Семейные ценности

Глава 13

Глава 13

Дадли проникся нуждами семьи и без всяких возражений согласился заниматься физкультурой с детьми. Был составлен план занятий и два дня в неделю Джеймс начал бегать по дорожкам парка в Блэк-меноре. Местные мальчишки тут же составили ему кампанию. С утра наследник Поттер посещал маггловскую школу в Блэк-пуле, после чего два дня в неделю занимался спортом, два дня с мастером Крайтом, а всё остальное время усваивал знания от мисс Паркинсон. Джеймс даже не знал, чем он был больше увлечён и старался со всех сил.
С физкультурой были проблемы. Мальчик сразу же уставал, а едва начинал бежать — задыхался. Снейп приготовил несколько зелий по индивидуальным параметрам и буквально через месяц мальчик уже мог без остановки пробежать 100 метров и даже два раза подтянуться на турнике.
Мальчишки не смеялись над Джеймсом, а наоборот, всячески его поддерживали.
Джеймс стал менее стеснительным с общении с другими детьми, что очень радовало мастера Крайта.
Лорд Блэк-Поттер радовался успехам сына. Слишком рано раскрывшийся Дар лишал мальчика многого, доступного его сверстникам. Гарольд, смотря на усердие с которым Джеймс достигал своих успехов, начинал думать, что Хогвардц на следующий учебный год будет не слишком большой проблемой.

Совет Попечителей Хогвардца избрал Лорда Блэк-Поттера своим представителем, как самого молодого по возрасту, обязав проводить ежемесячные проверки.
Министерство, выделив на ремонт школы одноразовую денежную дотацию, неделикатно намекало на то, что Мастер Артефактор мог бы провести реставрацию в качестве спонсорской помощи. Лорд Блэк-Поттер ситуацией не проникся и работать бесплатно не возжелал, не видя смысла в ежемесячных проверках. Взывать к совести Лорда оказалось бесполезно, Лорд признал, что совесть у него есть, она является достоянием Рода, хранится в Гринготтсе и передаётся по наследству, но без особой надобности данный артефакт он тревожить не будет.
Второго апреля Гарольд соизволил почтить своим присутствием Хогвардц, но не по казённой надобности, а по личным причинам — Тедди Люпину исполнялось 14 лет и Лорд нёс подарки своему крестнику.
Если бы не день рождения, то Лорд Блэк-Поттер ещё не скоро узнал бы о том, что у факультета Слизерин новый декан.
— А куда дели мисс Саливан?
— Гарри, — устало уыбнулась Макгонагал, — Анна теперь миссис Флинт. Твой визит на празднование Дня Победы с Анной сподвигнул Маркуса Флинта на женитьбу, хотя давно было пора.
— И что, мисс Саливан уволили за смену фамилии?
— Почему уволили? Нет, у миссис Флинт декретный отпуск.
— Декретный?
— Ну да! После рождения ребёнка Анна в любое время может вернуться в Хогвардц.
— Рождение ребёнка? Вот я идиот! Я-то понять не мог, чего это мисс Саливан мне расчёты присылать перестала… Ребёнок — это конечно хорошо, но с кем мне идти на День Победы в Министерство?

