О

Разный подход России и США к охране белого медведя привел к «зеленому» конфликту между странами. Проблема в том, что американцы дали квоту на отстрел белых медведей коренным жителям Аляски. А в 2009 году в ООН решили, что и российские чукчи обладают таким правом. После чего Россия выработала с Соединенными штатами единое соглашение на отстрел.

Основное место размножения для чукотских белых медведей - заповедник на острове Врангеля. Еще 10 лет назад там размножалось до 300 пар животных в год, а вся популяция насчитывала 2,5 тыс. особей.

Ценность шкуры белого медведя - ее цена до 20 тыс. долларов - привела к тому, что на животное пошла активная охота. До 200 белых медведей в год убивают в районе Чукотки, а на острове Врангеля, где приносят потомство эти звери, осталось не более полусотни берлог. Ученые опасаются, что легальные охотники приведут медведя к полному уничтожению.

Комментарий специалиста:

Белый медведь - вид, находящийся под угрозой исчезновения, занесенный в Красную книгу МСОП (Международный союз охраны природы), чья численность в течение трёх поколений (45 лет) сократилась на 30% в связи с сокращением жизненного пространства и снижением качества местообитаний. Это заключение дано только на основании воздействия естественных причин - браконьерство здесь не учитывается!

Россия, в составе СССР, на протяжении всей истории сохранения белого медведя, выступала наиболее прогрессивной страной, применявшей эффективную практику охраны белого медведя и его местообитаний. В нашей стране полный запрет на охоту на белого медведя был принят 21 ноября 1956 года, вступил в действие с 1 января 1957 года и с тех пор остается в силе. С этого момента и по настоящее время охота на белого медведя в России для любых лиц является уголовным преступлением. Кроме этого в России с 1976 года - года создания первого арктического заповедника «Остров Врангеля» - была начата последовательная работа по территориальной охране ключевых местообитаний белого медведя: создание сети особо охраняемых природных территорий федерального статуса.

В Соединенных Штатах Америки, на Аляске, добыча белого медведя на протяжении всего времени была разрешена аборигенам как традиционное природопользование. При этом разрешено было добывать белых медведей любого пола и возраста и в любое время, без ограничений по количеству, но без права коммерческого использования. Традиционным это природопользование считать трудно, поскольку эта аборигенная охота производится современными методами, с использованием снегоходов и мощного нарезного оружия.

16 октября 2000 г. в Вашингтоне, США было подписано двустороннее межправительственное Соглашение о сохранении и использовании чукотско-аляскинской популяции белого медведя, которое вступило в силу 23 сентября 2007 года. Соглашение было инициировано американской стороной и долго готовилось. Его подготовка сопровождалась дорогостоящими исследованиями, проводимыми и финансировавшимися американской стороной. В начале 1990-х эти исследования, в части проведения мечения белых медведей спутниковыми передатчиками, были распространены с Аляски на российскую сторону и в течение нескольких лет проводились как совместные, при финансировании с американской стороны. Ведущим специалистом от России в них был С.Е. Беликов (ВНИИ охраны природы МСХ СССР).

Соглашением предусмотрено регулирование добычи белого медведя в целях так называемого традиционного природопользования коренными народами. Для этого должна устанавливаться квота на добычу определенного числа белых медведей, которая распределяется поровну между сторонами. Условием разрешения традиционной добычи является благополучие популяции - квота дается только в том случае, если изъятие медведей не приведет к сокращению численности популяции.

Для американской стороны применение Соглашения означает введение ограничений на аборигенную охоту, для российской - отход от той положительной практики охраны белого медведя, которая дала положительные результаты, позволила популяции начать восстанавливаться и сделала Россию фактическим лидером в деле сохранения белого медведя. Но главный вопрос в том, в каких условиях принимается решение о разрешении аборигенной охоты на белого медведя на Чукотке, что предшествовало этому решению, кто в таком решении заинтересован и как это отразится на белом медведе.

Соглашение вступает в силу в условиях, когда белый медведь во всей Арктике, и в особенности чукотско-аляскинская популяция, максимально подвержены воздействию негативных факторов. Негативное воздействие на белого медведя в регионе Чукотки проявляется особенно сильно, во-первых, в силу естественных природных процессов - прогрессирующего исчезновения дрейфующих льдов, во-вторых, в силу продолжительного и беспрецедентного по масштабам браконьерства на Чукотке.

