AGRIS - 

2016

Ivanov A.V. | Prikhodko O.U.

Field measurements of windfall stock including the stages of decomposition are carried out for the coniferous and deciduous forests of the forest area belonging to Primorskaya State Academy of Agriculture (PSAA) located in the southern part of Primorskiy krai (the Far East). The accounting of the windfall fragments was performed using the method of linear transects with the simultaneous inventory description of temporary sample plots. Fluctuations of windfall wood stocks in 12 sample plots are within 16,9-83,3 m3/ha, which averaged 17% of the total wood stock. The average value of the windfall carbon pool was calculated (8,3 t С/hа) using the coefficient for the transfer of the windfall amount into the mass of carbon. Significant correlations of windfall stock with the stand age and density were obtained (r2=0,74 и r2=0,52 relatively). The windfall distribution by age ranging from 80 to 180 years is a fragment of U- shaped curve that coincide with well known published data. It is shown that the biggest part of the windfall is concentrated in the fragments of decomposition stages 3-5 and the carbon stock by 83% is provided by fragments of decomposition stages 1-3 due to the significant loss of density. Forest plot of PSAA (area covered by prevailing Korean cedar plantings - 6333,5 ha) was chosen as a model area. In the windfall of the forest stand of the model territory 36,2 thousand tons of carbon are concentrated. It makes 3% from total amount of all carbon pulls of examined stands. The windfall carbon pull, calculated for the same area with using software system for regional assessment of forest carbon stock, was 34,8 thousand tons С. | Для хвойно-широколиственных лесов лесного участка Приморской государственной сельскохозяйственной академии (ПГСХА), расположенного в южной части Приморского края (Дальний Восток), проведены натурные измерения запасов валежа с учётом стадий разложения. Учёт фрагментов валежа проводили методом линейных трансект с одновременным таксационным описанием временных пробных площадей. Колебания запаса валёжной древесины по 12 пробным площадям находятся в пределах 16,983,3 м3/га, что в среднем составило 17% от запаса сырорастущей древесины. С использованием коэффициентов для перевода объёма валежа в массу углерода была рассчитана средняя величина пула углерода валежа - 8,3 т С/га. Получены значимые корреляции запаса валежа с возрастом и густотой насаждения (r2=0,74 и r2=0,52 соответственно). Распределение валежа по возрасту в интервале 80-180 лет представляет собой фрагмент U-образной кривой, что согласуется с известными из литературы сведениями. Показано, что большая часть объёма валежа сосредоточена в фрагментах IIIV стадий разложения, а запас углерода на 83% обеспечивается фрагментами I-III стадий разложения вследствие значительной потери плотности по мере деструкции. В качестве модельной территории был выбран лесной участок ПГСХА (площадь, покрытая насаждениями с господством кедра корейского - 6333,5 га). В валеже лесных насаждений модельной территории сосредоточено 36,2 тыс. т С, что составило 3% от суммы всех пулов углерода. Пул углерода валежа, рассчитанный для той же площади с использованием программного обеспечения системы региональной оценки бюджета углерода лесов (РОБУЛ), составил 34,8 тыс. т С.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2015

Sergienko V.G. | Vlasov R.V. | Ivanov A.M.

