Выступления и стенограммы /

Д.Медведев: Добрый день, коллеги! Рад всех видеть.

Я продолжаю встречи с руководством наших партий: сегодня черёд «Справедливой России». Не так давно встречался с «Единой Россией». Естественно, встречусь и с другими партиями, которые в парламенте представлены, и с партиями, которые не представлены в парламенте. Надо послушать, что они говорят. Согласны?

С.Миронов: Абсолютно.

Д.Медведев: Повестка дня свободная, как мы и договаривались в прошлый раз. Естественно, это в полной мере относится и к «Справедливой России».

Буквально несколько слов. Я сейчас посмотрел статистику. Конечно, ваша партия уже выглядит весьма и весьма мощно: более 400 тысяч членов, по данным Министерства юстиции. Это вторая оппозиционная, соответственно, партия, которая существует у нас в парламенте. Более чем в половине субъектов Федерации в законодательных собраниях представлена «Справедливая Россия». Это означает, что партия уже окрепла, превратилась в мощную политическую силу. Собственно говоря, вы мне это сейчас и продемонстрируете.

Я думаю, что мы можем обсудить, естественно, любые темы. Хотел вас поблагодарить в целом за поддержку тех политических преобразований, которые были мною предложены и которые высшие законодательные органы – я имею в виду Федеральное Собрание нашей страны – не так давно приняли пакетами, и сейчас практически все эти решения начинают действовать. Часть из них, может быть, более радикальная, часть – менее радикальная, но в любом случае они направлены на совершенствование нашей политической системы. Ещё раз хотел бы вас за это поблагодарить.

С другой стороны, у вас есть своя позиция, что неплохо, потому что далеко не все инициативы, которые, собственно говоря, исходят от исполнительной власти и даже от Президента, вы поддерживаете. Это нормально. В частности, у вас свой взгляд и на текущий экономический кризис, и на средства реагирования на этот кризис, на социальную политику государства. Я с удовольствием наблюдал дебаты с участием «Справедливой России». Надо признаться, что дебатировать вы умеете, – во всяком случае, смотрелись явно не хуже, чем другие участники, а где‑то, может быть, и получше иногда. Так что всем друг у друга нужно учиться.

Пожалуйста, Сергей Михайлович [Миронов].

С.Миронов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Спасибо за добрые слова в адрес нашей действительно второй по величине партии Российской Федерации. Вы сказали, и нам это очень нравится, что Вы проводите консультации со всеми партиями, и сегодня подчеркнули, что не только с парламентскими. Но мы всё‑таки обратили внимание, что вторая партия, которую Вы пригласили на консультации, – это наша партия «Справедливая Россия». Мы считаем, что это, наверное, даже не случайность.

Д.Медведев: Совсем не случайность.

С.Миронов: Спасибо за это.

Действительно наша партия принципиально поддержала все Ваши политические инициативы, которые были представлены в виде законопроектов. Многие уже одобрены, уже стали законами, некоторые рассматриваются. У нас принципиальная позиция; со всеми этими инициативами мы согласны. Но нам хотелось бы обратить, пользуясь возможностью, Ваше внимание, вот на что. Например, мы абсолютно поддержали закон о расширении политического или партийного представительства в Государственной Думе за счёт тех партий, которым не удастся преодолеть 7-процентный барьер, но удастся набрать от 5 до 6 (по одному или два представителя они будут иметь), мы это поддерживаем. Считаем, что логика Ваша абсолютно правильная: Вы расширяете политическое представительство, Вы выступаете за то, чтобы голоса избирателей не были потеряны; и позиция тех политических сил, которые пока не набрали должное количество голосов, но всё‑таки определённое число голосов набрали (а это миллионы, кстати говоря), – чтобы они были представлены в Государственной Думе. Но мы считаем, что, наверное, в обозримом будущем мы можем всё‑таки (с учётом того, что у нас на сегодняшний день всего лишь семь политических партий официально зарегистрированы) вообще посмотреть на снижение проходного порога. Ведь если мы обратим внимание на результаты выборов декабря 2007 года, 3 процента преодолели те же самые четыре парламентские партии; [из остальных], которые есть, даже 3 процента никто не преодолел. В этой связи мы считали, что возможно поэтапное снижение где‑то и до 5 процентов, а может быть, даже в будущем и до 3 процентов. Это первое.

И второе. Возможность облегчения участия политических партий в выборах разного уровня, прежде всего выборах депутатов Государственной Думы, – это тоже одна из Ваших инициатив, в частности снижение количества необходимых подписей, полный запрет на использование денежного залога, – абсолютно правильна. И опять же я ещё раз назову, Дмитрий Анатольевич, эту цифру: сегодня официально зарегистрировано семь партий. Но сегодня создать партию, выполнив все требования Минюста, – это очень непросто. И сегодня всего лишь семь политических партий.

И в этой связи возникает такой вопрос: а может, вообще подумать, стоит ли ограничивать существующие политические партии какими‑либо предварительными условиями для их участия в выборах депутатов Государственной Думы? Залог мы отменили, число подписей сейчас будет снижаться, но, может быть, в перспективе посмотреть вообще на ликвидацию каких‑либо предварительных условий. Скажем честно, всё‑таки у нас сегодня сбор подписей превратился в некий бизнес, и на этом многие неплохо зарабатывают. Ошибки, к сожалению, существуют, и всегда есть возможность по так называемым недостоверным подписям снять или не допустить до выборов ту или иную политическую партию. Это что касается Ваших политических инициатив.

