Документ /

Владимир Путин принял участие в работе отчётно-выборного съезда Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП).

В ходе работы съезда обсуждались, в частности, вопросы снижения административных барьеров, оптимизации государственного контроля и развития конкурентной среды, стимулирования инвестиционной активности, повышения производительности труда и эффективности взаимодействия бизнеса и власти.

Съезд проходил в рамках организуемой РСПП XI Недели российского бизнеса с 5 по 9 февраля.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья! Коллеги! Дамы и господа! Благодарю вас за приглашение.

Прежде всего хотел бы поприветствовать всех участников и гостей съезда Российского союза промышленников и предпринимателей. Ваше авторитетное объединение традиционно занимает деятельную, конструктивную позицию по актуальным темам экономической повестки.

Вы не только участвуете в дискуссии, но работаете напрямую, в прямом смысле этого слова, с Правительством, вносите предметные предложения по самым насущным проблемам, волнующим предпринимателей, в том числе по таким, как таможенное регулирование, совершенствование контроля, надзора, подготовка профессиональных кадров, активно участвуете в подготовке законодательных решений, направленных на улучшение делового и инвестиционного климата.

Россия вступает в сложный, напряжённый и очень важный период развития. Именно от усилий бизнеса во многом зависит, насколько успешно мы его пройдём, каких результатов добьёмся.

В конце января при непосредственном участии РСПП подписано Генеральное соглашение профсоюзов, Правительства и работодателей, которое определяет направления развития социально-трудовых отношений в России на ближайшие три года.

Со многими из присутствующих мы встречались в декабре прошлого года, обсуждали ситуацию в экономике страны и на внешних рынках, говорили о том, что волнует отечественное деловое сообщество, как сделать российскую юрисдикцию более привлекательной и конкурентоспособной.

Хочу напомнить, что в конце прошлого года принят ряд решений, направленных на поддержку и развитие бизнеса. Так, уже вступил в силу закон о регулировании договора синдицированного кредита, изменены правила налогообложения прибыли контролируемых иностранных компаний, прорабатываются параметры отечественных облигаций внешних займов, номинированных в иностранной валюте.

Сегодня Государственная Дума приняла уже в третьем чтении пакет законопроектов об амнистии капитала. По сути, мы запускаем второй этап такой амнистии сроком на один год – с 1 марта 2018 года по 28 февраля 2019 года.

Не буду скрывать, многие знают: мы консультировались по этому вопросу с международными финансовыми организациями, они относятся к этому с пониманием и нас поддерживают в этом решении.

Рассчитываю, что этот шаг навстречу российскому бизнесу придаст ему дополнительную устойчивость, создаст новые возможности для тех, кто хочет честно, цивилизованно, «в белую» работать в России, создавать здесь предприятия и новые рабочие места.

Уважаемые коллеги! Россия вступает в сложный, напряжённый и очень важный период развития. Именно от усилий бизнеса во многом зависит, насколько успешно мы его пройдём, каких результатов добьёмся.

Мы с вами знаем и о внешних ограничениях, сейчас не буду на этом подробно останавливаться. Скажу только, что наша позиция хорошо известна: политика искусственных ограничений в международных деловых отношениях – это путь тупиковый, который приводит всех, в том числе и самих инициаторов такой политики, к упущенной выгоде и прямым убыткам. Должен сказать, что, общаясь с вашими коллегами из других стран, я вижу, что они эту точку зрения разделяют.

Совсем недавно, как вы видели, была встреча с представителями крупного французского бизнеса. Мы только что с Президентом Франции говорили об этом по телефону. Мы в целом позитивно относимся к тому, что можем сделать вместе не только с Францией, но и с другими странами по развитию наших деловых связей.

Политика ограничений, как вы знаете, велась очень давно, всегда, по сути дела. Поправка Джексона – Вэника была отменена, и тут же, чуть ли не в этот же день – не «чуть ли», а в этот же день, – был принят так называемый закон Магнитского, просто, без всяких оснований. И это было ещё задолго до событий на Украине, в Крыму. Просто потому, что вот так хотят с нами работать.

И повторяю: думаю, что это им самим скоро надоест – тем, кто это делает. Всё-таки надеюсь, что мы выйдем на какой-то путь нормальных отношений.

Нам нужно говорить не только об этом, но и о том, что новая технологическая волна серьёзно меняет ландшафт мировой экономики. Вот что самое главное. Если так можно сказать, сегодня карты сдаются по новой: будут формироваться принципиально новые рынки товаров и услуг, появляться новые лидеры. И естественно, что конкуренция сейчас будет обостряться. В такой ситуации с конкурентами, в том числе в глобальной бизнес-среде, конечно, надо прямо сказать, церемониться не будут. В ход могут пойти любые формы давления, любые формы конкурентной борьбы.