В статье обсуждаются общие вопросы сохранения биоразнообразия в хвойных древостоях Северо-Запада России при проведении различных рубок, с учетом структуры и динамики древесного отпада. Показана взаимосвязь между отпадом, биоразнообразием и рубками. Это влияние разделено на прямое и косвенное. древесный отпад - важная экологическая составляющая лесных экосистем, поддерживающая в них биологическое разнообразие, а сохранение последнего является требованием российского законодательства. Отмирание деревьев в насаждении тесно связано с развитием лесных экосистем, поэтому понимание происходящих процессов будет способствовать оптимальному планированию лесохозяйственных мероприятий, направленных на устойчивое развитие биогеоценозов, непрерывное и неистощительное пользование лесными ресурсами и повышение их потенциала. Определены функции отмерших деревьев и отмечены негативные последствия чрезмерного изъятия древесного отпада из лесных экосистем. Выявлены особенности формирования древесного отпада и порубочных остатков на вырубках. На участках сплошных рубок условия формирования древесного отпада разнообразнее, и количество его больше, чем при выборочных рубках - установлено 6 и 3 категорий древесного отпада и порубочных остатков на участках сплошных и выборочных рубок, соответственно. Проанализированы существующие рекомендации и представлен перечень мер по сохранению видового разнообразия флоры и фауны при заготовке древесины. При определении необходимой и достаточной величины оставляемого отпада для сохранения биоразнообразия следует ориентироваться на естественные процессы, то есть на количественные показатели структуры и динамики древесного отпада в насаждениях, не затронутых хозяйственной деятельностью. Проиллюстрированы примеры ключевых объектов, требующих сохранения. Рассмотрены положительные результаты искусственного создания древесного отпада с целью поддержания видового разнообразия флоры и фауны в хвойных древостоях и улучшения мест обитания ее представителей. | In the paper, we discuss general questions of biodiversity conservation in coniferous stands in Northwestern Russia during wood harvesting, with taking into account structure and dynamics of dead wood. Reciprocal influence of dead wood, biodiversity and different types of cuttings is shown. This influence is divided into direct and indirect. Dead wood is an important ecological component in forest ecosystems, supporting biodiversity in them. Conservation of biodiversity is a requirement of Russian legislation. Mortality of trees in stands is close related to development of forest ecosystems, therefore understanding of processes taking place will promote optimal planning of silvicultural measures aimed at sustainable development of biogeocoenoses and continuous and inexhaustible exploitation of forest resources. Functions of dead trees are determined and negative consequences of excessive removal of dead wood from forest ecosystems are marked. For dead wood and logging residues, peculiarities of formation are revealed on cutting places, with clearcuts having more diverse conditions for dead wood formation and more amount of dead wood. At least six and three categories of dead wood and logging residues are determined on areas of clear cuttings and selective cuttings, respectively. Existing recommendations are analyzed and a list of measures is presented on flora and fauna species diversity conservation at wood harvesting. To determine necessary and sufficient amount of retaining dead wood for biodiversity conservation we should take into account natural processes that is quantitative characteristics of structure and dynamics of dead wood in unmanaged stands. Examples of key objects needing conservation during wood harvesting are illustrated. Positive results of artificial creation of dead wood are considered to maintain plant and animal species diversity in coniferous stands and improve their habitats.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2015

Baginsky V.F. | Katkov N.N. | Lapitskaya O.V.

В настоящее время установление возрастов рубки должно производиться с учетом экономических и экологических факторов. Это сочетание приводит к новому понятию - эколого-экономической спелости. В статье даются его обоснование и методика определения. Для нахождения эколого-экономической спелости необходимо установить ее экономическую и интегрированную экологическую составляющие. Определение экономической спелости достаточно отражено в литературе. Понятие об обобщенной экологической спелости введено нами. Эта спелость требуется для определения возрастов рубки при организации экологизированного лесопользования. Она установлена как тот возраст, когда происходит максимальное депонирование диоксида углерода совокупностью насаждений определенной хозсекции для объекта лесоустройства (лесхоза). Экологическая спелость леса - это состояние насаждений, определяемое их возрастом, в котором достигается максимальная экологическая эффективность постоянного лесопользования. Этот показатель аккумулирует процесс воспроизводства запасов насаждения, обусловливая постоянство лесопользования на конкретной территории (не менее лесхоза) в аспекте «время - пространство». Ранее нами определены экологические спелости для главных пород в лесах Беларуси, но это необходимо сделать для всех лесообразующих пород. Приведены величины экологической спелости в сероольховых древостоях Беларуси. Она установлена по максимуму депонирования диоксида углерода на территории объекта лесоустройства. В древостоях ольхи серой, произрастающей в Беларуси, экологическая спелость равна 38-39 годам в условиях I класса бонитета (сероольшаники снытевый, кисличный, злаковый и папоротниковый), 41-42 годам во II классе бонитета (сероольшаники таволговый, черничный, частично орляковый) и 47-50 годам в III классе бонитета (сероольшаники частично орляковый, долгомошный, осоковый). Экологическая спелость леса сероольшаников практически совпадает с установленными возрастами рубки, что говорит о том, что вырубая древостои в V классе возраста, мы добиваемся от них максимальной экологической и экономической отдачи. | Currently, the establishment of cutting age should be based on economic and environmental factors. This combination leads to a new concept - ecological and economic maturity. The article provides its rationale and method of determination. To determine the environmental and economic maturity necessary to establish an integrated economic and environmental ripe ripeness. Determining economic ripeness sufficiently reflected in the literature. The concept of a generalized environmental ripeness introduced us. This maturity is required to determine the ages of the organization ecologized felling forest. It is set as the age when there is a maximum deposit of carbon dioxide a certain set of stands for the object management section of forest management (forestry). Environmental ripeness forest - a state of plantings, determined their age, in which the maximum continuous forest ecological efficiency. This indicator accumulates the reproduction of stocks plantations, causing the constancy of forest management in a specific territory (at least SFE) in terms of “time - space”. We have previously established environmental maturity for the main species in the forests of Belarus, but it must be done for all tree species. Given the magnitude of environmental ripeness gray alder stands of Belarus. It is set to the maximum storage of carbon dioxide at the site of forest management. The gray alder stands growing in Belarus, it is equal to 38-39 years in terms of site class I (seroolshaniki of oak, Kislichnaya, cereal and fern), 41-42 years of quality class II (seroolshaniki tavolgovy, blueberry, fern partly) and 47-50 years in quality class III (seroolshaniki partially fern, polytric, sedge). Environmental ripeness of gray alder stands practically coincides with established cutting age, which suggests that cutting down stands in age class V, we achieve the maximum environmental and economic benefits of these stands.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2015

