Та, которую я люблю

2. Вероника

Вероника Ласточкина, автор рисунка - Татьяна Грачёва

Siano grabała, owies wiązała, po tej robocie tydzień leżała
(Сено сгребала, овёс вязала, после работы неделю лежала)
Польская народная песня

Утро понедельника не заладилось у Вероники с самого начала.

Во-первых, выходные прошли под знаком пахоты на даче, и всё тело болело до сих пор. После дождей, случившихся на прошлой неделе, грядки заросли травой, а всякой морковки-капусты из-под травы и видно-то не было. Ясное дело, у мамы давление, сестрица Катерина сессию сдаёт, кому полоть? Правильно – Веронике. А ещё всех привезти, увезти, закупить продуктов на два дня для людей и корм для собаки Мухи.

Во-вторых, после огородных работ с ногтя среднего пальца на правой руке слез гель, а маникюрша Надя уехала в отпуск, и умолять принять перед работой и спасти было решительно некого. Пришлось подпилить ноготь, покрыть бесцветной базой и понадеяться, что никто его сегодня детально рассматривать не будет.

А в-третьих, с утра Веронике предстояло крайне неприятное дело. Транспортная компания «ГН», в которой ей выпало работать финансовым директором, погрязла в долгах. И то, что банкротства до сих пор не произошло, во многом было заслугой именно Вероники Андреевны Ласточкиной. Она убеждала, предлагала варианты, выжимала из клиентов выплаты в срок и держала компанию на плаву.

Сегодня Вероника собиралась отправиться в банк и убедить отложить на неделю платёж, который должен был пройти до ноля часов следующего дня, семнадцатого июня. Она прокрутила в голове пару вариантов разговора, проверила в сумке все подготовленные документы – о суммах, которые должны поступить вскоре, и благодаря которым платёж может быть совершён, но опасалась, что в третий раз номер уже не пройдёт.

Тем не менее, Вероника должна была сделать всё возможное.

В банке её ждали в девять. Хорошо, хватило ума выехать не впритык – добираться на другой берег, понедельник, всегда есть шанс встрять. И точно – авария на новом мосту, здравствуй, пробка. И дальше только молиться.

Телефон истошно заверещал, так звонили коллеги с работы. Точно, Маргарита Романовна, зам. Что ещё случилось?

– Доброе утро, Маргарита Романовна!

– Кому доброе, а кому как. Вам Женька не звонила? – Женька, то есть Евгения Васильевна, глуповатая девица почти тридцати лет, исполняла обязанности секретаря генерального директора, Недолюбова.

– Нет пока, слава богу.

– А вот и не слава. Говорят, шеф компанию просрал.

– Что? – ну нельзя же так, с утра в понедельник!

– Что слышите. С потрохами продал Ледяному.

– От кого информация?

– Да от Женьки, холеры такой! Якобы он ей утром позвонил и сообщил. А у неё же язык во рту не держится, ей же надо всем показать, что она всё знает. Вы-то сейчас в банк, так?

– Куда ж ещё!

– Ну да, платёж сам собой не рассосётся.

Телефон запикал – ещё один звонок.

– Простите, Маргарита Романовна, мне, однако, звонит сам шеф. Перезвоню потом, – Вероника разорвала соединение и ответила шефу: – Здравствуйте, Геннадий Васильевич.

– Андреевна, ты где? – вопросил шеф.

Да-да, вопросы о Никах, Ничках и даже Верониченьках они закрыли давно, когда он к ней поначалу подкатывал, а она ему недвусмысленно отказала. Невысокий плешивый Недолюбов, с крючковатым носом, кустистыми бровями и водянистыми зеленоватыми глазами никак не совпадал с её идеальным образом мужчины, даже если бы не был шефом. Так и выродилась эта самая Андреевна.

– В пробке, – сообщила Вероника. – А так еду в банк, у нас, если вы не забыли, платёж должен пройти завтра в ноль-ноль часов, на который есть едва ли треть суммы.

– Мать-мать-мать, – донеслось из трубки.

То есть ни хрена вы, Геннадий Васильевич, не помните. Потому что у вас есть Андреевна, которая помнит. Удобненько.

– Понимаю вас, но решить вопрос сегодня всё равно нужно.

– Да, но тут такое дело, – начал блеять шеф. – Понимаешь, Андреевна, в субботу Ледяной, гад такой, совсем в клещи взял и поставил невыразимые условия. В общем, продаю я ему всё. Глядишь, он и порядок наведёт какой-никакой, и деньжат найдёт. Но если ты в банк, то как мы без тебя договор подпишем?

– Маргариту Романовну берите. Она с правом подписи. Если я за себя сейчас в банк кого-нибудь другого пришлю, дело не выгорит.

– Да понял я, понял, – вздохнул шеф. – Ладно, удачи тебе там, пусть всё получится.

Далее Вероника звонила Маргарите Романовне и сообщала ей новость из первых, так сказать, рук, и просила съездить вместо неё на подписание договора. А потом пробка, наконец-то, закончилась, и можно было уже ехать и думать.

Валентин Ледяной и его холдинг с невыразительным названием «Продлес» не сходили с языков сотрудников «ГН» уже полгода. Ледяной был крупным клиентом компании – так сложилось ещё с девяностых, какая-то там была не то дружба у них с Недолюбовым, не то какое общее прошлое, деталей Вероника не знала. Но Ледяного не устраивало, как компания в последние годы работала. К слову, Веронику этот пункт не устраивал тоже, но единственный разговор на эту тему с Недолюбовым расставил все точки по местам – он начальник, он знает лучше. Не нравится – вон бог, а вон порог.