Выступления и стенограммы /

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами регулярно встречаемся, как минимум два раза в год. Последняя встреча была в феврале этого года. Встреча имеет смысл только в том случае, если по её итогам что‑то происходит. Судя по тому докладу, который мне подготовила Администрация Президента, поручения, данные мною Правительству и другим структурам, отработаны. В ряде этих поручений приняли участие и вы как Совет Федерации.

Я напомню, о чём шла речь, – критерии определения законопроектов, в отношении которых на соответствующих этапах законодательной процедуры должны быть подготовлены подзаконные и нормативные правовые акты. Эти решения приняты, хотя, если по‑честному сказать, это пока не работает. Есть о чём поговорить, потому что я не могу вспомнить ни одного серьёзного случая, когда у нас принятие закона сопровождалось бы предварительным внесением полного комплекта подзаконных актов.

 Я прекрасно понимаю, что это сложная задача для Правительства, для ведомств, но, с другой стороны, к этому нужно стремиться, чтобы наш законотворческий процесс не растягивался на годы, когда сначала появляются базовые документы, а потом в течение нескольких лет Правительство или ведомства с трудом принимают подзаконные акты.

Тем не менее общий порядок определён. Введены дополнительные критерии оценки деятельности органов исполнительной власти субъектов Федерации, касающиеся обеспечения доступа населения к информации о деятельности этих органов. Вы тогда тоже об этом просили, предлагали это сделать.

Мониторинг антикризисных мер в субъектах Федерации – как раз был разгар кризиса, самая, может быть, драматическая его часть, февраль, – естественно, все мы этим занимались, занималось Правительство, занимались субъекты Федерации. Так что то, о чём мы с вами договаривались в этом плане, тоже исполнено.

Внесены предложения, важные предложения (это обсуждалось на нашей встрече), касающиеся возможностей Президента России оперативно использовать Вооружённые Силы за пределами нашей страны. Мы говорили о других вопросах, в частности о целесообразности увеличения срока действия заграничного паспорта. Тоже сейчас этот процесс идёт.

Ещё одно поручение – об обеспечении лекарственными средствами жителей насёленных пунктов, в которых отсутствуют аптечные учреждения. Помню, как мы как раз это обсуждали. Оно тоже находится на стадии исполнения. Документ разработан Минздравсоцразвития и внесён на рассмотрение Правительства. В ноябре будет рассмотрен.

Так что я специально вам перечисляю вполне конкретные результаты нашей с вами работы. Считаю это весьма и весьма важным.

Отдельно я уже говорил, на прошлой неделе одобрены изменения в закон об обороне, которые были внесены мной на рассмотрение парламента именно по вашей инициативе. Их цель – создать правовой механизм оперативного принятия решений Президентом России об использовании Вооружённых Сил за пределами нашей страны. Вы помните, в связи с чем эта проблема возникла.

Я считаю, что сегодня у нас с правовой точки зрения в этом вопросе нет проблем. Конечно, такого рода решения носят абсолютно чрезвычайный характер и, естественно, будут приниматься только в случае крайней необходимости. Но, как показывает наш недавний опыт, правовой механизм всё‑таки должен быть. Мы исходим с вами из того непреложного принципа, что наши граждане должны быть защищены в любой точке земного шара и должны чувствовать за собой защиту нашего государства.

Мы также договорились, что Совет Федерации будет координировать законотворческую деятельность региональных парламентов. Я знаю, что Совет Федерации уже подписал соглашение о взаимодействии с законодательными собраниями практически половины субъектов нашей страны, можно поговорить и об этом.

Ну и, наверное, самая важная для меня, да и для вас важная тема – это Послание, которое скоро будет озвучено. Сейчас идёт работа, представлено много предложений. Только на сайт Президента поступило, по‑моему, около 16 тысяч обращений от граждан России, от общественных организаций, объединений. Я уверен, что и у вас есть свои предложения к Посланию – и концептуальные, и вполне конкретные. Так что, если будет необходимость, давайте их обсудим.

Для начала разговора достаточно, давайте начнём работу. Я предлагаю выступить Председателю Совета Федерации. Сергей Михайлович, Вам слово.

С.Миронов: Спасибо большое.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, мы действительно всегда к таким встречам готовимся. Должен сказать, что в Совете Федерации очень внимательно прочли и очень предметно обсуждали Вашу статью «Россия, вперёд!». В этой связи как раз хотел бы высказать наши некоторые конкретные предложения по темам, по видению профильных комитетов дальше скажут мои коллеги, но я некоторые ключевые предложения хотел бы обозначить.

А начать я хотел бы как раз с наших законотворческих вопросов, в том числе по тому вопросу, о котором Вы сказали. Было прямое поручение в прошлом Вашем Послании нашей палате организовать работу по законодательным инициативам субъектов Российской Федерации, по их законодательным органам власти. Мы в рамках Совета законодателей утвердили концепцию, и Вы абсолютно правы, более чем с половиной субъектов Российской Федерации мы такие соглашения подписали. Мы будем вносить консолидированные законодательные инициативы. Когда мы анализируем законодательные инициативы субъектов, иногда к одному и тому же законопроекту либо по одной и той же теме вносится несколько законопроектов, мы их обобщаем, отжимаем самое сущностное и уже от имени Совета Федерации будем вносить в Государственную Думу.

