Святейший Послушник

Вселенский Патриарх и монастырский подпасок Нифонт

Святейший Послушник
Вселенский Патриарх и монастырский подпасок Нифонт

"Аще кто хощет старей быти,
да будет всех меньший и всем слуга"
– От Марка 9, 35

Содержание.

Предисловие.
1. Ранние годы избранника Христова.
2. Начало крестного пути.
3. Усердие о чистоте Христианства. Старец Захария.
4. Святой Афон.
5. В Дионисиате – монастыре святого Предтечи.
6. Призвание на епископскую кафедру.
7. Бремя апостольского служения.
8. Вселенский Патриарх. Невинные страдания.
9. Второе воззвание и второе изгнание.
10. Адрианополь. Валахия.
11. Ватопед. Священномученик Макарий.
12. Святейший Послушник Дионисиата.
13. Строгий инок.
14. Якорь "Патриарх".
15. Ко Господу.
16. Священномученик Иоасаф.
17. Посмертные события: Валахия и Дионисиат.
Послесловие.

Предисловие.

Великий древний афонский монастырь Дионисиат! Сколько цветов небесных, небесных кринов возросло в этом месте Удела Пресвятой Покровительницы Горы Афон, согреваемых и вдохновляемых священным дыханием его. Покровитель этой обители и святой Предтеча Христов и "Святейший Послушник" – святой патриарх Нифонт и поныне наставляют ее монахов высшей мудрости – смирению.

У входа в обитель пребывает величественная икона святителя Нифонта. Монастырь Дионисиат в сонме множества других святых взрастил этого человека – славу и украшение Афона и всей Церкви, по слову классика современной духовной литературы архимандрита Херувима (Карамбеласа). Святитель Нифонт II был Патриархом Константинопольским в 1486 – 1489 и в 1497 – 1498 годах. Но в земной жизни своей он просиял не только в подвиге апостольском, в подвиге святительском, но явил высочайшее личное смирение – смирение такой глубины, что стал в том превыше не только множества преподобных – смиреннейших героев духа, но удивил и ангелов Божиих. Плотью проходил он земное поприще, душою же пребывая на Небесах.

Пример его земной жизни очень важен для нас сейчас – для нас, одичавших без Пастыря Небесного, слабых душами, забывающих о главном событии жизни любого человека – о неминуемой смерти и водворении в мир иной, вечный. Ибо то смирение, какое явил патриарх Нифонт, свидетельствует о силе и целостности его души, которой суета и ценности мира сего не заслоняли сокровищ мира вечного, мира иного и лучшего. И если мы с вами, дорогой читатель, возможем хотя бы отчасти стяжать смирение, вдохновленные его смиренномудрием, то не напрасен будет труд наш. Да послужит нам примером и утверждением в добродетелях и житие дивного старца Исаака, одного из современных старцев Горы Афон, который сугубо чтил Святителя и старался ему подражать, через что и сам достиг совершенства и святости.;

; Жизнеописание старца Исаака, этого святого образца простоты и благочестия, составляет одну из глав книги архимандрита Херувима (Карамбеласа) "Современные старцы Горы Афон".

1. Ранние годы избранника Христова.

Родина Святителя – благословенная Греция. Его родители, Мануил и Мария, были весьма значительны в мире сем, но при этом имели счастливое устремление в мир горний: не власть, деньги и желания плоти привлекали их, но благочестие и добродетели. То счастливое устремление передалось и маленькому сыну их, наименованному в святом крещении Николаем, – будущему святителю Нифонту: в ранние годы его мало интересовали детские игры и шалости, в отрочестве он отличался скромностью. Николай имел прекрасное сердце, а при том и ум его отличался даром быстроты, позволившем ему быть лучшим учеником в своем училище.

В свободное время люди обыкновенно занимаются любимыми занятиями, таким любимым занятием у отрока Николая было чтение житий святых. Но не просто читал он, переключаясь с одного на другое. Цельная и благородная душа его стремилась подражать подвижникам. И юный подвижник, возревновав о сохранении своего целомудрия, ограничил себя в пище хлебом с водою.

2. Начало крестного пути.

Однако душа его искала большего. Николай, руководимый иеромонахом Иосифом, тайно покидает мир и скрывается от него в монастыре Епидаврион, где подвизался в те годы отшельник святой жизни отец Антоний. Так сильно желал Николай жизни в монастыре, что со слезами, боясь отказа, просил старца Антония разрешения остаться. Старец говорил ему о трудности и даже жестокости иноческого жития, особенно в юные годы, но Николаю тесно было в суете мирской, он ясно увидел, что все ценности мира не стоят ничего, он жаждал большого, он жаждал непреходящего. И старец, видя твердость желания его, оставил его, дал ему келлию и стал наставлять на путь подвижнический. Николай стал учиться добродетелям, стал учиться смирению, он пребывал в полном послушании Старцу, старался во всем ему подражать. Послушник понес первые подвижнические труды, он искал ангельского образа. Николай знал уже, наученный отцом Антонием, что к небу ведет лишь скорбный и крестный путь, и иного пути нет. Настал день, и Старец постриг доброго Николая и нарек его Нифонтом.

Тогда противник смирения гордый диавол усиленно восстал на него. Трудно было отцу Нифонту, ох трудно. Ведь он был еще молод. Враг насылал воспоминания об оставленном мирском богатстве, зарождал множество сомнений о правильности выбранного пути. Суетное мирское представлял большим, важным, вожделенным, силясь заслонить им истинно великие небесные добродетели. То было начало крестного пути отца Нифонта. Родители... Любимые мама и папа... Как там они? Ведь они плачут в разлуке... Господи, дай сил! Любовь к родителям не должна заградить любви к Богу. Где взять сил, чтобы быть вместе с родителями не в миру, а о Боге? Диавол толкал его в мир, к родителям, но память смертная удерживала в обители в уповании на жизнь вечную. Трудно было удержать мир душевный, тогда отец Нифонт шел к Старцу на откровение помыслов. И милость Божия через утешение и наставления старческие нисходила на него.

