Стенания. В Центре Небытия

1.3 Стенания.

Воспоминания прокручивались в больной голове как на проекторе черно-белого немого кинофильма или пролетали как будто слайды, запечатлевшие определенное событие в жизни, только в хаотичном порядке. Складывалось ощущение, что все они были не его, чьи-то чужие мысли, чужая память. Чувство подмены становилось все сильнее и сильнее и Петр, чтобы не свихнуться от этого, начал рассуждать логически. «Неужели надо мной ставили какие-то эксперименты по внедрению ложной памяти?! Потом выбросили сюда как неудавшийся подопытный экземпляр. А может это только часть эксперимента и самые худшие опыты еще впереди, а это место, где я нахожусь – вольер для испытуемого…» Все эти мысли навеяли на него все подавляющую тоску.

Затекшее тело, лежащее в одном положении, давало чувство дискомфорта и Петр, пребывая в своих мыслях, повернулся на бок и подложил руку под голову. «СТОП!!!» На мгновение он оказался ошарашенным этим телодвижением, точнее тем, с какой легкостью ему удалось это сделать. Ведь до этого тяжело было даже глотать, а движение рукой – просто предел его возможностей. Петр вновь прислушался к своему телу, прочувствовал внутренне каждую конечность и каждый палец. Он попытался пошевелиться снова, но организм словно парализовало, казалось вот-вот и паралич схватит его органы дыхания или сердца, и тогда уже точно «пиши пропало». Но легкие выполняли свою функцию в автономном режиме не прерываясь. Как и сердце, неумолимо билось в груди, выстукивая свой ритм, не сбиваясь хотя бы на долю секунды.

«Но как же мне удалось так легко перевернуться на бок? Так, что я для этого сделал, надо бы разобраться. Ох, и не нравиться мне все это Ребятыыы…» И тут он вновь услышал этот шорох, совсем рядом, где-то наверху, над ним. Он стал представлять и сравнивать, что же этот звук мог ему напоминать, очень уж характерным и до боли знакомым, был этот шорох. Походило, как на скрежет камней при трении друг о друга, при обрушении со скалы, только уж очень резкий и непродолжительный по времени было это звучание. Но камни как бы не сыпались, а наоборот, словно выстраивались очень быстро в нагромождение.

Приподняв голову, Петр прислушался, вдруг удастся еще что-то расслышать. И тут опять осознал, что ему удалось без особых усилий приподнять голову, но она тут же упала на подложенную под нее руку. Как будто она не принадлежала телу и болталась сама по себе на шарнире. «Ну, прям беспредел какой-то Ребятыыы». Только и смог проговорить про себя Петр. Мысли снова каруселью закрутились в его голове. Навалились «кучей всего» на его сознание-песчинку, угрожая завалить своим всеобъемлющим естеством его разум изнутри, но тут же улетучились, канули в неизвестность, откуда, собственно, и появились. Состояние при этом такое же, если подумать обо всем сразу – после чего происходит полное исступление, больше нет смысла думать еще о чем-то…

Но новый шорох заставил его даже вздрогнуть, потому, как он был совсем рядом, словно за соседней стеной и было еще что-то, что напоминало крик. Этот крик Петр слышал уже не раз прежде, причем вне этого места. И когда этот ор повторился, ему без сомнения показалось, что этот протяжный, полный страха, обиды и отчаяния – крик, принадлежит до боли знакомому человеку. Вот только кому именно, Петр вспомнить так и не смог. От чего тоска вновь навалилась на него всей массой, не оставив ему ни единой надежды на какое бы то ни было – прозрение…