Бродячий пес, прекрасные барышни и кунорик

Глава 1.

Ксюша говорила, что «он» скоро придёт. Что «он» - рыжий и вредный, но совсем не плохой, так что маме не стоит больше плакать. Но дети склонны фантазировать. Особенно — одинокие и испуганные.

Вот только он действительно появился в их жизни. Беглец с отчаянным взглядом и кривой улыбкой. Ни во что не верящий циник. Совиголова, кажется, просто не понимающий, что такое страх. Не умеющий бояться.

Но именно такой отчаянный и отчаявшийся человек и был им нужен. Ей и её дочери. А они, возможно, были нужны ему.

Юрий.

- Папа!

Светловолосая девочка улыбнулась, и протянула ко мне руки. И поверьте, мне совсем не показалось это милым, потому что этого ребенка я видел впервые в жизни.

Прошло почти три года с тех пор, как я потерял всё. Возможность вернуться на родину, друга, возлюбленную. И Эрику, глупую девчонку-эмпатку, предпочевшую золотую клетку истинной свободе.

Удивительно, что о потери Эрики я жалел едва ли не больше, чем обо всём остальном. Конечно, я скучал по ним всем. По Ядгару и нашим с ним разговорам, по Алане и той нежности и заботе, что она мне дарила. По тем родным и близким мне людям, что остались на Гардарике. Но от всего этого я мог бы легко отказаться, останься Эрика со мной.

К тому времени, когда я окончательно понял, что готов рискнуть и вернуться за ней, Эрика уже вновь была с Ядгаром. Стала ли она счастливой? Не знаю. Но справившись с первым порывом, толкавшим меня вернуться на Лонгу, и ввергнуть этот мир в хаос, я понял, что нет более безопасного места для неё, чем Лонга. И едва ли не в первые жизни, я поступился своими интересами ради другого человека.

Да-да. Благородный, несчастный и одинокий. Алана наверняка бы обнаружила за моим многословием попытку сбежать от мрачного настоящего, и непременно бы на это указала. Со всей своей нежностью и любовью моя милая Кронберг втоптала бы моё непомерное эго в пыль. Но Аланы не было рядом, да и едва ли она обрадовалась бы, появись я в её жизни снова, пусть даже в качестве клиента. Последнее, что я про неё слышал, что у них с мужем, "потомственным землянином", родился первенец. Я даже послал им открытку почтовым кораблём, хотя зная своего милого рыжего доктора, более чем уверен, что открытка была сожжена.

Впрочем, нельзя сказать, что все три года я только и делал, предавался унынию и вспоминал прошлое. Моё настоящее, хоть и было мрачным, всё же не давало мне возможности предаться меланхолии где-то на берегу океана с бокалом вина в одной руке, и девицей в другой. А иначе, без всего этого, какая польза в меланхолии? Но чего нет, того нет. За три года я сменил три мира. Два раза на мой след вставали лонгийцы. Альге даже не думал прощать меня, и это было весьма скверно, так как этот тип обладал бульдожьей хваткой. Но хотя у Ядгара были неограниченные ресурсы и терпение, всё же найти меня в Космосоюзе ему было непросто - его сфера влияния не распространялась так далеко, да и о моих возможностях он мог только догадываться. Пока я мог не опасаться, что Альге загонит меня в ловушку. А там, глядишь, ветер переменится, и когда-нибудь он всё же простит своего друга. Ну, то есть будет хотеть получить мою голову на блюде немножечко меньше.

Гардарийские симарглы знали меня гораздо лучше Альге, и поэтому были гораздо опаснее. А для меня слово "опасность" является синонимом "развлечение". Когда я понял, что симарглы близко, меня охватило предвкушение. Я знал, что Ксано, которым я служил, и мой родной клан отказались от охоты, а значит, я мог себя не сдерживать. Убивать я никогда не боялся, но вот выступать против своих всё же не хотел. Гардарийцы сами развязали мне руки, послав против меня противников моего бывшего клана. Ксано будут рады, если я ослаблю их врагов, а мне будет приятно попортить кровь тем, кто когда-то презирал меня и считал слабым.

Я первым выследил и убил двух симарглов, что отправили по мою душу, но всё же вынужден был бежать. Гардарийцы никогда не стеснялись использовать административный ресурс, и вскоре меня стали искать уже местные власти. Обвинив в том, что я шпионю на пользу Лонги. Ложь была настолько наглой, что я готов был аплодировать коварству своих бывших коллег!

После почти месяца метания по космосу, я, наконец, решил сделать остановку на одной планетке, Лиас. Мирок был не слишком богатым из-за удалённости от основных торговых путей, но благодаря климатическим условиям почти везде, кроме полюсов, довольно густонаселённым.

Я думал, что найти меня здесь будет непросто, но спустя два месяца обнаружил, что на планете сейчас находятся не менее трёх симарглов. Конечно, они не афишировали, что прибыли с Гардарики, и пользовались фальшивыми свидетельствами личности, но именно благодаря их ИК получилось понять, кто же пожаловал на Лиас.

Я уже успел встроить в информационную систему космопорта Ласаа программу, отслеживающую определённые, подпадающие под нужные мне параметры данные. Консервативность в работе - не лучшая черта гардарийцев, но весьма для меня выгодная. Благодаря предсказуемости симарглов у меня получилось вычислить своих бывших коллег, и проследить их путь. Казалось несомненным, что симарглы знали, что я здесь, но увидеть пока не могли. Зато я их видел отлично. И хотя всё ещё не был готов к новому затяжному побегу, решил не затягивать встречу, а навестить псов как можно раньше.

Для своей временной базы симарглы весьма предсказуемо выбрали город Цинорк. Он не являлся портовым городом, но благодаря крупному медицинскому центру, известном и за пределами планеты, здесь часто селились иностранцы. Это было довольно важно. Местное население довольно однородно по составу. Почти все лиасцы являлись потомками китайцев, и были невысокими, плосколицыми и темноволосыми. В любом другом месте гардарийцы с их славянскими рожами и габаритами потомков викингов слишком сильно бы выделялись. Да и я на местного не тянул. Так что где им ещё искать меня, как не в Цинорке? Мне к ним не подобраться, смешавшись с толпой.