Отец Нифонт был светлым иноком: на тернистом крестном пути побеждал диавола. Но вскоре он был лишен мудрого и опытного водительства. Старец Антоний приспел у Господа; преисполненный славой подвижнической, он отошел в Обители Небесные.

3. Усердие о чистоте Христианства. Старец Захария.

Оплакивая своего Старца, отец Нифонт долгое время пребывал в безмолвии. Он удалился в крепость Нарда, где подвизался тогда в добродетельной жизни другой старец – афонский старец Захария.

В то время великое смущение было в Церкви Православной. Флорентийский собор из соображений политических принял унию с еретическим Римом, предал веру отцов, отвергшись чистоты Христовой. Отец Нифонт вместе со старцем Захарией пересек всю Грецию от Иллирии до Далмации, выступая против решения Флорентийского Собора, умоляя христиан остаться верными апостольскому Православию.

Шел 1453 год от Рождества Христова – страшный год земной истории. Турки покорили своему неистовству православный Восток и его столицу Константинополь. Насилия и кровопролития на знали границ. Отец Нифонт и старец Захария удалились в Ахриду, в обитель Пресвятыя Богородицы. Но не долго они подвизались вместе, ибо вскоре скончался митрополит ахридский Николай, и клир совместно со множеством мирян умолил Старца принять на себя иерархическое достоинство. Старец Захария был хиротонисан в архиерея, а блаженный Нифонт, видя искусительность своего положения при Владыке, стал смиренно отпрашиваться у него удалиться на Святую Гору Афон ради подвигов преподобнических в безмолвии.

–Когда я более всего требую твоего присутствия и нуждаюсь в тебе, при многосложном и тяжком, возложенном на меня звании, – отвечал на это владыка Захария, заливаясь слезами, – в то время ты хочешь оставить меня: в нуждах познаются истинные друзья и чада. Зачем же отрекаешься от меня, чадо мое Нифонте?

Слезы Старца тронули отца Нифонта, и он сам не смог удержаться от слез. Всю ночь провели они в молитвенном бдении, а под утро в тонком сне увидел Владыка Ангела Господня, повелевшего ему не удерживать божественного Нифонта.

4. Святой Афон.

И вскоре, соответственно с волей Божией, прибыл отец Нифонт на Святую Гору в обитель Пресвятыя Богородицы Ватопедскую. Потом удалился на Карею – столицу Святой Горы. Протом Святой Горы был тогда строгий и прозорливый старец Даниил.

Прот с радостью принял отца Нифонта, сказав при этом:

–Давно и от многих слышал я о тебе, а потому и просил Бога, чтоб удостоил меня видеться с тобою в настоящей жизни – и вот всеблагий Бог исполнил смиренное мое моление, зная, как ты необходим для здешней братии, требующей и образца подражания, и мудрых назиданий.

–Не требуют здравии врача, – отвечал на это смиренный отец Нифонт. – Не для того я прибыл сюда, чтобы пользовать, а пользоваться от других.

На это мудрый старец Даниил возразил:

–Не для тебя дана тебе от Бога благодать и дар слова, но более для пользы других. Значит, когда просят от тебя утешения и советов – грех отказывать.

И согласился с этим отец Нифонт, и остался на Святой Горе, обходя монастыри, скиты и каливы ради пользы не собственной, но братии.

5. В Дионисиате – монастыре святого Предтечи.

Радовался душевно подвижник укладу жизни на Афоне, но близким и родным виделся ему Дионисиат – монастырь святого Предтечи. И решил он водвориться в этом монастыре к утешению собственному и братии. Вскоре братия обители стала настойчиво просить его принять священный сан, но отец Нифонт был столь смирен, что считал себя недостойным священства: ничтожен человек, а сан иерейский велик. Но любовь братии была выше его смирения, и он с трепетом согласился на рукоположение.

Надо сказать, что высокий сан не тешил гордость нового распорядителя Божиих Таин, а расположил его к еще большему смирению. И впереди у него были подвиги неземной высоты.

По свидетельству великого современного ему старца отца Петрония, отец Нифонт был светилом не только для своей обители, но и для всей Святой Горы. Однажды получилось так, что отцы Петроний и Нифонт были ночью вне обители. В полночь отец Петроний встал на молитву и увидел, что отец Нифонт уже совершает молитвенное правило: он стоял с воздетыми руками, окруженный в ночи дивным светом, озарявшим и Гору, достигавшим и небес. Исполнившись страхом, без чувств отец Петроний пал на землю. Позже, окончив молитву отец Нифонт просил его никому не открывать о том, но отец Петроний был столь поражен виденным, что не мог слушать и понимать собрата. Он был так захвачен виденным, что, придя в обитель, сразу же все рассказал отцу Игумену, который тут же строго воспретил ему говорить о том другим, справедливо опасаясь, что прославляемый братией отец Нифонт предпочтет в смирении покинуть обитель, и тогда Дионисиат лишиться первого из своих подвижников.

6. Призвание на епископскую кафедру.

Уже некоторое время подвизался отец Нифонт в святом Дионисиате, когда пришло известие о том, что митрополит Солунский Парфений скончался. В Солуни давно знали о святости иеромонаха Нифонта, потому знатные граждане и все жители, а также и клир пожелали, чтобы он был поставлен их епископом.

В монастырь послали двух епископов и клириков вызвать его на святительскую кафедру. В те дни, как и всегда, лучшие чада Церкви уходили в монастыри и пустыни, и там, в местах молитвы и покаяния, народ Божий искал себе пастырей. Тяжело было отцу Игумену принимать тех епископов, боялся он разлуки с любимым своим отцом Нифонтом. Переговоры с игуменом владыки веди в тайне от подвижника и от братии, и увидели епископы, что ничего им не успеть собственными силами. Тогда со слезною молитвою обратились они к Богу и Его святому Предтече в усердии исполнить порученное им Солунской Церковью.

И как раз во время их молитвы блаженный Нифонт разговаривал со старцем – игуменом обители. Он спрашивал о цели прибытия епископов. Старец в ответ молчал.

–Не печалься, – сказал тогда отец Нифонт игумену. – Я знаю, зачем прибыли епископы и надеюсь, что никто не разлучит меня с вами и с обителью; я хочу здесь окончить жизнь мою. Я молил об этом Предтечу, и молитва моя услышана.

