Брифинг Министра промышленности и торговли Дениса Мантурова по завершении заседания Правительства

Стенограмма:

Вопрос: Денис Валентинович, поясните, пожалуйста, зачем потребовалось принятие отдельного закона по промышленной политике. Не было ли достаточно тех законодательных актов, которые существуют в Российской Федерации? И вопрос следом. Насколько я знаю, на Правительстве должны были быть рассмотрены документы по импортозамещению, которые были как раз связаны с ситуацией на Украине. Были ли заслушаны какие-то предложения? И чего ожидать в ближайшем будущем? Какие производства будут организованы на территории Российской Федерации?

Д.Мантуров: Вы знаете, я тоже думал, так же как и вы, относительно того, зачем нам закон-то нужен. То есть всё вроде бы и так понятно, есть федеральные целевые программы, есть отраслевые стратегии, с 2012 года появились государственные программы. И вроде бы всё должно быть понятно и структурированно, но на самом деле у нас не всё так гладко и прекрасно, особенно в обрабатывающем секторе промышленности. Почему? Потому что мы находимся в глобальной конструкции, в глобальном рынке и от изменений, которые происходят на внешнем периметре, также зависят показатели и возможности нашей промышленности. Как вы заметили, последние два года у нас динамика развития обрабатывающей промышленности невысокая, особенно за прошлый год, по сути, был нулевой рост. В этом году по результатам первых пяти месяцев мы осторожно констатируем о том, что появился рост – 3% с небольшим.

Но всё это очень нестабильно. Для того чтобы и промышленность, и отрасли потребительские ориентировались и понимали, что государство ориентировано на развитие этого сектора экономики, поскольку не раскрыт потенциал развития этого направления, – должны быть направленные меры государственной поддержки и должны быть даны правильные ориентиры развития этого сектора экономики. Для этого, собственно, и разработан законопроект о промышленной политике (можно спорить, как его правильно называть – «Развитие промышленности», «О промышленной политике» или просто «О промышленности», но по крайней мере рабочее название на сегодняшний день – «О промышленной политике»), в который мы заложили достаточно большое количество инструментов поддержки.  И это, как я сегодня на заседании Правительства докладывал, не просто, вы знаете, какая-то мера поддержки слабого звена, это инструменты, которые позволяют, во-первых, субъектам предпринимательства ориентироваться на чёткие совершенно законодательные решения. В частности, важная инновация в законе – это специальный инвестиционный контракт.

Вы все прекрасно осведомлены и мониторите, наверное, ситуацию по автопрому. Принималось в своё время решение по подписанию с инвесторами так называемого инвестиционного контракта по промышленной сборке. Это что-то аналогичное, поскольку в других отраслях, в других секторах промышленности такая практика не применялась, мы хотим распространить её на другие индустрии. Во-первых, мы видим, что это работает, а во-вторых, хотим получить результат в других отраслях. Инвестор будет брать на себя ряд достаточно серьёзных обязательств, а федеральная и, соответственно, региональная власть должна брать на себя обязательства, которые сегодня возможны в рамках законодательства. Самое главное, наверное, чтобы не менялись правила игры. Это, собственно, носит фундаментальный характер, я считаю. Наверное, многие из вас знают, что такое «дедушкина оговорка». Это когда взятые на себя со стороны государства обязательства не будут меняться на срок исполнения взятых инвестором на себя обязательств, в данном случае это до 2025 года.

Также мы планируем изменить подход по существующим инструментам субсидиарного характера, то есть изменить субсидии в сторону, во-первых, конкурсной основы. Второе – опять же обязательства со стороны бизнеса по внедрению результатов интеллектуальной деятельности в рамках, в частности, разработки каких-то новых продуктов или образцов промышленных, и также внедрению в производство – это, соответственно, с конкретными объёмами, на три года, скажем.

Что ещё? Это налоговые льготы – налоговые льготы федеральные (это налог на прибыль – 2% будет обнуляться), это возможность регионам снижать налог на прибыль до 5%, это обнуление налога на имущество в регионах, что, собственно, даёт возможность также новым предприятиям, которые только становятся на ноги, получить возможность формирования и сохранения прибыли как собственного дополнительного источника для развития.

