Заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам

О взаимодействии с субъектами Российской Федерации при реализации приоритетных проектов по основным направлениям стратегического развития.

Вступительное слово Дмитрия Медведева

Выступление президента Республики Татарстан Рустама Минниханова

Выступление губернатора Владимирской области Светланы Орловой

Выступление губернатора Московской области Андрея Воробьёва

Выступление губернатора Нижегородской области Валерия Шанцева

Выступление главы Республики Коми Сергея Гапликова

Выступление губернатора Красноярского края Виктора Толоконского

Выступление главы Республики Башкортостан Рустэма Хамитова

Выступление губернатора Калужской области Анатолия Артамонова

Выступление главы Республики Дагестан Рамазана Абдулатипова

Заключительное слово Дмитрия Медведева

Брифинг Дмитрия Козака по завершении заседания

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы с вами не первый раз встречаемся в рамках сочинского форума. Это хороший формат, позволяющий обсудить текущую жизнь с участием и значительной части губернаторского корпуса, и руководителей министерств и ведомств Правительства Российской Федерации.

В этом году это тем более актуально, поскольку мы перешли к новым проектам. Вчера я об этом довольно подробно рассказал. Вы и сами неплохо всё это знаете, но я посчитал правильным, чтобы и вы, и все наши граждане, заинтересованные в реализации проектов, услышали о том, что мы планируем делать по важнейшим направлениям деятельности Правительства, важнейшим направлениям развития государства.

Сегодня мы поговорим о том, каким образом организовать проектную работу на местах, естественно, вкупе с теми проблемами, которые есть практически в каждом регионе, – и финансовыми, и другими.

Мы, конечно, фокусируем внимание на тех проблемах, которые волнуют людей, от которых непосредственно зависит, как они будут жить. Это темы, из которых складывается повседневная жизнь человека в нашей стране.

Вторая ключевая задача, связанная с этими проектами, о чём я тоже вчера говорил, – обеспечить условия для устойчивого экономического роста. Если проекты, которые мы начинали около 10 лет назад, касались только социальной составляющей, то новые приоритеты касаются и жизни, и условий для роста – так, собственно, и назван наш форум.

Вчера я также сказал, что проектная работа подразумевает жёсткие требования к государственному управлению, по сути, переход на новое качество управления. Это максимальная концентрация финансовых ресурсов, тем более что у нас их сейчас действительно очень немного лишних и на федеральном, и на региональном, и на муниципальном уровнях. И это чёткая координация всех задействованных в этой работе уровней власти, структур и, конечно, человеческого капитала. В конечном счёте это и более высокая персональная ответственность.

Нам нужно всем научиться работать в таком режиме.

Если говорить прямо, то, что называется project management, или проектное управление, – это то, чему нужно учиться всем, включая членов Правительства. Мы в таком ключе никогда не работали, точнее, в рамках первых проектов пытались это делать. Сейчас мы снова приступили к такой системе организации управленческой деятельности, и здесь могут быть разные проблемы, тем более что и федеральных ресурсов немного, которые можно было бы дополнительно на эти цели израсходовать, и ресурсы регионов очень разные.

Тем не менее надо стараться обеспечивать софинансирование, более тщательно заниматься оптимизацией расходов, мобилизацией доходов (как это делать – это ваш выбор, вам решать), в том числе используя существующую систему льгот по региональным налогам и платежам. Такое право регионам мы предоставили, надо реально оценить свои возможности.

В любом случае, и это главное, – сохранить расходы на значимые инвестиционные и инфраструктурные проекты. Мы со своей стороны, по линии федерального бюджета, будем дополнительно поддерживать наименее обеспеченные регионы в этих целях. Одновременно будем модернизировать систему дотаций. Получить их можно будет на вполне конкретных, определённых условиях. Прежде всего это развитие экономического и налогового потенциала региона, сокращение бюджетного дефицита, уменьшение долговой нагрузки. Все регионы, которые предъявят дополнительные темпы роста, будут поощряться специальными грантами. Эти идеи мы совсем недавно обсуждали и в Правительстве, и у Президента, и считаем, что в общем они подготовлены.

Предлагаем следующий подход по части налога на прибыль, который подлежит зачислению в федеральный бюджет: если такие поступления вырастают по сравнению с предыдущим периодом, то есть с прошлым годом, то этот прирост остаётся в распоряжении субъекта Федерации.

Ещё одно предложение – это укрупнение бюджетных субсидий. Будем, с одной стороны, спрашивать с региона за результаты работы, с другой стороны, регионы получат больше свободы в принятии управленческих решений по укрупнённым субсидиям.

Также продолжим замещать рыночные обязательства регионов более дешёвыми бюджетными кредитами. Для самых низкообеспеченных предложим пролонгировать кредиты, предоставленные за счёт федерального бюджета.

Это некоторые меры поддержки, которые уже сформировались, но окончательно ещё не оформлены. Давайте обсудим то, что предлагается. Надеюсь, что эта помощь создаст больший эффект и все вы активнее включитесь в проектную деятельность, займётесь вопросами, которые волнуют огромное количество людей, причём будете делать это не формально, а с нацеленностью на конкретный результат, чего и требует проектная деятельность.

Участники заседания

Список участников заседания президиума Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам с участием глав субъектов Российской Федерации, 1 октября 2016 года

Я вчера подробно остановился и на здравоохранении, и на обеспечении нормальной жилищно-коммунальной среды, жилищном строительстве, дорогах, поддержке малого бизнеса и целом ряде других направлений. Отмечу лишь, что в таком режиме мы работаем около трёх месяцев, проведена большая организационная работа. Сегодня у нас расширенное заседание президиума, но оно уже шестое, и два заседания совета было под руководством Президента. Создаются проектные офисы в министерствах и ведомствах.

Хотел бы понять, насколько быстро это идёт, чтобы наши коллеги, руководители министерств и ведомств, на эту тему доложили в Правительство – что сделано. Знаю, что и в регионах подобная работа организована. Просил бы руководителей регионов работу по созданию проектных офисов для национальных приоритетов непосредственно в ваших администрациях взять под контроль, принять все организационные решения для этого и обеспечить работу.

Эти приоритеты подразумевают предельно конкретные задачи, такие результаты, которые можно потрогать руками, которые овеществлены в новых объектах – жилье, дорогах, новых условиях для того, чтобы получить образование, условиях оказания медицинской помощи, включая новые автомобили скорой помощи, новые школьные автобусы. Это предельно конкретная работа, конкретные результаты, за что все всегда благодарили наши национальные проекты десятилетней давности. Нам и сейчас надо обеспечить эти результаты, причём, обращаю внимание коллег – руководителей регионов, во всяком случае первую часть результатов мы должны получить в ближайшие полтора года. Это не задача до 2025 года. Хотя у нас есть и среднесрочные планы, и, понятно, мы далеко не всё успеем сделать, но мы таким образом проектные показатели выстраивали, что первые результаты должны быть получены в самое ближайшее время, то есть в перспективе год-полтора.

Естественно, мы будем корректировать некоторые подходы в ходе работы, потому что это такая творческая деятельность, но основные позиции вам известны.

Р.Минниханов: Я хотел бы рассказать про малый и средний бизнес в республике. Он представлен 143 тыс. организаций и индивидуальных предпринимателей. В данном секторе занято 470 тыс. человек, и в совокупности они создают более 25% валового регионального продукта нашей республики.

В Татарстане развивается современная инфраструктура поддержки предпринимательства. В настоящее время успешно работает технополис «Химград» – здесь 265 резидентов, 7 тыс. работающих; камский индустриальный парк «Мастер» – 250 резидентов, 5 тыс. работающих; технопарк «Идея» – 106 резидентов, 2,2 тыс. работающих; два IT-парка, один в Казани, один в Челнах – 140 резидентов, 3 тыс. работающих. Мы сегодня активно работаем по муниципальным промышленным площадкам – их 52 сегодня, 354 резидента, и работает около 6 тыс. человек.

К 2020 году планируем увеличить количество в два раза, до 100, и, конечно же, муниципальные площадки позволяют диверсифицировать экономику районов и сохранить занятость населения в этих районах.

По итогам прошлого года всеми резидентами инфраструктуры развития бизнеса республики произведено продукции на 125 млрд рублей, что составляет 7% от общего объёма промышленного производства республики. В этой связи хочу обратиться к Вам, уважаемый Дмитрий Анатольевич, сохранить механизм федеральной финансовой поддержки строительства промышленных парков по программе Министерства экономического развития Российской Федерации.

Для доступа к инновационным технологиям в республике при поддержке Министерства экономического развития создано четыре инженерных центра – это «КАИ-лазер», это «Химтех», «Биотех», Центр медицинской науки и два центра прототипирования – это Центр робототехники и Центр цифровых технологий. Малый бизнес получил доступ к дорогостоящему оборудованию, компетенциям, технологиям. Это позволяет создавать новую конкурентную продукцию для импортозамещения и выстроить систему эффективной кооперации с крупными компаниями. В этой связи совместно с Корпорацией малого и среднего предпринимательства республики определён перечень перспективных проектов на сумму более 18 млрд рублей, которые будут осуществляться малыми предприятиями совместно с крупными производителями. Техническое оснащение малых производственных предприятий мы планируем в рамках создания региональных лизинговых компаний. В этой связи тоже обращаемся, Дмитрий Анатольевич, оказать содействие в финансовом обеспечении Корпорации МСП для создания доступных лизинговых инструментов.

