Интервью Ольги Голодец телеканалу «Россия 24»

Стенограмма:

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, здравствуйте!

О.Голодец: Здравствуйте!

Ю.Богданов: Скажите, насколько сильно на выполнении социальных обязательств в прошедшем году сказались экономические проблемы? Всё ли было выполнено?

О.Голодец: По тем задачам, которые мы перед собой ставили, нам удалось достичь результатов, на которые мы были ориентированы. Прежде всего это задачи в области демографии, в образовании и здравоохранении. В части демографии, действительно, сегодня нам сложно, потому что мы идём как бы против течения, против экономических условий и объективной реальности, которая сегодня существует. Население стареет, и, действительно, бороться за рост продолжительности жизни, а именно продолжительность жизни в каждой стране является главным гуманитарным показателем… Но нам удаётся достичь тех целей, о которых мы говорили. Нам пришлось поработать довольно серьёзно, мы изменили принципы вакцинации населения, мы изменили сами подходы к ведению больных после того, как им оказывается высокотехнологичная помощь. Во многом изменена работа терапевтических служб на территории Российской Федерации. Всё это приводит к одному серьёзному показателю – рост продолжительности жизни. И если в прошлом году мы гордились тем, что перешагнули отметку 70 лет, то в этом году мы перешагиваем отметку 71 год, и это серьёзное достижение для нашей системы здравоохранения. Но я напомню, что нам есть куда стремиться. И мы будем плотно этим заниматься.

Конечно, серьёзным достижением стало строительство детских садов на территории Российской Федерации. За три года удалось по всей России создать дополнительно 1,3 млн мест, и ровно столько детишек получили возможность ходить в детские сады. 56 регионов Российской Федерации уже справились с задачей – мы ставили задачу безусловного устройства детей от трёх до семи лет в детские сады. Остальные подтягиваются. У нас есть пять регионов, которые не смогут справиться с этой задачей в силу того, что они позднее вступили в программу (например, Крым, Севастополь), или в силу исторических причин, то есть в этих регионах не было традиционно детских садов (например, Дагестан, Ингушетия, Тыва). Для этих регионов будут разработаны отдельные программы, которые будут реализованы в ближайшие годы.

Ещё, я думаю, серьёзным достижением стало изменение отношения общества вообще к теме сиротства и устройства сирот в семью. Если в 2012 году сирот в Российской Федерации было 119 000, то сегодня у нас сирот осталось 72 400 – это много, но это совсем другая цифра. И я благодарна всем людям, которые сегодня проявляют внимание, заботу к детям-сиротам, к детям-инвалидам. Мы смогли изменить отношение общества к нашим самым серьёзным проблемам, и это вселяет уверенность в будущем.

Ю.Богданов: Давайте от важных, несомненно, достижений перейдём к конкретным проблемам. Тревожные новости в последнее время приходят из Забайкальского края, где учителя, а до них врачи устроили акции протеста. Скажите, какая сейчас там ситуация и есть ли что-то подобное в других регионах?

О.Голодец: Это единственный регион, который допустил такие проблемы. Доля расходов на оплату труда в этом регионе составляет 49% бюджета, то есть нет объективных оснований для того, чтобы не выплачивать зарплату. Сегодня есть проблемы, мы несколько раз проводили совещание с губернатором, с его аппаратом, и сегодня делается всё, чтобы регион в ближайшие сроки погасил все имеющиеся задолженности и впредь их не допускал.

Ю.Богданов: После решения поднять пенсионный возраст для чиновников, после того, как Президент комментировал эту тему, создаётся впечатление, что вопрос неприятный и перспективы неприятные, но неизбежные. Какая у вас позиция по этому вопросу? Изменилась ли она? И когда всеобщее повышение пенсионного возраста может произойти?

О.Голодец: До 2018 года – на тот период, на который мы расписали движение стратегии, мы пока не предполагаем повышение пенсионного возраста и не рассматриваем эту меру. И нужно обратить внимание, что, да, у нас сегодня средняя продолжительность жизни 71 год, но у мужчин она составляет 65 лет, а у женщин – 76 лет. Такая большая разница – это серьёзный сигнал для всех нас. Это и образ жизни, и отношение к своему здоровью. Поэтому нам придётся потрудиться, прежде чем будет стоять вопрос о повышении пенсионного возраста.

