Айви. Дочь Дракона

Глава 22

Когда я вернулась на площадку, трибуну первокурсников уже заняли парни в черном. Не такие растерянные, как целители. Они были и посправнее, и поувереннее. У всех гордая осанка, хорошо натренированное тело, огонь в глазах. Большинство из них родители с детства готовили к академии. Даже ту единственную девушку, что расцветала в самой серединке, спецподготовка не обошла стороной.

Директор Делавэль вновь начала со вступительной речи, повторив почти то же самое, что ранее говорила целителям, но добавив, что боевая магия опасна, она требует высокой степени концентрации и точности проводимых обрядов. А потом старший курс боевых магов заполонил площадку черной тучей академической формы. Естественно, во главе своей важной походкой вышагивал Астар Харавия. Не как капитан, а как вожак, ведущий стаю. Глядящий на публику свысока, словно мы не достойны его внимания.

С трибун раздались крики поддержки, прозвучавшие как раскатистый гром в грозу. Из ниоткуда появились флаги факультета, создав атмосферу азарта и предвкушения. Где-то в стороне затрещали фейерверки, и сквозь трибуну струей пронеслась феноменальная энергия.

Не смотря на то, что студенты держались кучкой, все они готовились к поединку. Воздух был пронзен напряжением, предвещающим неизбежное столкновение самых ярких эмоций. И как бы взрыв аплодисментов ни создавал ощущение единства среди присутствующих, я каждой клеточкой тела чувствовала алчную жажду победу.

Я была уверена, что Астар выступит первым. Однако профессор Карнайн, декан их факультета, объявил имя другого студента.

Корделия Гицур, нарочно переместившаяся ко мне за спину, не упустила момента похихикать:

— Похоже, кумир госпожи Дэш не так уж и хорош, как о нем говорят.

Я оставила этот выпад без внимания. Даже не обернулась, чтобы не доставлять ей удовольствие своими глупыми обидами. Пусть несет чушь, сколько влезет. Мне от ее сплетен ни холодно, ни жарко. Завидное терпение у моего народа в крови. Но если оно лопнет… Корделии Гицур лучше держаться подальше.

Проекты боевых магов сопровождались большим риском, поэтому экзаменационная комиссия подстраховалась. Площадку обнесли энергетической защитой, чтобы магия не прорвалась сквозь нее и не коснулась зрителей. А в стороне заняли свое место трое целителей с медицинскими чемоданчиками. На случай, если маг нанесет вред себе.

Как только трибуны стихли, началась демонстрация первой работы. И по тому, как уныло студент подавал теорию своего исследования, я поняла, что в этот раз сдачу проектов профессора решили принимать от слабого к сильному.

Нам довелось засвидетельствовать метание ножей силой мысли, подчинение ветра, вызывание миражей в виде войска на месте деревьев, перемещение живых и неживых объектов, замораживание во времени, даже психическое влияние на животных. Один из студентов заявил, что он может прогнать дождь, но на небе не было ни облачка, так что в действии его разработку мы так и не увидели. Надежды парня разбились о камень поражения.

День постепенно набирал обороты. Вскоре мы увидели и разрывные моменты: захватывающие атаки и блестящие защитные действия, заставляющие сердца замирать. В крови разбушевался адреналин. Дух соперничества стал захватывать и нас — тех, кто до сих пор не понимал, к чему столько ора. Особенно меня впечатлил студент, сумевший ввести нас в гипноз на массовом уровне, пробив энергетическую защиту и объяв все трибуны. Даже профессора поддались его воздействию. Все мы увидели изменение пространства и почувствовали иную температуру воздуха, иные запахи. Казалось, что мир стал отзеркален: надписи развернулись, как и симметрия лиц, а вода в фонтане словно потекла снизу-вверх. Это было потрясающе и пугающе одновременно.

К тому времени, когда остались последние двое, нас уже было трудно впечатлить. Мы так увлеклись, что позабыли про конспекты. Голова шла кругом от гениальности некоторых моментов. Только Митрандиил считал все проекты одним сплошным промахом и утверждал, что настоящее потрясение еще впереди. Эльф надеялся, что его сородич будет выступать последним, как самый лучший на своем факультете. Однако на десерт оставили Астара Харавию, и чванливый остроухий павлин появился на площадке предпоследним.

— Обнаженное взяточничество! — Митрандиил не смог сдержаться от подобной несправедливости.

— Господин Алдарон, — обратился к нему профессор Анфлеир, — вы вольны думать об академии что угодно, но не стоит бросаться столь громкими обвинениями. Почему вам не пришло в голову, что вашему многоуважаемому земляку позволили выступить раньше Астара Харавии, чтобы лишний раз показать, что его никто не превзойдет, даже маг первой категории? Не сгущайте краски. Все куда прозаичнее.

Окинув Бьяра Анфлеира самым презрительно-надменным взглядом, Митрандиил переключил все свое драгоценное внимание на площадку. Декан улыбнулся и подмигнул мне, как бы давая понять, учись, девочка, как нужно с эльфами диалог вести.

Всем известно, что эльфы способны управлять силами природы. Даже их долголетие поддерживалось специальным эликсиром, собравшим в себя силы солнца, леса и земли. Их влияние на окружающий мир издревле было достаточно велико. Гармония с окружающей средой делала их почти неуязвимыми, особенно в лесу. Потому победу над всемирной войной с нордами одержали именно они. С того времени в академии всегда обучался хотя бы один боевой эльф.

Не тратясь на теорию, экзаменуемый сразу приступил к практике и довольно расслабленно, с некоторой ленцой, заставил разбросанные по площадке семена пустить корни. Земля вздыбилась, трибуны завибрировали, и ростки стали стремительно тянуться вверх, распуская почки на ветках и устремляясь к солнцу. Плавно водя руками по воздуху, эльф ловко направлял каждую веточку, шлифовал каждый листочек, создавая на голой ранее площадке густой лес.