Когда её совсем не ждёшь

Глава 3. Дочь Охотника

- Король устраивает бал в честь дня рождения принца, - как бы невзначай обронил сидящий за столом мужчина. – И наша семья, разумеется, тоже приглашена. Предвидя твои возражения, скажу, что это очень важное мероприятие, и в этот раз у тебя не получится отговориться головной болью, как это было со свадьбой твоей тетки Анны. Пора тебе быть представленной ко двору, должна же, наконец, моя дочь познакомиться со своим королем.

Сьюзен с тоской посмотрела на своего отца, седеющего, но все еще крепкого мужчину, и поняла, что отвертеться ей никак не удастся. Не в этот раз. И снова, как обычно, ей вспомнилась мама. Уж она-то смогла бы повлиять на отца, и ее мнение для искренне любящего ее мужа было всегда очень важным. Прогоняя нахлынувшую тоску по матери, чья внезапная болезнь и еще более скоропостижная смерть стали для них с отцом очень большим ударом, девушка кивнула отцу, выражая свое согласие, и, отставив так и недоеденный завтрак, встала из-за стола и отправилась к себе в комнату.

На праздник должны были съехаться почти все знатные семьи со всех уголков государства, а королевские Охотники, как известно, тоже были дворянами. Будучи дочерью лучшего из Охотников, на счету которого были десятки пойманных и убитых опаснейших магов королевства, Сьюзен была просто обязана пойти на этот бал. Но, ее совершенно не прельщали все эти светские сборища, и даже некоторое волнение от предстоящего знакомства с самим государем быстро сошло на нет. Ей всегда были скучно слушать пустые сплетни, присущие любому подобному сборищу, а танцевать она не слишком любила, потому вечно отсиживалась где-нибудь в уголке. К тому же ее ум сейчас занимало совсем другое – недавняя странная встреча. Она до сих пор не могла понять, было ли это на самом деле, или ей привиделось. Она встретила того, о ком грезила вот уже больше года.

Сьюзен точно не помнила, когда в ней вдруг пробудились эти глупые и опасные чувства. Помнится, она увидела портрет этого темноволосого юноши на столе у отца, в его рабочем кабинете, и его тщательно прорисованное на плотном листке бумаги лицо так заинтересовало девушку, что она тут же решила узнать, кто это. Отец нахмурился, когда она спросила его о нарисованном парне, и посоветовал дочери не совать свой нос в королевские дела. Подогреваемая любопытством и обиженная столь категоричным ответом, Сьюзен в тот же вечер тайком пробралась в кабинет, дождавшись, когда он в очередной раз отправится на службу. Отыскав заветный рисунок среди множества бумаг, заваливших стол, девушка во все глаза уставилась на заинтересовавшую ее личность, гадая, кто же это на самом деле такой. На обратной стороне листка она прочла имя – Сэм Стилл, а порывшись в архивах отца, спрятанных, как он думал, в надежном месте, она узнала, кем на самом деле был этот незнакомец. И тут бы ей испугаться или вообще выкинуть этого парня из головы - потому как именно на таких, как он, магов-отступников, и охотился ее отец. Но бестолковое девичье сердце не желало прислушиваться к здравому смыслу, начиная биться все быстрей при взгляде на портрет того, кто перешел дорогу таким, как ее отец.

Этот юный маг был хитер и изобретателен, он никогда не доводил дело до прямого противостояния с Охотниками. Его преступления больше походили на попытку позлить Охотников, заставить их понять, что остались те, кто не желает мириться с существующим порядком. И этим он еще больше нравился Сьюзен – своей непримиримостью, бунтарским духом и храбростью, граничащей с отчаянностью.

Она следила за всеми его приключениями, попадающими к отцу в архив в качестве очередной папки с бумагами, где весьма подробно были описаны похождения дерзкого волшебника, и искренне радовалась каждый раз, когда ему снова удавалось обвести вокруг пальца своих преследователей. Девушка лишь надеялась, что ее отцу никогда не придется встретиться с Сэмом лицом к лицу.

Но, в конечном итоге, судьба столкнула с ним саму Сьюзен. Или все же ей это лишь показалось? Но нет, это был он, точно! Она стояла к нему так близко, что успела рассмотреть каждую черточку его лица, почти в точности скопированную на том портрете в кабинете отца. Та буря противоречивых чувств и эмоций, возникших в момент встречи, чуть не свела ее с ума. Ведь если честно, на самом деле она влюбилась просто в картинку, в имя, упомянутое в отчетах ее отца. А какой он на самом деле? Может ли так случиться, что он окажется совершенно другим человеком, совсем не таким, каким она нарисовала его в своем воображении? Возможно ли, что отец прав, и он настолько опасен, что ей лучше навсегда забыть об этой странной симпатии?

***

Королевский бал, как и ожидалось, был устроен с большим размахом. Огромный банкетный зал дворца шумел и гудел, словно улей, воздушные разноцветные платья дам кружили по залу этакой радугой, разбавляемые черными камзолами их кавалеров; сам зал был наполнен ярким светом множества хрустальных люстр, свисавших с высокого потолка, украшенного лепниной. На небольшом постаменте в дальнем конце зала музыканты услаждали слух публики негромкой мелодией, а вместе с музыкой по воздуху разносились аппетитные запахи жареных фазанов, печеной телятины и прочих угощений, которыми государь решил сегодня потчевать своих гостей.

На балу их с отцом лично встретил первый министр, выказывая им тем самым свое почтение. Худой, как щепка, с белой от седины головой, мужчина приветственно поклонился Бланту, вежливо улыбнулся Сьюзен, и тут же, с важностью в голосе произнес: «Король ждет вас, он поручил проводить своего главного Охотника и его дочь к нему сразу же, как они прибудут. Следуйте за мной».

Сьюзен бросила удивленный взгляд на отца, но тот лишь пожал плечами, и это слегка насторожило девушку. Похоже, отец не просто так настаивал на ее обязательном присутствии на этом балу. Что ж, скоро она об этом узнает, не так ли? Вдохнув поглубже, насколько позволял ей туго затянутый корсет платья, девушка шагнула вслед за своим отцом.

Чуть не потеряв его и министра из виду среди толпы, она насилу протиснулась меж двух дам с пышными формами, такими же, как и их платья, и почти вывалилась под ноги стоящей возле длинного, уставленного яствами, стола группе людей. С трудом, но устояв на ногах, она быстро выпрямилась и подняла смущенный взор на присутствующих, чьи внимательные лица также были устремлены на нее.