Я всегда носила маску и одежду, которую не жалко: самарчанка рассказала, почему сбежала из Индии

Закончить университет и понять, что душа не лежит к выбранной профессии. Так случилось с Анной Пастуховой. Девушка в 2022 году закончила Самарский государственный социально-педагогический университет. После сдачи диплома Анна поняла — быть учителем не для нее.

Тогда девушка решила кардинально изменить свою жизнь и отправилась… в Индию. Анна рассказала корреспонденту «КП-Самара», как она решилась на такой переезд, с чем ей пришлось столкнуться и почему сбежала оттуда. Монолог девушки.

«Я не могу сидеть на месте»

В 23 года я закончила педагогический университет и поняла, что учителем не буду. Сразу отвечу на очевидный вопрос о том, почему пошла учиться на учительницу. Во-первых, я всегда была связана с преподаванием. В 16 лет я обучала танцам младшие группы по направлению джаз-фанк. В университете ездила вожатой в детские лагеря и под конец учебы работала в частных детских садах учительницей английского.

Еще я толком не знала в 17 лет, куда податься, поэтому выбрала, как мне казалось, самое очевидное.

Наверное у меня такой психотип, я не могу сидеть на месте. Грубо говоря, у меня шило в пятой точке. Я бралась за все, что только можно: занималась игрой на гитаре, на фортепьяно, игрой на барабанах, фигурным катанием, художественной гимнастикой, гандболом, волейболом, уличными танцами. Я не боюсь пробовать что-то новое, меня ничего не смущает, потому что мне не страшно побыть тем самым человеком, который просит совета, чтобы что-то узнать. Если честно, я уже устала искать «мое», поэтому, надеюсь, меня ждет классное будущее.

В Индию я попала по воле случая. От университета нам поступило предложение попробовать обучение в другой стране. Сначала на это предложение я даже как-то не обратила внимание, потому что подумала: «Ну это только для умных». Обучение предлагали на факультете свободных искусств, что меня очень зацепило. Я подумала: «Вау! Что-то новое, нужно попробовать». Несмотря на сомнения и страхи, я рискнула подать заявку и каким-то чудесным образом прошла, хотя кандидатов было достаточно. Индия для меня была не совсем незнакомой страной, так как в прошлом я уже ездила туда как турист.

Я решила рискнуть и испытать себя. Сомнений было у меня очень много. Я очень люблю Самару и переживала из-за того, что все брошу и уеду. Это теперь я понимаю, что всегда можно вернуться.

Немного помучавшись с документами, визами и прочим, наконец, заключение о моем обучении было у меня на руках. Несмотря на то, что все уже было решено, я все равно очень боялась и переживала, но в какой-то момент осознала — если не рискну, то эта мысль меня просто уничтожит. Главное — попытаться и сделать все, что было в моих силах.

Анна призналась, что первое время ей нравилось в другой стране. Оранжевая пыль и острая еда.

Я улетела в первых числах сентября. Самара — Москва, Москва — Дели, Дели — Бангалор. Первое впечатление по приезду — шок. Когда ты приземляешься, ощущение, будто ты попал на Марс: все оранжевое! Эта ярко-рыжая пыль просто везде. Было очень необычно наблюдать за всем происходящим, за людьми и архитектурой. Первые недели две я пребывала в некой эйфории. Сами посудите: прикольно оказаться в другой стране, учиться чему-то новому и постоянно общаться с иностранцами.

В какой-то момент розовые очки разбились.

Не знаю, почему индусы относятся так пренебрежительно к тому, что имеют. Например, они много мусорят. Когда я показывала фотографии Самары своим друзьям-индусам, наша природа для них казалась чем-то удивительным. Они были в шоке, когда узнали, что у нас воздух чистый и в реке можно купаться.

Там очень пыльно. Я всегда носила маску и исключительно ту одежду, которую не жалко. На некоторых вещах у меня до сих пор не отстиралась оранжевая пыль. У меня вещи — треть чемодана, — которые я не носила, потому что мне просто было жалко эту одежду. Эту оранжевую пыль очень тяжело вывести.

Ели мы ровно то же, что ели все индийские люди в этом университете, а это еда, которую твой организм, скорее всего, не будет способен переварить. Эта еда очень острая, углеводная. Стандартный индийский прием пищи — лепешка, рис и чатни (это что-то типа соуса). Где-то через 2 недели такой еды у меня стал болеть живот, потому что половина из того, что ты ешь — еда из кампуса, остальное — чипсы и кола. До ближайшего нормального магазина нужно было 20 минут ехать на автобусе.

«Я чувствовала себя как в зоопарке»

Студенты нашего университета были просто в шоке из-за того, что с ними в кампусе живут белые люди. Индия стала суверенной не так давно, то есть многие части ее долгое время были колониальными, поэтому культ белого человека все еще живет там очень активно и повсеместно.

