Простые слова

Глава 8. Перемирие?

Марьяна.

— Свиридова, дневник забери!

Мой полет из кабинета русского прерывает нудный голос Алевтины Ивановны. Подбегаю к учительскому столу. Смотрю на классную исподлобья: мало того, что своим замечанием она усугубила и без того напряженные отношения с отцом, так еще по ее вине я упущу Ветрова. Не знаю, как этому несчастному удается так быстро ускользать из вида, но сегодня он от меня не сбежит. В моей голове слишком много вопросов, и сейчас я жажду получить ответ!

— Марьяна, ты куда так спешишь?— Синичка смотрит на меня через свои окуляры и цепкими пальчиками крепко держит в плену дневник.

Недовольно выдыхаю, поглядывая на исчезающую из вида спину Ветрова, и нервно переступаю с ноги на ногу, всем своим давая понять учительнице, что слушать ее нотации во время законной перемены не желаю. Но разве мое мнение имеет значение?

— Алевтина Ивановна, у нас сейчас физкультура, я же опоздаю! — Давлю на жалость и аккуратно пытаюсь выудить из учительских рук дневник.

— Я только хотела сказать, что ничего тебе не написала. Давай сделаем скидку на всеобщее волнение. Но если ты еще раз позволишь себе…

— Не позволю! — Выдергиваю дневник и сломя голову несусь прочь, громко бросая на ходу: — Спасибо!

Но выскочив в коридор, понимаю, что опоздала! Сава исчез из зоны видимости, просто испарился! Вот и как это понимать? Дома Ветров наглый и борзый, после школы квасит одноклассникам носы, а внутри лицея тихий и почти неприметный.

Поправляю рюкзак на плече и продолжаю оглядываться. Конечно, никто не мешает мне поговорить с парнем на другой перемене или даже за ужином, или ворваться к нему в комнату глухой ночью и окатить того ледяной водой из кастрюли, а после потребовать ответы, но проблема в том, что я себя знаю. Уже через пять минут запал пройдет, а еще через час я и вовсе передумаю подходить к оборванцу. Разочарованно вздыхаю и хочу уже отправиться вниз, к раздевалкам, чтобы успеть натянуть спортивную форму, как ощущаю робкое прикосновение к своему плечу и замечаю Злату.

— Марьяна, погоди! — Смирнова совершенно точно волнуется и боится, что я снова ее оттолкну. — Нам надо поговорить!

— О чем? — фыркаю и, не глядя на девчонку, отдергиваю руку. Опаздывать на физкультуру по вине Златы я не намерена!

— Ты обижаешься на меня, да? — Продолжает бежать рядом Злата. — А я тебя ждала сегодня на перекрестке!

— Я ждала тебя там вчера! — язвительно выплевываю. Хочу казаться равнодушной, но каждое слово отзывается тягучей болью в сердце.

— Вчера же ливень был, Марьяна!

— И давно дождь стал помехой для дружбы? — Резко останавливаюсь, чтобы заглянуть в лживые глаза подруги. — Молчишь? А хочешь, я скажу, как было на самом деле? Вчера тебе было не до меня, верно? Вчера ты променяла меня на Ветрова. А сегодня, когда ему пришлось утро провести в спортзале, ты наконец вспомнила, что есть я!

— Все не так! — Мотает головой Смирнова. — Я вообще не понимаю при чём тут Ветров. Ты второй день мне говоришь про него…

Опять ложь! Как же она достала! Почему сегодня каждый норовит меня обмануть?

— Не надоело прикидываться овечкой, Злата? — Недослушав разворачиваюсь и забегаю в раздевалку. Проталкиваюсь через других девчонок к своему шкафчику в самом дальнем углу и начинаю раздеваться.

— Это из-за слов Симонова на английском? — Злата снова меня догоняет и как специально занимает соседнее свободное место. — Да? Ты ему поверила? Этому пустомеле?

— Зачем мне кому-то верить? — Стягиваю водолазку, застревая головой в узком воротнике. — Я и так все вижу!

— И что ты видишь?

— У вас любовь, а я побоку! — Пытаюсь пригладить ладонью наэлектризованные волосы. Ненавижу водолазки!

— Глупости! — Смирнова подходит ближе и проводит рукой по моим взбунтовавшимся прядям, а потом достает из кармана резинку для волос и протягивает мне. Знает, что свою я опять забыла дома. — Нет у нас никакой любви! У Савы вообще девушка есть! А меня он всего лишь до остановки проводил, да и то всю дорогу просил никому не говорить, что к тебе в тот вечер заходил за конспектами. А на следующий день он мне просто мобильный вернул. Видимо, выронила, когда в автобус садилась! Я, между прочим, потому тебе и не отвечала, что телефон был у Савы!

— А сегодня тогда зачем ему улыбалась? — продолжаю дуться, но резинку беру и даже умудряюсь забрать кульку на голове.

— А что нельзя? — Пожимает плечами Злата и вешает на крючок блузку. — Я и тебе улыбалась!

— Ты, правда, не с ним? — Ощущаю, как постепенно обида отступает, а желание обнять Смирнову множится в разы.

— Говорю же, у него девушка есть. — С досадой вздыхает Злата и принимается шнуровать кроссовки. — Мы когда от Виты вышли, я ему попыталась объяснить, что ты про влюбленность свою пошутила, чтобы маму позлить. Так ведь было?

— Так.

— Ну вот. А Ветров ответил, что ему ровно до твоих признаний и что у него уже давно есть любимая девушка.

И вроде от откровений Златы становится легче дышать: она меня не предавала! Но новость о подруге Ветрова неприятно царапает.

— Тогда получается, он не за тебя заступался? — рассуждаю вслух.

— Заступался? — Злата заканчивает со шнурками, и мы спешим на улицу. Сентябрь — время изматывающих кроссов на школьном стадионе. — Ты о чем?

— Ну это же он Митьке лицо разукрасил.

— Да ну, глупости!

Мы подходим к другим девчонкам, столпившимся возле турников в ожидании учителя, но держимся немного в стороне.

— Глупости? А разбитые кулаки у Савы видела? — переспрашиваю Злату, повиснув на лестнице. Легкий осенний ветерок приятно холодит кожу и отрезвляет мысли. От моей обиды на Злату не остается и следа, зато интерес к персоне Ветрова растет как на дрожжах.

— Нет, я же опоздала. — Подруга зацепляется за перекладину рядом и удивленно качает головой.

— А я видела! Живого места нет! Прямо как на лице Митьки. Или, думаешь, это простое совпадение?