И

Андрей Поярков, старший научный сотрудник Института проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН, рассказал о результатах работы в рамках программы Русского географического общества (РГО), направленной на изучение снежного барса.

Вопрос: Какие новые сведения о снежном барсе удалось собрать учёным института за последнее время?

Андрей Поярков: В рамках программы получены новые данные о генетической связи и различиях ирбисов на территории России и других стран. Мы выяснили, что снежные барсы России и Монголии являются отдельным подвидом. Кроме того, мы стали первыми, кто показал, что ирбисы России и северной части Монголии составляют единую трансграничную группировку.

Собрав генетический материал снежного барса на пограничной территории, на горном массиве Цагаан-Шибэту – Цааганшувуут, мы показали, что пять зверей у нас общие. Правда, в Монголии численность ирбисов больше – там более благоприятные климатические условия, лучше состояние сибирского горного козла – основной добычи снежного барса. Монголия на границе с Тывой в данном случае является источником для появления новых животных на территории России.

Также мы провели компьютерное моделирование потенциальных мест обитания снежного барса. Эти сложные математические расчёты мы успешно проверили на местности в конце 2016 года. Полученная карта служит в первую очередь для поиска необследованных участков потенциальных мест обитания ирбиса, где мы ещё не работали.

Мы стали пионерами, также при поддержке РГО, в изучении болезней и паразитов снежного барса. Ирбис по сравнению с другими видами крупных кошек, например амурским тигром, обитающим на Дальнем Востоке России, имеет гораздо меньше паразитов. Если у других крупных кошачьих их может быть до десяти видов, то у снежного барса – их всего два-три, а то и вовсе нет.

Вопрос: Какие работы проводятся институтом в рамках гранта РГО в 2018 году?

Андрей Поярков: У нас идут работы на восточной, наименее изученной, части ареала снежного барса. Это территория Республики Бурятия, горная система Восточный Саян в Южной Сибири. Там мы провели ряд экспедиций, исследовали данные с фотоловушек, установленных там ещё в 2015 году. На юго-западе Бурятии, на хребте Большой Саян, мы выявили обитание минимум двух самок с котятами. Также обнаружили ирбисов в районе вершины Мунку-Сардык и на хребте Тункинские Гольцы.

Ещё в этом году мы планируем поездку на границу России и Монголии, со стороны Монголии, в районе озера Хубсугул. Эта часть монгольской стороны исследована хуже, чем российская, вместе с тем очень важно понять статус ирбиса там: места его обитания, основные виды добычи и т.д.

Вопрос: Сколько снежных барсов сейчас обитает на территории России?

Андрей Поярков: По данным официального учёта, в рамках которого было исследовано 70% потенциальных мест обитания, общее количество особей ирбиса – 61. В Республике Алтай зафиксировано наибольшее количество ирбисов – 35, в Тыве – 17, в Бурятии – 9, из них 38 взрослых особей и 23 котёнка. По субъектам – стабильная ситуация, а на Алтае даже наблюдается небольшой рост численности.

Россия как самый северо-восточный угол ареала с наиболее суровыми условиями для ирбиса не может рассчитывать на большое количество животных, скажем, в 500 особей, но, конечно, мы можем увеличить поголовье хотя бы до 150–200.

Вопрос: Какие сегодня существуют угрозы для снежного барса?

Андрей Поярков: Конечно, самая главная угроза до сих пор – это браконьерство. Причем часто не на снежного барса, а на кабаргу – звери попадают в петли, приготовленные для парнокопытных.

Вторая важная угроза – это конфликт с интересами местных жителей, когда ирбис нападает на скот и животное отстреливают. Но, например, заповедник «Убсунурская котловина» предложил доступный способ защиты скота от ирбиса – установку сетки на отверстие в крыше загона со скотом. Это резко уменьшило количество нападений и, соответственно, отстрела кошек.

В случае с браконьерами необходима борьба как на месте, так и на государственном уровне, а именно: нужно запретить петельный лов – это губительно для всех редких видов.

Важная проблема, обеспечивающая чуть ли не половину успеха в восстановлении и росте численности хищника, – это охрана основной кормовой базы ирбиса, в частности сибирского горного козла, от браконьеров. Если бы добычи стало больше, то это бы положительно сказалось и на снежном барсе. Особенно остро этот вопрос стоит сейчас в Бурятии.

Также важна оптимизация охраняемых территорий. Сейчас не хватает нескольких участков, в частности в Восточной Тыве на хребте Сангилен, в Бурятии и на хребте Большой Саян.

Вопрос: Какие у института есть проекты для изучения и увеличения численности ирбиса?

Андрей Поярков: Мы хотим разработать компьютерные программы для более корректной оценки численности снежного барса, чтобы точно знать, что происходит с популяцией. Я надеюсь, что до июля 2019 года у нас будут конкретные положительные результаты.

Мы обязательно будем исследовать трансграничную группировку в Бурятии – и с монгольской, и с российской стороны. Возможно, что Россия окажется здесь главным источником животных, которые расселятся по Монголии.

Также мы продолжим работы по генетике, по изучению болезней и паразитов. Ещё очень интересная вещь – изучение гормонального статуса животных, в частности, оценка уровня стресса. Если мы научимся определять причины, вызывающие стресс у животного, не отлавливая его, это будет очень большим подспорьем в его изучении.