Хозяева Русского моря

Глава четвёртая. Приём даров

В просторном, обрамлённом мраморными колоннами тронном зале, на малиновом ковре, возвышался массивный трон из ливанского кедра обитый пурпурным бархатом. Пол и стены украшала древняя греческая мозаика изображающая богов Олимпа и героев Эллады. На троне восседал Мстислав в красном парчовом кафтане, справа стояли Ярополк и Любислав с Бранимиром в доспехах, а слева Путята в длиной расшитой золотом зеленой бархатной тунике. Вдоль стен стояли медные жаровни, в которых курились ароматные травы.

Распахнулись двери и торжественно представили первого посетителя:
- Представитель святого престола Его Божественного Всесвятейшества Архиепископа Константинополя - Нового Рима и Вселенского Патриарха Сергия Второго Студита на земле Тмутараканской Епископ Феофан с дарами!

В зал вошел одетый в белый, расшитый золотом стихарь с клобуком на голове, высокий пожилой и очень смуглый, худощавый Епископ. Обведя всех присутствующих грозным взором, стуча позолоченным посохом по мраморному полу, он бодрой, уверенной походкой проследовал к трону и протянул руку для целования. Не привычный для Киева жест, но делать нечего, князь не спеша встал, согнул свою спину и приложившись к перстню устами, принял благословения от духовного сановника как подобает.

- Порадовал ты меня и паству своим прибытием Князь, прими в дар святой образ Апостола Андрея Первозванного, покровителя моряков и рыбаков. житием своим тесно связанного с этой и окрестными землями, да укрепится с твоим прибытием вера Христа среди язычников. Хоть и огорчил ты меня тем, что по прибытии сразу пировать начал, в храме не помолившись, но этот твой грех я отмолю у Господа. Позволь мне лично быть духовником твоим и твоего семейства, дабы послужить искоренению языческой скверны из земли твоей. - властным громовым голосом не терпящим возражений произнёс Феофан.

- Благодарствую Владыка за щедрый дар и приму за честь духовного наставника в твоём лице, но я не мой батюшка и силой обращать в христианство никого не намерен. Лучше ты потрудись их благочестием и молитвой проникновенной в веру Православную приманить, наслышан ты родом откуда и Иоанн Златоуст, уверен справишься. Обеденную и вечернюю молитвы в храме я пропущу, здесь на иконы помолюсь, а утреннюю молитву я с семьёй и дружиной буду посещать. - ответил Мстислав принимая икону.

На такую откровенную дерзость Князя, в глазах Феофана вспыхнул гневный огонь, но сглотнув обиду он дал понять, что покидать тронный зал, вовсе не собирается. Ему подали табурет, не гнать же княжеского духовника в шею. Епископ не заставил себя ждать, и присел на него, приняв подобающую сану величественную позу.

У дверей толпились тэнгрианские шаманы и глава хазарской общины Шимон Бен - Заккай. Князь Мстислав решил первым делом принять шаманов, и получив в дар богато украшенное оружие с прекрасным скакуном - трёхлеткой, строго на строго указал все кровавые жертвоприношения проводить вне городских стен.

Приносить людей в жертву богам Князь вообще запретил, и пообещал карать за это, как за злонамеренное убийство. После чего шаманов выпроводили, не взирая на требования Феофана предать не медля огню все языческие капища, и Мстислав принял Шимона.

- Тебе мой Князь выпала Великая судьба повелевать градом на стыке двух морей, Понта Эвксинского и Сурожского моря, а также двух континентов Европы и Азии. Надеюсь мои скромные дары сделанные лучшими мастерами Востока пригодятся тебе и твоим потомкам.

Один дар всегда укажет путь на Север, а другой поможет издалека разглядеть врага или друга. - произнёс Шимон вручая Мстиславу круглую богато украшенную шкатулочку и продолговатый усыпанный самоцветами, исписанный арабской вязью серебряный футляр.

- Ценные дары, мечта любого путешественника что по морю, что по суше. - шепнул Путята на ухо Князя.

- Сатанинская ворожба на них Князь, это не от Бога а от самого Дьявола! Предай огню эту колдовскую мерзость. Господь не оставит милостью своей, промыслом своим укажет путь, и от врагов даст спасение. Прислушайся к доводу разума, не принимай эти дары как Приам Троянский коня ахейского! - завопил своим громоподобным голосом Феофан стуча посохом об пол.

- Да чего ты Владыка раскричался то? Освяти лучше крестным знамением да молитву произнеси, бесовщину изгоняющую, и эти такие столь хорошие вещи из сатанинских сразу богоугодными станут. А если надо то кадилом помаши, не мне же тебя учить. Делов то, хоть сейчас приступай. - ответил Мстислав оторопевшему от такой наглости Епископу, с интересом рассматривая компас с подзорной трубой.

- И как у тебя такие сокровища оказались, не поверю что для меня заранее приберёг, я вам всем как снег на голову свалился. Ну признавайся ка давай хазарин. - спросил Князь Шимона.

- Твоя правда Князь. Давно всей общиной нашей приобрели у лучших мастеров Хорезма за большие деньги, чтобы самим научиться, точь в точь такие же делать. И теперь их как эталонные образцы держали для сравнения качества наших изделий. Думали как то продать, да дешево отдавать жалко, а хорошую цену дать далеко не каждому по карману. Тебе же в подарок вроде как самое то что надо. - не лукавя ответил хазарин.

- Ух ты, так вы и сами такое мастерить горазды? Порадовал ты меня. А у мятежных хазар, что меж Доном и Кубанью кочуют, да власть Руси не признают, есть такие? - спросил Князь.

- У предводителя их есть, но братья наши мятежные не мы. Мы твои верноподданные Князь. Зла тебе не замыслим, но и не требуй от нас зло делать нашим соплеменникам и единоверцам. Предавать никого не станем, а покинуть твой город тогда придётся. - ответил Шимон.

- Значит так! С этого дня боярин мой ближний Путята должен быть в курсе всего, что ваши мастера делают. А на штуки эти, будет вам мой заказ по справедливой цене. Будет всё меж нами по - людски, не стану общину вашу донимать, а иначе – не обессудь. Так что сто раз подумай прежде чем злоупотреблять моей добротой, ибо характер у меня скверный а память на редкость хорошая. За подарок благодарствую, порадовал ты меня. Ступай с миром хазарин. - распрощался с ним Князь.

Далее были главы греческой, армянской, зихской, касожской, адыгской и готской общин. Путята выступил как глава русской общины и представил Атамана пиратского "Братства мореходов" грека Прокопия, который всячески выказывая верноподданство, вручил князю увесистую шкатулку с женскими украшениями ,видимо теми самыми, из за которых случилась оказия с дромонами. Возможно на них не нашлось щедрого покупателя, или вещицы через чур приметные.