Я хотел бы, может быть, большую часть своего выступления посвятить местному собранию. Одна из важнейших реформ, которая проводится в нашей стране, вышла на своё завершение с 1 января этого года – тогда 131-й Федеральный закон вступил в полную силу на всём пространстве. В этой связи я хотел бы, во‑первых сообщить, что 25 июня у нас пройдет очередной съезд нашей партии, мы примем программу нашей партии в целом, на прошлогоднем съезде она принята за основу. Как я Вам сказал, это будет 25 июня. 24 июня мы проводим традиционный уже для нашей партии Международный социалистический конгресс с приглашением многих наших партнёров из Социнтерна, ожидаем, что примерно до 50 стран примут участие в нашем конгрессе.

И вот на что я хотел бы обратить внимание, тем более если мы говорим о местном самоуправлении: 23 июня мы проведем Всероссийский конгресс депутатов политических партий. Мы приглашаем на этот конгресс всех депутатов от нашей партии – конечно, все 38 депутатов Государственной Думы, плюс члены Совета Федерации. Из многочисленных депутатов региональных и муниципальных мы приглашаем 500 человек: 250 будут представлять региональные законодательные собрания, 150 – представители муниципальных образований первого уровня и 100 человек – представители муниципальных образований второго уровня. Нам есть о чём поговорить, и завершит этот конгресс создание палаты депутатов партии «Справедливая Россия», куда войдут депутаты самых разных уровней: и федерального, и регионального, и муниципального, для того чтобы координировать нашу законотворческую и в целом политическую деятельность.

Теперь я хотел бы затронуть несколько вопросов, касающихся собственно местного самоуправления. Дело в том, что сегодня в связи с реформой количество муниципальных образований выросло более чем в два раза: сегодня 24,5 тысячи муниципальных образований, из них около 20 тысяч – это сельские поселения. И большинство, как мы видим, муниципальных образований – это сельские поселения. Создать нормальную финансово-экономическую базу для развития этих сельских поселений очень трудно. В этой связи многим, находящимся в поездках по стране, получающим большую почту, приходит на ум обобщить предложения, которые поступали с мест, и, может быть, рассмотреть вопрос о некоем объединении, особенно сельских, поселений в такие «кусты», с тем чтобы именно создать исполнительно-распорядительные органы местной власти на местном поселении, например по опыту Германии, где пять-семь небольших деревушек или поселений объединяются в одно – и тогда они аккумулируют и свои организационные возможности, и финансовые, и имущественные и так далее. Это первое предложение.

И ещё есть одна тема. Тема касается существования районных муниципалитетов и городских поселений. Очень часто (как правило, это, допустим, крупный районный центр, который является городским поселением) он является центром муниципального образования, районным. В этом центре мы имеем два управления образования, два управления здравоохранения и далее можно перечислять. И в этой связи, может быть, имеет смысл создать тоже общую администрацию такого муниципального района и поселения.

Ещё одна тема прямо корреспондируется с тем, что только что я сказал. Сейчас в законе нет чётких критериев для формирования границ и статуса муниципальных образований. Приведу два примера, два крупных города. Например, город в Иркутской области Ангарск, 240 тысяч жителей, не является городским поселением. Или хорошо Вам знакомый город Гатчина, 88 тысяч жителей, не является городским поселением. А при этом городским поселением у нас на территории России очень часто являются поселки, даже не городского типа, численностью 3 тысячи, 4 тысячи человек. Вот такие нюансы сегодня существуют.

Не могу не сказать тоже по хорошо знакомой Вам теме – это муниципальные образования в городах федерального значения: в Москве и Санкт-Петербурге. Представляю, что всё‑таки нужен отдельный закон о существовании местного самоуправления в этих городах, потому что сейчас большинство полномочий, которые 131-м Федеральным законом даются муниципальным образованиям, у этих районных, как правило даже внутрирайонных, образований просто отсутствуют.

Теперь о финансировании или, скажем, о налогооблагаемой базе местного самоуправления. Здесь тоже есть проблема по наполнению. У нас есть конкретное предложение. Мы считаем, что можно и нужно посмотреть на вопрос дополнительного налогообложения дорогостоящей недвижимости, которая находится на территории муниципальных образований. Причём для собственников той или иной недвижимости из так называемых малообеспеченных граждан либо вообще не облагать, либо оставить минимально существующую, а для собственников очень дорогой недвижимости поэтапно сделать такую прогрессию. Это позволит расширить самостоятельность налоговых доходов муниципалитетов и это, конечно, снижение имущественной декомпенсации в обществе, потому что те, кто обладает дорогой недвижимостью, станут платить больше.

Второе направление пополнения бюджетов муниципальных образований – это полностью все налоги с малого бизнеса, а не только те, которые платят вменённый (сейчас этот налог остается на территории муниципальных образований), все налоги оставлять в муниципалитетах, а не передавать региональным органам. Это приведёт к стимулированию муниципалитетов на создание малых предприятий у себя на территории.