Озадаченный и расстроенный Лорд Блэк-Поттер решил не перемещаться домой по каминной сети, а пройтись пешком до Хосмида. Именно по этой причине он столкнулся с мелким белобрысым мальчишкой в мантии с нашивкой Слизерина.
Мальчик бежал к лестнице на первом этаже не разбирая дороги, с разбегу врезавшись в спускавшегося по лестнице Лорда. Сильные руки подхватили пацана, не дав упасть.
— Мистер Корнер! Почему вы так бегаете? Вы же чуть не уронили меня. А вместе со мной ум, честь и совесть нашей эпохи!
Мальчишка замер, перестав вырываться и уставился на Лорда.
— Корнер! Да что это с вами? Скажите уже хоть что-нибудь! Что вы на меня уставились, на мне картины не написаны!
— Там! — Корнер махнул рукой в сторону общежитий Слизерина и внезапно разревелся.
Лорд схватил пацана за плечо и повёл в подземелье.
— Не ной Корнер, ты же аристократ! Тебе по статусу не положено.
Навстречу Лорду выбежала ревущая девчонка, которая была тут же схвачена зашиворот и остановлена.
— Корнер, присмотри за мисс! — скомандовал Лорд Блэк-Поттер, толкая девочку к мальчишке и побежал к гостиной.
В гостиную общежитий Слизерина Гарольд вбежал без всякого пароля, стена самостоятельно сдвинулась перед ним.
Возле большого камина в гостиной на полу валялся портрет в разломанной рамке. Взрослый маг предпринимал попытки потоптаться по портрету, пресекаемые бросавшимися к нему школьниками.
— Отставить! Ступефай! — рявкнул Лорд.
Взрослый маг замер под действием заклятия, а подросток выхватил у него из-под ног портрет. Поломанная рама отвалилась от холста и осталась валяться на полу.
Слизеринцы собрались в кучу и ощетинись палочками.
— Корнер! Ты где там?
Второкурсник Корнер осторожно зашёл в гостиную. Девочка быстро пробежала к однокурсникам и спряталась за их спинами.
— Корнер, это кто? — Лорд ткнул пальцем в волшебника.
— Это наш временный декан мистер Авинстоун.
— Ага. Финита. Мистер Авинстоун идите в правый угол и сядьте на диван!
— Да как ты смеешь поднимать на меня палочку недобиток пожирательский…
Палочку Лорд больше не поднимал, подошёл вплотную к вопящему субъекту и пару раз съездил кулаками по корпусу.
— Я тебе вежливо ткнул пальцем в какой угол идти! Ты что — тупой имбецил? Правый угол — там! — Лорд с силой отшвырнул мужчину в правый угол гостиной, где тот поднялся с пола и сел-таки на диван.
— Лорд Блэк-Поттер! — забежала в гостиную директор Макгонагал, рядом с ней стоял Тедди Люпин.
— Директор, это что за субъект?
— Это мистер Авинстоун. Временно исполняющий обязанности декана Слизерина. Бывший аврор. Преподает у нас ЗоТИ.
— Кто назначил? Моя подпись есть?
— Нет, Милорд. Авинстоун назначен указанием Министерства Магии до конца года.
— Нападение на учащихся это тоже указание Минстерства? Авинстоун ты кто такой? Тебе что жить надоело? Или в Азкабане тебе дементоры прогулы ставят?
— Гарри Поттер говорил, что недобитков пожирательских уничтожать надо, взгляните на них — они же жить недостойны!
— Это когда я такое говорил? Это же сколько выпить надо, чтобы такое сказать? Не, я столько не выпью!
— Крёстный! — раздался невероятно спокойный голос Тедди Люпина. — Этот Авинстоун разломал-таки портрет Снейпа. Портрет вот тут висел, над камином, я рамку делать помогал…
— Портрету Пожирателя Смерти нет места в стенах Хогвардца!
Так мистер Авинстоун сказал последние слова в своей жизни. В следующую секунду ему в лицо летела перчатка Лорда Блэк-Поттера и Авинстоун, вместо того чтобы бежать со всех ног, атаковал Лорда.
Побледневшая Макгонагал закрыла щитом слизеринцев.
За несколько секунд тело борца с пожирательскими недобитками рассыпалось по полу гостиной кровавыми ошмётками. Лорд даже палочку забыл вынуть.
Прибывшие по тревоге авроры тут же бросились к Гарольду.
— Лорд Блэк-Поттер, что случилось? Вы не пострадали?
— Я? Нет! А вот это — остатки мистера Авинстоуна. Похоже он пострадал.
На палочке Лорда Блэк-Поттера не оказалось ни одного заклинания не относящегося к бытовым. Директор Макгонагал рассказала о неадекватном поведении временного декана Слизерина и его негативном отношении к учащимся.
Согласно проведённой аврорской проверке, мистер Авинстоун погиб из-за собственного стихийного выброса на почве эмоциональной неустойчивости.
Присылать кого-либо другого на освободившуюся должность в Хогвардце Министерство отказалось.
Совет Попечителей школы пригласил исполнять обязанности декана Слизерина и на должность преподавателя ЗоТИ Лайонела Бёрка 73 лет.
Портрет Северуса Тобиаса Снейпа, бывшего декана Слизерина, был отреставрирован и помещён над камином в гостиной общежития факультета Слизерин.

