Артур Сопельник: «Мне говорили: “Ты — кадет”. Хорошо, но я же еще и актер»

Артур, вы говорили, что, как только прочитали сценарий сериала «Абрек» (выходит на Start), решили, что обязательно должны попасть в проект. Почему?

Артур Сопельник: Во-первых, я всегда хотел побывать в Чечне, потому что это красивая природа — горы, леса, водопады, реки. К тому же, мне очень хотелось поработать с животными. Не каждый день на съемочной площадке ты будешь пересекаться с волком. Если с лошадьми у меня был опыт работы в «Зеленом фургоне», то с волком точно нет.

И тематика саперного мастерства мне близка, потому что я постоянно слышал от папы эти истории. Помню, когда ездил с ним на службу, видел этих солдат. Время, когда отец служил, для него золотое. Я посчитал своим долгом попасть в этот проект и отдать дань уважения отцу.

Когда готовились к роли, обращались к нему за советом?

Конечно! Когда снимали сцены разминирования, я ему рассказывал, какой у нас реквизит, а он мне объяснял, как с ним взаимодействовать. Но, как часто бывает, реквизит на съемках не совсем такой, как в реальной жизни. Отец меня консультировал.

Расскажите, как вас утвердили на роль Володи?

Как сейчас помню: я пришел на первый кастинг, там был только Иван Шурховецкий (режиссер, — прим. ред.). Он мне говорит: «Привет. Ты сценарий прочитал? Как тебе?» Я отвечаю: «Прочитал. Мне понравился». Дальше он говорит гениальную вещь: «Ну придешь на кастинг?» Я: «Приду». Он: «Ну все, пока».

Я подумал, что за ерунда? Потому что это из разряда: я потратил больше времени на дорогу, чем на сам процесс. Но потом мне перезвонили и сказали, что будут парные пробы. Сначала с Алиной (Алина Рачковская, исполнительница главной женской роли, — прим. ред.), потом с Джином, который и сыграл Абрека.

У вас были пробы с «волком»?

Да, мы пробовались в очень забавной сцене, которой не было в сценарии, чтобы посмотреть взаимодействие меня и волка, боюсь я его или нет. И вот мы в первый раз встретились с Джином. Он меня не знает, я его не знаю, а мне говорят: «Ты возьми его за челюсть, чтобы он на тебя смотрел». Я его взял, а он на меня смотрит из разряда: «Ты что, дурачок? Тебе жить не хочется?» (Улыбается.) И потом мне перезвонили и сказали, что утвердили.

Сложно было работать с животным? Нужно было проходить какие-то курсы или общаться с кинологами?

Кинолог Александра всегда была на площадке при любых взаимодействиях с животным. И зачастую работали они с первого дубля. Это мы могли ошибиться: что-то не так сказать, не так посмотреть, а Джин выполнял команды сразу. Я не видел более профессионального актера.

У вас есть другие любимые фильмы с ключевым персонажем — животным? Быть может, использовали какой-то в качестве референса при подготовке?

Не могу сказать, что на что-то опирался. Это сразу проигрышный вариант, так как пытаешься что-то скопировать. Но фильмов про животных много, и все они тяжелые. «Белый Бим Черное ухо», «Боевой конь», «Хатико», «Белый клык». Я их, безусловно, смотрел, но опираться на них не хотелось.

Абрек выступает неким немым учителем для Володи, а также для мальчика Халида, который нашел его в лесу и приютил. Как животное помогает вашему герою раскрыться и разобраться в себе и своей жизни?

Я очень боюсь кинуть спойлер. (Улыбается.) Но я думаю, что самое главное, чему учат такие животные, как наш Абрек, — это смирению, терпению, где-то хладнокровию. Это зачастую то, чего в нас, людях, нет, потому что нами движут эмоции. И в сериале будет четко видно, как меняется жизнь Володи благодаря Абреку.

О своем герое вы говорите: «Владимир из другого теста, он настоящий человек дела». А вы сами чему-то научились у него?

Володя для меня — скала. Какой-то непробиваемый человек. Я даже вспоминаю в жизни таких людей: когда что-то происходит, они очень спокойны, при этом внутри у них прямо бурлит, но они никогда этого не показывают. Я давно не встречал таких персонажей, у них есть точная колея, по которой они едут. В этом плане Володя очень честно и очень точно следует своему ориентиру. Будут моменты, когда ориентиры сбиваются, но тут появляется Абрек.

Знаем, что ради проекта вам пришлось похудеть на 12 килограммов. С чем это было связано?

Мне было интересно — смогу я или нет. Хочется меняться в кадре, чтобы не было определенной клишированности, чтобы не вешали ярлыки. Потому что, к сожалению, я с этим столкнулся еще в детстве, когда мы попали все под один ярлык. Времена «Кадетства» я вспоминаю с таким теплом. Те же «Физрук» и «Ранетки» — это те проекты, которые меня сделали. Просто, к сожалению, время тогда было такое, когда вешали эти ярлыки, говорили: «Ты кадет». Ну, хорошо, но я же еще и актер.

