Веридор. Одержимый принц

Глава 3 О магических кристаллах, неожиданных открытиях и нерадужных предположениях

Бледное сияние, исходившее из середины пещеры, разогнало тьму и причудливо переливалось по стенам хрустального грота. Даже тем, кто с первых дней жизни был окружен магией, это место казалось неким волшебным приютом древнейшей силы, зародившейся вместе с этим миром. Священный трепет, который не охватывал детей Жестокого короля ни в храмах Единого, ни перед языческими идолами, внезапно зародился где-то глубоко в душе, заставляя проникнуться важностью момента. Джанго точно определил охватившие племянников чувства по их скупо освещенным лицам и удовлетворенно хмыкнул. Сам-то он, впервые вступив под эти великие своды, вел себя не хуже варвара. Его не на секунду не покидала уверенность, что он неслыханно силен. Ему ли, наследному принцу Веридорскому, падать ниц перед каким-то отшлифованным камнем и с замиранием сердца ждать вердикта жалкой подземной стекляшки? А вот дети Кандора со смешанным чувством страха и предвкушения пришли сюда, чтобы познать свои Дары.
Рай наконец выпустил из стальных тисков Конду и теперь смотрел на кристалл-индикатор, как на судью, оглашающего приговор. Если Дар до сих пор с ним, то он по-прежнему самый великий воин Веридора. Пускай все упорно считают, что король сильнее него. Ха, да это они просто никогда не сходились в поединке и не дрались в полную силу! Да он бил даже чернокнижника Гвейна, а у него мощность ударов и защита в несколько раз сильнее, чем у обычных магов, а Кандор Х дае не отмечен Мрачным богом!
Синдбад старательно отводил взгляд от кристалла и думал, как бы сбежать. Он не хотел приложить руку и наконец окончательно и бесповоротно убедиться в неприглядной истине: он никудышный маг. Мало того, что у него нет Дара, так еще и способности к общей магии слабее некуда. Да крох его силы не хватало на самые обычные пологи! Ад давно мог бы сам наведаться в Магическую Пещеру и узнать свой Дар, но пока кристалл не разрушил все иллюзии, была возможность хотя бы самого себя обманывать и грезить о том, что однажды магия в нем проснется. Как же стыдно ему было, когда Конда спросила его об обучении в Академии и ему пришлось рассказать ей о бережливости матери, не пожелавшей, чтобы отец тратил деньги на его обучение в военное время. Жалкий спектакль! Да король скорее раздел бы весь двор и продал дворец Отче, но обеспечил бы сыну достойное образование. Ад сам просил мать как-то объяснить его нежелание учиться отцу, потому что знал: в Академии он будет не просто отстающим, а ущербным, по-настоящему безнадежным во всех смыслах. Алис не раз говорила сыну, что у него много других достоинств и его несостоятельность как мага - это вовсе не повод считать себя неполноценным. Да, он был талантлив во многом, но он не был воином и не владел Даром. Бастард, еще и никчемный, он лучше кого бы то ни было понимал, что постигло Эзраэля после казни семь лет назад. Они оба были никем, и Ад не представлял, как брату удалось пережить падение с такой высоты: был наследный принц, богатый, родовитый и один из сильнейших магов мира, и в одночасье стал пустим местом. У Ада хоть имя свое было и семья, любящие и любимые люди, а у Одержимого принца - один демон внутри.
А Конда, казалось, вот-вот подпрыгивать от нетерпения начнет. Стоило сильному волнению охватить принцессу, как она начинала выкручивать пальцы или же теребить ими кружево на платье. Сейчас за неимением оборок экзекуции подвергались пальцы. В голове снова и снова проносились слова Марианы: "Скоро вы узнаете о своих магических способностях. Развивайте их, занимайтесь, сколько будет сил, потому что очень скоро они вам понадобятся. И не только вам. Один из ваших близких, можно сказать, головой лежит на плахе, и только с вашей помощью ему удастся увернуться от топора". О да-да! Она была готова учиться сутками, лишь бы овладеть всем, чем можно! К тому же принцесса, сопоставив некоторые известные о чернокнижниках факты с темными эпизодами жизни одного из членов своей семьи, уже догадывалась, кому, кроме Гвейна, нужна её помощь, хотя понятия не имела, какая именно.
- Так, давайте пойдем по старшинству, - эхом разнесся по гроту голос Джанго. - Рай.
Одержимый принц уверенной походкой направился к магическому кристаллу, привычно чеканя солдатский шаг. "Совсем как отец," - пролетела мысль у Кандиды. Кандор Х был воплощением идеала для дочки, лучшего просто не было на свете. Рай не был абсолютной копией Кандора, как Лихой, однако он был прекрасен по-своему. Король рассказывал ей, что в юности не любил свою внешность и всей душой хотел стать выше хотя бы на полголовы, шире в плечах и в общем не таким худым. Что ж, в этом плане сын целиком и полностью воплотил в жизнь мечты отца. Еще Одержимый принц был смугл, совсем как корсар, что, несомненно, красило его. Черты лица Рая, более мягкие, чем отцовские, на взгляд Конды, были привлекательны. Мигом вспыхнули воспоминания о его объятиях, таких крепких и властных, из которых не вырваться против воли демона. А она, Конда, все равно вырвалась!
Рука принца легла на гладкую сверкающую поверхность, и кристалл тут же подернулся темно-серой дымкой. По всему гроту заплясали серебристые огоньки, местами превращаясь в белое сияние, а кое-где и темнея практически до черноты. Казалось, на стенах проступили причудливые узоры, перетекающие из тона в тон, и теперь текли покругу, от чего волшебство ощущалось почти физически.
