Новости /

В ходе поездки в Адыгею Владимир Путин встретился с представителями общественности. Глава государства обсудил с собравшимися вопросы развития сельского хозяйства и сельских территорий в Российской Федерации.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

У нас 26 декабря, на днях, в Москве должно состояться специальное заседание Госсовета по вопросу развития агропромышленного комплекса.

Поэтому я хотел воспользоваться своей поездкой в один из аграрных регионов, чтобы поговорить с теми, кто работает непосредственно на земле, чтобы, перед тем как буду встречаться со своими коллегами, с руководителями регионов, руководителями отрасли, послушать вас на предмет, как вы оцениваете развитие отрасли, отдельных направлений этой отрасли, какие вы видите, может быть, положительные моменты, которые нужно развивать, поддерживать.

На что хотели бы обратить наше внимание, имея в виду, что что-то может пока не получаться или работает не так эффективно, как хотелось бы. Или хотели бы обратить внимание на какие-то вопросы, которые вас беспокоят, с тем чтобы я это услышал и мог довести до своих коллег в Москве 26 декабря.

Но в начале, конечно, само собой разумеется, не могу не сказать, что благодаря вашим усилиям, тех, кто вообще на селе работает, отрасль в целом развивается у нас весьма хорошими темпами. Если рост экономики у нас 1,3 процента, то рост сельхозпроизводства – 4,1 процента. В известной степени это даже локомотив развития всей экономики.

Сельское хозяйство России не только обеспечивает страну на сегодняшний день всеми основными базовыми продуктами питания, но достаточно эффективно и всё в большем объёме работает на экспорт. В 2018 году – почти 26 миллиардов долларов. Трудно было такое несколько лет назад даже представить. Казалось, что это вообще невозможно, это не про нас. Но это всё происходит благодаря вашим усилиям и ваших коллег.

Мы будем продолжать дальше, естественно, госпрограмму развития сельского хозяйства. И со следующего года у нас начинает работать новая программа по развитию сельских территорий, вы наверняка об этом знаете.

Объём финансирования очень большой – за два с лишним триллиона. Триллион – непосредственно из федерального бюджета на самые различные направления в области сельского хозяйства.

Это то, что мне хотелось бы сказать вначале. Цель всё-таки нашей встречи сегодня – вас послушать. Это не значит, что я сейчас отвечу на все ваши вопросы, они могут быть достаточно сложные, специфические.

То, что смогу сделать, я это сделаю, но главным образом я хотел бы послушать вас, для того чтобы использовать это в своей работе 26 декабря в Москве.

Пожалуйста.

О.Сирота: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Олег Сирота, я фермер из подмосковной Истры. Мы с Вами в прошлом году встречались.

В.Путин: Я думал – из Казани.

О.Сирота: Нет. Я тот самый фермер, который Вам пытается уже четыре года подарить сыр, преследует, у меня уже было 14 неудачных попыток. На Валдайском клубе Вы сказали, что хотели попробовать, а у меня тогда сыра не было.

В.Путин: А сейчас есть?

О.Сирота: Я привёз, зал – свидетели, что я привёз, но, как обычно, у меня его изъяли.

В.Путин: Сами съели, наверное.

О.Сирота: Я надеюсь, что ещё пока не успели. Владимир Владимирович, Вы проконтролируйте, чтобы он до Вас дошёл.

В.Путин: А сыр у Вас твёрдый или мягкий?

О.Сирота: Сыр твёрдый, сорт сыра «Бергкезе». Возможно, Вы его ели, когда работали в Германии, это твёрдый альпийский сыр, мы собираемся его попробовать экспортировать.

В.Путин: Он из козьего, овечьего или коровьего молока?

О.Сирота: Из коровьего молока, выдержка уже два года, хороший сыр с хорошим запахом. Я уверен, что мы сможем достойно показать по вкусу, удалось нам импортозамещение или нет.

Я пять лет назад занялся сельским хозяйством, начал варить сыр, сейчас я уже не просто фермер, я руководитель проекта ОНФ «Народный фермер». К нам фермеры присылают вопросы из разных регионов нашей страны…

В.Путин: Вы по образованию кто?

О.Сирота: У меня десять классов сельской школы, нет образования.

В.Путин: То есть специального образования у Вас нет?

О.Сирота: Я учился на зооинженера, но бросил и работал программистом десять лет, а потом ушёл, уехал в деревню, когда в 2014 году началось импортозамещение.

И нам присылают часто фермеры: как выйти на рынок, как решить проблемы. Мы стараемся им помочь, но некоторые вопросы сложные. И ребята тоже здесь сидят, они приехали со своими вопросами. Я хотел задать свой.

Я пару лет назад решил построить коровник, чтобы своё молоко было, а Родина мне помогла. Мне Минсельхоз дал грант, и я получил разрешение на строительство за рекордные пять дней, коррупции не ощутил. Готов пройти детектор лжи, ни разу взяток не давал.

Но для того, чтобы получить само разрешение на строительство, чтобы подать на него, я потратил два года жизни и заплатил два миллиона рублей различным федеральным подведомственным организациям, которые наплодились в большом количестве у всяких ведомств.

И доходило до смешного, я приведу примеры. Мы изучали миграции зелёных муравьёв, которые проходят через нашу ферму, записывали громкость мычания коров в дневное и ночное время (я серьёзно, у меня исследование это с собой привезено), выхлоп трактора.

В.Путин: А зачем мычание коров записывать?

О.Сирота: Без этого нельзя начать проектировать, как выяснилось.

В.Путин: Почему?

О.Сирота: Чтобы понять, как коровник шумит в деревне. Может, в городе надо, но зачем в деревне? Это стоило миллион 200 рублей. Это стоимость нового трактора.

После этого я отправился в Росрыболовство, потому что у меня в 500 метрах от фермы течёт маленький ручей, полметра. В Росрыболовстве я отдал 200 тысяч рублей за подсчёт жаб, мальков и осоки. Исследование обнаружило одного ротана. Это, видимо, самая дорогая рыба в мире, которая у нас в Истре водится.

После Росрыболовства я очень серьёзно профинансировал историческую науку. Они ходят постоянно, просят денег, а мы, нормальные предприниматели, их финансируем. Потому что я пришёл в Минкульт, там у них тоже заключение, что у нас ничего нет, они говорят: «Слушай, у тебя там древляне есть». Я говорю: «И что?» – «Миллион рублей, и тебе НИИ должно сделать…»

В.Путин: В смысле – были древляне.

О.Сирота: Насколько позволяет образование – 10 классов сельской школы…

В.Путин: В VII веке нашей эры.

О.Сирота: Они жили вообще на Украине, а не у нас. Я говорю: «Чем докажете? И вообще, побойтесь Бога, какой миллион рублей? Вы что?» Они мне показывают карту…

В.Путин: Когда они там жили, не было никакой Украины.

О.Сирота: Конечно, это ещё до изобретения украинцев было. Они показывают мне карту – 1867 год. Я говорю: «Мужики, крепостное право только отменили, ничего не было». Они говорят: «Нет, давай». В общем, мы с ними сторговались, и за 200 тысяч рублей я получил справку: «Древлян нет».

После этого я отправился в Роснедра, потому что в Роснедра они очень хотят выяснить, есть в Истре, появилась нефть или нет. И мы каждый год делаем справку, а для этого нужно сделать план – заплатить денежку.

После Роснедра я оправился в Кубинку на военный аэродром, потому что оказалось, что наша ферма может помешать параду Победы, когда над нами репетируют. И я получал справку, серьёзно, на военном аэродроме (слава богу, хоть Минобороны денег не взяло), там сидит военный, заваленный бумагами, два кабинета у него, и он сам не понимает, зачем он это делает, но он всё это выписывает, что мы не мешаем никому.

И мне, надо сказать, ещё повезло, потому что у нас есть фермеры из Луховиц (Московская область), у них в Росреестре вылезло, что у них было место падения баллистических ракет, которые там, слава богу, никогда не падали, – и я надеюсь, не будут, – и теперь они вообще не знают, какую справку получать и что делать, никто не знает.

А у меня самый большой затык сейчас с пожарными. У нас в последнее время очень сильно ужесточились пожарные нормативы, и пожарный пруд, который у нас есть в деревне, не устраивает пожарных. Они говорят: «Делай автоматическую систему пожаротушения, с гидрантами, с насосами». А она стоит 13 миллионов рублей, притом что коровник сам 11 стоит.

И у меня тупик, я не знаю, что делать. Такие проблемы бюрократические есть у каждого из нас здесь, с излишними нормами. Мы хотели попросить Вас дать поручение Правительству Российской Федерации, Комиссии по АПК, мы от ОНФ подготовим предложения по сокращению этих норм, и чтобы их поубирали, что излишне, что мешает нам развиваться и работать на земле.

В.Путин: Садитесь, пожалуйста.

То, что Вы рассказали, конечно, так анекдотично всё это выглядит, но в то же время безобразно. Я с Вами согласен. Именно поэтому такие распоряжения уже даны. Мы к концу 2020-го, к 1 января 2021 года, должны подготовить так называемую регуляторную гильотину, которая должна отменить всё, что себя изжило, всё, что не работает, и всё, что мешает двигаться вперёд.

Нужно просто, чтобы Министерство сельского хозяйства, соответствующий вице-премьер, курирующий эту отрасль, они поактивнее поработали именно в своём сегменте. Они это знают, сейчас наговорили здесь, для меня самого это удивительно, так десятилетиями всё складывалось, десятилетиями, ещё с советских времён, со времён древлян, я думаю, так всё и записано, с тех пор и тянется, как раз над этим сейчас и работаем.

Пожалуйста.

Х.Хотко: Хотко Хизир, председатель правления Ассоциации муниципальных образований Республики Адыгея.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В рамках мероприятий государственной программы комплексного развития сельских территорий предусмотрены мероприятия по строительству и реконструкции объектов капитального строительства – это газификация, водоснабжение, школы, сады, дороги, дома культуры.

Все эти вопросы очень актуальны для Республики Адыгея, да и в целом для страны. Нам очень приятно, что этой площадкой сегодня выбрана Республика Адыгея, посёлок Энем. Я вырос, живу и работаю в посёлке Энем.

В этом году в рамках национальных проектов в посёлке Энем построена школа на 1100 мест. Она носит имя нашего земляка, лётчика-космонавта Героя Советского Союза Березового Анатолия Николаевича.

Это позволит нам перейти на односменное образование всех детей. Построен садик на 240 мест, который ликвидирует очерёдность в детских садах, физкультурно-оздоровительный комплекс, зал тяжёлой атлетики.

При строительстве всех этих объектов применялись базовые повторные проекты, то есть достаточно было их привязать на местности, и муниципалитеты не тратят больших денег на подготовку общепроектной документации.

В.Путин: Типовые проекты.

Х.Хотко: Да, типовые проекты.

Но есть направления, которые мы хотим развивать и применять у себя, – это вопросы газификации, водоснабжения, водоотведения, дорог, которые не могут быть типовыми, они индивидуальны для каждой территории и населённого пункта.

Сельские муниципалитеты испытывают финансовые трудности при подготовке проектно-сметной документации и положительной экспертизы, которая обязательна для участия в этой программе. Стоимость может доходить от 3 до 10 процентов всей стоимости проекта.

Зачастую, не имея такой возможности, многие сельские территории не участвуют в этой программе. Нам бы хотелось рассмотреть вопрос государственной поддержки из федеральных средств, подготовку этой проектно-сметной документации.

Мы видим, что в целом это даст более эффективную работу самой программы и улучшение качества жизни на селе.

В.Путин: Вы знаете, понятно, что некоторые вещи должны быть привязаны к местности, и типовых там решений нет. Но в основном мы типизируем такую работу. Это первое.

А второе – есть система грантов, ей можно воспользоваться. Можно воспользоваться и хорошими кредитами – до пяти процентов.

Вообще в принципе проблем очень много на селе такого рода, поэтому мы со следующего года начинаем очень большую программу – на два с лишним триллиона рублей. Надо подумать.

Там у нас есть возможность из этой программы отфинансировать, Алексей?

А.Иванов: Да, Владимир Владимирович, мы рассматриваем сейчас вопрос, чтобы те регионы, которые имеют низкую бюджетообеспеченность и которым федеральный центр помогает, всё-таки чтобы соучаствовали тоже в создании проектов на селе.

В.Путин: Соучаствовал – кто?

А.Иванов: Имеется в виду, что если регион дотационный, то помогать такому региону готовить проекты в сельских населённых пунктах…

В.Путин: За счёт этой программы?

А.Иванов: Софинансирование в том числе за счёт этой программы, да.

В.Путин: Спасибо.

Пожалуйста.

Ю.Оглоблина: Здравствуйте!

Юлия Оглоблина, председатель Российского союза сельской молодёжи, член Центрального штаба ОНФ, член Общественной палаты Российской Федерации.