Таяние морских льдов в этом секторе Арктики выражено особенно сильно. В последние годы кромка сплоченных льдов отступает к северу, далеко за пределы континентального шельфа, в регионе Чукотского моря - почти к Северному полюсу. В результате популяция оказывается сезонно разделена на четыре изолированные друг от друга части. Потеряв ледовую платформу, медведи вынуждены высаживаться на сушу. Они выходят на сушу в трех основных районах: на остров Врангеля, на северный берег Чукотки и на северо-западное побережье Аляски. Какая-то часть медведей остается на льдах и уходит в Центральный арктический бассейн, в приполюсные районы. Количество белых медведей, оказавшихся на суше на побережье Чукотского моря известно - в последние годы это в общей сложности всего несколько сотен животных. В последние пять лет суммарная численность медведей на берегу здесь была не более 500-600 зверей (250-300 - на острове Врангеля, 100-150 - на Чукотке, 120-150 - на Аляске). Даже если предположить, что примерно 50% популяции уходит на льдах в приполюсные районы, общая численность популяции в последние годы не превышает 1500 животных. Оказываясь на берегу, белые медведи не только вынуждены подолгу голодать, в результате чего до 15% медведей находятся в истощенном состоянии и естественная смертность увеличивается, на побережье Чукотки они становятся легко доступны браконьерам. Позднее замерзание моря и слабый лед делает белых медведей уязвимыми к браконьерству и в зимнее время.

Уничтожение белых медведей на Чукотке получило размах с 1992 года, с началом реформ в стране, когда механизмы контроля за соблюдением законов перестали работать. В первые годы белых медведей стреляли преимущественно ради мяса. Однако очень быстро сформировался черный рынок скупки и реализации шкур белых медведей. Браконьерство стало коммерческим. Были организованы каналы транспортировки и рынки сбыта шкур, продавали в том числе через интернет. Начались охоты под заказ. С начала 1990-х, то есть уже в течение почти 20 лет, браконьеры на Чукотке отстреливали ежегодно от 70 до 300 белых медведей. Больше или меньше медведей убивали в каждый год, зависело от того, сколько белых медведей по условиям сезона оказалось в зоне доступности. Эти цифры подтверждены разными источниками. В том числе они открыто признаются теми, кто сам занимался этим браконьерством. В результате популяцию подорвали. Были физически уничтожены сотни белых медведей, которые должны были размножаться и обеспечить приплод в популяцию, поддержать ее численность в климатически трудное время. Браконьерство, а не само по себе глобальное потепление привело эту популяцию в бедственное положение.

Ответ на вопрос, почему браконьеры с Чукотки не стесняясь говорят о том, как и сколько они нелегально убили белых медведей, прост. Их приучили к мысли о том, что этническая принадлежность к коренным народностям Чукотки освобождает их от необходимости соблюдать закон и от ответственности перед законом.

Еще до того, как российско-американское соглашение по белому медведю было подписано, некоторые региональные политики и чиновники делали в местной прессе и по радио заявления, что они пробивают разрешение на охоту. Такие выступления фактически провоцировали и поддерживали браконьерство.

В конце 1990-х Чукотская ассоциация зверобоев традиционной охоты (ЧАЗТО) на деньги американской стороны подготовила обоснование традиционной охоты на Чукотке. Плакат, который ЧАЗТО издала по результатам опросов, по существу является письменным свидетельством систематического браконьерства на белого медведя на Чукотке - уголовно наказуемого нарушения законодательства Российской Федерации. Распространение этого плаката сыграло свою роль в приучении местных охотников к мысли о своей безнаказанности и провоцировании дальнейшего браконьерства. На двусторонней технической встрече по белому медведю в Анкоридже (Аляска) в августе 2007 года А. Кочнев заявил, что квоту на отстрел белых медведей по национальным поселкам Чукотки вообще надо определять исходя из того, сколько медведей там браконьерски отстреливают сейчас. Вот просто так взять и легализовать браконьерство, разрешить легально убивать столько, сколько могут убить, и это будет «борьба с браконьерством». Если чукотские охотники игнорируют требования закона сейчас, руководствуясь приписанным самим себе правом «стрелял, стреляю и буду стрелять», то понятно, что произойдет, если добычу им разрешат. Эта квота будет формальным прикрытием продолжающегося браконьерства и подтверждением уверенности браконьеров в своей безнаказанности. Это будет бонус для них. Двадцать лет стреляли, нарушая закон, и вот теперь это официально признано, как законно разрешенное право! Контролировать, сколько в действительности будут стрелять, в существующих социально-экономических условиях и при таком правовом нигилизме будет сложно.

