Горизонт событий. Часть 2

Глава 2

Глава 2

… Мельком увидев себя в одной из зеркальных панелей верхнего балкона на третьей палубе, я признаю: выгляжу эффектно. Словно смотрю на кого-то другого. Я и есть кто-то другой – прекрасная и недоступная (вот прям «ни-ни») аниман-дива.

Сознание как бы раздваивается. Мне нравится играть роли: наблюдать за людьми, исследовать разнообразие человеческих характеров и привычек что смешивать из них новую личность, как алхимик зелье.

Грациозная танцовщица в брючном костюме из заоблачно дорогого паучьего шелка (производят его жутко капризные в содержании и разведении арахниды с планеты Окто) шагает, держа на поводке очаровательную киберкошку. Мы с Белли и по отдельности представляем незаурядное зрелище, а вместе – это просто персонажи из какого-нибудь влажной ментальной проекции, которыми полна дарк-сеть.

Глеб-2 покопался в кор-плате Пузички, и теперь ее шерсть светится нежно-голубым. Я и не знала, что внешность кобутзу можно кастомизировать под свои пожелания. От себя я добавила в ее образ серебряные когти.

Белли чувствует внимание и ведет себя так же гордо и высокомерно, как ее хозяйка.

Вот и лестница. Останавливаюсь, окидывая взглядом зал внизу. Он огромен и залит светом тысяч люстр.

От лестницы сложными изгибами расходятся кабинки, достаточно условно отделенные друг от друга голографическими экранами. Во время торжественных церемоний экраны исчезают, и зал становится единым целым. Как упомянуто в рекламном буклете, лестница может трансформироваться – разъезжаться в стороны, образуя сцену. Пространство перед сценой превращается в танцзал, на лайнере имеется дорогая майнд-аппаратура для создания проекций. В общем, не корабль, а мечта туриста.

Палубы «три», «четыре» и «пять», в отличие от нижних, шестой, седьмой и восьмой, доступны лишь пассажирам первого, второго и вип- классов. Еще только полдень, а количество драгоценностей на квадратный фут впечатляет и устрашает.

На четвертой палубе расположены бассейны, теннисные корты, детские развлекательные площадки и гольф-поля, частично виртуальные. Пятая – релаксационная, там стоят массажные кабинки, спа-капсулы и диагностические боксы.

Пассажиры, благополучно пережившие недавний торс-прыжок в каютах, охотно осваивают удобства «Венесуэлы». Кто-то доедает ланч, кто-то смотрит новости и неизменную рекламу на голо-экранах.

На нас обращают внимание. Очень удачно получилось: я остановилась на середине лестницы, словно героиня фильма о золотых веках на Старой Земле. Глеб-2 тоже хорош. Я слышу возбужденный шепот. Многие признали в циклоне (нашивка AI не дает перепутать киборга с человеком) копию Демидова, участника модного шоу «Свободный мужчина» и его наиболее вероятного победителя.

А вот и сказочный принц. Гроссель с улыбкой стоит у последней ступеньки, протягивая мне руку. Капитанская форма отлично сидит на нем, невероятно голубые глаза сияют.

Сладкий, но не приторный. В меру высокий, мускулистый, но не гора мышц. О таких говорят «красив, как античный бог». Модификации (а они наверняка есть, человек не может быть настолько привлекательным) не бросаются в глаза. Вот эти густые, низкие брови и тонкие губы портили бы весь вид, будучи исправленными до модного стандарта. Интеллект угадывается даже просто по тому, что человек дослужился до капитана огромного лайнера.

… Руки я не подала, сошла вниз, холодно окинув фигуру капитана взглядом. Гроссель усмехнулся и спрятал руку за спиной. И правильно сделал, целее будет. Во-первых, Белли настроена игриво. Во-вторых, она вообще не любит, когда кто-нибудь тянет ко мне конечности. Пузико считает себя моим телохранителем не меньше, чем Глеб-2.

— Матисса Каато, — глубоким бархатистым голосом произнес капитан. — Мы все ждем вашего выступления сегодня вечером.

— Я не давала согласия, — сухо ответила я.

План Глеба-2 таков: я неприступная стерва, романтические отношения меня не интересуют, дополнительной известности не ищу, мне ее и так хватает. До общения с незнакомцами едва снисхожу, сказываются мои обиды на кластерцев, долгое время ограничивающих права аниманов. Денег у меня навалом, концертную деятельность регламентирует некое процветающее агентство. Лечу на Сапэ, никого не трогаю и требую, чтобы меня полностью оставили в покое.

Но… у каждой стервы, даже такой недружелюбной, всегда найдется некая слабость. У Матиссы Каато она тоже имеется. Если Гроссель заинтересован в новой победе (а он будет заинтересован, как любой «хищник», которого всего лишь требуется раззадорить), слабость аниман-дивы – его шанс.

— Вы чуть не пропустили ланч, госпожа Каато, — голос у Гросселя был под стать его глазам – глубокий и «мерцающий». — Я, кстати, тоже. Я заказал закуски из экзотических видов мяса с планеты Эль Корасон. Рискну пригласить вас за свой столик.

— Это неоправданный риск, господин Гроссель, поверьте. Кстати, я вегетарианка, — холодно бросила я через плечо, делая вид, что ищу свой кабинет.

На самом деле, я прекрасно знала, куда меня определила компьютерная программа «Венесуэлы», вернее, Скиппи, слегка ее взломавший – рядом со столиком миссис и мистера Джойбуш.

— Пятьдесят пятый, — любезно информировал меня Гроссель, наверняка украдкой подсмотревший рассадку через имплант, — с лежанкой для вашей… кошечки.

Я равнодушно дернула плечом и двинулась через зал. Капитан не мог не заметить, что я не обратилась к помощи киборга, которому по определению полагалось выполнять функции секретаря. Пусть. Я демонстративно дала понять, что мой циклон – лишь рекламный ход, навязанная мне услуга. И ни в коем случае не моя секс-игрушка. Образ удовлетворенной в сексуальном плане стервы противоречил моим целям.

Катти и Феликс Джойбуш путешествовали вместе с сыном. Я припомнила задание «Лилии»: по возможности втереться в доверие к паре и их ребенку. Ребенку? Алекс Джойбуш, одиннадцать лет. На вид самый обычный парнишка. Малоежка, судя по тому, с кокой скоростью и воодушевлением доедает ланч. Бледненький и худенький. Возможно, Алекс плохо перенес торс-прыжок, хотя дети обычно даже не замечают входа в червоточину.