Стенографический отчёт о встрече с руководством Государственной Думы и лидерами фракций

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Рад приветствовать вас на традиционной встрече с руководством Государственной Думы.

Выборами нового Президента Российской Федерации завершился продолжительный избирательный марафон. Произошло фактически значительное обновление органов высшей власти в стране. И сейчас необходимо взять хороший рабочий темп, соответствующий масштабу и уровню стоящих перед страной задач.

В связи с неотложностью решения конкретных социально-экономических вопросов должно быть продолжено наше рабочее взаимодействие между исполнительной и законодательной властью. И, кроме того, мне бы очень хотелось видеть от парламентских фракций новые инициативы и предложения по направлениям совместной работы – имею в виду собственные инициативы.

Прежде всего в максимально короткие сроки нужно выработать чёткий план законодательной деятельности на ближайшую перспективу. Основной акцент должен быть сделан на законодательном обеспечении долгосрочного плана экономического развития России до 2020 года, о чём я говорил на расширенном заседании Государственного совета. Каждое из направлений этого плана требует разработки целого пакета законодательных актов. Правительство сейчас уже самым активным образом готовит все эти документы, прорабатывает их в рабочем порядке. Просил бы начать такую работу уже в весеннюю сессию, уже сейчас подключиться к совместной работе с Правительством – так, как это было в рамках так называемого нулевого чтения по другим законодательным актам.

Особое внимание предстоит уделить стимулированию инновационного развития экономики. Мы уже говорили о важности учёта опыта приоритетных национальных проектов (надеюсь, что Дмитрий Анатольевич сегодня об этом скажет поподробнее: он занимался этой работой, как вы знаете). Необходимо учитывать этот опыт в модернизации экономики в целом.

Кроме того, в весеннюю сессию нужно внести необходимые изменения в законодательные акты по вопросам развития массового малоэтажного жилищного строительства, да и вообще уделить этому вопросу особое внимание.

Имея такие высокие темпы в строительном секторе, как сегодня: в предыдущие годы было 15, 12, 15, сейчас – 20 процентов, по жилищному строительству ещё больше, там доходит до 25 [процентов], – это нужно использовать для решения вечного вопроса России. У нас есть все шансы этот вопрос решить в ближайшие годы: не за два-три года, конечно, но можем его эффективно решать в ближайшие годы – так, как, может быть, никогда раньше не решали.

Обращаю особое внимание: все отраслевые направления модернизации социальной сферы должны быть увязаны между собой, и своей конечной целью должны иметь формирование качественно новой политики социального развития.

Ключевая задача – это принятие пакета законов, совершенствующих налоговую систему. Речь идёт о снижении налогового бремени на расходы в сфере образования, здравоохранения, пенсионного страхования.

Кроме того, предстоит установить более ускоренный порядок начисления амортизации и поощрения глубокой переработки природных ресурсов, причём соответствующие дополнения и изменения должны вступить в силу уже со следующего года – очень бы хотелось, чтобы с первого января 2009 года всё уже заработало.

В актуальной повестке – и принятие закона о софинансировании добровольных пенсионных накоплений. Практические механизмы этой системы апробированы. И для того чтобы наши граждане смогли воспользоваться ею уже в этом году, нужно в самые короткие сроки внести изменения и дополнения в действующее федеральное законодательство.

Борис Вячеславович [Грызлов], проект уже лежит?

Б.Грызлов: В первом чтении. Сейчас уже обсуждаются поправки ко второму чтению: есть о чём спорить. Пока мы ещё не пришли к единой точке зрения, но я считаю, что в апреле мы можем выйти реально на второе чтение.

В.Путин: Есть разные подходы, но мы не можем бесконечно спорить – нужно приходить к какому‑то решению. Посмотрите, как можно использовать эти накопления и с точки зрения решения вопросов демографического характера, как можно стимулировать женщин и в этом плане, как внести какой‑то дополнительный льготный порядок. Может быть, использовать тот же самый материнский капитал, но в льготном варианте. Надо подумать, только давайте не будем думать бесконечно.

В отдельных видах бизнеса нужно смелее переходить от разрешительных к уведомительным процедурам. Практика большинства экономически развитых государств показывает, что такой подход даёт реальную возможность встать на крыло тем людям, которые решили попробовать свои силы прежде всего в малом бизнесе, и тем самым приблизить решение стратегической задачи формирования в стране широкого среднего класса. Хотелось бы, конечно, послушать вашу точку зрения по этой определяющей проблеме.

Ещё одна важная тема – развитие антикоррупционного законодательства. Предстоит завершить работу над законопроектами, повышающими прозрачность деятельности судебных органов, органов госвласти, а значит, усиливающих защищённость наших граждан от возможных злоупотреблений.

Кроме того, частью национального плана по борьбе с коррупцией должен стать пакет соответствующих законов. Я надеюсь, что созданными для этого структурами он будет подготовлен.

Уважаемые коллеги, я обозначил лишь часть вопросов, которые нам предстоит решать уже в ходе весенней сессии. Не сомневаюсь, что традиции конструктивного взаимодействия ветвей власти будут только укрепляться. И в дальнейшем вы будете компетентно, результативно работать на благо России и её граждан, объединяя усилия между, как я уже говорил, исполнительной и законодательной властью.

Благодарю вас за внимание и передаю слово Дмитрию Анатольевичу Медведеву.

Д.Медведев: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги! Позволю себе сказать несколько слов.

Считаю, что такие встречи, как сегодня, исключительно важны, ведь парламентские партии играют основную роль в работе по развитию всего социально-экономического механизма в стране, формированию законодательного ландшафта – в общем, занимаются тем, что вы хорошо знаете.

Ваши идеи и инициативы лежат в основе такой работы, ну а их результат объективно проявляется и в таких консультациях, и в процессе законотворчества.

Я намерен в новой должности вести постоянный и конструктивный диалог со всеми здоровыми политическими силами общества, ведущими институтами гражданского общества. И хотел бы вас, уважаемые коллеги, просить о таких встречах. Намерен их проводить регулярно и считаю, что все ваши предложения должны находиться в центре внимания исполнительной власти. Только в этом случае возможен постоянный и продуктивный диалог.

Сегодня идёт работа по формированию принципов общих подходов к контурам исполнительной власти. Этой работой мы занимаемся совместно с Владимиром Владимировичем. И естественно, что такого рода подготовительная работа неразрывна с подготовкой идей, документов по важнейшим для нашей страны темам, о которых только что говорил Президент, – я имею в виду: в целом работа по стратегии развития нашей страны на период до 2020 года и текущим планам развития страны на ближайшие четыре года.

В настоящее время действительно существует определённый опыт, в том числе и опыт национальных проектов, о которых только что упомянул Владимир Владимирович. Я напомню, что, когда мы начинали этим заниматься, были выделены четыре основные сферы, которые находились в очень сложном состоянии. И по этим направлениям, по определённым фрагментам, которые являлись самыми главными, мы и начали работать.

В чём была новизна? Новизна состояла в том, что был создан особый порядок управления, особый порядок финансирования этой деятельности. И это принесло определённые результаты. Кроме того, в результате этой работы нам удалось выйти на экспериментальные, пилотные предложения, связанные с модернизацией этих сфер. И, наверное, это самый важный итог работы за истекшие два года по национальным проектам. Да, неплохо, что мы и денег добавили, и каких‑то результатов текущих добились, но самое главное – это всё‑таки выйти на новую конфигурацию работы – я имею в виду и здравоохранение, и образование. В работе на селе сегодня действует отдельная программа развития сельского хозяйства, ну а жилищная тема, только что Президент сказал об этом, – это длинная серьёзная тема работы государства и общества на годы вперёд.

На сегодняшний день самое главное – перейти к этапу полноценной модернизации в этих сферах. Я имею в виду, прежде всего, образование и здравоохранение с учётом тех наработок, которые были созданы за последнее время.

С другой стороны – очень важно наращивать объём финансирования проектов и программ в сельском хозяйстве и в жилищной сфере.

Отдельно сегодня – в соответствии с договорённостью, которая существует, – готовится заседание президиума Государственного совета в рамках тех полномочий, которые были мне временно переданы Президентом.

Ближайший президиум Государственного совета будет посвящён малому бизнесу. Здесь тоже огромное количество проблем. Я не так давно встречался с представителями малого бизнеса. Все они сетуют на огромное количество нормативного материала, который, несмотря на принятие общего рамочного закона о поддержке малого бизнеса, всё равно не приведён в порядок. Этот нормативный материал всё равно душит малый бизнес, и наша задача – привести его наконец в чувство, потому что за последние семнадцать лет много чего напринимали – сейчас нужно эти завалы разгрести, с тем чтобы перейти к по‑настоящему уведомительному характеру регулирования малого бизнеса в нашей стране. Это полностью стыкуется с той задачей, которая была поставлена Президентом в программном выступлении «О развитии страны до 2020 года», – я имею в виду: поддержки среднего класса в нашей стране и формированию его основ.

Совершенно очевидно, что основной задачей Государственной Думы, Совета Федерации, в целом – Федерального Собрания является подготовка нормативного каркаса развития страны, совершенствование законодательства.

Наше законодательство сейчас уже значительно лучше, чем в начале и середине девяностых годов. Это уже законодательство, в принципе, развитого уже государства, но это не значит, что ваша работа становится легче и количество вопросов, которые приходится решать Государственной Думе, становится меньше. Я абсолютно понимаю сложность этой работы – и профессионально понимаю, – готов всячески способствовать ей, готов к постоянным консультациям по всем вопросам, которые связаны с законотворчеством, которое у нас осуществляется парламентскими партиями и нашей Государственной Думой.

В.Путин: Я бы вернулся к тому, что говорил вначале. Прошу вас посмотреть на то, что мы должны будем сделать в ближайшее время, критично и не просто ждать от Правительства предложения, а уже сейчас включиться в эту работу.

Я упомянул возможность использования материнского капитала. Сегодня у нас всего несколько вариантов использования материнского капитала: на образование детей, на накопительную часть своей собственной пенсии, на жильё. Пенсионные накопления сегодня у нас каким образом отрегулированы? Рубль на рубль! А в рамках использования материнского капитала, государство могло бы на вложенный женщиной один рубль вкладывать два [рубля]. Это стимулировало бы такое использование полученных средств в рамках материнского капитала. Возможны и другие варианты – нужно подумать, только думать надо сейчас.