Мы уже изменили соответственно регламент Совета Федерации, сейчас очередь за тем, чтобы Государственная Дума также внесла необходимые изменения в свой регламент. Мы такое обращение сделали. Уверены, что мы будем конструктивно работать с Государственной Думой по этому направлению, и, безусловно, Ваше поручение будет уже реализовано. На сегодняшний день в Совете Федерации подготовлено около 15 консолидированных законодательных инициатив, которые отталкиваются от соответствующих инициатив субъектов Российской Федерации.

После каждого Вашего Послания Федеральному Собранию создаются в Администрации Президента рабочие группы, группы экспертов по отработке тех или иных заданий. Мы были бы признательны, если бы в состав таких рабочих групп и экспертных советов включались также члены Совета Федерации.

Теперь несколько абсолютно конкретных моментов, о которых бы хотелось сказать, в том числе по поручению моих коллег.

По модернизации науки. Вы абсолютно правильно ставите вопрос о необходимости модернизации нашей экономики, о переводе на инновационный путь развития. В целом задача, чтобы было выгодно заниматься инновациями, а не просто из‑под палки это делать, абсолютно правильна. В этой связи есть одно интересное конкретное предложение. Мы всё время думаем, как эффективно тратить те небольшие деньги, которые государство всё‑таки выделяет на науку, и в этой связи представляется, что можно отталкиваться от существующего очень интересного и мощного потенциала в виде наших ученых. Есть чёткий критерий эффективности того или иного ученого – это индекс цитирования, в том числе и в международной научной литературе. У нас, например, индекс цитирования более пяти тысяч имеют около 80 российских ученых, индекс цитирования более тысячи имеют 1060 человек. И мы предлагаем, может быть, как раз этих ученых, которые имеют имя не только в России, но и в мире, брать в качестве неких экспертов для отбора научных программ и, может быть, даже некоторых из них напрямую финансировать.

Ещё одна тема – о защите прав акционеров. Речь идёт о так называемых миноритарных акционерах либо тех акциях, которые находятся на руках у граждан. Некоторые акции были приобретены во время приватизации, некоторые покупали и сейчас, но, как правило, никаких дивидендов они не получают; более того, они абсолютно не могут воспользоваться своим правом голоса. В этой связи получается парадоксальная ситуация: чтобы получить от своих сбережений какой‑то доход, граждане идут и несут деньги на депозиты в банки, а в то же время те же акционерные общества у тех же банков берут кредиты на развитие своих предприятий. В этой связи есть предложение рассмотреть возможность законодательного утверждения определённой нормы отчисления от дивидендов для каждого акционерного общества, чтобы в законе было прописано, что они обязаны какую‑то часть, особенно вот таким мелким акционерам, выделять на дивиденды.

Следующая тема – защита прав детей. В первую очередь речь идёт о детях, оставшихся без попечения родителей. Дело в том, что сейчас мы внимательно мониторим эту ситуацию, и мы видим, что в связи с новым законом, который был принят в сентябре прошлого года, мы практически затормозили работу по патронатным семьям. Нам представляется, что нужно законодательно эту ситуацию подправить и дать возможность в полном объёме развиваться этому очень важному направлению, потому что есть категории детей, например это подростки, это трудные дети, это дети-инвалиды, которым, к сожалению, очень трудно рассчитывать, что они будут усыновлены или даже в приёмную семью будут взяты. А вот патронатная семья даёт такую возможность, тем более многие родители спокойно участвуют в таком патронатном воспитании с учётом того, что за ними всегда стоят те или иные государственные структуры в виде специальных, специализированных детских домов или учреждений, где есть социальные педагоги, социальные работники, которые помогают им отладить такую работу с детьми.

Ещё одна тема, касающаяся детей. Речь идёт о защите наших детей от преступных посягательств. Совет Федерации предлагает отменить для тех преступников, которые осуждены за преступные, в том числе сексуальные действия над детьми, условно-досрочное освобождение.

Также мы считаем, что необходимо усилить контроль за такими «гражданами» в кавычках после того, как они отбудут срок наказания. Как минимум необходимо запретить им профессионально заниматься той деятельностью, которая связана с детьми. Дело в том, что ещё в феврале этого года Советом Федерации подготовлена законодательная инициатива, мы внесли в Государственную Думу это изменение в Трудовой кодекс, где вносится запрет на то, чтобы хоть раз осужденные лица по таким статьям работали бы с детьми. Уже скоро будет год, законопроект лежит абсолютно без какого‑либо движения. Мы просили бы обратить Ваше внимание на этот аспект.

Ещё одна тема, совершенно другая. Мы считаем, необходимо сегодня обратить самое серьёзное внимание на восстановление института почётного донорства в нашей стране. Проблема с нехваткой крови всем известна. Есть люди, которые готовы сдавать кровь. И если будет дан законом соответствующий социальный статус – возможно, некоторое увеличение материальной поддержки, усиление пропаганды, то мы решим очень важный вопрос. И думаю, что возможно и необходимо принимать специальный закон – федеральный закон о донорстве.

