AGRIS - 

2014

Singina, G.N. | Volkova, N.A. | Bagirov, V.A. | Zinov'eva, N.A., All-Russia Research and Development Inst. of Livestock Husbandry, Moscow Region

The role of banks in the management of genetic resources and the preservation and improvement of the gene pool of farm animals and poultry, as well conservation of endangered species is noticeable. Most cryobanks focus on the cryopreservation of gametes (primarily sperm) and embryos. Their main goal is to produce offspring using reproductive technologies, which include artificial insemination, in vitro fertilization and embryo transfer. To obtain viable cryopreserved cell lines very small amount of biopsy material, including that of dead animals, is sufficient. The cryopreserved somatic cells after repeated thawing are capable to regenerate, i.e. almost infinitely may serve as a source of biomaterial. Almost all cell types of (e.g. embryonic cells, mammary cells, cumulus, granulosa, oviduct, liver, fibroblasts, white blood cells and embryonic stem cells) can be used for the production of cloned animals, but the cloning efficiency depends significantly on the type of cells. The fetal fibroblasts as donors of nuclear material are preferably. Alternatively, the stem cells may be a source of the nuclei. It permit to increase the number of cloned embryos significantly. Numerous examples show that somatic cells are the most promising material for the recovery of animal genetic resources. Particularly from 1997 to 2012 using the differentiated somatic cells the domestic and wild animals of different species such as sheep, mice, cows, goats, pigs, guar, mouflon, domestic cat, rabbits, mule, horse, rat, wildcat, dog, banteng, ferret, wolves, buffalo, deer, mountain goat, camel, coyote were obtained. Cattle are still the leader in the production of cloned offspring with the efficacy 10% on average, and in some cases up to 25%, while for most other animals it does not exceed 1%. Under controlled conditions, the productivity of clones should vary only within the remaining natural variability and mitochondrial genetic variability due to cloning technology. | Банки генетических ресурсов играют большую роль в сохранении генофонда с.-х. животных и птицы, а также исчезающих видов животных. Большинство криобанков консервирует гаметы (особенно сперму) и эмбрионы для получения потомства с использованием репродуктивных технологий (искусственное оплодотворение, экстракорпоральное оплодотворение, трансплантация эмбрионов). Создание криобанков соматических клеток (СК) - доноров ядер для клонирования - рассматривается как вспомогательный инструмент . Для создания жизнеспособных клеточных линий СК достаточно небольшого количества биопсийного материала, в т. ч. от умершего животного. СК способны к регенерации после многократного размораживания, т.е. могут служить источником материала практически бесконечно. Для клонирования животных можно использовать практически любые типы СК (эмбриональные клетки, клетки молочной железы, кумулюса, гранулезы, яйцевода, печени, фибробласты, лейкоциты и эмбриональные стволовые клетки), но предпочтительно использование фетальных фибробластов. Альтернативным источником ядер при клонировании могут служить стволовые клетки. При этом можно значительно увеличить число получаемых клонированных эмбрионов. На многочисленных примерах показано успешное использование СК для восстановления генетических ресурсов животных разных видов. За 1997-2012 гг. с использованием дифференцированных СК были получены овцы, мыши, коровы, козы, свиньи, гуар, муфлон, домашняя кошка, кролики, мул, лошадь, крыса, дикая кошка, собака, бантенг, хорек, волк, буйвол, благородный олень, горный козел, верблюд, койот. Лидером по клонированию остается крупный рогатый скот, результативность рождения потомства у которого в среднем составляет 10, а в ряде случаев 25% (для большинства других видов животных - не более 1%). В стандартизированной окружающей среде продуктивность клонов должна различаться только в пределах остающейся природной изменчивости и обусловленной технологией клонирования митохондриальной генетической изменчивости.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Shamkhanov, Ch.Yu. | Batukaev, A.A., Chechen State Univ., Groznyj