Что нового ещё? Государственная информационная система. Сегодня порой мы не знаем – ни федеральное министерство, ни региональные власти, что происходит в соседних регионах. Крайне важно, чтобы в государственной информационной системе была информация, которая позволила бы давать правильные посылы и ориентиры в регионы, с которыми мы сейчас активно взаимодействуем, в части того, какие отрасли, какие направления имеет смысл развивать, чтобы не было такого дурного дублирования.

Я могу привести пример в деревообрабатывающей отрасли, когда в одном из регионов создаётся производство, для которого недостаточно лесных балансов в этом регионе, но они при этом рассчитывают получать поставки леса из соседнего региона, а в соседнем регионе недозагружено собственное производство. Явно получается создание переизбыточных мощностей, которыми потом мы, собственно, будем заниматься и пытаться сохранить оба производства, что достаточно сложно. Или в металлургии, когда каждый регион старается создать обязательно у себя крупное, или среднее, или малое металлургическое предприятие. При этом мало кто задумывается, что у нас дефицит металлолома. И есть даже определённые стимулы и в определённом смысле ограничения по вывозу этого металлолома на экспорт, для того чтобы перерабатывался этот продукт у нас в стране. А мы, к сожалению, не можем повлиять на эти процессы, поэтому государственная информационная система будет давать возможность чётких ориентиров в этом направлении.

Это не значит, что мы за счёт этого инструмента хотим накладывать какие-то жёсткие ограничения. Мы дадим правильные ориентиры регионам, где есть, например, дефицит мощностей в импортозамещающих направлениях – по переработке каких-то химических продуктов, по производству, например, пенопропиленовой плёнки. У нас огромные объёмы заходят по импорту. Явно при наличии собственного газа нам имеет смысл развивать эти направления, и у нас есть для этого потенциал. Я готов перечислить другие отрасли, где есть определённый опять же рост и стимулы развития.

Ряд других направлений, которые также зафиксированы в законе о промышленной политике. В частности, мы даём определение индустриальным паркам, кластерам – это было больше на понятийном таком уровне, но в законодательстве эти направления не зафиксированы.

Что касается тематики, связанной с импортозамещением, у нас ни в повестке дня сегодняшнего заседания не было...

Вопрос: А в принципе Дмитрий Олегович (Рогозин) говорил, что 10–15 июня от Минпромторга ожидаются предложения в части импортозамещения, именно корректировки программы в связи с ситуацией на Украине. Может быть, по двигателям есть какие-то новые темы?

Д.Мантуров: Дмитрий Олегович как раз сказал о том, что Минпромторг внёс 10-го числа, как и было предписано Правительством, соответствующую программу. Она предусматривает создание производств и соответствующих мощностей, которые будут обеспечивать производство тех агрегатов, тех комплектующих, которые сегодня мы закупаем по импорту (и оказались в непредвиденной ситуации в части ограничений по поставкам, в частности с Украины). Поэтому мы такую программу в рамках выполнения поручений именно по оборонно-промышленному комплексу внесли, и дальше мы занимаемся её реализацией.

Вопрос: А можете рассказать хотя бы о самых ярких проектах, которые присутствуют в этой программе?

Д.Мантуров: Наверное, все знают о том, что мы на 100% зависим по газотурбинным агрегатам для наших кораблей – в частности, фрегатов, корветов и сторожевых кораблей. Поэтому этот предмет совершенно чётко отражён в этой программе. Будет создаваться производство самого газотурбинного агрегата на рыбинском «Сатурне» в Ярославской области, и редуктор для этого двигателя, который является неотъемлемой частью технологического процесса, будет производиться на заводе «Звезда» в Санкт-Петербурге.

Большой перечень комплектующих, я сейчас не буду называть их количество – их несколько тысяч, которые поставляются сегодня из-за рубежа, в частности с Украины, и которые будут производиться теперь в России. Я могу сказать, что для наших российских предприятий это достаточно хорошее подспорье, поскольку по году это будет дополнительный объём производства – более 30 млрд рублей начиная с 2015 года. По каким-то комплектующим процесс импортозамещения займёт полгода, по каким-то – до трёх лет. Поэтому в течение трёх лет мы должны полностью себя обезопасить, обеспечить себя собственным производством.

