Путешествие Лии - почтальона

Глава 28. Прощай, иллюзии ограничений

Поправив сумку на поясе, оглянулась проверить, куда меня занесло на этот раз. После полёта чувствовалось особое вдохновение и расслабленность. Я потянулась, разминая мышцы тела и настраиваясь на долгую пешую прогулку, вспоминая прощание с Янусом и остальными. Проход через тени вышел удачным, и я теперь всегда смогу прыгнуть к ним в случае необходимости. А сейчас я задумчиво стояла на перепутье. Куда пойти? Сэму приглянулась тропинка на юго-запад. Что ж, посмотрим, что там есть. Вперёд! Чем дальше мы по ней шли, тем запущеннее она становилась, однако у меня и в мыслях не было повернуть обратно. Любопытно ведь, куда она меня приведёт. Так или иначе, я бодро шла вперёд, любуясь красотой уголка этого леса, пока не уткнулась в заросли кустарника. Дороги дальше не было, пришлось пересаживаться на лётку, аккуратно облетая преграды.

Заброшенная деревня. Именно это я увидела, стоило пересечь невидимую черту. Дома добротные с виду, словно их хозяева совсем недавно покинули это место. Десятка три дворов. И тихо. Звуки леса сюда не проникали, и от этого становилось не по себе, словно что-то стягивало горло, и дышать становилось всё труднее. Взгляд на пространство ничего не дал – болотная муть, не иначе. Дойдя до середины деревни, хотела было уже повернуть назад, заходить внутрь домов интуиция сигналила гиблым делом, как послышались звуки флейты. Далёкие, призрачные, как туманные огоньки, раздуваемые ветерком.

Флейта пела всё громче и явственнее, становясь весомее, словно я делилась с ней своим теплом, своей Искрой. Пусть так. Ломкий Шаг, неуверенный поворот. Она мучила меня, звала за собой...я чувствовала дрожь кончиков пальцев и собственное нетерпение, еле сдерживая себя, продлевая сладостное мучение перед началом Танца-преображения. Внутри всё переворачивалось, кровь горела, единственным моим желанием на тот момент было слиться с этой выворачивающей наизнанку музыкой, вплести в эту гармонию движение танца.

Пой, моя флейта, играй веселее! Танцуй, фея, танцуй! Даже если это последнее, что ты услышишь, даже если это последнее, что ты сотворишь. Смелее!

Шаг, разворот, наклон...

Ты прекрасна, фея, в своём стремлении донести до людей красоту сердца своего. Танцуй, маленькая, танцуй в своей истинной страсти! Ярче, сильнее, свободнее, зажигательнее. Мы видим твой Свет, маленькая фея. Танцуй! Не останавливайся. Радуйся. Даже если это последнее, что ты увидишь в своей жизни.

Шаг, поворот...ещё один...Ты восхитительна, маленькая фея. Танцуй! Раскрой свои невесомые крылья, покажи их свет. Они прекрасны, как и ты. Танцуй! Так, поворот...ещё один...Даже если это знание - последнее, что тебе доступно в этой жизни.

Шаг, наклон...поворот... Танцуй, маленькая фея! Ты можешь всё - поверь в невозможное. Даже если это последнее, что ты почувствуешь. Танцуй, милая фея! Танцуй, хорошая моя.

Энергия закручивалась спиралью, обтекая меня. Звучала, как десяток расстроенных семиструнок. Я вижу, что вы хотите, знаю ваше искреннее послание, чувствую, что могу его донести.

Шаг, поворот.

Твой выход, маленькая фея. Расправь шире свои Сияющие Крылья и веди нас за собой!

Я подошла к опасной грани между жизнью и смертью, видя-чувствуя-зная историю этой деревни и её жителей, а так же их просьбу – соединить изначально разделённое, эту грань с изнанкой. Они хотели уйти туда сами, добровольно, но не успели и застряли в этом промежутке "между". На этой стороне им делать было нечего, они лишились своих тел, и лишь с другой имели шанс закончить начатое и уйти. Противиться их воле я не стала, признавая их выбор. И, раскинув руки в стороны ладонями кверху, вообразила-представила себя соединяющим две стороны грани этого мира мостом. Моё тело Света расширилось до пределов этой деревни, вмещая в себя всё, преобразовывая, внося и пропуская через себя пожелавших уйти.

На краткий миг я забылась, где я и кто. Лишь боль в левой ноге и обжигающая ласка знакомого пламени вернули меня к себе. Запястья жгло немилосердно, ручейки крови орошали землю, скрепляя сотворённое. В голове шумело, глаза отказывались показывать реальность, совмещая в единое целое разное магическое видение. А из горла шёл сип. Я кричала? Удивлённо отметила я, падая на землю. Моя дружная троица держалась недалеко, но не подходила близко. Сейчас я была опасна для них, и они это прекрасно чувствовали.

Поцелуй в лоб, как благословение, стирающее следы слёз.

Постепенно дыхание выравнивалось, потоки энергии успокаивались, а ко мне возвращались привычные способы мироощущения. Тело болело. Нет, не так. Моё тело Болело, словно сотни иголок впились в него, да так там и остались. Как вообще ещё дышу? Прям слышу неодобрительное ворчание Наставника от моей привычки отхватить-сделать-получить больше, чем я могу себе позволить на данный момент. «Эх ты, егоза. Интересно жить будешь, но и плата за это большая». Откат от волшбы выворачивал меня наизнанку, я выла и стонала, царапая землю содранными в кровь пальцами. И одна мысль настойчиво билась внутри - это место стоило покинуть, иначе я рисковала остаться здесь навсегда. В какой-то момент меня накрыло "тёмное" цунами, но и в беспамятстве продолжалось это нескончаемое отжатие-вращение. Однако я тянулась "вверх", туда, где так радостно звенит жизнь и светит Солнце, где меня ждут.

Пробуждение было не ахти какое приятное: тело ломило, тянущая боль в руках, в горле пересохло, а голова нещадно болела. Магическое истощение во всей красе – усилием воли нырнув в себя, признала, что мой резерв вновь стал похож на сморщенное от засухи яблоко. Красота.

Мой стон и неосторожное движение разбудило остальных. Я приподнялась на локтях, почувствовав шевеление на себе. Беш приветственно свистел рядом, передними лапками встав на моё лицо, Тир, развалившийся на животе, зевнул недовольно – разбудили его, а Сэм устроился в ногах, готовый сорваться с места при виде любой опасности для меня. Я привычно потянулась рукой погладить синего файра и замерла. Она по локоть была в тянущей корке запёкшейся крови. Пять секунд недоумения, и я вспомнила всё, со стоном падая на землю и закрывая глаза локтём. Надо же так попасться! Дура! Правильно говорил Наставник – с моим неуёмным любопытством надо быть готовой ко всему, но такое я не могла себе представить. Да ещё открыться перед такой сильной Сущностью, словно выставить на стол изысканный деликатес перед гурманом. А меня ведь отпустили. Будем радоваться этому факту.