С середины апреля Азкабан начал выплёвывать отбывших наказание узников. Едва живых освобождённых перевозили с острова на лодке и оставляли на берегу. Каждый вторник и четверг. По два иногда три человека в день. Изредка кто мог уйти самостоятельно. Почти всех встречали. Тех кто к ночи оставался бесхозным лежать на берегу охранник переправы порталом перекидывал заказчику. Что было дальше с этими людьми охранника не интересовало, за каждое тело платили по одному галеону.
Мисс Паркинсон простояла на берегу под дождём два дня, замёрзла и заболела. Рошаль диагностировал воспаление лёгких и запретил вставать с постели. Снейп забросил все дела и сам лично поил Панси зельями и даже вместе с Петуньей дежурил у её постели. Едва Панси Паркинсон стало лучше, как она снова собралась к переправе у Азкабана.
— Отец! Панси снова уходит на улицу! Она заболеет и умрёт! Сочно запри её в доме! — кричал на весь дом Джеймс.
Петунья оттаскивала от входной двери сопящую и хрипящую Панси и пыталась успокоить истерящего Джеймса.
— Поттер! Сходи ты на эту переправу, — попросил Дадли, усаживая на двиан едва стоящую на ногах Панси. — Узнай что к чему.
— Зачем? Я отца Панси Паркинсон в глаза ни разу не видел, а потому узнать не смогу, да и вряд ли он со мной пойдёт.Если не уйдёт сам, по его к нам перебросят. А если Паркинсон сам уйдёт — найдём…
— Там их забирают… — прохрипела Панси.
— Ну и что? Их Мальсибер забирает по галеону за человека, потом родственникам отдаёт за плату конечно же. Рошаль уже два раза ходил, бывшим узникам помощь медицинскую оказывал. Так что ты, Панси, сиди лучше дома, тебя охранять уже замучились.
— А Панси охраняли?
— Ты что совсем что ли дура, тётя Петунья? Конечно охраняли! К Азкабану ходить не каждому боевику безопасно. А за нашу Панси мне Джеймс итак уже все мозги проклювал…

Когда его в ветхой тюремной робе посадили в лодку и повезли к берегу, от холода и яркого света Паркинсон потерял сознание и ни солёная морская вода, ни ледяной ветер во время переправы его не беспокоили. Его выгрузили из лодки и бросили на берегу. Переправляемый из Азкабана узник, отбывший срок наказания, администрацию Азкабана больше не интересовал. Лодка тут же уплыла обратно. К вечеру планировалось освобождение ещё двоих таких же сидельцев и охрана торопилась, чтобы хоть пару часов побыть в тепле.
Очнулся Паркинсон когда уже стемнело. Отвыкшее двигаться и замёрзшее тело почти не ощущалось. Привыкшие, за много лет в темноте камеры, глаза разглядели невдалеке силуэты деревьев. Паркинсон сосредоточился и пополз в сторону деревьев, отползая от кромки берега.
К тому времени как смотритель переправы вышел на вечерний обход на берегу лежали два человека, которые и были переброшены заказчику порт-ключами. Других освобождённых в этом месяце не было.

Очнулся Паркинсон снова в темноте и холоде. Уму удалось поползти до деревьев и проваляться там до окончания ночи и весь следующий день.
Человек почувствовал, что он не один и существа окружавшие его были намного крупнее крыс. К нему подходили по одному, обнюхивали, трогали противными цепкими лапами и слизывали кровь из ссадин шершавыми языками.
Так продолжалось до тех пор пока одна из тварей не перевернула человека на спину, не прыгнула ему на грудь и не принялась вылизывать ему лицо. Человек пришёл в себя и открыл глаза.
Чумазая тварюшка в оборванной грязной тряпке оскалила пасть с частоколом острых игольчатых зубов, растопырила огромные уши и запричитала.
— Нашёл! Тинки нашёл! Тинки снова будет домашним! Тинки искал. Тинки ждал. Мой хороший хозяин Элайджа.
Одичавший за годы одиночества домовой эльф Рода Паркинсон нашёл-таки Элайджу Паркинсона и был готов бороться за своего хозяина.