–Буди тебе, возлюбленный, по глаголу твоему. Но епископы эти посланы от всего клира и народа солунского для того, чтобы взять тебя и возвести на святительскую кафедру солунской митрополии. Хотя ты и надеешься в святом Дионисиате окончить жизнь свою, – говорил прозорливый Старец, заливаясь слезами, – но я в этой жизни тебя уже не увижу более.

Так все и произошло: пройдут годы, и блаженный Нифонт вернется на Святую Гору в Предтечеву обитель, но игумена уже не застанет среди здравствующих в мире этом.

А тогда, при том разговоре со старцем-игуменом, горько плакал он от старческого предсказания. И пал на помост храма, на котором они стояли, изнемогая в смирении, смущаясь предстоящим, и воскликнул:

–Значу ли я что-нибудь? Мне ли грешному принять на слабые рамена мои бремя апостольского служения?

Плачем своим и стенаниями привлек он внимание братии. Тогда игумен и открыл братии цель приезда епископов и солунских клириков. И тут же плачь и слезы отца Нифонта сделались общими плачем и слезами. Братия обступили его, обнимали, сетовали на разлуку. И посреди всеобщего сильного смятения вошли в храм епископы и клирики солунские и, пред лицем Бога и братии, вручили иеромонаху Нифонту пригласительные грамоты клира и народа солунского. И тщетно смиренный Нифонт отрекался недостоинством своим и стремлением окончить жизнь в пустыни. Отец игумен, узнав волю Божию, принял сторону епископов, призывая и отца Нифонта не противиться воле Божией, говоря:

–В сию ночь мне повелено от Самого Господа не удерживать тебя. Иди, куда зовет тебя Бог, и не забывай нас. Ты был и будешь, где бы ты ни был, чадом нашей обители.

Сказав это, Игумен, а затем и вся братия стали по очереди обнимать его и прощаться с ним.

–Да будет, отцы мои и братия, воля Господня и ваша, – сказал наконец им отец Нифонт. – Иду в путь, назначенный мне Богом, но знаю, что великая беда идет за мною; молитесь обо мне!

7. Бремя апостольского служения.

Уступив настойчивым просьбам, Святой принял на себя бремя епископского служения. Велика была радость верных, как велика было и посрамление западных миссионеров, когда блаженный Нифонт был возведен в Солуни на степень святительского достоинства. Лжесобор Флорентийский тужился одолеть Святое Православие, но восстал за Христа владыка Нифонт: ежедневно подвизался он в проповеди о чистоте веры Отцов на основании Божественных догматов, переданных Церкви апостолами и Вселенскими Соборами. А что касалось лишь "царства земного" – магометанской власти, то тут он укреплял дух народа христианского в терпении в уповании на небесные награды.

Нищелюбив был Владыка, уподобляясь святителю Николаю, Чудотворцу Мир Ликийскому. Не только сам благотворил бедным и убогим, много хаживал ночами к неимущим и больным, но и знатных и богатых призывал к милосердию. И много-много душ от неверия, заблуждения и отчаяния обратил он к Церкви Христовой. И все далее возносилась о нем по земле и над землею слава о подвигах его и его святости. Своей ревностью о Православии стал он известен и великой Церкви.

8. Вселенский Патриарх. Невинные страдания.

Уже два года был он святителем Солунским, когда довелось ему по делам церковным побывать в Константинополе и быть с почетом принятым Патриархом Максимом III и его Синодом. Здесь Господь утешил его невыразимой радостью – встречей с владыкой Захарией. Словно ждал владыка Захария, прежде, чем отправиться в Царствие Небесное, последней встречи на земле со своим учеником. Непродолжительной была радость их встречи: святитель Захария заболел и отошел ко Господу. А вслед за ним скончался и Патриарх Максим.

И тогда еще более почтил Господь смиренного Нифонта: он был избран и возведен в Константинопольского Патриарха. Надо ли говорить, что не искал он столь великой чести? Давно ли он был скромным монахом на Афоне, и вот Господу стало угодно возвести его смирение на степень иерархического служения Вселенской Церкви. Воистину, великое чудо Божие! Из небытия, из ничего была вызвана к жизни душа человеческая, а спустя немного времени та смиренная душа обрела достоинство Святейшего Владыки.

Стадо Христово смущаемо было в те годы западным фанатизмом, но святитель Нифонт на высоком Вселенском Престоле проявил себя в полном блеске. А при этом много утешил он страждущих под мусульманским игом христиан, но и более того: самих агарян вразумлял и привлекал к свету Христовой истины от тьмы заблуждения святостью жизни своей и силою слова.

Конечно же, восстали на него бесы тогда сугубо. Та великая беда, о которой он сам пророчествовал для себя при прощании с дионисиатской братией, приблизилась. Едва Церковь Христова украсилась новым светильником своим, как восстали на него, бесам послушные, некоторые из церковных же клириков. Возненавидели его эти враги, послушные бесам и власти султанской. И одержали они победу на земле: он был низложен и изгнан из патриаршего дома.; Но невинный страдалец, изгнанный правды ради, не опечалился о себе, но о том печалился, что клирики те подпали под власть бесовскую, о любимой пастве своей печалился, которой не желал ничего более, кроме мира и спасения. На все воля Божия, и радовался он о ней, слагая с себя достоинство патриаршее, молясь о прощении врагов своих. И удалился Святитель в сладкую тишину безмолвия монастыря святого Предтечи в Созополе.

; Святитель Нифонт патриаршествовал в первый раз с небольшим два года: 1486-1489.

9. Второе воззвание и второе изгнание.

Но он не обрел желаемой тишины в сей обители, ибо верны слова Господа: "Не может град укрытися верху горы стоя" (Мф. 5, 14). Слава его шла за ним. Многие хотели слышать или уж хотя бы видеть Святейшего изгнанника.