Б.Грызлов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Хотел бы сказать о том, что Государственная Дума в течение восьми лет анализировала Послания Президента Федеральному Собранию. Партия «Единая Россия» сформулировала эти восемь Посланий как «План Путина». Сегодня мы имеем тезисы, которые были высказаны Вами, Владимир Владимирович, по 2020 году по концепции развития России до 2020 года. Считаю, что сейчас мы должны строить работу, исходя из тех задач, которые Вами сформулированы по достижении 2020 года. Но эти задачи решать нужно сегодня.

Первый вопрос, которого я хотел коснуться, – это управление государством, наличие административных барьеров, которые сегодня есть, это, наверное, необходимость менять структуру управления, имею в виду и связку: министерства – агентства – службы. На сегодня у нас 85 органов управления в системе исполнительной власти: 16 министерств, 33 агентства, 2 госкомитета и 34 службы.

По редкому стечению обстоятельств Правительство 1982 года имело тоже 85 органов управления. Это были общесоюзные министерства и союзно-республиканские министерства, их было тоже ровно 85. Безусловно, структура громоздкая. К сожалению, сегодня многие агентства и службы тянут одеяло на себя и не вписываются в структуру, в которой находятся. Если они находятся в министерстве или в прямом подчинении Председателю Правительства, тем не менее они пытаются проводить политику, во многом не соответствующую той стратегии, которая была предложена и которая была обсуждена. И, наверное, это всё отразилось и на общем количестве государственных служащих: сегодня их свыше полутора миллионов, имею в виду гражданских государственных служащих. Это в полтора раза больше, чем в 1995 году.

Административная реформа, которая предлагалась в 2003–2004 годах, была в том числе направлена и на уменьшение количества государственных служащих, но, как мы видим, их количество выросло. Думаю, что всего две структуры реально сократили численность: МЧС и аппарат Государственной Думы. Это всё избыточность функций, которые берёт на себя государство в управлении страной, и это проявляется в росте численности сотрудников и в раздувании аппарата управления.

Считаю, что мы должны внимательно отнестись сейчас к реформированию – имею в виду, повысить ответственность собственно министерств. И те подразделения, которые сегодня фактически являются самостоятельными, то есть агентства и службы, должны войти в структуру самих министерств. Считаю также, что часть функций, которые сегодня являются функциями в основном служб, могут быть переданы страховщикам и саморегулируемым организациям. Это направление тоже нужно иметь в виду, думаю, это повысит эффективность управления.

Мы сегодня имеем достаточно много случаев, когда из‑за споров различных ведомств не решаются важные вопросы. Думаю, вопиющий пример – это пятый блок атомной станции в Курске, где различные министерства доказывают своё понимание этой ситуации. В результате блок, который мог быть построен три-четыре года назад, пока находится в состоянии достройки, а точнее, в состоянии поддержания того, что уже построено на сегодняшний день.

Считаю также, что из‑за межведомственных проблем сегодня страдает ситуация со строительством Троицкой ГРЭС. Там на сегодня принимается решение о поставке китайских турбин, в то время когда полностью не загружены наши мощности. Считаю, что это тоже из‑за межведомственных распрей.

Теперь вопрос, касающийся реализации инфраструктурных проектов. Считаю, он очень важен. В 2005 году мы впервые в бюджет отдельной строкой заложили Инвестиционный фонд, потом ещё через год – Венчурный фонд. Мы в 2006 году выделили 69,7 миллиарда рублей, потрачено – 5,2 миллиарда; в 2007 году с учётом переходящего остатка было 265 миллиардов, потрачено – 26 миллиардов. То есть борьба за то, чтобы бюджеты 2006 и 2007 годов носили инвестиционный характер, закончилась для депутатов появлением этих строчек в бюджете, но это не закончилось распределением денег для тех, кто эти инфраструктурные проекты должен реализовывать.

Считаю, что такая работа – тогда это всё имело отношение к Министерству экономического развития и торговли, сейчас частично передано в Министерство регионального развития – должна быть подправлена. Нужно эффективно расходовать те средства, которые в бюджете предполагаются для реализации инфраструктурных проектов.

Со своей стороны партия «Единая Россия» курирует проекты, касающиеся Дальнего Востока, Забайкалья, Урала. У нас есть проект «Урал промышленный – Урал Полярный». И думаю, что вот в этом направлении, в направлении более эффективного использования средств Инвестиционного фонда, нужно работать в ближайшие 2008, 2009, 2010 годы.

Теперь то, что касается налоговой нагрузки. Результаты подсчёта реальных дополнительных доходов за 2008–2010 годы дают ожидаемую цифру в размере 1,2 триллиона рублей. Думаю, что если эту цифру мы будем в эти годы иметь в виду как недополучение, точнее так: получение допдоходов, но снижение налогового бремени, – тогда мы можем выйти на те цифры, которые планировались при принятии бюджета 2008–2010 годов. В частности, предлагаю в первую очередь снизить НДС, причём ставка НДС должна быть единая, и если мы говорим о единой ставке, то она не должна быть больше, чем сегодня льготные ставки НДС, то есть 10 процентов. Поэтому считаю, что нам надо реально готовиться к тому, чтобы снизить ставку НДС до 10 процентов.

Считаю важным также для развития предприятий IT-технологий принять закон, который мы в течение года не можем согласовать с Правительством, по отнесению этих предприятий к закону о малом бизнесе, не учитывая объём произведенной продукции и не учитывая численность. Дело в том, что на этих предприятиях до 70 процентов себестоимости формируется за счёт заработной платы. В этой ситуации эти предприятия просто не имеют шансов выжить. Если мы установим фиксированный налог, который сейчас есть у малых предприятий, – это форма, когда с дохода выплачивается налог в размере шести процентов, и всё, дальше только налоги на заработную плату, – то мы могли бы, во‑первых, оставить программистов в России. Это ещё один шаг для того, чтобы не было утечки мозгов. А, во‑вторых, мы могли бы реально вывести эти предприятия из тени, в которой они сегодня находятся, в полный рост.

Теперь что касается инноваций. К сожалению, те решения, которые были приняты и которые продвигаются в жизнь, не привели к тем, наверное, желаемым результатам, которые имелись в виду. Сегодня, к сожалению, в структуре экспорта до сих пор существенное преимущество сырья. Плохо то, что если в 2003 году доля экспорта сырья была 57 процентов в общем экспорте, то в 2006 году это уже 66 процентов, то есть растёт доля сырья в экспорте нашей страны. А если говорить об инвестициях, то три четверти инвестиций идёт в добычу, четверть инвестиций – в обработку. Сегодня такова структура.

Если говорить о затратах на НИОКР, то сегодня мы могли бы оценить желание тратить на НИОКР у частного сектора как очень низкое (только 22 процента общего финансирования НИОКР идёт из частного сектора), а весь совокупный объём финансирования НИОКР – это всего лишь один процент от ВВП, тогда как в европейских странах – от четырёх до шести процентов валового внутреннего продукта. Нам необходимо увеличить всеми возможными способами финансирование научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Считаю важным использовать для этих целей Венчурный фонд – он сегодня работает неэффективно.

Считаю необходимым обратить свои взоры на производство и внедрение суперкомпьютеров. Характерный пример: лишь три года назад удалось пробить финансирование разработки суперкомпьютеров в России, и то только через бюджет Союзного государства России и Белоруссии. Тогда были первые 400 миллионов рублей направлены, и сегодня можно говорить уже о том, что мы имеем отечественные суперкомпьютеры, которые входят в сотню самых быстродействующих, самых мощных суперкомпьютеров мира. Мы ставили два года назад такой суперкомпьютер в Томском университете. В этом году через неделю мы открываем суперкомпьютер в Московском государственном университете мощностью уже 60 терафлоп. Это те объёмы быстродействия, которые позволяют ставить перед собой самые сложные задачи.

Считаю также важным решить вопрос о поддержке изобретений. В нашей стране в федеральном бюджете нет строчки, которая бы могла дать возможность закупать Правительству патенты у изобретателей. Достаточно привести пример ряда стран, наверное, в первую очередь Японии, которая поднялась именно на закупке патентов и последующем внедрении новых технологий. У нас эта работа сегодня не поставлена вообще. Считаю необходимым принять соответствующие поправки в законодательство и в федеральный бюджет, в частности, чтобы такая возможность была предоставлена. Иначе сегодня те изобретения, которые находятся на переднем крае науки, изобретатели не могут внедрить, потому что у них нет этих 5, 10, 100 миллионов рублей для внедрения своих изобретений. Они продолжают изобретать, получают патенты, но это не приводит к улучшению наших технологий.

В вопросах промышленной политики считаю важным принять закон о промышленной политике. Есть временные ориентиры – 12 лет. Считаю, что отрасли, которые могут рассчитывать на государственную поддержку, должны принять отраслевую программу на 12 лет. И только в этом случае поддержка отрасли может финансироваться из федерального бюджета. Отрасль должна видеть перспективу. Это не сиюминутное финансовое вливание, мы должны работать на перспективу – это планирование в промышленности.

Если мы говорим по поводу промышленности, думаю, уместно сказать и о сельском хозяйстве в том числе. У нас 20 миллионов гектаров из тех земель, которые носят название земли сельхозназначения, не используются. Это огромный объём. До 10 миллионов гектаров можно было бы использовать для производства биотоплива: биодизель, биоэтанол. Европа сейчас принимает законы, ужесточающие использование автомобильного топлива, у них есть решение, что не менее шести процентов в 2010 году – это доля биосоставляющей в автомобильном топливе. Там сеять негде, естественно, взоры на восток – это Украина и Россия. Мы должны этот рынок успеть перехватить, и тогда мы будем, в общем‑то, диктовать условия не только по поставкам газа и нефти, но и биотоплива. Для нас это реальная возможность.

Что касается вопросов экологической безопасности. Сегодня ситуация обстоит таким образом, что Россия является страной, где производительность труда примерно в два раза меньше, чем в ведущих странах, и примерно во столько же раз хуже энергоёмкость, то есть мы тратим на единицу произведённой продукции в два раза больше энергии, чем в странах Европы. Поэтому необходимо внедрять энергосберегающие технологии, параллельно они в основном являются и экологически чистыми.

Считаю необходимым сосредоточить внимание на альтернативных видах электроэнергетики, таких как солнечная энергетика, где Россия может быть лидером. У нас есть отечественные разработки, которые позволяют получать кремний способом, который недоступен другим странам. Этот способ запатентован. Мы можем получать кремниевые плёнки, которые можно напылять на обычное оконное стекло, не меняя его прозрачности, и фактически создавать солнечную батарею из обычных оконных стёкол на тех домах, которые строятся в крупных городах.