На тебя постоянно даже не смотрят, а пялятся. Как на инопланетянина. Им всегда интересно, что ты ешь, как ты ешь, во что ты одет, они все пытаются с тобой поговорить, и это не всегда приятно. Зачастую люди не хотят узнать тебя как человека, им все равно, что ты представитель другой страны, другой культуры и можешь поделиться с ними чем-то интересным, для них важен сам факт «я поговорил с белым человеком». Они могут просто подходить и говорить: «Привет, как тебя зовут?», ты отвечаешь, и они просто уходят. Студенты пытались нас как-то сфотографировать втихую, иногда подходили и просили сфотографироваться вместе. Я себя чувствовала как в зоопарке: ты не можешь никуда выйти, никуда сбежать, на тебя постоянно смотрят, к тебе тянут руки.

Девушка планирует однажды вернуться в Индию, но только как турист.

От предложений сфотографироваться я всегда отказывалась. Моя подружка-индианка рассказывала, что парни-индусы будут потом показывать эту фотографию своим друзьям и говорить, что вы та самая русская «Наташа», которая спит с иностранцами.

Конечно, не все индусы такие, у меня появились друзья среди них. Например, я познакомилась с Санни, он индус, сейчас живет в Польше. Я показывала ему фото и видео, которые снимала в Самаре — он был в шоке. Теперь мечтает приехать к нам в гости. Вообще многие, с кем я общалась, теперь планируют посетить Россию, но помимо основных точек, Москвы и Санкт-Петербурга, они хотят посмотреть на Волгу и наш город.

Плакала и скучала по дому

По дому я очень скучала. Когда оставляешь тут все и всех близких, друзей, работу, то очень страшно. Я же уехала из Самары не потому что мне не нравилось, а просто потому что я не знала, куда двигаться дальше. Мне было очень тяжело в первый месяц. В принципе, когда ты еще адаптируешься, очень много разных эмоций испытываешь, но в какой-то момент я разочаровалась во всем и чувствовала себя потерянной. Мне очень хотелось все бросить и вернуться обратно.

Была забавная ситуация, когда я сидела в интернете и увидела, как мои друзья тусуются на дне рождения моего любимого заведения. Все мои любимые там, а я сижу на кухне в индийской общаге и пью чай. Я тогда расплакалась от того, что все мои друзья так далеко веселятся без меня, а я за миллион километров и никак не могу с ними увидеться. Даже сейчас это рассказываю и слезы наворачиваются.

Меня, конечно, немного спасали видеосозвоны с друзьями и родителями, но все равно хотелось всех обнять. Я мечтала погулять по Самаре, по любимым местам, ощутить ногами волжский песок и просто наслаждаться нашим воздухом. Когда я вернулась — не могла поверить, что все настоящие.

В какой-то момент я поняла, что больше не могу находится в стенах кампуса, и мы с подругой отпросили на месяц, чтобы пожить на Гоа. Потом моя подруга вернулась к учебе, а я решила посмотреть на Индию за пределами учебной программы.

На Гоа было тяжело одной и хотелось есть, поэтому я стала преподавать английский в русской школе. Дети там проходили общеобразовательную программу в рамках класса, в котором они учатся. С учениками мы были всегда на ты, я приезжала на байке, в шортах и в огромных майках, то есть атмосфера кардинально отличалась от привычного нам образа школы. Мы учились под пальмами и постоянно смеялись. Мне, конечно, очень не нравилось готовиться к урокам и контролировать детей вопросами «Кто не взял учебник?», но в остальном было супер-комфортно. Я, наверное, просто, легко нахожу общий язык с детьми.

Все было очень неформально, и от этого я была в восторге, хотя педагогика — не мое. Пятницу я всегда делала «днем безделья», но мы не просто ничего не делали, а отдыхали, купались и проводили в игры на английском прямо на пляже.

Если честно, я всегда думала, что я — плохая училка, но мои сомнения развеяли. Когда я увольнялась, ко мне подошел мой учений, семиклассник, и сказал: «Аня, мне кажется, вы были единственным учителем, который нас хоть чему-то научил». Мое сердце растаяло. Конечно, я старалась их чему-то научить, но мне казалось, что я просто прихожу, чтобы шутить и общаться с ребятами.

Домой я вернулась, потому что просто устала работать 24 на 7 и не жить, а выживать. Я очень скучала по банальным вещам: по тротуарам и отсутствию оранжевой пыли.

Спустя семь месяцев пребывания в стране вечного солнца, я не выдержала, бросила университет и решила вернуться на родину. Индия, конечно, покорила мое сердце, и я надеюсь туда еще когда-нибудь вернуться, но дом есть дом.

Сидя в самолете и смотря в иллюминатор, я уже радовалась, потому что видела родные места. Меня встречал папа. Когда мы вышли из аэропорта, у меня было ощущение, будто бы я никуда и не уезжала.

Когда я впервые за долгое время вышла на улицы Самары, я была в шоке. Во-первых, я отвыкла от правостороннего движения, теперь с трудом перестраиваюсь. Во-вторых, от сервиса, потому что в Индии всем все равно. Ты просишь сделать еду не острой, а они не понимают, как еда может быть не острой. Грубо говоря, если тебе там что-то не нравится — не приходи. В-третьих, там сплошная антисанитария, я боялась есть уличную еду и мне постоянно хотелось обливаться антисептиком.

В один момент я поняла, что у Индии мне больше нечего взять. Просто пришло осознание, что цикл завершился и пора вернуться. Конечно, это был большой опыт, теперь я знаю, что могу выжить в любых условиях и приспособиться ко всему на свете.