Миссия Классного наставника - Родина



Наставникам, хранившим юность нашу,
Всем честию, и мертвым и живым,
К устам подъяв признательную чашу,
Не помня зла, за благо воздадим.

Александр Пушкин 19 октября

Классный наставник... От этих слов веет давно прошедшим временем, никак не связанным с настоящим. Сразу вспоминается Российская империя, классическая гимназия с ее культом древних языков, гимназисты в сизых мундирчиках и вездесущий классный наставник, имевший множество способов осложнить жизнь непоседливым сизарям (гимназистам) как в стенах гимназии, так и за ее пределами, зафиксировав их проступки в кондуите.

Классный наставник - ключевая фигура воспитательного процесса в дореволюционной гимназии, соединительное звено между семьей и школой. Согласно "Уставу гимназий и прогимназий" 1871 года, именно классный наставник, наблюдая "за успехами и нравственностью учеников", должен был олицетворять собой совмещение "научно-образовательной и нравственно-воспитательной задач гимназии"1.

Министр народного просвещения граф Дмитрий Андреевич Толстой (1823-1889) выразил пожелание, чтобы институт классного наставничества развивался соответственно "индивидуальности личного состава каждого педагогического совета в отдельности"2. Действительно, от индивидуального личного состава классных наставников зависели личные судьбы гимназистов и, в конечном счете, грядущая судьба государства Российского.

Константин Паустовский в многотомной "Повести о жизни" с теплотой вспоминал о своем классном наставнике - строгом преподавателе и сердечном человеке:

"Преподавал нам латынь наш классный наставник Владимир Фаддеевич Субоч, похожий на высокого, худого кота с оттопыренными светлыми усами. Он был добрый человек, и мы его любили, хотя он и позволял себе иногда неожиданные и стремительные разгромы по латинскому языку всего нашего класса".

В трудную минуту жизни, когда гимназисту Паустовскому грозило исключение из гимназии из-за неуплаты денег за обучение, будущий классик советской литературы написал личное письмо своему классному наставнику с просьбой о помощи - и помощь была незамедлительно оказана. Гимназиста освободили от платы за обучение, причем Субоч помог Паустовскому получить платные уроки и обрести финансовую независимость.

Для Константина Паустовского сострадательная к чужому горю фигура классного наставника навсегда осталась олицетворением абсолютного блага. Он хорошо запомнил ту заключительную и прощальную речь, с которой выступил перед гимназистами-выпускниками Владимир Фаддеевич Субоч, провожая их во взрослую жизнь после окончания гимназии:

"В четвертом классе я вас только терпел. В пятом я начал вас воспитывать, хотя было мало шансов сделать из вас настоящих людей. В шестом классе я с вами подружился. В седьмом - я вас полюбил, а в восьмом я начал даже вами гордиться. Я несчастный отец. У меня слишком много детей, не меньше сорока человек. К тому же через каждые несколько лет мои дети меняются. Одни уходят, другие приходят. Отсюда вывод - на мою долю выпадает в сорок раз больше огорчений, чем на долю обыкновенных родителей. И в сорок раз больше возни. Поэтому я, может быть, не всегда был одинаково внимателен ко всем. Мне грустно расставаться с вами. Я стремился сделать из вас хороших людей. Вы, в свою очередь, давали смысл моей жизни. Я молодел с вами. Я прощаю отныне и навеки все ваши глупые выходки и даже драки с первым отделением3. Прощаю все. В этом нет, конечно, никакого великодушия. Но вас я призываю к великодушию. Гейне сказал, что на земле больше дураков, чем людей. Он, конечно, преувеличил. Но что это все-таки значит? Это значит, что ежедневно мы встречаем людей, чье существование не приносит ни им, ни окружающим никакой радости и пользы.

Н. Богданов-Бельский. Сельская школа. 1898 год.

Бойтесь быть бесполезными. Кем бы вы ни были, помните мудрый совет: "Ни одного дня без написанной строчки". Трудитесь! Что такое талант? Трижды и четырежды труд. Любите труд, и пусть вам всегда будет жаль с ним расставаться. Счастливой дороги! Не поминайте лихом своих наставников, поседевших в боях с вами!

Мы бросились к нему, и он расцеловался с каждым из нас".

В нашем новом специальном выпуске, предназначенном для школ Москвы и новых территорий, сотрудники и авторы журнала "Родина", вжившись в роль классного наставника, собрали лучший педагогический опыт прошлого и настоящего. Памятуя завет Николая Михайловича Карамзина, мы "выбрали, одушевили, раскрасили" все самое интересное из истории педагогики - и надеемся, что наш главный читатель, школьный учитель, удивится.

Говорят, что наша история сама по себе менее других занимательна; не думаю: нужен только ум, вкус, талант. Можно выбрать, одушевить, раскрасить, и читатель удивится...

Николай Карамзин

Репортаж о том, как встречали наш спецвыпуск на новых российских территориях, - в ноябрьском номере "Родины".

1. Рождественский С.В. Исторический обзор деятельности министерства народного просвещения. 1802-1902. СПб., 1902. С. 533.
2. Там же. С. 534.
3. "В нашей гимназии в каждом классе было по два отделения - первое и второе. Первое отделение считалось аристократическим, второе - демократическим. В первом отделении учились преимущественно оболтусы - сыновья генералов, помещиков, крупных чиновников и финансистов. В нашем же втором отделении учились дети интеллигентов, разночинцев..." (Константин Паустовский)
-