Если повезёт

Если повезёт

Ночь покрыла окна чернью, звёзд развесила букеты.
Мысли, чувства сбились в стайки на линованном листе.
Тишина вокруг такая – будто вымерла планета…
Только сердце бьёт набатом в этой вязкой пустоте!

Алина Вельдж

Беззвучно, контурно обозначая тёплое живое присутствие едва уловимым ароматом невероятно сладких греховных импульсов, наполняющих атмосферу холостяцкого жилища, передвигалась Ася по комнате, с лёгким шелестом ныряя под одеяло.

Устоять, продолжить работать над проектом, от которого зависело всё-всё – настоящее, будущее и вообще всё, было невозможно в принципе.

Дышать становилось нечем, мысли сумбурно путались. Кровь мгновенно нагревалась до точки кипения, с гулкой акустикой резонировало сердце, посылая в рептильный мозг приказы, которым ни одно живое существо на планете не вправе противиться.

“Хочу, хочу, хочу!”

Любимая стала безграничным счастьем… и суровым наказанием: блаженствовать, процветать в двух взаимоисключающих плодотворное вдохновение реальностях одновременно Никита не умел. И не хотел.

Любовь – величина временная, профессия – постоянная. Работа – золотой ключик к благоденствию, к процветанию, значит к счастью.

Увлечённо конструируя мельчайшие нюансы любовно разрабатываемых программных модулей, заказчики которых были отчасти щедры, он стал невольно отвлекаться на прогрессирующие пьянящие позывные пульсирующей плоти, которая требовала немедленного удовлетворения.

В момент чувственной эйфории Никита мог внезапно забеременеть навязчивой идеей, мешающей в полной мере насладиться чарующей близостью.

– Бинго! Кажется, я поймал удачу за хвост!

Душевный и физический дискомфорт, вызванный резким переходом из одного творческого состояния в другой, появлялся неожиданно, спонтанно, заставляя тратить драгоценное время на системные настройки, на сканирование ранее достигнутых состояний в угоду примитивной физиологии.

Секс он считал развлечением. Следовательно, от него можно отвлечься в любую минуту. От разработки программ – нет.

В минуты, требующие предельной собранности, дисциплины сознания, мозг неожиданно отказывался сопрягать алгоритмы, производить расчёты, выстраивать, фиксировать и анализировать факты, рассуждать о главном.

Желание интимной близости помимо воли отвлекало потоки бесценной энергии куда-то вниз, где дремало возбуждение иного рода, не имеющее отношения к творчеству. Вожделение заставляло непродуктивно, практически даром бурлить бесценные эмоции и отнимающие жизненную энергию чувства, сосредоточенные в эту минуту на привлекательном, желанном девичьем облике, функции и координаты которого можно запросто разложить на понятные алгоритмы: глаза, губы, кожа, пальчики, грудь – то, что есть у каждого. Стоит ли тратить столько сил и времени на постельные забавы, которые не что иное как шалость!

Нечастые визиты девушки безвозвратно выбивали его из запланированного графика, отдаляя воплощение интеллектуальных амбиций, рождали желание раз и навсегда покончить с магией неведомой до её появления власти, ограничить и упразднить которую иначе как ампутацией не представлялось возможным.

От вибраций мелодичного звучания нежного Асиного голоса, уютно обволакивающего тепла и вообще непонятно отчего, Никита начинал плавиться, утрачивая способность быть самостоятельной личностью.

На территории сочных романтических иллюзий было комфортно, уютно, светло, но…

обосновать растворяющую восторженные эмоции тревожность юноша не мог – не было на поле чувственных наслаждений чётко обозначенных маркеров, опробованных и утверждённых алгоритмов, необходимых для анализа расчётных данных, формул, графиков – всего того, что необходимо для решения любой задачи. Слишком много неизвестных величин, бесполезная концентрация физиологических возможностей, истощающая умственные способности.

Любовь – интересная, но чужая игра.

Вот и сейчас… только начали в стройную цепочку выстраиваться оцифрованный, понятный до осязаемости творческий замысел, как зазвучала противная мелодия, которую в качестве вызова поставила на его телефон Ася.

– Не до неё сейчас, не до неё!

Концентрированная доза адреналина, впрыснутая в кровь удачной идеей, струящаяся по артериям и венам в пылу азарта, подготовила почву для творческого куража – состояния, похожего на яркие цветные орнаменты в детском калейдоскопе. Успевай только поворачивать цилиндр со стёклышками и наслаждаться результатом магических в некотором роде действий.

Комбинации знаков и цифр послушно складывались в гениальные последовательности, обещающие если не открытие, то, как минимум капризную удачу.

– Какого лешего в такую минуту, исчезни! Меня нет, нет для тебя, и больше не будет.

Никита образно представил как неуклюже, спотыкаясь и падая, разбегаются во все стороны формулировки сногсшибательной находки. Заткнул было уши, чтобы не слышать предательскую трель телефона, предотвратить катастрофу, но было поздно – молекулы любви ловко прошмыгнули в растерявшееся от неожиданности сознание, генерируя попутно побуждающие вспомнить о природном предназначении импульсы, запускающие глубинный механизм интимного влечения.

– Извини, любимая, не могу сейчас говорить.

– И не надо… не надо слов! Наверно тебе будет удобнее, проще… носить в больницу передачки… если я не умру, конечно.

– Поговорим вечером. Мне не до шуток. Ключи от моей квартиры у соседки, Веры Павловны. Я ей позвоню.

Никита бросил отвлечённый взгляд за окно. Холодно, ветрено, промозгло. Осень всегда так некстати.

– Где сейчас Ася, почему позвонила в неурочное время! А если она намочила ноги, продрогла, если действительно заболеет и…

Практически воплощённый в стройную систему алгоритм поразительного интеллектуального прозрения покачнулся и рассыпался в прах.

Ловить и спасать стало практически нечего – пустота бессмысленна, в ней ничего нет.

Какое-то время Никита безучастно глядел в экран монитора, силясь понять, какие данные необходимо зафиксировать в первую очередь, чтобы вспомнить позднее, чтобы оставить на виду хотя бы ниточку, за которую можно будет ухватиться.