Последняя глава

Последняя глава

Актовый зал отеля.

- Это будет твоя самая важная пресс-конференция, ты должен сиять как алмаз: решительный непоколебимый, абсолютная уверенность и изрядная доля скромности. Я считаю, это украшает любо писателя, значит и тебе к лицу будет. Мы долго к этому шли, не подведи меня.
Подбадривающий хлопок по плечу и Автор готов выйти к публике. Он так думает…, надеется на это, хотя колени предательски дрожат, а во рту пересохло, несмотря на бокал шампанского, перекочевавший с подноса официанта ЛоуПоли Отеля, а затем выплеснувший свое содержимое в горло.
- Я не могу, Агент, - Тяжелый вздох и взгляд опущен к мраморному полу.
- Это мандраж, не более, ты справишься! – Агент кивнул головой в сторону выхода из небольшого холла, где гримеры отвоевали себе место и где совсем недавно с лица Автора стерли следы истощения, недосыпа и прочих факторов стресса, свойственных каждому рабу музы.
- За этой дверью сотни богатеев, отдавших свои сбережения агентству, лишь бы увидеть свою путеводную звезду, человека изменившего их жизни, заглянувшего в их души! И я не говорю о тех, кто будет смотреть твое выступление по ТВ. Ты знаешь, сколько каналов примчалось на конференцию?
- Пожалуй, не хочу знать…
Автор поправляет галстук, как будто в этом есть необходимость и кивает:
- Ладно, к черту, давай сделаем это!
- Такой настрой уже лучше, вперед.
Стоило Автору выйти в главный зал, как его ослепили вспышки фотокамер, жаркие лучи софитов и голоса…, голоса сливались в немыслимую какофонию, в которой угадывались сплошные вопросы: «Как вам это удалось?!», «Когда продолжение?!», «Последняя глава уже готова?!».
Агент суетился впереди и пытался удержать стену корреспондентов в метре от Автора. Сам писатель путался в чувствах. Это было то, к чему он стремился, то о чем мечтал, пытаясь вырваться из бесконечно депрессии. Люди, которым есть до него дело… Он больше не бледная тень общества, он больше не один из многих. О нем будут говорить, будут писать, и будут помнить.… Когда последняя глава уйдет в печать и завершиться сделка, заключенная четыре года назад с господином тьмы.

Кафе.

- Господином тьмы?
- Нет, не так…, простите, мысли путаются…, все было не так…, - Автор хмурит брови, откинувшись на спинку дивана. Он почесал над бровью и посмотрел на девушку перед собой, так похожую на прежнюю знакомую.
- Быть может стоить начать с начала, а не с конца? – Девушка отпила кофе.
Автор согласно кивнул:
- Вероятно иначе не выйдет. Но с тех пор, как внимание ко мне иссякло, вспоминать начало стало трудней.
- Вы рассказываете историю о великой книге писателя неудачника, о котором все уже успели забыть. Даже роман, который был им написан, уже зачитан до дыр, и мало кому интересен. Если вы, это действительно он, расскажите, как все начиналось.
Автор потер глаза, вспомнив, как почти те же слова произнес кто-то другой, собеседник из прошлого. Сходство девушки и музы стало еще более очевидным. Он улыбнулся и согласно кивнул:
- Пожалуй, началом всего стала депрессия…

Кабинет Автора.

Автор подошел к креслу. Где-то там, в соседней комнате, в другом мире что-то бубнил телевизор. Кризис на ближнем востоке…, четверо погибли в автокатастрофе…
Какое-то время он разглядывал газировку в стакане, напоминавшую виски или что-то из серии крепкой бурды. Ему нравилось держать в своих руках бокал с безалкогольными напитками и силой своего воображения придавать им лоск спиртного, некий налет изысканности. Хорошая практика для писателя.
Он, наконец, опустился в кресло и устало поднес бокал к губам…
- Ты опоздал, - Шепнули укорительно. Где-то за его спиной.
Автор не обернулся, лишь слегка пожал плечами.
- Этот мир не дает мне уйти. Не дает нам остаться наедине.
- Оставим это. У нас как всегда мало времени.
Автор покачал головой. За его спиной стояла муза. В пустой, укрытой сумраком комнате, такой, которую видит в своих грезах начинающий поэт. Все очень строго, но необыкновенно уютно. Это кабинет эгоиста, да, именно так стоит назвать подобное убранство, потому что оно может быть уютным и спокойным только для одного, только для Автора. Стоит сюда зайти кому-то другому и комната предстанет в виде унылой берлоги, уставшего от жизни холостяка. Хотя в ней всегда было прибрано и на красивом, на удивление утонченном, столике терпеливо ждал ноутбук, графин с водой и маленькие «таблетки» наушников.
- Я не могу, ни одной мысли в голове.
- Начало всегда таково. Вначале всегда пустота. Наполнение требует усилий.
Муза не сдавалась, а Автор знал, что не сможет ей сопротивляться. Нужно лишь немного времени в тишине и уверенность что никто не прервет уединения…
Сколько раз он садился в это кресло за последние четыре года? Быть может он сел за этот ноутбук в последний раз. Автор не спешил брать наушники, прежде стоило обойтись без музыки. Она будет нужна, только если муза устанет. Он открыл пустой вордовский документ. Он никогда не писал главы в одном документе, где-то в глубине души он думал, что сможет обмануть князя тьмы, если каждая его глава будет новым документом. Быть может, тогда ему не придется писать последнюю главу, как будто он всякий раз пишет новую книгу…
Как это часто бывает, мысли в голове возникли внезапно – небольшими звеньями, целыми цепочками и, наконец, целым потоком.
Автор скользил пальцами по клавиатуре, ощущая одобрительный взгляд музы. Иногда ему казалось, что ей все равно, что он пишет, лишь бы писал, но она не раз убеждала его в том, что ее интерес пробуждался, когда мысли Автора захватывали его полностью, а не сочились каплями.
За те четыре года, что он создавал свой шедевр, Автор стал ощущать свое искусство подобно тошноте: вот ноют мысли в голове, не дают покоя, цепляются друг за друга, водят хороводы, от которых словно укачивает, затем пребывая в этом утомительном состоянии ты, наконец, берешься за ручку, ноутбук, карандаш, не важно, лишь бы найти способ «вырвать» эти мысли из головы на другой носитель.
Однажды в баре он так и сказал своему другу и поклоннику: «Я склоняюсь над ноутбуком, как над унитазом и мысли рвотой вырываются из меня, спазм за спазмом и точно также как при отравлении, когда ты думаешь, что уже выблевал все свое нутро, в этот самый миг тебя скручивает пуще прежнего, и рождаются новые строчки и абзацы. Потом ничего. Только облегчение, как будто изобилие мыслей в голове и стремление их упорядочивать в книгах или статьях, это такая же болезнь как грипп».
Друг нашел шутку смешной, посмеялся над ней один и Автор понял, что такими открытиями делиться не стоит. Они не для всех…, только для тех, кто болел таким «гриппом».
Сейчас его скручивали новые спазмы и по белому полю вордовского документа резво бежали черные муравьи букв.
Автор забыл про колу в стакане, лишь отстраненно заметив, что когда муза его оставит, газировка лишиться своих пузырьков и станет просто сладким сиропом, но пока муза была рядом. Устроилась на столе и довольно следила за буквами-муравьями. И буквы говорили:
«Четыре года назад моя жизнь, растеряла яркие цвета. Сейчас я понимаю, что это было не следствие какой-то ошибки, проблемы, отдельного случая. Это была тенденция…, закономерность именно моей жизни. Иногда стоит пройти целый путь только для того чтобы узнать – впереди ничего нет. И тогда, четыре года назад, я дошел до этой точки. Чтобы вы понимали, чтобы не думали обо мне как об очередной заблудшей душе, впавшей в депрессию, могу вас заверить – в моей жизни все было прекрасно, не было поводов падать духом и унывать: друзья, работа, семья, в конце концов, крыша над головой и мясо на ужин. Что еще нужно? Хотел бы я знать, что еще нужно человеку, у которого есть все, что как он полагал ему нужно. Очевидно, в этом мире есть силы, которые готовы отвесить нам хорошего пинка в тот самый момент, когда мы решим, что у нас все замечательно и незачем двигаться дальше. И вот однажды эта самая сила явилась и ко мне.
Моя депрессия была следствием или же причиной разочарования во всем, что меня окружает и прежде всего в людях, чуждых мне. Я не находил смысла ни в чем, даже в том, что по определению было смыслом существования живого организма. Именно тогда, я выбрал свой путь – одна единственная книга, которая станет отражением меня, моих мыслей и моей души. Вот она вершина! Если у меня есть все, что нужно человеку, значит я достиг конца пути, и осталось лишь красиво покинуть сцену. Я оставлю в этом мире что-то, что могу оставить только я. Как и все, я мог бы оставить за собой своих наследников, детей и внуков, но дети никогда не будут копией отцов, и будут видеть мир совсем не так, как видят его другие, как вижу его я. У моих детей своя жизнь, а моя катится к закату. Я же хотел оставить в обложке свой взгляд, свои чувства, быть может, перевоплотиться в книгу, подобно мечтателю, желающему законсервировать себя, чтобы увидеть, как мир будет меняться. Одна книга, после написания которой, я покину мир, не как человек испугавшийся трудностей или угнетенный проблемами, а как человек, выполнивший свое предназначение. Моя душа изнывала от жажды избавиться от тела, и от вездесущего человеческого окружения, праздно прожигающего год за годом.
Я знал, что этот труд станет последним. Вообще последним, что я сделаю в этом мире и от того я молился, чтобы усилия не были потрачены впустую.
Муза смотрит из-за плеча на ровные строчки последней главы. Эта глава не имеет никакого отношения к сюжету книги и больше похожа на интервью-монолог. Губы музы изгибаются в улыбке, и своим нежным бархатным голосом она шепчет мне на ухо:
- Ты хочешь обмануть его?
Я смотрю на экран, куда-то в море букв. Я не различаю слов. Муза редко меня отвлекает…, отвлекать Автора это противоестественное для нее поведение, но сейчас она не удержалась от любопытства. Может это и есть признаки шедевра? Когда сама муза с любопытством вчитывается в предложения…
- Ему ведь все равно, какой будет последняя глава, - Отвечаю, пытаясь вернутся к мыслям. Но муза отвлеклась, а значит и я вместе с ней.
Она кладет руки мне на плечи и шепчет:
- Продолжай…
Похоже, ей понравилась моя идея, закончить книгу написав начало ее зарождения. Пусть оно не имеет отношения к сюжету, но это может быть интересно моим поклонникам, и я хочу рассказать им об этом. И возможно, где-то в глубине души я надеялся, что Князь тьмы не признает эту главу последней, ибо спустя время, обретя славу, я проиграл наше пари…, но стоп! Все по порядку…, я должен привязать свои воспоминания к бумаге.
Ловлю мыслями наиболее удачную строчку, чтобы уцепиться за нее и нырнуть в повествование. С третьей попытки у меня это получается, и я снова вижу себя прежнего, никому неизвестного экономиста в маленькой фирме. Да, писать мемуары значительно проще, это не попытка сплести то, чего еще не существует. Я пишу то, что было, лишь слегка приукрашивая своим недавно воспетым критиками талантом. Муза, подарок князя тьмы, молча следит за моими пальцами и ходом мыслей. А я продолжаю…

Кафе.