В.Путин: Карьерист.

Ю.Оглоблина: Активный общественник.

Владимир Владимирович, если можно, у меня два вопроса.

По первому вопросу, Вы эту тему хорошо знаете, неоднократно давали поручения Правительству разрешить этот вопрос, но, к сожалению, ничего не меняется – это высокие тарифы на электроэнергию сельхозтоваропроизводителям, которые выше, чем у промышленных предприятий, в 1,5–2 раза. Никак эта тема не сдвигается с места, а когда мы готовились к этой встрече, больше всего вопросов получили именно по этой теме.

Вы знаете, что сейчас аграрии относятся к категории «прочие потребители», по которым цена не регулируется на электроэнергию и, соответственно, тариф, исходя от уровня напряжения.

В.Путин: Вы сейчас ответили.

Я понял, садитесь, пожалуйста.

Ю.Оглоблина: Можно ещё второй?

В.Путин: Сейчас я на этот отвечу, потом по второму. Давайте сидя, так будет нам проще разговаривать.

Это просто рыночное ценообразование и связано как раз с напряжением. Чем больше напряжение – тем дешевле. Чем меньше напряжение – тем дороже, просто дороже по факту. И когда промышленные предприятия берут, они пользуются высоким напряжением, у них дешевле получается, причём намного, это правда.

Здесь самый простой способ – это использование тех же самых грантов и других форм поддержки, в том числе и кредитной льготной поддержки, но всё другое – это ещё дополнительное субсидирование, это просто нужно обсуждать, 26-го тоже поговорим на этот счёт.

Это просто дополнительно нужно будет тогда из бюджетов всех уровней: из федерального и из регионального дополнительно ещё одну меру поддержки сельскому хозяйству. Хотя самая большая отрасль или самая большая поддержка, которая идёт из федерального бюджета, она идёт на сельхозотрасль на сегодняшний день. Это было бы ещё одной формой поддержки. Но надо всё это посчитать как следует или другие изобрести какие-то инструменты. Я это знаю.

Ю.Оглоблина: Особенно для фермеров, малых предприятий.

В.Путин: Я понимаю, да.

Ю.Оглоблина: Очень большая просьба проработать это.

В.Путин: Сколько там, шесть для предприятий? Два с чем-то?

Ю.Оглоблина: До 10 иногда за киловатт доходит. Есть такие случаи.

В.Путин: Шесть рублей в среднем, я правильно сказал.

Ю.Оглоблина: Спасибо.

Владимир Владимирович, по второй теме – связано с социальными объектами на селе. По Вашему поручению в рамках национальных проектов сейчас в российских сёлах реконструируются, строятся тысячи объектов социальной сферы для улучшения качества жизни людей, на это выделены существенные средства. В этом году в рамках проекта Общероссийского народного фронта «Село. Территория развития» мы организовали гражданский контроль за строительством таких объектов.

Хотела рассказать о ситуации с ФАПами. В рамках мониторинга 438 объектов по состоянию на 10 декабря выявлено, что работает только 29 – там принимают пациентов. В более половины объектов существенное отставание от сроков, то есть на 10 декабря они достраивались.

И, хочется отметить, есть, естественно, регионы, которые справились, – это Ленинградская область, Самарская область, Ставрополье. А в Приморье, в Московской области, в Липецкой, Владимирской более половины объектов – вот правда, мы посмотрели, – где-то ничего нет, где-то в стадии только начала работы. И это проблема не только со срывом сроков подрядчиками.

Следующий важный вопрос – это обеспечение кадрами, лицензирование. По данным Минздрава, в прошлом году, в 2018-м, построено 370 ФАПов, из них 64 до сих пор не работают как раз по этой причине. Мы сами ощутили негатив от жителей, потому что видно, что средства вкладываются, а эффекта пока мало, недостаточно.

В следующем году предусмотрено строительство ещё 1200 ФАПов по нацпроекту. И конечно, хочется, чтобы таких ситуаций не было, хочется, чтобы сроки по строительству, чтобы они пораньше. И здесь просим: Минздраву совместно с регионами, с Общероссийским народным фронтом полностью проанализировать этапы строительства – от выделения земельных участков, госзакупок до открытия. И принять системные меры по ускорению начала работы таких объектов.

И я хочу отметить, что даже в нацпроекте заложено, что ФАПы построены должны быть в этом году, а ввод в эксплуатацию – до конца 2020-го. Непонятно ни нам, ни жителям, почему такие большие сроки. Хочется ускорить и параллельно заниматься вопросами необходимых инженерных коммуникаций и подбора кадров.

Спасибо.

В.Путин: Вы так интеллигентно говорите, как будто Вы не на селе работаете, а в Министерстве культуры.

Вообще-то, что Вы сейчас сказали, – это просто хамство, разгильдяйство и хамство. И мне такой анализ нужен. Давайте его, этот анализ, обязательно устроим разбор полётов индивидуально по каждому субъекту, потому что деньги туда выделяются, а то, о чём Вы сейчас сказали, – это результат не того, что руки растут из другого места, а не из плеч, и значит, просто люди не могут организовать работу.

Причин может быть много, но нам и людям, о которых Вы сказали, нужен результат, а не ссылка на эти причины, почему этого не сделать вовремя. Я обязательно такое поручение Правительству дам и ведомствам. Мне нужна Ваша информация.

Ю.Оглоблина: Всё передадим, по всем регионам.

В.Путин: Отлично, договорились.

Ю.Оглоблина: Владимир Владимирович, мы ещё в Общественной палате по общественному докладу по занятости на селе очень большую работу провели, тоже хотела бы Вам передать.

В.Путин: Спасибо Вам большое.

Пожалуйста.

П.Носаленко: Добрый день!

Меня зовут Носаленко Павел, директор учебно-опытного хозяйства «Краснодарское» ФГБОУ ВО «Кубанский государственный аграрный университет», а также эксперт регионального отделения ОНФ.

И мой вопрос будет связан с единым сельскохозяйственным налогом.

В.Путин: С каким налогом?

П.Носаленко: Единый сельскохозяйственный налог.

Так получилось, что с января этого года те сельхозтоваропроизводители, которые выбрали этот налог, должны будут уплачивать НДС, если их доход за прошлый год превысил 100 миллионов рублей. На следующий год эта планка снизится до 90, далее 80.

И возникает вопрос: не кажется ли, что это своего рода прогрессивная ставка налогообложения? Потому что мы с коллегами, работая в ОНФ, обсуждаем это, и получается, что чем больше мы развиваем отрасль, чем больше производим продукцию и реализовываем, тем больше, получается, платить налогов.

Есть предложение рассмотреть возможность вернуться к той системе, которая была до января 2019 года.

В.Путин: Без НДС?

П.Носаленко: Чтобы единый сельхозналог заменял и НДС, и налог на прибыль для сельхозпроизводителей. Потому что, как правило, это малый и средний бизнес в этой отрасли, и хотелось бы, чтобы мы продолжили вектор развития этих организаций.

Спасибо.

В.Путин: Да. Этот вопрос мы давно обсуждаем. Собственно, НДС ввели в значительной степени по просьбе самих сельхозтоваропроизводителей. Вы наверняка знаете, почему. Потому что крупные предприятия, переработчики отказывались брать продукцию фермерских хозяйств, потому что они не включены в систему НДС, и значит, те партнёры, крупные предприятия, переработчики, которые берут продукцию, они исключаются из системы возврата НДС. И поэтому мы просто, идя навстречу сельхозпроизводителям, ввели НДС и для них, они сами просили, примерно на таких же мероприятиях.

Если Вы считаете, что это усугубляет ситуацию, а не улучшает её, надо проанализировать всё это ещё раз в комплексе. Тоже, давайте, будет одним из вопросов на Госсовете. Мы сознательно же это делали, тем более что речь идёт, как прописано в законе, со 100 миллионов начинаем. Это достаточно крупные предприятия.

Понимаете, надо всё проанализировать, как в целом работает это по стране. Если это создаёт дополнительные сложности, наверное, можно и назад вернуться. Но если это опять отбросит туда, где были и с чего начинали – с центра поля, тогда, может быть, и не надо этого делать, а шаг по уменьшению – это от 100 миллионов делать, как бы помедленнее. Посмотрим и поговорим обязательно.

Пожалуйста.

А.Гумова: Анжела Гумова, Майкопский государственный технологический университет.

Уважаемый Владимир Владимирович!

В рамках государственной программы «Комплексное развитие сельских территорий» для организаций, осуществляющих свою деятельность на сельских территориях, предусмотрено возмещение части затрат по заключённым с работниками ученическим договорам, которые обучаются в вузах, подведомственных Минсельхозу.

Кроме того, в рамках этой программы предусмотрено возмещение затрат на проживание и оплату труда для студентов, которые обучаются в вузах, также подведомственных Минсельхозу.

В нашей республике функционируют два учебных заведения, университеты, которые подведомственны Минобрнауки. Так как наша республика является аграрной, то превалирующая часть студентов после получения образования, естественно, планирует работать в области сельского хозяйства. Но меры государственной поддержки распространяются только на вузы, которые подведомственны Минсельхозу.

В связи с этим просьба дать поручение Правительству Российской Федерации распространить данные меры господдержки также на образовательные учреждения, которые готовят кадры для агропромышленного комплекса, но находятся в ведомстве Министерства науки и высшего образования.

В.Путин: Я думаю, что Вы правы абсолютно, подход правильный. Ведь эти меры господдержки, они выдаются не ведомству, а отрасли. И поэтому если вуз относится к другому ведомству, а готовит кадры для отрасли, то тогда, конечно, было бы логично эти меры поддержки распространить и на соответствующий факультет, кафедры, которые готовят кадры для сельхозпроизводств, для АПК, обязательно такое поручение дам.

А.Гумова: Спасибо.

В.Путин: Прошу Вас.

М.Афонькин: Добрый день, Владимир Владимирович! Меня зовут Афонькин Михаил, я фермер из села Ульянино Московской области. У нас небольшая семейная ферма: 25 коров, 300 гектаров земли.

В.Путин: Что производите?

М.Афонькин: Молоко, сыры, молочную продукцию, сами всё реализуем. Все мы знаем то, что производство молока начинается с поля, где мы заготавливаем корма для наших животных. Но 70 процентов затрат на молоко – это корма, а при производстве кормов больше половины затрат ложится на топливо.

При закупке ГСМ в нём заложен акциз, который в дальнейшем тратится на ремонт, строительство дорог. В связи с тем, что сельскохозяйственная техника не использует дороги общего пользования, я считаю, что она и не должна платить этот акциз.

В.Путин: Налоги вообще лучше не платить. (Смех.)

М.Афонькин: Она крайне мало на самом деле использует дороги общего пользования. К примеру, трактор или комбайн может за день сжигать до 600 литров в сутки, а это акциза порядка пяти тысяч рублей – это больше, чем зарплата механизатора.

Хотелось бы Вас попросить, чтобы Вы дали поручение Правительству Российской Федерации разработать предложение о возможности вычета акциза из стоимости топлива. Это, я считаю, положительно повлияет на развитие агропромышленного комплекса и на стоимость продуктов питания в целом.

В.Путин: Догадываюсь, какая будет реакция Минфина на Ваше предложение, но пообсуждать можно. Вы знаете, что мы каждый год в преддверии сезона всё время анализируем ситуацию на рынке ГСМ, особенно применительно к агропромышленному комплексу, и всё время оказываем поддержку.

В прошлом году цены подросли, мы сразу из федерального бюджета дали дополнительную сумму, по-моему, пять миллиардов. Сколько, пять миллиардов?

Реплика: Пять миллиардов, Владимир Владимирович.

В.Путин: Сразу дали пять миллиардов именно для того, чтобы цены в агропромышленном комплексе на топливо, на бензин понизить. Давайте подумаем и над другими мерами поддержки.

М.Афонькин: Спасибо.

В.Путин: Прошу Вас.

М.Гасраталиев: Добрый день, Владимир Владимирович!

Рад Вас видеть.

В.Путин: Я тоже, взаимно.

М.Гасраталиев: Гасраталиев Магомед, Российский союз сельской молодёжи, село Хучни, Табасаранский район, Республика Дагестан.

Владимир Владимирович, у нас в районе реализуется проект «Малобюджетная спортивная площадка». Стоимость проекта – 300 тысяч рублей. По государственной программе, если данный проект будет реализован, он обойдётся гораздо дороже – в два-три раза.

Данный проект мы запустили в 2014 году. На сегодняшний день мы построили 17 малобюджетных спортивных площадок. В этом году мы выиграли грант Президента Российской Федерации. В рамках гранта мы в селе Сикук Табасаранского района построили малобюджетную спортивную площадку и в селе Ляхля Хивского района построили малобюджетную спортивную площадку.

В.Путин: На этот грант?

М.Гасраталиев: Да.

