Выступления и стенограммы /

Д.Медведев: Добрый день, коллеги!

По‑моему, это у нас первое совещание, которое проходит прямо в цеху. Здесь люди и работают, и в то же время мы с вами обсуждаем довольно серьёзные вопросы. Может быть, это и правильно. В любом случае спасибо всем, кто нас позвал, за то, что это проходит в таких интересных условиях.

Тем не менее у нас сегодня несколько тем для разговора, две из них я обозначу более подробно, третья тема переходящая, она касается индустрии компьютерных технологий, в том числе игр. Я только что посмотрел довольно интересные образцы, поэтому я думаю, что мы отдельно ещё её рассмотрим на одном из ближайших заседаний. Я специально сейчас на этом останавливаться не буду, хотя, ещё раз подчеркну, мы посмотрели, и производство очень неплохое, и некую уже существующую у нас отдельную индустрию российских компьютерных игр, которая имеет огромное воспитательное значение и которая тоже должна развиваться, потому что мы не можем всё время уповать только на иностранные разработки, они и так себе место найдут, пробьются на наш рынок, а свои разработки надо поддерживать.

О чём хотел сказать вначале. Две вещи, первое – это развитие ядерной медицины в России, мы встречаемся в Обнинске, это особый город в этом плане, это первая тема, и вторая – формирование особых правовых условий для инновационного центра в Сколково, как мы и договаривались.

Сначала по ядерным медицинским технологиям – вещь очевидная, они нашей стране очень нужны, в первую очередь, конечно, для диагностики и лечения онкологических заболеваний, которые остаются у нас одной из основных причин смертности. Эта проблема во всём мире стоит очень остро, но, к сожалению, у нас есть своя специфика, связанная с нашей отсталостью. Это проблема того, что диагностика осуществляется слишком поздно в подавляющем большинстве случаев. Рак диагностируется слишком поздно, около шестидесяти процентов людей узнаёт об этом на третьей, четвёртой стадиях болезни. За последние десять лет, кстати, показатель заболеваемости раком вырос на шестнадцать процентов, а показатель смертности от онкологии – на четырнадцать процентов. Я уже не говорю о том, что у нас этот показатель довольно сильно дифференцирован в зависимости от территории.

Наша задача – научиться применять здесь наиболее передовые технологии; одним из наиболее перспективных методов, которые сегодня доказали свою эффективность, являются радионуклидные методы, радионуклидная диагностика и терапия. Мы сейчас смотрели то, что здесь работает, в Обнинске. В таком лечении нуждается примерно пятьдесят тысяч человек. Отделение радионуклидной терапии пока всего одно, но общая потребность и в исследованиях, и в процедурах такого рода значительно больше, и я думаю, что Татьяна Алексеевна в своём выступлении скажет об этом.

При этом у нас существует солидная научно-техническая база для производства радиофармпрепаратов, есть и позитивный опыт применения самых передовых технологий диагностики и лечения. К сожалению, это в основном импортные технологии. Но и, конечно, особенно это ощущается в Обнинске, у нас есть большое количество квалифицированных специалистов. Сейчас нужно в кратчайшие сроки соединить все направления, о которых я сказал, то есть интегрировать все направления ядерной медицины. Понятно, что это имеет прямое отношение к количеству тех, кого мы можем просто спасти. Необходим целый комплекс мероприятий, надеюсь, что министр об этом доложит, поэтому нам нужно подумать и о том, чтобы эта отрасль стала более активно развиваться внутри страны, но у неё есть очень неплохой экспортный потенциал, и этим тоже необходимо будет воспользоваться.

И вторая тема, которую я хотел затронуть, – это формирование инновационного центра в Сколково. Мы с вами договорились о том, что этот центр будет мотором формирования инновационной системы в нашей стране. Он должен быть с самого начала представлен как абсолютно конкурентоспособный, его конкурентоспособность должна быть глобальной. В этом его существенное отличие от того, чем мы занимались до сих пор. Конечно, сейчас самое главное – развернуть работу, с тем чтобы все поручения, которые были даны мною некоторое время назад, были неукоснительно и в срок исполнены.

Несколько довольно важных информационных вещей по этому поводу. Во‑первых, по кадрам. Сопредседателем наблюдательного совета управления компаниями проекта согласился стать очень известный в бизнес-сообществе человек, бывший глава корпорации «Интел» Крейг Барретт. Ну а сопредседателем по научному совету, вместе с Жоресом Ивановичем Алфёровым, – Роджер Корнберг. Об этом информация уже была. Тем не менее это тоже очень известный человек, биохимик с мировым именем, лауреат Нобелевской премии. Я абсолютно убеждён, что участие двух этих выдающихся людей повысит международный интерес к нашему проекту. Именно такие знаковые люди и должны были появиться.

И ещё одна вещь, может быть, менее значимая. Но тем не менее всё равно достаточно важная. Долго мы ею занимались, к сожалению. Сегодня в сети Интернет наконец начал работать сайт Комиссии по модернизации, он имеет адрес i-russia.ru, и на нём должна широко освещаться вся работа, которую мы с вами ведём уже более года. Надеюсь, что этот сайт будет и посещаемым, и интересным, потому что это вещи взаимосвязанные. Уже собрано значительное количество информации, есть возможность ознакомиться со всеми материалами, со всеми новостями, обсудить многие темы. Для нас это имеет крайне важное значение, потому что это обратная связь и понимание того, как люди интересуются темами модернизации для экономики России. Надеюсь, что там также будут новые предложения, инициативы, на которые будет оперативная реакция Правительства. Я буду за этим лично смотреть. Потому что сейчас многие вещи такого плана направляются на мой сайт kremlin.ru, это не совсем правильно, хотя между ними должна быть гиперссылка. Работать с этим сайтом нужно по‑серьёзному, это не просто какие‑то «мульки» для развлечения. Я надеюсь, что все присутствующие будут этим заниматься.

И, может быть, самое главное. Сейчас идёт этап определения основных технических, финансовых и организационно-правовых параметров проекта в Сколково, Правительству мною было поручено разработать особый правовой, административный, налоговый и таможенный режим функционирования этой территории, то есть её особый правовой и экономический статус. Завершить эту работу мы должны в мае. В том числе подготовить для внесения в Государственную Думу базовый законопроект, который будет носить комплексный характер и который будет предусматривать изменения в уже действующие нормативные акты, таковых насчитывается где‑то до десятка. Законопроект я внесу сам. Особые условия работы в Сколково – это не только создание потенциальной базы, структуры инноваций, но и особой атмосферы свободного творчества, научного поиска. И, конечно, речь идёт об отсутствии административных барьеров деятельности компаний, о том, чтобы максимально оперативно привлекать учёных и специалистов, которые работают в сфере передовых технологий. Конечно, речь идёт об эффективном использовании, о коммерциализации этих проектов. Именно поэтому и была предложена идея особого правового режима.

Конечно, это можно рассматривать и как некую систему преференций, но на самом деле эта тема должна рассматриваться шире. Это особая правовая среда. Дело не только в льготах, хотя они, конечно, нужны и они появятся. Сегодня мы должны рассмотреть, что нужно сделать в ближайшее время. Уже определённые предложения сделаны, часть из них, для начала разговора, я готов озвучить. Во всяком случае в том, что касается налогового режима, а это может быть действительно важнейшая тема, по категориям получателей льгот, если говорить об участниках нашего нового проекта, о тех, кто там будет зарегистрирован, о резидентах соответствующей зоны работы, то в этом случае предлагается следующая совокупность льгот.

Во‑первых. В течение десяти лет с момента регистрации в качестве участника будет действовать льготный режим, который будет действовать до достижения размера годовой выручки в миллиард рублей. А далее при достижении накопленной прибыли в размере 300 миллионов рублей.