Считаю необходимым в развитие национального проекта «Здравоохранение» принять федеральную целевую программу «Чистая вода». По мнению экспертов, употребление чистой воды в нашей стране может повысить продолжительность жизни не менее чем на семь лет. Сегодня в 50 процентах регионов – это и города, и сельская местность – употребляется вода либо некачественная, либо вредная. Эта федеральная программа «Чистая вода», естественно, включает в себя много аспектов: очистка воды в системе водоканалов, доставка воды к местам проживания, обязательное создание фильтров, которые будут поставлены в каждом многоквартирном доме, на каждый подъезд и так далее. Разговор также идёт о бутилированной чистой воде, которая, к сожалению, сегодня (это тоже данные экспертов) на 50 процентов фальсифицирована в продаже.

Необходимо решать вопросы по очистке от жидких радиоактивных отходов. Это задача важна и экологически. Думаю, что те районы, в которых сосредоточены эти отходы, в частности, Челябинская область, Теченский каскад, ряд других территорий, имеют право жить в благополучной экологической обстановке.

Теперь хотел бы сказать о заработной плате и о пенсионной системе. Сейчас мы идём по направлению создания отраслевых тарифных систем. Правительство взяло срок – 31 декабря 2008 года – по внедрению этих систем. Считаю, что очень важно сегодня ускорить эту работу, потому что предложения ещё не внесены в трёхстороннюю комиссию, участницей которой является в том числе и Государственная Дума. Здесь те подходы, которые будут предложены, должны быть всесторонне обсуждены.

Сегодня минимальный размер оплаты труда уже соответствует шестому разряду действующей тарифной сетки, и мы входим, в общем‑то, в конфронтацию с действующим законом, выплачивая суммы большие, чем начисляемые тем сотрудникам, которые имеют первый-второй разряды тарифной сетки, просто за счёт того, что меньше, чем МРОТ, платить нельзя, а они продолжают оставаться на первом, втором, третьем разрядах тарифной сетки.

Думаю, что нам действительно важно сейчас посмотреть закон о пенсиях и, в частности, внедрить накопительную часть пенсионной системы. Мы приняли закон в первом чтении: на каждую тысячу рублей государство добавляет тысячу, а для работника пенсионного возраста, который отказывается от получения пенсии и продолжает работать – на каждую тысячу рублей три тысячи рублей вносит государство. Но у нас общая сумма, которую государство может внести за год, ограничивается 10 тысячами для работающего и 30 тысячами для работающего пенсионера.

Считаю, что здесь нужно ещё внимательно посмотреть, нельзя ли увеличить эту цифру, а также рассмотреть возможность участия работодателя в такой же накопительной системе, скажем так, тысяча к тысяче. Но тогда надо работодателей не освободить полностью, но предоставить льготы по налогу на прибыль и по единому социальному налогу. Тогда, думаю, работодатели тоже будут участвовать в этой накопительной пенсионной системе, что позволит существенно увеличить пенсии, которые будут получать наши граждане.

Считаю одним из важнейших национальных проектов национальный проект «Здравоохранение». И здесь, думаю, нужно при обсуждении реформы Правительства принять решение, о котором говорили в Государственной Думе: о разделении сегодняшнего Министерства – Минздравсоцразвития – на Министерство здравоохранения и фармацевтической промышленности и Министерство труда и социальной политики. Считаю, что нужно сосредоточить усилия не только на строительстве национальных медицинских центров (это отличный проект в национальном проекте «Здравоохранение»), но нужно ещё и существенно улучшать систему диспансеризации и профилактики.

Эксперты называют какие цифры? У нас в последние годы была смертность примерно 2200 тысяч человек, из них один миллион сто тысяч, то есть половина, – это смертность от сердечно-сосудистых заболеваний. Если мы потратим дополнительные суммы (примерно 10–20 миллиардов рублей), то могли бы ввести систему профилактики всех работающих на предмет заболеваний сердечно-сосудистой системы. И это позволило бы обеспечить раннее выявление заболеваний и в два раза сократить смертность по этой причине, то есть 500–550 тысяч человек получили бы возможность продолжить свою жизнь. Считаю, что система профилактики в нашей отрасли здравоохранения сегодня очень важна и наиболее существенна.

В.Путин: Спасибо большое.

Если позволите, очень коротко. Первое – вопросы совершенствования структуры органов исполнительной власти. Дмитрий Анатольевич Медведев сказал, что по нашей договорённости он сейчас занимается подготовкой этих предложений. На самом деле, если сказать по‑честному, только этим он и занимается. Поэтому, если есть какие‑то предложения, прошу в диалоге с Дмитрием Анатольевичем эти вопросы пообсуждать. У Дмитрия Анатольевича есть хорошая практика на этот счёт ещё со времён работы Руководителем Администрации Президента. Думаю, что это будут хорошие предложения.

Теперь по поводу институтов развития. Вы знаете, и не предусматривалось, что все капиталы, которые мы вложили в институты развития, в течение года все будут истрачены. Мы ведь специально туда загрузили значительное количество ресурсов для того, чтобы они там были, чтобы не нужно было каждый раз проходить через Министерство финансов и каждый раз выбивать на чувствительные для населения программы из текущего бюджета, а эти средства туда заложены на несколько лет, чтобы они там эффективно работали. Скажем, 230 миллиардов на ЖКХ. Я изначально исходил из того, что это будет в течение трёх, четырёх, может быть, пяти лет с необходимым софинансированием со стороны регионов Российской Федерации. Прежде всего эти деньги мы будем направлять туда, где проводится реформа жилищно-коммунального хозяйства.

Теперь по поводу снижения НДС. Очень правильно и очень важно, только нужно подходить к этому очень осторожно. Конечно, плоская шкала – это оптимально. Полностью согласен с Борисом Вячеславовичем Грызловым. Вопрос только, какая это плоская шкала и когда мы её должны ввести. А для этого нам с вами нужно сесть и посчитать: попадающие доходы сколько будут при снижении на определённый процент, сколько выпадающие доходы и чем мы их заменим, будет ли адекватным прирост за счёт лучшего администрирования НДС и каков он будет. Ведь у нас с вами огромные планы в социальной сфере, здравоохранении, образовании, большие планы по модернизации Вооруженных Сил, армии и флота. И самая главная и самая большая трата у нас – пенсионная система, совершенствование пенсионной системы. У нас недопустимо маленький коэффициент замещения – 35–40 с небольшим процентов. Правда, в Европе считают 60–70, но там немножко счёт идёт другой по заработной плате, может быть, не такой большой у нас разрыв с ними, но разрыв существенный. Нам хотя бы удержать нужно, а лучше всего повышать этот коэффициент. Это очень важно.

Теперь по поводу возможности софинансирования накопительной части пенсии не только за счёт государства, а в том числе и за счёт работодателя. Думаю, что Правительство должно принять соответствующее решение и такую возможность для работодателей обеспечить. И главное, гражданам это пойдёт, безусловно, на пользу с точки зрения развития этой накопительной части пенсионной системы.

Венчурный фонд действительно раскручивается пока слишком слабо. Согласен с вами. Всего шесть проектов на прошлый год. Правда, в этом году уже в десяти регионах Российской Федерации созданы филиалы, и в этом году планируется свыше 100 проектов в рамках Венчурного фонда.

Биотопливо. На что хотел бы обратить внимание, коллеги. Это от вас тоже будет зависеть. В связи с тем, что значение биотоплива в мировой энергетике постоянно возрастает, особое внимание сейчас будет уделяться странам, которые в состоянии и имеют необходимое количество посевных площадей для того, чтобы обеспечить объём. И среди этих стран, конечно, особую роль будет занимать Россия. Их немного на самом деле: Канада, США, Австралия, Бразилия, Россия.

В этой связи обращаю ваше внимание и, конечно, обращаю внимание Правительства на очень важный вопрос: оборот сельхозземель. Здесь не должно быть чрезмерных ограничений, но мы должны понимать чётко и ясно, что там происходит. Это для нас становится не менее важным, чем, скажем, использование общенациональных ресурсов в углеводородной сфере.

Но и, конечно, не только солнечная энергетика как альтернативная, скажем, водородная – очень важное направление. И здесь, конечно, мы должны повнимательнее смотреть и помочь тем, кто занимается этим видом деятельности.

Г.Зюганов: Считаю, что сложилась хорошая традиция, когда руководство страны, руководство Думы собираются для обсуждения серьёзных проблем.

После обнародования стратегии развития страны до 2020 года исключительную актуальность приобретает подготовка соответствующего законодательства и общественного мнения для решения этих проблем, особенно соединение законодательной работы с исполнительной властью. В этой связи очень хотелось, чтобы учли и наши предложения. За последнее время я был в 35 ведущих регионах страны – от Дальнего Востока до Санкт-Петербурга, провёл 350 встреч и получил огромное количество наказов и предложений от всех социальных слоёв наших граждан, которые были выстроены в программу «20 шагов к достойной жизни каждого человека, не только избранных». В этой связи хотел бы обратить внимание, исходя из ситуации, которая реально сложилась.

Первое. Мы активно поддерживаем новый проект – национальный проект «Образование». Крайне важна поддержка всех наукоёмких технологий, учёных и специалистов. К сожалению, из страны уехало почти 800 тысяч наиболее образованных и подготовленных, они бы могли вернуться в страну. У того же знаменитого Билла Гейтса из 100 лучших математиков, которые блестяще решают современные задачи, 50 – русские, 30 – индусы и китайцы и только 20 – своих. Я встречался с ними, они готовы завтра вернуться, но для этого нужны необходимые условия, соответствующая программа.

Мы сегодня производим примерно 1,5 процента наукоёмкой продукции. Если так дальше дело пойдет, мы перестанем быть научно-технической державой, а это совершенно недопустимо. В этой связи очень важно отработать всё, что связано с подготовкой будущих специалистов. У нас их не хватает: начиная от квалифицированных токарей и до поддержки научных школ, которые не создаются за один год и которые коммерческого подхода не терпят.

