Брифинг Аркадия Дворковича и Дмитрия Рогозина по завершении первого заседания Правительственной комиссии по импортозамещению

Стенограмма:

А.Дворкович: Прежде всего – о работе комиссии по импортозамещению. Сегодня были приняты решения, направленные на организацию её работы, а также работы её отдельных органов. Будет две подкомиссии – по гражданским и по оборонным отраслям промышленности, и Дмитрию Олеговичу и мне поручено этими вопросами в ежедневном режиме заниматься. Составы этих подкомиссий будут сформированы в самые ближайшие дни, и будут намечены планы на ближайшие месяцы, сначала по формированию (и корректировке, где уже существуют) соответствующих программ импортозамещения, а затем, со следующего года, уже по выполнению функций, связанных с конкретными инвестиционными проектами в этих сферах, реализуемыми нашими государственными компаниями, компаниями с госучастием, а также при наличии государственной поддержки.

Как вы знаете, у нас основные планы импортозамещения уже утверждены, сейчас идёт их детализация, конкретизация, выбор конкретных исполнителей, проходят различные конкурсные процедуры, процедуры размещения госзаказа, и это теперь уже абсолютно конкретная, иногда почти ручная работа. Где-то механизмы являются более рыночными, как, например, в агропромышленном комплексе, который мы сегодня рассматривали.

Если говорить конкретно про АПК, программа импортозамещения действует уже практически год, она являлась логическим продолжением госпрограммы «Развитие АПК» в целом, которая сейчас продолжается. И сегодня мы обсуждали прежде всего препятствия к её реализации, будь то меры, направленные на борьбу с фальсифицированной, контрабандной продукцией, или доступ к финансированию, ветеринарные требования, то есть тот перечень вопросов, которые в принципе всегда стоят на повестке дня, но если мы хотим активно заниматься импортозамещением, нужно решать эти вопросы быстрее.

Ещё один акцент был сделан на более глубокую переработку сельскохозяйственного сырья (вторичные, третичные переделы) и меры по поддержке этих секторов.

Вот это основной фокус сегодняшней дискуссии. Мы договорились о том, что будут даны поручения по усилению ответственности при производстве и реализации продукции, по которой публикуются, предъявляются недостоверные сведения о её составе, то есть, по сути, всё, что связано с фальсификатом, а также даны поручения, связанные с более активной реализацией программы в части глубокой переработки сельхозсырья.

Вопрос: А что это за программа?

А.Дворкович: Речь идёт о производстве пищевых добавок, аминокислот – всё, что связано с переработкой субпродуктов из мясного сырья. Во всём мире из этого получают продукты, которые потом используют в самых различных отраслях – в медицине, в химии, в других сферах. У нас этого не делается, мы всё это покупаем. Мы используем у себя, по сути, либо сырьё, либо продукт его первичной переработки, и вынуждены импортировать всё остальное. Но у нас есть потенциал делать это всё самостоятельно.

Вопрос: А господдержка нужна для этого?

А.Дворкович: Господдержка, как правило, нужна, особенно в условиях высоких процентных ставок. Если бы они были у нас низкие, наверное, можно было сделать и без господдержки. Когда процентные ставки высоки, нужно искать возможности субсидирования ставок прежде всего.

Вопрос: А налоговые?..

А.Дворкович: По налогам дополнительных преференций не требуется, пожалуй. Если компании будут размещаться на территориях опережающего развития, в особых зонах, – там эта поддержка автоматически будет. Думаю, что многие будут выбирать именно такой способ работы.

Вопрос: Будут даны поручения? Или ещё…

А.Дворкович: Они будут зафиксированы в протоколе сегодняшней комиссии.

Вопрос: Дмитрий Олегович, два вопроса, если позволите. Во-первых, по импортозамещению. По замещению военной продукции, производимой на Украине, более-менее понятно, а по части продукции, которую поставляли страны НАТО, гораздо меньше информации. Могли бы вы рассказать, как обстоят дела, какие объёмы, может быть, уже замещены? Какие планы, сроки и, может быть, стоимость этой части программы?

Д.Рогозин: В данном конкретном случае детальные планы-графики замещения указанной продукции военного назначения, а также комплектующих изделий к продукции военного назначения, формировались у нас ещё год тому назад, сразу после того, как наступили известные события, связанные с госпереворотом на Украине, и после введения санкций.

