История одного андрогина

Глава 27

Наступала осень и пришла пора Натаниэля поступать в ВУЗ, как он того и хотел. Сам бы он не смог этого сделать, по причине своего возраста и отсутствия аттестата. Но необходимым набором фактов обладала Ева Адамс: по паспорту ей было 18 лет, она окончила школу и у нее отличный средний балл. Как дополнение: она сирота (за что ей будут платить стипендию), и у нее есть куча других «подлинных» фактов, над которыми постарался Гарри.

По сути, Ева Адамс имела свою личную историю, не столь подробную, чтобы ее все знали, но и чтобы она не вызывала подозрения. И в данном аспекте Натаниэль довольствовался своей продуманностью ходов.

Во время вступительной компании он был уверен, что поступит. Но он нервничал по причине возможного его разоблачения как личности. Его беспокоила придирчивая комиссия, которая могла при желании найти малейшее несоответствие, как по фотографии, так и по документам. Но благо, Натаниэля пронесло. Перед началом учебного года он глянул в список поступивших и увидел в нем имя Евы Адамс, что позволило ему успокоиться.

Он поступил на Гуманитарный Факультет Сити Лондон по специальности Журналистика. В группе было 20 человек: 6 – юноши, 13 – девушки, 1 – гермафродит. Но, конечно, все думали, что в группе 6 юношей и 14 девушек.

В первый раз, зайдя в аудиторию, Натаниэль окинул своим взглядом все вокруг. Тихо и не заметно. Он не хотел привлекать к себе внимание сразу.

Он был одет в белую блузку, черный приталенный пиджак, черную юбку до колен, колготки и черные туфли на среднем каблуке. Единственное, что бросалось в глаза в образе студентки Евы Адамс, так это ее ярко-красная помада, услащающая ее губки, и обведенные черным карандашом глаза, так, будто Ева не стеснялась макияжа. Видимо она знала, зачем не скромничать в косметике.

Увидев укромное место у окна на последнем ряде, Натаниэль уверенной походкой пошел к нему. Усевшись удобнее, он мог рассмотреть со своего места всех присутствующих здесь. На первой парте он видел парня, одетого в свитер с орнаментом. Его внешность напоминала внешность заучки, или как в народе – ботана. Он имел неопрятную прическу из жирных волос и носил ужасные очки. Рядом с ним сидел парень, немного симпатичнее, но не далеко ушедший от своего соседа по парте. У него были русые волосы и центральный пробор в качестве прически.

Немного сменив направление своего взора, Натаниэль увидел несколько малоприметных девиц, сидевших на втором ряде. Максимум две показались ему симпатичными. На них его взгляд надолго не задержался.

Глянув далее, на третий ряд, Натаниэль увидел смешанное в гендерном плане население этой аудитории. Никто из них Натаниэлю также не показался интересным. Его взгляд вдруг остановился позже, когда он глянул дальше в угол, где на краю ряда сидела мрачная, облаченная в черную одежду девушка. Она сразу же задержала его внимание на себе.

В ней было что-то загадочное, что-то мрачное или нечистое. Что-то, что не давало оторвать Натаниэлю свой взгляд от нее. Она показалась ему интересной, не такой, как все находящиеся здесь. Она выглядела отстраненной, словно жила в своем мире. Она завораживала своим холодом в образе.

У нее были черные длинные волосы, полностью закрывающие ее спину. Она носила прямую челку, и наносила стрелки на глаза. Ее макияж отдавал чем-то могильным и сырым, а кожа на лице – белый памятник.

Она сидела словно одна в этом мире. Натаниэль заметил, как возле нее никто не захотел присесть. Впрочем, таковым был и он в данный момент. И он подумал что-то подобное, как вдруг, возле него громко рухнула какая-то белокурая дева, сказавшая чуточку наглым тоном:

- Можно? – жуя жвачку, и не дав времени на ответ, добавив, - Спасибо!

Натаниэль даже не успел отреагировать на столь резкое появление новой спутницы возле себя. Он глянул на эту девушку, оказывающую первое впечатление гламурной суки, и промолчал в недоумении, не зная, что сказать.

Она имела модный начес на среднюю длину волос, яркий макияж, и вполне дорогую одежду (скорей всего из разных модных бутиков), которая словно говорила: «Можешь взять такую дорогую штучку как я, только если у тебя есть Porsche и десять штук в кармане». Она все время чавкала своей розовой жвачкой, что поначалу действовало Натаниэлю на нервы. Сняв свои солнцезащитные очки, она глянула на Еву и сказала:

- Меня зовут Рокси!

- Ева Адамс! – представился Натаниэль.

- Ну что, Ева! Рассказывай, как дела, кто такая? Ты, кстати, ничего так штучка! – сказала Рокси, оценив своим взглядом.

К удивлению Натаниэля, который неохотно рассказывал о себе, а точнее о Еве Адамс, у них с Рокси завязался не плохой разговор. В большинстве благодаря подвешенному языку его новой подруги, что быстро заметил Натаниэль. Она любила обсудить всякое модное барахло, ведь действительно, Рокси была модной цыпочкой. Много слов она посвящала знаменитостям, их одежде, украшениям, позорам. Ведь сама она пыталась выглядеть «бомбезно», на фоне «серых мышек», которых она также любила обсуждать и критиковать.

Натаниэль в неком плане не переваривал Рокси. Она вечно совала во все свой припудренный носик и была, как казалось Натаниэлю, чересчур коммуникабельной. Но он желал быть с ней ради своей выгоды. Ведь эта гламурная дура могла посвятить его во многие полезные вещи, которых он еще не знал. Она могла ему помочь и в чем-то подтянуть. Ведь им обоим нужны были друзья в новом учебном заведении. И найдя для себя наиболее приветливое выражение лица, Натаниэль все чаще стал находиться в компании Рокси, со временем и вовсе став с ней одним целым, шныряя вместе друг с другом где попало, как два хвоста связавшихся в узел. При этом большим хвостом была все-таки Рокси. Она была ведомой в этой паре новых друзей. Она была популярной, знала много старших девчонок, перед которыми чуть ли не хвасталась своей замечательной подругой Евой. Скорей всего, она была одной из тех дамочек, которой попросту нужны были уши, которые все время будут ее слушать и поддерживать. И видимо она думала, что она их обрела. Натаниэля это утомляло.