Просто фантастика (продолжение)

Глава 6. Супружеский долг должен быть приведен в исполнении или Брак лунной ночью.

Лин Фэн стоял на площадке стены, которой был обнесен здешний сэнь (монастырь), и, сложив руки на груди, невидяще смотрел на горную гряду синеющую вдали, тихо терзаясь.

Его подвела жадность. Он захотел получить Ю Ли в этой жизни, не дожидаясь своих последующих реинкарнаций, потому что и там будет искать ее и быть с ней. В каждой своей жизни он будет с ней, почему должен отказаться в этой? Он не настолько благороден, что бы отпустить ее, потому что только он может дать Ю Ли счастье, только он.

И будет врать ей, пока она готова принять на веру все, что он сейчас внушит ей. От его лжи Ю Ли ведь не изменится, не станет другой. И он будет лгать ей и самому себе тоже и собственное малодушие не простит себе никогда. Его задевало, что он настолько слаб, что не может отпустить Ю Ли, ведь она ничего ему не обещала. Нет, он должен ей все рассказать. И расскажет, когда его убежденность, что она его счастье передастся самой Ю Ли. Она пока не осознает, что он предназначен ей. Она должна это понять, почувствовать и принять.

И вот сейчас его снова одолевает жадность. Но он так долго ждал, каждый день по нескольку раз подходя к ее ложу, видя ее спящей и не ведая, проснется ли она когда-нибудь. А впереди борьба с ней самой и усилия защитить их от разделяющей обоих вечности. И разве не вправе он вкусить вместе с ней минутную иллюзию безмятежного счастья, когда она покорна и согласна с ним. Минутное счастье с ней… пусть и обманчивое, за мирозданную тяжесть вины и вечность искупительного наказания?

Тетушка мудра и не будет мешать им и он спокойно оставляет Ю Ли на нее. К тому же свою просьбу присмотреть за женой, он подкрепил щедрыми дарами: подносом серебра и нефритовыми четками. В сэне тетушки Ю Ли необходимо оправиться после тяжелого отравления.

После вечерней молитвы, которая немного упорядочила мысли и успокоило впечатление дня, Ю Ли ушла в свою келью.

Монастырь закрылся для прихожан, и солдаты генерала Лин отправились вниз, в соседнюю деревню, а сестры обители все посматривали на нее. Правая и Левая шушукались в сторонке, она опять стала героиней дня.

Зато безымянная «она» обрела, наконец, имя и надежду на хоть какую-то определенность своего существования. Потому что объявился муж, который многое знал о ней. Хотя эта встреча принесла больше новых вопросов, чем ответов, если не запутывала все еще больше. Выход был один – поговорить, наконец, с новоявленным мужем, он должен ей помочь обрести себя.

И словно услышав ее нерешительные мысли, он вдруг сам явился в ее келью, когда она зажигала глиняный светильник.

- Ты спишь здесь? – спросил Лин Фэн, войдя и оглядев тесную каморку, которую почти заполнил собой.

- Это монашеская келья, а не хоромы, - напомнила Ю Ли.

- И в самом деле? – согласился он, усаживаясь на полу рядом с ней, оглядев ее так, будто видел впервые.

- Ты… собираешься молиться? – спросил странным тоном, тут же спохватившись, пообещал: - Клянусь, я буду сидеть так тихо, что ты забудешь о моем присутствии. Ты даже не заметишь меня.

- Вас заметить, не получиться, вы нарушили мое личное пространство.

- Твое личное пространство – это я и потому ничего не нарушаю. Привыкай.

Ю Ли забеспокоилась. Она хотела поговорить с ним, но не похоже, что он настроен на вдумчивый разговор.

- Хочешь, я отвечу на все твои вопросы? – вдруг сказал он тоном искусителя. Ю Ли вздрогнула, вот уже в который раз у нее возникало ощущение, что он читает ее мысли. Но сейчас не время переживать об этом, а то вдруг передумает.

- У нас была свадьба? – спросила она первое, что пришло на ум, но надо же было с чего-то начинать.

- Сядь ближе, - велел он. – Еще ближе, - и похлопал рядом с собой по полу. – Ты же не боишься меня, своего мужа?

- Я вас не помню, - заявила она, понимая, к чему он ведет разговор и обрубая продолжение этой темы на корню. - И не помню, чтобы мы были, когда - либо вместе.

- Поверишь ли, счастье мое, это гложет и меня тоже, - признался он со вздохом. – Мы действительно не успели стать супругами, а на дворе уже ночь, - без всякого перехода напомнил он.

Ю Ли смотрела изучающее озадачено. Мужчина, что сидел перед ней, вызывал больше недоумения, чем сердечного трепета. С ней то все понятно, ей, видимо, выбирать не приходилось. Но его-то как угораздило так сильно и горячо привязаться к ней. Значит, их связывала какая-то невероятная романтическая история. Но ничто не будило в ней воспоминаний о ней, когда она смотрела на Лин Фэна, вот в чем вопрос. Значит ли это, что она не разделала его чувств? Это вряд ли, порой ей трудно было противится его сильному притяжению и, если бы, не крупица отчуждения… Минутку… он говорил, что их брачная ночь не состоялась? Значит, свадьба все же была? Нет, ничего не понятно…

- А… я вас любила? – неуверенно спросила Ю Ли, понимая, что выдает свои сомнения, чувствуя себя глупо. Как он мог знать об этом, если даже она этого не знает?

Пусть она потеряла память, но ведь не чувства. Ведь если женщина путь даже не любила, а испытывала хотя бы привязанность к мужчине, то вспомнит сердцем, если забыла разумом. А она не испытывала к генералу ни «нужных» супружеских переживаний, ни каких либо полагающихся эмоций при встрече с близким человеком.

- Главное, что я люблю тебя, - тихо отозвался он, в полумраке тесной комнатушки. Светильник едва теплился, уже не разгоняя сгущающуюся вокруг сидящей пары темноту.

- А вот я ничего к вам не чувствую, - призналась она и уточнила: - Но если у нас не было свадьбы, почему вы называете меня женой, когда все остальные считают наложницей?

Лицо его замкнулось, превратившись в каменную маску. Они оба не давали друг другу «съехать» с нужно каждому темы.

- У меня была та, которую все считали моей супругой, но не я. Простишь ли ты меня?

- За что? – удивилась Ю Ли подобному заявлению. Так была другая супруга? Вообще ничего не понятно.