Саммит Россия – Европейский союз

По инициативе европейской стороны состоялась встреча главы Российского государства с Председателем Европейского совета Херманом Ван Ромпёем и Председателем Европейской комиссии Жозе Мануэлом Баррозу.

Затем переговоры продолжились с участием членов делегаций в формате рабочего обеда.

По итогам саммита принято Совместное заявление Россия – ЕС по борьбе с терроризмом.

Владимир Путин, Херман Ван Ромпёй и Жозе Мануэл Баррозу дали совместную пресс-конференцию.

* * *

Пресс-конференция по итогам встречи на высшем уровне Россия – Европейский союз

Х.Ван Ромпёй (как переведено): Дамы и господа!

Вначале позвольте вновь поприветствовать господина Президента Путина в Брюсселе на 32-м саммите Россия–ЕС и поблагодарить его за продуктивную встречу.

У нас состоялись откровенные крупномасштабные обсуждения, посвящённые основным элементам нашего стратегического партнёрства, а также направлениям, по которым мы хотим его развивать. Мы отметили, что нас объединяет множество общих интересов, которые должны помогать нам развивать наши взаимоотношения. Мы откровенно рассматривали как вопросы, по которым у нас происходит сближение, так и разногласия с нашими общими соседями. Рассматривали, как восточное партнёрство и инициативы Таможенного союза могут соотноситься друг с другом.

С нашей стороны я в особенности подчеркну пользу от восточного партнёрства для всех наших восточных соседей, включая Россию. Стабилизация экономической обстановки, стабилизация работы институтов, расширение рыночного доступа, интенсификация торговых взаимоотношений будут способствовать повышению спроса и созданию новых предпринимательских возможностей для всех. Российские компании могут воспользоваться вот этими новыми возможностями. Я чётко подчеркнул, что восточное партнёрство не нацелено на то, чтобы повлиять на российские экономические, социальные, культурные, человеческие связи со многими нашими общими соседями. Эти связи не будут поставлены под угрозу, напротив, они будут развиваться благодаря тому, что более успешно и более динамично будет идти развитие экономики в странах-партнёрах.

Возможны различные трактовки и недопонимания в том, что касается соглашений об ассоциации с ЕС. Поэтому мы договорились на двусторонней основе продолжать на уровне экспертов консультации по вопросам, связанным с соглашениями об ассоциации в рамках восточного партнёрства. А также по экономическим последствиям для обеих сторон.

Конкретный и иллюстративный пример огромного потенциала для всех. Я бы хотел повторить сейчас то, что я сказал в Варшаве в прошлую субботу. В 90‑м году уровень процветания в Украине и в Польше был одинаковым. А сейчас Польша в три раза богаче Украины. Я имею в виду только экономическую составляющую. Что же касается соглашений об ассоциации, включая соглашения о свободной торговле между ЕС и партнёрами, например, Молдовой или Грузией, или Украиной, то они полностью совместимы с существующими у России торговыми договорённостями с этими странами. Возможно конструктивное взаимодействие таких договорённостей с Таможенным союзом, если правила ВТО будут соблюдаться и будет гарантирована свобода принятия решений. Кроме того, мы ожидаем, что решения, которые Молдова и Грузия приняли в Вильнюсе, будут подтверждены подписями самое позднее в начале осени.

ЕС пристально следит за событиями в Украине. Мы строго осуждаем насилие, призываем к сдержанности, призываем представить суду, предать ответственности тех, кто виноват в происходившем. Призываем сохранять свободу собраний и ассоциаций. Нынешняя тупиковая ситуация должна быть преодолена в рамках подлинного диалога между властями, оппозицией и гражданским обществом.

Власти Украины несут особую ответственность в этой связи. Принципиально важно найти путь вперёд в интересах народа Украины. Верховный представитель ЕС вылетает в Киев буквально через несколько часов.

С нашей стороны мы готовы идти дальше, подписывать и осуществлять соглашение об ассоциации, которое было парафировано уже год назад, если власти подтвердят, что они стремятся к развитию демократии в Украине. Соблюдение свободного выбора и суверенитета любой страны, в том числе и в отношении торговли, – это фундаментальное право, которое я подчёркиваю.

Наше сотрудничество с Россией по глобальным вопросам охватывает широкий круг вопросов. Мы эффективно взаимодействуем по таким темам, как Афганистан, мирный процесс на Ближнем Востоке, борьба с пиратством в районе Африканского Рога. Мы готовы углублять и расширять это сотрудничество во благо обеих сторон. Последние крупные события, в частности в связи Сирией и Ираном, дают новые возможности для развития наших совместных действий.

Другой общий для нас вызов – это международный терроризм. Сегодня мы приняли совместное заявление по противодействию терроризму. В данном заявлении мы вновь подтвердили нашу твёрдую приверженность сотрудничеству в деле преодоления угрозы терроризма с соблюдением норм правового государства и норм по правам человека.