Политика искусственных ограничений в международных деловых отношениях – это путь тупиковый, который приводит всех, в том числе и самих инициаторов такой политики, к упущенной выгоде и прямым убыткам.

Очевидно, что санкционный вызов носит неконъюнктурный характер и, скорее всего, сохранится на какую-то перспективу. Но повторяю: всё-таки надеюсь, что здравый смысл возьмёт верх и в интересах всей мировой экономики мы будем двигаться вместе со всеми нашими партнёрами в нужном направлении.

Необходимый задел прочности для такого развития, считаю, создан. В том числе говорю здесь о макроэкономической устойчивости. Благодаря совместным действиям Правительства, Центрального банка нам удалось добиться низкой инфляции, сохранить нужный уровень государственных резервов, выйти на нисходящий тренд процентных ставок. Важно воспользоваться возможностями, которые предоставляет текущая ситуация, в полной мере их реализовать.

Уже не раз говорил, ключевым фактором роста является повышение эффективности национальной экономики, увеличение производительности труда на базе современных технологий и компетенций. Здесь ведущая роль, конечно, принадлежит вам – бизнесу.

Мы продолжим улучшать деловой климат в России, формировать комфортные условия для инвестиций в новые производства, в создание качественных рабочих мест, устранять барьеры в регуляторике, развивать инфраструктуру. И конечно, будем настраивать систему профессионального, высшего образования на потребности отечественной промышленности, сельского хозяйства, других отраслей.

Планирую подробнее поговорить обо всём этом и в Послании Федеральному собранию. А сегодня, конечно, с удовольствием послушаю ваши мнения, ваши оценки, предложения по поводу того, как мы вместе с вами должны строить работу.

Благодарю вас за внимание. Спасибо большое.

А.Шохин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Разрешите от имени делегатов и гостей съезда поблагодарить Вас за участие в нашей работе. Для нас Ваше участие в работе съезда – это не только оценка нашего вклада в разработку и реализацию социально-экономической политики, но это ещё и возможность обсудить программу действий Правительства на среднесрочную перспективу, которая сейчас активно обсуждается и в ближайшие месяцы будет готова для реализации. Мы не только участники процесса этого – подготовки документов в диалоге с Правительством, о чём вы сказали, – но мы рассчитываем на то, что и реализация этой стратегии будет также нашим совместным делом.

В рамках Недели российского бизнеса мы провели восемь форумов, несколько круглых столов, заседание Федерального совета РСПП, Делового совета Евразийского экономического союза. Форумы были посвящены приоритетным направлениям нашего диалога с властью: это налоговый форум, финансовый форум, форум по надзорно-контрольной деятельности, форум по экологии, международный форум, социальный форум, форум по техническому регулированию и по цифровой трансформации.

Сегодня на наших дискуссиях в рамках съезда с ключевыми министрами российского Правительства мы обсуждали приоритетные направления на перспективу и проводили опрос, причём опрос этот проходил двухэтапно. Мы при регистрации наших коллег на различного рода форумы, это около трёх тысяч человек, спрашивали их о ключевых проблемах или приоритетах на будущее. Из этого мы вычленили наиболее важные темы и сегодня в интерактивном режиме предлагали министрам российского Правительства дать оценку этим направлениям.

Хотел бы назвать несколько тем из озвученных сегодня и названных приоритетными. Обсуждая ключевые направления улучшения инвестиционного климата, прежде всего мы обратили внимание на проблему, связанную с доступностью заёмного финансирования. Треть опрошенных считают, что это реальная проблема.

Поправка Джексона – Вэника была отменена, и тут же, в этот же день, – принят так называемый закон Магнитского, без всяких оснований. И это было ещё задолго до событий на Украине, в Крыму. Просто потому, что вот так хотят с нами работать.

Спасибо Центральному банку: сегодня на очередные 25 пунктов ключевая ставка снизилась. Но, безусловно, ключевая ставка – это важный драйвер улучшения ситуации в этой области. Нам предстоит ещё многое сделать, в том числе и системы резервирования, и системы тех или иных механизмов поддержки, таких как проектное финансирование, и так далее. Но успехи в деле снижения инфляции позволяют рассчитывать на дальнейшее снижение ключевой финальной ставки для заёмщика.

Обсуждая ключевые направления в области фискальной политики, налоговой прежде всего, коллеги выделили в качестве самого важного направления предсказуемость фискальной политики. То есть речь идёт не только и не столько о том, чтобы не снижались ставки, хотя это, безусловно, важно, и стабильность уровня фискальной нагрузки – второй важнейший приоритет, тем не менее предсказуемость, то есть принятие тех или иных налоговых решений с запасом времени, чтобы можно было адаптироваться или даже поучаствовать в оценке регулирующего воздействия. Кстати, на налоговые ставки ОРВ не распространяется до сих пор. Эта тема волнует бизнес в первую очередь.

