Документы ЦК КПСС о фильме "Андрей Рублев" и его режиссере публикуются впервые - Родина

4 апреля исполнилось 90 лет со дня рождения советского режиссера Андрея Тарковского. У каждой из его картин, впоследствии признанных киношедеврами, была нелегкая дорога к зрителю. Но, пожалуй, наиболее драматична судьба исторического полотна "Андрей Рублев" (в режиссерской версии "Страсти по Андрею"). За годы умолчания и неприятия на родине фильм стал событием мирового масштаба. И не только прославил имя режиссера, но и поднял престиж советского кинематографа на небывалую высоту. Парадоксально, но это обстоятельство лишь испугало и обозлило чиновников Комитета по кинематографии при Совете министров СССР.

Андрей Арсеньевич Тарковский

Потрясшая киномир пленка едва не легла "на полку".

В июне 1969 года на заседании Секретариата ЦК КПСС состоялся настоящий суд над "Андреем Рублевым" и его создателем. Обвинителями выступали высшие чиновники Кинокомитета, защитниками - авторитетные деятели культуры писатели Б. Полевой и С. Михалков. Именно ходатайства последних, по сути, спасли картину.

Постер Каннского кинофестиваля 1969 года.

"Духовно, морально и физически искалеченные люди..."

Андрей Арсеньевич задумал сюжет "Андрея Рублева" в 1961 году, еще до "Иванова детства", принесшего ему главную награду Венецианского кинофестиваля. В августе 1966 года "Мосфильм" представил фильм Комитету по кинематографии при Совете министров СССР с высокой оценкой. Однако чиновники с ней не согласились. Режиссера обвинили в искажении русской истории конца XIV - начала XV веков:

"Это очень важный, переломный момент в истории Руси, непосредственно следовавший за Куликовской битвой, период массовых народных восстаний против монгольского ига, бурного возрождения национального самосознания не нашел правильного отражения в кинокартине и представлен лишь как период пассивного терпения и бесконечных страданий народа. Андрей Рублев выступает в фильме не как конкретно-историческое лицо, а как художник вообще. В фильме не показаны условия, которые породили национальный, народный, самобытный характер русской культуры и выдвинули плеяду замечательных русских живописцев того времени, из среды которых и вышел Андрей Рублев. В фильме он предстает перед зрителями в окружении духовно, морально и физически искалеченных людей, лишенных конкретно-исторических характеристик"1.

Тарковского обязали устранить "оскорбительные для национального достоинства русского человека антиисторические сцены", сократить и исправить ряд эпизодов, "исполненных в грубо натуралистической манере и содержащих предельно жесткие и дикие характеристики персонажей"2.

Режиссер почти два года дорабатывал "Рублева": внес свыше 40 правок, сократил общую продолжительность ленты на 400 метров, перемонтировал и переозвучил. Наконец, в феврале 1969-го после всех мытарств фильм получил разрешительное удостоверение на прокат в отечественных кинотеатрах со смехотворным тиражом в 152 копии (средний тираж советских фильмов в те годы составлял 2-2,5 тысячи копий)3.

Реакция публики на премьерный показ в Доме кино стала для чиновников полной неожиданностью - "Рублев" произвел фурор.

Письмо Б.Н. Полевого.

"Избалованные Канны с уважением замолкли..."

Председатель Комитета по кинематографии А. Романов вынужден был констатировать, что режиссеры всех поколений, признанные мэтры советского киноискусства, критики и искусствоведы сошлись во мнении, что творение Тарковского - "крупнейшее событие в истории советской кинематографии"4. С положительными отзывами выступили доктора исторических наук Л. Черепнин и М. Алпатов, не заметившие в картине никакой антиисторической крамолы. Тем не менее Кинокомитет не спешил распространять копии по кинотеатрам страны, а кроме того наотрез отказался отправить картину на Каннский фестиваль - и это несмотря на то, что организаторы гарантировали "Андрею Рублеву" Гран-при!

