Документ /

В ходе встречи с Уполномоченным при Президенте по правам ребёнка Павлом Астаховым и Генеральным прокурором Юрием Чайкой Дмитрий Медведев сообщил, что подписал закон о внесении изменений в ряд законодательных актов, направленных на защиту интересов детей, в частности, в закон об основных гарантиях прав ребёнка.

* * *

Д.Медведев: Прежде чем обсудить основную тему нашего разговора – она, конечно, будет касаться защиты прав детей, – хотел бы проинформировать вас о том, что я только что подписал закон о внесении изменений в целый ряд законодательных актов, которые направлены на защиту детства в нашей стране, в частности, в закон об основных гарантиях прав ребёнка, по которому вводится целый ряд новых норм.

Надеюсь, Павел Алексеевич, для Вас это будет полезно. Имею в виду и определённые новые возможности, которые касаются Вашего доступа как Уполномоченного по правам ребёнка при Президенте Российской Федерации, уполномоченных, которые существуют в субъектах, к целому ряду важных сведений, включая конфиденциальную информацию о регистрации актов гражданского состояния, данных, которые касаются прав на недвижимое имущество. Кроме этого вводятся дополнительные права, Ваши полномочия, касающиеся посещения мест лишения свободы, некоторых других специальных мест, где до этого появление Уполномоченного было менее чётко регламентировано. Это первый законодательный акт.

Кроме того, я подписал закон, который вносит изменения в статью 22 закона об основных гарантиях прав ребёнка, которая касается порядка представления государственного доклада о положении детей и семей, которые имеют детей в Российской Федерации. Таким образом, нормативная основа для деятельности Уполномоченного по правам ребёнка, а также вообще системы защиты прав и интересов детей совершенствуется.

Я специально позвал вас совместно, потому что этой задачей в нашей стране занимается и Уполномоченный при Президенте, и уполномоченный, который существует в регионе, и занимается, естественно, в силу своей компетенции Генеральная прокуратура и другие прокуратуры, подчинённые Генеральному прокурору, осуществляя общий надзор за состоянием законности в этой сфере.

Хотел бы, чтобы вы вкратце рассказали о том, как обстоят дела и что в настоящий момент является наиболее актуальным в свете только что подписанного мною закона.

Пожалуйста, Павел Алексеевич.

П.Астахов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Те изменения, которые сейчас вносятся по Вашей инициативе, очень важны. Что касается государственного доклада, то, конечно же, государственная политика в области защиты детей не может осуществляться отдельно от защиты семей с детьми. Потому что мы знаем, что лучшая среда для жизни ребёнка – это всё‑таки семья. И нам надо целенаправленно идти по пути реализации самого главного права ребёнка – права на семью.

У нас, к сожалению, очень много детей, которые потеряли семьи по разным причинам. Мне кажется, задачей будущего Правительства и парламента, и нашей работы должна стать Россия без сирот. Мы можем себе это позволить. У нас получается, что на тысячу взрослых людей в стране приходится один сирота. Мы должны этих сирот раздать, мы должны детские учреждения сокращать, прежде всего детские дома, и на их базе выстраивать центры социальной помощи семьи. Конечно же, никакой государственный доклад не может отразить полноту информации без того, чтобы говорить о детях и не говорить о семьях. Поэтому это важное дополнение.

Что касается наших полномочий, я Вам готов сейчас доложить, что именно из‑за принципиально принятого Вами в своё время решения о введении этого поста, нового для страны, ещё не совсем понятного в какой‑то степени, удалось добиться того, что сегодня во всех регионах появились институты уполномоченных по правам ребёнка.

Д.Медведев: Абсолютно во всех?

П.Астахов: Во всех. У нас есть три региона, где не могут определиться с кандидатурами.

Д.Медведев: Но юридические документы существуют.

П.Астахов: Да. Еврейский автономный округ, Тыва и, к сожалению, Рязань, которая близко к Москве, но тоже никак не может [определиться]. Кстати, это интересно, что стали конкурировать, конкурс объявлен, и не могут выбрать лучшего. Я надеюсь, что к следующему Посланию, которое буквально скоро Вы будете представлять, я Вам доложу, что везде есть уполномоченные.

Нормативная основа деятельности Уполномоченного по правам ребёнка, вообще для системы защиты прав и интересов детей совершенствуется.

Д.Медведев: Будем считать, что наша с Вами встреча, это и соответствующий сигнал для наших территорий, которые уж если ввели должности уполномоченного по правам ребёнка, должны их заместить людьми, найти людей.