Обсуждая ключевые направления промышленной политики, здесь мы распределились между такими направлениями, как внедрение наилучших доступных технологий. И речь идёт не только о контексте экологическом. Безусловно, речь идёт о модернизации. Кстати сказать, в этом контексте мы много говорили о том, чтобы вывести в качестве объекта налогообложения из налоговой системы налог на движимое имущество, которое является, по сути дела, налогом на модернизацию. Поддержка несырьевого экспорта стала одним из ключевых [направлений] и повышение эффективности институтов и инструментов развития.

Обсуждая ключевые направления политики в регуляторной сфере и в системе надзорно-контрольной деятельности, делегаты съезда и участники опросов выделили в качестве ключевой проблемы необходимость сокращения количества проверок. Хотя процесс идёт очень активно, сокращение проверок идёт сейчас быстро и планируется в этом году ещё на 30 процентов сократить количество плановых проверок, а вот с внеплановыми проверками ситуация за четыре последних года меняется не очень существенно.

И в этой связи то, что Вы год назад сделали по просьбе малого бизнеса (а именно: замена штрафов на предупреждение при первом нарушении), мы предлагаем распространить на весь бизнес, поскольку это практика позволяет акцентировать внимание на профилактике тех или иных нарушений, а не на штрафных санкциях.

Ключевые направления работы в социально-трудовой сфере. Здесь на первое место выходит тема модернизации системы профессионального образования, о чём Вы сказали в своём выступлении, и либерализация трудового законодательства. Мы, обсуждая государственную приоритетную программу «Повышение производительности труда» на Совете по стратегическому развитию, в Министерстве экономического развития, в Министерстве труда пришли уже к целому перечню ограничений, снятие которых необходимо для того, чтобы повысить производительность труда и либерализовать трудовое законодательство в контексте, естественно, учёта интересов работников.

Безусловно, это лишь те темы, которые мы сумели в публичном пространстве озвучить до Вашего прихода на форумах, о которых я говорил. И сегодня в Вашем присутствии коллеги ещё могут поднять ряд вопросов.

Хотел бы, чтобы этот разговор продолжили мои коллеги Алексей Александрович Мордашов – председатель совета директоров «Северстали», и Владимир Сергеевич Лисин – председатель совета директоров Новолипецкого металлургического комбината. Они будут говорить как раз о программе повышения производительности труда и роли крупных компаний в этом процессе и об условиях инвестирования, о том, как они изменились за последние 5–6 лет.

Хотел бы поблагодарить ещё раз Вас за участие в нашем съезде и выразить надежду, что мы будем надёжными партнёрами в формировании программы действий власти на следующий среднесрочный период и будем активно её воплощать в жизнь.

Новая технологическая волна серьёзно меняет ландшафт мировой экономики – вот что самое главное.

А.Мордашов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотел бы сказать несколько слов по теме производительности труда. Очевидно, что тема эта крайне актуальна для всех нас. Ни для кого не секрет, что по этому показателю мы отстаём от целого ряда лидирующих стран в мире. По данным ОЭСР, производительность труда в нашей стране на один час рабочего времени составляет примерно треть от американского уровня.

И мы знаем, что это ключевой фактор для обеспечения нашей конкурентоспособности. И много говорилось сегодня, и будет говориться ещё о тех инструментах, которые способны повысить производительность труда. И конечно, велико значение макроэкономических факторов. Крайне важно продолжать экономические реформы, обеспечивать макроэкономическую стабильность, обеспечивать доступность капитала.

Но хотел бы сказать и о несколько другом аспекте – микроэкономическом, который, мне кажется, сегодня начинает играть всё большую и большую роль в силу тех технологических изменений, о которых сегодня много говорится, чему мы являемся свидетелями. Я говорю о тех мерах, о тех инструментах, которые на каждом предприятии существуют и направлены на снижение издержек, повышение производительности, улучшение качества продукции и обеспечение в целом конкурентоспособности, эффективности работы предприятий.

Мы на «Северстали» очень много времени и сил уделяем этому вопросу, и у нас есть то, что мы называем бизнес-системой «Северстали». И по нашим внутренним оценкам, эта система даёт нам дополнительную эффективность, дополнительный заработок примерно на уровне двух миллиардов рублей в год.

Знаю, что многие руководители компаний, многие компании, которые представлены в этом зале, уделяют тоже большое внимание этому вопросу. И мы видим уже, что накопился определённый опыт в нашей стране у передовых компаний – как правило, это компании крупные, но не только, – который, во‑первых, нам позволяет повышать нашу эффективность, во‑вторых, если бы он был доступен всем компаниям в нашей стране, он бы позволил и в целом поднять уровень производительности труда в России.