Захотелось поменять себя, попробовать, получится или нет. К тому же, я никогда в таком весе — 68 килограммов — не был. У меня есть проекты, в которых невозможно смотреть на меня, там такая ряха. (Смеется.) Когда я согласился, у меня на это был месяц-полтора.

Как вам удалось за такое короткое время так сильно похудеть?

Я просто сел на очень жесткую диету. Питался в тысячу калорий в день. Это ужасное было время. Главная моя ошибка в том, что я это делал без помощи профессионалов. Потом я столкнулся с проблемами: был недостаток витаминов. Решив одну проблему, я начал заниматься другой, которую сам и создал себе. Поэтому мой совет на будущее всем моим коллегам и тем, кто хочет резко похудеть: делайте это постепенно, либо с помощью специалистов, которые подскажут все.

После проекта вес вернулся?

Конечно. Не все, но какая-то часть вернулась. Ведь надо себя иногда и побаловать, нельзя всегда держать в стрессе. Какую-то часть я вернул, но стараюсь не превышать 73−74 килограмма. Мне очень комфортно в этом весе.

Артур, важным проектом в вашей творческой биографии стал сериал «Кадетство». После того успеха вы боялись стать заложником одной роли. Как считаете, удалось вырваться из того амплуа?

Да, так и было. Все видели во мне Сашу Трофимова. Как удалось вырваться? Ну, это время. Мне помогло еще то, что после «Кадетства» и «Ранеток» я поступил в театральный институт и четыре года нигде не снимался. Безусловно, с профессиональной точки зрения — это ошибка, потому что тебя очень быстро забывают. Но с точки зрения ухода от какого-то стереотипа — я так оправдываю себя — это помогло. Потому что я начал свой актерский путь после этого заново.

Сериал сделал из вас звезду. Страдали тогда звездной болезнью? И как с ней справлялись?

Наверное, что-то такое было. Мне же было 15 лет. Своей головы на плечах нет. Там эмоции правят миром. Все это контролировали родители, сдерживали. Это их заслуги — мамы, бабушки, которые направляли и, если надо, давали по шапке, если я где-то перегибал.

В одном из интервью вы говорили, что не хотели идти на кастинг и не верили, что вас утвердят, а на пробы вас привела мама, которая сама мечтала стать актрисой. Можно ли сказать, что актером вы стали благодаря ей?

Я ни за что не скажу, что это мама начала меня пихать в актерскую профессию. Это было моим решением. Но, когда она о нем узнала и увидела, что мне нравится, она всячески его поддерживала.

Насчет того, что не хотел идти на кастинг, — не совсем так. А вот то, что пришлось отстоять длинную очередь, — это правда. Там была какая-то колоссальная толпа людей, очень много ребят из «Ералаша» — прямо лица, которые ты знаешь. Мама меня заставила, сказала: «Мы что, просто так шли сюда? Давай ты пройдешь, и мы пойдем домой». Я действительно прошел, и потом на протяжении месяца почти каждый день ездил на кастинг и пробовался на роль Синицына. В итоге буквально в последний момент сказали, что я буду играть Трофимова. Для меня это был удар.

Ну представляете, целый месяц пробуешься на одну роль. К тому же, я открываю первые десять серий, а Трофимов там только стоит в кадре. Мама говорила: «Давай отказываться». Но я решил, что не стану.

Изначально была идея — только четыре главных героя. Это Леваков, Синицын, Макаров и Перепечко. А я, Аристарх Венес и Кирилл Емельянов развиваемся как второстепенные. Но потом мы тоже потянули на себя одеяло. Можно даже заметить, что первые десять серий «Кадетства» наши персонажи статичны, а потом начали набирать обороты.

Общаетесь с кем-то из актеров «Кадетства»? Следите за их творческой жизнью?

Общаюсь с Артемом Тереховым, который Соболева сыграл. Во времена «Кадетства» я тянулся к нему, мы тогда прямо дружили-дружили. Но вообще, жизнь нас пораскидала. С Сашкой (Александр Головин, исполнитель роли Максима Макарова, — прим. ред.) мы встретились, наверное, года три назад в самолете. Летели тогда из Минска. Это было очень забавно, очень милая встреча. С Кириллом Емельяновым можем немного переписываться в соцсетях. Со всеми остальными наши пути разошлись.

Кстати, из-за успеха «Кадетства» круг ваших друзей сузился. Кто-то тогда открыто вас критиковал, а кто-то даже продавал ваш номер фанаткам. В то время не сожалели, что из-за проекта потеряли друзей?