Говоря в общем контексте, права человека и принципы правового государства будут способствовать развитию связей между нами, в том числе и экономических, и вносить существенный вклад в построение надёжной и стабильной обстановки и инвестиционного климата для бизнеса.

И, наконец, я благодарю Президента Путина за откровенный, честный обмен мнениями, который у нас состоялся по всем этим вопросам. Убеждён в том, что ЕС и Россия и далее на этой основе будут работать в предстоящие месяцы. И мы сможем добиться вновь прогресса в наших взаимоотношениях, что подтвердим на следующем саммите в Сочи. При этом рассчитываем, что будет достигнут достаточный прогресс для того, чтобы возобновить переговоры по новому базовому соглашению, которое охватывало бы все аспекты нашего сотрудничества.

И, наконец, позвольте Вам пожелать успешно провести зимние Олимпийские игры в Сочи.

Ж.Баррозу (как переведено): Благодарю вас.

Дамы и господа!

Эта встреча на высшем уровне с Президентом Путиным была важной возможностью для того, чтобы рассмотреть природу и стратегическое направление нашего сотрудничества.

В своё время Достоевский сказал, что в мире появилось много несчастья из‑за путаницы и недосказанности. Исходя из этих соображений, исходя из того, что порой мы не говорим то, что мы хотели сказать, мы провели эту встречу в духе откровенности и открытости. Считаю, что это было очень полезно, для того чтобы прояснить некоторые вопросы. Наши взаимоотношения, наши общие интересы слишком важны, для того чтобы замалчивать наши разногласия. Мы нуждаемся друг в друге, для того чтобы обеспечить стабильность и процветание на нашем общем континенте и для того чтобы принимать конкретные решения в отношении многих общих для нас вызовов. А для этого нам требуется взаимопонимание и стратегическое доверие.

Хочу поблагодарить наших европейских партнёров за совместную работу по обеспечению безопасности Олимпийских игр в Сочи. У нас создан соответствующий штаб, в нём работают представители специальных служб многих европейских государств.

Конечно же, мы не начинаем с нуля, мы интенсивно сотрудничаем по таким вопросам, как наука. У нас для этого есть соответствующий партнёрский формат, у нас есть и форматы «большой восьмёрки», «большой двадцатки». Мы поддерживали предложения российского председательства по многим международным вопросам, включая борьбу с терроризмом, что, собственно, и отражено в принятой сегодня совместной декларации по противодействию терроризму. И позвольте в этой связи сурово осудить недавно произошедшие варварские злодеяния в Волгограде, которые мы не можем не осуждать.

Но для того, чтобы развивать наши взаимоотношения, нужно решать некоторые открытые вопросы, по которым у нас порой возникают разногласия, и некоторые из этих разногласий мы сегодня в наших переговорах и рассматривали. ЕС активно поддерживал Россию в процессе присоединения к ВТО. Но с тех пор, по нашему мнению, были приняты некоторые меры, которые ограничивают торговлю. Это препятствует нашим экономическим отношениям. Кроме того, нам нужно искать долгосрочные решения по таким открытым вопросам, как коридоры для полётов над Сибирью.

Конечно, верховенство права – это тоже важный элемент наших взаимоотношений. Ещё одно направление для укрепления взаимодоверия – это сотрудничество по важнейшим, объединяющим нас целям, включая создание единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. Это может показаться мечтой, но порой мечты осуществляются.

Для того чтобы добиться этого, нужно руководствоваться такими принципами, как уважение к суверенным решениям, принципами демократии и свободного рынка. Требуется постепенное движение. И, соответственно, для осуществления этих стратегических целей ключевым элементом является восточное партнёрство. Цель партнёрства – закрепление стабильности, верховенства права, развития инвестиционных возможностей за пределами границ Евросоюза. Партнёрство не нацелено против кого бы то ни было. Партнёрство преследует конкретные позитивные цели, с тем чтобы страны, наши соседи, стали более процветающими, чтобы их граждане жили лучше. А это может быть только на пользу другим нашим партнёрам и уж никак не может повредить России.

Именно поэтому мы сегодня также договорились, что нужно вести двусторонние консультации на уровне экспертов по соглашениям об ассоциации в рамках восточного партнёрства, а также по поводу возможных экономических последствий этих соглашений для обеих сторон. Наши восточные партнёры должны свободно определять собственный путь, поэтому мы с нетерпением ожидаем в дальнейшем в нынешнем году подписания соглашений с Молдовой и Грузией.

Естественно, мы обсуждали и Украину. Выражаем глубокую обеспокоенность по поводу эскалации насилия, по поводу гибели людей, сообщений об исчезновении людей, а также по поводу насилия в отношении протестующих и журналистов. Применение силы – это не ответ в политической ситуации. Власти должны на серьёзном высоком уровне вести диалог с оппозицией, гражданским обществом и отменить законы, недавно принятые в Раде и ограничивающие гражданские свободы.

