Фортуния любит отчаянных

Глава 23

Сегодня день свадьбы! От этой мысли я подскочила на кровати.

— Ваше Высочество, леди Ретум и другие фрейлины собрались в гостиной и негодуют, что вы долго спите вместо того, чтобы читать благонравные тексты, слушать их наставления и принимать ванну с масками для лица и тела.

Не удержавшись, Дагни хихикнула.

— Передай, что принадлежности для ванны и масок они могут отдать Агни. Это и впрямь неплохая идея. С наставлениями и благонравными текстами они могут отправляться к Аиду.

Дагни сделала книксен и с глумливой улыбкой ушла передавать мои распоряжения. Я была уверена, что она доложит высокородным леди все в точности. Меньше чем через сутки служанки-двойняшки покинут дворец вместе со мной и сейчас не упустят возможностей покуражиться напоследок.

Из гостиной донеслось возмущенное кудахтанье, но вскоре стихло, завершившись громким хлопком двери. Агни отправилась набирать воду, я собиралась насладиться легким завтраком, когда дверь распахнулась.

— Кто... — вскинулась я. — Катриона! Ты приехала!

Утро стало окончательно счастливым. Я позвала сестричек, и мы завтракали вчетвером. Жаль, Сабина и Энни не доберутся. Слишком долог путь и с севера, и с юга, чтобы за три дня можно было доехать курьеру туда, а гостям — сюда. К тому же, обе сейчас в тяжести, что сделало путешествие невозможным. Катриона месяц назад произвела на свет здорового младенца и смогла отлучиться, оставив его на нянек и кормилицу.

Фрейлины сделали еще одну попытку приблизиться ко мне напоследок утверждая, что без их помощи мне на свадьбу не собраться. Но на пороге возникла грозная Катриона в статусе матери семейства, и это стало решающим аргументом. Я совершенно не хотела в это утро видеть никого, кроме самых близких.

Со мной провели все те процедуры, которыми грозились фрейлины, только без них самих.

Одевали меня втроем — подруга и неразлучные двойняшки. Этого было достаточно.

Когда все было готово, и темнозеленое платье с синим отливом облегало верх, колыхаясь снизу волнами бархата, Агни протянула шкатулку с фамильными драгоценностями. Гарнитур с сапфирами и изумрудами как ничто другое подходил к моему наряду. Я надела серьги, протянула руку к колье, но остановилась.

— Колье я надену на бал. Для официальной церемонии у меня другое украшение есть. Принеси мне резную шкатулку черного дерева.

Под изумленным взглядом девушек я достала медальон из бутылочного стекла и повесила его на шею, укоротив цепочку так, чтобы орден "За безумное винопитие" лег в вырез.

Папенька встретил меня вместе со всей семьей, но честь ввести невесту в святилище передал Альфреду — мол, это же Альфред меня выдает замуж, сам папенька ни при чем.

Увидев мое украшение Альфред сжал губы, но не стал устраивать скандал на пороге избавления. Когда он вел меня к храму через коридор вскидывающих сабли гвардейцев, сомнений не было — солдаты заметили "орден" и салютовали вовсе не королю.

Эрик ждал меня у жертвенного огня. Увидев мое "украшение", он понимающе улыбнулся, и я снова уверилась, что сделала единственно правильный выбор.

Жрица связала наши руки золотистой лентой и под пение хора прочитала слова из священного свитка. Огонь ярко вспыхнул. Мы стали мужем и женой, и внутри меня будто разжалась тугая пружина. До последней минуты я боялась поверить, что наша свадьба настоящая, а не шутка богов или кого-нибудь из смертных с короной.

Нас поздравляли, нам кричали пожелания, в нас летели рисовые зерна и сделанные из ткани цветы. Сразу за порогом святилища нас разделили — меня следовало подготовить к вечеру. Я смотрела на придворных церберов и наслаждалась мыслью, что вижу их в последний раз. Но я не питала иллюзий — нам придется провести некоторое время при Эдачийском дворе, и я уверена, что бестиарий Эдачии ничем не уступает нашему.

Подготовка закончилась тем, что я снова выставила фрейлин из покоев и позволила Агни и Дагни стянуть с себя платье, чтобы набраться сил для ужаса под названием "свадебный бал".

Мы пили чай, болтали с Катрионой, ей удалось убедить меня хоть что-нибудь съесть за обедом и пару часов поспать, и, наконец, снова взялись за платье. Шок, скандал — принцесса будет в том же наряде, что и на церемонии! Хвост Минозавтра им всем в глотки. Эрику это неважно. Эрик предпочел бы... ох, нет, сейчас об этом лучше не думать.

Я отогнала видение Эрика, который разглядывал меня в палатке, надела фамильные драгоценности Комфаритов и объявила, что готова к пытке.

Трапезу я едва высидела, чуть касаясь бокала с вином. Делай я глоток на каждом тосте, и боюсь, танцевать бы мне уже не пришлось.

— Трис, съешь хоть что-нибудь, — прошептал мой муж и с улыбкой добавил: — Тебе понадобятся силы.

— Эрик!

— Я про танцы, а ты о чем подумала? — заявил этот наглец, и я, кажется, покраснела.

Мы открывали бал, Эрик повел меня в первом танце, и все стало неважным. Мы с Эриком тренировались в поединке на саблях, поднимались по скалам, заманивали наемников в яму, ехали по жаркой и пыльной дороге, целовались в военной палатке, смотрели в лицо опасности, прятались от соглядатаев — но ни разу не танцевали. Ужасное, невероятное упущение!

— Эрик, — прошептала я на последних тактах. — Как ты относишься к правилу "не больше трех танцев с одним кавалером"?

— Отвратительно, — ответил лучший в мире мужчина.

Я запросила пощады после пятого и присела отдохнуть. Эрик отошел поговорить с кем-то из гостей. Катриона утянула меня к десертам и игристому, и я, наконец, позволила себе расслабиться. После второго бокала подруга вынула из складок юбки часы и шепнула мне:

— Идем.

— Куда?

— Увидишь.

Вы вышли в коридор, свернули за угол, и Катриона повела меня небольшую гостиную, которую на больших балах использовали для отдыха. Кажется, здесь был один из выходов тайного прохода, который стараниями Лентса стал не таким тайным. Сегодня гостей по меркам дворцовых приемов было мало, и комната пустовала.