Ещё одна важная тема – направление обеспечения доступа к системе государственных закупок и закупок крупнейших компаний. Сегодня в республике функционирует межрегиональный портал информационной поддержки малого и среднего предпринимательства. В данном ресурсе оформили подписку более 7,5 тыс. предпринимателей, подписчики получили более 40 тыс. уведомлений об интересующих торгах по электронной почте. В результате были заключены контракты более чем на 44 млрд рублей.

Большой интерес в республике вызывает программа кредитования субъектов малого и среднего бизнеса, разработанная Корпорацией МСП совместно с Центральным банком. В республике уже 14 организаций получили кредиты на сумму 2,7 млрд рублей, ещё 37 заявок на 9,7 млрд находится на рассмотрении, и мы готовим следующие проекты. Хочу, конечно, поблагодарить Корпорацию МСП и Банк России за снижение ставок по кредитам, а также за решение вопроса о допуске региональных банков к участию в программе кредитования.

Также для доступа малого бизнеса к кредитным ресурсам создана национальная гарантийная система, частью которой является гарантийный фонд нашей республики. Услуги фонда показали высокую востребованность у бизнеса. Если взять гарантийный фонд, выдано 700 гарантий на сумму 1,9 млрд рублей, что позволило привлечь 5,6 млрд рублей кредитов. Тоже хотел бы попросить рассмотреть вопрос дополнительных федеральных средств для увеличения капитализации гарантийных фондов.

Одним из приоритетов власти в республике является поддержка предпринимательства на селе. В Татарстане сегодня работает порядка 4,5 тыс. фермеров и 448 тыс. личных подсобных хозяйств. Они производят более половины республиканской сельхозпродукции. При помощи в том числе регионального и федерального бюджета построено 1,2 тыс. семейных животноводческих ферм, сегодня ещё в процессе строительства 140. Выдаются гранты начинающим фермерам, оказывается помощь личным подсобным хозяйствам.

Перспективным направлением развития сельскохозяйственной кооперации мы считаем создание сети агропромышленных парков. В республике три парка уже работают – это Казань, Челны, Заинск. Мы, кроме того, разработали проект по строительству мини-агропарков для районных центров, где будет перерабатываться и продаваться продукция местных производителей. И, конечно же, отмечу, что создание агропарков в настоящее время возможно только в рамках конкурсного отбора Минэкономразвития Российской Федерации. Дмитрий Анатольевич, просим рассмотреть возможность создания агропарков в рамках программы и Министерства сельского хозяйства Российской Федерации.

Республика Татарстан участвует в пилотном проекте по созданию сети многофункциональных центров предоставления услуг для бизнеса. Данный сервис очень востребован, позволяет упростить доступ малых предприятий к государственной поддержке. Сегодня такие центры уже действуют в пяти крупных городах республики, оказывается 47 специализированных услуг, и подобные центры мы откроем во всех наших муниципалитетах.

Мы придаём большое значение подготовке нового поколения бизнесменов. Этому способствует наш, татарстанский проект «Фабрика предпринимательства». Это группа инициативных людей, которые обучают  сегодня уже 300 человек. Они не только в центре, в столице работают, они выезжают в муниципалитеты, и эта программа очень востребована. Большой пилотный проект – «Бизнес-класс», организованный компанией Google совместно со Сбербанком. По этой программе сегодня проходят обучение 14 тыс. предпринимателей республики.

Кстати, сегодня и Министерство экономического развития совместно с Корпорацией МСП реализует федеральный образовательный проект для предпринимателей. Мы в этом проекте тоже принимаем участие.

В завершение хотел бы обратиться, Дмитрий Анатольевич, к Вам. Малый и средний бизнес развивается, но нужна федеральная поддержка. Мы видим результаты этой поддержки, но суммы, которые выделяются, с каждым годом уменьшаются. Было 22, 18,5, 11 и снижается. Всё-таки мы бы просили (регионы, ассоциация, я думаю, и мои коллеги скажут) уровень хотя бы прошлого года (18,5 млрд) сохранить.

Ну и пользуясь возможностью, я хочу сказать, что все эти проекты были возможны благодаря тем проектам, которые определило федеральное Правительство, Корпорация малого и среднего предпринимательства, и мы ощущаем эту поддержку.

С.Орлова: Как мы работаем по теме «Доступное и комфортное жильё». Мы справились с задачей 2015 года, сдали 650 тыс. кв. м жилья. У нас хорошие прогнозы, что справимся и с 2016 годом. Мы серьёзно поддерживаем стройиндустрию. В этой сфере у нас работают уже 58 тыс. человек, это 8,4% от общей численности занятых в экономике региона.

Мы начали проект «Частный город», привлечение частных инвестиций в строительный комплекс. Город Доброград уже готов принять 10-го числа форум «Спортивная держава». Здесь будет 15 тыс. жителей, вся инфраструктура. Здесь будет первый в России после Москвы спортивный парк со скейтбордами, дома по 33 тыс. за квадратный метр, четыре озера – великолепное место, и в перспективе надеюсь, что будет остановка ВСМ.

Поддержка граждан – это самый ключевой вопрос. В 2015 году мы просели по ипотеке (если в 2014-м было 9,5 тыс., в 2015-м – 6 тыс., то 2016 год даёт динамику уже 1,3). Мы стали поддерживать ипотеку врачей (900 врачей в области не хватает). За этот год 95 врачей прибавилось благодаря ипотеке, программе по поддержке на селе. Мы ещё начали строить ФАПы. Благодаря тому, что вы укрупнили субсидии, при ФАПе мы сразу делаем небольшую квартиру для сельского фельдшера или врача. В итоге, если квартира стоит миллион, мы выделяем 312 тыс., ставка стала 4,5.

При распределении субсидий между регионами предлагаем перейти к отбору проектов комплексного развития территорий. Вы видели Владимир, когда прилетали, – очень много промзон. Мы сейчас эти промзоны выводим, делаем комплексную застройку, уделяем большое внимание инфраструктуре. Газ, воду, тепло, электричество сейчас выстраиваем там, где у нас будут крупные предприятия и комплексная застройка. Третью очередь завода «Гусар» в Гусь-Хрустальном заложили, в перспективе он может обеспечить 25% мирового рынка трубопроводной продукции. Директор завода вместе с нами строит микрорайон на 40 тыс. жителей, потому что ему нужны кадры. Немецкая компания «Баутекс» сейчас также вместе с нами планирует жильё для своих сотрудников. Только что сдали с американской компанией Abbott крупное предприятие по производству лекарств: 50 наименований, 24 из них – лекарства от рака. Они сегодня тоже серьёзно подумывают, как с нами войти в этот проект.

По ставке ипотеки в целом. Мы хотим провести работу со Сбербанком, сделать ставку субсидирования 8%.

По арендному жилью. Считаю, что целесообразно развивать на территории регионов формы жилищного строительства, востребованные населением. Во Владимирской области очередь 13 тыс. Кто не может сразу купить квартиру, взять ипотеку, пусть пользуется арендным жильём.

В ЖКХ непростая ситуация была, когда я принимала область, – 3,5 млрд долгов, более 150 нерентабельных котельных, никакого капитального ремонта. За три года закрыто 37 нерентабельных котельных, инвестиции в ЖКХ составили 1,8 млрд. Капитальный ремонт сделан 1609 домов, построено 88 новых котельных, газифицировано 10 тыс. домовладений, создана «дорожная карта» с «Газпромом». Структура ЖКХ рентабельная, туда часто приходит инвестор, но если мы не разберёмся с гарантирующими поставщиками, у нас по ЖКХ больших результатов не будет. Надо начинать реструктуризацию гарантирующих поставщиков, потому что мы свои планы делаем, готовим инвестиционные планы, а у них есть ряд проблем, которыми надо заниматься.

Моногорода. У нас моногород Камешково. Это была безнадёга – 16 лет ни канализации, ни дорог, ни детских садов. Мы выиграли конкурс. У нас во Владимирской области четыре инвестора и сейчас рассматривается ещё один. Что мы делаем? Начинам строить школы там, где будет моногород, детский сад благодаря федеральной программе сделали, развиваем вторые очереди производств, которые там есть. Приходят инвесторы, которые будут делать новые производства. А если нам сделать так: логистику финансов поменять. 40 федеральных программ, и все разбросаны. Мы не тратим деньги, а меняем логистику и эффективно действуем.

А.Воробьёв: У меня тема – ЖКХ и городская среда. Для всех она актуальна, злободневна, жители чаще всего требуют от нас порядка в этой сфере. Я расскажу о приоритетных стратегических направлениях, которыми мы занимаемся в Московской области. У нас существует плотный контакт с Министерством строительства и ЖКХ и координация с Дмитрием Николаевичем Козаком. Это принципиально важно для того, чтобы все подзаконные акты, нормативная документация позволяла нам решать те проблемы, о которых говорят люди.

Первое. У нас большая программа, порядка 80 котельных в год строим, переходим с жидкого топлива на газ, и таким образом цена гигакалории для жителей снижается с 4,5–6 тыс. рублей до 2–2,5 тыс. рублей. Считаем эту программу стратегически важной. Подобная модернизация позволяет гарантировать качество предоставляемой услуги.

Вторая тема – это повышенное количество железа в воде. Вместо нормы 0,25–0,3 мг на куб у нас в десять раз больше. Мы развернули большую программу, благодаря Восточной водопроводной системе во Владимирской области (ещё во времена СССР открыли большое месторождение) весь восток Подмосковья мы стараемся снабжать свежей и чистой водой. Это большая программа, на которую есть все необходимые нормативные акты, которые позволяют нам в городах укрупнять водоснабжение.