Второе. Средний износ оборудования и машин в стране на сегодня превысил 20 лет. Ещё раз подчеркиваю: средний износ машин и оборудования превысил 20 лет. Обилие иномарок на улицах и площадях наших городов никого не должны вводить в заблуждение. Мы перестали делать современные станки, машины, мы даже не делаем как следует самолёты, хотя у нас 15 авиационных заводов производили 1,5 тысячи летательных аппаратов в год. Мы за прошлый год списали 130 самолётов гражданской авиации, для себя произвели всего восемь штук. Дума даже не расщедрилась на лизинг, который позволил бы поддержать непосредственно это производство.

Я не раз обращался с предложениями о развитии сельхозмашиностроения. Сегодня перестаём делать даже собственные плуги, хотя в состоянии были на пяти тракторных заводах производить по тысяче тракторов в день. За прошлый год мы произвели 12 тысяч тракторов. Белоруссия произвела на одном заводе 62 тысячи и продала их в 72 страны мира, причём они пользуются большим спросом, хотя немного уступают немецким, но в два раза дешевле. У нас есть возможность не просто с ними скооперироваться, есть возможность отладить эту программу, если её активно поддержит Правительство.

Третье. Полностью разделяю, Владимир Владимирович, Ваше предложение по жилью. 40 процентов граждан страны сегодня проживают в жилье хрущёвской эпохи. Как бы его ни ругали, оно решило свою социальную задачу, но оно полностью износилось и дальше будет разваливаться и складываться. Нужна срочная программа обновления. 230 миллиардов, которые выделила Дума, не решают даже проблему текущего ремонта, не говоря уже о капитальном. Надо продумать в срочном порядке решение этой задачи.

Хотел бы обратить внимание, что почти 30 процентов стоимости современного жилья – это стоимость земли, 20 процентов – взятки и посредники. И в результате только этих двух операций жильё вдвое дорожает и доступно из десяти в лучшем случае одному-двум. И никакая ипотека при таком подходе не спасает положения.

Существует интересный опыт решения этих задач, но он почему‑то не распространяется должным образом по стране. Для того чтобы сегодня построить 100-квартирный дом, цифра строительства которого 12 месяцев, надо 24 месяца ходить, 150 справок собрать и везде давать на лапу. Если хотя бы пресечём или решим эти три небольших вопроса, то темпы развития жилья и его доступность резко вырастут.

Четвёртое. На 46 процентов страна кормится с иностранной ложечки – 46 процентов продовольствия. За прошлый год мы закупили за рубежом продовольствия на 30 миллиардов долларов, непосредственно своему крестьянину выделив 26 миллиардов рублей, это 1 миллиард долларов. Мне кажется, надо позаботиться о своей деревне, и ситуация будет гораздо лучше. Тот толчок, который дал национальный проект «Развитие АПК», его надо серьёзно дополнить в ближайшее время.

Что касается нескольких других вопросов.

По национальным проектам. Мы активно поддерживаем все четыре проекта, но они должны быть на порядок лучше профинансированы. В лучшее советское время на село выделялось 19, в самое худшее – 12 процентов от бюджета. У нас сегодня прямое финансирование на село вы знаете сколько.

Социальные программы. Когда мы запустили первый космический корабль, на социальные программы выделялось 22 процента. Затем американцы присылали к нам довольно любопытную комиссию, которая изучила, почему они проиграли соревнование в космосе. Они подготовили огромный доклад, в этом докладе была глава «Что знает Иван и чего не знает Джонни», и после этого в десять раз увеличили ассигнования, вкладывая в социальную сферу, прежде всего в образование.

Мы сегодня ломаем классическое советское образование, взамен скопировали не лучшую американскую систему. Тут надо очень аккуратно обойтись, иначе мы потеряем и то, на чём, собственно говоря, держалось наше преуспевание.

К слову сказать, среди учителей начальных классов шесть-семь человек учителя пенсионного возраста. А это профессионалы высшего класса, их минимальная ставка критическая, её надо утраивать, в противном случае некому будет готовить ребят в первых четырёх классах, а там закладывается не только качественное образование, но и гражданская позиция.

По науке, я говорил, очень важен ещё один проект, связанный с культурой. Мы объявляли Год русского языка – это прекрасно, но светоч русской поэзии – Пушкин – в центре Москвы стоит весь завешанный англоязычными вывесками, что, собственно говоря, оскорбляет всех нас.

И очень важный проект, связанный с безопасностью. У любого Правительства и государства есть три главные функции: защита территориальной целостности, сохранение образа жизни и повышение качества жизни и защита общественной и личной безопасности. У нас сегодня уровень коррупции превысил допустимые нормы. И надо включать все рычаги, обозначая стратегию развития. И Дмитрий Анатольевич говорил о том, что в стране царствует правовой нигилизм. Мы готовы в борьбе с этим явлением использовать всё своё влияние и свои возможности.

И бюджетный федерализм. В федеративном государстве нельзя делить деньги: 66 процентов – центр и 44 – на всё остальное. По‑честному, по крайней мере приемлемо, мы же приняли Бюджетный кодекс, по которому 50 на 50, но он нарушается, а так надо на треть в местное самоуправление направлять, отдав 40 новых полномочий по 131-му закону. Мы не профинансировали его, во многих территориях главы просто бедствуют, и ситуация там довольно непростая.

Что касается ситуации в регионах – в Сибири и на Дальнем Востоке. У нас 400 лет население на Дальнем Востоке прибывало, даже в годы войны; за последние годы оттуда отток составил более двух миллионов. Что касается Сибирского округа, там было 22 миллиона, осталось 19. Меняется структура и качество населения: в стране инвалидов было примерно шесть миллионов, сейчас 12 с лишним, а пенсионеров – 38. На одного пенсионера – 1,6 работающего. Если эту пропорцию не изменить, ситуация в ближайшие 10 лет может качественно ухудшиться. Поэтому поддержка семьи, детства, материнства, всего того, что было в последнее время заложено, требует серьёзного увеличения.

Владимир Владимирович, один пример. Вы иногда нас критикуете за популизм. Средняя пенсия в советской стране была 90 рублей, по нынешнему курсу это 9000 рублей. Сейчас средняя пенсия 3500, до четырёх не дотягивает. Но тогда ещё из общественных фондов каждый гражданин и работающие пенсионеры получали 250 рублей в месяц (это плюс 25 тысяч рублей). Итого в сумме получается, 9 и 25, 34 тысячи доходов в месяц на человека. За это оплачивали по дешёвке квартиру и многое другое. Мне представляется, что пенсионеры требуют поддержки, и самой энергичной поддержки. Это касается и бюджетников. Сегодня особенно учителя и врачи продолжают бедствовать, и мы можем здесь решить многие проблемы.

Итак, в целом всё, что будет направлено на развитие страны, на безопасность граждан, на целостность страны, на качество жизни, мы энергично поддерживаем.

Но, Владимир Владимирович, у Вас есть небольшой долг, у Вас есть время его исправить. У нас в припограничной полосе – от Сочи до Находки – проживает огромная масса людей. Ситуация в Косове нам ещё раз подсказывает, чем может закончиться свободная продажа земель и передвижение граждан. Надо срочно принимать указ о припограничной полосе, где жёстко отрегулировать все земельные отношения. Вы знаете хорошо эту проблему. Мне кажется, её затягивать нельзя. Косовская ситуация ещё раз подтвердила, что промедление в этом вопросе чревато будущими последствиями.

А так пожелаем всем успехов. Впереди у нас много дел, и мы надеемся на то, что при тесном, грамотном и постоянном сотрудничестве можно решить многие проблемы. А Дмитрию Анатольевичу пожелаю – исключительно удобное время для того, чтобы избавиться от балласта, особенно в Правительстве. Там должны работать специалисты и высококлассные профессионалы. Тогда дела пойдут гораздо лучше.

Меня можете не брать, я не претендую ни на одну должность в Правительстве.

В.Путин: Когда Вы сказали, по‑моему, от Питера до Калининграда, Вы имели в виду от Ленинграда до Владивостока?

Г.Зюганов: От Владивостока до Питера.

В.Путин: До Ленинграда. Ленинград хорошо звучит из уст руководителя компартии.

Позволю себе некоторые короткие замечания. Нацпроект «Наука». У нас есть нацпроект «Образование», и в рамках этого проекта, конечно, нужно особое внимание уделить и науке.

Что касается авиации, то, Вы знаете, вообще лично разделяю Вашу озабоченность, именно поэтому была создана авиационная корпорация. Здесь мы, конечно, можем занять достойную нишу в авиастроении, именно достойную, с учётом опыта имеющихся у нас кадров и производственных мощностей.

Вопрос, конечно, в том, что мы выпускаем сегодня гражданской авиационной техники недостаточно. Проблема в том, чтобы выпускать не определённое количество машин, проблема в том, чтобы выпускать современные машины, конкурентоспособные на мировых рынках.

В военной, боевой авиации у нас такая конкурентоспособность обеспечена, в гражданской – пока нет. Тем не менее самолеты для транспортной авиации, специальной авиации, для среднемагистральных линий мы можем выпускать конкурентоспособные, даже определённые типы широкофюзеляжных самолётов можно выпускать. Всё это в совокупности с планами развития города Жуковского как научного, образовательного и производственного центра в авиастроении, надеюсь, даст положительный результат.

Полностью согласен с тем, что в решении жилищного вопроса одним из главных направлений является совершенствование земельных отношений. И что касается лапы, в которую нужно всё время давать, конечно, мы должны об этом думать постоянно, реагировать на это. Хорошо бы, конечно, эту лапу отрубить, как в средние века, было бы самым лучшим, наверное, решением.

Г.Зюганов: Полстраны без рук останется.

В.Путин: Ничего, стоит только начать – сразу и лапа не будет высовываться за соответствующей мздой.

Что касается того, что в прежние годы 12–19 процентов шло на сельское хозяйство. Неэффективно оно было, мы с вами знаем, к сожалению. Давали, может быть, в процентном отношении больше, а где были колбаса и мясо? В Москве, в Питере. «Длинное, зелёное, колбасой пахнет. Что такое? Электричка из Москвы». Мы знаем это все. Но то, что Геннадий Андреевич обратил на это внимание, это справедливо, конечно, и то, что мы не должны ослаблять внимания к развитию сельского хозяйства, это тоже абсолютно точно. И здесь будем работать совместно, имея в виду разные направления: и прямую поддержку сельского хозяйства, и тарифное регулирование, таможенное регулирование обязательно должно иметь место, развитие социальной сферы на селе. У нас программа есть, насколько она эффективно работает, надо посмотреть ещё раз. И продолжим кредитование. Национальная программа по сельскому хозяйству должна быть продолжена. Нужно обязательно поддерживать сельскую интеллигенцию.

