Далека желанная цель

Глава 2

Тридцать восемь дней прошло без происшествий. Коу достаточно быстро приняла все дела, ознакомилась с данными, изменившимися с последнего пробуждения, и взялась с энтузиазмом за текущие мелочи. Слава всем космическим силам, предыдущим в очереди капитаном был Рендал, всегда собранный и, если не сказать больше, занудный. Зато читать его отчеты было одно удовольствие: все описано четко и детально, нигде не упущено даже крохи.

Захар, третий брат, писал отчеты простые, похожие на отрывки и кусочки мыслей и действий, иногда приходилось искать, где же закончился один день в его дневнике капитана и почему продолжение вписано только через неделю. Но Коу подозревала, что подобные несостыковки происходили не из-за рассеянности или нелюбви Захара к отчетности, а из-за Сервиуса и его действий.

Сервиус Ортега в детской памяти Коу всегда возникал добрым, улыбающимся и лукавым. Только многие годы спустя она смогла побороть этот устоявшийся образ и за лукавостью увидеть безразличие, за улыбкой — занесенную для хлесткого удара руку, а за добротой — скуку и желание развлечь себя. Тогда она почувствовала страх, будто большую часть жизни жила рядом с диким непредсказуемым зверем. С того мгновения она старалась всеми силами стать равной или выше Сервиуса по званию, чтобы тот не имел и малейшего права отдать ей приказ.

Коу потерла уставшие глаза. Больше всего на свете она не хотела пробуждаться после вахты Сервиуса, но расписание вахт составлялось без присутствия капитанов. Правда, она подозревала, что кое-кто из братьев или родственников мог повлиять на бесстрастные программы. Потому что в итоге она и Сервиус почти не пересекались, точнее его вахта шла сразу же после ее. А вот другим братьям, особенно Захару, приходилось очень сильно постараться, чтобы исправить некоторые решения старшего брата. Коу поежилась: в отчеты о ротации и состоянии членов команды Сервиуса было страшно заглядывать.

Она шла по пустым коридорам, прижимая к груди планшет с горами данных о корабле вокруг. Где-то барахлили жидкостные насосы, где-то механики слышали подозрительный гул, кое-кто не высыпался из-за кошмаров, трое из команды жаловались на боли в груди, запаздывала корректировка курса по причине снижения мощностей двигателей на пять сотых процента в прошлом отчетном периоде… Все как всегда.

* * *

Тридцать девятый день внес разнообразие в монотонность вахты. Красные всполохи на экранах сразу вывели команду из сонного состояния. Требуя отчет о произошедшем, Коу несколько раз глубоко вдохнула. Чем дольше летит корабль, тем больше опасных ситуаций с ним случается.

Одна из осей, участвующих в маневрах корабля, сначала не пришла в движение в нужное время, а потом резко мотнулась в совершенно другую сторону и заклинила свою соседку. Выглядело все в проекции просто, но на самом деле размеры этих деталей были больше того, что она видела на экране, в тысячи раз. К сожалению экстренное торможение, что произошло в третью вахту Захара, благодаря которому они ушли от нефиксируемого роя обломков, сыграло свою роль в жизни огромного корабля-колонии. Ремонт осей был произведен с должным качеством. Но с тех пор прошло четыре вахты, а это чуть больше пяти лет. Появилось чему ломаться.

За несколько секунд, которые отводились ей как капитану на решение, Коу сделала три вещи: объявила тревогу по палубам десятого, шестнадцатого и тридцать второго отсеков, взяла управление маневрированием на себя и предупредила механиков о внешних работах. Чем раньше последние начнутся, тем для всех лучше.

Корабль-колония — сложный в управлении, тяжелый и медленный. Маневры любого рода невозможно остановить. Даже выключенные двигатели не помогут, по инерции груда металла и начинки будет продолжать двигаться. Резкое торможение приведет к проблемам в других системах. Тем временем как неисправные оси будут доламывать другие конструкции. Опасная ситуация, неприятная.

По щеке Коу бежала капелька пота, не первая за последние четыре часа. Коу вручную меняла уровень активности двигателей, разворачивая корабль так, чтобы не давать осям пересекаться. Нельзя остановиться, нельзя слишком отклониться от курса, нельзя потратить чрезмерное количество топлива. Иначе к пути «Гердарики» добавится еще несколько лет, просто из-за насущной необходимости найти планету с важными для реакторов корабля элементами.

После выравнивания полета у нее оставалось ровно шесть с половиной часов, чтобы разобраться с первой стадией ремонта, и вернуться к штурвалу для корректировки маршрута и скорости. Дориан вручил ей планшет с данными, стоило Коу покинуть командный пункт. Впервые ей показалось, что одной вахты не хватит на исправление ситуации. Но оставлять серьезные проблемы на Сервиуса было бы ее величайшей ошибкой.

— Мы справимся, — произнесла она вслух. — Мы справимся.

* * *

Кто сказал, что капитан — это такая почетная должность, когда сидишь в мягком кресле, листаешь новости и даешь указания? О том, что ее ужасно обманули, Коу думала уже около трех суток. За это время ей удалось поспать в пол глаза всего шесть часов. Она прошла в общей сложности около ста километров по палубам.

Все смешалось. Корректировка пути корабля не может происходить без капитана, и ей быстрым шагом пришлось бежать к рубке. Всего на полминуты остановиться, выпить глоток воды из автомата в коридоре. А отчеты механиков уже мигают пометкой «срочно» на планшете. Забежать в техмастерскую. Снова вернуться командный пункт. По пути съесть энергетический батончик, внезапно оказавшийся в руке. Пробежаться по коридорам к складским трюмам. Проверить наличие расходников. По экстренной связи надрывают глотки ремонтники. Раздробленный осью ремонтный кран медленно плывет вдоль борта корабля, и его крайне важно поймать. Чудом спасшаяся команда крана дает показания в медблоке. Их состояние, как и процесс ремонта тоже высвечиваются в виде ярлыков у Коу на планшете. А эти коридоры с фиолетовой подсветкой и темнотой в конце будут преследовать ее в самых ужасных и выматывающих кошмарах. Если она вообще сможет уснуть без препаратов.