И в завершение очень важная тема. Речь идёт о праздновании 65-летия Победы в будущем году. Считаем, что все социальные обязательства в соответствии с Вашим указанием безусловно должны быть выполнены. И уверен, что они будут выполнены. Но есть один нюанс. Вы правильно поставили задачу по обеспечению всех без исключения ветеранов Великой Отечественной войны жильём. У нас есть одна проблема, касающаяся инвалидов Великой Отечественной войны по обеспечению их автотранспортом. И, как Вы знаете, будут обеспечены те, кто встал на учёт до 1 января 2005 года. К сожалению, и нужно называть вещи своими именами, в том числе по вине социальных служб многие инвалиды не смогли это сделать вовремя. И, наверное, было бы справедливо, если бы ветеран – инвалид Великой Отечественной войны, который по каким‑то основаниям не смог встать на этот учёт, всё‑таки был бы обеспечен автотранспортом.

Также мы считаем, что необходимо накануне юбилея (на самом деле это нужно делать всегда, но сейчас тем более) привести в порядок все захоронения, все мемориалы как на территории нашей страны, так и за рубежом. И думаю, что проведение, может быть, всероссийской акции под эгидой Президента было бы очень правильно весной, в начале весны будущего года.

Также мы считаем возможным и, может быть, даже необходимым с учётом очень многих поползновений на нашу общую историю к 65-летию Победы выпустить новую редакцию документального издания истории Великой Отечественной войны.

Есть ещё интересное предложение. Может быть, рассмотреть вопрос и направить в Комитет всемирного наследия ЮНЕСКО официальное ходатайство Российской Федерации о включении мемориального комплекса на Мамаевом кургане в список всемирного наследия.

Дмитрий Анатольевич, спасибо. Коротко, некоторые вопросы, которые я хотел отразить до выступления моих коллег. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Давайте я отреагирую, потому что если это делать в конце, то это будет, наверное, очень большой объём моих комментариев. Лучше это делать оперативно.

По поводу участия в рабочих группах впоследствии для реализации Послания, конечно, у меня никаких возражений нет.

Теперь в отношении финансирования науки. Немного резанула фраза, которую Вы сказали: как эффективно тратить те небольшие деньги, которые государство выделяет на науку. Знаете, это ещё как посмотреть – насчёт того, что это совсем небольшие деньги. Конечно, если их сравнивать, скажем, с бюджетом, который тратят некоторые другие развитые страны, то эти деньги не очень большие. Если сравнивать эти деньги с теми деньгами, которые мы тратили на науку, скажем, в 90-е годы или в начале этого десятилетия, это очень большие деньги.

Поэтому, на мой взгляд, вопрос не в том, что это малозначительные суммы, которые мы распихиваем между различными организациями для того, чтобы они хоть что‑то, какие‑то крохи получили. Вопрос именно в том, о чём Вы говорите и другие коллеги тоже говорят, – в эффективности этих трат. У нас зачастую весьма приличные суммы уходят на такие проекты, которые абсолютно не нужны.

Я недавно проводил заседание Комиссии по модернизации экономики, разговаривали об энергоэффективности. Я сейчас не буду называть никого, но выступали уважаемые представители Академии наук, рассказали о том, что они готовы в тестовом режиме провести научные исследования, касающиеся какой‑то одной из энергетических установок, после чего выступили наши представители Правительства и предприниматели и говорят: «Не надо ничего исследовать, все исследования давным-давно сделаны, они есть в свободном доступе, деньги на это тратить не надо». Вот показатель. Поэтому если мы откажемся от такого рода бессмысленных финансовых затрат, то мы сможем расходовать деньги, выделяемые на науку (а это сейчас сотни миллиардов рублей), вполне разумно.

В отношении цитирования как основного критерия научных заслуг и активности учёного. С этим я на 200 процентов согласен. Во всем мире это единственный весомый критерий, который используется, и мы должны его в максимальной степени внедрять, но, конечно, с известными оговорками. Потому что если по естественному циклу наук, по точным наукам это 100-процентное попадание, то у гуманитариев, которые мне в силу образования, в общем, близки, цитирование, конечно, по‑другому устроено. Гуманитарные науки всё‑таки в значительной мере носят национальный характер. И считать, что если, допустим, кого‑то из наших филологов, политологов или юристов неактивно цитируют на Западе, это, стало быть, плохой показатель, это ещё всё‑таки бабушка надвое сказала, что называется. Но в целом как критерий оценки научных заслуг – абсолютно правильно, и нужно, чтобы наше Министерство образования уже переходило к использованию коэффициента цитирования в качестве такого показателя.