Как мне кажется, это особенно важно с учётом тех изменений, о которых мы слышим сегодня, в технологиях: цифровизация экономики, появление STI 4.0, несомненно, дают нам новые возможности и несут новые угрозы. И, может быть, что‑то такое на уровне России в целом, на уровне Российского союза промышленников и предпринимателей, что‑то поддержанное Правительством для ускорения обмена этими лучшими практиками было бы очень полезно.

Я, вообще, видел бы это в форме какого‑то государственно-частного партнёрства, какой‑то базы данных, какого‑то аналитического центра, который бы собирал данные со всех, куда можно было бы записаться, представить информацию о своих достижениях и лучших практиках, сделать её доступной для других и получить информацию о том, какие лучшие практики есть в этом центре, принесённые другими. Мне кажется, что это было бы очень полезно и очень интересно для всех нас.

Мы знаем об инициативе Минэкономразвития во главе с Максимом Станиславовичем Орешкиным. Мы с ним, кстати, совершенно случайно оказались на одной рабочей группе в Давосе, обсуждая проблемы производительности труда, и, в общем, очень похожие выдвигали предложения о том, как решить этот вопрос.

Есть государственная федеральная программа производительности труда. Мне показалось, что такого рода инициатива могла бы быть нам очень всем полезна. Тем более, повторяюсь, есть очень много хороших практик, которые есть в самых разных компаниях, и этот микрофокус, мне кажется, очень важно нам всем не упускать из вида, и государственная поддержка в этом вопросе была бы очень полезна.

Конкуренция будет обостряться. В такой ситуации с конкурентами, в том числе в глобальной бизнес-среде, надо прямо сказать, церемониться не будут.

Но здесь ещё раз хочу подчеркнуть одну вещь. Речь не идёт о том, что государство должно распространять лучшие практики. Речь идёт о том, что мы, прежде всего каждый из нас, движимые нашим коммерческим интересом, может быть, больше внимания должны этому уделять. Но все мы вместе способны помочь друг другу и каждому из нас при поддержке государства.

Ещё раз хотел сказать большое спасибо и всех призвать нас уделять внимание всему этому, особенно с учётом тех технологических изменений, участниками которых мы являемся.

Спасибо.

В.Лисин: Уважаемые коллеги! Уважаемый Владимир Владимирович!

Пока Вас не было, у нас был достаточно длинный период времени, когда мы обсуждали разные проблемы. Я не хочу сейчас говорить о большом оптимизме, который у нас в зале витает. Тем не менее есть вещи, которые, на мой взгляд, должны отвечать на вопрос, который был задан в самом начале программы моего выступления.

Как вернуть инвестиции в промышленность? Нельзя объять необъятное, это понятная, банальная вещь. Тем не менее, может быть, опустившись на землю, отойдя от макроэкономических показателей, или что происходит сегодня в мире, и как идёт волна ожидания нового кризиса или всё‑таки не кризиса, а спада, мы в этой ситуации должны опускаться на землю и смотреть в эту промышленность.

В промышленности на самом деле простой цикл. Если не говорить о принятии решения об инвестициях, первый вопрос – надо проектировать. Второй вопрос – надо строить. Третий вопрос – нужна инфраструктура. Четвёртый вопрос – это регулирование, которое складывается на весь этот процесс.

Попробую по нескольким моментам пройтись, что, собственно, произошло. И полезного много было сделано за последний период. Но, в общем‑то, если мы ставим вопрос «как улучшить?», значит, соответственно, есть моменты, которые надо просто снимать. Или они являются вопиюще любопытными и любой инвестиционный процесс, в том числе и в нашей компании, когда мы его делаем, мы поворачиваемся назад и смотрим на свои ошибки, что нам, собственно, мешало раньше. И уже в следующий раз их не повторяем. Наверное, стоит иногда на некоторые наши процессы взглянуть с этой стороны.

Налоговая система. Начну с неё, потому что она, с одной стороны, несколько проще. Действительно, сама налоговая система, прямая налоговая нагрузка достаточно стабильная. Обижаться нам не на что. В общем‑то, что Налоговый кодекс говорит, он стабилен для нас. Есть какие‑то поправки, но непринципиальные. Надо здесь отдать должное, мы действительно в этом плане удержались, и помогли нам удержаться Правительство, Президент и собственно Министерство финансов. Эти обещания выполнялись.

Тем не менее мы и здесь немножко умудрились поиграть, если говорить о промышленности или инвестиционном цикле и модернизации. Мы начали играть в 2013 году, отменив сначала поправку, связанную с платежами за недвижимое имущество, потом в 2016 году её ввели, потом в 2017‑м её уполовинили и на всякий случай передали регионам, пусть они, собственно, и думают, как им давать или не давать эту поправку.

