Семнадцатая осень после конца света.

1

Пятого ноября 2017 года снег лег окончательно. Глубокий, не изодранный следами копыт и колеями саней, он прилипал к щеткам коня  и едва заметно кружился низенько над сугробом. Сид стянул с лица платок и вдохнул свежего, вкусного воздуха ранней зимы. Тронул бока Изверга каблуками меховых сапог. Конь отозвался совсем не лошадиным рыком, но послушно перешел с шага сразу на мягкий галоп.
- Подожди, куда так быстро!
Сид просьбу проигнорировал, да и его спутник, Ричи, уже растолкал свою рыжую кобылу и помчался следом. Позади всадников просыпалась деревня. Из домов, зябко ежась, выходили закутанные в тулупы женщины с ведрами, которые выплескивали прямо на дорогу, на чистый, выпавший ночью снег. Завоняло помоями и тем, что фермеры не хотели по ночи тащить в стылые деревянные нужники. Сид тихонько выругался и вернул плотный шейный платок на нос.
- Чего там? - ехидно спросил Ричи.
- Смердит.
- Беда с твоим носом, - посочувствовал спутник. – Уже и деревню-то не видно.
Не деревня, так, скорее стайка приземистых, широких домов из темных бревен; укрепленные, словно бастионы, огороды с башенками нужников; да колодец с журавлем. Даже переночевать оказалось проблемой. Постоялый двор, а,следовательно, и трактир, если и существовали, загнулись от нехватки клиентов, гостиницы не было и подавно, так что кровом двум бродягам послужила овчарня. Сид всю ночь страдал от тяжелого запаха мокрой овечьей шерсти и поминал недобрым словом деревню, в которой негде остановиться, зато посредине торчит новехонькая виселица. Суеверный Ричи осаживал Сида и просил не болтать всуе про виселицу, а то так недолго на ней и сплясать, с их-то родом занятий.
- А какой у нас род занятий? – переспрашивал Сид и паскудно подмигивал.
Ричи под взглядом совсем не человеческих зеленовато-желтых глаз спутника чувствовал себя всегда одинаково: словно сунулся в темный подвал, а оттуда вдруг выступила неведомая тварь. Правда, чудовище оказывалась на поверку ленивым обожравшимся сметаны котярой, в коего Сид превращался, стоило ему слезть с коня на привале.
- Даже и не знаю, - терялся Ричи. – Ну не разбойники же мы, в конце-то концов?
Сид лыбился еще хитрее.
- А если и так?
- Нет, точно не разбойники, - сам себе отвечал Ричи, и на том разговор заканчивался.
В одном уверенность была – огородники из них с Сидом точноникудышные, да они особенно и не пытались оными стать, предпочитая искать работы везде, и всегда разные. Ричи это нравилось, хотя порой, когда вместо безобидных вещей вроде поиска потерявшегося стада или отстрела обнаглевшего волка, приходилось заниматься тем же в отношении людей, он начинал сомневаться. Тогда и получались эти разговоры. Словно со стенкой.
Сид Вереница на привалах читал книги. У него были очки, но такие растрескавшиеся, что рассмотреть через них что-то не смог бы и орел. Сид видел скверно, поэтому подносил книгу к самому носу. Нюхал ее. Все-то он нюхал. Как спутник умудрялся стрелять без промаха из своего древнего как мир карабина, для Ричи оставалось загадкой. Вот и теперь, когда они двигались с обжитого Севера на заброшенный и все еще опасный Юго-запад, Ричи в основном гадал, какие еще сюрпризы ему преподнесет Сид Вереница.
- Сегодня деревень не будет? – громко спросил Ричи.
Вереница, похоже, спал в седле. Узнать достоверно не получалось, демонические глаза надежно прикрывали оплетенные паутиной трещинок очки, а сверху еще и затеняла широкополая,  словно лошадьюжеваная шляпа. Косица черных, как сажа, волос покачивалась из стороны в сторону на расслабленной спине. Словно маятник, думал Ричи, вспоминая часы  с кукушкой, виденные им на Севере.