По ставкам обязательных платежей в бюджет и налогам. Обязательные страховые взносы – 14 процентов, налог на прибыль – 0. НДС – в зависимости от выбора налогоплательщика он будет освобождаться от уплаты НДС. Налог на имущество организаций и земельный налог – ставка 0. Налог на доходы физических лиц – в соответствии с законодательством. Это достаточно серьёзные решения, мы их ещё, конечно, обсудим. Но я хотел бы, чтобы уже сегодня эта тема прозвучала в абсолютно конкретном виде.

Ещё раз подчеркну, в ближайшей перспективе, то есть до конца мая, должен быть подготовлен окончательный вариант законопроекта, точнее, законопроектов и о внесении изменений в действующее законодательство по различным вопросам, и, конечно, новый законопроект, посвящённый самому Сколково, его правовому статусу.

Ещё одна тема – привлечение в наш инновационный центр иностранных учёных и предпринимателей. Мы должны предусмотреть возможность их свободного приезда в Россию и перемещения по её территории. Я несколько дней потратил, был в Европе, в Дании, в Норвегии. В ходе моих разговоров с руководством этих стран они несколько раз поднимали эту тему: чтобы квалифицированные работники могли свободно приезжать и перемещаться по нашей территории. Это на самом деле очень важная тема, если мы хотим быть конкурентоспособными. И конечно, мы должны позаботиться о комфортных условиях жизни и работы для них и для их семей, если мы хотим, чтобы приехали специалисты действительно высокого уровня. Мы без них не обойдёмся.

Поэтому Правительству России следует ускорить реализацию мер, которые направлены на существенное упрощение или даже полную отмену действующих механизмов квотирования, миграционного учёта и различного рода разрешений на трудовую деятельность для высококвалифицированных иностранных специалистов. Пора точку по этому вопросу ставить, соответствующие поручения были мною даны, кстати, обращаю внимание на то, что сроки их исполнения уже истекли. Правительство должно представить результат. А результат должен быть в том числе и в виде законодательных инициатив.

Следует, конечно, подумать и о других мерах стимулирования инновационной деятельности, в частности о государственных грантах. Система такая действует, есть президентские гранты, правительственные гранты, гранты, которые учреждают субъекты Федерации, гранты, которые учреждаются научными фондами. При их конкурсном распределении надо учитывать степень вовлечённости научных коллективов в реализацию приоритетных направлений развития нашей экономики. Конечно, деньги должны даваться на такие направления, которые могут дать прорывной результат. Не так давно, кстати, и постановление Правительства по такого рода грантам вышло, 9 апреля было подписано.

Участниками конкурса на получение грантов Правительства могут быть российские и иностранные ведущие учёные, которые занимают лидирующие позиции в определённой области наук. Мы говорили об этом с Министром образования, это довольно приличные для нашей страны деньги. Такого рода гранты будут рассматриваться и распределяться на конкурсной основе для поддержки научных исследований в российских вузах в размере до 150 миллионов рублей каждый в период с 2010 по 2012 год.

И ещё одна тема, с этим связанная. Хочу вас проинформировать, я сегодня подписал указ о мерах государственной поддержки молодых работников оборонно-промышленного комплекса. В связи с этим указом назначается тысяча ежемесячных стипендий в размере 20 тысяч рублей, которые будут получать в течение трёх лет молодые инженерно-технические работники, молодые специалисты, высококвалифицированные рабочие. Правительству поручено разработать и утвердить порядок отбора кандидатов на назначение стипендии. Я очень рассчитываю, что эта система позволит привлечь большее количество молодых талантов в ту область, где в настоящий момент также разворачивается очень сильная международная конкуренция и где позиции нашей страны до сих пор были весьма неплохими.

Вот две основные темы, на которых предлагаю сегодня сконцентрироваться.

Давайте начнём с медицинской.

Пожалуйста, Татьяна Алексеевна Голикова – Министр здравоохранения и социального развития.

Т.Голикова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Комиссии, приглашённые!

Я не буду останавливаться уже на той печальной статистике, которая была приведена во вступительном слове Президента. Начну с того, что применение атомной энергии в мирных целях было начато в СССР в середине 50-х годов с открытия того самого радиологического центра, который мы сегодня посещали. И до 70-х годов развитие мирных атомных технологий в нашей стране примерно соответствовало уровню Соединённых Штатов, развитых стран Европы и Японии. Отставание в этом направлении по радионуклидным методам началось с 80-х годов (в 2–5 раз) и выросло к двухтысячным годам в 5–10 раз. По статистическим данным, в США диагностические радионуклидные исследования проводятся в среднем 40 больным на одну тысячу человек в год, в Японии – 25 пациентам, в Австрии – 19, в России, к сожалению, только семи. В мировой медицинской практике на сегодняшний день используют около 190 радиодиагностических методов. В России же, к сожалению, сегодня в практической медицине используется только 22. Годовой объём реализации составляет 210 миллионов рублей, и этот годовой объём реализации удовлетворяет потребности Российской Федерации на 1–3 процента.

При этом я хочу заметить, что обязательные условия развития ядерной медицины – это обеспечение безопасности для пациента, снижение рисков при диагностике с применением радиоактивных препаратов. Для этого нужно внедрять короткоживущие и ультракороткоживущие радиофармпрепараты, которые уменьшают лучевую нагрузку на пациента и позволяют получить уникальную диагностическую информацию об опухоли и оценить эффективность проводимого лечения.

Базовые аппараты для диагностики с использованием радионуклидов – это гамма-томографы. Они используются при диагностических исследованиях внутренних органов и систем человека, прежде всего при онкологических и кардиологических заболеваниях.

В настоящее время в России работает около 200 гамма-томографов при потребности более 300, при этом 80 процентов аппаратов имеют достаточно серьёзный износ – более 10 лет. И есть только один опытный отечественный образец, который используется в одной из клинических больниц города Москвы.

Д.Медведев: Татьяна Алексеевна, раз уж мы об этом сегодня говорили и с медиками, нужно точно определить количество такого рода аппаратов, которые нам могут потребоваться, потому что здесь цифры немножко гуляют, они другую цифру называли, более значительную.

Т.Голикова: Как раз всю ту статистику, которая здесь приведена, на этой таблице, мы делали совместно с Росатомом. Мы, конечно, ещё можем её дополнительно уточнить, но тем не менее в предпоследней колонке – это наша потребность, а необходимость с учётом того, что мы имеем, – это последняя колонка.

Более высокой чувствительностью и расширенными диагностическими возможностями обладают позитронно-эмиссионные томографы. Потребность на сегодняшний день в Российской Федерации составляет 90–95 томографов. В то же время сейчас в Российской Федерации функционирует только семь позитронно-эмиссионных томографов, из которых три располагаются в Москве, три – в Санкт-Петербурге, и в конце 2009-го – начале 2010 года ещё ПЭТ открыт в Челябинске. На следующем слайде, который представлен, вы видите, как выглядит кабинет позитронно-эмиссионной томографии и результаты исследований на этом аппарате.

Что касается наших конкурентов. В США сегодня работает 300 полных центров позитронно-эмиссионной терапии и более 1500 отделений, оснащённых этими томографами. Таким образом, сегодня один томограф такого рода приходится менее чем на 200 тысяч человек в Соединённых Штатах. И, несмотря на эту ситуацию, в ближайшие несколько лет в США ожидается резкий рост рынка радиофармпрепаратов. Уже в 2009 году объём рынка составил 1160 миллионов долларов, и к 2017 году, несмотря на тот высокий охват, который есть, они будут наращивать объём этого рынка ещё в четыре раза. Такой резкий рост они ожидают за счёт увеличения количества исследований в кардиологии, онкологии и неврологии с использованием не только традиционных маркеров, но и с появлением уже более эффективных. Кроме того, на сегодняшний день в США уже появились мобильные установки позитронно-эмиссионных томографов, что позволяет эту технологию делать более доступной для населения.