Мы прекрасно понимаем, что у нас сегодня произошло: около пяти регионов согласились и дали это бизнесу, остальные регионы просто не могут это сделать, потому что всё‑таки есть вопрос бюджетной обеспеченности. И поэтому понятно, что если государство в этом плане, давая такую льготу, не поддерживает одновременно этот регион, то понятно, что регион просто физически – не буду говорить финансово – не может обеспечить вот такую льготу на модернизацию.

И мы понимаем, что модернизация – это всё‑таки современное и дорогостоящее оборудование, и как бы мы ни хотели, это стоит денег. И как принимать инвестиционное решение, когда мы понимаем, что его можно менять в принципе через каждые полтора-два года, играя в эту игру? Это касается Налогового кодекса сегодня.

Надеюсь, что здравый смысл возьмёт верх, и в интересах всей мировой экономики мы будем двигаться вместе со всеми нашими партнёрами в нужном направлении.

У нас, наверное, нет сегодня проблем с налоговыми органами. Наверное, может быть, немножко надо всё‑таки заканчивать историю, бумажки с печатями таскать, когда можно из таможни в электронном виде передавать документы. Всё остальное по большому счёту, наверное, даже действительно служба сделала много, чтобы сегодня мы не сильно здорово об этом говорили. И нас, на мой взгляд, не сильно перегружают налоговыми проверками, потому что научились видеть это сегодня в цифровом виде достаточно быстро.

Теперь принимаем хорошее решение – ускоренного возврата НДС. Принимаем решение в 2016 году о том, что надо ускоренно… Но только маленький вопрос был связан с тем, а кому мы дадим. Давайте эту границу проведём: какой сырьевой будет сектор, какой несырьевой будет сектор, какой несырьевой сектор получится от ускоренного возврата НДС?

В результате уже второй год мы тут с бумагами из ведомства в ведомство бегаем. Ребята, или дайте всем этот ускоренный возврат в конце концов, либо скажите: вот у нас негодяи сырьевики-нефтяники, мы им не дадим. Что‑то одно уже можно сделать? Хотя, на мой взгляд, надо давать всем, хватит играть в эту игру, притормаживая деньги. Если уж мы говорим о стимулировании экспорта, по‑моему, самое лучшее – взять и решить эту проблему окончательно, а не пытаться согласовать, каким же отраслям давать, каким не давать.

Ввели множество механизмов стимулирования: РИПы, ТОРы. Вы сейчас все слышали, многие губернаторы перед нами выступали на эту тему. Ну хорошо, ввели. В принципе сам собой фактор вполне нормальный, где‑то это работает. И, кстати сказать, это точечные инвестиции, точечные проекты, и если по большому счёту, они тоже имеют ограничения: в одном месте – нельзя, в другом месте – опять на усмотрение региона, в третьем случае – только гринфилд. То есть если с нуля, в поле строишь завод – да, а если модернизация – не подходит, и так далее, взяли и сами набросали этих ограничений. Может быть, уже тут не надо просто это делать? Мы, с одной стороны, делаем хорошее дело – и тут же сами его таким образом регулируем.

Владимир Владимирович, можно я анекдот расскажу на эту тему, как у нас происходит? Старый советский анекдот. Колхоз, идёт собрание. Встаёт председатель и говорит: «Вы знаете, у нас проблема: посевная на носу, а кузнец запил. Надо что‑то делать. Какие есть предложения?» Поднимается самый продвинутый, говорит: «Давайте его отправим на лечение». Он говорит: «Какое лечение? Посевная на носу, а кто будет ремонтировать? Один кузнец! Всё, пропали, других же нет. Какие ещё предложения?» Кто-то говорит: «Давайте его лишим квартальной премии». Он говорит: «Ну да, трое детей. Он сейчас просто пойдёт в соседний колхоз, и мы тоже потеряли, один же человек, вы что? Давайте что-нибудь получше!». Кто-то говорит: «Давайте морду ему набьём!» – «Ребята, вы чего? Сорок лет мужику, набить морду – он просто развернётся и бросит всю работу. Так же тоже нельзя!». Тянется рука, говорит: «Давайте его изнасилуем!». Председатель разводит руками: «Вы что, с ума посходили? Что за предложение!» Тянется вторая рука, говорит: «А давайте изнасилуем тракториста?». Он говорит: «Почему тракториста?» – «У нас их двое!» (Смех.)

Мы иногда таким образом принимаем решение. Я вам сейчас расскажу конкретный пример из нашей практики.

В.Путин: Володя, сказал бы про доярку хотя бы! Куда Вас тянет? (Смех.)