В.Путин: Сколько грант?

М.Гасраталиев: 490 тысяч рублей.

И в рамках гранта мы ещё провели волейбольный турнир в честь Героя России Рустама Усмановича Мурадова.

Проект реализуется на государственно-частном партнёрстве, то есть в рамках гранта мы запрашивали только строительные материалы на строительство спортивной площадки, а все строительные работы, связанные со спортивной площадкой, выполнили жители села, молодёжь села. Также в процесс строительства мы вовлекали инвесторов, предпринимателей, выходцев данных населённых пунктов.

В связи с этим хотел предложить, Владимир Владимирович, Министерству спорта, Росмолодёжи совместно с Российским союзом сельской молодёжи, чтобы мы разработали грантовый конкурс для физических лиц, чтобы молодые люди сами могли развивать спортивную инфраструктуру на селе. Потому что мы считаем, что спортивная площадка в селе – это основной досуг для молодёжи. Кроме этого, в селе ничего нет для молодёжи.

В.Путин: А в чём разница в получении гранта сегодняшним способом и…

М.Гасраталиев: Мы получили грант в рамках НКО, а физические лица не могут получить эти денежные средства. Можно предложить им в рамках физического лица получить…

В.Путин: А что это даст? Какие преимущества это даст? Я просто не могу понять. НКО получила и делает – нормально.

М.Гасраталиев: Физическое лицо не может же получить денежные средства на строительство спортивной площадки.

В.Путин: Ну, допустим, не может, но НКО может.

М.Гасраталиев: НКО может. Поэтому мы хотели предложить вам, чтобы каждый молодой человек мог сам в селе реализовать данный проект.

В.Путин: Ну, давайте подумаем. Просто, смотрите, каждый молодой человек получил, но сможет ли он это сделать? Ведь когда это делает НКО, это всё-таки объединение людей, объединение их усилий. Один человек сможет это сделать или нет? Если Хабиб Нурмагомедов – он сможет, да, а кто-то другой – тяжело будет, наверное.

Тем не менее я подумаю, хорошо.

М.Гасраталиев: Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо Вам.

Пожалуйста.

А.Трофимов: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Безумно счастлив Вас видеть. Прямо ощущаю позитив энергии от Вас.

Трофимов Алексей, член ОНФ, председатель Тверского отделения Российского союза сельской молодёжи, фермер, Тверская область.

Всю жизнь занимаюсь сельским хозяйством, с 2012 года открыл своё крестьянско-фермерское хозяйство, выиграл грант по программе «Устойчивое развитие села» на строительство дома, а также грант «Начинающий фермер», «Семейная животноводческая ферма», в результате чего построил современную ферму по содержанию 200 голов крупного рогатого скота. Сейчас пытаемся двигаться дальше и реализуем проект по комплексному освоению сельских территорий с привлечением местных жителей в сельское хозяйство.

Столкнулись с такой проблемой – земли сельхозназначения можно использовать для занятий сельским хозяйством и строительства объектов первичной переработки. А для строительства проектов глубокой переработки необходимо переводить земли из одной категории в другую, что практически нереально на данный момент, не говоря уж про то, что это огромные сроки и средства.

Просьба разрешить строить объекты глубокой переработки на землях сельхозназначения, прилежащих к уже существующим сельхозобъектам, для переработки собственной продукции.

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Вы когда создали своё хозяйство?

А.Трофимов: В 2012 году, и интенсивно развиваюсь.

В.Путин: И всё получается?

А.Трофимов: Не скажу, что легко, но получается, двигаемся вперёд, не стоим на месте. Пока молодые, нужно во все усилия стараться.

В.Путин: Вы не представляете, как я за Вас рад, я говорю совершенно искренне. Ведь мы создавали все эти условия, создавали все эти правила, и есть такие люди, как Вы и многие из здесь присутствующих, которые это всё сделали, всем этим воспользовались. Значит, мы не ошиблись. Мы принимали правильные решения. Я так рад, говорю абсолютно искренне.

А.Трофимов: Владимир Владимирович, ещё бы дальше двигаться.

В.Путин: Сейчас дальше поговорим.

Во-первых, всё это можно делать и сегодня. Можно и упаковкой заниматься, и небольшой переработкой. Запрещено строить сооружения капитального характера не только в связи с тем, что у законодателя, собственно, у Правительства, всегда есть опасение, что это будет лазейка для необоснованного перевода земель сельхозназначения в другую категорию по факту. Но, с другой стороны, я понимаю, если уже предприятие состоялось, оно работающее, то вы заинтересованы не в том, чтобы просто землю разбазаривать, а в том, чтобы производство развивать.

Давайте подумаем тоже – как вопрос для обсуждения будет на Госсовете. В целом я Вас понимаю и думаю, что надо поддержать, наверное. Надо только придумать механизм, который будет препятствовать жульничеству и незаконному обороту под видом переработки. Но если действующее предприятие сложилось, функционирует, надо найти эти критерии, и мне кажется, Вы правы, надо помочь.

Прошу Вас.

Р.Тешев: Тешев Руслан.

В.Путин: Рад Вас видеть.

Р.Тешев: Владимир Владимирович, я член общественной организации «Союз производителей Адыгейского сыра».

В.Путин: Вкусный сыр.

Р.Тешев: Да. В 2011 году в Волгограде мы с Вами встречались, обсуждали два вопроса. Один из вопросов был: свидетельство на право наименования по месту происхождения товара – сыр Адыгейский. Мы успешно реализуем эту программу, мы отстояли своё право. Верховный Суд постановил: оставил за нами право наименования Адыгейского сыра. Конечно, наши конкуренты были недовольны этим, был ряд публикаций о том, что Адыгейский сыр пропадёт с полок магазинов.

В.Путин: Но не пропал?

Р.Тешев: Не пропал.

В.Путин: Стал вкуснее только.

Р.Тешев: Цена станет заоблачной, что мы не справимся с объёмами. Как Вы правильно сказали, сыр не пропал, цена поднимается меньше, чем на аналогичные сыры, мы следим за этим. И, самое главное, когда покупатель голосует своим кошельком, он получает гарантированное качество, которое мы обещали.

Второй вопрос, который мы обсуждали, – это экспорт продукции на зарубежные рынки. Здесь я хочу Вам сказать огромное спасибо. Благодаря Вашей поддержке тогда у нас открылись все двери, и мы с 2011 года поставляем в страны Евросоюза (в основном это Германия), мы поставляем в Америку, в Объединённые Арабские Эмираты, стали поставлять сейчас в Азербайджан, получили разрешение в Турцию, ищем партнёров там, и сейчас ещё идут переговоры с корейской стороной (Южной Кореей) на предмет поставки сыра туда.

Мы прошли, конечно, трудный путь. Объёмы пока небольшие, тем не менее мы крепко держимся. Несмотря на все трудности, мы стараемся остаться там, пока потребитель не распробует наши сыры.

Теперь настало время идти дальше. Поэтому со следующего года предприятия пищевой и перерабатывающей промышленности Республики Адыгея запланировали техническое перевооружение на сумму свыше 1,5 миллиарда рублей из собственных средств. В новой редакции государственной программы развития сельского хозяйства предусмотрены субсидии на возмещение до 40 процентов затрат при техническом перевооружении.

К сожалению, эта программа распространяется только на сельскохозяйственных товаропроизводителей, но на предприятия, которые занимаются пищевой и перерабатывающей промышленностью, не распространяется.

Возможно ли нас тоже включить в эту программу?

В.Путин: Возможно. Надо просто посчитать деньги, но я думаю, что сама постановка вопроса абсолютно правильная. И наверняка Минсельхоз тоже поддержит.

Да, Дмитрий?

Д.Патрушев: Там для других сельхозтоваропроизводителей есть разные меры поддержки. В принципе, Вы, наверное, говорили сейчас о возмещении капитальных затрат при организации этого бизнеса. Вообще возмещение капитальных затрат – не очень хорошая мера поддержки, есть сейчас другие возможности, есть льготные кредиты.

В.Путин: До пяти процентов.

Д.Патрушев: Да.

В.Путин: С нуля до пяти.

Д.Патрушев: Да. То есть ставка по ним получается от нуля до пяти процентов, и в принципе это очень хорошие условия, которые позволяют делать бизнес рентабельным.

В части CAPEX, Владимир Владимирович, просчитаем тогда и доложим отдельно.

В.Путин: Посмотрите, ладно?

Д.Патрушев: Есть.

В.Путин: Пожалуйста.

К.Синецкий: Синецкий Константин, ассоциация предприятий молочной промышленности «Кубаньмолоко».

У меня вопрос такого плана. Планируется введение маркировки цифровой на молочную продукцию. Эта маркировка обязательно должна быть введена уже с середины 2020 года.

В.Путин: «Меркурий».

К.Синецкий: Да, ветеринарную сертификацию способа «Меркурий», которая в принципе отвечает на все вопросы: и вопросы прослеживаемости, и вопросы происхождения продукции.

В.Путин: Это Вас Алексей Васильевич подговорил задать вопрос?

К.Синецкий: На самом деле меня подговорило «Союзмолоко». Мы имеем позицию, схожую с ними, которая транслируется нашими предприятиями, а они подтверждают, что это позиция со всей России.

Мы на своём предприятии, для примера взяли не самое большое предприятие, которому нужно только на внедрение этой системы 60 миллионов рублей, и потом каждая марка будет платная. И, по нашим прогнозам, не менее трёх процентов от себестоимости продукции будет удорожание, без учёта технологических вопросов: логистика, брак при нанесении цифровой маркировки, которую никуда не деть, а главное, что это полностью дублирует уже существующую систему «Меркурий».

А с учётом того, что даже законодательно предусмотрено введение этой обязательной цифровой маркировки через оценку целесообразности, но таковой не было проведено, а все решения Правительства уже приняты тем, что принято распоряжение, которое не надо так обсуждать. В целом для отрасли России это обернётся 25 миллиардами только капитальных вложений и 20 миллиардов ежегодно только на эксплуатацию этой цифровой маркировки QR-кодов.

Владимир Владимирович, огромная просьба всё-таки дать распоряжение, чтобы вернуться в систему обсуждения целесообразности, провести в Правительстве вместе с «Союзмолоком» (наш отраслевой союз).

И в дополнение, если Вы такое решение примете, а мы очень надеемся, что Вы его примете… Конечно, опять будет полемика, конечно, кто-то будет опять доказывать, что надо вводить эту маркировку, опять будут плохие слова говорить про молочную продукцию, про отрасль в целом. Такое уже было, помните, из гипса, извести молоко делают, из кислоты какой-то борной.

Это очень больно для отрасли и неприемлемо, и таких, конечно, высказываний быть не должно, и не за что ругать молочную продукцию России, она замечательного качества в основной своей массе, и особенно кубанская. А молоко вообще из всех продуктов животного происхождения – продукт, который не лишает жизни животное, а наоборот, условие его производства есть рождение телёнка, только тогда молоко даёт корова. Поэтому очень ждём Вашей поддержки.

Спасибо большое.

В.Путин: Вот смотрите, то, что вы сказали про «Меркурий», – да, внедрена система, она работает, связана она, конечно, и с качеством, и прежде всего с ветеринарными требованиями – вот в этом в основном весь смысл. Вы сказали, что она отвечает на все вопросы. Это всё-таки не так, на все вопросы она не отвечает и не прослеживает от упаковки до покупателя. Маркировка даёт такую возможность, более того, она даёт возможность потребителю прямо посмотреть весь путь – от начала производства и до прилавка. Прямо штрих-код считывается, и всё, поэтому маркировка – гораздо более основательный инструмент.

Конечно, мы должны действовать и в интересах отрасли, и в интересах потребителей. Согласимся, что потребителей всё-таки больше. Но должны действовать таким образом, чтобы не наносить ущерб отрасли. Я наверняка знаю просто заранее, что это будет одним из вопросов на обсуждении 26 декабря в Москве. Посмотрим, чтобы шаги в этом направлении не были для отрасли болезненными, а были бы спокойными, мягкими, без суеты.

Сейчас уже в некоторых регионах такая работа проводится с маркировками, в том числе и в молочной отрасли. Маркировка до сих пор действует по непищевым продуктам, но для потребителя в стране важно, чтобы и пищевые продукты проходили такое строгое отслеживание. Потому что вы молоко производите, а здесь не все молоко производят, но хотят употреблять качественный и хороший продукт. То, что на Кубани отличное молоко, – в этом сомнений нет, только стоит мороженое попробовать, сразу ясно, что у вас отличного качества продукция.

Но, конечно, мы должны думать о потребителях, с тем чтобы продукт в целом у нас по стране был идеального качества, мировой стандарт чтобы был и чтобы здесь не было никаких фальсификаций. Нужно выработать такой оптимальный вариант проверки этого качества, его соблюдения и возможности, самое главное, конечному потребителю, если он хочет, прямо убедиться в качестве этого конечного продукта. Система «Меркурий» такой возможности не даёт. Но любое внедрение чего бы то ни было должно быть крайне аккуратным.