Джеймс вернулся на Гриммо 12 из Блэк-менора в 8 часам вечера, его звонкий голос раздавался со второго этажа. Мальчик бегал по коридору и кидал в стены лёгкий резиновый мячик. Мячик племяннику вручил Дадли для развития связок слабых детских рук. Мячик вылетел на лестницу и подпрыгивал на ступеньках летел вниз.
Проходивший мимо Лорд Блэк-Поттер привычным движением схватил мяч, но бросить его Джеймсу не успел. В руку Лорда, сжимающую мячик, всеми четырьмя конечностями вцепился маленький эльф, испугавшийся, поджавший уши и широко раскрывший огромные глазищи.
Кикимер тут же подбежал к Гарольду и отцепил мелкого проказника от хозяйской руки.
Рассматривая лицо растерявшегося сына и виноватые мордочки эльфов, Лорд засмеялся.
— Отец, я случайно… Гелиос хотел мне помочь.
— Гелиос?
Эльфёнок весь совсем поник, опустив уши и уставившись в пол.
— Хозяин не дал эльфину имя. Хозяин не запрещал маленькому хозяину Джеймсу играть с эльфином, а Кикимер не может запрещать хозяевам…
— Джеймс, ты это серьёзно? Гелиос? Бог Солнца?
— Да, отец. Ему подходит это имя. Гелиос как солнышко: весёлый и проказливый.
— Хорошо. Пусть будет Гелиос. Кикимер, эльфина зовут Гелиос. Тебе не нравится общение моего сына с твоим?
— Хозяин Джеймс учит Гелиоса читать, а Кикимер не получил разрешения на обучение эльфина Гелиоса.
— А разве Гелиос не слишком мал для обучения?
— Нет. Чем раньше начать учить, тем лучше.
— Вот и учи!
— Кикимер может обучать Гелиоса всему, что он знает и умеет?
— Конечно. Грамотный домовой эльф никогда не станет лишним в доме. Вон Гелиос уже с Джеймсом общий язык нашёл, выучится и будет Лорду Джеймсу Поттеру помогать вести дела Рода.

Лавки, принадлежащие Мальсиберу не приносили доход, доход Лорд Лютного переулка получал совсем с других дел.
В лавки приходили за бесплатной едой, бесплатной одеждой и бесплатными объявлениями. Сюда же шли нелегально продать ценные вещи и заказать не менее легальные услуги.
Сюда Лорд Блэк-Поттер, согласно договору, поставлял бесплатный хлеб для нуждающихся и получал заказы на изготовление артефактов.
Хлебной лавкой управляла Лаванда Браун. После битвы за Хогвардц, где её изодрал оборотень, Лаванду изгнали из семьи. Изуродованное шрамами лицо и тело сделало мисс Браун абсолютно бесперспективной невестой, денег на дальнейшее обучение девочки от первого брака при наличии трёх младших сыновей мистер и миссис Браун не нашли и поспешили от неё избавиться.
Лаванда плюнула на отрекшуюся от неё родню, пришла в Лютный к Лорду Реймонду Мальсиберу, попросив защиты и покровительства.
Так Лаванда в Лютном и прижилась, работала в лавке, а жила в том же доме над лавкой на мансарде.
Весь прошлый год поставками хлеба в Лютный из пекарни на площади Гриммо занималась Паркинсон, но ей в её умную голову пришла глупая мысль ходить к Азкабану встречать отца в начале апреля. Холод, ледяной ветер и проливной дождь сделали своё дело и Панси лежала в постели с высокой температурой под надзором Рошаля и Снейпа.
Поставки хлеба стал осуществлять Лорд Блэк-Поттер лично.
— Лаванда, я вот тут повешу объявление, прямо напротив прилавка на стену. Пригляди за теми, кто читать будет. Это важно.
Лорд приклеил на стену лист объявления: «Облезлый хорёк ищет свою белую мышку».
— Ладно, Гарри, пригляжу. Счастливая, видать, эта мышка если её ищут. Если жива, конечно…