- Эта муза действительно существовала, или была лишь вашим вспомогательным образом? – Спросила девушка, слегка пригубив кофе. Едва Автор начал «с начала», как у собеседницы возник не поддельный интерес. Теперь она видела, что он действительно мог быть писателем и возможно даже тем самым, который много лет назад написал нашумевший бестселлер.
Автор замолчал, задумавшись, и спустя пару секунд неуверенно ответил:
- Даже сейчас или особенно сейчас, я не могу однозначно ответить на этот вопрос. Для меня она была реальна, но… реальна как призрак.
- Простите, я вас отвлекла.
- Да…, дальше возможно вам станет яснее. Секунду…, - Автор вспомнил о чем говорил и вернулся к рассказу.

Кабинет Автора.

С того момента, как я определился с последним делом своей жизни, все мое окружение стало бледнеть как зрители в зале кинотеатра, когда гаснет свет и начинается сеанс. Мои дети, моя жена и прежде всего те не многие люди, которых я считал друзьями. Когда очевидные раздражители ушли в тень, за ними последовали банальные и необходимые привычки. Я стал меньше спать, меньше есть и даже сидя за сводными таблицами в офисе, я пребывал в своем сюжете на тот или иной лад прокручивая образы в голове и скрепляя их не убедительными событиями. Я никому не показывал своих начинаний и для самых близких людей я просто «работал», «брал работу на дом», «заканчивал срочные дела». Книга поглотила меня целиком, и я всей душой ощущал, что это последнее дело моей жизни…
- Тогда появился он, - Шепнула муза за спиной. Она уже не нависала надо мной, заглядывая в экран, а тихим шагом прогуливалась по маленькому кабинету, словно бы погрузившись в мое прошлое вместе со мной.
- Я не ожидал этой встречи. Мне казалось, что мысленный договор, который я заключил, не покидал пределов моего сознания. Я бы принял это за шутку и наверно где-то первые две секунды так и воспринял слова человека, ожидавшего меня в моем кабинете в тот день. Но о моей книге не знал никто и от мысли, что я лишь жертва розыгрыша, очень скоро пришлось отказаться.
- Как произошла эта встреча? – Спросила муза
Она задала этот вопрос не из праздного любопытства. Это один из инструментов музы – вопросы. Так она словно острым стимулом подгоняла мое вдохновение, и я писал, словно общаясь с невидимым собеседником.
- Я пришел с работы в очень удачное для меня время. Дети с женой гостили у тещи, друзья дорабатывали последний день рабочей недели, а мой начальник, пребывая в хорошем настроении, разрешил экономическому отделу закончить работу на полтора часа раньше. Иными словами я предвкушал сладостное уединение с моим произведением в тишине кабинета. Но…, как оказалось, уединение мне не грозило.
Открыв дверь кабинета, я увидел молодого человека в коротком пальто, замершего у окна, закрытого шторами, сквозь которые пробивался дневной свет. Он привлекал взгляд не своей внешностью, не как посторонний человек, а скорее как предмет, внезапно объявившийся в кабинете, который я знал до мелочей. Парень смотрел наружу, сложив руки за спиной. Несмотря на очевидную молодость, заметную даже со спины, я увидел в его руках трость с серебряным набалдашником, вероятно не более чем изысканный аксессуар… Конечно, дорогой читатель, ты предвидишь мою реакцию на столь наглое и внезапное вторжение в мою обитель и разумеется моя рука почти рефлекторно потянулась к карману, где лежал мобильный телефон, с вполне логичным желанием немедленно вызвать полицию, но многие ли воры и грабители, посещают своих жертв в столь импозантном облачении и ожидают их появления не утруждаясь даже спрятаться?
Я уже дал вам понять, что недолюбливаю людей и моя книга, вероятно, для многих станет очевидным бегством от общества. Должно быть, в то время эта причина, по которой я писал свой труд, столь сильно владела моим вниманием, что я счел излишним общение с полицией, разъяснение им своей проблемы, да и вряд ли этот вор станет вместе со мной дожидаться защитников правопорядка.
- Совершенно верно, - Внезапно произнес молодой человек и медленно обернулся ко мне, - Они все равно не приедут.
- Кто вы? – Этот вопрос мне казался более любопытным, нежели более уместный «Что вы здесь делаете?» Но опережая мое любопытство юноша ответил на оба.
- Я сила та, что без числа, творит добро…
Он оборвал фразу с улыбкой и каким-то веселым огоньком в глазах. Конечно я узнал строчку из произведения Гёте и очевидно он на это рассчитывал, а смех в глазах был вероятно вызван продолжением фразы, которое он намеренно не стал произносить.
На мгновение я лишился дара речи. Этой секунды ему хватило, чтобы жестом предложить мне сесть в мое собственное кресло.
- Я пришел помочь…
Его безупречная игривая улыбка словно гипнотизировала меня. Где-то далеко в своих мыслях я отметил, что мне, очевидно, ничто не грозит. Я так же заметил, что ноутбук лежит на столе не тронутый, я не заметил ни сумки, ни мешка, куда потенциальный вор мог бы складывать краденное.
- Как вы сюда попали? Что вам нужно? – Я задавал вопросы, не замечая, что покорно усаживаюсь в кресло перед ноутбуком.
Оперев трость о стол, юноша открыл ноутбук, и мне показалось, одним легким жестом велел ему включиться.
- Я ваш поклонник, дорогой друг. Если мы поладим, то вам придется привыкнуть к внезапному проникновению в ваше жилище преданных фанатов.
- Я не понимаю о чем вы? Я вызываю полицию! – Несмотря на уверенность в своем голосе, я понял, что мои руки, ровно лежащие на столе, как у прилежного ученика, не желают подчиняться моим решениям.
Юноша навис надо мной и водя рукой перед экраном ноутбука, зашел в мою секретную папку, легко шевельнув указательным пальцем, словно в его руке была мышка, он открыл ее, затем отыскал документ с названием «глава 1» и также открыл и его.
Передо мной возникли мои первые наброски. Все жесты вора казались невероятно интимными, и пока он открывал книгу всей моей жизни, я чувствовал, будто меня раздевают. Возможно, в этот момент я осознал, сколь много я вкладывал в это произведение…

Кафе.

- Звучит как начало фантастического романа, - Девушка улыбнулась, - Вы это сейчас придумали, или это старая задумка?
Автор поджал губы и, отвернувшись, посмотрел в окно. Конечно, в такое сложно поверить…, тогда, на презентации последней главы, многие смотрели на писателя точно так же как эта девушка и сделали подобный вывод. Но эту главу…, главу, описывающую начало а не конец, Автор продолжать не стал…, возможно, именно поэтому поклонники отвернулись от него. Он поставил точку в середине повествования и таким образом поставил крест на себе…
Девушка смутилась от долго молчания:
- Простите, я…
- Я понимаю вас, - Прервал ее Автор, - В то, что я говорю сложно поверить. Я бы сам не поверил, если бы в тот момент не ощущал странную сонливость. Вам наверняка знакомо подобное ощущение…, где-то на границе сна, когда чтобы не произошло, все кажется уместным или, по крайней мере, не существенным. Войдя в тот день в кабинет, я словно окунулся в дрему.
- Возможно этот человек владел гипнозом, как цыгане? Он усыпил вашу бдительности и ограбил…
Автор покачал головой:
- Он не взял ничего, - Автор снова повернулся к окну, - Вернее почти ничего. И кое-что оставил взамен…
- Что же он забрал? – Девушке снова стало интересно.
- Думаю вы догадываетесь, что ему потребовалось, если он представился строчкой из Фауста, - Автор улыбнулся, немного грустно.
- Хотите сказать, это действительно был Мефистофель?
- Он называл себя несколько иначе. Я продолжу, с вашего позволения.
- Конечно, простите.

Кабинет Автора.

