Прошу мнения.

Прошу мнения.

Хочется показать вам одну сцену. Меня она взволновала, интересно, что скажете вы? Краткое пояснение: Лисы поднялись на здоровенный холм более чем километровой высоты, подошли вплотную к древнему храму, в котором полторы тысячи лет запечатан низверг по имени Презритель. Но даже когда он был погребен, к нему год за годом шли паломники - в надежде получить пророчество из уст низверженного пророка. Лисы так же пришли к нему за пророчеством, очень важным для всех Ничейных земель. Вот только ведет к нему особая дорога, о которой снизу предупреждала надпись: "Ты сможешь сделать следующий шаг, только сделав предыдущий".

Плита, висящая в воздухе, покачнулась, когда Анна взошла на нее. Качнулась чуть заметно, будто пустота крепко вцепилась в вековой камень и с трудом, но держит его. Вокруг ничего не изменилось, только в шаге впереди появилась следующая плита - вторая ступенька к Презрителю. Анна шагнула на нее. Камень снова дрогнул под ногами, отозвался на шаг и… привратная площадка исчезла. Пропали все, кто поднимался следом, все, кто остался в приюте паломников; растворились ступени со стеной памяти, столы с дарами – пропал и сам Холм.

Анна стояла на головокружительной высоте, одна на весь мир, под бескрайним куполом мрачной осенней ночи, в самом центре продуваемой ветром пустоты. Долина лежала далеко внизу, разноцветные облака светлячков были едва видны во мраке. Прижатые другу к другу леса отсюда казались агатово-темными, прорехи равнин наоборот белели, а речки блестели резкой ртутной чернотой. Холодный осенний ветер мгновенно напомнил девушке, что она почти обнажена – льняная тога не спасала от резких, бесцеремонных порывов.

Голова кружилась от высоты и ветра. Анна взяла себя в руки, буквально; сжав плечи ладонями, она сдержала страх, примерилась и шагнула на следующую ступень, которая парила перед ней в пустоте.

Шаг, передышка, шаг. Плиты висят в воздухе, следующая ступень появляется, как только ты ступаешь на предыдущую. Но бесследно исчезает та, с которой только что сошел... Ты поднимаешься к черному небу в одиночестве и темноте, не видишь начала и конца своего пути, только ту ступень, на которой стоишь, и ту, на которую предстоит взойти следом. Под ногами километровый провал, и неизвестно, что леденит душу сильнее: высота или холодный ветер, рвущийся к телу, хлещущий по лицу.

Анна в ужасе заметила, что с каждым шагом расстояние между плитами чуть-чуть увеличивается. И каждая следующая плита дрожит от шага девушки, колеблется в тисках пустоты – чуть сильнее. Словно все ближе и ближе момент, когда зачарованный камень не выдержит ее веса и рухнет вниз.

Четыре луны насмешливо смотрели из бескрайней выси. Жрецы Величайшего знали, как указать человеку его место, его крошечную ступеньку на вселенской лестнице. Мрачное величие под ногами, захватывающий дух простор, расстилавшийся вокруг – были осознанно срифмованы с чувством абсолютной незащищенности, которое только и мог испытать человек, оказавшийся нагим и беззащитным в ночи, в ловушке смертельной высоты.

Все было сделано для того, чтобы паломник пришел к Презрителю раздавленным, окончательно умаленным человеком, крошечным в холодной бездне одиночества.

Или чтобы паломник не пришел? Страх с каждым шагом рос внутри, потому что каждый шаг давался все труднее и труднее. Даже Анна, с ее великолепной координацией движений, едва не соскользнула с плиты в пропасть, слишком большим становилось расстояние! Качнувшись, она вспрыгнула на ступеньку, та шаталась в воздухе, как беспутная лодчонка в бурю, девушка с страха упала на холодный камень, обхватила его руками и ногами, как обнимала любимого – когда-то в прежней, полузабытой счастливой жизни, до этих проклятых Холмов. Едва дыша, она раскачивалась над бездной, наконец плита остановилась, замерла.

А путь к отступлению отрезан, с каждым шагом появлялась лишь новая ступенька, ведущая все выше и выше. Трясись от холода и страха, не в силах двигаться дальше. Прыгай, собрав силу и волю в кулак. Или сдайся, сорвись в распахнутый зев пустоты. Что выберешь, крошечный человек? Кашляя от холода, девушка растирала пальцы, готовясь к следующему… уже не шагу, прыжку.

Первые несколько ступеней дались не так уж и сложно, главное было не свалиться вперед от инерции движения. Но очень скоро прыгать пришлось не на ноги, а всем телом, хватаясь за висящий в воздухе камень руками, и только затем подтягивать себя, забрасывать на плиту и, дрожа, приходить в себя на сумасшедше трясущейся ступени.

Когда это закончится, я устала, пожалуйста, хватит - просило, умоляло все внутри. Я больше не могу, не могу, пожалуйста, больше не надо…

Анна собиралась с силами, как сумасшедшая, как чокнутый автоматон, упершийся в задачу, которую нужно выполнить любой ценой. И прыгала. Прыгала. Прыгала.

Все тело отбито о каменные плиты, руки содраны в кровь, ноги не слушаются, она не чувствует ступней. Дрожь от холода переходит в оцепенение. Девушка поднялась на высоту, где ветер стих, но стало еще холоднее. Земля настолько далеко позади, что невозможно сосчитать пройденных шагов и прыжков.

Уже давно каждый прыжок – подвиг. Почему-то глубоко внутри Анна решила, что эта лестница – испытание Гетара, жестокого бога, мертвого бога. Что все паломники пройдут испытание, если пройдет хотя бы один. Но хотя бы один должен, обязан его пройти, иначе будут признаны недостойными и погибнут все. А если так, только она может пройти его. Потому что кто же еще из них?

Руки, мокрые и скользкие от крови, сорвались. Но поехав под собственным весом вниз под плиту – Анна каким-то чудом, невероятным рывком всего тела ухватилась за камень ногой, закинула вторую, стиснув ступеньку, повисла вниз головой, длинные волосы раскинулись широкой шелковой пеленой, сквозь которую светили Луны. Девушка попыталась подтянуться и ухватить пальцами, подтянулась, вцепилась. Плита тряслась и качалась, как в припадке – и вдруг выпала из ослабших тисков воздуха.

Каменная ступень выпала, и вместе с Анной рухнула вниз.

Сердце зашлось от страха, в следующую секунду девушка ударилась спиной о землю, удар вышиб из нее дух. Сверху нависло огромное лицо с ровной дугой из множества глаз.

– Анна. – сказал Презритель. – Я ждал тебя.