Ю.Богданов: Что касается выбора пенсионного обеспечения. Сейчас в Правительстве, насколько я знаю, обсуждается вопрос о том, стоит ли этот выбор продлевать. В связи с этим вопрос к вам: вообще насколько актуальна эта дискуссия на фоне того, что идёт речь об отказе от обязательного накопительного элемента?

О.Голодец: Действительно, негосударственные пенсионные фонды инициативно вышли с предложением продлить право выбора, которое было установлено несколько лет назад и которое заканчивается 1 января 2016 года.

Мы рассматривали на совещании такое предложение, и мы решили не продлевать эту историю в сегодняшних условиях. И основным аргументом является то, что, к сожалению, сами НПФ ведут себя неустойчиво. К сожалению, те НПФ, которые не могут войти в систему гарантирования, фактически теряют средства вкладчиков. В этом году мы столкнулись с ситуацией, когда 52 млрд средств граждан (это 1,4 млн человек) фактически оказались в такой сложной ситуации. 40 млрд были возвращены, остальные средства не возвращены, то есть каждый гражданин фактически потерял свой доход.

Буквально ежемесячно мы сталкиваемся с ситуацией, сложной финансовой ситуацией в том или ином негосударственном пенсионном фонде. И вообще финансовая система ведёт себя сегодня очень… Имеет серьёзные риски. Именно поэтому сегодня мы ориентируемся прежде всего на страховую систему как систему, гарантирующую в полном объёме все права и защищающую права граждан, права на их пенсию и в настоящем времени, и в будущем времени.

Ю.Богданов: Значит ли это, что всё-таки откажутся от обязательного накопительного элемента?

О.Голодец: Пока таких решений нет.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о медицине. Этот блок вопросов хотелось бы, конечно, начать с чудовищной истории обгоревшего мальчика Матвея. Скажите, на ваш взгляд, все ли ответственные понесли наказание? И что нужно сделать для того, чтобы подобное никогда больше не происходило?

О.Голодец: Здесь должно разобраться следствие, и только по результатам следствия мы будем делать выводы. Потому что само по себе возгорание медицинской техники – это очень серьёзный прецедент, и мы ждём результатов (и решения суда, и результатов всего следствия), чтобы принять меры для того, чтобы действительно такое не происходило, чтобы и врачи и пациенты были уверены в том, что техника нас не подведёт и никакие действия персонала не смогут привести к таким трагическим результатам.

Вместе с тем мы сегодня все, всей страной, переживаем за судьбу Матвея, потому что нашлось сразу несколько семей, которые готовы взять сегодня Матвея к себе. И я надеюсь, что в ближайшее время суд урегулирует эти отношения и у Матвея появятся любящие родители.

Ю.Богданов: А вы лично будете следить за его судьбой?

О.Голодец: Насколько я понимаю, одна из семей претендует на тайну усыновления, поэтому, я думаю, это будет уважение и к семье, которая примет мальчика, и к самому мальчику, чтобы мы уважали это право, которое даётся каждой семье, которая усыновляет ребёнка.

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, ещё одна очень острая и важная тема. Правительство ограничило госзакупки иностранных лекарств. Скажите, может ли это как-то сказаться на качестве оказания медицинской помощи и достаточно ли качественные российские аналоги?

О.Голодец: Работа была проведена очень скрупулёзно, и очень небольшой перечень вошёл в эти ограничения. Закон внутри государства называется «третий лишний», когда на российском рынке присутствует несколько компаний-производителей, производящих ту же самую химическую формулу, при этом действительно встают ограничения по государственным закупкам в отношении лекарств иностранных производителей.

Я думаю, что нам сегодня нужно вообще предметно разговаривать с потребителями, с пациентским сообществом о лекарствах, о лекарствах российского производства, потому что сегодня есть в том числе и внутренняя предубеждённость в отношении российских производителей. Между тем они активно продаются не только на нашем рынке, но сегодня они активно завоёвывают и другие рынки. Наши лекарства продаются в Латинской Америке, наши лекарства продаются на пространстве стран СНГ. Поэтому сегодня у наших лекарств точно есть преимущества. И точно есть очень чётко выверенный процесс производства лекарственных средств.

