Волкoff

ПРОЛОГ

Выйдя из такси, Валентина Юрьевна придирчиво огляделась. Небольшой посёлок, по недоразумению включённый в черту города, казался начисто оторванным от цивилизации: обветшалые домики по обе стороны грунтовой дороги, покосившиеся фонари с ворохом проводов, чёрной паутиной тянувшимся к постройкам, собачий лай и петушиный крик, доносившиеся из-за заборов… И в воздухе веяло чем-то таким, деревенским. Навозом, наверное.

Поморщившись, госпожа Волкова уверенно направилась к нужному дому. Жилище ведьмы ничем особо не отличалось от соседних построек, разве что казалось более старым, почти древним, но разваливаться не торопилось. Вообще, вид оно имело жилой и вполне ухоженный: в палисаднике под окнами пестрели поздние тюльпаны с махровыми бутонами, окна в свежевыкрашенных белых рамах сверкали чистотой, давая неплохой обзор на внутреннее убранство. Петли на калитке не скрипнули, и простая деревянная дверь оказалась не заперта, так что на порог Валентина Юрьевна ступила уверенная, что ведьме о прибывшей гостье ничегошеньки не известно. Наивная.

Чародейка чувствовала и вела свою посетительницу с тех самых пор, как на глаза госпоже Волковой попалось объявление в газете. Бюджет на рекламу Мария отбила буквально за пару дней, предусмотрительно вставив в текст коротенькое заклинание, пробуждающее интерес. Вот так скользишь между делом по типографским строчкам скучающим взглядом и вдруг задумываешься над тем, что неплохо было бы посетить талантливую ясновидящую. А тут как раз и объявление подходящее… Крохотулечное, где-то в уголке, напечатанное самым минимальным кеглем, который можно распознать без лупы, но внимание уже приковано, руки сами набирают указанный номер, а то и ноги сами собой спешат на улицу, искать подходящий транспорт до нужного адреса. Нет, на всех магия, разумеется, не действовала, только на потенциальных клиентов. Тех, у кого и прежде мелькала мысль обратиться к ведьме за советом, так что паломничества к скромному одноэтажному домику не наблюдалось.

Но эта клиента была особенной. Внешне вся такая уверенная, гордая, но внутри дрожал, пытаясь укрыться за спокойным фасадом, огромный страх. Он плескался в глубине сапфировых глаз, угадывался в лёгкой дрожи холёных пальцев, усыпанных бриллиантовыми кольцами… Но чего же настолько боится потомственная волчица?

– Добрый день, – вежливо поздоровалась Мария, заставив гостью вздрогнуть от неожиданности. Да, немного трав и щепотка магии вполне способны обмануть даже оборотня, успешно отведя глаза. Гостья стояла почти напротив ведьмы, но до того в упор её не видела. И не чуяла.

– Здравствуйте, – настороженно отозвалась Валентина Юрьевна, с интересом разглядывая ясновидящую по объявлению. Чародейка оказалась значительно моложе, чем она думала. Лет тридцати с хвостиком, темноволосая, с глубокими тёмными глазами и смуглой кожей. Не цыганка, но что-то романское во внешности проскальзывало. И ореол силы вокруг неё тоже казался каким-то мрачным, будто тень расплылась за спиной.

– Ну, с чем пожаловали? – ведьма скрестила руки на пышной груди и вскинула густую смоляную бровь. Глаза в опушке угольно-чёрных ресниц смотрели прямо, не мигая. И взгляд этот – слишком внимательный – госпоже Волковой не понравился.

– А разве ясновидящей что-то неизвестно?

Мария фыркнула. Почти все клиенты начинали свой разговор с этой фразы, будто желали побольнее уколоть, заранее принизив ведьминские таланты. И невдомёк им, что ясновидящая не только маг, но и психолог, которому для максимального результата в обязательном порядке нужно выговориться, озвучив проблемы, которые привели сюда.

– Ну, если желаете, – недобро ухмыльнувшись, начала чародейка. – Вы Валентина Юрьевна Волкова, пятьдесят один год, вдова. Соболезную, кстати – такая потеря для стаи… Из семьи остался единственный сын Сергей, получивший своё имя в честь отца, потому что вы отчаянно желали, чтобы хотя бы один Сергей любил вас всем сердцем и душой. Второй ваш облик – волк, ну это и неудивительно с такой-то фамилией и наследственностью, но вы не оборачивались уже много лет, потому что чувствовать человеком не то же самое, что зверем. И зверь видит больше. Больше, чем вам хотелось бы. А пришли вы оттого, что боитесь. Боитесь, что ваш сын – гей.

– Нет! – воскликнула гостья, до побеления костяшек стиснув пальцы на сумочке от Louis Vuitton.

– Значит, не боитесь? – ехидно прищурилась Мария, заметно повеселев. – Ну, тогда я могу открыть вам правду насчет его ориентации, ваш сын...

– Серёжа не гей! Оборотни такими глупостями не страдают! – огрызнувшись, топнула ногой Волкова. – Ему просто не повезло ещё найти ту, единственную.

– Ага-ага, – закивала ведьма, – а вы хотите помочь сыну в поисках. Ведь мама плохого не посоветует.

– Для любого волка есть пара, – уверенно произнесла Валентина Юрьевна, но пальцы на сумочке сжались с удвоенной силой.

– Даже для вас? – Мария нарочно и с большим удовольствием наступила на больную мозоль женщины. Синие, как море, глаза волчицы потемнели от гнева, ноздри хищно расширились, а холёные ногти, кажется, глубоко вонзились в мягкую кожу брендового аксессуара. Но оборачиваться на волне эмоций госпожа Волкова не стала, удержалась. Она прекрасно умела сдерживаться, за годы брака отточив способности к контролю до мастерства. Йога и духовные практики, как оказалось, прекрасно работают на оборотнях, не зря она каждый отпуск летала в Гоа в поисках буддийского просвещения.

– Я любила своего мужа, – холодно заявила она, не желая продолжать разговор в данном ключе. Как-никак, ведьма нужна для счастья Серёжи, а брак с его отцом, каким бы он ни был, дело уже былое. Сергей Волков-старший умер, и не стоит бередить память о нём.

– Любовь бывает разной… Порой она едва ощутима, а порой доходит до безумия. Но вас сейчас интересует будущее сына, я поняла. Хотите найти ту, что принесёт любовь оборотню?

– Хочу, – жарко выдохнула Валентина Юрьевна, делая стремительный шаг вперёд. Прижала к груди исцарапанный Louis Vuitton: – Я заплачу, сколько скажете.