Именно так все и было

Там цветут синие розы

На далекой планете, где цветут синие розы и дуют теплые ветра, появился человек. Сейчас уже трудно выяснить, как он там оказался, но, скорее всего, это произошло во сне. Открыл глаза, увидел зелень и цветы вокруг и с наслаждением потянулся. Единственным предметом, имевшим отношение к привычной жизни, остался шерстяной клетчатый плед. Человек завернулся в него как в кокон, попытался представить, что находится в собственной постели, а потом окончательно проснулся.

Он лежал посреди зеленого луга, окруженного кустами и деревьями. На заднем плане виднелись туманные розовые горы. Все это пространство было наполнено оживленными звуками и непрерывным движением. В зарослях мелькали симпатичные существа, напоминавшие небольших оленей, в кронах деревьев пели, щебетали и просто чирикали птицы, похожие на вспышки света. Над цветами кружили гигантские бабочки — лиловые, пурпурные, лимонные, а еще почти прозрачные, чьи крылья переливались всеми цветами, словно мыльные пузыри. На листьях и траве блестели увесистые капли росы.

Влад встряхнул головой, пытаясь отогнать сонное видение, и тут же почувствовал, что за ним наблюдают. Из-за цветущего ярко-фиолетовыми помпонами куста на него и в самом деле пристально смотрели глаза, которые могли бы принадлежать самой восхитительной из женщин. Прищурившись, он с разочарованием убедился, что на встречу с прекрасной незнакомкой рассчитывать не стоит. Глазастое существо, наблюдавшее за ним, скорее напоминало большую медузу, только не мутновато-прозрачную и невесомую, а будто сделанную из бурого плюша. Какой отвязный дизайнер придумал эту странную игрушку?

Быстро перебирая лапками-щупальцами, существо приблизилось и застыло на безопасном расстоянии. Влад некоторое время безуспешно пытался подманить его к себе, а потом махнул рукой и отправился на обход окрестностей. Медуза неотступно следовала за человеком, и дистанция между ними постепенно сокращалась. Вот она уменьшилась на метр, потом еще на метр. Влад осторожно протянул руку и коснулся бархатистой шубки. Существо вздрогнуло, но не убежало и доверчиво заглянуло Владу в глаза снизу вверх (оно едва доставало ему до колена). С тех пор они подружились. Отныне во всех прогулках его неизменно сопровождала Муза Марковна (так он назвал медузу в честь своей любимой университетской преподавательницы). Влад искренне привязался к своей инопланетной подруге, тем более что остальные аборигены, которым он попадался на глаза, не обращали на него ни малейшего внимания.

Ему, ничем не выдающемуся программисту, привыкшему проводить время в четырех стенах, понравилось находиться в этом мире без видимых границ, бродить среди причудливых представителей местной флоры, с философской неспешностью наблюдать за полетом бабочек. Странно было даже подумать, что еще недавно он на целый день замирал в корявой позе, уткнувшись в экран компьютера, и деловито стучал клавишами.

Каждый вечер в небе разворачивалось грандиозное зрелище. На бесконечном голубом пространстве белоснежные, жемчужные, бирюзовые, малиновые облака надвигались друг на друга и перетекали друг в друга, и рассыпались на куски, и снова шли в атаку. Можно было лечь на спину и с комфортом созерцать эти пестрые картины. Иногда Владу казалось, что он переносится наверх и принимает участие в том, что там происходит.

Через некоторое время набегал нежно-зеленый туман, постепенно темнел, приобретая то оливковый, то изумрудный оттенок, вспыхивая сиреневыми брызгами. Становилось все темнее и темнее. Края отяжелевших, теперь густо-синих облаков освещались прощальными рубиновыми всполохами. Заканчивалась война света с темнотой. Любой земной астроном дорого бы заплатил за возможность всю ночь изучать созвездия, которых не найти ни в одном атласе. Поскольку Влад не был силен в астрономии, он с удовольствием засыпал под нависшими над ним звездами.

А на следующее утро в небе снова сияло солнце, похожее на земное, но только не обжигающее, а неизменно теплое и ласковое.
Владу трудно было бы назвать свое любимое место на планете. Долина, в которой он когда-то проснулся, была так хороша, что для ее описания у него не хватило бы слов. Но и помимо нее имелись уголки, в которые можно было влюбиться. Вместе с Музой Марковной он добрался до гряды невысоких, почти игрушечных скал, где в расщелинах годами копился самый настоящий мед, темный и густой, даже вода в ручьях здесь имела привкус меда. «Земля, где течет молоко и мед», — вспомнил когда-то прочитанную или услышанную строчку. Густое и чуть сладковатое молоко текло из крупных белых колокольчиков, растущих чуть ли не на каждом шагу.

Иногда они углублялись в лес, всегда тихий и прохладный. Толстые стволы деревьев были изрезаны извилистыми каналами и островами, по тропинкам сновали смешные юркие зверьки с озабоченными мордашками. Под высоченными елями с сизыми иголками росли грибы с ажурными воротничками, расплывчатыми пятнами и мохнатыми шляпками. Пожалуй, только наши мухоморы еще как-то могли бы соперничать с ними. А тут были грибы лиловые, зеленые, коралловые, голубые, в красную, синюю и желтую крапинку или полоску, с оранжевой и янтарной бахромой. К тому же пахли они довольно аппетитно. Возможно, они даже были съедобны, но землянину достаточно было любоваться ими. Ему вполне хватало цветочного молока, сочных ягод да неописуемо вкусных орехов с приземистых кустов.

Как-то раз, когда он уже окончательно освоился на своей новой планете, Муза Марковна отвела его в ущелье по ту сторону медовых гор. Вслед за ней Влад зашел в пещеру, где было темно и влажно. Где-то поблизости капала вода. Он сделал несколько осторожных шагов в темноте, нащупал выключатель, и комната наполнилась ярким светом. Все, как и накануне той ночи, когда он внезапно покинул свою квартиру.

Влад обернулся назад... Вход в другой мир, даже если он и возник только что в стене, уже успел затянуться мутно-бежевыми обоями. Под ними, конечно, снова была штукатурка, кое-как положенная еще советскими горе-строителями, и глухая кирпичная кладка. Где-то капала вода, кажется, на кухне... Влад медленно подошел к столу, на котором аккуратной стопочкой лежали счета из коммунальной конторы. Правда, полированная крышка стола заросла серой пылью, и когда он потянул к себе бумаги, в воздух поднялись пыльные хлопья. Сколько времени его не было дома?
Он зашел на кухню и до отказа завернул кран.

По карнизу пробежал испуганный паучок, чьи суетливые движения напомнили Владу его потерянную подругу.

"Сейчас я закрою глаза и снова вернусь туда", — подумал он и крепко зажмурился. Сначала сосчитал до десяти, потом, на всякий случай, до ста. Когда открыл глаза, то по-прежнему находился в своей квартире. Влад вздохнул и включил радио, чтобы послушать последние новости.