Стенографический отчет о встрече с членами президиума правления Торгово-промышленной палаты Российской Федерации

В.Путин:

Добрый день, уважаемые коллеги, друзья!

Позвольте начать с поздравлений. В нынешнем году Торгово-экономическая палата отметила сразу две знаменательные даты. Исполнилось 90 лет со дня времени учреждения в России института территориальных торгово-промышленных палат, и 75 лет назад была образована федеральная палата. Обе даты круглые или почти круглые. Во всяком случае, существенные, заметные. И я вас поздравляю с этим. Поздравляю вас и ваши региональные отделения с этими юбилеями и желаю успехов в работе.

На этой встрече хотел бы обсудить ряд актуальных экономических вопросов, прежде всего роль торгово-промышленных палат в обеспечении конкурентоспособности экономики страны.

Сегодня палаты представляют крупнейшие бизнес-сообщества страны. Они объединяют предприятия и организации различных форм собственности, а также индивидуальных предпринимателей. Вам доверяют свои интересы около 40 тысяч членов палат, из них 192 федеральных и более 200 региональных объединений, практически весь крупный, средний, малый бизнес, работающий во всех отраслях и территориях Российской Федерации. И вам под силу внести серьёзный вклад в решение такого первостепенного вопроса, как повышение конкурентоспособности нашей экономики.

За последние годы экономика России значительно окрепла. И надо не просто затвердить уже достигнутые результаты. Наша страна должна прочно занять своё место в числе мировых лидеров. У нас для этого есть всё необходимое, все возможности.

В практическом плане вам предстоит реализовать целый ряд направлений. Во‑первых, являясь самым массовым в стране объединением товаропроизводителей, палаты должны распространять и внедрять на практике наиболее перспективные модели корпоративного управления. Такие, которые, с одной стороны, обеспечивают высокую прибыльность организаций, а с другой – нацеливают на использование ресурсов с наибольшей технологической и, что не менее важно, социальной отдачей.

Следует шире использовать механизмы саморегулирования, к примеру, разработку стандартов предпринимательской деятельности. Надо заняться совершенствованием организации и управления инновационным бизнесом, продвигать в этой сфере рабочие модели полного научно-производственного цикла.

Сегодня на наших глазах идёт усиление глобальной конкуренции, охватывающей рынки не только товаров, но и капиталов, рабочей силы, услуг. В таких условиях наша конкурентоспособность прямо зависит от оперативного внедрения новых разработок и занятия наиболее перспективных отраслей, наиболее перспективных ниш, наукоёмких производственных ниш в мировом разделении труда. И потому крайне важно сегодня разработать недостающий правовой инструментарий.

На последнем заседании Совета при Президенте по науке, технологиям и образованию мы уже говорили о защите прав на интеллектуальную собственность по фундаментальным разработкам. Очевидно, что это только часть всей инновационной цепочки, и просил бы вас подумать о других правовых аспектах наукоёмкого бизнеса. Хотя и здесь должен сказать, что я полностью поддерживаю тех наших коллег и представителей научной и производственной сфер, которые имеют напрямую отношение к разработкам и к инновационным технологиям, к тем людям, которые генерируют новые идеи. Нужно, чтобы они имели возможность зарабатывать здесь. А для этого они должны быть уверены, что им будут платить за это и платить так, как никогда раньше не платили. Если что‑то внедряется, если используются их интеллектуальные ресурсы и их интеллектуальный продукт – надо платить.

Сейчас в регионах создаются технико-внедренческие зоны, технопарки. Инновационная бизнес-среда формируется вокруг госакадемий, вузов, федеральных университетов. Следовательно, следовало бы помочь как науке, так и бизнесу в апробации эффективных моделей управления научными ресурсами.

Более весомым мог быть бы и вклад ТПП России в формирование эффективной рыночной среды прежде всего за счёт демонополизации региональных и муниципальных рынков. Эта проблема хорошо известна. Факты недобросовестной конкуренции и использования доминирующего положения отмечены в целом ряде отраслей и регионов России. Подобные проблемы с той или иной спецификой характерны практически для всех стран с рыночной экономикой. Однако, учитывая имеющийся мировой опыт, надо способствовать внедрению наиболее эффективных механизмов антимонопольного контроля. Это можно сделать, и мы должны сделать это и в нашей стране.

