"Эликсир жизни". Книга о долгом взрослении

Последняя студенческая тетрадь

Самый неблагодарный, да и неприятный возраст — 17-20 лет. К жизни ещё не привык, к себе самому тоже. Ни жизни, ни людей не понимаешь, а между тем убеждён, что отлично всё видишь, понял и даже во всём слегка разочаровался.

Зинаида Гиппиус. «Живые лица»

10 марта

Ездили с Таней Пешкович в протестантскую церковь на улице Воровского. Выступал темнокожий американский проповедник. Общее впечатление от происходящего – хорошо продуманное шоу, захватывающее, будоражащее и, по моим личным меркам, даже несколько кощунственное. Зачем я поехала на это религиозное собрание?

Хотела узнать, чем они привлекают людей, противопоставляя себя официальной церкви, причем любой официальной - православной и католической. Почему здесь так нравится Тане? Все стало ясно с первых минут. Ба! Сколько знакомых приемов и психотехник!

Эффектный оратор, умеющий управлять толпой, отличное музыкальное сопровождение, щедрая атрибутика. И толпа. Истово жаждущая исцеления, утешения, да просто желающая повыть в один голос: «Иисус! Мы любим тебя! О-о-у-е!"

Признаюсь, зрелище это так завораживало и будоражило, что мне тоже хотелось подчиниться общему ритму, стать единичкой сообщества единоверцев, но, в то же время, какая-то часть меня оставалась холодной и беспристрастной. Она просто наблюдала и анализировала. Кем для них является Иисус? Веселым понимающим другом, своим парнем, который всегда поддержит, решит все проблемы. "О, кей, Иисус, мы с тобой! Ты наш кумир, наша суперзвезда, свой в доску!"

Мне захотелось уйти - здесь слишком часто звучало Твое имя. А я выбираю тайну. Я все-таки выбираю и люблю Твою тайну, Господи! Спасибо, что привел сюда и показал этот дивный, тщательно спланированный спектакль, словно шепнул тихонько: «И так бывает, и так могут славить меня и верить в меня».

Сказал, и вышел вместе со мной из этого чужого шумного дома.

13 марта

А я, оказывается, все та же. Так же замираю при звуках глубокого мужского голоса, теряюсь, глядя в спокойные, изучающие мужские глаза. По-прежнему жду, ищу своего Рыцаря. А ведь у меня есть Саша. Надеюсь, нашим отношениям ничего не будет грозить.

Ведь мужчина моей мечты, мой идеал – это я сама, родись я мужчиной. Мой лучший мужчина – во мне, как ни странно это звучит. И потому я иногда чувствую себя удивительно целостной, будто мужское и женское во мне слилось воедино. Ничего не требует тело, успокаивается душа. Становится легко, исчезает страх не встретить, не удержать, не пленить.

Может ты еще не появился на свет, а, может, давно уже умер. Живи я в те давние времена, любила бы Иисуса, сидела у его ног, вытирая их распущенными волосами, была бы вечно невинной невестой. Как знать, как знать... Говорят, Иисус был женат на Марии, прозванной позже Магдалиной. И у них даже остался ребенок. Мне нравится эта версия. А еще больше нравится роман Ивана Наживина "Евангелие от Фомы". Потрясающая книга. Вот этому Новому завету я готова верить всей душой. Но, может, быть есть что-то еще...

15 марта

Вышла из ванной такая умиротворенная-разморенная. Свернулась калачиком на кровати и задремала. Краем уха слышу стук в дверь и почти тут же горячее Ленино дыхание на своей щеке:

–Ты разве не хочешь повидаться с Савченко?

Сжалась в комочек и перестала дышать. В комнату тайфуном ворвалась Катя:

– Гутова, выходи! Мне нужно в город, будешь сама с ним общаться.

– Разве он еще не ушел?

– Сидит на кухне, ждет тебя.

Дремота исчезает. Встаю, расчесываю волосы, надеваю красную футболку и черные брючки. Какое странное спокойствие. Мы разговаривали легко, будто расстались вчера. На кухне холодно, сели напротив друг друга, он взял мои руки в свои, сжимал-грел замершие пальцы.

–Ты не думала, как у нас могло получиться? Я часто вспоминал тебя. Ты всегда меня понимала.

Он обещал прийти завтра. Мы обнялись у двери. Нет, просто он обнял меня и сказал вдруг: «Спасибо». Вот и все. Почему так спокойно? Разве такой встречи я ждала? Где моя радость, досада, обида? Ничего нет. Наверно, я уже перестала его ждать. А он зачем-то пришел. Может, силой своей памяти-тоски его притянула, вот он и явился молить о снятии "поводка". Неужели я так сильно держу?!

Перебираю в уме прошлый год, свою боль, слезы в подушку, одиночество. Ага! Наконец-то оно появилось, хоть какое-то чувство. Опасность! Мне предстоит еще пережить много боли из-за него. Нужно срочно обрубать все незримые щупальца, что протянулись к нему из моей души, срочно переключаться на учебу, Сашку, на что угодно. Лишь бы не возвращаться в ту невидимую петлю, что мешала дышать и жить.

18 марта

Все валится из рук. Второй день жду его, думаю о нем постоянно, вздрагиваю от каждого стука в дверь. Я проиграла, Сережа. Я сдалась. Я снова стала тряпкой, только приди и выжми скорее. ТОЛЬКО ПРИДИ… Но где я проиграла? Не так его встретила? Надо было налепить на лицо ледяную маску или не выйти вовсе? Так нет же, я была сама любезность: «Сережа, может, хочешь чая? Сядь подальше от окна, там холодно». Что за чушь я несла?!

Ни полграмма перца, ни одной царапины острым коготочком, ни одного даже игривого укуса. Пыталась мило беседовать, а в душе умоляла: «Только не уходи, только побудь со мной еще немножечко». Наверно, меня выдали глаза. Что мне нужно от него? Он - «балаболка», мерзкое, подлое чудовище... к которому мне до безумия хотелось прикоснуться!

Хотелось схватить его в охапку и спрятать от всех, сохранить для себя, чтобы слушать снова и снова его быструю, нервную речь:

– У меня каменное сердце, как, впрочем, и у тебя. Наташ.

– Нет, Сережа, у меня шелковое.

– Как в песне - «не пылает и не болит?»

– А я летом выхожу замуж.

– Не надо, рано тебе еще.

– Да ведь это шутка!

Смеемся, смотрим в глаза друг другу, а пальцы переплетаются, ласково гладят друг друга. Я уже не чувствую холода, а он вдруг напрягается.