Образование. По поводу того, что внедряется американская система. Она всё‑таки не американская. Болонский процесс носит универсальный характер, он евроамериканский и евроазиатский, он универсальный, мировой. На что бы я обратил внимание, в чём бы я согласился с Геннадием Андреевичем – навязывать её нельзя никому. Нужно использовать всё самое лучшее, что есть в российском образовании. У нас очень фундаментальная, хорошая образовательная система, но она, конечно, как и многое, нуждается в модернизации.

Теперь по поводу межбюджетных отношений. Возможности регионов и их доходы, безусловно, от года к году растут и растут серьёзно. Но в чём я с Геннадием Андреевичем согласен: нам нужно ещё раз посмотреть на финансовые возможности и собственные источники муниципалитетов.

Г.Зюганов: Местное самоуправление.

В.Путин: Да, местное самоуправление. Если уж мы заявили о том, что мы его будем развивать, если мы говорим о том, что это одна из основ развития российской государственности, то нужно посмотреть, хватает ли им собственных источников для решения тех задач, которые на них возложены законом. Это абсолютно точно.

Что касается субъектов, то хочу обратить ваше внимание: действовать, конечно, нужно крайне аккуратно. Но, как бы мы ни перекачивали 50 на 50, в некоторых субъектах всё равно мы не сможем создать такую ситуацию, при которой они будут самодостаточными. И здесь нужны структурные изменения. Мы от этого никуда не денемся.

Теперь по поводу пенсий. Вы знаете, и я уже об этом сегодня говорил, считаю это одной из самых важных задач на ближайшее время – совершенствование пенсионной системы. Правда, 90 рублей, которые получали в советское время, всё‑таки не соответствовали 400 долларам, как сегодняшние даже небольшие доходы российских пенсионеров. Это было значительно ниже, где‑то 120–150 долларов, если в пересчёте на доллары, да и на 90 рублей ни фига было не купить, извините. Мы же тоже знаем это. Но это, конечно, не значит, что не нужно думать о совершенствовании. Наоборот, и я уже об этом сказал, коэффициент замещения нужно не только удержать, а постараться повысить.

Ну и, наконец, пограничная зона и земельное регулирование. Полностью с Геннадием Андреевичем согласен. Обращу в самое ближайшее время на это внимание и Совета Безопасности, и Правительства.

В.Жириновский: Считаю, что цель встречи – не перечислять все недостатки, мы их знаем, а давать пути решения, иначе получается такой социальный мазохизм: здесь больно, здесь больно, здесь больно. Предпочитаю социальный садизм, чтобы ликвидировать эти болевые точки. Это вопрос подхода.

Вот конкретный пример: появился термин «женский капитал». Мы никогда не добьёмся решения демографической проблемы…

В.Путин: Материнский капитал.

В.Жириновский: …если будем идти по этому пути. Надо, наоборот, сделать его «мужским капиталом»: мужчины быстрее станут отцами, чем женщины матерями. Это доказано историей человечества. Мы – нет! Отсекаем мужчину. Его нет! И женщина не будет специально рожать второго или третьего ребёнка, а мужчина быстрее это сделает. И нас не интересует, от одной женщины это будет, от двух, от трёх… Нам нужен прирост населения. Задачу мы должны решить. Деньги есть. Как решить её? Нет, давайте по‑старому: мы ей дадим…

Не захочет она рожать второго ребёнка под свою будущую пенсию: ей всего 26 лет (средний возраст роженицы). А он захочет стать отцом. Это подход. Только уперлись в ту женщину, которая хочет родить.

Во‑первых, у нас есть регионы, где достаточно детей. Там не надо больше детей. Надо дать возможность рожать только там, где эта проблема существует. Почему такой охват, только в масштабах всей страны сразу? Только там, где есть проблема, как и уменьшение смертности. Там, где слишком высокая смертность, а не по всей стране, это тоже должны быть точечные удары, иначе такой колхозный вариант не дает эффективности.

И мы всё время делаем упор на низы: рабочие, крестьяне, бедные. Слушайте, когда мы будем об элите говорить? Все вопросы решает элита. Элита, я имею в виду необязательно чиновники, а гении, их нужно собирать. Америка на чём выигрывает? Она со всей планеты собирает самых умных людей. Мы не хотим собрать. У нас же есть 83 субъекта. Наверное, в каждом есть 10 наиболее умных людей, их нужно поддержать, им нужно помочь, чтобы они могли вложить свой труд. Они хотят, им мешают, потому что там, где чиновник глупее этого умного человека, он всё делает, чтобы этот человек вообще замолчал, он их раздражает. Он в Москву пожалуется, он ещё куда‑то поедет, он где‑то выступит, то есть этим тоже должен кто‑то заниматься, какая‑то особая кадровая служба.

У нас с вами подход, допустим, та же демография. А бездетные пары? Они хотят иметь детей, лечение стоит 50–100 тысяч – заплатите за них. Никто этим не занимается, у них нет денег, у этой средней семьи. Это сразу проблема, даже 10 процентов – 600 тысяч детей. Мы хвалимся: миллион детей – вот вам 600 тысяч ещё бы родилось в этом году, но мы не даём деньги на лечение. Потом есть искусственное осеменение, очередь стоит. Что вы делаете вообще? Прибор стоит 30 тысяч долларов, закупите 100 приборов – это три миллиона долларов. И сразу у нас получится дополнительное количество детей, то есть надо идти по пути, где хотят. А мы хотим силовой вариант: мы тебя заставим, на тебе 250–300–400. А она не хочет, деньги будут лежать, она будет думать. Есть очередь из тех, кто хочет. У нас же всё время нет желания спросить у людей: вы что хотите?

Вот правильная мысль пошла – малоэтажные дома. Что вы нам хрущёвки приводите в пример? Теперь их сносят. Вот тогда нужно было дать малоэтажные дома, в 17-м году, в 20-м, в 30-м. Люди бы жили в своих домах, никакого ЖКХ бы не было, и была бы демография, только там и рожают детей. Мы делаем упор на городское население, а городское население никогда не размножается. У нас 60 процентов живут на селе и в малых городах. Где программа развития малых городов России? Где? Ведь там пьянство, там наркотики, там преступность – всё там. А мы всё делаем: вот Москва, Петербург, Ростов. Красивые, упакованные города, а все проблемы в малых городах, и дорог там нет как раз. Единственное министерство, которое нужно создать именно как советскую модель, – министерство дорожного хозяйства, и жёсткое планирование, и все должны за это отвечать. Деньги есть, как и на олимпийские объекты.

Почему не берём деньги с юга? Уже из ушей лезут деньги у лидеров некоторых арабских государств. Огромное количество свободных капиталов! Триллионы долларов! Они хотят вложить в Россию, Россия не принимает, только на Запад, западные банки и раскассирование по западным стандартам. Они готовы дать любое количество денег, под любое, им нужно их вложить, эти деньги пропадают, срочно вложить. Мы их не пускаем. Нужно создать министерство внешнеэкономических связей. Нельзя, чтобы это был маленький департамент в Минэкономики. Кто там отвечает за всю внешнюю торговлю? В Америке есть отдельное Министерство внешней торговли – у нас вообще нет. Кто отвечает? Огромное количество торгпредств позакрывали! Кто вообще в торговле? Вы вообще знаете, что у нас один чудак из Сомали уран возит, от имени России, и продаёт, обогащается. Это нам Сомали готово давать уран, самое дорогое сегодня топливо, а он с русским паспортом зарабатывает бешеные деньги. Там нет власти, там тяжёлое положение в стране, но где наши контакты? Полно стран, где есть нефть и газ – всё это мы могли под себя подобрать. Мы даже деньги не хотим подобрать.

Олимпийские объекты мы обсуждали в Думе. Пожалуйста, сколько они стоят? Посчитать не могут. Беру в два раза больше – 50 миллиардов. Пожалуйста, они дают деньги, почему мы не хотим взять? А наши деньги из бюджета, то, что мы выделили, бросить на развитие всего юга: Краснодарский край, Волгоградская область, Астрахань. А они всё сделают «под ключ». Почему не хотят так сделать? В этом направлении есть огромные возможности. Поэтому по жилью: дайте возможность людям строить свои дома, тогда не будет безработицы и будет идти демография. Дайте ему «Оку», чтобы стоила копейки, небольшой дом, 100 метров всего площадью, и «Ока» во дворе. Сразу появятся двое-трое детей, и дорогу будем строить туда, и там же инфраструктура сама потянет семейный бизнес, вдоль дорог он всегда развивается: и частные гостиницы, и автомойки, и автосервис. То есть вытягивается.

Мы по советской схеме сверху раздаем цыплятам, они поклевали и снова пищат, снова мы даём и снова им вместо удочки – рыбку. Пока хватит, лет на 20, на 30. Но эта советская система отучила людей работать, отучила быть собственником. У нас никто не хочет быть собственником. Где очередь людей, которые хотят быть собственниками? Боятся, не хотят. Почему не идёт ТСЖ у нас? Боятся быть собственниками жилья. Как это мы – собственники? Отвечать надо.

Я был председателем ЖСК, у меня всё было идеально: сухой подвал, никаких протечек, я командовал сам, всё сам делал, не боялся. Но я внук фабриканта, а у нас сегодня дети шариковых, дети рабочих и крестьян, которые забыли, что такое собственность, забыли, что такое собственный труд, чтобы за него биться.

Как лохов их разводят: до сих пор финансовые пирамиды. Что это за милиция? Доходность 30 процентов. Да немедленно арестуйте! Доходность 40? Это сумасшедшие. Доходность 50 – вообще нужно бить в колокол.

Спокойненько несколько лет фирма действует, тысячи людей обмануты, сотни миллиардов увезли за границу, а теперь говорят: обманутые, финансовые пирамиды. А где начальник петербургской милиции? Погоны сорвать с него! Он что, не видит, что происходит в городе? Доходность выше 15 процентов – уже звонок дежурному или начальнику управления этого города. Какой банк даёт 15? А 20, 30? То есть заставляем людей волноваться, а потом таблетки даём. Давайте им нормальные условия для жизни. Никакие лекарства не помогут, должно быть нормальное хорошее настроение.

Посмотрите, наши послы, 150 лет назад царь сказал: нужны востоковеды, мы – страна, связанная с Востоком. До сих пор в послы идут чиновники. Он ничего не понимает в Казахстане, в Узбекистане, в Таджикистане, в Азербайджане, в Молдавии. Он там поучился пять лет – и уехал.