В.Лисин: Не успел дойти!

Все знали прекрасно: строим трубопроводы. Понятная тема, стратегический вопрос – строим трубопроводы. По‑моему, абсолютно все мы представляем, что это количество нефти, которое идёт в трубопроводы, конечно, не попадёт в РЖД. Понятно, ничего страшного, цистерны и стоят. В принципе не так страшно это, по большому счёту, никто сильно не теряет.

Ключевым фактором роста является повышение эффективности национальной экономики, увеличение производительности труда на базе современных технологий и компетенций.

Теперь одновременно президиум Госсовета, Владимир Владимирович, с Вашим участием принимает решение о том, что необходимо развивать водные пути и создавать в сезон перевозки альтернативу железнодорожному транспорту – речным. Уважаемый Минпром в лице Мантурова финансирует ставку рефинансирования для строительства судов, Вы принимаете решение – развязывается узкий узел Городецкого узла, 180 миллиардов рублей, для того чтобы расширить движение по этой магистрали.

То есть, соответственно, река экологически чистая, в сезон это вполне нормальное явление. Но что дальше? Дальше построили больше 100 судов на наших верфях, в том числе 60 наливных, и лизинговые компании, банки – все поучаствовали, потому что идёт нормальный процесс поддержки государством.

И тут одновременно в прошлом году у нас уважаемая РЖД даёт скидку именно в этот сезон, именно на направление речного транспорта 25 процентов от перевозки наливных продуктов. Отобрали миллион тонн у речного флота, соответственно, что дальше с инвестиционными проектами? Два миллиарда долларов отобрали у речного флота, РЖД получили 600 миллионов рублей прибыли.

Вроде бы надо подумать, что делать дальше. Ничего подобного, в этом году предлагается ещё 37 процентов сделать скидку. Дальше, соответственно, кто суда‑то будет строить, зачем мы инвестировали во всю эту тематику? Сначала мы положим судоходство речное, а потом положим опять судоверфи. Подождите, это же кузнец номер два!

В.Путин: Тракториста только не трогай, ладно. (Смех.)

В.Лисин: Ещё одна история о так называемой нерыночной надбавке. Принимаете вы решение о том, что да, наверное, для того чтобы для реконструкции тепловых мощностей устаревших тепловых станций необходимо сдать надбавку промышленности всем работающим, для того чтобы была произведена эта реконструкция. Правильно, вы делаете поправку, которая не выше инфляции. А мы, между прочим, ещё прошлые не окупили, там уже рядышком с инфляцией.

Хорошо, к этому вопросу сразу приходит решение: давайте сюда ещё добавим атомную станцию. Теперь возникает вопрос. Мы сейчас все получим надбавку к нашему тарифу, который в несколько раз превысит инфляцию. Я, может быть, считаю, что, конечно, должна быть реконструкция, но уж не таким же варварским способом.

Я строю тепловую станцию за свой счёт. Потом мне государство возвращает тело этого кредита, проценты кредита. А я ещё, соответственно, зарабатываю на рынке. Прямо такие сладкие условия, дальше некуда. Чего мы такие вдруг стали добрые? Тоже непонятно. И, соответственно, всё это возлагаем на промышленность, на тарифы и хотим, чтобы в этой ситуации мы опять получили дальше рост тарифа. Вот откуда инфляция, она же начинается с этого.

Регулятивная среда. Строительство. Новое требование появилось – лавинообразное обрушение. Наверное, расчёт лавинообразного обрушения при проектировании и строительстве нужен там, где гражданское строительство, много людей живёт, где спортивные сооружения, нагрузка. Как мы можем посчитать доменную печь на трёх ногах? Что за глупости? И всё это в промышленность. Это какой‑то совершенно другой сектор. Всё это в СНиПы ввели, и теперь нам говорят: ребята, посчитайте нам, если подпилить одну ногу доменной печи.

Мы понимаем, с чем это может быть связано. Но так же нельзя таким же способом эти все расчёты заставлять делать! И на самом деле ещё по большому счёту это, конечно, будет удорожать строительство. Здесь надо просто выборочно понимать, что это норма совсем для другой сферы. На стадии проектирования требуется определить уже многие вещи. На стадии проектирования – вплоть до отделки.

Мы продолжим улучшать деловой климат в России, формировать комфортные условия для инвестиций в новые производства, создание качественных рабочих мест, устранять барьеры.

Во-первых, все, кто проектировал, прекрасно понимают, что, когда дело доходит до рабочей документации, понятно, что идут поправки в проект: электропроводка, освещение, коммуникации, вода, газ, даже иногда оборудование переставляется. Теперь придумали следующую вещь, что каждый раз мы должны снова это переутверждать на стадии строительства, идти получать разрешение, это порядка 200 дней удлинение всех этих историй. А если ты это не сделал вовремя, у тебя останавливается строительство. Слава богу, пока не остановили, но зачем такие нормы вводить и пытаться думать о том, что это как‑то позволит ускорить инвестиции?