Петунья тщательно просматривала каталоги женской одежды маггловского и магического мира.
Ситуация складывалась не приятная. Гарольду было не с кем идти на празднование Дня Победы. Надежде пойти вместе с Минервой Макгонагал не было возможности реализоваться. Директор Макгонагал уже шла на приём с Министром Магии, жена которого присутствовать на этом мероприятии внезапно не смогла.
Дам, которых можно пригласить в Министрерство с безопасности для семьи было двое: Петунья и Персефона. Петунья была самым крайним вариантом: сквибка на приёме среди разномастных волшебников была живой мишенью для насмешек и проклятий. Обсудив с домашними возможный визит на министерский приём с тётей Петуньей, Гарольд был вынужден признать, что единственная приемлемая кандидатура — это Панси. Официально лишённая магии Панси Паркинсон могла устроить сюрприз, используя палочку, и воспользоваться порталом самостоятельно, да и магия Рода Паркинсон многие проклятия отклоняла самостоятельно.
Рошаль и Снейп клятвенно пообещали к празднованию Победы мисс Паркинсон вылечить. Петунья срочно начала искать в чём же Панси пойдёт на приём, учитывая то количество артефактов, которые придётся прятать под одеждой.

2 мая 2012 года Зал Торжественных приёмов Министрества Магии был открыт для прибывающих гостей. День Победы над Воландемортом как всегда отмечался с размахом. 14-я годовщина Победы отмечалась как национальный праздник.
С каждым годом на министерское мероприятие приходило всё меньше участников тех событий. Всё меньше и меньше приходило представителей аристократии. Всё больше было приглашённых из числа министерских служащих.
Состав министерских служащих так же претерпел значительные изменения: на 10% чистокровных служащих стало около 40% полукровок и 50% магглорожденных.
День Победы стал праздником тех, кто сумел нажить состояние на войне и после войны. Слово «Лорд» стало почти синонимом слову «Пожиратель».
К Победе оказались причастны те, кто даже не участвовал в гражданской войне, находясь за пределами Великобритании. Быть последователем Гарри Поттера стало модно.
Те же, чьими силами и жизнями была выстрадана эта Победа за годы после войны отошли на второй план и даже не напоминали о себе.
Рона Уизли перестали приглашать сразу же после скандального увольнения из Автората. Герой Войны Рональд Уизли женился на дочери Пожирателя и вошёл в Род своего деда Лорда Пруэтта, а аврорские рейды оказались не совместимы с его ранимой душевной организацией.
Про Гермиону Грейнджер, совершившую в отношении своих родителей-магглов преступление — неквалифицированное стирание памяти приведшее к утрате магглами личности, за которое следовало наказание в виде заключения в Азкабан, но избежавшую ответственности, не упоминали нигде.
Невилл Лонгботтом появлялся с супрругой и уходил стразу после приветственной речи.
Вот уже второй год в качестве приглашённого были Лорд Блэк-Поттер со спутницей.
Живой символ Победы был Лордом двух Родов и Мастером, что совсем не соответствовало образу Героя. И с ним приходилось считаться.
К тому моменту как Министр в сопровождении Директора Хогвардца Макгонагал спустился в Зал Торжественных Приёмов, гости уже собрались и приветствовали их.
Министр начал читать ежегодную речь.
Через 10 минут торжество момента было прервано аврором, громко доложившим:
— Лорд Блэк-Поттер со спутницей! Гарольд Джеймс Блэк-Поттер и мисс Персефона Паркинсон!
Всё внимание было переключено на входивших в зал.
В этом году Министр так и не дочитал речь.