Что касается нас, то, Вы во вступительном слове сказали, наша потребность – это 50 тысяч человек. И в настоящее время в России есть единственное отделение радионуклидной терапии, здесь, в Обнинске. Сейчас, как я уже сказала, открыто отделение радионуклидной терапии в Челябинске. Средний показатель обеспеченности радионуклидной терапией сегодня в европейских странах – одна активная койка на 340 тысяч населения, в России таких активных коек 50, все они находятся здесь, в Обнинске, и 8 активных коек будет открыто в Челябинске. Это в 15 раз меньше того объёма, который должен быть в Российской Федерации.

Если следовать рекомендациям Всемирной организации здравоохранения, то необходимо иметь три линейных ускорителя на один миллион населения. Это более 400 установок. В настоящее время линейных ускорителей в Российской Федерации не больше ста, около половины из них отечественного производства, но, к сожалению, как и в случае с другими приборами, они тоже имеют достаточно высокий износ.

Успехи лечения онкологических, сосудистых, эндокринных заболеваний во многом также определяются внедрением современных методов радиохирургии. По экспертным данным, таких высокотехнологичных радиохирургических вмешательств, как известный всем гамма-нож, требует приблизительно 211 больных на один миллион населения. Это 30 тысяч человек в год.

В 2009 году в нашей стране была оказана помощь лишь только 700 пациентам, у нас имеются только два таких гамма-ножа, и те функционируют исключительно на коммерческой основе.

Вы знаете, что для снижения смертности и инвалидизации населения страны в результате онкологических заболеваний в рамках национального проекта «Здоровье» в 2009 году мы запустили национальную онкологическую программу.

Я не буду повторять принципы этой программы, скажу только одно: если мы будем работать такими темпами, которые задали себе сейчас, то к 2016 году в России будет действовать не менее 14 центров позитронно-эмиссионной терапии, 90 радионуклидных лабораторий и семь отделений радионуклидной терапии, что существенно ниже того, что мы имеем на европейском рынке и на рынке Соединённых Штатов. Но при этом я хочу заметить, что инвестирование одного доллара в радионуклидную диагностику и лечение приносят государству от 4,5 до 6 долларов экономии. Это в первую очередь связано с тем, что мы можем с помощью этих методов выявлять больных на более ранних стадиях и, соответственно, применять более дешёвые методы лечения и экономить на последующих социальных последствиях такого рода заболеваний.

Министерством здравоохранения и социального развития и Федеральным медико-биологическим агентством совместно с Росатомом разработан проект организации производства новых радиофармпрепаратов и медицинских изделий. Этот проект уже поддержан комиссией и получил соответствующее финансовое обеспечение в решениях Правительства. Я попытаюсь коротко об этом сказать в нашей части. Размер финансирования в части здравоохранения для 2010 года составляет 557 миллионов рублей. Эти средства будут направлены на проектирование и реконструкцию завода медицинских радиоактивных препаратов Федерального медико-биологического агентства в Москве для организации производства новых радиофармпрепаратов. 385 миллионов рублей – в 2010 году. И, соответственно, 90 – в 2011-м и 140 миллионов – в 2012-м. Что это нам даёт? Это даёт возможность реконструировать производственные мощности согласно требованиям GMP, и мы предполагаем производство четырёх новых радиофармпрепаратов.

Это генераторный изотоп галлий-68, который позволяет обнаруживать микрометастазы на ранних стадиях. Для потребностей населения России необходимо организовать 10 таких установок.

Второе – это генератор стронций/рубидий-82, который применяется при диагностике пациентов с подозрением на заболевание коронарной артерии. Кроме этого, он может применяться при изучении функций головного мозга, желудочно-кишечного тракта, печени и почек. В настоящее время генератор рубидий-82 не производится ни в Европе, ни в Азии. Он является отечественной разработкой Института ядерных исследований РАН. Плановый выпуск генераторов – до 500 штук в год в расчёте до 2015 года. Из них для покрытия потребностей России нужно 300 штук, соответственно, остальные 200 могут быть направлены на экспорт.

Третье направление новое – это препараты на основе пептидных носителей с адресной доставкой. Во всём мире в качестве наиболее перспективных носителей сегодня рассматриваются пептиды. И создание радиофармпрепаратов на основе этих пептидных носителей повышает эффективность ранней диагностики и контроля лечения целого ряда опухолей, таких как рак молочной железы, матки, яичников, печени и простаты. По сравнению с другими странами Россия наиболее близка к началу производства подобных препаратов.

И особого внимания заслуживает рений-188. Препараты на его основе позволяют осуществлять радионуклидную диагностику новообразований скелета, метастаз опухолей различной локализации в кости, воспалительных заболеваний опорно-двигательного аппарата, и, что также важно, применение терапевтических препаратов на основе рения-188 позволяет препятствовать тромбообразованию. Подобные препараты на сегодняшний день не имеют аналогов за рубежом. Плановый выпуск рения-188 – до 80 тысяч штук в год, что покрывает потребности России до 2015 года. И здесь же в этих рамках планируется производство традиционных радиофармпрепаратов, которые мы давно используем, – йод-123 и йод-131, индий и хром. И организация этого производства полностью позволит нам решить проблему импортозамещения.

Вторая часть этого проекта – это проектирование и строительство завода медицинских радиоактивных препаратов по выпуску молибден/технеций-генераторов для радионуклидной диагностики. Эта лаборатория будет располагаться здесь, в Обнинске. На эти цели в 2010 году предусмотрено 172 миллиона рублей, и в 2011–2012 годах потребуется по 20 миллионов рублей.

Выпуск новых молибден/технеций-генераторов состоит из двух этапов. Первый – это наработка молибдена, которая осуществляется силами Росатома, и вторая часть – это часть медицинская. Мы имеем данные Росатома, и на основе этих данных производство молибдена к 2013 году достигнет 80 тысяч кюри, потребность молибдена для производства генераторов в 2012 году для нас составит 12–15 тысяч кюри и в 2015 году – до 25 тысяч.

Второй блок, который был предложен нами совместно с Росатомом, – это проекты создания центров ядерной медицины, макет одного из которых Вы видели при входе в здание. Они представляют собой кластеры, которые включают наряду с научно-образовательным блоком производство радиофармпрепаратов для обеспечения проведения диагностических процедур и процедур лучевой диагностики и терапии, а также лечебно-диагностический комплекс для больных с онкологическими, сердечно-сосудистыми и другими заболеваниями. И принципиально важно, что эти центры должны размещаться непосредственно рядом с объектами атомной промышленности.

Мы изначально в рамках этого направления планировали создание трёх таких центров. По одному из них – в Димитровграде Ульяновской области – решение уже принято, соответствующие средства предусмотрены. Проект стоит в целом 13,9 миллиарда рублей. Для того чтобы охватить потребности всей Российской Федерации, нужно ещё два таких центра. И такими точками для создания центров мы рассматривали Обнинск и Томск. Тогда мы, как я уже сказала, покрываем потребности всей страны и закрываем все регионы Российской Федерации. Но, однако, учитывая стоимость – 13,9 миллиарда рублей на весь срок строительства, пока решения по обнинскому и томскому центрам у нас нет.

Немаловажной составляющей этого кластерного подхода, а также онкологической программы, которую мы ведём по 2009 году, является подготовка высококвалифицированных медицинских кадров. Для этого запланировано увеличение подготовки врачей по специальностям: онкология, рентгенорадиология, радиология – до 500 человек к 2012 году с сохранением этих объёмов до 2016 года. В настоящее время количество таких подготавливаемых специалистов в год – не более 200 врачей.

Кроме этого, разрабатываются проекты магистерских программ по направлениям медицинской физики, медицинской техники для обеспечения подготовки не менее 200 человек ежегодно из числа выпускников технических вузов, получивших квалификацию бакалавра. Здесь есть все возможности наших образовательных учреждений как в Москве, так и здесь. По сути, в структуре кластеров ядерной медицины будут созданы учебно-методические подразделения и бизнес-инкубаторы, деятельность которых будет направлена на укомплектование высококвалифицированными специалистами.