Уважаемые коллеги! Сегодня все больше внимания требуется уделить сельскому хозяйству. Реализуемый в этой сфере национальный проект создал реальные стимулы к оживлению сельскохозяйственного производства. И серьезной задачей остается повышение качества ведения аграрного бизнеса, а также уровня оказания торговых и торгово-посреднических услуг в этой сфере.

До недавнего времени отечественные сельхозпроизводители сталкивались с барьерами при сбыте своих товаров. Да и сегодня ещё не все проблемы в этой сфере решены, их очень много. Государству приходится принимать серьёзные меры, чтобы помочь крестьянам беспрепятственно торговать, сбывать свою продукцию по экономически обоснованной цене. Между тем осенью, как вы помните, ведомства усмотрели признаки сговора на этот рост цен в действиях торговых посредников. По их мнению, это стало одной из причин роста цен на некоторые продукты питания, и вновь потребовалось вмешательство государства, чтобы стабилизировать ситуацию. Считаю, что торгово-промышленные палаты могли бы способствовать предотвращению недобросовестной конкуренции в этой сфере силами самого бизнес-сообщества.

И, наконец, несколько слов об участии во внешнеэкономической деятельности. У вас есть хорошие площадки для организации международных выставок, презентаций, бизнес-форумов. Нужно шире использовать их для развития экономического сотрудничества прежде всего на пространствах СНГ. Здесь действуют давние партнеры из аналогичных палат стран Содружества. Экономическая кооперация и взаимодействие только усиливают конкурентные позиции национальных экономик государств СНГ, укрепляют их положение на глобальных рынках. Это наши очевидные, естественные преимущества, и их нужно использовать эффективно.

Знаю также о вашей работе по организации независимой экспертизы качества госзаказа для нужд Министерства обороны России, а теперь и Министерства по чрезвычайным ситуациям. Я согласен с вами в том, что закупки для государственных нужд должны использоваться как реальный экономический стимул к росту качества отечественных товаров и услуг, и просил бы в этой связи организовать также экспертизу закупок для нужд субъектов Российской Федерации, задействуя при этом региональные палаты.

На этом я хотел бы вступительное слово закончить и с удовольствием передаю слово Евгению Максимовичу Примакову, который и явился одним из самых активных инициаторов сегодняшней встречи.

Пожалуйста, Евгений Максимович.

Е.Примаков: Спасибо большое.

Владимир Владимирович, прежде всего я хотел бы сердечно Вас поблагодарить. Для нас очень большая честь – то, что мы приняты Вами в Кремле в этот день. И я бы сказал, что это импульс к дальнейшему улучшению нашей работы. О чем Вы говорили, это все будет учтено в нашей деятельности.

Две стороны деятельности системы ТПП. Эта система очень, так сказать, не громоздкая, она всеохватывающая в географическом плане и в экономическом плане. Она составляет 172 территориальные палаты. Я думаю, что, в общем‑то, действующей такой системы пока нет ни у одной партии. Действующей системы.

Две стороны деятельности ТПП – это специфические функции. Об одной из них Вы говорили, это очень отрадно, потому что мы начали экспертизу по госзакупкам с Вашей санкции, это Ваша была идея, и она полностью оправдалась. Полностью оправдалась, потому что был такой момент, это бывший министр обороны знает, когда 73 процента продукции было нами забраковано. Сейчас намного улучшилось качество поставляемой продукции и обмундирования.

Но это и третейский суд, это выставочная деятельность, это информационно-консультативная деятельность в поддержку, это и заграндеятельность, за рубежом у нас представители, которые работают достаточно серьёзно. И мы сейчас все больше и больше представляем регионы, потому что система, которая имеется, торгпредств, она сокращается, потому что всё больше и больше переходят страны на рыночные отношения, а мы увеличиваемся в этом плане.

Вторая сторона нашей деятельности – это защита интересов всех предпринимателей: крупных, средних и малых – и обеспечение их диалога с исполнительной, законодательной властью. Мы стремимся защищать те интересы предпринимательского сообщества, которые совпадают с интересами всего российского общества. Мы твердо исходим из того, что за счёт общества в целом предприниматели не могут получить какие‑то интересы в долговременном плане, и наша история это показывает.