Третья тема – это капитальный ремонт. Закон действует не так давно, но очевидна его важность и актуальность. Сначала при проведении конкурсов, выработке стандартов капитального ремонта мы допускали ошибки. Но мы постарались каждый вид работ подробно описать, стандартизировать, и в 2015 и особенно в 2016 году мы укладываемся в план и чётко понимаем, что за чем следует. Мы информируем жителей о программе капитального ремонта, как на текущий период, так и на перспективный.

Отдельная тема – городская среда, в том числе благоустройство дворов. У нас в Московской области 13,5 тыс. дворов, и десятилетиями благоустройство дворов не велось. Мы приняли закон о благоустройстве, в котором подробно и чётко прописали стандарты, что такое благоустройство двора. Мы описали семь основных параметров, которые предполагают наличие контейнерной площадки, парковки, детской площадки, зелёной зоны, видеонаблюдения, информационной зоны и зоны отдыха. Всё это стандартизировано и позволило нам открыть муниципальную программу, а закон – обязать каждое муниципальное образование предусматривать в бюджете определённые средства – это 9–9,5 млрд рублей в год. Ремонт каждого двора нам обходится порядка 4,5–5,5 млн рублей. Когда есть правовая и нормативная базы, получаем ответ на вопрос, как обеспечить регулярное обновление и модернизацию дворов. В 2015 и 2016 годах мы обеспечили ремонт порядка 10–12% дворов. Считаем эту программу очень заметной, обсуждали её с Министерством строительства и ЖКХ. Было бы замечательно, если бы в поддержку мы имели какие-то гранты или внимание федерального Правительства. Это было бы целесообразно рассмотреть, по крайней мере это являлось бы дополнительным стимулом.

Ещё одна тема – это подъезды. Их тоже не ремонтировали очень долго. Известно, что жители в своих квитанциях первую часть платят за услуги ЖКХ, а вторую – за текущий ремонт. Этот ремонт, за который мы платим всю свою жизнь, делается нерегулярно. Мы посчитали подъезды Московской области, их порядка 150 тыс., и в следующем году начинаем по программе софинансирования (региональный бюджет – управляющая компания – муниципальный бюджет – жители) ремонт подъездов. Считаем это тоже заметной и важной работой. Если мы эту программу реализуем, то люди почувствуют перемены. Мы дворы меняем, дороги ремонтируем – хотелось бы, чтобы и подъезд был приведён к определённому стандарту. Этот стандарт нами тоже описан. В пятиэтажном доме ремонт стоит порядка 200 тыс. рублей, а в девятиэтажном – 400 тыс. Это предполагает определённый набор работ.

В завершение хотел бы попросить уточнить ряд моментов в постановлениях по подключению техусловий. Я считаю, что это важное мероприятие, которое позволит нам обеспечить прозрачность подключения воды, тепла и канализации – очень важная составляющая как для ведения бизнеса, так и для девелоперских, строительных мероприятий. Здесь нам нужна такая же прозрачность, как при подключении электроэнергии. Когда мы начинали, подключение электроэнергии было год, потом полгода. Сейчас это всё ушло в чётко регламентированный прозрачный процесс. Хотелось бы воспользоваться моментом и попросить уточнить ряд положений в постановлениях. Это явилось бы важным моментом по упрощению и обеспечению прозрачности.

Д.Козак: По поводу подключения. Эта работа идёт, три документа параллельно: вода, линии электросвязи. Как всегда, процесс затягивается из-за длительного согласования. Мы в ближайшее время, думаю, сможем принять эти постановления Правительства, отрегулировать точно так же, как в электроэнергетике, здесь проблем нет.

Что касается вопроса, который, скорее всего, всех живо интересует, – это вопросы будущего межбюджетных отношений, будущего региональной политики. Дмитрий Анатольевич финансовую часть обновлённой региональной политики, инструментов региональной политики рассказал.

Я хочу ещё раз подчеркнуть, что эта работа проводится в рамках подготовки новой стратегии региональной политики. Она у нас действует с 1996 года и совершенно не соответствует реалиям. В настоящее время Правительством подготовлена такая стратегия, одобрена в принципе в Правительстве и Президентом Российской Федерации, недавно обсуждалась на заседании Совета Безопасности.

О финансовой части я подробно расскажу. Суть её состоит в том, что мы должны в ближайшее время – до марта 2018 года – подготовить детальную стратегию пространственного развития Российской Федерации, определить наши представления о перспективах развития каждого региона и с учётом этого нашего обновлённого представления (естественно, это всё будет сделано с участием регионов) откорректировать с федерального уровня планы по инфраструктурному обустройству страны. Самое главное – ввести механизм, который обеспечивает реализацию этих планов, чтобы у нас не было ситуации, когда мы провозглашаем планы, под эти планы выстраиваются регионы, муниципалитеты, компании, потом обрезаем бюджет (это реже бывает), и все оказываются обманутыми.

Очень важно ещё включить сюда федеральные инфраструктурные компании. Мы должны составить такой перечень федеральной инфраструктуры, который оказывает существенное влияние на формирование региональных и муниципальных инвестиционных программ хозяйствующих субъектов, чтобы гарантировать их реализацию на определённом временном отрезке и исходя из этого придать новый импульс развитию перспективных направлений экономики территорий, которые есть.

Межбюджетные отношения. С начала текущего года была проведена масштабная работа по инвентаризации расходных полномочий субъектов Федерации. Работа была максимально открытой и с привлечением обеих палат парламента, Счётной палаты. Естественно, я здесь должен выразить при всех огромную благодарность Министерству финансов, которое проделало огромную работу. Что показали результаты инвентаризации? Показали, что действующая методика распределения дотаций на выравнивание уровня бюджетной обеспеченности, основанная на РБО так называемой, не в полной мере отражает потребности регионов в финансировании тех расходных полномочий, которые возложены на органы государственной власти субъектов, на органы местного самоуправления.

Инвентаризация была проведена по консолидированным бюджетам субъектов Федерации. 39 регионов оказались не в состоянии даже после выравнивания из федерального фонда обеспечивать до условного среднероссийского уровня финансирование своих собственных расходных полномочий. Этот среднероссийский уровень был посчитан таким образом: мы исключили пять наиболее богатых регионов, 10 наиболее бедных и определили условно для себя среднероссийский уровень. Так вот 39 регионов не могут обеспечить за счёт собственных доходов, включая дотации из федерального бюджета, выполнение этих полномочий. При этом, как ни странно, вот в чём парадокс, некоторые регионы, которые получают дотации и считаются традиционно крайне низкообеспеченными даже с учётом дотаций, финансируют в расчёте на душу населения, на единицу мощности соответствующих полномочий выше, чем, например, Москва, выше, чем Калужская область, и так далее. А Калужская область та же, к примеру, несмотря на то, что она донор, финансирует эти расходные полномочия ниже среднероссийского уровня.

Это серьёзный урок, который нам необходимо извлечь из результатов инвентаризации. Сделать эту инвентаризацию постоянно действующим механизмом, и в дальнейшем те ресурсы, которые перераспределяются через федеральный бюджет, распределять по справедливой методике, основанной на этой инвентаризации.

Как уже было отмечено Дмитрием Анатольевичем, для того чтобы усилить, с учётом сложившейся ситуации финансовую помощь из федерального бюджета… Действующая налоговая система, к сожалению, не даёт возможности справедливо распределить ресурсы по всем регионам, мы все это прекрасно понимаем, у нас разная страна. Принято решение централизовать 1% налога на прибыль со всех регионов в федеральный бюджет для целей его перераспределения обратно регионам, но уже по этой методике с учётом результатов инвентаризации.

Этот 1% в условиях 2016 года даёт 117 млрд рублей дополнительных доходов федерального бюджета. Понятно, что обиженными оказываются самые высокодоходные регионы. Хочу сказать, что из этих 117 млрд рублей  70 млрд ‒ за счёт всего пяти регионов, у которых уровень бюджетной обеспеченности выше полутора.

Мы направим 84 млрд рублей ‒ на увеличение фонда финансовой поддержки, теперь он будет не 514 млрд, а около 600. 20 млрд рублей ‒ на увеличение грантов на поощрение регионов. И оставшиеся средства в первый год реализации этой схемы ‒ в первый год только ‒ будут оставлены для компенсации выпадающих доходов федерального бюджета, в связи с тем, что прирост налога на прибыль от 3%, которые теперь будут в федеральном бюджете, мы будем оставлять регионам. Это запланировано в федеральном бюджете.

Что касается дотаций. Дмитрий Анатольевич об этом говорил, я ещё раз хочу подчеркнуть. Все регионы, которые получают так или иначе дотации из федерального бюджета, в обмен на дотации должны будут брать на себя обязательства по сокращению уровня дотационности за счёт наращивания собственного экономического и налогового потенциала, мобилизации дополнительных доходов, оптимизации расходов (особенно это касается высокодотационных регионов, которые тратят больше, чем Москва, Ханты-Мансийск и прочие богатые регионы).

И должны быть конкретные обязательства. Отрицательные обязательства запрещается брать, а так добровольно определитесь: насколько за год будут сокращены дотации, какие будут привлечены инвестиции в регион, в каком объёме, какие будут мобилизованы доходы. Вот такая работа со всеми регионами Минфином, Минэкономразвития ежегодно должна проводиться, и мы должны ставить себе конкретные задачи.

И эти обязательства тоже будут пусть с символической, но с финансовой ответственностью за их невыполнение. В случае невыполнения обязательств очередная дотация на очередной финансовый год будет соответствующим образом уменьшена или во всяком случае не индексирована. Мы должны по-честному здесь поступать и понимать, кто за что отвечает.