Советские чиновники от искусства предпочли вовсе отказаться от участия в фестивале.

И тут случился казус. "Совэкспортфильм", вероятно, не имея понятия о том, какие разгораются "страсти по Андрею", продал несколько копий вместе с другими пленками на Запад. 18 мая 1969 года французская фирма "Дис" показала "Андрея Рублева" вне конкурсной программы в Каннах, где он стал главным событием фестиваля. Международная федерация кинопрессы (ФИПРЕССИ) присудила фильму свою премию. Кинокомитет откликнулся возмущенным комментарием: "ни с кем из советских представителей [...] вопрос о присуждении этой премии предварительно не оговаривался"5. Ну а западные издания не скупились на похвалу, при этом не допуская "каких-либо антирусских или антисоциалистических высказываний"6.

"Легкомысленные Канны, избалованные Канны, с уважением замолкли, чтобы прислушаться к голосу русского народа, прозвучавшего из глубины времен, с мукой и надеждой - отмечал еженедельник "Les Lettres Franaises". - Перед этим монументальным произведением (почти три часа просмотра), которое делает честь советской кинематографии и которое с юной гениальностью, достойной Эйзенштейна, включается в великую традицию "Ивана Грозного" и "Александр Невского", рождается чувство перелистывания страниц классики"7. Авторитетному еженедельнику вторила газета "Paris-Presse": "По своему вдохновению, по своей силе и по своей невероятной пластической красоте фильм Андрея Тарковского свысока господствовал над конкурсом, вообще говоря, хорошего кинематографического уровня"8.

Но Кинокомитет продолжал гнуть свою линию: запретил распространение копий "Рублева" за рубежом, пока фильм не выйдет на экраны СССР. А это всячески затягивалось9. Продолжились бесконечные обсуждения. На Западе поползли слухи о препятствиях, чинимых картине на родине, о чем и сообщали в ЦК Б. Полевой и С. Михалков. В итоге вопрос взял под личный контроль М. Суслов, подписавший распоряжение о выходе на экраны "Андрея Рублева" после окончания XXIV съезда (март-апрель 1971 г).

Но и тогда фильм не вышел в прокат.

На съемках фильма "Андрей Рублев". В главной роли - Анатолий Солоницын. Фото: РИА Новости

"Билетов достать на картину нельзя..."

Хождение Тарковского по мукам продолжалось.

13 августа 1971 года заведующий сектором кино отдела культуры ЦК КПСС Ф. Ермаш докладывал в секретариат ЦК:

"Режиссер А. Тарковский в целом правильно относился к высказываемым замечаниям и, несмотря на провокационную шумиху за рубежом, вел себя достойно. Учитывая проделанную работу над фильмом, а также нежелательную реакцию некоторой части творческой интеллигенции на дальнейшую задержку выпуска его на экран (производство закончено в 1966 году), Отдел культуры ЦК КПСС считает возможным поддержать мнение Кинокомитета СССР и кинематографической общественности о выпуске кинофильма "Андрей Рублев" на экраны ограниченным тиражом в августе-сентябре 1971 года"10.

Фильм мелькнул на экранах в самом конце 1971 года. 30 декабря Тарковский записал в дневник: "В газете не объявлено, что идет "Рублев". В городе ни одной афиши. А билетов достать на картину нельзя. Звонят разные люди и, потрясенные, благодарят"11.

По-настоящему широкая премьера "Андрея Рублева" состоялась в 1987 году, уже после смерти режиссера. Фильм был признан лучшей его работой и шедевром мирового кинематографа. Сегодня благодаря кропотливой работе реставраторов "Мосфильма" историческую драму "Страсти по Андрею" можно посмотреть в изначальной режиссерской версии, без купюр.