Тема расширения контрольных функций местного самоуправления, то, что Вы вносите, и, в частности, по удалению главы муниципального образования, мы считаем очень важным. Здесь есть одна, скажем, процедурная тонкость. Я предлагал бы подумать: может быть, законом установить, что голосование депутатов муниципального образования по удалению главы муниципального образования – особенно, подчеркну это принципиально, по инициативе главы региона, скажем губернатора, – должно быть обязательно тайным. Понятно, что может происходить, если будет обратное. То есть инициатива губернатора, открытое голосование, прямо скажем, и депутаты муниципалитета городского могут дрогнуть, и вопреки даже своему желанию пойти на поводу у губернатора.

И также два момента, которые сегодня не отражены в 301-м Федеральном законе с точки зрения полномочий местного самоуправления: это экологический контроль и контроль над землепользованием. Мы считаем, что эти вопросы есть смысл передать местному самоуправлению.

Ещё одна тема, касающаяся местного самоуправления – информация и доступность информации для жителей муниципальных образований. По данным Минрегиона, сегодня только 1289 муниципальных образований из, как я сказал, 24,5 тысячи имеют собственные интернет-сайты. Это недопустимо мало. Более того, сегодня только 25 муниципальных образований имеют собственные печатные средства массовой информации. Мною подготовлен закон, он ещё год назад внесён в Государственную Думу, о праве муниципальных образований создавать, регистрировать свои печатные средства массовой информации (за исключением газет, которые носят рекламный характер), то есть газет, которые информируют население о своей деятельности.

И, завершая тему муниципальных выборов, не могу не сказать о том, как проходит голосование во время выборов депутатов муниципальных образований. В частности, я считаю, что, устранив сам институт досрочного голосования на выборах федерального уровня и регионального, нужно идти дальше и ликвидировать этот институт и на выборах депутатов муниципальных образований. А почему – я об этом говорю. Вот 1 марта были выборы – во многих муниципальных образованиях процент досрочного голосования достигает 20 процентов. Рекорд поставило муниципальное образование «Внуково» города Москвы, где досрочно проголосовало 50 процентов избирателей. Совершенно очевидно, привозят – понятно, как это делается.

И, должен сказать, опять же возвращаемся к крупным городам: два года тому назад на выборах муниципальных образований в Москве наша партия была просто не допущена к выборам, могу предельно откровенно сказать, по надуманным позициям. И большинство кандидатов в муниципальные депутаты на выборах в Петербурге 1 марта также, к сожалению, не были допущены до выборов.

И, уважаемый Дмитрий Анатольевич, совершенно на другую тему, но не могу об этом не сказать, это принципиальная позиция нашей партии, хотел бы, чтобы Президент Российской Федерации знал нашу позицию. 1 июля этого года должны прекратиться игорные безобразия на всей территории Российской Федерации. Закон установил переходный период, было дано поручение сформировать четыре игорные зоны. Да, я знаю, что с 1 июля ни одна из них не приступит в полной мере (более продвинута у нас только Краснодарская, но она 1 июля ещё не будет готова). И в этой связи игорное лобби настаивает на том, чтобы отложить хотя бы для тех территорий, где в будущем буду находиться игорные зоны, а некоторые предлагают и вообще на полгода, на год, как угодно. Мне кажется, что государству нужно проявит принципиальность. И я абсолютно уверен, если с 1 июля действительно полный установить запрет на проведение игорного бизнеса в любых населённых пунктах России, очень быстро найдутся деньги, и вот те четыре выделенные зоны очень быстро начнут застраиваться, никуда не денутся. А если мы пойдем на поводу и отложим, то, к сожалению, я боюсь, что тогда это будет сказка, простите, про того самого белого бычка.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, я, может быть, немножко перебрал, но очень хотелось сказать Вам об очень важных вещах. Большое спасибо Вам за внимание.

Д.Медведев: Сергей Михайлович, я отреагирую на некоторые вещи, которые Вы сказали, просто чтобы мне не откладывать это совсем под конец беседы.

В отношении снижения проходного «балла» в Государственную Думу. Знаете, вообще вот этот барьер – это вещь, которая носит, если хотите, такой конъюнктурный характер, он зависит от степени развитости нашей политической системы. В какой‑то период мы посчитали целесообразным, и я сам к этому имею отношение, я тогда, по‑моему, ещё в Администрации работал, что нам нужно всё‑таки сформировать костяк нашей политической системы, дать возможность развиться нашим политическим партиям, парламентским партиям. И поэтому был выбран достаточно высокий барьер. Это не значит, что это абсолютно навечно. Более того, очевидно, что эта цифра может меняться. Когда – отдельный вопрос. Это можно обсудить, но в любом случае это не навсегда, это не то, что относится к фундаментальным принципам государственной системы нашей страны. Это не какие‑то конституционные вещи, которые нельзя разменивать на мелочь. Поэтому, безусловно, это тема, которая может подниматься, и я считаю, что в определённой ситуации мы вполне можем пойти на снижение этого барьера, тем более что, Вы правильно сказали, последние выборы показывают, что, собственно говоря, не так просто и 3 процента набрать, и так далее. Ещё раз повторяю, это вещи конъюнктурные, и по ним можно вполне определяться.