Для выполнения российско-американского соглашения по белому медведю установлен механизм определения величины разрешенной добычи и порядка реализации квоты. С этой целью создана комиссия, в которую входят по два комиссионера с каждой стороны: один от правительственных органов, второй - представитель коренного народа. С российской стороны назначен Амирхан Магометович Амирханов (представитель МПР РФ) и Сергей Кавры (представитель коренных народов Чукотки). С американской стороны от правительства в комиссию вошли Джерри Хаскет (директор регионального отделения Службы рыбы и дичи Госдепартамента США) и Чарли Джонсон (представитель коренных народов Аляски).

Первое техническое заседание комиссии прошло в Москве в конце сентября 2009 года.

На рабочем заседании научной группы в Анкоридже в начале марта 2010 года, когда вырабатывались рекомендации для комиссии, специалисты по белому медведю с российской стороны, отстаивали мораторий на аборигенную охоту до тех пор, пока не будет точных доказательств того, что популяция здорова и численность ее увеличивается.

Несмотря на активное лобби в пользу добычи, нам удалось настоять на включении в рекомендации группы как одного из решений на выбор комиссионеров полного моратория на охоту на обеих сторонах Берингова пролива. В итоге группа предложила комиссионерам на выбор два варианта решений.

Первое - мораторий на аборигенную охоту на белого медведя на обеих сторонах Берингова пролива. То есть нулевая квота на срок от 1 до 3 лет до получения более надежной информации о состоянии популяции для принятия решения. Это решение представляет наименьший риск подрыва популяции.

Второе - выделение квоты исходя из консервативных оценок состояния популяции. В этом случае общая квота не может превышать 45 медведей, с разделением ее в равных долях на Чукотку и Аляску. Предполагается, что риск подрыва популяции при таком изъятии будет низким. Однако это может быть существенным фактором негативного воздействия на популяцию, если ее численность продолжает снижаться. Обязательным условием при таком решении должно быть введение в действие организациями коренных охотников Чукотки - получателями квоты - эффективных программ сохранения белого медведя, в том числе активная борьба с браконьерством, прекращение браконьерства на Чукотке.

По существу, второе решение - квота в 45 медведей - является политическим компромиссом, нужным американской стороне для достижения своих политических целей и обоснования затрат больших финансовых ресурсов (денег американских налогоплательщиков) на многолетние исследования с целью обоснования введения квоты на Аляске.

Второе заседание комиссии, на котором было принято решение по квоте, прошло в Анкоридже на Аляске 7-9 июня 2010 года. На это заседание в Анкоридж приехала большая делегация лоббистов с Чукотки, включая В.М. Етылина. От российской научной группы был С.Е. Беликов. И произошло вот что. Для американской стороны приемлемым было только второе решение - принятие квоты по второму сценарию, ограниченной 45 медведями. Но в последний день работы комиссии собрались на свое совещание представители коренных охотников Аляски и Чукотки, после чего заявили, что 45 медведей им мало! Им нужно 68! Поторговавшись, согласились снизить требование до 58 медведей. Комиссионеры от правительственных органов России и США опешили. Американцы объявили, что им нужен тайм-аут. В течение этой паузы, сотрудники Службы рыбы и дичи пересчитали параметры гипотетической модели, основанной на произвольно взятых из воздуха допущениях, что если есть прирост популяции не в 4% (как это считалось на заседании в марте, при обосновании квоты в 45 медведей), а в 6 %, то изъятие и 58 медведей не будет истощительным, не подорвет популяцию. Таким образом, проигнорировав все свидетельства бедственного положения популяции белых медведей в этом регионе, американская сторона и аборигенные охотники получили желаемый результат.

Единственным на заседании комиссионером, который был против разрешения охоты на Чукотке до получения объективных данных о статусе популяции, был А. М. Амирханов, представляющий правительственные органы Российской Федерации (МПР), но он оказался в меньшинстве. В ходе дискуссий на научной рабочей группе в Анкоридже В.М Етылиным было заявлено, что браконьерство прекратить на Чукотке невозможно, так как это длительный процесс, и коренные охотники Чукотки не смогут принимать в нем эффективное участие.