И провел его Господь ради совершенства души его еще раз через испытания: во второй раз был воззван он на патриарший престол Константинопольский и во второй раз изгнан.; Нечестивый султан, встретив однажды на пути своем Святейшего Патриарха остался недоволен тем, как тот его приветствовал: не так, как "богоподобного". Патриарх был обвинен в невежестве против власти султана, претерпел укорения и бесчестие пред всем народом, а вслед затем сослан в Адрианополь в заточение под строгим надзором янычар. Бог Единый знает, что довелось вынести Святителю Божию от не знающих Истинного Бога агрессивных мусульман.

; Святитель Нифонт патриаршествовал во второй раз в 1497-1498 годах.

10. Адрианополь. Валахия.

А в Адрианополе страдальца ждало утешение: хотя он и оставался под строгим надзором турецкого правительства, но место пребывания ему было назначено при церкви первомученика Стефана, где он стал служить Господу, славя Его, не имея в виду никакой помощи человеческой и утешения.

Слава же его с ним пребывала. И более того, достигла она до Валахии, господарь которой Радул молитвенно желал видеть угодника Божия, и Бог исполнил его желание. Он прибыл в Адрианополь и с разрешения турецких властей виделся с блаженным Нифонтом. В преизбытке сердечной радости, тронутый благочестивыми словами Святейшего изгнанника, господарь стал просить его прибыть в Валахию на святительскую кафедру. И когда Святитель изъявил согласие вступить на поприще новых подвигов апостольского служения, Радул ходатайствовал перед турецкими властями о нем и получил разрешение.

В Валахию они прибыли вместе и были там встречены народом с радостью и даже восторгом.

–Отныне ты нам наставник и пастырь, – говорил Радул святому Нифонту, представляя его народу своему, – твои слова для нас – закон!

–Благословенно твое желание, – отвечал на это святой Нифонт. – Дай Бог, чтобы ты сдержал свое слово и обет до твоей кончины! Впрочем, прошу и умоляю тебя, господарь, если погрешишь в чем-либо как человек, не уклоняйся от отеческого моего и духовного назидания; потому что для всего народа ты пример как в отношении к добродетели и благочестию, так и в уклонении от путей Господних.

–Ты наш отец, – возразил господарь, – что полезно для душ наших, твори не обинуясь: мы с радостью и безусловным повиновением готовы слушать и исполнять твои наставления и советы!

Первое, что сделал святитель Нифонт на новой своей кафедре, озабоченный нравственным состоянием народа, созвал поместный Собор под председательством самого господаря и верховных его сановников и изложил на нем правила христианской нравственности и догматы Церкви как основание общественного мира и залог благословения свыше, убеждая всех строго следовать им и соблюдать неуклонно. Господаря как властителя он призвал наказывать бесчинных, не зреть на лицо ни великого, ни малого, творить праведный суд, помня о Божием Суде Страшном, где каждый ответит за исполнение своих обязанностей. Ибо социальное зло в христианском государстве не в порядках и установлениях, а в извращении их немощными людьми.

И всех он хотел ввести в познание собственной должности, собственного положения и ответственности пред Богом. Иереев и иноков наставлял он, убеждая их духом кротости и любви и напоминая о Страшном Суде. Народ, увлеченный святостью его и силой слов святительских встал в массе своей на путь исправления. Отдавая должное дарам и подвигам его, называли его с любовью новым Златоустом. Храмы полнились людьми, люди сосредоточенно молились. Валахия переживала лучшие годы своей христианской истории. "Святитель Нифонт признан всеми румынами как спаситель Православия в их стране. Папистская Церковь нашла там подходящие психологические и духовные условия, чтобы ввести унию. Убедив православных в том, что с падением Византии пало и Православие, они легко могли уловить их в свои сети" (Архимандрит Гавриил "Святой монастырь Дионисиат на Горе Афон", стр. 151.).

Позже люди в Румынии, питая безграничную благодарность к Святителю за его труды, решили его прославить, и даже одну из улиц в столице назвали его именем (улица Патриарха Нифонта).

Но в нашем мире так уж есть: где больше святость, там и бесы усерднее. Когда святитель Нифонт преуспевал в нравственном воспитании народа, враг всякого добра диавол усилил брань на него, не терпя его златословесных его поучений.

Напали на Святителя бесы через одного из вельмож соседней Молдавии, человека безнравственной жизни и дурного характера, именем Богдан, подпавшего за свои преступления под суд высшей власти в своем отечестве. Убегая от казни, он, бросив дом, жену и детей и скрылся в Валахии. В Валахии же ему удалось расположить к себе господаря Радула, да так расположить, что тот позволил ему не только остаться при себе, но и, вопреки канонов церковных и закона гражданского, возжелал выдать за него свою сестру, хотя и знал о законной жене и детях Богдана. Когда совершился противозаконный брак, кроткий Нифонт был так огорчен, что призвал к себе Богдана и убеждал его не расторгать уз законного брака. Безнравственный же Богдан не побоялся Бога наговорить дерзостей Святителю, что де тот чернит его из желания угодить брошенной жене. Святитель пекся о законе Божием, Богдан же, представляя все как просто симпатии между людьми, грозился отомстить за себя и свою честь. Так он все и представил господарю Радулу. Святитель Божий Нифонт лично явился к господарю и просил его не нарушать Божественных правил Церкви. Слаб человек, нетвердым оказался и Радул: не уважил он законную просьбу Святителя, но в собственном непонимании стал убеждать того, что люди мирские не могут безусловно следовать требованиям церковным.

–Мое дело, – отвечал божественный Нифонт, – строго следить за нравственностью паствы, и я свято исполняю свою обязанность. Для чего же иначе твоя светлость и вызвал меня сюда, если не для того, чтоб, не смотря на лица, обличать неправду и беззаконие и требовать от всех строгого хранения законоположений Церкви! Не свои собственные я проповедую вам законы, а законы Божественные, за которые готов положить мою душу. Если же вы не хотите слушать меня, я чист пред Богом!

Сказав сие, он удалился из дворца, пришел в церковь и велел созвать народ. Когда же народ собрался, преподал ему назидательное слово, затем, облачившись в святительские одежды, торжественно отлучил от Церкви незаконного Богдана с его новою незаконною женою и всех участников их преступного брака. После того, охваченный пророческим вдохновением, предсказал Валахии грядущие смуты, а Радулу и Богдану позорную смерть за их беззакония и, сложив с себя знаки первосвященнического достоинства на святой престол, вышел из церкви.

