Интервью Виталия Мутко телеканалу «Россия 24»

Из стенограммы:

Вопрос: Виталий Леонтьевич, год был крайне ярким на события. Какое из них Вы могли бы отметить в 2018 году?

В.Мутко: Для меня самым ярким событием, безусловно, является чемпионат мира по футболу, потому что в его подготовку было вовлечено огромное количество людей, потрачены годы – мы на это потратили восемь лет после 2010 года, когда получили право провести чемпионат мира. Огромная подготовительная работа была проведена, построено до 600 объектов, 11 городов в определённой степени преобразились, были вовлечены миллионы людей. Мы открыли страну, жители регионов стали хозяевами этого чемпионата мира, увидели ярчайший фестиваль футбола, праздник. Мне кажется, это объединило страну, показало, что мы способны решать серьёзные, большие задачи. Это одно из ярчайших событий, во всяком случае для меня. Когда ты делаешь большую работу, вовлечён, когда получается финал, это всегда важно.

Долгие годы я занимался развитием социальной инфраструктуры, спорта в стране, туризма, теперь перешёл на совершенно другое направление деятельности – развитие регионов, региональная политика, строительная отрасль, жилищно-коммунальное хозяйство, национальная политика, вопросы развития таких регионов, как Северный Кавказ. Это тоже сегодня для меня является серьёзным вызовом, событием. В таком плане этот год лично у меня останется в памяти и оставит свой след.

Вопрос: Кстати, о строительной отрасли. Решение проблемы обманутых дольщиков. Сегодня на рынке происходят колоссальные изменения правил игры, как Вы их оцениваете? И поможет ли это решить проблему, когда застройщик оставляет за собой обманутых граждан?

В.Мутко: Прежде всего я сказал бы в целом о строительной отрасли. Мы, когда говорим о строительстве, в основном подразумеваем жильё. Безусловно, это самая яркая сейчас проблема. Но в целом я хотел бы отметить, что строительная отрасль – это не только жильё. Это 6 миллионов людей, которые работают в отрасли. Это до 6 трлн инвестиций. Это вклад в ВВП до 6%. Это сегодня крупная часть экономики, третья или четвёртая по значимости в развитии нашей страны. Строительная отрасль во время кризиса всегда вытаскивала экономику, была локомотивом. Строительная отрасль в прошлом году решала крупнейшие задачи. Это и первая часть ввода космодрома, строительство судостроительных верфей, Крымского моста. Это чемпионат мира – 600 объектов, среди них 12 современных стадионов, сложных инженерно, технически. В целом я бы сказал, что строительная отрасль, несмотря на проблемы, которые присущи экономике, в прошлом году достойно вносила вклад в развитие экономики.

Если говорить о жилье, то, безусловно, у нас у всех на слуху проблема обманутых дольщиков, как мы их называем. Президентом страны сформулированы задачи. У него чёткий посыл: защитите вклады людей, прекратите их обман, надо сделать всё, чтобы перейти на современный метод финансирования, который применяется практически во всём мире, за исключением нескольких стран, – когда строительство существует за счёт банковского сектора, кредитования, собственных ресурсов. Люди покупают уже готовое жильё, и, таким образом, они исключены на периоде строительства из взаимоотношений «банк – застройщик». Такая задача поставлена. Я, придя на эту должность, должен вместе с коллегами обеспечить решение этой задачи.

Но надо исходить из того, что с 2004 года по сегодняшний день действовала другая модель. Я считаю, что она неплохая, в тот период не было иной возможности, рынок только создавался. Мы говорим: «дольщики», но это не совсем дольщики, это инвесторы. Люди принесли около 12 трлн рублей в стройку. Построено более 400 млн кв. м, более 5 млн семей получили жильё. На фоне всего этого образовалось около 3% недостроев и обманутых людей, которые инвестировали в своё жильё. Мы начали к этой проблеме серьёзно подходить: это под 2,5 тыс. жилых домов, около 300 тысяч семей. 96 тыс. договоров долевого строительства подписали люди, которые по пять-шесть лет ждут жильё. Как эту задачу решить?