Вопрос: Максим Товкайло, газета «Ведомости». Можете рассказать, на каком этапе сейчас создание фонда? Политическое решение о создании этого фонда поддержки промышленности принято, но непонятны параметры его: во что он будет вкладываться, будут это возвратные средства или субсидии по процентной ставке? Есть ли уже какие-то решения по объёму и механизму финансирования?

Д.Мантуров: Что касается решений, решения озвучены были Президентом на питерском экономическом форуме. Он поручил создать такой фонд для поддержки промышленности. Речь в первую очередь идёт о средствах на возвратной основе. В частности, в законопроекте о промышленной политике уже заложен такой инструмент, который даёт право Правительству определиться по соответствующему механизму. Но опять же заложена основа, которая говорит именно о возвратной составляющей.

Что касается объёмов, то мы для себя предварительно считали, что для того, чтобы реализовать те направления, которые отражены в государственных программах развития промышленности, в тех законах, в частности, по внедрению наилучших доступных технологий при модернизации мощностей предприятий, потребуется от 200 до 300 млрд по году. Что касается кредитных ресурсов, которые должны предоставляться предприятиям на таких разумных и доступных кредитных правилах, мы исходим из расчётной ставки 4,5–5% годовых. Исходя из этих объёмов, мы ориентируемся на то, что, предоставляя часть средств из федерального бюджета (как вариант) в капитал, например, банка или института развития, – институт развития и кредитные учреждения должны привлекать средства с рынка. Под какой процент эти средства будут привлекаться и на какой срок – это, соответственно, и будет определять окончательный объём предоставляемых из федерального бюджета средств на это направление, на Фонд развития промышленности.

На этот год в проекте федерального бюджета заложен пока пилотный миллиард рублей для Внешэкономбанка, и мы должны отработать этот механизм до конца. Но при осенней корректировке, я уверен, мы с Министерством финансов найдём решение по увеличению объёмов предоставления из федерального бюджета на это направление. Я не готов сегодня называть конкретных сумм, но мы исходим из того, что это должно быть по этому году не менее 10 млрд.

Вопрос: То есть оператором фонда будет ВЭБ, я верно вас понял?

Д.Мантуров: Я сказал, что это пилотный проект. И как раз сегодня обсуждается вариант, что фонд будет создан по аналогии, например, с Фондом национального благосостояния, то есть это не юридическое лицо, это статья, строка в бюджете, которая будет наполняться и из которой будут направляться средства, в частности, как я сказал, в институты развития, в частности, в банки, которые будут заинтересованы в развитии этого направления и в кредитовании реального сектора экономики, промышленности. Поэтому у нас будут определённые варианты и манёвры.

Вопрос: Сейчас в Правительстве активно обсуждается помощь компании «Мечел». Возможен ли вариант с банкротством компании и отхождением её активов банкам-кредиторам? Или есть всё-таки политическое решение, что компании так или иначе будут помогать?

Д.Мантуров: Я несколько раз на этот вопрос уже отвечал в том или ином ракурсе. Что касается позиции нашего министерства, то мы противники банкротства «Мечела», и по большому счёту на тех совещаниях, на которых я присутствовал и мои коллеги, такой вариант не рассматривался, на всех уровнях – как в Правительстве, так и в других ведомствах.

Что касается наиболее реалистичного варианта, который сегодня стоит на повестке дня, это выкуп облигационного фонда, облигаций, которые выпустит, соответственно, «Мечел», и выкупать будут банки, в частности ВЭБ, этот облигационный займ. Я думаю, что это наиболее реалистичный и разумный вариант.

Вопрос: Вы не считаете целесообразной смену менеджмента «Мечела» в связи с этой госпомощью?

Д.Мантуров: Вас Зюзин не устраивает чем-то?

Ответ: Мне лично всё равно, но кредиторов вроде как не устраивает.

