Пять интриг "графа Полусахалинского" Сергея Юльевича Витте - Родина

13 марта 1915 года в Петрограде умер Сергей Юльевич Витте, русский государственный деятель рубежа веков. Историки по-разному оценивают его наследие. Одни называют гением и велики реформатором, другие - бездушным карьеристом и интриганом. Последствия политики Витте, и внутренней, и внешней, и правда имели огромное значение для России.

Благодаря его реформам в конце XIX века в стране бурно развивалась сеть железных дорог и промышленность, был построен Транссиб и Китайско-Восточная железная дорога, соединившие Владивосток с центральными регионами страны, проведена валютная реформа, укрепившая рубль. Витте заключил мир после Русско-Японской войны (Портсмутский мирный договор) и даже хотел дать России конституцию, однако успел только подготовить знаменитый "Манифест 17 октября", которым была учреждена Государственная Дума, имевшая законодательное право. И сторонники, и противники Витте сходятся в одном: он обладал необыкновенной интуицией, "нюхом", и не гнушался любыми методами, применяя маккиавелливский принцип "цель оправдывает средства". В день его смерти "РГ" вспоминает пять самых ярких интриг Сергея Юльевича Витте.

1. Назначение на должность министра финансов

Сергей Витте сделал фантастическую для своего времени карьеру. Начав со скромной должности в управлении Одесской железной дороги в 1870 году, через несколько лет Витте возглавил службу эксплуатации, а к 1879 году стал начальником эксплуатационного отдела при правлении Общества Юго-Западных железных дорог и переехал Петербург.

С 1878 года членом правления Общества был Иван Алексеевич Вышнеградский, а с 1881 по 1886 - его председателем. В течение 15 лет на различных должностях он был непосредственным начальником Витте, ему отчасти обязан Сергей Юльевич своим возвышением. Продвигаясь по служебной лестнице, Вышнеградский "паровозом" тащил за собой и Витте. Возглавив в 1887 году министерство финансов, Вышнеградский предложил Витте должность директора департамента железнодорожных дел в "минфине". Вместе с этим креслом Витте получил и чин: из титулярного советника его произвели сразу в статские, что в тогдашней табели о рангах равнялось генеральскому званию. Витте "скакнул" сразу на шесть ступеней по служебной лестнице - это было невероятно! А через год стал уже министром путей сообщения.

Чем же отплатил протеже своему покровителю? Подсидел его!

Когда Вышнеградский получил пост министра финансов, ему было 56 - не так уж много. Однако через несколько лет, в 1892 году, воспользовавшись болезнью Вышнеградского, Витте начал распускать слухи о его неадекватности и психическом расстройстве. Были у Витте покровители посильнее непосредственного руководителя - "железнодорожному" министру благоволил сам царь, еще с тех времен, когда дерзкий и умный начальник службы эксплуатации Одесской железной дороги за год до крушения царского поезда у станции Борки предсказал эту катастрофу. И не просто предсказал, а набрался наглости поспорить с адъютантами Его Величества и добиться, чтобы на вверенном ему участке дороги состав с монаршим пассажиром двигался с соблюдением правил безопасности. Вот государю Витте и начал нашептывать, что старик Вышнеградский, мол, тронулся умом, немощен телом и духом, и пора его отправлять в отставку.

Кроме того, имела место и некрасивая история с обвинением Вышнеградского во взятке в 500 тысяч рублей от Ротшильда, о которой пишет Витте в своих воспоминаниях. Министру финансов удалось оправдаться, но "осадочек остался". Обвиняли Вышнеградского и в голоде 1891 года - из-за его экспортоориентированной политики и вывозу зерна за рубеж.

Александр III внял советам избавиться от старика после того, как совершенно больным и "со странными речами" он приехал на доклад к императору, которого Витте уже успел предупредить о нездоровье сановника. В 1892 году Александр отправил Вышнеградского в отставку, а на его место назначил Витте. Сергей Юльевич прослужил министром финансов рекордных 11 лет.

