Перекрестки судеб

Глава 2. Бесполезная принцесса

По миру пронеслось что-то таинственное... Таинственное и коварное. Это случилось уже довольно давно, но действовать они начали только несколько месяцев назад. И из-за этой медлительности беспокойная душа Бернарда становилась все беспокойнее день ото дня.

Этот мужчина когда-то был, верно, очень красив, но теперь непосильный груз ответственности сделал из него скрюченного старца, хотя время его старости еще не пришло...

Бернард нервно накручивал круги в своей небольшой комнате, освещенной только несколькими свечами, отчего на всевозможные предметы, в большом количестве разбросанные повсюду, отбрасывалась жутковатая тень. На небольшом столе, сделанном из какого-то темного дерева, стоял совсем остывший ужин старика, но Бернард к нему не прикоснулся. И даже его любимая настойка в граненом стакане тоже была нисколечко не отпита.

- Все слишком поздно! Все это слишком поздно! – бесконечно проговаривал он, теребя в руке какой-то обрывок бумаги. - Как же мне с ним связаться?

Низкий голос Бернарда сливался со скрипом старых половиц, отчего воображение мальчика Сэма, подсматривающего за ним в тоненькую щелку, разыгрывалось еще сильнее...

......

Мэлони легла спать в дурном настроении… Она долго не могла заснуть, и то и дело выходила на балкон, разглядывая огромную и завораживающую луну, путающуюся в словно размазанных по небу облаках, суетливо проносившихся мимо светлоликой красавицы.

В очередной раз вскочив со ставшей, вдруг, неудобной, такой обычно удобной кровати, девушка беспокойно вздохнула и, поправив волосы элегантным движением, присела на широкий диван…

В груди вдруг словно что-то сильно сжало ее сердечко. Мэлли зажмурилась и инстинктивно схватилась за больное место, смяв легкое кружево на вороте, но уже через мгновение все прошло. Такое бывало с ней и раньше, и она не придала этому большого значения – смахнув выступившие помимо ее воли слезы, она вознесла краткую молитву и тут же забыла о случившемся.

В своем ночном платье, легком и воздушном, будто сотворенном из крылышек лесных фей, а не ткани, принцесса казалась еще более хрупкой, чем всегда. Девушка выглядела лет на семнадцать, но в ее больших зеленых глазах нередко проскальзывала усталость, которая обычно присутствовала у людей, проживших довольно долгую жизнь.

Звезд, мелькавших меж облаками маленькими самоцветами, в эту ночь сияло значительно больше, чем в предыдущие, воздух был прохладным и свежим, а ветер, несмотря на силу, приятным, но неспокойную Мэлли одолевала тоска и уныние. А виной всему стал званный обед и нисколько не льстившие ей ухаживания старшего сына одного из приближенных домов.

Бесплодно пытаясь выбросить воспоминания об этом из головы, она вновь побрела в одинокую постель. Ближе к рассвету усталость переборола, и принцессе удалось, наконец, заснуть.

- Эй, Мэлли! Хватит спать, соня! Солнце уже высоко в небе, и к тому же у меня для тебя есть сюрприз!

Мэлони закрылась одеялом и, скорчив недовольную гримасу, прошептала: «Опять сюрприз…» Король после смерти родителей, почувствовав себя обязанным заботиться о младшей сестре, стал проявлять слишком большое усердие. Почти каждое утро девушки начиналось с дорогих подарков и нарядов.

Мэлли вылезла из-под одеяла, и, как можно искреннее улыбнувшись, сказала: «О, спасибо тебе, мой дорогой! Мне так приятна твоя забота!» Довольный результатом Джастин, поцеловав сестру, поинтересовался ее здоровьем и, получив именно тот ответ, на который рассчитывал, сладко потянулся.

- Жрецы предсказывают, что крылатое солнце скоро вернется! – сказал он как бы невзначай, но на самом деле эта тема его очень волновала, что, конечно, не укрылось от сестры. – Так что скоро праздник.

- Правда? – отозвалась та с искренней радостью.

- Да, возможно, в следующем месяце.

- Замечательно!

- Я рад, что тебе понравилось, надень его, - король встал и направился к выходу. – Сегодня на обед мы ждем важных гостей…

Улыбка мигом сошла с лица Мэлони, и когда дверь за братом закрылась, она слезла с кровати и, открыв шкаф, со злостью кинула в огромную кучу украшений свой новый браслет.

- О Веллор! Как я устала от этого!

Мэлли любила брата, но его отчаянное желание повыгоднее ее пристроить стало уже просто невыносимым. Он начал задумываться об этом довольно давно, ведь в его понимании это единственное, что обеспечивало его дорогой сестре жизненное счастье и благополучие. Но с относительно недавних пор, когда дела в королевстве пошли не лучшим образом, в народе все чаще и чаще происходили волнения, а казна, растраченная на поддержание некоторых традиций, начала иссякать, это желание стало просто маниакальным. Брат, всегда ревностно защищавший ее от всех мужских претензий, и тщательно отбиравший возможных претендентов, начал чуть ли не кидать ее на всех достаточно влиятельных отпрысков древних семей.

Принцесса закусила губу, пытаясь сдержать дрожь, вызванную злостью и невероятной жалостью к себе.

- Будто вещь… - прошептала она. – Я только выгодное вложение…

В комнату постучались, и вошла женщина. Мэлони отвернулась, не ответив на привычное приветствие. Скрывать свои чувства ей было не впервой. Но Сьюлли - так звали служанку – кажется даже не обратила внимание, что та расстроена, и сразу стала подбирать королевне наряд.

- Госпожа, вам так идет этот цвет! - говорила она, указывая на чрезвычайно напыщенное платье с рубинами - один из последних подарков брата.

- Нет, - отрезала Мэлли. - Я хочу вон то.

- Но как же, госпожа! Вы же надевали его позавчера! Принцесса не может надевать одно и то же платье несколько раз в месяц!

- Почему не может?! Почему все указывают, что мне делать и что надевать? - вскрикнула та, но мгновенно успокоившись продолжила. - Сьюлли не ворчи, прошу тебя. Сегодня не случится ничего такого, ради чего я должна прихорашиваться.

- Дело не в том, что что-то должно случиться, а… - не сдавалась прислуга.