее движение, поправляла ли она волосы или подносила вилку с наколотым цыпленком к губам. На протяжения всего обеда в столовой концентрировалось напряжение, грозившееся вот-вот переполнить комнату и взорваться, не хуже фейерверка… или взрывчатки.

Войдя в залитую светом малую столовую, Элин оказалась в теплых объятиях матери. Артур решительным шагом направился к собравшимся у большого камина мужчинам. Хозяин дома, лорд Чарльз Спенсер, наслаждался беседой с гостем, лордом Генри Нортингером и сыновьями. Их разговор затих.

Лорд Спенсер по-отечески обнял Артура и представил его. Голубые глаза молодого человека опасно блеснули, когда он крепко пожимал руку лорду Нортингеру.

Затем настала очередь Элинор. Гость учтиво склонил голову и коснулся ее руки сухими губами.

- Мисс Элинор. Вы, наверняка не помните меня. В прошлый мой визит в Элторп вам едва исполнилось восемь. Вы сильно изменились с тех пор. Я очень рад видеть вас вновь! Надеюсь уговорить вас на невинную прогулку по саду после обеда?– Голос был низким, и, несмотря на отталкивающую внешность, довольно приятным. Элин поспешила освободить руку и отступить к матери. Она не помнила этого человека и  не видела ничего приятного в его сегодняшнем визите, и не собиралась уединяться с ним в саду.

Кто в здравом уме согласится на прогулку с не знакомым, почти сорокалетним мужчиной?

Элинор прошиб холодный пот, ладони взмокли. Девушка оставила без ответа вопрос своего претендента в женихи, и вместе с леди Спенсер, поспешила разместиться за столом, ожидая, когда можно будет начать трапезу.

Мужчины же, напрочь игнорируя приглашение занять свои места, заговорили о предстоящем заседании в Палате и поддержат ли лорды требование рабочего класса Лондона о сокращении рабочего дня.

Нортингер, зная, что Артур намерен занять место своего отца, совершенно не искренне желал ему стойкости и удачи в столь не легкой работе и задавал провокационные вопросы.

Артур был спокоен, каждое его слово было обдуманным и имело вес. Он мастерски апеллировал аргументами, и проявил впечатляющую осведомленность в проблемах рабочего класса. Если бы Элинор не знала, что он лишь пару дней как вернулся из Индии и в течение двух лет не был на родных берегах, то она бы могла поклясться, что молодой человек провел эти годы в Лондоне, занимаясь активной политической деятельностью.

Впервые девушка осознала, насколько образованным, умным и рассудительным был Артур Иден. Против него играл только возраст, но с эти, увы, ничего нельзя было поделать.

- Так вы, лорд Иден, намерены поддержать Чартистов! Этих шутов, уверяющих, что для блага нашей страны достаточно и короткого рабочего дня? Что дальше юноша? Вы прикажете аристократии распустить прислугу и самим готовить себе обеды, печь хлеб и стирать исподнее? – Нортингер недобро ухмыльнулся и отвернулся к лорду Спенсеру, надеясь увидеть в его глазах поддержку и схожее осуждение революционным мыслям молодежи.

- Уважаемый лорд Нортингер. Я абсолютно уверен, что если людям дать больше времени на качественный отдых, они с большим рвением будут трудиться на фабриках и заводах в свое рабочее время.

- Кто же будет работать на фабриках в ночное время? Изучите этот вопрос подробнее юноша. Станки нельзя останавливать каждые сутки. Это убытки на тысячи фунтов! – Нортингера переполняло желание указать Артуру на его неопытность, задавить своим авторитетом.

- Нет сэр. Зачем останавливать станки, когда можно нанять большее количество работников, и выделить две рабочие смены! Можно убить двх зайцев одновременно: дать людям достойных отдых и создать новые рабочие места, уменьшив процент безработицы! Вы видели отчеты, сколько работяг от усталости калечатся при работе на станках? Людям требуется полноценный отдых!

- Право же, Иден, вс травмы идут от безграмотности! И что им, скажите на милость, делать с таким количеством свободного времени! Это путь к пьянству и распутству! Хотя с кем я говорю… вы еще слишком юны! – гость в который раз ухмыльнулся. – Молодежи только дай волю, и каждую свою свободную минуту они предпочтут провести в салонах с прелестными девицами свободных нравов… Что-то я не видел вас, Иден, на улице с громкими социал-демократическими лозунгами, или в Парламенте, когда эти голодранцы, именующие себя социал-демократами, представляли свою петицию!

- Дорогой друг, не стоит при дамах касаться такой темы! – Слегка понизив голос ответил лорд Спенсер на реплику Нортингера.

Мужчины обернулись к дамам с извинениями, в полной уверенности, что они не проявляли интереса к их разговорам, но соблюдая нормы вежливости.

Нортингер же покраснел, несколько раз набирал в легкие воздух, чтобы ответить, но не промолвил боле не слова.

Леди оставалось только гадать над причиной столь ярко разгоревшейся дискуссии. Таким беседам не было места за столом и обе женщины, Элинор и Эстер Спенсер это понимали. Они благосклонно простили мужчинам их увлеченность беседой и снова пригласили к столу.

Элинор перекрасно разбиралась в политике, благодаря отцу и братьям, и благодаря своим частым завтракам на кухне, была наслышана о Чартистах, современном социальном и политическом движение, начавшемся с 1837 года. Свое имя движение получило, от поданной в этом  году петиции в парламент, называвшейся хартией или Народной хартией.