Не уступим Краснодару? Урбанист — о ливневках, метро и человейниках Ростова

Блогер-урбанист Артемий Зайцев нередко предлагает решения на основе сложившегося мирового опыта.

Как сделать город лучше, он рассказал rostov.aif.ru.

«Эконом» удобнее «комфорта».

— Артемий, почему вы заинтересовались урбанистикой?

— До 2015 года я, как и многие ростовчане, очень ждал метро. А когда этот проект закрыли, стал изучать, какие другие виды транспорта есть, и понял, что подземное метро нам совершенно не нужно. Для города такого размера, как Ростов, хорошо подходит трамваи или автобусы, которые ездят по выделенным полосам. С 2017 года я стал писать заметки про транспорт и снимать видеоролики на наших улицах, познакомился со многими общественниками. Одновременно писал обращения про пандусы, светофоры, ямы на дорогах. В 2020 году с другими общественниками создали группу «Урбанистика — Ростов», где пишем о городской среде. Мы начали участвовать в публичных слушаниях и разбираться в градостроительных документах.

Победы есть. Например, в 2019 году я снимал видеоролики про доступную среду, инвалидов и отсутствие пандусов. Организация инвалидов сделала обращения, и очень скоро в районе площади Ленина на 5,5 км тротуаров сделали 70 пандусов. Проезжая это место, я вижу курьеров доставки еды и вспоминаю, что вместе с организацией инвалидов помог и им.

— После сильных дождей в апреле и гибели пенсионерки горожане вновь задаются вопросом, что нужно делать с ливнёвками?

— Будущие коллекторы, которые построят в районах старого аэропорта и улицы Малиновского, не помогут остальному городу, который каждый раз тонет. На небольших улицах надо строить приподнятые пешеходные переходы. Это поможет ещё и снизить смертность в ДТП.

На Тульской, где погибла женщина, ливнёвка находится прямо на перекрёстке, на путях движения пешеходов и никак не огорожена. Жители неоднократно жаловались на эти ямы.

— Часто слышим, дескать, Ростов начинает уступать Краснодару…

— Ростов постепенно теряет статус столицы юга. Наш город с 2000 года вырос на 130 тысяч, а Краснодар официально — на 470 тысяч. В Краснодар приезжают люди со всей страны, привозя деньги и опыт, а в Ростов преимущественно едут жители области. Из самого Ростова переезжают в Москву и Краснодар. Население донской столицы заметно старше, и на 14 тысяч родившихся в год приходится 24 тысячи умерших.

Федеральные власти и бизнес замечают это и больше открывают филиалов в Краснодаре. Краснодарский край смог разрекламировать себя и привлечь много людей. Этот город не разрушил трамвайную систему, а главного архитектора освободили от выдачи разрешений на строительство.

Артемий Зайцев родился в Ростове-на-Дону. Образование — мехмат ЮФУ, прикладная математика и информатика. Основная работа — ведущий программист в веб-студии. Автор видеоблога о городской среде и ресурса «Урбанистика — Ростов».

Тем временем в Ростове трамвайную систему разрушили и долго обещали метро, расширили дороги до предела, вырубили много деревьев. Архитекторов постоянно судят за нарушения при выдаче разрешений. В правила землепользования и застройки (ПЗЗ) постоянно вносятся изменения, противоречащие генплану, разрешающие на месте зелёных и общественно-деловых зон строить жильё. Получаются гигантские районы без рабочих мест, жители которых работают за меньшую зарплату.

В Краснодаре запретили сносить любые дома в историческом центре — только реконструкция. Бизнес стал создавать рабочие места на окраинах. Проблем там хватает, но они хотя бы понимают, что надо делать.

— Жители недовольны появлением всё новых «человейников». Что с ними не так?

— Часто права граждан нарушают, когда объявляют ЖК жильём бизнес-класса. Школы, детские сады и поликлиники строят из расчёта 40 метров жилья на человека, и их гарантированно не будет хватать. Если заявить жилой комплекс комфорт-класса, то придётся построить на треть больше мест в школах, детских садах и поликлиниках, из расчёта 30 метров жилья на человека. Получается парадокс: комфорт-класс выгоднее, чем бизнес-класс. А эконом-класс, где расчёт 20 метров на человека — ещё лучше. Похожая история и с парковочными местами: их должно быть 335 на 1000 жителей. На подземных парковках помещается не более 20−30 автомобилей. Остальное застройщики «рисуют» на соседних улицах: приносят в департамент архитектуры справку, что там полно свободных мест, а те выдают разрешение. После сдачи дома жильцы обнаруживают, что ставить автомобиль некуда. Ещё в Ростове строят жильё в нарушение генплана в общественно-деловых зонах и зонах городских лесов. В итоге жители окраин создают пробки в центре. Хотя можно было строить бизнес-центры на окраинах, чтобы люди работали рядом с домом, как делают в Москве.

— Что в целом решило бы проблему пробок?

— Трамвай — очень хороший транспорт, который может возить намного больше людей, чем автобус и троллейбус. Но это не решение градостроительных проблем. Если продолжать застраивать Суворовский и Левенцовку такими темпами, как сейчас, то не справится никакой транспорт. Нужны рабочие места рядом с домом. Например, в Москве разорвали соглашения о строительстве деловой недвижимости в центре и заставили инвесторов строить офисы за пределами третьего транспортного кольца. Город помогает, выкупая до 30% деловых площадей, и потом сдаёт. И в Москве сильно уменьшились пробки. — В Ростове развивают городскую электричку. Это полезный проект?

— Городская электричка возит 200 тысяч людей в год и совершает в день несколько рейсов, это 0,1% от всех перевозок. Мы предлагаем по примеру Екатеринбурга продлить железную дорогу в районы, где живут люди, и связать удалённые концы города. Можно совсем недорого сделать ответвления в Левенцовку и старый аэропорт. Вдоль линии Левенцовка — Стройгородок — Нансена — Сельмаш — старый аэропорт могут регулярно ходить поезда за 45−50 минут. Аналогично можно связать Батайск, вокзал, улицу Нансена, старый аэропорт регулярным маршрутом. Такое наземное метро — существенное дополнение к нынешней транспортной системе и реальная возможность сделать скоростной транспорт.