Кардинальным образом, конечно, её в одночасье не решить. Поэтому Правительство приняло ряд решений. Мы пришли третьим игроком. Создали фонд защиты дольщиков и сказали, что каждый договор долевого строительства будет регистрироваться: 1–2% платите, и фонд будет контролировать стройку. По договорам, которые контролируются фондом, мы абсолютно уверены, эти все дома будут достроены. Но из того массива, который в стройке, а в стройке сегодня под 130 млн кв. м, пока только 30% контролируется фондом. А то, что начато, по 300 компаниям-застройщикам мы видим, что они в сложной ситуации, то есть теоретически могут появиться ещё незавершённые дома. Ещё раз скажу, с точки зрения макроэкономики 3% в такой отрасли – это в общем-то… В некоторых секторах экономики ещё сложнее. В том же банковском секторе совершенно другие ресурсы.

В целом, если образовалась на 300 млрд рублей дыра – это компании не только обманули, вывели эти деньги, украли, но и просто неправильно хозяйствовали. Поэтому принято стратегическое решение – с 1 июля следующего года перейти на совершенно другую модель строительной отрасли. Это модель проектного финансирования банком. Застройщик открывает счёт, получает кредит и строит. Безусловно, мы должны понимать, что необходим определённый переходный период. Всё, что сейчас строится (130 млн) и будет до 1 июля ещё строиться, – мы сделаем всё, чтобы был плавный переход, чтоб не вторгнуться в эту отрасль. Я хочу, чтобы и граждане, и строители понимали, что никто не собирается вторгаться с какими-то дополнительными нагрузками. Сейчас каждый застройщик, каждый подрядчик и генеральный заказчик открывает счёт в банке, идёт банковское сопровождение. Мы сделаем всё, чтобы переход был плавный, чтобы за это время мы поработали с Центральным банком, банковским сообществом.

Вопрос: Говорят, это гарантия для людей. При этом не все согласны, что проектное финансирование – это лучший вариант, потому что будет повышение цены квартиры на 20%. Можно в это верить?

В.Мутко: Это простая арифметика. Вы застройщик, инвестор вносит деньги на начальную стадию, естественно, минус 20–30% стоимости. Вы на это подписывались. Многие люди, которые подписывали контракты или договоры долевого строительства, понимали, что это определённый риск. Мы в «Урбан Групп» столкнулись в проблемой: люди покупали жильё по стоимости ниже средней. Им это выгодно, но они не задумываются о структуре жилья, когда в доме 40% нежилых помещений. Проект всё равно шёл к краху. Естественно, чтобы такого не происходило, мы приняли ряд решений, связанных с защитой людей. Первое – это банковское сопровождение каждого проекта. Второе – требования к застройщику и по квалификации, и по собственному объёму, по раскрытию бенефициаров, собственников жилья. Дали ряд полномочий субъектам Российской Федерации и ряд полномочий – Фонду защиты дольщиков.

Ещё раз скажу, мы эти 130 млн попробуем достроить спокойно. Но сказать, что сегодня там не появится кто-то ещё, крайне сложно – это рынок, весь мир так строит. Наверное, на данном этапе это правильно. Это был прорыв. Ещё раз назову эту цифру: 12 трлн. Где вы найдёте эти деньги?

Сейчас люди берут ипотеку, сегодня уже около 1,7 млн кредитов, 40% рост ипотеки, потому что ставка понизилась до 9,5%. Люди взяли ипотеку, в строительную компанию или застройщику отдали эти деньги. Естественно, если бы все застройщики вели себя достойно (и при той донастройке, о которой я сказал: банк сопровождения и контроль за застройщиками), эта модель могла бы существовать. Но у нас продолжают обманывать людей. Поэтому принято решение, ещё раз скажу, о переходе на проектное финансирование. Стоимость ресурса была ноль, а теперь застройщик должен получить кредит. Кредит, они говорят, пока минимум под 8%. Конечно, это переложат на гражданина. Дальше издержки, стоимость материалов и прочее. Конечно, определённый рост стоимости жилья.

