Бред потерянного эгоиста. Тогда и потом.

Бред потерянного эгоиста. Тогда и потом.

ТОГДА

Знаете… Это так странно, читать о зарождающихся или уже зародившихся чувствах, о становлении магом, о внезапном, но таком до мурашек прекрасном открытии у себя новых способностей, и понимать, что такого у тебя никогда не будет или будет, но ещё очень нескоро… Или не в этой жизни.

Ко мне осознание этого печального положения вещей приходит всё чаще, и я уже подумывала написать книгу, в которой мои мечты обретут хотя бы бумажную оболочку. Однако читая все эти книги, я понимаю, что мои мечты о волшебном останутся только мечтами хотя бы по одной той причине, что встретить того, кто каким-то образом связан с твоими персональными чудесами это… Это само по себе сравнимо с чудом. А этот мир в них и так ограничен.

Пока за окном идет дождь, а я дрожу от душевного холода, в книгах происходят сражения. Сражения внутри героев и вокруг них, за любовь, за дружбу, за всё Святое и за всё Проклятое. И, может быть, кто-нибудь скажет, что я просто обязана быть счастлива, что ВСЁ это, все эти драки, войны и та самая, волшебная, любовь, проходит мимо меня в параллельных, бумажных и не пересекающих наш мир реальностях, потому что моё неподготовленное сердце просто не выдержит таких переживаний… Но у меня этой обязанности нет. Я засыпаю и просыпаюсь с чётким ощущением, что это всё не мое. В этом мире нет того, чему я бы хотела посвятить свою жизнь. Убегая, трусливо прячась, за сериалами, фильмами и книгами, за стихами и маской-улыбкой, я слышу укор ото многих дорогих мне и не очень людей, ведь для них ЭТА жизнь, в ЭТОМ мире – есть единственная и правильная. Тогда как я ощущаю себя чужой.

Чужой дома, чужой на улице, среди родных, друзей и незнакомцев.

Нет. Это не записки сумасшедшего, и не стенания ленивой девицы, желающей таким образом оправдать своё «безделие» в глазах других. Это единственная доступная мне сейчас оболочка, в которой я могу разместить свою боль, свой страх и своё одиночество.

Я чувствую покой, лишь когда вокруг меня бушует живая природа во всём своём великолепии. Я не боюсь шторма, грозы и прочих проявлений природного характера по одной простой причине: природа – такой же зверь, как и я, а если я чувствую страх – я нападаю, это игра, где побеждает сильнейший или же заключается мир между равными. Я не стремлюсь играть, зная, что я не враг ни Природе, ни самой себе.

Я чувствую себя своей, когда вокруг меня бегает щенок или на моих коленях мурлычет кошка. Это чувство принадлежности, заполняющее во мне ту глухую, колючую пустоту, которая по ночам вместо цветных снов подсовывает цветные кошмары, подталкивающие слезы, которые всё не могут найти выхода ни днём, ни ночью.

Я чувствую себя собой, в своей стихии, исполняющей своё призвание, когда пишу. Будь то стихи или проза, это делает меня живой, напоминает о том, что руки могут быть теплыми, как бы холодно ни было внутри.

И я продолжаю жить, улыбаться и проводить время с мнимыми друзьями, каждый из которых имеет кого-то ближе чем я. Я продолжаю вставать, как бы сильно меня не прикладывало об землю, в прямом и переносном смысле. Я продолжаю, я действую, я думаю.

Я ищу выход и в конечном счёте его найду. Может быть в ком-то, кто такой же чужой этому миру, может быть в чём-то, что сделает мои действия осмысленными, будет приносить пользу другим и делать меня счастливее. Ну и на крайний случай у меня всегда есть сумасшествие, эта тонкая грань, за которой мечты обретают бестелесную, но такую живую оболочку, не давая мне быть одной. Я чувствую эту грань. С каждым моим срывом, с каждым разом, когда моя, пусть и не совсем идеальная, но такая привычная маска слетает, с каждой моею слабостью и с каждым страхом: я понимаю, что она становится ближе и ближе. Я не хочу переходить за неё, ведь жизнь тем и прекрасна, что мы можем сами ею управлять, а сумасшествие - это самолет на автопилоте, когда сам пилот настолько вымотался на бесконечных рейсах туда и обратно, что сил хватает лишь на наблюдение за таким желанным процессом, не нуждающемся в контроле. Ведь всё идёт именно так, как пилот мечтал.

Но я ещё здесь, по ЭТУ сторону грани, в ЭТОЙ жизни и в ЭТОМ мире. Мой век только начался, и сдаваться ещё слишком рано, а всё же претендую на почётное звание бойца и война, которыми всегда восхищалась в книгах. Пусть я временами совсем одна, пусть именно в эти самые времена мне лучше всего видны манящие образы за моей гранью, я всё ещё думаю, что магия идёт изнутри того мира, в который я верю. А раз так, я буду выживать. Я буду читать, записывать, смотреть, слушать, заниматься тем, что принесёт радость кому-нибудь ещё, потому что чувствую: в один день, будь то первое сентября, Новый Год или обыкновенный вторник, мои чудеса меня найдут и я не буду одна.

ПОТОМ

Бред потерянного эгоиста:
Так я слышу свои слова.
Будто сто лет, а может и триста
На плечах всё моя голова.

Лишь иллюзии красочным залпом
Во все щели и все ходы.
Может где-то совсем внезапно
Эльф увидит мои следы.

Может где-то не в этом мире,
Где-то Там кто-то видит рассвет,
Ну а кто-то, склоняясь у могилы,
Шепчет горькое, жалкое «нет».

Может где-то грохочут реки,
Тролли курят, танцуют вальс,
Вспоминая о том человеке,
Что когда-то грустил, смеясь.

Много реальностей, много взглядов.
Много сказок, но больше лжи.
Как цветастый ворох нарядов
Предо мной раскрывается жизнь.