Некоторое время святитель Нифонт жил тайно в доме одного дворянина из рода бессарабов, которого возлюбил немало, по имени Неанка, духовного сына своего. Дорогой читатель! Запомни это имя, ибо встретится оно еще в сем жизнеописании, о добром Неанке мы поговорим и в самом конце нашего повествования.

К великому сожалению, не было раскаяния ни у Богдана, ни у Радула. Радул, правда, трепетал гнева Божия; потому, хотя и гневался на Святого, понимал, что тот истинно праведен и благочестив. С почтением пригласил он блаженного Нифонта к себе и ласково стал просить извинения, оправдывая брак Богдана тем, что он получил на то одобрение великой Константинопольской Церкви. После того стал просить, чтобы и святый Нифонт "одумался" и благословил Богдана и его новую супругу.

–Радул, Радул! – Отвечал на это с тяжелым вздохом Святитель, – что бы ты ни обещал мне, как бы ты ни умолял меня о соизволении на преступный брак Богдана – все напрасно. Вспомни, не ты ли вызвал меня сюда; за что же гонишь меня? Если я сделал какую неправду, свидетельствуй о мне. Мой долг – обличать беззаконие в устранение соблазна для других, и я исполняю это. Вспомни, ты вызвал меня сюда, ты же и гонишь меня отсюда. Я удалюсь, куда Господь укажет мне путь; но знай, что великое зло и бесчисленные скорби постигнут твою область: сам ты умрешь несчастным и ужасным образом. Будет время, поищите меня и не обрящете!

И сколь же легкомыслен бывает человек! Не пал пред Святителем в покаянии Радул. Удалился от него блаженный Нифонт, говоря:

–Великое бедствие постигнет здешнее место.

При прощании с Неанком, говоря о грядущих бедах, святитель сказал:

–Премилосердный Бог сохранит тебя, если исполнишь мой отеческий завет. Ты будешь даже возвеличен, славно будет имя твое. И тогда вспомни меня, духовного твоего отца! Я не перестану ходатайствовать о тебе пред Богом.

И горько рыдал Неанк о разлуке со своим духовным наставником и отцом.

11. Ватопед. Священномученик Макарий.

В сопутствии отцов Макария и Иоасафа, учеников своих, святой Нифонт прибыл в Македонию, а оттуда удалился на Святую Гору в святой монастырь Ватопед. Насельники обители прославили тогда Бога, что удостоил Он их видеть Вселенского Владыку. Из сокровенных пустынь потянулись к нему подвижники за благословением и ради душеполезных поучений его.

И великое было тогда! Один из учеников его, отец Макарий, чрезвычайно строгий подвижник и ревностный исполнитель иноческих обязанностей, подражатель подвигов и высокой ангельской жизни своего учителя, так воспламенился любовью ко Христу, что пожелал венца мученического. Не в силах будучи преодолеть тайных и постоянных к тому побуждений, он открыл все наставнику своему и просил отеческого его совета, а в случае соизволения – и благословения на мученический подвиг за имя Христово. Святый Нифонт, провидя духом действие в этом воли Божией, оградил его перво-наперво знамением честнаго и животворящего креста, молился о нем, облобызал его и отпустил с миром на вожделенный подвиг, сказав при этом:

–С Богом, чадо, в путь святых страдальцев; желание твое Господь исполнит и, по Своей неизреченной милости, дарует тебе венец мученичества.

Блаженный по самому имени своему, отец Макарий не долго после того оставался на земле: в Солуне он, улучив время, когда мусульмане, по своей привычке к праздности, собрались во множестве, стал посреди их и торжественно исповедал Христа Сыном Божиим, совершенным Богом и совершенным Человеком, спасения ради нашего сшедшего с небес; потом стал объяснять им правоту веры Христианской и проклял лжепророка Магомета. Исступленные турки, видя такое дерзновение инока, бросились на него, били палками, пронзали кинжалами до того, что кровь потоками струилась из ран его, наконец ввергли в темницу. Утром собрались они, привели мученика в судилище свое и начали ласково обещаниями даров увлекать его от веры Христовой в исламизм.

–О, если бы вы познали истину и правоту веры нашей Христианской, крестились во имя Отца и Сына и Святаго Духа, в Святую Троицу и оставили свое заблуждение! – воскликнул святой Макарий.

Но едва лишь это он произнес, как турки схватили его, начали бить, поражать кинжалами и наконец отсекли ему голову. И удостоился отец Макарий желанного небесного венца мученического. Духом провидел его подвиг святитель Нифонт

–Знай, чадо, – сказал он другому ученику своему отцу Иоасафу, –что собрат твой Макарий скончался сегодня мученически и возносится на небеса, торжествуя и радуясь о Господе. Его молитвами да удостоимся и мы небесного блаженства. Аминь.;

; Святой преподобномученик Макарий пострадал в 1527 году от Рождества Христова, сентября 14-го дня.

12. Святейший Послушник Дионисиата.

Вскоре за сим святитель Нифонт, взяв с собой отца Иоасафа, удалился тайно из Ватопеда. И сделал он это из смирения. Дело в том, что святый прозорливец предузнал, что по распоряжению великой Константинопольской Церкви будут искать его повсюду, даже и по всей Святой Горе, для возведения в третий раз на вселенскую кафедру. И искали его, но, покрываемый соизволением свыше пребывал Святитель на Афоне же неведомым.

После сорокалетнего отсутствия ревностный Патриарх, состарившийся и неузнанный, вернулся в свое "место покаяния", в Дионисиат. Этот дивный Отец Церкви пожелал прожить остаток своих дней простым монахом и потому скрыл, кто он есть. Он, назвавшись своим мирским именем – Николаем, попросил, чтобы его приняли в число братии, обещая исполнять любые послушания. В Дионисиате же был такой устав: искавших жизни монашеской определяли первоначально на черные работы на неопределенный срок – ходить за рабочим скотом, возить дрова, исполнять все низшие послушания. И приняли Святителя послушником, и дали послушание ухаживать за животными. Нужно было убирать за ними, кормить и поить их. Ночью же он должен был находиться на наблюдательном посту на скале над морем. В те времена была опасность нападения пиратов, которыми кишело Эгейское море. Вселенский Патриарх с охотой и великим смирением исполнял послушания.

