Камешки 2 (первая Школа)

глава 2

Глава 2

ЛЮЙ. Странствие

Представьте себе, что вы путник, быстро идущий по дороге, в то время как ветер гонит за вами пламя по сухой траве. Если вы замешкаетесь и запачкаетесь, вы больше не путник. Вы всегда должны быть опрятно одеты, иначе вам не будут оказывать доброго приема. Кроме того, всегда на вашем пути будут попадаться люди, которые захотят идти с вами. Будьте внимательными и выбирайте достойных.

(Книга Перемен)

— Кажется, он вообще никогда здесь не убирал, — устало сказал Малак, глядя на высоченную кипу бумаги, опиравшуюся на стену.

Яс пробормотал что-то непонятное. Он как раз смотрел на свет сквозь содержимое пузатой колбы. Вообще, если бы магистр Леска не сидел в кресле, наблюдая за грандиозной уборкой, Яс бы уже уполовинил количество этих колб. А так, не рисковал.

Уборка лаборатории стала для парней наказанием. Причем грандиозным наказанием. Все предыдущие попытки навести порядок в лаборатоии Лески закончились грандиозным провалом. Даже Роан плюнул, едва начав, поняв, что угробит на это кучу времени, а результата все равно никто не заметит. Потому что любимый руководитель почти сразу захламлял прибранные места, и все возвращалось на круги своя.

Малак, Яс и Льен этого пока не поняли, так что впереди маячила надежда все-таки закончить уборку и заняться чем-то поинтереснее. А Роан делиться опытом с ними не собирался. У него были свои проблемы.

Первой из проблем стал опять прилетевший Хэнэ. Он за полдня поставил на уши школу, успев достать половину магистров рассказами о чудесных летающих машинах, с не менее чудесными шарами, наполненными легким газом, и еще более чудесными рулевыми винтами. Не хватало этим машинам только одного — самой чудесной на свете защиты от огня. Потому что очень легкий газ оказался еще и очень горючим.

К полудню те маги, с которыми Хэнэ пока не поговорил, уже знали, что от него следует убегать и прятаться, чем и занялись. Одна впечатлительная местресса даже со своей лекции сбежала, заявив на полуслове, что ей срочно надо выпить чаю, а то горло болит. Пить чай она отправилась через окно. А Хэнэ так и остался стоять в дверях и думать, к чему бы это?

Студентусам, впрочем, представление понравилось.

Убедившись, что больше в школе не осталось магов, желающих с ним поговорить, Хэнэ взял брата за шкирку, оторвал от расчетов защиты-татуировки для первого добровольного испытателя и повел к маготехам. Роановы попытки объяснить, что у него дела и что в сопровождающие лучше взять Яса, разбились как об глухую стену.

В итоге, почему Хэнэ не смог сходить туда сам, Роан так и не понял.

Кикх-хэй носился по зданию, как сумасшедшая белка. Несчастные служащие отправляли его друг к другу, в надежде, что либо ему надоест и он уйдет, либо наконец явится какое-то начальство и сможет разобраться в его вопросе.

Почему это начальство отсутствует, куда делось и когда придет, служащие почему-то не говорили. А одна особо нервная девица еще и краснела в ответ на все вопросы.

Начальство явилось тогда, когда служащие уже начали расходиться. Было оно нетрезвое, очень веселое и жизнерадостно обещало всех расцеловать. Зато с Хэнэ этот индивидуум согласился поговорить с большим удовольствием и позвал секретаршу, ту самую краснеющую девицу, записать этот очень важный разговор.

Оставив довольного Хэнэ и слегка протрезвленного специалиста по новшествам разговаривать, Роан поспешил в школу, надеясь, что на этот раз получится завершить расчеты.

Его надеждам было не суждено сбыться. У самых ворот ему встретились двое мужчин. Одного он знал — это был брат Йяды. Второй был постарше, незнаком, но так похож на первого, что несчастный маг сразу понял — это тоже родственник и, вероятно, такой же умный, как придурковатый воин.

— Вот он! — жизнерадостно сказал братец Йяды и указал на Роана пальцем.

Спутник легонько стукнул его по руке, заметив, что тыкать пальцем в людей не вежливо, а потом величественно оглядел Роана с головы до ног. Взгляд был такой, что маг, как минимум, должен был почувствовать себя селюком в навозе, незнамо как оказавшимся на королевском балу. Особое внимание незнакомец уделил пыльным штанам и не шибко чистой обуви.

— Так, — наконец сказал он.

Роан, на которого разглядываение особого впечатления не произвело, хмыкнул и попытался обойти загораживающую проход парочку. Интерес к этим людям он потерял почти сразу, его гораздо больше беспокоили расчеты.

— Какой невежливый, — задумчиво сказал мужчина старше, заступая дорогу.

— А? — отозвался Роан. — Здоровья. Извините, у меня дела.

— Ты, ты оскорбил мою сестру! — рявкнул мужчина младше.

— Когда? — вяло удивился Роан, поняв, что этот день загублен полностью и безвозвратно.

— Ты!

— Помолчи, — тихо велел мужчина старше, и воин, к удивлению Роана, моментально замолчал. — Молодой человек, по утверждению моего сына у вас роман с моей дочерью.

— Ага, значит, отец, — рассеянно сказал Роан.

— Так вот, — продолжил говорить папаша Йяды так, словно и не услышал замечания, — должен вас предупредить. Моя дочь, конечно, слишком долго тянула и уже практически растеряла все шансы на удачное замужество. Но это вовсе не значит, что я буду рад первому встречному.

Роан удивленно на него вытаращился и покачал головой. Как такая красавица, как Йяда, вообще может потерять на что-то там шансы, он, откровенно говоря, не понимал. Видимо, у этого папаши какие-то другие представления то ли о том, что ценится в женщинах, то ли об удачном замужестве. Или он считает, что каждая уважающая себя девушка к шестнадцати годам должна быть замужем, а лучше еще и с ребенком. Иначе настоящей женщиной ей не стать. Слышал Роан когда-то такие рассуждения.