«Ежедневный Пророк» был полностью посвящён празднованию Дня Победы. На самых больших колдографиях на страницах выпуска были запечатлены Лорд Блэк-Поттер со спутницей. Гости праздника, в интервью журналистам, раскритиковали внешний вид и само существование мисс Паркинсон, сожалея о том, что Лорд Блэк-Поттер не нашёл себе более достойной спутницы.
На колдофото Лорд Блэк-Поттер был мрачен и некрасив. Мисс Паркинсон была бледна и изящна, её темно-синяя мантия в родовых цветах Блэков и светло-синий шелковый комбинезон, закрывающий всё тело, вызвали недоумение, отсутствие украшений — насмешку.
Но уже на следующий день после праздника английские модницы заказывали себе комбинезоны и брючные костюмы «как у мисс Паркинсон», а светлые кремовые перчатки стали хитом сезона.

Лорд Лейстрандж вторые сутки не находил себе места из-за переживаний. Он не мог спокойно есть, спать… да ничего он спокойно не мог. Лорд был испуган как нашкодивший мальчишка которому предстоит отвечать за свои поступки.
По возрасту и разумению Лорд и был мальчишкой 17 лет, которому пришлось взрослеть ускоренными темпами. За каждое действие приходилось отвечать самому и чуть ли не с рождения спрашивали с Кассиуса не как с ребёнка. И опорой почти всю его сознательную жизнь была лишь мать — любящая, но одинокая и беззащитная, да библиотека Рода в помощь.
Хотелось всё бросить, закрыться в меноре и просидеть там всю оставшуюся жизнь. Увы, из Хогвардца уйти — это было как признать себя трусом и не достойным уважения. А потом вдруг объявился Лорд Блэк-Поттер, связавший себя ученическим контрактом с изгоем и неудачником Кассиусом. И ладно если бы наставник был просто Гарри Поттером, он был ещё и Лордом двух Родов.
Знавший об артефакторике лишь по книгам самоучка Лейстрандж обрёл наставника-практика, который с помощью подручных материалов и набора неприличных слов вперемежку с грубой нецензурной бранью восстанавливал сложнейшую систему жизнеобеспечения общежитий Слизерина по принципу «хрен знает как, но работать оно будет».
Получив первые положительные результаты своего труда, Кассиус вцепился в изучение артефакторики с еще большим энтузиазмом. И ему, не имеющему диплома об окончании Хогвардца, предложили ученический контракт. Ему достался единственный Мастер, взявшийся за самоучку с незаконченным средним образованием.
Естественно, что учебники за все годы учёбы в Хогвардце были изучены уже давно, благо, что учебников этих в библиотеке менора лежали комплекты за последние две сотни лет.
Но Кассиус никогда не предполагал, что ему придётся сдавать ЖАБА в индивидуальном порядке.
После того, как Кассиус, не без помощи Наставника, принял титул Лорда, и не без помощи того же Наставника, обрушил часть менора, Лорд Блэк-Поттер притащил его жить в свой дом на Гриммо 12, где основным занятием Кассиуса стала подготовка к экзаменам.

Рошаль, успевший сводить Маргарет в отдел бракосочетаний в Министерстве Магии, притащил учебники из библиотеки менора.
Мисс Панси Паркинсон и мистер Драко Малфой взялись консультировать Кассиуса по вопросам школьной программы.
А потом за него взялся человек по имени Северус, который к концу апреля объявил подготовку к экзаменам оконченной, пояснив, что лишними часами зубрёжки ничего не улучшить.
2 мая был отпразднован День Победы, а уже 5 мая — дата сдачи экзаменов.
Вот тут-то Кассиусу в голову пришла мысль, что он к экзаменам не готов абсолютно и обязательно всё завалит, а без ЖАБА Наставник от него откажется и он снова станет ненавидимым всеми сыном Пожирателя Смерти.
Кассиус страдал.
Петунья ругалась и уговаривала не отказываться от еды.
Блейз Забини поил успокоительным.
Северус сходил к Лорду Блэк-Поттеру и поговорил с ним о Кассиусе.
— Всё фигня! — объявил Лорд Блэк-Поттер, — Чего ты волнуешься? Я вот вообще ЖАБА не сдавал и жить мне это не мешает. Тебе диплом зачем? Чтобы ученический контракт заключить? Так я у тебя уже есть, при первой же возможности выведу тебя на защиту в Гильдию. Сдай уже эти экзамены как-нибудь. Тебе что «слабо» уже не оценка?
Выслушав объяснения ученика, Гарольд посмеялся и предложил пойти в Министерство сдавать экзамены вместе.
— Ты будешь на вопросы экзаменаторов отвечать, а я буду стоять у тебя за спиной, чтобы ты случайно с экзамена не сбежал…