На Севере вообще было много чудного. Огромные деревни на две-три тысячи дворов. В трактирах варили настоящий самогон и подавали тушеное мясо, а иногда по вечерам еще и музыканты устраивали представления. Ричи захотелось на Север, но он напомнил себе, что в трактире нужно чем-то расплачиваться, без денег можно рассчитывать только на очистки с помойной кучи, и то, если успеешь за ними вперед собак. А работу Сид выискал на Юго-западе, где-то у самой Пустоши, там, куда соваться лишний раз и вовсе не стоило.
- Не будет, - весело подтвердил Сид. – Их вообще теперь долго не будет.
Значит, не спал. Скорее всего, подремывал, закрыв глаза, но оставив остальные чувства настороже.
- Паршиво, - ругнулся Ричи для виду.
Становилось скучно. Деревня осталась далеко позади, обступили заснеженные холмы с редкими столбиками, обозначавшими условно дорогу. От столбиков они с Сидом тоже удалялись.
- Далось оно нам все, - начал он было, но решил не продолжать.
Терпение Вереницы было далеко от безграничного, да уважал Ричи Сида как старшего, опытного и совершенно непонятного товарища, в особенности за звериный нюх. Когда приближалась стая волков, Сид чуял ее еще за десяток километров. А, судя по тому, что он ничего вокруг почти не видел, стрелял тоже по запаху, убийственно метко.

Ближе к полудню Сид принюхался и объявил привал.
- До вечера нужно добраться, я тут одну развалину знаю, - сообщил он.
- А там что? – Ричи готовил костер, чтобы накипятить чабрецового отвара.
- А там ждет парень, который нас нанял, - пояснил Сид и уткнулся в книгу.
Ричи поморщился. Обложка была синей, простой, даже без картинки какой-нибудь. Как называлась книга, не умевший читать Ричи сказать не мог, но раз его спутник пытался целиком забраться на страницы, была чрезвычайно интересной.
Поднялся легкий ветерок, расшевелил пушистый снег. Чабрецовый отвар источал свежий запах, перебивавший даже неприятную гарь сырого дерева. Сид развалился, вытянув длинные ножищи по обе стороны от пламени, и читал. Ричи опасался, как бы напарник не подпалил себе чего. И еще он почему-то опасался встречи, ради которой они уже четыре дня ехали, бросив вроде бы облюбованный для мирной зимовки поселок. Там обещали кормить два раза и разрешать спать в доме только за то, чтобы они с Сидом охраняли стадо. Не бог весть что, но неплохой способ переждать полярную ночь и надвигающиеся морозы.
И как назло, в тот же день, когда решение было принято, Сид встретил на постоялом дворе странного человека. Они долго проговорили с ним про такие вещи, о которых лучше вообще не говорить на людях, потом напились до свинского состояния, а потом тот человек уехал, Сид проспался, выпил жирного бараньего бульона и засобирался в дорогу. Ничего хорошего так не начиналось, в этом Ричи был уверен и в свои семнадцать. Но вот попробуй скажи это человеку, который на всякое предупреждение подобного рода реагирует лукавой улыбочкой или хуже того, даже более громким, чем у его плотоядного коня, ржанием.
- Тот, с постоялого двора? – уточнил Ричи.
- Не, не тот, - рассеянно отозвался Сид. – Дай почитаю спокойно.
Ричи согласился – добиваться чего-то от читающего Сида было делом столь же умным, сколь ждать от жеребца молока.
Лошади шумели. Рыжая кобыла вовсе не находила крупного гнедого Изверга неотразимым, поэтому на любую попытку пообщаться отвечала исключительно зубами и копытами. Кровожадная тварь, возившая на своей спине Сида, и никого кроме него к себе не подпускавшая, вела себя по-мужски – вежливо отодвигалась подальше.
- Не нравится мне эта работенка, - обреченно бросил Ричи и отправился к лошадям.