П.Астахов: Здесь надо отметить, что мы не просто контролировали исполнение Ваших поручений, которые вытекали из Послания, которое стало не просто «детским посланием», как его окрестили в народе, по тем проблемам, которые в нём поднимались, но оно всё было расписано поручениями, которые Вы контролировали, Контрольное управление Президента контролировало и все уполномоченные федеральные и на местах, все контролировали их исполнение и сами исполняли. И по материнскому капиталу, который сегодня появился во всех регионах. Есть регионы, к сожалению, которые его ввели, но тут же было наложено вето губернатором, как во Владимирской области. Я три дня назад закончил там проверку…

Д.Медведев: Почему?

П.Астахов: Без объяснения причин, я не могу этого понять, ссылаются на то, что в бюджете нет денег. 50 тысяч рублей не найти в бюджете на региональный материнский капитал – мне кажется, это стыдно.

Д.Медведев: Это абсолютно некрасиво.

П.Астахов: В Архангельской области тоже до сих пор этого нет.

Д.МЕДВЕДЕВ: Во всяком случае, неприемлемо вводить, а потом накладывать вето. Либо нужно договариваться с законодательным собранием, сказать: знаете, у нас возможностей нет, давайте годок подождём. Это будет честнее. Но вводить, а потом ветировать – это плохо выглядит.

П.Астахов: Вот такая ситуация, к сожалению.

С земельными участками: везде приняты законы. Выделяются по‑разному. В Бурятии, например, по полтора гектара дают, а в Тверской области – 15 соток.

Д.Медведев: Земля разная.

П.Астахов: Да, земля разная. И в принципе обеспечивают.

По созданию постинтернатного сопровождения (Ваше поручение было после встречи с выпускниками детских домов) – тоже есть регионы, как Кемерово, например, уникальный опыт показывают, сопровождают всех выпускников, есть те, кто отстаёт. Но мы эту ситуацию исправляем. Поэтому те полномочия, которыми наделяется уполномоченный по правам ребёнка, очень важны нам именно для практической работы. Мы имеем возможность контролировать детские учреждения системно, что самое главное, потому что благодаря такой принципиальной Вашей позиции, Вашему решению это действительно стал независимый институт, который сегодня объединяет все компетентные органы в этой части и в то же время является независимым контролёром.

Мы учим уполномоченных. Провели уже более 40 различных обучающих конференций, семинаров, учим специалистов. По дошкольным учреждениям было Ваше поручение. Мы в Белгороде провели в октябре семинар, потому что Белгород – один из неплохих регионов, который увеличивает число детских садиков. Собрали из других регионов, учили. Четыре съезда провели, готовим пятый по детям, которые находятся в домах-интернатах, это дети умственно отсталые, очень тяжёлая категория. Очень большие проблемы в Павловском интернате. Вы помните, я по Вашему поручению им занимался. Будем заниматься и решать этот вопрос системно.

Поэтому система выстроена. Полномочия, которые теперь нам даются, вплоть до административной ответственности за противодействие деятельности уполномоченного, – это важный инструмент. Мы обязательно будем на это опираться. Спасибо, что эти изменения вносятся, потому что все должны понимать, что этот институт – действительно независимый контролёр, который не просто приезжает, чтобы что‑то там найти, накопать, наказать. Нет, мы же учим и помогаем, находим узкое место и предлагаем свои решения, а решения есть по всей стране.

Я Вам хотел показать электронную систему, которую мы разработали. Вы можете на любой регион нажать и посмотреть, что Вас интересует, например, преступления, демография. Мы хотим её запустить и дальше посмотреть статистику. Можно посмотреть графики, как регион выглядит на уровне соответствующего федерального округа.

Д.Медведев: Это ваш сайт?

П.Астахов: Да, это наш сайт. Вы можете потом отдельно посмотреть.

Д.Медведев: То, что действительно можно нажать и сразу посмотреть состояние преступности, то, чем, собственно, занимаются наши коллеги из прокуратуры, имею в виду надзор за соблюдением законодательства, а также надзор за следствием в отношении тех преступлений, которые совершены по отношению к детям, – это, конечно, показательно.

П.Астахов: Причём [показывается] как детская преступность, так и [преступления] против детей. Мы ввели, например, такие критерии и позиции, которых даже нет в федеральной статистике. Это всё вручную очень тяжело собирается.

