Как свадебное украшение связано с трагической судьбой дочери Павла I - Родина

Эрмитаж и журнал "Родина" продолжают совместный проект, в рамках которого мы знакомим читателей с малоизвестными раритетами из запасников главного российского музея.

Этот ювелирный гарнитур, вошедший в приданое великой княжны Александры Павловны, служит образцом художественного вкуса: его главную ценность составляют не бриллианты, не золото и серебро, но прекрасные античные камеи. В действительности же и они лишь имитируют древние геммы и исполнены из папье-маше искусными руками великой княгини Марии Федоровны - матери невесты, приданое которой готовилось для брака с шведским королем, а в Россию было возвращено палатином венгерским...

Два сватовства и одно приданое

Екатерина II не пришла в восторг, когда вслед за Александром и Константином ее невестка, великая княгиня Мария Федоровна, родила девочку, появившуюся на свет в Павловске 29 июля (9 августа) 1783 года. Государыня предвидела трудности в поиске супруга для столь высокородной особы, полагая, что никто в этом отношении "не может быть несчастнее российской великой княжны".

Подобно старшим братьям, Александра была отобрана у матери, но ее воспитанию императрица уделяла несравненно меньше внимания, чем им. Тем не менее Екатерина всячески способствовала развитию ее способностей. В 1790 г. императрица не без гордости писала о своей старшей внучке барону Гримму: "Она говорит на четырех языках, хорошо пишет и рисует, играет на клавесине, поет, танцует, понимает все очень легко и обнаруживает в характере чрезвычайную кротость".

С самого раннего отрочества Александры Павловны императрица прочила ей в супруги Густава IV Адольфа, взошедшего на шведский престол в четырнадцатилетнем возрасте. С десяти лет великую княжну Александру Павловну начали учить шведскому языку; три года спустя, летом 1796 года, семнадцатилетний король прибыл в Петербург. Знакомые друг с другом по портретам, жених и невеста не разочаровались при личной встрече; обручение назначили на 11 сентября. Однако приданое, в которое входила парюра с камеями, осталось невостребованным...

В намеченный для обручения день в тронном зале Зимнего дворца собрались императорская семья, петербургский двор, дипломатический корпус и высшее духовенство; ждали шведского короля. Ожидание длилось пять часов, но король не явился: он отказался подписывать брачный контракт, предусматривавший сохранение за великой княжной православного вероисповедания. Императрица была глубоко оскорблена; ее постиг легкий апоплексический удар, ознаменовавший начало болезни, которая свела ее в могилу через год.

Судьба Александры Павловны решилась в царствование ее отца, Павла I, когда была достигнута договоренность о ее брачном союзе с эрцгерцогом Австрийским, младшим братом императора Священной Римской империи, палатином Венгерским Иосифом. Зимой 1799 г. Иосиф прибыл в Петербург и 20 февраля обручился с великой княжной Александрой. Осенью он вновь приехал для бракосочетания, состоявшегося 19 октября в Гатчине. 12 ноября Александра Павловна с супругом выехала в Австрию.

Судьба "венгерской королевы"

Прощание Александры Павловны с родными в Гатчине было душераздирающим: садясь в карету, она лишилась чувств, как будто расставалась с родными навсегда. Предчувствия ее не обманули: после замужества судьба отпустила ей всего пятнадцать месяцев.

При встрече в Вене с Александрой Павловной император Франц II был поражен ее сходством с первой своей супругой Елисаветой - родной сестрой императрицы Марии Федоровны. Императрица Мария Тереза, третья жена Франца II, прониклась к Александре Павловне ревнивой неприязнью...

Между тем новобрачные поселились в резиденции палатина - Офене (так называли по-немецки Буду, часть современного Будапешта). Живая и непосредственная Александра Павловна очень скоро завоевала сердца своих новых подданных; ее величали не иначе как венгерской королевой, и это возбудило новое беспокойство в Вене, где опасались отделения Венгрии. Популярности Александры Павловны венский двор противопоставил тайные интриги и неприкрытое давление. Палатину настойчиво пытались обратить в католицизм. Духовник Александры Павловны Андрей Самборский подвергался притеснениям; его усилиям, направленным на создание православного храма в Офене, чинились бесконечные препятствия.

Тем не менее православная церковь была освящена; Александра Павловна посещала ее в праздничные дни, и тогда храм наполнялся местным православным людом: в венгерской столице проживало много сербов. У венского двора это вызывало крайнее неудовольствие; в дни Пасхи 1800 года православные, собравшиеся у церкви в Офене, были разогнаны полицией...

По слабости характера палатин не был способен оградить свою супругу от выпавших на ее долю испытаний. Меж тем, когда стало известно, что Александра Павловна ждет ребенка, враждебность ее венских недоброжелателей явно усилилась: при появлении на свет наследника отложение Венгрии от Священной Римской империи представлялось им делом времени...

По приказанию императрицы Марии Терезы к палатине был приставлен невежественный и грубый лекарь, деятельность которого была губительна для ее здоровья.

В ночь на 7 марта (23 февраля) Александра Павловна разрешилась от бремени дочерью, но новорожденная прожила лишь час. Девять дней спустя, 4 (16) марта 1801 г., скончалась и Александра Павловна. Но император Павел, убитый в ночь с 11 (23) на 12 (24) марта, узнать об этом не успел.

Часовня-усыпальница великой княгини Александры Павловны, палатины венгерской. Юрём близ Будапешта.

Последний приют

Гроб с телом великой княгини водрузили на катафалк во дворце, затем перенесли во временную церковь, устроенную в собственном саду палатины в четырех верстах от города. Там в продолжение шести недель над усопшей совершалось богослужение; затем ее тело было погребено по обряду православной церкви на Капуцинском кладбище. Весной 1802 г. в десяти верстах от Офена, в Юрёме, любимом месте прогулок Александры Павловны, был заложен первый камень ее усыпальницы - часовни во имя святой мученицы Александры.

В сентябре того же года медный саркофаг с дубовым гробом, в котором покоилось набальзамированное тело палатины, был перенесен в сводчатый склеп под часовней. Однако покоя там ее останки так и не обрели. В 1809 г. нашествие Наполеона побудило эрцгерцога Иосифа перевезти гроб покойной супруги в Офен. Когда опасность миновала, тело вернули в Юрём. Второй раз тот же путь останки Александры Павловны проделали в 1838 г. в связи угрозой сильного наводнения... После крушения Российской империи и распада Австро-Венгерской монархии усыпальница Александры Павловны лишилась поддержки и покровительства русских и местных властей, а после Второй мировой войны пришла в совершенный упадок. С 1949 по 1983 год часовня пережила 8 ограблений.

После одного из них венгерские власти предприняли в 1977 г. обследование захоронения Александры Павловны; по завершении реставрационных работ 16 января 1978 года палатину перезахоронили по обряду православной церкви. Но в апреле 1981 г. часовня вновь пережила набег вандалов - трех юных некрофилов, двое из которых оказались сыновьями выдающегося венгерского бегуна и пловца Дьердя Шириллы. Они похитили не только погребальный крест Александры Павловны, но и державшие их руки покойной... К чести венгерской полиции следует сказать, что грабители были пойманы, а похищенное возвращено.

Ныне последний приют Александры Павловны содержится в образцовом состоянии: новая страница в его судьбе была открыта в 2004 г., когда наше посольство в Венгрии приняло усыпальницу под свое покровительство, а Русская православная церковь вернулась в многострадальную часовню.

P.S. Приданое покойной супруги палатин Иосиф возвратил в Петербург. Парюра Александры Павловны экспонируется в Галерее драгоценностей.