Семь кедровых орешков. Пустышка

Глава 45

Небольшое государство фурий Еления мысленно сравнила с карликовым государством в Западной Европе Лихтенштейн, которое его напомнило не только размерами, но и тем, что половину страны занимали горы и межгорные долины.

Однажды она посетила это княжество вместе с родителями и братом. Отец коллекционировал марки и, по возможности, посещал все доступные музеи. В город Вадуц — столицу княжества Лихтенштейн, в котором всего-то проживало около пяти тысяч жителей, они приезжали в Музей почтовых марок.

Земля фурий, как когда-то давно и далекое княжество на Земле, поразила воображение девушки заснеженными горами, прорезанными многочисленными ручьями и реками, необычными широколиственными и хвойными лесами, которые отличались от тех, что росли в Ровении, заболоченными ландшафтами с необыкновенными растениями.

Государство делилось всего на два округа -- Верхний с центром в маленьком городке, который одновременно являлся столицей, и Нижний с центром в другом городке. Оба округа были расположены в долине, которую от холодных ветров защищали горы.

Невысокие каменные дома, не выше трёх этажей, с небольшими придомовыми площадками для взлёта и приземления фурий, и многочисленные деревья смешались между собой, без четкого различия между городом и лесом.

Округа состояли из общин, которых всего было десять, и возглавлялись Владычицами общин, входящими в Совет, возглавляемый Верховной фурией.

И, да, что еще поразило девушку — это то, что мужчин в государстве фурий не было. Как позже узнала землянка, мужчины фуриями не рождались, а мальчикам разрешали проживать на территории государства до четырнадцати лет.

Граничило государство фурий с Ровенией, Норвенией и Пустошью, за которой находились уже другие государства.

Пустошью являлась загадочная территория с таинственными тварями и исчезающими путниками, на территории которой пограничные с ней государства много лет назад основали межземельную тюрьму для особо опасных преступников. Елении от всего сердца посоветовали вообще не смотреть в сторону Пустоши.

В человеческом облике Бердайн выглядела не менее колоритной личностью, чем в образе Верховной фурии, и вызывала не меньшее уважение и благоговение.

Очень высокая для женщины, метра два с лишним, с крепкой мужской фигурой, только не такой широкоплечей, как в боевом облике, с длинными сильными ногами и удивительно выразительным и красивым лицом практически без морщин, но с глубокими складками на переносице и около губ.

На лице Верховной притягивали внимание мудрые фиалковые глаза, такие же, как у Мадлен. Только у внучки взгляд был помягче и подобрее, чем у прабабки, у которой взгляд пронизывал и проникал в самую глубину души.

Бердайн Огдэн была далеко не молода — как никак, уже двести пять лет стукнуло — но язык не повернулся бы назвать эту женщину старухой, несмотря на полностью седые волосы, заплетенные в многочисленные длинные толстые косички, переплетенные мелкими бусинами.

Характер у Верховной Фурии был властный, тяжёлый, жесткий, но с другим характером она и не смогла бы уже почти сто лет руководить кланом из нескольких тысяч подопечных. Слова человеческой пустышки неожиданно проникли в самую глубину давно очерствевшей души — когда-то очень-очень давно ее мать тоже пожертвовала собой, чтобы спасти маленькую Бердайн и ее сестру Ордайн. Теперь же, сама себе удивляясь, королева испытала... сопереживание?.. к этой мелкой девчонке, обычной человечке, которая совершенно неожиданно в последний момент нашла нужные слова, а ведь Бердайн хотела выкинуть ее подальше от границ родной земли вместе с обнаглевшей Мадлен.

Но Верховная не была бы Верховной, если бы признала это, поэтому все время нахождения пустышки в клане, она ее либо третировала, либо старалась не замечать.

Однако, несмотря на это, девушку очень неплохо устроили в небольшом и уютном доме старшей сестры Мадлен, одной из Владычиц, в одной комнате с ее молоденькой племянницей Кирстой.

Дружба с этой маленькой и вредной фурией у Елении завязывалась тяжело, потому что характер Кирсте явно достался от прабабки.

Сначала Кирста довольно подозрительно и презрительно отнеслась к навязанной компаньонке, придумывая для неё разные каверзы, но со временем настолько привязалась к землянке, что без неё не могла ступить и шагу.

Через полгода после появления Елении, Мадлен привела в клан Катрину Торес с детьми. Этот поступок внучки показался королеве совсем из ряда вон, и она по-настоящему рассвирепела.

Еления и Кирста были уверены, что в этот раз Верховная внучку точно прибьёт.

Под открытым окном небольшого дома Верховной подруги слышали весь эмоциональный разговор прабабки и правнучки.

— Может, ты сразу весь приют перетащишь сюда?! Или стесняешься пока?!

— Бабушка... им некуда идти, — вздыхала Мадлен.

— Мир большой, — язвительно заметила Верховная.

— У Катрины дочка от императора Ровении. Раньше он просто ограничивал общение, а теперь и видеться запретил. Ансар Варниус везде найдёт ее. Катрина учитель, сможет учить наших детей, которые остаются в клане, чтобы они имели современное представление об окружающем мире. Среди наших женщин, что вернулись в клан, нет профессиональных учителей.

— Десятки лет как-то обходились без них, — жестко и упрямо произнесла Верховная.