Я на прошлой неделе передал эти чёткие идеи Президенту Януковичу. Комиссар Фюле неоднократно в последние дни был там, сейчас туда вылетает комиссар Кэтрин Эштон. Считаю, что в интересах и России, и ЕС содействовать стабилизации ситуации, опираясь на принципы правового государства, соблюдение прав человека, поскольку отсутствие закона, порядка и свободы никому не будет на пользу.

В этом контексте хочу отметить, что сегодня Рада приняла решение об отмене принятых 16‑го числа законов, ограничивающих фундаментальную свободу. Если это подтвердится, то вместе с законом об амнистии это решение станет важным шагом по снятию напряжённости в данной ситуации, а также по осуществлению последующих шагов в направлении политического диалога и урегулирования кризиса. Мы предельно чётко осудили насилие, произошедшее в Украине.

В заключение, что касается нашего саммита, то мы считаем, что необходимо сменить мнение о том, что достижения для одного региона будут в ущерб другому региону. Мы против такого понимания, что имеет место противостояние блоков. Напротив, мы считаем, что и России, и ЕС будет во благо дальнейшее сотрудничество.

Более того, нужно задуматься над тем, как перевести единую основу нашего партнёрства с партнёрства потребностей на партнёрство добровольного выбора, партнёрство согласия. Считаем, что если будут подготовлены все необходимые условия, то можно будет в июне на следующем саммите возобновить переговоры в отношении нового базового соглашения. Стороны готовы к обсуждению.

Мы считаем, что данная встреча была необходимой и полезной и что мы сможем добиться прогресса в ближайшем будущем. С нетерпением ожидаю нашей следующей встречи в Сочи в начале июня.

Благодарю вас за внимание.

В.Путин: Уважаемые дамы и господа!

Что касается нашей готовности помочь Украине: исходим из того, что и кредит, и снижение цен на энергоносители связаны с необходимостью и желанием поддержать не какое‑то конкретное правительство, а украинский народ. Нам бы очень хотелось, чтобы нагрузка на рядового гражданина была минимальной.

Переговоры с нашими европейскими партнёрами и друзьями прошли, действительно, в деловой и очень открытой конструктивной атмосфере.

В этот раз по предложению коллег из штаб-квартиры ЕС формат саммита был изменён. Мы провели обстоятельную беседу в узком составе, а затем ещё и в расширенном – за рабочим ланчем, где эксперты могли высказать свою позицию по текущим и перспективным вопросам.

Главное, что максимально откровенно поговорили по ключевым вопросам двусторонней повестки дня. Обсудили стратегические цели и задачи нашего взаимодействия, в том числе перспективы создания единого экономического и гуманитарного пространства, о котором здесь уже было сказано моими коллегами, от Лиссабона до Тихого океана.

Отмечу, что на ЕС приходится половина всей внешней торговли Российской Федерации. И при этом хочу обратить ваше внимание на то, что, несмотря на неблагоприятную международную экономическую конъюнктуру, наш взаимный товарооборот продолжает расти. В прошлом году он вырос как минимум на 1,7 процента. В позапрошлом году у нас была рекордная цифра товарооборота – 410 миллиардов долларов. Я думаю, что по результатам 2013 года мы этот рекорд превзойдём.

Россия, как известно, ведущий поставщик углеводородов на рынок Евросоюза: доля нашего газа в топливном балансе составляет 24 процента, нефти – 27 процентов.

Россия и ЕС тесно взаимодействуют в инвестиционной сфере. Более 60 процентов российских зарубежных инвестиций приходится именно на страны Евросоюза, наши компании вложили в ЕС порядка 80 миллиардов долларов. В свою очередь европейские компании – ведущие инвесторы в российскую экономику: объём их инвестиций составил 288 миллиардов долларов.

Европейский бизнес широко представлен практически во всех отраслях российской экономики. Компании ЕС участвуют в реализации «Северного [потока]» и «Южного потока» по развитию энергетической инфраструктуры. Европейские технологии и оборудование играют важнейшую роль в процессе модернизации российской промышленности. Созданы совместные предприятия по сборке самолётов при участии ряда европейских компаний; высокоскоростных поездов – при участии компании «Сименс»; автомобилей – «Рено», «БМВ», «Фольксваген»; сельхозтехники – «Фиат», и так далее.

Укрепляется взаимодействие в научно-технической сфере. Нынешний 2014 год объявлен Годом науки Россия – ЕС, в программу которого включено более 200 мероприятий.

То есть сотрудничество носит масштабный и разносторонний характер. Но необходимо ставить более крупные, более амбициозные задачи. Одна из них – сопряжение европейского и евразийского интеграционных процессов. Убеждён, между этими процессами нет абсолютно никаких противоречий. Обе интеграционные модели построены на схожих принципах и опираются на нормы Всемирной торговой организации и могли бы эффективно дополнить друг друга, способствовать росту взаимного товарообмена.

