Марионетка Тьмы 2. Танец с оборотнем

Глава 1. Графская кровь

— Мадам…

Меня старательно трясли за плечо. Проклятые рефлексы сработали быстрее, чем я по-настоящему проснулась, и ладонь в белоснежной перчатке вывернулась под неестественным углом.

— Мадам, вы выходите через несколько минут, — сбивчиво сказал стюард. Вот это выдержка.

Я отпустила его руку и приняла вертикальное положение, покачиваясь в такт плавному ходу поезда.

— Как давно мы покинули Бьёрсгард? — прокаркала я и откашлялась. В горле было невероятно сухо.

— Около суток назад, мадам, а теперь прибываем в Валенсир. Это конечная точка вашего путешествия на "Алой стреле".

Я подняла бежевую штору. В окно тут же ворвалось нечто ярко-голубое в обрамлении смазанного зелёного. После серости родного города и приговорённой в одиночестве бутылочки вина это было почти больно. Но тут поезд начал сбавлять скорость и бесшумно остановился. Голубое и зелёное сразу стали чёткими. Это были безоблачное небо и покрытые листвой деревья. И никакого снега!

Стюард взялся за чемодан, который так и простоял у двери с момента посадки. И вот я уже спускаюсь с узкой лесенки на каменную насыпь с разогретыми под солнцами рельсам на пологой возвышенности и последний вагон "Алой стрелы" исчезает за зыбкой стеной знойного марева. А прямо передо мной, куда хватает взгляда, царит безудержное лето: небесная лазурь в редких клочках облаков раскинулась над бескрайним цветочным морем; пёстрые заплатки виноградников и садов нежатся в объятиях изумрудных холмов, а на горизонте серебрятся невысокие острые горы; над головой ярко блещет светило и кувыркаются сумасшедшие ласточки. Припекает. Так вот ты какой, Валенсир… Край вечного тепла и трудолюбивых аграриев.

— Эх! — Я набрала полную грудь тёплого ароматного воздуха, провела ладонью по маковкам высоких сочных трав и… закинула шубку куда-то назад. Ну и боги с ней! Захочу — куплю новую! А сейчас забудем про зиму! Птички ж поют, солнышко греет… Лепота!

Пока сюжет меня устраивал. После холода и сырости Бьёрсгарда мне нужно было окунуться в лето. И не важно, как быстро я найду или не найду некроманта по имени Антрацитовый Паук, главное, что отныне я свободна в выборе, куда пойти и чем заняться. Я зажмурилась от удовольствия и так увлеклась обдумыванием перспектив, что позволила врагу подкрасться с незащищённого тыла.

— М-ме-э!!! — Удар пришёлся под мягкое место, да такой, что я едва не скатилась под горку.

— Мать твою! — Я медленно обернулась. Белая коза с одиноким чёрным пятнышком между рогами подозрительно косилась на меня голубым глазом и меланхолично жевала зелёный пучок с одиноким цветком. Колокольчик на её ошейнике мелодично позвякивал в такт челюстям.

— М-ме-э!!! — повторила та. — Ме-э!

— Сама такая! — фыркнула я.

— Ме-э?! — возмутилась рогатая и прекратила жевать.

— Чернушка-а! — донеслось снизу, и мы обе повернулись на голос.

Сперва из травы появилась блестящая лысина, а затем и мелкий смуглый тип с большим мешком за спиной. Я преступную предрасположенность такого брата за версту чуяла.

— А, вот ты где, сволочуга рогатая! Да мне эта карга Пепита ещё доплатить за тебя должна… — Заметив меня, местный жулик попятился и едва не рухнул назад под тяжестью ноши. — Иди сюда, хорошая девочка!

Коза тем временем правильно оценила ситуацию и дунула прочь, позвякивая колокольчиком.

— А, чтоб тебя! — Тот убедился, что заработок сбежал и упёрся сальным взглядом в мои голые колени. На немолодом лице со свежими побоями расползлась щербатая ухмылка. — Ты это, новенькая, что ли? Как насчёт осчастливить красивого меня? — Он поиграл бровями. — Из-за тебя я только что лишился приличного барыша! Так что покажи-ка, чего у тебя под платьицем, и дядя Гаспар подумает…

Я уложила дядю Гаспара с одного удара в ухо. Благо длина платья была такова, что оно никак не мешало удару ногой. На этом я решила двигаться дальше. Вытащила ручку чемодана и спустилась к подножию, которое поросло густым мелколесьем. Колёса то и дело застревали в траве и свежих кротовых кочках. Могли бы и лестницу какую-никакую соорудить или хотя бы ступени организовать. Ведь имелась же где-нибудь поблизости станция?

Я продралась сквозь кусты и почти вылетела на широкую грунтовую дорогу. И прямо под копыта гнедой лошади, которая так шарахнулась от меня, что едва не сбросила приснувшего в седле парня. Тот огрел животину плёткой, даже не просыпаясь, и, прибавив ходу, скрылся за поворотом. Я размахала пыль перед лицом и побрела в ту же сторону. А там оказался двухэтажный каменный дом, скорее всего, железнодорожная станция. С одного бока к ней лепился навес, откуда припахивало навозом, с другого — сидели две сморщенные смуглые бабки в кружевных платочках с чем-то на продажу. При виде меня местные жительницы треснулись платочками и зашушукались, не заботясь, что я их услышу.

— Срамотища-то какая, тьфу! Рази ж можно так ноги выставлять?! А каблуки-то, каблуки, еле ж на них волочится!

Я посмотрела на своё коротенькое платье и утеплённые дизайнерские сапожки на шпильке. Очень даже в духе бьёрсгардской моды, но в здешний колорит я, конечно, не вписывалась. Ну это пока. Вот доберусь в какое-нибудь менее сельское местечко, так сразу же и отправлюсь по магазинам. Сливаться с населением.

— В графском борделе в Овьерро, храните нас Святые, опять девка померла. Знать, очередную себе из столицы-то и заказали. Вишь, припёрлась!