Перед ферментативным гидролизом (ФГ) проводили предварительную обработку перо-пухового сырья раствором сульфита натрия при давлении 0,2 МПа в автоклаве в течение 2 ч при рН 9,60. Обработанное сырье отделяли от реагента и промывали несколькими объемами дистиллированной воды до получения отрицательной реакции на сульфит натрия. ФГ кератина осуществляли при гидромодуле 1:20, температуре 40 град С, рН 7,2-7,4 и непрерывном перемешивании при частоте вращения рабочего органа 3 об./с в течение 6 ч. Использовали коммерческий ферментный препарат "Савиназа" из расчета 20 ед. протеолитической активности на 1 г белка. Наблюдали накопление фракции среднемолекулярных пептидов и резкое увеличение содержания аминокислоты тирозина в первые часы гидролиза. Видимо, при ФГ идет разрыв компактной третичной структуры кератина до смеси линейных белковых цепочек, пептидов и свободных аминокислот по пептидным связям, образованным с обязательным участием тирозина. В процессе ФГ отмечали также резкое повышение содержания редуцирующих веществ (РВ). Одновременное повышение концентрации РВ, растворимого белка и тирозина дает основание предполагать, что РВ накапливаются в результате гидролиза пептидных связей, образованных тирозином. Наличие РВ среди продуктов ФГ кератина дает основания считать, что кератин пера не является чистым белком, а представляет собой гликопротеиновый комплекс. Следовательно, при предварительной термической обработке потемнение перо-пухового сырья обусловлено взаимодействием аминогрупп белковых продуктов и РВ с развитием реакции образования меланоидина. Конечные продукт гидролиза имеет следующий состав (в %): нерастворимый белок – 20,9; растворимый белок – 59,3; пептиды – 14,8; аминокислоты – 4,9; углеводы (РВ) – 0,1. | Before fermentative hydrolysis (FH) a preliminary treatment of feather down raw materials with a solution of sodium sulfite under pressure of 0.2 MPa in autoclave for 2 h at pH 9.60. The treated raw material was separated from the reactant and washed by some volumes of distilled water to reach a negative response to sodium sulfite. FH of keratin was performed at the water duty of 1:20, temperature of 40 deg. C, pH 7.2-7.4 and continuous agitating with the rotating velocity of operating organ 3 rev. per second for 6 h. the commercial enzyme Savinaza was used calculated as 20 units proteolytic activity per 1 g protein. There was observed accumulation of fraction average molecular peptides and sharp increase of the content tyrosine amino acid in the first hours of hydrolysis. It is evident that during FH breaking of the compact tertiary structure of keratin to a mixture of linear protein chains, peptides and free amino acids by peptide bonds formed with obligatory participation of tyrosine is in progress. A sharp rise of reducing agents (RA) in the process of FH of was also observed. The simultaneous rise of the concentration of RA, soluble protein and tyrosine gives reason for supposing that RA are accumulated as a result of hydrolysis peptide bonds formed by tyrosine. The existence among FH products of keratin gives a reason to think that feather keratin isn't a pure protein but it is a glycoprotein complex. So during the thermal pretreatment darkening of feather-down raw material is conditioned by interaction amino groups of protein products and RA with the development of reaction melanoydin formation. The final hydrolysis product has the following formula (%); insoluble protein – 20.9; soluble protein – 59.3; peptides – 14.8; amino acids – 4.9; hydrocarbons (RA) – 0.1.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Sprygin, A.V. | Nikonova, Z.B. | Babin, Yu.Yu. | Elatkin, N.P. | Piskunov, A.V. | Irza, V.N., Federal Centre for Animal Health, Yurievets