В этом контексте мы с коллегами откровенно обменялись мнениями по тематике восточного партнёрства, здесь уже было об этом сказано. Мы заинтересованы в стабильности и процветании стран, являющихся нашими общими соседями. Эти государства стремятся активнее сотрудничать с Евросоюзом и одновременно сохранить тесные исторические и кооперационные связи с Россией. Им надо, безусловно, в этом помогать. Но создавать новые разделительные линии недопустимо – нужно, наоборот, работать сообща над построением новой единой Европы.

В качестве конкретной идеи предложили руководству Евросоюза изучить возможность формирования зоны свободной торговли между ЕС и создаваемым Россией, Белоруссией и Казахстаном Евразийским экономическим союзом. Во всяком случае можно было бы об этом подумать. Хотя реакция нам была заранее известна: ещё много проблем, которые нужно обсуждать, нужно на экспертном уровне, на техническом уровне ещё много вопросов обсудить. Это всё так, всё правильно, мы это понимаем, но думать об этом, мне кажется, можно уже сейчас. Важно запустить соответствующий экспертный диалог.

Договорились ускорить работу над новым базовым соглашением Россия – ЕС, с тем чтобы по возможности согласовать остающиеся вопросы по его тексту к очередному саммиту. Не знаю, насколько это будет возможно; хочу ещё раз подчеркнуть, Россия в этом заинтересована, нами сделаны соответствующие предложения, – посмотрим. Исхожу из того, что многие вещи, которые до сих пор являлись спорными, можно будет решить, и в ходе диалога на экспертном уровне разрешить.

Вместе с тем есть и проблемы, о которых мы тоже говорили. Например, принятые за последние годы в Евросоюзе законодательные решения, по сути, создают определённые проблемы. Я уже сейчас не буду возвращаться к третьему энергетическому пакету, вы нашу позицию знаете. Мы вскользь, но тоже коснулись этой проблемы, надеюсь, что и здесь мы всё‑таки, несмотря на все сложности, имея в виду взаимную заинтересованность в расширении сотрудничества в энергетике, найдём приемлемые решения.

Применение силы – это всегда крайняя мера. И призывая украинское правительство и Президента Януковича действовать цивилизованными методами, мы должны обратить внимание и на его политических противников, призвать и их тоже придерживаться методов цивилизованной политической борьбы.

Состоялся заинтересованный разговор по вопросам безопасности, противодействия общим вызовам и угрозам, в том числе и в борьбе с терроризмом. Кстати говоря, пользуясь случаем, я хочу поблагодарить наших европейских партнёров: это прежде всего наше сотрудничество на двусторонней основе с некоторыми европейскими странами – за совместную работу по обеспечению безопасности Олимпийских игр в Сочи. У нас создан соответствующий штаб, в нём фактически на правах полноценных сотрудников этого штаба работают представители специальных служб многих европейских государств.

Мы обменялись мнениями по наиболее актуальным вопросам международной повестки дня включая Сирию. Главное, что дан старт конференции «Женева-2», подготовка к ней шла непросто, но совместными, я хочу это подчеркнуть, именно совместными усилиями нам удалось запустить межсирийский диалог. И, безусловно, мы отдаём себе отчёт в том, как много для этого сделали наши европейские партнёры. То же самое касается и определённых успехов, хотя бы на сегодняшнем этапе, на переговорном процессе, который посвящён урегулированию иранской ядерном проблемы. Здесь тоже многое ещё предстоит совместно сделать. Будем, как и договаривались, совместно идти по этому пути дальше, будем работать.

Безусловно, на экспертном уровне, на уровне министров иностранных дел и их коллег в повестке дня всегда остаётся и проблема Афганистана, особенно в связи с выводом из этой страны международных сил.

Полагаю, что состоявшиеся дискуссии получились содержательными и полезными, позволили наметить конкретные ориентиры совместной работы.

Что касается договорённостей о наших консультациях по поводу восточного партнёрства, то мы согласились с нашими европейскими партнёрами, что это будет в высшей степени полезно, имея в виду, что многие вещи, с которыми мы сталкивались и которые нам становятся известны из средств массовой информации, российской стороной и нашими европейскими партнёрами понимаются по‑разному, и назрела насущная необходимость и потребность сверить часы, на экспертном уровне поговорить на этот счёт и понять, как возможные решения в этой сфере будут влиять на наше экономическое самочувствие.

Мы договорились провести следующий саммит 3 июня, накануне саммита «большой восьмёрки», в России, в городе Сочи.

Большое спасибо за внимание.

