Весталка. История запретной страсти

Глава 15

С того ясного утра, как бирема пришвартовалась к берегу и гости Кальпурнии разъехались по своим домам, прошло два дня. И всё это время Альбия провела взаперти, лёжа в полумраке кубикула и иногда позволяя себе немного поесть. Любовный недуг, бурные переживания и сомнения сломили её, нарушили её душевное равновесие, заставив разочароваться в крепости той веры, что питала её ум и составляла смысл её жизни.

Лишь на третий день, поддавшись уговорам Кальпурнии, девушка вышла из дома, чтобы погулять по саду. Она надеялась в созерцании красоты окружающей природы отвлечься от своих горестных дум.

Когда Альбия ступила на уже знакомую ей дорожку, ведущую в глубь сада, солнце разостлало по траве золотистый ковёр и наполнило всё вокруг весёлым сиянием. Яркими красками вспыхнули розы, нарциссы, ирисы и гиацинты. Альбия поднялась на вершину холма – и взору её открылась голубовато-зелёная гладь бархатного моря, по которой чуть заметно пробегала рябь. На берегу мерно покачивалась бирема со спущенными парусами. Её пустая палуба навела на девушку тоску и мучительно-сладкие воспоминания. Благородный мужественный профиль, выразительные чёрные глаза, загадочная улыбка, красивые сильные руки – всё это одно за другим мелькало перед её глазами как навязчивое и вместе с тем желанное видение.

Внезапно внимание Альбии привлекли чьи-то шаги. Рабыня Кальпурнии, которую увидела перед собой весталка, когда обернулась, сказала, что кто-то дожидается её в атрии.

- Басса! – Увидев верную служанку, Альбия бросилась к ней навстречу и обняла её. – До чего же я рада тебе!

Они прошли в глубь атрия и сели на покрытую шёлком скамью.

- Но скажи, для чего ты здесь? – с тревогой спросила Альбия, глядя на осунувшееся лицо кормилицы. – Отчего ты не прислала раба? Зачем отправилась одна в столь утомительное путешествие?

- Дитя моё, я не хотела подвергать тебя опасности. Некоторые рабы слишком болтливы.

Басса умолкла, теперь уже сама внимательно вглядываясь в лицо весталки. Её встревожила странная бледность девушки, потухший взор её кротких глаз и тени вокруг них.

- Я видела чей-то паланкин у виллы Кальпурнии, - осторожно, со всё возрастающим подозрением продолжила она, - а привратник сказал мне, что его госпожа беседует со своим гостем. Ты не знаешь, кто бы это мог быть?

Альбия пожала плечами:

- Ранний час для гостей. Но нам не всё ли равно? Послушай, Басса, мне показалось или ты вправду чем-то опечалена?

- К сожалению, дитя, не могу порадовать тебя хорошими вестями. Случилась большая беда... – Басса опустила глаза и тихо прибавила: - Вчера на рассвете умерла Винуция...

Из груди Альбии вырвался стон. Она закрыла лицо руками и замерла в скорбном молчании.

Винуция заболела за неделю до её отъезда из Рима, и старшая весталка доверила Альбии временно выполнять часть обязанностей больной. Вместе с другими жрицами, нёсшими службу в храме, Альбия убирала внутренние помещения святилища, готовила ритуальную муку, принимала и возлагала на алтарь жертвоприношения прихожан. Она выполняла любую требуемую работу, и только к священному огню Весты её пока не допускали. Иногда Альбия оставалась ночевать в доме весталок и ухаживала за больной Винуцией. Она успела привязаться к доброй старой весталке, и теперь весть о её неожиданной смерти поразила и опечалила Альбию.

- К нам приходила Элия, - продолжала Басса тем же скорбным голосом. – Она сказала, что Великая дева приняла решение назначить вместо умершей весталки тебя, Альбия...

Девушка медленно отвела ладони от бледного испуганного лица. Глаза её были широко раскрыты; губы шевелились, и Басса разобрала слетавшие с них слова: «Нет... нет... только не теперь... не хочу... нет».

Старая служанка дотронулась до её руки.

- Альбия, дитя моё, что с тобой?

- Басса, Басса, отчего Судьба так жестока ко мне? Отчего, подарив миг счастья, вновь посылает мне тяжкие испытания? Ах, Басса, лучше бы мне умереть вместо Винуции!

- Что ты такое говоришь? – в ужасе прошептала кормилица.

- Я не хочу возвращаться в Рим, - неожиданно заявила Альбия.

- Так нельзя, дитя моё. – Басса с укоризной покачала головой. - Когда-то ты сделала свой выбор, так не отступайся от него сейчас.

- Не я сделала выбор. Мои родители решили за меня.

- Да, но ты всегда гордилась своим жребием.

- Тогда я не знала, не могла знать, что на свете есть такое чудо, как любовь, - в голосе Альбии прозвучала нежность.

Басса пытливо посмотрела в её глаза, более ясные и блестящие, чем обычно, и взгляд их говорил красноречивее любых слов.

- О Альбия, не пугай меня! – взмолилась кормилица, точно в предчувствии какого-то несчастья. – Я знаю, у тебя чуткое сердце и пылкое воображение. Но ты должна уметь противостоять новым для тебя чувствам и впечатлениям. Поддашься соблазну – пропадёшь, прислушаешься к голосу благоразумия – спасёшься...

Весталка ничего не ответила.

- Я увезу тебя с собой... немедленно, - твёрдо сказала Басса и сжала руку девушки, будто боялась, что та убежит от неё.

- Ты права, я должна уехать отсюда, пока... – Альбия не договорила, нахмурилась и встала.

Кормилица облегчённо вздохнула.

- Ты собери мои вещи, а я пойду попрощаюсь с Кальпурнией, - с этими словами Альбия направилась было в покои хозяйки дома, как вдруг её остановил знакомый и такой желанный голос.

- Попрощаться?! Но позволь, Альбия, отчего же так скоро?

Марк Блоссий стоял на пороге, и струившийся в открытую дверь солнечный свет заливал его высокую статную фигуру. Одет он был просто, но со вкусом, в паллий из золотистого шёлка без украшений и вышивки, и только сильные загорелые руки были стянуты широкими золотыми браслетами со сверкающими на них сапфирами. В ярком свете его тёмно-каштановые волосы казались медными, чёрные жгучие глаза – затенёнными и ещё более непроницаемыми.

Увидев кампанца, Альбия осталась недвижна. Тогда он медленно подошёл к ней и, глядя ей прямо в глаза, повторил свой вопрос.