В отношении фиксации дивидендов в качестве обязанности общества перед малыми акционерами или не малыми акционерами. Честно скажу, на мой взгляд, спорная вещь. Потому что всё‑таки мы должны понимать, что все решения внутри акционерного общества должны принимать собственники. Если мы лишим их этого права, то мы, скорее всего, просто загоним проблему внутрь. Если собственник не хочет платить дивиденды, он найдет тысячу способов не показывать прибыль. И эти маленькие акционеры, о которых Вы говорите, и так не дождутся тогда никаких выплат, даже если будет установлено прямо в законе или в уставе акционерного общества, что, допустим, такое‑то количество процентов от прибыли обязательно должно распределяться в качестве дивидендов. Поэтому я не думаю, что это эффективно. Хотя, если Вы предложите какой‑то контрольный механизм, можно об этом подумать, но опять же не в отношении всех акционерных обществ, потому что они очень разные, то есть исполнимость такого рода предложений, мне кажется, не очень высока.

По уголовно-правовому и процессуальному блоку. Мы сейчас занимаемся этими вопросами совместно. То, что Вами было предложено, в частности, в отношении лиц, совершивших насильственные и сексуальные преступления, не разрешать условно-досрочное освобождение таким лицам. Насколько я понимаю, такое предложение уже сделано, оно сейчас рассматривается, и мы рассматривали этот проект на совещании, которое я проводил. Надо посмотреть, в каком состоянии сейчас этот законопроект. В отношении запрета на педагогическую деятельность, наверное, это справедливо. Я думаю, что это можно было бы поддержать. Предлагаю членам Совета Федерации подумать об этом.

И по вопросам Великой Отечественной войны. Давайте к ним обязательно обратимся, и по мемориалу, о котором Вы говорите, и по приведению в порядок наших воинских захоронений. Мы эту работу всё‑таки сейчас ведём, не так, наверное, хорошо, как нам бы всем хотелось, но ускориться перед годовщиной Победы нужно будет обязательно.

Ну а по автомобилям я дам поручение этот вопрос проанализировать Правительству. В общем, здесь есть, наверное, какие‑то свои сложности, хотя с другой стороны – если кто‑то действительно не попал по объективным причинам, может быть, был бы смысл это сделать. Мы понимаем, что на самом деле это ведь, по сути, подарок не ветеранам, а подарок их семьям, потому что они не будут ездить на этих автомобилях. Но это в конечном счёте, если хотите, такой элемент восстановления справедливости – признание заслуг, и в этом, конечно, есть резон.

Пожалуйста, Светлана Юрьевна Орлова.

С.Орлова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Мы всегда ждём встречи, потому что это всегда очень важно для нас, мы к ним готовимся, мы продолжаем всё равно мониторинг антикризисных мер. Две недели назад мы очень серьёзно обсуждали проблему рейдерства, и сегодня этот вопрос очень важный. Несмотря на всю широту, у нас нет юридического определения рейдерства. Мы договорились таким образом, что мы сейчас очень серьёзно просмотрим и проанализируем законодательство, потому что деятельность арбитражных управляющих подконтрольна только ими созданным саморегулируемым организациям. Мы знаем, и все выступающие у нас на штабе в Совете Федерации отмечали, и также на штабе у Игоря Ивановича, что в схемах захвата участвуют, как правило, работники госорганов, адвокаты, нотариусы, риелторы, аудиторы, оценщики, арбитражные управляющие, и делается это на очень профессиональной основе. И мы договорились – у нас на штабе приняли участие представители Администрации Президента, Контрольного управления, – что мы делаем общую группу и готовим изменения в пакет законов, в том числе в Уголовный кодекс, Уголовно-процессуальный кодекс, об административных правонарушениях, в закон о банкротстве, хотя, Вы знаете, что мы некоторые вещи поправили – и в том числе в закон о конкуренции.

Вторая тема очень важная – это моногорода. Мы ещё в июне начали эту работу, вместе с Правительством мы её продолжили уже в августе и в сентябре. Но здесь очень важный момент, Дмитрий Анатольевич, у нас сегодня 52 федеральные программы, их исполнение – всего на 18 процентов. Моногорода – практически это все регионы России, 436. Очень важно, чтобы новые планы, которые мы будем строить, в том числе производства, внутреннего спроса, они, конечно, должны соответствовать всем инновационным вопросам, новым технологиям. И нам кажется, очень важно, чтобы все наши стратегии, которые мы разработали, это учитывали, потому что на сегодняшний день, Вы знаете, 10 миллиардов мы всё‑таки определили в поддержку моногородов. Но должно быть что‑то на выходе… Мы четыре года назад взялись с Вами за туристические рекреационные зоны. Те, кто получили деньги, 8 регионов, ни одной туристической рекреационной зоны не сделали. А те, кто не получили – их сделали. В пример могу привести Горную Шорию, Кемеровская область. Сегодня если даже закроется фабрика «Евразруда», сегодня 240 тысяч отдыхающих – это уже основной доход этого региона.

Помимо этого хотелось бы сказать Вам, что мы выполнили Ваше поручение по закону о торговле, и Вы помните, Вы тогда давали нам это поручение. Надо отдать должное…

Д.Медведев: Про закон о торговле мы с Вами говорим, уважаемая Светлана Юрьевна, если я не ошибаюсь уже года три. Это такая тема, которая настолько оскомину набила. Правительство просто в этом смысле все соки выпило. Там, конечно, спор шел между различными ведомствами, но наконец‑то он утихомирился, решение принято.

С.Орлова: Дмитрий Анатольевич, ещё не утихомирился, потому что идёт сумасшедшее лоббирование, чтобы Вы знали.

