Нафеячу по полной, или Наполовину ведьма

Глава 6

– Такого крепкого орешка за всю мою достаточно долгую практику на посту ректора еще не наблюдалось, – сокрушенно вздохнул Рзоу. – Поймите, мне необходимо знать все о каждом поступающем, тем более о таком сильном субъекте, как вы.

Субъектом меня еще никто не называл.

Он что, думает, я проникнусь его речью и все выложу на блюдечке с голубой каемочкой? Ага, сейчас.

Я закатила глаза и внезапно рассмотрела над головой мужчины люстру, на которой сидела... Беляна? Мои глаза округлились. Как ей удалось проникнуть обратно. Я же видела, как она вместе с хранителем выходила за дверь.

Белка красноречиво закивала мордахой, легонько провела правой конечностью по своему рту так, как будто закрывала его на замок, а потом сложила лапы на груди.

Я никогда не понимала игру в «Крокодила». Не могла ни толком изобразить запрашиваемое слово, ни отгадать. Белка даже не удосужилась показать количество слов, и что это: прилагательное, сказуемое или подлежащее. Честно пыталась понять, однако в моей голове был такой сумбур и кавардак, что разобраться в знаках зверюшки не представлялось возможным.

Белка шлепнула себя по лбу и показала удушье с высунутым языком. Я повторила за ней, намереваясь побыстрее раскусить ее гениальный замысел. Но ничего не выходило.

Со стороны ректора раздалось шуршание. Ой. Как я могла забыть про синеглазого?

Я опустила взгляд, чтобы посмотреть, что там происходило.

С облегчением поняла, что мои гляделки с Беляной для него остались незамеченными.

Мужчина закрыл свою записную книгу, и вперился в меня внимательным взглядом опытного хакера, который замыслил взломать Пентагон. Я даже представила, как в его голове крутятся шестеренки. Ненароком подумала, что сейчас снова начнет копаться в моей голове. Но эльф удивил:

– Да вы больны. Почему сразу не сказали, что плохо себя чувствуете? Своим недавним вмешательством, я же мог значительно усугубить ситуацию.

– Так не вмешивались бы! – возмутилась я.

Мужчина вскочил со своего насиженного кресла, приблизился ко мне и приложил свою приятную прохладную ладонь к моему лбу. Я зажмурилась от удовольствия и, когда он хотел отстраниться, не позволила ему сделать этого, ухватившись за его кисть, как за спасительную соломинку.

– Знаете что сделаем? – не оставляя попыток забрать свою конечность, проговорил ректор. – Вы сейчас же меня отпустите, а я вам выдам шар распределения.

– Еще чего, – возразила я, вцепляясь в его руку еще сильнее. – Не отдам. Мое.

– Он живо вас определит на факультет, – продолжал говорить ректор, как душевнобольной, – а потом хранитель перебросит вас в крыло к целителям. Как только более или менее придете в себя, Грен поможет с заселением — подберет вам комнату. А потом снова встретимся в моем кабинете. Я пришлю вестник.

– Ваш хранитель уже так помог! – с сарказмом в голосе проговорила я, продолжая наслаждаться прохладой кожи ректора. – Век не забуду, – продолжила, чуть ли не мурлыча от блаженства.

– Ну же, Анастасия, будьте хорошей девочкой, перестаньте, наконец, эксплуатировать мою руку, – хмыкнул мужчина. В его глазах неожиданно появилось веселье.

– Называйте меня Алана, – поправила его я, а затем великодушно разрешила: – Ну, хорошо, давайте ваш шар сюда. Надеюсь, что его поверхность такая же прохладная, как ваша конечность.

Высвобожденный из моих крепких «объятий» ректор, живо направился к шкафу, достал шар, а после вернулся ко мне.

– Держите, – протянул он хрустальный, холодненький предмет. Захотелось сразу же приложить его к своему лбу. Но я не успела этого сделать. В моих ладонях, он начал мигать как безумный.

Что все это значит?

– Не переживайте, – ректор ободряюще подмигнул и дотронулся до моего плеча. – Просто сосредоточьтесь на своей силе.

Сосредоточишься здесь, когда ко мне прикасается такой великолепный во всех отношениях мужчина. Если бы не был «мозгоправом», то, обязательно, на время сна вверила бы ему свое сердце.

Я, по правде сказать, ни черта не понимала, что от меня требуется. В надежде хоть что-нибудь прояснить, осторожно перевела свой взгляд на люстру. Белка лежала на животе с прижатым к спине хвостом, передние лапы соединила перед собой и постоянно подмигивала мне. Пантомима нервного тика? Или же в ее знаках скрыт более глубокий смысл?

Определенно, яснее не стало.

– И как сосредоточиться на своей силе? – поинтересовалась у Лэндона.

– Хм, – хмыкнул он. – Вы и этого не знаете?

– Откуда?

С люстры раздался тяжелый вздох. Одновременно с ректором посмотрели в ту сторону, откуда он донесся, однако Беляны уже и след простыл. Как у нее так получается?

Тем временем сфера в моих руках нагрелась и постепенно начала мигать медленнее.

– Шар подбирает вам факультет. Он сопоставляет возможности с вашей магией. Не переживайте, сейчас определится ваша судьба на следующие три года.

– Я спокойна, как носорог, – с долей скепсиса ответила я через пять минут.

А сфера все мигала и мигала, действуя на меня умиротворяюще. Глаза начали слипаться. Чуть было не выронив шар из рук, я поинтересовалась:

– А ваша долгоиграющая штуковина, случайно, не с браком?

В этот момент одну половину пространства сферы заволокло чернотой, а вторую — светом. Получилось, как день и ночь. Красиво, глаз не оторвать.