- Поедем сейчас, - голос Сида настиг его уже рядом с приплясывающей кобылой.

Погода начала портиться. Сперва бесцветное небо заволокло облаками, потом воздух обрел особую, неприятную плотность, которая бывает перед самым бураном. Ричи побаивался буранов, потому что в бесконечном танце снега можно было сбиться с дороги, затеряться, и бог знает, какие могли шастать демоны. Сид, впрочем, вел себя еще спокойней обычного, несмотря на то, что шансов добраться до развалин прежде, чем начнется свистопляска, оставалось мало.
- Ничего, доберемся, - обнадежил себя Ричи вслух. – Не первый же раз, верно?
- Конечно, -  усмехнулся Сид и стянул с лица повязку.
Это значило, что неприятности вполне могут и случиться. Вереница не любил, когда в его чувствительный нос лезли без спросу сильные, резкие и бестолковые запахи, поэтому большую часть времени отсекал свое обоняние условно-непроницаемой стеной из плотной ткани. Если же преграда убиралась, значит, Сид готовился или к войне, илик потехе.
Стемнело, хотя солнце там, за облаками, едва начало клониться к западу. Ричи вдруг почувствовал давящую близость на самом деле еще очень далекого мертвого Юго-запада. На Юго-западе выжженная Пустошь, в которой до сих пор не растет трава. На Юго-западе невидимая смерть. На Юго-западе стоят кривыми частоколами давно сгоревшие города.
- Давай-ка быстрее! – распорядился Сид.
Изверг уже нес своего хозяина вниз по широкому холму, туда, где горизонт сходился с нависшими облаками, и небо стало сиреневым. Ричи нервно подогналРыжую. Изверг был дьявольски быстрым конем, а остаться в одиночестве посреди степи в метель Ричи хотелось меньше всего.
Снежинки начали крутиться сначала в сугробе, а уж потом посыпались с неба. Ветер, словно спавший до того момента, ударил в бок Рыжую и едва не сорвал с головы Ричи плотно сидевшую поверх шерстяного капюшона шляпу.
- Началось!
В ответ Ричи получил веревку, упавшую точно на луку седла. Вот это верно, они уже один раз так делали. Видимость во время бурана никакая, потеряться можно даже в двух шагах друг от друга. Нюх Сида не позволит сбиться с пути, а веревка поможет удержаться на этом пути и Ричи.
Через полчаса Ричи даже уши собственной кобылы видел едва-едва. Ветер был такой сильный, что прохватывал насквозь и толстую, на десяток рядов штопанную, но все еще добротную дубленку. Снег норовил ударить по лицу, туда, где в узком проеме между шарфом и шляпой торчал беззащитный нос. Все время хотелось отмахнуться, но выпустить из рук поводья Ричи бы не рискнул. Рыжей не нравилось, что ее тащат на буксире, и кобыла всячески это показывала. В буране взбесившаяся лошадь – худшее, что может случиться.
- Как дела? – голос Сида донесся словно бы откуда-то сбоку, хотя туго натянутая веревка доказывала – он был все-таки впереди.
- Порядок! – заорал Ричи.
- Не ори, слышу! – был ему веселый ответ.
Сам Ричи ничего веселого не мог найти, как ни старался. Возможно Сиду, воспринимавшему мир как палитру запахов, было проще. Хотя, как можно в буран почуять выстывшие каменные развалины, в голове не укладывалось.
- Надолго закрутило, - констатировал Сид. – Но ничего, скоро развалины будут.
- Мне бы так, - пробормотал Ричи в шарф.
Они ехали шагом через метель. Снег вплелся в гриву Рыжей и покрыл шарф Ричи коркой. Шляпа отяжелела, но это было даже хорошо, потому что она больше не пыталась покинуть свой насест. Ричи тихонько напевал себе под нос. Песня выходила так себе, он часто сбивался и пел совсем не те слова, к тому же фальшивил. Зато неверный звук собственного голоса отгораживал от рева метели вокруг и от резковатого скрипа веревки о луку седла. Когда ветер, ежеминутно менявший направление, дул от Сида к нему, Ричи слышал, что Вереница рассказывает Извергу что-то, наверное, накануне вычитанное в книге.