Ну а сейчас я должен сказать – я отражаю точку зрения преобладающего большинства предпринимательства России, – что все считают оптимальным тот курс, которым пошла Россия при Вашем президентстве. Это оптимальный курс, и мы его поддерживаем. Это не значит, что мы не видим какие‑то тактические недостатки в имплементации этого курса, проблемы, которые стоят, но в стратегическом плане это курс, который себя полностью оправдал и который мы будем защищать последовательно, и здесь никаких сомнений быть не может.

Я бы остановился на следующих вопросах этого курса. Увеличение доли российского ВВП в мировом валовом внутреннем продукте. Мы вспоминаем, когда Вы говорили о том, что необходимо удвоить, и здесь были споры о сроках, но эти споры о сроках носили бухгалтерский характер. А если говорить об экономической стороне дела, мы подчеркиваем экономическую сторону дела, – это мобилизация всех усилий для того, чтобы вырос ВВП.

Сейчас мы сталкиваемся с одной проблемой. Мне кажется, нужно о ней сказать. Правительственный экономический блок, это уже традиционно, считает, что будут падать темпы роста ВВП в связи с тем, что мы переходим на инновационные рельсы. Это неправильная постановка вопроса. Мы думаем, что ВВП должен вырастать и также сопровождаться переходом на инновационные рельсы. Китай, кстати говоря, показывает, что эти оба процесса происходят одновременно и достаточно быстро.

Второй момент – это конец дилеммы младолибералов о том, что макроэкономическая экономика – это всё, остальное решит рынок, и государственного вмешательства в реальную экономику быть не должно. Мы думаем, что курс нынешней России очень важный в плане как раз двух этих моментов. При сохранении макроэкономического регулирования, которое очень нужно, государство развернулось в сторону реальной экономики, и этот разворот особенно контрастно обозначился в последние годы.

Но существуют тоже проблемы. Сейчас, мне кажется, и нам всем кажется, что нужно особое внимание уделить тому, чтобы работали очень-очень экономически эффективно государственные холдинги, которые создаются, потому что если они будут отставать, так сказать, в эффективности, тогда больше появится сторонников того, что слишком много государство берёт на себя, а это не так, мы в этом уверены.

Следующая характеристика курса – это перестройка структуры экономики. Если бы не было государственного вмешательства, мы уверены, мы бы сидели на сырьевой игле, а сейчас происходит диверсификация экономической структуры, это очень важно. Но есть и проблемы – это слабо используемые рычаги для этой диверсификации. Одним из этих рычагов могут быть налоги. Я здесь не говорю о том, что нужно снимать какие‑то или уменьшать налоги. Я хотел бы просто подчеркнуть мнение Торгово-промышленной палаты о том, что налоги должны не только выполнять фискальные функции, а быть рычагом изменения структуры промышленности. Это чрезвычайно важно, но это пока у нас в полной мере не происходит.

Далее – переход на инновационные рельсы. Вы уделяете очень большое внимание, это правильно, НИОКРу и обновлению основных фондов. Это два направления, которые нужно, конечно, использовать помимо возможностей нашего военно-промышленного комплекса. Но если говорить об обновлении основных фондов, то нужно сказать, что этот процесс происходит крайне медленно. Вы ставите перед нами задачу о том, чтобы поднять конкурентоспособность нашей промышленности. А у нас обновление фондов на один процент в год. Один процент в год! Это, представляете, сколько нужно ждать, если государство не будет усиленно заниматься этим вопросом? Потому что сам частный сектор этих вопросов не решает. И здесь ещё раз важно, что мы пошли во время Вашего президентства именно на то, чтобы государство сейчас вмешивалось, потому что младолибералы исходили из того, что сама конкуренция приведёт к росту вложений и в НИОКРы, и в обновление основных фондов. Этого не произошло, этого просто не происходит.

И здесь, мне кажется, мы считаем, что и административная дисциплина какая‑то большая нужна. Я приведу один пример. Вы совершенно справедливо в сентябре 2005 года сказали о необходимости обнулить таможенные пошлины на ввозимое высокотехничное, технологичное оборудование, не производимое у нас. Шесть месяцев понадобилось Правительству, чтобы выпустить соответствующее распоряжение. Шесть месяцев!

