Заявление для прессы и ответы на вопросы журналистов по окончании переговоров с Президентом Польши Александером Квасьневским

В.Путин: Большое спасибо, господин Президент.

Первое, что я должен и хочу сделать, – это поблагодарить Президента Квасьневского, польское руководство и польский народ за приглашение и за необычайно теплый прием. Хочу поблагодарить представителей прессы за внимание, которое вы уделяете нашей совместной работе.

Нынешний визит мы рассматриваем как действительно рубежное событие в отношениях между двумя государствами, хорошую возможность расширить наши политические контакты и взаимодействие. Хочу сразу отметить, что в последние годы мы стремились выйти на новое качество партнерских отношений, сделать его по‑настоящему европейским, соответствующим историческим связям наших государств, культурной близости наших народов. Я бы хотел особо поблагодарить за это Президента Александера Квасьневского. После нашей с ним встречи летом 2000 года он ненавязчиво, очень интеллигентно, понимая все сложности и отдавая должное перспективам и значению российско-польского сотрудничества, выстраивал отношения вплоть до сегодняшнего визита. И, мне кажется, это у него получилось, у нас получилось.

Мы, вместе преодолевая отжившие стереотипы и предубеждения, строим межгосударственные отношения XXI века. В их основе – принципы добрососедства, равноправия и деловой прагматизм. Важно, что сегодня наши отношения свободны от каких‑либо политических проблем.

В ходе состоявшихся переговоров мы с Президентом Александером Квасьневским были едины в том, что одна из наших приоритетных задач, и мой коллега только что об этом сказал, – выход на новый уровень и новое качество торгово-экономических связей. В общем и целом на первый взгляд мы можем быть удовлетворены объемом наших взаимоотношений в этой сфере. Я думаю, что по прошлому году мы можем выйти на объем около 6 млрд. Только что, вы знаете, я был в Париже и вспоминал там, в том числе и перед представителями прессы, что с Францией у нас всего 3,5 миллиарда долларов оборот, с Польшей же почти 6. Но, конечно, мы согласны с нашими польскими коллегами, что качество этого товарооборота нуждается в совершенствовании, и мы готовы совместно обсуждать эти проблемы и эти темы. Уверен, абсолютно не сомневаюсь в том, что, если мы выберем правильные приоритеты здесь и найдем правильные сценарии эффективного сотрудничества, это пойдет, безусловно, на пользу российскому и польскому народам, причем отразится на самом бытовом уровне, на их благосостоянии.

Россия и Польша – давние партнеры, накопившие весомый и во многом уникальный опыт сотрудничества. В нашем активе немало интересных проектов и программ, в том числе в топливно-энергетической, инвестиционной, научно-технической областях, в сфере транспортной и приграничной инфраструктуры. Мы убеждены, их продвижение принесет ощутимый экономический эффект.

Значительные перспективы есть у нашего сотрудничества и на межрегиональном и приграничном уровне. Не случайно в составе нашей делегации губернаторы Калининградской и Псковской областей. Мы знаем, что неплохо развиваются отношения некоторых регионов Польши с Петербургом и другими российскими регионами.

Мы обстоятельно обсудили предстоящее расширение Евросоюза и присоединение к нему Польши. Считаем, что это не должно оказать негативного влияния на российско-польское сотрудничество, создать какие‑либо препятствия для прямого общения наших граждан. Хочу обратить ваше внимание, что в прошлом году, например, примерно 4 миллиона граждан России пересекли границу в направлении Польши и примерно 3 миллиона граждан Польши посетили Российскую Федерацию. Это огромный поток, свидетельствующий о народной дипломатии и взаимном интересе наших народов друг к другу.

Мы намерены углублять наши контакты в области науки, культуры, образования. У этих контактов давние традиции и, уверен, не менее хорошие перспективы. Наши взаимосвязи здесь поистине уникальны. Даже в последние годы, когда мы не могли похвастаться особой интенсивностью наших контактов, ученые наших стран, как люди, которые доказали свои интеллектуальные возможности и даже преимущества, не прерывали своих контактов. Свидетельство тому не только Дни польской науки, которые прошли в Москве, о чем упомянул господин Квасьневский. Свидетельство тому и сотрудничество между более чем 40 российскими и более чем 20 польскими научными организациями по 58 проектам в области фундаментальной и прикладной науки.

Среди международных вопросов самое серьезное внимание было уделено борьбе с международным терроризмом. Россия выступает за последовательное объединение информационных, политических и организационных возможностей различных государств для противодействия этой угрозе. При этом мы убеждены: только наши совместные усилия могут создать необходимые и реальные условия для разрушения финансовых, идеологических, организационных структур терроризма.

