Двое на острове

Глава 2

Когда в наш класс пришли новые ученики, уже стояло начало весны. Это больше, чем половина учебного года. Еще тогда в моей голове мелькнула недоуменная мысль: кто вообще переводится почти в конце года?

Их было двое. Сначала я даже подумала, что они друзья не разлей вода, даже перевелись вместе. Но парни стояли у доски, пока классный руководитель информировала нас о их переводе, и было видно, что их ничего не связывает. Они даже не смотрели друг на друга, совсем не вязались вместе. Просто никак. Настолько разные они были. Совпадение, что они перевелись в один день? Судя по всему – да.

Я с любопытством оглядывала их со своего места, на секунду встретившись с глазами одного из них. Голубые, почти как у меня. Но если мои были бледно-голубые (хорошо оттеняли мои волосы цвета воронова крыла), то у парня они оказались насыщенно васильковыми. Словно два ярких пятнышка на загорелом лице. Мы с ним даже были немного похожи. Цвет волос и глаз. На этом все. Моя кожа бела, как снег, он же явно вернулся откуда-то из теплых краев. Настолько загорелой была его кожа. Заметив мой оценивающий взгляд, он ни капли не смутился, даже слегка улыбнулся уголками губ. Я усмехнулась и глаз тоже не опустила.

Он неспешно, даже лениво оглядывал класс, и его бесцеремонность и расслабеная уверенность мне понравились. Другим девчонкам, судя во всему, тоже. Тася Калинина вся выпрямилась ровной стрункой, грудь вперед. Волосы на палец накручивает. Машка Кошкина улыбается во все тридцать два, нарощенными ресницами невинно хлопает. Парень улыбнулся и ей. Хоть бы укроп у нее между зубов торчал, зараза.

- Теперь представьтесь. – Наша класснуха повернулась к ним, доброжелательно сияя. – И расскажите коротко о себе.

- Что именно? – парень вопросительно поднял брови.

- Причину перевода, если не секрет, конечно. Мы не настаиваем. Было бы неплохо сказать пару предложений о себе. Чем занимаетесь, увлечения, хобби. Так, кто начнет?

Мы все уставились на них с любопытством. Темноволосый покосился на второго, и, не дождавшись от того инициативы, вздохнул и вышел вперед.

- Меня зовут Никита Крестовский. Причина перевода проста – хочу сдавать ЕГЭ в лучшей школе нашего города. – На этих словах Тамара Петровна отчего-то порозовела, как будто это лично ей был отвешан комплимент. – Занимаюсь футболом. В свободное время тем же самым, чем и обычные подростки – хожу в кино, тусуюсь с друзьями, плюю в потолок.

Он невинно улыбнулся, и мы все тут же растаяли. Голос глубокий, приятный. Он явно чувствует себя в своей тарелке. Довольно уверен в себе, и этим сильно меня притягивает. Я уже с неподдельным интересом разглядывала его с головы до ног. Модный современный образ: черные джоггеры, такой же свитшот, белая футболка, торчащая из-под свитшота. Все продумано до мелочей. Он хорошо впишется в наш класс, даже станет лидером. Я уверена в этом.

- Спасибо, Никита. Ты можешь выбрать место. Любое. – Тамара оглядела весь класс. – Давайте уступим им любое место, какое они пожелают, чтобы они чувствовали себя как дома.

Я нахмурилась, взглянув на своего соседа. Рядом сидел Володька Птицын. Он же Птица или Птаха. С досадой пихнула его локтем в бок, но он не проснулся. Обычно мой сосед меня устраивал. Мой личный крепостной. Птаха неплохо учился, часто и за меня успевал контрольные писать. Но сейчас мне хотелось, чтобы его рядом не было. Тогда Никита бы точно сел со мной. Я самая красивая девочка класса. В его выборе можно было бы не сомневаться.

Рядом послышался неприятный смешок, точно адресованный мне, и я с неприязнью повернулась к Сашке Виноградову.

- Серебрякова, тебе, что, Птаха все планы обломал? – он осклабился.

Снисходительно взглянув на него, выжидаю паузу, чтобы не показать, что меня задело его замечание.

- Шурик, ты все никак простить не можешь, что я тебя отшила? – Я растянула губы в приторной улыбке и пожала плечами. Мол, ничего не поделаешь. Он прямо весь позеленел от злости. И “Шурика” терпеть не может, уж я-то знаю.

Шурик тоже за мной увивался долгое время. Таскал мой невесомый рюкзачок, всюду меня провожал, как истинный верный пес. Меня все устраивало, пока он не решил в женихи набиться. В прошлом году на день Святого Валентина в класс постучался младшеклассник с корзинкой валентинок. Кудрявый розовощекий амур. Большая половина валентинок предназначалась мне. Еще, под завистливые взгляды девчонок, он протянул мне красную розу с открыткой. Развернув открытку, я прочитала про себя:

“Аришка Серебрякова, я тебя люблю. Давай встречаться? С.В.”

Я тогда даже застыла от неожиданности. Повернулась к классу и к Шурику. Оглядела с недоумением его пухлые щеки, нос картошкой. Встала и-за парты, держа в руках подаренную розу. Шурик затаил дыхание. Да что там, весь класс затаил дыхание. А я подошла к мусорной корзине, медленно и церемонно бросила розу бутоном вниз, прямиком в эту корзину, к грязным бумажкам и яблочным огрызкам.

За спиной кто-то выдохнул. Я же обернулась и ослепительно улыбнулась.

- Шурик, у меня аллергия на такие “букеты”. Одна роза - это жуткий моветон. Извини, я не буду с тобой встречаться.

Он сидел красный, как вареный рак, пока ученики тихо посмеивались. Рядом по плечу его хлопал Тема Алексеев.

- Ну ты удивил. Это же Ледышка. На что ты надеялся, простофиля?

Ледышка. Снежная Королева. Ну или просто - стерва. Все это мои прозвища, так меня называли за моей спиной, и я тщательно выдерживала свой образ. Мне он весьма нравился поначалу. Я им гордилась. А потом я просто привыкла, и по другому уже себя вести не могла.

Сейчас Виноградов злорадно смотрел на меня, как будто имел хоть малейшее представление о том, что творилось в моей душе.

Но новенький поступил весьма мудро, не стал лезть на рожон. Он молча прошел к одной из пустых парт на галерке, и сел у окна. Все правильно. Какой дурак будет сгонять старенького ученика с насиженного места? Мы, между прочим, места выбрали еще в начале сентября, а в этом триместре просто сели точно так же, как и раньше. Потому что всем так удобно.