Процессы банкротства в Германии и их регулирование для различных форм собственности. Cтороны процесса. Корпоративное право. Часть 8.

В предыдущей публикации уже были очертаны основные рамки процесса банкротства и применимые в нём нормы права. Далее следует рассмотреть стороны этого процесса, их права и обязанности и некоторые важные этапы этого процесса. 
 
5. Кто такой управленец процесса несольвентности (Insolvenzverwalter)
 
Основная его задача это полное и контролируемое управление компанией, её активами, имуществом и её присутствием на рынке. Им составляется подробный список имущества, должников, кредиторов, поставщиков или иных партнёров по бизнесу компании, а так же контролируется текущая работа компании при выполнении заказов и осуществлении различных платежей. 
 
Им могут быть расторгнуты договоры, которые «обременяют» активы компании, т.е. управляемую им массу и которые относятся к различным областям деятельности компании, напр. договоры аренды, найма, членства, лизинга, трудовые договоры и т.д.
 
В его полномочия входят так же  возможность отзыва, возврата и других правовых инструментов, которыми в активы компании могут быть возвращены материальные ценности.
 
Одной из его задач является так же составление отчётности о состоянии дел компании, из которых возможно установление экономических причин попадания компании в ситуацию банкротства, ошибок в предыдущих действиях управленцев или владельцев компании.
 
Одним из первых официальных действй назначенного судом управляющего, является сообщение об открытии процесса всем деловым партнёрам должника. Сообщение содержит обычно:
— требование в указанный срок заявить о всех материальных претензиях к должнику с приложением копий счетов, договоров или иных документов поставок или платежей,
— требование вести деловую и коммерческую переписку по уже имеющимся сделкам только с управляющим,
— предложение о заполнении анкеты для определения ранга и очерёдности в требованиях относительно других кредиторов и др.
 
После сбора такого рода «данных о состоянии и содержании требований кредиторов» происходит проверка на правовую обоснованность требований, возможность их отклонения или корректировки и принадлежности к виду и срокам удовлетворения. Все эти требования и кредиторы находятся в т.н. «несольвентной таблице» (Insolvenztabelle). Удовлетворение этих требований происходит в соответствии с рангом и наличием средств.
 
6. Работа с кредиторами
 
В процессе работы управленца и его общения с кредиторами по вопросам удовлетворения требований, напр. при собраниях кредиторов, управленец не только отчитывается о состоянии компании, но и составляет план выхода компании из несольвентности. Такой план предоставляется на собрании кредиторам и совместно принимается решение о продолжении ведения дел компанией и её присутствии на рынке или о её закрытии.
 
Во всём этом процессе обычно существуют несколько собраний с кредиторами, так как после быстрого нахождения ошибок в управлении, их устранения назначенным управленцем и после использования своих полномочий для увеличения активов компании, в течение первых же недель или месяцев после назначения судом управляющего – дела компании могут резко улучшиться, что так же отражается в отчётах и решениях кредиторов о дальнейшей судьбе компании.
 
Нередко на таких собраниях предлагаются и одобряются те коммерческие действия, к которым должник небыл готов или избегал их при управлении компанией и которые не редко могли бы предотвратить неплатёжеспособность. Так наличие объектов индустриальной или торговой недвижимости у должника может быть использовано для увеличения массы путём их продажи, или с использованием таких инструментов как «sell-and-leasе-back» без ощутимых изменений в процесса деятельности. 
К таким нежелательным, но необходимым действиям могут относиться отмена бонусов, дивидендов, премий, перенесние внутренних расходов в режим аутсорсинга и использование других, более экономных поставщиков, партнёров, услуг и т.д.
 
7. Честность в объективной оценке.
 
Сущесвуют ситуации, типичные для должника, который знает о банкротстве и пытается уберечь части своего имущества от реализации в процессе банкротства. Подобные действия так же не являются изобретением и расцениваются как сугерирование размера долгов, которые не обеспечены материальными ценностями компании или должника. 
Такие действия являются обманом кредиторов и санкционируются положниями Уголовного Кодекса напр. в § 283 StGB. Наказуемо так же умышленное пособничество одельному кредитору при банкроте § 283c StGB (Glаеubigerbegünstigung).
 