В отношении снятия всех барьеров для создания партии. Вы знаете, здесь вопрос более сложный. Если говорить о прохождении партии в Государственную Думу, то, наверное, я с Вами соглашусь, это зависит от того, в каком мы состоянии находимся, зависит от того, насколько развита политическая система, наши политические партии. Что же касается самих политических партий, наверное, есть и несообразности, и какие‑то вещи, которые носят явно уже устаревший характер, я имею в виду процедуру регистрации. Какие‑то вещи всё‑таки, наверное, можно пересмотреть, какие‑то вещи должны остаться. Почему? Потому что мы все помним ту партийную вакханалию, которая была у нас в начале 90-х годов. И не дай Бог к этому возвращаться, потому что, если партия создается вот так, по мановению руки, так сказать, это обратная крайность, и это грозит просто тотальной дестабилизацией политической системы в стране, когда люди просто опять потеряются, не способны будут отличить, где партия, где какое‑то движение, чем партии друг от друга отличаются. Поэтому всё‑таки я считаю, что определённые процедуры должны работать. Но это не значит, что опять же они носят абсолютно застывший характер, о них можно говорить. От каких‑то вещёй мы уже отказались, о которых Вы упомянули; в частности, какие‑то вещи могут быть пересмотрены в дальнейшем.

Но в отношении реформы местного самоуправления с Вами не могу не согласиться, что это важнейшая часть нашей государственной и политической работы, которой все мы занимаемся, и государство занимается, и политические партии занимаются, когда проходят в соответствующие органы местного самоуправления, принимают участие в управлении, в принятии самых важных решений. Поэтому, конечно, мы будем этим и дальше заниматься.

В отношении идеи объединения сельских поселений и вообще объединения поселений. Вы знаете, это вполне нормальные и конструктивные вещи, нормальные и конструктивные идеи, но не следует забывать, что в конечном счёте это зависит не от нас с вами, хотя мы можем там определённую законодательную рамку задать, а от желания самих граждан. Они должны сами высказаться либо за объединение, либо за разъединение.

То же самое и в отношении администрации. Действительно, очень много дублирования, когда чиновники занимаются практически одним и тем же, находясь на очень близких должностях, чиновники местного самоуправления. Но в конечном счёте мы должны стимулировать такие решения, а последнее слово должно оставаться за самими гражданами, они должны своё решение формулировать, выносить на соответствующие демократические процедуры.

Я не очень, правда, понял в отношении муниципальных образований в Москве и Санкт-Петербурге: Вы имеете в виду федеральный закон или закон субъекта?

С.Миронов: Я имею в виду, что нужно принять специальный федеральный закон о местном самоуправлении в городах федерального значения.

Д.Медведев: Понятно.

Теперь в отношении финансовой базы местного самоуправления. Я думаю, что Вы правы: эта финансовая база, как и всегда, нуждается в совершенствовании, она пока недостаточная, из‑за чего, собственно говоря, и существуют основные проблемы в местном самоуправлении.

Налог на недвижимость – обсуждаемая тема. Я думаю, что, во всяком случае в кризисный период, с налогообложением нужно вести себя предельно аккуратно, чтобы не создать дополнительных проблем, но в целом эту тему вполне можно обсудить. В принципе, действительно, вполне возможным является совершенствование законодательства о налогообложении недвижимости в зависимости от стоимости этой недвижимости, с тем чтобы не пострадали, допустим, максимально широкие слои наших граждан, которые имеют собственность и недвижимость. В то же время дорогостоящая недвижимость – недвижимость, по сути, как предмет роскоши – действительно попала бы в какую‑то другую шкалу налогообложения. Но ещё раз подчеркиваю: если этим заниматься, то нужно это делать предельно аккуратно с учётом текущей экономической ситуации.

Здесь, конечно, могут быть разные подходы, кто‑то считает, что кризис – это как раз тот период, когда можно радикально изменить систему налогообложения. Может быть, это и так, но пусть тот, кто так считает, сначала начнёт руководить государством и Правительством – потом мы посмотрим, что у него получится.

Теперь в отношении удаления глав муниципальных образований, с тем чтобы сделать такое голосование тайным. Может быть, Вы и правы, надо подумать, во всяком случае, чтобы здесь исключить возможность давления на депутатов.

И последняя вещь, которую Вы затронули, Вы не только об этом говорили, но я просто не на всё смогу сейчас, наверное, что‑то ответить, по игорному бизнесу, – я к этой теме вернусь и все необходимые разъяснения и поручения по этому вопросу дам.

Спасибо.

Александр Михайлович, Вам слово.

А.Бабаков: Дмитрий Анатольевич, спасибо.

Я хотел бы вслед за лидером нашей партии поблагодарить Вас за достаточно лестную оценку деятельности нашей политической структуры и дополнить это тем, что всё‑таки и само вхождение в Социнтерн, и в целом контакты нашей партии сегодня развиваются благодаря, видимо, возрастающей роли России на международной арене, но и с учётом того, что политические силы всё больше и больше играют серьёзную роль внутри страны.

Буквально за последние месяцы мы присутствовали в разных составах, в Брюсселе проходила конференция, собравшая представителей практически всех социалистических, социал-демократических партий. Тема была: «Нужна ли Европе новая структура безопасности?», и были представлены абсолютно все организации Европы, то есть ОБСЕ и НАТО, и Совет Европы, достаточно представительный был состав. Удалось обратить внимание и даже найти поддержку у участников этой конференции по теме, которую Вы озвучили и которая связана с заключением Договора о европейской безопасности. Надо признать, что эта тема очень положительно воспринимается, особенно в среде социалистов.