Успех антитеррористической кампании напрямую связан с отказом от двойных стандартов. Террористы и их пособники не должны находить убежище от правосудия где бы то ни было. И еще: если мы хотим, чтобы борьба с терроризмом была по‑настоящему результативной, необходимо строить нашу работу на широкой международной основе. Имею в виду прежде всего возможности Организации Объединенных Наций, призванной играть главную роль в развитии глобальных проблем мировой цивилизации. И здесь нам нужно, конечно, подумать о единых стандартах, прежде всего единых международно-правовых стандартах в этой совместной работе.

В ходе обсуждения мы отметили достаточно близкие позиции наших стран по таким вопросам, как укрепление безопасности и стабильности в Европе. В этой связи хочу отметить, что, на наш взгляд, роль Польши выходит далеко за рамки Центральной и Восточной Европы, и мы очень рассчитываем на конструктивный диалог с Польшей по строительству новой Европы и новой системы безопасности в мире в целом.

В последние месяцы Россия и Североатлантический альянс начали новый этап взаимодействия, и, разумеется, эта тема тоже была в центре наших переговоров с господином Квасьневским, главным образом с глазу на глаз.

В ближайшее время намерены выработать обновленный механизм взаимодействия с НАТО, и уверен, что здесь у нас есть общий интерес в строительстве таких отношений, в том числе взаимный интерес с Польшей, что сегодня и было подтверждено господином Президентом.

В завершение хочу подчеркнуть: в наступившем веке нам важно не только укрепить доверие между нашими странами и народами, но и сохранить солидный багаж лучших традиций российско-польского партнерства. Я убежден: сегодня для этого есть все необходимые условия.

Хочу еще раз поблагодарить Президента Квасьневского за приглашение и ту атмосферу, которая была создана для нашей совместной работы.

Спасибо большое за внимание.

Вопрос: У меня вопрос к двум президентам. Ни для кого не секрет, что в 90-е годы отношения между Польшей и Россией складывались, мягко говоря, не просто. Можно сейчас считать, что этот сложный период преодолен и мы выходим на принципиально новый этап российско-польского сотрудничества? Спасибо.

В.Путин: Мне кажется, что ничего необычного и неожиданного в том характере отношений, которые сложились между Польшей и Россией на протяжении последнего десятилетия, мы не должны видеть. Это достаточно естественный период строительства взаимоотношений на новой основе. Почему естественный? Потому что нельзя закрывать глаза и нужно прямо и честно сказать, что бывший Советский Союз пытался доминировать не только в Восточной Европе, но и во многих других частях света. Это не пошло на пользу ни русскому народу, ни тем более не могло вызвать положительной реакции у наших квазипартнеров, партнеров поневоле. Это тем более не могло понравиться полякам, народу очень свободолюбивому и не терпящему никакого диктата. Поэтому не случайно, что именно в этот период появились политические силы, которые не только воспользовались этой ситуацией, но и пытались как‑то на этом спекулировать, забыв о коренных интересах, национальных интересах как народов России, так и Польши.

Но все должно созреть. Я думаю, что созрело и возрождение российско-польских отношений именно в силу тех самых прагматических, взаимных, глубинных, корневых интересов двух стран, о которых я только что упомянул. Они, эти интересы, есть. Польша заинтересована в выстраивании полномасштабных, полнокровных отношений с Россией так же, как и Россия заинтересована не только в экономических, но и в строительстве политических отношений с Польшей. При этом размеры наших государств, они в данном случае, с учетом новых реалий в мире, не так уж и важны. Польша для нас равноценный, равноправный партнер. Именно на такой основе в политической сфере мы собираемся выстраивать наши отношения. А об экономической целесообразности мне говорить уже не приходится – это понятно, по‑моему, даже рядовому гражданину. В таком ключе мы действовали последние полтора-два года, в таком ключе мы и намерены действовать в будущем. И сегодняшняя наша встреча действительно является этапной, решающей, окончательно создающей новую платформу и новую базу для движения вперед.

Вопрос: Господин Президент, еще до начала Вашего визита большинство польских комментаторов называли его переломным, историческим, открывающим новый этап в польско-российских отношениях. Вы подчеркиваете, что атмосфера данной встречи очень хорошая, но означает ли это действительно новый этап наших отношений? И если так, то что это означает не только для глав государств, но для обычных граждан Польши и России?

