Диссертация ведьмы

Глава 15

На следующий день мы снова собрались в тереме у руководителя и погрузились в поиски информации в магической сети. Искали долго – полдня так точно, но все было безрезультатно.

Первым сдался Сандер. В какой-то момент он просто бросил на стол яблочное зеркало, уселся в углу рядом с гуслями-самогудами и стал случайным образом дергать струны. Музыкальный инструмент, не замолкавший во время исследований, вздрагивал от щипков, потом сбивался и начинал фальшивить. Сандер подавлял торжествующую улыбку и снова начинал брямкать невпопад. Еще через час ему надоело это занятие, он вытянулся прямо на лавке и сладко засопел.

Сначала я бросала на спящего Сандера недоуменные взгляды, потом осуждающие, а часа через четыре – откровенно завистливые. Спина ныла, глаза болели, и вообще, я вдруг осознала, что отвыкла от кабинетной работы и совсем по ней не скучаю. Жаль, правда, что и для научных изысканий я оказалась не особо усидчива.

Я покосилась на Змея. Вот он продолжал искать информацию, не отвлекаясь ни на Сандера, ни на урчащий желудок, ни на жесткую лавку. Все его внимание было поглощено яблочным зеркалом. А за окошком заманчиво светило солнце…

Вздохнув, я поднялась со своего места и решила выйти наружу, подышать свежим воздухом. Профессор, кажется, даже не заметил, что и я покинула поле боя.

Возле терема Змея обнаружились трое молодых людей – два парня и девушка. Они растерянно глазели по сторонам, безуспешно пытаясь найти дверь в монолитной черной громаде дома. Защитный полог не давал им увидеть терем и зайти в него, а профессор Лесовски, похоже, настолько увлекся изысканиями, что даже не замечал сигналов охранного заклятия. А мне что делать? Я вроде бы здесь не хозяйка. Но вдруг ребята в лесу потерялись?

Помедлив минуту, я спустилась по ступенькам, открывая в пологе коридор.

- Зачем пожаловали? – не особо вежливо поздоровалась я, оглядывая троицу. Все были одеты богато, по-городскому, парни - в кафтаны, отороченные золотой тесьмой, девица – в нарядную вышитую шелком душегрею поверх атласного сарафана. И не жарко ей в такую погоду?

Старший из троих взял слово первым:

- Здравствуй, славница. Мы сыновья Марко Богатого, купца из Полянок. Пришли волю батюшкину выполнить, привели к Змею сестру нашу, Настасью-разумницу.

Я покосилась на девицу. Стоит покорно, глаза к долу опустила, ждет. Батюшка сказал, братья привели, она пошла. Никакой собственной воли! Как там в том скучном трактате было написано: Баба Яга - оплот феминизма? Ну, сейчас я вам устрою эмансипацию!

- А что батюшка ваш сам не пришел? – мрачно спросила я.

- Так хворает с той зимы, когда Змей его еле живого в лесу спас. Все не отойдет никак. Но слово свое крепко держит – пообещал за спасение жизни дочь прислать в благодарность, вот, выполняет!

А Змей и рад, кобелина чешуйчатый. Уже без разбора девок собирает. Куда он их девает только потом? Надо посмотреть, может, у него где подвал с полуголыми рабынями в тереме организован?

- А ты что молчишь, или язык проглотила? – еще мрачнее спросила я у этой Настасьи.

Девушка подняла глаза:

- А я тоже воле батюшкиной не перечу, делаю, что должно, - на последних словах голос у Настасьи задрожал, и она едва слышно шмыгнула носом.

- Ну все, молодцы, - скомандовала я парням, - задачу выполнили, девицу доставили. Идите отсюда. А Настасьей я сама займусь.

Молодцы затоптались на месте в нерешительности.

- Что не так? – рявкнула я. – Вам что, в накладной где-то расписаться надо?!

Братья переглянулись неуверенно, потом старший произнес:

- Нам бы на Змея хоть одним глазком глянуть…

Я не поняла, он думает, что в музей пришел, а сестра у него вместо входного билета? Ох уж мне этот патриархат!

- Нету Змея, улетел на дальнюю заставу! Будет через месяц! Только я дома, жена его, Василиса! Еще вопросы есть?! Сдавать сестру будете, или обратно в Полянки все втроем пойдете?

Братья снова переглянулись, потом неуверенно подошли к Настасье, обняли ее, похлопали по спине и, пряча глаза, поспешили удалиться. Девушка проводила их страдальческим взглядом, но осталась стоять. Вот человек – долг превыше здравого смысла! Сейчас я ей проведу воспитательную беседу!

- Так, Настасья, - скомандовала я. – Слушай сюда. Отпускаю я тебя. Иди, куда хочешь, только к батюшке своему не возвращайся. В город иди, на работу устраивайся, денег заведешь, кошек себе купишь, будешь сильной и независимой! Зачем тебе эти мужики, которые тебя как вещь сюда привели?

Настасья посмотрела на меня, как на ненормальную:

- Так какая же мне работа? Я только прясть и вышивать умею, в городе таких работниц никому и задаром не нужно.

Н-да, неувязочка.

- Ну в деревню тогда иди, дом построишь, корову заведешь, хозяйством обзаведешься!

- Да разве ж смогу я одна и землю вспахать, и урожай собрать? Пропаду уж. Лучше к Змею в плен.

Я почесала затылок. Незадача. Феминизм и эмансипация только что разбились вдребезги о жестокие реалии патриархального быта. Действительно, куда ее, бестолковую? Только замуж, либо к Змею в гарем.