Ночью божественный Нифонт стал на молитву. И вдруг над молившимся поднялся пламень огненный в виде столпа, от земли до самого неба, а сам "Послушник" сделался осиянным, огненным, и это видели иные иноки, бывшие той ночью на страже. Бывший при нем инок в страхе и трепете явился в монастырь и рассказал всем о славе молившегося собрата. Слова его подтвердили согласно и другие отцы. Удивились и ужаснулись старцы и вся братия обители, недоумевая, что за дивный подвижник обрелся между ними. И обратились они общими молитвами ко Господу, прося открыть им, ко сей угодник, столь явно прославляемый небом и неведомый братии. Бог открыл им тайну ибо не было воли Его оставить раба Своего смиренного неведомым.

Явился отцу Игумену в видении небесный покровитель обители святой Предтеча и сказал:

–Сколько времени будешь ты держать подпаском Вселенского Патриарха – того самого, который спас тысячи душ? Вставай, собери братию и иди почти его подобающими почестями.

–Но, Святый, кто же это? Кто Вселенский Патриарх? – Спросил в смущении Игумен.

–Это Нифонт. Вы зовете его Николаем, и он приставлен к животным. Он выказал достаточно смирения, даже ангелы на Небесах изумлены. Высота смирения его да будет образцом для вас: он патриарх, а снизошел до состояния одного из ваших рабочих.

Пораженный сим, игумен долго не мог прийти в себя. И понял он о небесной славе подвижника – о поднимавшемся над скалой столпе света во время молитвы за несением дозорной службы Святейшего "Послушника".

Игумен, успокоившись, велел ударить в симантрон, созвал братию и рассказал о видении Предтечи Господня. Вместе со всеми священниками и монахами, несшими лампады и рипиды, вышел за ворота встречать святого Патриарха, спускавшегося с горы со своим стадом. Когда Святой понял, что тайна его раскрыта, то, тронутый до слез неожиданным торжеством собственного своего смирения, попытался скрыться, но по благословению Игумена братия – с большой почтительностью – удержали его. Все пали ниц пред ним и просили прощения, что в неведении обращались с ним запросто, не как должно с таким высокочтимым человеком.

–Кончился искус терпения твоего, вселенныя светильниче, – говорил ему настоятель, целуя святительскую его десницу, – довольно смирения твоего для смирения собственной нашей немощи.

Потрясенный событием, плакал святой Нифонт, повергшись пред всеми; плакали братия и наипаче те, которые, по неведению, огорчали его: они лежали у ног его, прося прощения.

–Для того, отцы и братия мои, скрыл меня Господь от вашей любви, – сказал наконец Святой, – что сам я просил Его о том, чтобы во смирении моем помянул меня Господь. Вы знаете, что человеческая слава и любовь мира сего отчуждают нас от Царствия Божия. "Кая бо польза человеку, аще приобрящет мир весь, и отщетит душу свою?" (Мк. 8, 36) – сказал Господь.

И простил он каявшихся и сказал им:

–Подвизающиеся в добродетели должны иметь кротость и любовь к своим ближним и не гневаться на них, хотя бы и претерпели от них тысячи зол, ибо все мы люди, и никто не бывает чист своими собственными силами.

И, поучивший всех великим примером своим, сказал еще, обратившись ко всем:

–Имеющий смирение строит дом души своей на Камне, Который есть Христос. Но тот, в котором живет себялюбие, строит дом своей погибели на песке, который есть сатана.

Торжественно вошел он в монастырь, окруженный братией и по желанию своему остался в нем до самой кончины. Он прожил там, подвизаясь в святости еще тринадцать лет.

13. Строгий инок.

Во всю жизнь свою земную был он строгим иноком, разделяя с братией всеразличные труды, даже и слабея уже силами телесными от старости, бедствий и изгнаний. Посещал он немощных, утешал печальных.

–И я, – рассказал впоследствии составитель жития его отец Гавриил, тогдашний Прот Святой Горы, – много раз приходя и оставаясь там для слушания назидательных бесед его, видал, что он то копал в огороде, то помогал на мельнице, то спускался к пристани для разгрузки и погрузки кораблей, и трудился таким образом неутомимо, чтобы другие на него не роптали и не теряли чрез то награды за труд свой. При всем том сатана не переставал ратовать противу него. Нашлись люди, которые все труды и подвиги смиренного Нифонта порочили, приписывали их лицемерию, а сладкие его беседы называли пустословием. Впрочем, зная, что все это действие сатаны, он просил Боа о помощи и силе к перенесению искушений до кончины, а потому и врагов своих прощал, молясь о их спасении и забывая высокость своего достоинства.

14. Якорь "Патриарх".

Однажды братия везли на корабле монастырскую пшеницу с метохов; поднялась буря, и корабль, носясь в виду обители, находился в крайне бедственном положении. Увидев это, святой Нифонт пренебрег бурею и поплыл к кораблю. Лишь только ступил он на палубу, буря утихла, и настала невозмутимая тишина. Тогда братия пали к стопам Святителя, умоляя его умилостивить Бога и испросить у Него благодать, чтобы, когда ни случится им быть в море, никакая опасность, никакая беда и бедствие не постигли их.

–Бог даст вам по желанию, – отвечал он, – если свято будете исполнять положенное правило и службы церковные и не будете празднословить, не будете говорить студных и неподобных словес, то, когда станете молиться, Бог легко услышит вас и освободит от всякого обстояния.

Потом, преклонив колена на якоре, простер вверх длани и очи свои и молился довольно долго, благословил якорь и сказал:

–Слушайте, братия, храните этот якорь в приличном месте; когда же наступит буря, спускайте его в море и – будьте покойны.