Ещё одна тема, от решения которой во многом зависит уровень инновационности российского здравоохранения, это тема, которая связана с развитием отечественной медицинской промышленности и созданием отечественного конкурентоспособного диагностического и лечебного оборудования. Однако должна сказать, что формирование рынка российских изделий медназначения не является самоцелью, все наши действия должны быть направлены на повышение доступности медицинской помощи населению при соответствующем её качестве. Но здесь есть ещё некоторые законодательные ограничения, которые нам предстоит разрешить, для того чтобы гармонизировать своё законодательство в части изделий медицинского назначения с аналогичным европейским законодательством с точки зрения клинических исследований и допуска на рынок.

Что же касается ресурса отечественной атомной промышленности, то он может быть эффективно использован для разработки и производства стратегически значимого оборудования и изделий медицинского назначения, таких как сверхпроводящие магниты, гамма-томографы, позитронно-эмиссионные томографы, циклотроны, установки для высокочастотной радиохирургии и системы протонной и фотонной терапии. По той информации, которая, я думаю, сегодня будет представлена Росатомом, им разрабатывается и организуется производство циклотронов для центров позитронно-эмиссионной терапии, линейных ускорителей, аппаратуры для брахитерапии и так далее. Опытный экземпляр гамма-томографа, который мы имеем на сегодняшний день, прошел медицинские испытания, зарегистрирован как медицинское изделие и ничем не уступает зарубежным аналогам, более того, он существенно дешевле, чем аналогичные зарубежные изделия.

И ещё одна тема – это потребность российского здравоохранения в МРТ-исследованиях. Эта потребность составляет сегодня, по данным Всемирной организации здравоохранения, не менее 5 процентов населения в год. В России потребность в магнитнорезонансных томографах сегодня составляет 1400 единиц. Существующий парк МРТ сегодня составляет 250 высокопольных магнитов и около 200 открытых магнитов, включая частные. Для создания отечественного производства нам необходимо наряду с разработкой сверхпроводящего магнита развивать и другие технологии, которые на сегодняшний день импортируются в нашу страну. Это производство многоканальных градиентных и приёмно-передающих катушек, градиентных систем, цифровых программ электронной обработки данных. Также необходима разработка отечественных контрастных препаратов.

Для ускоренного развития отечественной медицинской промышленности необходимо привлечение к организации отечественных производств, крупных зарубежных научных институтов и компаний-производителей. К сожалению, составляющая инжиниринга во всей этой структуре производства у нас не соответствует тем требованиям, которые предъявляются к такого рода разработкам. Формами взаимодействия могут являться создание совместных компаний, закупки соответствующих лицензий и технической документации, организация повышения квалификации и подготовки кадров.

На следующем слайде представлены целевые показатели реализации всех тех направлений, о которых я сказала. Я лишь хочу обратить внимание на первый и последний из них. Что нам это позволит? Это позволит улучшить показатель ранней выявляемости злокачественных новообразований, на I и II стадиях заболевания, с 40 до 75 процентов и снизить показатели смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и злокачественных новообразований на 25–30 процентов. Таким образом, мы полагаем, что активное сотрудничество нашего Министерства, корпорации «Росатом», Минпромторга и Минобрнауки в рамках такого комплексного проекта позволит создать новую для страны медицинскую отрасль – ядерную медицину, и существенно повысит инновационный потенциал отечественного здравоохранения. И в этой связи представляется целесообразным поручить нам разработать и представить на рассмотрение Комиссии при Президенте комплексную программу развития ядерной медицины в Российской Федерации, которая позволила бы решить все те проблемы, о которых сейчас было сказано.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Поручение, конечно, получите, сомнений нет.

Сергей Владиленович, добавьте коротко по Вашей линии.

С.Кириенко: Спасибо.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Следующий слайд – собственно, начало цепочки, о которой Татьяна Алексеевна говорила, это изотопы. Дмитрий Анатольевич, у нас здесь картина такая. По промышленным изотопам мы сегодня уже занимаем высокую долю в мире, 22 процента всех промышленных изотопов в мире произведены в Российской Федерации. По некоторым из них, гелию-3, никелю-63, мы вообще единственные мировые производители промышленных изотопов. То есть это практически монополия.

В медицинских изотопах ситуация хуже, потому что основной медицинский изотоп – это молибден-99, о котором Татьяна Алексеевна уже говорила, нас там ноль, мы вообще не участвуем на этом мировом рынке, а это 80 процентов всех изотопов. При этом темпы роста рынка медицинских изотопов сегодня 6 процентов в год.

Следующий слайд, пожалуйста. Открылось уникальное «окно возможного». В прошлом году остановились два крупнейших реактора – наработчика молибдена. Это Голландия, которая давала 25 процентов, и Канада, которая давала 35 процентов. Реакторы старые, канадскому – 56 лет. Они остановились. Дыра на рынке – 25 процентов. По оценкам международных организаций, в этом году 7 миллионов доз не хватит, то есть примерно 5–6 миллионов человек в мире не получат обследования, которое им положено по медицинской страховке. Мы решили воспользоваться этим «окном возможного» и, собственно, в этот дефицит зайти. Потому что в чём наше преимущество? Первое ключевое преимущество в Димитровграде, как раз там, где уже принято решение о создании центра, у нас есть три реактора, действующие реакторы, их не надо строить, а наличие трёх реакторов даёт очень высокую степень надежности. После того как закрылись те два реактора, мир очень требователен к гарантиям. Три реактора на одной площадке плюс запас Советского Союза, у нас там есть свободные радиохимические лаборатории, которые не надо строить, мы можем мгновенно их освободить. И мы заключили, пользуясь этим, эксклюзивный контракт с поставщиком оборудования. То есть у нас сейчас контракт такой, что до тех пор, пока наша линия не выйдет на стопроцентную мощность, никто больше не имеет права у них купить. То есть это означает, что мы это «окно возможного» перекрыли. По нашим оценкам, мы уже к декабрю этого года…

Следующий слайд – это, собственно, проект, который в рамках ядерной медицины Вами утверждён, своё финансирование мы в конце прошлого года открыли, чтобы не потерять время. Уже в марте получили бюджетное финансирование, оборудование закуплено, первая партия уже отгружена с завода в Германии. К декабрю этого года мы уже выйдем на объём 600 кюри в неделю, а это в десять раз больше, чем сейчас производится в Российской Федерации. Соответственно, в 2011 году будет уже 2 тысячи кюри в неделю и к началу 2012 года – 2,5 тысячи кюри в неделю. Мы полностью перекроем все потребности, о которых говорила Татьяна Алексеевна, и сможем занять до 20 процентов мирового рынка.

Следующий слайд, пожалуйста. Обращу внимание только на нижние графики – это темпы роста рынка услуг по ядерной медицине, поскольку после 2000 года пошел резкий, взрывной рост в мире, связанный с тем, что её стали включать в госпрограммы страхования. С 2005 по 2010 год темпы роста услуг в ядерной медицине – 35 процентов. Но правый график показывает, что здесь есть своя особенность: всегда чем выше уровень передела, тем больше добавленная стоимость, но в ядерной медицине это особенно заметно. То есть всё, о чём мы говорим сейчас, – это первые части цепочки, наша часть. А то, о чём говорила Татьяна Алексеевна, – инжиниринг и собственно услуга по лечению, – там основная добавленная стоимость. И, вообще говоря, нам надо ставить задачу выхода на этот рынок.

Следующий слайд. Здесь то, что мы можем делать, четыре типа продукции, которые мы делаем уже сейчас, Татьяна Алексеевна о ней сказала. Спасибо большое, Татьяна Алексеевна, за то, что Вы дали добрую оценку. Мы сами, конечно, понимаем, что это с авансом, поскольку если к лучшим стандартам прицениваться, то у нас есть отставание.

