Моя принцесса.

Том 2. Глава 3.

В одиночестве в своём кабинете виконт оказался впервые с того момента, как его жена «забеременела» и был несказанно счастлив данному факту. Не смогла омрачить его радость даже безумная куча работы, накопившаяся за столь долгое время. Тем боле, все в замке старались всячески выхватить у него работу, а самого Герберта – отправить спать или хотя бы посидеть в тишине. Потому, когда в дверь постучали, мужчина с улыбкой посмотрел перед собой и, лишь сообразив, что надо что-то сказать, смог выдавить:

-Да, входите.

Ручка наклонилась и с той стороны кто-то живо начал совещаться. Раздался топот, видимо, один из посетителей ушёл. А второй икнул, и только тогда дверь отворилась, являя главного помощника по теплицам. Учитывая, сколько времени Герберт раньше проводил с растениями, они успели подружиться, что было совсем несложно, учитывая общую страсть и общее дело. Подобные отношения завязываются на всю жизнь, и виконт очень дорожил ними, понимая, что далёкий от двора, да и вообще от всего мирского бывший садовник, бывший сыном столяра, до последнего будет на его стороне, независимо от денег и слухов. И правда: любой вопрос решался за несколько минут, потому что они ничего не скрывали друг от друга, сразу честно обрисовывая ситуацию. Но теперь ситуация была сложнее: немолодой уже мужчина выглядел настолько расстроенным, что сразу захотелось узнать причину. Однако разговорить его могла, по слухам, лишь повариха, потому виконт молча указал своему старому другу на стул. Тот сел, снова икнул, торопливо поправил край курки. Судя по всему, разговор предстоял не из приятных.

-Виконт, я всегда был с Вами предельно честен, вы знаете, - издалека начал мужчина, с каждой секундой говоря всё быстрее и громче, - Если бы кто спросил меня: с кем проводит свой досуг Ваша супруга, я бы с пеной у рта отстаивал честь Вашей семьи. Но, сегодня, когда виконтесса и госпожа Санти пришли с малышом в парник и начали общаться с Рамоном, я заметил странное сходство между Вашим сыном и бывшим любовником Вашей сестры. Знаю, что из-за своего низкого происхождения, я не могу всецело охватить всю глубину Вашей мысли, и что аристократические правила, возможно, в силах заставить Вас принять ребёнка от другого мужчины, ведь Вы питаете нежные чувства к своей супруге…

Герберт сжал виски руками и закрыл глаза. С самого начала было очевидно, что сходство Рамона и мальчика будет сложно скрыть, тем более – если жена всё также продолжит таскаться в теплицы, прикрываясь Анессой. Но никакие слова были не в силах убедить женщину, которая не оставляла надежд устроить-таки брак названной сестры. И теперь наступил момент, который пугал виконта до колик и икания. Двое мужчин, расположившихся напротив, оказались в неприятной для них ситуации, и именно ему придётся делать выбор: обмануть друга, прикинувшись влюблённым дураком, или сказать правду, подставив под удар жену, сестру и бедного ребёнка, который по всем законам уже был его?

Глубоко вздохнув, Герберт жестом остановил поток речи помощника, который всё продолжал говорить, и, стараясь выдержать его испуганный взгляд, заговорил:

-Разумеется, это – не мой ребёнок, и глупо было бы отрицать обратное. Однако, я не имею права обвинять жену в измене, потому как этот ребёнок – и не её тоже.

За что виконт всегда любил своего помощника, так это сообразительность, потому, когда тот вдруг удивлённо округлил глаза, он уже знал, что все прежде смущающие факты встали на свои места.

-Госпожа Анесса носится с ребёнком сильнее самой виконтессы не потому, что вдруг воспылала материнскими чувствами?

-Да.

-Значит, Рамон – отец ребёнка?

-Да. Что ж, на прошлой неделе, когда я попросил тебя убрать его как можно дальше, а лучше – вообще отправить обратно в столицу, ты задал множество вопросов, ответить на которые, к сожалению, было невозможно по понятным причинам. Теперь, когда тебе всё известно, я хочу попросить…

-Он плохо умеет подкапывать, - грубо прервал его друг, - Я отправлю его в закрытую школу на Золотой Берег, оплатит виконтесса.

-Зачем? – удивился Герберт, - Я могу оплатить, ничего страшного.

-Нет, если будете платить Вы, то у всех непременно возникнут вопросы, а если Ваша жена отправит своего любовника как можно дальше, никто и пикнуть не посмеет.

-Что…

-Поверьте, Ваша Светлость, лучше пусть все думают, что ребёнок не Ваш, чем станет известно, что госпожа Санти принесла роду такой позор. Пока Вы можете откреститься тем, что супруга, несмотря на всю любовь, всё же – чужой человек в семье, и она могла нарушить правила. Если правда всплывёт, то вариантов уже не будет. Сейчас лучше всего просто выдать замуж Вашу сестру, чтобы никто ничего и подумать не смел про неё нехорошего. С другой стороны, что может быть проще, если ребёнок исчезнет?

-Что ты предлагаешь?

-Если малыша похитит его настоящий отец, а вы прилюдно простите бросившуюся Вам в ноги жену – вопросов больше не возникнет. Я договорюсь с нужными людьми, чтобы корабль «не доплыл». Рамон, увезёт ребёнка с собой на Золотой Берег, а потом просто растворится в гуще людей. И вопрос с позором будет решён.

-Исключено, - отрезал виконт, - По всем документам, это – мой сын, и отказываться от него я не собираюсь. Моя мать с юга и я всегда думал, что возьму себе жену оттуда же. Добрые и лёгкие на подъём женщины с яркими чертами – вот, что выбирали мужчины Санти много поколений подряд. Бабушка имела угольно-чёрные волосы и именно от неё и пошли наши густые брови, которыми так гордился мой отец. Поездка для поиска жены была уже почти готова, когда мне пришлось ехать в столицу. Обстоятельства сложились так, что я был вынужден жениться на дочери Короля. Что ж, веление монарха – закон, а род Санти никогда не вызывал его гнева. И, пусть жена моя не была готова к тем испытаниям, на которые именно я её обрёк, обвинять её в том, что она сделала невозможное, дабы защитить честь чужой для себя семьи, я не имею права. Потому что это было бы нечестно по отношению к женщине, закрывшей своей грудью меня от общества.