Ядовитые узы, или Два зельевара - гремучая смесь

Глава 9 Рин, или Кошмары во сне и наяву

Беспокойные сны, как обычно, пришли ближе к рассвету. Вира, моя огневолосая любовь, убегала по серебряному полю навстречу огромной лиловой луне.

- Постой! - я, как ребенок, хватался за полы длинного платья, за рукава, но оно ускользало из-под пальцев, словно сотканное из тумана. О том, чтобы коснуться руки, не было и речи. Непостижимым образом Вира всегда оказывалась впереди. И в глубине души я знал, что как бы быстро не бежал, никогда не догоню ее. Но в этот раз боги проявили снисхождение, не иначе.

Я неожиданно легко обхватил ее за талию и потянул на себя. Мы упали в колосящуюся траву, я приподнялся на локтях над хрупким и желанным телом.

- Попалась.

Моя "добыча" начала шутливо уворачиваться, и я завел тонкие запястья за голову. В какой-то момент стало понятно, что частое дыхание вызвано не только нашей потасовкой. Алые губы приоткрылись, руки больше не требовалось удерживать.

Напрасно я так считал!

Вира несильно толкнула меня в грудь, заставляя перекатиться на бок и на спину - вместе с ней, так что теперь она восседала надо мной с видом победителя, который положил соперника на обе лопатки. Нам обоим нравились эти игры, потому что каждый получал свой приз.

Я притянул ее ближе. С губ почти сорвалось родное имя, но вот я перевел взгляд от шнуровки платья, ставшего отчего-то серым и грубым, на лицо. Лицо Данари Кортера! Бледное лицо северянки, с упрямыми голубыми глазами и белыми вихрями волос, что накрыли нас шалью.

Похоже, я впервые в жизни закричал во сне.

- Рин! Рин! - сестра стояла у изголовья с полупустым кувшином, - я уже думала зелья применять! Ты скоро совсем себя загубишь, помяни мое слово!

Проморгавшись, я почувствовал себя мокрой собакой. Струйки воды стекали с волос в воротник ночного платья и неприятно холодили шею.

- Коррра! - прорычал под стать своему нелицеприятному сравнению. Разумом, конечно, понимал, что сестра ни в чем не виновата, и я должен быть благодарен за помощь, но злость бурлила, как кипящий котел. Как ни старайся, не уймешь, пока сам не остынет. Как я мог увидеть во сне эту северную гордячку, да еще вместо Виры... Может, не так сестра и неправа насчет последствий моей бессонницы.

Остыл я только к завтраку, после горячей ванны и утреннего туалета, и до тех пор Кора благоразумно не попадалась на глаза. Что уж говорить о немногочисленной прислуге в лице поварихи и горничной. Кем же я стал, пришло внезапное озарение, что даже самый близкий человек посматривает с опаской? Настало время все изменить, и начать придется с серьезного разговора.

Я вернулся в гостиную - куда более скромную, чем была в нашем фамильном доме шесть лет назад. Вместо шелковых обоев - камень и деревянные балки, вместо мягких ковров - соломенные циновки. Разве что подсвечники и столовое серебро сестра всегда возила с собой, с места на место, пока мы искали Данари. Большую часть семейного состояния я истратил в глупых поисках. Сестра осталась старой девой, даже по меркам прогрессивной столицы, что уж говорить о провинциальном Арингарде. Боги любят шутить - сначала я не застал Данари дома, на севере, а потом выяснилось, что гнался за химерой. Через всю империю. Шесть лет, пущенных гхару под хвост.

- Скажи, Кора, ты не скучаешь по нашему дому? - я сел за грубо сколоченный стол, вспоминая другой, гораздо более изысканный, с витыми ножками и покрытый лаком. Каково было сестре отказаться от привычной обстановки? От поклонников, от друзей?Избавившись от наваждения с поиском, я словно прозрел и наконец видел вполне понятные, очевидные вещи. Нет, не так - они до боли резали глаза.

- Конечно, - сестра так меланхолично сделала глоток, что было ясно - она воспринимает мой вопрос как очередное чудачество, - но столица не так уж плоха. Я бы не отказалась прикупить домик в среднем городе, ты давно это знаешь.

Зато моя бедная сестра не знала, что наших средств едва хватит на квартиру. Впрочем... пусть будет квартира! Для начала. Кора вытерпела достаточно, чтобы больше не морщиться от сточных канав и наслаждаться трубопроводом, видеть небо голубым, а не задымленным сотнями печей, гулять в парках... И работать она больше не должна. Дома Кора состояла в женском клубе для местных аристократок, основанном почтенной супругой городского наместника, а из-за меня ей пришлось стоять за прилавком. Пожалуй, о своем происхождении сестре напоминала только приставка Вэй к имени рода. Фамилии, как тут говорят.

- Давай купим. Можешь прямо сегодня нанести визит знакомому маклеру, если хочешь.

Кора поперхнулась.

- Рин! Тебя что, твоя Тварь покусала?

Тварью она беззлобно называла горшочек с плотоядной артисией - Артишей, моим молчаливым и всему внимающим собеседником в особо мерзкие вечера.

- Нет, просто я многое осознал.

- И поэтому проснулся от кошмара? - сестра не удержалась от шпильки, но я ее не винил, - прости. Ты действительно хочешь уехать отсюда?

С широко распахнутыми глазами, полными надежды, Кора напомнила ту юную девушку, какой она была... до отъезда из Арингарда.

Годы со мной выковали ей прочную броню и снабдили острым язычком. Так непривычно видеть ее прежнюю.

- Хочу. Больше всего на свете.

- Рин, - моя дорогая сестра вернулась с привычной язвительностью и недоверчивостью, - или ты расскажешь, какое чудо тебя сподвигло на это решение, или я больше не буду делать твой любимый кофе.

- Ты знала, как на меня надавить, - я примирительно поднял руки, - дознавательная служба лишилась ценного кадра в твоем лице. На самом деле, все просто. Я узнал, что Данари Кортера ни при чем.

Вот и все, расписался в собственных ошибках. Ошибках ценой в шесть лет. Только бы сестра не начала расспрашивать, как именно я добыл информацию.

- Ты уверен? - взгляд с прищуром сканировал, изучал на предмет розыгрыша либо слабоумия. Не обнаружив ничего из перечисленного, Кора вскочила из-за стола и бросилась мне на шею.