Д.Медведев: А кто что лоббирует, расскажите?

С.Орлова: Первая позиция – не хотят порога, чтобы было 25 процентов. Продолжают лоббировать торговые сети в Государственной Думе. Но мы с Думой держим оборону вместе: и комитет Думы ведущий, и мы.

И возврат денег товаропроизводителю: они хотят сделать 71 день, а мы настаиваем, чтобы это было 45 дней. Там есть ещё одна позиция по муниципалитетам, что они не успеют подготовиться к введению этого законопроекта с 2014 года.

Но, чтобы Вы знали, всё равно идёт лоббирование. Хотя Вы знаете, Владимир Владимирович три совещания провёл, Зубков неоднократно проводил. Все позиции мы определили, но сети пока что не сдаются. Я думаю, что мы Ваше поручение выполним.

Следующая позиция – то, что касается 94-го [закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд»]. Мы подготовили поправку, согласуем её с Брычёвой, и я думаю, что мы это Ваше поручение выполним.

И последнее. Хочу Вас тоже поблагодарить, как сказал Сергей Михайлович, за последовательную позицию в поддержке детей, поддержке женщин в России, поддержке и принятии этого законодательства. И вместе с тем нам с Вами удалось сделать ещё важную вещь: сегодня Минпромторг ставит в приоритет выпуск и производство не только детских игрушек – в целом детской индустрии. Потому что они не попадали ни в технические регламенты, ни в классификатор. Мы это тоже сделали.

И 24–25 ноября у нас пройдет большой мировой форум по чистой воде. В рамках форума будет «Урок чистой воды». Мы сделали программу «Чистая вода». И надеемся, что те инновационные технологии, которые есть и разработаны, мы сегодня тоже покажем. Всё. Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо, Светлана Юрьевна.

В отношении торговых сетей. Мы действительно с вами на эту тему давно разговариваем, и закон о торговле, конечно, ни в коей мере не сводится к торговым сетям. Просто это одно из наиболее спорных мест в этом законе. Сами по себе торговые сети – это ни в коей мере не враг какой‑то, с которым нужно бороться. Наоборот, как только в том или ином регионе появляются торговые сети, а соответственно их магазины появляются, это означает, что регион начал развиваться. Просто это видно сразу же, около этих сетей концентрируются люди, машины стоят, жизнь отдельная появляется.

Проблема не в том, что они есть, это хорошо, а проблема в том, что они ведут себя по‑хамски зачастую по отношению к местному производителю, который мог бы сдавать продукцию по гораздо более низким ценам, но вынужден заходить в сеть с уплатой соответствующей взятки. Вот с этим нужно бороться. И действительно, в этом смысле, критерии доминирующего положения в законе должны быть определены, как, естественно, должны использоваться и другие средства воздействия.

Вы про рейдерство сказали и сказали, что схемы захвата делаются весьма профессионально. Это действительно так, иногда просто не подкопаешься. Но это не значит, что наши правоохранительные органы не должны этой темой заниматься. Я вот что‑то не припомню, чтобы у нас кого‑то посадили в тюрьму за рейдерство.

До тех пор, пока ответственность за такие действия, будет находиться в иной плоскости в лучшем случае это гражданско-правовая ответственность, никакого толку не будет. Правоохранительные органы должны доказывать факт совершения этого преступления, умышленного преступления по захвату чужого предприятия. Вот это может быть эффективным.

Ну и по моногородам. Вы подняли очень важный для нашей страны вопрос – наверное, один из самых сложных в текущей ситуации с учётом того очень негативного воздействия, который кризис оказал на города, где существует одно или два крупных предприятия. Я в Послании об этом специально скажу, там будет соответствующий раздел, этой проблемой обязательно надо заниматься комплексно, на будущее, если трудности будут повторяться, чтобы люди в этих городах были гораздо в большей степени подготовлены к их преодолению. А вот как это сделать, мы поговорим позже.

Анатолий Григорьевич Лысков, пожалуйста.

А.Лысков: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Я хочу начать свое выступление с Вашей статьи «Россия, вперёд!», в которой Вы пригласили всех, кто разделяет Ваши убеждения, к сотрудничеству. Являясь Вашим сторонником, позвольте, я выскажу несколько идей, направленных на модернизацию государства и совершенствование его подходов в сфере отправления правосудия, противодействия коррупции и развития политической системы.

Первое. Полагаю необходимым высказать идею о целесообразности расширения форм участия наших граждан в отправлении правосудия. В условии развития новейшей российской государственности мы ограничились только участием в отправлении правосудия граждан в качестве присяжных заседателей, да и то имеет место на сегодняшний день тенденция, сужающая и эту форму участия граждан. Между тем конституционное положение, непосредственно закрепляющее право граждан на участие в отправлении правосудия, никто не отменял.

Второе. До настоящего времени у нас не принят кодекс об административном судопроизводстве, а это дает возможность не всегда правильно перераспределять полномочия между судами общей юрисдикции и арбитражными судами, отнимая вопреки Конституции у первых полномочия и передавая вторым, а поскольку штатный ресурс вторых ограничен, затем отказываться от полномочий, приглашая использовать институт медиации. Как мне кажется, подобные решения должны приниматься после широких дискуссий, взвешивая все «за» и «против», и главное – не навредить интересам человека и гражданина.