Д.Мантуров: Наверное, никогда вы не найдёте стопроцентного консенсуса по руководителю того или иного предприятия – кому-то нравится, кому-то не нравится. Кредиторы на то и кредиторы: предоставляя изначально эти займы, они должны, наверное, думать, кому они предоставляют, кто стоит во главе этого предприятия. Человек не поменялся на протяжении этих лет. Я его достаточно давно знаю, он как был Зюзиным, так и остался. Человек на самом деле хотел лучшего. Он хотел развития компании, развития новых мощностей, что, собственно, и отражено в результатах. Построено новое предприятие, запущены новые комплексы. Да, ещё пока не до конца завершено Эльгинское месторождение угля, но опять же деньги не в офшорах спрятаны, они вложены в абсолютно реальные, живые проекты. Поэтому не знаю… Кредиторам, конечно, виднее, но, думаю, что надо находить какое-то компромиссное решение.

Вопрос: Пётр Козлов, «Известия». Денис Валентинович, поясните, пожалуйста, какой смысл в себе несёт одобренный сегодня Правительством законопроект о стандартизации и какую пользу он может принести производителям и потребителям, с другой стороны?

Д.Мантуров: Со всех сторон это очень важное и актуальное решение. И как Председатель Правительства сказал, во многом он даже увязан с первым вопросом, который рассматривался сегодня, – это закон о промышленной политике. В частности, закон о стандартизации даёт возможности, предпосылки к развитию, к модернизации, к инновационному развитию нашей промышленности и других отраслей экономики. Закон определяет ряд основополагающих моментов, которые не были отражены ранее в законе о техническом регулировании, в который стандартизация была погружена как один из разделов закона о техническом регулировании. Сегодня стандартизация через закон о стандартизации выводится в отдельную отрасль, в отдельный свод правил, который отражён в законе, который, во-первых, в части инноваций даёт возможность предприятиям осуществлять трансфер международных стандартов, тем самым экономя сроки внедрения этих стандартов на практике – от года до полутора. Это достаточно большие сроки, особенно когда мы говорим об инновационных продуктах или услугах, которые будут предоставляться российскими предприятиями. Также предусматривается возможность ссылки на национальные стандарты, которые будут разрабатываться. Определены форматы финансирования разработки стандартов, как они будут разрабатываться – это всё отражено в законе.

Что касается потребителей, то в первую очередь потребители заинтересованы в получении качественной продукции и услуг. Закон о стандартизации даёт такую возможность и предусматривает такие возможности в принимаемом документе.

Вопрос: «Промышленный вестник». Денис Валентинович, у меня два вопроса по «Иннопрому». Расскажите, пожалуйста, о двух основных инициативах министерства, которые относятся к выставке «Иннопром-2014», в частности о национальной промышленной премии «Индустрия» и создании стратегического совета по инвестициям в новой индустрии. Какие задачи они решают? И второй момент по премии. Премия – это всё-таки больше некий PR-инструмент, нежели реальный стимул для развития инноваций. Какие сейчас ещё меры принимает министерство для осуществления технологической революции, о которой говорил Президент на питерском форуме? Спасибо.

Д.Мантуров: Давайте я тогда отвечу по «Иннопрому». Потому что если мы говорим в целом о том, что предпринимается Правительством или нашим ведомством, то мы с вами сейчас, на протяжении нескольких минут это подробно обсуждаем. Это и закон о промышленной политике, государственная программа, отраслевые стратегии, закон о стандартизации, который также даёт возможности предписывать ряд требований и соответствующих нормативных правил.

Что касается «Иннопрома», это крупная промышленная выставка, которая будет в пятый раз проводиться в Екатеринбурге, в определённом смысле она юбилейная. Мы постарались наполнить её в этом году рядом мероприятий. В частности, вы упомянули премии. Действительно, это не какой-то инструмент по продвижению или реализации тех или иных проектов. Это в определённой степени отражение государственной позиции в части того, что о предприятиях, которые являются инновационными, передовыми, – должны знать. Население должно знать о продукции, которую они производят, услугах, которые они предоставляют. Национальной премией «Индустрия» мы хотели бы это более широко осветить в СМИ, в том числе через вручение этой премии в зале. Там будут присутствовать более полутора тысяч человек, посетителей, в основном это руководители крупных предприятий. В целом мы рассчитываем, что на выставке будет около 50 тыс. посетителей, которые ознакомятся с этой продукцией, получат представление. Я думаю, что, с одной стороны, это пиар, а с другой стороны, это награда за те своевременные действия, которые менеджмент этих предприятий предпринимал для того, чтобы реализовать, в частности, промышленную политику на своих предприятиях.

