Хозяйка заброшенной усадьбы

Глава 14

Переступив порог своей комнаты, я огляделась. Что там дед советовал сделать? «Теперь, если захочешь поменять что-то в доме, тебе стоит только пожелать это, только представить изменения надо как можно подробней». Подробней, значит… Я и представила, прикрыв глаза. Выкрашенные в светло-голубой цвет стены отлично гармонировали с нежно-зеленым потолком и такого же цвета тюлевыми кружевными занавесками, висевшими на окнах. Занавески закрывали тяжелые светло-коричневые шторы, помогавшие избавиться рано утром от яркого солнечного цвета. На полу обязательно должен был лежать ковер с густым ворсом, теплый и расписанный разными цветочными узорами. Мебель обязательно из дерева, бежевого цвета. Шкаф на том же месте, что и сейчас. Кровать, широкая, удобная, больше двуспальной, чуть ближе к двери. Рядом — тумбочка с тремя ящичками. Зеркало на туалетном столике возле окна, два кресла и журнальный столик посередине комнаты…

Я представляла, представляла, представляла. А потом рядом тихо охнула Инга. И я открыла глаза. В реальности все получилось так, как и было задумано. Только цвета оказались чуть ярче. А так…

Я довольно улыбнулась, сделала два шага и без сил повалилась на кровать. Доколдовалась. Теперь ни руку поднять, ни головой пошевелись.

Инга сбежала за настойкой, а я, обессиленная, лежала на кровати и любовалась тем, что создала. Интересно, сколько времени все это продержится?

Между тем вернулась Инга с небольшим оранжевым флакончиком и плескавшейся в нем жидкостью.

Я выпила содержимое одним махом и уже через пару минут прочувствовала, что силы начали постепенно возвращаться. Скоро я могла и с постели слезть, и по комнате пройтись. Ходила и осторожно притрагивалась к каждой вещи, боясь, что она исчезнет, лопнет от моего прикосновения. Да уж. Кто бы мне сказал о подобном еще месяц назад, я нервно рассмеялась бы. Где я и где магия…

Я прислушалась к себе и нахмурилась.

— Инга, после твоей настойки аппетит просыпается?

— Нет, лейра.

Так… Значит, дело не в настойке, а в израсходованной магии. В любом случае, я сейчас жутко хотела есть.

Пришлось медленно, неспешно спускаться по лестнице на кухню. Сев на свой стул, я с удовольствием выпила молоко и доела намазанный на хлеб айнар, выставленный Ингой на стол. Молочка закончилась. Хлеб — тоже. Почти. Оставалось не так много продуктов из того, что перенес сюда мой так называемый дядя. И тут вставал следующий вопрос: стоило ли мне продолжать колдовать, если каждое колдовство настолько лишало меня сил? Постоянно есть? Так тогда прощай, продукты. В общем, до встречи с дедом и, возможно, отцом, я решила больше не экспериментировать. А там посмотрим. И к чему приведет та встреча, и смогу ли я тут остаться, и появятся ли здесь новые продукты…

С этими мыслями, утолив голод, я поднялась в свою обновленную спальню — отдыхать.

Я лежала на обновленной кровати, смотрела в изменившийся потолок и старалась ни о чем не думать. Получалось плохо. Чувство опустошенности меня не покидало. Причем опустошенности физической, но это и понятно: в одночасье использовать столько сил...

Мои чувства и мысли находились в смятении. Я так хорошо, спокойно, беспроблемно жила все эти годы, причем после смерти бабушки и мамы, тех, земных, жила в полном одиночестве. Я так привыкла решать все вопросы самостоятельно, так уверена была в собственных силах и в том, что мне никто не нужен, что теперь пребывала в растерянности.

Спрашивается, зачем мне, прожившей практически половину земной жизни свободной, теперь обременять себя божественными родственниками и мужем? Что такого они могут привнести в мою жизнь, о чем я так мечтала бы? Да, конечно, в юности я хотела выйти замуж, родить ребенка, а может, и двух, создать крепкую семью. Но все эти желания постепенно исчезали. Я привыкла к своему одиночеству и теперь терялась в новой жизни.

Не сказать, что я совсем готова была отказаться от божественных родственников. Но встречаться с ними, одним-двумя существами, можно было бы и пореже, допустим, раз в год, по очень большим праздникам. И то потому, что у нас, как оказалось, одна кровь.

А вот муж, да еще и избранный… Тут я совсем терялась. К чему мне выходить за кого-то, за существо, которого я видела дважды в своей жизни?

Я припомнила внешность Арнольда, его манеру общения, его место работы. Нет, ну очевидно же: мы с ним совершенно чужие. Мы не сможем ужиться вместе. Он любит командовать, я ненавижу подчиняться. Он — принц. Я выросла практически в нищете. Он в местных реалиях разбирается отлично, я прочитала от силы две книги, и то потому, что внезапно «научилась» читать. И о чем нам с ним говорить? Мы же разные, как земля и небо.

«Надо будет все эти вопросы обсудить и с отцом, и с дедом», — решила я. Пусть объяснят мне, для чего проявлять ту избранность. Ну хорошо, связала нас судьба. Но, насколько я смогла понять, эта связь еще не проявилась. А значит, можно спокойно прожить без нее. Принцу нужны наследники, это наверняка. Пусть женится, на ком хочет.

А я постараюсь поменьше вылезать из своей усадьбы. Так точно будет проще для всех.

В дверь постучали. Из коридора послышался голос Инги:

— Лейра, больных привезли.

О, вот и возможность отвлечься от гнетущих мыслей. Я прислушалась к себе. Силы если и не полностью восстановились, то пришли в относительный порядок.