Третье. Предыдущая тема теснейшим образом связана с противодействием коррупции, этому злу, подрывающему основы государства. Если реализовать административное судопроизводство в соответствии с названным кодексом, чиновник будет доказывать свою правоту перед гражданином в суде, а не наоборот. Как нам представляется, и это ещё не всё. В условиях модернизации государства всякая монополия в сфере расследования наносит вред интересам человека, гражданина и самого государства. Что мы считаем целесообразным предложить? У нас на сегодняшний день четыре следственных аппарата в стране, но у всех различный правовой статус. В этой связи предлагается принять федеральный закон об органах предварительного следствия при федеральных органах исполнительной власти. Такой законопроект в нашем комитете разработан, было бы правильным принять политическое решение, кто его будет вносить. С учётом знания процедур законотворчества считал бы возможным внести предложение, чтобы это была законодательная инициатива Президента. Дмитрий Анатольевич, если Вы поручите нам, мы готовы это сделать.

И в контексте противодействия коррупции ещё одна тема, направленная на безупречное исполнение законодательства в ходе расследований. Здесь по утвержденному Вами Национальному плану противодействия коррупции ведущая роль должна принадлежать прокуратуре, однако правовых инструментов у неё явно недостаточно. В этой связи считаем целесообразным внести поправки в уголовно-процессуальное законодательство.

Четвёртое. По нашему мнению, перед обществом мы должны постоянно и ненавязчиво подтверждать стратегический курс на развитие демократических институтов. Именно о таком институте нами подготовлен законопроект. С одной стороны, он направлен на повышение эффективности противодействия коррупции, а с другой стороны – сформированный путём демократических процедур будет являться острым правовым инструментом под руководством Президента России. Я имею в виду подготовленный нами законопроект о коллегии уполномоченных прокуроров, то есть институт независимого прокурора. Более подробно готовы доложить.

Пятое. Об отсутствии двух весьма важных конституционных законов о Верховном Суде Российской Федерации и судах общей юрисдикции. Оба законопроекта несколько лет уже находятся в Госдуме. По имеющейся у нас информации, Вашим аппаратом подготовлен в качестве законодательной инициативы Президента объединённый законопроект.

Позволю себе высказать некоторые сомнения о том, что такой законопроект, объединённый имеется в виду, будет противоречить Конституции, поскольку в соответствии со статьёй 108 Конституции федеральные конституционные законы принимаются по вопросам, прямо указанным в Конституции. О Верховном Суде есть прямое указание в Конституции, поэтому о нём должен быть отдельный федеральный конституционный закон.

Более того, Верховный Суд наряду с Конституционным Судом, занимает особое место в защите института Президента и должен, как нам кажется, в полном составе выступать гарантом по защите этого института от необоснованных обвинений и политических инсинуаций.

И, наконец, последнее. Дмитрий Анатольевич, в своей статье «Россия, вперёд!» Вы очень правильно подметили, что работе по модернизации будут мешать влиятельные группы продажных чиновников и ничего не предпринимающих предпринимателей. Такой мешающей крепостью, стоящей на невидимых плечах виртуальных атлантов, в работе законодателей является отсутствие федеральных законов о нормативных правовых актах в Российской Федерации и о порядке принятия федеральных конституционных и федеральных законов. Если это преодолеть, то, полагаю, не будет появляться законов, подобных законам о госкорпорациях, и прочих содержащих коррупционные предпосылки.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Я бы только хотел уточнить, Анатолий Григорьевич, Вы сказали – по предварительному следствию. А в чём суть этого предложения? Всё‑таки хотелось бы, чтобы Вы рассказали.

А.Лысков: По коллегии уполномоченных прокуроров?

Д.Медведев: Нет, по следственному аппарату, по органам предварительного расследования.

А.Лысков: Дело в том, что на сегодняшний день один из этих аппаратов – это Следственный комитет при прокуратуре, – базируется и вся его работа строится на основе закона, а все другие следственные аппараты: это Следственный комитет при МВД, Следственное управление Федеральной службы безопасности и Следственный департамент Госнаркоконтроля, – они действуют не на основании законов, а на основании утверждённых Президентом указов и по внутренней структуре этих органов.

Такой законопроект есть, я его взял, кстати, с собой для того, чтобы …

Д.Медведев: А что вы предлагаете сделать? Просто я хочу понять.

А.Лысков: Мы предлагаем издать отдельный закон, он так и называется – «Об органах предварительного следствия при федеральных органах исполнительной власти», с тем чтобы, подобно Следственному комитету при прокуратуре, были действующие на основании закона следственные комитеты вот в тех структурах, которые я назвал.

Д.Медведев: А нам нужно вообще столько следственных структур?

А.Лысков: В нынешних условиях развития коррупции, я думаю, что монополия будет наносить вред.

Д.Медведев: То есть Вы не сторонник единого следственного органа?

А.Лысков: На этом этапе – нет.