В каких регионах у нас, не помните?

Д.Патрушев: «Меркурий»?

В.Путин: «Меркурий», да, маркировка.

Д.Патрушев: Эксперимент идёт.

В.Путин: Эксперимент идёт в каких регионах, сколько?

Д.Патрушев: Там несколько предприятий задействовано, но ещё до конца нет результатов эксперимента. Я думаю, что к июню будет проведён анализ, и по результатам эксперимента можно будет тогда сказать окончательно.

В.Путин: Министр говорит, сейчас эксперимент идёт в нескольких регионах Российской Федерации. Посмотрим, как это реально, на практике происходит, а потом уже будем принимать решение.

Пожалуйста.

А.Клепиковская: Добрый день, Владимир Владимирович!

Очень неожиданная, наверное, у меня будет речь. Я внимательно слушаю фермеров, но я представляю северные регионы нашей страны – Архангельскую область.

Меня зовут Анна Клепиковская. Мы занимаемся туризмом в Пинежском районе – лесной отель «Голубино».

С 2014 года наша семья выкупила обанкротившееся предприятие, потому что мы верим в то, что территория может развиваться, в том числе за счёт туризма. И места в нашей стране потрясающие, люди хотят их смотреть, хотят путешествовать, но это довольно затруднительно иногда бывает, хотя за пять лет у нас увеличился туристический поток на 30 процентов, мы принимаем более 12 тысяч человек. И помимо этого создали бурную деятельность в нашем посёлке Пинега, мы привлекаем и местную пекарню, и ферму, и школы, и музеи.

В.Путин: Как село называется?

А.Клепиковская: Посёлок Пинега Архангельской области.

Пинега старше Москвы на 10 лет, там потрясающая история. И мы сейчас уже более 20 вариантов экскурсий – экологических, культурно‑познавательных, различных – организуем.

С чем мы сталкиваемся в нашей работе? Конечно, туризм очень сильно влияет не только на туристов, но и на местное население, то есть вся инфраструктура, которая создаётся для туризма, используется нашими жителями. Это мы очень сильно почувствовали на себе, когда школьники из Пинеги, школьники из ближайших деревень смогли приезжать к нам на свои мероприятия, праздники, ещё что‑то.

И конечно, мы столкнулись с возможностью привлечь молодёжь, которая готова зачастую уже даже переехать из больших городов. Им интересна креативная индустрия, современные какие‑то рабочие места. Однако им не хватает качества жизни на селе, то есть им не хватает интересных современных молодёжных центров.

Например, у нас есть старинное здание, которое все очень хотят восстановить, но на него, например, нет возможности получить даже грант, потому что гранты на реконструкцию у нас, к сожалению, не работают.

Сейчас мы получили президентский грант и провели сессию в посёлке, где обсудили возможности развития устойчивого туризма, который будет выгоден и жителям, и приезжим. И все очень поддерживают эту идею.

В связи с чем хотелось бы обратиться с предложением. На текущий момент нет единой программы поддержки именно туризма на сельских территориях, сельского туризма. И в настоящий момент Министерство сельского хозяйства и Министерство экономического развития, мы были бы очень рады, если бы они разработали комплексную программу по поддержке такого туризма, в которой бы учитывались и потребность какой‑то грантовой поддержки именно участников, гостевых домов, туроператоров, и одновременно поддержка с инфраструктурными и социальными объектами, их финансированием.

И второй момент. Мы находимся на совершенно потрясающей трассе, ведущей из Арктики в Арктику, из Архангельска в Мезенский район, ровно в центре. Дорога – это наша основная, связующая артерия, и то, как гости могут до нас доехать, до самых красивых деревень: Кимжа, Кильца.

К сожалению, она гравийная, по ней ездят лесовозы, и далеко не всегда, особенно после проезда лесовозов, она вообще пригодна для проезда легкового транспорта, на котором, собственно говоря, перемещаются гости.

Хотелось бы, чтобы эту дорогу тоже включили, возможно, Министерство по делам развития Дальнего Востока и Арктики могло бы принять на себя какое‑то решение по созданию устойчивого транспортного направления по этой дороге. Это было бы очень приятно.

Спасибо большое.

В.Путин: Вы знаете, ответ достаточно короткий будет, потому что, во‑первых, у нас социальная сфера на селе, к сожалению… Мы сейчас говорим, что и очень много позитива, но я‑то прекрасно отдаю себе отчёт в том, в каком состоянии находится ситуация с социальной сферой на селе, там очень много проблем. И на исправление ситуации нацелена как раз программа, про которую я говорил, два с лишним триллиона рублей на развитие, по сути инфраструктуры и «социалки» на селе.

В рамках этой программы наверняка можно выделить и отдельные направления, связанные с сельским туризмом, о котором Вы сказали, и с развитием инфраструктуры под него, тем более что это практически одно и то же. Я просто не знаю, всё расписано уже в этой программе или есть возможность что‑то выделить отдельно?

Это можно и нужно даже сделать, на мой взгляд, тем более что ООН объявила следующий год Годом экологического и сельского туризма. Поэтому мы в общий тренд вполне можем и должны вписаться. Посмотрите, пожалуйста, ладно?

Пожалуйста.

О.Шекерьянц: Добрый день!

Ованес Шекерьянц, директор Ресурсного центра добровольчества «Волонтёры Адыгеи».

Во-первых, хочу сказать Вам большое спасибо за поддержку волонтёрского движения, оно очень активно развивается в нашей стране. Мы хотим продолжать и, правда, верим, что Вы нам будете помогать и в следующие годы.

Уже девять лет в нашей стране проходит Всероссийский конкурс «Доброволец России». Республика Адыгея очень активно принимает участие в этом конкурсе, даже в 2018 году стала лидером по количеству поданных проектов из всей страны. Но есть большая проблема уровня и социального эффекта проекта.

Бо́льшая часть территории Адыгеи – это сельская местность, где пишутся проекты, направленные на решение острых и очень важных задач, но конкретно в сёлах и аулах, то есть это маленькие поселения. Таким проектам очень сложно конкурировать на федеральном уровне с проектами больших мегаполисов.

Поэтому есть просьба к Вам – дать поручение Росмолодёжи, чтобы они продумали возможные корректировки в этом конкурсе, чтобы мы могли точечно ещё и поддерживать сельских волонтёров.

Также Вы сейчас упоминали комплексную программу по развитию сельских территорий. Есть большая просьба – добавить туда направление гражданской активности и развития волонтёрства. Я уверен, что именно тогда мы сможем качественно не просто развивать инфраструктуру, но ещё развивать людей и социальную активность именно в сёлах.

Спасибо.

В.Путин: Мне добавить нечего, я хочу просто сказать, что вы делаете очень правильное, хорошее, доброе дело. И всё, что Вы сейчас заметили, мы постараемся это в каких‑то возможных пределах реализовать. А это поручение Росмолодёжи и Администрации Президента, у нас есть Управление внутренней политики, я обязательно дам.

О.Шекерьянц: Спасибо.

В.Путин: Спасибо Вам.

Прошу Вас.

С.Балаев: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Сергей Балаев, я фермер из Коломны, Московская область. Основное моё направление – это козы, крокодилы и улитки.

В.Путин: С крокодилами Вы что делаете? Шкуры снимаете?

С.Балаев: Ещё нет. Мы их пока выращиваем, строим разводни. В следующем году, надеемся, уже пойдёт яйцо, которое мы будем инкубировать, показывать в прямом эфире, чтобы люди всё это видели.

В.Путин: Смотрите, чтобы они у Вас не разбежались только.

С.Балаев: Да.

Но основной вопрос у меня, конечно, про улиток. Я, в общем‑то, болею этой темой, это моя основная тема.

В.Путин: Виноградные улитки?

С.Балаев: Да, виноградные.

В.Путин: А где виноград‑то у вас, в Московской области?

С.Балаев: А им виноград не нужен, они знаете как любят крапиву! Я всем говорю, что виноградная улитка в Коломенском районе Московской области – это самая лучшая и самая вкусная улитка.

В.Путин: С чесноком только.

С.Балаев: Эскарго, да. Мы делаем, кстати, самый лучший эскарго – это говорят все гости. У меня тоже туризм, ко мне едут очень многие. Я даже не знаю, какую страну назвать, которая у меня не была уже, и все говорят: спасибо, как ты делаешь? А я говорю: очень просто – переезжайте в Московскую область и выращивайте улитку, и она у вас будет такая же вкусная.

Но улитка, к сожалению, это не сельхоздеятельность, и нет такого вида – выращивание улитки. Кстати, я в следующем году хочу бега улиток провести.

В.Путин: Тараканьи бега знаю.

С.Балаев: Теперь будут улиточные.

В.Путин: А по улиткам как‑то не приходилось.

С.Балаев: Я бы очень хотел, чтобы сделали поручение, для того чтобы этот вид деятельности ввели в сельхозпроизводство.

В.Путин: Я согласен, это же пищевой продукт. Рыба туда входит, устрицы. А почему бы не улитки?

С.Балаев: Мы, наша страна улитководов, победит все страны, у нас будут самые лучшие улитки.

В.Путин: Дмитрий Николаевич, почему такая дискриминация улиток?

Д.Патрушев: Будут улитки, включим улитки, будут те, кто разводит улиток, тоже сельхозтоваропроизводителями.

С.Балаев: А можно ещё помочь мне? Из‑за рубежа у моего партнёра…

В.Путин: Попался. Сейчас мы его ошкурим по полной.

С.Балаев: …Помочь привезти маточное поголовье. Там есть два хороших вида улитки.

В.Путин: Где?

С.Балаев: Из Чехии, у меня партнёр в Чехии, мы, кстати, с ним в следующем году книгу издадим: 100 и 1 рецепт блюд из улитки.

В.Путин: А чем мы можем помочь?

С.Балаев: Он получил все лицензии, и он готов в Россию поставлять, а я не знаю, как это сделать, я не умею.

В.Путин: Лицензию?

С.Балаев: У него есть лицензия, а как мне у него получить маточное поголовье, я не знаю. Если бы мне кто‑то помог, я был бы очень рад.

Д.Патрушев: Владимир Владимирович, мы проработаем с Россельхознадзором. Видимо, могут быть там вопросы по поставкам улиток в том числе.

В.Путин: Давайте. У меня только просьба: вместе с Россельхознадзором сократить эти вопросы до минимума, ладно? Чтобы не было так, как здесь некоторые говорили, что коллеги по 10 лет не решали этот вопрос с улиткой. Улитки – это очень хороший, питательный биологический продукт.

С.Балаев: Самый сильный афродизиак в мире.

В.Путин: Какой?

С.Балаев: Афродизиак. Мы поможем.

В.Путин: Слышали, мужики? Все на улиток. И решим заодно демографическую проблему. Дима, обязательно.

Д.Патрушев: Хорошо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Тебе тоже пригодится.

С.Балаев: Это чистый белок, и он очень концентрированный. Если можно, чтобы Вы к нам на ферму потом приехали когда‑нибудь.

В.Путин: Может, загляну.

С.Балаев: Спасибо большое.

В.Путин: Прошу Вас.

И.Лобач: Добрый день, Владимир Владимирович, очень рад тоже Вас видеть!

Я Лобач Игорь – Общественная палата Краснодарского края и «Южный рисовый союз».

Хочу сказать, что наша отрасль тоже развивается достаточно активно, экспортно ориентированная, несмотря на то что периодически сталкивается с определёнными проблемами, нам с Правительством и с Вами в том числе всегда удавалось эти проблемы решать. Так мы решили проблему с импортным демпингом, так мы решили с попыткой вьетнамцев прийти на наш рынок с большими объёмами. В своё время, три года назад, Вы нам очень помогли с решением вопроса по утилизации рисовой соломы. И большущее Вам спасибо все рисовики говорят, я думаю, не только Краснодарского края, в том числе, наверное, и Адыгеи обязательно.

Мы в последнее время столкнулись тоже с проблемой, которая в принципе может дестабилизировать всю отрасль. По сути дела, разговор идёт о попытке деприватизации земель сельскохозяйственного назначения на рисовых оросительных системах. При этом могут пострадать порядка 30 тысяч добросовестных собственников – пайщиков, колхозников. И если отрасль не стабилизируется, порядка 40 тысяч рабочих мест может…

В.Путин: Что там происходит? Я не понимаю.

И.Лобач: А происходит просто: нет чёткого разграничения между землями сельхозназначения и мелиоративными объектами. То есть каналы, дороги и сооружения – это одно, это рисовая система, мелиоративные сооружения, а землю, на которой выращивается рис, в своё время раздали как паевую землю.

В.Путин: На паи раздали?

