Другие

34. Навсегда вместе

Сегодня я проснулась раньше обычного, по двум причинам, во – первых, мои непоседы кувыркались слишком активно, не давая заснуть, а во вторых, мне приснился Майк, вер-нее наше с ним первое свидание в лису на горе. Я как будто, пережила тот день заново! Все было так реалистично: шуршание листвы, ощущение ветра в волосах, его спокойный, приятный голос, теплые объятия, сладкие, нежные поцелуи.

Я лежала неподвижно на постели, в неком ступоре от переполняемых в этот момент меня чувств: было столько нежности и тепла, разливающиеся внутри меня все новыми и новыми разноцветными волнами.

Поняв, что заснуть мне уже точно не получится, переоделась, в легкую, облегающую кофточку в бело – синюю полоску, шорты и кеды, но уже на резинке, волосы решила убрать в два хвостика, спустилась вниз.

Была суббота, ребята еще наверняка спали, в отличие от меня – они ходят на занятия. Я прошла в столовую, где обнаружила Теда и Мэри, мило беседующих за чашкой свежее заваренного чая и только испеченных булочек с корицей. Вкуснотища!

— Доброе утро, – я поцеловала Мэри и Теда в щечку, — Я точно пришла на этот умопомрачительный запах булочек! – улыбнувшись, я погладила свой большой живот.

— Доброе утро Кирюш. Присаживайся, я сейчас приготовлю тебе кашу с фруктами, — Мэри выскочила из-за стола.

— Нет, Мэри, не стоит, я просто посижу с вами, чай попью.

— Кира, ты сегодня так рано проснулась, — Тед обеспокоенно посмотрел на меня, затем, его взгляд спустился на живот, — Всего семь утра. Как вы себя чувствуете? – под «вы», он имел в виду, меня и двойняшек.

— Хорошо, просто, эти непоседы, решили сегодня проснуться раньше времени. А тут витает такой аромат булочек, что я просто не смогла устоять! – я достала из кухонного шкафчика большую кружку и присела за стол. Мэри налила чаю, разрезала булочку по полам и намазав ее маслом, положила передо мной на тарелку, — Спасибо, ты со мной, как с маленьким дитем. Мама, так делала…

— А теперь я за тобой ухаживаю, и мне это только в радость, — Мэри тепло улыбнулась, взяв меня за руку.

Завтрак прошел в очень теплой атмосфере, мы разговаривали, смеялись, поглощая восхитительные булочки, тающие во рту, и запивая ароматным чаем.

Позавтракав, мы с Мэри приступили к готовке обеда, а для кого-то только завтрака. Тед, решил сегодня отвести день, для сада, а я помогала Мэри, как могла, где-то порезать овощи, где-то помешать еду, или просто веселя ее шутками. Так, мы дождались, когда же весь дом до конца проснется, и ненаглядные мученики учебы покинут свои теплые постельки.

После уже обеда, когда все снова рассосались по огромному дому: Ан учила лекции, Ник закрылся в библиотеке в окружении любимых книг, Чейс поднялся к себе.
Я тихо постучалась в дверь, услышав тихое «открыто», вошла в комнату. Чейс лежал на кровати с журналом в руках, по телевизору не громко играл музыкальный канал, шторы были почти закрыты, от чего в комнате был полумрак, вещи, как обычно были разбросаны по комнате.

— Чейс! – я тяжело вздохнула, подходя к окну, резко распахнув шторы, — На улице день, а ты как крот здесь сидишь!

— Лежишь.

— Что? – я повернулась к нему.

— Лежишь, а не сидишь, — он оторвался от журнала и улыбнулся.

— Какая разница? Еще в темноте читаешь! Ослепнешь так! – я сложила руки на животе.

— Я не читаю, а разглядываю картинки — он показал мне один из свои журналов для взрослых.

— И почему ты такой неряха? – я подошла к изножью кровати, присев на корточки, поднимая раскиданные, а по словам Чейса «сложенные на место» вещи, бросила их, прямо в лицо хозяину.

— Ау! Какая ты сегодня злая, Кирка! – он сощурился, убирая вещи с лица, — Оу…

— Что означает твое «оу»? – я уставилась на него.