Вопрос (как переведено): «Уолл Стрит Джорнэл». Вопрос в адрес Президента Путина позвольте в первую очередь. 15 миллиардов долларов – договорённость по займу, которую вы лично подписали в декабре с Украиной, по‑прежнему актуальна? Скажем, если в Киеве сменится правительство и в нём будет доминировать оппозиция или если Украина заявит, что она намерена возобновить процесс по соглашению об ассоциации с ЕС. А если нет, то как это будет согласовываться с тем, что Россия постоянно обещает соблюдать и уважать суверенитет Украины? И вопрос в адрес президентов структур ЕС: оппозиция в Украине призывает провести досрочные президентские выборы. Сейчас, когда распущено правительство в Украине, вы готовы поддержать эту меру как адекватный следующий шаг для Украины? Может быть, у ЕС есть какие‑то новые предложения по поддержке, которую можно оказать Украине, если Украина предпочтёт продолжить процесс ассоциации?

В.Путин: Первое. Россия всегда с уважением относилась, относится и в будущем будет с уважением относиться к суверенным правам любых участников международного общения. И к государствам СНГ, которые образовались после распада Советского Союза, и ко всем другим странам мира. Любые решения, любой вывод о том, что выгодно или невыгодно для страны, должна принимать сама страна в ходе демократических процедур.

Вопрос по подписанию Украиной соглашения с ЕС связан не с суверенным выбором Украины, а с тем, какие последствия будут для российской экономики в случае этого подписания. Сегодня мы с коллегами достаточно долго по этому вопросу говорили. Ну, например, может ли она существовать в рамках зоны свободной торговли, в которой Украина уже находится и просила нас в своё время об этом? У нас создалось впечатление, что Украину вынимают из зоны свободной торговли. Если это так, то мы не можем сохранить преференциальный режим. Это не Украины касается, это нас касается. Например, крупная сборка, скажем, в автопроме либо в других отраслях производств. Мы так прочитали в соглашении, что товары, произведённые таким образом на территории Украины, считаются товарами украинского производства.

Мы долго спорили с нашими европейскими коллегами в ходе присоединения России к ВТО по поводу того, как нам развивать нашу автомобильную промышленность и какой уровень локализации должен быть достигнут на российском рынке. Если это такой заход с заднего крыльца на наш рынок, то, конечно, мы должны это понимать. Здесь нет никакого политиканства, здесь есть прагматический интерес. Скажем, в том числе по техническим регламентам или по фитосанитарным нормам, ведь это всё имеет практическое значение для нашей экономики. Мы договорились с коллегами, что мы все эти вопросы друг с другом на экспертном уровне проясним.

Предложили руководству Евросоюза изучить возможность формирования зоны свободной торговли между ЕС и создаваемым Россией, Белоруссией и Казахстаном Евразийским экономическим союзом. Важно запустить соответствующий экспертный диалог.

Что же касается нашей готовности помочь Украине, то я уже говорил об этом, хочу сказать ещё раз: мы исходим из того, что и тот кредит, о котором мы говорили, и снижение хотя бы поэтапное и поквартальное цен на энергоносители, на газ прежде всего, связаны с необходимостью и желанием поддержать не какое‑то конкретное правительство, а украинский народ. У нас, знаете, есть такое выражение: когда паны дерутся, у холопов чубы трещат, то есть страдает всегда простой гражданин. И нам бы очень хотелось, чтобы эта нагрузка на рядового гражданина была минимальной.

Есть одно обстоятельство, на которое я хотел бы обратить внимание, даже два. Первое заключается в том, что мы, в отличие от МВФ, строго на бумаге в договорах не обозначили условия предоставления этого кредита. Но с премьер-министром Азаровым у нас есть определённые договорённости, были, точнее, договорённости, которые заключались в том, что этот кредит берётся не только на поддержку бюджета, не только на «проедание», но и на развитие. Что он создаст условия для структурных изменений в экономике. Спросите, он, наверное, прятаться не будет от прессы после отставки, у бывшего председателя правительства – он лично мне об этом рассказывал, рассказывал о своих планах. У нас в России даже была определённая критика в адрес Правительства Российской Федерации, что оно разбрасывается деньгами без требования структурных реформ. Такая договорённость у нас с правительством Азарова была. Нам, конечно, небезынтересно, какую экономическую политику будет проводить будущее правительство. Мы, правда, не знаем пока, кто его возглавит и как будет выстраиваться эта экономическая политика. Но мы намерены свои обязательства выполнять, это первое.

И второе. Это касается снижения цен на энергоносители. К сожалению, у государственной украинской компании «НАК Украины» скопился очень большой долг – 2 миллиарда 700 миллионов долларов – с августа прошлого года. И мы договаривались о том, что этот долг будет погашен: и в ходе того, что мы предоставляем кредит, и за счёт того, что мы снижаем цены на энергоносители. Но пока этого не происходит, украинская сторона просит ещё раз перенести платежи. Но и это не самое плохое. Хуже то, что сейчас – мне только сегодня утром сообщили, – украинская сторона просит нас дать отсрочку даже по платежам этого года, за газ, полученный по сниженным ценам. Но это очень сложная ситуация для нас самих и для экономики «Газпрома», поскольку эти доходы заложены в его инвестиционные планы. Но это всё рабочие моменты, и мы будем с нашими партнёрами на Украине, кто бы ни возглавил украинское правительство, будем с ними вести диалог.