В преследовании лиц, которые посягают на жизнь, здоровье наших детей, не должно быть деления на случаи, которые происходят за границей и внутри страны — это всё тяжкие преступления.

Д.Медведев: А кто этим у Вас занимается?

П.Астахов: Региональные уполномоченные. Я от них каждую неделю требую отчёты, коррекции всех этих данных. Вы увидите, на карте есть серые места, это значит, ещё кое‑где данных нет.

Д.Медведев: Понятно. Знаете, хорошая штука, продукт неплохой.

Что я могу сказать по поводу вообще всей деятельности президентского уполномоченного и уполномоченных в регионах. Надо признаться, эта система заработала, потому что, когда я принимал решение, когда Вам говорил, у меня были сомнения, не слишком ли у нас много уполномоченных, которые занимаются правами, уполномоченных просто по правам человека, уполномоченных по правам ребёнка. Но надо признаться, что в результате Вашей активной деятельности и деятельности Ваших товарищей, которые в регионах работают, этот орган, этот институт работает, на него реагируют, и самое, может быть, главное то, что Вы находитесь на острие проблемы, потому что Вам пишут и понимают, что это не исчезнет.

Ведь в чём основная обычно проблема общения власти с людьми, с самыми разными нашими гражданами? Люди обращаются, потом получают отписку или же этим занимаются годами. Ведь по тому, что попадает к Вам, особенно по наиболее кричащим, вопиющим проблемам, реакция идёт быстро. Это не значит, что всё сразу же разрешается. Есть такие проблемы, которые мы, к сожалению, не можем быстро разрешить. Вы сиротство упомянули. Конечно, одними указами Президента или какими‑то актами Уполномоченного этого не закрыть. Но есть быстрая реакция на существующие проблемы. Это для системы государственного управления, государственной службы довольно новая ситуация, и очень хорошо, что это так.

Юрий Яковлевич, теперь уже обращаясь к прокурорским задачам. Я Вам тоже давал неоднократно поручения по контролю за состоянием законности в сфере семейного благополучия, соблюдения семейного законодательства и, конечно, законодательства, направленного на защиту интересов детей. Такие мероприятия проводились. Что можно сказать?

Ю.Чайка: Первое Ваше поручение, с точки зрения наших позиций, было где‑то в 2008 году в отношении усыновлённых детей зарубежными гражданами, иностранными гражданами, и мы ежегодно эту проблему мониторим.

Действительно, проблема существует. И видя все эти нарушения, мы подготовили информацию Правительству и совместно с Правительством подготовили двусторонние соглашения, которые, на наш взгляд, законодательно закрепляли бы ответственность, большую ответственность иностранных граждан при усыновлении детей. И должен привести такую цифру: в 2010 году уже было американцами усыновлено на треть меньше людей, потому что наши органы опеки и попечительства не стали заключать с ними соглашение на предмет усыновления.

Что касается наших внутренних позиций. По нашей инициативе буквально за последние два года расторгнуто 8 тысяч соглашений об усыновлении детей гражданами Российской Федерации.

Д.Медведев: 8 тысяч – это много.

Ю.Чайка: Много, из них 100 детей, в отношении которых применялось насилие в семьях. Мы считаем абсолютно правильным, что сегодня законодательно внесены поправки, усиливающие полномочия уполномоченных по правам детей. Мы полностью разделяем этот подход, мы активно сотрудничаем.

Недавно мы обсуждали эту проблему и договорились о позиции наших совместных действий, потому что проблема преступности в отношении детей существует. Ежегодно совершается порядка 100 тысяч преступлений в отношении детей, преступления разного плана, в том числе и тяжкие, и особо тяжкие преступления. Мы здесь усиливаем надзор. Буквально на днях мною подписано поручение в целях исполнения Вашего поручения нам совместно со Следственным комитетом о разработке механизмов защиты прав усыновлённых детей за рубежом. Мы сейчас готовим свои предложения.

В первом приближении мы видим, что эта ситуация (мы с Павлом Алексеевичем говорили), к сожалению, за рубежом очень слабо мониторится. Мы считаем, что нам совместно с Министерством образования и науки, Министерством иностранных дел, с Уполномоченным по правам ребёнка необходимо эту ситуацию ежегодно мониторить, в том числе по всем странам, где находятся наши граждане. За последнее десятилетие американцами усыновлено 60 тысяч наших детей. Это огромная цифра, и нам необходимо её мониторить.

