Любовь-война

Глава 12

Кристина

- Кристина, я не ослышалась, тебе правда нужно привезти платье? – переспрашивает мама, явно не ожидавшая от меня такой просьбы.

Чего уж тут. Я и сама от себя подобного не ожидала. Но обстоятельства меняются.

Все дело в том, что я решила покорить Шульца. Хочу доказать ему, что я ничуть не хуже этой блондинистой фифы Нарьяловой. Что тоже могу быть женственной, грациозной и вполне гожусь для медленных танцев.

- Да, помнишь то черное платье, которое мне тетя Агата дарила на прошлый новый год? – нервно прижимая телефон к уху, говорю я. – Вот его привези, пожалуйста.

- А зачем тебе? – не перестает удивляться родительница. – Ты ведь обычно не носишь такую одежду.

- Это для роли в сценке, - беззастенчиво лгу я.

Ну, не говорить же маме, что этим платьем я надумала впечатлить своего старинного друга, а заодно и утереть нос курицам-соседкам. Пусть знают, что я не только сильная, но и красивая!

Родительница выполняет мою просьбу и в следующий свой визит привозит то самое черное платье. А еще босоножки на невысоком каблуке, которые я, кстати, тоже ни разу не носила, и маленькую золотистую косметичку.

- Мам, ну а это-то зачем? – кисло интересуюсь я, поочередно беря в руки тушь для ресниц, прозрачный блеск для губ и персиковые румяна.

- А что? Для сцены и накраситься немного можно, - он заговорщически мне подмигивает, а я тяжело вздыхаю.

Ладно, была не была. Раз уж решила погрузиться во все эти женские премудрости, то, пожалуй, легкий макияж действительно не будет лишним. Красота, как говорится, требует жертв. И в моем случае мне придется пожертвовать собственными принципами.

Следующая дискотека намечается во вторник, и я жду этого дня, как узник казни. Нет, с одной стороны мне, конечно, очень хочется увидеть восхищение в глазах Андрея и потанцевать с ним, но с другой – от одной только мысли, что мне придется впихнуть в свое тело в крошечную тряпочку, именуемую платьем, кишки от волнения стягиваются тугим узлом.

Если честно, не припомню, когда я в последний раз так переживала. Даже перед дракой с Донскими, которая грозила мне серьезными физическими увечьями, мое внутреннее состояние было более стабильным. А сейчас я напоминаю самой себе чокнутую неврастеничку. Почему быть женщиной так сложно?

Когда наступает день Х, мое волнение достигает таких масштабов, что я теряю способность думать о чем-то другом. Все мысли вращаются вокруг предстоящей дискотеки и проклятого платья, которое мне уже во снах являться стало.

После ужина я возвращаюсь в комнату, достаю из шкафа свой наряд и, разложив вещи на кровати, вперяюсь в них долгим задумчивым взглядом. Нет, я не решила дать заднюю и по-прежнему полна решимости реализовать свое намерение обаять Шульца, просто мне нужно немного времени, чтобы успокоиться.

- Ого, Крис, это твое? – раздается за спиной удивленный голос Лизы Перемыкиной.

- Ну, допустим, мое. И что с того? – с вызовом отвечаю я, оборачиваясь к ней.

Во мне кипит какая-то странная потребность обороняться. Будто то, что я собираюсь облачиться в платье и пойти на дискотеку, постыдно, глупо и может вызвать осуждение окружающих.

- Да ничего, - Лиза боязливо отступает на шаг назад и, виновато улыбаясь, добавляет. – Красивые босоножки.

- Спасибо, - бурчу я себе под нос и, как всегда в моменты сосредоточения, заправляю короткие волосы за уши.

Ну, поехали.

Рывком стягиваю с себя футболку и закидываю ее в шкаф. Расстегиваю ширинку, и джинсовые шорты гармошкой складываются у моих ног.

А теперь самое трудное – беру платье и, на мгновенье замерев, ощупываю пальцами ткань. Она прохладная и немного скользкая. Интересно, что это за материал? Шелк? Шифон? Хотя какая к черту разница! Будь оно хоть из стекловаты, мне все равно придется его надеть.

Отринув все сомнения, я просовываю голову и руки в специальные отведенные для них отверстия и натягиваю платье на себя. Оно довольно тугое, но не тесное, и вызывает во мне смешанные чувства. Из позитивного – наряд мне действительно к лицу и даже подчеркивает грудь, которая, как оказалось, у меня очень даже ничего.

Но вместе с этим меня не покидает ощущение, будто я заключена в панцирь. Собственное тело кажется чужим и каким-то одеревеневшим, словно платье сковывает свободу действий.

- Крис, да ты выдохни, не бойся, - насмешливо советует мне Даша Орлова.

Очнувшись, я оглядываюсь на соседок и замечаю, что они все с любопытством таращатся на меня.

- Че зенки вылупили? – грозно бросаю я. – Своих дел, что ли, нет?

Как по команде девчонки отмирают и, демонстративно шурша пакетами, принимаются копаться в своих вещах.

Так-то лучше. А то уставились, будто я им тут фокусы показываю.

Обуваю босоножки, которые кажутся жутко неустойчивыми и, всеми силами перебарывая волнение, подхожу к зеркалу с косметичкой в руках. Никогда в жизни не красилась, и начинать, если честно, не очень хочется. Но что-то внутри меня подсказывает, что макияж сделает мой образ более выигрышным, поэтому, собрав волю в кулак, я героически вооружаюсь тушью и бросаюсь в бой.