Выступления и стенограммы /

В.Аверин: Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич.

А.Кузичев: Итак, почему это историческое событие? Вы знаете, в эфире «Маяка», благо старейшая станция страны, бывали и президенты, и генсеки, и премьер-министры…

В.Аверин: В эфире «Маяка».

А.Кузичев: В эфире. Но в студии…

В.Аверин: В первый раз.

Д.Медведев: Я уж начал думать, когда это Леонид Ильич Брежнев был в студии «Маяка».

(Смех.)

В.Аверин: В эфире до сих пор… Вы знаете, у нас есть исторические проекты, когда голос его и ныне звучит периодически в качестве загадки.

Д.Медведев: Понятно.

Конечно, очень интересные ощущения. Мне неоднократно приходилось бывать в прямом эфире телевидения. И, как ни странно, здесь другие эмоции.

В.Аверин: Здесь честнее всё.

Д.Медведев: Не знаю. Но, во всяком случае, здесь как‑то всё по‑другому.

А.Кузичев: Нет, я слышу, голос у вас очень хороший. Подходит.

В.Аверин: А, кстати, Вам в наушниках удобно?

Д.Медведев: Нет, мне очень хорошо, мне очень хорошо – почти, как в кинофильме «День радио».

А.Кузичев: А! Мы можем сейчас воспроизвести. Но фрагмент, конечно, невесёлый.

В.Аверин: Пирожков нет. А так всё есть.

Д.Медведев: Те пирожки не надо. (Смех.)

А.Кузичев: Есть же магия радио, она в общении с его потребителем, с читателем, со слушателем. Это совершенно особая штука.

Д.Медведев: Вот-вот-вот! И потом, понимаете, мне абсолютно понятно, допустим, ты приходишь и садишься напротив камеры, и что там нужно делать, потому что у меня уже есть некоторый опыт, но вот как вести радиопрограммы – это, наверное, совершенно отдельное искусство.

В.Аверин: Потому что всё время только про людей, с людьми.

Д.Медведев: Да-да.

В.Аверин: Всё время в глаза, в уши.

Д.Медведев: И невозможно замолчать, да? Ведь в принципе можно по телевизору замолчать, и некоторое время…

В.Аверин: Многозначительная пауза.

Д.Медведев: Многозначительную паузу допустить или просто какой‑то другой план дать. А вам это сделать невозможно.

В.Аверин: А у нас все планы здесь.

А.Кузичев: Мы же даже, если движемся, мы же всё равно должны быть возле микрофона.

В.Аверин: Да, поэтому некоторая гибкость шеи развивается, что, согласитесь, полезно в нашей жизни.

А.Кузичев: А вы слушаете радио, Дмитрий Анатольевич?

Д.Медведев: Безусловно. Я, конечно, слушаю радио – и слушаю его очень давно, как любой человек, который рос в советской стране. И на самом деле, как и многие наши люди, я действительно очень долго слушал радио «Маяк». И до сих пор его включаю. И иногда просто поражаюсь тому, как мы сильно изменились. Потому что когда идёт старый бренд и абсолютно новая подача информации, другие какие‑то словесные конструкции, не говоря уже о том, что наша жизнь совсем другая стала, становится интересно. Старый бренд – и новая жизнь!

В.Аверин: А вот именно «Маяк» доказал, что в старые мехи можно налить новое вино и вполне употребить.

Д.Медведев: Да, и этим старым мехам, если я правильно понимаю, уже более сорока лет.

В.Аверин: Более сорока лет, да.

Д.Медведев: Да, я хотел, естественно, вас поздравить с 20-летием самой большой компании. А всех благодарных слушателей «Маяка» поздравить с тем, что компания сохраняется, сохраняется старый проверенный бренд, старое название, и, в общем, они слушают вас и получают, видимо, всё, что хотят получить: получают информацию, получают заряд позитивных эмоций. Несмотря на то, что телевидение и телевизионные технологии развиваются колоссальными, семимильными шагами, появляются новые стандарты, всё‑таки, на мой взгляд, у радио тоже великолепное будущее. Так что главное, чтобы руководство холдинга вкладывало в радио деньги.

В.Аверин: Хорошие слова! Хорошие слова, Дмитрий Анатольевич!

А.Кузичев: Вот здесь должна была быть пауза как раз.

В.Аверин: Многозначительная.

А.Кузичев: Многозначительная пауза.

В.Аверин: Но, поскольку это радио, невозможно себе это представить.

А.Кузичев: Вы позволите пару вопросов, Дмитрий Анатольвич?

Д.Медведев: Ну, если вам хочется это сделать, то задайте.

А.Кузичев: Честно говоря, хочется.

Д.Медведев: Пожалуйста.

А.Кузичев: Мы обсуждали целый час проблему русского языка. Вернее, проблему стирания грани между нормативной лексикой и ненормативной. Мы подумали, что вам мы хотим задать вопрос, потому что вы уверенный пользователь интернета. У вас Твиттер, у вас блог, у вас видеоблог, с вами активно общается большое количество народа. А ведь известно, что именно в интернете люди к этой самой языковой норме относятся более чем, так сказать, спокойно. Они её отбрасывают смело и употребляют те слова, которые мы в нормальной жизни вряд ли употребим.