- Далеко еще? – Ричи подергал веревку, не отпуская поводьев.
Очередной порыв ветра принес ответ, полный неопределенности и сдобренный сочным богохульством, на которое в любое другое время Ричи бы обиделся. Сид был яростным, увлеченным безбожником, Ричи – нет. Когда вокруг метель,и кажется, что из-за пляшущего снега таращатся тысячи волчьих глаз, лучше думать, что Бог все-таки есть, и он внимательно наблюдает, готовый при случае отогнать и демонов, и волков. Что до Сида, то Ричи готов был поспорить -  с демонами его напарник на короткой ноге. Разногласия с волками Сид улаживал при помощи карабина.
- То есть как? – переспросил Ричи. – Шутишь, да?
- Я похож на идиота шутить такими вещами?
Ричи промолчал, переваривая услышанное. Сид немножко сбился с пути несмотря даже на свой хваленый нюх. Не чуял он никаких развалин, и все тут. А буран только сильнее становился, да и ночь скоро. Края чем дальше, тем гаже, уже можно опасаться не ободранных волков-одиночек, а целых стай бурых, с большими пастями волков-мутантов из Пустоши. Он бессильно огляделся. Зрение бесполезно, да и нюх Сида, как выяснилось, тоже. Неприятное вышло открытие. Темнота сомкнулась, снег с утроенной силой заколотил то в спину, то в лицо.
- Подожди, не паникуй, - сказал Сид. – Тут рядом есть кто-то.
Ричи понял. Перехватил левой рукой поводья, правую забросил за спину, вынул дробовик из перевязи, отряхнул об себя прицел. Сид, скорее всего, сделал то же самое, приготовив к стрельбе свою огромную, жутко древнюю винтовку. Наверное, ему в такой каше стрелять намного проще.
- Кто здесь? – проорал Сид. – Помощь нужна?
Вереница соблюдал этикет степи, хотя встречи редко заканчивались мирно. Особенно если они с Ричи везли какую-нибудь давно провонявшую голову выполненной работы. Теперь, правда, опасаться не стоило хотя бы этого, вот только по степи  не всегда хорошие люди бродили. Ричи напрягся, ожидая, какой будет ответ.
- Билл здесь, - раздалось из темноты. – Нужна, еще как. Только я не пойму, где ты именно находишься.
- Меня Сид звать. Стой на месте! – немедленно ответил Вереница. – Мы сами подойдем.
Ричи кивнул. Это было забавно – спасать кого-то, если и самим явно требовалась помощь. Да и не страдал Сид от обостренного человеколюбия.
Серая лошадь опустила голову, словно это могло защитить ее от неистово хлеставшей вьюги. Всадник, с ног до головы обледеневший, скорее всего, примерз к седлу. На шляпе у него скопилась порядочная горка снега, которую ветер превращал в маленький ураганчик.
- Ух, еще немного, и замерз бы тут насмерть, - Билл пошевелился, разрушив пирамиду у себя на голове.
Сид кивнул чему-то и убрал карабин за спину.
 - Ну, значит, мы не потерялись, - объявил он.- Билл здесь, хрен с ними с развалинами.
- Их нет, - сказал Билл. – Ты давно, видать, в этих краях не был. Развалины еще летом фермеры себе на печи растащили.
- Вот оно как, - зло порадовался Ричи. – А тот, из таверны, божился, что они есть.
- Да ладно, главное нашлись, - беззаботно сказал Сид.
- И то верно, - кивнул Билл. – Вот только я пока вас ждал, никакого укрытия не видел. Околеем мы тут, одна радость, что коллективно.
С этими словами он неловко вывалился из седла и тяжело заковылял, пытаясь согреться.
