Сторож Академии ведьм

6.2

Риальд действительно вел себя пристойно. Скромно держал за руку и вел светские беседы. С таким Риальдом было бы неплохо сходить на бал.

Вы, должно быть, в смятении, о чем речь? Сейчас уточню.

Весна в графстве подходила к концу, что традиционно крайне пышно отмечалось. Однако в этом году Встреча Лета удачно совпала с затмением Кровавой луны. Такие сочетания редки, а потому вся магическая элита решила собраться, отпраздновать открытие теплого сезона, а заодно подпитаться всплеском лунной силы. Особенно такому случаю радовались пограничники. Обычно они на подобные гулянки не попадают.

Поэтому весь Фэртон стоял на ушах, воображая, как пройдет праздник на будущей неделе. Каждый год на подготовку Встречи Лета тратилось немыслимое количество денег из казны графства. В этот раз правящая чета вконец распоясалась. Уже месяц сооружались в садах вблизи замка фантастические беседки, цветочные башни и украшения из серебряных и золотых лент. Приглашения летели ко всем, причастным к магическим практикам. В том числе к первокурсникам.

— Обещаешь мне первый танец? — спросил Риальд. — Даже если отвергнешь мое предложение.

— Какой ты настырный, — улыбнулась Юнни. — Я когда-нибудь избавлюсь от твоего внимания?

Он обхватил ее лицо руками и тихо сказал:

— Когда станешь моей рабыней и отдать себя полностью. Но ведь с ведьмами такое не случается. Камни, а не сердца.

— Отчего же? — состроила невинное личико Юнни. — У безумной Ли не камень.

Риальд рассмеялся и отпустил ее.

— Ну да, ну да. У той сразу дверь в преисподнюю. А чего ты вообще про нее вспомнила?

Юнни пожала плечами.

— Я почему-то часто про нее думаю. Никогда не думала, а теперь думаю. Это после того, как Таингейт ее имя сказала. Я ведь не знала, что Ли магистром академии была.

— Да, об этом как-то не сплетничают. Оно и понятно. Была и была. Было бы странно, если бы с такими способностями не преподавала.

Риальд тихо засмеялся.

— Слушай, только сейчас понял, что вы с ней похожи. Ты пострашнее, конечно…

Юнни стукнула его кулаком по плечу, и Риальд залился смехом.

— Непохожи. Я ее портрет видела. У нее волосы серебряные и глаза, как озера. А я…

— Глупая, я про ее обличье химеры, — продолжал ржать Риальд.

Юнни скривилась.

— Все, все, прости. Вновь буду воспитанным.

Он тактично взял Юнни под руку и вернулся к светским беседам. Болтал о розовеющем вдали закате, о летящем к ним шумливом лете, о предстоящих экзаменах.

Но Юнни его совсем не слушала. Мысли были далеко от этой приятной прогулки. Летели куда-то в прошлое, где в бабушкиных сказках и укачивающих колыбельных неслась на метле великая ведьма. Разлетались по ветру серебристые волосы, пригибались к земле головы покоренных тварей. И заканчивалась эта сказка поэтично и таинственно: “Сошла с ума от любви”.

“И как такое возможно? — каждый раз спрашивала себя Юнни. — Всем известно: чем мощнее ведьмин дар, тем холоднее сердце. Отчего же она сгорела? Да так, что в чудовище обратилась”.

— Такая красивая. Такая молчаливая, — ласково шептал на ухо Риальд.

Только почувствовав его дыхание настолько близко, Юнни вынырнула из воспоминаний.

— Я не молчаливая. Просто с тобой неинтересно, — холодно ответила она и посмотрела на часы. — Время вышло.

— Ведьма, — улыбался Риальд. — Как есть ведьма.

Поцеловал ее руку и растворился, а сумрачный воздух разрезал гудок отбывающего поезда.

— Пора, — вздохнула Юнни и вошла в свой вагон.