Другой вопрос, Дмитрий Анатольевич (мы красным выделили, в чём наши недостатки, зелёным – наши преимущества), Вы видите, что все сущностные характеристики наших приборов: мощность, поток нейтронов или протонов, всё, что нам потребуется, – они соответствуют абсолютно. Проблема софта, проблема системы планирования лечения, то есть программный продукт к нему, – это на самом деле сложно, но можно сделать, то есть это не непреодолимые вещи. Причём действительно все эти приборы уже работают, они прошли соответствующую сертификацию, первый проект уже одобрен соответствующей группой под руководством Виктора Борисовича Христенко. Директоры институтов, которые делают эти приборы, здесь находятся, они смогут, если надо, дать соответствующие комментарии.

То, чего у нас не хватает, Дмитрий Анатольевич, мы можем добирать очень просто. Используя свои серьёзные ресурсы в изотопах, в поставках изотопов на мировой рынок, мы можем предлагать ключевым производителям в мире создание совместных предприятий в Российской Федерации с переносом сюда недостающего производства и с увеличивающейся долей локализации, используя те наработки, которые у нас есть в других направлениях.

Следующий слайд. Собственно, здесь уже инновации. Мы понимаем, что всё, что мы там можем сделать, – это модернизация, просто совершенствование техники, которая у нас есть сегодня. Каковы основные направления инноваций в атомной медицине? Это компактизация устройств, чтобы приборы были всё меньше и меньше, основа – сверхпроводники, и здесь у нас уникальный задел за счёт международного проекта ИТЭР, Большого адронного коллайдера, где российские предприятия делают как раз сверхпроводящие магниты. Следовательно, мы не можем, скажем, сегодня сделать магнитнорезонансный томограф полностью, который нужен Татьяне Алексеевне, но если мы сюда затащим производителя, то самую дорогую его часть, сердце – сверхпроводящий магнит, мы сделать уже можем.

Второе – это новые материалы и среды, уникальная вещь, компактный генератор нейтронов, когда не больного крутят вокруг прибора, а прибор можно привезти к больному. Здесь можно смело сказать, что это, пожалуй, лучший образец в мире на сегодняшний день, это просто побочный продукт ядернооружейного комплекса.

Качество планирования лечения – это и программное моделирование, здесь мы можем сработать группой, которая занимается суперкомпьютерным и программным моделированием, и с учётом той программы и того количества оборудования, которое сейчас приобрёл Курчатовский институт, когда всю цепочку можно восстановить в Курчатовском институте, можно моделировать всё, включая воздействие на человека, и отрабатывать биологические эффекты. Вот, собственно, наиболее перспективные вещи – это активные системы воздействия и это оценка биологической эффективности – приоритеты международного сотрудничества.

Следующий слайд. Здесь подробно описаны такие примеры, хотя из предыдущего слайда могу сказать только одно. Татьяна Алексеевна говорила о новом поколении – это протоны и ионы. В России нет сегодня ионных центров, ионного лечения. В мире всего три: два – в Японии, один – в Германии.

В 50 километрах от Обнинска, в Протвино, есть филиал Института физики высоких энергий, где есть уникальный комплекс, в который Советский Союз вложил уже около 100 миллионов евро – в советские годы. Вообще его можно совершенно спокойно сделать филиалом обнинского центра, который сегодня делает Минздрав, и попробовать сделать такой первый в Российской Федерации.

Следующий слайд. Дмитрий Анатольевич, вот здесь, собственно, картинка всей цепочки, потому что мы понимаем, что если действительно всерьёз заниматься, то задача перед нами не только в том, чтобы удовлетворить потребности Минздрава. Мы должны, конечно, прицелиться на мировой рынок, поскольку российский рынок при всём масштабе программы Минздрава, конечно, недостаточен. Мы говорим сегодня про 100–200 томографов. Годовая программа одного завода «Сименса», а у «Сименса» два таких завода, – это 1000 компьютерных томографов в год. То есть 2000 в год на двух заводах. С программой в 200 мы конкурентоспособного продукта, конечно, не сделаем. Поэтому нам нужен мировой рынок.

Вот так устроен сегодня мировой рынок. Пять ключевых переделов, пять крупных компаний сегодня контролируют 80 процентов этого рынка. Активно идут слияния. «Дженерал электрик» собрала всю цепочку; «Сименс» недавно прикупил «Байер диагностикс», добрал себе недостающую компетенцию.

Мы попробовали описать, что имеет Россия. Мы почти везде имеем соответствующие заделы или в лице Росатома, в лице Минздрава и ФМБА, в лице Курчатовского института. У нас дыра довольно серьёзная в новых разработках оборудования и в инжиниринге, это как раз то, чего надо добирать. Мы структурировали, чего нам не хватает. Это те самые размены: размениваемся на изотопы, можем создавать совместные предприятия с локализацией здесь, поскольку один из лидеров – «Сименс». А у нас одобрена интеграция «Сименса» в ядерной отрасли с точки зрения строительства атомных энергоблоков. Отношения сейчас очень хорошие, мы уже ведём переговоры, и, собственно, если объединяться, так объединяться, – какая разница, уже и в медицине тоже степень доверия достаточно высока.

И третье – покупать, просто пользуясь тем, что кризис ещё не кончился, покупать инжиниринги, в специализированном проектировании, где у нас совсем слабовато, просто покупать компании в мире. Мы поиск уже ведём, одну из компаний с ОНЭКСИМом вместе подобрали, продолжаем поиск. Думаю, что в ближайшее время, за этот год, должны приобрести несколько ключевых компаний, для того чтобы добрать себе необходимую компетенцию.

Д.Медведев: Вы купите что‑нибудь, а то больше болтовни пока на эту тему: мы это купим, это купим. Я и к Вам обращаюсь, и к ОНЭКСИМу.

С.Кириенко: Задачу поняли.

Дмитрий Анатольевич, и последнее, о чём хотел сказать. Мы понимаем, что, кроме масштабной задачи в самой ядерной медицине, это ещё и переход на колоссальный рынок. Потому что то, чем мы сейчас занимаемся вместе с Минздравом, и с точки зрения источников, и с точки зрения оборудования, и с точки зрения науки, приводит нас к комплексному рынку радиационных технологий, в которых медицинский рынок – это только одна часть. Вот здесь мы нарисовали, как устроен сегодня мировой рынок радиационных технологий: это и упрочнение материалов, это и стерилизация, огромный рынок. Мы уже заключили первый договор в Татарстане по установкам по стерилизации зерна, и в этом году уже первые эксперименты по стерилизации будут происходить.

Общий объём рынка радиационных технологий уже сейчас, в этом году, – 110 миллиардов долларов. Ежегодный темп роста этого рынка – 25 процентов. Прогноз экспертов, что в 2020 году рынок будет до 1 триллиона долларов, то есть есть за что бороться.

Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Спасибо.

Давайте перейдём к правовому режиму в Сколкове.

Эльвира Сахипзадовна, Вам слово.

Э.Набиуллина: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Моё выступление будет касаться предложений по правовой основе создания и обеспечения реализации проекта «Сколково».

Мы в соответствии с Вашим поручением продумали, каким бы мог быть правовой режим, для того чтобы этот проект был наиболее эффективным. Предлагается, чтобы этот проект и особенности правового режима устанавливались отдельным законом, и этот закон устанавливал бы следующие особенности.

Первое – это налоговые и таможенные льготы. Второе – упрощённые градостроительные процедуры. Третье – упрощённые правила технического регулирования. Четвёртое – специальные санитарные правила и правила пожарной безопасности. И пятое – облегчённые условия взаимодействия с органами власти. И прежде всего эти особенности касаются той задачи, которую Вы поставили, с тем чтобы снять административные барьеры для функционирования участников этой зоны.

Управление проектом предполагает, что оно будет осуществляться специально созданным юридическим лицом в виде фонда, и для осуществления своей деятельности фонд вправе создавать хозяйственные общества. При этом мы понимаем, что возникают вопросы, связанные с сочетанием функций государственного, муниципального управления и функций хозяйственного ведения, может возникнуть конфликт интересов. Поэтому при подготовке законопроекта мы, безусловно, продумаем, как наиболее эффективно решить эту задачу: действительно создавать одно юридическое лицо, где объединяются эти функции, либо создать две организации, два юридических лица.