Впрочем, версию о том, что Витте подсидел своего покровителя, опровергает историк Сергей Ильин в биографии, изданной в серии "Жизнь замечательных людей". "Придворные сплетники пустили слух, что якобы Витте из честолюбия подсидел Вышнеградского, коварно спихнул его с места, - пишет Ильин. - Именно так истолковала поступок Витте небезызвестная Александра Богданович, хозяйка великосветского петербургского салона. Ее дневник, впервые изданный еще в 20-х годах XX века, до сих пор историки используют с полным доверием".

По версии Ильина, Витте относился к Вышнеградскому с пиететом, но напряженная работа на самом деле подорвала его здоровье, а после его ухода единственным реальным претендентом на должность был Витте. Что, однако, не отменяет выгодности сложившихся обстоятельств для самого Витте.

На посту министра финансов Витте провел самую успешную в истории России денежную реформу, введя так называемый "золотой стандарт" - рубль стал свободно обмениваться на золото и превратился в одну из самых устойчивых мировых валют. Рубль стал даже крепче доллара - ни до, ни после Витте этого не удавалось добиться никому. Одновременно в стране уменьшилась денежная масса, а приток иностранных инвестиций в промышленность увеличился. Заслуги в успешно проведенной денежной реформе обычно целиком приписываются Витте, но многие историки говорят о том, что готовить ее стал еще Вышнеградский, и Витте лишь завершил начатое им дело.

2. Строительство КВЖД

"Выходец" из железнодорожного ведомства, одним из залогов успешного развития страны Витте видел строительство сети железных дорог. Особенно важно это было, учитывая российские расстояния и активное заселение Сибири крестьянами после отмены крепостного права. Витте был одним из инициаторов строительства Трассибирской магистрали, он же был автором идеи строительства Китайско-Восточной железной дороги - КВЖД.

Строительство Транссиба началось в 1891 году. Дорогу проложили за 10 лет - в рекордные сроки. По замыслу Витте, она должна была стать связующим звеном между Европой и Азией и составить реальную конкуренцию Суэцкому каналу и Дарданеллам. С началом строительства Транссиба у Витте возникла мысль "срезать" путь - проложить ветку через северные провинции Китая. По мнению одних историков, таким образом Витте надеялся "сэкономить" и одновременно установить протекторат России над Китаем, как можно быстрее получить выход к незамерзающим тихоокеанским портам и усилить свое присутствие в регионе, где все более агрессивно вела себя Япония, в 1894-1895 годах захватившая часть территорий Китая и с островов перешедшая на материк. По мнению других, Витте преследовал меркантильные интересы своей "олигархической группы".

Как бы то ни было, для начала требовалось договориться с китайцами и добиться их согласия на строительство российской железной дороги на их территории.

Еще во время первого визита в Китай в 1890 году Витте подружился с влиятельным китайским сановником Ли Хунчжаном. В 1896 году Ли Хунчжана, бывшего при дворе богдыхана кем-то вроде "канцлера", в качестве официального представителя Китая пригласили на коронацию Николая II. В долгом пути в Петербург китайского посланника развлекал Витте. Министр, предметно изучивший "чайные церемонии" восточной дипломатии, витийствовал и не спешил преступить к своей миссии. "Когда имеешь дело с китайцами, прежде всего не надо спешить, так как это считается у них дурным тоном", - писал Витте в своих воспоминаниях. Витте "обрабатывал" Хунчжана несколько недель, устраивал ему самые пышные приемы, курил вместе с ним кальян, но ни словом не позволял себе обмолвиться о главном.

Кабинет Витте. 1905 г. Фото: Музей истории Санкт-Петербурга.

В конце концов у китайского посланника у первого не выдержали нервы, и он начал говорить без обиняков. Во многих источниках упоминается, что Витте вручил Ли Хунчжану взятку в 500 тысяч рублей. В своих воспоминаниях Витте это отрицает. Тем не менее, в 1896 году в Санкт-Петербурге был подписан секретный российско-китайский договор, а уже на следующий год, в 1897 началось строительство КВЖД. Помимо разрешения на прокладку железной дороги Россия получила торговые льготы, а также разрешение на добычу угля в Китае. Через несколько лет этот договор будет стоит Хунчжану должности, а двоим китайским сановникам - ближайшему помощнику Хунчжана и послу Китая в Петербурге - жизни.