С того времени, действительно, каждый раз, когда бывали братия на море и восставала буря, опускали они якорь в волны с призыванием имени святого Нифонта, и делалась тишина. Знамения такого рода, от бесчувственного металла, так поражали иноков, что во время каждения фимиамом икон при совершении правила кадили они и якорь, оказывая таким образом почести святому Нифонту. Самый якорь наименовали "Патриархом"; и, когда бывала на море буря, восклицали обыкновенно:

–Пустите в море "Патриарха".

Якорь этот как драгоценность и святыню хранили в Дионисиате более ста пятидесяти лет.

15. Ко Господу.

Наконец приблизилось для блаженного Нифонта время отхода из времени в вечность к желанному Господу. Он узнал об этом не только из-за старости своей, но и по Божественному откровению. Он призвал к себе братию и объявил о близкой кончине своей, убеждая отечески всех перед расставанием строго хранить обеты монашеской жизни и всеми силами нудить себя достичь Царствия Небесного. Горько плакали братия, внимая прощальной беседе своего Отца.

–Теперь, – спросил святой Нифонт, – скажите, братия мои, что вам необходимо и чего бы я испросил вам у Господа прежде, чем предам Ему дух мой?

–Святейший владыко, – отвечали рыдающие братия, – оставь нам как бесценную святыню разрешительные молитвы, которые бы читались над каждым из умирающих братий в напутствие в вечность, с полною уверенностью ради твоих святых молитв получить на страшном суде помилование и прощение.

Тронутый таким спасительным прошением братии, Святейший Нифонт заплакал и помолился Богу, чтобы Он исполнил желание отцов. Обратившись к ученику своему отцу Иоасафу, сказал:

–Пиши, что я буду говорить, и это будет последний дар обители.

Святитель Нифонт составил таким образом разрешительные молитвы умирающим, а потом вновь обратился к отцу Иоасафу:

–Я отхожу ко Господу, а ты, чадо, поди в Константинополь. Там ожидает тебя страдальческий подвиг и венец райской славы.

Потом, простившись с братиею, он приобщился Божественных Таин и тихо предал дух свой 11 августа в возрасте девяноста лет.;

; Год кончины святителя Нифонта точно не известен. Но известно, что в 1511 году он еще раз побывал в Молдавии, где ему в третий раз предлагали патриарший престол. В 1527 году (14 сентября), еще при жизни земной Святителя, в Солуне пострадал ученик его отец Макарий, а второй его ученик, отец Иоасаф, увенчался мученическим венцом вскоре после кончины святителя в 1536 году в Константинополе (26 октября). Следует предположить, сто святой Нифонт скончался в 1530-1535 году.

16. Священномученик Иоасаф.

Отец же Иоасаф, получивший благословение на мученичество в ответ на собственное желание пролить кровь свою за Христа, отправился в Константинополь. При жизни святого Старца он по силам своим подражал усердно его добродетельной жизни и подвигам, достиг такой высоты совершенства любви к Богу, что возжелал пострадать за Него. Святитель Нифонт, зная об этом его желании, провидел духом, что есть на то воля свыше. Итак, по кончине святого Нифонта, благословенный Иоасаф прибыл в Константинополь и там явился на судилище турецкое, проповедал с великим дерзновением пред мусульманами таинство Святыя Троицы и таинство воплощения Сына и Слова Божия, Его смерть крестную за наше спасение, и иное. Затем проклял лжепророка Магомета. Удивленные дерзновением инока, исступленные турки после различных мук отсекли ему голову. И получил блаженный Иоасаф мученический венец от подвигоположника Христа, Коему слава во веки. Аминь.

Таково было славное житие святителя Нифонта, таковы были плоды подвижничества его при великой милости Божией. Дивно, удивительно это! Имея в виду всю Церковь земную, мы говорим: "Все, от Святейшего Патриарха до последнего послушника..." Явивши беспримерное смирение, он соединил в именовании своем именование всей Церкви: Святейший Послушник. И слава Богу за то, что даровал Он нам святителя Нифонта как высочайший пример смиренномудрия и святости, но более – как молитвенника и святого Отца нашего, Отца Церкви Православной. И да станем же усердно поминать имя божественного Нифонта в молитвах своих о спасении нашем и о славе Божией в нем!

17. Посмертные события: Валахия и Дионисиат.

Но, чтобы полнее знать житие Святителя и его славу о Христе Боге, нам осталось немного дочитать житие его – о том, что случилось в Валахии, каковы были там последствия изгнания божественного Нифонта. Вот что поведал о том отец Гавриил, бывший Протом Святой Горы.

"Когда он удалился оттуда, в церкви валахийской произошли многие смуты и нестроения от собственного его клира. Затем была небывалая засуха, наступил жестокий голод. И тогда осознали все, что все это – следствия преступления изгнания Святейшего Нифонта. Осознав свою вину, господарь Радул возжелал узнать, где находится блаженный изгнанник. Но как прорек некогда сам святитель Нифонт, оставляя Радула, искали его и не обрели.

По кончине блаженного Нифонта Радула постигла неизлечимая болезнь: тело его закипело ранами, и скверный смрад их был до того невыносим, что никто не мог приблизиться к несчастному. В этом мучительном положении он скончался и погребен был в обители святого Николая, так называемой Daliz, самим Радулом построенной. Но и по смерти гнев Божий не перестал поражать жестокого гонителя нового Златоуста: к ужасу народа, могила Радула в течение трех дней, как могила царицы Евдоксии, гонительницы Златоуста, тряслась. Между тем бедствовал и добрый Неанк – любимец блаженного Нифонта: заступивший место господаря Радула Михна, а после него Владул жестоко теснили невинного Неанка. Впрочем, по проречению святого, молитвами его, не только не был он в конец утеснен и сокрушен, но впоследствии, избранием всего народа еще возведен в достоинство господаря всей Угро-Валахии.