Ещё одна у нас поправка появилась – экологическая экспертиза. Раньше вроде всё было в «одном окне». Приходили, показывали в «одно окно», давали. Теперь решили, что надо экспертизу ещё дополнительно в другом «окне» проходить. Ту же самую, экологическую.

У нас что, проблемы, что ли, с экологическими экспертизами? Мы там что‑то понастроили в последнее время такое грязное, что мы начинаем удлинять цикл. А это проектирование, а значит, в этой ситуации инвестиционный проект начнется с опозданием 180, 200, 300 дней.

Мы посчитали всю эту историю, взяли посмотрели в ретроспективе. Ровно пять лет назад на 100 миллиардов рублей наших инвестиций просто в объектовые мы приблизительно 40 миллиардов платили за все вещи регуляторные, надбавочные и так далее. Сейчас – 54. Вот, собственно, прирост такого объёма дополнительных инвестиций. Конечно, конкурентоспособность промышленности в этом случае будет падать.

Мы в неплохом положении находимся, конечно, в рейтинге Doing Business, но когда мы посмотрим этот рейтинг с точки зрения по строительству, у нас 115‑е место.

Что бы хотелось сказать? В принципе, для того чтобы каким‑то образом взвешенно…

А.Шохин: Немного оптимизма.

В.Лисин: Да. (Смех.)

Мне кажется, что, может быть, наступило время оптимизма, связанного с тем, что пора от точечных настроек по налоговой ситуации переходить на страновые вопросы. Ну набрали опыта, понимаем. Может быть, надо просто уходить от точечных всех этих вещей и переходить на общестрановые. В конце концов, инвестиционный климат, это понимание, мы сейчас получаем информацию о том, что снижается, обсуждение идёт о снижении налоговой нагрузки на прибыль, и в Великобритании налог на прибыль – снижение. Все понимают, что что‑то будет происходить в этом вопросе. Мы не требуем, может быть, снижения, но определённые преференции, которые бы мы хотели получить по росту ВВП и развитию промышленности, надо, конечно, делать уже, наверное, в страновом масштабе.

Была система мониторинга, как вы помните, достаточно приличная. Её почему‑то остановили. Мне кажется, во‑первых, её надо восстановить, а, собственно, ещё дальше распространить и на инвестиционные проекты. Мне кажется, мы все получали достаточно приличные данные, по ним можно было ориентироваться. Как‑то жалко, мы их потеряли.

С точки зрения налоговой нагрузки и неналоговой нагрузки. Было принято решение полтора года назад Председателем Правительства о том, что до выхода закона неналоговую нагрузку не повышать. Вы все понимаете, неналоговая продолжает повышаться. Закон до сих пор находится на рассмотрении, полтора года. Нагрузка растёт, закон не выходит. До появления закона не повышать! Это вещи, которые, на мой взгляд, достаточно оперативно и быстро надо делать.

Хоть нас и отвлекают всякими внешнеполитическими несуразицами, но всё-таки эти несуразицы имеют хоть и пустой звон, с одной стороны, с другой стороны – они идут нам и на пользу.

То, что касается тех вещей, о которых я сказал. ДПМ или те вещи, которые у нас принимаются. Всё‑таки надо иногда, прежде чем уже принимать окончательное решение, Правительству в этой ситуации делать экономический расчёт: то, что было сделано предыдущим ДПМ, делать анализ и точно показывать, где же мы хотим увеличивать или, будем говорить, реконструировать дополнительные мощности. Потому что мы прекрасно знаем: в профицитном центральном регионе у нас сегодня два блока атомной станции строится. Где у нас профицит сегодня, кому надо помогать – это должно быть всё‑таки целевым образом и точечно показано.

Общее регулирование, конечно, я абсолютно согласен, большинство здесь говорило о том, что на каждый новый акт надо убирать два предыдущих. За последнее время мы пытались посчитать, сколько у нас этих актов: 30 процентов из всех принятых несколько тысячных последних «регулёрок» приходятся на бизнес. Мне кажется, цифра должна быть гораздо больше на принятие нового акта и ликвидацию предыдущих.

Остальное мы понимаем, что всё, что происходит, сегодня не для нас, если мы не будем оптимистичны и не будем двигаться, и в этой ситуации не обращать внимания на то, что происходит вокруг нас. Иногда, может быть, это даже обидно с точки зрения внешнеполитических ситуаций и так далее, но бизнес всегда был устроен таким образом, что мы только тогда получаем успех, когда двигаемся. Я знаю, что в этой ситуации все, кто сегодня получает успех, именно в этом направлении настроен.