КВЖД обошлась России 1,5 миллиарда рублей - баснословную по тем временам сумму. Для финансирования ее строительства специально был создан Русско-Китайский банк, учредителем которого выступила группа французских банков и Петербургский международный банк. Директором стал Адольф Ротштейн - доверенное лицо Витте. В ряде документов говорится, что на взятки китайским сановникам на счет Витте в банке было перечислено три миллиона рублей, но выплатить Ли Хунчжану успели только миллион.

Стоило ли давать взятку? В середине 1890-х годов китайское правительство выдало европейским государствам, в том числе и России, 19 железнодорожных концессий.

Движение по КВЖД было открыто в 1901 году. Строительство дороги с точки зрения последствий для России историки, опять-таки, оценивают по-разному. Часть исследователей полагает, что Ли Хунчжан преследовал в первую очередь стратегические интересы Китая, с КВЖД получая даже не точку, а целую "зону экономического роста" на китайской территории, чего, собственно, и добился: с запуском в эксплуатацию КВЖД Манчжурия начала бурно развиваться. Кроме того, Хунчжан, возможно, сталкивал лбами Россию и Японию за господство на Дальнем Востоке, желая ослабления обоих. Впрочем, в случае открытого конфликта слабому Китаю могла угрожать оккупация со стороны победителя. Нельзя также забывать об интересах Британии и США в регионе.

Также существует мнение, что со строительством КВЖД Витте обострил отношения России с Японией, создал "капкан" для России и заложил фундамент будущей Русско-Японской войны. Подлила масла в огонь аренда Россией Порт-Артура.

3. Дело Саввы Мамонтова

Известный российский предприниматель, промышленник и меценат Савва Мамонтов был другом Сергея Юльевича Витте. Сошлись они, опять-таки, на почве строительства железных дорог. Савва Мамонтов был председателем правления Московско-Ярославской железной дороги, одной из самых прибыльных в стране. Витте хлопотал за Мамонтова перед царем - добивался для него монарших милостей, наград, престижных званий.

В начале 1890-х годов Мамонтов начинает вкладывать средства в промышленные предприятия, прежде всего "железоделательные". Идея Мамонтова по тем временам была новаторской: он хотел объединить железную дорогу и заводы в единой производственно-логистической цепочке. Если бы все получилось, Мамонтов стал бы владельцем крупнейшего концерна. Если бы. Но Мамонтов потерпел крах.

Предприятия требовали модернизации и огромных вложений. Собственных денег, чтобы поднять заводы, Мамонтову не хватило. И тогда он стал "заимствовать" средства Московско-Ярославской железной дороги, которой руководил. Когда и этих денег не хватило, по совету Витте Мамонтов попросил взаймы у петербургских банкиров. В частности, он обратился к Петербургский Международный банк, которым руководил Адольф Ротштейн, доверенное лицо Витте. Мамонтов продал банку акции Московско-Ярославской железной дороги, а также заложил практически все ценные бумаги своей семьи, и получил ссуду. Это был в буквальном смысле ход ва-банк.

Одновременно, надеясь на протекцию Витте, Мамонтов добивался концессии на строительство большой железнодорожной магистрали Санкт-Петербург - Вятка и надеялся за счет государственных субсидий рассчитаться с кредиторами.

Витте повел себя странно: сначала он отдал эту концессию Мамонтову, а потом отобрал ее. После того, как в 1899 году Мамонтову не удалось вовремя рассчитаться с кредиторами, начали ходить слухи о его крахе. Министерство финансов (которое, напомним, возглавлял в то время Витте), направило на Московско-Ярославскую железную дорогу ревизию. Аудиторы и вскрыли, что деньги Общества Мамонтов направлял на свои частные проекты. Всему правлению железной дороги пришлось уйти в отставку. А вновь избранные "менеджеры" подали на прежнее руководство в суд. Мамонтова арестовали, потом судили. После этого "дела" он уже так и не смог подняться. А делами на Московско-Ярославской дороге, по сути, стал заправлять банкир Ротштейн.