Мы сейчас усилили контроль за тем, что происходит на рынке, потому что иногда попадают фальсификаты, и нам очень отрадно, что именно производители сегодня активно включились в этот процесс. Они сами отслеживают, какие продукты, не являющиеся их продуктами, попадают на рынок, и активно с этим борются. Я думаю, что  в ближайший год мы увидим результаты, проблема будет решена.

Ю.Богданов: А коммерческие клиники смогут закупать зарубежные лекарства по своему усмотрению?

О.Голодец: Такое право есть у всех.

Ю.Богданов: Что происходит с обезболиванием онкобольных? Удалось ли окончательно решить эту проблему? В первую очередь опять же речь идёт о детях.

О.Голодец: Мы эту проблему решали вместе с гражданским обществом, и изменены очень многие подходы для решения проблемы обезболивания. Увеличен срок действия рецепта – это самая главная просьба, с которой обращались абсолютно все, потому что нельзя выписывать рецепт на 5 дней. Сегодня этот срок увеличен до 15 дней, для удалённых регионов может быть увеличен срок и за пределами 15 дней. Сокращены все бюрократические процедуры, терапевт сам имеет право выписывать, и не нужно ни с кем согласовывать такого рода рецепт.

Ещё применено очень много конкретных мер, для того чтобы эти лекарства стали доступны пациентам. Но здесь очень важна обратная реакция общества. У нас есть горячая линия, по горячей линии Минздрава ответ вы можете получить незамедлительно, и все обращения, которые идут на горячую линию, не остаются без ответа. Поэтому, если вдруг у вас, у ваших знакомых, у ваших родственников, друзей возникает такая ситуация с обезболиванием, не надо решать её каким-то запутанным путём, надо немедленно обратиться в Министерство здравоохранения или в региональный департамент здравоохранения по месту жительства, и вам тут же будет оказана помощь. Мы должны быть уверены, что каждый человек, который нуждается в такой помощи, её получит. Абсолютно вся помощь профинансирована, лекарства есть, деньги есть – вопрос чёткой работы здравоохранения.

Ю.Богданов: В Минздраве обратили внимание на финансовый дефицит в регионах, в том числе сказали, что это может повлечь определённые последствия и в сфере оказания медицинской помощи. По вашим оценкам, насколько остро может встать проблема?

О.Голодец: Тот бюджет, который сегодня принят, полностью закрывает всю программу обязательного медицинского страхования, то есть все виды помощи у нас профинансированы, в том числе и высокотехнологичная помощь, причём высокотехнологичная помощь предусматривается в увеличенном размере по сравнению даже с 2015 годом. Мы очень пристально следим за ситуацией, потому что, к сожалению, она меняется месяц от месяца. В прошлом году мы прибегли к помощи антикризисного фонда, для того чтобы дофинансировать тему лекарственного обеспечения. Если мы увидим, что возникают сложности, мы также будем обращаться, для того чтобы из резервного фонда дофинансировать тему лекарственного обеспечения или какие-то проблемные точки. На сегодняшний день все средства заложены. Вся помощь должна неукоснительно оказываться в том объёме, в котором она предусмотрена законодательством Российской Федерации.

Ю.Богданов: Была поставлена задача навести порядок среди организаций, которые работают в системе обязательного медицинского страхования, и вот Вероника Скворцова как раз говорила о том, что в будущем количество страховых компаний, которые работают в системе ОМС, может сократиться вдвое. Расскажите, с чем это связано, какие претензии?

О.Голодец: Прежде всего увеличиваются требования по страховому обеспечению самих страховых организаций. То есть организации, которые управляют большими деньгами, сами не имеют никакого капитала, и это в страховом деле просто недопустимо. Но когда проводился полный анализ страховых организаций, выяснилось, что результаты работы разных страховых организаций по медицинскому результату отличаются друг от друга в разы. У нас есть немало страховых организаций, которые по итогам года показывают самый главный наш результат – это смертность населения – существенно выше, чем в среднем по Российской Федерации. По результатам года с такими компаниями Фонд обязательного медицинского страхования будет проводить работу, мы будем разбираться и будем ставить вопрос о том, что такие организации или должны принять меры и включиться серьёзно в программу сопровождения каждого больного, или должны уйти из системы медицинского страхования.