Спасибо за внимание.

А.Шохин: Спасибо, Владимир Сергеевич.

Владимир Владимирович, если у Вас есть желание прокомментировать… Кузнеца и тракториста Вы уже прокомментировали.

В.Путин: Во-первых, и Александр Николаевич [Шохин], и Алексей [Мордашов], и Владимир Сергеевич [Лисин] подняли вопросы, которые мы постоянно обсуждаем.

Что касается лучших практик, то нужно найти – собственно, мы стараемся это сделать – такой механизм, который эффективно работал бы. Здесь, кстати говоря, объединения – в том числе РСПП и прежде всего РСПП, с которым мы находимся в контакте, – конечно, могут играть более заметную роль.

Владимир Сергеевич поднял ряд вопросов. Вы знаете, из этого я делаю несколько выводов. Мы достаточно регулярно встречаемся, но я вижу, что содержательных встреч маловато, надо будет это исправить. Почему я говорю «содержательных»? Потому что то, о чём Володя сказал, – это же вещи, которые на самом деле легко решаются. Надо только этим озаботиться, заняться нужно этим. И можно своевременно это делать.

Владимир Сергеевич многие вещи сказал. Одна из них – совершенно очевидна. Построили речные суда, а потом РЖД приняли ряд решений с понижением тарифа на перевозку по железной дороге, и всё это просело. Надо было заключить соглашение с Правительством при строительстве судов. В Минэкономразвития должен быть такой механизм: на время окупаемости этих вложений, значит, нужно было держать тариф. Представители Правительства в РЖД должны были об этом сказать. И всё остальное – примерно то же самое. Разные механизмы, но они должны быть созданы. Очень жаль, что мы до сих пор таких элементарных вещей, которые в целом на поверхности лежат, не сформулировали. Это нужно обязательно сделать.

Что касается в целом наших намерений на ближайшее время, думаю, что и Правительство в целом, и Минэкономразвития, Минфин, Центральный банк ещё поработают как следует с объединениями, с крупными предприятиями отдельно, с объединениями среднего, малого бизнеса.

У нас, уверяю вас, настрой очень серьёзный, решительный на то – я уже говорил об этом как-то публично, – чтобы всё, что мешает нам двигаться вперёд, было зачищено.

Мы очень рассчитываем на то, что эффект, получаемый от этой работы, будет инвестироваться, и инвестироваться сюда. Потому что хоть нас и отвлекают всякими внешнеполитическими несуразицами, но всё-таки эти несуразицы имеют хоть и пустой звон, с одной стороны, с другой стороны – они идут нам и на пользу. Потому что всё-таки мы же со многими сидящими здесь, в зале, общаемся напрямую, и я вижу озабоченность, которая возникает по поводу того, что там будет. Поэтому инвестировать лучше сюда. А наша задача – создать условия для этих инвестиций, защитить их.

Сейчас ещё рановато об этом говорить, но набор мер, он в принципе понятен. Он на поверхности, вопрос только в том, как расставить эти приоритеты, что больше, что меньше сделать, как настроить налоговую систему, о которой Владимир Сергеевич говорил.

Уверяю, настрой очень серьёзный, решительный на то, чтобы всё, что мешает нам двигаться вперёд, было зачищено.

Разумеется, мы понимаем, что самое главное – чтобы она была стабильной. Но мы постараемся её сделать не только стабильной, мы постараемся её сделать ещё и эффективной с точки зрения работы бизнеса. Правда, и я думаю, что это всем понятно, государство должно при любом варианте обеспечить выполнение своих социальных обязательств. Но всё-таки приоритетом на ближайшее время, мы будем исходить из того, что приоритетом является опережающее развитие экономики.

Я хочу, чтобы было понято, что у нас не просто желание есть, у нас есть понимание, что по-другому мы добиться кардинального успеха, в том числе в социальной сфере, не можем. Всячески будем к этому стремиться.

Надеюсь, что в контакте с вами мы некоторые элементы настроим, в том числе те, о которых с иронией и с болью говорил сегодня Владимир Сергеевич.

Я постараюсь так организовать и свою работу, чтобы мы почаще могли встречаться именно не для ритуальных, а для таких содержательных, глубоких разговоров.

А.Шохин: Спасибо.

Уважаемые делегаты съезда, гости! На этом повестка дня съезда исчерпана. Разрешите объявить его закрытым, поблагодарить Владимира Владимировича за участие в работе и за приглашение продолжить диалог по многим рабочим вопросам.

В.Путин: Спасибо.

Александра Николаевича хочу поздравить с избранием на новый срок в качестве руководителя.

А.Шохин: Спасибо.