Рисунки выдающегося министра-реформатора XIX века Петра Валуева хранятся в Красноярском музее - Родина

С большим интересом прочитала на сайте "Родины" статью Якова Миркина о Петре Александровиче Валуеве (N 8, 2018). Выдающемся реформаторе в правительстве Александра II - министре внутренних дел, министре государственных имуществ, председателе Комитета министров. Он вышел на большую государственную сцену в 1861 году и удалился с нее в мае 1881-го, не согласившись с политикой Александра III...

В Красноярском краевом краеведческом музее хранится альбом Петра Александровича, приобретенный во второй половине XIX века красноярским купцом Геннадием Васильевичем Юдиным. Библиофилом, обладателем одного из крупнейших книжных собраний империи. Большинство иллюстраций сделаны рукой Валуева.

Думаю, читателям "Родины" будет интересно перелистать страницы этого уникального памятника альбомной культуры России.

Обложка альбома.

Альбом датируется началом 1840-х годов. На первой странице изображен герб Валуевых - три стрелы и бык с загородью, ниже лента с надписью: Nunquam retrorsus (лат.) - "Никогда вспять" и золотая владельческая монограмма W в центре. А далее - 43 небольших портрета, выполненных итальянским карандашом в графической технике, с указанием даты, когда был выполнен рисунок, и авторской пометой - W справа от изображений.

Герб рода Валуевых.

Альбомный портретный ряд многообразен: гражданские лица (преимущественно), военные, несколько дам, простолюдины (редко), представители всех возрастов и положений. Большая часть рисунков датируются 1842 годом, один с шаржем - 1843-м, остальные - 1844-м. Портреты выполнялись на листах тонкой бумаги, которые вырезались в форме прямоугольника или многоугольника и наклеивались на альбомный лист. Все портреты - профильные, оплечные или погрудные, редко трехчетвертные. Вероятно, в таком ракурсе они лучше удавались автору.

Шарж на автора и составителя альбома. 1843 год.

Моделировка выполнена линией, мелким штрихом по форме. Лица обрисованы карандашным контуром с легкой или плотной штриховкой. Рисуя профили уверенной карандашной линией, художник сумел запечатлеть точную физиогномику портретируемых и подчеркнуть индивидуальность каждого: осанку, посадку головы, резкость или мягкость черт лица, рисунок губ, надменность, мягкость выражения, возраст модели; удался в нескольких портретах взгляд, опущенный вниз или устремленный вверх. Детально прорисованы характерные детали костюма каждого персонажа. Можно говорить о профессиональном владении автора портретов карандашом.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Несомненно, что на портретах запечатлены реально существовавшие персонажи, служившие моделями художнику. Однако поясняющих надписей под изображениями - единицы. Владелец альбома делал зарисовки, скорее всего, для себя, чтобы сохранить память о людях, которые ему были интересны, или связаны с его жизнью. Это скорее камерный, личный альбом. Не исключено, что часть, рисунков выполнены в Польше, о чем свидетельствуют два портрета польских пани в национальной одежде.

Неизвестные лица из прошлого, возможно, когда-нибудь обретут имена.

Среди подписанных - портрет выдающегося русского певца, одного из знаменитых мастеров бельканто XIX века Николая Кузьмича Иванова (наст. фамилия Карбаченский, 1810 - 1880). Мальчиком он был принят в Императорскую певческую капеллу в Петербурге. В 1830 году отправился за казенный счет в Италию, где совершенствовал свое мастерство в Милане и Неаполе. Возвращаться в Россию не захотел; пел в ведущих итальянских операх, блистал в 1833 году в Париже. В первой половине 1840-х годов прошли его триумфальные гастроли по Европе. Д. Верди писал для него арии, а Г. Доницетти - оперу "Любовный напиток". Николай I настаивал на возвращении Иванова, а после отказа, запретил упоминать его имя в русской печати.

По мнению исследователей музыки, феномен русского певца Н.К. Иванова не знает аналогов в истории, исключая Ф. Шаляпина. Возможно, что и на некоторых других рисованных портретах - певцы придворной капеллы в Санкт-Петербурге.

Несколько последних листов в альбоме и листов-вкладышей заполнены пейзажными зарисовками: преобладают виды гор, лесные дали, среди которых видны архитектурные сооружения, изгороди, церкви, арка, чаще всего европейского типа. Работы выполнены карандашом, акварелью, гуашью. Это монохромные работы в весьма сдержанной цветовой гамме. Рисунки в цвете больше напоминают любительские.

Портрет певца Николая Иванова.

Граф Дмитрий Николаевич Толстой, бывший министр государственных имуществ, кратко и точно оценил многогранную деятельность Валуева: "Взяв на себя колоссальную массу труда, он стоял одиноко, и в этой его изолированности - одна из причин неустойчивого его положения и всяких его колебаний...".

"Начертание характеристики П.А. Валуева - дело будущего историка", - писал его соратник П.Д. Стремоухов. И тут не обойтись без изучения его творческого наследия, заключенного на страницах удивительного альбома.