Что касается номинантов. Сегодня пока пять лауреатов, соответственно, будет из этих пяти лауреатов отобрано одно предприятие, и премия будет вручаться в первый день открытия выставки – 9 июля. Претендентов сегодня, как я сказал, пять. На самом деле даже мне были очень интересны (и в определённой степени были для меня новостью) предприятия, которые попали в список лауреатов. Я из пяти знаю только два – это «Биокад» (в области фармацевтики) и «Транзас» (в части производства навигационного оборудования). Другие три компании: «Новые плазменные технологии» – это компания, которая разрабатывает инструменты, точнее, нанотехнологические покрытия для инструмента, мне до этого не была известна; компания «Диаконт», которая производит оборудование для атомной и газовой промышленности, и компания «РобоСиВи» – это автоматы для складских комплексов. Эти три компании новые, были не на слуху.

Что касается совета. Совет учреждён в этом году, как и премия, в состав его входит 33 представителя разных направлений, институтов развития, индустриальных компаний, компаний-разработчиков, причём как российских, так и зарубежных представителей. Поэтому мы рассчитываем на то, что этот Совет по инновациям будет носить абсолютно прикладной характер, на нём будут рассматриваться в том числе инициативы нашего ведомства, инициативы членов совета, которые должны быть направлены на создание благоприятного инвестиционного климата в нашей стране, в первую очередь ориентированного на то, чтобы инвесторы вкладывали средства в российскую промышленность. Вот, наверное, коротко о том, как будет наполнен «Иннопром». Но самое главное: в этом году основная тематика – это робототехника и автоматизация производства, особенно в транспортном машиностроении.

Вопрос: Алексей Ашихмин, «Интерфакс». Денис Валентинович, возвращаясь к вопросу поддержки промышленности. В мае одна из ведущих отраслей промышленности, производство легковых автомобилей LCV, показала, соответственно, серьёзное падение – 12%. Долго поднимался вопрос возможного возобновления поддержки этой отрасли в тех или иных формах. Не рассматриваете ли вы его сейчас? Если да, то в каких формах возможно возобновление?

Д.Мантуров: Мы с вами регулярно на эту тему говорим, взаимодействуем. Это одна из любимых ваших тем – автопром. Это отрадно на самом деле, потому что эта индустрия в определённом смысле носит межотраслевой характер и даёт достаточно серьёзную занятость трудового населения в разных отраслях, которые обеспечивают автопром. И мы с учётом того, что достаточно внимательно мониторим эту отрасль, стараемся своевременно оказывать ту или иную поддержку этому направлению.

В частности, если вы не знаете, то я хотел рассказать, что в законопроекте, который сейчас проходит финальное обсуждение в Государственной Думе и будет направлен Президенту на подпись, это корректировки бюджета 2014 года, заложена абсолютно конкретная сумма на поддержку автопрома, в частности и лёгких коммерческих автомобилей, через целевую закупку двумя ведомствами – Министерством внутренних дел на 2,3 млрд рублей и Федеральным медико-биологическим агентством на 300 млн рублей. Также предусмотрены средства на развитие направлений по газомоторному топливу, на закупку муниципального транспорта, в первую очередь это автобусы (вы упомянули только LCV, по автобусам ещё больше процент падения – до 20%). Поэтому мы рассчитываем на то, что эти инструменты и эта возможность, предоставленная нашим предприятиям, нивелирует то падение, которое мы наблюдаем сегодня по результатам пяти месяцев. Средства будут расходоваться до конца года, я считаю, что мы таким образом нивелируем падение к концу года.

Спасибо большое.