Должны ехать специалисты. Мы ведь для чего создали Институт востоковедения? Десятки институтов готовят специалистов! Посол не знает языка, не знает страны, не знает обычаев. Это недопустимо! На Востоке личные знакомства играют роль. Десять раз я приезжал в Ирак, и Саддам Хусейн меня бы послушал, но вместо меня накануне войны направили чиновника, которого он ненавидел и не стал с ним разговаривать. А они хотят видеть тех, кого они знают. Этим людям они верят. Это Восток. Там не играют роли ни звания, ни должности. Личные знакомства играют роль. И мы Восток не переделаем. А наш чиновник даже не знает, в этой стране сунниты или шииты, какие обычаи.

Нашей внешней политике нужно делать упор на юг. С Прибалтикой нам трудно что‑либо делать, хотя здесь тоже более энергично можем поддержать русскоязычное население. Но Казахстан, Средняя Азия и Закавказье – там деньги, там у нас всё купят. Вот простой пример: какой самый большой торговый договор между Россией и любой страной мира был заключён в последние 10 лет? С Ираком, 40 миллиардов долларов. Кто сделал? Я один сделал, все наши специалисты ничего не делают. Торговый оборот – три миллиарда, пять миллиардов, я один договор сделал, заставил. Но война, уже ничего не успели: заключили осенью 2002 года, а весной уже война. Но остальные что делают? Они обеспечили, чтобы с нашей страной хотели торговать на десятки миллиардов и всё у нас купить? Готовы покупать наши «Волги», которые никто больше в мире не покупает. Каддафи готов покупать наши «Москвичи» – завод «Москвич» уже рухнул, а вместо нас работают французы. Сколько арабских стран хотят сотрудничать – никто ничего не делает. Я пишу в Минэкономики, пишу, кто у нас занимается, председатели межправкомиссий, кто они такие? Они соображают вообще, какой комиссией они руководят? Туда не выезжают даже, ничего не знают. И вместо нас в Ливии сегодня французы и американцы. Уже нет никакой блокады Ливии, но нас там нет. Мы можем там строить атомную станцию, железную дорогу, всё можем делать, всё продавать, покупать, нас там нет вообще. И так по многим другим регионам. С чего я начал – это люди, специалисты, ими надо заниматься.

Выпустили огромное количество специалистов, они не нужны, но кто мешает создать базу данных и выдавать лицензию вузу? То есть он будет готовить специалистов по специальности, которая нужна России. И, получается, в одном городе сидят безработные специалисты, подготовленные коммерческими вузами, впустую работа коммерческого вуза, дети безработные, родители злятся, а в других местах нет нужных специалистов. И фальшивые дипломы – откуда они берутся? Заведите одну базу данных, единый реестр, запрос – и мы видим, что этот диплом фальшивый. Товарищ будет знать, что он купил где‑то диплом, но в базе данных в масштабах России такого диплома нет. Это элементарно бороться с такими вещами, то есть везде должна быть база данных и на людей, и на документы.

У нас всё время говорят: много чиновников. Но должна быть сопоставимая статистика. У нас чиновников меньше, чем в США и Британии, в расчёте на 100 тысяч населения. Нужно брать в расчёте на 100 тысяч, сопоставимые данные, потому что у нас такая страна, по территории нельзя ни с кем сравнивать, мы должны сравнивать количество жителей на один квадратный километр. Сколько у нас? В 20 раз меньше, чем в Европе. Сколько у нас с Китаем? Вообще тысячи, порядок тысяч уже, количество населения. Тогда можно понимать, сколько у нас населения, то есть чиновников не хватает, а мы, наоборот, требуем, чтобы их сокращали. Поэтому здесь тоже нужен подход, как решать проблемы.

По жилью: мы до сих пор строим огромные дома, детский сад строим, всё сделаем. Они въедут – иждивенцы, нахлебники – и потом будут требовать ремонт этого дома. Он должен сам всё делать, он сам отвезёт своего ребёнка в ближайшую школу, он сам найдёт врача – надо заставить человека самого работать. У нас советская система: мы вам всё сделаем, ребята, только въезжайте, всё для вас сделано. Люди не умеют работать, не умеют мыслить. Моя фабрика работает до сих пор под Ровно, мой дед построил. Где остальных фабрики, где фабрики ваши? Что вы, что ваши родственники сделали? Она стоит и до сих пор фурычит 102 года, остальные несут цветы к памятнику Сталина, Ленина. Они мертвецы, и страны, которую они создали, нет. Поэтому оценка работы чиновника – по факту. Прошло 75 лет, все у вас рухнуло, ребята, не надо гордиться больше и не надо выдвигать лозунги «Вся власть Советам!». Мы уже имели эту власть, и будёновку не надевайте, потому что кому‑то неприятна эта будёновка. В Киргизии и Казахстане – покажите там будёновку, они вообще вас выгонят из дома, они до сих пор помнят, как эта Красная Армия под руководством Будённого и Фрунзе туда приехала. Сегодня мы показываем по телевизору снова будёновку. Захочет Киргизия и Казахстан быть с нами? Что мы показываем всё время? Мы должны понимать отношение народов. А если в Тбилиси открыли музей оккупации, нужно показать, кто туда привел 11-ю красную армию – Орджоникидзе. К нему и давайте все претензии, он прислал туда армию, мы её не посылали туда, он захотел взять Тбилиси и телеграмму Ленину послал: «Над Тбилиси реет красное знамя!» Лучше бы оно не реяло там никогда. Сегодня мы потеряли Тбилиси. На что ушло 90 лет? В пустоту ушло. Кто решал проблемы? Чиновники. Исходя из каких убеждений? Идеологических.

В этом наша с вами проблема. Идеологии не должно быть, а должен быть человек, который сам работает, сам зарабатывает, и только экономические параметры.

Пенсия. Сто раз будете заниматься накопительной частью, ничего не получится. Профессиональная пенсионная касса. Пусть шахтёры в свою кассу вносят, учителя в свою, дорожники в свою, его касса, родная, пенсионное накопление переходит по наследству, это он вложил. А у нас что? Платить нечего пенсионеру, а всю жизнь из него высчитывали, из зарплаты, а это всё в пустоту ушло, то есть опять к человеку не привязано. Должна быть его постоянная касса, в 20 лет начал платить – в 60 получи свою пенсию. Если нет детей, ты в пять касс положишь деньги, будешь получать пять пенсий, не нужно никакого собеса. А это бегают и прыгают: нет. Чего нет? 122-й закон мы приняли. Чего левые критикуют его до сих пор? Почему никто не объявит, что 80 процентов населения поддерживает данный закон? Отказались от социального пакета. Что молчит Исаев ваш или министр новый Голикова? Если страна уже поддержала закон, прошло три года, значит, правильный закон? Нет, всё равно в пропаганде идёт одно: вы всех ограбили, всё у всех убрали и так далее. Это отрицательная информация, она действует на людей.

Последнее. Раз я с кадров начал, то хотел бы, чтобы и новый Президент, и старый Президент всё‑таки заменили большую часть губернаторского корпуса, большую часть руководителей всех телерадиоканалов и газет. Мы можем облегчить жизнь наших граждан нормальной информацией. Вы посмотрите вечером телевидение: по всем каналам ЧП, сколько умерло, погибло, горит, отравилось, и тут же – боевик, детектив, опять кровь, насилие, наручники, все бегут в убойные отделы. Что мы со страной делаем? Таких нет передач ни в одной стране мира! Или дурацкий «Аншлаг» какой‑нибудь: опять высмеивают, опять все пьяницы, опять все импотенты. «Эхо Москвы» только «Виагру» рекламирует. Какая «Виагра»? Зачем «Виагра»? Зачем это делают? Нигде в мире это не рекламируют. Не хочет мужчина – и не надо. Нет, давайте заставим его! Потом его похороним. Говорят: умирают в 59 лет. Так вы же их доводите до этого! Вы их заставляете, так сказать, запрограммировали. Пусть он отдыхает!

Проблема мужчин – однажды в пропаганде прозвучало – якобы пусть всё будет для женщин. В России нельзя всё для женщин: мы и так уничтожили мужскую часть населения. Посмотрите на то, как управляют всеми процессами в развитых странах. Там мужской капитал. Это интеллект нации, сформированный столетиями. А мы вырезали элиту в 1917 году, в 1941 году, в 1991 году она разбежалась. Вы понимаете, что страна – без элиты? Такого не бывает! Элита – пять процентов населения. Значит, у нас сколько должно быть? Семь миллионов. Мы их сто раз уничтожили в 1917-м, сто раз уничтожили в 1941-м. И сейчас две элиты, 15 миллионов, выехали. Это проблема, поэтому на это нужно делать упор.

Что за федерализм? Какой федерализм? На национальной основе – это гибель государства. Если федерализм на то, чтобы курировать развитие регионов, так регион должен быть самодостаточный. Мы не хотим человеку дать, чтобы он стал самодостаточным, и региону. Что это за карлики-регионы по 20 тысяч населения? Самодостаточный регион – три миллиона. Создайте 50 регионов по три миллиона населения, и они будут самодостаточными. А деньги отдавать, чтобы они ушли в неизвестном направлении, – это худший вариант. Поэтому главный упор – на человека, и в этом смысле сегодня блестящие возможности.

Если нужна стабильность, давайте сделаем стабильной и политическую систему, чтобы здесь тоже была стабильность, чтобы каждая партия знала свою нишу, свой сегмент, знала свою пропорцию в поддержке населением этой политической партии. И чтобы вариации были один-два процента, как за рубежом. Проди победил, теперь Берлускони, они будут друг друга менять, и всё время у них разница один-два процента. Нам эта чехарда не нужна, у них правительство держится один год. Нам выгодно, чтобы было дольше. Но внутри демократии чтобы какая‑то была устоявшаяся структура, чтобы не было лишних или каких‑то искусственных игроков.