На третьем слайде представлен перечень тех юридических лиц, которые будут функционировать на территории Сколкова. Прежде всего это юридические лица, которые осуществляют функции по управлению проектом «Сколково», и учреждённые ими юридические лица.

Второе – это, наверное, самое главное, это участники проекта, то есть специально создаваемые юридические лица, которые осуществляют научную, научно-техническую или иную аналогичную деятельность.

И третье – это организации, которые обеспечивают интеллектуальными услугами эти юридические лица. Например, проведение анализа баз данных, проведение каких‑то расчётов. И на эти три категории мы предлагаем распространять льготы: налоговые и таможенные льготы. Кроме того, на территории Сколкова, безусловно, будут работать организации, которые обеспечивают просто деятельность и досуг, и функционирование инфраструктуры, общественное питание, благоустройство.

Безусловно, ещё одна из категорий, которую нужно рассматривать специально, – мы предполагаем, что на территории Сколкова будут работать R&D-центры крупных компаний, и кроме R&D-центров, которые подпадают под понятие участников, могут быть и штаб-квартиры этих крупных компаний, если они этого захотят. Вот на эти две категории не предполагается распространять специальные льготы, предполагается, что они будут действовать в рамках общего режима.

На четвёртом и пятом слайдах представлены функции фонда, который будет специально учреждён. Это две основные функции. Первая связана с эксплуатацией, строительством объектов инфраструктуры и организацией деятельности практически всей территории.

Основных функций достаточно много. Это и организация строительства объектов инфраструктуры, их эксплуатация, это самостоятельное принятие планов комплексного развития территорий взамен муниципальных документов территориального планирования, это организация электро-, тепло-, газо-, водоснабжения. То есть фонд будет нести ответственность за организацию этих процессов. За организацию транспортного обслуживания на этой территории, а это будет достаточно большая территория. Вместо муниципального – организация негосударственной системы общего и дошкольного образования, организация медицинской помощи, тоже негосударственной системы.

И вторая функция, по сути дела, главная функция – это работа с участниками деятельности центра. Фонд будет осуществлять процедуры придания статуса участникам и лишения этого статуса в соответствии с определёнными правилами, которые утверждаются фондом, мониторить результаты деятельности участников этого фонда. Это основное, что требуется от фонда, – работа с участниками.

Теперь о статусе участников, кто может быть участниками фонда. Требуется специальная регистрация юридических лиц на территории Сколкова. При этом эти юридические лица, которые будут участниками фонда, должны реализовывать один или более проектов, которые будут подвергаться специальной процедуре отбора. Проекты будут отбираться с привлечением экспертов, научного совета, о котором Вы сегодня говорили, и в этом научном совете будут и зарубежные представители, международные эксперты. Поэтому это будет высокого уровня отбор проектов, под которые будут создаваться юридические лица. Статус участника будет придаваться путём включения в специальный реестр участников фонда, и срок обладания статусом участника составляет десять лет с момента его приобретения. Возможно и досрочное прекращение статуса участника, если сам участник откажется либо будет нарушать правила осуществления деятельности на территории реализации проекта «Сколково». Такие правила будут существовать.

Д.Медведев: Да, это тоже достаточно важная вещь. Как бы ни работал этот участник, каких бы результатов он ни добивался, через десять лет его статус будет прекращён?

Э.Набиуллина: Да.

Д.Медведев: То есть это максимальный срок существования в качестве участника и получения соответствующих льгот?

Э.Набиуллина: Мы предлагаем десять лет. На наш взгляд, это разумно, для того чтобы реализовывать в том числе длительные и масштабные проекты и получать от них эффект.

Д.Медведев: Понятно.

Э.Набиуллина: Режим использования имущества. Предлагается, чтобы земельные участки на территории проекта «Сколково» могли находиться только в собственности фонда и не передавались в собственность третьих лиц и даже участников проекта. При этом сами объекты недвижимости, помимо земли, офисные, жилые помещения, инфраструктура могут создаваться и находиться как в собственности фонда, так и в собственности юридических лиц, созданных с участием фонда, и третьих лиц – инвесторов. Главное для нас – целевое использование этих объектов, оно строго ограничено, может использоваться и приобретаться в собственность только в рамках, если используется в строго определённых целях. При этом жильё, на наш взгляд, должно предоставляться только в аренду. Мы, готовя эти предложения, обсуждали, должно ли предоставляться жильё в собственность. Моё мнение, что только в аренду, потому что иначе возможна переориентация этого жилого фонда, и так далее.

Д.Медведев: Иначе через 15 лет там будет новая Рублёвка просто.

Э.Набиуллина: В общем, да. Близость к Москве и большой потенциал коммерциализации этого проекта. Нам нужно обеспечить его целевое использование.

Д.Медведев: Нам нужно, чтобы там были учёные и специалисты.

Э.Набиуллина: Участникам этого проекта нежилые, офисные помещения, недвижимость может предоставляться в аренду на льготных условиях, остальным – не участникам, а, скажем так, обслуживающим структурам, предоставляется в аренду на стандартных условиях. Такой режим предлагается по использованию имущества.

На 8-м слайде обозначены предложения по налоговому режиму. Вы уже сказали по участникам фонда. Спасибо большое за это решение. Действительно, это важно для того, чтобы участники фонда, которые ведут научную и иную деятельность, могли осуществлять это эффективно. У нас остается ещё не до конца разрешённым вопрос, связанный со льготами для самого фонда и хозяйственных обществ, которые будут создавать фонд для обеспечения жизнедеятельности проекта. Мы этот вопрос проработаем. Это касается прежде всего налога на прибыль от основного вида деятельности, потому что и обязательно страховые взносы, и налог на доходы физических лиц предлагается платить в соответствии с законодательством.

Д.Медведев: Эльвира Сахипзадовна, проработайте в двухнедельный срок с привлечением Министерства финансов, других уважаемых товарищей, и доложите мне, с тем чтобы у нас, как я сказал, была полная определённость где‑то к середине мая, а к концу мая появился законопроект, который мной будет внесён в Государственную Думу. Точнее, даже не законопроект, а серия законопроектов.

Э.Набиуллина: Также вопрос, который необходимо нам дополнительно проработать, касается льготного таможенного режима. У нас здесь два вопроса, по которым мы не до конца проработали плюсы и минусы. Я скажу честно: сейчас мы не готовы ещё дать ответ, на кого будет распространяться льготный режим – только на участников проекта или также на сам фонд и его организации при приобретении оборудования, необходимого для функционирования, и участников фонда, и строительства инфраструктуры. Это первый вопрос.

И второй вопрос. В какой форме будут предоставляться эти льготы – как некоторое освобождение либо как возврат уплаченных пошлин, если это будет целесообразно? Мы также, соответственно, до середины мая проработаем этот вопрос и Вам доложим.

Следующий слайд – условия привлечения иностранных работников. Безусловно, для эффективного функционирования проекта «Сколково» – это ключевой вопрос, вопрос облегчённого приглашения специалистов, высококвалифицированных специалистов.

На наш взгляд, эта тема решается в рамках подготовленных сейчас изменений в законодательство. Они находятся в Думе и уже в высокой степени готовности для рассмотрения во втором чтении. Касается этот законопроект отмены квотирования для высококвалифицированных специалистов. Сейчас у нас от квотирования освобождаются приказом Минздравсоцразвития определённые категории работников. Но критерием является не квалифицированность, а критерием являются должности. Мы предлагаем, чтобы был достаточно простой критерий: что такое высококвалифицированный специалист. И этот критерий относится к уровню оплаты труда, уровень заработной платы которых не менее 2 миллионов рублей в год. То есть предполагается, что работодатель, который готов платить такую заработную плату, получает высококвалифицированных специалистов. При этом даётся право Правительству в определённых случаях снижать эти планки. Это может быть сделано и для Сколкова, если в этом будет необходимость. И для этих категорий работников предлагается упростить и миграционный режим, и механизм, и сроки получения рабочей визы, разрешения на работу.

