Альберт

Ни одна госпрограмма ни в одной стране мира не может заменить собой здоровую финансовую систему

Когда государство на льготных условиях заняло банкам второго уровня деньги для кредитования МСБ, выяснилось, что у бизнеса мало интересных или перспективных проектов. На сегодня БВУ, ссылаясь на дефицит хороших заемщиков, закладывают чрезмерные риски в стоимость кредита. Бизнес, предпочитая свести все риски к минимуму, в большинстве своем не решается воспользоваться субсидиями по госпрограммам. Как страхи отечественных предпринимателей и банков влияют на развитие сектора и почему сегодня бизнесменам-экспортерам сложно вернуть НДС в интервью корреспонденту «Капитал.kz» рассказал депутат Мажилиса Парламента Казахстана Альберт Рау.

- Альберт Павлович, субсидирование казахстанского бизнеса в рамках государственных программ не работает? Почему при всевозможной поддержке государства деньги на запуск и развитие бизнеса предприниматели не берут?

- С одной стороны, субсидирование должно быть оправдано внутренней экономической ситуацией. С другой – любое кредитование – это деньги взаймы. Не каждый отечественный бизнесмен, учитывая всевозможные риски, готов взять на себя обязательства, пусть даже с господдержкой. Сейчас поясню. Дело в том, что когда лет 8-9 назад мы запускали программу по индустриализации, продумывали всевозможные льготные программы, но не предполагали, что этот период поддержки так затянется. Подобные программы запускаются в пик кризиса, но у нас эти меры господдержки затянулись на несколько лет. Вы, наверное, помните, что на тот момент правительство данными программами спасало БВУ и вкладчиков. Но ни одна подобная госпрограмма ни в одной стране мира не сможет заменить собой здоровую финансовую систему. Этого не произошло и у нас. В результате субсидированием воспользовался небольшой процент из общего количества МСБ. Если отталкиваться от официальных данных, то за последние пять лет общий объем кредитования юридических лиц, а также малого и среднего бизнеса сократился более чем на 13%. Снизилась и доля кредитных ресурсов в ВВП страны.

- Так и хочется спросить, цитируя Владимира Высоцкого, «где деньги, Зин», которые выделило государство?

- Когда государство на льготных условиях заняло БВУ деньги, а они их получили, то выяснилось, что не хватает интересных или перспективных проектов для кредитования. БВУ эти средства переводят в ноты Национального банка. То есть около трех-четырех триллионов тенге банки должны были передать малому, среднему и крупному бизнесу, но спроса на них, по утверждению БВУ, не оказалось. В итоге эти средства сейчас в нотах Нацбанка. Деньги для поддержания ликвидности БВУ взяты из Национального фонда и должны работать на экономику страны. Вопрос не простой, но надеемся, что порочный круг будет разорван правительством и Нацбанком. Не первый год мы говорим, что у национального регулятора цель – контролировать инфляцию, а должен быть экономический рост.

- То есть вы в принципе считаете такие программы неэффективными?

- Это не совсем нормально, когда государство берет на себя задачу кредитования МСБ.

Как антикризисная мера может быть, но смотреть надо в долгосрочной перспективе. И в недавнем заявлении МВФ по Казахстану говорится, что из-за субсидирования кредитов происходит искажение рынка, и от этого надо отходить. Да, есть несколько тысяч проектов, профинансированных через фонд «Даму», но на самом деле они занимают минимальную долю от общего количества предприятий. К тому же, когда рапортуют о доле МСБ в стране, то говорят о количестве, а не оборотах, как это принято в мировой практике. А ведь небольшая компания может являться холдинговой фирмой, через которую проходят миллиарды тенге. То есть министерству национальной экономики надо приблизить критерии МСБ к мировой практике.

- А почему МСБ не воспользовался кредитами? Вроде недавно приняты законы, мотивирующие отечественных предпринимателей?

- Цицерон сказал, что чем больше в стране законов, тем меньше в ней справедливости. Адаптируя под современные реалии, я бы переделал: «тем меньше их выполняют». Да, были приняты хорошие нормы по снижению барьеров для различных секторов, но на практике улучшение происходит медленно.

- Давайте зайдем с другой стороны. Почему у МСБ нет интересных проектов, которые БВУ захотят кредитовать?

