Я выбираю...

Глава 3. Дорога в никуда

Смотришь мне вслед, ищешь секрет…

Открой глаза и посмотри —

Здесь нет ни счастья, ни любви.

(c) Наив

Глядя на возмущённую Давыденко и взбешённого Бодлера, я в очередной раз убедилась в правильности своего решения устроить весь этот спектакль на свадьбе. Эгоистично, конечно, особенно по отношению к Егору и Лене, но Самойлов меня поймёт, я знаю. А вот насчёт всех остальных не уверена.

Мы стояли посреди банкетного зала и обменивались многозначительными взглядами. Зато другие гости вокруг восторженно шумели, а Ленкины родители уже вовсю пестовали Егора в качестве любимого зятя. Хоть кому-то угодила моя выходка.

-Лиза, иди отсюда, - зашептала мне Кристина, указывая куда-то в сторону. - Я его задержу. Иначе быть скандалу.

Проследив за лёгким движением руки Ребровой, увидела надвигающегося на нас мрачного Бодлера.

Спорить не стала, махнув на прощание Максу (Артур предпочитал делать вид, что меня больше нет на этой земле), я поспешила покинуть банкетный зал. Какие-то они все нервные сегодня, однако.

У запасного выхода меня опять встречал Никита.

-Закажи мне, пожалуйста, такси, - тут же прошу я его, нервно оглядываясь назад. Сил на разборки с Бодлером сейчас у меня не было.

-Машина уже подана.

Я вопросительно изогнула бровь.

-Евгений Львович распорядился. Я вас до дому отвезу, - сообщает Никита, и, галантно открыв передо мной дверь, повёл меня в скором темпе к одной из машин, сопровождавших Димку.

Территорию клуба мы покидали достаточно резво, из-за чего я чувствую себя предательницей. Можно подумать, что я не с работы увольнялась, а Родину продала. Хотя возможно это было одно и то же.

Никита вёл машину уверено и быстро, а по его сосредоточенному лицу было ничего не понять. Оно словно отражало весь процесс происходящего: едем и… едем.

Я откинулась на сиденье и попыталась расслабиться. Телефон в сумочке назойливо вибрировал, но смотреть и выяснять кто там, совершенно не хотелось.

В этот момент почувствовала себя такой старой и уставшей, от чего стало страшно. Что-то неприятное наваливалось на меня со всех сторон. Даже дыхание спёрло, так и хотелось расстегнуть тесный лиф платья.

Почему так? Я же знаю, что правильно поступила, вот только где моё облегчение, на которое так рассчитывала? Осознанно же выбрала сегодняшний день. Во-первых, это был способ избежать жестокого растерзания моей больной головушки всеми заинтересованными лицами. Во-вторых, я так боялась струсить, что опять сжигала мосты, не оставляя себе шансов на возвращение. Это как сорвать пластырь – резко и безотвратно.

Если всё правильно, тогда почему так хреново-то?

-Жалеете? – нарушая тишину, интересуется Никита

Устало жмурюсь, не зная, что точно ответить на этот вопрос, поэтому неоднозначно пожимаю плечами. Потом, правда, всё-таки тоже даю волю своему любопытству.

-Никит, а как вы так быстро в курсе всего оказываетесь?

Охранник (или кто он там) многозначительно улыбается и копирует мой жест плечами. Всё понятно, не моего ума дело.

-Сгорский, наверное, там счастлив, - не выдерживаю я, наконец-то, давая волю своему ехидству.

-Почему вы так решили?

-Ну а как иначе? Вон как подсуетился. Я же ещё, наверное, приказ о назначение читать не окончила, как он тебя с машиной за мной отправил, - я стараюсь говорить спокойно. Однако, получается всё равно как-то вымученно, словно меня это всё трогает. Поэтому с видимым пофигизмом добавляю. – Будь воля Евгения Львовича, он бы меня лично за ручку за пределы Москвы и Московской области бы вывел.

-По-моему, вы преувеличиваете. Думаю, он бы пока только Москвой ограничился, - шутит мой собеседник.

Натянуто улыбаюсь.

Вот почему меня это трогает? Дело ведь ни разу в Бодлере. Я решила уйти, потому что… так надо, мне. И если я за кого-то и должна переживать, так это за Макса и Артура. Большую часть жизни именно они были моей семьёй, центром моей вселенной, моим всем.

А Бодлер… Он мне нравился, очень, чисто по-человечески. Мы с ним сразу как-то друг друга поняли. Столкнулись лбами по какому-то рабочему вопросу и закрутилось. К слову случайно совершенно столкнулись, куда уж нам провинциальным дурочкам до самого Дмитрий Александровича, уже тогда занимавшего какую-то там строчку в журнале Forbes. Он ведь на тот момент и клиентом то нашим не был. Это я уже потом из вредности заявила ему, что всё дальнейшее общение только через договор о сотрудничестве. Заявила и сама же испугалась своей наглости, по сути блефовала, нечего мне было ему предложить. Дима это прекрасно понимал, но к своей чести, ни разу меня этим не попрекнул.

Так и завязались между нами то ли дружеско-деловые, то ли по-деловому дружеские отношения. Правда, в последнее время нашей дружбе стало тесно, что было проблемой. Димка был откровенно не против, чтобы между нами что-то закрутилось. А я… А я после своей тупой и детской влюблённости в Артура не могла пересилить себя. Но об этом совсем точно не хочется думать.

До последнего старалась не давать никому никаких надежд… Всё что было в Диминой голове, было только в Диминой голове. По крайней мере я на это надеялась, делать ему больно мне не хотелось. Поэтому, пристальное внимание к моей персоне со стороны Сгорского было мне не понятно. Это сегодня мы с ним малой кровью обошлись, парочкой взглядов и одним жестом. А так, я же знаю, будь его воля, он бы меня на Луну сослал, лишь бы подальше от царского тела, то есть Бодлера…