При таком счастливом перевороте обстоятельств, видя, как предсказания божественного Нифонта исполнились верно и точно, Неанк положил непременно перенесть святые его мощи в Валахию – сколько для славы страны и в залог благословения свыше, столько же, с другой стороны, для того, чтобы несчастный Радул, чрез присутствие святителя Нифонта, получил себе какую-нибудь пользу и милость за гробом. Действуя таким образом в духе Феодосия, который перенесением в Кукуз святых мощей Златоустого доставил матери своей Евдоксии утешения и мир, и благочестивый Неанк отправил игуменов двух монастырей и двух знатных сановников на Святую Гору, в обитель Дионисия, с грамотами и многими дарами, прося отпустить к нему в Валахию святые мощи божественного Нифонта. Такое желание Неанка поразило скорбью обитель святого Дионисия. Впрочем, не смея противиться воле господаря и вместе не дерзая со своей стороны коснуться святых мощей святителя Нифонта, старцы и братия Дионисиата предоставили самим посланным раскопать могилу и взять оттуда святые мощи. Тогда один из сановников, великий логофет, взяв заступ, перекрестился и сказал:

–По вере господаря моего принимаю на себя это дело в полном уповании, что усердием и любовью нашею не огорчится наш архипастырь, учитель и отец.

Едва только разрыл логофет могилу, и открылись мощи святого Нифонта, неизъяснимое благоухание разлилось кругом и наполнило воздух. Таким образом они были вынуты из могилы, вложены в драгоценный ковчег и внесены в церковь. И по церкви разлился чудный аромат и благовоние. На открытии мощей блаженного Нифонта из келлий, из скитов и монастырей стеклось множество иноков, и когда совершалось по сему случаю бдение, Бог прославил святого даром чудотворения.

Один монах, будучи нем, пришел поклониться и облобызать мощи святого Нифонта, и в то самое время, как лобызал их, развязался у него язык и исчезла его немота. Таким же точно образом и слепец, будучи приведен к мощам, лишь только коснулся их, прозрел. Много и других чудес совершилось от мощей святого. И чудеса те убеждают нас в святости и великом дерзновении святителя Нифонта пред Богом.

Через три дня после сего посланные Неанка и некоторые из братии обители отправились в Валахию. Переправившись через Дунай, они послали известие господарю о своем приближении. Тогда на встречу святых мощей блаженного Нифонта отправился собор архиереев, иереев, диаконов и монахов; а как скоро приблизились они к Бухаресту, сам благочестивый господарь со множеством народа, с светильниками и фимиамом встретил святого Нифонта, как живого, и, заливаясь слезами, пал на гробницу, а потом, подняв на свои рамена, при пособии сановников, внес мощи в монастырь Daliz и поставил на могилу Радула. Целую ночь совершалось бдение: Неанк и весь народ умоляли святого Нифонта о прощении Радула.

Наконец, утомившийся бдением, господарь Неанк погрузился в тонкий сон, и ему видится: могила Радула раскрылась, тело его казалось черно, как уголь, и от него исходил невыносимый смрад. Неанк понимал ужасное положение Радула, скорбел и усердно ходатайствовал пред святым Нифонтом за несчастного. Вдруг представляется Неанку, что святой Нифонт встал из своей гробницы, приблизился к Радулову трупу и омыл его святой водою; тогда зловоние и смрад исчезли: Радулово тело сделалось чистым и свет заиграл в лице его. Могила Радула закрылась, а святой Нифонт, приблизившись к Неанку, сказал:

–Видишь, чадо, как я исполнил твою молитву. Исполни же и ты мой завет: мирно управляй вверенным тебе народом и отправь в монастырь мой часть мощей моих, в утешение подвизающихся там братий.

Видение кончилось.

Сильно потрясенный чувством радости, Неанк пришел в себя и торжественно воззвал:

–Слава Богу, прославившего раба Своего возлюбленного Нифонта!

Тогда же рассказал он всем виденное, и народ прославил Бога. На следующий день к Божественной литургии со всех стран Валахии стеклось множество народа. Бесчисленное множество всякого рода больных, приближавшихся со слезами и верою к святым мощам блаженного Нифонта, от одного прикосновения получали молитвами его исцеление.

Господарь, видя, что чудодейственные силы святого каждый день умножаются, собрал местный собор, которым и положено праздновать святому Нифонту 11-го августа, в день его кончины. Для сего была составлена ему и служба Иоанном Комнином, впоследствии митрополитом Силистрийским с именем Иерофея.

Между тем, благочестивый Неанк устроил золотую раку, в виде многоглавой церкви, украшенную драгоценными камнями и эмалью; на крышке ее с внутренней стороны был изображен блаженный Нифонт, а пред ним в молитвенном положении на коленях – смиренный Неанк. Устроивши таким образом раку, он вложил в нее святые мощи и отправил их в афонскую Дионисиатскую обитель, отделил от них для себя главу и руку. Тогда же в замен оставляемой им у себя святыни, в дар сей обители принес он святую главу Предтечи и Крестителя Господня Иоанна в златом ковчеге, украшенном драгоценными камнями, и воздвиг много зданий в монастыре на собственное иждивение, почему и поставляется в ряду прочих ктиторов обители.

Святую главу и руку божественного Нифонта, доколе жив был, Неанк имел при себе в освящение и оплот против неприязни и наветов, а умирая, завещал эту святыню прекрасному, построенному им, монастырю Арджес, где она и поныне пребывает".

Ежегодно с 11 по 15 августа там собирается большое паломничество из тысяч людей со всех уголков Румынии, чтобы почтить Святителя.

Послесловие.

Пример жития святителя Нифонта да вдохновит на благочестивые подвиги новых ревнителей Православия, да послужит ко смирению гордым владыкам мира сего, да подвигнет их к милосердию, да вдохновит на смирение всякого гордеца, да наставит новых монахов на памятование о смысле монашества, да свидетельствует пред богоотступническим миром об истинной и вечной правде Христовой, да напомнит о вечной жизни забывающим о смерти, да укрепит и утешит гонимых и страдающих правды ради, да будет опорой новым христианам, все еще верным Христу во времена злые. Да возгорится в земле нашей чистая и сильная любовь ко Господу, подобная любви учеников святителя Нифонта – священномучеников Макария и Иоасафа, возженная в них Святым, да восстанут новые русские макарии и иоасафы и да возродится Русь Святая!

А слава о всем да будет Единому Богу: Отцу и Сыну Его Господу Иисусу Христу и Святому Духу, исходящему от Него – Троице Единосущней и Нераздельней! Аминь.