В.Путин: Что касается этапности, почему мы говорим об этом, чего мы ожидаем, в чем новое качество наших отношений, которые могут возникнуть в ходе этого визита и после него. Здесь мы, на мой взгляд, должны говорить о нескольких измерениях нашего взаимодействия. Первое – это в сфере безопасности и строительства новых справедливых взаимоотношений в Европе и мире. Для нас сотрудничество с Польшей здесь очень важно по нескольким соображениям – и с точки зрения строительства новых отношений России с НАТО, и с точки зрения перспектив вступления Польши в ЕС, и строительства отношений России с объединенной Европой.

На повестку дня выходит несколько соображений, как мы уже несколько раз употребляли это выражение в ходе пресс-конференции, прагматического характера. У нас есть целый план взаимодействия с объединенной Европой – это и в энергетической сфере, и в других областях. Польша, конечно же, может самым наилучшим образом использовать свое географическое положение и свои особые отношения с Россией, знание России, для того чтобы сыграть свою роль не только для себя, но и для всей Европы, и, на мой взгляд, это весьма конкретным образом может отразиться на положении простого гражданина, о котором Вы упомянули. Должен сказать, что мы думаем прежде всего об этом.

В практическом плане мы сегодня, допустим, обсуждали наш энергетический диалог. Есть планы взаимодействия с другими странами Европы по приобретению газа, но известно ли простому гражданину в Польше, что стоимость этого газа из других стран, не из России, на 25–30 процентов дороже. Сейчас уже дороже, а дальше будет еще дороже. То же самое можно сказать о нашем взаимодействии в сфере электроэнергетики. В некоторых областях высоких технологий наше взаимодействие так плотно и так тесно, что может составить конкуренцию соответствующим разработкам наших партнеров и конкурентов, в хорошем смысле этого слова, из других стран. И все это те практические результаты, которые может почувствовать на себе рядовой гражданин. Так близко в сегодняшнем мире переплетаются интересы политики, безопасности, экономики и социальной сферы. Над всем этим комплексом мы и будем работать, и именно это дает нам право утверждать, что мы вступаем в новое качество наших отношений, поскольку мы подходим к развитию наших отношений комплексно, на новой базе и с пониманием того, что сотрудничество идет на пользу как Польше, так и России.

Вопрос: Вопрос к господину Президенту Путину. Почему Вы отказались от выступления в польском парламенте, а именно не согласились на это? Как, по Вашему мнению, должен решаться вопрос о выплате компенсаций польским гражданам, подвергнутым репрессиям во времена Советского Союза?

В.Путин: Во‑первых, я не отказывался от выступления в польском парламенте, и, насколько мне известно, у меня предусмотрены сейчас, после ланча, встречи с руководством обеих палат и плюс еще с лидерами партийных групп. Откровенно говоря, эта часть, как и все другие части визита, согласовывались рабочими группами под соответствующим руководством министерств иностранных дел и администраций президентов обоих государств. Видимо, ими было признано, что такой формат позволит лучше общаться, а не просто зачитать общие мысли по бумажке, встретиться с лидерами партий, от которых реально зависит политический настрой в обществе. Такой формат был признан, видимо, наиболее подходящим для более предметного обсуждения состояния российско-польских отношений. Ничего против этого не имею, поэтому в этой части Вашего вопроса могу сказать, что у Вас, видимо, неточная информация.

Что касается материального возмещения гражданам, которые пострадали от сталинских репрессий. Я постараюсь быть предельно откровенным и надеюсь на Ваше понимание. Мы не хотим, не будем сравнивать и ставить на одну доску проблемы, связанные с нацизмом и со сталинскими репрессиями, с агрессиями нацизма в Европе, Польше, в Советском Союзе и с репрессиями сталинского режима. Вместе с тем мы не собираемся закрывать глаза и на негативные стороны деятельности этого сталинского режима. У нас, как Вы знаете, принят закон о реабилитации лиц, пострадавших от политических репрессий. Прежде всего это касается сталинского периода советской истории. Я думаю, что возможностями этого закона вполне могли бы воспользоваться и граждане Польши, которые пострадали в этот период времени.

Думаю, что нашей задачей, задачей российского Правительства может быть создание условий, которые в практическом ключе обеспечили бы доступ польских граждан к реализации своих прав в рамках этого закона на индивидуальной основе. Мы с господином Президентом эту тему обсуждали, он этот вопрос ставил, и со своей стороны я дам указание Правительству, чтобы Правительство подумало над созданием этой необходимой, если потребуется, правовой либо административной базы решения этой проблемы.