Сид спешился куда ловчее. Ричи последовал примеру напарника. Он уже знал, что задумал Вереница. И точно, Сид связал лошадей, чтобы не разбежались, и принялся вытаптывать снег.
- Какие мы нежные, - ворчал он. – Где сядем, там и укрытие будет.
Ричи почему-то жалел, что этот Билл не видит в снежной круговерти Сидовы глаза. Вот только встретившись взглядом с довольными желтыми щелками, наниматель сбежал бы прямо сквозь пургу, и оставил бы их с Сидом без работы вообще.
Минут через пятнадцать уже горел огонь, кипятился отвар, лошади, прикрытые одеялами, фыркали, знакомясь. Сид, Ричи и Билл сидели почти в самом костре, защищая его от ветра, а себя – от холода.
- А я и не знал, что так можно, - признался Билл и глянул на Сида с благодарностью. Вереница скромно шмыгнул носом. Повязка водворилась на прежнее место, обледенелые очки вжались в глаза, да еще из-под капюшона выбрались похожие на сосульки длинные черные пряди и окончательно укрыли лицо.
- Как не в степи живешь, - сказал Ричи осторожно.
- Это уж точно, - согласился Билл. – Я и живу не в степи.
- На Севере, значит? – уточнил Сид.
- Нет, не на Севере. На Северо-востоке. Точней не скажу, уж извините.
- О, далеко, - удивился Ричи.  
- Не поедем, - очень серьезно сказал Сид.
- Куда? – не менее серьезно уточнил Билл.
- В гости к тебе, - объяснил Вереница и загоготал. – Далеко. Так что не бойся, адреса не надо.
Ты лучше, Билл, расскажи, что у тебя к нам за работа такая попривлекательней зимовки в поселке.
Билл покачал головой.
- Ну, насчет привлекательности, я бы не сказал. В поселке зимовать приятнее.
У Ричи снова появилось скверное предчувствие. Припомнил, как увлеченно спорил обычно спокойный Вереница с незнакомцем из таверны. Богохульства сотрясали воздух и испуганного подавальщика, самогон лился в глотки и мимо, квашеную капусту и вовсе опрокинули. Ричи пытался успокоить, да ему вежливо, а потом и не очень предложили пойти вздремнуть. Он так и сделал, бросив напоследок, что кто-нибудь непременно додумается позвать священников, и тут уж беды не оберешься. Сид оглянулся на него, угостил довольной улыбкой  и вернулся спору. Нашел чем запугивать.
А этот Билл даже скрывать не стал, что предлагает им неприятности. Спокойствие Сида можно было объяснить только одним – за эти неприятности собирались хорошо заплатить.
- Поэтому я настаивать не буду, - продолжал Билл. – Можете отказаться, но лучше до того, как я все выложу.
- Тогда выложи причину, из-за которой мы, по-твоему, должны отказаться, - предложил Сид. – А мы посмотрим.
На Ричи он даже не взглянул. Ричи в который раз напомнил себе, что из них двоих Вереница старший, главный и достаточно жуткий, чтобы слушаться его беспрекословно. Единственный бунт, предпринятый Ричи год назад, закончился непринужденной улыбкой и горящей пустотой на том месте, где у него еще секунду назад была мочка уха. Сид  тогда убрал карабин, пожал плечами и вернулся к чтению.
- Юго-запад, - коротко и очень емко сообщил Билл. – Ну, как?
Сид понимающе закивал. Со шляпы посыпался чуть подтаявший снег. Ричи выразительно скорчился, а потом с надеждой посмотрел на напарника. Плевать, что взгляда этого Вереница даже не увидит. Очень хотелось, чтобы Сид тем же ласковым тоном сообщил, где он видал Юго-запад, а затем и порекомендовал Биллу отправиться туда самому. Сердце Ричи тяжелело и ритмом уже не попадало в молчаливые секунды.
- А там что? – наконец, спросил Сид.