Я невидящим взглядом смотрел на клавиатуру. Некоторые кнопки совсем затерлись. До моего судьбоносного решения этот ноутбук был почти новым. Я работаю с графиками и таблицами, поэтому чаще пользуюсь мышкой, а не клавиатурой, но за четыре года, посвященных книге, ноутбук познал на себе всю мощь дьявольского вдохновения.
- А дьявол может творить? – Все так же не оглядываясь, я адресовал свой вопрос музе, - Я слышал, что Падший ангел мнил себя равным Богу, но не мог создавать… Его терзала зависть и лишь от того, он желал разрушить все творения Бога…
Муза смотрела на Автора с легкой, едва заметной улыбкой на губах:
- Но ты творишь с его помощью…
- Мне помогаешь ты, а не он. Хотя я понимаю…, он вроде руководителя, который раздает задачи, но сам не делает ничего.
- Не будем отвлекаться…
Я кивнул и снова собрался с мыслями.
- Я слышал о вашем отчаянном положении, - Произнес юноша. Впервые с его губ слетела улыбка, но голос звучал с некоторой насмешкой.
Он заложил руки за спину и стал прохаживаться по кабинету, разглядывая корешки книг в шкафу, папье-маше, репродукции известных художников. Я по-прежнему пытался отлепить руки от стола и проявить хоть какую-то активность, но вслед за руками, склеились и мои губы. Не уверен, что виновата некая магия или что-то еще, но в моем мозгу было отвратительно пусто. Я понимал его слова, но мои собственные мысли пугливо прятались где-то в подсознании, не смея прервать его речь. В какой-то момент я понял, что молчу по его воле.
- Любимая жена, двое веселых, жизнерадостных малышей, - Мефистофель взял один из томов Капитала Маркса, повертел в руках, слегка нахмурив брови, затем вернул на полку и продолжил:
- Друзья не самые лучшие, но вполне достойные… Работа…, очевидно не плохая, раз позволяет расположиться в собственном кабинете.
Он обвел взглядом все помещение, затем посмотрел на меня:
- И как вы терпите столь невыносимую жизнь?
Я судорожно вдохнул, осознав, что снова волен говорить.
- Кто ты? – Я не мог поверить в явление потусторонней силы и отчаянно нуждался в прямом ответе на этот вопрос.
- Меня зову по разному, но мне приятно звание хозяина тени, - Он протянул руку, и трость послушно прилетела к нему. Оперевшись на нее, он слегка поклонился и с улыбкой произнес:
- Зови меня князем тьмы.
- Зачем ты явился ко мне? – Столь явная демонстрация нечеловеческих способностей не оставляла никаких сомнений в словах гостя, хоть подсознание еще привычно ныло: «Это трюк! Это просто фокус!».
- Ооохх, - Вздохнул Князь, - Мы ведь не будем бесконечно повторять одно и тоже? Я пришел помочь…
- Я не просил о помощи. Эта книга…
- Дело всей твоей жизни. Так?
Князь поднял трость, и мимолетно посмотрев на набалдашник, указал им на меня:
- Такие заявления не проходят даром. Они будят любопытство сил, подобных мне. Вы зовете Бога своим пастырем, но и я приглядываю за вашим стадом и вы, мой талантливый друг, очевидно, отбились от своей отары.
- И вы желаете меня вернуть обратно?
Я обнаружил, что мои руки отлипли от стола, но желание вызывать полицию так же исчезло. Внезапно мое желание тут же схватиться за телефон, показалось мне каким-то нелепым и достойным разве что дешевого голливудского ужастика. Хотя в очередной раз эти мысли могли быть его внушением.
- А я могу? – Вскинув бровь, спросил юноша.
Я отвел взгляд и посмотрел на первую главу своей книги. Я обратился к ней словно к судье (быть может по его наущению). Если книга кажется мне достойной, значит я действительно ушел от стада никчемных овец, которых едва мог терпеть. А если труд моей жизни хромает на обе ноги…
- Я могу тебе помочь, - Произнес Князь, любуясь отражением моих мыслей на моем лице.
- Если ты знаешь о моей книге, значит знаешь зачем я ее пишу.
- Знаю, - Он указал рукой на полки с книгами, - Они все писали ради этого.
Я так же посмотрел на книги, а Князь продолжил:
- Ради достойного завершения жизни.
- Мне надоело быть одним из них, - Ответил я, подразумевая большую часть людей. - Быть никем! Храня свой замысел в секрете, я, как оказалось, отчаянно нуждался в собеседнике, в том, кто по счастливой случайности знает о моей книге и более того, знает о моих чувствах. Слова полились из меня рекой, словно исповедь. Я рефлекторно потянулся к клавиатуре, по привычке желая записать их, но отвлекся, задумавшись над тем, что исповедаюсь дьяволу.
- У меня есть семья, есть работа, это все так, но… Кому до этого есть дело? Когда я умру, я стану лишь листом на генеалогическом древе. Скорее всего, даже мои правнуки не будут помнить меня, а ведь это те, ради кого я живу! Я стану отпечатком на песке, живущим в памяти людей до первого более менее сильного прилива.
- Но многие из тех, кто выбрал этот путь остались в памяти людей не надолго. А многих люди с радостью забыли бы.
Это была правда, о которой я почему-то не задумывался прежде. Решив написать книгу, я счел это занятие само по себе достойным, не столь важно, каков будет его итог. Но ведь совершенно очевидно, что моя книга может быть заклевана критиками или даже не увидеть свет. Я стану немного другим, но останусь той же овцой в стаде. Быть может с несколькими сотнями прочтений на каком-нибудь литературном сайте…
- А я могу тебе помочь, - Словно припевая произнес Князь тьмы.
Он указал на ноутбук
- Я заберу тебя из стада, если ты закончишь эту книгу…
- А если нет?
- Останешься и дальше следовать в толпе одинаковых людей, подобно паршивой овце до которой никому нет дела.
Я знал, о чем мне следовало подумать после этих слов, произнесенных тем, кто назвался Дьяволом. Я должен был подумать о своей семье, немногочисленных, но вроде бы верных друзьях, коллегах в офисе… Я ведь не один, но… Могу ли я считать себя кем-то особенным, если меня, ничем не примечательного человека, окружают хоть и близкие, но такие же не примечательные люди? Поймите меня правильно. Я не считал себя избранным… По поводу своего прежнего состояния у меня родилась не одна вполне устойчивая теория, главной из которых я считал мысль о том, что я совершил все, что может простой человек и далее, мне следует либо доживать до старости, предаваясь простым человеческим радостям, либо заглянуть за горизонт человеческих возможностей. Я мечтал о чем-то невероятном, ждал чудес как и все остальные люди, а в итоге моя жизнь следует строго заданной программе… Да, возможно во мне говорило тщеславие, но в нем я заходил куда дальше иных тщеславных людей. Я не желал славы рок-исполнителей, выдающихся актеров и писателей…, только встретив Князя тьмы в своем кабинете, я осознал, что самые высокие вершины доступные человеку, для меня слишком низкие. Именно это стало причиной того, что свою первую книгу, я планировал сделать и последней. Только такую точку в своей жизни я мог принять…, или…
- Почему вы хотите помочь мне?
Князь устроился в кресло, стоящее у самой стены. Случайно или нет, но солнечный свет до стены не доходил и я теперь видел лишь неясный силуэт.
- Дело в том, что у меня несколько иной взгляд на вашу ситуацию.
- Интересно узнать, что думает обо мне дьявол?
- Что ж, извольтес. Один из любимых моих пороков человечества, я именую лицемерие. И вам, мой друг, оно свойственно в изрядной мере…
- Позволю себе не согласиться, в виду того, что сам этот порок считаю отвратительным.
- Как и в целом сущность человеческую, верно?
Ответить мне было не чего.
- А между тем, презрев людей, вы сами вынуждены пребывать в шкуре человека. То же и с лицемерием. Считая скверным этот порок, вы сами ему подвержены. И я намерен это доказать.
- Это и есть причина вашего появления в моем кабинете?
Князь тьмы пожал плечами:
- Много ли причин нужно для развлечений? Простая скука вполне себе веский повод вступить в беседу с отчаявшимся начинающим писателем.
- Значит взамен вашей помощи я лишь послужу развлечением? Если вы правда тот, за кого себя выдаете, ваши расценки вроде бы включают души.
- Душа конечная цель, но не причина моего присутствия здесь. Поверьте, есть немало людей, которые без лишней волокиты расстанутся со своей душой. А что касается вашей, то эту цену вы сами не прочь заплатить, верно?
- Я всего лишь желал закончить свою жизнь достойной книгой, я не планировал продавать душу.
- В таком случае вам следует после издания своего труда, закончить подобно Анне Карениной, или до конца дней пребывать в бездействии в окружении родственников и равнодушных друзей. Второе вам претит, я прав?
Я снова не нашел слов, чтобы возразить, только теперь задумываясь о том, как собственно я планировал закончить свои дни, после написания книги?
- А путь, которым следовала Анна Каренина, вновь приведет вас ко мне.
Такой расклад мне был не по нутру. Хоть я и не был особо верующим, но явление этого существа в мой дом, заставило меня пересмотреть ситуацию в корне. Теперь, некое метафизическое понятие души, для меня стало гораздо более материальным и продать ее, пусть даже в шутку, мне казалось не смешным. В затянувшемся молчании я неловко сменил тему, пытаясь выпутаться из словесной ловушки, столь ловко расставленной этим юношей:
- Так в чем здесь мое лицемерие?
Князь улыбнулся:
- Я уверен, что ваши фатальные мысли и стремления, одолевающие вас последний месяц, не более чем жажда славы. Ваше произведение, - Князь указал на ноутбук, - Еще не родилось, и быть может, не увидит свет, но славы вы жаждете уже сейчас, хоть лицемерно от нее отказываетесь.
- Я лишь хочу достойно окончить жизнь…
- Именно это стремление и выдает вас, друг мой. Не окончив книгу, вы планируете окончание жизни. И именно этим вы привлекаете к себе внимание. Книга может и не «выстрелить», а вот если вы умрете, прежде своего срока, некая доля известности вам, возможно, и достанется.

Кафе.

- Так и было на самом деле? Он был прав?
За все время встречи, девушка успела отпить чуть больше половины заказанного кофе, а сам Автор вообще не притронулся к чашке.
- Как оказалось впоследствии, этот спор я проиграл. Я бы не хотел опережать события. Теперь, когда вы разумно рекомендовали мне начать с начала, события выстраиваются в голове гораздо более понятно и доступно даже для меня самого. Еще один повод отблагодарить вас за встречу.
Автор улыбнулся, девушка улыбнулась в ответ:
- Для меня эта встреча тоже весьма неожиданная и удивительна. Чаще ко мне подсаживались мужчины с заезженной фразой, вроде «вашей маме зять не нужен?», а здесь полноценная история с дьяволом в главной роли!
Автор, улыбаясь медленно кивнул, глядя на девушку, так сильно похожую на дар Князя тьмы.
- Мне бы хотелось думать, что главным героем являюсь я.
- Да, конечно... Я просто хотела сказать, что так знакомиться мне еще не приходилось.
Автор позволил себе сделать глоток уже остывшего кофе.
- Вы говорили о музе, она помогала вам писать только последнюю главу?
- Нет. На самом деле к тому моменту, когда в мой кабинет с визитом пришел Князь тьмы, я был уверен в готовности трех глав. Был уверен, это значит, считал их вполне читабельными. Но с приходом музы, я переписал все, что было написано прежде. Здесь Князь тоже оказался прав и моя книга, над которой я работал без потусторонней помощи, была совершенно никчемной.
- Как же ему удалось вас уговорить на сделку? В наше время даже опытным цыганкам мало кто доверяет.
- Быть может в том и причина? – Автор улыбнулся, - Все-таки передо мной была не старая бабка в побитом молью платке, а существо, явившее мне целый набор нечеловеческих способностей.
- Которые вы сочли фокусами?
- Не все. Я мог бы придумать объяснение для летающей трости, даже для своей немоты (вполне возможно, ее причиной был обычный психологический ступор или шок). Но он играючи читал мои мысли и многое знал обо мне того, чего кроме меня знать не мог никто. Например, о моих детских страхах. О том, какие детские заговоры я мысленно произносил, когда мама на ночь выключала свет в моей комнате и уходила. Я о таких вещах никому не рассказывал не потому что это была особенная тайна, а просто потому что со временем сам забывал произносить нужные слава и со временем эта привычка осталась там же, куда отправляются все детские привычки и мысли.
- Выходит он знал, как вас уговорить.
- Я думаю, из того, что я уже вам рассказал, можно понять, что особо уговаривать меня не было нужды. Но последний шаг мне дался с трудом…

Кабинет Автора.