5 мая 2012 года Лорд Блэк-Поттер в парадной мантии родовых цветов, сверкая Орденом Мерлина 1-й степени пришёл в Министерство. Невыспавшийся и упившийся упокоительного Кассиус Лейстрандж был отконвоирован им в кабинет для сдачи ЖАБА.
Лейстрандж монотонно, но чётко и грамотно отвечал на задаваемые экзаменаторами вопросы, методично со значительной долей равнодушия отрабатывая практические задания.
Кассиус ответил на все заданные ему вопросы, чем чрезмерно раздражал экзаменационную комиссию. Увы, пожирательского гадёныша нельзя было выставить вон и не засчитать сдачу ЖАБА то же. За спиной поганца Лестранджа стоял Лорд Блэк-Поттер, у которого был не только Орден Мерлина на груди, но и три кольца Мастерства на руке, которые Лорд демонтративно не прятал. Связываться с бешеным Героем Магической Великобритании не захотел никто и диплом об окончании Хогвардца Кассиус Лейстрандж получил в тот же день, с оценками по всем предметам преподаваемым в Хогвардце не ниже выше ожидаемого.

Первый месяц после освобождения из Азкабана Элайджа Паркинсон помнил отрывками. Чудом появившийся рядом с ним Тинки сумел переместить хозяина в старый дом на окраине Хосмида. Ветхий деревянный домишко сгорел в мае 1998 года, за то остался целым сложенный из добротного камня подвал. Останки дома было сложно рассмотреть из-за заросшего деревьями двора.
В конце апреля на деревьях распустились первые листочки и зазеленела трава.
Тинки первые дни не оставлял хозяина ни на минуту, благо хозяин не капризничал и был согласен кушать не только варево из попорченной овсянки, но даже от бульона из крыс, пойманных эльфом, не отказывался. Эльф же быстро сообразил, что на той диете которую он мог предоставить, хозяин не выздоровеет, начал обследовать окрестности.
Окрестные помойки выявили почти полное отсутствие пищевых отходов. Ни в одном кафе и магазине поселений волшебников еда не выбрасывалась. При попытке схватить покусанную и брошенную на землю ватрушку, Тинки был пойман местными эльфами. Тинки побили за поиск еды на чужой территории, а вывалянная в грязи ватрушка отобрана.
Суваться к Хогвардцу Тинки боялся.
Оставалось идти или к магглам или в Лютный.
К магглам Тинки не пошёл, понимая, что его тут же отловят и продадут гоблинам.

Лютный переулок выглядел не хуже чем всегда. Казалось, что этот нищий район война не затронула вовсе. Те же дома, те же кривые улочки, те же дурные дороги и высокие заборы.
Куда идти Тинки не знал, а потому пошёл на запах свежевыпеченного хлеба. Бывшая лавка старьёвщика радовала распахнутыми воротами и открытыми дверьми во дворе. Забор, стена дома и даже ставни окон были заклеены бесчисленными листочками с буквами. Тинки, как большинство эльфов был не грамотным и даже не догадывался, что на одном из таких листков писалось о том, что мисс Панси ищет своего отца Элайджу.
Время от времени к лавке подходил человек, ходил вдоль забора, читал листочки и даже приклеивал свой листок. Из лавки же люди выходили с сумками. Тинки принюхивался и понимал, что именно из этой лавки без названия пахнет хлебом и отсюда люди берут еду.
Тинки задумался как бы ему половчее украсть хоть что-нибудь съедобное, как ко входу лавки аппарировал эльф, а через пару минут аппарировал обратно, держа в цепких руках буханку хлеба.