Вопрос: Вопрос обоим президентам. Вы в самом начале говорили о хорошей атмосфере, которая сложилась во время ваших переговоров. Хотелось бы узнать, как складываются ваши личные отношения? Господин Квасьневский, поговаривают, что в Центральной и Восточной Европе вы для Путина партнер номер один. Вы готовы к такой ноше? А Вы, Владимир Владимирович, как к этому относитесь?

В.Путин: Я к этому отношусь положительно и рад этому обстоятельству. Я уже говорил вначале о роли Президента Квасьневского в строительстве отношений между Россией и Польшей за последние полтора-два года. Должен сказать, что это и для меня в известной степени явилось примером того, как профессионально и последовательно нужно работать, выстраивая межгосударственные связи, опираясь в том числе и на личные контакты. У нас сложились действительно очень добрые отношения. Мы с господином Президентом на «ты», по именам друг с другом общаемся, и это, конечно, помогает в решении тех задач, перед которыми мы стоим. Я нисколько не сомневаюсь, что так будет и дальше, и что очень импонирует, господин Президент уже говорил об этом, – возможность обсудить открыто практически любую тему. У нас нет закрытых тем для обсуждения, и это очень важно. Это создает хорошую атмосферу для того, чтобы решить самые сложные вопросы. При этом хочу подчеркнуть, что подход господина Президента к обсуждению любой проблемы является конструктивным и очень доброжелательным, что, собственно говоря, всегда побуждает к тому, чтобы ответить тем же самым.

Вопрос: Что поляки и русские могут совместно сделать в Калининградской области? Какие вы видите возможности? И второй вопрос. Визита российского Президента мы ждали 8 лет. Ваш второй президентский срок заканчивается только через 6 лет. Есть ли у нас шанс увидеть Вас в Варшаве вновь?

В.Путин: Вы знаете, я сейчас не берусь говорить о втором сроке президентства, нужно этот завершить еще таким образом, чтобы избиратели, народ России, были довольны результатами моей деятельности за первый срок президентства. Что же касается возможности посещения Польши, то я прошу вашего разрешения посещать Польшу и в период нахождения на посту Президента Российской Федерации, и после того, как я этот пост оставлю и буду жить жизнью нормального рядового гражданина. Надеюсь, что это время тоже настанет. Польша – страна очень привлекательная с точки зрения европейской истории. Культура Польши всегда вызывала в России особый интерес, и это, по сути, классическая европейская история. Поэтому интерес к Польше не только у меня, но и у всего российского народа очень высокий. Здесь есть что посмотреть, есть где побывать, и поэтому я воспользуюсь приглашением господина Президента и надеюсь, что еще не один раз приеду в Варшаву.

Что же касается первой части Вашего вопроса, то Вы затронули одну из самых острых проблем, над решением которой мы сегодня пытаемся работать. Должен с сожалением отметить, что у нас никак не удается наладить деловое взаимодействие по этому вопросу с Евросоюзом. Мы многократно возвращались к этой теме, мы все – и руководство Евросоюза, и России – понимаем остроту проблемы, которая постоянно приближается и приближается. С принятием в Евросоюз новых членов образуется анклавная территория Российской Федерации в виде Калининградской области, и не только жители этой области, но и Евросоюз может столкнуться с проблемой: как людям перемещаться, как им ездить, посещать другие территории Российской Федерации, как им пересекать границу в западном направлении.

1 миллион 300 тысяч человек живет в Калининградской области. Мы же не можем их огородить забором и держать там взаперти. Это будет не только наша проблема, но и проблема Европейского союза, поэтому мы сразу предложили эту проблему решать уже сейчас, до расширения Евросоюза, решать непосредственно в рамках рабочей группы, которую мы предложили создать и с Евросоюзом, и с Польшей, и с другими странами – потенциальными членами ЕС. На политическом уровне все говорят: да, нужно делать, и все понимают, что нужно делать, но к практической реализации тех целей, которые мы перед собой ставим в этом плане, мы пока не пришли. Поэтому я достаточно энергично поддерживаю предложение Президента Квасьневского об интенсификации этой работы на двусторонней основе и с Польшей, и с Литвой. Господин Президент предложил собраться главам государств этих стран в Калининграде, предложил встретиться с руководством Евросоюза там же. Я думаю, что это предложение в очень правильном направлении, и мы намерены не только всячески поддерживать, но и инициировать встречи подобного рода для того, чтобы все эти проблемы решать.