Д.Медведев: Понятно. Ладно, и ещё один вопрос. Вы сказали о том, что прокуратуре не хватает полномочий, нужно изменить Уголовно-процессуальный кодекс. Мне хотелось бы это тоже понять, передайте Ваши предложения, каких полномочий не хватает прокуратуре для того, чтобы эффективно исполнять свои обязанности.

Что же касается аргумента о том, что необходимо разные законы вносить в части, касающейся статуса Верховного Суда и судоустройства, надо посмотреть на эту проблему. Я Администрации скажу, чтобы разобрались. Действительно, такие законопроекты сейчас готовятся, потому что этих законов в нашей стране не было принято с момента создания нашего государства. Это пора уже сделать, мы ещё по советским нормам живём. Спасибо.

Дмитрий Николаевич Ананьев.

Д.Ананьев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемый Сергей Михайлович! Уважаемые коллеги!

Я хочу высказать свою точку зрения об экономической ситуации, законотворческом процессе в нашей стране. Постараюсь сформулировать необходимость принятия ряда инициатив.

Прежде всего, несмотря на оптимистичные настроения последних месяцев, состояние экономики остаётся стабильно тяжёлым, и это в полной мере относится, к сожалению, и к финансовым рынкам. Существуют как фундаментальные долгосрочные, так и текущие новоприобретённые проблемы и недостатки. Начну с фундаментальных.

Наша страна по факту имеет как несовременные и несовершенные [нормы] законодательства, регулирующие финансовые рынки, так и налоговое законодательство, не стимулирующее инвесторов, и в целом, наряду с известными проблемами в судебной и правоохранительной сфере, не защищает ни финансовые институты, ни инвесторов. Особенно ярко эти недостатки проявились в начале кризиса осенью 2008 года, когда отток спекулятивного капитала из нашей страны дестабилизировал национальную валюту, вселил неуверенность в население. Скажу простые, но чётко работающие истины: не может существовать одновременно современная конкурентоспособная экономика инновационного типа и слабый финансовый сектор с государственным доминированием. И в то же время здоровый конкурентоспособный финансовый сектор будет самым благотворным образом влиять, стимулировать и преобразовывать всю экономику в целом.

Рассуждая о текущих, прежде всего кризисных, проблемах, нельзя не отметить позитивные решения, принятые в беспрецедентно короткие сроки, а это выразилось более чем в десяти федеральных законах, позволивших решить вопрос о ликвидности в банковской системе через так называемые беззалоговые кредиты, размещение средств федерального бюджета, субъектов Федерации. Очень важно было выделение средств Агентству по страхованию вкладов и было проведено своевременное повышение суммы страхования вклада, что явилось очень действенным лекарством против панических настроений и оттока вкладов из банковской системы. Произошло выделение средств АИЖК для поддержки населения, ипотеки и многие другие законы.

Сделано очень много хорошего. Но что огорчает? Большинство важных и необходимых мер имели половинчатый характер либо реализуются таким образом, что усугубляют проблему огосударствления финансового сектора. Будто бы стоит задача, чтобы по итогам кризиса в нашей стране осталось 4–5 государственных либо квазигосударственных банков и дочерние структуры иностранных банков. А ряд действий были просто контрпродуктивными, и, в первую очередь, это многократное повышение ставки рефинансирования в первые месяцы кризиса. Это создало запретительный уровень стоимости средств для экономики, снизило деловую активность, внутренний спрос, стимулировало сокращение рабочих мест и увеличение социальных проблем в обществе и, кроме этого, явилось одной из причин столь значительного снижения доходов федерального бюджета и увеличения бюджетной зависимости от нефтегазового сектора.

Сейчас ставка рефинансирования снижена, в этом году уже в восьмой раз, и достигла минимального исторического значения – 9,5 процента, и абсолютно правильно продолжать дальше её снижать. Но только этого уже недостаточно для того, чтобы вернуть благоприятный деловой климат. Экономика нуждается в длинных сбережениях, длинных кредитах. Зависимость от внешних спекулятивных инвесторов и так высока, а институт внутреннего инвестора находится в зачаточном состоянии. Эту проблему можно устранить, приняв пакет решений, обеспечивающих большее удобство, надёжность, эффективность управления, прежде всего, пенсионными накоплениями, создающими реальную конкуренцию в этой сфере.

Ещё одним очень важным решением для появления в экономике длинных денег могла бы стать законодательная реализация безотзывного депозита как дополнительного финансового инструмента, обеспечивающего повышенный доход вкладчиков. Правда, для этого потребуется внести изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации.

Ещё один очень важный вопрос, который вызывает особую тревогу, – это массовые дефолты на рынке корпоративных облигаций. Более 250 эмитентов не расплатились по своим долгам, а это опять создает репутационные риски для нашей экономики, растёт наш страновой риск, и это не даёт снизиться стоимости денег в реальном секторе. Эту проблему можно тоже смело отнести к слабости нашего финансового законодательства.