А сейчас речь идёт о том, что, очевидно, необходимо думать и о том, чтобы отказаться от НДС на ввозимое такое высокотехнологичное оборудование. Министерство финансов даже не хочет пока рассматривать этот вопрос. А это очень важно, потому что сейчас, если снять НДС с ввозимого высокотехнологичного оборудования, у нас усилится поток этого высокотехнологичного оборудования, не производимого у нас.

Теперь лакмусовой бумажкой Вашего курса, которым мы пошли, является то направление, куда тратить средства, которые мы получаем от нефти, от газа, от экспорта нефти, от экспорта газа, от нефтепервичных энергоресурсов. До определенного времени, мы это видели, господствовала такая догматическая постановка вопроса, что всё шло в кубышку или должно было пойти в кубышку. Как раз Ваши выступления, Ваши обращения к Законодательному Собранию о разделе Стабфонда, что, кроме Резервного фонда, всё должно идти в экономику, это и поворот, и мы видим этот поворот. Но сейчас тоже стоят проблемы. Не слишком ли много в Резервном фонде, потому что Резервный фонд – 10 процентов ВВП, это грандиозная цифра. Может быть, стоит посмотреть на это ещё раз.

И, наконец, поворот экономики в сторону человека, вложения в человеческий капитал. Это действительно поворот, который произошёл и который мы все ощущаем. В то же самое время и здесь есть очень большие проблемы. Одна из этих проблем – это, конечно, те четыре, например, национальные программы, которые были обозначены. В принципе это направление, а не одноразовые вливания, это направление развития. А если это направление развития, нужно под это подкладывать развитие отечественной индустрии.

Сейчас, например, мы проводим 19-го числа выставку. Это было решение как раз Сергея Борисовича тогда совместно с нами, потому что в ВПК возникла эта идея. Проводим выставку, где будут выставлены все, так сказать, атрибуты здравоохранения, которые мы импортируем, включая лекарства, и чтобы посмотрели наши промышленники: а что мы можем сами сделать и что мы делаем сами по такому же качеству. Конечно, качество является критерием. После этого будет закрытое совещание. Я очень просил бы, чтобы в нём приняли участие и Сергей Борисович Иванов, и Медведев, вместе, это очень важное совещание.

Преемственность курса. Я уже говорил об этом, мы будем стараться всячески преемственность курса, стратегического курса защитить. Мы видим две опасности сейчас реальные для этого дела. Одна опасность – это младолибералы, сращивающиеся с олигархами, которые хотели бы развернуться в сторону 90-х годов. А вторая опасность – это сращивание части государственного аппарата с бизнесом. Это, в общем, приводит к тому, что они хотели бы построить, я бы сказал, административно-рыночное общество. Это реально, мы видим эту опасность, и мы считаем, что против этого и Вы настроены, и надо против этого бороться.

И в заключение хотел бы ещё раз Вас поблагодарить и передать вам книгу «Служение России» по истории всей палаты. Очень здорово сделана и настольная медаль.

В.Путин: Спасибо.

Е.Примаков: Спасибо большое.

В.Путин: Благодарю Вас, во‑первых. Если позволите, пара замечаний по поводу Вашего выступления.

Во‑первых, что касается прогнозов Правительства по развитию, по росту ВВП. Я с Вами согласен. Такое впечатление создаётся, что иногда сознательно немножко занижают, но в том числе это делается в преддверии будущих дебатов с Государственной Думой. Это уже известный трюк Правительства с точки зрения доходов-расходов. И, как правило, Правительство, особенно экономические ведомства Правительства, занимает такую очень сдержанную позицию, чтобы в будущем, если что, не дай бог, не обвинили в излишнем оптимизме. Это две основные составляющие. Но, как вы знаете, совсем недавно Министерство экономического развития и торговли пересмотрело эти прогнозы в сторону увеличения. Не исключаю, что и в будущем по мере развития ситуации такие коррективы могут быть сделаны ещё раз.

