Рабыня эльфийского принца, или Отверженная Истинная Пара

Глава 5. Начало обучения...

Эльф сдвинул брови, всматриваясь в моё лицо. Как будто не сразу узнал, честное слово, хотя стрижка «под мальчика» выдавала меня с головой. Наконец в синих глазах Мираля промелькнула тень лёгкого удивления, тотчас же сменившись ярким проявлением отвращения.

Губы эльфа тронула презрительная усмешка.

— Значит… сестрица не наврала. Взяла-таки эту доходягу в оборот. Глупая, глупая женщина! Тут же даже магия не спасёт…

Мои брови поползли вверх. Он что, говорит обо мне сам с собой, как будто я его не слышу или не понимаю?

Я была настолько поражена подобным обращением, что на несколько мгновений впала в ступор.

- Опусти глаза, рабыня! – произнес Мираль грозно, мгновенно теряя улыбку. Обратился он ко мне на том самом тарабарском, который я слышала в пустыне. Ага, значит, уверен, что я не знаю эльфийского.

Повиноваться страшно не хотелось. Всё внутри бунтовало, но… я пересилила свой гнев и опустила ресницы. Будь я сейчас в теле Варвары Соболевой, могла бы и в глаз дать. Боевая была, матёрая. Обожала спарринговаться с парнями. Некоторые меня даже побаивались, потому что я могла знатно врезать.

Но это хрупкое тело с тоненькими ручками отпора не даст.

Значит, будем ждать.

Посторонилась, как примерная рабыня, а эльф задрал голову повыше и пошёл прочь. Длинная светлая коса его покачивалась в такт шагам. Двигался парень своеобразно, и я опытным взглядом определила, что эльф определённо занимался боевыми искусствами, какими бы они ни были. Судя по тому, что эльфийская стража разгуливала исключительно с мечами на поясах, я предположила, что он тоже должен быть мечником.

Эх, если бы я родилась здесь кем-нибудь покрепче, например, мужчиной, могла бы тоже хорошенько помахать мечом. А вот это тщедушное тельце к подобному не приспособлено.

Проводила эльфа хмурым взглядом, ощущая отвратительный осадок на душе.

Я не должна быть пассивной! Нужно что-то менять, а не плыть по течению…

Выдохнула, огляделась, но в тот же миг поняла, что чарующая музыка, ради которой я покинула комнату, прекратилась. Ощутив укол иррационального разочарования, я возвратилась в коморку…

***

Как я ошибалась, считая, что уже влилась в новую жизнь!

Со следующего дня эльфийская принцесса взялась за меня весьма основательно.

- У тебя будут лучшие учителя, - объявила она мне снисходительно, вызвав, так сказать, на ковёр вместе с Мари. – Это великая честь, рабыня, и ты должна трепетать от одной только мысли, что тебя начнут обучать эльфы. Если не будешь усердной, тебя ждёт наказание. Говорю об этом первый и последний раз, учитывая твою молодость и полное невежество.

- Да, госпожа, - поклонилась я, как учила меня Мари. – Вы очень щедры…

Сказала, а у самой едва челюсти не свело от отвращения.

Ушастые презирают меня, а я… их!

С того самого дня в моей новой жизни начался форменный ад.

Пять учителей начали свои ежедневные многочасовые экзекуции над моим телом и разумом.

Первый – учитель танцев, тощий высокий эльф – заставил изучать странные и несуразные стойки, под которые моё не натренированное тело никак не желало прогибаться. За неудачные движения я получала по разным участкам тела по одному удару хлёстким прутом, за падения – по два удара.

Настроение было паршивым до невозможности, но я сцепляла зубы и молча терпела всё это только потому, что знала: гибкость мне действительно понадобится. Более того, уже в своей комнате я начала проводить знакомую для себя растяжку, которую практиковала на Земле. Это было так тяжело и мучительно, что в первые дни я стонала от боли. Мари смотрела на меня, как на сумасшедшую, но не вмешивалась. Думала, наверное, что это тоже часть моего обучения. Типа, задание на дом…

Второй эльф – учитель рисования, молодой, но невероятно высокомерный - обучению моей особы, очевидно, не радовался. Уроки проводил с таким хмурым лицом, что я ожидала от него криков ярости в конце концов. Но он сдерживался. Цедил сквозь зубы основные правила пользования кистью и старался на меня вообще не смотреть.

К счастью, в своём земном прошлом я неплохо рисовала. В детстве вообще увлекалась созданием комиксов, поэтому некоторые навыки у меня были.

Остальные учителя были не лучше. Относились ко мне, как к грязи, которую были вынуждены терпеть.

Ежедневный прессинг унижения вскоре начал давать свои плоды. Моё естественное возмущение улеглось, а вместо него начала возрастать хандра. Как говорится, если льва долгое время называть ослом, он в конце концов начнёт есть траву.

Когда я пожаловалась Мари, она посмотрела на меня с укором.

- Ты живешь, как аристократка, Варя... – произнесла она приглушённо, холодея глазами. – Не тебе жаловаться, уж поверь…

Её слова вызывали у меня недоумение. gqomZw4p

- Почему?

В глазах женщины промелькнула вселенская скорбь.

- Остальные рабы живут хуже, чем собаки у пустынников. Если бы не прихоть принцессы и её желание сделать из тебя «райдэ», ты сейчас бы не танцам обучалась, а драила чьи-то полы или, того хуже, вылизывала языком эльфийскую обувь…

- Что??? – воскликнула я ужасе. – О чём ты говоришь???

- Да, Варя! Ты попала в мир, где никто не станет ценить твою жизнь. Если ты не сможешь обучиться эльфийским премудростям и подведёшь госпожу, тебя вряд ли оставят в живых. У меня две сестры, и они сейчас доживают свою жизнь, как собаки. Им повезло меньше, чем мне, и изменить этого я не в силах...

- Но ведь… должен же быть выход! – возмутилась я. – Тут что не существует организаций по правам рабов?

Сказала и сама поняла, как глупо это прозвучало. Какие ещё права рабов? Опустила глаза, прикусив нижнюю губу, и задумалась.

Может, я оказалась в этом мире не просто так? Может... у меня есть возможность что-то изменить?

Но какой-то противный голос изнутри насмешливо протянул:

- Возомнила себя Мессией? Ты никто. Слабая никчёмная девчонка, которую растопчут после первого же провала…