Гранты. В прошлом году впервые, по-моему, распределили 5 млрд рублей довольно справедливо, никаких обид не было. Гранты будут распределяться. Прежде всего удельным весом в критериях оценки эффективности работы субъекта Федерации является динамика наращивания собственного экономического потенциала, динамика роста ВРП. У нас было 5 млрд рублей, а будет 20 млрд рублей. Есть два варианта. Моё предложение первоначальное было, чтобы включить теперь 40 субъектов Федерации, первые, которые наиболее динамично вырастают. Здесь другое было предложение, чтобы в принципе распределить среди всех регионов, которые демонстрируют положительную динамику экономического роста. Надо подумать, но важно, чтобы этот грант был серьёзным замещением выпадающих дотаций, которые субъекты теряют в связи с наращиванием собственного экономического потенциала. Таким же образом второй инструмент, который будет и стимулировать, и компенсировать выпадающие дотации, – это тот самый прирост налога на прибыль, который подлежит зачислению в федеральный бюджет.

Всё это в совокупности должно поставить всех ‒ и федеральные органы власти, и региональные ‒ в такие рамки, чтобы мы консолидировано, все вместе работали на единую цель – наращивание общего экономического потенциала нашей территории. И, кстати, такие же меры мы в Бюджетном кодексе предусмотрим, несмотря на наше федеративное устройство, чтобы такие же меры вводились на субфедеральном уровне, то есть во взаимоотношениях между органами исполнительной власти субъектов и муниципальными органами власти. Нам необходимо включить в эту работу максимальное количество государственных муниципальных управленцев, чтобы были все замотивированы на одну цель.

И последнее, что касается субсидий из федерального бюджета. Мы долго уже говорим о том, что необходимо их укрупнить, дать больше возможности регионам самостоятельно выбирать методы и цели решения тех задач, которые ставятся с федерального уровня в обмен на предоставление субсидий. Я надеюсь, что начиная с 2017 года нам эта работа удастся. Прежде всего продемонстрировал добрую волю новый Министр сельского хозяйства, где больше всего субсидий, Александр Николаевич (А.Ткачёв) собирается их сократить до семи.

Новелла, которая предлагается в предоставлении субсидий, ‒ это единая методика уровня софинансирования. В рамках работы по инвентаризации полномочий с учётом уровня бюджетной обеспеченности по результатам инвентаризации расходных полномочий для всех видов субсидий будет единая методика уровня софинансирования. Таким образом и органам исполнительной власти будет проще дозировать и планировать расходы федерального бюджета, и регионам заранее будет понятно, на какой процент софинансирования из федерального бюджета по любой субсидии они имеют право претендовать.

Вот та перспектива, которая ждёт нас в ближайшее время. Кстати, у нас есть 18 млрд рублей ‒ остаток субсидий на сбалансированность. Мы о чём договорились? О том, что уже в этом году они будут распределены с учётом итогов инвентаризации полномочий тем регионам, которые больше всего в этом нуждаются.

Д.Медведев: Я специально попросил выступить Дмитрия Николаевича, чтобы коллеги-губернаторы ещё раз услышали о результатах проработки вопросов по межбюджетным отношениям в Правительстве, результатах последующих совещаний, которые были у меня и у Владимира Владимировича Путина.

В принципе то, что сейчас излагается, это уже принятые решения. Часть присутствующих здесь коллег тоже участвовала в обсуждении этих вопросов. Надеюсь, это поможет создать более точный механизм для оптимизации межбюджетных отношений.

В.Шанцев: Мы сегодня обсуждаем важные вопросы развития, и среди этих вопросов очень актуальным является вопрос состояния дорожно-транспортной сети, потому что и развитие городов, и регионов, и страны в целом, безусловно, зависит от того, в каком состоянии находятся наши дороги.

В последнее время Администрация Президента, Аппарат Правительства, Минтранс совместно с нами в регионах провели немало работы по инвентаризации дорожно-транспортной сети. Социологические опросы и беседы показывают, что состояние дорог населением сегодня обозначается как проблема номер один. Только что мы вышли из избирательной кампании, провели сотни встреч с людьми, и я могу сказать, что большинство вопросов и наказов, которые поступили в адрес кандидатов в депутаты, – это состояние дорог, адреса́, конкретные магистрали, причём речь идёт прежде всего о дорогах регионального, межмуниципального и местного значения. В этом плане, конечно, абсолютно правильным является решение, чтобы проект безопасных и качественных дорог был приоритетным в стратегии развитии нашей страны. Мы поддерживаем это решение и с большим удовлетворением восприняли, что наш регион включили в число пилотных регионов, которые будут по этому проекту работать.

Нельзя сказать, что в последние годы ничего не делается в этом направлении. Беда состоит в том, что эти проблемы накапливались в течение нескольких десятков лет, и вот так разом их не решишь.

Правильным абсолютно является создание дорожных фондов – региональных, муниципальных. Это позволило нам в области в 2,5 раза увеличить финансовый ресурс, для того чтобы заниматься строительством, реконструкцией, капитальным и текущим ремонтом и содержанием дорог.

Вместе с тем хотелось бы сказать, что целый ряд решений за последние годы по наполнению дорожного фонда, на мой взгляд, являются весьма спорными. Здесь надо посмотреть и ставки акцизов, и особенно последнее решение по переносу извещений по транспортному налогу на 1 декабря. Только за счёт этого мы потеряли в этом году около 1 млрд рублей, и это снижает наши возможности.

Одновременно с этим могу сказать, что в последние годы, прежде всего по инициативе Вашей, Дмитрий Анатольевич, и Минтранса, Максима Юрьевича Соколова, мы получаем существенную помощь из федерального бюджета. И я лично, как и многие коллеги, благодарен за эту постоянную помощь.

Нам, например, удалось решить кардинально проблему по Нижнему Новгороду. 14 сентября мы запустили третью очередь южного обхода города, и тысячи большегрузных автомобилей вышли за его пределы и едут сегодня со скоростью в два раза выше. Плюс экологическая ситуация существенно улучшилась, я уже не говорю о транспортных потоках.

Также мы заканчиваем Борскую транспортную систему со строительством нового моста. 50 лет не строилось мостов через Волгу, и мы на протяжении 300 км имели один двухполосный мост, что является проблемой.

Но вместе с тем ситуация выглядит очень остро. Мы сейчас имеем 31 тыс. дорог различного значения, и только 34% приблизительно соответствуют нормативному состоянию, которое необходимо для эксплуатации этих магистралей. 66% требуют капитального ремонта, реконструкции, да ещё много локальных мероприятий.

Мы в последние годы в семь раз увеличили объёмы ремонта дорог, но в абсолютных цифрах это всего лишь 1 тыс. км. Поэтому концентрация ресурсов федерального бюджета, регионального бюджета, муниципальных бюджетов на решение этой проблемы просто необходима сегодня.

В этом плане, конечно, проект «Безопасные и качественные дороги» имеет для нас очень важное значение, потому что в разы надо увеличивать объёмы ремонта. Правильно Вы сказали в своём вступительном слове, что первые два года до 2018 года надо посвятить именно таким локальным мероприятиям, которые не требуют больших объёмов нового строительства (как правило, это текущий, капитальный ремонт, небольшая реконструкция), с тем чтобы увидеть как можно больший эффект. Мы с этим абсолютно согласны, и наша комплексная программа развития дорожно-транспортной сети Нижегородской городской агломерации именно на это и направлена. Мы делали её совместно с Минтрансом, с РосдорНИИ, и мы её сейчас сдали. Она получила нормальную оценку, мы готовы к её реализации.

Важно, что мы почувствовали, что от нас требуется не просто участие в этом проекте – мы должны достигнуть конкретных результатов. Мы должны выйти на определённые рубежи, и мы готовы эту помощь именно так использовать. Сегодня у нас 34%, в 2018 году мы должны 50% по нормативу иметь дорог, плюс ещё необходимо такую же пропорцию реализовать для того, чтобы снизить концентрацию дорожно-транспортных происшествий. А к 2025 году это 85%. И так же как по всем национальным проектам, так же как по всем указам Президента, мы вполне понимаем, что это очень тяжёлая задача, но реальная. Если мы соединим все усилия – абсолютно реальная задача. По крайней мере все наши планы и ресурсы мы будем концентрировать именно в этом направлении.

Когда меня спрашивают, какая же реальная помощь должна быть из федерального бюджета… Мы посмотрели: если по нашему региону эта помощь будет от 1 млрд до 1,5 млрд рублей каждый год, мы с задачами справимся, учитывая, что основная масса финансирования всё-таки будет из наших бюджетов. Поэтому просим нас поддержать, и мы обещаем, что эту задачу решим в области.

А.Дворкович: Мы не справимся с задачей улучшения состояния дорожной сети, если не будем реализовывать программу в увязке с программой транспортного обслуживания населения в целом и программой безопасности дорожного движения. Просто заниматься только ремонтами будет недостаточно, и в проекте очень чётко эта увязка проведена. В каждом регионе – и в Нижегородской области, и в других – есть уже эти утверждённые программы транспортного обслуживания, где есть чёткая разбивка по видам транспорта, взаимоувязка этих планов. Где-то качество этих программ выше, где-то ниже – не все они идеальны, но тем не менее они сделаны. Очень важной частью является переключение личного транспорта легкового и коммерческого грузового на другие виды транспорта. Общественный транспорт, если говорить о пассажирах прежде всего, – это и автобусы, и электрички, это выделенные полосы там, где это возможно сделать в крупных городах. А если говорить о грузовом транспорте, это в том числе и переключение на железнодорожный транспорт. Кроме того, с точки зрения безопасности дорожного движения это и правильная расстановка дорожных знаков как раз в местах или перед местами, где концентрируются аварии, где есть опасные участки. Это разметка, это освещение, это профилактика нарушений, это видеонаблюдение и система взимания соответствующих штрафов. То есть это комплекс мер, которые связаны с решением задачи в целом. Рассматривать ремонт и восстановление дорог в отрыве от этого было бы неправильно, и мы будем настраивать все регионы именно на такую комплексную работу в рамках каждого проекта. Часть регионов уже попала по определению в программу – это города с населением свыше 800 тыс. человек. От 500 до 800 тыс. человек – будет конкурс, и несколько регионов также попадут в эту программу, будем смотреть, каково качество подготовленных программ и способность реализовать эти планы.