Ю.Богданов: Как раз программа сопровождения, насколько я понимаю, начинает работу с января 2016 года?

О.Голодец: Да.

Ю.Богданов: Расскажите, как это будет действовать, какой механизм.

О.Голодец: Мы объявляли долго, что у нас страховая программа, но как реально она действует, мало кому известно. Вот вы знаете своего терапевта?

Ю.Богданов: Нет.

О.Голодец: К сожалению, часть населения Российской Федерации действительно о своём терапевте знает понаслышке.

Ю.Богданов: А он у меня есть, личный?

О.Голодец: Да, у вас есть терапевт, и ваш полис ОМС где-то находится, и ваш терапевт получает за вас взносы. Но поскольку ни вы его не знаете, ни он о вас скорее всего никогда не задумывается, у нас получаются случаи, что пропущен человек, и мы о человеке узнаём, только когда уже случится беда, когда у человека инфаркт, инсульт, ещё какое-нибудь сложное происшествие, которое вполне можно было бы заранее предвидеть, профилактировать.

Сегодня вся система ОМС очень чётко построена в плане терапевтической службы. Мы видим, сколько людей прикреплено к каждому терапевту. Были курьёзные случаи: мы видели терапевта, к которому прикреплено 20 тыс. населения. Это означает, что помощь не оказывается вообще.

Стандартное число застрахованных у одного терапевта не может превышать 1800 человек. 1800 человек, и этот терапевт, этот доктор действительно должен понимать, где у него зоны риска: кому нужно напомнить о диспансеризации, к кому нужно послать медицинскую сестру или патронаж на дом, о ком нужно вспомнить, кому нужно напомнить какие-то вещи. Для этого существует специальная служба внутри поликлинической службы. Как только такая система заработает и действительно каждый человек будет охвачен реальной службой терапевтической, наши показатели пойдут вверх более стремительно, я имею в виду показатели продолжительности жизни населения. К этому мы всё и ведём.

Ю.Богданов: Сразу несколько крупных, в том числе московских, клиник оштрафовали за то, что они занимались приписками. Что это за приписки? Почему это происходит? Врачи таким образом мошенничают или это, как говорят сами медики, необходимость, потому что иначе им не выплатят нормальную зарплату?

О.Голодец: У нас не должно быть никаких серых схем. Мы должны отражать те задачи, которые мы ставим в отношении каждого врача и каждого терапевта. И когда расходятся система отчётности и система реальности, то и получается, что население не получает должной помощи медицинской, а врачи вынуждены что-то там приписывать и сочинять. Эта система должна быть полностью устранена, и сегодня вся система нацелена на то, чтобы отчётность была очень чёткой, прозрачной и понятной. Человеку нужна помощь – её необходимо оказать. Нужно человека пригласить на диспансеризацию, на медицинский осмотр – это нужно сделать. Нужно напомнить человеку, что он сегодня или каждый день должен принимать лекарства, – пожалуйста, через поликлинику организуйте систему, которая человеку в режиме онлайн будет напоминать, что этот человек без лекарств не может обходиться.

Ю.Богданов: А для того чтобы не происходили такие приписки, наверное, должны более качественно работать как раз те самые страховые компании и за этим следить?

О.Голодец: Конечно, конечно.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о трудовых отношениях. Какие последние данные по безработице и как сказались на уровне занятости экономические сложности в стране?

О.Голодец: Да, экономические сложности прежде всего привели к падению уровня заработных плат, и это самый серьёзный сигнал, который мы получаем от рынка труда.

В этом году реализовывалась большая программа по занятости населения, и она была нацелена на те регионы и предприятия, которые объявили о том, что их персонал находится под угрозой увольнения. Более 100 тыс. человек в этом году получили прямую поддержку, для того чтобы смягчить эти экономические последствия. Предприятия проходили санацию, они переоборудовались, в это время работники переподготавливались в рамках специальных курсов или были заняты на временной работе.