Х.Ван Ромпёй: По второй части вашего вопроса: комиссар Фюле, а также верховный представитель направляются либо уже в Киеве, для Фюле это уже вторая поездка за последние дни, а верховный представитель выезжает сегодня вечером в Киев.

Основная цель заключается в том, чтобы избежать эскалации насилия, а также восстановить как можно скорее политическую стабильность в Украине, конечно же, при соблюдении воли народа и при соблюдении правил демократии. Таковы цели, которые сейчас пытаются осуществить верховный представитель и комиссар.

Что же касается парламентских и президентских выборов, то демократическим институтам Украины принимать соответствующие решения. Мы же уважительно отнесёмся к решениям парламента Украины, мы никоим образом не вмешиваемся в их решения. Наша основная цель заключается в том, чтобы избежать насилия и обеспечить стабильность в обстановке демократии.

Вопрос: Радиостанция «Эхо Москвы». Господин Президент Ван Ромпёй, мы не слышали позиции Европейской комиссии по возникновению на Украине параллельных органов власти, так называемых «народных рад». Обсуждался ли этот вопрос, который может привести, возможно, к распаду Украины, – вообще, угроза распада Украины в связи с возможными параллельными органами власти обсуждалась ли, велика ли она и так далее? Это первый вопрос. И второй вопрос: вы говорили о глобальном сотрудничестве между ЕС и Россией. Но, может быть, пора выступать – обсуждали ли вы это – с совместными инициативами по отношению к Украине? Потому что мы видим, что Европейский союз отдельно, европейские политики отдельно дают рекомендации как власти, так и оппозиции, предлагают и даже требуют. Может быть, пора созвать что‑то типа «Женевы-3» – как по Сирии «Женева-2», а тут «Женева-3», настало время, – и вместе, совместно являться посредниками во внутриукраинском кризисе, если власть не может договориться с оппозицией и растёт насилие?

И вопрос господину Президенту Путину: Владимир Владимирович, я не понял, правильно ли, сейчас прозвучало, что Россия не будет инициировать пересмотр газового контракта и кредита, если к власти придёт оппозиционное правительство, не будет инициировать пересмотр этих соглашений?

Спасибо.

Вопрос по подписанию Украиной соглашения с ЕС связан не с суверенным выбором Украины, а с тем, какие последствия будут для российской экономики. У нас создалось впечатление, что Украину вынимают из зоны свободной торговли.

Х.Ван Ромпёй: На Ваш вопрос есть очень простой ответ: мы не обсуждали детально внутреннюю обстановку, внутреннюю ситуацию в Украине, мы не обсуждали события, о которых Вы упомянули, о том, что происходит в некоторых городах Украины. Естественно, это аспект общей нестабильности страны, и, как я уже сказал, мы приложим все усилия, насколько это возможно, для того чтобы восстановит стабильность. Но основная цель нашей встречи, нашего саммита – это наше стратегическое партнёрство, а отношения с Украиной, восточное партнёрство, соглашение об ассоциации – это, конечно, часть этой концепции, но мы не вдавались в детали тех последних событий, которые происходят в Украине.

В.Путин: Напрямую скажу сразу в ответ на Ваш вопрос, будем ли мы пересматривать наши договорённости по кредитам и по энергетике, если к власти придёт оппозиция: не будем. Для нас не важно, мы вели очень конструктивный диалог с правительством Украины, когда это правительство возглавляла госпожа Тимошенко. Мы же обо всём с ней договаривались, и для нас это никакое не табу – разговаривать с представителями всех политических сил Украины. Но что для нас принципиально важно, и я об этом уже сказал, хочу ещё раз повторить: для нас важно, чтобы украинская экономика была кредитоспособной. Важно, чтобы украинская экономика могла генерировать позитивный эффект от своего развития, чтобы правительство провело структурные изменения, и мы были бы гарантированы, что мы получим назад свои кредитные ресурсы.

Вы понимаете, несмотря на наши большие золотовалютные резервы, резервы Правительства, всё‑таки 15 миллиардов – это то, что планировала вся крупная международная организация МВФ дать Украине, Россия дала одна, даёт, во всяком случае. И мы хотим быть уверены в том, что эти деньги вернутся. По‑моему, это абсолютно нормальная вещь, и поэтому для нас важно, какие бы политические силы ни были во главе правительства, важно, какую экономическую политику они намерены проводить – вот это принципиальный вопрос. Это первое.

Второе, по поводу советов Украине как и что делать. Я думаю, что украинский народ в состоянии сам разобраться. Во всяком случае, Россия никогда не будет в это вмешиваться. Я могу себе представить, как бы наши европейские партнёры отреагировали, если бы в разгар кризиса, скажем, в Греции или на Кипре, на одном из митингов антиевропейских появился бы наш Министр иностранных дел и начал бы там обращаться с какими‑то призывами. Мы считаем, что это вообще не очень хорошо, а имея в виду специфику определённую в отношениях между Россией и Украиной, для нас это просто неприемлемо и невозможно.