С утра в лавку приходили все те же клиенты. Лаванда Браун уже дявятый год работала в лавке, некогда принадлежавшей старьёвщику мистеру Берку, на раздаче бесплатной еды. Если в первые годы после войны были очереди и чтобы хоть что-то получить приходили с самого раннего утра, то теперь такой проблемы не было.
Лорд Блэк-Поттер присылал ежедневно 200 буханок хлеба, Лорд Лонгботтом 100 порций овсянки и травы для элементарных отваров. Флинт присылал суп и другую готовую еду из маггловского квартала в пластмассовых коробках. Многие, кто раньше был постоянным клиентом лавки, по мере возможности присылали съестные припасы и старую одежду.
Почти всех клиентов Лаванда знала. Некоторые обращались месяц-два и больше не приходили. Некоторые приходили лишь зимой. Некоторые пару раз в месяц.
Постоянными клиентами были пожилые люди, оставшиеся после войны нищими и одинокими.
Совсем редко в лавке появлялись домовые эльфы. В основном это были эльфы поставщиков продуктов. Приходил эльф старой миссис Сарт, старушка почти не могла ходить и эльф ежедневно приходил за чашкой супа и буханкой хлеба.
Сегодня в лавку пришёл другой эльф. Сначала Лаванда испугалась и выхватила палочку, но одичавшая чумазая тварюшка замерла у порога и попросила немного хлеба для хозяина, сознавшись, что заплатить нечем.
Уходил из лавки эльф Тинки таща сумку с буханкой хлеба, коробкой супа и пучком трав для отвара от простуды.
Постепенно эльф менялся, становясь более ухоженным и даже стал помогать с уборкой. Эльф ни от каких продуктов не отказывался и за каждую малость стремился отблагодарить.

В начале лета мистеру Паркинсону стало намного лучше и он уже находил силы на то, чтобы подолгу разговаривать с эльфом.
Тинки рассказал, что после ареста хозяина хозяйку Панси вызвали в Министерство и судили как пособницу пожирателя. Хозяйка велела Тинки и Сиэль бежать и ждать возвращения хозяев. Сиэль убили авроры. Тинки сумел бежать. Хозяйка Панси в дом не вернулась и Тинки поселился в страшном мёртвом лесу у Азкабана, вместе с другими одичавшими бездомными эльфами, где все эти годы ждал хозяина.
Паркинсон свято верил, что его дочь жива, она ведь ежемесячно посылала в Азкабан передачки, без которых он бы не дожил до освобождения. Паркинсон не знал где искать лишённую магии дочь, понимая, что замуж она не вышла, раз осталась под прежней фамилией и надеялся, что Панси придёт в дом-развалюху в Хосмиде. Этот дом Паркинсону достался в наследство от его бабки по матери и входил в наследство Панси.
Тинки пытался подслушать сплетни в Лютном и в Косом переулках, но сведений о хозяйке не услышал.
Паркинсон начал понемногу ходить, опираясь на сучковатую палку, но выйти за пределы дома у него сил не хватало. Тинки радовался, что хозяин встречает его не лёжа в подвале на лежанке, а сидя у входа в сгоревший дом.
Однажды Тинки повезло и он притащил в дом выброшенные кем-то газеты.
Газеты стали надеждой хоть что-то узнать о дочери. На первой полосе «Ежедневного Пророка» месячной давности размещалось колдофото с празднования Дня Победы. Рядом с седым короткостриженным мужчиной средних лет в мантии с отличиями Родов Блэк и Поттер стояла его Панси. Его девочка была богато и стильно одета, она вполне счастливо улыбалась. А ниже следовала статья о романе, начавшемся ещё со школьной скамьи, между Победителем Воландеморта Гарри Поттером и дочерью Пожирателя Персефоной Паркинсон.
Элайджа Паркинсон плакал. Он плакал от облегчения — его дочь жива и от безысходности — он никогда больше не подойдёт к Персефоне и не будет позорной помехой в её новой жизни.