Рай шумно выдохнул. Да, Дар Воина до сих пор с ним. Не магия, конечно, в традиционном её смысле, зато гарант непобедимого оружия и удачи в бою. Эх, побился бы он с папой и, видя Боги, с огромным удовольствием, выбил клинок из рук самого Жестокого короля!...
- Ад, - отвлек его от мечтаний голос дяди.
Брат, в отличие от Рая, шел медленно, будто оттягивая неизбежное, однако дольше минуты тянуть не смог. Принц заметил, как его пальцы чуть подрагивали, когда Синдбад протягивал из к кристаллу. По правде говоря, Эзраэлю было до жути интересно, что же покажет индикатор. По всему выходило, что Ад - очень слабый маг. Что же будет? Кристалл не изменит цвет? Или отражение магии просто будет очень бледным? Есть ли у Ада Дар? С одной стороны, брат великолепный зельевар, но он всегда готовил с минимальным применением магической составляющей, так что это вполне может оказаться простой врожденной наклонностью, а не видом силы. А что будет ели у Ада все же нет Дара?...
Увиденное поразило всех: пещера взорвалась сиянием, причем сверкал не только белоснежный свет, но и кромешная тьма! У Ада не было Дара Зельевара. В кристалле смешались Жизнь и Смерть!
- Хаос меня забери... - растерянно пробормотал бастард, уставившись на два источающих силу королевских Дара.
Джанго тоже неотрывно смотрел на кристалл... и не мог поверить тому, что видел: фамильная печать Веридорских сковала вместе Жизнь и Смерть, не давая одной поглотить другую и одновременно изолируя из от владельца, и, судя по всему, разглядеть её мог только он один. В памяти всплыла глава книги, прочитанная много лет назад, о печати магической династии, которую мог наложить только старший в роду на членов своей семьи, причем мог сковать вне зависимости от силы любой Дар, кроме идентичного своему собственному. Раньше это был способ воздействовать на род и поддерживать авторитет. Но как, демоны её забери, эта печать оказалась на его племяннике?! Критерием старшего в роду был исключительно возраст, а так как Джанго, со дня своего сожжения и до недавнего времени был изгнан из рода, старшим считался Кандор. Но брат не мог запечатать Дар Жизни, потому что у него такой же! Да и не стал бы Кандор, зачем? Вариант был всего один: где-то проглядели кого-то из Веридорских. Ну, все Монруа отпадают, среди родственников правящей династии по крови нет и уже лет двадцать точно не было тех, кто старше Кандора, к тому же у них своя собственная печать, Веридорскую они вряд ли в силах поставить. Да и кто такой взялся из королевской семьи, но без королевского Дара? От вопросов уже пухла голова, а впереди была еще Конда, и что-то подсказывало Джанго, что и племянница пеподнесет сюрприз.
- Дядя, как это? - между тем ошарашенно спросил его Ад.
- Еще сам до конца не понял, - пробормотал в ответ кронгерцог. - Но даю слово, выясню сегодня - завтра и придумаю, что с твоей магией делать. Одно точно, Ад: на данный момент по силе ты - величайший маг этого мира. Не знаю, как поведут себя Дары, когда вырвутся. Логично предположить, что один подавит другой, хотя я уж опасаюсь упоминать какую-то логику после того, что увидел. Так, Конда, твоя очередь добивать дядю.
Попросил - получил. Стоило маленькой изящной ладошке лечь на кристалл, как тот снизу окрасился фиолетовым - Дар Чаровницы, а в середине и сверху... о Боги, вы, верно, решили за десять минут сломать картину мира у кронгерцога Веридорского! Кристалл показал двойственный Дар! На прозрачной глади отразилась темно-зеленая Менталистика, и рябью по ней то ту, то там пробегало бирюзовое Обольщение! Джанго ожидал чего угодно: Жизни, Смерти, Артефакторства, Воина... Да даже Року он бы удивился меньше! Однако это не было зрительным обманом пара Даров явственно различалась.
Надо сказать, сыновья Кандора Х спокойно отнеслись к увиденному. Ад - потому что не знал назначения всех цветов и понятия не имел, что бирюза - это не какой-то подвид Менталистики, а отдельный Дар. Рай - потому что, будучи демоном, видел замечательно, но цвета различал плохо, так что для него кристалл был монотонным, зеленым. Конда же благоразумно промолчала, решив не посвящать братьев во все свои магические способности. А Джанго вдруг понял еще кое-что: девушка унаследовала Дар Чаровницы от мамы, однако магии отца, которая была на несколько порядков сильнее, ей не досталось ни всполоха...
На обратном пути Кандида лихорадочно вспоминала легенду о Дочери Хранителя. Персия подчиняла пиратов песней. А ей отец категорически запрещал петь! Очень кстати в голову пришел совет Марианы спеть Гвейну, если кому-то будет угрожать смертельная опасность, и её утверждение, что голос на него не подействует в полную силу, потому что он чернокнижник, но ослабить ментальное воздействие должно. Неужели правда? Обольстительница... С волосами, пахнущими как возбуждающие духи... Соблазняющая одним голосом...
Рай, не успевший перехватить сестру а выходе из грота, теперь шел прямо за ней, готовый поймать, если она оступится в темноте. И вдруг Конда резко остановилась так, что брат чуть не налетел на неё сзади.
- Ты чего, Конни? - заботливо спросил у неё Эзраэль и все-таки подхватил на руки.
Принцесса даже поправлять его не стала или вырываться, настолько её поразила внезапная догадка. А что если она спела Аду или Раю и случайно приворожила братьев?