Крылатая. Страшась полета

Глава 20

Увы, как не старайся, а народная мудрость, гласящая "перед смертью не надышишься", имеет место быть. Я бы даже сказала, действует всегда и везде. Вот и я, как ни старалась, оттянуть момент своего позора не смогла. Вчера вечером мастер с самым торжественным видом вручил мне сверток с подозрительным бантом из атласной ленты. В свертке было платье. Новое, нарядное и дорогое. А сегодня вечером в комнату ворвался смерч имени "Ульяна Нагорэ" и меня, поникшую и принявшую экзекуцию как данность, впихнули в изделие из синего бархата, соорудили на голове сложную конструкцию из кос и при пособничестве Листа волоком утащили на праздник. Мастер напутственно выкрикнул в след "веселись", Вяз и Ольха радостно помахали, Хмель покраснел и тихо посоветовал: "одна не ходи".

Дело в том, что платье мне выбирала Уля, а она моей тяги к свободному крою не разделяет. И вот теперь я холодела от ужаса, ловя на себе внимательные взгляды горожан мужского пола, пока мы торопливо шагали в академию. Я прокляла Улю в сотый раз и, будь я магом — ходить бы моей подруге в коросте до конца своих дней, а так идет себе, смеется, меня подначивает.

— Тебе и вправду очень идет это платье, — серьезно сообщил мне Сева. — Синий тебе к лицу.

— Ага, синий с красным очень органично смотрятся, — заржала Уля.

Я злобно потянула вырез платья вверх и тут же получила от подруги по рукам.

— Я что, зря его на тебе час шнуровала?

— А, может, расшнуруешь, пока не поздно? — с надеждой уточнила я.

— Нет, меня твои мешкоплатья уже достали, сегодня все узнают, что ты не только умница, но и красавица, — добила меня Уля.

Я с надеждой глянула на Севу. Листик смерил меня своим близоруким взглядом и добавил:

— Даня, а ты зачем все это прятала?

— За этим, — рыкнула я и кивнула на сына пекаря Римке.

Мы как раз замерли у булочной, а младший Римке мешок с мукой с телеги сгружал. А тут я декольте поправить решила. Мешок конкуренцию со мной не выдержал и, соскользнув с плеча расфокусированного парня, превратил последнего в подобие снеговика. Судя по отборной брани, донесшейся из пекарни, снеговику еще и порка светит.

— Вот, первая жертва красоты имеется, — злобно заключила Улька. — Сейчас мы им всем покажем, какая ты!

Я была с ней в корне не согласна и показывать ничего не хотела. Я бы с большим удовольствием все прикрыла и спрятала. А все дело в том, что я давно уже не заморенный голодом подросток, а девушка двадцати двух лет с фигурой. С такой фигурой, которая во всем смотрится очень... откровенно. Вот что ни надень, выглядит так, будто ты напоказ все выставила. Оттого я и люблю свою мантию. А сейчас на мне тесное платье из синего бархата с серебряным кантом по вырезу и подолу, и свободного в покрое одеяния только рукава. Так что иду, краснею, с ужасом жду входа в академию.

В бальный зал следом за гордо шествующей Улькой я входила с содроганием. К моему счастью, народу там было много и на мою скромную персону никто не обратил внимания. Не люблю я эти празднования, танцы, гуляния, наряжания. Хотя не так, я их боюсь. Мне кажется, что все на меня пялятся, посмеиваются надо мной, а стоит выйти танцевать, так ноги напрочь забывают, что делать, и нещадно топчутся по ногам пригласившего меня на танец. К моей радости, звали меня танцевать редко. Потому как на танцы я хожу редко. И вообще, места большого скопления людей меня нервируют.

Я удобно устроилась в самом конце толпы, у каменной колонны.

— Не видно ведь ничего, — ныла Уля. — Пойдем ближе.

— Зачем? Вот отсюда чудесный вид, — "и меня не видно" — мелькнула трусливая мыслишка.

Было неловко, стыдно и страшно. А вдруг кто пригласит? Вон как те двое парней смотрят. Парни смотрели с таким видом, будто видели меня впервые. Ну да, я почти всегда хожу в выцветшей мантии и с собранными в узел или косу волосами. А тут прямо царь-птица. Хоть бы танцевать не повели! Хочу в свой подвал!

На другом конце зала стояли Радда и Забава, усиленно делая вид, что не замечают друг друга. Вот кто любит греться в лучах всеобщего внимания. Одна знойная брюнетка в алом, другая ангелоподобная блондинка в небесно-голубом. В той же стороне стоял приглашенный мастер Бус, привычно веселый, дружелюбный, наряженный по такому случаю в расшитый сюртук, белую рубашку, сапоги со шпорами. Этакий принц с гобелена, вид портила прическа в виде коротко стриженного "ежика" русых волос с тонюсенькой косичкой на затылке.

Далее на глаза попался Дорхе, со скучающим видом подпирающий колонну. Волосы распущенны, и только пряди на висках завязаны сзади в хвостик. Одет дракон как всегда сдержанно, элегантно и в своей любимой гамме — черной. Черный сюртук с едва заметной вышивкой серебром, черная рубашка, даже лента в волосах, и та черная. Хотя, думаю, если одеть его в рубище — он бы и в нем смотрелся столь же эффектно.

Объявили начало праздника, заиграла музыка, дамы выстроились вдоль стены (меня Уля тоже впихнула в эту шеренгу, не обращая внимания на протесты). Кавалеры закружили по залу, выбирая пару для танца. Мне стало откровенно страшно, соседок нещадно разбирали и я рисковала остаться без прикрытия. От волнения пришлось переключить внимание на изучение паркета, штор, колонны, собственного рукава. О Боги, я хочу быть невидимкой! Странный шепот, пронесшийся по толпе, заставил меня отвлечься от терзания собственного наряда и поднять глаза. Лукавый взгляд фиолетовых глаз, наглая улыбка. Убила бы!

— Позволите? — мурлыкнул гад.

— Нет. Я не танцую, — пискнула я, пряча для большей убедительности руки за спину.

— Не выдумывайте, — дракон приобнял меня за плечи и попытался вывести из такой милой моему сердцу шеренги. Я попыталась воспротивиться. Поднял за плечи, перенес и поставил перед собой. Гад. Сильный и наглый гад.