К юбилею мастера "Родина" впервые публикует записку зав. отделом культуры ЦК В. Шауро с решением отказаться от участия в Каннском кинофестивале и письма писателей Б. Полевого и С. Михалкова в поддержку картины.

А.А. Тарковский и А.А. Солоницын во время съемок фильма.

№ 1. Записка заведующего Отделом культуры ЦК КПСС В.Ф. Шауро

ЦК КПСС

2 апреля 1969 г.

В мае с.г. в г. Канн (Франция) проводится XXII Международный кинофестиваль. С нашей стороны предполагалось направить на фестиваль фильм "Журавушка" ("Мосфильм", режиссер Москаленко). Однако приезжавший для предварительного отбора кинокартин Генеральный директор фестиваля Ле Бре без всяких оснований отвел этот и другие фильмы, заявив в категорической форме, что он может принять для конкурсного показа на фестивале только кинокартину "Андрей Рублев".

Претензии Ле Бре были отклонены Комитетом по кинематографии при Совете Министров СССР как неосновательные и беспрецедентные. Во время недавнего пребывания в Париже председатель Комитета т. Романов обратил внимание министра культуры Франции Мольро на неприемлемую для нас позицию Ле Бре. Однако и после этого французская сторона свое отношение к данному вопросу не изменила.

В связи с этим комитет по кинематографии считает целесообразным не направлять в Канн фильмов для конкурсного и внеконкурсного показа, ограничившись проведением в рамках фестиваля национальных дней Советского Союза, во время которых будут показаны фильмы "Журавушка", "Братья Карамазовы", "Мужской разговор", "Незабываемое", "Далеко на западе". Для участия в национальных днях предполагается направить советскую делегацию в составе тт. Головни (зам. Председателя комитета), Грошева А.Н. (ректор ВГИК), актрисы Чурсиной Л.А.

В Канн выезжает также член жюри фестиваля писатель Ч. Айтматов.

Полагаем возможным согласиться с таким решением Комитета по кинематографии

Зав. отделом культуры В. Шауро

РГАНИ. Ф. 4. Оп. 20. Д. 545. Л. 122.

Б.Н. Полевой (1908-1981). Фото: РИА Новости

№ 2. Обращение Б.Н. Полевого

В ЦК КПСС

В дни заседания Общества Европейской культуры в Венеции мне довелось встретиться с широким кругом видных европейских интеллигентов, профессоров, искусствоведов, писателей, художников. Многие из них в середине месяца побывали на кинофестивале в Каннах, где вне конкурса демонстрировался советский фильм о Рублеве. Все наши европейские собеседники, среди которых были очень видные люди, с восторгом отзывались о художественных достоинствах этого фильма и единодушно выражали недоумение, почему этот фильм представлен вне конкурса, и, по их мнению, он мог бы быть в случае представления верным кандидатом на "Гран-при".

На обратном пути в Риме мне довелось разговаривать с прогрессивным художником Карло Леви и с руководителем компартии Луиджи Лонго. И я услышал от них примерно то же.

Воздерживаясь от суждения о самом фильме, который я, к сожалению, не видал, считаю долгом довести до сведения Центрального Комитета о ситуации, создавшейся в Каннах.

30 мая 1969 г.

Борис Полевой

РГАНИ. Ф. 4. Оп. 20. Д. 545. Л.126.

С.В. Михалков (1913-2009). Фото: РИА Новости

№ 3. Письмо С.В. Михалкова М.А. Суслову

4 июля 1969 года

Дорогой Михаил Андреевич!

Только что вернувшись из Парижа, где я был проездом из Испании после Международного кинофестиваля в Сен-Себастьяне, считаю своим долгом лично проинформировать вас о том положении, которое сложилось вокруг фильма "Андрей Рублев".

Международные кинокруги теряются в догадках, почему этот фильм, восторженно принятый критикой, как шедевр советского киноискусства, до сих пор находится как бы под нашим официальным запретом.