Едва Князь разъяснил мне совою позицию, как я стал осознавать серьезность нашего разговора. Вероятно, он как-то усыпил мой мозг и теперь он постепенно оживал, подбрасывая мне то одни, то другие мысли.
- Он не осудит тебя за эту главу? – спросил я у музы, которая изящно устроилась на краю стола
- Он сам велел мне помогать тебе.
- Но возможно он против своего упоминания в моей книге.
- Думаю, он бы сказал об этом. Ты Автор и ты волен избирать любую тему, а его имя упоминается в миллионах книг по всему миру. Я думаю, ему это льстит.
Муза редко рассуждала так свободно и чаще была сосредоточена на произведении, которое я писал. Но то ли осознание того, что эта глава последняя, то ли от того, что я сам выбрал отвлеченную манеру и сюжет повествования, она позволила себе больше свободных мыслей.
- Наверно ты права, - Ответил я и вернулся к сюжету.
Обычно в это время мне звонила жена, но телефон молчал. Когда я решил, что звонить в полицию с заявлением о проникшем в мой дом дьяволе, по меньшей мере, глупо, я забыл про свой телефон. Теперь же, воспользовавшись паузой, я набрался смелости и опустил руку в карман пиджака. Князь тьмы с некой тенью улыбки смотрел на меня из укрытого сумраком угла. Он меня не останавливал и вероятно был абсолютно уверен, что мое любопытство не даст мне вызвать полицию.
- Мне должна позвонить жена, - Все же из вежливости, я решил объяснить причину своего внимания к телефону.
- Пока еще рано, мы не закончили наше дело.
- Но…, она ведь не знает о вас?
- Конечно, - Дьявол улыбнулся, - Не более чем другие люди. Просто я нашел необходимым избавить вас от любых раздражителей, способных повлиять на трезвость вашей мысли.
Он успокаивающе поднял руку:
- С вашей семьей все в порядке, просто мы с вами, в данное время обитаем в несколько измененной реальности и согласно ее правилам, вашей супруге нет необходимости звонить вам именно сейчас.
Я мельком посмотрел на телефон и убедился в том, что жена действительно не звонила, заодно я заметил, что часы на телефоне показывают полночь. Конечно, телефон мог и сломаться, но сейчас я не был склонен верить в совпадения.
- Итак? – Увидев, что я убедился в словах Князя, он вернул к себе мое внимание.
Я выдохнул:
- Хорошо. Выходит, вы мне можете помочь написать книгу, которая станет легендой, так? И полагаете, что я, напившись славы, лицемерно откажусь от идеи покинуть этот мир.
- Именно, - Князь кивнул.
- И если я соглашусь с вашей помощью закончить эту книгу, то вы заберете мою душу, верно?
Князь поднялся с кресла и потянулся, держа трость в руке:
- Давайте проясним детали нашего договора: ваша книга станет шедевром, но когда вы допишете последнюю главу, я заберу вас из этого мира, как вы и просили. Если вы оборвете книгу на середине сюжета, я сочту любую главу из нее последней и заберу вас. Если вы решите обмануть меня и попросите кого-то другого написать последнюю главу, для меня последней станет та, которую написали вы.
Князь произнес условия легко и непринужденно, но от того, они мне напомнили тот самый мелкий текст во всех договорах. Я попросил повторить условия, что он послушно сделал, слово в слово.
Немного подумав, я нашел лазейку требующую внимания:
- Я не могу издать книгу без последней главы. Ни один издатель за это не возьмется. Как я узнаю, что моя книга пользуется популярностью, если вы заберете меня едва я закончу ее?
Князь улыбнулся, будто надеялся, что я не стану вникать в мелочи, но когда ты экономист довольно крупной компании, привыкаешь внимательней относиться к формальностям.
- Я дам тебе право решать, какая глава станет последней. Издателю этого знать не нужно. Ты напишешь книгу, закончишь ее так как сочтешь нужным и издашь, но в любое время в течение месяца, ты можешь объявить о написании новой главы. Таким образом глава на которой ты закончил книгу перестанет быть последней. Издатель потребует продолжения… и читатели тоже.
- А если я не признаю эту главу последней? Я буду жить вечно?
- Ни один Автор не живет вечно, - Ответил Князь, - И каждый из вас живет ради читателей. Много ли читателей у тебя останется, если ты сделаешь свою историю бесконечной? Как долго издатель будет рад издавать продолжение твоей книги? Да и муза, что я подарю тебе, не останется с тобой навсегда. А без нее ты знаешь, на что способен…
Автор знал… Ни один из его рассказов не был достаточно хорош, чтобы даже задуматься о знакомстве с издателем...
- Я бы мог писать в стол. Начать другую книгу, но постоянно возвращаться к этой…, пусть даже и без музы. Я могу постоянно объявлять о новой главе
Конечно, Автор не собирался этого делать, но ему было интересно, не открыл ли он ненароком путь к бессмертию, воспользовавшись желанием князя тьмы поспорить с ним.
- Я не дарую тебе бессмертие. Ты проживешь столько, сколько тебе отмерено. И мы с тобой условились на изданную книгу, а значит то, что ты будешь писать в стол, значения не имеет. Только изданная глава может стать последней. Можешь писать эту книгу годами, но я не буду ждать вечно, если ты прервешься хотя бы на месяц, я сочту любую из написанных глав последней и заберу твою душу. С того момента, как ты объявишь о новой главе, я дам тебе месяц на ее написание и издание. Ты можешь написать длинную историю, но это лишь отсрочит твое срок освобождения из унылого и серого мира. А люди…, они недолго хранят верность графоманам.

Кафе.

- Признаться, тогда я наивно полагал, что месяц, это куча времени. – Автор с разрешения девушки закурил сигарету, - В любой из дней я мог взяться за «последнюю главу», а все остальное время пожинать плоды своей славы. Но едва я стал известен, как время стало играть совсем по другим правилам. Мои серые будни обрели краски, но при этом ужались до часов, и каждая моя минута пролетала мимо меня будто пуля. Об этом ли я мечтал? – Автор пожал плечами, - Как это не странно, но спустя несколько недель после написания книги, когда Князь дал мне насладиться триумфом, я почувствовал, что эта книга подобна вершине горы, пиком моей жизни. До нее я с трудом совершал восхождение по этому Эвересту, но когда книга была закончена, я словно начал кувырком катиться с противоположного склона. Жизнь побежала быстрее и где-то даже болезненней…
- Могу ошибаться, но разве не все сделки с дьяволом так заканчиваются? – Девушка уже продолжительное время смотрела на Автора, сложив руки под подбородком. Пару раз ее телефон вибрировал от звонков, но она отключала его, чтобы не прерывать Автора и даже сейчас, когда возникла пауза, она не спешила проверить, кто звонил и по какому поводу.
За окном кафе начался снег. Он уже не в первый раз начинался, успевал присыпать тротуар, растаять и начаться снова.
- Он подарил вам музу?
Автор, погрузившись в себя, кивнул. Снова повисло молчание, и когда девушка уже хотела его нарушить, Автор продолжил:
- Вы, несомненно, правы. Любая сделка с дьяволом чревата последствиями, но в то время я не боялся ничего. Я, конечно же, сразу оговорил условия, при которых, я был согласен поработать над книгой в соавторстве с князем тьмы. Первым из них было, чтобы моей семье ничего не угрожала, равно как и друзьям. Он согласился без вопросов.
- Но ведь менялась ваша жизнь, а она связана с вашими близкими!
- Об этом он мне тоже напомнил. Я наивно решил, что раз моя жизнь изменится к лучшему, то едва ли это навредит моим друзьям и семье.

Кабинет Автора.

