Шестикрылый Дракон

2.1

- Пребывать в тревоге меня заставляет не это, господин, а то, что опасность ожидает всех наследников У. - акцентировал звездочёт. - И, если спасение вымолено почившей правительницей-матерью одному, то значит, и другим, - он вновь сделал выжидающую паузу, позволяя генералу верно услышать сказанное, после чего, наметив прощальный поклон, уплыл обратно, в сторону шатра главнокомандующего.

Сообщили о прибытии генерала. Почему-то Сону это встревожило, но и обрадовало. Конечно, ведь, он - единственный человек, поддерживающий её. Чужачка со своими секретами не могла положиться на генерала Фань во всём, однако, «поплакаться в жилетку» после неприятного разговора с не менее противным фанатиком собственного воображения – вполне. Добрый здоровяк Мо Джун казался ей отдушиной. Как же хотелось доверять хоть кому-то!

- Как прошли Ваши дни, госпожа, - улыбнулся генерал, указывая на стопку книг с военными учениями.

- Есть что-то, чего мне не понять.

- Могу я предложить свою помощь?

- Что значит: «… твои солдаты должны бросаться, словно небесная огненная река…»? – начала свою игру интриганка. Смысл слов ей был более чем понятен, целью же заключалась в том, чтобы получить ответ от него.

- Не читайте слова «Чжаньчжэн[И1] » прямо, госпожа. Прочитанные строки стоит понимать так: твои атаки и манёвры должны быть быстрыми.

- Благодарю, Вас генерал! – девушка разыгрывала самую искреннюю радость от того, что способному ученику разъяснили сложную задачу. Всё же, мужчинам нравится чувствовать себя спасителями. Во всяком случае, Сона на это надеялась.

- Прошу меня простить, я пропустил книгу на языке раннего Пинхэн. Завтра отправлю трактовку Би И[И2] , объясняющего сложные словосложения «Чжаньчжэн».

- Боюсь, я могу упустить важное. Разрешите ли мне просить Вашего совета, когда встречу сложность?

- Буду рад, - соблюл формальность генерал.

- В таком случае, могу я называть Вас своим учителем? - склонилась Сона, надеясь на его дальнейшее расположение. Дорамщица знала, что учитель и ученик в ту эпоху становились семьёй. Это был её шанс по-настоящему заполучить сильного покровителя! Не равнодушного и номинального, не обманывающего своей добротой, а настоящего!

На лице Фань Мо Джуна читалось смятение:

- Прошу, госпожа, не стоит меня считать достойным чести, именоваться учителем. - вежливо отказался тот.

Девушка была раздосадована. Во-первых, не получилось, а во-вторых, и самых главных, она испытала жгучий стыд. Поспешила! Нужно было продумать и вариант, при котором он откажется. Да ещё и на глазах у всех слуг!

- Однако, я, насколько позволят мои знания, готов Вам помочь. - смягчил падение опозоренной мужчина.

- Благодарю. - тихо произнесла Сона, прощаясь с недосягаемым защитником.

- Госпожа, - позвала её старшая служанка, когда остальные занялись уборкой после ухода гостя, - генерал не мог согласиться, ведь быть учителем – значит, стать отцом. У нас есть поговорка: «Если однажды ты назвал кого-то учителем, значит, он стал тебе отцом на всю жизнь».

- Как тебя зовут? – впервые поинтересовалась пленная.

- Ман Ди[И3] , госпожа, - поклонилась рабыня, удостоенная внимания со стороны хозяйки.

- У тебя два иероглифа?

- Да, госпожа, у старших слуг во дворце в имени имеются два иероглифа.

- Поняла. - кивнула Бай Ан Лиу в знак того, что служанка может идти.

«Да, с такой ответственностью для молодого мужчины я переборщила».

Стараниями придворного гадателя, приготовления к празднику закончились вовремя. У Соны сложилось стойкое впечатление о том, что подготовка началась задолго до приезда заложницы в лагерь.

Сейчас её в полном торжественном облачении вели в главный храм, предназначенный исключительно для главнокомандующего. У Син Дао вошёл первым, за ним Ян Це, замыкала колонну Посланница Богов, проклиная тяжелое плотное церемониальное облачение, стесняющее движения и дыхание, с учётом полуденной южной жары. Остальная процессия выстроилась снаружи, организовав два ровных ряда по обе стороны от входа.

Сона чувствовала себя, будто на венчании: неудобная одежда, официальная торжественная обстановка, нужно выполнять определённые правила, которым её обучали всю ночь. Спала виновница суеты мало, находясь в тревоге, ведь не известно, к чему ситуация приведёт, да и зачем она это делает? Призналась себе исполнительница вынужденной роли и в волнении. Все мы боимся совершить ошибку во время важного мероприятия, даже если оно нам не нравится.

Звучали громогласные гонги[И4] , солдаты стояли поодаль. Кажется, посмотреть на представление собрался весь лагерь, даже куртизанки и лекари. Вся эта помпезность нужна была Ю Ху с одной целью – поднять воинский дух, так как впереди ждут важные сражения! И, конечно, солдатам спокойнее идти на поле боя, веря в божественную защиту. Главнокомандующий был расчётлив: он знал себя, свою армию, местность и врага, а потому всегда побеждал!

Храм располагался по правую руку от личного шатра У Син Дао. Палатка была небольшой по размеру. С низкого купола проникало не так много солнечного света. Прямо напротив, на пьедестале возвышалась статуя юноши, чуть ниже человеческого роста, за спиной которого виднелись шесть птичьих крыльев, а голова его была увенчана рогами дракона. Под ногами божества, на низком столике стояли жертвенные подношения: миски с фруктами и традиционными сладостями, кувшин с вином и свежая тушка убитого петуха.