— Тебе идут эти коротенькие шортики, — глаза Чейса сверкнули.

— Спасибо, просто на улице жуткая жара.

— Ну, так начало июня же, — он улыбнулся, — Просто… — он посмотрел на меня оценивающе, — Ты… что-то совсем мать, исхудала! Посмотри на себя – кожа, да кости. Ручки тростиночки, ножки тоненькие, прям беременный таракан, – он громко рассмеялся, затем присев на кровати, взяв меня за руку, притянул к себе, я присела рядом.

— Чейс, ты, конечно, умеешь делать комплименты.

— Кирюш, — он пристально вглядывался в мое лицо, — Действительно, ты выглядишь уставшей, круги под глазами, исхудала… Как ты себя чувствуешь?

— Чейс, я просто сегодня плохо спала… Но, действительно, двойняшки, отнимают от меня много сил… — я тяжело вздохнула, поглаживая ладонью живот, — Но, осталось со-всем ничего, примерно, три недели, и малыши родятся.

— Да, время быстро идет. Ты уже мама, а с этими хвостиками, похожа на маленькую девчонку, – он накрутил прядь моих волос на палец.

— Чейс, я хотела тебя попросить отвезти меня, кое-куда.

— И куда же ты хочешь?

— В лес.

— За грибами и ягодами? – он улыбнулся.

— Очень смешно! – я шикнула на него, — Нет, просто, я знаю одно место, где сейчас хо-тела бы оказаться. Я покажу тебе дорогу.

— Хорошо, тогда поехали.

Указав дорогу до заветного места, и попросив Чейса остаться в машине (после недолгих уговоров, он все же отпустил меня одну), я пошла через лес, к поляне. Как и в моих воспоминаниях нашего с Майком первого свидания, деревья расступились, отрывая вид на небольшую, зеленую поляну, обрыв, и бескрайнее небо. Все было так же, как в моем сне, только без Майка.
Я подошла к краю обрыва, посмотрев вдаль на казавшийся таким крошечным город, затем на голубое небо и спокойно проплывающие белоснежные, словно ватные облака.

— Вот здесь, мои малышки, было наше первое свидание с вашим папой, – я гладила живот, — Это было очень романтично, закат, первый поцелуй, — улыбка сама появилась, при этих воспоминаний.

— Кира, — тихий голос за моей спиной. Испугавшись, я резко обернулась, увидев перед собой Майка. Видимо, от шока, я сделала шаг назад, но в тот же момент не почувствовала под собой земли. Еще мгновение и я в крепких объятиях любимого, наверное, это продолжение сна.

— Кирюш, осторожнее, — Майк крепко держал меня в своих объятиях, не переставая разглядывать меня.

— Это сон? – я захлопала глазами.

— Нет… это не сон, я действительно здесь.

— Но, как?

— Я вернулся домой, решил побыть немного в своем любимом месте…

— О Боже! – по телу пробежала дрожь, а ноги подкосились, осознавая, что передо мной действительно стоит Майк. Он перехватил меня, осторожно усадив на нашу с ним импровизированную скамейку, — Мне… просто не верится… — я как дура уставилась на него, не веря, что он рядом.

— Кирюш, — Майк глубоко вздохнул, в его глазах читалось грусть, боль, — Я не знаю, как загладить свою вину, что сделать, чтобы ты простила меня. Милая, любимая, прости меня, если сможешь, за все, что я наделал, за то, сколько боли причинил тебе! – он опустился на колени, возле меня, целуя мои руки, по его щекам бежали слезы.

— Майк, что ты здесь делаешь? Почему ты здесь, а не в Лос – Анджелесе? И как я могу тебя простить, если ты бросил меня, променял, обманул? — я кричала, а голос предательски дрожал, глаза жгло от слез.