Современное российское промышленное птицеводство имеет тесные торговые отношения со многими странами. В настоящее время вирус гепатита Е (ВГЕ) зарегистрирован у кур в Австралии, США, Испании, Венгрии и др.. ВГЕ вызывает у кур поражения печени, органов иммунной системы, глубокие нарушения гомеостаза. Впервые ВГЕ у кур в России был идентифицирован в 2009 г. Изучено 415 образцов печени, отобранных от кур-несушек и бройлеров разного возраста в 68 птицеводческих хозяйствах из 36 регионов РФ и в 4 хозяйствах из Республики Беларусь, Казахстана и Украины на наличие ВГЕ методом ПЦР с обратной транскрипцией. За 2009-2012 гг. от кур было получено 14 изолятов ВГЕ, обозначенных как российские (13 - в хозяйствах РФ, один - в Казахстане), и показана их высокая генетическая вариабельность. ВГЕ выделяли также у клинически здоровых особей. Ассоциированные агенты, вызывающие сходные признаки (вирус лейкоза, вирус болезни Марека или аденовирус), выявлены не были. На территории РФ изоляты выявлены в хозяйствах Амурской, Вологодской, Ивановской, Калужской, Московской, Самарской, Саратовской областей, а также в Республике Марий Эл. Чаще всего ВГЕ детектировали у кур кросса Ross 308 (8 изолятов из 14). При анализе нуклеотидной последовательности гена капсидного белка (ORF2) у 14 российских изолятов ВГЕ установлено, что к европейскому генотипу 3 можно отнести изоляты aHEV18198, aHEV19555, aHEV16211, aHEV18479 и aHEV18481. Из них aHEV16211, aHEV18479, aHEV18481 оказались генетически близки к вирусам из Китая (China-09-G57 и др.), США (NY449, CA697A) и Европы (06-4582 и др.). Изоляты aHEV18198 и aHEV19555 были родственны с изолятами из Австралии и США (Guelph01, CA518.3). Другие 7 изолятов формируют отдельную генетическую группу, к которой примыкает линия из еще 2 изолятов (aHEV18381 и aHEV18505). Таким образом, на территории РФ циркулируют ВГЕ европейского генотипа 3 и изоляты из российской группы, которая пока не отнесена ни к одному из упоминавшихся ранее генотипов. | Russian commercial poultry industry is tightly tied to international trade. To date, avian hepatitis E virus (aHEV) has been isolated in Australia, US, Spain, Hungary, etc., being serious threat to commercial poultry. In hens, aHEV affects liver and immune system, namely spleen and thymus, disrupting homeostasis and hematological parameters. In Russia, aHEV genetic identification was first reported in 2009, but current epizootic situation in poultry remains to be unknown. 415 liver samples from hens and broiler chicks aged 4-56 weeks were analysed. Samples were obtained from 68 commercial farms in 36 Russian regions and 4 commercial farms from Belarus, Kazakhstan and Ukraine during 2009 to 2012. 14 isolates were detected and sequenced. aHEV isolates were detected in both clinically healthy and affected chickens. No agents causing similar clinical signs, i.e. leucosis virus, Marek's disease virus and adenovirus, were identified. In Russia, aHEV was isolated in Amurskaya, Vologodskaya, Ivanovskaya, Kaluzhskaya, Moskovskaya, Samarskaya, Saratovskaya provinces, and also in Republic of Mari El. Ross 308 hens showed highest PCR-positive rates (8 isolates). According to RT-PCR capsid protein gene analysis aHEV18198, aHEV19555, aHEV16211, aHEV18479 and aHEV18481 of 14 Russian isolates fall within European genotype 3. aHEV16211, aHEV18479, aHEV18481 isolates are related to Chinese, US and European isolates, and aHEV18198 and aHEV19555 are related to those from Australia and USA. Other 7 isolates formed distinct genetic group. 2 more isolates, aHEV18381 and aHEV18505, groups outside described genotypes. Overall, HEV isolates pool identified in Russian chicken flocks consists of isolates belonging to European genotype 3 and isolates not yet assigned to specific genotype. Analysis of aHEVs isolates genetic variability from different countries strongly suggests that current classification into genotypes by geographical origin should be revised.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Lenchenko, E.M. | Mansurova, E.A. | Motorygin, A.V., Moscow State Univ. of Food Production