Следующие особенности также очень важные, на наш взгляд, здесь все особенности важны, – особенности технического регулирования. Это очень важно для инновационной продукции. Мы уже не раз обсуждали и на Комиссии по модернизации и технологическому развитию вопрос технического регулирования. Он становится критическим для реализации этого проекта. Поэтому предлагается, чтобы использование и ввоз новой продукции иностранного производства, а также использование новой продукции отечественного производства происходили либо по документам о подтверждении соответствия международным документам, если они есть, либо даже без таких документов. В этом случае фонд, уполномоченная им организация, берет на себя риски, ответственность за безопасность использования этой продукции. Это, безусловно, ответственность фонда и организации, но, на наш взгляд, это очень важно для того, чтобы облегчить эти процедуры.

Д.Медведев: Я уже сегодня немного с Вами это обсуждал, это действительно важно, иначе всё, что мы там будем строить, это будет просто прошлый век.

Э.Набиуллина: Абсолютно.

Д.Медведев: Я вчера, может быть, кто‑то видел, посещал особый дом в Дании, который построен на замкнутой системе энергосбережения за счёт использования солнечного света. Он сам себя регулирует и так далее. Так вот если действительно такой дом создавать в Сколкове, то, по всей вероятности, на основе действующих нормативов он просто туда не пройдёт. Но хотел всех вас проинформировать, что я принял решение построить такой дом в Сколкове. Поэтому занимайтесь и вопросами в том числе безопасности, специальное регулирование должно быть на эту тему. Вообще, чем больше такого рода объектов там появится, тем лучше будет наш этот новый центр.

Э.Набиуллина: Мы предлагаем также, чтобы на территории Сколкова действовали при необходимости, а, на мой взгляд, такая необходимость есть, отдельные санитарные правила и правила пожарной безопасности, которые будут приниматься. Кроме того, мы считаем, то, что будет наработано в Сколкове, можно будет постепенно распространять и для всех, потому что это для всех огромные административные барьеры, которые существуют в целом для инновационной продукции.

Следующая страница – особенности реализации прав на интеллектуальную собственность. Безусловно, деятельность на территории Сколкова будет связана с созданием объектов интеллектуальной собственности, с их защитой, с их коммерциализацией. Здесь, на наш взгляд, также нужны особые процедуры. Считаем необходимым создание специального подразделения Роспатента, которое бы действовало в дружелюбном и ускоренном порядке, скажем так. При этом предполагаем, что безусловные права должны быть у участников на объекты интеллектуальной собственности и в случаях работы по государственным, муниципальным контрактам. Это позволит, безусловно, ускорить коммерциализацию таких объектов.

Также мы обсуждали вопрос в ходе подготовки этих предложений, будет ли иметь право фонд и его организации на часть этих прав, потому что это обеспечивающая структура. Считаем, что нет, в этом нет необходимости, фонд должен действовать с точки зрения организации всей работы, но не претендовать на получение прав на объекты интеллектуальной собственности. Также считаем необходимым рассмотреть возможность субсидирования расходов участников на патентование, иногда это для малых предприятий достаточно большие средства, поэтому такую возможность предусмотреть также важно.

14-й слайд продолжает тему специальных подразделений. На наш взгляд, нам необходимо будет предусмотреть специальные подразделения наших федеральных органов, мы здесь перечислили каких: МВД, ФМС, ФНС – Федеральной налоговой службы, Федеральной таможенной службы, для того чтобы создать административно благожелательную среду. При этом законопроектом из юрисдикции органов местного самоуправления на этой территории будет исключена часть вопросов и часть полномочий, которые будут осуществляться, соответственно, фондом, в том числе вопросы территориального планирования и земельных отношений в части резервирования и изъятия земель на территории реализации проекта «Сколково».

Д.Медведев: Единственное, о чём надо подумать, всё‑таки над тем, кто будет эти функции осуществлять. Как мы с Вами предварительно обсуждали, окончательное решение мне подготовьте и доложите. Я имею в виду, естественно, не отдельные подразделения, они там и будут расквартированы, а функции, которые исключены из юрисдикции органов местного самоуправления, то есть каким образом будут осуществляться эти полномочия на территории Сколкова.

Э.Набиуллина: То есть отдельное юридическое лицо или юридическое лицо вместе с хозяйственными функциями?

Д.Медведев: Например. Просто нужно окончательно избрать вариант, но нужно это сделать «на ясном глазу».

Э.Набиуллина: Хорошо.

И два последних вопроса. Особенности регулирования градостроительной деятельности также очень важны именно в первоочередном порядке, потому что сейчас начнётся работа уже по строительству, если можно так сказать, и обустройству инфраструктурой этой территории. Нужен упрощённый порядок перевода земель из одной категории в другую – это надо делать на основании федерального закона, не применение на территории Сколкова общих правил землепользования и застройки, а именно фонд будет утверждать собственную документацию комплексного развития территории. При этом предполагается, что фонд будет осуществлять функции по госэкспертизе проектной документации, если в этом будет необходимость, и нести ответственность за безопасность построенных зданий.

Фонд также будет выдавать разрешение на ввод объектов в эксплуатацию, и мы законом должны будем прописать признание разрешений фонда в качестве документа для цели регистрации прав на объекты недвижимости. Кроме того, предполагается ускоренная передача земель, находящихся в федеральной собственности, в ведение фонда, и упрощённая передача земель, находящихся в частной собственности, тоже для целей формирования фонда.

Все эти особенности требуют: первое – подготовки отдельного законопроекта, посвящённого проекту «Сколково», и внесения соответствующих изменений в законодательство. На последнем слайде перечислены те законы, в которые необходимо будет внести изменения в общем пакете, который мы подготовим к концу мая.

Д.Медведев: По земле сразу хочу сказать. У нас, как у любого государства, есть свой опыт такого рода упрощённой передачи, изъятия, закрепления земли. Это нужно взять под контроль, я поручаю заняться этим и представителям Администрации, и Правительства, с тем чтобы у нас эта процедура не растеклась на годы. Это не подготовка к Олимпиаде-2014, всё нужно сделать быстро и твёрдо.

Спасибо большое.

Коллеги, это довольно серьёзная информация, я думаю, для всех интересная. От успешности реализации этой правовой основы создания проекта «Сколково» зависит то, насколько у нас всё это получится. Те преференции, которые были мною названы, – существенные. Я думаю, здесь никто это отрицать не будет, и мы на них пойдём именно потому, что мы хотим, чтобы этот проект был живым, а не дохлым, не высосанным из пальца и не придуманным в кабинете. Чтобы он был действующим проектом.

Я готов дать другим коллегам слово для коротких ремарок.

Анатолий Дмитриевич, пожалуйста.

А.Артамонов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые участники сегодняшнего совещания, которое проходит в городе Обнинске, спасибо за то, что это случилось именно так.

Я хотел бы взять на себя смелость сказать, что и по первому, и по второму вопросам город Обнинск мог бы к реализации этих проектов иметь самое непосредственное отношение, имея некоторые преимущества, для того чтобы в них поучаствовать.

Что касается создания ядерных радиологических центров. Такой центр, единственный на сегодняшний день, пока существует в городе Обнинске. Но мы его, Дмитрий Анатольевич, посмотрели, и Вы, наверное, убедились, что существующая материальная база этого центра на порядки отстаёт от науки и от её возможностей. Это, конечно, очень обидно, поэтому у нас было некоторое непонимание несколько лет назад, шли дискуссии по поводу того, что этот центр Академии медицинских наук принадлежит, а у нас есть Министерство здравоохранения и социальной политики. В конце концов мы пришли к консолидированным позициям, что мы живём в одной стране, и как только этот центр будет построен, а к созданию инфраструктуры будущего строительства объекта, инженерной инфраструктуры мы уже, не дожидаясь решения, приступили, то большая часть учёных существующего центра реально начнёт работать во вновь создаваемом центре. И, больше того, я хочу сказать, это, наверное, всем понятно, оба эти центра просто объединятся: будет старая площадка и новая площадка. И они будут очень успешно работать. То есть сегодня для этого есть все необходимые условия. Плюс производство радиофармпрепаратов с учётом наличия здесь специальных, в том числе исследовательских, реакторов, которые пригодны для этого. И плюс создание медицинского института, который специализируется на подготовке специалистов, врачей-радиологов, которые будут работать именно в этом центре.

