Во все магические тяжкие

15 глава

Подруги некоторое время молчали, уставившись на Стеллу. Первой опомнилась Эльфира.

Она кашлянула и положив Стелле на плечо руку, чуть запинаясь, произнесла:

— Медея вовсе не какой-то там тупой гоблин, понимаешь? Ее нельзя было так просто взять, схватить и засадить в тюрьму.

— Почему? — У Стеллы выступили на глазах непрошенные слезы.

Эльфира замялась.

— Потому что ее все боялись, вот почему! — выпалила Мэффи, перекатывая во рту жвачку. — Эльфы боялись и, должна признать, гномы тоже. Не все конечно, но большинство. Говорят, некоторые вампиры пытались с ней бороться, да только тоже ничего у них не вышло, и Медея как-то жестко наказала тогдашнего вампирского предводителя.

— Кто же тогда все-таки с ней справился? Раз уж она вроде как сгинула.

— Во-первых, — строго произнесла Эльфира. — Согласно официальной версии, Медея не «вроде как сгинула», а ее нет в живых. Это я тебе говорю то, что написано в книгах. А книгам можно верить.

— А согласно неофициальной?

— Ну, говорят всякое, — задумчиво произнесла Мэффи. — Я ведь тебе уже рассказывала... А кто с ней справился, этого точно никто не знает. Говорят, Алена Разумовская, твоя мать… Но, по-моему, только один человек был на это способен, а его уже давно нет в живых.

— И кто это?

— Твой отец, конечно. Антон Разумовский известен как самый лучший в истории ловец черных магов.

Произнеся эти слова Мэффи встала и устало вздохнув, отправилась на свои занятия

— Ты в библиотеку сходи, — посоветовала Эльфира. Знаешь, сколько книг в местной библиотеке? Там просто кладезь, все архивы за все времена существования нашего мира. Там ты точно найдешь что-нибудь про своего отца и мать. Ведь тебя же это интересует?

Стелла молча кивнула и благодарно посмотрела на эльфийку. А ведь точно! Как она сама не додумалась. Уж в библиотечных томах она точно найдет что-то про своего отца, раз уж он был таким известным. А может и про маму тоже. И про сгубившую их обеих Медею…

Но в ближайшее время ее планам не суждено было сбыться. Так как Акаманта Акарнан издала приказ об увеличении числа занятий для учащихся на две пары в день. Поэтому студенты академии Исттвик, тайно послав проклятия всем богам учебы, с утра до вечера засели за книги. Но совсем не за те, в которые стремилась заглянуть Стелла. Нет, пришлось продираться сквозь заковыристые алхимические формулы, изучать сложные вязи рунических символов, постигать древнегреческую магию, хотя сейчас она уже была неактуальна, а также запоминать наизусть многословные заклятья.

Особенно невзлюбила Стелла занятия по алхимии. Что было для нее удивительно, потому что в старой жизни химия была ее самым обожаемым предметом. Все дело было в том, по мнению девушки, что преподавала алхимию строгая Беттина Лоренс, которая, казалось, только и следила за Стеллой, не давая той ни спуску, ни поблажек. Впрочем, о поблажках девушка даже не помышляла, но Беттина, казалось, специально выискивала огрехи в домашних заданиях Стеллы и наказывала ее гораздо жестче остальных.

— Что-то ко мне Беттина явно неравнодушна, — пожаловалась как-то Стелла подругам.

Они сидели вечером в столовой за поздним ужином.

— Не обращай внимания, — посоветовала Эльфира. — О ней легенды ходят! Профессор Лоренс завалила столько студентов, что никакому другому преподавателю и не снилось.

Стелла с ужасом подумала о том, что будет с ней, если она завалит алхимию. Ведь в этом случае ей придется возвращаться к Иверским!

— А что случается с теми, кого отчисляют из Исттвика? — спросила она чуть дрогнувшим от волнения голосом, помешивая чай.

— Обычно в ловцы идут, — пожала плечами Эльфира. Там образование не столь важно, главное, физическая сноровка, ловкость и скорость реакции. Но это тяжелая и очень ответственная работа.

— А кто-то и в черные маги подается, — зловещим голосом произнесла Мэффи.

После чего расхохоталась, как летучая мышь.

У Стеллы полегчало на душе. Даже если ее отчислят, она все равно, наверное, сможет как-то здесь зацепиться.

— То есть Медею отчислили? Ну, раз она стала черным магом?

О чем бы ни шел разговор, Стелла невольно переводила его на Медею или своих родителей.

— Нет, конечно, — фыркнула Эльфира.

На следующий день эльфийка буквально втащила Стеллу в парадный зал. Это было полукруглое помещение на третьем этаже. Расположен зал был перед приемной Акаманты Акарнан, где восседал канцлер Фавн.

Стелла с любопытством огляделась, попав сюда. Она прекрасно помнила, что именно с третьего этажа за ней с Максимом кто-то следил. Или случайно отодвинул занавеску? Прикинув по расположению окон, Стелла пришла к выводу, что занавеску распахивали либо из кабинета Акаманты, либо… Из парадного зала. Но сюда мог войти каждый!

— Полюбуйся, какой двоечницей была Медея, — произнесла Эльфира торжествующим тоном.

Стелла уставилась на отлитые в золоте грамоты, которыми были увешаны стены парадного зала.

— Медея Хормуст, — прочитала Стелла на указанном Эльфирой золотом документе, лучшая выпускница академии Исттвик в 4656 году.
Девушка почувствовала, что ее тошнит.

— Почему здесь не удаляют грамоты убийц? — гневно произнесла она.

— Думаю, это просто невозможно, — ответила Эльфира. — Такая магия. Иначе ничем не объяснишь. Не думаю, что Акаманте доставляет удовольствие каждый раз, проходя через этот зал, видеть на самом видном месте имя Медеи.

Когда девушки возвращались с третьего этажа, им навстречу попался Клодиар Сагрейн. Очевидно, вампир уже издалека заметил подружек, потому что, поравнявшись с ними, наклонился к Стелле и произнес низким голосом:

— Добрый вечер, недотрога!

В сумраке коридора бледный силуэт вампира казался почти бесплотным. Стелла от неожиданности отшатнулась. И если бы не поддержавшая ее Эльфира, точно бы запнулась на ровном месте.

— Да что ты пугаешь то? — вырвалось у эльфийки, и она замахнулась на вампира своей сумкой с учебниками. — Подкрадываешься, как не знаю кто.