- Со своей стороны я не стану как-либо взаимодействовать с твоими близкими, - Заверил меня Князь, - Меня интересует только книга…, и ты.
- Хорошо, тогда следующее условие…
Князь забрался в кресло, закинув ноги на подлокотник. Он крутил в воздухе трость, наблюдая за игрой света на серебряном набалдашнике.
- Я весь внимание!
Должно быть всякий, кому доводилось заключать сделку с дьяволом, надеется, что сможет обхитрить его, или, по крайней мере, вернуть время вспять и переиграть эту сделку. Впрочем, кто из реальных людей встречался с этим юношей? Я не хотел себе льстить, но не избежал мысли, что быть может явление князя тьмы столь редкое, что я мог оказаться чуть ли не единственным, кто получил возможность с ним встретится. И так же как гипотетические или вымышленные персонажи, я старался максимально детально продумать условия договора.
- Я не хочу, чтобы обо мне говорили, как о Паганини.
- То есть? – Князь вскинул бровь.
- Не хочу, чтобы люди думали, что я продал душу дьяволу за свой роман
- Хорошо, я за этим прослежу, - Дьявол улыбнулся уголком губ, - Еще что-нибудь?
- Выходит, ты нарушаешь собственное условие договора? – Спросила муза, заглянув в экран.
Я откинулся на спинку кресла и, закинув руки за голову, посмотрел на второе, где четыре года назад сидел Князь тьмы:
- Это ведь мое условие. Я обязан выполнять его требования, под которыми «подписался». За свои требования я отвечаю только перед собой.
- Но ведь ты не даешь ему выполнить его обязательства по договору.
- Я их на него возложил, значит я могу и снять.
Муза закусила красивую рубиновую пухлую губу.
- Возможно, - произнесла она немного подумав, - Мне интересно, что вы еще успели обсудить, до моего появления.
Я смотрел на невероятно красивую девушку, действительно прекрасный подарок дьявола. Ни мои читатели, ни Князь тьмы, ни даже сама муза не догадывались, что самым значимым моментом в своей жизни, я считал именно этот дар дьявола. Едва я написал книгу, я тут же выбросил ее из головы. Конечно череда презентаций, интервью, выступление по центральным каналам, общение с режиссерами, все это пыталось напомнить мне о моем творении…, но я охотней предавался мыслям о ней. Этой девушке сидящей на моем столе. Несмотря на то, что она не подсказала мне ни одной строчки за все четыре года, я оправдано считал ее своим соАвтором. Быть может это просто особенность музы – вдохновлять одним своим присутствием, но я был уверен, что в ней есть нечто особенное, отличающее ее от эфемерного создания, дарующего свежие идеи. Был ли я влюблен в нее? Сложно ответить на этот вопрос. Может ли человек любить свою руку? Свой образ мыслей? Она существовала отдельно от меня, но словно бы являлась частью моего внутреннего мира. Я даже ощущал себя Адамом с четким пониманием того, что моя Ева действительно родилась из моего ребра. Я знал, что муза никогда меня не подведет, ни обидит, не заденет и останется со мной, если я научусь быть Автором каждую минуту своей жизни. Только я мог уйти от нее…, она от меня никогда. Так я думал раньше…
- Момент твоего появления близок, - Ответил я своему вдохновению и вернулся к рассказу.
Разговор с дьяволом невольно задел струну гордости в моей душе, и я был вынужден задуматься над его шансами на победу в нашем споре:
- Значит, ты думаешь, что я лицемерен? – Вопрос лишь заполнил паузу, хотя я и надеялся на искренний ответ. Да, Князь уже обвинил меня в наличии этого порока, но я все еще надеялся, что он не уверен в этом, - Какой смысл устраивать этот спор, если ты знаешь меня столь хорошо?
Князь как будто задумался, затем медленно ответил, прохаживаясь по комнате:
- Все дело в том, что я волен предоставить смертному не менее двух вариантов, а это значит, что у тебя есть возможность меня удивить. Я не могу быть абсолютно уверенным в твоих действиях и в этом весь интерес. Впрочем, и тот, кого вы зовете Богом, так же предоставляет вам не менее двух вариантов действий. Вы всегда можете выбирать, и иногда ваш выбор нас забавляет.
Почему-то это прозвучало для меня обнадеживающе. Поскольку, как я уже замечал, сделки с дьяволом не совершались на каждом углу, по крайней мере, в моей реальности, я несколько легкомысленно относился к происходящему. Примерно как к предложению ограбить банк или попробовать наркотики. Весьма существенная перемена в жизни, но, тем не менее, не создающая впечатления чего-то в корне не верного. Тем более в своей скромно верующей душе, я был убежден, что абсолютного зла, равно как и абсолютного добра не существует. Значит моя сделка всего лишь одна из многих дорог доступных мне. Для меня было самым главным, что эта дорога пролегает в стороне от привычной многим колеи и очевидно внесет нечто новое в мою жизнь.
- Хорошо, - Решился я, - мне нужен гвоздь, чтобы уколоть палец для подписи?
Князь улыбнулся и постучав пальцами по трости помотал головой:
- Нет. Договор из человеческой кожи я забыл в своем костюме рогатого черта… Понимаю, что в ваше время и при твоей профессии люди привыкли к бумажными завереньям, но меня ваши интерпретации договора только забавляют. Мне достаточно твоего слова…
- То есть мне поклясться?
- И это будет лишним, - Князь развел руки в стороны, словно презентовал себя, - Я предлагаю тебе помощь в написании бестселлера, согласен ли ты принять ее, в обмен на свою душу, сразу после того, как достигнешь пика славы?
- Согласен, - Словно подчиняясь торжественному моменту, я поднялся с кресла и протянул руку Князю тьмы.
Он улыбнулся и крепко пожал протянутую ладонь.
- Вот и славно!
- И что теперь? Мне вернуться к компьютеру? Когда я напишу книгу?
- Я лично тебе не соАвтор, но в это воскресенье, ближе к одиннадцати вечера, жди нового посетителя.
- Кого?
- Тебе понадобится муза и я тебе ее предоставлю.
- И это все? Ты пришел ко мне, обещаешь мне славу, ставишь на то, что я лицемер и не пожелаю покинуть мир, достигнув в нем всех вершин, а теперь просто уходишь?
- Прости, что обошлось без кровавых ритуалов. Но ты помнишь, как я оказался здесь?
- Без моего разрешения?
- И именно так я и ухожу. Я выполню свою часть уговора, в одиннадцать вечера в это воскресенье. Дальше поработать придется тебе. Ты ни чем не рискуешь. Можешь прожить эти дни, убеждая себя в том, что я лишь плод твоего воображения и твоя душа останется при тебе, но в назначенное время я приду и мы выясним, достоин ли ты уйти в лучах славы, или проявишь лицемерие и будешь держаться за последнюю главу до последнего. Какой прелестный каламбур!

Кафе.

- Затем он ушел. Видимо ощущая мое скептическое отношение к происходящему, выйти из дома он предпочел более эффектно, чем в него проникнул. Едва он открыл дверь кабинета, как из нее засиял свет. Там не было ни коридора, ни чего-либо похожего на мой дом, только свет и все. Конечно, когда он вышел, и прошло не меньше пятнадцати минут, я действительно очень скоро пришел к мысли, что все произошедшее не более чем сон. Я отработал последний день рабочей недели, вероятно, недосыпал и очень сильно погряз в своем нелепом сюжете, на который возлагал большие надежды – идеальная смесь, чтобы расположившись в удобном кресле уснуть на клавиатуре ноутбука. Как-то слишком запоздало я сообразил ущипнуть себя за руку. Было больно.
- Что было дальше? – Девушка сжала чашку в руках в нетерпении услышать продолжение.
- Едва дверь за ним закрылась, как зазвонил мой телефон…
- Звонила ваша жена…, - Догадалась девушка.
- Да. И время на телефоне теперь стояло верное. Семнадцать десять, как сейчас помню. Не знаю почему счел важным это запомнить.
- А в воскресенье? Он пришел? Раз вы говорили о музе, значит…
- Да. Ровно в одиннадцать вечера в воскресенье я заперся в кабинете и едва повернулся к своему столу, как обнаружил на нем ее…
Автор замолчал заново переживая этот самый главный момент в жизни.
- Она одновременно выглядела как простая женщина и как неуловимый призрак. Прежде, глядя на князя тьмы я не подозревал в нем каких-то способностей, благодаря которым он мог проделывать свои фокусы, но когда я смотрел на музу, я совершенно отчетливо ощущал ее потустороннюю природу.
- Неужели ваша супруга не замечала ее? Вы же разговаривали с ней. Я бы не позволила своему мужу регулярно запираться в кабинете, даже в одиночестве.
Им пришлось заказать еще по чашке кофе, когда официант кафе стал коситься в их сторону. Девушка заказала пирожное.
- За то время, что я лелеял планы по написанию книги и за то время, что я действительно носил работу на дом, моя семья привыкла к моему графику. Бывало, что моя жена приносила ужин прямо в кабинет, а бывало, не скрою, что мы уединялись в нем вдвоем. Я говорю это, чтобы вы поняли, что мой кабинет не считался какой-то зоной отчуждения и меня не считали врагом народа, когда я запирался в нем. А что насчет вопроса о слышимости и видимости музы, то здесь, вероятно, все-таки играла роль ее сверхъестественная природа. Бывали моменты, когда я сам считал ее плодом своего воображения, но не смел обращаться к врачам, поскольку, как и обещал Князь, работа с музой продвигалась гораздо эффективней и чуть ли не каждая строчка казалась мне потрясающей находкой.
- Итак, он прислал музу, и вы начали писать, - Подытожила девушка, аккуратно отделив ложечкой кусочек пирожного.
Вспомнив о музе, Автор не мог оторвать взгляда от девушки, сидевшей перед ним. У него сложилось впечатление, что он открывает новую грань отношений с тем самым сверхъестественным созданием, которое помогало ему писать. Он завороженно наблюдал, как девушка ест пирожное, смутившись лишь тогда, когда она бросила на него удивительно невинный взгляд из-под пушистых ресниц.
- Простите, вы мне напоминаете о ней…
- Правда?
- Правда, - Автор смущенно мнет в руках салфетку.
- Что было потом, когда вы дописали книгу? Я помню, что несколько раз издавалось продолжение…
- По большей части продолжения писали поклонники моего творчества. Я лишь дважды опробовал схему, предложенную Князем. В первый раз, когда ощутил, сколь стремительно уходит мое время триумфа, желая продлить его…
- Значит, он выиграл ваш спор? Вы оказались лицемером? – Девушка спрятала улыбку за чашкой с кофе.
Автор иронично улыбнулся в ответ:
- Я все еще считаю себя не побежденным. Обманутым да, но не побежденным. Наш спор был не честным, но мне грех жаловаться, ведь я заключил сделку с дьяволом. Чего еще я мог ожидать?
- Почему вы считаете, что сделка была не честной?
- Потому что он знал то, чего не мог знать я. Это как игра с шулером: он знал мои карты и правила игры лучше меня. Фактически я противостоял ему как ребенок противостоит взрослым в сфере, о которой не имеет никакого представления.
- Иными словами у вас не было шансов на победу…
- Да, именно так.
- Значит он забрал вашу душу?
Автор задумался, разглядывая мятую салфетку, затем медленно заговорил:
- Душа столь эфемерна…, возможно, о ее утрате я узнаю позже, когда умру в какой-нибудь больнице. Вы хотите знать, чем все закончилось?
- Да, хочу…
Автор поджал губы, затем улыбнулся, прямо посмотрев на девушку:
- Значит, вернемся к началу конца…

Кабинет Автора.