За все годы, предшествовавшие этому решению, на Чукотке не было предпринято никаких мер для сохранения белого медведя. Не было борьбы с браконьерством, не создавались охраняемые природные территории федерального и регионального статуса для защиты белых медведей и их ключевых местообитаний.

Так что лоббисты хотят получить легальную возможность продолжать охоту на белых медведей, не взирая на бедственное состояние популяции, а всю ответственность за сохранение должны нести МПР и ученые.

Единственным местом в чукотском регионе, где белые медведи в настоящее время находятся под действительной охраной, является государственный природный заповедник «Остров Врангеля». Многолетнее изучение белых медведей на острове показывает, что численность медведиц, залегающих в берлоги на острове в последние годы, сильно сократилась: с 350-400 до 60-70 особей - как минимум в 5-6 раз по сравнению с началом 1990-х. Отмечается заметное снижение численности белых медведей, выходящих осенью на остров Врангеля и на побережье Чукотки. Ежегодно на острове появляется больше истощенных и травмированных медведей.

Моя позиция, совпадающая с позицией Андрея Болтунова, состоит в следующем. В настоящее время нет никаких признаков того, что чукотско-аляскинская популяция белого медведя стабилизировалась или восстанавливается.

В то же время есть многочисленные признаки того, что продолжается снижение численности и популяция находится в бедственном состоянии. Продолжается сокращение наиболее благоприятных ледовых местообитаний белого медведя в зоне континентального шельфа. Происходящее на этом фоне многолетнее браконьерское уничтожение белых медведей на Чукотке критически подорвало эту популяцию.

Разрешение аборигенной охоты, даже если предположить, что браконьерство может быть существенно ограничено, в таких условиях приведет к усилению сокращения численности белых медведей. В реально существующих условиях, разрешение аборигенной добычи белых медведей на Чукотке приведет к существенному увеличению изъятия медведей из популяции, так как браконьерская охота будет дополнена охотой по аборигенной квоте, которая будет использована как прикрытие продолжения браконьерства.

Обоснование открытия охоты на белого медведя на Чукотке необходимостью сохранения традиционной культуры не имеет под собой оснований. Это попытка применить на российской стороне модель традиционного природопользования американской Арктики. Есть существенное отличие в распределении и доступности традиционных ресурсов коренных народов на Северо-Американском континенте и азиатском Северо-востоке. В Северной Америке зона континентального шельфа узкая и традиционные ресурсы коренных народов не столь обильны, как на азиатской стороне Берингова пролива. На Чукотке белый медведь никогда не был основным объектом жизнеобеспечения коренных народов. Их основным источником традиционной пищи были тюлени, моржи, рыба, северный олень. Но если говорить о соблюдении традиций и сохранении этнической культуры, то как раз для этих целей особенно важно не допустить подрыва популяции белых медведей. Потому что это приведет к потере вида в этническом ареале коренных народов Чукотки, к разрыву культурной традиции в отношениях с животным миром своей земли.

Разрешение на охоту нужно тем, кто заинтересован в получении краткосрочных выгод. Это те, кто рассчитывает использовать добываемых белых медведей для получения денег - продажи шкур, возможности организации трофейных охот с аборигенами (такая возможность активно лоббируется лицами, связанными с трофейно-охотничьим бизнесом, и такие «сафари» уже выставлялись на продажу в интернете еще до принятия решений комиссии), и те, кто зарабатывает себе на лоббировании политический капитал регионального масштаба.

Очень многих россиян интересует сейчас проблема глобального изменения климата, проблема таяния льдов Арктики и судьба белого медведя. И очень многим россиянам не нравится, что небольшая группа лоббистов, имеющих прямой личный интерес в использовании белых медведей, фактически тайком от общества протаскивает свои корыстные интересы. Если мы потерям белого медведя в российской Арктике, общество должно знать, почему и благодаря кому это произошло! Но еще есть шанс этого не допустить!

Никита Овсяников, заместитель директора по научной работе Государственного природного заповедника «Остров Врангеля», канд. биол. наук, член группы специалистов по белому медведю МСОП