И, конечно, самое последнее – это пропаганда. Ещё раз настаиваю: нужен министр пропаганды. Не нравится слово – министр информации, но человек, который бы отвечал за всё, объяснял, растолковывал. И ликвидировать жёлтую прессу. Жёлтая пресса провоцирует разврат и распад семей. Надо, наоборот, показывать, как хорошо в семье, а они всё время сообщают, кто развёлся, как развелись, сколько имущества, как делят, как дети – самая популярная пресса. Каждый день подросток, семья читают газету, сколько ещё разведётся. У нас и так больше всего разводов на тысячу населения в мире. Сколько же можно бить по семье? Пропаганда должна быть каким‑то образом переформатирована. Но здесь всё играют люди. Люди есть, поэтому смелее подобрать людей, есть и молодые, есть и старший возраст. Возраст, пол, национальность не играют роли, главное – это талант. Нам нужно скорее компенсировать те последствия, которые мы сегодня переживаем от того, что мы слишком сделали упор в 1917 году на низы и уничтожили верхи. Теперь нужно остановиться посередине по всем позициям: в демократии, в экономике, в человеческом потенциале. Посередине – это самое сложное, самое неприятное, это никому не нравится. В России любят крайности: или шашки наголо, или разнузданный разврат, как было в ельцинскую эпоху, развал. А посередине – это серый вариант, который не очень нравится. Нужна пропаганда, чтобы все поняли, что серый вариант самый хороший, посередине, никуда не надо больше нам, влево и не очень вправо, упор на элиту, упор на гениев – полно умных людей в стране, но им не дают возможности влиять на судьбу нашей страны.

В.Путин: Спасибо большое, Владимир Вольфович.

Пару замечаний. Вы говорите: не материнский капитал, а мужской. Не скрою, что у нас с Вами здесь точки зрения не совпадают. Более того, сам термин «материнский капитал» я придумал, и сама идея мне принадлежит. Я исходил из того, что всё‑таки на женщине лежит основная нагрузка по рождению ребёнка и по его воспитанию. Сегодня у нас такие условия в стране, да и в других странах, в том числе в европейских, именно такие условия, а у нас тем более – на женщине основная нагрузка. И я посчитал, что государство должно оказать поддержку именно женщине – и моральную, и материальную. Но это не значит, что мы не должны думать об отцовстве, конечно, на этот аспект нужно обращать самое серьёзное внимание. И если мы хотим, чтобы Год семьи у нас был не формальным, а чтобы действительно семьи у нас укреплялись, то, конечно, и отцовству нужно уделять необходимое внимание и поддержку.

Помогать рожать семьям там, где мы сталкиваемся с особыми проблемами рождаемости, конечно. Однако хочу обратить ваше внимание на то, что демографическая программа, которую мы разработали, направлена на стимулирование рождения именно второго ребёнка. Там, где у нас нет проблем с рождаемостью, откровенно говоря, там не очень эта программа и работает, потому что там в семьях по три-четыре ребёнка. Мы с вами хотели стимулировать рождение именно второго ребёнка, и мы добились этого результата, потому что в так называемых исконно русских регионах, где у нас самая острая проблема, программа начала работать, функционировать. Именно в этих регионах мы сейчас получаем нужный нам результат. И, конечно, мы должны посмотреть, что можно сделать дополнительно для того, чтобы эту демографическую проблему решать и дальше.

По поводу того, чтобы собирать у нас специалистов. Конечно, мы ещё очень мало для этого делаем, и, конечно, Владимир Вольфович справедливо обратил наше внимание на эту проблему. Никакая кадровая служба нам не привлечёт сюда высококвалифицированные кадры, даже выехавшие когда‑то за границу. В этом смысле можно без всякого преувеличения сказать, что высококвалифицированная рабочая сила – это товар. И он будет искать условий наилучшего применения: заработная плата, жилищные условия, научное и специальное оборудование. Вот три основных элемента, которые нужны для того, чтобы сюда приехали хорошие специалисты и здесь работали. Но это не значит, что мы не должны этого делать. Наоборот, все нужно сделать для того, чтобы привлекать сюда высококвалифицированные кадры.

По поводу того, что нам необходимо привлекать иностранный капитал. Полностью согласен. Конечно, мы и дальше должны будем это делать. Вместе с тем обращаю Ваше внимание, что в прошлом году чистый приток частных капиталов в российскую экономику составил 81 миллиард долларов – самый большой за всю историю России. Никогда такого не было. И дальше будем действовать в таком же духе.

Что касается Ливии, то мы с Вами, Владимир Вольфович, уже в личных беседах возвращались к этому. У нас есть проблема финансового характера с этой страной. Мы сейчас находимся в очень активном диалоге. Не исключены и взаимные визиты на самом высоком уровне. Правительство сейчас работает над тем, чтобы активизировать нашу работу на ливийском направлении. И Вы совершенно справедливо обратили на это внимание.

По поводу ТСЖ: «люди боятся стать собственниками». Не согласен с Вами – не боятся они стать собственниками. А мы с вами создали такие условия, что они не хотят быть собственниками, потому что, как только они становятся членами ТСЖ – товарищества собственников жилья, на них сразу накладывается нагрузка по ремонту этого самого жилья, которое мы с вами бросили несколько лет назад. Сегодня он просто пользуется этим жильём, не являясь собственником, и государство обязано ремонтировать. Мы загнали всё в тупик, недоремонтировали, а теперь говорим: возьмите всё в собственность, но сразу же выньте из кармана и заплатите деньги за ремонт. Нам самим это надо сделать. Поэтому мы с вами и создали фонд ЖКХ. Нужно привести всё в порядок, а потом предложить людям – так же как и решать некоторые другие вопросы, с тем чтобы ТСЖ были привлекательными.

Теперь по поводу того, что СНГ – одно из важнейших направлений в нашей международной деятельности. Конечно, так и есть. Правда, страны Прибалтики, как известно, в СНГ не входят. Они входят в ЕС и НАТО. Хотя и с прибалтийскими странами, конечно, нам нужно работать. И, вы знаете, по некоторым направлениям мы видим большой интерес наших и прибалтийских коллег в совместной работе, в том числе, скажем, в энергетике.

Я совсем недавно, как вы знаете, встречался с канцлером ФРГ Ангелой Меркель, она тоже обращала внимание на некоторые энергетические проблемы в этой части Европы. И здесь мы могли бы быть очень эффективными при решении общих региональных задач.

Теперь качество оценки чиновников. Здесь я полностью согласен с Владимиром Вольфовичем. Правительство и Администрация Президента разрабатывают критерии определения качества работы чиновников как в регионе, так и в самом Правительстве. И, конечно, этому нужно уделить особое внимание.

Накопительная часть пенсий, насколько я понимаю, и так у нас переходит по наследству. Так что здесь я, честно говоря, не знаю, что можно и добавить.

Теперь по поводу того, что мужчины не хотят – и не надо. Не согласен. Знаете, шутки шутками, условия надо создавать, чтобы и мужчине, и женщине было в радость производить потомство. Я видел, как Светлана Сергеевна в каком‑то интервью сказала: мы хотим ещё одного ребёнка. Условия надо создавать, и тогда у людей будет появляться это желание иметь и второго, и третьего, и четвёртого ребёнка. И об этом мы с вами должны подумать.

Самостоятельность регионов, самодостаточность. Здесь я с Владимиром Вольфовичем полностью согласен. Я уже так, между прочим, заметил, что как бы мы ни совершенствовали межбюджетные отношения, но есть такие регионы, которые никогда не будут самодостаточными в силу просто объективных обстоятельств. Нужно подумать о том, чтобы спокойно, без всяких революций в диалоге и в рамках действующего законодательства, это хочу подчеркнуть, в диалоге с регионами думать о том, как производить системные изменения.

По поводу ликвидации жёлтой прессы – спорный вопрос. Так мы можем добраться и до всей прессы, а как же с коррупцией бороться? Здесь, знаете, такая тонкая вещь, хотя, конечно, в самой корпорации средств массовой информации должны вырабатываться критерии качества и объективности работы, высокого профессионализма.

И, наконец, последнее замечание. Владимир Вольфович сказал, что нужно обращать внимание на элиту, с ней работать, а от рабочих и крестьян – Вы сказали, я записал дословно – появляются только дети шариковых. Я сам из рабочей семьи, Владимир Вольфович. Я с Вами абсолютно не согласен. Нет-нет, я записал дословно. У нас талантливый народ. Нам нужно бороться с бедностью и решать проблемы образования. И не люди виноваты в том, что часть населения у нас деградирует в связи с бедностью, в которую мы её загнали за предыдущие 15 лет. Это наша с вами вина. Лично я 15 лет назад не был и не работал в таких высоких и важных кабинетах. Мы сегодня здесь, и это наша вина и наша ответственность – бороться с бедностью, решать проблемы здравоохранения и образования. И по этому пути мы должны идти, и над этим мы должны, мне кажется, думать.

Пожалуйста, Александр Михайлович Бабаков.

А.Бабаков: Спасибо большое.

Хотел бы вернуться к тому, с чего начинался наш разговор – о том, что предметом этой встречи является договорённость или разработка тех инициатив, в том числе и оформление в законодательном виде, которые волнуют сегодня общество.

Понятно, что целью развития нашей страны является переход к инновационному пути развития. Поэтому скорейшим шагом, наверное, является разработка национальной инновационной стратегии, понимая, что там должны быть определены и цели, и способы достижения этих целей. Мы понимаем, что денег, наверное, всегда будет не хватать, и поэтому очень важно понимать, что в нашей стране нужно создавать очаги инновационного развития и экономического роста. И одним из ключевых моментов модернизации государственного управления в этой ситуации, наверное, должен являться переход от текущего к стратегическому или долгосрочному планированию, понимая, что это планирование должно включать в себя не только внутриотраслевое, но межотраслевое, межрегиональное и международное сотрудничество.

Мы понимаем, что тема инноваций настолько сложна, что она охватывает все сферы нашей жизни, понимая, что основой всё‑таки является экономика. И используя, может быть, уже забытые, но всё‑таки экономические термины советского периода, надо говорить о том, что мы должны сделать акцент на развитие производства средств производства для производства средств производства. То есть мы должны всё‑таки производить то оборудование, которое в конечном итоге позволит нам говорить уже о выпуске готовой продукции внутри страны. И это является ключевым. Хотя здесь надо понимать, что инновация не может касаться ни сферы образования, ни науки. То есть это абсолютно универсальный сегодня термин, который охватывает все сферы нашей жизни.

Мы должны, наверное, говорить о том, что программно-целевой метод, который был применён в реализации национальных проектов, доказывает свою актуальность. И, используя подобный метод, мы должны говорить о том, что его необходимо внедрять опять же прежде всего в сфере экономики. И, говоря об опыте национальных проектов, если позволите, сделал бы акцент на нескольких моментах.