Реплика: А совместное посредничество?

В.Путин: Я не знаю, нужно ли Украине это посредничество. Если им нужно, они должны об этом сказать, но мне представляется, что чем больше посредников, тем больше проблем. У нас есть выражение «у семи нянек дитя без глаза».

На что бы я обратил внимание: наши европейские друзья обратились с призывом к Президенту, к правительству не допускать применения силы и так далее. Применение силы – это всегда крайняя мера, я с ними согласен абсолютно. Сегодня в ходе беседы я тоже об этом сказал, у вас в средствах массовой информации это не показывают, а мы видим, ну скажем, на Западной Украине священнослужитель призывает толпу ехать в Киев и громить правительство, и дальше аргументация: «чтобы в нашем доме не командовали негры, москали, то есть русские, и жиды». Вы знаете, во‑первых, удивительно, что это делает религиозный деятель, а во‑вторых, это ведь крайнее проявление национализма, абсолютно неприемлемое в цивилизованном мире. И призывая украинское правительство и Президента Януковича действовать цивилизованными методами, мы должны обратить внимание и на его политических противников, призвать и их тоже придерживаться методов цивилизованной политической борьбы.

Вопрос (как переведено): Я представляю газету «Ле Монд», Франция. У меня вопрос к европейским президентам. Вы сказали, что вы поднимали вопрос прав человека, гражданских свобод, свободные выборы и так далее. Хотелось бы узнать конкретно, что вы обсуждали с вашими собеседниками и появилось ли у вас впечатление, что вас услышали?

Х.Ван Ромпёй: На каждом саммите у нас, естественно, поднимаются все вопросы, которые нас беспокоят, в том числе права человека, и мы обязуемся продолжать диалог. Все проблемы, которые могут возникать в этом контексте, их много, все эти проблемы поднимаются. И я отмечаю то, что Россия в том числе публиковала доклад о правах человека в Европейском союзе, но чтобы ответить на ваш вопрос конкретно по этой теме, я могу сказать, что наша встреча была очень короткой и в основном она была посвящена качеству и будущему наших отношений. Мы не рассматривали детально наши обеспокоенности о правах человека, но, как я уже сказал, ведётся постоянный диалог, и те проблемы, которые нужно поднимать, мы поднимаем в этом контексте. Будет ещё один саммит в июне, на котором будет уже наша привычная повестка дня, и это даст нам возможность более подробно всё это обсудить.

В.Путин: Подтверждаю, мы ведём этот диалог в полном объёме на каждой встрече и сегодня тоже.

Сотрудничество носит масштабный и разносторонний характер. Но необходимо ставить более амбициозные задачи. Одна из них – сопряжение европейского и евразийского интеграционных процессов.

Вопрос: Телекомпания НТВ. Добрый вечер! Я понимаю, что обсуждение ситуации на Украине внесло изменения в повестку дня сегодняшнего саммита, но тем не менее существует всё‑таки такое мнение, что из года в год, из раза в раз эти повестки саммитов Россия–ЕС практически не меняются, они достаточно стандартные. И вы сегодня об этом же говорили, что это и подготовка базового соглашения, и безвизовый режим или третий энергопакет. Складывается ситуация, что это перечень многолетних нерешённых вопросов, которые вы обсуждаете из раза в раз. Может быть, после этого саммита вы нам скажете уже что‑то конкретное, может быть, что‑то когда‑нибудь реализуется, хоть что‑то? Хоть закончится обсуждение какого‑то серьёзного вопроса?

Спасибо.

В.Путин: Украина, Вы сказали, внесла коррективу в нашу повестку дня. Украина не внесла никаких корректив в нашу повестку дня. Мы действительно много внимания уделили самой проблеме восточного партнёрства и в этой связи говорили, конечно, и об Украине, но как об одной из стран, которая находится в переговорном процессе по этому проекту. Это первое.

Второе, мы всегда с вами обращаем внимание на проблемы, с которыми мы сталкиваемся и которые, к сожалению, действительно не можем решить достаточно долгое время, которые являются для нас принципиальными. Мы сегодня, допустим, говорили о том, что Евросоюз применяет к нам антидемпинговые процедуры, к целому ряду отраслей: к химической промышленности, металлургической – со ссылкой на то, что у нас нерыночное ценообразование на газ. Мы считаем, что это несправедливое требование. Мы считаем, что это эксклюзивное требование со стороны наших европейских партнёров, но это всё технические вопросы.