Я благодарен Владимиру Викторовичу Уйбе и Министерству здравоохранения, Татьяне Алексеевне, за то, что в данном случае мы находим твёрдую поддержку. Хотел бы только, единственное, может быть, попросить о том, чтобы дать нам возможность, не дожидаясь завершения строительства центра в Димитровграде, параллельно или с каким‑то небольшим отставанием, но вести тоже эту работу. Я могу взять на себя обязательство, что мы откроем, может быть, даже и одновременно, а может быть, пораньше центр в городе Обнинске. Мы будем этому активно содействовать.

Вторая тема, касающаяся Сколкова. Я всячески приветствую и рад тому, что этот проект реализуется в Сколкове, хотя Вы знаете, что мы делали попытки, чтобы это решение состоялось в пользу города Обнинска. Но, как говорят, господь всё видит, сделано, наверное, всё абсолютно правильно. Единственное, мы хотели бы присоединиться к реализации этого проекта, причём реально присоединиться. Этот обособленный комплекс для развития исследований, разработок и коммерциализации их результатов будет работать по пяти приоритетным направлениям модернизации России – это энергетика, информационные технологии, телекоммуникации, биотехнологии и ядерные технологии. Мы и там, и там – везде можем участвовать, безусловно, тем более что наш технопарк мы ориентируем на биотехнологии, мы к этому будем подключаться. Но что касается ядерных технологий, я хотел бы сказать, может быть, отдельно.

Ускорением работы в сфере ядерных технологий могла бы послужить совместная российско-американская разработка проекта многоцелевого быстрого исследовательского реактора (БИР). Данное предложение базируется на идеях, впервые выдвинутых в 2004 году директорами российских научных центров и американских национальных лабораторий по созданию устойчивой ядерной энергетики XXI века. Конкретные мероприятия по их реализации на новом уровне сформулированы в плане действий в области гражданской ядерной энергетики в рамках двустороннего сотрудничества между Российской Федерацией и Соединёнными Штатами – это в процессе Ваших встреч, Дмитрий Анатольевич. Участие Соединённых Штатов и других государств в разработке БИР позволит России получить доступ к передовой научной информации, конструкторской и проектной документации, используемым западными странами в собственных проектах, а также гарантированно пройти международную экспертизу проекта БИР.

Статус БИР как международного проекта обеспечит использование его как площадки для научных исследований в области нераспространения ядерных материалов. Вы это знаете прекрасно, существует проблема утилизации оружейного плутония, и здесь тоже этот вопрос мог бы решаться.

Последний саммит по ядерной безопасности, прошедший 12–13 апреля с участием президентов Российской Федерации и США, ещё раз подчеркнул актуальность данной проблемы противодействия глобализации ядерного терроризма. И вот, исходя из этого, я бы хотел попросить, уважаемый Дмитрий Анатольевич, в присутствии Сергея Владиленовича (мы с ним эту тему много раз обсуждали) всё‑таки пойти на то, чтобы создать в первом российском наукограде, там, где была в своё время пущена первая атомная станция, исследовательский многоцелевой быстрый реактор именно в рамках Ваших инициатив по данной тематике, и мы существенно подкрепили бы Сколково вот по этой тематике в наших научных исследованиях и разработках.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

По поводу первого вопроса, который Анатолий Дмитриевич затронул, я сейчас решение не принимаю. Конечно, чем больше будет, тем лучше, но Вы упомянули о некоем непонимании, которое существует между Минздравом, Академией медицинских наук, ещё кем‑то. Я хотел бы напомнить всем присутствующим и отсутствующим здесь, академикам в том числе, что имущество, принадлежащее нашим академиям, является государственной собственностью, а не корпоративной собственностью. Если это имущество ненадлежащим образом эксплуатируется, оно подлежит изъятию. Из этого и нужно исходить при принятии решений о том, как строить и что строить, в каком объёме.

По поводу поддержки Сколкова. Я рад, что наши коллеги, руководители территорий, таким образом это всё воспринимают, именно на такую реакцию я и рассчитывал. Спасибо за те идеи, которые вы формулируете. Я надеюсь, что и другие наши руководители субъектов Федерации будут так же относиться к возможности кооперации со Сколковом как с центром. Мотивы принятия этого решения вы знаете, я очень рассчитываю на то, что территории будут активно соучаствовать в научных и прикладных исследованиях, а также в коммерциализации этих исследований, которые будут осуществляться не только в Сколкове, но и в масштабах всей страны.

Пожалуйста, Виктор Феликсович.

В.Вексельберг: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Я хотел бы воспользоваться моментом и проинформировать Вас, что за последний период времени нам удалось досогласовать учредительные документы фонда. Они переданы в Минюст на регистрацию. Я надеюсь, уже в мае появится полноценное юридическое лицо, которое приступит к реализации тех целевых задач, которые сформированы сегодня и обсуждаются.

Второй вопрос. Я хотел бы тоже воспользоваться моментом. Вы абсолютно правы в своём выступлении о том, что этот проект будет успешен, если будет налажена очень эффективная и всеобъемлющая обратная связь с широкой аудиторией потенциальных участников. И нами тоже открыт сайт i-gorod.com, на котором мы планируем размещать (часть уже размещена) информацию о нашей деятельности.

В рамках этого сайта мы проведём конкурс на название города. Победитель получит соответствующую премию – путешествие в Силиконовую долину. И надеюсь, что это будет хорошей площадкой, источником для нормального диалога.

Д.Медведев: Я что‑то не очень понял, какое название вы хотите придумывать?

В.Вексельберг: В Сколкове у нас есть бизнес-школа «Сколково» – это как бы отдельный проект; есть деревня Сколково.

Если всё‑таки удастся найти какое‑то всеобъемлющее название, которое будет соединять в себе целевые задачи, которые стоят перед городом, то нам бы хотелось, чтобы это…

Д.Медведев: Не пытайтесь, уже не найдёте. Уже Сколково прилипло. Расслабьтесь. Лучше делом занимайтесь. Пока будем название придумывать городу, Город Солнца…

В.Вексельберг: …И последнее. Я хотел бы подчеркнуть, что проект «Сколково» ни в коей мере не противопоставляет себя многочисленным проектам, которые сегодня реализуются в различных формах и форматах. Мы уже в этот период провели встречу с ассоциацией наукоградов, с ассоциацией особых экономических зон, ассоциацией технических университетов, и мы себе мыслим именно так, что это будет взаимно дополняющий проект, а ни в коей мере не конкурентная территория.

Д.Медведев: Спасибо. Коллеги, я специально сегодня оставил здесь камеры, для того чтобы вот эта важная информация для всех прозвучала в эфире. Естественно, мы продолжим разговор на эту тему потом и в рамках других совещаний, рабочих совещаний. На этом я сегодня предлагаю ограничиться.

Единственная вещь, о которой я хотел бы ещё раз тоже всех проинформировать. Помимо указа я сегодня ещё подписал федеральный закон об изменении в статью 10 закона о защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. Смысл этого изменения заключается в том, что если раньше внеплановые проверки малого и среднего бизнеса осуществлялись только с согласия органов прокуратуры Российской Федерации, в соответствии с этим изменением такого рода проверки будут осуществляться с согласия прокуратуры и в отношении всех других субъектов предпринимательской деятельности, а не только малых и средних. Это относится к некоторым коллегам, которые представлены здесь. Это дополнительные гарантии для бизнеса.

Спасибо.