У бактерий сем. Enterobacteriaceae, занимающих важное место в этиологии неонатальных заболеваний с.-х. животных, часто отсутствует корреляция между серологической группой и токсигенностью. Поэтому при диагностике приходится выявлять бактериальные адгезины либо подтверждать присутствие токсинов на лабораторных моделях, что сложно и долго. Оценена токсигенность и вирулентность патогенных и условно-патогенных энтеробактерий, выделенных при желудочно-кишечных болезнях молодняка с.-х. животных (1-5-суточные телята голштинской и черно-пестрой пород), и у референтных штаммов с использованием различных тестов на лабораторных животных (беспородные белые мыши, морские свинки линии Self, кролики породы Chinchilla и перепела Coturnix comuni). Доминирующая часть эпизоотических энтеробактерий, выделенных от телят (64 из 86 изолятов), идентифицировалась как Escherichia coli. Из изолятов E. coli 34 не серотипировались по О-антигену. При этом 35,0% таких изолятов оказались патогенными и 65,0% — непатогенными в тесте на белых мышах при внутрибрюшинном заражении бактериальной суспензией. В то же время токсигенность была выявлена у 53,9% изученных изолятов и референтных штаммов энтеробактерий родов Salmonella (2 изолята), Klebsiella (2 изолята), Kluyvera (1 изолят), Yersinia (3 изолята), Escherichia (13 изолятов). Умеренно токсигенными и слаботоксигенными свойствами характеризовались соответственно 15,4 и 38,5% изолятов, нетоксигенными — 46,1%. Гистохимическими методами выявлены структурные изменения в тканях и органах лабораторных животных при экспериментальном моделировании токсемии, вызываемой энтеробактериями. При экспериментальной токсемии, обусловленной токсинами E. coli и Y. pseudotuberculosis, динамика патологических процессов характеризовалась развитием гидропической дистрофии эпителиоцитов ворсинок в тонком отделе кишечника, а также общей реакции сосудов микроциркуляторного русла в слизистой оболочки желудка, тонкого и толстого отделов кишечника животных. | In most Enterobacteriaceae bacteria being the main etiological agents of the diseases in young farm animals, often there is no strict correlation between a serological group and toxic activity. Thus, when diagnosing, a direct identification of the bacterial adhesins or the toxin detection with the laboratory animals have to be conducted, and these two procedures are usually long and difficult. Toxins and virulence in the pathogenic and opportunistic bacteria isolated from 1-5 days Holstein and Black Mottled calves with the diarrhea syndrome, and in the reference strains using different tests with the laboratory animals (white mice, the Self line guinea pigs, Chinchilla rabbits, and quail Coturnix comuni) were evaluated. Most of the samples desorbed from calves (64 of 86 isolates) were identified as Escherichia coli. In 34 E. coli isolates the O-antigen was not detected. In the test on white mice, infected intraperitoneally with a bacterial suspension, 35.0% and 65.0% of the bacteria were identified as pathogenic and nonpathogenic, respectively. Nevertheless, the toxins were detected in 53.9% of the studied isolates and reference strains of Salmonella (2 strains), Klebsiella (2 strains), Kluyvera (1 strain), Yersinia (3 straines), Escherichia (13 strains). Moderate and low toxic properties were identified in 15.4% and 38.5% of these isolates, respectively, and in 46.1% no toxigenic activity was found., The histomorphological changes in tissues and organs of the laboratory animals were revealed by the histochemical methods under the experimental toxicoinfection caused by Enterobacteriaceae. At experimental toxemia, induced by E. coli and Y. pseudotuberculosis strains, a hydropic dystrophy of the villus epithelium cells developed in the small intestine, and a generalized microvascular reaction occurred in the gastric mucosa and in the mucosa of small and large intestines.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Nechaev, V.I., Russian State Agrarian Univ., Moscow

Птицеводство России – это динамично развивающаяся подотрасль в агропромышленном комплексе страны, которая заметно увеличивает объемы своего производства. За период 2007-2013 гг. производство мяса птицы увеличилось в 2 раза и составило в 2013 г. 5,1 млн тонн. В настоящее время в расчете на душу населения производство мяса птицы составляет 26,7 кг, а потребление - 29,3 кг. На внутреннем рынке птицеводческой продукции самообеспеченность за счет собственного производства уже достигнута – доля импорта мяса птицы составляет всего 14%. Во многом развитию подотрасли птицеводства способствует реализация Государственной программы развития сельского хозяйства до 2020 г. Объем государственной