У Ричи внутри все оборвалось. Юго-запад. Вереница согласился! Разумеется, и не мог не согласиться. Ричи много раз замечал, как тянет туда его напарника. Сид часто выспрашивал у подвыпивших проводников, чего нового на границе с Пустошью и в ней самой. Словно родина у него там была, и Сид ужасно тосковал.
- Согласны, я так понимаю?
- Юго-запад большой, скажи, где именно.
У Ричи забрезжила надежда, но очень слабая. По большому счету, Сид задавал такие вопросы скорее ради приличия.
- Возле самой Пустоши.
- Плохо, - рискнул вставить Ричи.
- Ладно, пусть будет Пустошь, - принял решение Сид. – Сколько?
- Дорожные расходы и по две тысячи на каждого.
В Ричи отчаянно сражались беспокойство – столько денег разом ничего хорошего не приносят – и жадность – столько денег. Разом! Сид, судя по всему, уже сделал свой выбор в пользу жадности и Юго-запада.
- Тухлая голова опять? – спросил Ричи и получил в бок от Сида.
- Все, согласны, - объявил Вереница.
Билл вздохнул.
- Зря я сомневался. Выходит, верно меня информировали по поводу вашего рода занятий.
- Информировали? – переспросил Ричи.
- Рассказали про нас, - перевел Сид, который моментально догадался, что напарник удивлен не фактом, а незнакомым словом. – И какой у нас род занятий, Билл, про которого мы сами ничего не знаем и знать не хотим?
- Неопределенный, - хмыкнул тот. – Словом, за любую работу беретесь, даже если за нее можно сплясать на виселице.
- Эй, полегче! – разъярился Ричи и снова задохнулся от крепкого удара под ребра.
Он оскорблено фыркнул и замолчал. Билл отхлебнул отвара и приступил к рассказу. Метель постепенно успокаивалась, снег становился крупнее, но падал медленнее.
- Мне нужно, чтобы вы нашли одного человека, - сказал Билл. – Его след теряется на Юго-западе. У меня есть все основания полагать, что он попал в руки священников.
Услышав, что придется вступить в противоборство со священниками, Сид расцвел. Ричи же расстроился, прекрасно зная, чем обычно заканчиваются попытки мозолить глаза наместникам божьим, наделенным к тому же мирской властью.
- Ученый? – с чувством спросил Сид.
Билл кивнул.
- Врач.
- Ох ты черт! – не удержался Ричи. – Настоящий?
- Даже слишком, - буркнул Билл. – Ничего против не имеете?
- Да хоть сам дьявол! – воодушевленно возразил Сид. – Врач, значит врач. Голову или целиком?
- Хоть волосок с его головы упадет, денег не получите. Человека зовут Рэй Аркано. Найдите, если у него проблемы – решите их. Выбор средств на ваше усмотрение.
Сил улыбался и, казалось, совсем не слушал.
- Проблемы – это священники? – сварливо поинтересовался Ричи.
- Возможно. Если у него нет проблем, помогите ему в том, что он делает. Иными словами – охраняйте. Через полгода жду вас в Новой Мекке на доклад. Спросите в трактире Билла, вам скажут.
- Расплывчато, - резюмировал Сид. – Но занятно. А если вашего Аркано уже благополучно исповедали на виселице?
- Тогда остаток денег получите за справку от шерифа или священников. Но если это так… - Билл оборвал сам себя. – Значит, привезете мне в Новую Мекку справку.
- Да, задаток… - вспомнил он вдруг и зашарил под дубленкой, извлекая целлофановый мешочек, полный прозрачных и розовых пластиковых кружочков. – Одна треть.
- А если то, что Рэй Аркано делает, не уложится в полгода? – сообразил Ричи.
- Тогда приедет один из вас, и разрешаю нанять третьего, на замену.
Вереница остался доволен, а Ричи сделал вывод, что дело Рэя Аркано точно не закончится до лета. Но при виде тысячи с гаком денег, да еще в пакете из редкого целлофана, Ричи на миг позабыл все тревоги. Потом задаток перекочевал под дубленку Сида, искушение убралось, а Ричи остался с опасениями и усталостью.