Великолепный век (по сериалу)

8 глава

Вечером Нигяр-калфа и Дайе-хатун привели новых рабынь в общее гаремное помещение для наложниц после окончания осмотра новоприбывших пленниц лекарями в хаммаме.

— Быстрее, быстрее, девушки! Переодевайтесь и ложитесь спать! Завтра вам выдадут новую одежду! — торопилась Нигяр-калфа. Когда-то и она в своём очень юном возрасте была на их месте, но, благодаря своему уму, способностям, сдержанности из обычной рабыни джарийе, убиравшей помещения гарема и почти не имевшей никаких прав, превратилась через несколько лет в младшую калфу, которая теперь работала только для привилегированных лиц гарема и которой подчинялись все джарийе. Чтобы стать унгер-калфой (старшей калфой), девушке ещё было нужно работать, добиваться успехов, за которыми следовало внимание и особенное расположение валиде-султан и хазнедар. Более десяти лет Нигяр прослужила в гареме, получила право выйти замуж и оставить свою службу, но у неё не было такого желания — гарем, дворец она теперь считала своим родным домом, Дайе-хатун почти заменила ей мать, с которой её разлучила судьба, хотя та и была слишком суровой с виду женщиной. А особенно сейчас, когда Нигяр увидела Хранителя покоев Ибрагима — его взгляд она не могла забыть с того часа, как заметила Ибрагима в покоях нового султана.

Гарем султана делился на четыре больших помещения, которые включали в себя множество более маленьких комнат: первое — для евнухов, проживающих в гареме, которые были ответственны за безопасность и порядок; второе — для наложниц (именно сюда Нигяр привела девушек); третье принадлежало матери султана — эти покои находились между покоями султана и помещением для наложниц; четвёртое состояло из многочисленных комнат султана и хамамма. Александра уже успела услышать от калфы про Золотой путь — самую древнюю часть гарема. По Золотому пути султан шёл в гарем после разных церемоний. Когда он проходил, служащие выстраивались в два ряда по обе стороны пути, чтобы получить золотые монеты, которые раздавались в такие моменты; здесь же он мог выбрать девушку, вручив ей небольшой платок-символ — так она могла попасть в его покои и стать фавориткой. Вот почему этот мрачный коридор назывался Золотым путём, или Дорогой, усыпанной золотом. Этот путь был свидетелем огромного количества исторических событий, в том числе и кровавых... При Сулеймане Первом, сразу же после получения им титула султана, началась перестройка помещений из рабочей резиденции в жилой дворец для тысяч людей. В гареме существовала строгая система правил, иерархия слуг и наложниц, управляла этим «женским царством» мать султана. Вниз по иерархии шли сёстры правителя, дочери сестёр и жёны султана.

В наложницы султана или шехзаде родители нередко отдавали своих дочерей или внучек, чтобы у них появилась возможность обратить на себя внимание султана или шехзаде, родить наследника Османской империи и заодно возвысить своих родственников; при этом после ухода из семьи девушка до конца жизни не могла видеть своих родителей и близких. У неё начиналась новая жизнь. Девушкам давали другое имя, обучали всем тонкостям кулинарии, этикета, вышивания, танцам, пению, игре на музыкальных инструментах, любовным наукам. Через определённое количество лет, если девушка не стала матерью наследника-шехзаде, её выдавали замуж за какого-нибудь государственного деятеля и выделяли обоим богатое приданое; стать мужем бывшей наложницы султана или матери султанской дочери (только дочери, при этом девочку султан-отец оставлял в своём гареме, разлучая с матерью, которая не могла подарить ему сына или сыновей, но имела возможность, по желанию султана, выйти замуж за служащего государству и покинуть гарем) считалось почётным.

Каждый шаг девушек, женщин в гареме был прописан в своде правил, сформировавшемся за много веков. Гарем имел всё необходимое для того, чтобы женщины не покидали его годами: питание, одежду, площадки для игр, сады, бани, мечеть, кухни и даже зоопарк. У каждой женщины в гареме султана был свой статус, строго определённые права и обязанности в соответствии с ним. На основании этого статуса определялась величина её жалованья, количество занимаемых комнат или покоев, прислужниц, право занимать какую-либо должность. В каждом гареме шехзаде применялась подобная иерархия. В гареме к женщине статуса от «джарийе» до «хазнедар» при обращении было принято добавлять слово «хатун». К женщинам, получившим статус «султан», при обращении всегда добавляли это слово, но в XIX веке этот титул для женщин упразднили.

Все новые рабыни были послушны, только Александра с омерзением бросила данную ей одежду на пол. Дайе-хатун со злобой зашептала:
— Александра, или как твоё имя, я переломаю тебе все кости. Быстро подними одежду!

Александра продолжала уже с некоторым вызовом смотреть на хазнедар. Нигяр-калфа, заметив такое непослушание джарийе, с силой заставила девушку собрать одежду с пола. Мария и некоторые другие испуганно смотрели на взбунтовавшуюся и на этот раз Александру.

— Внимательно слушайте! Я никого не прощаю за такое поведение. — Дайе посмотрела на Нигяр — пусть та продолжит вразумлять девушек, особенно эту непокорную.
— Здесь дворец Топкапы, покои великой Династии Османов. Все вы — рабыни султана Сулеймана. А та, кто отвечала тебе на твоём языке, — Валиде-султан, мать нашего повелителя! — Нигяр пыталась внушить Александре, как нужно себя вести и как важно соблюдать порядок, чтобы выжить в гареме.
— А откуда она знает наш язык? — Мария была доброй, довольно любопытной и весёлой девушкой и собиралась как можно больше узнать об огромном доме, в котором ей теперь предстояло жить, и его хозяевах.
— Она — дочь крымского хана Менгли-Гирея. И вошла во дворец не как рабыня, как сейчас все вы, а как законная жена султана. — Дайе-хатун величественно вышла из комнаты наложниц.
— Девушки, всем ложиться спать! А ты подойди-ка сюда! — Нигяр-калфа решила продолжить наставлять Александру на выгодный для неё же, Александры, путь. — Мы все пришли сюда как рабыни. Но если ты одумаешься и будешь умнее, то ты перестанешь быть рабыней. Учись: держи рот на замке, будь хитрее. Всех девушек, которые рядом с тобой, готовят для султана. Если выберут тебя, если ты сумеешь привлечь внимание повелителя и осчастливить его, родишь ему сына, то ты станешь его главной женщиной, а то и женой. Миром будешь править... — Нигяр последовала за Дайе-калфой.
— Что она тебе сказала, Александра? — Мария снова подошла к подруге.
— Ничего не сказала. Давай ложиться.

Сжав в ладони свой христианский крест, который она носила с самого рождения и раньше никогда не снимала с себя, Александра задумалась над словами калфы. Впервые после той страшной трагедии в церкви и захвата в плен, немного приободрённая поддержкой Нигяр, девушка попыталась заснуть. Нужно начинать новую жизнь: своему горю не помочь слезами и не вернуть дорогих её сердцу людей. А память об умерших не есть ли счастливая жизнь тех, вопреки всем горестям и невзгодам, кто помнит и будет помнить о них?..