поддержки в 2012 г. составил 1,45 млрд рублей, в 2013 – 1,57 млрд рублей, что дало возможность построить 75 новых птицефабрик, реконструировать и модернизировать более 200 птицеводческих объектов. Однако в развитии подотрасли имеется ряд проблем. В основном, это снижение доходности птицеводческих предприятий, что не позволяет большей части производителей проводить технологическую модернизацию производства, и низкая конкурентоспособность отечественной племенной продукции. Предложены практические рекомендации по совершенствованию системы государственного регулирования промышленного птицеводства, в т. ч. пролонгация субсидирования процентной ставки по кредитам, привлеченным на строительство, реконструкцию и модернизацию объектов птицеводства; продление отбора инвестиционных проектов, направленных на развитие промышленного птицеводства; разработка мероприятий по созданию и реконструкции селекционно-генетических центров птицеводства; обеспечение экологической безопасности в части внедрения новых технологических проектов по переработке и утилизации отходов птицеводства и другое. | Russian poultry farming is a rapidly growing subindustry in the country's agricultural sector, which significantly increases its production volume. Over the 2007-2013 period poultry meat production has 2 times increased and was 5.1 million tons in 2013. Currently, the poultry meat production is 26.7 kg per capita, and consumption is 29.3 kg per capita. Self-sufficiency through domestic production has been reached on the domestic poultry market and import share of poultry production now is only 14%. Implementation of the State Agriculture Development Program until 2020 contributes significantly to the poultry subindustry development in Russia. The amount of state support was 1.45 billion rubles in 2012, and it was 1.57 billion rubles in 2013. Mentioned increase made possible to build 75 new poultry farms, to make reconstruction and modernization of more than two hundred poultry units. However, the development of this subindustry in general has a number of problems. First of all, it is constant reduction of poultry farms profitability, which does not allow manufacturers to carry out most of the technological modernizations and innovations, as well as low competitiveness of domestic breeding poultry production. There are offered some practical recommendations for improving state regulation system of the poultry industrial production. The following measures are suggested for including into the State Program: extension of interest rate subsidies on loans taken for construction, reconstruction and modernization of poultry farming objects; extension of the investment projects selection, which are aimed at the poultry subindustry development; development of measures for the breeding and genetic poultry centers creation and reconstruction; to provide environmental safety, in terms of the introduction of new technology projects for poultry waste products recycling; and other.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Sprygin, A.V. | Nikonova, Z.B. | Babin, Yu.Yu. | Elatkin, N.P. | Piskunov, A.V. | Irza, V.N., Federal Centre for Animal Health, Yurievets

Russian commercial poultry industry is tightly tied to international trade. To date, avian hepatitis E virus (aHEV) has been isolated in Australia, US, Spain, Hungary, etc., being serious threat to commercial poultry. In hens, aHEV affects liver and immune system, namely spleen and thymus, disrupting homeostasis and hematological parameters. In Russia, aHEV genetic identification was first reported in 2009, but current epizootic situation in poultry remains to be unknown. 415 liver samples from hens and broiler chicks aged 4-56 weeks were analysed. Samples were obtained from 68 commercial farms in 36 Russian regions and 4 commercial farms from Belarus, Kazakhstan and Ukraine during 2009 to 2012. 