Детальные планы-графики по Украине касаются 186 образцов вооружения, военной, специальной техники. Что касается стран НАТО и Европейского союза, то это более 800 образцов вооружения, военной, специальной техники. Итого  получается примерно 1000 в целом и, соответственно, десятки тысяч конкретных изделий, которые необходимо заместить. Сроки замещения: в том, что касается Украины, крайняя позиция – это 2018 год. Самое сложное – это прежде всего газогенераторы, силовые машины для ряда надводных кораблей, а также авиационные двигатели для вертолётов и самолётов. По ним приняты все необходимые решения. Что касается стран НАТО и Европейского союза – самые поздние позиции будут реализованы в 2021 году, но они составляют отдельные доли процента. В основном, 90%, – также 2018 год (будет замещено). Что касается комиссии по импортозамещению, то в рамках подкомиссии, которую мне поручено возглавить, будут рассматриваться не только вопросы сугубо военной продукции, но и продукции двойного назначения.

А.Дворкович: Авиация и судостроение полностью…

Д.Рогозин: Да, авиация, судостроение, радиоэлектроника, двигателестроение и так далее, поэтому там потребуется не только принятие решений по инвестиционным проектам, но и, скажем, изменение ряда нормативных актов и просто конкретной технической документации. Я вам пример приведу: по судовому оборудованию у нас изначально в решениях проектантов заложена закупка импортной техники, то есть этот ворох бумаг надо пересмотреть и исправить, помимо конкретных решений, поэтому работа большая предстоит. Она нам понятна. Она уже частично организована.

А.Дворкович: Такие примеры есть во всех отраслях: в нефтянке, газе, нефтехимии – везде есть технические требования, которые изначально ориентированы на зарубежную продукцию. Если компании будут понимать, что в случае получения ими господдержки они обязаны ориентироваться на российскую продукцию в какие-то определённые сроки, где это возможно, они должны будут это делать. Именно такие вопросы будут рассматриваться на комиссии.

Вопрос: А есть какие-то данные по продукции стран НАТО? Мы можем сказать, что столько-то процентов на данный момент замещено уже?

Д.Рогозин: Есть такие данные, но они относятся к категории закрытой информации. Зачем мы будем это всё раскрывать? Могу сказать только одно: это данные печальные для наших партнёров, которые ввели санкции. Мы довольно-таки активно идём по этому пути. Есть, конечно, проблемные моменты, есть сложные технические решения. Здесь проблема в чём? Скажем, если говорить про Украину (я уже об этом вам, по-моему, рассказывал), это не самая современная продукция. Это продукция, которую по линии нашей инженерной просто рутинно по-прежнему поставляла Украина, вместо того чтобы выработать новые инженерно-технические решения. Поэтому замещение будет не старья, а просто вместо той старой технологии будут вырабатываться новые технологии, и они будут уже в рамках планов-графиков импортозамещения внедряться.

Вопрос: Аркадий Владимирович, а расширяться санкции, вернее, продэмбарго будет на те семь стран, которые поддержали..?

А.Дворкович: На эту тему уже давались комментарии в последние дни. Вопрос активно рассматривается, принципиальный подход состоит в том, что все, кто применяет против нас санкции, должны сталкиваться с соответствующими ответными мерами, продовольственным эмбарго. Есть некоторые нюансы, детали, которые мы сейчас обсуждаем, так что наберитесь терпения, думаю, что в ближайшее время решение будет принято.

Вопрос: Аркадий Владимирович, дано поручение проработать вопрос по пошлине на зерно к сентябрю. Уже есть какие-то предложения и может ли быть, допустим, введён лимит на экспорт зерна?

А.Дворкович: Нет, мы не планируем никаких лимитов. Пошлина работает, технические проблемы, которые в первые дни работы новой формулы возникали, по моим сведениям, сейчас решены. Тем не менее до конца августа мы проанализируем все те вопросы, проблемы, которые поднимали наши экспортёры, и решим, нужно ли что-то менять в механизме. Никаких лимитов на сам экспорт не планируется. Сейчас объёмы экспорта достаточно умеренные, и рисков здесь не видим.

Вопрос: Сколько прогнозируете в сельхозгоду экспорта?

