Жена Лесничего

Глава 4

Глава 4

Мелькая днями пробежал месяц, и между Чармэйн и Дэмиеном установился хрупкий мир. Она провожала его на работу по утрам, стоя у ворот дома, и держа руки под передником, после того как накормила мужа сытной кашей. За день успевала поухаживать за огородом и рогатой коровой, а вечером встречала Дэмиена наваристым супом. Чармэйн старалась изо всех сил угодить, а Дэмиен ничего не принимал как должное и всегда отвешивал жене поклон до земли за заботу.

Это внешне, а по сути первый их брак закончился. Рассеялась, не исполнившись, радужная дымка в сердце, сопровождавшая первые дни замужества. Надежда на постепенное сближение – первые поцелуи, ласка, желание в глазах друг друга, всему этому не суждено сбыться. Доверие утеряно.

Дэмиен остался с ней, так как не в силах отказаться от Чармэйн. И пусть оба были вежливы и обходительны друг с другом, между ними висела прозрачная и непреодолимая завеса, в которой вязли робкие попытки Чармэйн на сближение.

Дэмиен уходил в лес, в поисках Тейла. Он хотел узнать у фейри, что же произошло на самом деле. Как в женах лесничего оказалась избранная эльфом девушка из деревни?

Дэмиен не надеялся обхитрить Тэйла – в искусстве говорить загадками нет равных лесному народу. Но все же стремился через подтверждения рассказа Чармэйн обрести возможность вновь найти дорогу к ней в своем сердце.

Поиски оказались напрасными: Тейл как намеренно избегал лесничего, скрываясь в зарослях цветущего багульника, выдавая свое убежище лишь позабытой голубой бабочкой, трепыхавшейся в острых шипах кустарника.

Пару раз Дэмиену удалось увидеть Кувшинку, сестру Тейла, стоявшую по колено в лесном ручье, тоскливо глядевшую на него из под венка из цветов водосбора. По ее тонкому и гибкому телу стекала вода и темными лентами вились водоросли. Дымчатые глаза полные слез, в обрамлении черных как смоль ресниц о чем-то умоляли, но только он сделал шаг по направлению к ней, лесная дева как всегда исчезла.

В отличие от Тейла, Кувшинка никогда не говорила с лесничим. Он даже подумывал не нема ли она, но как-то раз услышал ее негромкий разговор с братом.

Кувшинка обитала в водоемах, отвечала за их чистоту и население. Между ее длинными пальчиками тянулась тонкая пленка перепонок, а спину и плечи покрывала серебренная чешуя. Она любила купаться и в прошлом, частенько звала с собой Дэмиена, а затем всласть целовала его холодными губами, обвив длинными темно-зелеными волосами, мокрыми и гладкими. Поцелуи, как и их обоюдная привязанность, должны были оставаться в тайне от Тейла, поэтому Кувшинка всегда молчала в присутствии лесничего. У фейри свои правила.

Когда Дэмиен был моложе, он был влюблен в Кувшинку со всей страстью подростка. Она была дикой и загадочной, податливой и далекой, как и вся природа вокруг. А еще невыразимо прекрасной, особенно когда восставала из озера подле дома ночью, луна играла отблесками в чешуе на плечах, а белая кожа светилась в мелкой ряби воды. Кувшинка давалась целоваться и ласкаться, а потом юркой рыбкой выскользала из объятий лесничего, исчезнув на дно озера до следующего раза. Как он тосковал тогда!

А потом перегорело…

Захотелось теплую и настоящую. Живого человека, чтобы говорить вечерами, делить трудности на двоих, да еще, чего скрывать? Соединиться по настоящему как муж с женой, завести деток…

Только опять Дэмиену указали его место. Он давно понял - в лесу его предназначение выполнять черную работу, неподобающую фейри и не требующую особых умений. Подбирать за господами прошлогодний мусор из реки, да изредка перехватывать тайные объятия речной девы. Не знал Дэмиен, что и для человеческой жены станет заменой более удачливому сопернику. Тейл… Обожаемый, идеальный старший брат, настоящий сын леса. Дэмиен ему проигрывает подчистую по всем статьям. И именно эта мысль жгла по особенному яростно, как раскаленная спица под ногтями.

Ярость растекалась туманом, стоило Дэмиену зайти домой и увидеть ленту в волосах Чармэйн, ее взгляд опущенный долу, мозоли на нежных руках. Вдохнуть ее запах, пряный от пота, кисловатый от теста, проникающий в сердце и растворяющий горечь.

Чувствовалось, что Дэмиен вернулся домой, где ему рады. Сегодня Чармэйн еще у порога подала лохань с теплой водой и мылом. Дэмиен ополоснулся, вытерся чистым полотенцем и сел ужинать на пару с женой. После, они тихо переговаривались о новостях, неожиданно повернулось, что у Чармэйн, мирно ведущей хозяйство, была насыщенный событиями неделя.

Поляну перед озером начал посещать, осторожно переступая тонкими ногами с раздвоенными копытцами, серебристо-белый единорог. За ним следовала свита из звериных детенышей – лис, зайцев, волчат и прочей мелюзги. Они устраивали шутливые потасовки, вытаптывали огород, шумели и веселились, пока за пеленой леса не начинали тревожно выть родители. И тогда единорог убегал прямо по глади озера, выбивая радужные брызги, а звереныши скрывались по норам, оставляя разграбленное хозяйство.

За ночь морковь и репа набирали рост, наливались сахаром и Чармэйн не могла пожаловаться на озорников. Да она и не хотела – зачарованно наблюдала за ними из окошка и мечтала прижаться к курносым мордочкам, запустить руки в мягкий мех. Малыши валялись на спине, подставляя круглое пузико лучам солнца, понарошку кусали друг друга смешно свесив язык на сторону и были невероятно милы.

А единорог! Наблюдающий искоса за возней, грациозный и изящный как паутина в лунном свете. Чармэйн бросало в дрожь от одного взгляда на него и охватывало всепоглощающее ощущение чистого счастья как в далеком детстве. Именно из-за единорога Чарм оставалась всего лишь сторонним наблюдателем – стоило ей показать нос наружу, как волшебное существо взлетало в воздух белоснежной стрелой и исчезало в чаще, увлекая детенышей за собой.

- Если бы единорог не хотел видеть тебя, то не приходил бы на порог дома, это я точно могу тебе сказать, - успокоил Чармэйн Дэмиен, перебирая пальцами бороду. – Я никогда не видел его. Находил полянки со зверятами играющими вместе, но никогда его самого. Каков он?