Сын Ра, Любящий своего отца, Птолемей Iv

Глава 6. Неудача ценна опытом, успех - благами

… Деньги рождают деньги …

Что же касается моего успеха со стеклом, то здесь всё было пока ещё весьма туманно, хотя уверенности мне было не занимать. Впрочем, теперь, когда я всё же сумел обеспечить своей задумке материальную базу, будущее моё было куда менее скромным.

От успеха меня отделял лишь один этап – реклама итогового продукта. Собственно, именно этим делом я и занялся. И да, не то чтобы я был в этом деле хорош, но мне пришла в голову довольно хорошая мысль.

Обладая прочными и разветвлёнными связями с нобилитетом из самых разных стран, а также прекрасно зная, что это – моя целевая аудитория, я принялся уговаривать своих многочисленных друзей, сторонников, политических союзников и прочих влиятельных людей устроить нечто из ряда вон выходящее.

Разумеется, я прекрасно знал, что моя задумка без их поддержки просто невозможна. Задумка же заключалась в том, чтобы устроить в крупнейших политических и экономических центрах Средиземноморья грандиозное шоу.

Рим, Карфаген, Смирна, Эфес, Никомедия, Фессалоники, Александрия, Антиохия и многие другие города – все они стали жертвами моего замысла.

Так, каждому из городов были представлены величественные статуи из стекла, представлявшие собой прекрасную рукотворную копию облика их основателей.

Ромул и Рем, основатели Вечного города, созданные из материала, в который было добавлено коллоидное золото и серебро, были представлены римской публике в день, когда Рим поглощён торжествами.

Другими словами, 21 апреля по юлианскому календарю, в день, когда торжественно праздновали парилии, а также, что более важно – день основания Вечного города, я подарил Риму, пользуясь столь удобным случаем, прекрасную статую.

Благодаря содержанию в материале стекла мельчайших частиц вышеупомянутого коллоидного золота и серебра в соотношении трёх к семи, статуя меняла свой цвет с зелёного на красный в зависимости от угла падения на статую света.

Да-да, это кубок Ликурга, только круче и больше. Стоил он просто адских денег по понятным причинам, но о них я не беспокоился – мой отец, получив от меня предложение использовать изготовленную статую в политических целях, не преминул шансом воспользоваться представленной возможностью.

Уверившийся в моей способности изготовить подобную статую после демонстрации непосредственной копии кубка Ликурга, он принялся щедро спонсировать мою затею. Разумеется, он также купил прекраснейший кубок, чем отбил мои затраты на её изготовление.

Впрочем, так как одной статуи было бы мало, а также желая угодить своим сторонникам и друзьям в среде римской аристократии, я также подарил влиятельнейшим патрициям Рима несколько уникальнейших диатрет.

Каждая из них представляла собой вершину стеклодувного искусства, практически живое олицетворение того, на что способен человеческий гений. Ну, а кроме того, каждая из них содержала по одному сюжету из богатой истории Вечного города. Вместе собранные же, они представляли собой настоящий ансамбль, на котором была запечатлена вся история Рима до сего момента.

Ну, а так как каждая из них была подарена величайшим и могущественнейшим патрициям, принадлежащим к лагерю оптиматов, намёк был более чем понят.

Воспользовавшись моим предложением, сии всемогущие патриции с радостью организовали, по случаю празднования дня пробуждения Благой богини, роскошнейшее пиршество на одной из не менее роскошных загородных вилл, ранее подаренных мной одному из моих друзей, что, по чистой случайности, уверяю вас, также был одним из оптиматов.

Разумеется, они также не преминули возможностью похвастаться перед всем высшим светом римского нобилитета своим подарком, чем вызвали столь жгучую зависть у остальных гостей, что будь патриции сделаны из ветоши, они тут же бы загорелись под их пристальным взглядом.

Конечно же, последние, сразу же по окончанию празднества, буквально завалили Артёма письмами, в которых слёзно умоляли хотя бы продать им ещё одно подобное произведение искусства, предлагая заплатить за это буквально любые деньги, либо любую другую свою собственность соответствующей стоимости.

Предлагали в обмен тысячи торговых кораблей, сотни драгоценных галльских украшений, десятки роскошных вилл, да и любые богатства вообще, лишь бы именно пишущему досталось следующее подобное сокровище.

Ну, а так как не меньшего эффекта достигли и в других странах подобные этому представления, спрос был, как вы понимаете, просто ошеломительный.

Ожидая этого, я заготовил заранее небольшой запас, которыми, но прежде немного поторговавшись, не преминул воспользоваться. Таким образом, в миг я стал владельцем просто немыслимых богатств.

Владелец тысяч кораблей любых мыслимых и немыслимых размеров, бесчисленных искуснейших драгоценностей, изготовленных лучшими галльскими ювелирами, многих плодороднейших земель, копий и прочих богатств – всё это про меня.

Без преувеличения, я в момент стал из одного из богатейших частных лиц всего Средиземного моря в самое богатое частное лицо всей Ойкумены, на фоне которого даже такие гиганты, как Красс, Цезарь и Помпей – нищие, бродящие по бесконечным улицам Вечного города в ожидании бесплатного хлеба.

Ну и, разумеется, говоря о расходах и доходах, думаю, никого не удивит тот факт, что я, продав лишь диатреты, отбил все те деньги, что я потратил на достижение этого.

Впрочем, это и не удивительно, если учесть, что всего лишь 20 диатрет, а именно столько было в выпущенной ранее ограниченной коллекции, 8 из которых, к слову, представляли упомянутый выше ансамбль сюжетов из истории Рима, принесли мне просто запредельные денежные средства.

Возможно, это снесёт вам крышу, но вот вам простая и понятная цифра – норма прибыли на каждую произведённую диатрету без труда достигла просто запредельных показателей в 99,94% (что забавно, не уникальный, хотя и выдающийся случай в современной истории моего времени).

Знаете, если приводить цифры, понятные для моих «современников», то это как если бы я вложил в дело 600 000 долларов, а поднял бы на них 10 000 000 000 долларов.