Семь лет одиночества. Принцесса Малейн

Глава 2

Семь лет спустя

— Мы правда должны это подавать?

Малейн сморщилась над ложкой, которую вручила ей новая кухарка по имени Хельга. Маринованные устрицы выглядели отвратительно и пахли не лучше. Горло принцессы сжалось от непрошенного спазма, но персонал продолжал подавать ей всё новые и новые блюда на пробу. «Сегодня обойдусь без ужина».

Хельга не обиделась на ее вопрос, а только усмехнулась.

— Поверьте, мы должны, Ваше Высочество. Король Гвэйдон сочинит балладу в вашу честь, когда увидит на столах своё любимое блюдо.

— Что ж, — пожала плечами Малейн. — Именная баллада мне не помешает.

Она сделала пометку в списке блюд и отдала его Хельге.

— Восхищаюсь вашей стойкостью! Терпеть все эти запахи — настоящий подвиг.

За ее плечом рассмеялась леди Редмэйн.

— Хельга раньше готовила для племянника короля Гвэйдона. После этой семьи ее трудно запугать любыми запахами.

— О, тогда я тем более вам полностью доверяю, — улыбнулась Малейн кухарке. — Мне нужны ваши навыки.

— Всем нужны, — задумчиво сказала леди Редмэйн, оглядывая кухни. — На балу всё должно быть безупречно. Пусть гости увидят, что трон ваш во всех смыслах.

Страх пронесся в животе Малейн, но она отогнала его. Сейчас не время для испуга или сомнений. Дворец кипит жизнью, слуги бегают туда-сюда, готовясь к самому важному событию года — летнему фестивалю. Его подготовку впервые поручили Малейн, и она подошла к новым обязанностям со всей ответственностью. Велела достать, почистить и обновить все гобелены, которые пылились по чуланам. Теперь дворцовых стен почти не видно за изображениями рыцарей, драконов и других сказочных сюжетов.

Также Малейн заказала столько цветов, что от аромата роз и лилий можно сойти с ума. Гирлянды украшают окна и свисают с потолков во всех верхних помещениях дворца.

К городским воротам уже съезжаются купцы со всего Бриона. Как только прибудут гости, они смогут продавать своих товаров на год вперед и окупить расходы на дорогу. А кочующие артисты уже разбивают палатки на главной городской площади.

Малейн настроена показать гостеприимство Бриона во всей красе, чтобы фестиваль принес не только радость, но и новые союзы и торговые сделки.

— Он взвалил на вас слишком много, — проворчала леди Редмэйн, они с Малейн покинули кухни.

— Всё в порядке, — отозвалась принцесса. Она выглядела беспечной. — Я докажу, что мне можно доверить фестиваль и даже больше. К тому же… — она лукаво улыбнулась. — Если что-то пойдет не так, я всегда могу свалить вину на вас. Вы же были моей гувернанткой и в ответе за то, что из меня выросло.

Леди Редмэйн выпучила глаза, а Малейн расхохоталась

— Да шучу я, шучу.

— Вы сегодня слишком бессовестны даже для самой себя.

— Сочту ваши слова за комплимент.

Они заглянули в столовую, чтобы проконтролировать, хватает ли на всех гостей салфеток и приборов. Там камергер Уиллард пререкался с Джеймсом Уиксоном по поводу рассадки. Они оба покраснели и забавно трясли щеками.

Малейн была взволнована всем этим хаосом, но всё-таки необъяснимо счастлива.

Она гнала от себя мысли о том, что ее дядя наверняка ждет ее провала. Тогда он сможет с чистой совестью запретить ей подступаться к каким-либо обязанностям. В последние годы его строгость переросла в настоящую паранойю, но принцесса докажет ему, что он неправ на ее счет.

В конце концов, ей уже пятнадцать. Через три года наступит день, когда она станет совершеннолетней, и тогда ей и только ей нужно будет заниматься не только подготовкой к балам, но и другими, более важными делами королевства. Малейн хотела встретить этот момент во всеоружии, чтобы стать достойной королевой и не посрамить память своих родителей.

— Ваше Высочество, вот вы где! — К ней мчался Уиксон. — У нас проблемы! Объясните этому растяпе, что нельзя сажать герцога Кливса рядом с принцессой Моникой из Омбрина!

— А почему? — удивилась Малейн.

— Но как? Они ненавидят друг друга! Нам не хватало международного скандала на открытии фестиваля!

— Да некуда уже рассаживать! — выкрикнул подбежал запыхавшийся Уиллард.

Они наперебой принялись доказывать ей каждый свою правду, а Малейн изо всех сил старалась не рассмеяться. Она напустила на себя важный вид и попыталась вставить слово в их крики, но к ней подошел высокий мужчина в военной форме.

— Капитан Стейн. Что-то случилось?

— Ваше Высочество, позвольте вас похитить ненадолго. Не хотелось бы прерывать вас, но…

— О, конечно, конечно! Уиксон, Уиллард, оставляю рассадку в ваших умелых руках.

Малейн обрадовалась, что ей не придется разнимать стюарда и камергера, и последовала за пожилым, но крепким капитаном, отметив при этом, что леди Редмэйн куда-то пропала из ее поля зрения.

Стейн проводил принцессу к одной из боковых дверей. Они вышли на задний двор и отправились в сторону конюшен. Когда они подошли к воротам, капитан обернулся и на пару секунд замялся.

— В чем дело? — спросила Малейн.

— Я не уверен… Ваше Высочество, вы в курсе, что фестиваль едва не отметили?

Всё ее приятное волнение вмиг испарилось.

— Нет, я не в курсе. Почему?

Капитан плотно сжал челюсти и нахмурился.

— Ваш дядя, — продолжил он, понизив голос. — Его Светлость убежден, что войска Эльбы планируют на нас напасть в самое ближайшее время.

Малейн задрожала. Она старалась держаться, но получалось плохо.

— У него есть какие-нибудь веские поводы так думать?

Опять. Опять дядя рассуждает о войне, которой не случается уже столько лет. О вражде, от которой в обоих королевствах уже давно устали. Он срывает все сделки и любые попытки подписать один несчастный мирный договор. Одна бумажка могла бы залечить старые раны, если бы дядя просто перестал упрямиться.

В детстве она безоговорочно верила его рассказам про «дикарей из Эльбы», которые только и мечтают уничтожить Брион, но теперь Малейн уже не ребенок. К тому же, она прекрасно знает Роба. Достаточно для того, чтобы верить правящей семье Эльбы. Даже, в какой-то степени, любить ее.