Признавая всю позитивность национальных проектов, нельзя не сказать о том, что национальные проекты продемонстрировали возможность консолидации общества над серьёзными проектами. А консолидация общества нужна в том числе и в самые острые моменты жизни нашей страны. Здесь был упомянут проект или тема борьбы с коррупцией. Но ни одно ведомство не в состоянии решить этой проблемы, если общество не поймёт и не примет консолидированного участия в решении этой проблемы. Поэтому опыт национальных проектов в данном случае не просто позитивен, а указывает на направления, по которым надо идти.

Понимаю, что среди четырёх национальных проектов три относились к сфере непроизводственной сферы. И только сельское хозяйство можно отнести к материальному производству. Надо сказать, что я не являюсь сторонником предложения или расширения количества национальных проектов, но надо понимать, что они указали опять же основное. Не претендуя на решение всех проблем, они явились таким локомотивом или источником для подталкивания, в том числе и сотрудничества других отраслей, для решения конкретных задач, поставленных в национальных проектах.

Понимаю, что роль Думы в том, чтобы законодательно обеспечить и саму реализацию инновационной стратегии, но также и обеспечить ряд конкретных, сиюминутных проблем. В частности, законодательно обеспечить ограничения законодательных барьеров на пути принятия эффективных экономических решений. Это уже сделано путём принятия закона о саморегулирующих организациях, к которым можно отнести и создание крупных государственных корпораций, но этого мало, этого недостаточно. Поэтому в этом направлении нужно идти дальше, чтобы найти некий союз между государством, гражданским обществом и субъектами экономических отношений. Тем самым мы обеспечим большую интегрированность общества в решении тех экономических задач, которые стоят перед нашей страной.

Понимаю, что решение этих вопросов невозможно без серьёзного привлечения профессиональных кадров. Наверное, надо смело говорить о том, что государство должно просто инвестировать в создание высокопрофессиональных государственных управленцев, служащих, которые в течение длительного времени будут обеспечены возможностью совершенствовать свой опыт и знания на пути решения тех задач, которые стоят конкретно в отрасли. Может быть, даже имеет смысл говорить о пропаганде определённого культа государственного чиновника, профессионала, которому поручено обществом решение серьёзных задач. Мы слишком давно говорим о государственных служащих как о людях, которые не всегда адекватно выполняют свои задачи, и порой противопоставляем их основной части населения.

Если говорить о роли государства в нынешней ситуации, то я бы всё‑таки поддержал идею того, что при государственно-частном партнёрстве приоритет, наверное, на сегодняшний день должен отдаваться государству. Опыт и мировой, и российский показывает, что частный капитал прежде всего устремляется в те сферы, где высока норма рентабельности, где высока скорость оборота капитала, но не всегда он самостоятельно способен принимать решения, способствующие выполнению тех задач, которые стоят непосредственно перед государством. Поэтому роль государственного влияния на эти процессы очевидна, и создание государственной корпорации здесь можно только приветствовать.

Поэтому, говоря об инновационном пути развития нашего государства, я соглашусь с одной идеей: нам сегодня нужно завершить создание инновационной стратегии развития страны.

В.Путин: Спасибо большое.

Позволю себе только одно замечание. Хотя и идея о необходимости союза между государством, гражданским обществом и работодателем (так я понимаю, в этом была главная идея), она, конечно, абсолютно правильная, привлекательная, но и в рамках трёхсторонней комиссии мы пытаемся это делать, но имея в виду, что там профсоюзы работают. Но, конечно, я так понимаю, что Александр Михайлович хотел бы пошире поставить эту проблему, согласен полностью.

По поводу культа чиновника. Хорошо бы, конечно, без культов уже, но что абсолютно правильно и в чём я согласен с Александром Михайловичем, это в том, что нам, конечно, нужно повышать авторитет чиновников в сочетании с контролем их работы и с объективной оценкой результатов их деятельности, как предложил Владимир Вольфович. Это абсолютно правильно и совершенно очевидно.

И позвольте мне предоставить слово Дмитрию Анатольевичу Медведеву.

Д.Медведев: Спасибо, Владимир Владимирович.

Несколько слов скажу в порядке реакции на то, что прозвучало. Большинство тем подробно и основательно осветил Президент. Тем не менее вернусь к тому, что звучало.

По структуре управления. Действительно, это сейчас сложная тема, которой я намерен постоянно заниматься в ближайшие два месяца вместе с Владимиром Владимировичем и другими коллегами, но мы должны взвесить, что было позитивного достигнуто за последние три-четыре года, и отделить, что называется, зерна от плевел, ликвидировать неэффективные звенья в структуре управления. Но мне представляется, что полный отказ от принципа, который был заложен в ходе реформы, произошедшей четыре года назад, был бы тоже неправильным.

Проиллюстрирую на простом примере. Если мы вернём контрольные функции министерству, то тогда министерство, которое издаёт нормативный материал, то есть определяет политику отрасли или нескольких отраслей, будет контролировать само себя, и это неправильно. В этом смысле всё‑таки контрольные учреждения должны остаться.

Что же касается того, какое количество министерств, агентств и служб необходимо, – это вопрос, который требует дальнейшего обсуждения. Рассчитываю на совместную работу с парламентскими партиями, с депутатами Государственной Думы в этом вопросе. Это важный вопрос.

Здесь звучала тема, связанная с IT-технологиями. Безусловно, это необходимо поддерживать, и идея приравнивания IT-предприятий к любым малым предприятиям или, во всяком случае, использования ряда принципов, применяемых к малым предприятиям, в том числе и принципов вменённого налога, наверное, следует рассмотреть минимум как один из возможных способов поддержки IT-технологий и IT-производства в нашей стране. То же самое относится и к НИОКРам.

По землям. Неоднократно звучали и в выступлениях, и в комментариях Владимира Владимировича соображения о том, что нам здесь делать. Я просто обратил бы ещё внимание, что необходимы стимулы и для земель сельхозназначения, и для земель Министерства обороны, чтобы эти земли возвращались в оборот. Чтобы они не пустовали, а чтобы на них решались или производственные задачи, если это задачи по развитию сельскохозяйственного производства, в том числе и нового, нетрадиционного для нашей страны, или социальные задачи, потому что тем же самым военным не хватает жилья. В то же время довольно большое количество земель пустует, и мы об этом с Министром обороны неоднократно говорили. Сейчас предложения готовятся.

То, что звучало в отношении поддержки науки и наших программистов, которые действительно частично оказались за рубежом, это всё справедливо. Но справедливо и то, что некоторые из них там стали исключительно успешными, и поэтому они, по сути, там пополнили элиту. И наша задача сейчас, может быть, даже не столько стимулировать возврат – где возможно, это было бы хорошо, – сколько стимулировать тех, кто завершает учебный процесс. Стимулировать, чтобы они оставались работать в нашей стране, получали достойные деньги, а деньги мы уже за такую работу платим. Квалифицированный программист сейчас получает весьма приличную зарплату, речь идёт о суммах не менее 25 тысяч рублей. В этом смысле у нас как раз, может быть, даже мало их готовится, и зачастую люди переквалифицируются с обычных инженерных профессий на специальности программистов.

В отношении восстановления жилья: у нас не 230, а 240 миллиардов рублей. Но ведь основной смысл был не в том, чтобы за счёт этих 240 миллиардов рублей покрыть все расходы на ремонт, на ветхое и аварийное жильё. Это невозможно, это стоит гораздо больших денег. Идея была в том, чтобы простимулировать работу в регионах, чтобы эти 240 миллиардов рублей стали стартовым капиталом для начала работы в регионах. Поэтому мы придумали специальный механизм, как эти деньги распределяются между регионами. И, по сути, это форма поддержки, форма стимулирования тех регионов, которые успешны и в ремонте, и в создании нового жилья, и в ликвидации ветхого фонда по тем нормативам, которые утверждает соответствующая государственная корпорация. Но, конечно, эти деньги не покроют всех затрат. Эти затраты должны финансироваться из трёх источников: федеральные деньги, большая часть должна идти из регионального бюджета и, наконец, внебюджетные источники. Это тоже очень важная вещь.

Три вещи, о которых сказал Владимир Вольфович. Хотел бы поддержать идею развития малых городов и сёл через малоэтажное строительство. Это абсолютно перспективная вещь. И надо особенно поддерживать те регионы, которые этим активно занимаются. В некоторых регионах процент строительства малоэтажного жилья уже составляет 70–75. Это именно то, что нам нужно. А у нас обычная пропорция наоборот – процентов 30 мы строим индивидуальных домов, малоэтажного жилья, и процентов 70 – городских домов.

В отношении дорожного хозяйства – то, что тоже было сказано Владимиром Вольфовичем. Министерство, наверное, это некоторый перебор, потому что всякого рода новые бюрократические структуры, как правило, вносят только новые неприятности. Но государственную компанию, которая должна заниматься дорожным строительством, создать, видимо, необходимо. Об этом было сказано не так давно. Эта компания должна сама будет организовать работу по строительству дорог. И такие предложения сейчас готовятся.

И, наконец, было справедливое упоминание по поводу всякого рода мошеннических схем пирамидального свойства. За этим точно должны следить и финансовые, и правоохранительные органы. И если реально обещаются неконкурентоспособные проценты, доходы, на это государство должно реагировать. И в случае обнаружения признаков преступления просто возбуждать уголовное дело, а не ждать, пока все это посыплется.

И последнее. Мы должны наконец завершить кодификацию законодательства о государственной службе. И это, кстати, уважаемые коллеги, прежде всего ваша задача. Но, естественно, предложения должны быть окончательно сформулированы, потому что у нас принят ряд базовых законов и Закон «Об основе государственной службы», и законы об отдельных видах государственной службы, но не всё. И когда мы это сделаем, появится возможность и для того, чтобы решать ту задачу, о которой сказал Президент, то есть поддерживать уважение к государственным служащим, реальное уважение, не создавая соответствующих культов.

Хотел бы специально ещё раз подчеркнуть полезность таких встреч, которые проходят в открытом и публичном диалоге. Это полезно для всех присутствующих, полезно для исполнительной власти, полезно для всех граждан.

В.Путин: Спасибо большое.

Хочу поблагодарить вас за очень конструктивное начало нашей сегодняшней встречи, за конструктивное обсуждение тех вопросов, которые подняты сегодня для обсуждения. Без всяких сомнений, эти встречи очень полезны, важны и будут иметь продолжение в нашей практической работе.