Честность в определении имущственного состояния должника с другой стороны поощряется готовностью кредитора на списание остаточного долга. Как указано выше, такая возможность освобождения от остаточного долга должна быть заявлена должником при его обращении в суд. Предусмотрена такая возможность в § 286 InsO (Restschuldbefreiung) и касается она физических лиц
 
Практическим выражением такой честности и готовности является обязательное заявление должника о том, что на протяжение 6 лет с момента начала процесса, все поступления от его деятельности передаётся в управление и распределение т.н. доверенному (Treuhаеnder). 
 
8. Ограничения в распоряжении имуществом.
 
Должнику должно быть особенно понятно, что с момента, когда ему стало известно о наступлении неплатёжеспособности он ограничен в праве свободного распоряжения своим имуществом, что исходит из положений § 81 InsO. Любые подаренные, проданные, сданные в аренду, перенесённые за пределы юрисдикции материальные ценности могут повлечь за собой в результате недействительность таких сделок, что и регулирует вышеназванная норма.
 
9. Смена ролей участников рынка при несольвентности.
 
Как указывалось выше, в процессе несольвентности и назначении управляющего, он контролирует и осуществляет все коммерческие действия компании, будь то заказ, поставка, исполнение или оплата. В некоторых ситуациях непроинформированный или давно забытый деловой партнёр должника может войти с ним в деловые отношения, осуществляя коммерческие действия (оплата, поставка и т.д.) или заключая договоры незная о банкротстве. Должнику в такой ситуации должно быть сразу понятно, что действия его «нового» партнёра могут оказаться недействительными и любой вид сделки может быть отозван, расторгнут управляющим, которого назначил суд.
 
В результате «новый партнёр» может оказаться либо в списке должников компании, либо нести потери от несвершившихся и расторгнутых сделок.
 
Поэтому должнику в процессе нужно так же принимать особо во внимание, что умалчивание о наличии управляющего и попытки заключить выгодную сделку с новым партнёром, может привести лишь к дополнительной ответственности как перед судом, так и перед партнёром, незнающим о текущем процессе несольвенности компании. 
 
Открытость и честность относительно статуса компании и роли её владельца и управляющего поэтому важна и при общении с партнёрами на стадии банкротства.
 
В следующих частях о банкротстве: об уголовной ответственности учредителей и управляющих GmbH, KG, органов AG, а так же об окончании процесса

А этот «управленец» является единственным на протяжении всего процесса банкротства, или на разных стадиях — разные управляющие? 



Eдинственным, но не лишён права доверять отдельные действия в различных стадиях другим «коллегам». 



Просто в России на разных стадиях банкротства с предприятием работают разные управляющие. Наличие одного управляющего, мне кажется, создает риски. Ведь он может «в одиночку» нажиться на банкротстве :) 



Интересно, с такой логикой нужно и место суда и налоговый орган постоянно менять, они ведь тоже «могут нажиться» (в недоумении...) 



Отчего такое мнение- закон о банкротстве подразумевает одного арбитражного управляющего работающего до последнего кредитора 



Да вспомнился что-то институтский курс на эту тему: там куча разных наименований арбитражных управляющих на разных стадиях банкротства. Вот и подумалось, что это одно из отличий между российским и немецким подходами к банкротству предприятия. 



Очень познавательная статья. Вижу множество аналогий с нашим законом о банкротстве, но описанный вариант процедуры, представляется мне более консервативным, по крайней мере по некоторым срокам. В России эти сроки редко превышают 1,5 года, а в Германии оказывается, внешний контроль может продолжаться до 6 лет. 



Очередной раз вы, Herr Haupt, убеждаете меня в том, что вместо ГД и СФ ФС РФ нужно иметь Институт Перевода Правовых Документов Нормальных Стран. А изобретать новый велосипед чаще всего неправильно