Северный путь

Глава 18. Одержимость

Давненько на Морти не сваливалось столько хлопот, как с этими учениками. Вначале требовалось разобраться с девицей-мертвошёптом. Припадок сильно её ослабил. Бодрствовать она не могла, но и уснуть тоже не удавалось. Эглаборг долго колдовал над лечебным зельем, которое облегчило бы её состояние или хотя бы помогло заснуть. Сон был сейчас самым лучшим лекарством.

Дальше требовалось поговорить с учениками и наставником, желательно по одному, чтобы они друг другу не подсказывали. Первым Морти принял простоватого Ждана. Выспрашивать пришлось долго, потому что он так старательно путался в показаниях, что под конец и сам с трудом разбирал, где ложь, а где правда. С Дугавой беседа прошла быстрее и проще. Врать она не пыталась, но мало добавила к тому, что выяснилось из скупого отчёта Финиста и слов Ждана.

До полуночи оставался всего час. Ученики отправились отдыхать – утром им предстояло пройти испытание. Охотника ждали два самых тяжёлых разговора.

В Финисте его раздражало всё от всклокоченной рыжей шевелюры, до режущего голоса и укорительного взгляда едких птичьих глаз. Хотя с чего бы? Для Компании важны лишь незаурядные способности и безоговорочная преданность его учеников. А чтобы вытрясти из оборотня нужные сведения, необходимо мыслить трезво.

– Поторопитесь! Госпожа Герда переживает, что вы ею пренебрегли, – предупредил Эглаборг. – Задержитесь дольше, и она на вас обидится.

– Я не могу отвлечься. Займи её чем-нибудь.

– Привязать к кровати? Женщины требуют внимания и не любят, когда их откладывают на второй план, – развёл руками целитель. – Уж вам ли не знать.

Морти поморщился и глянул на него исподлобья:

– Мне ещё надо понять, как себя с ней вести и разговаривать. Накорми её и отведи в библиотеку. Это должно занять её, хотя бы пока я не освобожусь.

– Вы пляшете всё на тех же граблях, – покачал головой Эглаборг, но дольше спорить не стал.

Стоило ему выйти, как в кабинет ворвался взбешённый Финист.

– В чём дело? Зачем ты учинил моим ученикам допрос? Они и так истощены до предела! – начал возмущаться он.

– Мне и самому, знаешь ли, не по душе засиживаться допоздна, учитывая, что прошлой ночью я почти не спал.

Морти поманил его пальцем. Финист навис над его столом, приблизившись на опасное расстояние. Молниеносным выпадом Охотник выхватил у него из-за пазухи амулет Кишно. Оборотень попытался отпрянуть, но верёвка на шее едва не придушила его.

– Твоё нежелание открывать правду вынуждает меня искать её окольными путями.

Морти отпустил так резко, что Финист пошатнулся, на мгновение потеряв равновесие, и закашлялся.

– Я вспомнил, у кого было такое же обличье, как и у тебя. У предводителя Зареченского восстания Кымофея Ясеньского. Он – твой отец?

Оборотень сузил глаза с угрозой.

– Чего молчишь? Тебя же вся Компания ищет, ты почти легенда. В Дюарле любят таких народных героев. Приведут тебя в порядок, причешут, обрядят в парчу и шелка и будут на руках носить, кормить деликатесами с серебряной посуды. Ни меня, ни уж тем более офицеров рангом пониже терпеть больше не придётся. Поверь, я знаю, о чём говорю.

– Сдашь меня, чтобы получить награду? – процедил Финист. – Где была ваша хвалёная Компания, когда Белый Палач громил Заречье и казнил моего отца? Где были родовитые авалорские маршалы, которые допустили капитуляцию Сумеречников?!

– В могиле, – едва слышно ответил Морти, смиряя его ледяным взглядом.

Он привык терпеть нападки молча, да и какой толк оправдываться? Долг Сумеречников – выживание племени, а не преждевременная гибель.

– Не хочешь – хорошо. Я тебя даже понимаю. Все мы тут в одной лодке. Награда мне не нужна.

– А что нужно? – насторожился оборотень. – Я готов уйти вместе с Гердой хоть сейчас, и ты никогда о нас не услышишь.

– Ты притащил в мой дом пятерых одарённых с опасными способностями, трое из которых не обучены, и хочешь сбежать с приглянувшейся девчонкой? – возмутился Морти. – Чем ты тогда будешь лучше нас? Спас их – молодец. Но не бросай дело на полпути, не сваливай на меня всю ответственность – обучи их, помоги выжить. А потом можешь делать, что хочешь.

– Кто бы говорил, – презрительно поморщился Финист. – Герда рассказывала про тебя. Про то, как ты спас её в детстве и бросил. Никогда не поверю, что ты не понял, как она одарена.

Неприятно засосало под ложечкой. Охотник отвёл взгляд:

– А что бы предложил ей испуганный мальчишка-беженец? Её дар был не опасен, её отец знал правду и скрывал её от Лучезарных. Я не мог забрать ребёнка из родительского дома и потащить в неизвестность.

– Пустые оправдания. Ты обещал вернуться, но так и не сделал этого. Её отец умер, а потом на неё напал один богатенький ублюдок. Из-за всего пережитого её дар начал раскрываться, хоть и не в полную силу. Если бы она не поехала с нами, её бы наверняка заметили Лучезарные.

Морти утомлённо сцепил ладони в замок.

– Я понимаю, что виноват перед ней и постараюсь это исправить. Но почему ты ведёшь себя так, будто я и перед тобой в чём-то провинился? Во время капитуляции ордена я ещё даже не родился, а во время казни твоего отца лежал в колыбели. Так что остынь!