Не расставайтесь с любимыми

Глава 7

Да, прийти в себя от такого было делом нелёгким. Юноша назвал Лену мамой. Как такое может быть? Ведь она сказала, что ребёнка не будет, потому что ей надо учиться, и у неё нет денег и мужа, чтобы нормально воспитывать ребёнка. "Так, спокойно!" Иван снова покрылся испариной, а что, если она всё-таки родила их ребёнка, но ничего ему об этом не сказала. "Как она могла молчать столько лет? А чему ты удивляешься, старый осёл? Почему она должна тебе докладывать о таких вещах, если ты повёл себя, как последняя сволочь". Наверное, теперь точно нельзя соваться к Лене, но несмотря на это Левантовскому хотелось сделать это с удвоенной силой, потому что отныне ему еще очень хотелось познакомиться с Сергеем.

***

Их идиллия длилась две недели, пока бабушка отдыхала в Коломне у родной сестры. Иван понял, что даже не помнит своего медового месяца с Ольгой, потому что там всё было официально, с лоском и помпой. Когда они жили в шикарном отеле после бракосочетания, Левантовскому казалось, что всё, чем они занимались с Олей, транслировалось её родителям, ему чудились скрытые камеры, ему казалось, что родители Ольги не смогут на сто процентов доверить свою дочь никому, поэтому станут исподволь контролировать даже её интимную жизнь.

С помощью чеков в «Березку» Иван максимально продлил свой больничный, и даже уже выйдя на работу, старался в любой удобный момент вырваться, чтобы встретиться с Леной в квартире бабушки.

- Ванечка, а ты, правда, женился бы на мне? – однажды спросила его Лена. Она уже не представляла жизни без него, и когда-то в пылу страсти сказанная им фраза о том, что он хочет её себе в жёны, глубоко засела в сознании девушки.

- Да, я очень этого хочу, мне никогда не было ни с кем так хорошо. – Иван нежно провёл рукой по её шелковистым волосам. – Всё-таки жениться надо по любви. Вся роскошь и карьера – это хорошо, но, когда не хочется возвращаться домой, все материальные блага становятся абсолютно ничтожными. – Левантовский расфилософствовался не на шутку. Конечно, предстоит тяжёлый разговор с Ольгой, но всё к этому идёт. У них нет будущего, у них есть только дочь, которую он никогда не бросит, и будет всегда помогать ей. На секунду Иван задумался о том, что предстоит сложный переходный период, придётся менять жизнь, может быть, даже радикально. Придётся решать и жилищную проблему, возможно, придётся менять работу. Но это произойдёт не завтра, поэтому можно будет постепенно готовить почву и продолжать наслаждаться своей малышкой.

- А что, если у нас будет ребёнок? – Лена мечтательно посмотрела в потолок.

Левантовский настороженно посмотрел на свою подругу, но потом обмяк и улыбнулся.

- Значит, он будет, дети – это всегда прекрасно. Я уверен, ты будешь замечательной мамой. А что, мы уже успели? – Иван наморщил лоб и стал припоминать, что вроде бы ни разу за время их встреч не допускал оплошностей, потому что, в общем-то, не хотел создавать проблем ни Лене, ни себе.

- Нет, я просто спросила. Я даже не знаю, готова ли я к такому шагу. Сначала надо окончить институт, а потом уже и о детях думать.
- Как будет, так и будет. – этот разговор очень хорошо запомнился Левантовскому и периодически всплывал в памяти. Он ненавидел себя в эти минуты.

***

Левантовский сидел и думал, как бы ему выяснить, что за юноша этот Сергей, который назвал Лену мамой, да и, вообще, что сейчас происходит с самой Леной. Звонить ей домой второй раз было бы верхом глупости. Наверное, надо найти Марусю и поговорить с ней. Только где её искать? "Я даже не знаю её новой фамилии". На фамилию Стрельникова данных по Марусе не выдавалось. Что же делать? Придумал! Мысль, осенившая Ивана, даже подбросила его немного вверх. Надо найти телефон квартиры бабушки и попытаться позвонить туда, а вдруг Маша живёт там. Хотя там может жить и её муж, звонить и бросать трубку, пока её не возьмёт Маруся. Интересно, жива ли их бабушка. Лена однажды познакомила её с ним. Бабушка очень приветливо встретила его, даже напоила чаем. Больше они не виделись. "Так, надо вспоминать адрес. Тупая башка, ничего в ней не сохранилось. Вспоминаем, дом стоял на противоположной стороне улицы, значит, он мог числиться по той же Изумрудной. Допустим, вспоминаем номер дома, без этого никак. Здесь тяжелее. А, может быть, попробовать прокачать по фамилии бабушки. Но бабушка была мамой мамы, поэтому фамилия у неё была не Стрельникова. Тоже плохо. Какой же там был номер дома?" Тут его осенила мысль, что он чётко запомнил номер квартиры бабушки Лены, это был номер 32, столько, сколько лет было Ивану в том году. "Посмотреть бы на карту этой улицы. Да, мы не ищем лёгких путей. Бог ты мой, времени-то уже полтретьего ночи, а у меня ни в одном глазу".
Левантовский достал карту Москвы, расстелил её на полу и стал ползать в поисках Изумрудной улицы. Да, на карте понять расположение домов и дворов было крайне тяжело. Тем более, что за восемнадцать лет он больше никогда не был в том районе, память была не чёткой, многое уже стёрлось. «По-моему, бабушкин дом стоял где-то чуть вверх по улице по отношению к дому Маши и Лены. Так, проверим, какой номер дома Лены, тридцать первый, поэтому по логике дом бабушки может быть либо тридцать пятым, либо тридцать седьмым, либо тридцать девятым. Рискнём».

Иван набрал название улицы и стал подбирать номер дома к тридцать второй квартире, корпус в этой базе не требовался, да он его и не вспомнил бы. Лишь бы напротив имени вероятной бабушки стояла дата рождения, потому что кое-где эти данные были пропущены. Манипуляция с домом номер тридцать девять выдала на экран заветную запись: Сергеева Надежда Васильевна 1921 года рождения. Точно, это она, бабушку звали именно так. Но почему больше в базе нет никого. Это катастрофа. Говорить с бабушкой Левантовский просто боялся, а как искать Марусю он теперь не знал совсем. Может быть, эта база старая. Но Наташка уверяла, что обновление было сделано в этом году. Позвонить бабушке? И что он ей скажет? "Это я - Иван, помните меня, я совращал Вашу внучку восемнадцать лет назад". И бабушку тут же хватит сердечный приступ. Тем более, что женщине уже восемьдесят пять лет. Не годится. Ладно, надо поспать хотя бы три часа, а завтра набраться смелости и всё же позвонить по этому телефону, может быть, там живёт кто-то ещё.