Сезен. История одной гёзде

XIX. Благая весть

Июнь 1796 год 

 Прошло четыре месяца с тех пор, как Сезен, которая полностью оправилась, возобновила свои хальветы. Как только девушка встала на ноги, она сразу же придумала способ, который помог ей снова привлечь внимание султана. Она написала маленькую сказку, которая обрывалась на самом интересном месте и через стражников передала её Селиму. Уловка сработала, и в тот же вечер наложница была призвана на хальвет, дабы рассказать продолжение. Так Сезен вновь стала любимицей султана.

 Однажды, когда султан и русская наложница ужинали вместе, Селим в очередной раз заметил, что Сезен не решается притронуться к пище. Здоровье пошло на поправку, но страх остался глубоко внутри.

- Сезен. Сказочница моя, - Селим дотронулся до щеки любимицы, - Ты очень сильно похудела. Тебе надо больше кушать.

- Простите, Повелитель, - девушка опустила голову, - Просто... Мне после произошедшего очень сложно относиться к еде как прежде.

- О, ты напугана, моя сказочница. - султан взял кусочек перепёлки, - Ты же видишь, что я сейчас ем, и ничего же.

 Селим преподнёс кусочек к губам гёзде, но девушка всё ещё не решалась его принять.

- Сезен, тебе надо кушать - ласково и с улыбкой произнёс падишах, - Я снова хочу видеть румянец на твоих кругленьких щёчках.

 Сезен после этого заботливого обращения невольно залилась хохотом, после чего робко приняла перепёлку. Селим продолжил кормить свою фаворитку до тех пор, пока страх Сезен не исчез полностью, и девушка сама не начала с аппетитом вкушать яства.

- Другое дело. - похвалил султан.

 Наложница невольно взглянула падишаху в глаза. Такая теплота и забота её несомненно тронула, но разум по-прежнему напоминал о сердце, которое разбил Митя. Затем улыбнувшись девушка, залившись краской, смущённо опустила голову, что вызвало у Селима весёлый хохот.

                                                                               *** 

 Все те месяцы, пока Сезен приходила в себя после действия яда, Селим не был одинок по ночам. Пакизе, воспользовавшись ситуации, с помощью евнухов и калф, которым она раздала бакшиш, в кратчайшие сроки выучила французский язык и научилась играть на скрипке. Этими новыми навыками она вновь привлекла внимание падишаха. Пакизе была в покоях Повелителя чуть не ли каждую ночь, развлекая его своими познаниями в европейской культуре. Однако стоило Сезен пойти на поправку, как хальветы абхазской гёзде становились всё реже, а в конце весны и вовсе сошли на нет. И казалось, Пакизе снова ждало забвение, но...

 Проснувшись рано утром, абхазская наложница снова почувствовала слабость, которая сопровождала её уже несколько дней.

- Пакизе-хатун, с вами точно всё хорошо? - забеспокоилась Рабия.

- Думаю, мне просто нужно поесть. - не обращая внимание на беспокойство джарийе, Пакизе отдала приказ.

Когда же девушке подали завтрак, она принюхавшись скорчила недовольное лицо.

- Энвер-ага с ума сошёл! - возмутилась гёзде, - Как он мог такую тухлятину приготовить?

- Пакизе-хатун, - Рабия принюхалась к еде, - Всё свежее.

- Да? - не поверила наложница, - Раз ты так уверена, то сначала сама попробуй!

Разведя руками, джарийе подегустировала еду. Подождав немного, Пакизе увидела, что со служанкой ничего не случилось.

- Странно, но мне этот запах кажется очень противным. Аж поташнивает... - и в этот момент фаворитка султана призадумалась.

- Что такое, Пакизе-хатун?

- Рабия, позови сюда лекаршу.

                                                                                  *** 

 Днём перед тем, как отправиться в библиотеку, Сезен решила узнать последние новости в гареме. В одной из общих комнат она встретилась с Мирзой. Наложница уже привыкла к насмешливому взгляду чёрного евнуха, но его, конечно, было почти невозможно игнорировать.

- Мирза-ага, - подойдя к евнуху, Сезен перешла на полушёпот, - Можешь не стараться скрыть под этой улыбкой своё разочарование.

- Как же ты плохо обо мне думаешь, хатун. Ты не поверишь, но все эти месяцы я молил Аллаха о том, чтобы ты осталась в живых. И я рад, что могу снова видеть тебя в добром здравии.

- Ты прав. - Сезен улыбнулась, - Я тебе не верю.

- Хатун, я могу даже на Коране поклясться, что не убью тебя: не своими и не чужими руками. - чёрный евнух склонился к уху к гёзде, - По крайне мере, физически я тебя никогда не уничтожу.

 Сезен недоуменно взглянула на Мирзу. В этот момент в общую комнату зашла Пакизе вместе с Азизой. Все наложницы, в том числе и Сезен, столпились вокруг них.

- Девушки, - обратилась хазнедар, - К нам пришла благая весть.

- Аллах благословил нашего Повелителя! - громко и гордо произнесла Пакизе, - Я ношу под сердцем члена османской династии. Иншалла, это будет долгожданный шехзаде.

 Новость о первой за долгие годы беременности вызвало в гареме целый взрыв, состоящий из удивлённых возгласов наложниц. Сезен же, отойдя от кратковременного шока, молча наблюдала за довольной Пакизе, думая о том, насколько Повелитель в эту минуту должен быть счастлив.