- Что теперь? – Спросила муза, когда я дописал краткое изложение моего знакомства с Дьяволом. Я молчал, глядя на последние строчки, в которых описывал первую встречу с музой.
- Я тебе больше не нужна?
Откинувшись на спинку кресла, я посмотрел на нее:
- Я бы не хотел расставаться с тобой, но ведь у меня нет выбора…, эта глава последняя.
Я протянул руку к экрану ноутбука, вспоминая жесты, которыми Князь тьмы управлялся с файлами. Сосредоточился на том, чтобы документ закрылся и сохранился, иронично улыбнулся и проделал все необходимый операции с помощью мышки.
Муза все так же следила за моими действиями.
- Я бы хотел забыть об этой книге, о Князе тьмы, о фанатах…, - Я поднял глаза на музу и заглянул в бездну своего вдохновения, - Встретить тебя случайно на улице, познакомиться, узнать поближе…
Снова отведя взгляд к экрану, где теперь светился рабочий стол виндовса, я закончил:
- Впрочем, ближе наших отношений с тобой наверно не бывает. Ты знаешь всю глубину моей души, какая она есть.
- Он тоже знает, - Бесцветным голосом ответила муза.
Я посмотрел на нее. В этот момент, она показалась мне не чудесным созданием, а роботом помощником из фильмов про будущее. Видимо мои слова дали ей понять, что ее работа закончена…
- Да…, знает.
Через неделю правок, общения с редактором и других сопутствующих писательству дел, последняя глава была добавлена в книгу-сборник, дальше планировалось переиздание моей книги в полном объеме. Дьявол был прав, у редактора едва хватило терпения издать две главы в сборнике, и для меня было совершенно очевидно, что переиздавать книгу с новой «последней главой» он больше не намерен. Уже когда я впервые воспользовался лазейкой предоставленной Князем, издатель уговаривал меня просто написать новую книгу. Конечно, этот разговор всплыл снова, когда я принес новую главу, тем более что на этот раз она даже не была связана с сюжетом книги и более всего напоминала фантастические мемуары. Благо я в то время еще был на Олимпе и мою идею написать о знакомстве с Дьяволом, редактор счел вполне неплохой.
Через две недели после издания была запланирована пресс-конференция и презентация книги. Мой агент дал небольшое интервью нескольким солидным газетам и журналам, после чего они вышли в свет с многообещающими заголовками, вроде: «Автор бестселлера продал душу Дьяволу!», «Секрет одного из самых популярный писателей столетия!» и еще более претенциозные.
Люди считали дни до встречи со мной в одном из самых престижных отелей, а я считал дни до конца отведенного мне месяца. Несмотря на то, что моя книга была встречена критиками с восторгом и то, что по всему миру у меня было больше миллиона поклонников, я осознал, что настоящей вершины я достигну только теперь, когда по-настоящему последняя глава ушла в печать. И здесь Князь тьмы оказался прав: до тех пор, пока я верил в отсрочку своей расплаты с ним, я не ощущал настоящего триумфа. Князь ждал, что я откажу себе в собственном желании и буду довольствоваться маленькими кусочками славы. Поселюсь у вершины славы, не смея подняться выше и докажу свое лицемерие, держась за жизнь, от которой прежде думал отказаться. Но глава закончена и новой не будет.
Время, которое я мог потратить на себя, те самые две недели перед презентацией, я провел со своей семьей. Когда было возможно, я уединялся с женой, но не в кабинете, которого избегал с того дня…, последнего дня с музой. Я выходил в море на своей яхте, и когда семья укладывалась спать в просторных каютах, поднимался на палубу, ложился на спину и смотрел в звездное небо. Тьма была противна мне, после заключения сделки с дьяволом, но в иное время мне не удавалось побыть наедине с собой, да, впрочем, и не хотелось после стольких лет затворничества.

Кафе.

- Вы больше не виделись с музой?
- Нет. Когда я отправил свою исповедь издателю, всякий раз заходя в кабинет, я не находил ее. Бывало, я садился в кресло и пытался начать новый роман, только для того, чтобы призвать ее. Я думал, что ощутив мой творческий порыв, она придет ко мне…, но она не приходила. Конечно, был и другой способ…
- Какой?
- Снова объявить последнюю главу предпоследней.
- Достаточно просто произнести это? Или есть какой-то ритуал?
- Было достаточно открыть папку с моей книгой и начать новую главу. Но к той папке я больше не возвращался, как бы сильно мне не хотелось снова увидеть свою музу…
- А если начнет кто-то другой в той же папке?
- Это договора не изменит. Князь ведь сказал, что последней может быть только моя глава, возможно даже если бы я решил написать ее на салфетке прямо здесь…
Автор взял новую салфетку и принялся скручивать ее в трубочку.
- А сам Князь? Вы с ним виделись после издания книги?
- Да, когда он пришел за оплатой…
- Ваш договор предполагал, что он заберет вас, но раз вы здесь…, - Девушка нахмурилась, стараясь предугадать конец истории, но безуспешно.
Автор улыбнулся:
- Вы верно заметили, что, похоже, ни одна сделка с дьяволом не заканчивается так, как было запланировано.

Актовый зал отеля.

Автор еще верил, что глава, не имеющая отношения к сюжету книги, может обмануть дьявола, но с каждым шагом к кафедре, где ему предстояло отвечать на вопросы репортеров и читателей, надежда сходила на нет. При этом он с удивлением заметил, что его чувства соответствуют ожиданиям четырехлетней давности. Он действительно ощущал себя не просто известным писателем, а чуть ли не президентом, готовящимся объявить о конце света, о приближении астероида к земле, необыкновенно печальном событии, которое, впрочем, печальным было лишь для него самого.
Выйдя на сцену, Автор окунулся в свет софитов, к которому столь быстро успел привыкнуть. Агент был прав, к его лицу от кафедры тянулось не меньше дюжины микрофонов разных каналов и печатных изданий, а перед ним суетилось четыре или пять операторов. Уже за их спинами рядами стояли стулья. Ни одного свободного, плюс многие люди стояли в проходах. Едва Автор поднялся на сцену, как зал оглушили аплодисменты. Хлопали даже техники, отвечающие за оборудование, хлопал Агент, проходясь вдоль края сцены и заводя публику еще больше.
Автор не слышал, как представитель издательства назвал его имя и уже не маленькую коллекцию титулов, вроде «обладателя Пулитцеровской премии» и «Нобелевской премии по литературе». Спустя время зал утих и настало время Автора…

Кафе.

- Вы знаете, как чаще всего происходит презентация книг? – Спросил Автор девушку
- Ммм, вы рассказываете о том, сколько труда вложили, читает пару строк своего произведения и отвечаете на вопросы?
- Да примерно так и бывает, но в тот вечер я поступил несколько иначе. Не было истории о вложенном труде и пары строк... Я рассказал им все.

Актовый зал.

- Я рад вас приветствовать. Вы пришли сюда ради встречи со мной, а я в тоже время пришел сюда ради встречи с вами. Я желал этой встречи еще когда вынашивал замысел своей книги, даже прежде того, как оказалось…
Автор отсоединил один из микрофонов и отошел от стойки, засунув свободную руку в карман. Он смотрел куда-то на пол сцены. Вышел к краю сцены и осмотрел зал.
- Как оказалось, мне было гораздо важнее увидеть вас, чем вам увидеть меня. Перед вами человек, который взялся за книгу из тщеславия…, тщеславия которого не признавал. Один мой знакомый, о котором вы прочтете в последней главе, говорил, что все писатели вступили на этот путь по этой самой причине.
Автор задумался подбирая слова. Некоторые люди в зале улыбались. Ему показалось, что он даже узнал некоторых, особенно частых гостей на его встречах. Внезапно, среди прочих журналистов и поклонников мелькнуло лицо Князя тьмы. Он улыбался и небрежным жестом позволил писателю увидеть в своих руках книгу. Она еще не поступила в продажу, но Автор легко узнал выбранную редактором обложку. В зале оказался единственный экземпляр новой книги и был он в руках Князя тьмы. Пауза затянулась и поднявшиеся шепотки разбудили Автора, неотрывно следящего за дьяволом…
- Я лицемер, - Неожиданно даже для самого себя, произнес Автор, - И лицемером останусь, если не поведаю вам о своем творческом пути.
Где-то на краю сознания Автора мелькнула мысль: «Быть может сам Князь вынудил его написать историю своей книги?», но эту мысль Автор быстро подавил. Он совершенно ясно понимал, что этот путь выбрал сам. По крайней мере здесь он лицемерить не желал. Эта глава не могла ему помочь выиграть спор, но она должна была дать понять Князю, что его победа не полная.
Агент не к месту захлопал, призывая присутствующих поддержать откровения Автора. Отозвались не все, но многие.
- Мой путь начался с депрессии… «Четыре года назад моя жизнь, растеряла яркие цвета…».

Кафе.

- Я говорил…, старался избегать взгляда Князя и ждал, что кто-то заметит мою книгу в его руках. Я гадал, стоит ли мне самому обратить внимание гостей на него? А он просто смотрел на меня и слушал.
Автор откинулся на спинку дивана и потер глаза, как, бывало, делал прежде в своем кабинете за ноутбуком:
- Я рассказал все то, что написал в последней главе. Видел как меняется лицо моего агента, видимо предвидевшего мою выдающуюся карьеру писателя и наблюдавшего как я лично топчусь по ней…
- То есть вы сами пересказали читателям всю главу?
- Практически. Вы должны понять, что в тот момент для меня существовал лишь один зритель – Князь тьмы и самым главной задачей для меня было показать ему, что я не лицемер. Почему-то я решил, что если выиграю наш спор, то спасу свою душу. Стану единственным в мире человеком обыгравшим самого дьявола. Воображение рисовало привлекательную картину, где утерев нос Князю тьмы, я берусь за новую книгу, и в деталях описываю наш спор. Пишу продолжение для последней главы, и постепенно выпускаю новую книгу, не связанную с той, ради которой заключил сделку с дьяволом.
- Но вам не удалось воплотить эти фантазии в реальность, - Скорее утвердительно, нежели вопросительно заметила девушка.
- Конечно нет. Почему-то мне казалось, что я играю с ним на равных и это доказывало не только наличие лицемерия в моей душе, но и изрядной порции мании величия.
- Тогда вы пожалели о своей сделке?
Автор поджал губы, устремив невидящий взор на ручку чашки, затем ответил:
- Думаю даже сейчас не жалею… Да, наверно вам это сложно понять, но по сути я получил то, что хотел получить, когда только решился написать книгу. Минус только в том, что я потерял все, что имел.
- А на что вы рассчитывали, рассказав потенциальным читателям всю главу? – Девушка нахмурилась, признавая, что действительно не понимает Автора.
- Только на шанс выиграть спор.
- Тогда, если он вас не забрал…, вы ведь планировали…, умереть после написания книги?
- Я до сих пор не знаю, как именно планировал покинуть мир до встречи с Князем, но предполагал именно физическое исчезновение. Я уже рассказал вам, как противно мне было бессмысленное человеческое общество и как я жаждал вырваться из него. Должно быть страх и постоянное давление заключенной сделки довольно неплохо отравляли мою «звёздную» жизнь и потому я не до конца изжил в себе презрение к жизни. Это позволило мне более спокойно встретить свою судьбу и в какой-то мере все же обыграть Князя. Наверно поэтому все закончилось так, как закончилось…
- Расскажите.