Совсем недавно в Берлине проходила конференция, посвящённая разоружению, и там тоже была представлена наша партия, и удалось развить инициативы после Вашего визита в Финляндию. И надо сказать, что и Айала, лидер Социнтерна, и Министр иностранных дел [Германии] Штайнмайер, который тоже присутствовал на этой конференции, выступал, – они все высказались каждый по‑своему, но в позитивном ключе относительно вот этих инициатив.

Также наша партия уже на таком личном контакте работает с рядом социал-демократических и социалистических партий Европы. В частности, с Чехией удалось установить очень серьёзные партийные связи, мы присутствовали на съезде, который проходил по личному приглашению Иржи Пароубека, который возглавляет Социал-демократическую партию и который, скорее всего, на выборах 10 октября, по нашим скромным прогнозам, может стать новым премьер-министром. Так вот сам съезд проходил на фоне, конечно, обсуждения финансового кризиса, его последствий, преодоления этого финансового кризиса, но также ещё была затронута тема ПРО. И надо отдать должное, что чешский народ, который практически на 80 процентов высказывался против размещения элементов системы ПРО, получил как раз в лице политической партии, которую представляет Пароубек, ту политическую силу, которая объединила их. И надо сказать, что здесь мы бы планировали, наверное, развивать и дальше подобного рода отношения в других европейских странах, если получится.

Нам удалось также возобновить диалог между парламентами Украины и России. Более двух лет не заседала межпарламентская комиссия, впервые прошло заседание её, договорились о достаточно плотном формате. Следующее заседание должно пройти в конце июня в Крыму. Вопросы, которые обсуждались, интересны абсолютно всем законодателям, независимо от политической окраски. Надо сказать, что украинская делегация была представлена абсолютно всеми политическими силами.

В заключение я хотел бы дополнить то, что сказал Сергей Михайлович. Мы также работаем над одной законодательной инициативой, которая связана с тем, что в апреле прошлого года Конституционный Суд признал не соответствующим Конституции положение Закона о садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан. Речь идёт практически об упрощённой процедуре регистрации. Вот эта инициатива у нас подготовлена, мы надеемся внести её в Государственную Думу в ближайшее время.

Д.Медведев: Спасибо.

Александр Михайлович, хорошо, что вы занимаетесь международной деятельностью. Это, во‑первых, действительно страну определённым образом позиционирует и, конечно, способствует развитию партии. Совершенно очевидно, что партия, которая входит в социалистический интернационал, – это в любом случае весомая сила, и мы заинтересованы, я имею в виду в данном случае государство, в том, чтобы наши политические партии присутствовали в различных международных объединениях, высказывая свою позицию. Потому что, как правило, жизнь так устроена, что внутри страны мы можем спорить по каким‑то вопросам, не соглашаться, доказывать друг другу свою правоту. В том, что касается отстаивания государственных интересов, интересов Российской Федерации, как правило, все политические силы консолидируются и занимают единую или очень близкую позицию. И это очень важно, потому что это как раз признак развитого государства и развитой демократии, потому как очень печально было смотреть, когда в прежний период различные политические силы, которые выезжали за границу, превращались, по сути, в рупор министерств иностранных дел и иностранных служб. Мы должны здесь действовать консолидированно, это совершенно очевидно. Внутри, конечно, можно спорить по любым вопросам и занимать любые позиции.

Что же касается Договора о европейской безопасности, действительно, это российская идея. Я с этой идеей выступил уже почти год назад. Идёт она непросто, в то же время суть этой идеи такова, что, собственно, возразить‑то нечего, потому что все понимают: без такого полноценного, большого договора ничего в Европе двигаться не будет, потому что Европа разделена на фракции, на блоки. Есть страны, которые входят в НАТО, есть страны, которые не входят и, по всей вероятности, не будут входить, есть ОБСЕ как определённая консолидирующая площадка, но она не занимается вопросами безопасности, если уж по‑честному сказать. Есть Евросоюз, который решает свои задачи, есть СНГ, есть Договор о коллективной безопасности. Всё это фрагменты безопасности Европы, а безопасность должна иметь неделимый характер. Именно поэтому идея Договора о европейской безопасности, она, в общем‑то, не может отвергаться, что называется, «с порога». Конечно, наши европейские коллеги пытаются её разглядывать под микроскопом – на предмет того, чему она соответствует, чему не соответствует, это нормально. Мы готовы к дискуссиям. Действительно, я в Финляндии выступал, в других местах выступал. Но в целом я считаю, что это хорошая идея и нужно её всячески продвигать и на государственном уровне, и на партийном уровне. Так что, если Вы этим занимаетесь, это хорошо.

То же самое, кстати, касается и ряда наших обеспокоенностей – Вы упомянули противоракетную оборону. Действительно, это, мягко говоря, не лучшая идея, с которой выступила предыдущая администрация Соединённых Штатов Америки. И, несмотря на то что она была такая кулуарная, её в известной мере «протащили», даже минуя отдельные институты НАТО, не говоря уже о Евросоюзе. Просто такой «междусобойчик» был. Хорошо, что у лидеров ряда государств, сейчас, во всяком случае, в Чехии эти процессы пошли, в парламенте пошли эти процессы, всё‑таки эта идея вызывает разные эмоции. И те решения, которые принимаются, показывают обеспокоенность. Обеспокоенность чем? Тем, что такого рода размещение радаров и размещение противоракет ничего не укрепляет на самом деле, а только создаёт дополнительный повод для напряжённости.