Начала работать программа содействия трудовой мобильности граждан. Мы видим точки роста. У нас есть предприятия, которые развиваются, и у нас есть проекты, которые требуют сегодня дополнительных рабочих мест, например строящиеся предприятия на Севере, строящийся порт. У нас есть несколько таких предприятий на Дальнем Востоке (например в Комсомольске-на-Амуре), и они постоянно заявляют о растущем спросе на рабочую силу. Мы помогаем людям переехать, получить квалификацию и адаптироваться на новом месте. Работа очень серьёзная, но она позволила удержать безработицу на относительно низком уровне – 5,8. Мы понимаем, что в 2016, грядущем, году должны будем быть готовы к более активным действиям, потому что, если экономика поведёт себя сложно и мы будем сталкиваться с более серьёзными трудностями на предприятиях, то должны будем быть готовы ответить на эти вызовы. Мы к ним готовы.

Ю.Богданов: А сколько условно безработных, тех, кто на самом деле уходит от налогов, удалось в прошлом году вывести из тени?

О.Голодец: Тех, кого просто перевели на трудовые договоры, было больше 1,5 млн. Это огромная заслуга Роструда прежде всего, и это серьёзные поступления в наш Пенсионный фонд Российской Федерации.

Ю.Богданов: Мы с вами традиционно уже в интервью отслеживаем динамику по количеству бедных в стране. Какие цифры у вас к концу года?

О.Голодец: 22 млн – это люди, которые сегодня, по российской статистике, относятся к числу бедных. Здесь есть серьёзнейшая проблема того, что среди бедных у нас сегодня большая часть населения – это семьи с детьми. Мы стараемся помочь этим людям. Например, было принято в этом году решение о том, что из материнского капитала можно получать сумму в 20 тыс. рублей. Как только мы объявили об этой опции, более 1,5 млн людей немедленно воспользовались этой помощью, и она оказалась очень востребованной.

Сегодня мы внимательно смотрим на тех детишек, которые посещают дошкольные учреждения, для того чтобы иметь возможность помочь с питанием, с социальной поддержкой именно семьям, которые имеют много детей.

Ю.Богданов: А прогноз на следующий год? Количество бедных увеличится?

О.Голодец: Мы будем делать всё, чтобы этот процесс остановить и приступить к тому, чтобы сокращать число бедных. Это наша основная задача.

Ю.Богданов: Вы упомянули материнский капитал, решено его продлить ещё на два года. На ваш взгляд, насколько это всё-таки эффективный инструмент? Может быть, действительно стоило бы подобную помощь оказывать только малоимущим семьям?

О.Голодец: Вы знаете, когда в семье рождается ребёнок… Вы тоже папа?

Ю.Богданов: Дважды!

О.Голодец: Дважды папа. Вы помните, что это очень сложный период с точки зрения материального благополучия семьи, и любая нормальная семья, которая по всем оценкам не относится к числу бедных, переживает материальные трудности. Как правило, папа ещё молодой и не достиг пика своей квалификации, его зарплата не самая топовая, даже по той профессии, в которой он работает. А мама вынуждена оставить работу, и хорошо, если это полтора года, а у некоторых этот отпуск по уходу за ребёнком выходит за пределы полутора лет. В этот момент семья оказывается в самой сложной ситуации, и семьи с детьми нуждаются в поддержке, более чем кто бы то ни было. И то, что сегодня материнский капитал предоставляется именно адресно, матерям… Материнский капитал – он не бедным, это не капитал по бедности. Если людям нужна помощь из-за того, что они бедны, малоимущие, им оказывается социальная помощь. Материнский капитал имеет другое предназначение – это поддержка молодых семей, молодых мам, для того чтобы действительно сделать более комфортным воспитание детей в самый сложный для них период, чтобы этот период был для них счастьем на всю жизнь.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о состоянии туристической отрасли, которую вы тоже курируете. Не самые простые, как мне представляется, переживает она времена. Звучат даже алармистские оценки о том, что турбизнес находится на грани гибели, по крайней мере в том виде, в котором он существовал. Как вы сами оцениваете ситуацию?

О.Голодец: Действительно, ситуация сложнейшая, потому что 40-процентное падение выездного туризма не может не сказаться на туроператорах и не может не сказаться на туристическом бизнесе. Мы видим примерно такое же увеличение объёма внутреннего туризма, но это разные компании и разный бизнес. Сегодня мы делаем всё для того, чтобы помочь тому бизнесу, который был ориентирован на выездной туризм, переориентироваться на внутренний туризм, и коллеги для этого немало работают, здесь есть успешные проекты.