- Вопрос я бы поставил по-другому: почему МСБ не хочет кредитоваться, даже если у него есть интересный проект? Отвечу. Потому что бизнесмены находятся в своего рода замкнутом круге: три триллиона в Нацбанке, плавающий курс и страх брать взаймы опять-таки, потому что курс доллар-тенге плавающий. Вы знаете, что в Казахстане международные кредитные линии по 2-3% годовых никто не рискнет взять. Например, Германия открыла страховую кредитную линию на миллиард евро, а спроса нет. Если предприятие на 100% экспортно ориентированное, то ему еще есть резон кредитоваться, но если оно реализует товар на внутреннем рынке, то может остаться без бизнеса. Просто как пример: компания закупает в Китае за доллары для своего производства полистирол, который в Казахстане не производится. Товар она выпустила, получила выручку, а ее «съел» выросший в цене доллар, так как для закупа второй партии придется расплачиваться уже подорожавшей в стране американской валютой. Отсюда и страхи: если бизнесмен понимает, что ему необходимо что-то ввозить из-за рубежа, приобретая сырье и комплектующие за иностранную валюту, то он просто не начинает бизнес.

И этот страх, вернее ожидание валютного кризиса, затянулось. У отечественных предпринимателей стало дежурной фразой, что в наши тяжелые времена начать и развивать бизнес стало сложно. Одно дело, когда бизнес-среда ждет мирового кризиса, а другое – когда она ориентируется на внутренний рынок, на котором предпосылок для кризиса, в целом-то, нет.

- Как тогда вы оцениваете потенциал экспорта несырьевых товаров? Он, этот потенциал, вообще имеется?

- Мы страна с развивающейся экономикой. Лет восемь назад, когда были запущены программы по индустриализации, впервые были поставлены задачи по наращиванию экспорта несырьевых товаров. Поверьте, восемь лет – это не так много времени для того, чтобы делать однозначные выводы. Но в этом направлении существует ряд задач, которые необходимо решать уже сегодня. Например, малый объем потребительского рынка. Это один из барьеров развития и проблема для субъектов среднего бизнеса. Они зачастую функционируют, если есть заказы от квазигосударственных компаний или бюджета. Есть заказ – есть работа, нет заказа – все производство останавливается до лучших времен. Поэтому для развития экономики простых вещей внутреннего рынка недостаточно. Кроме ряда барьеров и проблем, отечественному бизнесу надо избавляться от комплексов и смелее выходить на экспортные рынки. В той же Германии компания из 10 человек спокойно поставляет свою продукцию на рынок Австралии. Там настолько слаженно работает экономика простых вещей, что предприниматель среднего и малого звеньев может без проблем экспортировать свой товар в соседние страны и не зависеть от заказов на внутреннем рынке.

- «Для поддержки экспорта несырьевой продукции государству предстоит рассмотреть вопрос применения более простых и быстрых процедур возврата НДС», было озвучено в послании президента в сентябре. Проблема настолько актуальна?

- Очень актуальна. В рамках поддержки экспорта несырьевой продукции действительно необходимы меры, способные обеспечить более простые и быстрые процедуры возврата НДС компаниям-экспортерам. В Казахстане многие экспортеры не могут получить эти средства по два года. Тремстам крупным компаниям, а это в основном сырьевые компании, Минфин возвращает 70% НДС сразу, а остальные 30% – после проверки. А у среднего бизнеса с этим проблемы: контролирующие органы настолько контролируют процесс, что возврат НДС просто не реален. Проверяют контрпартнеров до шестого колена, и если компания купила, условно говоря, гайку, а у нее нет подтверждающих приобретение документов, то всю сумму возврата НДС не пропускают. А у предприятия в это время кредит, который оно должно погасить, контракты на сырье, которые оно должно оплатить и выполнить, и те же валютные риски. Это самый настоящий барьер для компании-экспортера, демотивирующий ее реализовывать продукцию на внешних рынках. Надеюсь, раз уж эта проблема вошла в послание президента, решение по ней будет принято до конца года. Минфин предлагает возвращать 50% НДС сразу, а остальные – после проверки. Значит, будет зависать полсуммы, подлежащей возврату. Ну хоть так, хотя не знаю, насколько бизнес будет вдохновлен наращивать экспорт.