— Я действительно виноват, что тогда бросил тебя, исчез… Но, я был настолько зол на тебя и Чейса! Мне казалось, что вы предали меня, мою любовь, мои чувства, что я не мог находиться рядом с вами, но страшнее было, от осознания, что я наделал! Я чуть не убил брата и любимую девушку! – Майк закрыл лицо руками, — В тот момент я действовал по наитию, не думая и не соображая! Во мне была только черная, всепоглощающая злость, и дикая ярость! Я не понимал, что случилось, почему я изменился. Чувствовал ужасную боль внутри, чувство отчаяния, страха, призрения к себе, пожирали меня изнутри! Милая, — Майк поднял на меня красные глаза, — мне никогда не загладить свою вину, но прошу простить меня, – он взял меня за руки, — Я не могу жить без тебя!

— Но… но как же Мишель, вы ведь обручены, любовь и все дела? – слезы предательски скатились по щекам, а сердце застыло в ожидании ответа, словно приговора.

— Кирюш, я действительно виноват перед тобой, что не рассказал о Мишель сразу, как только мы стали встречаться, я боялся потерять тебя, что ты все не правильно поймешь, а получилось все еще хуже.

— Я не понимаю, объясни!

— Действительно, я и Мишель были обручены, с самого детства мы были вместе, нас сводили, как кошек! – Майк сплеснул руками, — Наши семьи дружили, мы виделись на каждые праздники, знаменательные даты, на каникулах и по любому поводу. Казалось, что мы просто привыкли к друг другу, что просто смерились с этой участью, или просто действительно поверили, что любим друг друга, не знаю… Да, мы встречались, но это было до тех пор, пока однажды я не увидел на улице девчонку в рваных джинсах и рас-трепанным хвостиком на голове, которая бубнила себе что-то под нос! – он посмотрел на меня, нежно взяв за руки, — В тот момент, ты была смешной и милой одновременно. Ты сразила меня. Я влюбился и потерял голову. Когда мы начали встречаться, я понял, что до этого никогда не любил по-настоящему, что действительно еще ни к кому не испытывал таких искренних, сильных, чувств, которые поглощают тебя целиком, которые заставляют тебя летать от счастья, или выть от дикой боли в груди! Когда приехали мои родители, ты помнишь? – вспомнив тот момент, я утвердительно мотнула головой, — Я встретил их, и тем же вечером рассказал им, что повстречал удивительную девушку, которую поистине люблю, и с которой хочу быть всегда рядом, пообещал познакомить их с тобой, — он улыбнулся.

— Да, но потом мы…

— Именно, мы, вернее ты бросила меня, – Майк нахмурился.

— Эй! Я вообще-то извинилась за тот случай! Ты давай рассказывай, не отвлекайся! – я состроила серьезный вид.

— Так вот, как только все устаканилось, и тебя выписали из больницы, я тут же позвонил Мишель и сообщил ей, что разрываю помолвку. Объяснив ситуацию, понимаю, что по телефону дела не делаются, и это было не красиво с моей стороны, но я не мог оставить тебя одну, тем более, когда появился Джастин со своими выкрутасами, — после этих слов, я, тяжело вздохнула, вспомнив минувшие события.

— Тогда, почему ты ездил к ней? Почему ничего не сказал?

— Мишель отказывалась верить, что между нами все кончено, кричала, что это не правда, что я не могу так с ней поступить… А потом позвонила и сообщила, что ожидает меня на своем дне рождении, а в случае моего отказа, приедет сама и устроит всемирный скандал! – Майк вздохнул, запустив пальцы в смольно-черные волосы, взъерошил их.

— И ты поддался на провокацию, — тихо закончила я, — Но… почему не рассказал мне? Я бы все поняла! Ты думаешь, я не замечала перемены в твоем настроении? И этот запах, звонки и женский голос?! Майк, ты мучил меня подозрениями к тебе! Мне было больно, очень больно! – горячие слезы покатились из глаз, увидев это, Майк очень нежно обнял меня за плечи, и я уткнулась лицом ему в грудь.

— Кирюш, я такой идиот, прости меня!

— Майк, а как же тогда, тот факт, что когда мы с Чейсом прилетели в Лос – Анджелес, Мишель твердила, что вы до сих пор вместе?! – я вперила пристальный взгляд.