С.Гапликов: 10 лет назад, Дмитрий Анатольевич, Вы начали работу по национальному проекту «Здравоохранение». Это существенно изменило ситуацию в отрасли, кардинально, по сути дела, изменило не только ожидания населения, но и то, что на сегодняшний день называется самим здравоохранением в стране.

Сегодня время ставит перед нами другие задачи, и это, безусловно, то, чем нам сегодня приходится заниматься. Вопрос обеспечения доступности медицинской помощи гражданам, особенно проживающим в труднодоступных населённых пунктах, сегодня стоит крайне остро. Наш регион относится к такой территории: у нас плотность населения – 2 человека на 1 кв. км и низкая плотность сети автомобильных дорог, которые в пяти муниципальных образованиях из 20, если говорить честно, отсутствуют. Эта ситуация сегодня составляет определённую угрозу жизни и здоровью 300 тыс. проживающих на этих территориях граждан нашей страны. Потребность в использовании авиации при медицинской эвакуации на этих территориях достигает примерно 60% от всех вызовов. Эти районы республики, конечно, подвержены определённому риску, и, к сожалению, я могу ещё отметить тот факт, что рядом с медицинскими учреждениями, по объективным в том числе причинам, отсутствуют вертолётные площадки, и после того как пациента эвакуировали на авиационной технике, его ещё приходится везти на расстояние до 50 км.

У нас эвакуации, к сожалению, подвержены более тысячи человек ежегодно. Мы делаем всё, поверьте, от нас зависящее, с тем чтобы максимально уделять внимание этому направлению, но, конечно, мы не обеспечиваем всех потребностей. Поэтому мы всецело поддерживаем то направление, которое принято на уровне Правительства, – о субсидировании закупок авиационных услуг при выполнении санитарно-авиационных заданий. Это нам позволит ежегодно оперативно сохранять более 120 жизней наших граждан только на труднодоступных территориях.

Конечно, вопрос обеспечения отрасли квалифицированными медицинскими кадрами также стоит достаточно остро. Ежегодно республикой выделяются значительные средства на контрактную подготовку врачей, дополнительные выплаты молодым специалистам, на оказание социальной помощи для закрепления на территориях. Конечно, этих мер сегодня недостаточно, и мы принимаем иные механизмы, которые позволяют решить максимально оперативно эти задачи. Первичное звено – самое важное, оно должно быть квалифицированным, уровень специализации в этом звене в полной мере должен отвечать велениям времени, требованиям, которые сегодня устанавливаются. Поэтому поддерживаем проект, обеспечивающий современный уровень профессиональной подготовки врачебных кадров и внедрение новых систем доступа к профессиональной деятельности, устранение кадрового дефицита в отрасли. Реализация этого проекта только в Республике Коми к концу 2018 года позволит до 90% повысить соответствующий кадровый потенциал в этой сфере.

Также очень актуально сегодня стоит вопрос информационных технологий в медицине. Требуется развитие регионального сегмента единой государственной информационной системы здравоохранения для обеспечения более удобного и функционального взаимодействия граждан с медицинскими организациями, со специалистами, в том числе дистанционно, для сохранения наращённых объёмов оказания медицинской помощи и для сокращения сроков ожидания медицинской помощи. Считаем, что эта работа должна проходить по пути расширения использования возможностей личных кабинетов, таких как «Моё здоровье», на едином портале государственных услуг, более полного участия медицинских организаций в электронном медицинском документообороте, оснащения рабочих мест врачей компьютерной техникой, организации многоуровневой системы телемедицинских консультаций, в том числе реализации схемы дистанционных консультаций пациента у лечащего врача. Мы просчитывали возможности и докладывали, что только к концу 2018 года практически 20% граждан, живущих на территории республики, могут быть вовлечены в этот процесс и получать такую помощь – онлайн-консультации с врачами при необходимости.

В республике готовятся к реализации данного проекта. Важнейшим направлением является доступность качественных лекарственных препаратов. Мы работаем над совершенствованием системы закупок лекарственных препаратов и контроля за их оборотом. В 2015 году проводилась работа по организации новых пунктов отпуска лекарств на базе подразделений медицинских организаций, расположенных в сельской местности. Внедрение новых механизмов контроля эффективности закупок лекарственных препаратов наряду с переходом на новую методику формирования начальной максимальной цены контракта на основе средневзвешенных цен с использованием типовых условий контракта нам позволит снизить стоимость закупок и повысить обеспеченность населения лекарственной помощью.

В.Толоконский: Благодаря усилиям Правительства нам удалось решить очень сложную задачу, поставленную главой государства, по обеспеченности местами в детских садах. Мы в крае за три года ввели больше 35 тыс. мест. Это серьёзно изменило качество дошкольного образования, потому что это современные проекты, это современная организация работы, подготовки кадров. Это уже повлияло на всю систему.

Сейчас нам предстоит улучшить среду в общеобразовательной системе. Это задача более масштабная, потому что здесь требуется и преодоление аварийности, и ввод дополнительных мест (поскольку контингент прирастает), и качество нужно обеспечить.

Единственное (понимаю, что скажу сейчас не очень популярную вещь): в таких проектах очень важно не эволюционно идти, а всё-таки добиться качественного прироста достаточно быстро. Поэтому, мне кажется, 25 млрд, которые сейчас объявлены, будет недостаточно. Я сравниваю по масштабу. Мы сейчас строим в среднем в год в регионе три-четыре школы, вводим около 2 тыс. мест. Если 25 млрд распределить даже поровну по регионам, то это будет для края примерно 400–450 млн, они не позволят изменить ситуацию.

По детским садам, по-моему, распределялось 50 млрд, и это было заметно в каждом регионе. Думаю, если бы здесь добавить (это для балансировки бюджета не такая серьёзная сумма), мы бы сразу получили серьёзное качество и за счёт своего софинансирования могли бы уже в самый короткий период показать результат.

Очень важно развивать среднее профессиональное (техническое) образование. Здесь мы стараемся и материальную базу укрепить, и перейти полноценно на контрактную подготовку. У нас сегодня более 50% специалистов готовится по конкретному заказу предприятий и организаций. Предприятия помогают мастерами, оборудованием, организуют практику. И мы переломили ситуацию, которая была в этой сфере: лишь бы учить чему-то, чтобы были не на улице ребята. Сейчас они получают полноценную подготовку, и без этого мы бы не обеспечили сегодня работу огромной экономики края.

Очень много содержательного нужно изменить в общеобразовательной школе. Мы активно создаём специализированные математические классы и классы естественно-научной направленности (мы это делали в Новосибирской области), и это даёт серьёзный результат. Сейчас в Красноярском крае у нас 79 таких классов, в следующем году будет 150. Мы хотим, чтобы примерно 7–8% выпускников получали уникальное образование. При этом там, где появляются спецклассы, меняется вся работа школы: это и программа полного дня, и тьюторство, и индивидуальный подход к развитию ребят.

Вместе с Сибирским федеральным университетом приступили к строительству особой физико-математической школы и тоже готовы взять её на региональный бюджет, потому что самая главная задача региона – сделать его центром образования, науки, и в этих сферах мы должны максимально концентрировать усилия.

Дополнительное образование. Мы приступили к реализации проекта детского технопарка при поддержке федерального Правительства, профильного министерства. Это будет большой центр, с программой робототехники, творческим, спортивным образованием. Готовясь к зимней Универсиаде 2019 года, мы создадим такую спортивную базу, что сможем практически удвоить число занимающихся физической культурой и спортом детей и взрослых.

В крае есть федеральный университет, сейчас создан опорный университет на базе двух, и он будет инженерно-технологическим университетом. Также региональные, отраслевые – медицинский, педагогический, аграрный, творческий. Вся система позволяет очень эффективно готовить кадры.

Я думаю, в этом проекте очень важная задача (это, на мой взгляд, ещё не отработано) – интегрировать академическую науку и университетское образование. В крупных городах есть и сильные университеты, и сильные институты Академии наук. Когда они врозь, эффекта получим гораздо меньше. Если мы их полностью интегрируем, будет совершенно другой результат, другой эффект. Если бы президиум совета рассмотрел этот вопрос, я убеждён, можно было бы найти решение.

Относительно того, что Дмитрий Николаевич (Д.Козак) сказал. Конечно, я убеждён, что большинство моих коллег за то, что совершенствовать межбюджетные отношения нужно. Мы понимаем, что здесь накопились проблемы: есть необоснованная дифференциация, несправедливость, которая плохо воспринимается. Но по результатам той инвентаризации, о которой говорил Дмитрий Николаевич (Д.Козак), я бы считал, нужно учесть как минимум два момента.

Во-первых, я убеждён, что можно получить больший эффект, если несколько упорядочить вообще принцип уплаты налога на прибыль, уйти от толлинговых схем, от КГН, и тогда перераспределение будет более естественным и даст гораздо больше результатов, чем просто по одному проценту. Потому что в каждом из крупных регионов есть предприятия с большой численностью занятых, с большим объёмом, с большим НДС, но совершенно без прибыли.