И.Лобач: На паи раздали. Теперь, когда пришло время, у государства появились деньги, и начали ставить систему на кадастровый учёт, её поставили как единую систему вместе с землёй пайщиков. И сейчас, как только начнут эту землю ставить на кадастровый учёт уже теперь как государственную, возникнет конфликт…

В.Путин: Почему как государственную, если земля пайщиков? Это не государственная тогда.

И.Лобач: Владимир Владимирович, каналы и дороги – это сетка, которые надо было, как линейные объекты, вымежевать, вымежевали как площадной объект.

В.Путин: Так вот каналы и прочее – это государственные?

И.Лобач: Это государственные, на них никто не претендует.

В.Путин: Потому что содержать надо.

И.Лобач: Надо содержать.

Если государство скажет «заберите», как, например, в Ростовской области сделали, мы будем вести разговор о том, чтобы её забрать. Но лучше, если она будет находиться у государства, – для нас это удобнее.

И для того, чтобы прекратить эти разногласия, которые у нас происходят…

В.Путин: Что Вас беспокоит? Что может произойти?

И.Лобач: Сегодня начал строиться проект – строят дорогу Краснодар – Крымский мост. 14 хозяйств эта новая дорога затрагивает. И конечно, часть земель на рисовой системе будут изымать. И если признают, что эта земля государственная, то люди ничего от этого не получат. Это повлечёт за собой дальнейшее движение.

Мы поднимали этот вопрос, есть межведомственные разногласия у Минсельхоза и Росреестра. Ссылаются на то, что судебная практика пока эти вопросы не затрагивала. Но при этом ни в одном судебном процессе пайщики не участвовали: там была земля либо государственная, либо банкротных предприятий.

Поэтому у нас очень большая просьба дать поручение разобраться с этим делом и разделить чётко в любом законодательном акте – хоть в законе о мелиорации, хоть в каком‑то другом, как Вам будет удобно это сделать: мелиоративные объекты – это одно, и дать им определение, и земля сельхозназначения на рисовой системе – это совершенно другое; и тогда проблема снимется.

В.Путин: Что это Вам даст?

И.Лобач: У нас могут просто забрать эту землю.

В.Путин: А в другом случае, в Вашем предложении, просто так уже не изымут?

И.Лобач: Если это будет чётко написано, что площадь чека – это земля сельхозназначений и она паевая, тогда у нас её никто не заберёт. А саму систему мелиоративных сооружений, пожалуйста, мы не против, мы только за, и даже будем в этом плане помогать очень сильно.

В.Путин: Я попрошу Алексея Васильевича Гордеева, курирующего вице‑премьера, скоординировать работу этих ведомств.

А.Гордеев: Проведу совещание по этому вопросу.

В.Путин: Спасибо. Хорошо.

Прошу Вас.

Н.Манохина: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

Н.Манохина: Манохина Наталья, глава администрации Уляшкинского сельского поселения, Каменский район, Ростовская область.

Я хочу сказать о своём поселении – это небольшое сельское поселение, оно удалено, производство практически отсутствует, в состав поселения входит шесть населённых пунктов, общая численность населения меньше тысячи, а точнее, 974 человека, и, к сожалению, численность эта с каждым годом только уменьшается.

Надежды на то, что что‑то резко может измениться в лучшую сторону, у населения, к сожалению, нет. Но в этом году мы объединились с активистами и поучаствовали в программе Российского союза сельской молодёжи «Инкубатор сельских инициатив», а также в программе Общероссийского народного фронта «Село. Территория развития».

Что нам это дало? Мы выявили потенциал территории, для нас это нетипичный для Ростовской области лес, у нас его произрастает почти восемь тысяч гектар, где растёт огромное количество грибов, и барханы. Мы, собственно, решили развивать туризм, на территории будем разрабатывать туристический маршрут.

Что мы сделали в этом году? Мы провели первый фестиваль экологического туризма, назвали его «Ольховые колки», его уже посетило в этом году более тысячи человек. Это дало надежду и стимул для развития жителей, они поняли, что в состоянии менять жизнь в лучшую сторону вокруг себя и делать это самостоятельно, без помощи государства.

Но мы ведь все прекрасно понимаем, что этого недостаточно, и всё‑таки, как Вы уже говорили, на селе необходимо развивать инфраструктуру: это и газификация, и социальная сфера, и многое другое. И, к большому счастью, в нашей стране есть замечательная программа «Комплексное развитие сельских территорий», в которой сейчас все уже принимают активное участие. Она предоставляет просто колоссальное, огромное количество возможностей, и мы готовы в ней участвовать.

Но первой ступенью для участия в этой программе, как говорил уже коллега, я, с Вашего разрешения, повторюсь, – это наличие проектно‑сметной документации. Для нас как для дотационного поселения очень сложно разработать документацию, потому что иногда она стоит не одну сотню тысяч рублей, а иногда и миллионы.

Поэтому я ещё раз повторюсь и хочу попросить Вас предусмотреть в федеральных и региональных программах комплексного развития сельских территорий финансирование разработки проектно‑сметной документации.

В.Путин: Я не знаю, предусмотрена ли такая статья в этой, мы уже в третий раз упоминаем, достаточно капиталоёмкой программе – там, по‑моему, 2 триллиона 240 миллиардов рублей – деньги на сметную документацию. Но ведь это могут быть типовые проекты, здесь точно могут быть типовые проекты. Он может тиражироваться из одной области, из одного субъекта в другой, и ничего не будет практически стоить. Но мы подумаем над этим ещё раз.

А что касается непосредственно Вашего случая, я попрошу губернатора, надеюсь, он услышит даже то, что я сейчас скажу, чтобы он Вам помог выставить заявку на получение этого финансирования.

Н.Манохина: Спасибо большое. Губернатору тоже спасибо, помогает, слышит. Спасибо ещё раз.

В.Путин: Прошу Вас.

В.Бережная: Добрый день, Владимир Владимирович!

Виктория Бережная, станица Родниковская, Краснодарский край, – помощник атамана Лабинского районного казачьего общества, директор Лабинского музея истории краеведения, автор и координатор семи социально значимых проектов, поддержанных Фондом президентских грантов и реализуемых на селе. Один из проектов – клуб «Застава» Чамлыкского хуторского казачьего общества – стал лидером 100 лучших проектов России.

Владимир Владимирович, в первую очередь я хочу поблагодарить Вас и передать Вам низкий поклон от наших детей. Благодаря Фонду президентских грантов Вы исполняете их мечты, Вы и ваша команда – Илья Чукалин и Сергей Владиленович Кириенко. Мы виделись недавно на форуме добровольцев. Большое вам спасибо, большой прорыв.

Также Фонд президентских грантов помогает развивать работу НКО на селе. У нас такого никогда не было. Это действительно большая работа, проводимая при Вашей непосредственно поддержке. Спасибо.

Владимир Владимирович, культура – это цемент здания общественной жизни. Сельский дом культуры – это сердце и душа села. При Вашей поддержке, спасибо опять Вам огромное, реализуется национальный проект «Культура», который позволяет обеспечить строительство, ремонт и оборудование сельских учреждений культуры.

В.Путин: Как теперь откажешь? Чего бы ни попросила, всё придется сделать. (Смех.)

В.Бережная: Но, к сожалению, мы наблюдаем нехватку и старение кадров на селе.

С 2012 года успешно реализуется программа «Земский доктор», с 2020 года начинает работать программа «Земский учитель». Я прошу поручить Правительству помочь сёлам развиваться в области культуры и укрепить цемент здания общественной жизни.

Проект «Земский культработник» позволит значительно улучшить качество профессиональных услуг в области культуры на селе, привлечь новые кадры, а также в целом улучшить качество работы национального проекта «Культура».

Владимир Владимирович, мой сын Тимофей очень попросил Ваш автограф привезти. Я Вас прошу, пожалуйста.

В.Путин: Конечно, обязательно, сделаем.

Что касается «Земского работника культуры», вы знаете наверняка, мы расширяем эту программу. Сначала там были определённые ограничения для «Земского доктора», потом сделали ещё «Земского фельдшера» – там миллион 500 тысяч.

Теперь по Дальнему Востоку мы в два раза практически увеличили, сейчас будем снимать ограничение по возрасту. Мы хотим всё проанализировать, как эти все нововведения заработают, справедливо абсолютно это и в отношении земских деятелей культуры. Конечно, это очень востребованно, я прекрасно понимаю. Мы обязательно просчитаем и проработаем, ладно?

Пожалуйста.

М.Соколова: Здравствуйте!

Меня зовут Соколова Мария, я из Гулькевичского района Краснодарского края, я фермер. Мы с мужем занимаемся крестьянско‑фермерским хозяйством – разведение коров с 2016 года. Хозяйство у нас небольшое, ну к тому же мы являемся родителями четырёх детей, надеемся, не остановимся, возможно.

В.Путин: Улиток муж не кушает у Вас?

М.Соколова: Нет. Но у меня есть ахатинские улитки, я приеду на соревнования.

Дело в том, что я также являюсь председателем районного союза сельской молодёжи у нас и езжу часто по школам, и проблему у детей слышу, что они не хотят оставаться на селе. Хотят переехать куда‑то, хотя мы на своём примере пытаемся рассказать, доказать, что можно и нужно жить на селе. Но они не могут понять, как это, работать на селе.

Мой муж получал права ещё в школе, раньше профориентация была, или как это называлось, он получил права на трактор, сейчас ему это в жизни помогло. А дети, которые выпускаются сейчас из школ, такой возможности не имеют. И у нас большая нехватка трактористов, механизаторов. Нельзя ли вернуть этот урок в сельские школы?

И если можно, ещё второй вопрос.

В.Путин: По первому – полностью с Вами согласен, ранняя профориентация чрезвычайно важна. Я пытаюсь этим заниматься очень плотно: и Правительство прошу это делать, и Министерство просвещения, и коллег из регионов. Обязательно будем продолжать эту работу. Вы абсолютно правы, это немножко было утрачено, к сожалению, в последние годы. Нужно к этому вернуться и заниматься этим по полной программе.

М.Соколова: И второй вопрос. Услышала коллегу, у него на небольшое поголовье 300 гектар земли. У нас на такое же количество поголовья четыре гектара земли.

Чтобы Вы понимали, у нас аграрный край, и для того, чтобы получить землю, сейчас работает схема: нужно написать заявление, её выставляют публично, и если поступит ещё какое‑то заявление от фермеров либо, может быть, от агрохолдига, то выставят на торги.

Мы маленькие фермеры, мы хотим развиваться, но не имеем возможности. Вы понимаете, что животноводство без земли – это очень убыточно, хотя мы пока держимся и будем держаться до конца. Но земля нам необходима.

Был закон до 2015 года, когда на заявление крестьянско‑фермерскому хозяйству предоставляли землю без торгов. Это был закон о крестьянско‑фермерском хозяйстве, статья 12. Сейчас это утрачено. От всех фермеров хотелось бы попросить, чтобы вернули этот закон, потому что нам сложно.

Вот я лично приходила на торги, и приходят туда более крупные фермеры, мне сложно с ними конкурировать. Понимаете, они могут дать и 50, и 100 тысяч за гектар. Я не могу этого, у меня убытки, моя корова не даст столько молока, чтобы я его продала на такую сумму.

Вот такая просьба.

В.Путин: Эта проблема известна, и в целом я на Вашей стороне. У нас есть сторонники крупных товарных производств на селе. Конечно, их нужно развивать. Это особенно Александр Николаевич Ткачёв, он большой сторонник крупных товарных производств. Это имеет под собой основание, безусловно, это правда.

Но таким хозяйствам, как Ваше, семейное хозяйство с четырьмя детьми, – нет, серьёзно, это же не шутки, это серьёзная вещь, – конечно, должны быть созданы условия для развития. Мы подумаем и насчёт этого замечания, как можно решить в целом по стране этот вопрос, подумать надо, в какой форме и как там можно вернуться к прежнему регулированию оборота земли сельхозназначения. Но в части, касающейся таких предприятий, как Ваше… Вениамин Иванович [Кондратьев] здесь? Удрал куда‑то. Полпред здесь, он с ним поговорит, чтобы конкретно хоть Вам помогли, пока будут решаться глобальные вопросы.

М.Соколова: Вы знаете, я веду свой блог, он у меня небольшой, но я общаюсь с фермерами, они смотрят на то, как ведём мы этот блог, приходят и говорят: «Ребята, как вы? Молодцы». Мы рассказываем о том, что мы пользуемся госпрограммами, господдержкой. Мы получали грант по программе «Начинающий фермер». Он дал нам тот старт, который мы хотим дальше… Даст бог, пойдём на «Семейную животноводческую ферму». За это спасибо огромное. У нас Вениамин Иванович, я его знаю, замечательный человек, и у нас вообще руководство края очень замечательное.

В.Путин: Человек замечательный, но у Вас только четыре гектара земли. Человек замечательный – земли только нет.

М.Соколова: Вы знаете, многие жалуются, что у некоторых и такого нет.

В.Путин: Я понимаю. Я в шутку это говорю. Он действительно болеет за дело – это правда, я знаю это. Но кардинально надо подумать, как в масштабах страны помогать таким хозяйствам, как Ваше. Подумаем, вернёмся к этому.

Прошу Вас.

С.Бровков: ОНФ по Ростовской области, группа компаний «Агроуспех», генеральный директора Бровков Сергей.

Я стал в 2012 году сельхозтоваропроизводителем. В 2014 году стартовало постановление 1432, которое позволило нам приобретать сельхозтехнику российского производства с хорошей скидкой 15–20 процентов. С 2014 года я вырос благодаря этой программе в шесть раз, даже смог что‑то экспортировать в прошлом году напрямую.

В.Путин: Покупаете «Ростсельмаш» в основном или что?

С.Бровков: «Ростсельмаш», Amazone – всё, что по хорошей цене, покупаем.

В 2019 году на сайте Минсельхоза были изменения по этой программе, где её продлили до 2022 или до 2023 года, но, к сожалению, кратно уменьшили финансирование. По сути, там денег нет. Эта программа также позволила, так как я в 2012 году покупал только иностранную технику, снизить мою прямую зависимость от наших иностранных партнёров.

Хотелось бы Вас попросить это постановление оставить в силе, как оно есть, в 2019 году, и сохранить финансирование на прежнем уровне – это 16–20 миллиардов рублей в год до 2023 года.

Спасибо.

В.Путин: Там чуть‑чуть в 2020 году у нас идёт снижение общего объёма. Поясните, пожалуйста.

Д.Патрушев: В 2018 году порядка 16 миллиардов было направлено на эту программу, в 2019 году чуть меньше, по‑моему, порядка 13 миллиардов. Владимир Владимирович, принято решение о том, чтобы эту программу сопровождал Минпромторг.

В.Путин: Передали из Минсельхоза.

Это я знаю. А денег‑то сколько?

Д.Патрушев: А мы передали с определённым количеством денег, которые изначально у нас были заложены. Ваше поручение было, чтобы ежегодно на эту программу выделялось не менее восьми миллиардов рублей, пока сопровождали, мы эти деньги выделяли и даже больше. Я сказал, что в 2019‑м – порядка 13, в 2018‑м – порядка 16. Соответственно, Минпромторг сейчас будет эту программу сопровождать дальше, Владимир Владимирович.

В.Путин: Хорошо. Игорь, напомните мне, пожалуйста, в Москве.

И.Левитин: К Госсовету?

В.Путин: К Госсовету. Обязательно поработаем и постараемся сделать так, чтобы вы почувствовали, что поддержка продолжается.

С.Бровков: Спасибо большое.

В.Путин: Есть.

Прошу Вас.

П.Калашникова: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Полина Калашникова, активист ОНФ «За честные закупки». Я Вам сейчас хочу вопрос задать даже больше не как общественник, а как мама. Этот вопрос касается школьного питания.

После медиафорума в Сочи Вы дали ряд поручений Правительству, и в результате они воплотились в законопроект. В народе его назвали «закон о бесплатном школьном питании». Мы очень его ждём, особенно в регионах, потому что надеемся, что вместе с федеральными деньгами придёт федеральный контроль.

Детей мало кормить бесплатно, их нужно кормить ещё и качественно, а на сегодняшний момент, к сожалению, ни школа, ни врачи, ни повара не могут этого дать. Поэтому мы очень просим включиться в программу Министерства сельского хозяйства. Именно в их власти и качество продуктов, и цены устанавливать. Хороший продукт не может стоить дёшево, мы все знаем об этом, но бюджет, и родителям тяжело это тащить. Предположим, какие‑то фермеры, небольшие агрокомплексы, которые производят хорошее молоко, масло, овощи, мясо, при поставке их в школы, детские сады и больницы могли бы получать от государства какую‑то субсидию, тем самым они смогут сохранить свою цену, а дети получат качественный продукт.

Сейчас на самом деле ужасная ситуация. Буквально на выходных в СМИ попала информация, что в Тольятти раскрыли подпольный цех, который скупал в близлежащих районах гнилое мясо павших животных, которые должны были быть закопаны в скотомогильниках, всякие махинации с ним проводил и поставлял в детские сады и школы. Главное, знаете, самый интересный вывод, что все правоохранители работают, ветслужбы работают и рекомендуют директорам школ и заведующим детскими садами усилить контроль приёма продуктов. А как они это могут сделать? У них нет ни знаний таких, ни оборудования, ни лабораторий, то есть школы и детские садики сейчас не могут вообще за этим следить.

Хотели Вас попросить, чтобы Вы дали поручение: возможно ли в программе развития комплексного сельского хозяйства сделать подпрограмму по питанию детей, чтобы у нас фермеры получали рынок сбыта, а наши дети в школах, больницах и детских садиках получали качественные продукты?

В.Путин: Это не зависит от конкретных фермеров, которые производят качественную продукцию.

П.Калашникова: Это нужно, чтобы Минсельхоз контролировал.

В.Путин: Минсельхоз можно, но Минсельхоз из Москвы вряд ли сможет проконтролировать каждую школу по всей стране. Это муниципальные и субъектовые задачи. Может быть, при поддержке Минсельхоза можно представить себе, что возможны какие‑то общие правила, но всё равно контроль должен быть на месте. Минсельхоз не сможет это проконтролировать сверху.

Кроме всего прочего, существуют другие контролирующие и правоохранительные органы, которые должны тщательно отслеживать работу, особенно с детьми. Я с Вами согласен. Поработаем, посмотрим, конечно.

П.Калашникова: Спасибо.

А.Коновалов: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги!

Меня зовут Антон Коновалов, член Общественной палаты Краснодарского края и полуфиналист конкурса «Лидеры России» прошлого сезона и предстоящего.

С коллегами по этому конкурсу мы учредили экспертно‑дискуссионный клуб «Фишт» для помощи в развитии Краснодарского края и решения проблем муниципалитетов. В ходе нашего пилотного проекта по увеличению бюджета станицы Ловлинская в Тбилисском районе мы пришли с коллегами к выводу, что необходимо переформатировать систему информационно‑консультационной помощи при распределении мер господдержки.

Не секрет, что наше государство тратит колоссальные средства для поддержки аграриев. Общаясь с простыми станичниками, мы уловили у них высокую волю, высокое стремление начать своё малое дело в сельском хозяйстве: КФХ организовать или ЛПХ, здесь много коллег, которые этим занимаются. И банальный барьер, с которым они сталкиваются, – это незнание того, как, какой документ заполнить и куда обратиться. На сегодняшний день по Краснодарскому краю действует система информационно‑консультационных центров. Есть на краевом уровне и в каждом районе. К ним претензий нет, они ведут колоссальный объём работы. Наша идея в том, чтобы на базе сети ИКЦ сделать систему «одного окна» для предпринимателей на селе по типу многофункциональных центров, как сейчас есть МФЦ в городах. И плюс дополнительно проработать идею мобильных выездных приёмных в отдалённые населённые пункты для информирования. Мы убеждены в том, что, во‑первых, это подстегнёт развитие предпринимательской инициативы, во‑вторых, повысит прозрачность механизма распределения грантов. В конечном счёте, конечно, можно говорить о наполнении бюджетов сельских поселений. В целом администрация Краснодарского края эту идею поддерживает.

Я забыл сказать ещё о том, что будет стимул и в других отраслях, таких, скажем, несколько отстающих, как рыбоводческий комплекс. Это очень важно для Краснодарского края.

Поэтому, уважаемый Владимир Владимирович, мы хотели бы заручиться Вашей поддержкой, отработать в пилотном проекте это. Наш клуб «Фишт» готов от проектной идеи до реализации это довести в течение какого‑то срока. Если практика будет положительная, можно транслировать её на другие аграрные субъекты Российской Федерации.

В.Путин: Она уже положительная. Во многих субъектах что‑то подобное уже работает. Центры компетенций, центры информации работают во многих субъектах Российской Федерации прямо при МФЦ фактически, когда люди приходят и в «одном окне», что называется, всё получают. Очень хорошая и правильная вещь. У нас действительно вопрос информирования, к сожалению, пока, даже притом что интернет развит, очень развит действительно, но целевым образом на определённые группы заинтересованных лиц, к сожалению, формируется очень мало контента. Нужно работать. И правильно абсолютно. Будем поддерживать всячески.

А.Коновалов: Спасибо большое.

Б.Асхабов: Добрый день, Владимир Владимирович!

Беслан Асхабов, Чеченская Республика, член регионального штаба ОНФ, председатель регионального отделения «Российский союз сельской молодёжи».

Одна из важных проблем на селе – это нехватка кадров. Нехватка остро стоит не только в сфере сельского хозяйства, а также в медицине, образовании и так далее.

Существуют стимулирующие программы, как говорилось ранее: «Земский доктор»; со следующего года начинает действовать программа «Земский учитель»; также в госпрограмме комплексного развития сельских территорий предусмотрено возмещение затрат до 30 процентов, понесённых на оплату труда и проживание студентов, учащихся в вузах Минсельхоза России. Мы всячески поддерживаем эту работу органов власти и в свою очередь доносим информацию до молодёжи.

Но мы никак не сможем заманить молодых людей на село, предложив заработную плату, обеспечив жильём, если человек знает, что он в селе будет жить один, то есть если не будет в селе молодёжи. То есть там ему трудно, практически невозможно будет найти друзей, завести семью, и в принципе, кроме работы, молодого человека там ничего не держит. Да и вряд ли приезд одного молодого специалиста значимо повлияет на общую ситуацию в селе.

А мы в свою очередь предлагаем ещё на этапе обучения в вузах организовать команды разных специальностей, чтобы это была сплочённая, не просто одним вузом, а дружбой команда, которая будет на протяжении нескольких лет, пока не выпустятся, реализовывать в конкретных населённых пунктах социально значимые проекты. После окончания учёбы эта команда уже будет трудоустраиваться на конкретное предприятие и в организации муниципального образования конкретных сёл.

Предложение следующее: Министерству труда и социальной защиты, Министерству сельского хозяйства, Федеральному агентству по делам молодёжи совместно с Российским союзом сельской молодёжи разработать проект «Кадры для села», который будет направлен на привлечение молодых специалистов в село.

Спасибо.

В.Путин: Хорошая идея, она комплексная, и нужно действительно попросить коллег из всех тех ведомств, которые Вы назвали, для того чтобы они какой‑то типовой проект сделали. Но, как Вы совершенно точно заметили, это должно быть нацелено на решение какой‑то конкретной задачи. Под эту задачу и формируется команда. У нас есть хороший очень опыт совсем в другой сфере, не в АПК, а в ОПК.

Вы знаете, когда я сейчас скажу, ребята вспомнят, я принимал в Кремле, захотел встретиться с теми, кто работал над «Искандером». Пришли достаточно молодые люди. Это наше очень хорошее оружие современное, высокоточное. Посмотрел, молодые люди. Они говорят: а мы группой целой пришли; как Вы начали платить гранты – а я систему грантов предложил в оборонке, – мы сразу целиком группой перешли в институт. Потом ещё подошли ребята и сделали «Искандер».

Понимаете, они пришли под задачу и под конкретное финансирование. Поэтому, с одной стороны, нужно сплачивать такой коллектив, группу делать, а с другой стороны, должна быть задача, обеспеченная решением социальных вопросов и финансированием. Это комплексная непростая задача, но в целом по этому пути нужно идти.

Мне очень приятно, что этот вопрос задаёт молодой человек из Чечни. Меня терзали вопросами по Чечне и на встрече с правозащитниками, и потом на пресс‑конференции. Я тогда не всё сказал. Сейчас, знаете, добавлю. Я помню, когда с первым Президентом Чечни разговаривал, мы с ним много разговаривали, в том числе и о его участии в неформальных вооружённых формированиях. Он мне говорил: а в Чечне раньше нужно было быть либо членом банды, либо иметь свою банду, и у меня была своя банда, жить было по‑другому невозможно. Это не столько их, наверное, была вина, сколько наша общая вина, России, что довела до такого состояния. Это другой совершенно вопрос. Но то, что молодой человек на Чечню ставит такие конкретные вещи, задаётся конкретными вопросами и нацелен на позитивное развитие и страны в целом, и Кавказа, Чечни, мне это очень приятно. Идея хорошая.

Прошу Вас.

Д.Крупная: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Меня зовут Крупная Дарья, краснодарское региональное отделение Российского союза сельской молодёжи.

Тема моего вопроса – это устранение цифрового неравенства на территории Российской Федерации. В этом году в рамках проекта ОНФ «Село. Территория развития» проводился выборочный мониторинг сельских поселений, где функционируют общие точки доступа в интернет. И зачастую сельские жители используют интернет не только для общения, но и для работы, для образования, для получения доступа к государственным и муниципальным услугам.

Также в этом году мой социальный проект «Село, молодёжь, медиа и SOFT SKILLS» получил грантовую поддержку от Росмолодёжи. Проект направлен на обучение сельских жителей основам интернет-маркетинга и СММ, для того чтобы у них были бóльшие шансы в реализации своей продукции, в её сбыте. Мы знаем, зачастую это решающие факторы для малых форм хозяйствования на селе.

Мы считаем работу по подключению сёл к интернету очень важной и значимой, поскольку в некоторых сельских поселениях отсутствует сотовая связь. Мы хотели бы предусмотреть возможность подключения к интернету ещё более малочисленных сёл. Поэтому, Владимир Владимирович, хотели бы Вас попросить поручить Правительству Российской Федерации в рамках реализации национального проекта «Цифровая экономика» расширить список сельских поселений и провести интернет в поселения с численностью населения не менее 100 человек, а не 250, как это предусмотрено сейчас.

Спасибо.

С наступающим Новым годом!

В.Путин: Спасибо большое.

Такое поручение уже есть. И даже есть проект закона. Он рассматривается. Надеюсь, мы выйдем на позитивные решения. Связано это исключительно с одним – с возможностями бюджетного финансирования. Такой проект закона уже даже готов. Так что будем в этом отношении двигаться дальше. Это очень правильно.

Конечно, человек, где бы он ни проживал, даже в маленьком населённом пункте, должен чувствовать себя современным человеком. Кстати говоря, для малых населённых пунктов это важнее даже, чем для крупных городов. Человек тогда подключается и к системам образования, и к медицине, и к общению, к чему угодно, – совсем другой уровень. Вопрос только в деньгах. Будем обязательно в этом направлении двигаться дальше.

Пожалуйста.

А.Тюрин: Добрый день!

Аскер Тюрин, краснодарское отделение Российского союза молодёжи. Проживаю в ауле Тахтамукай, при этом работаю в городе Краснодаре.

Коллеги уже высказались по поводу сельского туризма. Сельский туризм является перспективным направлением на самом деле. Я согласен с тем, что должна быть какая‑то диверсификация сельской экономики. Но, хотелось бы добавить, кроме необходимости грантовой поддержки общественных организаций и фермерских хозяйств, о чём мы можем говорить, если нет федерального закона, где было бы регламентировано само понятие «сельский туризм»? Насколько я знаю, есть только ГОСТ, в котором прописано это понятие, и то для малых гостиничных домов, – всё.

Просьба ускорить процесс принятия данного закона, а также утвердить конкретное ведомство, которое будет заниматься этим направлением. Дело в том, что Российским союзом молодёжи сейчас реализуется проект «Молодёжный туризм». Мы столкнулись с проблемой, что Министерство экономического развития и Министерство сельского хозяйства не могут определиться, чья это зона ответственности. То есть хотелось бы понимать, к кому обращаться за помощью.

Спасибо.

В.Путин: Чья зона ответственности?

А.Гордеев: У нас же ведь целое есть агентство – Ростуризм при Минэкономразвития.

В.Путин: Спихивают всё, видите? Ладно. Порешаем, услышал.

А.Тюрин: Дело в том, что мы обсуждаем это уже не первый год, а они не могут между собой определиться.

В.Путин: Если они не договорятся между собой, я сделаю так – бум!

Пожалуйста, прошу Вас.

П.Романишин: Уважаемый Владимир Владимирович, спасибо за предоставленное слово.

Пётр Романишин, винодельческое предприятие «Фанагория».

Вы в начале сказали дать обратную связь по текущим вопросам. «Фанагория» в текущем году получила около…

В.Путин: Я у Вас был, по‑моему?

П.Романишин: Нет. Надеемся, что будете.

В.Путин: Но где‑то был там.

П.Романишин: «Фанагория», Темрюкский район, мы рядом с Крымским мостом.

В.Путин: По‑моему, я где‑то там был, в какое‑то хозяйство заезжал в прошлом году.

П.Романишин: «Фанагория» Вас ждёт.

В.Путин: Спасибо большое.

П.Романишин: В текущем году мы получили кредитов по программе льготного целевого кредитования по линии Минсельхоза более чем на 400 миллионов рублей. На самом деле всё работает чётко, эффективно. Министерство сельского хозяйства, уполномоченные банки, вокруг нас поставщики, подрядчики, строители, синергия есть, всё крутится, нормально сработало. И когда ставка около двух процентов, это нам придаёт уверенности, что можно принять решение и в этом году, можно отсрочить, если это по рыночной ставке. То есть двухпроцентная ставка, конечно, сподвигает к тому, чтобы не откладывать то, что необходимо делать.

Мы экспортируем наши вина. Основные рынки – Китай и Германия. В Китае, когда мы уже погрузились глубже…

В.Путин: Удачно, здесь и сыр есть. Всё хорошо.

П.Романишин: Да. Совокупные платежи при ввозе российского вина в Китай составляют около 50 процентов от таможенной стоимости. Вместе с тем ряд стран – Австралия, Молдова, Чили – свои вина на этот рынок ввозят с более льготной ставкой. Если возможно, в двусторонних торговых переговорах эту ситуацию как‑то учесть, затронуть.

В.Путин: То есть ввозная таможенная пошлина высокая?

П.Романишин: Да. Она на российские вина выше, чем на многие вина, которые поставляются из других стран в Китай. А он наш сосед, и как‑то не очень по‑соседски с нашей отраслью. Может, мы ещё в ней новички, но тем не менее стучимся в эту дверь, и хотелось бы, если МИД может поддержать, то было бы…

В.Путин: Хорошо. Пообсуждаем с нашими китайскими друзьями, обязательно поговорим.

П.Романишин: Спасибо.

В.Путин: Нужно только, чтобы не забыли, подготовьте.

П.Романишин: И вопрос.

Благодаря Вам на прошлой неделе принят долгожданный – мы искренне всей отраслью благодарим – закон о винограде и вине России.

В.Путин: Он вас устраивает, этот закон?

П.Романишин: В целом – конечно. Прописаны правила игры, определение, что такое вино, что можно, а что нельзя, отделение фальсификата. На наш взгляд, это большой шаг вперёд. Осталось сейчас важные вопросы с ЕЭП согласовать, чтобы не было пересечения. Но в целом очень правильный закон, мы поддерживаем.

В.Путин: С географическим названием вина?

П.Романишин: Да, вино защищённого географического указания и защищённого наименования по происхождению.

В.Путин: Чтобы было понятно, для наших производителей это ключевой вопрос, насколько я понимаю. Потому что виноматериал так называемый танкерами завозят, по бутылкам разливают, и всё. А тогда нашим производителям винограда и вина из‑за этого становится конкурировать практически невозможно, так?

П.Романишин: Да.

«Фанагория» – это пример. У нас 15 лет назад было 800 гектаров виноградника, в настоящее время – 3400. То есть мы с верой в наш рынок, нашего потребителя, который думает головой.

В.Путин: У вас большое предприятие. А сколько бутылок производите?

П.Романишин: Мы производим триединый подход от виноградной грозди. Премиальные вина, игристые и коньяки.

В.Путин: Всего бутылок сколько?

П.Романишин: Совокупно около 27 миллионов бутылок в год в последние годы.

В.Путин: Ух ты, ничего себе. Здорово!

П.Романишин: 1 миллиард 200 миллионов налогов в последние три года в среднем. 1500 сотрудников работает. Мы развиваемся. В связи с принятием закона основополагающее – виноградопригодная земля, то есть её вовлечение в оборот. Мы наблюдаем, что после варварской вырубки виноградников многие земли, которые в советское время были под виноградниками, в настоящее время зачастую приватизированы. Ряд собственников ждут капитализации, как собака на сене, – 15 лет только бурьян, больше ничего.

В.Путин: Они получили эту землю как землю сельхозназначения, но хотят перевести это в земли поселений, многократно, за счёт одной росписи чиновников, увеличив её стоимость?

П.Романишин: И это имеет место. Но есть такие земли, которые далеко от населённых пунктов, они просто на запасном пути отстаиваются, и с ними вообще ничего не происходит. То есть ждут какой‑то…

В.Путин: Они ждут возможности перевести их из земель сельхозназначения в земли поселений. И как только подпись появляется, стоимость земли возрастает в 10, 20, 30 раз сразу, в один удар. Только одна подпись.

П.Романишин: В связи с этим у нас просьба: так как принятый закон о винограде и вине делает отрасль более инвестиционно привлекательной, если увеличить банк предложения земли – налоговыми стимулами не используешь, плати больше налогов – поручить Правительству изучить этот вопрос.

В.Путин: Это правильно, давно обсуждается, нужно только двигать это вперёд.

П.Романишин: Потому что она в разной собственности и в фонде земли перераспределения…

В.Путин: Я согласен. Это касается не только виноградных земель, а всех земель сельхозназначения.

П.Романишин: Виноградарство – самая капиталоёмкая и благодатная по отдаче отрасль.

В.Путин: Как Вас зовут?

П.Романишин: Пётр.

В.Путин: Пётр, давайте дадим ещё кому‑нибудь слово.

П.Романишин: Спасибо.

Нашей стране предстоит в текущем столетии много побед, и очень правильно, если мы будем отмечать эти победы российским вином.

В.Путин: Вашим вином, «Фанагорией».

П.Романишин: Российским вином из российского винограда.

В.Путин: Согласен.

П.Романишин: И коллектив просил Вам передать в канун новогоднего праздника наше «Саперави» 2016 года. Надеемся, оно Вам понравится.

В.Путин: Спасибо. Использую на новогоднем столе ваше вино и сыр.

П.Романишин: Спасибо. Ждём Вас. Мы Вас приглашаем.

В.Путин: Спасибо Вам большое. Вам успехов. Всего хорошего.

Д.Старовойтов: Добрый день, Владимир Владимирович, коллеги!

Алтайский край, Старовойтов Денис, Союз зернопереработчиков Алтая.

У меня два коротких вопроса.

Первый вопрос: в Казахстане неурожай, и очень сильно возросла нелегальная торговля продукцией АПК в соседних регионах. По нашим оценкам, может быть вывезено до двух миллионов тонн зерновых и масличных нелегально. При этом получается, что добропорядочный хозяин, добропорядочный поставщик несёт убытки.

Просьба, Владимир Владимирович, посмотреть возможность усиления контроля. Поручить Федеральной налоговой службе совместно с Россельхознадзором проверять фактическое существование юридических лиц, которые указаны в сопроводительных документах. А пограничной службе, ФСБ России не пропускать грузовой транспорт без проверки совместно с Россельхознадзором.

В.Путин: Вы знаете, в этой части сразу отвечу Вам, может быть, неполный будет ответ, но тем не менее: у нас между Казахстаном, Россией и Белоруссией нет таможенных границ, поэтому перемещение товаров подобного рода через государственную границу нельзя назвать никаким «серым», ни каким другим импортом, экспортом, потому что границы просто не существует. В рамках Евразийского экономического союза у нас нет этих границ.

Д.Старовойтов: Вопрос нелегальности по подложным документам.

В.Путин: Это нужно посмотреть. Это Россельхознадзор, наверное, скорее всего.

Д.Патрушев: Да, сейчас вывозят то зерно, которого, по сути дела, вообще нет. Они его никак не декларируют. В принципе один из вариантов решения проблемы – это фитосанитарная прослеживаемость. То, что мы делаем в ветеринарии, «Меркурий», можно на фитосанитарию это распространить, тогда мы будем понимать, какое количество зерна…

В.Путин: А что они возят? Просто бумагу возят?

Д.Патрушев: Нет, они возят зерно, но оно нигде не декларируется.

В.Путин: Не учтено нигде.

Д.Патрушев: Никак не учтено, никаким образом. «Серые» абсолютно схемы.

В.Путин: Хорошо. Ладно.

Д.Старовойтов: И второй короткий вопрос – это транзитные перевозки через территорию Казахстана продукции, произведённой в России.

В.Путин: Тарифы?

Д.Старовойтов: Железнодорожные тарифы. К сожалению, транзитные железнодорожные тарифы в Казахстане от трёх до девяти раз выше внутренних железнодорожных тарифов.

В.Путин: Наши партнёры жалуются, что у нас внутренние тарифы тоже слишком высокие для них.

Д.Старовойтов: Транзит.

В.Путин: Да, транзитные выше, чем наши внутренние. Такую же претензию они предъявляют к нам, поэтому это вопрос, который подлежит урегулированию в рамках Евразэс. Мы над этим работаем.

Д.Старовойтов: Такое предложение было – рассмотреть возможности.

В.Путин: Мы работаем над этим.

Д.Старовойтов: Спасибо.