Второе. Все ли застройщики получат кредит? Конечно же не все. Потому что банки – мы идеализируем иногда банковскую систему – не захотят работать с неустойчивой отраслью, или низкой маржинальностью, и регионов это коснётся. Поэтому наша задача за шесть месяцев с банковским сообществом найти решение. Дальше, если человек всё-таки принесёт застройщику деньги, он принесёт их на счета эскроу. Люди не будут получать какие-то проценты по этому вкладу. Они будут заморожены на период строительства. Значит, давайте их вложим в обеспечение, чтобы процентная ставка упала. Поэтому эти шесть месяцев нам нужно потратить на то, чтобы сегодня всё подготовить. И ещё раз скажу: мы должны дать возможность, не вторгаясь в экономику уже начатых строек, завершить их.

Вопрос: Вы также занимаетесь развитием регионов. Насколько часто из регионов приходят запросы на получение дополнительного финансирования и как федеральный центр оказывает поддержку?

В.Мутко: Сегодня это, конечно, сложнейший вопрос. Вся жизнь идёт в регионах. От региона, от работы губернатора очень многое зависит. Сегодня бюджетная обеспеченность, реализация своих полномочий – это главная вещь. Сейчас, если посмотреть на всё наше взаимоотношение с субъектами Российской Федерации, практически 76 субъектов Российской Федерации получают поддержку, дотации на сбалансированность бюджетной системы. То есть они своими доходами не покрывают расходы. Это не только потому, что они плохо работают, это так распределительная система была в своё время сработана.

Наша задача, с одной стороны, стимулировать потенциал субъектов по доходам. Мы рассматриваем каждый год бюджет каждого субъекта, подписываем с ними соглашения, выдавая дотации на сбалансированность бюджета, на реализацию их полномочий. 654 млрд в этом году, под 670 – в 2019 году. Это средства, которые идут только на сбалансированность бюджета в субъектах. И там есть условия. Условие самое главное – это наращивание собственного потенциала, доходного своего потенциала, экономического потенциала.

Второе решение, которое принято, – это грантовая поддержка и поощрение, стимулирование субъектов Российской Федерации. Это сложная схема, которая позволяет как минимум в ближайшей перспективе рассчитывать на то, что, с одной стороны, мы будем наращивать свой потенциал, а с другой стороны, не будем более принимать решений, которые нужно выполнять за счёт субъектов Федерации. Сейчас идёт серьёзный анализ всех полномочий.

Вопрос: Это не часть пространственной стратегии?

В.Мутко: Что касается пространственной стратегии, это несколько другое, это расселение производительных сил и трудовых ресурсов. Этот документ, который к концу года мы должны завершить, определяет экономический потенциал каждого субъекта Российской Федерации, кооперацию, связанность, даёт возможность расселения трудовых ресурсов, регулирования миграционных потоков, позволяет рассмотреть, проанализировать каждый регион: стратегический регион, геополитический регион – на границе или Северный Кавказ, где потенциал экономический, может, невелик, но для нас он стратегический. На базе документа, который мы примем, формируется ряд других документов, таких как план магистральной инфраструктуры, снятие ограничений: транспорт, газопровод, электрические сети, энергетика – то, что будет делаться за счёт федерального проекта.

Сейчас мы много говорим о национальных проектах. Это в принципе план на ближайшие шесть лет. Он будет реализован в регионах. Здесь дополнительные ресурсы – 8 трлн выделяется на социальные проекты на шесть лет. А если в целом, около 20 трлн. Здесь уже соотношение будет 99 на 1 или 95 на 5. Практически все деньги из федерального бюджета. На что они пойдут? По сути дела, на обустройство страны, прорыв в экономике, поддержку экспорта, развитие городов, решение экологических проблемы. Сейчас очень важно, чтобы мы скоординировались. И важно вовлечь людей в эту работу: какой приоритет поставить в благоустройстве города, что сегодня главным является. Это люди должны решать, их надо активнее вовлекать. Это главная задача. А дальше мы совместно с субъектами Российской Федерации будем всю эту работу проводить. У нас есть комиссия по региональному развитию, я её возглавляю, и мы будем стараться как минимум раз в три месяца её проводить, все насущные проблемы решать, поддерживать субъекты.