Отель. Лоджия.

- Ты спятил?!
Агент даже не стал скрывать ужаса на своем лице:
- Чего ради ты выболтал всю свою главу перед миллионами поклонников?
Автор стоял у самого края и смотрел вниз на проезжающие по дороге автомобили.
- Я выболтал не все и если люди действительно преданы мне, они все равно купят книгу и прочтут последнюю главу.
- Но продажи очевидно рухнут! Мне уже звонил издатель и спрашивал какого хрена ты творишь!
- Возможно это будет не последняя глава…
- Нет, нет, нет, - Агент поднял руки ограждаясь от этой мысли, - Одно дело угробить интригу на презентации и совсем другое тянуть эту волынку дальше. Тогда мы точно потеряем всех читателей. Хотя конечно после твоего выступления многие наверняка решат, что ты снова возьмешься за продолжение… Черт, не знаю о чем ты думал. Нам придется дополнительно вложиться в рекламу, чтобы убедить читателей прочесть то, что они уже услышали от тебя. Едва ли издателю это придется по вкусу.
- Это уже не важно. Так или иначе, но эта книга закончена.
- С твоей последней главой и с этой историей про Князя тьмы, мы могли бы еще долго собирать прибыль. Впрочем, еще не все потеряно.
Агент щелкнул пальцами и потряс пальцем в воздухе:
- Точно…, это будет отличное развитие! Мы выдадим твою последнюю главу за начало новой книги, я смогу уговорить издателя. Убедим читателей, что они познакомились с демо-версией новой историей! Это будет реальная возможность выплыть с новым шедевром. Ведь теперь всем интересно, чем закончиться твоя история с дьяволом!
Автор смотрел теперь уже на небо. Его мысли были далеко от литературы. Теперь он ясно ощущал конец своей земной жизни. И ему тоже было очень интересно, чем закончиться эта история… Планы агента не удивили его, тем более, что сам Автор думал о подобном развитии событий. Просто агент, в отличие от Автора, не знал, что встреча с Князем тьмы не была выдумкой и значит история «последней главы» для него имела более одного варианта окончания.
- Я немедленно переговорю с редактором, и мы обсудим все детали новой книги. У тебя через пятнадцать минут автограф сессия. Книги уже подвезли…, кстати, я заметил в зале парня с нашей книгой, это твой друг?
Это напоминание о дьяволе не могло проскользнуть мимо ушей Автора, как вся остальная речь агента, и писатель, наконец, отвлекся от молчаливого созерцания действительности и повернулся к агенту.
- Просто знакомый, - Почему-то Автор не решился откреститься от знакомства с дьяволом, но и признавать его другом конечно не стал.
- Ясно. В следующий раз лучше ставь меня в известность, если будешь раздавать Авторские экземпляры. Тем более ему не стоило приносить книгу на презентацию. Мог бы отдать ему экземпляр на автограф сессии.
- В следующий раз непременно учту, - Сухо ответил Автор.
- Ладно. Не опоздай на сессию.
Агент достал телефон и ушел с лоджии.
Автор стоял, опираясь на ограждение и глядя себе под ноги. Разглядывать дорогу уже было не интересно, но серый камень лоджии был еще менее привлекательным. Сколько людей останется на автограф сессию? Именно по ней можно будет судить, насколько сильно, Автор отвратил своих почитателей от новой книги. Едва ли люди разойдутся, даже если он испортил им интригу, ведь они простояли несколько часов в очереди и потратились на экземпляры, специально, чтобы получить подпись… Внезапно из размышлений Автора вывел металлический стук. Он чуть приподнял взгляд и увидел серебряный наконечник трости, стукнувшийся о каменный пол лоджии.
- Мне, право, даже немного обидно, что ты по-прежнему не считаешь меня другом, - С веселыми нотками в голосе произнес Князь тьмы.
- Для друга, я слишком плохо тебя знаю.
Князь демонстративно задумался и кивнул:
- Справедливо. Впрочем, все, что нужно знать, ты знаешь. Хотя, моя скромная личность за несколько тысячелетий и обросла кучей всяких нелепостей и домыслов.
- Вроде договора из кожи и кровавых подписей? – Автор снова отвернулся к улице.
- Именно, - Князь подошел и встал рядом
На какое-то время воцарилось молчание, затем Князь произнес:
- Итак?
- Эта глава может быть последней, если она не связана с событиями книги? - Скупо отозвался Автор. Ему не хотелось затягивать этот разговор и эту сделку, но и упускать последний шанс сразиться с логикой дьявола он не желал
Князь смотрел прямо на крыши соседних зданий и медленно ответил:
- Во-первых, если ты не намерен продолжать книгу, то любая ее глава считается последней. Во-вторых, хоть ты и позабавил меня своей остроумной выходкой, я не считаю, что твоя глава о нашем знакомстве не связана с книгой, ведь сама книга есть результат нашей встречи. Если тебя это в какой-то мере утешит, я считаю эту главу самой удачной.
Я уже не особо сопротивлялся логике Князя и как проживший насыщенную жизнь герой романа, был готов уйти. Но свою долю лицемерия Князю удалось отыскать во мне. И спор я проиграл…
- Вероятно это заслуга музы, которую ты подарил мне.
Князь покачал головой:
- Ее помощь не делает беспомощным тебя.
- Я могу снова увидеть ее?
Мысли о музе удивительным образом перекрыли все прочие размышления, в частности о предстоящей встрече с читателями и в целом думы о том, как закончилась моя книга…
- Возможно… Так как по-твоему закончиться книга, которую так жаждет увидеть твой агент? Невероятную историю о писателе, продавшем душу дьяволу?
- Похоже, для меня она уже закончилась и точку в ней поставит Князь тьмы, - Автор посмотрел на собеседника.
- Это большая честь для моей скромной персоны, - Князь слегка поклонился.
- Теперь ты заберешь меня отсюда?
Князь улыбнулся уголком губ и склонил голову на бок, словно по-новому разглядывая Автора:
- Ты хотел обыграть меня. И даже думаешь, что у тебя частично получилось, но как я и говорил, ты не горишь желанием уйти со мной.
Князь указал на дверь:
- Там тебя ждут поклонники, лишь затем, чтобы получить твою роспись на экземпляре книги. Агент лелеет мысль о новом шедевре. Семья гордится тобой, друзья уважают. Скажи мне, сколь сильно изменилась твоя жизнь?
Автор сглотнул, с каждым словом дьявола осознавая от чего отказывается.
- Считаешь ли ты, как и прежде, что достиг предела своих возможностей?
- Нет, - Тихо ответил писатель, - Я признаю свое поражение…
Лишь произнеся эти слова, Автор понял истинную причину, по которой нелепо, словно паяц, выложил все содержание последней главы перед своими поклонниками: он рассчитывал своим признанием покаяться, признать свою ошибку и правоту дьявола…, в одной нелепой надежде, что Князь тьмы посмеется и отпустит его.
Дьявол, тихо постукивая тростью по камням, отошел от края лоджии:
- Я уже говорил, что найдется множество людей, готовых расстаться со своей душой без всей этой волокиты, - Он обвел тростью роскошное убранство отеля, - Меня очень забавляют досужие размышления людей о ценности их существования…, о пределах их знаний и опыта. О незыблемости границ, которые вы сами вокруг себя выстраиваете. Я думаю, теперь ты осознал свое место? Скажи мне, чего ради ты явился в этот мир?
Автор вздохнул:
- Ради своей семьи. Ради того, что могу создать…
- Не ради роскошной смерти?
- Нет…, но я дописал главу, - Автор оглянулся на Князя. Речь собеседника затянулась, и писателю казалось, что дьявол намеренно затягивает встречу, чтобы подольше мучать Автора надеждой на избавление от нечестной сделки. Он позволил себе забыть о встрече с поклонниками, ведь дьявол наверняка вновь заставил время замереть. Теперь все его чувства сосредоточились на двух вариантах развития сюжета. Он потеряет все и уйдет вместе с дьяволом, или же…, возможно еще есть шанс.
- Ты заберешь меня? – Решительно спросил Автор, глядя на Князя в упор.
- Когда мы только встретились, я увидел отчаянного человека, стремящегося к новым горизонтам. Отбросившего всю свою жизнь ради призрачной надежды заглянуть за границы своего сознания.
Князь замолчал и отвернулся от Автора, который внезапно ощутил жар отчаяния и гнева от того, что с ним играют как кошка с мышкой. Сколько еще он должен выслушать, прежде, чем решится его судьба?!
- Только к таким людям приходит муза, - Произнес Князь и снова повернулся к писателю.
- А теперь ее нет. Почему? Потому что нет того человека.
- Я не понимаю…, - Автор вздохнул, сжимая кулаки от бессилия.
- Теперь ты мне не нужен, - Ответил Князь, забросив трость на плечо и снова заглядываясь на горизонт, - Теперь ты ничего не стоишь. Не только добрые псы-апостолы сгоняют человечество в стадо, но и волки вроде меня, возвращают паршивых овец на свое место.
Автор долгое время молчал, смотря пустым глазом куда-то в сторону. Слова Князя несли очевидный смысл, и Автор будто рухнул с той вершины, на которую вознесся благодаря дару дьявола. Все оставалось здесь: фанаты, пресса, напечатанные экземпляры книг, но теперь Автор видел, что его жизнь действительно не изменилась. Он испытывал отвращение к людям, живущим бесцельной и унылой жизнью, верхом своего таланта считавшим творение детей. Быть может он стал овцой другой породы, но все также плелся с общим стадом… и Князь знал, что будет так…
- Ты не заберешь меня? – Выдохнул писатель
- Ты людей испугался больше, чем ада, значит будешь обречен жить с теми, кого боишься и презираешь. Твой ад здесь и твоей душе здесь место… Ты прошел долгий и даже интересный путь, но, в конечном счете, вернулся туда, откуда начал. И остался тем, кем был прежде…

Кафе.

