Развод. Сердце на замок

Глава 4

Выйдя из медицинского центра, я достала телефон и позвонила лучшей подруге:

- Танюха, привет. Ты же всех на свете знаешь. У тебя есть на примете хороший гинеколог-репродуктолог?

- Что случилось? - моя подруга со мной всегда говорит коротко, четко, по существу.

- Ничего, - в ответ Таня только хмыкнула. Я вздохнула, понимая, что рассказа мне не избежать, - Давай, не сейчас, я на улице и на работу тороплюсь…

Но меня настолько выбесила ситуация, что я не смогла удержаться и вывалила ей все, что произошло. Это Танечка умела со мной коротко и ясно, а я умела бурно, долго и подробно.

- Она видела вас вместе? - вместо сочувствия услышала я.

- Да какая разница? - Таня промолчала в ответ, - Видела, мы на прошлую консультацию вдвоем приходили. Но это ничего не значит. Ромка он же такой, немногословный, скрытный. А эта дура уже возомнила себя великим психологом.

- Ладно. Поняла. Поспрашиваю про врачей. Когда придешь?

- Давай в воскресенье? Я тут в субботу планирую романтический ужин устроить. А то Ромка ввязался в госзаказы, все время на работе. Я уже почти забыла, как он выглядит.

Пока я бежала на работу, в голове всплыла фраза Маргариты Львовны про то, хочу ли я делиться с мужем плохим и хорошим. И эти слова опять испортили мне настроение, хотя мне казалось, что после разговора с Таткой я успокоилась.

Это глупо навязывать всем одни правила. Муж очень много работает. Будет просто нелепо, если во время переговоров с заказчиком, он все бросит и будет выслушивать мои восторги.

Да и вообще. Для разговоров есть подруги. Таня, например, всегда и выслушает, и по головке погладит, и со мной порыдает, если нужно. А мужчины привыкли бросаться в бой, сразу решать проблемы, разговоры не их стихия.

В кабинет я влетела птицей, опоздав минут на десять, и попав в эпицентр грандиозного скандала. Какой-то всклоченный мужчина в очках кричал:

- Вы за это ответите! Я вас засужу! Я на вашу богадельню в прокуратуру напишу! Я имею право на эти деньги! Это мои деньги!

Я глазами и брови пыталась сигнализировать другим девочкам в кабинете на тему, что случилось. Но мне махнули ладонью, мол все потом.

В центре кабинета, напротив мужчины, стояла наша начальница Лариса Викторовна. Истерика мужчины не производила на нее никакого впечатления. Она спокойным бархатным голосом продолжала говорить, не смотря на все его крики.

- Послушайте,я, конечно, вам очень сочувствую. При этом вы тоже должны понять, что желающих очень много. Раздать деньги каждому мы не можем…

- У меня приоритетное направление! Гранты делаются для таких, как я! - продолжал кричать мужчина.

- Допустим, - Лариса Викторовна сохраняла спокойствие. Многие восхищались ей, хваля ее достоинство и выдержку. Но мы с девочками знали, что на самом деле это равнодушие и холодность. И когда не будет посторонних, она не выбирая выражений пройдется по нам всем. Меня уже заранее затошнило от того, как она будет нас отчитывать сидя в своем кабинете, а мы будем стоять перед ней, как провинившиеся школьницы. Между тем она продолжала, взмахнув папкой в руках, - При этом есть правила. Есть список документов. Я посмотрела вашу заявку. Нет заверенной копии паспорта. А без полного пакета документов, мы заявки не рассматриваем.

- Что значит нет? Что значит нет? Я все вам отдал! У меня вот ваша расписка есть! Там все записано!

Мужчина стал махать бумагой перед лицом начальницы, а я похолодела от ужаса.

Свой почерк я легко узнала на таком расстоянии. Значит девочкой для битья буду я. Только не понятно, как такое могло произойти.

Я точно не самая лучшая в мире хозяйка. Я ненавижу мыть полы. И по максимуму оттягиваю начало стирки. Но я обожаю организацию пространства и всегда очень аккуратно работала с документами. Документы по каждой заявки я сначала убирала в файл, файл в папку и только потом приглашала нового посетителя. За три с половиной года работы у меня никогда ничего не пропадало.

Лариса Викторовна тем временем перехватила его руку и забрала листок. Прочитав фамилию на расписке, она бросила на меня презрительный взгляд, демонстративно скривив губы. Затем она положила папку на стол и стала медленно ее пролистывать, сверяя документы в ней с распиской.

- Действительно, действительно. Ах, мне так жаль, но сейчас мы уже ничего не сможем сделать. Деньги распределены. Мы их уже отправили получателям. Поймите, не можем мы их прийти и забрать. Ничего страшного. Подадите новую заявку в следующем году. Я лично за ней тогда прослежу.

Мужчина сорвался на ультразвук:

- Я всех вас выведу на чистую воду! Я вашему мэру все выскажу! Я до президента дойду! Я с этим никогда не смирюсь!

Как оказалось, кто-то догадался вызвать дежурного полицейского, который сидел возле входа. А может он сам услышал шум, пришел в кабинет и поинтересовался, что происходит.

- Твари! Одни сплошные твари! - прокричал напоследок мужчина и убежал.

После его ухода, мы несколько секунд стояли в оглушающей тишине, приходя в себя. Но тут начальница, повернулась ко мне, и, ткнув в мою сторону пальцем, прошипела:

- Это все из-за тебя, тупая курица. Только и шлындаешь неизвестно где, вместо того. чтобы работать. Только отпрашиваешься. Вот и устроила бардак в делах. У человека из-за тебя жизнь теперь поломана. Тебе то что, посидела, хвостом покрутила, наряды свои показала и свалила домой на все готовенькое. Подумаешь сотней тысяч больше, сотней меньше. Ты хоть малейшее представление имеешь об ответственности?! У тебя что? Чайной ложки мозгов нет? Просто взять документы и сшить их! Да это умственно отсталый может сделать. Лучше идиотов набрать, чем с такими модными овцами возится.

От этих оскорблений, от публичного унижения кровь бросилась мне в лицо. Даже уши запылали. В горле застрял ком, мне даже вдохнуть глоток воздуха было трудно. Это было так несправедливо. Я не знала, что произошло, но это не могло быть по моей вине.