Позволю себе привести следующую хронологическую справку:

1963 г. - сценарий "Андрей Рублев" опубликован в журнале "Искусство кино".

1966 г. - Фильм закончен производством.

1968 г. - (через два года) - Состоялась премьера в Доме кино. Режиссеру предложены поправки.

1969 г. - Состоялась премьера в Доме кино

Фильм официально разрешен, о чем сообщено режиссеру.

Далее события развертываются следующим образом:

Директор Каннского фестиваля смотрит фильмы, предлагаемые нами на конкурс. Просит показать "Андрея Рублева" и после просмотра гарантирует ему мировой успех и Большой Приз фестиваля. Наш посол во Франции тов. В. А. Зорин поддерживает эту просьбу.

Комитет по кинематографии фильм "Андрей Рублев" в Канны не дает. С санкции Комитета фильм, однако, продается французскому кинопрокату и продюсер, заключивший контракт и получивший копию фильма, в коммерческих целях показывает фильм во время Каннского фестиваля, выбрав для демонстрации зал, где обычно демонстрируются фестивальные фильмы. "Андрей Рублев" производит ошеломляющее впечатление, и международная гильдия кинокритики единогласно присуждает ему свою премию.

Международная критика, восторженно принявшая перед этим наш фильм "Война и мир С. Бондарчука, приравнивает фильм А. Тарковского к шедеврам мировой кинематографии и ни в одной статье "Андрей Рублев" не оценивается в нежелательных для нас антисоциалистических или антисоветских тонах. В кинокругах Франции и Испании, где проходил только что 17-й кинофестиваль, вызывает лишь недоумение то обстоятельство, что Советский Союз как бы сам открещивается от этого значительного произведения современного киноискусства.

Из прилагаемых мною выдержек кинокритики Вы можете ознакомиться с оценкой, данной этому эпическому кинополотну.

На мой взгляд, та нездоровая атмосфера, которая сейчас нагнетается вокруг "Андрея Рублева" вопреки объективному положению вещей, работает против нас. Будь этот фильм спокойно выдвинут нами на любой международный кинофестиваль, он бы несомненно получил Большой Приз и лишь приумножил бы славу нашего кино. Жестокие нравы средних веков нашли свое отражение в "Андрее Рублеве" А. Тарковского. Фильм не лишен недостатков, однако мне, как русскому человеку, он не представляется таким, каким его хотят видеть противники фильма.

В отношении "Андрея Рублева" у Комитета нет ясной линии и Комитет лихорадит без достаточных для этого оснований. Советские фильмы, представляемые на конкурс последнее время, роняют престиж советского киноискусства, которое известно в мире своими шедеврами. Мне пришлось представлять на конкурс фильм "Журавушка" - фильм весьма посредственный и ни в какой мере не фестивальный.

Как человек, более 35 лет имеющий отношение к искусству, как коммунист и патриот, я не могу не задать себе вопрос, ради чего мы сами без всяких оснований превращаем значительные, пусть даже не совсем бесспорные, произведения советского кино в повод для международных дискуссий в совершенно невыгодном для нас политическом плане?

Нам, может быть, нет нужды петь этому фильму дифирамбы, но зачем же так демонстративно от него отмежевываться и помогать этим созданию вокруг него нездоровых настроений?

С уважением,

Ваш С. Михалков

РГАНИ. Ф. 4. Оп. 20. Д. 545. Л. 139 - 141.

1. РГАНИ. Ф. 4. Оп. 20. Д. 545. Л. 130.

2. Там же. Л. 131.

3. Там же. Л. 133.

4. Там же. Л. 138.

5. Там же. Л. 136.

6. Там же.

7. Там же. Л. 142.

8. Там же. Л. 145.

9. Там же. Л. 138.

10. Там же. Оп. 22. Д. 13. Л. 48-49.

11. Тарковский А. Мартиролог. Дневники. М., 2008. C. 65.