Заслуженное наказание. Истина. Часть 2

Глава 8.2

Я забралась в ванную, полную воды и пены, и ушла на дно. Раньше было достаточно представить, что вода смывает с меня все плохое, чтобы ощутить себя чуточку лучше, теперь этого недостаточно. Наверное, потому, что раньше я пыталась «смыть» драку в школе, обидные слова Эшли и ее свиты, плохие оценки, придирки мисс Вессекс…

Эшли. Снова ее заплаканное, перекошенное от ужаса лицо встало перед глазами. Я вынырнула на поверхность воды и откинулась на бортик ванной. Вытерла полотенцем лицо. Теперь рядом с Эшли перед внутренним взором возникла тетя Энн. Зря я ей нагрубила. Мама ведь была ее сестрой, мы ‒ семья. Но… но она должна была поверить мне! Мне, а не этой чертовой ведьме мисс Вессекс!

Иногда тетя Энн так смотрела на меня, думая, что я не замечаю… Ее взгляд был таким печальным, горьким, будто я ‒ пациент, которому врачи вынесли неутешительный вердикт. Ее взгляд толкал меня назад, и я чувствовала себя жалкой, ничтожной, не такой как все.

Ее взгляд напоминал мне о том, кто я и что я. Ее взгляд напоминал о том, что случилось на самом деле. Но я не умерла, я жива. Я продолжаю жить несмотря на взгляды, шепотки в спину, на все сложности; продолжаю стараться, потому что этого хотели бы мои родители.

Если сдамся, все рухнет. Если решу опустить руки, тут же все исчезнет ‒ я исчезну. Потому что никто больше не скажет мне: «Скай, ты прямо упрашиваешь меня: «Папочка, отправь меня в военный лагерь, я хочу стать сильнее духом». Если продолжишь киснуть ‒ не поступишь в университет, и тогда я точно знаю, куда определю тебя. А близнецы проведут тебе экскурсию в их казарму. Может быть ты даже будешь спать на одной из кроватей, принадлежащих им, так что старайся, дочь». Я больше не услышу папиных шуточек, которые иногда звучали как угрозы, и не увижу маминого хмурого взгляда, обращенного на него.

Я крепко зажмурилась, чувствуя, как нещадно жжет под веками.

Так, выдохни, Скай, ты не должна киснуть. У тебя еще куча дел, надо еще реферат закончить, выучить пару терминов по экономике… Мысли об уроках привели к воспоминаниям о мисс Вессекс. Ее змеиный прищур глаз, усмешка… Она звонила тете Энн, чтобы сказать, что понимает мои чувства, но это в последний раз. И что, теперь я должна поблагодарить ее за благородство и понимание?

А ведь мисс Вессекс приехала в наш город как раз после аварии, в которой участвовала ее чокнутый сынок… И после этого все пыталась вышвырнуть меня из школы, капая на мозги прежнему психу-директору… И чем я ей не угодила?

Нет, стойте-ка, мисс Вессекс приехала сюда еще до аварии, разве нет?..

Разволновавшись, я торопливо выбралась из ванной и, завернувшись в махровое полотенце поспешила в комнату, чтобы проверить ежедневник. Распахнув дверь и сделав шаг в комнату, я застыла на пороге, не поверив своим глазам. На кровати сидел Кэри Хейл.

― Ты… какого черта ты здесь забыл?! ― прогремела я, так сильно нахмурившись, что заболел лоб.

Нет, стоп-стоп-стоп, его здесь нет ведь так?..

Я подняла руку к своему лицу и накрыла ладонью глаза. Затем опустила руку, будто наблюдала за фокусом. Кэри Хейл по-прежнему сидел н моей кровати. В моей комнате. И смотрел на меня таким убийственным взглядом, будто хотел заживо испепелить. И выглядит больным: щеки бледные, губы тоже, скулы острее опасной бритвы. Казалось, его тело напрочь истощено. Может, он голодает?..

Так, стоп, да мне вообще плевать, пусть хоть сейчас отдаст концы.

У меня на языке крутились одни ругательства, а руки чесались от желания нанести ему какие-нибудь телесные повреждения, ну или хотя бы показать неприличный жест, но вместо этого я глубоко вздохнула и произнесла:

― Хоть мне и хочется тебя здесь же четвертовать, я поступлю как адекватный человек. Я попрошу тебя убрать свой зад с моей кровати. И вообще исчезнуть из моей комнаты. ― Мое сердце колотилось в груди словно сумасшедшее, а щеки алели несмотря на то, что в комнате было прохладно и мои руки покрылись мурашками. Кэри Хейл изогнул бровь, и я, взбесившись от того, что он вынуждает меня говорить, сказала:

― Ты просил не искать тебя. Просил оставить тебя в покое. Я так и поступила.

Он на мгновение отвел взгляд, словно пытался вспомнить, говорил ли это; затем обратил на меня внимание и покорно кивнул:

― Знаю, просто…

― ПРОСТО ЧТО? ― рявкнула я, затем прокашлялась и спокойнее продолжила: ― Прошу прощения за эту вспышку гнева, сэр Кэри Хейл, Ваше Величество. Я хотела лишь спросить за каким чертом вы сюда пожаловали.

― У тебя есть дела поважнее, да?

Надо считать до пяти всякий раз, прежде чем отвечать ему, решила я, но сразу же выпалила:

― Прости, ты имеешь в виду, есть ли у меня дела поважнее, чем дурацкий разговор с твоей наглой мордой, с человеком, который пытался несколько раз меня убить и который попросил держаться от него подальше, а затем заявился сюда, тем самым все запутав?!

Кэри Хейл поморщился от моего непревзойденного сарказма, и я всплеснула руками. Я была зла. Так зла, что усталость и сонливость куда-то испарились. А еще исчезли посторонние мысли и жалость к себе. Кэри Хейл их забрал. Рядом с ним я снова почувствовала, как каждая клетка тела оживает, как я прихожу в форму. Не к добру это, поняла я, и, схватив со стула пижаму, поспешила в ванную комнату, чтобы переодеться.