Мы неоднократно свою позицию заявляли, и ещё раз могу сказать в этом кругу: мы, естественно, предлагаем другой путь – мы должны двигаться в сторону создания всеобъемлющей системы защиты, и такие возможности есть, в том числе с использованием тех объектов, которые существуют в Российской Федерации, в ряде других государств, дружественных нам. Мы же это предлагали – на это не пошли. Значит, посмотрим, как будут развиваться события. Во всяком случае, я уже доволен тем, что наши американские партнёры сейчас высказывают как минимум своё желание эту тему обсуждать, что здесь нет вот такой тупой позиции: вот мы разместим, и трава не расти. Сейчас, во всяком случае, есть возможность об этом разговаривать.

Я считаю, что и Ваши контакты, по линии парламентов государств СНГ, полезны. В том числе, конечно, и с Украиной. Почему они полезны? Потому что, в общем, что тут говорить, это дружественное нам государство, и мы должны всячески развивать эти контакты, в том числе по партийной линии. Если Вы этим занимаетесь, успеха Вам.

Николай Владимирович, пожалуйста.

Н.Левичев: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Наверное, было бы непонятно, если бы Вы не затронули сегодня тему мирового экономического кризиса, который остается центральным в информационном поле. И я так понимаю, что мне поручено обосновать позицию нашей партии в отношении антикризисного плана Правительства, который мы критиковали публично на заседаниях Государственной Думы и в теледебатах. Как известно, у нас есть свой небольшой антикризисный план. И, обобщая, можно сказать, что наша критика основана на недостаточной, на наш взгляд, модернизационной составляющей правительственного плана.

Мы считаем, что уход «длинной» доли финансовых средств в банковскую систему, половинчатость налоговых изменений и инерционная, как мы считаем, социальная политика стали поводом для наших по возможности конструктивных предложений. Нас беспокоит, что Правительство пытается консервировать ряд малоэффективных предприятий, оказывает поддержку банкам, которые не доводят кредиты до промышленности. Мы сейчас очень много общаемся с представителями региональных промышленных структур, на производстве часто бываем. В общем, осуществляем такую обратную связь. Может быть, потому что мы не представлены в исполнительной власти, мы как раз та партия, которая считает, что антикризисные меры в налоговой сфере могут быть связаны как раз с изменением налоговых принципов. И прежде всего мы считаем, что налоговая система может быть инструментом экономической политики. И изменением налоговой нагрузки на различные сектора экономики можно воздействовать на структуру экономики.

В продолжение того, что сказал Сергей Михайлович о налоге на недвижимость, мы уверены, что пора вводить прогрессивный потолок подоходного налога и контролировать крупные расходы наших граждан. Считаем также, что именно в условиях кризиса оправданны временные и разовые налоги на крупные состояния, скажем, созданные в эпоху приватизации. Тем более нам представляется это важным, учитывая, что, по оценкам Росфинмониторинга, наблюдается рост подозрительных сделок до 60 процентов от общего объёма банковских операций по переводу денег. Это означает, что финансовая мысль не дремлет, придумываются всё новые схемы обналичивания, ухода от безналичных расчётов. Как известно, страны «двадцатки» объявили недавно войну налоговым офшорам. И мы считаем, что логично оптимизировать процесс приведения нашего законодательства не только в соответствие с международными требованиями по борьбе с отмыванием грязных денег, но и принять ряд мер, в том числе, может быть, административных, чтобы остановить поток денег за рубеж и преступную обналичку.

Понятно, что мы, как партия, выросшая из структур гражданского общества, считаем, что особую роль в преодолении последствий кризиса должны играть институты гражданского общества, прежде всего в области инициатив и контроля за деятельностью Правительства. На это был направлен и наш антикризисный план, и хартия социальной солидарности, вот такой небольшой документ (я покажу), с которым мы активно работаем уже несколько месяцев.

За последние два месяца, скажем, было проведено более 110 встреч с трудовыми коллективами и руководителями предприятий 29 субъектов Российской Федерации. Многие депутаты Государственной Думы, депутаты региональных законодательных собраний побывали на крупных производствах, таких как Волгоградский моторный завод, липецкий завод «Центролит», «Воркутауголь», «Аммофос» череповецкий, «Якутскэнерго» и целый ряд других. Например, перед самыми майскими праздниками в Свердловской области состоялось подписание хартии социальной солидарности работодателями промышленных, металлургических, страховых организаций, независимыми профсоюзами и общественными организациями. На май у нас уже в плане-графике более 20 партийных акций, направленных на ослабление социальной напряжённости, в частности, встреча с крупным трудовым коллективом Новолипецкого металлургического комбината.

Мы убеждены, что не надо бояться создания новых профсоюзов, деятельности инициативных групп интересов и организаций. Только открытое обсуждение проблем и разделение ответственности между всеми участниками экономических отношений позволит выработать адекватную модель выхода из кризиса, которая будет воспринята всем обществом.

В этой связи мы благодарны за возможность публично объяснять наши позиции по антикризисным мерам, в том числе и через средства массовой информации. И мы пробиваем, я бы сказал, пробку такую в отношениях с региональными властями, которые наконец‑то начали предоставлять, по крайней мере, возможность для общения с трудовыми коллективами и с общественными организациями.

