Заряна и заколдованный мельник

Глава 22

Заряна распахнула дверь и вышла на улицу. Ей хотелось узнать, куда так резво убежал хозяин дома, и что заставило его оторваться от неё в столь приятный для обоих момент.

В том, что Добрыня испытывал такие же сильные ощущения, как и она сама, Заряна не сомневалась, она видела, как горели его глаза, слышала, как сбивалось дыхание, становясь хриплым и прерывистым, чувствовала отчаянный стук сердца, которое, казалось, билось в унисон с её.

Но что могло заставить его прерваться и сбежать? Неужто водяной не простит, оставшись в кои-то веки без хлебных крошек? А может это колдовство, от которого стремился избавиться мельник, так действовало?

Девушка остановилась на крыльце и огляделась. Из лесной чащи доносилось уханье совы, а ночные насекомые уже завели свои монотонные песни и теперь вовсю стрекотали из густой травы.

Луна ещё не взошла, лишь единственная вечерняя звезда робко смотрела с потемневшего неба. Свежий аромат мокрой от росы травы да цветущей бузины разливался в хрустальном воздухе, отчего Заряне захотелось сделать глубокий вдох, вбирая в себя лесные запахи вместе с ночной прохладой.

«Где же добрый молодец? Куда опять запропастился?» – подумала девушка.

В эту минуту она вспомнила страшные сказки о том, что, заключив договор с водяным, мельник обязан спать на дне озера. Но разве это может быть правдой? Как живой человек способен провести всю ночь под водою?

А вдруг там мавки и русалки его окрутят да охмурят? При мысли о том, что огромные ладони Добрыни будут касаться гибких тел водяных девок, сердце Заряны кольнула острая иголка ревности. Тряхнув головой, отгоняя наваждение, она спустилась с крыльца и сделала несколько шагов в сторону мельницы.

– Ой! Страшно... – пробормотала девушка, вспомнив мавку, сидящую на колесе. – А топор-то мельников на месте? Не припомню, чтобы он с собой брал.

Заряна хотела было вернуться в дом, но со стороны леса, как и в прошлую ночь, послышался топот и треск сучьев – прямо к ней бежал большой мохнатый зверь.

Девушка взвизгнула и взлетела на крыльцо, спрятавшись от белоснежного волка за резным столбом. Тот затормозил у деревянных ступеней и остался стоять на земле, тяжёло дыша от быстрого бега.

– Отстань, окаянный! Взял моду нападать на людей! Что тебе от меня надобно? – крикнула она, погрозив зверю пальцем.

Тот повёл ушами и опустил лохматую голову. Он поджал хвост и несмело косил глаза на дочку колдуна, отчего весь вид его стал вдруг жалостливым и виноватым.

– Ну ладно, ладно… Не сержусь я на тебя. Сейчас схожу, мельников топор прихвачу и прогуляюсь на мельницу. Можешь со мной пойти, разрешаю, – сказала она и поспешила в дом.

В избушке Заряна быстро отыскала топор Добрыни – он висел на гвозде у входа. Взяв его в руки, она сразу почувствовала спокойствие и уверенность. Да и не мудрено – инструмент-то был сделан из калёного железа, которое любая нечисть ох как боится!

Девушка сняла топор с гвоздя и сунула за витой поясок своего платья. Вооружившись подобным образом, она потушила свечку, стоящую на столе, и вышла из избушки.

Белый волк послушно дожидался её возле крыльца.

– Ну что, идём? – Заряна спустилась со ступеней и подошла к зверю.

Она нежно погладила его большую голову, запустив пальцы в густую шерсть. В ответ волк почти по-человечески вздохнул. И было в том вздохе столько печали, что девушка опустилась на корточки и заглянула в круглые глаза.

– Не хочешь идти на мельницу? Или что другое тебя беспокоит? – спросила она, лаская крупную морду, поглаживая зверя по загривку.

Волк лишь смотрел на неё грустными глазами да тихонько переступал на месте мощными лапами.

– А я мавок не боюсь! И ты не бойся. А не хочешь идти, так здесь жди меня. Я ведь Добрыне обещала его расколдовать, а как это сделать, не ведаю. Может быть, на мельнице ответ отыщется, – сказала Заряна поднимаясь.

Девушка выпрямилась, поправила висящий на поясе топор и решительно зашагала к заводи. Волк пошёл следом, не отставая от неё ни на шаг.

На небе между тем взошла луна и осветила окрестности. Кусты и деревья, ещё недавно возвышавшиеся тёмными бесформенными громадами, сейчас засеребрились под бледными лучами и выглядели теперь умытыми лунным светом и нарядными.

Чем ближе была мельница, тем беспокойнее делалось на душе у Заряны. Ночные птицы перекрикивались в пушистых кронах деревьев, в густой траве, а иногда взлетали прямо из-под ног, заставляя девушку вздрагивать и останавливаться. От близкой воды потянуло сыростью, закружилось над головою комарьё да заквакали жалостливо и громко лягушки.

Мельница, большая и чёрная, возвышалась возле воды, пугая одним своим видом. Очень уж мрачные легенды ходили об этих постройках, даже сильные мужички и то поостереглись бы соваться сюда по ночам, что уж говорить о девушках, которым и днём на мельницу ходу нет?

Заряна была рада, что волк идёт рядом. Большой и сильный, он вселял в неё уверенность. Хотя против нечистиков лесной зверь никудышный помощник, а всё же с ним ей было спокойнее.

Подойдя к деревянным воротам, девушка остановилась в нерешительности. Волк стоял рядом и не показывал никаких признаков беспокойства. Дочка колдуна прошептала про себя обережное заклинание, взялась за кольцо, служившее дверной ручкой, и потянула. Створка мельничных ворот поддалась и со скрипом отъехала в сторону, открывая взору Заряны утонувшее во мраке нутро мельницы.