14 isolates were detected and sequenced. aHEV isolates were detected in both clinically healthy and affected chickens. No agents causing similar clinical signs, i.e. leucosis virus, Marek's disease virus and adenovirus, were identified. In Russia, aHEV was isolated in Amurskaya, Vologodskaya, Ivanovskaya, Kaluzhskaya, Moskovskaya, Samarskaya, Saratovskaya provinces, and also in Republic of Mari El. Ross 308 hens showed highest PCR-positive rates (8 isolates). According to RT-PCR capsid protein gene analysis aHEV18198, aHEV19555, aHEV16211, aHEV18479 and aHEV18481 of 14 Russian isolates fall within European genotype 3. aHEV16211, aHEV18479, aHEV18481 isolates are related to Chinese, US and European isolates, and aHEV18198 and aHEV19555 are related to those from Australia and USA. Other 7 isolates formed distinct genetic group. 2 more isolates, aHEV18381 and aHEV18505, groups outside described genotypes. Overall, HEV isolates pool identified in Russian chicken flocks consists of isolates belonging to European genotype 3 and isolates not yet assigned to specific genotype. Analysis of aHEVs isolates genetic variability from different countries strongly suggests that current classification into genotypes by geographical origin should be revised. | Современное российское промышленное птицеводство имеет тесные торговые отношения со многими странами. В настоящее время вирус гепатита Е (ВГЕ) зарегистрирован у кур в Австралии, США, Испании, Венгрии и др.. ВГЕ вызывает у кур поражения печени, органов иммунной системы, глубокие нарушения гомеостаза. Впервые ВГЕ у кур в России был идентифицирован в 2009 г. Изучено 415 образцов печени, отобранных от кур-несушек и бройлеров разного возраста в 68 птицеводческих хозяйствах из 36 регионов РФ и в 4 хозяйствах из Республики Беларусь, Казахстана и Украины на наличие ВГЕ методом ПЦР с обратной транскрипцией. За 2009-2012 гг. от кур было получено 14 изолятов ВГЕ, обозначенных как российские (13 - в хозяйствах РФ, один - в Казахстане), и показана их высокая генетическая вариабельность. ВГЕ выделяли также у клинически здоровых особей. Ассоциированные агенты, вызывающие сходные признаки (вирус лейкоза, вирус болезни Марека или аденовирус), выявлены не были. На территории РФ изоляты выявлены в хозяйствах Амурской, Вологодской, Ивановской, Калужской, Московской, Самарской, Саратовской областей, а также в Республике Марий Эл. Чаще всего ВГЕ детектировали у кур кросса Ross 308 (8 изолятов из 14). При анализе нуклеотидной последовательности гена капсидного белка (ORF2) у 14 российских изолятов ВГЕ установлено, что к европейскому генотипу 3 можно отнести изоляты aHEV18198, aHEV19555, aHEV16211, aHEV18479 и aHEV18481. Из них aHEV16211, aHEV18479, aHEV18481 оказались генетически близки к вирусам из Китая (China-09-G57 и др.), США (NY449, CA697A) и Европы (06-4582 и др.). Изоляты aHEV18198 и aHEV19555 были родственны с изолятами из Австралии и США (Guelph01, CA518.3). Другие 7 изолятов формируют отдельную генетическую группу, к которой примыкает линия из еще 2 изолятов (aHEV18381 и aHEV18505). Таким образом, на территории РФ циркулируют ВГЕ европейского генотипа 3 и изоляты из российской группы, которая пока не отнесена ни к одному из упоминавшихся ранее генотипов.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Gorlov, I.F., Volgograd State Agrarian Univ.

The results of basic research principles and mechanisms of formation of high-quality, competitive and ecologically safe products of poultry when using non-traditional poultry diet protein culture of chickpea are presented in the monograph. Innovative solutions offered by authors allows to reduce production costs, the cost of production to increase profitability. This monograph is intended for managers and specialists of poultry farms, students, undergraduates, graduate students and teachers of specialized educational institutions. | В монографии приводятся результаты фундаментальных исследований принципов и механизмов формирования высококачественной, конкурентоспособной экологически безопасной продукции птицеводства при использовании нетрадиционной для рациона птицы белковой культуры нута. Инновационные решения, предлагаемые авторами, позволяют снизить затраты на производство, себестоимость продукции, повысить уровень рентабельности. Монография предназначена для руководителей и специалистов птицефабрик, студентов, магистрантов, аспирантов и преподавателей профильных учебных заведений.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation