Пленарное заседание Государственной Думы. Ответы на вопросы

А.ЛОКОТЬ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, некоторое время назад в своём президентском Послании Вы произнесли слова, которые произвели хорошее, сильное впечатление на общество. Вы говорили о неэффективности работы Правительства, правительственных чиновников, Вы говорили о технологической отсталости, Вы говорили о сырьевом характере экономики, именно Вы ввели в оборот понятие «модернизация». Почему модернизация забуксовала? По Вашему же сегодняшнему определению, результаты пока слабые. Четыре, ну, несколько лет подряд, по Вашему же признанию, не выполняется государственный оборонный заказ, а ведь он может сыграть серьёзную очень роль вот в этой модернизации.

От имени радиоэлектронщиков хочу сказать, оборонщиков, не будет никакой модернизации без отечественной элементной базы. Нельзя ли вот из этих средств, 20 триллионов рублей, некоторую толику направить именно сюда, на создание отечественной комплектации? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо.

Анатолий Евгеньевич, я исхожу из того, что пока мы сделали действительно не так много, но сама по себе модернизация всё-таки началась, и в своём докладе я об этом говорил.

В то же время наша задача сейчас – правильным образом распределить деньги. Ведь денег не так мало. Те самые 20 триллионов рублей, которые должны быть направлены на создание новых видов вооружений, программа реформирования и реконструкции нашего оборонно-промышленного комплекса, всё это в конечном счёте должно создать принципиально новую среду.

Что делать? Делать нужно вот что. Нужно просто последовательно заниматься инновациями и инвестициями в этой сфере. Нужно постараться перекомпоновать неэффективные производства.

Вы сказали про элементную базу, я полностью с Вами согласен. То, что мы унизительно бегаем, спрашиваем у некоторых иностранных поставщиков, чтобы нам поставили элементную базу, в том числе для очень чувствительных технологий, нас не украшает.

Значит, нужны инвестиции именно в эту сферу. Но, скажем прямо, наши компании, наши государственные предприятия и частные предприятия, а, кстати, здесь различий принципиальных быть не должно, они должны быть готовы эти инвестиции принять и интеллектуально, и с точки зрения их инфраструктуры.

Они должны избавиться от неэффективных участков производства. Они должны избавиться от того, может быть, неработающего сегодня наследства, которое в конечном счёте влияет на себестоимость продукции, которую они выпускают.

Ведь здесь проблема заключается и в том, что, если сопоставлять иностранные образцы и наши образцы, зачастую наши образцы неконкурентоспособны по себестоимости. Почему? В интеллектуальном плане хуже? Нет, не хуже. Просто затраты высокие. А затраты высокие, потому что огромные поля, Вы сами прекрасно знаете, как выглядят многие наши оборонные предприятия. Значит, нужно создавать современные производства.

То, что невозможно содержать, нужно потихонечку передвигать, нужно отдавать в аренду, по возможности приватизировать, отдавать в частные руки. В конце концов, резервировать на будущее. Тогда стоимость нашей инновационной продукции будет другой.

Но и не менее важная задача, если Вы затронули вопрос об оборонно-промышленном комплексе, это рационализация системы управления. Вы правы, далеко не весь оборонный заказ был востребован в необходимое время. И это особенно обидно, когда речь идёт о долгожданных деньгах. Значит, нужно спрашивать с чиновников.

И нужно таким образом отстроить систему государственного оборонного заказа и контроля за расходованием этих денег, чтобы она приносила реальный эффект. Я думаю, что мы можем это учесть, в том числе и в режиме формирования новой структуры управления в Правительстве.

И.ЛЕБЕДЕВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Сибирь и Дальний Восток, стратегически важные регионы нашего государства, обладают мощным потенциалом развития страны с точки зрения природных ресурсов, добычи нефти и газа. При этом геологоразведка в этих регионах не проводилась уже очень давно.

Вопрос оттока населения из этих регионов до сих пор остаётся очень острым. Одновременно с этим растёт активность зарубежных соседей, которые имеют свои геополитические интересы в этих регионах.

Вы практически не затронули эту тему в своём выступлении, поэтому хотелось бы узнать, каким Вы видите в ближайшие годы дальнейшее развитие этих регионов и с политической, и с экономической точки зрения. Будут ли для работников, проживающих и работающих в этих субъектах, повышены зарплаты в связи с особыми климатическими условиями? И, может быть, стоит учесть опыт советского прошлого и ввести так называемые коэффициенты, северные надбавки к пенсиям и к зарплатам...

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое.

Вы знаете, я считаю, что мы не можем игнорировать никакой опыт – ни советский, ни досоветский, в целях полноценного развития Сибири и Дальнего Востока. В то же время и в ходе консультаций, в том числе и с Вашей фракцией, я говорил о том, что не все прежние институты, которые способствовали освоению Сибири и Дальнего Востока, сегодня работают так же, как они работали раньше. Обычно мы приводили такие хрестоматийные примеры: вот в начале XX века легко было побудить людей ехать на освоение Сибири и Дальнего Востока. Сейчас не всё так срабатывает. Что нужно людям? Людям нужно, чтобы стандарты жизни в Сибири и на Дальнем Востоке уже были приближены к европейским, а не просто чтобы им платили деньги или северные надбавки. Это тоже очень важно и, в принципе, наверное, никогда не исключается. Но важна ещё и общая среда.

Значит, и самое главное – сделать то, о чём я сегодня говорил в ходе консультаций с фракциями. Нужно сделать так, чтобы наши граждане, наши люди, во время встреч со всеми нами не говорили, что «вот у вас в России вот так, а у нас на Дальнем Востоке вот так». Это была бы катастрофа, если бы мы начали делить страну по такому признаку.

Поэтому это действительно один из важнейших приоритетов деятельности будущего правительства. Причём он должен найти своё отражение как в системе управления правительством, и, может быть, даже в структуре управления правительством, так и путём создания необходимых коммерческих условий, я имею в виду формирование государственной компании, которая бы занималась инвестициями в ключевые инфраструктурные проекты на Дальнем Востоке.

Но и этого мало. Нужно, чтобы социальные стандарты действительно были приближены к стандартам европейской части Российской Федерации, пусть не московским, но хотя бы средним, и тогда мы сможем удержать и наших людей, и дать абсолютно внятный сигнал всему миру, что это наше богатство, наши территории, для развития которых мы не пожалеем ни сил, ни средств.

Д.САВЕЛЬЕВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Вам принадлежит инициатива перераспределения полномочий между разными уровнями власти, включая корректировку налоговой системы и межбюджетных отношений.

Когда может быть реализована данная инициатива, и какова роль Государственной Думы в решении этого вопроса? Хотелось бы более подробно услышать о работе по реформированию межбюджетных отношений.

Какие полномочия и когда могут быть переданы на региональный и муниципальный уровень, и как они могут быть подкреплены финансово?

Где гарантии, что средства, переданные из федерального бюджета на места, будут использованы по назначению для улучшения жизни людей?

Может быть, имеет смысл расширить полномочия парламентского контроля за эффективностью расходования бюджетных средств? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое.

Я считаю, что работа по децентрализации, о которой было сказано некоторое время назад, должна быть доведена до логического завершения. Вы помните, некоторое время назад мною были созданы две рабочие группы, одна под руководством одного вице-премьера Правительства, другая под руководством другого вице-премьера. Результаты представлены. И сейчас мы должны определиться в том, какие полномочия передавать на региональный и муниципальный уровень и какие источники закреплять за региональным и муниципальным уровнем.

Общая цифра, которая была озвучена, весьма и весьма амбициозна. Мы должны создать дополнительных источников финансирования на муниципальном уровне в районе триллиона рублей. За счёт чего? За счёт, может быть, отказа от части федеральных льгот, за счёт формирования новых источников и за счёт более грамотного использования того, что мы имеем. Это нам по силам.

Другая тема – это всё-таки какие конкретно полномочия должны быть переданы. Мы много обсуждали эту тему, и вот с Владимиром Владимировичем неоднократно говорили. Мы не должны просто сбрасывать полномочия на регионы или на муниципалитеты, потому как это, как правило, ведёт к обратному результату. Эти полномочия не исполняются, это худшая дискредитация нашей работы. Но те, что мы передаём, должны быть подтверждены в полном объёме финансирования. И вот это задача взаимоувязки, которую мы должны решить в самое ближайшее время.

И теперь в отношении контроля. Контроль существует разный, но я считаю, что и более активное вовлечение парламентского контроля и в целом контроля представительных органов власти за такими процессами было бы на пользу. Вносите предложения, я готов их рассмотреть.

С.МИРОНОВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, сравнивая структуру внутреннего валового продукта России и других стран «большой двадцатки», мы видим, что примерно заработная плата в России меньше порядка трёх раз. К сожалению, труд в нашей стране всё ещё неадекватно оплачивается.

Как Вы отнесётесь к такому предложению, которое неоднократно вносит наша фракция, принятие закона о почасовой оплате труда? Например, в законе установить, что один час неквалифицированного труда, например, стоит 80 рублей, и три повышающих коэффициента: региональный (у нас страна большая), отраслевой и самый главный – квалификационный. Каково Ваше отношение к этой нашей идее? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Сергей Михайлович.

Тема, которую Вы затронули, она, конечно, очень серьёзная, она касается жизни огромного количества людей.

В принципе, мы развивали трудовое законодательство ровно в этом направлении. Но это не значит, что та система, которую мы создали и которая основана на действии минимального размера оплаты труда, является абсолютно оптимальной, хотя назначение МРОТ, оно несколько отлично от того, о чём Вы говорили применительно к нормативу оплаты за час.

В чём состоит назначение МРОТ? В соответствии с действующим Трудовым кодексом, по-моему, это 133 статья, МРОТ обеспечивает некий порог, за которым начинается практически нищенская жизнь. И мы понимаем, что это очень небольшой уровень. Тем не менее именно в этом состоит назначение минимального размера оплаты труда. При этом можно рассмотреть и другие системы нормирования в будущем, которые, конечно, будут по силам нашей финансовой системе. В рамках того генерального соглашения, которое действует между профсоюзами и между Правительством Российской Федерации, как раз сейчас эта задача и поставлена: посмотреть и на вопрос совершенствования самого МРОТ как института, и на вопрос нормирования с учётом тех показателей, о которых Вами было сказано. И, естественно, всё это должно быть рассмотрено.

Н.АРЕФЬЕВ: Спасибо.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, комитет по экономической политике в Государственной Думе в мае месяце проводит совещание по вопросу ратификации соглашений о присоединении России к ВТО. Однако на первом совещании уже выяснилось, что объять необъятное практически невозможно, в каждой отрасли экономики тысячи изделий и товаров нуждаются в компенсационных мерах, которые до настоящего времени не разработаны и не доведены... отраслей экономики. Участники совещания предложили отложить ратификацию на год для полной выработки компенсационных мер по всей номенклатуре наших отечественных товаров.

Как Вы относитесь к этому предложению, если по прогнозу специалистов ратификация соглашения в июне приведёт к тому, что через год от нашей российской экономики останется только сырьевой и спекулятивный секторы? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Николай Васильевич. Я думаю, что ничего не случится такого, что бы радикальным образом изменило ситуацию. Есть, конечно, разные прогнозы, но я напомню, что в ходе тех процессов, которые проходили в нашей стране на протяжении очень длительного времени, по подготовке вступления нашего государства в систему Всемирной торговой организации, мы добились достаточно серьёзных уступок со стороны ВТО.

Это касается и размеров среднего тарифа, это касается и сроков, которые даются нашей стране по наиболее чувствительным направлениям, в течение которых мы будем готовить свою промышленность, сельское хозяйство, а значит, соответствующие нормативы ВТО не будут распространяться на нас. Я думаю, что этих сроков, в принципе, нам будет вполне достаточно, потому что речь идёт о пяти или в данном случае, может быть, и даже большем сроке, годах, для того чтобы мы соответствующим образом подготовились.

Что же касается отложения вступления, то мы же с вами понимаем, ну, можно отложить и на год, и на два. ВТО – не самоцель, это правда. Но ВТО для нас создаёт другой конкурентный потенциал, делает нашу экономику более привлекательной, отсекает те ограничения, которые мешают экспорту нашей продукции, а у нас от экспорта зависит самочувствие огромного количества промышленных центров, создаёт другие условия для ведения бизнеса.

Поэтому, я считаю, мы неплохо подготовились, но в наших руках всегда есть возможность сделать определённые заявления и принять те решения, которые будут помогать нашей экономике, нашей промышленности и сельскому хозяйству даже после вступления в ВТО. Потому что ВТО, конечно, очень важный институт, но тем не менее у нас есть свои интересы, и эти интересы идут впереди ВТО.

Я.НИЛОВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вы, несомненно, вошли уже в историю как личность, которая предприняла множество попыток для борьбы с коррупцией.

Конечно, вопрос достаточно сложный, но решать его надо. И понятно, что средства массовой информации имеют одно из ключевых значений в решении этого вопроса, потому что порой различные журналистские расследования как раз приводили к уголовным делам и громким отставкам.

Став Председателем Правительства, как Вы отнесетёсь к инициативе фракции ЛДПР об учреждении правительственной премии тем журналистам, чьи материалы, репортажи, статьи, сюжеты как раз легли в основу раскрытия больших коррупционных схем с участием высоких должностных лиц нашего государства? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое. Ярослав Евгеньевич, я могу сказать, что ещё до вашего голосования я к этой инициативе отношусь предельно положительно, потому что она находится в русле тех подходов, которые мы предлагали при создании концепции антикоррупционной деятельности. И даже тот указ, по Совету противодействия коррупции, и концепция антикоррупционная прямо предполагает премии и гранты такого рода журналистским расследованиям. Причём, на мой взгляд, эти премии должны выдаваться не только тем, кто провёл грамотное, иногда хлёсткое, даже небезопасное антикоррупционное расследование, но и тем, кто просто своими репортажами, своими очерками способствует созданию атмосферы нетерпимости к коррупции. Потому что коррупция, мы знаем, она на всех этажах нашей социальной системы. И поэтому создание общей атмосферы нетерпимости к коррупционным правонарушениям, к преступлениям соответствующим является важнейшей задачей государственной политики. Эта задача получит своё воплощение.

