Не все девочки делают это

225. Рок-Фест - начало

- …Ну, наконец-то! Наконец-то начинает вырисовываться именно то, что я хотел! – остановив кассету с фонограммой, Вольский довольно откинулся на спинку кресла и тепло посмотрел на Марьяну: – Ты сегодня очень порадовала меня. С февраля начнёшь репетировать с хором. Иди ко мне, котёнок…

Преподавательский официоз Маэстро слетел, и девушка моментально оказалась у него на коленях. Замерла, прижавшись всем телом и жадно вдыхая в себя аромат, сводящий её с ума: его естественный запах, оттенённый таинственным шлейфом французского «Dragon Noir» . Чёрный флакон с золотистым драконом она приметила ещё в «Авалоне» и запомнила в мельчайших подробностях…

- Как чувствуешь себя? – вполголоса спросил Влад, тихонько перебирая её волосы.

Сегодня она наконец спела «Желаю тебе, Земля моя» полностью, и её строгий наставник не прерывал свою вокалистку, а только корректировал нюансы после каждого исполнения.

От усталости у неё слегка ломило поясницу и ныли ноги – три часа за микрофонной стойкой давали о себе знать – но Марьяна, конечно же, не собиралась ныть.

- Как всегда, когда ты рядом… – счастливо шепнула она, положив голову на плечо любимого мужчины, чувствуя, как он улыбнулся.

- Ты не голодна?

Есть хотелось весь последний час, но для этого пришлось бы прервать восхитительные его объятия, и девушка отрицательно качнула головой и прижалась ещё плотнее, а потом, не выдержав, коснулась губами его шеи… и тихо хихикнула, тут же почувствовав ответную реакцию мужчины.

Спустя миг они целовались – долго, жадно, перехватывая друг у друга дыхание.

- Маленькая, не мучай меня… нас… - выдохнул Влад, прерывая блаженство. – Скоро придут рекламщики, а я… Такого поназапишу им… Собирайся, отвезу тебя в общежитие.

- Можно, я побуду здесь? – Марьяне страшно не хотелось расставаться с любимым. – Запишешь их, и…

- И-и? – лукаво приподнял бровь мужчина.

- И… можем поехать в «Авалон», завтра суббота, мне на учёбу к двенадцати… - выпалила Марьяна, краснея и утыкаясь ему в грудь.

- Какой коварный план у вас, девушка! И очень соблазнительный… – тихо засмеялся Влад, потом вздохнул. – Я тоже безумно соскучился, маленькая, но есть два момента. Рекламщики придут надолго, и…

- Ну и что! Я могу пока почитать на кухне! У тебя там Роберт Шекли на холодильнике лежит, я люблю фантастику…

- …и потом ночью я сажусь на самолёт…

- Опять корпоратив? – погрустнела Марьяна. – Опять какая-нибудь московская звезда?

- В этот раз без звёзд, рабочая встреча-обмен опытом. Еду изучать аппаратные семплеры… - глаза музыканта блеснули профессиональным азартом. – И программы для обработки звука…

- Ясно! У тебя будет очень крутая деловая командировка! – девушка постаралась скрыть разочарование за улыбкой, но Вольский, конечно же, всё понял по её голосу.

- Не расстраивайся, маленькая, - тихо прошептал он. – Во-первых, это быстро, день-два, а во-вторых… - развернувшись к микшерному пульту, он взял с него новенькую кассету. – А во-вторых, время пролетит незаметно, потому что я всё время буду рядом с тобой - голосом. Держи!

- Что там?

- Секрет! Точнее – сюрприз, для тебя, моя девочка! – таинственно улыбался любимый, наслаждаясь её заинтригованным видом. – Слушать – сегодня перед сном, раньше – не разрешаю!

- Да, Маэстро…

.

.

Это была вторая песня, посвящённая ей.

Его второе признание в любви, переполненное пронзительной, щемящей нежностью, от которой до боли сладко сжималось сердце, расплавляющее душу прекрасными гармоническими созвучиями в исполнении арф и скрипок, к которым постепенно присоединялись другие инструменты – а в кульминации уже торжествовал настоящий симфонический оркестр!! И эта потрясающая, космическая музыка была всего лишь обрамлением для Его голоса, который то неистово возносил её к звёздам, то окутывал тем самым бархатным, гипнотическим шёпотом, предназначенным только для ей, только для неё, когда они были наедине…

.

Без сомнения, Маэстро, профессиональный музыкант, хотел произвести впечатление на влюблённую девочку – но Он, как и все гении, не осознавал до конца всю мощь воздействия своей музыки. А ещё Он не осознавал силы восприятия её влюблённого сердца… Да и сама девушка не осознавала этого – она просто горела, сгорала и возрождалась, переплавляясь в Его огне, веруя каждому слову и каждой ноте, запечатлевая свою любовь в вечности – в том самом «навсегда», которое уже не вырвать при всём желании, для которого время и пространство не имеют значения…

.

Потрясённая, Марьяна прорыдала почти всю ночь, пока не разрядился плеер – сладко, счастливо, беззвучно, без конца перематывая кассету на начало (а кроме этой одной-единственной песни на ней ничего и не было, остальная плёнка была пустая). Она упивалась счастьем, задыхаясь от эмоций и завидуя самой себе.

«Я всегда была твоей!..» - повторяла она в ночи, счастливо млея, заветное заклинание, ставшее истиной, священным убеждением, мантрой, которая делала её неуязвимой.

Где-то там, внизу, шла битва за выживание, обездоленная и разрушенная страна кипела в горниле перемен, давясь безработицей и пытаясь справиться с потоком «свобод» и дикого рынка, новых воможностей, грандиозных надежд, больших и малых трагедий, словно лава, прокладывая себе путь в неизвестности…

Лёжа в ночи, в обшарпанной комнате, на кровати с продавленной сеткой, юная девочка чувствовала себя избранной, получившей величайший дар посреди моря безысходности. Музыка Её Маэстро возносила душу над всей житейской суетой, преображая серую реальность в сияющий храм любви…

.

.

«Рок-Фест» проходил «на районе» - в маленьком Дворце Культуры «Орбита» бывшего посёлка Эжма, который, разросшись, стал Эжминским районом северной столицы.

- Двадцать километров от города? А там будет, где переодеться? – бормотала Марьяна, сбегая по лестницам общежития с Аладдином, Геллой и остальными музыкантами «Дарк Лайта».