Мир женщин. Клятва.

ГЛАВА 44 Магия в действии…

На улице, прямо на огромной фиолетовой лужайке, ее ждал сам Миура. Он стоял к ней спиной и держал руки сложенными за спиной. Черный плащ на плечах, длинные черные волосы рассыпались по плечам, спина прямая, ноги широко расставлены и смотрит перед собой вдаль, будто там есть что-то интереснее, чем стоящие недалеко впереди четыре молодые ведьмы.

Даже не повернув к ней головы его грозный голос, заставил Лину дернуться и отмереть от созерцания его спины, прорычал: – Иди сюда. Сегодня у нас полевые учения.

Лина дернулась от окрика, но быстро взяла себя в руки: – За три дня мне впервые дали выспаться и даже отправили на прогулку. Боюсь даже подумать, что будет дальше, – она встала рядом с ним и осмотрелась. – А что мы здесь делать будем? Только не говори, что садовник заболел и нам предстоит подстригать кусты и рассаживать рассаду? – сегодня у нее игривое настроение, а еще ее и выгуляли, потому она так и осмелела.

– Нет, будем действовать более кардинально, – он кивнул головой и продолжил. – Иди вперед и выживи.

– Ты хочешь, чтобы я дралась с ведьмами? – ахнула Лина, поднимая на него глаза. – Ну, нет, я еще не сошла с ума. Да и я еще так мало видела, так мало узнала, короче умирать мне еще рано, – она развернулась, руками придерживая широкую юбку и сделала шаг обратно. – Знаешь, гулять как-то сразу расхотелось.

– Ты же просила снять с тебя печать. Если не хочешь выполнять мои приказы, то завтра же проведем обряд. Мне не досуг возиться с тобой, так что сразу после обряда и брачной ночи, буду претворять свои желания в действие.

«И о каких он желаниях сейчас говорит? Да и брачная ночь меня как-то не очень прельщает», – Лина развернулась обратно, и ответила. – Хочу и для того чтобы ты это сделал, мне нужно всего лишь выжить?

Миура кивнул: – Выживи, продержись против них час и я сниму с тебя печать и даже дам свободу в перемещениях по замку. Но если нет… Тогда ты перестанешь роптать и станешь учиться магии еще с большим рвением и наконец, дашь мне приблизиться к тебе, – он повернул к ней голову и усмехнулся. – Как тебе такое пари?

«Ни за что», – Лина сжала зубы, подняла голову вверх и спросила: – И как ты мне предлагаешь это сделать? Я же упаду после первой же ударной волны.

Миура повернулся к ней: – Ведьмы всегда владели лишь магией тьмы, колдуньи же владеют четырьмя стихиями и всегда были сильнее. Так что же тут такого страшного, чтобы победить четырех слабеньких ведьм, притом даже не элитных, – он указал левой рукой на стоящих недалеко девушек и усмехнулся. – Это ученицы. Не позорься. Иди и сразись с ними. Или умри.

«Умереть? Но тогда Фалк умрет первым, а отнимая его жизнь, я опять проснусь и буду проживать уже его жизнь. Нет, планы меняются господа присяжные заседатели. Будем жить и побеждать», – и она кивнула, опуская руки вниз и закрывая глаза. Нет, не от страха, от безысходности.

– Сражайся, покажи, что ты достойна, зваться колдуньей, – рычал Миура, стоя позади нее. Но не его слова вызвали у нее желание жить, нет – глаза Фалка, она вспомнила именно его глаза и его слова, что он любит ее. Она сейчас вспомнила ярость Тебальта, когда она противилась ему, действовала безрассудно и окунулась опять в зелень его глаз. Она должна жить, вот что она увидела в стоящих перед ее взором мужчин, и пусть они лишь ее воображение, но она не должна предать их веру в себя. И она сделала шаг вперед, вспоминая всё, чему ее учили и чему она научилась сама.

– Запомни свои слова. Ты обещал снять с меня печать и дать мне больше свободы, – повернув голову к стоящему за ее спиной Миуре, сказала она. Она не слышала и не видела ни его ответа, ни его взгляда, она шла вперед и призывала сразу все магии стихий, которые как бы должны ей подчиняться.

«Вода, земля, огонь и ветер. Ветер питает огонь, вода точит камень, вместе они создают ту силу, которую нельзя остановить. Тогда создадим что-то понятное, реальное и попытаемся понять, как это использовать».

Она подняла руки, ладошками к солнцу стоящему в зените и пыталась соединить сразу две стихии в каждой ладошке, рассказывая им, как они прекрасны в своем могуществе.

«Бомбы. Я создам бомбы и буду бить так прицельно, как только смогу. Главное не дать дотянуться до себя тьме».

Ведьмы напали без предупреждения. Лина упала от ударной волны, ее сосредоточенность на магии стихий была прервана легким заклинанием ведьм, и ударившись пятой точкой о землю она попыталась сначала восстановить дыхание, а где-то впереди слышался женский смех: – Ну, нет девочки, так нельзя. Значит бои без правил. Никогда не видела женский бой, да и не участвовала, но сейчас кажется придется, – вставая поняла, что на правой руке порез, который кровоточит, окропляя ее зеленое платье кровью. – Главное чтобы было меньше ран. Тогда нужно сменить тактику. Как там в кино всегда делал главный герой – правильно он ставил блоки, щиты, все что угодно, чтобы выжить. И что я могу противопоставить тьме? Правильно огонь. Здесь ведь девочки главное не спалить себя, – и Лина произнесла.– Гори, гори ясно, чтобы не погасло! – а перед ней разлилось пламя огня, и она скривилась, с сожалением наблюдая, как сгорают в этом адском пламени трава, цветы и маленькие кустарники, опадая пеплом на опаленную землю. Ведьмы отскочили от этой лавины, стараясь не соприкасаться с огнем, но потом перегруппировались и рассредоточились по кругу. – Танец огня для вас слишком слаб? Добавим ветерка. Разожжем огонь на полную, всегда любила шашлычок и балычок.