Собрать Лайку. Как в космос запускали первое живое существо - Родина

65 лет назад, 3 ноября 1957 года, с нового космодрома Тюратам (Байконур) на орбиту запустили первое живое существо - собаку Лайку. "Пионерка космоса" полетела на космическом аппарате "Спутник-2". Это был второй советский искусственный спутник Земли.

Лайке было около трех лет. Дворняжка. Впрочем, как и все собаки, которых запускали до нее на геофизических ракетах в верхние слои атмосферы. И которые летали после. Их, небольших по размеру, в возрасте от двух до 5-6 лет и весом не более 6-7 кг, находили на улицах, в подворотнях. В зооприемнике отмывали, обследовали, кормили досыта. Те, которых отбирали, жили в виварии.

Почему советские конструкторы, отрабатывая полеты человека на ракетах, сделали ставку на собак? Тогда рассматривались разные варианты: мыши, крысы, обезьяны. И даже кошки. Но американцы, допустим, предпочитали работать только с обезьянами. А вот выбор ученых СССР пал на "друзей человека".

Один из основоположников космической медицины, знаменитый доктор Олег Газенко даже посещал цирк, чтобы понаблюдать и за дрессированными собаками, и за обезьянами. И понял: обезьяны слишком эмоционально неустойчивы. Собаки же, особенно беспородные, не такие капризные, сообразительные, ценят доброе отношение и лучше поддаются дрессировке. Это было очень важно.

Подготовка лохматых "космонавтов" отличалась большой кропотливостью. На нее уходили месяцы. О многих неизвестных деталях, связанных с запуском Лайки, корреспонденту "РГ" и "Родины" в свое время лично рассказывал академик Газенко.

- Как известно, к 57-му году у нас была создана межконтинентальная ракета Р-7, одна из самых надежных систем, которые способны выносить грузы за пределы Земли, - делился Олег Георгиевич. - Шла "холодная война", и руководство страны поставило цель - продемонстрировать всему миру, что оно располагает столь мощным средством. Как? Уже тогда планировалось создание большой космической лаборатории, что и было позже реализовано в третьем спутнике Земли. Однако решение этой сложнейшей научно-технической задачи напрямую завязывалось и на решение задачи идеологической: прорыв в космос должен был состояться к 40-летию Великого Октября. И не позднее.

Тем не менее, все понимали, что излишняя гонка может обернуться неудачей. Поэтому выбрали компромисс. Параллельно начали делать еще два аппарата: упрощенную космическую лабораторию, но с животным на борту, и совсем уж простой вариант - небольшой "шарик" весом до 80 кг с радиопередатчиком. Какой появится раньше, тот и полетит. "Шарик" появился первым. Почему? Полет животного выдвинул дополнительные сложности - требовал создания герметичной кабины, разработку газового состава атмосферы, подачу питания. Многое делалось по эскизам, даже не по чертежам.

…В конце октября 1957 года обычным рейсовым самолетом Лайку и ее дублера привезли сначала в Ташкент, а оттуда в поселок Тюратам, что неподалеку от Байконура. Главный конструктор Сергей Королев был уже там. Приступили к сборке спутника.

Кстати, на первый полет на орбиту претендовали еще две собаки - Альбина и Муха. Альбина уже дважды участвовала в суборбитальных полетах, но она ждала потомство, и ее решили оставить дублером. А Муху "забраковали" из-за кривизны лап: мол, на фото выглядела бы некрасиво. Поэтому она выполняла роль "технологической собаки": на ней тестировали работу аппаратуры и различных систем.

- В кабине, где находилась Лайка, был иллюминатор, через который мы время от времени "общались" с ней, - вспоминал Олег Газенко. - Сергей Павлович, несмотря на огромную загруженность, тоже постоянно заглядывал туда. И его глаза неизменно теплели.

Сразу после запуска все шло хорошо. Лайка была умницей. И вдруг через четыре с половиной часа уже на четвертом витке вышли из строя системы радиопередачи. Судя по всему, в кабине повысилась влажность. К тому же из-за несовершенства систем жизнеобеспечения неожиданно стала повышаться температура, и уже к пятому часу орбитального полета она достигла 41 градуса.

- Конечно, Лайка была изначально обречена, так как механизм возврата тогда еще не существовал, - рассказывал Олег Георгиевич. - Но это должно было случиться где-то через неделю полета. К сожалению, она погибла значительно раньше. Об этом не было сказано ни слова ни в официальном сообщении о результатах полета второго спутника, ни потом. Когда мы вернулись в Москву, там все ликовали. Второй спутник! Но у нас, тех, кто имел прямое отношение к подготовке Лайки, настроение было далеко не праздничное. Ощущение - потеряли очень близкое существо.

Только спустя неделю с момента запуска СССР сообщил о том, что Лайку якобы усыпили. Это вызвало небывалый шквал критики в западных странах со стороны защитников животных. В Кремль пришло много писем с протестами против жестокого обращения с животными…

"Интересно, а как Сергей Павлович относился к собачкам?" На этот вопрос академик Газенко ответил так:

- Человек он, как известно, был достаточно суровый, несентиментальный. Но, по-моему, очень показательна такая деталь. Когда в 60-м году собаки Белка и Стрелка впервые вернулись из космоса, их отправили в Москву на специальном самолете, которым летел и Королев. У главного конструктора был там свой собственный салон, где стоял диванчик для отдыха. Сергей Павлович сразу же распорядился разместить собачек на диване, а сам ушел в другой салон. Сидел в кресле. Такое вот подчеркнутое уважение к покорителям космоса. Пусть и четвероногим.

Как складывалась судьба собачек, которые благополучно вернулись из полета? Так, знаменитая Стрелка потом принесла здоровое потомство - шесть щенков. Один из них был отправлен в подарок жене президента США Джона Кеннеди Жаклин. Собачку Жульку взял к себе академик Олег Газенко, и она прожила у него почти двенадцать лет. Собаку по кличке Цыгана забрал к себе домой председатель госкомиссии по организации исследований на геофизических ракетах академик Анатолий Благонравов. Многие "разведчицы космоса", ушедшие на заслуженный отдых, жили в виварии - на полном коште.

Ну, а Лайка, которая доказала, что живое существо может пережить запуск на орбиту и невесомость, навсегда осталась в истории космонавтики. В апреле 2008 года в Москве на территории Института военной медицины, где готовился космический эксперимент, был установлен памятник этой героической собаке, погибшей во имя науки.