— Та же старая пластинка, когда я исчез, то поехал к родителям, жил какое-то время у них, а Миша, как только узнала, что я в Л-А, сразу заявилась к ним. В тот момент мне было ужасно плохо, внутри словно пустота, зияла огромная дыра, я потерял любимых мне людей, я потерял тебя, и хотелось умереть! Но, больше я ненавидел себя за произошедшее. Первые дни, я закрывался у себя в комнате и не выходил, затем неделю не вылизал из баров – напиваясь до беспамятства, я готов был сделать все, что угодно, лишь бы не чувствовать эту жуткую боль в груди, и столь жалким созданием…

— И тогда, на твоем горизонте появилась эта черноволосая красавица, с серыми глазищами и длиннющими ногами?! – от злости, я сузила глаза, увидев мою реакцию, Майк улыбнулся.

— Да, она появилась, не слушая мои причитания, гнев, пьяные крики и выходки – вытащила меня из той ямы, в которую я сам себя загнал…

— Ты думал… тебе одному было больно и тяжело?! Ты знал, что только благодаря Нику, я сейчас жива и у нас родятся дети? – после этих слов, Майк приложил ладони к моему животу, — Ты знал, что Чейс был в ужасном состоянии? Он лежал в больнице!

— Боже, что я наделал…

— Что было, то уже прошло… — я тяжело вздохнула, — Ты отошел от темы, что там с Мишель?

— Я… мы не вместе, я ей сто раз это объяснял! Но, она как будто меня не слышит. Я, конечно, благодарен ей, за все, что она для меня сделала, не более. Поэтому я уехал. И видимо, именно тогда вы с Чейсом и приезжали… А когда вернулся… родители сообщили, что познакомились с тобой! Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать! Но, вы уехали, а ты сообщила им, что между нами все в прошлом, – он закрыл глаза, — Я поехал к Вич-чи, узнать у них, что произошло, но они – Мишель с Каем отмалчивались, как два партизана. И только Жан мне все рассказал. Рассказал, что вы вдвоем действительно приезжали, что он видел тебя, мою малышку. И что… ты носишь моих детей! – на этих словах, глаза Майка загорелись огнем счастья, я это почувствовала. - Узнав это, я был шокирован, а осознав, просто не поверил! Неужели, я стану отцом? А затем, он рассказал, что увидел… наши дети особенные. В них заключены большая сила и огромный дар, – он улыбнулся, взяв меня за руки.

— Расскажи об этом подробнее, потому что я ничего не знаю об этом!

— Жан увидел, что у наших двойняшек… Они обладают даром бессмертия, вернее награждать любого человека бессмертием и вечной молодостью, и еще, лечить любые болезни! Представляешь, что они в бедующем смогут делать. Это же панацея от всех болезней. Это действительно дар! – услышав это, я погладила себя по животу, — И вот, я здесь… Кирюша, милая, сможешь ли ты меня простить? Я так виноват, я столько сделал зла… Я бросил тебя и своих детей… — на эту тираду, я нежно погладила Майка по мягким волосам.

— Вот, видите, малышки, это ваш папа гулящий, я рассказывала вам о нем! – я улыбнулась.

— Не гулящий, я потерянный…. Но я вернулся, — он наклонился, и прижался ухом к мо-ему выпирающему животу, — И я очень люблю вас, – тихо добавил, на что, тут, же последовал толчок.

— Ух, ты! Они тебе рады! – я улыбнулась.

— Ты простишь меня?

— Уже простила.

— Я люблю тебя, – Майк обнял меня.

— Взаимно, – нежный поцелуй, такие ласковые руки любимого человека, его запах, взгляд, я так долго об этом мечтала.

— Майк, больше так не делай, прошу тебя. Лучше все сразу расскажи, я все пойму, только не мучай! – слезы с новой силой хлынули из глаз.

— Обещаю, больше никаких секретов.

— Ты ведь обещал, тогда в больнице, что больше не бросишь меня! – скулила я.

— Прости, я обещаю! – он крепче прижал меня к себе, — И кстати, — Майк что-то достал из кармана, — Это принадлежит только тебе, моей любимой и единственной девочке! – на его ладони лежало то самое кольцо, которое я вручила Мишель, — Оно твое, и если, — он медлил, — Если, твое согласие связать свою судьбу со мной навсегда еще в силе… Ты будешь моей женой, единственной, желанной, и безумно любимой? – Майк, смотрел на меня, а у меня внутри все сжалось, я не верила, что все это реально, сердце колотилось в бешеном ритме.

