Змеиный виноград

Глава первая. Киртана

У змеиного винограда листья похожи на чешую, корни уходят далеко вглубь скал и под землю, а ветви переплетаются так, что не отыщешь, какая и куда ведёт. У него сладкие мелкие ягоды, из которых делают вино, пьянящее даже Великого змея.

***

— Моя дорогая Киртана, мы же оба знаем, к чему все идет, — ректор шагнул ко мне и внезапно оказался очень близко, настолько, что я могла бы рассмотреть морщинки в уголках его глаз, если бы осмелилась поднять голову. Вместо того я пробормотала:

— Господин Вестран, постойте, я не понимаю…

— Я присматривал за вами, еще когда вы были просто студенткой, поддерживал ваши исследования в аспирантуре, позволил открыть экспериментальный курс, а вы знаете, как относятся в научной среде к трансмагическим практикам… но я разрешил. Ведь так? — его пальцы жёстко обхватили мой подбородок заставив поднять голову, посмотреть ему в лицо.

— Все верно, господин Вестран, — согласилась я.

Внутри зрела неприятная догадка. Нет, не могут же слухи быть правдой!

Или могут?..

Эти насмешливые взгляды в ректорском секретариате, нервное хихиканье на кафедре, подмигивание кастелянши. «Когда ваша звездочка взлетит, милочка, не забудьте о тех, кто остался там внизу, — басила она. — Да и помните, что звездопад тоже случается». Я думала, что это относилось к тому, что мою заявку на исследовательский грант вот-вот должны были одобрить. Кажется, я ошибалась.

Пальцы ректора подцепили прядь моих волос, которая выбилась из прически, и сжали ее, слегка потянув.

— Вы же сами признавались мне в чувствах, я не ошибся?

— Нет, не ошиблись, — прошептала я, признавая им сказанное.

Потому что чувства были. Я себе никогда в этом не лгала.

Как можно было не влюбиться в него?

Ректор Вестран был назначен на это место в тот год, когда я поступала. Мы столкнулись в первый мой учебный день, я почти сбила его с ног, но он не разозлился, а по-доброму рассмеялся и предложил провести к аудитории, где собирались первокурсники. Моё сердце вдруг забилось с ужасной силой — взрослый, красивый мужчина, умный, позволяющий себе не смотреть сквозь студентов. Уже профессор! Он такой молодой, ещё сорока нет, а сумел защитился и получил такой высокий статус! Да, Академия Фиреральд не была самой первой среди академий в Эрумии, но находилась в столице, и мы старались не выбиваться из тройки лучших. И во многом это стало возможно благодаря новому ректору.

Я влюбилась в него до боли, желания меня преследовали, но это было тихое чувство. Я ничего не требовала от него, да и не имела на это право. Единственный раз, когда я позволила себе проявить чувства, это день защиты моего проекта при поступлении в аспирантуру. Удачной защиты. Он поздравил меня, а я на эмоциях призналась, что всегда считала его особенным. Он опешил, я смутилась. На этом все. К разговору мы не возвращались.

Почему же сейчас?..

— Значит, эти чувства не должны пропасть. Я думаю, что мы с вами готовы шагнуть дальше, — он провел пальцем по моей губе. Догадаться, о чем он, было несложно. Значит, слухи правы. Это было больно. — Это будет приятно, Киртана, вы не пожалеете. Вы же знаете, что господин Фиреральд, наш попечитель, три дня как умер? Вот-вот будут рассматривать его завещание… Скорее всего, академию ждут потрясения. Так вот ваш курс, конечно же, тоже никто не закроет. Я забочусь о своих женщинах…

О женщинах…

Тайное пламя, о своих женщинах?!

Я смотрела в красивое лицо ректора и не понимала: почему сейчас? Почему не несколько лет назад?

Я ведь действительно была влюблена. Я была готова на все, чтобы он меня заметил тогда, когда была на последних курсах, когда поступала в аспирантуру. Я бралась за сложные темы, даже выбила ректорскую стипендию. Тогда, когда я призналась ему в любви, тогда он мог бы взять меня. Я сама прыгнула бы к нему в кровать и даже не смутилась. Для него единственного я была бы такой…

Мои чувства остались без ответа, я только промучилась месяц, сгорая от стыда. Он сам поставил точку.

— Н-но ваша жена? — напомнила я.

— У Алиссии много дел, — промурлыкал он мне на ухо. — После рождения ребенка у нее совершенно нет времени на меня. Она и не узнает.

Я мысленно рассмеялась. Ах вот почему сейчас…

Ректор женился два года назад — и стал для меня табу. Потому что женат, потому что я не хотела обманывать.

Была поставлена точка теперь уже мной.

Притяжение физическое исчезло почти мгновенно, отрезало, чужой мужчина. Влюбленность превратилась в уважение и восхищение.

Я закончила аспирантуру — три года, потом принялась замещать преподавателей. Периодически мы общались с ректором на научные темы, он действительно одобрил мой курс, исследования которого были несколько на грани дозволенного научными рамками. Он защищал меня от научного совета, однажды помог донести тяжёлые книги у общежитию. Несколько раз мы пили в его кабинете чай с пирожными, я слушала о делах академии… Я бы не назвала это дружбой или близостью, прекрасно понимала, что мы с ним в разных пространствах находимся. Но «мы оба знаем, к чему всё шло»?