Теперь по поводу вмешательства государства в экономику – это тоже один из постулатов. Я согласен с Евгением Максимовичем в том, что государство больше внимания уделяет так называемому сектору реальной экономики, это совершенно верно. Но мы всё‑таки будем придерживаться тезиса о том, чтобы не вмешиваться напрямую. И я попозже скажу, это связано и с так называемыми госкорпорациями. Мы всё‑таки будем стремиться к тому, чтобы создавать условия, создавать инструменты, нацеливать или концентрировать ресурсы государства на развитие инфраструктуры, с тем чтобы создать условия для бизнеса, для прихода бизнеса в те или иные сферы деятельности. Поэтому и создаются эти механизмы: Банк развития, инновационные фонды, зоны особые экономические для развития высокотехнологичных производств и так далее. В этом направлении мы и дальше будем делать. То же самое мы будем делать и с налогами.

Как вы обратили внимание, а коллеги здесь занимаются практической деятельностью, мы знакомы со всеми, а с некоторыми очень близко за последние годы познакомились, и я знаю, что вы знаете, что Правительство предприняло шаги по корректировке своей налоговой политики в сторону создания лучших условий для работы реального сектора экономики за счёт, наверное, Сергей Михайлович не даст соврать, за счёт нефтянки, за счёт других добывающих отраслей. Но в целом мы считали, что у них «жирок» есть, можно немножко перераспределить нагрузку. В общем, практика показывает, что мы сделали правильные шаги, может быть, ещё недостаточные, но мы не можем и убивать курицу, которая несёт золотые яйца, нужно действовать аккуратненько. Хотя другие инструменты для развития реального сектора мы и дальше будем создавать.

Теперь по поводу обновления основных фондов. Я сейчас просто не воспроизведу эти цифры, но хочу вам сказать, что, если мы посмотрим статистику, за последние полтора-два года обновление основных фондов идёт ускоренными темпами, такими, каких мы раньше никогда не видели. Связано это с теми шагами, которые Правительство предприняло в последние годы для того, чтобы разбюрократить закупки этого оборудования и создать необходимые выгодные условия для осуществления этого рода деятельности.

Обращаю ваше внимание, что не все ещё воспользовались этими преимуществами, данными Правительством, не все воспользовались теми льготами, которые Правительство дало. Но поскольку торгово-промышленные палаты объединяют практически весь бизнес страны, то наверняка и среди членов торгово-промышленных палат будут те, которые мне и Правительству Российской Федерации скажут: всё это хорошо, но аккуратнее. Даже если мы сегодня что‑то не производим, а вы обнулите ввозные пошлины и НДС на те или иные виды товаров, то это будет означать, что мы никогда и не начнём производство этих товаров. И вы все это хорошо знаете.

Мы понимаем эту проблему, мы знаем, что нужно обновлять основные фонды, мы знаем, что нужно помочь это сделать предприятиям. Давайте будем вместе аккуратненько идти по этому пути так, чтобы не создавать проблемы для собственного развития, а помогать. Вот, собственно говоря, мы и собираемся, в том числе и в таких составах, не так часто, как бы хотелось, но всё‑таки, чтобы посоветоваться. Мы с Евгением Максимовичем регулярно встречаемся, и он транслирует ваше мнение по этим вопросам. Будем и дальше с вами в контакте искать эти решения.

По поводу госкорпораций. Я считаю, что мы правильно сделали, что сосредоточили внимание на некоторых направлениях деятельности и сконцентрировали там административный и даже политический ресурс. Вместе с тем не считаю, что нужно совсем сбрасывать со счетов тех, кто критикует принятие таких решений, и нужно внимательно следить за деятельностью этих корпораций, с тем чтобы они не подавляли другой бизнес. Сколько нам говорили в РЖД: мы сейчас создадим крупную компанию в рамках РЖД, но и она, эта крупная компания, будет работать на равных со всеми. А паровозов‑то, электровозов не дают другим компаниям. Где же на равных‑то? Где это равенство? Если и госкорпорации в своих сферах деятельности будут так же поступать, то нам придётся принимать какие‑то решения с целью демонополизации их деятельности, несмотря на то что мы сейчас приняли решение прямо противоположное. Я думаю, что Правительство должно будет строго следить за тем, как осуществляется работа этих госкорпораций и как они влияют на всю экономику. Мы не собираемся создавать государственного капитализма, это не наш выбор, не наш путь, но мы видим, что без поддержки государства некоторые жизненно важные сферы экономического характера нам просто не восстановить, бизнес туда сам не придёт пока, это правда. Но я хочу сразу же вам сказать, что мы не намерены вечно держать эти госкорпорации в таком виде, в котором они создаются. Это касается и авиационного строения, и судостроения. После соответствующих вложений, после обновления в этих отраслях, после того как они встанут на ноги и будут конкурентоспособными на мировых рынках, мы не только не исключаем, а я думаю, что будет правильно, если мы на прозрачной, абсолютно рыночной, понятной обществу, не только какому‑то обществу экспертов, а на понятных рядовому гражданину условиях будем создавать условия для того, чтобы они работали исключительно в рыночных условиях, будем привлекать туда бизнес, причём в различных пропорциях, может быть, и в ключевых, в контрольных пропорциях в будущем. Я не только этого не исключаю, а я думаю, что мы так и будем делать. Но сегодня нам просто некоторые сферы деятельности не восстановить без прямого участия государства. Ещё раз повторю: это не значит, что они должны монополизировать там всё. Я просто хочу, чтобы вы знали, что мы по этому поводу думаем и как собираемся действовать.