Но нельзя не сказать, что зачастую всё‑таки органы исполнительной власти действуют по принципу «держать и не пущать», и даже минимальное выражение протестных настроений видится чиновникам бунтом и криминалом. В массовом масштабе нам пришлось с этим столкнуться при проведении первомайских демонстраций, например. Доходит до курьёза: в Хабаровском крае есть небольшой город Бикин, там был разрешённый пикет партии «Справедливая Россия», проходил под надзором представителей местной прокуратуры, которые неотступно находились рядом с пикетчиками.

Любые запреты деятельности системных политических сил ведут в конечном итоге к маргинализации оппозиции, к переводу легального и открытого декларирования требований в нелегальный протестный бунт.

В связи с Первомаем я бы хотел обратить внимание, на мой взгляд, на такую важную тему, как практическое отсутствие в нашей прежде всего телепродукции, да и кинопродукции темы труда. Наше общество нам в этом зеркале подаётся исключительно как общество тотального менеджмента и коммерческих услуг. Тема гастарбайтеров почти полностью вытеснила тему тружеников, хотя мы знаем, что социальный заказ может быть вполне корректным. Если сейчас зайдёт речь о поддержке отечественного кинематографа, я считаю, что здесь можно в этом плане поработать, потому что достигается степень отчуждения от человека, занятого каким бы то ни было трудом, в этом художественном осмыслении нашей реальной действительности.

И в новостях людям говорят постоянно, что нужно проявлять инициативу, ответственность, а на самом деле распространяется фактически такая логика работодателя: либо ты будешь работать в том режиме, в каком потребуется, либо ты не будешь работать вообще. Именно в период кризиса, на мой взгляд, эта тема очень важна, и мы видим, что в европейских странах ценится любой труд, если человек трудится, он гордится этим. А у нас надо вот эту логику «моя работа не может быть плохой» в том числе и средствами культуры и искусства развивать.

Я бы подчеркнул большую мобилизующую роль моральной атмосферы общества. В этой связи подчеркну, что Президент страны не только главное государственное лицо, но и, я бы сказал, первый гражданин страны. В этой связи Ваш вклад по публикации декларации о доходах, на мой взгляд, это в правильном направлении шаг.

Д.Медведев: Спасибо, что поддерживаете.

Н.Левичев: И если Вы будете давать такого рода пример, мы просто видим, как это действует не только на региональный, но и на местный уровень. У нас всё‑таки такая страна, привыкшая к определённым прецедентам. Поднять тему труда – это, на мой взгляд, глобальная идеологическая проблема на сегодня, которая с Вашей помощью могла бы быть сдвинута с мёртвой точки.

Я хотел бы поддержать Сергея Михайловича, который обратил внимание на то, что у нас на местном уровне электронные средства коммуникации практически не используются. И в связи с этим мы бы предложили подумать о целевой программе «Электронный парламент». Много говорится о пробуксовке в создании «электронного правительства», но открытое электронное пространство – это самый эффективный механизм гражданского контроля власти, лучше любых надзорных органов. Я принимал участие в Мадриде в международной европейской конференции по электронной демократии: по электронному участию Россия на 98-м месте вместе с Руандой и Узбекистаном. И в большинстве малых и средних городов если даже есть какие‑то электронные ресурсы, то они «для галочки». Мы специально мониторинг провели: из семи городов-миллионников только на сайтах Нижнего Новгорода и Новосибирска можно найти данные о бюджете, вообще говоря, региональном, хотя в законе прописано, что эта информация должна быть открытой. И на местном уровне можно расширять практику и дебатов, и дискуссий, и голосований в интернете, и чтобы люди могли напрямую обратиться к муниципальному депутату, не ожидая личного приёма, получить правовую консультацию. Просто говорю об этом, зная, как Вы этой теме тоже много уделяете лично внимания. Мне кажется, что федеральная целевая программа «Электронный парламент» была бы важным шагом в обеспечении единой информационной политики в Российской Федерации.

И буквально два слова – впечатления от посещения крупных предприятий. На «Аммофосе» просто выразился так руководитель организации: «Ведь нас сейчас проверяет 40 инспекций, как будто их окропили живой водой. Не они для нас, а мы для них». Просто ещё раз, несмотря на все указания сверху, вот такого рода броуновское движение внизу просто душит производителя.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Николай Владимирович, по Вашему выступлению несколько слов.

Безусловно, право партии соглашаться или не соглашаться со стратегией Правительства. Ещё раз подчеркиваю: это абсолютно нормально, даже не то что нормально, это даже очень хорошо, потому как даже те же самые ваши предложени, явно, с одной стороны, включают в себя целый набор мер, которые сейчас осуществляет Правительство, потому что значительная часть мер, которые мы сейчас реализуем, реализуется во всем мире. По‑другому действовать просто нельзя. Но есть предложения, которые отличаются, и это очень даже неплохо. Вот Вы говорили о снижении налогов. Я смотрю, здесь прямо говорится даже об экстренном снижении налогов. В принципе это очень популярная вещь, и если Вы помните, то, скажем, дискуссию о снижении налога на добавленную стоимость мы ведём довольно давно, правда, пока безрезультатно. Вроде бы все согласны с тем, что необходимо всё‑таки двигаться в этом направлении, но всё время что‑то мешает. Но цель снижения НДС с повестки дня не снимается, что бы ни говорили отдельные чиновники. Это абсолютно точно.

