Почему мне нужна только ты?

Ч. 1 Гл. 3

Глава 3

- А-а-а-а! – истошно закричала она и в панике бросилась к ближайшему сухому островку. Тело рванулось вперед, но завязшие по колено ноги не сдвинулись, в результате, Леэль с размаху упала в грязь, погрузившись в нее чуть не с головой. Когда холодное, мокрое месиво коснулась ее лица, шеи, попало за ворот платья и побежало по телу, на нее накатила такая волна омерзения, что она чуть не навсегда осталась лежать в этой трясине, поскольку отвращение было таковым, что перевешивало желание спастись. Но так было только в первую секунду. Потом она мужественно взяла себя в руки и уже не спеша, точными сильными движениями добралась до края этого болотца и выбралась на сухое место. «Что происходит? - стуча зубами от холода, обхватив руками колени и сжавшись в комок, чтобы хоть чуть-чуть согреться, думала она. – Где я? Как я тут оказалась? – Понимание озарила ее, словно вспышка фейерверка. – Это испытание! – мысленно ахнула она. – Ну, конечно же! Именно об этом мне и говорили. Я должна его пройти, прежде чем, стать Главной Жрицей! – Эти мысли сразу ободрили ее. Она вполне осознанно и здраво огляделась вокруг. Жаль, что почти ничего не удалось увидеть. Было темно, и только Луна на небе освещала своим холодным неярким светом окрестности. И все же край болота виделся достаточно отчетливо, а немного вдалеке темной непроницаемой стеной стояли деревья. Леэль догадалась об этом, поскольку кроны просвечивали на фоне неба. – Значит, это первое мое испытание, - уже не со страхом, а с удовлетворением думала она. – Что там я должна преодолеть? Страх, боль, голод, жажду, холод, жару, искушение… - мысленно перечислила она. – Что ж с первым заданием я справилась, - самодовольно подумала она, - страх я преодолела, теперь, наверно, мне надо справиться с холодом».

Но справиться с холодом не получалось. Грязная мокрая одежда отнимала последнее тепло у тела. Зубы Леэль стучали, и сама она тряслась, словно в лихорадке.

«Это все иллюзия! Это все иллюзия! – твердила она самой себе. – Не могла же Сэласиль и вправду отправить меня в другой, чуждый мир? – Эта внезапно пришедшая мысль о том, что то, что ее сейчас окружает не игра сознания, а реальная действительность, наполнила Леэль таким ужасом, что она и думать забыла о холоде. – Как узнать, что это все не сон, не видение, не галлюцинации? Как узнать? – в панике думала она. – Так, - приказала она самой себе, - сначала надо успокоиться, а потом поискать какие-то нестыковки, несуразицы, каких ни за что не могло бы быть в реальном мире. Начнем с неба, - и она задрала голову вверх, рассматривая луну и звезды, что висели над ней. – Созвездия… - Леэль задумалась, вспоминая звезды, над дворцом, - не знакомые, - вынесла она вердикт, но это не слишком напугало ее. Мало ли какие звезды можно увидеть во сне. Луна тоже показалась ей несколько большей, чем ее родная и знакомая Кейя, что значило «храмовая лампада». Считалось, что Маилла зажигает по ночам луну, чтобы жителям ее мира не было страшно оставаться во тьме. Вспомнив о Богине, Леэль снова приободрилась. Не могла же Сэласиль забросить ее в мир, не опекаемой Маиллой. Значит, Леэль, по крайней мере, находится в своем мире! А это внушало надежду, что все будет хорошо.

Но все равно следовало выяснить: находится ли она в грезах, или Сэласиль решила испытать свою преемницу по-настоящему. Вот только как это выяснить?

«Стоп! – неожиданно подумала Леэль. – Боль. Почему я не ощущаю боли? Холод чувствую, а боль нет. В болоте меня, наверняка кто-то бы укусил… да те же комары, например. Но я не чувствую ни укусов, не слышу их жужжания… я вообще никаких звуков не слышу! Значит, я никуда из храма не уходила и мне все только кажется! – с радостью подумала она. И тут правое ухо зачесалось. Леэль машинально потерла его, и тут же ее накрыла волна не громких, но очень страшных и подозрительных звуков и шорохов. – У меня уши были забиты грязью! Поэтому я ничего не слышала… или может, мое сознание услужливо подставляет мне разумное объяснение этой тишине? – сама себе противореча, думала она. – Надо себя ущипнуть побольнее! – И Леэль сдавила кончиками пальцев свою руку. Боль была настоящей! – Это ничего не значит, - упрямо подумала она. – я знала, где буду щипать, и заранее настроилась на ощущение боли. Это не довод считать, что я действительно нахожусь возле болота. Как еще проверить?

Левую ступню защекотало, словно травинка или какой-то жучок полз по ней. Леэль резко приподняла платье, и только в этот момент заметила, что в грязи потерялась одна из ее туфелек. Леэль стала мучительно рассуждать: могла потеря туфли прийти в ее сознание или не могла. Она так увязла в своих умозаключениях, что почти не обращала внимания на холод, и в этот момент появился новый источник для размышлений, вернее, сначала она услышала звук. Из леса донесся утробный, глухой раскатистый рык. Леэль дернулась, словно хотела куда-то бежать. Древние животные инстинкты мгновенно проснулись в сознании, и они просто вопили, чтобы она, сломя голову, бежала прочь от хищника! Но вместо этого Леэль легла на землю и вытянулась во весь рост. «Я камень, - медленно сказала она. – Я просто глыба земли. Без вкуса, без запаха. – А потом Леэль и вправду вообразила себя камнем. Сердце замелило ритм. Кровь почти перестала бежать по сосудам. Тело стало холодным и твердым. Она не ощутила, как рядом с ней появилась лохматая огромная голова с огромными клыками. Она не почувствовала, как когтистая лапа встала ей на живот и даже попыталась царапнуть ей кожу, а шершавый шипастый язык лизнул ей висок. Она не слышала, как этот страшный зверь чихнул, ткнувшись ей носом в волосы. А потом он ушел, поскольку лежащий холодный, продолговатый предмет не являлся пищей.

В себя Леэль пришла в себя, только когда взошло солнце. Она осторожно открыла глаза, осторожно приподнялась и огляделась по сторонам. Сердце ее сжалось. Никогда, ни при каких обстоятельствах она не смогла бы придумать картину или пейзаж, что теперь лежал перед нею.

Абсолютно голая безжизненная земля окружала воронку, наполненную жидкой грязью. Леэль взглянула в сторону деревьев, и ее сердце снова сжалось, но в этот раз от жалости. Деревья были, но на обугленных ветках и стволах не пробивалось, ни листочка. Мертвый страшный лес.