А.Дворкович: При урожае, который сегодня прогнозируется на уровне 100 или чуть более 100 млн т, 25–27 млн т вполне можно экспортировать без всякого риска для внутреннего баланса.

Вопрос: Дмитрий Олегович, вчера вы дали поручение проработать, разработать и внедрить систему автоматического зависимого наблюдения в малой авиации. Могли бы вы чуть подробнее рассказать, во-первых, каким образом будет реализована там технология ГЛОНАСС, что конкретно скрывается за такой сложной для восприятия формулировкой? Аркадий Владимирович, вы, возможно, дополните тоже, как это всё будет внедряться?

Д.Рогозин: Эта система ADS-B в принципе в Соединённых Штатах уже была внедрена и, в частности, была применена в штате Аляска, причём принудительно для всех видов и объектов малой авиации – как вертолётов, так и малой авиации. Собственно говоря, это достаточно сложное оборудование, которое предполагает возможность принудительного сброса информации с воздушного судна по курсу движения, по эшелону, то есть по высоте, по скорости, и эта же информация поступает каждому воздушному судну по его окружению, что вокруг него происходит. Собственно говоря, это серьёзное уточнение воздушной обстановки для каждого пилота.

Что касается нашей обстановки, нашей ситуации, то, конечно, эта резонансная катастрофа над Истринским водохранилищем… Сейчас не будем забегать вперёд, но мы можем сказать только одно: у нас действительно на воздушных судах подобного класса (как на лёгких вертолётах, так и на лёгких самолётах) нет такого рода системы. То есть в принципе при желании пилот, который является грубым нарушителем правил воздушного движения, может отключить датчик о своём местонахождении либо идти на предельно малой или, скажем так, преступно малой высоте, и тем самым, собственно говоря, скрыть от диспетчера своё местонахождение. Соответственно, диспетчер не сможет предупредить другие воздушные суда, которые находятся в этом регионе, о наличии реальной опасности. Судя по всему, что-то похожее и произошло.

Правительство приняло по этому поводу решение, мы создали акционерное общество «ГЛОНАСС». Мы активно развиваем проекты, связанные с нашей навигационной системой, в частности «ЭРА-ГЛОНАСС». Этими датчиками, модулями «ЭРА-ГЛОНАСС» сегодня оборудован и государственный транспорт, и транспорт, который перевозит особо чувствительные предметы. В перспективе у нас внедрение такого рода систем и для большегрузных машин. По сути дела, мы хотим предложить сегодня нашим властям, которые отвечают за безопасность воздушного движения (мы здесь с Аркадием Владимировичем (А.Дворкович) будем вместе потом уже принимать решение, когда эта технология будет в реальности), – предложить на основе ГЛОНАСС систему, подобную той, которая создана в Соединённых Штатах, но, может, более простую, которая позволит любому пилоту ориентироваться полностью в воздушном пространстве, видеть всё, что вокруг него происходит, но так, чтобы этот сигнал был принудительно оборудован в каждом воздушном судне. Возможно, для этого надо будет выбрать пилотный регион, скажем, Москву и Московскую область, где наиболее интенсивное движение. Поэтому пока я дал поручение быстро, оперативно представить техническую документацию и конкретные инженерные решения по созданию такого рода системы. Я думаю, это мы быстро сделаем. А дальше будет принято решение уже о её внедрении.

Вопрос: Сроки уже есть какие-то? Быстро – это насколько быстро?

Д.Рогозин: Быстро – это значит быстро. Всем понятно, что произошло. И вся эта вольница – с ней надо заканчивать, безусловно. До сих пор такого рода системы не было, но мы вполне способны, наша промышленность способна, в том числе оборонная промышленность, достаточно быстро представить все необходимые решения.

А.Дворкович: Здесь просто могу дополнить. Тем не менее тут есть две составляющие – техническая действительно возможность наблюдения и получения информации о соответствующем месте нахождения воздушных судов, и здесь Дмитрий Олегович всё уже сказал. Действительно, надо начинать с пилотного района, с пилотных зон, прежде всего близлежащих к крупным аэропортам или к каким-либо иным важным объектам. И наконец, необходимо ввести в законодательство более жёсткие меры ответственности за нарушения в этой сфере. Сейчас эти меры ответственности слишком низкого уровня, они, по сути, не работают. Спасибо.

<…>