При этом, конечно, мы должны смотреть за тем, как наполняется сейчас наша доходная база. Почему я, собственно говоря, пробросил вам ещё до выступления в отношении того, что, конечно, рекомендации давать – дело хорошее, но гораздо сложнее их воплощать в жизнь, потому как в настоящий момент происходит сжатие поступлений в бюджет, это реальный факт, причём довольно существенное. И в этой ситуации цена любой ошибки может быть очень и очень высокая. Никто из аналитиков, что бы они там ни говорили, не знает до конца, к чему приведёт, допустим, снижение того или иного налога, потому что это зачастую процесс, который состоит из целой серии составляющих. Это и собственно администрирование налогов, спешность организации работы в различных местах, моральный кризис в стране, текущая экономическая ситуация. Всё это в конечном счёте и влияет на собираемость налогов. Я это говорю к тому, что вовсе необязательно отказываться от этой идеи. Вопрос в том просто, когда к ней переходить.

Что же касается ряда других идей, которые у вас здесь присутствуют, то по ним как минимум можно дискуссию продолжать даже в настоящий период. Я имею в виду и по ослаблению налогового бремени для малого предпринимательства, тем более что Правительство сделало определённые шаги. Конечно, Вы можете сказать, что они недостаточные, потому что всегда хочется чего‑то более радикального. Тем не менее движение здесь есть, как и движение по налоговому стимулированию инновационного бизнеса, что, собственно говоря, в Ваших предложениях тоже содержится.

Есть вещи, которые Вы абсолютно правильно упомянули. Но вот Вы здесь, скажем, тоже говорите об отказе от прямой господдержки фондового рынка. Так отказались же, не поддерживают фондовый рынок.

Надо сказать, что здесь Вы попали в точку, что называется. Потому что, надо признаться откровенно, прямая государственная поддержка фондового рынка ни к чему не привела. Это закономерности, которые на самом деле имеют мировой характер. И, к сожалению, даже достаточно крупные вливания в фондовый рынок тех или иных стран ничего не изменили, и у нас ничего не изменили. Фондовый рынок развивается по собственным закономерностям.

Сейчас неплохой, в общем‑то, рост наблюдается. Но это не значит, что мы вышли уже на тот тренд, когда развитие фондового рынка будет носить повышающийся характер. В общем, это не так. Надо посмотреть за тем, как эти тенденции будут друг с другом, так сказать, бороться. Но, во всяком случае, некоторые вещи из того, что Вы говорите, уже, по сути, в жизнь воплощены.

Вы упомянули ряд довольно энергичных мер, таких как контроль за крупными сделками и состояниями, прогрессивная шкала подоходного налога. Наверное, это нормально, что вы об этом говорите, потому что вы бы не носили название социалистической партии, если бы этих лозунгов не отстаивали. Кто тогда их должен отстаивать по большому счёту? Это уже вопрос выбора. Я считаю, что мы когда‑то поступили очень правильно, что ввели плоскую шкалу подоходного налога. Мы всё‑таки вытащили из тени очень значительную часть доходов и, соответственно, налогов. Налоги стали платить. Это не означает, что это должно быть всегда, но, во всяком случае, как мне представляется, в настоящий момент этот потенциал ещё не исчерпан, но дискуссию об этом точно стоит продолжать.

Вы правы, сейчас практически во всех странах развернулась активная работа по противодействию различного рода налоговым гаваням. На «двадцатке» было принято консолидированное решение, касающееся государств, которые сотрудничают по вопросам налогообложения, так называемым не сотрудничающим юрисдикциям. И это довольно жёсткие решения. Впервые вообще мировое сообщество, впервые крупнейшие экономики, по сути, высказались достаточно жёстко в смысле такого рода специальных юрисдикций и специальных правовых режимов, которые там принимаются. Надеюсь, что движение в этом направлении будет идти и дальше.

Вы затрагивали и ряд других тем. В отношении декларирования доходов – отрадно, что это поддерживается партией. Хочу вам сказать только одно, что я в ближайшее время подпишу уже указы, на основании которых все государственные служащие, самые разные, – и те, кто в этом году декларировал, и те, кто не декларировал доходы, или те, кто не публиковал эти доходы, – они все теперь попадут уже в это легальное поле. Собственно говоря, о чём мы и договаривались в рамках антикоррупционной работы.

Идея так называемого электронного парламента, как и вообще электронных ресурсов – вы знаете, я действительно к этим вещам отношусь хорошо, можно даже сказать, очень хорошо, считаю, что за этим будущее. С удивлением обнаружил недавно несколько цифр, может быть, вам тоже будет любопытно: по подсчётам европейских аналитиков, европейцы в возрасте от 18 до 41 года уже в большей степени получают новости из интернета, чем из телевизора, и пользуются электронными услугами. Меня что удивило: это не от 18, скажем, до 25, до 30, уже до 41 года! И эта тенденция явно идёт на укрепление. По этим прогнозам, где‑то к 10-му году общее количество новостей, получаемых людьми из интернета, превзойдёт телевизионные ресурсы. Нам всем об этом нужно думать, в том числе и создавая, естественно, так называемые сервисы для наших граждан, возможность получать информацию, возможность совершать сделки через интернет, возможность подавать заявления через интернет, вступать в контакты с государственными органами, с органами местного самоуправления. Поэтому и идея «электронного парламента» в этом плане, мне кажется, вполне разумной. Но, естественно, она должна каким‑то содержанием наполниться.