В.Аверин: Более того, выдумывают новую языковую норму и именно на этой языковой норме строят свое общение.

А.Кузичев: Вы чувствуете эту особенность интернет-общения?

Д.Медведев: Конечно, чувствую. Во‑первых, к ней нужно было сначала привыкнуть. Вначале это кажется странным, а потом ты начинаешь понимать, что это часть среды. И, скорее всего, тот, кто её не использует, эту, так сказать, новую языковую форму, тот из этой среды выпадает. Это не значит, что мне там всё нравится, но очевидно, что это новый словесный код, который невозможно игнорировать. Я считаю, что к этому нужно относиться спокойно, лояльно. Это не значит, что мы должны принять интернет-язык в повседневное пользование. У меня матушка моя – филолог, и поэтому я всегда очень трепетно относился к слову. Но мы понимаем, что язык – это постоянно развивающийся организм. И я уверен, что часть интернет-лексики так или иначе осядет в нашем повседневном обиходе.

В.Аверин: Просачивается?

Д.Медведев: Уже просочилась. Я не буду отдельные конструкции воспроизводить, вы тоже их знаете. Я причём имею в виду вполне нормативную лексику, а не всякие разные ругательства.

А.Кузичев: А к вам пишут ненормативно в Твиттер?

Д.Медведев: Пишут, конечно.

А.Кузичев: И чего вы делаете, баните?

Д.Медведев: Дело в том, что Твиттер так устроен, что там никого не забанить. Он так создан, что любой человек может сказать всё, что он думает в любых, самых сочных выражениях любому лицу: хочешь – президенту Российской Федерации Дмитрию Медведеву, а хочешь – можешь Обаме сказать то же самое. Это вопрос культуры. Просто чего тебе хочется получить от общения в Твиттере. Я всё‑таки считаю, что он создан не для этого. Но если кому‑то хочется выразить свои эмоции – пожалуйста, от меня не убудет.

В.Аверин: Когда вы говорите «не забанить», «не забанить» – увы? Или это «увы» уже в нашей жизни неприменимо?

Д.Медведев: Понимаете, я сначала, может быть, к этому более строго относился. Мне казалось, чего дурака‑то валяют? Лучше бы спросили что‑нибудь по делу, чем всякую всячину писать. Но потом я понял, что это тоже часть этого проекта под названием «Твиттер». Поэтому я не считаю, что «увы». Я считаю, что, скорее, наоборот, нужно, чтобы пользователи того же самого Твиттера или других ресурсов сами взрослели. Эти ресурсы существуют не ради того, чтобы эмоции выражать. Хотя иногда это нужно. А эти ресурсы всё‑таки существуют в том числе и для другого общения.

В.Аверин: Для смысла больше, чем для эмоций.

Д.Медведев: Во всяком случае, там должно быть какое‑то содержание. Но я не против эмоций, какими бы они ни были. В конце концов, мы все из этих эмоций состоим.

А.Кузичев: Если про Твиттер, простите, там всё‑таки 140 знаков. Это скорее не смыслы – это скорее оперативки.

Д.Медведев: А это разве не смысл?

А.Кузичев: Ну, нет. Смысл – всё‑таки это блог, нет? Ну, мы возьмём 140 символов в чистом смысле?

В.Аверин: В 140 символах как раз смысл можно выразить вполне.

Д.Медведев: Знаете, это вообще отдельная вещь. Вот в блогах, например, конечно, можно передать гораздо больше не только смысловых оттенков, но и просто содержания больше изложить. Там можно эссе публиковать, там книги можно писать, проще говоря. Из некоторых наших блогеров вполне получились бы неплохие писатели.

В.Аверин: Что и происходит.

Д.Медведев: Что и происходит. Но Твиттер – это некоторое искусство, раз уж мы о нём так долго говорим, хотя это не радийная тема. Попробуй уложи в 140 знаков мысль! Это, знаете, вначале кажется просто, а потом начинаешь формулировать, и очень даже непросто.

В.Аверин: Краткость есть сестра таланта.

Д.Медведев: Да, да, чего‑то там.

А.Кузичев: Дмитрий Анатольевич, спасибо вам огромное, что нашли время и пришли в студию. Я ещё раз подчеркну, что это историческое событие было. Впервые Президент в студии «Маяка» и в эфире соответственно и «Маяка», и «Вестей FM».

В.Аверин: Честно скажу, жалко отпускать.

Д.Медведев: Спасибо вам большое. Я желаю вам успехов. Я желаю нашему радио успехов. Я желаю, естественно, всем слушателям хорошего настроения в этот майский день. И ещё раз всех поздравляю и, конечно, слушателей «Маяка» с праздником большой компании. Надеюсь, что вы будете приносить им хорошие новости и позитивные эмоции.

А.Кузичев: Спасибо.

В.Аверин: Спасибо. Я надеюсь, что все ваши слова будут услышаны всеми, кто вас сейчас слушает.

А.Кузичев: Всегда ждём, приходите!

Д.Медведев: Спасибо, спасибо!