— Конечно! Да, я буду твоей женой! – я крепко обняла любимого, целуя.

Тут послышались чьи то шаги, обернувшись, увидела ошарашенного Чейса, он стоял неподвижно, с открытым ртом.

— М-майк?

— Привет брат.

— И тебе не хворать, — Чейс видимо, уже отошел от шока.

— Чейс, я вернулся, чтобы просить прощения у вас с Кирой, за все что совершил…

— Ага, и судя по тому, что вы обнимаетесь, она тебя простила? – он чуть улыбнулся, сложив руки на груди.

— Да, простила, а ты? Сможешь ли ты, простить меня? Я был не прав, эта сила, она изменила меня, сделала неуправляемым…

— Я подумаю… — насупился Чейс, — Может, после пары тумаков я тебя и прощу! – они засмеялись, — Что? Вот увидишь, даже не смотря на то, что ты теперь у нас «Рембо» ходячий! – они обнялись.

Затем, мы все вместе вернулись домой. Состоялся тяжелый разговор между Майком и Ником. Они долго разговаривали, Майк большую часть объяснялся и извинялся, я то успокаивала Ника, объясняя, что люблю Майка, что ношу его детей под сердцем, что не смогу жить без него, то обнимала Майка, показывая, что я на его стороне. Долго Ник не смог сдерживать оборону, и сдался. Они обнялись, что означает, в нашем доме снова МИР! Все мы были просто счастливы воссоединению семьи. Мэри от счастья лишилась дара речи, просто обнимала его, радуясь за нас, Тед был тоже счастлив, Ан бегала вокруг нас – сияя как новогодняя елка.

Все наладилось. Мы стали и дальше жить большой семьей в большем доме. Майк нагнал программу и готовился к сессии, а все свободное время проводил со мной, не спуская с рук, как драгоценность.

Подходило время, оставалось до родов неделя или две, ребята бегали с чугунными голо-вами из-за экзаменов, а я тихо хихикала над ними, маясь от безделья. Но Майка больше волновали не экзамены и сессия, а мое состояние, которое ухудшалось с каждым днем. Его волновала моя болезненная худоба, упадок сил. Мне стало тяжело подниматься по лестнице, чтобы добраться до комнаты, приходилось передвигаться очень медленно, де-лая перерывы, чтобы отдышаться. О болях в позвоночнике, голове, да и во всем теле я пыталась скрывать, иногда тихо плача в ванной, за шумом открытого крана, чтобы никто не догадался. Я понимаю, что мне надо немного подождать, что моим деткам нужно много сил, для скорого роста и развития, и я терплю.

Однажды вечером, удобно устроившись на плече любимого, устроили с ним «мозговой штурм» по поводу имен для малышек. Долго размышляя и даже споря, мы остановились на том, что Майк придумает имя сыну, а я дочке. Так что у нас будут Ноэль и Элизабет (в честь моей мамы).

Я так же рассказала Майку, что уже заранее видела во сне наших деток. Подробно их, описав, не забыв сказать, что они точная копия папы, их глазки так же прекрасны и цветом горячего кофе, но девочка симпатяжка, и ее волосы чуть светлее, как у меня. Услышав это, любимый был счастлив, сказав, что очень ждет их рождения.

***

Проводив своих грызунов науки после вкусного обеда, я поцеловала на прощание Майка, крепко обняв, вернулась на кухню, чтобы помочь Мэри с приборкой, затем преодолев ставшую уже ненавистную мне лестницу, вернулась в комнату, погрузилась в сон.
Из сна меня вывел стук в дверь и нежный голос Мэри.

— Кирюш, ты отдыхаешь?

— Нет, Мэри, что случилось? – я сонно протерла глаза, приставая на руках, чтобы усесть-ся по удобнее на кровати.

— К тебе пришли… сказали, близкие друзья, — она развела руками.

— Хорошо, я сейчас спущусь, — я хотела встать с кровати.

— Нет-нет, они уже здесь, — она вышла за дверь, — Прошу, проходите…

Когда гости зашли, и я увидела кто это… сердце ушло в пятки.