Нефтеперерабатывающий завод у нас в крае перерабатывает почти 7 млн т нефти – прибыли нет. Входная цена условная, выходная цена условная, по смете всё сделали, и несмотря на то, что работает почти 3 тыс. человек, несмотря на сложные экологические условия, регион недополучает. Понятно, что эта прибыль где-то улавливается при торговле, это опять же со всех по проценту, но уже тут была допущена несправедливость.

Второе. В инвентаризации всё-таки нужно учесть территориальные и географические особенности регионов. Мы, как правило, бюджетную обеспеченность считаем по населению, но регионы совершенно разные. Посмотреть Красноярский край: по доходам и расходам – огромная обеспеченность, но как только посмотрим реальную жизнь территории в 2,5 млн км, где нужно, например, компенсировать стоимость энергии... Электроэнергия: себестоимость на северах – 50 рублей, гигакалории тепла – 8 тыс. Никаких систем нет, я всё должен профинансировать. 10 млрд идёт без льгот только на такие дотации – энергетические, коммунальные. Транспорт – 56 самолётов и вертолётов, 10 аэродромов – это всё с дотациями. Оно не будет окупаться.

Территории огромные – совершенно другое построение социальной сферы. В большинстве нормальных регионов в сельском районе будет 30–40 тыс. населения, будет одна ЦРБ и 15 ФАПов условно. А в Эвенкии 14 тыс. жителей, три посёлка разделены между собой треугольником со сторонами по 600 км. Дорог нет, сообщение только вертолётом, который уже забрал огромные дотации. Но мы вынуждены там построить три ЦРБ (на район из 14 тыс.) – полноценных, огромных, с роддомом, с хирургий, с травматологией. Я уж не говорю о зарплате на северах, а зарплата на нашем бюджете, мы регион самодостаточный.

Поэтому, если просто считать обеспеченность по доходам и расходам на население, мы не получим должного эффекта. Всё-таки у нас огромная часть страны – это Крайний Север, Дальний Восток. Считал бы важным это учесть.

О.Голодец: От имени Правительства мне бы хотелось поблагодарить сначала всех губернаторов, потому что основным нашим показателем по здравоохранению является снижение смертности и рост рождаемости, и Вы знаете, эта работа начиналась очень тяжело. Мы только два года как перешли к более-менее стабильной ситуации, но на сегодняшний день практически все регионы по снижению смертности дают хороший в этих условиях результат. Я чётко говорю, что нет ни одного губернатора, который бы не был в курсе по поводу того, какая у него смертность в регионе, от чего она сегодня происходит, и какие у нас мероприятия запланированы по дальнейшему её снижению.

Очень важно, чтобы проектная программа по здравоохранению также была нацелена на основные наши показатели. Кстати, эта работа даже в августе дала положительный прирост населения по Российской Федерации: у нас плюс 8 тыс. по августовским показателям. Это замечательная цифра, притом что мы понимаем, какие сложности сегодня по лекарствам и так далее.

Что очень важно, сейчас, когда мы начинаем реализовывать проекты по доступности медицинской помощи, по обеспечению медицинским транспортом и по санавиации, это привело в первую очередь к дальнейшему снижению смертности. У нас есть план: мы должны довести среднюю продолжительность жизни до 75 лет (сейчас у нас 72 года).

У нас есть серьёзные вопросы по росту рождаемости. Программы по материнству и детству тоже должны не просто неукоснительно выполняться. В тех регионах, в которых сегодня младенческая смертность выше среднероссийской (выше шести), есть индивидуальные программы, и эти индивидуальные программы неукоснительно должны быть выполнены. Смертности выше шести у нас не должно быть, и мы понимаем, как планомерно снижать в дальнейшем этот показатель.

Обращаю ваше внимание, коллеги, у нас в некоторых регионах вопрос по рождаемости – это вопрос буквально нескольких тысяч рождений, обратите внимание на ЭКО. ЭКО в прошлом году нам дало больше 40 тыс. новых рождений, а прирост был 32 тыс. За счёт планомерной работы по ЭКО мы можем создать очень хороший тренд, и это те семьи, которые ждут рождения детей, которые им рады.

Что касается образования. Действительно, проект по садикам получился. Очень важно, что мы вместе со стройкой сразу отработали целый комплекс вопросов. Мы изменили СанПиН, мы изменили СНиП, мы изменили ФГОСы, мы изменили систему подготовки по дошкольному образованию.

У нас осталось пять регионов, которые ещё имеют очереди, и нам сегодня их нужно включить. Я предлагаю всё-таки объединить эти программы, дать возможность тем регионам, которые не закончили программу по детским садам, в рамках программы по школам тоже реализовывать по тем же правилам и нормам, которые мы уже ввели и апробировали, завершить программу по садикам.

И что нам важно сейчас определить (мы совместно и с Минстроем работаем, и с Минпромом), школа – это очень серьёзный вызов нашей промышленности и нашей строительной отрасли. Когда мы строили садики, мы перешли на российское оборудование, более того, отдельные элементы этого оборудования даже получили специальные призы на выставке в Милане. Сейчас мебель для дошкольников будет выставляться на выставке образования, и это очень хороший стимул для всей нашей экономики.

Мы должны сделать серьёзный прорыв в системе всего оборудования, мебели, оснащения для наших школ. И это серьёзная ревизия, мы создали специальный проектный офис на эту тему, где работаем с партнёрами. Нам, конечно, нужно его институционализировать, потому что здесь много и частного бизнеса, кто помогает нам в режиме онлайн, но мы должны перейти на очень хорошую, качественную систему оснащения школ и подходов к формированию школьного пространства по разумным, нашим, российским расценкам, для того чтобы выйти в лидеры.

Р.Хамитов: Сегодня у нас в стране 319 моногородов, почти в каждом субъекте Федерации моногорода есть, где-то больше, где-то меньше, в них проживают 14 млн человек, это почти 10% населения страны.

Чаще всего, конечно, эти города небольшие – 40, 50, максимум 60 тыс. За исключением Тольятти, Набережных Челнов в основном это небольшие города. Значит, мы должны в 2017–2018 годах в каждом этом городе создать по почти тысяче рабочих мест. Эти рабочие места должны быть при этом дешёвыми, скажем так, потому что если по миллиону или по два, или по три тратить на одно рабочее место – это мы уйдём в миллиарды, которых сегодня у нас нет.

У нас в республике восемь моногородов – не так много. Начинает нормализоваться психологический климат в этих городах: люди чувствуют себя лучше, появилась надежда, появилась уверенность в завтрашнем дне. И это совершенно меняет ситуацию! Ведь начали обращать внимание на эти города по-настоящему – деньги пошли, механизмы новые появились.

Второе: в этих городах формируются команды, которые занимаются проблемами. В моногородах 20, максимум 30 человек могут повернуть ситуацию. Раньше как было: директор завода крупного, мэр города – и всё, и больше некому заниматься. Сейчас формируются проектные офисы, ребята учатся – учатся здесь, в Москве, в «Сколково», защищают свои проекты. Игорь Иванович (И.Шувалов) буквально на днях принимал такую защиту. Эти ребята изменят ситуацию. Они найдут решение – не мы даже, а они найдут решение и выведут моногорода в новое измерение. Поэтому с молодёжью в этой части заниматься надо нам ещё более активно.

Третье – создание условий для формирования новых рабочих мест. Очень хорошо, что у нас появился новый статус – территория опережающего социально-экономического развития.

На примере нашего города Кумертау, население 60 тыс., – один крупный завод вертолётный, Ка-27, Ка-32, Ка-226 выпускает. Но вот уже рядом с вертолётным заводом появился маслоэкстракционный завод (подсолнечное масло). 5 млрд рублей инвестиций, 360 млн из федерального и регионального бюджетов на инфраструктуру выделено, получит 1 млрд рублей кредита под 5% на восемь лет – всё, жизнь пошла, 580 рабочих мест. Рядом с ним завод по производству строительных материалов. Нам сейчас только нужно ускорить прохождение документов по распоряжению – созданию ТОР в этом городе Кумертау, и я надеюсь, что всё пойдёт нормально. К 2022 году мы обещаем создать в этом городе не тысячу, не две, не три, а 9 тыс. новых рабочих мест.

Если так мы пойдём, то, конечно, довольно быстро проблемы в этом городе решатся. Но для этого нам надо и ускорить бюрократические процессы, которые сегодня, к сожалению, в недрах наших министерств, ведомств, да и у нас на местах достаточно значительные, и быстрее подписывать эти документы, распоряжения, в частности, по Кумертау, по Белебею, по нашим городам. Эти документы в министерствах ещё, и непонятно, когда они выйдут, хотя решение принято, тысячи людей ждут. Надо это решение принимать побыстрее.

К сожалению, завышены критерии для резидентов территорий опережающего развития. Параметры такие сегодня: обеспечить в первый год не менее 5 млн инвествложений, создать 20 новых рабочих мест. Тяжеловато это сделать. По этим критериям почти 95% местных микро- и малых предприятий отсекается от территорий опережающего развития. Надо минимум в два раза снизить эту планку, и тогда, конечно же, громадное количество малых и микропредприятий войдёт в число резидентов. У них совершенно другое настроение будет, они работать будут по-другому. Мы там, может быть, потеряем небольшие деньги на налогах, но это непринципиально, на мой взгляд.

Также предлагаю, поддерживаю то, чтобы в региональных госпрограммах, федеральных госпрограммах обеспечить квоту пусть не 10%, пускай пять, но сегодня ведь такой квоты вообще нет.

А.Артамонов: То, что тема международной кооперации и экспорта вошла в состав приоритетных направлений развития, говорит само за себя. Конечно, это очень и очень важно, особенно в настоящий момент времени.