Теперь по поводу использования нефтегазовых доходов. Вы знаете, что принято решение о том, чтобы расщеплять эти средства. Да, в казне накоплены значительные ресурсы. И часть из этих ресурсов – действительно это на чёрный день. Мы видим, как идёт динамика роста цен на энергоносители в мире. Несмотря ни на какие динамики, мы не можем больше допустить обкрадывания населения. И мы не можем [допустить], чтобы зависимость наша от внешних факторов влияла потом на реализацию наших экономических и социальных планов. И то, что я сейчас скажу, легко понять. Это не только вам понятно, это и любому гражданину легко понять. Если мы сегодня запустим проекты какие‑то, если сегодня мы поднимем пенсии и заработные платы, а завтра доходы бюджета упадут в связи с тем, что цены на мировых рынках упали, мы же не можем понизить ни пенсии, ни заработные платы, мы не можем остановить проекты, которые мы начали. Значит, мы должны где‑то, откуда‑то взять эти ресурсы и удержать планку развития страны и социальной сферы. Значит, или из своих запасов взять, либо опять в долги залезать. Всё‑таки брать из своих запасов надёжнее, спокойнее и не так обременительно. Но объём этих запасов, конечно, должен быть оптимальным. Он у нас таким сегодня уже является.

Именно поэтому мы приняли решение расщепить дальнейшие накопления этих нефтегазовых доходов и из части этих средств начать формировать фонд благосостояния, который будем расходовать на совершенствование пенсионной системы. И второе направление – на укрепление институтов развития, именно то, о чём мы с вами сегодня и говорим. Они будут направлены именно на развитие инновационной сферы деятельности прежде всего. И государство специально выделяет эти ресурсы для того, чтобы поддержать тех, кто занимается этим видом деятельности. И в этом смысле это тоже очень важный, один из важнейших элементов преемственности политики в будущем, на который я очень рассчитываю.

Борис Викторович, пожалуйста, завод имени Козицкого.

Б.Иванов: Завод имени Козицкого, город Санкт-Петербург.

Я в двух ипостасях – и член президиума правления ТПП РФ, и член Комитета по промышленному развитию, и председатель совета директоров завода имени Козицкого.

В.Путин: Всё это вместе.

Б.Иванов: Да, всё это вместе. И Вы, Владимир Владимирович, и Евгений Максимович достаточно чётко и конкретно все рассказали. По большому счёту к моему выступлению, которое я готовил, пара ремарок.

Я представляю средний бизнес. И для меня как раз то, о чем Вы говорили по поводу того, что не должно быть монополизма вновь создаваемых государственных корпораций, очень живо, очень важно. Хочу сказать, что те предприятия, которые выжили в суровые 90-е годы, они сейчас вступили в свой новый этап именно инновационного развития, в частности, наше предприятие, мои коллеги по Роспрому производят очень высокотехнологичную, достойную продукцию, которую не стыдно демонстрировать и на мировых рынках. И мы знаем: наши комплексы связи, например, стоят на вооружении, которое продаётся в больших количествах.

