Позолота вся сотрётся...

Глава вторая. Путешествие дирижаблем, или моя бабушка во всей красе.

- Николь, ты как предпочитаешь добираться до поместья семьи Соррель, поездом или же дирижаблем? - бабушка тихонечко мурлыкала какую-то песенку, пересчитывая задаток который дали за наш домик.

На  ее лице сияла благостная, умиротворенная улыбка, а голос немного хрипел. Еще бы! Фло спорила и торговалась с покупателями наверное в течении целого часа. В ход шли и наглая лесть и цветистые, восхвалительные оды нашему чудо-домику. Пожилая чета оборотней-крыс, соглашалась с горячими речами моей бабушки. Но затем они, словно спохватившись начинали рьяно сбивать цену. В конце концов, соглашение было достигнуто. Задаток состоящий из хрустящих купюр приятного, розового цвета перекочевал в подрагивающие от нетерпения руки моей бабушки.

Покупатели отбыли восвояси. Перед этим они еще раз обошли все комнаты, попрыгали по паркету, проверяя его на прочность и посетили пыльный чердак, что бы удостовериться, что пространственная магия присутствует и там. А так же пересчитали фарфоровые чашки в дорогом, чайном сервизе, новые простыни в огромном комоде и даже не забыли поставить метку на пузатом бутыле с вишневой наливкой. Ведь по договору через три дня все это будет их имуществом. За него они платят деньги, а хозяйственные и прижимистые крысы не привыкли ими швыряться просто так.

Я не участвовала в этом безумии. Мне было очень жалко покидать наш домик, в котором я родилась и в котором прошла вся моя короткая жизнь. Я с болью в сердце бросала свой красный, верный велосипед, на котором уже через три дня будут гонять мелкие мальчишки-крысята, внуки наших покупателей. Мой старый, колченогий мольберт наверное пустят на растопку камина, а краски которые не смогу с собой забрать попросту выбросят.

- Николь, ты мне не ответила! - требовательно и хрипло раздался голос бабушки над самым моим ухом.

Я подскочила от неожиданности и схватилась за сердце.

- Ба! Ну разве можно так пугать!

Флоренс довольно хмыкнула и обняла меня за плечи.

- Ну, вот хоть какие-то эмоции у тебя появились, а то ходишь бродишь по дому печальной тенью. А зачем так переживать? Уверяю тебя, поместье Соррель такое огромное, что найдется место твоим краскам и новому мольберту. Дом в столице тоже огромный. Правда конечно, погода тебе с непривычки покажется холодной и неприветливой, все таки север страны, это тебе не благодатный и щедрый юг. Но увы, наша столица расположена в не самом удачном месте.  Я и сама, по правде говоря с ужасом думаю о пронизывающих, холодных ветрах и о косматом тумане осенью. Но зато там удивительно красиво, вот увидишь тебе понравится! Какие пейзажи ты сможешь там нарисовать! С какими людьми познакомиться!

Фло на минуту задумалась. Ее лицо напряглось, а глаза блеснули зеленым светом.

- Вот с людьми знакомиться, наверное будет не очень... Хочу тебя сразу предупредить, что доверять Соррелям, равносильно совать руку в пасть тигру. Кстати о тиграх. Ты же знаешь, что клан Баффа, это клан тигров? - она понизила голос и вопросительно подняла правую бровь. - Они тоже обязательно будут там. Ты уж лапушка, будь добра, свое негативное отношение к двуликим спрячь куда подальше. Договорились?

Бабушка взяла меня за руку и потащила за собой открывая низенькую калиточку.

- Ба, мы куда? - успела спросить я, мелко семеня за решительно настроенной Флоренс.

- Мы в магазин мадам Рози. Времени совсем мало. Ты же должна понимать, что объявиться в столице мы не можем вот в этом! - она обвиняюще ткнула пальцем в мое любимое, голубенькое платье. - Деньги у нас теперь есть, а значит повода для зубоскальсва моей сестрички мы не дадим!

В магазине мадам Рози, мы проторчали почти до вечера. Моя бабушка словно помолодела. Ее глаза сияли и лучились восторгом когда она разглядывала  новинки моды. Тонкие пальцы чуть подрагивали перебирая платья и кружевное белье. Она с удовольствием вдыхала запахи новой кожи которые источала обувь, новомодные корсеты и все эти бесчисленные ремешки и ремешочки, пояса и шляпки.

- Прелестно, прелестно! - бормотала она, разглядывая себя в очередном наряде. - Какое невообразимое, фантастическое и в тоже время весьма гормоничное сочетание тонких кружевов, шелка и брутальной кожи! Николь не стой столбом, выбирай!

Я смотрела на отражение бабушки в большом, круглом зеркале. Темно-коричневый корсет с многочисленными застежками и блестящими крючками, плотно охватывал кремовую пену дорогих кружевов, делая талию Фло, весьма стройной. Великолепная грудь лишь выигрывала от этого, соблазнительно возвышаясь над мягкой кожей корсета. Белые ботиночки на крючках, выглядывали из-под светло-коричневых кружевов укороченного подола. Пожалуй называть ее "Ба", у меня теперь не повернется язык.

Флоренс развернулась ко мне и сурово нахмурила рыжеватые брови.

- Николь! Ну, что ты все мечтаешь? Примерь вон ту парочку платьев, что тебе отложила мадам Рози.

Теперь я придирчиво рассматривала в зеркале собственное отражение. Талия стянутая черной кожей корсета, казалось сейчас переломится. Белые кружева жабо, фальшиво уверяли, что под ними возможно найдется грудь. Если конечно хорошо поискать. Серое, в золотистую полоску платье, плотно охватывало тонкие руки и мягкими складками лежало на бедрах. Из-под его укороченного подола брызгали белоснежной пеной кружева. Платье мне понравилось, как и еще пара обновок. Но больше  всего мне понравился коричневый, кожаный планшет. У него было такое количество всевозможных карманов и карманчиков в которые без труда поместятся все мои карандаши. В его потайных отделениях можно будет прятать рисунки. А листы бумаги и блокнот не будут мяться в его толстых, надежных стенах.

Домой мы добрались поздно. Фло еще долго перебирала содержимое многочисленных, больших пакетов и маленьких пакетиков, напевая песенки она с удовольствием вертелась перед зеркалом, а я от усталости завалилась спать.

Через три дня получив полный расчет за проданный дом, мы с бабушкой имея маленький багаж ступили на палубу воздушного корабля. Выбор в его пользу был сделан по той простой причине, что Фло никогда раньше не летала, а я хоть и боялась высоты но спорить с ней не стала. Она загорелась идеей полета, словно ребенок. И мне было жалко убивать в ней это стремление к неизведанному. Хотя внутри точил червячок сомнения, который предупреждал, что полет - затея не из лучших.