Многое из того, о чём хотел сказать в качестве постановочных вопросов, к счастью, решено, буквально в последние дни, в особенности по инициативе Министерства промышленности, да и не только.

Важным шагом в этом направлении стало создание Российского экспортного центра, однако формирование благоприятных условий для развития экспортно ориентированных производств в регионах невозможно без комплекса мер финансовой и нефинансовой поддержки экспортёров. Они вполне могут быть сосредоточены, конечно, и в руках Экспортного центра. Главное, чтобы они были понятны и доступны для любой категории товаропроизводителей. В этом плане к необходимым мерам, во-первых, следует отнести комплексное обучение (я бы именно с этого начал) бизнесменов, всех, кто собирается работать в поставках продукции на экспорт или уже работает. Наверное, эти затраты федеральный центр и регионы (да и муниципалитеты могут поучаствовать) могли бы взять на себя.

Возможно, как в случае с инвестиционной деятельностью и оценкой этой деятельности со стороны АСИ, уместна была бы разработка для регионов единого стандарта организации экспортной деятельности.

Во-вторых, важна более эффективная поддержка несырьевых отраслей, имеющих высокий экспортный потенциал. Важно уже принятое решение о субсидировании затрат компаний на транспортировку экспортируемых товаров до государственной границы Российской Федерации. Я скажу, что сразу же отреагировали, например, автопроизводители, и резко вырос экспорт не только готовых автомобилей, но и комплектующих изделий. Наконец-то, впервые, мы почувствовали реальный рост объёмов производства в этом секторе (всё предыдущее время шло снижение). Главным образом это именно благодаря экспорту.

В-третьих, предприятиям-экспортёрам нужна поддержка государства в сфере технических испытаний и сертификации продукции на рынках, на территориях зарубежных стран. Это очень важно, об этом все экспортёры говорят. Причём можно было бы и под эгидой наших торгпредств эту работу там проводить или, может быть, специально создаваемых представительств в тех странах, где эта работа особенно интенсивно ведётся.

Не стоит забывать, наконец, и о том, что многие экспортёры высокотехнологичной продукции – это наши малые предприятия. Я хотел бы здесь сказать слова благодарности нашей корпорации, которую Александр Арнольдович Браверман возглавляет. Даже до того, как этот вопрос был рассмотрен на президиуме, в корпорации особое внимание уделяли именно тем предприятиям малого и среднего бизнеса, которые ориентированы своими проектами на экспорт. Однако учитывая, что малые предприятия нуждаются в особой помощи, может быть, отдельную программу их поддержки можно было бы сформировать и в рамках работы Российского экспортного центра.

Важной статьёй российского экспорта может стать сельскохозяйственное производство. Здесь важно работать над продвижением продуктов питания высокой степени переработки, таких как молочная, мясная продукция, консервы, сублимированные ягоды, фрукты, овощи, мукомольная продукция. Конечно, наверное, хорошо то, что мы стали первым поставщиком зерна на экспорт в мире, но всё-таки лучше было бы, наверное, за счёт этого зерна произвести мясо и молоко, а ещё лучше продукцию переработки из этого сырья, и тогда была бы и значительно большая добавленная стоимость, и гораздо большее количество рабочих мест, и большая налогооблагаемая база.

Однако экспорт продовольствия осложняется ещё и ограниченным сроком годности товаров, которые мы поставляем на экспорт, тем, что небольшим производителям сложно организовать быструю доставку своей продукции зарубежным потребителям. Решением этой проблемы могли бы стать центры консолидации экспорта продовольственных товаров, да и не только, кстати, продовольственных товаров, а и мелких партий грузов. Например, две-три палеты грузов, которые отправляют на экспорт малые предприятия, как они могут отправить? Фуру гнать полупустую? Значит, нужны такие центры консолидации, чтобы совместно эту продукцию отправлять.

У нас в области уже существует созданная по европейскому образцу «грузовая деревня» (freight village). Она включает таможенные, складские терминалы, подъездные железнодорожные и автомобильные пути. Этот комплекс уже успешно используется многими грузополучателями и грузоотправителями. Здесь мы планируем также разместить предприятия по переработке сельскохозяйственной продукции, чтобы можно было здесь же её перерабатывать и отправлять зарубежным потребителям.

Благодаря тщательной логистической подготовке мы вошли в проект «Новый Шёлковый путь» для Евразии, который предлагает для импорта и экспорта грузов использовать железнодорожный маршрут из порта Далянь в Китае к нам в область, на границу с Москвой и дальше в Европу. Скорость перевозок грузов по этой магистрали выросла в три раза. Конечно, сразу был проявлен колоссальный интерес перевозчиков, грузоотправителей.

В частности, мы подписали контракт на реализацию крупного сельскохозяйственного проекта вместе с Андреем Юрьевичем (А.Воробьёвым) с одной из вьетнамских компаний, и она намерена отправлять часть продукции, которую будет у нас производить, потребителям и в свою страну, и в соседние страны.

У себя мы также создали парк «К-Агро», где есть условия не только для хранения (и мы планируем переработку сельхозпродукции), но и для антимикробной обработки продуктов, которая соответствует международным стандартам.

В ответ на государственные меры поддержки предприниматели очень охотно участвуют в этих процессах. И я абсолютно уверен, что совместные наши усилия позволят в ближайшее время решить задачу выхода многих российских предприятий на внешние рынки, развития торговли и международной кооперации, а это будет способствовать и развитию нашей экономики, и тому самому трансферу технологий, о котором мы в последнее время много говорим.

И.Шувалов: Когда мы начали заниматься темой моногородов в 2008 году, получили много информации, и тогда мы как раз погрузились в классификацию, посмотрели, чем живут моногорода. Самая большая сложность, например, была в городе Байкальске, был очень сложный инвестор Байкальского ЦБК. А, например, в регионах, где было много больше накопленных сложностей (например, в Кемеровской области), но хорошо слаженные коллективы, желающие изменить ситуацию, у нас столько проблем не было. То есть мы тогда понимали, что не всё решают деньги, а самое главное – это люди, подготовленные люди, готовые заниматься этими проблемами.

После этого был создан соответствующий фонд во Внешэкономбанке. К сожалению, денежные средства мы, Дмитрий Анатольевич, не в полном объёме предоставляем этому фонду – сейчас по Вашему поручению с Минфином отрабатываем предоставление в будущем году 6,5 млрд. Я надеюсь, эти деньги поступят, поскольку это те обязательства, которые нужно обслужить по заключённым соглашениям с инвесторами.

Вообще эта тема чем интересна? Она сопряжена и с другими проектами (например, это жильё, ЖКХ и городская среда) и в большой очень степени связана с малым и средним предпринимательством, поскольку даже те крупные предприятия, крупные инвестиции, которые в моногородах будут осуществляться, не дадут много рабочих мест. Мы сейчас смотрим на все проекты: даже хорошая, большая инвестиция на крупное предприятие сегодня – 100 человек. Автоматизировано всё. Большей частью занятость – это, конечно, обустройство городской среды и всё, что создаёт качество жизни. Поэтому через корпорацию МСП, через проекты, которые нам будет помогать делать «Стрелка», по благоустройству и обустройству городской среды мы будем создавать возможность для пусть недорогих, но востребованных и нужных рабочих мест там, где создаётся быт и атмосфера для проживания.

По моногородам (Дмитрий Анатольевич, мне кажется, это самое правильное было решение) Вы тогда одобрили, что мы из средств, которые выделяются фонду, можем деньги направлять в том числе и на обучение команд. Действительно, на этой неделе 20 команд из моногородов защищали проект развития моногорода во главе с мэром. Это проектный, по сути, офис. Они защищают вместе со своими оппонентами и с потенциальными или существующими инвесторами, что будет в городе. И Вы знаете, мы встречались в январе, проводили первый семинар, куда позвали все моногорода, и в конце провели опрос. Опрос закончился, как мне казалось тогда, плачевно, потому что все или большинство людей сказали: нам нужно реанимировать градообразующие предприятия. Сегодня это совершенно другой уровень подготовки, это очень высокий класс. Это на самом деле такая инвестиция – 4–5 модулей по несколько дней. И сейчас мы этот проект расширяем, к нему подключаем и Академию народного хозяйства и государственной службы (раньше была только школа «Сколково»), будем делать это вместе. И конечно, появляется более осознанное отношение к тому, что в этом городе делать.

По сопряжённым проектам – там где и арендное жильё, и ипотека, и поддержка экспорта. И также то, что есть у Минпрома, например: Министр промышленности и торговли через Фонд поддержки промышленности тоже занимается монообразованиями, поскольку в том числе это и Тольятти, как было сказано, и Набережные Челны. То есть мы по всем источникам, которые есть, будем заниматься этими городами. Но ситуация на самом деле в некоторых не такая плохая. Мы совсем недавно были в Свердловской области. Город, Краснотурьинск, вроде далеко от областного центра. Мы приехали, а там такая совершенно позитивная атмосфера: люди готовы к изменениям и понимают, что эти изменения нужно творить самим.

По жилью. Светлана Юрьевна говорила, есть такие экспертные оценки, что с понижением ключевой ставки (вчера, кстати, в рамках форума многие говорили про ставку – и не только ключевую, а финальную ставку для заёмщиков в 2017 году) мы ожидаем, что у нас будет рекордное число заёмщиков. Нужно ответить на этот запрос, предоставить площадки. В противном случае у нас это выльется в более высокую цену. Прошу вас всем своим проектным командам по теме жилья поставить задачу – это должны быть кварталы, по возможности массовое введение. Мы скорее всего будем предоставлять материальную помощь тем регионам, которые будут вводить кварталы, для того чтобы мы могли за федеральный ресурс поставить там школу и детский сад. И тогда это будет реальное облегчение для застройщиков.