В прошлом году был создан Совет при Президенте по развитию финансовых рынков, Правительством была утверждена программа по созданию Международного финансового центра в России. Программа предусматривает принятие за три года более 60 федеральных законов и более 100 подзаконных актов. Это может позволить коренным образом модернизировать законодательство наших финансовых рынков. Программа детально обсуждалась не только министерствами, ФСФР и Центральным банком, но и Ассоциацией российских банков, Национальной ассоциацией участников фондового рынка, иностранными консультантами, выглядит и прогрессивной, и системно исправляющей законодательные пробелы. Однако практическая реализация этой программы требует существенно большего внимания первых лиц государства, так как уже сейчас очевидно серьёзное отставание и по срокам, и по качеству законопроектов.

В этом году Федеральная служба по финансовым рынкам внесла в Госдуму несколько фундаментальных законов (об инсайде, о клиринге, о секьюритизации), без которых немыслимо функционирование ни одного развитого финансового рынка. Но процесс принятия окончательной редакции этих законов и прохождение других не менее важных вызывает серьёзное опасение. Ведь очень важно, чтобы принимаемые законы были бы прогрессивны по своей сути, а не таили бы массу недостатков и скрытых преимуществ для отдельных участников рынка.

Примером законодательной активности со знаком минус может служить пакет законов о платёжных терминалах, который мало того что создавал необоснованные преимущества для отдельных компаний, но и предусматривал исключительно широкие просторы для предоставления банковских услуг без какого‑либо надзора и лицензирования. Несмотря на работу согласительной комиссии, окончательный вариант федерального закона далёк от оптимума. И закон, не начав работать, требует концептуальных поправок.

Сейчас также активно обсуждается федеральный закон о национальной платёжной системе, который может позволить, кроме обеспечения информационной безопасности и независимости от международных платёжных систем при проведении внутрироссийских расчетов, создать условия для реализации важнейших социальных проектов, таких как выплаты зарплат военнослужащим, выплаты пенсий, стипендий и так далее. Важно, чтобы он был принят концептуально верным, чтобы не был принят, опережая его и здравый смысл, федеральный закон об электронных деньгах.

Завершая свое выступление, хочу сказать ещё раз свое мнение. Модернизация законодательства в финансовой сфере – следовательно, и построение фундамента для модернизации экономики всей страны – требуют принципиально более глубокого вовлечения первых лиц государства. В противном случае может пополниться список правильно сформулированных идей с невысоким уровнем реализации.

Нашим комитетом подготовлены конкретные законодательные инициативы и предложения, которые сформулированы письменно.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Дмитрий Николаевич.

Вы затронули сложную тему. Понятно, сейчас настроение у всех получше, чем было. Тем не менее, действительно, в начале года ситуация была совсем иной. И, несмотря на то что сейчас наступила уже некоторая стабилизация, наблюдаются и отдельные элементы роста, скажем так, в нашей экономике, тем не менее ряд позиций в финансовом секторе остается весьма и весьма проблематичным. В частности, Вы правильно говорите, что стоимость денег для потребителей, для заёмщиков остаётся всё равно непропорционально высокой, несмотря на то, что за последнее время ставка рефинансирования неоднократно снижалась и достигла своего исторического минимума за всю нашу недолгую экономическую историю – 9,5 процента. Но мы все прекрасно понимаем, что за 10,5 процента или за 11 процентов никто кредит не выдаст, ни один банк.

Это проблема институциональная, проблема доверия и проблема отсутствия ряда механизмов. Поэтому совершенствовать законодательство в этой сфере нам исключительно необходимо, тем более что если с короткими деньгами все в порядке, то с длинными деньгами в нашей стране беда. Западные рынки закрыты, а, к сожалению, на внутреннем рынке такого рода длинные кредиты не предоставляются. Поэтому думать о том, что делать, необходимо.

Почему я сейчас об этом говорю? Я думаю, что степень вовлечённости всех нас в этот процесс должна быть более высокой. Вы напомнили про Совет при Президенте. Я думаю, что пора его провести для того, чтобы обсудить и текущую ситуацию, и ряд законодательных инициатив в этой сфере.

Что же касается конкретных предложений, то они, конечно, все требуют обсуждения, в том числе и идея, скажем, безотзывного депозита. Это, как и многие другие идеи, обоюдоострая. Мы с вами понимаем, что для банков хорошо – для граждан там есть свои сложности и сомнения. Прежде чем такие решения принимать, нужно всячески исследовать эту ситуацию, выйти на какие‑то сбалансированные представления о том, какие последствия это может повлечь. Но законодательство нужно совершенствовать, причём это делать тоже в открытом, прозрачном режиме. Вы сказали о том, что сейчас идёт работа над законопроектами, посвящёнными инсайду, клирингу, сказали о том, что ряд законопроектов, к сожалению, получился не таким, как хотелось бы. Это всегда, знаете, тоже набор представлений и столкновений интересов.

Если говорить о платёжных терминалах, я помню, как эта работа шла, и там действительно было столкновение позиций крупных банков, с одной стороны, и других участников финансового рынка. Постарались выработать некую компромиссную схему, которая должна вроде бы устраивать и банки (а банки – серьёзные участники финансовых отношений), и других участников финансового рынка. Но если вы считаете, что этот документ не работает, тогда нужно с примерами показать, почему это происходит и что в этом направлении делать, потому что такой документ нам нужен.

<…>