Но сейчас новый путь, инновационный путь развития. И тот вопрос конкурентоспособности, о котором Вы говорили, стоит очень серьёзно перед всеми нашими предприятиями, особенно среднего бизнеса. И поэтому именно бизнес надеется на то, что государство в рамках тех программ, которые оно действительно сейчас проводит (действительно это видно, и действительно есть результаты), создаст некие механизмы конкретной помощи, которые бы более предметно, более целенаправленно, адресно помогали предприятиям и обновлять фонды, и завоёвывать рынки, то есть в хорошем смысле необходим протекционизм по продвижению промышленных отечественных предприятий на рынки сбыта, в первую очередь, на мой взгляд, на рынки отечественные, с тем чтобы потом выходить на зарубежные рынки.

Если можно, маленький пример. Сейчас, буквально несколько недель назад, была утверждена концепция программы по внедрению цифрового телерадиовещания в Российской Федерации. Огромные деньги бюджет собирается потратить, порядка 90 миллиардов рублей, только по этой концепции на создание пяти каналов трансляции и приёмных передач социального плана, чтобы все были охвачены. То есть по большому счету рынок, это 90 миллиардов рублей в России, Сергей Борисович знает, существуют предприятия в Москве, в Питере, в Новосибирске, Омске, которые способны закрыть весь тракт цифрового вещания, начиная от студии: передатчик – антенна – приёмник.

В.Путин: По какой стоимости?

Б.Иванов: Совершенно верно. Только что Вы приводили пример о том, что Торгово-промышленная палата проводит экспертизы поставляемой продукции. Действительно, уважаемая организация, независимые эксперты. Естественно, российская промышленность не претендует на то, чтобы эта стоимость была, так сказать, заоблачной или несопоставимой с иностранной. Уже сейчас есть и передатчики, есть и приемники, и антенны, которые конкурируют и по цене, и по качеству, и, что самое важное, ещё по обслуживанию, потому что приставки, которые у народа могут быть в большом количестве, могут быть поставлены через фирмы-посредники, а потом кто их будет обслуживать? Собственно говоря, это ещё и вопрос информационной безопасности государства. Так вот если бы был найден механизм при прочих равных – цена, качество, безусловно, а к этому готова промышленность, я это чётко знаю, если бы был найден механизм того, чтобы эти деньги были освоены нашими предприятиями, даже при 10-процентной рентабельности, 9 миллиардов рублей, которые можно тратить на обновление фондов, на закупку этого оборудования, и такие примеры, не только по радиоэлектронному комплексу, существуют. И если бы было указание, то – и в ТПП РФ, и в ТПП Санкт-Петербурга – у нас есть предложения, мы могли бы подготовить и передать наши предложения в Правительство. Это один вопрос.

Второй вопрос – здесь, может быть, меньше об этом говорили – связанный с корпоративным управлением. И тоже, собственно говоря, он напрямую связан в том числе и с вопросами конкурентоспособности. После приватизации предприятий в 90-е годы, после кризиса пытались все выживать и во многом диверсифицировали бизнес, разделяя производство. И так сложилось, что на сегодняшний день нет законодательства и правовой основы для создания юридически оформленного холдинга именно в рамках среднего бизнеса. А, соответственно, это ущемляет возможности предприятий выхода на фондовые рынки и на привлечение дополнительных средств на ту же модернизацию, на те же инновации, разработки путем размещения части своих акций без потери контроля над бизнесом.

В каждом отдельном случае предприятие, которое входит в этот холдинг, как‑то связано договорными отношениями, ему, условно говоря, для того чтобы получить хоть какое‑то минимально достаточное количество средств на модернизацию, необходимо выставлять на продажу чуть ли не все свои акции.

Естественно, собственники бизнеса, менеджмент бизнеса, среднего бизнеса этого не хотят делать. Поэтому закон о холдингах рассматривался в 2000–2002 годы, но так и не был по тем или иным причинам принят. Поэтому, если бы была возможность вернуться к этому вопросу, я думаю, что это было бы определённым подспорьем именно для предприятий промышленности, которых очень много в среднем бизнесе.

И, соответственно, то, что я говорил по поводу продвижения продукции предприятий на рынках сбыта: если бы можно было посмотреть также на совершенствование Федерального закона №94 «О госзакупках» в рамках того примера, который я приводил, то это бы тоже было полезно для следования тем курсом, который мы все поддерживаем.

В.Путин: Спасибо.