О.АРШБА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вот мы не согласовываем вопросы, у меня опять вопрос по ВТО.

В последнее время было очень много событий интеграционного плана на нашем пространстве: создание и Таможенного союза, и экономического единого пространства, и евразийской экономической комиссии. А как всё-таки с этой точки зрения вступление России в ВТО скажется на функционировании Таможенного союза? Какие у него перспективы? Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое за этот вопрос. Я думаю, что в целом всё будет в порядке. Когда мы начали форсированное движение в сторону ВТО, было много разных комментариев. В том числе, с одной стороны, со стороны ВТО раздавались такие: вот вы создаёте Таможенный союз, значит, мы вас в таком виде видеть не хотим, в таком состоянии.

С другой стороны, говорили так: вступление России в ВТО разрушит Таможенный союз между Россией, Казахстаном и Белоруссией. Ни того, ни другого не произошло. Но для наших партнёров в рамках переговоров по ВТО это был очень мощный сигнал, что если по каким-то причинам нас не хотят видеть, но мы и без этого проживём. Мне кажется, после этого наступило некоторое отрезвление. Мы сделали очень важные шаги, некоторые партнёры нам в этом помогали, по вступлению в ВТО. Мы гармонизировали тарифные системы России, Белоруссии и Казахстана. Наши нормы теперь вполне соответствуют критериям ВТО. И в то же время мы сохранили интеграционный потенциал, и перед нами одна задача: к 2015 году на базе Таможенного союза создать Евразийский экономический союз. Я уверен, что у нас есть все возможности для того, чтобы возникло абсолютно новое интеграционное объединение, привлекательное и интересное для других стран, но самое главное – для наших людей.

О.ДМИТРИЕВА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, факты таковы. Деньги от обязательного накопительного элемента обесцениваются и пропадают. Ни нынешним, ни будущим пенсионерам они не достанутся. Польза только финансовым посредникам. Как Вы будете решать пенсионные проблемы, в пользу граждан или в пользу финансовых институтов?

Конкретизирую. Повышение пенсионного возраста. Мы против. Какова Ваша позиция?

Частичная отмена пенсий работающих пенсионеров. Наша фракция категорически против. Какова будет позиция Вашего правительства?

Отмена досрочных пенсий за вредность. Мы против. Какова будет позиция правительства?

И, наконец, наша фракция выступает давно за учёт периодов учёбы в стаже. Какова будет позиция Вашего правительства?

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Оксана Генриховна.

Я не знаю, скажется ли это на Вашем желании голосовать за мою кандидатуру. Думаю, что не скажется, независимо от того, какой я ответ Вам дам, независимо от того, понравится он Вам или нет.

Но я могу Вам сказать предельно откровенно, пенсионный вопрос, безусловно, один из самых чувствительных вопросов в нашей жизни. И уж точно можете не сомневаться, что мы не будем резать по живому и принимать такие решения, которые завтра всколыхнут всю страну. Это как бы общий, генеральный подход.

Теперь в отношении того, какая система нам нужна. Мы сами двигались с 1992 года методом проб и ошибок и создавали основы той системы, которая есть. Она, конечно, не идеальна. Но в этой системе, напомню, присутствуют все элементы так называемой социальной солидарности, когда всё общество формирует пенсионные потоки. И в этом смысле наша система до сих пор остаётся вполне себе распределительной, а не накопительной.

Другое дело, что, на мой взгляд, всё-таки мы должны найти разумный баланс между распределительной частью, или социально-солидарной частью, и накопительной частью. Вот как это делать, это предмет отдельной дискуссии, которая велась на экспертных площадках. Доклад на эту тему был сделан и Владимиру Владимировичу, и мне. В конечном счёте решение будет принято, причём мы должны будем выбрать между несколькими вариантами, включая ответ на вопрос о том, какова должна быть накопительная система, на кого она должна распространяться и по какому принципу она будет формироваться.

Что касается пресловутого вопроса о возрасте выхода на пенсию, мне кажется, что на этот вопрос уже сформировался достаточно прямой ответ, который я давал и в ходе общения с Вашей фракцией и с другими фракциями. Возраст выхода на пенсию не является решающим фактором вообще в развитии пенсионной системы.

Да, он имеет значение. Но это, может быть, третий, пятый фактор. Поэтому мы вполне способны принимать решения, которые не обидят наших граждан и не разбалансируют пенсионную систему до такой степени, чтобы нам пришлось принимать какие-то радикальные шаги.

Но принимать решения нам придётся. И эти решения должны основываться на общественном консенсусе до такой степени, в какой этот общественный консенсус возможен.