Так же, как и наш уже многолетний спор по третьему энергопакету. Но вместе с тем, обращаю ваше внимание, у нас объём товарооборота увеличивается из года в год: я уже сказал, на 1,7 процента увеличился только в прошлом году и будет рекордным. Мы сотрудничаем в высокотехничных областях: авиация, космос. У нас есть конкретные большие проекты в этой сфере. Мы создали целую программу по сотрудничеству в области науки – 200 мероприятий наметили. У нас создана отдельная программа по модернизации экономики, и на это направлено ни много ни мало 15 миллиардов евро. Это очень серьёзная вещь. Мы продолжаем сотрудничать и в энергетике, и в других областях – у нас движение вперёд очень позитивное и мощное. Есть проблемы, которые мы пока не решили, но мы полны решимости это сделать. Надеюсь, что к следующему саммиту мы сможем продвинуться, в том числе и по этим вопросам.

Кстати говоря, мы спорили, допустим, по энергопакету. У нас были проблемы с продолжением «Северного потока» – это трубопроводная система «ОПАЛ» на территории ФРГ. Но вот мы и договорились в принципе уже о том, что она могла бы быть использована не на 50 процентов, а на сто. То есть движение есть по самым сложным вопросам.

Ж.Баррозу: Да, это правда, если сказать честно. Но иногда кажется, что у нас из раза в раз остаются одни и те же проблемы. Я напоминал сегодня Президенту Путину, что, когда мы впервые встречались в этом формате в 2004 году, мы тогда уже рассматривали проблему пролёта над Сибирью. До сих пор этот вопрос не решён.

На самом деле это 20‑й наш саммит, и мой лично саммит, с Россией, включая и другие встречи как визиты Правительства России. Я думаю, что нужно быть транспарентными с общественностью, но есть вопросы – торговля, энергетика, как сказал господин Путин, – которые становятся постоянными вопросами нашей повестки дня. Мы просто должны согласиться, что не можем согласиться по этим вопросам.

С другой стороны, мы должны сказать, что наши отношения расширились очень важным образом. Могу сказать лично за себя, что за последние десять лет мы видим, что на самом деле Европа – это крупнейший партнёр России в области торговли и инвестиций, а Россия – это наш первоочередной поставщик энергии, в основном газа. Это очень важные взаимоотношения, и мы их развиваем по разным направлениям: вы уже говорили о партнёрстве с целью модернизации. И поэтому именно сегодня – я уже цитировал Фёдора Достоевского сегодня, говорил об этом на нашей закрытой встрече – нельзя оставлять вещи недосказанными, недоговорёнными.

Нужно понимать сложные вопросы, разбираться в них, в том числе касающиеся восточного партнёрства. Как вы знаете, и это нужно честно признать, у нас были разные подходы. Мы теперь договорились дальше обсуждать этот вопрос, на экспертном уровне провести двусторонние разъяснения, чтобы мы могли лучше друг друга понимать. Но это реальность.

Думаю, что иногда в отношении России возникает это впечатление в результате того, что у нас два раза в год проходят саммиты. С другими партнёрами – только один раз в год, а с некоторыми даже реже, чем раз в год. Наверное, поэтому вы, журналисты, проявляете нетерпение, потому что каждый раз вы хотите услышать какие‑то конкретные результаты, а это процесс, который нельзя считать каким‑то выступлением или шоу. Мы не считаем, что это шоу. Это процесс, когда два зрелых партнёра рассматривают вопросы, по которым они близки к согласию или по которым они не так близки. Вот так я трактую нашу сегодняшнюю встречу.

Это не та встреча, при которой я должен вам представить какой‑то длинный список поставленных целей или результатов. Но тем не менее у нас есть Совместная декларация по борьбе с терроризмом, мы договорились провести переговоры на следующем саммите, углубить диалог по вопросам восточного партнёрства. Президент Российской Федерации подтвердил, что не имеет проблем с концепцией восточного партнёрства и рассматривает его как вклад в более сплочённую Европу, но в то же время он хотел бы узнать, какими могут быть последствия этих соглашений для российской экономики. С этой точки зрения я считаю вполне полезной эту дискуссию, думаю, что так и надо.

Мы не можем делать вид, что всё в порядке, когда это не совсем так. Да, у нас есть разногласия по энергетике. Я уже объяснял нашим российским коллегам, насколько важен нам третий энергопакет, что он не является дискриминационным, что мы эти правила применяем ко всем компаниям в мире, это касается вопросов конкуренции, касается и британских, и американских компаний. Мы пытаемся избегать политизации вопроса, в то же время мы слышим обеспокоенность нашего российского партнёра и привержены прагматичному диалогу и разрешению этих вопросов с нашими российскими партнёрами – например, по «ОПАЛу».

Мы привержены поиску этих решений, но в то же время у нас разное понимание, разные концепции в том, что касается торговли, энергетики и так далее. У вас своё понимание, но наше понимание не дискриминационное – российские компании, например «Газпром», работают в двадцати наших странах и могут пользоваться европейскими инструментами и оспаривать любые практики, которые считают монополистическими или антиконкурентными.

Так что я не могу представить длинный список достижений, но это честная оценка того плодотворного диалога, который прошёл сегодня с нашим российским партнёром.