Во‑вторых, мы предлагаем посмотреть какие‑то изменения в нашем российском законодательстве. У нас сегодня законодательство – и Конституция, и Уголовный кодекс – даёт возможность возбуждать уголовные дела в отношении иностранцев, совершивших преступления в отношении граждан Российской Федерации. В последнее время возбуждено 5 уголовных дел, 4 уголовных дела находятся как раз на стадии доследственной проверки в отношении наших детей за рубежом, из них трое – в Соединённых Штатах Америки.

То, что произошло, последние события, в отношении ребёнка Скоробогатова, мы официально запросили сейчас приговор у наших американских коллег, чтобы его проанализировать на предмет его обжалования через генерального прокурора Соединённых Штатов Америки. И, естественно посмотрим, если какие‑то аспекты остались, скажем так, не оценены судом, то у нас возбуждено уголовное дело ещё в 2010 году, чтобы дать уголовно-правовую оценку этой семейной паре за преступление, которое совершено в отношении этого ребёнка. И здесь никаких компромиссов нет – жёсткий подход. Мы, бесспорно, реализуем наши полномочия в рамках уголовно-процессуального и уголовного законодательства.

Уменьшение числа усыновлённых – свидетельство более тщательного отбора и более строгого отношения к тому, как осуществляется усыновление. Мы сделали эти нормы более жёсткими. Главное, чтобы прокуратура следила за их неукоснительным исполнением.

Д.Медведев: Хорошо.

По поводу нашей позиции преследования лиц, которые посягают на жизнь, здоровье наших детей. Думаю, что здесь не должно быть деления на случаи, которые происходят где‑то за границей или внутри страны, потому что всё это преступления, причём тяжкие преступления. И нельзя видеть только у иностранцев сплошные проблемы, нужно смотреть и на то, что у нас происходит.

У нас, к сожалению, количество преступлений, направленных против детей, весьма и весьма значительно, почему я неоднократно предлагал вносить изменения в законодательство, касающиеся защиты ребёнка и от сексуальных посягательств, и вообще в целом телесной неприкосновенности ребёнка. И такие новеллы вводились.

Теперь вопрос заключается в том, чтобы этим юридическим инструментом пользоваться настойчиво и жёстко. Тем не менее мы должны мониторить ситуацию действительно и в Российской Федерации, чем неплохо занимаются уполномоченный и его коллеги, и за границей. Проблема юридической ответственности тех, кто совершил эти тяжкие действия, находясь на территории других стран, конечно, гораздо более сложна, но я думаю, что нужно вместе с другими коллегами подумать о том, каким образом нам выработать механизм, позволяющий всё‑таки добиваться привлечения таких лиц к ответственности, реального привлечения их к ответственности по закону соответствующего государства. А если это государство не желает этого по каким‑то причинам (я сейчас не хочу анализировать ту или иную ситуацию в Америке или ещё где‑то), то тогда – по нашему законодательству. В этом смысле мы вправе применять свои средства уголовно-правового реагирования.

Но эта проблема действительно непростая. Хотел бы, чтобы вы более внимательно её изучили вместе со следственными структурами и Министерством иностранных дел. В любом случае каждый такой случай не должен оставаться без нашего внимания. То, что наши дети усыновляются иностранными гражданами, само по себе неплохо, потому что мы понимаем, что проблема сиротства в нашей стране остаётся. Конечно, было бы желательно, чтобы они в нашей стране оставались, чтобы наши граждане усыновляли их. Но в тех случаях, когда это делают иностранцы, это само по себе не бросает на них тень – наоборот, это свидетельствует об их желании помочь этим детям. Но, к сожалению, зачастую, и Вы об этом как раз сказали, это осуществляется без должного учёта их психологических, воспитательных и иных качеств, без учёта их материального положения.

Но, скажем прямо, в целом ряде случаев такого рода акты усыновления осуществлялись просто с нарушением российского закона, за взятки. Это тоже правда. И именно поэтому то, что уменьшилось число усыновлённых, – это свидетельство более тщательного отбора и более строгого отношения к тому, как осуществляется усыновление по нашему закону. Мы эти нормы сделали более жёсткими в последнее время. Теперь главное, чтобы прокуратура следила за их неукоснительным исполнением.

Надеюсь, уважаемые коллеги, что вы совместно эту работу наладите с привлечением и других, конечно, организаций, отвечающих за общую ситуацию с защитой прав детей в нашей стране.

<…>