Баллада о волчице

Баллада о волчице

Пролог

Луна призывно заглядывала в окно, будоража сон совсем еще юной девушки. Светлые волосы разметались по подушке также, как и их хозяйка по постели. Девушка поскуливала во сне, то и дело меняя позы. Стройное тело металось в горячечном бреду сна. Тонкие пальцы судорожно сжимали ткань простыней, словно когтями впиваясь в ни в чем не повинную материю. Дыхание хрипло рвалось из горла, а грудь тяжело вздымалась, тут же опадая для нового вздоха.

Легкие тучки набежали на серебряный лик луны, скрывая его от людских взоров: девушка сразу задышала ровнее, судорожно сжатые руки расслабились, выпуская из цепкого захвата горсти простыней. Черты лица разгладились, принимая умиротворенное выражение, столь свойственное спящим. Но тучки недолго бродили по небосводу. Легкий ветерок слегка потрепал их по краям и тут же понес дальше. Лунный свет, вырвавшись из укрытия, стремительно ворвался в распахнутое окно, снова заливая комнату призрачным светом. Девушка снова пошевелилась, все так же не просыпаясь.

Ей снился удивительный сон. Она бежала по ночному лесу, упиваясь запахами зеленого мира, не испорченного ничем. От земли шел густой пряный аромат: запах прелых листьев, смешанный еще с чем-то. Такой бывает после дождя. Внезапно ставший тонким, слух улавливал малейшие колебания листвы над головой. Вопреки ее ожиданиям, жизнь в лесу так и кипела: вот проскользнула мышь, а там застрекотал сверчок, чуть вдалеке ухнул филин, вылетая на охоту. Ночной мир был весь наполнен шорохами и тихими звуками, но она отчетливо слышала их все. Так необычно!

Выскочив на широкую поляну, она оказалась залита лунным светом. И так было приятно нежиться в его лучах. Пусть они и не грели так, как солнечные. Нет, они нежно ласкали ее, словно мать, которая ласково треплет свое дитя. Луна почти полная и такая красивая притягивала её взгляд. Внезапно захотелось выразить свой восторг, так чтоб вся округа знала, насколько приятно ей сейчас. Подняв голову к небу, она выплеснула свое счастье звуками, превратившимися в протяжный вой.

Сабрина проснулась, судорожно хватая ртом воздух. Ночное наваждение уже ушло, но в памяти еще держались образы долгого бега и чистой незамутненной радости, вылившееся в хвалебную песнь. Все было настолько реальным, будто она действительно только-только вернулась с ночной прогулки по лесу. Тем не менее, тело было вполне отдохнувшим – ни следа усталости, а значит, это был всего лишь слишком реалистичный сон. Один из многих подобных, преследовавших ее в последнее время.

Поднявшись со смятой постели, девушка подошла к простенькому зеркалу, висящему на стене. Спутанные после сна волосы топорщатся на плечах и совсем не напоминают ту янтарную волну, каковой они обычно бывают. Светло-карие глаза рассеянно смотрят в зеркальное стекло – они каждый день наблюдают одно и то же, чему удивляться? На щеках алеет легкий румянец, он появляется каждый раз после подобного сна. Алые губы чуть закушены в раздумье. Это тоже своего рода ритуал. Изящные черты лица. Тонкая фигурка с правильно очерченными формами, не дающими покоя соседским парням, скрыта под простой тонкой рубашкой.

Вглядевшись в свое отражение чуть сильнее, Сабрина отпрянула от зеркала, протирая глаза. Показалось, что глаза изменились, становясь почти звериными, мерцающими, а цвет радужки слегка посветлел. Но следующий пристальный взгляд показал лишь обычные человеческие глаза. Решив, что она просто еще не до конца проснулась, девушка вернулась к кровати и, взяв с тумбочки щетку для волос, начала приводить себя в порядок. Распутанные волосы шелковисто струились сквозь пальцы, пока Сабрина собирала их в толстую косу, достигающую поясницы. Ночная сорочка была сменена на платье, выгодно подчеркивающее фигуру. Закончив с переодеванием, девушка вышла на крыльцо и сполоснула лицо в бочке с дождевой водой. Теперь можно выходить в люди.

Соседи тоже по-тихоньку выходили из своих домов. Кто-то с хрустом потягивался, кто-то смачно зевал, но все потихоньку разбредались по своим делам. Вскоре городок, что и не город вовсе, а сборище деревянных и каменных домиков, собранных вокруг крепости, ожил. Над улицами понеслись запахи свежей выпечки, звуки кузницы и громкий гомон толпы на рынке. Из крепости, к которой тесно лепился центр их городка, выехали несколько всадников и, пустив коней рысью, резво поскакали за пределы города. Начинался обычный день, наполненный своей суетой и проблемами и заканчивающийся тихим вечером у камина или кружечкой пива в таверне – смотря к чему больше лежала душа.

Инквизитор

Сколько их было? Всех этих ведьм, оборотней, колдунов и прочих богомерзких созданий, дурящих головы простым людям? Уже не перечесть, но он помнил каждую очищенную огнем душу, каждого спасенного от вечных мук ада.

Они никогда не могли обмануть его. Ни своими красивыми лицами, ни сладкими речами, ни звонким смехом. Как бы они не притворялись, истинная суть всегда показывала себя. Какими бы они все не были хорошими, однажды они поддавались своим внутренним демонам, и тогда чистые, небесные глаза вдруг загорались дьявольским алым светом, а милая улыбка превращалась в оскал. Ни родня, ни друзья, ни женихи и невесты до последнего не замечали этого. А потом становилось поздно, и тогда звали его. Сколько невинных душ они отправляли на небеса, пока он или другие инквизиторы не объявляли охоту на злобную тварь? Не раз он наблюдал, как люди шли, словно овцы на закланье, одурманенные мерзким колдовством. А сколько раз он видел, как под действием полной луны преображается плоть? Как зверь, вышедший на волю, удовлетворяет свои низменные инстинкты и жажду крови? Таких моментов не счесть. Именно поэтому инквизиторы стараются заранее найти эти дьявольские отродья, пока они еще никого не убили. Нет, далеко не все нечистые твари стремятся убивать, но все они - порождения дьявола, а значит, подлежат истреблению. Во имя Господа!