Мы сейчас внимательно смотрим за программами по развитию туризма. Я напомню, что такая программа у нас развивается в последние три года. У нас есть 36 регионов Российской Федерации, так называемых туристических кластеров, где мы целенаправленно поддерживаем развитие инфраструктуры, для того чтобы там развивалась инфраструктура туризма. Это такие регионы, как, например, Камчатка, Алтайский край, это, конечно, регионы Кавказа, это туристические посёлки Краснодарского края, сейчас это Крым и ещё очень много регионов Российской Федерации. Мы сейчас будем проводить совещание, ставить вопрос о том, чтобы туризм развивался другими темпами. В очень короткий промежуток времени нам нужно создать условия для развития туризма внутри страны ещё как минимум 8 млн человек дополнительно. И это очень разные группы, это разные экономические группы, то есть должен быть запрос удовлетворён в отношении разных групп. Есть семьи с детьми, которые претендуют на познавательный отдых, но комфортный для детей. Есть запрос на отдых для старшего поколения, который тоже должен быть удовлетворён. Есть отдых для больших туристических групп – как школьных, так и разновозрастных. Под все виды туризма мы должны создать инфраструктуру. Будем думать, будем стремиться, чтобы уже этим летом наши туристические возможности были существенно расширены.

Ю.Богданов: И о нареканиях по качеству сервиса. Как вы думаете, в чём причины? И удастся как-то переломить эту ситуацию?

О.Голодец: Да, как только туризм выйдет на принципиально новый качественный уровень, наладится сервис. Сервис работает в зависимости от спроса.

Ю.Богданов: То есть приедут люди, заплатят деньги, и подтянется сервис. Может быть, лучше наоборот?

О.Голодец: Люди требуют. И люди не поедут, если не будут уверены в сервисе, поэтому те регионы сегодня, которые ориентированы на туризм, выдерживают уровень сервиса.

Я сама недавно ездила в Белокуриху. Мы смотрели, у нас там было большое совещание, и я скажу, что это действительно замечательный уровень сервиса, это место, в котором приятно отдыхать, интересно отдыхать. Хорошее место.

Ю.Богданов: Пляжный отдых – это навязанный нам стереотип, как высказался глава Ростуризма, или всё-таки нормальное, здоровое желание?

О.Голодец: Пляжный отдых был, есть и будет. Конечно, солнце, воздух и вода – это лучшие лекари для любого человека. И сегодня наша задача – те возможности, которые у нас есть на побережье, максимально использовать. Здесь, конечно, огромный потенциал прежде всего у Крыма. Я думаю, что превращение инфраструктуры Крыма в абсолютно комфортную для разных запросов и будет серьёзным спасением туристического бизнеса в России.

Мы проделали огромный путь, например, с реконструкцией «Артека». И то, что «Артек» в этом году 1 июня принял большое количество детишек в абсолютно обновлённом лагере, и то, что сегодня мы можем там работать качественно, хорошо и уверенно, – это один из примеров действительно создания серьёзной инфраструктуры.

Ю.Богданов: Здесь вопрос стоит в масштабах – смогут ли наши морские курорты (Краснодарский край, Крым) заместить поток туристов, которые ездили в тот же Египет или Турцию. Не получится так, что, как в советское время, нам придётся где-то по блату получать путёвки, доставать билеты и так далее, чтобы приехать в Сочи?

О.Голодец: Задача такая стоит, чтобы такого не было. Никто не хочет стоять в очередях, никто не хочет доставать билеты по блату. Я сама помню эти времена. И если такое будет, то турист никогда не проголосует в пользу российского туризма. Туристический бизнес должен подстраиваться под клиента.

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, я благодарю вас за это подробное и интересное интервью.

О.Голодец: Большое спасибо.Давайте всех поздравим с Новым годом и пожелаем нашим слушателям всего самого доброго. Здоровья, благополучия в Новом году!

Ю.Богданов: Вас тоже – с Новым годом!

О.Голодец: Спасибо. И вас!