Здесь обитают кошки

Древнеегиптяне

Образовавшуюся паузу Иван Иванович Иванов использовал в личных целях: поспал; с точностью до сантиметра измерил помещение шагами; умылся, используя исключительно подручные средства; подшил воротничок; потренировал хоровое пение йодлем; несколько раз собрал-разобрал свои карманные хроно-часы на скорость, из-за чего те пришли в полную негодность; сорок минут простоял на руках, тренируя выносливость. И это всё меньше чем за час! После чего, наконец, встало солнце, которое и оторвало Ивана Иванова от просиживания штанов.

«Работа зовёт!» — подумал он, будучи настроен предельно решительно, и начал собираться.

После недолгих раздумий вещи в съёмной комнате хроно-журналист решил не оставлять, даже свои ещё не до конца высохшие туфли из жёлтого кожзама. Не то чтобы Иван Иванович не доверял столь замечательным хозяевам как Иванохотеп и его жена — при необходимости он бы и жизнь им свою доверил, но такой необходимости не было.

Вооружившись тростью, отряхнув фетровую шляпу, прикрывающую необъятных размеров лысину и поправив перед выходом галстук-бабочку, хроно-журналист двинулся в путь. Иванохотеп его уже ждал, причём с подарком: в руках он держал традиционный головной убор древних египтян — угольно-чёрный цилиндр с красным бантом.

— Держи, это тебе Наташепсут сшила, пока ты отдыхал, — протягивая головной убор, улыбаясь во все свои десять зубов, наглядно демонстрирующих, что со стоматологией в Древнем Египте всё было не очень хорошо, сказал оператор бетономешалки.

— О! Она ещё и рукоделием занимается?

— Конечно! А что ещё делать долгими зимними египетскими вечерами?

— Но позвольте, сейчас же лето, да и совсем не вечер.

— А она закрыла глаза и выключила отопление.

Подивившись её находчивости, Иван Иванович решил сразу же примерить подарок и даже без всякого зеркала установил, что тот пришёлся ему в самую пору. Он сильно обрадовался неожиданному, но приятному приобретению. Хроно-журналист решил как-то отблагодарить своего друга, и у него как раз имелся подходящий подарок: накануне хроно-путешествия жена принесла ему пару билетов в театр.

— Спектакль «Лебединое озеро» на следующей неделе в «Большом», — презентовал ответный подарок Иван Иванов. — Закрытие сезона. Такое лучше не пропускать!

Иванохотеп растерянно на него посмотрел, но билеты всё же взял.

«Похоже, они с женой не большие любители Чайковского», — заключил Иван Иванович. — «А возможно, и театра вообще».

Закончив обмениваться подарками, любезностями и респираторными заболеваниями, они двинулись в путь.

***

Посёлок городского типа Мемфисовка днём был также прекрасен как и ночью, только видимость была лучше. Жизнь здесь кипела очень неторопливо, даже медленно, без излишней суеты и шума. Народу на улицах было не сказать чтобы много, но все чем-то занимались или хотя бы принимали важный, занятой вид, когда мимо них проходил хроно-журналист в сопровождении своего гида.

Глядя на всё это, Иван Иванович мгновенно вспомнил слова про «не сезон» и решил поинтересоваться на эту тему.

— Ну так, это, того — дача, вахты, — развёл руками Иванохотеп. — Вон, в этом году подряд море копаем! Платят, — он выразительно присвистнул, — только работа не из тех, где сидеть сиднем надо, не-е-е. По двадцать шесть часов в день наши работают, без перекуров и выходных, девять дней в неделю — такое не каждый выдержит.

— А почему вы, уважаемый, не там? Не заинтересовались? — осторожно, так, чтобы не обидеть, осведомился Иван Иванов.

— У меня и так работа есть, скоро как раз до неё дойдём. Покажу тебе нашу стройплощадку.

— Ну а как же дача, огород, вот это вот всё?

— Ай, ну его. Картошка эта, тыква, помидоры, кукуруза, — пренебрежительно отмахнулся оператор бетономешалки, — не люблю я этот импорт. Не нашенское это, тьфу! Хоть бы их и не было! Вот огурчики малосольные — вот это вещь, это по-нашенски, по древнеегипетски!

Тем временем, попетляв по улочкам и вдоволь насладившись их дневным ароматом, они вышли на площадь, расположенную перед величественным зданием из белого камня, с множеством статуй, колонн и фонтанов вокруг.

— А это, наверное, храм? — держа свой хроно-блокнот, как и карандаш, наготове, спросил Иван Иванов.

— Да какой же это храм! Это посольство ануннаков!

— «Анунаков»? — торопливо записывая и быстро зарисовывая место, ведь он так же был и талантливым художником-натурщиком, уточнил Иван Иванович.

Посольство, автор картины: И.И. Иванов

— Многоуважаемые гости с других миров, — сквозь зубы процедил Иванохотеп, кого-то явно цитируя, и тихо добавил, — хотя, как по мне, анунак хуже незваного гостя.

Они двинулись дальше и почти сразу, всего метров через тридцать, пришли к ещё более величественному зданию. Оно было настолько потрясающе красивым, что Иван Иванов счёл себя недостойным даже пытаться его изобразить. К тому же после предыдущей попытки у него сломался карандаш.

— А это храм?

— Не-е-т, ну что ты, друг! Это министерство по налогам и сборам. Вот видишь, — оператор бетономешалки указал на неприметную десятиметровую золотую табличку на фасаде.

— Почему там написано «МММ»? — удивился, приглядевшись, хроно-журналист.

— Не бери в голову, это от организации-предшественника осталось. Идём, покажу тебе настоящий храм.

После увиденных архитектурных излишеств долгожданный храм не сильно удивил Ивана Ивановича.

«Храм и храм, золотые купола, крест — вроде всё как у нормальных, православных людей», — рассматривая сооружение, не без огорчения думал он и тут заметил что-то интересное.

— А что это за странные существа жмутся в тенях, злобно хихикая? — спросил Иван Иванов, осторожно указав на оных.

— Евреи, тьфу, — Иванохотеп смачно сплюнул. — Всё козни против нас, честного древнеегипетского люда, строят. Детей хотят наших убить, посевы погубить, реки загрязнить. Страшные люди — лучше на них даже не смотреть. Не зря их наш и.о. фараона притесняет, ох не зря. Помяни моё слово: бед они нам ещё доставят.