Почему Витте занял странную позицию и сыграл в "деле Мамонтова" неблаговидную и роковую роль, ускорив финансовую катастрофу? Историки объясняют это интригами против самого Витте, борьбой между различными группировками в тогдашнем правительстве. По другой версии - при посредничестве Ротштейна Витте стремился сделать государственной одну из самых крупных частных железных дорог. Тогда получается, что Витте "утопил" Мамонтова сознательно, опять-таки из-за меркантильных интересов.

4. Портсмутский мирный договор

Насколько любил Витте Александр III, настолько же терпеть не мог его преемник Николай II. Тогда как Николаю была нужна "маленькая победоносная война", Сергей Юльевич Витте выступал категорически против открытого вооруженного конфликта с Японией. В результате в 1903 году Витте был переведен на должность председателя комитета министров. По сути, это была почетная отставка - пышно именовавшийся председатель, в отличие от министра финансов, рычагов воздействия тогда не имел.

Шанс вернуться в большую политику Витте получил после поражения России в войне с Японией, когда президент США Рузвельт предложил Портсмут для проведения переговоров и выступил посредником. Кто будет представлять интересы России? "Только не Витте", - писал Николай II. Император хотел, чтобы посланником был министр юстиции Муравьев. Но и тут не обошлось без интриги. Известный писатель-историк Валентин Пикуль в "Исторических миниатюрах" пишет: "По утверждению знающих людей, Сергей Юльевич Витте дал Муравьеву взятку в двести тысяч рублей, чтобы тот уступил ему право ехать в Портсмут". Легенда вполне "в стиле Витте". Факт остается фактом: в США отправился именно он.

Выражаясь современным языком, Сергей Витте был не только блестящим политиком, но и гениальным "пиарщиком". Впрочем, оба таланта, как правило, идут рядом. Проиграв войну на полях сражений, Россия благодаря Витте выиграла ее на информационном поле. Витте всегда, на протяжении всей своей карьеры дружил с журналистами и издателями, был "доступным" политиком. Отправляясь за океан, Сергей Юльевич уже по дороге в США на борту корабля с помощью телеграфа дал первое интервью. В дальнейшем сумел просто очаровать американскую прессу. В Штатах Витте улыбался репортерам, был "свой в доску", совершал откровенно популистские жесты (целовал детей, пожимал руки железнодорожникам). Симпатии газетчиков, за которыми стояли банкиры, были на его стороне, а вслед за ними заколебался и Рузвельт. Подготовив таким образом почву, непосредственно во время самих переговоров Витте умело "играл на нервах" своих оппонентов, например, демонстративно готовясь покинуть отель и сорвать переговорный процесс.

Япония выдвигала России унизительные условия: требовала признать Южную Манчжурию и Корею зонами японского влияния, уступить право аренды Ляодунского полуострова с Порт-Артуром и портом Дальний, выплатить огромную контрибуцию и отдать Сахалин. Русская делегация приняла требования в отношении Манчжурии и Кореи, но категорически отказалась возмещать военные расходы Японии - Россия никогда этого не делала. Витте напомнил японским послам, что даже Наполеону, сидя в Кремле, не пришло в голову просить денег у России, чтобы выбраться из войны с ней.

Сахалин же стал настоящим "островом преткновения". Переговоры практически зашли в тупик. Витте отказывался уступить Сахалин. Японское правительство было в панике - истощенная страна не могла продолжать войну ради захвата острова. На секретном заседании, которое длилось целые сутки, токийский кабинет в присутствии императора решил отказаться от претензий на Сахалин. Но в это время Рузвельт отправил телеграмму Николаю II, в которой советовал отказаться от острова. Николай согласился уступить его южную часть. Заявление самодержца стало известно японцам, тогда как русские не знали о принятом ими решении. Глава японской делегации получил указание требовать южную часть острова.

После подписания Портсмутского мирного договора Витте был пожалован титул графа, орден Александра Невского и вилла на курорте Биарриц во Франции. Но к нему намертво приклеилось прозвище "Граф Полусахалинский", и до конца дней он был вынужден оправдываться, что передача половина Сахалина Японии - это была личная уступка царя. Чуть-чуть "не дожали" японцев.