Нет, не переживал. Это прекрасный отсев, который проходят все люди в своей жизни. Кто-то добивается успеха на работе, от него отворачиваются завистники. Кто-то в силу твоего успеха пытается нажиться на тебе. Я на протяжении жизни неоднократно проходил эти отсевы, поэтому я к ним очень философски отношусь. Значит, не мое.

А вот благодаря «Физруку», по вашим словам, у вас появились настоящие друзья. Кто они? И дружите ли вы сегодня?

Конечно. Это Даня Вахрушев. Мы прекрасно дружим, общаемся, переписываемся. Кроме того, Даня затащил меня в страйкбол. У нас была даже совместная команда, потом я ушел из нее в другую. Но мы все равно продолжаем дружить и общаться. Данька — прямо друг!

Когда вы снимались в «Кадетстве» и «Ранетках», постоянно получали письма и звонки от поклонниц. А сейчас такое есть? Как на это реагирует ваша жена Лиза?

Изменилось время, потому что раньше модно было присылать письма, расписывать подъезды, караулить под дверью. Конечно, у меня тоже такое было. Но это уже моветон — так никто больше не делает.

Сейчас это соцсети: люди подписываются, следят, что-то могут прокомментировать. Причем мы недавно смеялись с женой: как только вышел трейлер «Абрека», сразу активизировались «спящие» — я их так называю. (Смеется.) А когда нет какого-то проекта нашумевшего, ты не так интересен. Жена с юмором реагирует, смеется.

Сейчас снимается много молодежных сериалов. Учитывая свой опыт, какой совет вы бы дали юным актерам, обретающим раннюю славу?

Помню, когда был «Физрук», и пришел ошеломительный успех, я, как старый дед, ветеран, все время ходил и говорил: «Ребята, это не насовсем! Продолжайте развиваться. Не надо в этом купаться!» (Смеется.) Были люди, которые услышали, а были, кто не услышал и очень сильно обжегся.

Для меня знаковая история в этом плане связана с Василием Ивановичем Бочкаревым. Он рассказывал, что на выходе со сцены в Малом театре висит большая табличка, на которой написано: «Ну и что?» То есть каждый раз, выходя со сцены после оваций и ошеломительных аплодисментов, ты читал эту табличку. Как бы сорвал овации, и что дальше? Работать и работать.

Мне настолько запало это в душу, понравилась эта концепция, что я ее использую по сей день.

По вашему мнению, можно ли стать актером без специального образования? Вот, недавно Кристина Асмус рассуждала на эту тему и пришла к выводу, что ей не нравится работать с людьми, у которых профильного образования нет.

Я работал со многими людьми, которые не имеют профессионального актерского образования. Та же самая Полина Гренц в «Физруке» — на тот момент у нее его не было. И она прекрасно справлялась со своей задачей. В «Ранетках» все девчонки не имели актерского образования, но при этом их смотрели, и это было хорошо. Я работал с Арнасом Федаравичусом в картине «Вечный холод», он по образованию психолог. Сейчас Арнас снимается на Netflix в сериале The Last Kingdom, у него одна из главных ролей. Что он, от этого плохой актер?

Если ты уважительно относишься ко всей съемочной группе и профессионально выполняешь свою задачу, то мне все равно, есть у тебя образование или нет. Главное, что ты профессионал. Профессионалом можно быть и без корочки.

Несколько лет назад вы сняли свою первую короткометражку. А сейчас развиваетесь в направлении режиссуры?

Конечно, развиваюсь. Я снял свою первую короткометражку, потом была вторая, третья. Потом пилот. Сейчас у меня есть два проекта, которые я пишу. Мне это безумно нравится, я получаю от этого колоссальное удовольствие.

Речь о короткометражке или полном метре? О чем это будет?

Это уже сериал. Я не буду раскрывать всех деталей. Но это проект о людях, о молодом поколении, поиске себя, об искушениях, которые везде. И будут ли герои поддаваться им или нет. Воспользуются ли шансом, который им дается.

Вы еще мечтали создать театр. Движетесь ли сейчас в этом направлении?

Пока нет, потому что на это надо очень много средств. Но в планах есть. Я от своих идей никогда не отказываюсь. Просто считаю, что должен прийти момент. Мне хочется создать непрофессиональный театр. Чтобы в нем были люди, которые влюблены в профессию. Ведь часто бывает, и я с этим сталкивался, что люди, которые находятся внутри профессии, начинают относиться к ней как к обыденности — пришел, отыграл, получил зарплату и ушел. Пропадает магия. С такими людьми тяжело работать, потому что невозможно играть со стеной.

И как сохранить в себе ту самую магию и любовь к профессии?

Только ты сам можешь в себе это сохранять какой-то верой в прекрасное, потому что часто актерская жизнь не такая сладкая, как всем кажется. Слишком много «но». Наверное, сохранить магию — это мириться с этими «но», самого себя поддерживать.

Совет у меня такой: оставайтесь людьми — это самое главное. Потому что часто слава сносит голову.