Sergienko V.G. | Ivanov A.M. | Vlasov R.V. | Antonov O.I.

Цель работы – изучить динамику накопления древесного отпада после проведения рубок различной интенсивности, установить его влияние на сохранение биологического разнообразия и на основе анализа полученных данных определить объемы выборки древесного отпада, не нарушающие биоразнообразия лесных экосистем. Объектами исследований являлись условно разновозрастные хвойные и смешанные эксплуатационные и защитные леса в Ленинградской области (Подпорожский и Гатчинский районы), пройденные выборочными рубками разной интенсивности. Анализ динамики древесного отпада позволил установить его показатели для лесных экосистем таежной зоны, являющиеся основанием для определения объема изъятия мертвой древесины при проведении выборочных рубок. Рассмотрены данные о среднегодовом отпаде и определены его категории в разновозрастных ельниках, пройденных ранее рубками разной интенсивности. Проанализированы данные по отпаду с распределением крупного древесного детрита по классам разложения и категориям валежа. Установлено, что основной отпад по запасу древесины, особенно в составе валежа, приходится на преобладающую в насаждениях ель. Приведена характеристика живого напочвенного покрова на участках рубок и в контроле, а также примеры видового разнообразия сосудистых растений, мохообразных, лишайников, грибов и насекомых. Показана положительная роль выборочной формы хозяйства в сохранении естественного биоразнообразия при формировании условно разновозрастных хвойных древостоев, наиболее характерных для лесорастительных условий среднетаежного района Ленинградской области. В разновозрастных насаждениях рекомендуется проводить рубки умеренной и умеренновысокой интенсивности (25 и 35% запаса древостоя) и изымать до 10% древесного отпада. Коренные старовозрастные еловые разнотравно-кустарничково-моховые и разнотравные леса Ленинградской области представляют большую природоохранную ценность, как резерваты или участки для сохранения разнообразия сосудистых растений, мохообразных, грибов и лишайников на разлагающейся древесине детрита. | The aim of our research work was to investigate dynamics of dead wood accumulation after selective cuttings of different intensity, find out influence of dead wood on biodiversity conservation, and determine volume of dead wood utilization not disturbing biodiversity of forest ecosystems on the basis of analysis of data obtained. Objects of our research work were exploited and protective coniferous and mixed uneven-aged stands in Kurbinskoye forestry (Podporozhskiy district) and deciduous/spruce stands in Elisavetinskoye forestry (Gatchinskiy district), Leningrad region, after cuttings of different intensity. Analysis of dead wood dynamics allowed obtaining its characteristics in forest ecosystems of taiga zone to use them later as criterion for determination of volume of dead wood utilization at selective cutting. Data are considered about average annual wood mortality and categories of dead wood are determined in uneven-aged spruce stands after selective cuttings of different intensity. Characteristics of ground vegetation cover are given in cutting plots and control plots, as well as examples of species diversity of vascular plants, mosses, lichens, fungi and insects. Data on dead wood are analyzed with distribution of fallen wood by decomposition classes and categories. We found out that main mortality by wood volume was in spruce dominated in stands, especially in fallen wood. The role is shown of selective management in conservation of natural biodiversity during the formation of uneven-aged coniferous stands the most characteristic of forest conditions of middle taiga district of Leningrad region. The value of wood utilization from forest ecosystems during the selective cutting should not exceed the threshold of 40% of the growing stock. In uneven-aged stands we recommend selective cutting of moderate to moderately-high intensity (25-35% of the growing stock) and utilize up to 10% of dead wood. Indigenous old-growth spruce herb-shrub-moss and herb forests of Leningrad region are of great conservation value as reserves or areas to conserve the diversity of vascular plants, bryophytes and lichens on decaying wood detritus.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2014

