Непослушный 

Глава 5

Я уже не сильно волновалась перед уроком у одиннадцатого «б», поэтому в класс заходила без опаски. Там было по обыкновению шумно - вахтёры без сомнений доверяли ключ от кабинета старосте класса. Когда я вошла, гордо расправив плечи, дети со мной поздоровались нестройным хором и продолжили дальше заниматься своими делами.

Захар Куприянов, парень, с которым я видела Лизавенко в столовой, полулежал на парте, позволяя всем окружающим видеть только его светло-русую макушку. Ему вообще было мало дела до моего предмета, поэтому на уроках он по большей части держал в руках телефон или разговаривал с соседом по парте.

В кабинете было ужасно жарко, поэтому я сразу же направилась к окну и открыла его, впуская свежий воздух, а затем обернулась, наткнувшись на колючий взгляд Егора, и почти вздрогнула, как будто бы невзначай приложила палец к раскалённой сковороде. Мне мгновенно стало не по себе, но я запрятала эмоции поглубже и безразлично осмотрела класс, пока над головой пронзительно звенел звонок. Сегодня им предстояло написать тест, внеплановый кстати, потому что говорить в такой обстановке у меня получалось с трудом. Как бы я не пыталась держать себя в руках, странное волнение покидать меня не спешило.

Четыре часа сна и я еле держалась на ногах, чувствуя невероятную усталость и непривычную раздражительность. Голова была то ли ватной, то ли варёной, да и всё тело тоже. Прокофьевы уговорили меня посмотреть вместе с ними пиратскую версию новой американской комедии, поэтому спать мы легли глубокой ночью.

Всё, больше никогда не буду поддаваться на их уговоры.

Все выходные мы провели втроём, что было не удивительно - позволить себе такое мы могли нечасто. Каждого связывала работа, а график очень часто не совпадал. И теперь неизвестно когда мы ещё вот так соберёмся, так что я не могла ни о чём жалеть.

Повернув мысли в нужном направлении, я присела за своё рабочее место и выудила из сумки ежедневник. Открывая верхний ящик стола, запертый на замок от любопытных детей, я не удержалась и снова бросила взгляд на героя своих кошмаров.

Что за мазохизм такой странный открывался во мне, когда он рядом? Почему мне нужно опять и опять смотреть на эту колючку?

Я быстро достала заранее распечатанные листы с заданиями, чересчур громко бросила их на стол и неловко опустила глаза, надеясь, что никто не придал этому значения. Кожа чувствовала ответный прознающий взгляд, и горела под ним, словно обожженная, но плотный слой тонального крема помогал сохранить невозмутимый вид.

Из общего комка чувств я синтезировала остатки смелости и желание утереть нос этому засранцу, и вновь, уже в третий раз, взглянула на него. Уверена, мой взгляд буквально говорил ему: «Хочешь смутить меня? Не в этой жизни, сынок».

Егор негромко усмехнулся, опустив глаза, и даже этот жест получился нагловатым и уверенным. Ни капли раскаяния и, упаси боже, смущения.

И как не забыть про остальных учеников, если в классе есть он?

- Помните, что на все вопросы лучше отвечать честно.

Упрямо вздохнув, я подняла стопку бумаги и прошлась по рядам, раздавая задания. Егору листок почти кинула, едва не попав по самодовольному носу, но ни капли не раскаивалась. И пусть, училка из меня выходит не очень, зато человек я хороший.

Наверное.

Ну, однажды я спасла бездомного котёнка, которого загнала в угол большая, не менее бездомная, собака. Котёнка я забрала себе, и даже собаку не поленилась отвезти в ближайший приют. А ещё я как-то бабушке дорогу помогла перейти, правда она меня потом шандарахнула сумкой по голове и пыталась выхватить телефон из рук, но это уже другая история. Главное, что я не прошла мимо.

Убедив себя, что я хороший человек, села на стул и открыла книгу, но едва ли успела прочитать хоть страницу.

- Акулина Дмитриевна! - выкрикнул кто-то прямо с места, заставив меня оторваться от прочтения нового романа любимой писательницы.

- Выйти можно, - брякнула я, с трудом отвлекаясь от книги.

- Я хотел спросить… - со вздохом, я подняла глаза. Куприянов откинулся на спинку деревянного стула и принялся крутить между пальцами карандаш, на который я и уставилась, - …а на вопросы отвечать честно?

- Конечно, - слегка раздражённо бросила я, вспоминая, что говорила об этом в начале урока.

Я не ожидала, что он ещё не закончил свою мысль, поэтому снова опустила глаза и вернулась в волнующий книжный мир, но прочитав одну строчку, была вынуждена вынырнуть на поверхность.

- Вот тут есть такой вопрос: «Чем вы любите заниматься в свободное время?» - медленно прочитал он, - Вы точно хотите знать на него ответ? - тут его голос сделался томным и даже немного пошловатым, настолько, что даже дурак бы понял, что имел в виду Захар. Он многозначительно ухмыльнулся, и по классу пронеслись смешки.

Боже, за что мне всё это?

Я соображала над ответом, стараясь не выдавать своё смятение на растерзание школьникам, у которых в крови пока ещё кипели гормоны, но в разговор включился тот, от которого меня лихорадило.

- Акулина Дмитриевна... - Лизавенко подавил смешок, - ...хотела, чтобы мы отвечали честно. Так что, Захар, ты не стесняйся, - он неотрывно глядел на меня, - добавь побольше подробностей, художественных образов, деепричастных оборотов, - он закусил губу, - Нашей учительнице такое нравится, ведь так, Акулина... кхм Дмитриевна?

Вот же гадёныш!

Вспомнив, как ущипнула парня за соски, я вдруг подумала, что у него могло сложиться неправильное впечатление обо мне. Мы были в таком специфическом месте, а он не знал, что я просто проиграла желание. Вдруг, он решил, что я извращенка, которой не место в школе?