Интервью телеканалу «Евроньюс»

ВОПРОС о сотрудничестве с Ираном в ядерной сфере (неразборчиво).

В.Путин: Я только что отвечал на подобный вопрос наших журналистов. Могу его воспроизвести. Мы сотрудничаем с Ираном. Иран – наш сосед. И мы будем продолжать это сотрудничество. Мы категорически против того, чтобы искались какие‑то поводы для ограничения нашего сотрудничества либо для недоброкачественной конкуренции на рынках третьих стран, в том числе на рынке Ирана.

Вместе с тем проблема нераспространения оружия массового уничтожения, по моему глубокому убеждению, является одной из важнейших проблем XXI века. А одной из организаций, которая должна решать эту проблему и может решать эту проблему эффективно, является МАГАТЭ. Поэтому сотрудничество в ядерной сфере мы со всеми странами мира будем строить исходя из того, насколько эти страны готовы и способны открывать свои ядерные программы и ставить их под контроль этой международной организации.

Вопрос: Вы говорили о визовой проблеме в связи с Калининградом. И Вы тогда упомянули «шенгенскую стену». Что Вы ждете от Брюсселя и особенно от итальянского председательства?

В.Путин: Это одна из важнейших проблем развития единой Европы. Ведь что, собственно говоря, является краеугольным камнем построения демократии в отдельно взятой стране либо на международной арене? Свободное движение людей, свобода общения друг с другом, свободный обмен информацией.

Естественно, что после крушения Берлинской стены… И я могу Вам сказать, а Вы наверняка подтвердите это: если бы не позиция Советского Союза и России, может быть, этого до сих пор бы не произошло. Естественно, когда мы способствовали этому процессу, мы исходили из необходимости объединения Европы, а не создания новых разделительных линий.

Ни для кого не секрет, это известная информация: Россия – самая крупная по территории страна в мире. И географически Европа продолжается до Уральских гор, а фактически европейская культура имеет место быть до Владивостока, до Тихого океана. Потому что люди, которые там проживают, мало чем по своему менталитету отличаются от тех, кто проживает в Москве или в Петербурге.

Ну как можно 145-миллионный народ оградить и обнести какой‑то видимой или невидимой колючей проволокой? Это по факту просто невозможно. И поэтому мы должны это понять прямо сейчас, понять и делать из этого определенные выводы. Если мы не поймем это и не будем способствовать тому, чтобы решать эту проблему, то она будет решаться по факту жизни, хотим мы этого или не хотим. Только решение это будет носить какой‑нибудь извращенный характер и будет связано с проблемами для миллионов людей как в Европе, так и в России. Зачем это делать?

Лучше уже сегодня думать о будущем и выстраивать наши отношения цивилизованным образом. Таким образом, чтобы Россия несла на себе определенный груз ответственности, понимая, что от нее ее партнеры хотят, и соответствовала стандартам, которые предъявляются привилегированным партнерам Европы. И все, больше ничего не нужно. Тогда Россия будет знать, что ей делать, и должна будет отвечать за свое поведение.

Вот такой подход предлагается в том числе Сильвио Берлускони, предлагается Жаком Шираком, предлагается канцлером ФРГ Шрёдером, некоторыми другими европейскими лидерами. Мы считаем, что это взвешенный, правильный, серьезный и профессиональный подход к делу. Нам больше ничего не нужно. Свободное движение людей и возможность экономического развития. В этом заинтересованы все: как Россия, так и Европа.

Вопрос: Европейские лидеры дают понять, что Чечня – это внутреннее дело России. Что планируется делать для нормализации ситуации в Чечне?

В.Путин: На самом деле так и есть. Чеченская проблема – это прежде всего и исключительно внутриполитическая проблема самой России. Но мы никогда не закрывались в каком‑то коконе и не старались ничего прятать в этой связи. Как Вы знаете, в Чечне практически с самого начала была предоставлена возможность работать международной прессе, там всегда находились и до сих пор находятся представители самых разных международных организаций.

За последнее время в Чечне произошли события, в возможность которых мало кто верил не только за границей, но и в самой Российской Федерации. Больше того, скажу Вам откровенно, и я не ожидал таких результатов от проведенного в Чеченской Республике референдума по поводу конституции Чечни, в которой черным по белому написано, что Чечня является неотъемлемой частью Российской Федерации, а территория Чеченской Республики – частью общей территории России.

Это значит, что народ Чечни сделал ясный, прямой и однозначный, очень демократическом образом организованный выбор в пользу России, в пользу того, чтобы жить вместе с Россией и развиваться, в пользу мира.

И этот ясный сигнал со стороны чеченского народа должен быть поддержан российским руководством. И он будет поддержан. Будет продолжаться политический процесс, который пойдет по нескольким направлениям. Первое из этих направлений заключается в дальнейшем создании легитимных органов власти на базе конституции Чеченской Республики. Будет избран в ближайшее время президент республики, будут произведены необходимые действия для того, чтобы укрепить правовую сферу республики. Там уже сейчас действуют прокуратура, суды, нотариаты и адвокатура. Но мы преисполнены решимости создать условия, при которых правоохранительные органы республики, в том числе министерство внутренних дел самой Чечни, примут на себя большую часть ответственности за поддержание правопорядка в Чеченской Республике.

Ну и, наконец, есть еще два элемента, которые представляют особую важность. Первый из них – это проведение амнистии для тех людей, которые готовы сложить оружие и которые не совершили тяжких преступлений. И второе очень важное обстоятельство – это разработка и заключение договора, который разграничил бы полномочия между федеральным центром в Москве и чеченскими властями, предоставив Чечне самую широкую автономию.