Расколотое небо

24

Через полчаса они сидели в кабинете, сосредоточенно работая: Андрей, обтянув левую руку новой перчаткой, Катя, переодевшись в джинсы и футболку. Оба честно пытались не думать о вечере, приход которого совсем не радовал. Андрею мучительно сильно хотелось оставить Катерину тут, рядом с собой, продлить хоть немного этот момент, когда он и она вместе, отгороженные от всего мира. А Катя не хотела уезжать. Тут, в этой квартире, можно было отвлечься от всего, можно было даже представить, что Фила не было в ее жизни, а то и дело появляющееся тянущее чувство в желудке ни что иное, как банальный голод. И все же Катерина считала, что загостилась. Ей надо было уйти, потому что, и она это знала, за воскресеньем неминуемо придет понедельник, и им с Андреем придется встретиться на работе. Пока еще они смогут делать вид, что этой субботы не было, смогут относиться друг к другу, как к чужим людям, а останься она… И дело не в романтической подоплеке: сближение с начальством для подчиненных никогда ничем хорошим не кончалось, думала она. И игнорировать Фила можно тут, сейчас, а потом? Что ей делать потом? Она даже представить не могла, что Фил может сделать… Оставалось надеяться и молиться, что после всего случившегося он просто забудет ее, найдя себе кого-то более подходящего.

– Ты задумалась… – Андрей закинул руки за голову, потянулся. – Устала? Уже седьмой час.

– Может быть, чаю? – Катя с тревогой ждала вопроса: «Что ты решила? Остаешься или уезжаешь?»

– Чаю? – Андрей, раскачиваясь в кресле, рассматривал потолок. – Лучше бы поесть, но насколько я знаю, в холодильнике с продуктами… не очень. Черт! Надо было в магазин заехать что ли. Или давай, если хочешь, из ресторана закажем?

Оба испытали колоссальное облегчение от того, что ни один не завел разговор об отъезде Кати.

– Подожди, – Катерина вскочила. – Можно, я пороюсь в шкафах и холодильнике?

– Ройся, – он пожал плечами. – Мне самому интересно, что ты найдешь.

– Замечательно, – она побежала на кухню, он пошел за ней, присел на краешек стола и стал с непередаваемым удовольствием смотреть, как Катя открывает холодильник, осматривает полочки и ящики, то приседая, то поднимаясь на носочки.

– Где у тебя приправы? Забыла, – она виновато улыбнулась она, и он выдвинул узкую секцию.

– Ага, спасибо, – она вытащила несколько баночек. – Ты не против макарон, пардон, спагетти с креветками, обжаренными с чесноком? И греческий салат.

– М-м-м, звучит заманчиво. Тебе помочь?

– Лук порежь, – она поставила на стол разделочную доску, положила несколько луковиц. – Только тонкими кольцами, – напомнила строго, но с лукавой улыбкой.

– Слушаюсь и повинуюсь, – Андрей пересел за стол и, медленно очищая лук, все посматривал на Катю.

Он не собирался анализировать, он не хотел задумываться, что будет завтра, а тем более послезавтра. Этот день имел все шансы на звание «лучший в году», а то и «лучший в жизни». Андрею было просто хорошо, и даже заметив, что надежда, которую он упорно прогонял, как хозяйка располагается в его сердце, он не стал ничего предпринимать. Пусть. Сегодня можно надеяться на самые невозможные вещи.

– А вино есть? Все равно какое…

Андрей встрепенулся.

– Да, есть. Белое? Красное?

– Без разницы, для соуса, но лучше белое.

Он вытащил из бара бутылку отличного вина, открыл, протянул Кате.

– Спасибо, – она плеснула на сковороду не больше столовой ложки и виновато сказала. – Все. Не стоило бутылку открывать...

– Раз уж открыли, – он поставил на стол два пузатых бокала, – надеюсь, ты не будешь сейчас говорить, что тебе пора домой?

Катя вздохнула:

– Это неправильно и неприлично, это не лезет ни в какие рамки, но мне так спокойно тут... И я, пожалуй, сделаю вид, что... – она все же не договорила.

– Прилично, нормально, все в порядке. Мы же друзья? – он протянул ей бокал.

– Друзья, – она с готовностью дотронулась своим фужером до его.

– А какие неудобства между друзьями? – теперь он стоял рядом с ней, опираясь спиной на холодильник, делая глоток за глотком.

Катя вернулась к готовке.

– А на работе? Нам еще в институте внушали, что начальник и подчиненный не должны переходить границ, э-э-э, никаких границ, – она стушевалась.

– Да, – согласно кивнул Андрей, – теоретически все правильно, но мы – люди, и жизнь – не учебник. Иногда бывают ситуации, когда правильно поступать неправильно.

– Возможно. Было бы обидно, если бы наши отношения после этих выходных стали бы… – она замолчала, подыскивая нужное слово, потом ойкнула, выключила плиту и стала сливать макароны.

Еще одна ее смешная привычка: глотать окончания предложений, решится что-то сказать, а в последний момент передумает. Девчонка, совсем девчонка. Неудивительно, что попала в такой переплет, никакого опыта, жизнь в теплом заботливом мирке, куча установок, почерпнутых из умных книжек, ожидание романтического героя. Кто хочешь на ее месте растерялся бы, доведись вместо рыцаря в доспехах встретить дракона.

Ужин прошел великолепно, во многом благодаря вину, которое Андрей щедро подливал и себе, и Кате. После ужина было решено вместо работы отдохнуть. Андрей, повинуясь внезапному порыву, предложил сыграть в карты.

– Давай в «дурака»? В детстве играла?

– Играла, но давно это было.