По теме экспорта. Конечно, надо концентрироваться на том, чтобы средние предприятия (это, наверное, самый сложный сегмент) могли свою продукцию продвигать. Это и Российский экспортный центр, и логистика, и всё, что мы здесь с вами развиваем, и Корпорация малого и среднего бизнеса. Проекты в этой части должны вместе работать – и поддержка малого и среднего предпринимательства, и поддержка экспорта.

Р.Абдулатипов: Когда Президент Российской Федерации мне предложил поехать в Дагестан руководителем, состояние было очень тяжёлое в республике. Фактически шла гражданская война, падение промышленного производства было более 70%, падение сельского хозяйства было более 70%. Фактически главы муниципальных образований прекратили заниматься конкретной экономикой. И мы тогда пригласили разработчиков региональных проектов и разработали 10 приоритетных проектов развития Республики Дагестан.

Сначала мы по каждому приоритетному проекту назначили ответственного вице-премьера, министра, и по мере реализации проектов мы пришли к выводу, что так у нас дело не получится. Тогда мы по каждому министерству и ведомству открыли проектные офисы. Это было через год после начала реализации этих проектов.

Через год мы убедились, что эти проекты не уходят в муниципальные образования на территории, и мы открыли проектные офисы в каждом муниципальном образовании. После этого мы почувствовали, что фактически разные уровни власти – муниципальные, республиканские, федеральные – по-разному понимают проектное управление и по-разному участвуют в реализации этих проектов. Тогда мы объединили все отраслевые управления в администрации и создали большое организационно-проектное управление.

То есть в результате этой работы (три года мы занимаемся проектным управлением) в Дагестане эта форма управления реализована, мы смогли восстановить элементарный порядок и на территориях, и в отраслях. Благодаря этому мы фактически смогли по темпам развития промышленности войти в первую десятку регионов, хотя по объёмам занимаем ещё очень далёкие места. Одновременно и в агропромышленном комплексе тоже мы не допустили спада даже за эти годы.

Кроме того, одним из главных приоритетных проектов является обеление экономики. Впервые мы начали заниматься идентификацией земельных участков, передачей их в налоговую базу, идентификацией объектов капитального строительства. За три года нам удалось идентифицировать 81 тыс. земельных участков. Следовательно, по налогам мы получили рост налоговой базы в 1,3 раза, мы снизили на 1,4 млрд рублей дотационную зависимость от федерального бюджета. Это всё достигнуто прежде всего благодаря проектному управлению. И мне хотелось бы сказать (вчера Дмитрий Анатольевич об этом говорил, и это на самом деле подтверждается), что мы уже управляем не по поручениям, а управляем результатом. Это очень важно.

Второе преимущество, которое даёт проектное управление: нам удалось на всех уровнях сформировать единую команду, которая понимает общие задачи, которые стоят перед Республикой. Я для себя записал, что одним из недостатков (я послушал вчера Дмитрия Анатольевича) является то, что мы не всегда чётко стыкуем приоритетные проекты с бюджетом предстоящего или текущего года. Этим обязательно надо заниматься.

И ещё один, последний момент. Дмитрий Анатольевич, мы занимаемся проектным управлением, а федеральные органы многие, которые находятся на территории, работают, как работали 20–30 лет тому назад. Я думаю, что после того, как на федеральном уровне уже организован стратегический совет по приоритетным проектам и активно работает президиум этого совета, мы получим определённые подвижки и в работе территориальных органов, федеральных органов власти, которые работают на территории Республики Дагестан.

А.Силуанов: Когда обсуждаются приоритетные проекты, то многие коллеги из регионов называют цифры, которые необходимы для того, чтобы реализовать тот или иной проект.

Хочу сказать, что когда Дмитрий Анатольевич ставил задачу по приоритетным проектам, речь шла о том, что мы сконцентрируем, наоборот, имеющиеся ресурсы на цели приоритетов. Именно в этом сегодня заключается задача и федеральных органов, и субъектов Российской Федерации. Ресурсов немного, но именно эти приоритеты должны быть обеспечены в полном. Сейчас мы занимаемся этой приоритизацией. Потому что действительно, когда ставятся определённые цели, то первое, что приходит на ум, – нужно запросить дополнительные деньги. Денег сейчас нет столько, сколько было раньше, и поэтому задача команд управленческих заключается в том, чтобы найти эти ресурсы. Это первое.

Второе. В рамках тех госпрограмм, которые у нас есть, нам нужно выделить нитью реализацию задач, поставленных в рамках нацпроектов. Предположим, мы сейчас обсуждали моногорода. Но что такое моногорода? Это дороги, подъезды – госпрограмма «Дороги». Это жильё, инфраструктура – есть соответствующая программа. Есть инновационное развитие – тоже есть соответствующая программа. Давайте прямо по списку госпрограмм выделим в каждой кусочек нацпроекта и, концентрируя потом и объединяя эти кусочки, получим уже существенный ресурс и, главное, существенное направление в каждой из госпрограмм по реализации этих нацпроектов.

Регионам сейчас при подготовке бюджетов надо не ждать сверху цифр каких-то и указаний. Нужно сейчас уже концентрировать ресурсы в своих региональных финансовых планах на реализацию тех приоритетов, которые мы сегодня обсуждаем. Потому что все те проекты, которые мы реализуем, на 90% (может, даже и больше) зависят от того, как сработают региональные власти, как сконцентрируют также ресурсы региональные власти в своих бюджетах. Поэтому успех нацпроектов во многом будет зависеть от вас, уважаемые губернаторы.

Д.Козак: Не хотелось, чтобы повисло в воздухе очень важное замечание Виктора Александровича (В.Толоконского) по поводу оценки расходов, потребностей. И при оценке фактических расходов субъектов Российской Федерации, и при оценке потребностей по всем 64 направлениям, по которым осуществляются расходы консолидированных бюджетов субъектов, применялись все те коэффициенты – на транспортные расходы, на климатические условия, на плотность населения, – которые сегодня применяются при межбюджетных отношениях и ни у кого сомнений не вызывают.

Я хочу сказать ещё только одно – что сегодня Министерством финансов поставлена задача результаты этой инвентаризации донести до каждого субъекта Российской Федерации как в отношении его самого, так и его места в этом рейтинге расходов, чтобы все это увидели. Это должно стать настольной книгой (мы давно, ещё в начале лета, говорили) и каждого губернатора, и Президента, и Председателя Правительства, и вице-премьеров. Чтобы, когда у нас возникают диалоги об оказании дополнительной финансовой помощи, мы это всегда учитывали.

Что касается консолидированной группы налогоплательщиков. Виктор Александрович, это тоже всех волнует. Да, есть такое решение, мы будем ужесточать требования по переносу убытков на планируемый период. Сейчас дискуссия идёт у нас между 30 и 50%. Лучше 30, чем 50.

Д.Медведев: Ещё раз хочу сказать: хорошо, что мы в таком составе с вами обсудили все 11 приоритетов. Они очень важные, и действительно, если мы продвинемся по ним вперёд, мы точно в значительной мере изменим социальный ландшафт и, конечно, поможем экономике.

Три вещи в конце, которые я хотел обозначить. Действительно (сейчас как раз говорил глава Дагестана об этом), очень важно, чтобы эти проектные начала проникли во все ткани государственного механизма. Я чувствую, что даже в министерствах пока этого нет.

Я обращаюсь к руководителям субъектов Федерации и ещё раз напоминаю руководителям федеральных органов исполнительной власти: нужно создать проектные офисы в каждом органе управления. Рассчитываю получить ответ на этот вопрос с набором должностных лиц, структурой и всем остальным через неделю. Прошу это отразить в результатах совещания.

То же самое просил бы сделать руководителей регионов, но не просто создать у себя некий проектный механизм, офис какой-то. Это должно быть непосредственно связано с муниципалитетами, иначе это всё не заиграет. То есть это прямая связь между такого рода проектными офисами в регионах и муниципальными образованиями, органами местного самоуправления. Туда должны прийти люди, которые в этом разбираются. Я уверен, уважаемые коллеги, такие у вас есть. Это первое.

Второе – по поводу финансов. Мы понимаем, как обстоят дела сегодня, я не могу здесь не поддержать Министра финансов. Если мы с вами договариваемся о том, что это приоритеты (а мы договорились), то, значит, нужно перераспределять деньги. Тут ничего не сделать. Новых денег мы с вами не создадим. Допечатывать мы не собираемся, чтобы инфляцию не разгонять. Значит, нужно оптимизировать бюджеты и направить именно на те приоритеты, о которых мы с вами договорились. Где-то что-то мы, может, подкорректируем, посмотрим, как поступить, в ближайшее время, но прежде всего обращаю внимание на оптимизацию.

И здесь вас никто за это ругать не будет, потому что, если мы договорились, что это приоритеты, тогда это общая позиция. Об этом, естественно, мы и в Москве будем говорить, и у себя дома вы должны сказать о том, что да, таким образом мы перераспределили, потому что это сейчас важнее всего для развития страны и помощи нашим гражданам. Это второе.

И третье – это, скорее, такой призыв, но очень важный. Вы все опытные начальники, руководители регионов. Нам нужны результаты в самой короткой перспективе. Вы понимаете, о чём я говорю, и, надеюсь, сделаете для этого всё необходимое. Через полтора года люди должны почувствовать изменения в рамках тех проектов, которыми мы занимаемся. Это будет очень полезно для страны и для наших граждан.