Одержимость мастера 

⚙ Глава 30

Несмотря на обеденный час, шторы на стрельчатых окнах зала большого императорского дворца, куда пригласили гостей, были приспущены. Освещение обеспечивалось множеством свечей. Зал полнился кожаным скрипом дорогой обуви, резкими запахами мужского одеколона и дамской косметики, приглушенным шепотом.

Больше часа ждали императора и его супругу.

Все это время взгляды гостей были прикованы к нам. Вернее, к Яну Макильских. Я очень волновалась, оглядывалась, порывалась выйти на улицу, ну или хотя бы отойти в дамскую комнату, где я приводила себя в порядок. Но вот господину Макильских, похоже, было все равно.

— Почему они на вас так странно смотрят?

— Потому что я не какой-нибудь зубрила-теоретик из компании алхимиков. Все прекрасно знают, у кого находятся рычаги управления магической жизни империи.

— Да они вас боятся! Посмотрите сами! Когда мы входили в зал, перед нами почтительно расступались, а сейчас я слышу, как за спиной шушукаются. — Я резко оглянулась. Группа из пяти женщин в экстравагантных нарядах, прервав бурную дискуссию, склонила головы и прикрыла лица до опущенных ресниц веерами.

— Расслабься. Это всего лишь ассистентки биомагов. К тому же уверен, не меньший интерес для пересудов представляет моя спутница.

— Я?

У господина Макильских довольно приподнялись уголки губ.

— Те, кто ожидал, что главный биомаг выбыл из большой игры, рано меня списали. Смерть Виолы и уход Армины меня сильно выбили из колеи, но появилась ты. Теперь мой эксперимент с близнецами уже не кажется таким уж отчаянным. Когда я его завершу, никто не уйдет от моего возмездия.

Возмездие и те, кого оно настигнет, меня не заинтересовали. Но Август и Ева!

— Эксперимент? — зашипела я биомагу почти в ухо. — Так это все правда? Вы ставили над детьми эксперименты?!

— Тише. — Господин Макильских крепко взял меня за локоть и притянул к себе еще ближе.

Я чуть не потеряла равновесие и едва не рухнула ему на грудь. Пришлось смотреть биомагу в глаза с очень опасного расстояния. Его зрачки расширились. Мое сердце заколотилось о ребра, как молоточек в часовом механизме.

«Он что, сейчас меня поцелует? — с ужасом осознала я, и от этой мысли бросило в жар. — На нас же все смотрят!»

Вторая запоздалая мысль сосредоточилась на моем принципе «никаких интрижек на рабочем месте». Я вообще никогда не давала права на жизнь пустым интрижкам. Потому что была уверена, что меня ждет большая, взаимная и искренняя любовь. Но беда в том, что этот мужчина с властными манерами, кажется, начинал мне нравиться.

Я не была к этому готова!

Господин Макильских ослабил пальцы на локте. К моему невероятному облегчению, демонстрировать публичный поцелуй он не стал. Едва заметно улыбнулся и проговорил:

— Обещаю, когда вернемся домой, ты все узнаешь. А сейчас просто смотри. Наблюдай. И… запоминай. — Он обернулся и потянул меня в небольшой альков, посреди которого стояла обитая красным бархатом скамья с резной спинкой. — Давай присядем.

Сердце все еще колотилось. Я плюхнулась на скамью и провела рукой по локонам, выпавшим из прически. Господин Макильских сел рядом, так близко, что даже через пышные воланы я почувствовала, как его бедро коснулось моей ноги.

— Мон, должен признаться, что ты стала для меня кем-то больше, чем просто гувернантка.

Я набрала в грудь воздух, чувствуя, как обдало жаром щеки.

— Не задавай вопросов, на которые у меня нет ответов, — твердо сказал мой наниматель, опередив мои возможные возмущения.

Я поджала губы.

— Император несколько раз в год собирает представителей магических министерств. Обычные формальности: богатый стол, танцы, пара докладов о текущем положении дел, кулуарные сплетни. Не прийти, как ты понимаешь, нельзя. Мы можем неплохо провести с тобой время в этом бюрократическом обществе.

Мне сделалось неловко, охватило возмущение с растерянностью пополам. Я затаила дыхание и молча слушала господина Макильских. Он переключил мое внимание на супругу императора Шарлотту. Рассказал, что на приемах с учеными, алхимиками и биомагами она любит создавать атмосферу таинственности — под стать их занятиям.

Тон биомага изменился, и я даже не заметила, как с интересом начала разглядывать детали, на которые он указывал.

Вдоль мерцающих стен, отделанных янтарем, на золотых высоких ножках красовались подсвечники. Изящные резные круглые столы ломились от многочисленных тарелочек и блюд, наполненных вкусностями. Кресла и скамьи с красной бархатной обивкой перемежались мраморными скульптурами. С потолка светили сотнями свечей огромные бронзовые люстры. Фигуры гостей отражались в идеально отполированном расписном паркете. У дальней стены на возвышении с тремя ступеньками за заставленным яствами столом возвышались два великолепных трона из белого мрамора для императора и императрицы. В их высоких зубчатых спинках сияли кристаллы благотурина.

К слову сказать, атмосфера таинственности удалась императрице на славу! Я почувствовала, как внутри зашевелилось то удивительное чувство, которое посетило меня в детстве, когда мы с папой стояли на набережной в ожидании главного биомага. Чувство, что вот-вот случится что-то чудесное, волшебное.