- Он отпустил вас? Вам удалось сохранить душу и остаться здесь? – Девушка забыла и про кофе и про пирожное. Она в упор смотрела на Автора и ждала продолжения, но тот рассеяно смотрел на обрывки салфетки в руках. Спустя какое-то время он медленно произнес, словно не слышал вопросов.
- Несмотря на явное освобождение, я чувствовал себя униженным и оскорбленным. Князь не просто ткнул пальцем в мое лицемерие (чего ради и явился мне), но словно вынул мою душу и сплясал на ней, после чего вернул на место. Кому нужна душа, от которой отказался сам дьявол?
- Но вы уверены, что он не забрал ее?
Автор медленно покачал головой:
- Он оставил меня здесь, но принадлежит ли моя душа мне, или ему, я не знаю…, все-таки наш уговор предполагал, что он даст мне время насладиться славой и триумфом моей книги. Хотя с тех пор я его не видел…
Девушка молчала, обдумывая услышанное.
- Что было потом, по большей части известно тем, кто следил за моей карьерой. Я спустился к поклонникам, число которых действительно уменьшилось после моего выступления, раздал автографы. Агент сообщил, что редактор более не желает со мной работать и с идей новой книги послал в другие издательства. Конечно, это не сильно омрачало ситуацию, но в то время я не подозревал, что это только начало конца. Агент требовал, чтобы я писал продолжение, и в каком-то порыве отчаяния, - уж не знаю, желая увидеть музу, дьявола или же просто снова оказаться в центре внимания вполне реальных человеческих созданий, - я порывался объявить изданную главу предпоследней, но в последний момент закрывал папку с книгой и долгое время просиживал в кабинете, уставясь на кресло, в котором сидел Князь тьмы.
- Вы пробовали писать другие книги?
- Пробовал и не раз. Думаю вы догадываетесь с каким результатом... От идеи писать продолжение меня заставила отказаться и вполне тривиальная причина: агент был против, а я был не в том положении, чтобы остаться без него.
Автор сделал глоток кофе:
- Большинство связывало закат моей карьеры с провалом на презентации, хотя книга продавалась вполне успешно. Меня несколько раз приглашали дать интервью, но после первой встречи, я понял, что мне больше нечего сказать людям. Та речь, о сделке с дьяволом, которую все считали последней главой, а на деле она оказалась моим спичем, была границей моей души, и я больше не мог ничем удивить читателей. Князь выполнил свое обещание, он помог мне написать шедевр, а знаете, что это означает?
- Что ничего лучше вы уже не напишите…, - Почти шепотом ответила девушка.
Автор кивнул задумчиво глядя в окно.
- Во мне нет ничего особенного, как и разъяснил мне Князь. Иногда мне кажется, что моя муза была гораздо более реальной чем я, что это меня дьявол подарил ей, а не наоборот и вся заслуга в создании книги принадлежит ей, а не мне. Я просто был тем, кто нажимает на клавиши ноутбука… инструмент, который действительно можно взять и подарить.
- Но ведь вся слава досталась вам.
- Да, это так. Но все, что я получил благодаря сделке, стало покидать меня, после написания последней главы.
Через месяц после начала продаж книги от меня ушла жена. Нет, как и обещал, Князь не вмешивался в мои отношения с близкими. Она ушла, когда ей надоело мое постоянное отсутствие в бренном мире. Я был рядом с ней, но в то же время где-то далеко. Часто запирался в кабинете как в годы работы над книгой, но теперь я просто сидел там и предавался размышлениям или воспоминаниям, или размышлениям над воспоминаниями. В тот день, когда она мне высказала свои претензии, я подумал, что видимо моя душа действительно пропала. «Ты как пустая оболочка!» - говорила она мне, очевидно, подобно любой женщине, интуитивно ощущала мою утрату.
- А дети?
- Я имею право их видеть, общаться. В этом отношении бывшая супруга мне не препятствует. Вот только они сами не особенно горят желанием встречаться со мной и моей депрессией. С друзьями та же история. Они считают, что я способен испортить настроение любой компании.
- Почему вы больше ничего не издали? Вы ведь были известным Автором и вполне могли издать даже не особенно хорошее произведение.
- Все дело в моем издателе. После конфуза на презентации, он не желал больше со мной работать, вполне разумно предположив, что я не в последний раз столь опрометчиво выступлю. Признаюсь, была и оттепель в наших отношениях, налаженная благодаря моему агенту, но когда я принес ему начало новой истории, написанной уже без музы, он решил, что я просто исписался. После того, как он назвал меня «Автором одной книги», не в оскорбление, а скорее как постановку диагноза, мне стало ясно, что дальнейшего сотрудничества не получится. Агент пробовал связать меня с другими издателями, но я в гневе и обиде на жизнь бросил писать.
- И вы потеряли агента… Я помню, об этом писали в газетах. Популярный Автор ушел в закат, или как-то так. К этой статье в сети были комментарии весьма не лестного содержания…
- Да, было такое. Первое время моя жена полагала, что я знакомлюсь с критикой и именно поэтому впал в депрессию. Она просила детей и друзей прятать от меня газеты, если я в них упоминался и даже предложила отключить интернет в кабинете чтобы «мне ничто не мешало работать над новой книгой».
Автор выдохнул, залпом выпил холодный кофе и посмотрел на девушку:
- Вот такая краткая история жизни писателя-неудачника…
- Но ведь она еще не закончена, - Девушка улыбнулась, словно муза, которая почти теми же словами подталкивала его воображение.
- Вам стоит попробовать написать снова.
Автор покачал головой, предупреждая все доводы девушки.
- Что-то о боге например, - Она не сдавалась.
- Я был бы рад, но без музы я ни на что не гожусь, а платежеспособен ли перед адом, мне не известно.
Девушка посмотрела на часы:
- Я верю вам. Верю, что вы тот самый писатель и мне приятно было встретить вас…
- Постойте, - Автор робко коснулся руки девушки, - Вы знаете, что с того момента, как в мой кабинет пришел дьявол, я перестал верить в случайности. Князь говорил, что я еще быть может встречу свою музу, но потеряв все, я решил, что в очередной раз был обманут им. Доставил ему удовольствие возведя надежды, которые он разрушил…, но сегодня…
Автор осмотрел скромное кафе, где они сидели:
- Я никогда сюда не заходил и не зашел бы…
- Но зашли. Почему? – Девушка смотрела на Автора из-под длинных ресниц.
- Из-за вас. Я вам говорил, что вы напоминаете мне о музе и…, впервые за долгое время я ощущаю эту энергию в руках, в мыслях, - Автор посмотрел на свои руки и снова заглянул в глаза девушки,
- Энергия творения, - Пояснил он, - Желание что-то изменить, создать…
Девушка улыбнулась:
- Значит вы готовы начать новую жизнь.
Она подозвала официанта и тот, к сожалению Автора очень быстро оказался у столика.
- Вам еще кофе?
- Нет, спасибо, - Девушка под взором писателя расплатилась за кофе и поднялась. Автор, не скрывая грусти, откинулся на спинку дивана.
- Мне было очень приятно познакомиться с вами, - С искренней улыбкой сказала девушка, когда официант удалилась, - Но сейчас мне пора.
- Я был счастлив узнать вас, - Ответил Автор, поднявшись и слегка поклонившись, - Я смогу увидеть вас снова?
- Возможно. Я здесь бываю иногда, - Улыбнулась девушка и направилась к двери, открыв ее, она повернулась к Автору:
- Попробуйте снова начать писать…
Автор грустно вздохнул, затем, словно вспомнил что-то очень важное, я выскочил из-за стола и окрикнул девушку:
- Но мне нужна муза!
Не знаю, на что я надеялся. Быть может, сходство с моим вдохновением и вправду было столь велико, что я просто не мог поступить иначе. В своей депрессии и вечном самокопании, я забыл о столь простой вещи, как попросить ее номер телефона. Она выглядела как подарок дьявола… Это ее руки ложились мне на плечи, когда я искал вдохновения, ее образ возникал перед глазами, когда я задумывался над очередным поворотом в сюжете. И я понимал, что все, что я писал, это не крик отчаявшейся души, не попытка вызвать восторги критиков, или начать новую жизнь…, я писал для нее. Именно для этой девушки, которую встретил сегодня и которой спустя долгие годы поведал свою трагически эгоистичную историю. Возможно, Князь счел уместным подарить мне новую встречу и все мои сомнения, касательно этой девушки вызваны лишь тем, что образ музы беспощадно ускользал из моей памяти, истерзанной чередой проблем и кризисов. Возможно, встреть я эту девушку сразу после издания последней главы, я бы мгновенно узнал свою музу! В конце концов, что отличает овцу в стаде от овцы, идущей своим путем – всего лишь небольшая доля смелости или глупости. Не понимая в точности, чем именно руководствуюсь, я выбежал из кафе и увидел ее у машины. Заметив меня, она оглянулась и с любопытством посмотрела на меня.
- Быть может Бог пред дьяволом вступился за меня… Мне кажется, что годы владения моей душой для дьявола прошли, и я хотел бы доверить ее вам…
Девушка стояла возле машины. На ее губах играла улыбка, не то ангельская, не то лукавая.
- Что, простите?
Я унял волнение в голосе, как бывало прежде перед компьютером, выделил себе секунду, чтобы грамотно сформулировать мысль и повторил:
- Я вновь готов отдать душу за вдохновение, но на этот раз тому, кто мне действительно его дарит. Вам…
Девушка молчала, слегка улыбаясь, она присматривалась к Автору, словно принимая решение о втором свидании, хотя формально и первого у них не было.
- Так что вы скажете? – Не выдержал Автор.
- Если вы напишите продолжение… о новой встрече с музой
С тех пор душа Автора стала принадлежать музе. Быть может, так было всегда и с каждым, кто брался за перо…, а возможно контракт, заключенный с дьяволом, писателю так и не удалось разорвать, и теперь он пишет для дьявола вечно, всегда оставаясь бесславным. Он проиграл свое пари.