Историки, опять-таки, диаметрально противоположно оценивают Портсмутский мирный договор. В советской дипломатической традиции его называют не иначе как "позорным". Современные исследователи пишут, что благодаря подписанию этого документа проигранная война закончилась "почти пристойно". Сергей Ильин, биограф Витте, так вообще считает его "триумфальным". "Сахалинский вопрос, не разрешенный в Портсмуте, - как метко выразился Валентин Пикуль, - был окончательно разрешен в августе 1945 года советскими десантниками".

5. Любовные интриги Витте

Всю жизнь, на протяжении всей своей политической карьеры, Сергей Юльевич Витте не стеснялся достигать намеченных целей с помощью интриг, хитрости и прямого подкупа. В таком же стиле Витте действовал и в личной жизни, добиваясь своего с помощью денег и угроз. Он был настолько влиятельной фигурой в российской политической жизни, настолько своеобразен в общении и в манерах, что мог себе позволить плевать на условности и приличия того времени, не боялся разругаться с высшим светом. Однако амурные дела Витте никогда не влияли на дела государственные.

В юности, как писал Сергей Юльевич в своих воспоминаниях, он "знал всех более или менее выдающихся актрис, которые жили в Одессе". Однако в зрелом возрасте был однолюбом. Великий реформатор был женат дважды, и оба раза "уводил" своих любимых женщин от законных мужей, что по тем временам считалось моветоном.

Со своей первой женой Надеждой Спиридоновой (урожденной Иваненко, дочерью предводителя дворянства Черниговской губернии) Витте познакомился еще в Одессе. Замужняя дама, она не была счастлива в браке. Супруг оказался игроком и мотом, и юная жена сосредоточилась на материнстве, на воспитании дочери. Витте лично занимался оформлением развода Надежды Спиридоновой и добился согласия Ивана Спиридонова на расторжение брака, погасив его карточный долг. На улаживание формальностей ушло несколько лет. Витте смог жениться на Надежде лишь после переезда в Санкт-Петербург в 1879 году. А ее дочь от первого брака, Софья, официально была объявлена воспитанницей Витте, с присвоением имени и отчества воспитателя, только 10 лет спустя, в 1889 году.

У Надежды Спиридоновой было очень слабое здоровье. И хотя она старалась поправить его на курортах, женщина умерла в молодом возрасте в 1890 году от болезни сердца.

Карикатуры: Гр. Витте в своем кабинете.1905 г. Графиня Матильда Витте. 1902 г. Фото: Ковровский историко-мемориальный музей; Исторический музей.

Со своей второй супругой, Матильдой Лисаневич, Витте познакомился в театре. Это, что называется, была любовь с первого взгляда. Но о том, чтобы быть вместе, не могло быть и речи. Во-первых, Матильда была замужем. Во-вторых, дамой "честных правил", любовная связь вне брака была для нее немыслима, о чем она сразу же и заявила Витте. А в-третьих, она была крещеной еврейкой, брак с ней мог поставить крест на карьере политика. Но Витте, чтобы добиться Матильды, поставил на карту в буквальном смысле все - и деньги, и карьеру. Через друзей он узнал, что супруг Матильды нуждается в деньгах, и буквально выкупил у него жену, заплатив 30 тысяч рублей отступного (взятка - привычный для Витте способ решения проблем). Причем выкупил "в кредит", заняв деньги у директора "Русского для внешней торговли банка".

Сложнее дело обстояло с разводом. Но и тут Витте добился своего: вместе с бумагами на подпись Александру III он подал сразу два прошения - об отставке с должности министра путей сообщения и на брак с еврейкой. По легенде, на прошении министра о женитьбе на Матильде государь написал: "А хоть бы и на козе!", после чего брак Лисаневичей расторгли буквально за три дня. Но в высшем свете Матильду Витте так и не приняли.

Дочь Матильды от первого брака Веру Витте усыновил и дал ей свою фамилию. Родных детей у него так и не было.

Второй брак Витте был куда счастливее первого. Сергей Юльевич до конца своих дней был привязан к жене. Незадолго до своей смерти писал ей из Одессы в Биарриц: "Каждое твое письмо меня оживляет...", и очень ценил часы, проведенные вместе с семьей.