Слепая Совесть

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Ноэлия

В мои покои уже вещи доставлены и даже разложены. Это теперь все время кто-то будет убирать, рыться... пусть даже верные служанки. Императору... И книги успели перенести, расставили в нескольких комнатах. Прохожусь, рассматриваю, надо же, сколько всего набрала! Почему-то не нахожу маленькую, подарок мадам Джанс. Все пересматриваю, даже свою дорожную сумку, аккуратно сложенную в дальней гардеробной, куда отнесли то, что мне здесь якобы не понадобится. Вот насчет брюк я поспорю... но потом, после церемонии.

Перекусываю фруктами из вазы и все-таки прошу Дарсаля отвести меня к фертонам. Не знаю, зачем — просто очередной мостик к прошлой жизни, который страшно отпускать.

Дарсаль почему-то мрачный, зубы стиснуты, хочу расспросить, о чем они там говорили, и не решаюсь.

Неожиданной короткой внутренней лесенкой из небольшого фойе на нашем этаже выходим вниз и почти сразу попадаем в стойла. Удобно, однако! Ух, сколько здесь бурвалей, разных окрасов и размеров, рогатые головы наклоняют, ноздрями пышут, жуть!

Проходим мимо и оказываемся в помещении с фертонами. Свой быстро узнаю, как родной уже! А вон и второй — сразу буря эмоций откуда-то, воспоминания об откате и огне в глазах. Сердце сжимается, словно вместо обретения что-то теряю...

Внутри пусто, голые койки без постелей и пустой стол. Сажусь привычно на свою, Дарсаль у выхода стоит. Молчит. А мне чего-то хочется такого... тянет на сердце, не то сбежать, не то вернуться. Наклоняюсь, под столом засохший цветок купены. Смотрю на Дарсаля, не могу понять, узнал ли.

Беру в руки, обращаться к мрачному охраннику по-прежнему не рискую, зачем-то засовываю цветок в карман. Больше тут ничего, заглядываю в фертон с книгами, пытаюсь осмотреть каждый уголок.

— Вы что-то ищете? — спрашивает Дарсаль, вздрагиваю от неожиданности.

— Да, подарок мадам Джанс. Не нашла у себя. Думала, может быть, завалился куда-то...

Дарсаль

Вспоминаю, да, была книжка. В памяти осталась такой же синей, как и аура Ноэлии. Не обратил тогда на нее особого внимания, а сейчас пойди найди. Пытаюсь высмотреть след, но это не живое существо, ауру которого запоминал специально. Ничего не получается.

— Могла и выпасть, когда фертон перевернулся, — вздыхает Ноэлия, похоже, желая, чтобы разубедил.

— Могла, — соглашаюсь. — Хотя наверняка подобрали бы. Поищем еще, возможно, найдется.

— Никто не взял бы?

Взяли бы, конечно. Если бы чем-то насторожила. Но тогда бы и мне сообщили. Да и сам с высокой долей вероятности заметил бы.

— Без вашего дозволения едва ли, моя госпожа, — отвечаю. В фертоне как-то не по себе, воспоминания просачиваются сквозь нерушимую оболочку омаа, режут невидимыми ножами, достают настолько глубоко, куда даже шаматри не проникали.

— Ладно, — снова вздыхает Ноэлия. — Идем. Потом поищем.

— Хорошо, моя госпожа, — соглашаюсь с облегчением.

— Здесь есть еще какие-то подобные короткие пути? — спрашивает.

— Конечно, — киваю. — Много.

— Покажешь?

— Идемте, — один точно могу, который ко мне ведет. Насчет остальных не уверен. Заодно, если получится, скажу о Лексии.

Ноэлия, похоже, тоже хочет поговорить в изолированных комнатах. Едва поднимаемся неприметным узким ходом в стене и затворяем дверь, вдруг поворачивается. Взволнованная, на мгновение проблескивает силуэт, развевающиеся медные локоны. Красиво.

— Здесь нас не слышно? — спрашивает.

— Нет, моя госпожа. Стражи только в общих чертах могут рассмотреть — полностью закрываться запрещено.

— Дарсаль, о чем вы говорили?

— Все в порядке, моя госпожа. Эрам нужно исключить возможность ошибки.

— Ты же сказал, по моей ауре видно! Какая ошибка?

— Видно, что вы сможете родить наследника. Но у эров свои критерии.

— Потому меня и выбрали? — шепчет. — Неужели он не стал бы им перечить?

Не знаю, что ей сказать. Нужно как-то успокоить, но лгать не хочется.

— Не думаю, что император легко с вами расстался бы. Причины должны быть очень вескими. Но ведь у него, кроме личных симпатий, есть обязанности перед государством.

— Надеюсь, я не обязанность, — отворачивается.

— Узнав вас ближе, невозможно остаться равнодушным, — отвечаю. Зря, наверное. Ее аура на миг вспыхивает, отпечаток движения — хочет что-то спросить. Но останавливается.

— Спасибо. То, что нельзя изменить, остается только принять. Расскажи о Валтии и Шарассе? Что они обо мне говорили?

И что тебе рассказать, дабы гнев императора на нас не навлечь?