Фрейлина Её Высочества

Глава 6.1

524 г.

Я нервно ёрзала на стуле, с нетерпением ожидая, когда наконец положенные полчаса истекут и можно будет, не нарушив этикет, сбежать отсюда. Конечно, очень хотелось дождаться десерта, однако даже это желание не способно было заставить меня остаться за столом и дальше наблюдать за тем, как Леттисе нагло флиртует с моим собственным братом. Более того – периодические кидая на меня полные злорадства взгляды, явно давая мне понять, что всё это шоу она устроила ради меня.

Не смотря на то, что она была младше меня, выглядела намного старше. Слегка припудренное лицо, ненавязчиво подкрашенные глаза, туго облегающее уже сформированную фигуру платье и высокая мудрёная причёска придавали ей вид скорее взрослой женщины, нежели пятнадцатилетней девчонки. И даже не знаю, чем было вызвано моё недружелюбное отношение к ней – тем, что через четыре года она выйдет замуж за моего брата, или же завистью к её внешнему виду.

Сегодня мы ужинали у Ласторов. Они часто приглашали нас к себе на ужины с тех пор, как началась война. И хоть подобные вечера не доставляли мне никакого удовольствия, кормили тут вкусно. Да и возможности отвертеться и провести время с книгой вместо этого, у меня не было.

Покосилась на Лисель, усердно пытавшуюся стащить котлету с тарелки младшего брата Леттисе. Почему-то никто не делал ей замечания. Ну, или… видимо, брат просто был нынче слишком занят, чтобы обращать внимание на кого-то кроме своей ненаглядной невесты. Я насмешливо фыркнула и тайком показала девушке язык.

- Бриджитхильда! Приличные девушки не показывают другим язык, особенно – за столом! – Не упустила возможности упрекнуть меня мать Леттисе. Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза, и уткнулась в свою тарелку. И почему к Лисель она не цепляется?

Марлин и Тересия были ещё слишком маленькими, чтобы ходить к Ласторам с нами, потому они были дома под присмотром няни. Надо признаться, я им очень завидовала. Украдкой бросила взгляд на часы. Совсем недолго ведь осталось, так почему время тянется так долго?

Внезапно в комнату вошёл лакей, сопровождавший нас в поместье Ласторов. Разговоры за столом быстро стихли, трапезничающие вопросительно повернулись к нему. Должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы он позволил себе прервать ужин.

Лакец выглядел встревожено и несколько испуганно. Приблизившись к столу, он протянул Астору конверт. Астор посерел, я выронила вилку, Леттисе шарахнулась и прикрыла рот рукой. Мы все поняли, что могло быть написано в этом письме. Конверт был чёрным.

Не с первого раза Ас смог сломать печать. Словно сомнамбула, дрожащими руками развернул конверт. Быстро пробежался взглядом по первым строчкам письма. Дальше читать пока что не стал. Осмотрел присутствующих за столом. Медленно поднялся.

- Прошу меня извинить, но я вынужден на какое-то время вас покинуть.

Он стремительно покинул в столовую. Воцарилось неприятное, тяжёлое молчание. Никто не решался ничего сказать, пока Астор не вернётся и не скажет, что написано в письме. Я закусила нижнюю губу. Не могу я тут больше сидеть!

Поднявшись, я вышла вслед за Астором. Брат был хмур, как никогда. Отвернулся и поднял голову, очевидно, сдерживая слёзы. Я аккуратно вытащила из его рук письмо. Читать было страшно, но не читать – ещё страшнее.

«Они не вернутся», - запульсировала в голове мысль, причиняющая почти физическую боль, когда я дочитала. Письмо выскользнуло из моих онемевших рук и плавно осело на пол.

Наших родителей больше нет. Они погибли, жертвуя собой во благо королевства. Думали ли они в тот момент о нас?

Не говоря ни слова, я обняла брата со спины и прижалась к нему, чувствуя, как по щекам стекают слёзы. В тот момент мне казалось, что нет на всём свете человека, с которым провидение обошлось бы более жестоко и несправедливо, чем с нами. Хотелось убежать, спрятаться, исчезнуть. Всё, что угодно, лишь бы избавиться от тупой ноющей боли в груди.

Астор отцепил меня от себя и решительным шагом направился к выходу. Дверь за ним захлопнулась, а я так и осталась стоять посреди коридора, закусывая губу в тщетной попытке сдержать слёзы. Я не понимала, как он мог оставить меня тут саму в такой момент, и эта обида внесла ещё большую смуту в раздрай в моей душе.

***

527 г.

Платье успели закончить к сроку. И даже не знаю, была я больше обрадована или расстроена этим обстоятельством. С одной стороны, платье это было воистину великолепным. Нежно-голубого оттенка, с приспущенной линией плеча и объемными рукавами. Глубокий вырез и подол были обрамлены серебряной вышивкой. По краю белоснежной, шёлковое нижней юбки было пришито тонкой работы кружево, игриво выглядывающее из-под края верхнего платья. В общем, у меня никогда не было такого красивого платья, и надеть его очень, очень хотелось. С другой же… именно это платье лишало меня законного повода не идти на приём. Почему-то я ни капельки не сомневалась, что если явлюсь туда, то обязательно опозорюсь.

И я была твёрдо намерена отказаться от посещения сего мероприятия, но… моя уверенность пошатнулась, когда я увидела, как остальные фрейлины готовятся к приёму, и окончательно растаяла, когда я подумала о том, что в таком платье, вероятно, буду выглядеть ничем не хуже них.

Чтобы помочь фрейлинам подготовиться к мероприятию, нам прислали сразу двадцать служанок – больше, чем фрейлин. И это с учётом того, что три дежурные фрейлины собирались отдельно.