Vasiliev I. A. | Vasiliev O.I. | Koroleva T.S.

Causes analysis of the leading Powers transition to timber resources in energy sector are carried out.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2014

Shutov I.V.

To get more wood, people should go from its collection in natural forests to growing it at the dendrofields. 40-years experiments have been fulfilled. It appeared that the mean increment of wood at the best variants of pine and spruce plantations is about 10 m3 per 1 ha per year. That is 3 times more, than at the natural forests of the same region.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2013

Vasiliev I. A. | Koroleva T.S. | Romanyuk B.D. | Kornyl’eva Yu.A. | Shinkevich S.V. | Zaharov G.V. | Vasiliev O.I.

The experience data of several countries on the state support of development of timber power industry are represented.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2012

Palchikov S.B. | Rumyantsev D.E.

Currently, prevention of illegal timber trade is possible if there is any method of identification of place of wood origin. To solve this kind of problem various methods are proposed, and the effective of them is method for identification of place of wood origin based on dendrochronological information. Currently, by order of the Federal Forestry Agency of Russian federation there was developed and tested a technology of identification of place of wood origin based on dendrochronological information, there was created a hardware-software system for solving this problem. | В настоящее время предотвращение нелегального оборота древесины возможно при наличии методики идентификации места происхождения срубленной древесины. Для решения подобного рода задачи предлагаются различные методики, из которых – с учетом комплекса параметров – наиболее эффективной является идентификация места происхождения древесины на основе дендрохронологической информации. В настоящее время по заданию Федерального агентства лесного хозяйства РФ разработана и апробирована технология такой идентификации, создан аппаратно-программный комплекс для решения указанной задачи.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2012

Vetchinnikova L.V. | Kuznetsova T.Yu. | Petrova N.E. | Sakovets E.S.

На основании изучения состояния природных популяций карельской березы Betula pendula Roth var. carelica (Mercklin) Hämet-Ahti, отличающейся высокодекоративной текстурой древесины, обнаружено прогрессирующее сокращение еѐ ресурсов и практически полное отсутствие естественного возобновления. Делается заключение о целесообразности использования инновационных биотехнологий (в частности клонального микроразмножения) для восстановления генофонда карельской березы и сохранения ее внутривидового разнообразия. | Having studied the status of natural populations of Karelian birch Betula pendula Roth var. carelica (Mercklin) Hämet-Ahti, noted for highly decorative wood figure, we found a progressing decline of its resources and the almost complete absence of natural regeneration. Application of innovative biotechnologies (in particular clonal micropropagation) for restoration of the gene pool and preservation of the intra-species diversity of Karelian birch is deemed advisable.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation

2012

Voronkov P.T. | Shalnev A.S.

Представлен спектральный анализ ежемесячных цен на хвойный пиловочник в Австрии с 1973 по 2010 годы для выявления циклических изменений в экономике лесного сектора. Цена на лесную продукцию является важным показателем изменений в экономике лесного сектора. Определение продолжительности циклов позволит прогнозировать развитие ситуации в будущем и, исходя из этого, определять стратегию развития лесного сектора страны. | The article presents the spectral analysis of monthly prices on logs coniferous in Austria from 1973 to 2010 to identify the cyclical changes in the economy of the forestry sector. The price of wood forest products are important indicator showing changes in the economy of the forestry sector. Determination of the duration of cycles will predict the development of situation in the future and on this basis to define strategy for the forestry sector.

Show more [+]

Less [-]

Saint Petersburg Forestry Research Institute - Russian Federation