В.Заика: Добрый день, Владимир Владимирович!

Виктория Заика, команда «Молодёжки ОНФ».

Прежде чем задам свой вопрос, хочу сказать, что мы уже упомянули, что школа названа в честь Героя Советского Союза Анатолия Березового. Это случилось в рамках проекта ОНФ «Имя героя – школе». Мы очень рады, что такие возможности появляются в воспитании нашего подрастающего поколения.

Мой вопрос также связан со школой. Команда «Молодёжки ОНФ» продолжает работать с обращениями граждан, поступившими на «Прямую линию», и одним из таких обращений стало обращение молодой жительницы Павловского района. Она является молодым учителем, окончила университет в Краснодаре и вернулась в родную станицу. Однако работу она нашла на хуторе, который находится в 15 километрах от её дома. Соответственно, из‑за несостыковок с общественным транспортом или такой ситуации, когда одна школа охватывает несколько населённых пунктов, педагогам приходится добираться до своего места работы, а в вечерние занятия это сделать достаточно сложно.

В 2020 году стартует программа «Земский учитель», которая предполагает выделение средств на покупку жилья.

Наше предложение: если педагог не нуждается в жилье, однако ему нужно перемещаться между населёнными пунктами, также выделять средства на покупку личного автотранспорта.

Спасибо.

В.Путин: Надо подумать. Действительно, деньги всё равно должны выделяться на жильё. Согласен, подумаем обязательно. У нас протокол ведут коллеги. Это не забудется, прикинем, ладно?

Прошу Вас.

В.Надеин: Добрый день, Владимир Владимирович!

Надеин Виктор, Ставропольский край, сопредседатель регионального штаба ОНФ.

Я хотел бы вернуться к вопросу кадров на селе и опуститься на уровень школы – здесь коллеги говорили, вузы, послевузовская – ученическая производственная бригада. Сейчас уже критиков движения, на мой взгляд, нет. Это и ранняя профориентация, и дети получают профессиональные навыки в школе. Движение растёт. Первый вздох после 2000 года – в 2004‑м провели первый слёт. Напомню, что Вы посещали в 2014‑м станицу Григорополисскую, колхоз «Россия». Это была родина ученических бригад в 1954 году в Советском Союзе.

В.Путин: На Ставрополье было создано?

В.Надеин: Да,в 1954 году, потом это приобрело государственный масштаб. На момент распада Советского Союза 40 тысяч бригад, вовлечённость более 3,5 миллиона. Сейчас в условиях современной сельской экономики это тоже доказывает свою объективную нужность, значимость, как и бизнес, так и с социальной стороны.

Владимир Владимирович, в чём вопрос? Я сейчас не буду говорить положительные цифры, только одну: Ставропольский край – 105 бригад, 33 тысячи школьников вовлечены. Но есть проблемы. Основная проблема – это отсутствие понятия «ученическая производственная бригада» в нашем российском законодательстве. Отсюда уже идёт целый комплекс проблем. Одна из них – это земля. Бригады функционируют на небольших земельных участках, это максимум 100 гектар земли, чтобы получить её они выходят на конкурс, на аукционные процедуры. И понятно, когда школа соревнуется с агробизнесом, то…

В.Путин: Проигрывает.

В.Надеин: Конечно, проигрывает.

Владимир Владимирович, предложение: если Вы посчитаете возможным, чтобы Правительство вышло с предложением законодательно закрепить понятие ученической производственной бригады и предусмотрело упрощённый, безаукционный порядок предоставления земель сельхозназначения для школ с целью создания ученических производственных бригад. И сразу, чтобы не было, когда дело земли касается, что коррупция и так далее, сразу же ограничить площадью и целевым назначением.

В.Путин: Да, я согласен. Вы правы. Я целиком и полностью поддерживаю. Можно добиться совершенно нормального, прозрачного механизма для школ, сам бог велел. Полностью с Вами согласен. Поработаем обязательно.

Пожалуйста.

В.Корочкин: Добрый день!

Владислав Корочкин, ОНФ, «ОПОРА России», группа компаний «Русский огород».

Мы много лет пытаемся увеличивать объём производства семян в Российской Федерации, и, в общем‑то, нам это даётся. Не секрет, что в последние годы уровень обеспеченности семенами отечественного производства подрастает практически ежегодно. По некоторым культурам мы достигли уже порядка 30–60 процентов, мы обеспечены. Но, к сожалению, остаются такие культуры, по которым у нас ещё очень большая зависимость от импорта.

В данный момент скоро нужно начинать посев. То есть через месяц реально юг уже начинает сеять. Но из‑за того регулирования, которое неожиданно возникло в начале 2018 года, появились крайние сложности с завозом импортных семян. Новое регулирование предполагает практически шестиэтапный механизм получения разрешения, то есть возник разрешительный порядок. Сначала компании, фирмы или хозяйства пишут заявления в Россельхознадзор, подробно указывая, что они будут ввозить, откуда будут ввозить, в каком количестве, когда и так далее. На основании этого заявления Россельхознадзор формирует запрос в соответствующий уполномоченный орган страны-импортёра, который передаёт по дипломатическим каналам через посольства. После этого ждёт ответа из уполномоченного органа, который не всегда понимает, что от него просят, поскольку, когда просят подтвердить компанию, которая находится в топ‑3 мирового рейтинга по производству тех или других семян, возникает вопрос: они могут посмотреть в интернете, а не спрашивать у нас, есть мы или нет.

В итоге весь этот процесс растягивается до полугода. В настоящий момент многие компании не получили разрешение на ввоз. Соответственно, процесс идёт непонятным образом, и все ввозят, кто и как договорится, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

И ещё это постановление предполагает, во‑первых, указать все места, где всё это будет высеваться в Российской Федерации. Мы понимаем, что если у нас 10 тысяч наименований семян, овощей и цветов, то указать все 18 миллионов домохозяйств, которые будут их использовать, нереально. Точно так же, как нереально их проконтролировать в местах производства, потому что это все континенты земного шара. Чтобы это проконтролировать в точном соответствии с действующим регламентом, инспектора должны будут посетить все эти участки, то есть это регулирование невозможно.

Соответственно, мы просим вывести из‑под действия этого регулирования семена овощных, цветочных и полевых культур, таким образом, возвратив ему какой то нормальный здравый смысл.

И второй вопрос, это тоже старый, достаточно застарелый вопрос от экспортёров зерна – это проверка качества зерна при экспорте в лаборатории. Это тот сертификат, без которого невозможно получить фитосанитарный сертификат, который нужен экспорту. Но он абсолютно не нужен импортёру. Импортёрам нужен сертификат, выдаваемый международной сертификационной компанией. То есть, получив данный сертификат о качестве того или этого зерна, его просто выбрасывают, а он стоит минимум 50 центов на тонну экспортируемого зерна.

Предложение: либо добиться признания этого сертификата качества по ту сторону границы, в странах‑импортёрах, либо просто отменить, поскольку есть международные сертификационные компании, которые обеспечивают интересы импортёров.

В.Путин: Это не совсем так. Я понимаю, что Вы профессионал, но это совсем не так. Эти международные сертификационные компании не выдают документы о качестве. Их сфера деятельности – только зафиксировать сами материальные ценности и ответить на вопрос, соответствует ли качество товара требованиям, которые предъявляет импортёр. Вот что они делают, они никаких сертификатов не выдают.

И без национального сертификата эта история вообще «не летает». Она не работает, потому что мы несём ответственность за то, что мы выпускаем, за свою таможенную территорию. А вообще‑то при экспорте, соответственно, при импорте во всём мире и у нас мы ориентируемся на те национальные требования, которые предъявляет к этому виду товара импортёр. Поэтому в целом у нас эта система работает, и мы, конечно, должны добиваться повышения качества наших товаров, но это мы можем делать только вместе с вами, с производителями. Я сейчас не буду вдаваться в подробности, чтобы публично, под камеры, не говорить, где здесь проблемы. Вы наверняка о них знаете. Нам очень важно, чтобы имидж наших производителей возрастал и чтобы наш национальный сертификат был безусловным, чтобы все понимали…

В.Корочкин: Признавался.

В.Путин: Да, совершенно верно, но это мы вместе с вами должны делать. А все эти элементы, связанные с качеством, и при экспорте, соответственно, при работе с импортёрами, они носят международный характер. Но качество нужно повышать, это правда. Во всяком случае, по отдельным направлениям. Но мы ориентируемся на требования импортёра.

Что касается первой части Вашего вопроса, по поводу семян, очень важный вопрос. Это без преувеличения, я стараюсь избегать таких вещей и таких выражений, связано очень близко с вопросами национальной продовольственной безопасности. Потому что, к сожалению, в значительной степени начиная с 90‑х годов нашему семеноводству был нанесён большой удар, так скажем, мягко говоря, а сейчас мы это всё восстанавливаем. Например, по зерновым, по пшенице у нас очень хорошие показатели. Мы работаем с нашими партнёрами, в том числе из стран Евросоюза, но у нас, к сожалению, с ними нет взаимопонимания по поводу того, что мы могли бы сертифицировать их центры производства семян, семеноводческие центры. Мы над этим работаем.

Если Вы считаете, что есть какая‑то проблема в целом, что вновь установленный министерством порядок труднореализуем вообще, министр, слава богу, здесь, попросим, чтобы он прокомментировал.

Д.Патрушев: На самом деле в части подготовки к посевной у нас больше чем на 90 процентов уже семенной материал готов, и посевную мы не провалим ни в коем разе.

Нужно совершенно чётко понимать, что если мы хотим экспортировать свой семенной материал, то нам это сделать очень сложно. И те вопросы, которые нам задают надзорные органы других стран, значительно более серьёзные, чем Россельхознадзор адресует в адрес импортных семян. Владимир Владимирович уже сказал, что мы достаточно неплохо развили по ряду культур собственное семеноводство, если мы в дальнейшем сделаем ещё больший рывок и сможем сами производить семена, нам не нужны будут импортные семена. И конечно же, в этом случае нужно будет определённым образом контролировать что завозится. В том числе они пытаются и генномодифицированные какие‑то вещи к нам завозить. Конечно, Россельхознадзор будет на страже, Владимир Владимирович.

В.Путин: Так, чтобы это не помешало посевной кампании.

Д.Патрушев: Тем не менее мы посмотрим. Если есть возможность упростить процедуру, мы это сделаем.

В.Корочкин: Там главное убрать те требования, которые неисполнимы, потому что само постановление содержит неисполнимые требования.

В.Путин: Посмотрите.

Д.Патрушев: Если есть неисполнимые требования, конечно, посмотрим.

В.Путин: Посмотрите обязательно.

Д.Патрушев: Есть, Владимир Владимирович.

В.Путин: Хорошо.

Пожалуйста. И будем потихонечку заканчивать, а то мне ещё нужно в Москву.

С.Тимченко: Серафим Тимченко, председатель первого чайного кооператива.

Владимир Владимирович, добрый вечер!

Если позволите, один короткий вопрос, один важный.

Вы сегодня участвовали в открытии крымской дороги и, двигаясь в поезде, пили чай. Какой Вы предпочитаете чай?

В.Путин: Вы знаете, я даже пью не чай. Я чувствую, Вы сейчас, наверное, о краснодарском чае будете вести речь. Я пью, вообще, заваренные, облитые кипятком травы с Алтая.

С.Тимченко: Поняли.

И второй вопрос. Мало кто знает, что в цене чая есть затраты не только на купаж и трудозатраты, но в том числе и на стоимость аренды земли. Спекуляция чаепригодной землёй влияет не только на стоимость конечного товара, но и негативно сказывается на отрасли в целом.

Чайная отрасль в России достаточно молода, ей чуть более 100 лет, и находится она в единственном месте в России – в Сочи. Максимальный расцвет чайной отрасли был в советский период и связан с именем Устима Генриховича Штеймана. Это известный чаевод, Герой Соцтруда. Именно он в 1972 году объединил все чайные совхозы, и чаеводы собирали до 10 тысяч тонн зелёного листа. В 90-е годы был спад, цена чая уступила стоимости земли, земли стали использоваться под застройку. Мы упали более чем в 30 раз. Благодаря помощи администрации Краснодарского края мы смогли привлечь внимание и смогли остановить продажу чаепригодных земель.

Чтобы полностью остановить этот вопрос, мы просим Вас, уважаемый Владимир Владимирович, дать поручение Министерству сельского хозяйства. Мы знаем, что в данный момент готовится законопроект, федеральный закон по инициативе Краснодарского края, который обяжет регионы утверждать перечень особо ценных, уникальных земель, который исключит возможность их использовать не по назначению, а соответственно, даст возможность фермерам и хозяйствам использовать их, арендовать без посредников.

Спасибо. Надеемся на Вашу поддержку.

В.Путин: У нас земель под чай не так уж и много, по‑моему, меньше миллиона гектар всего в целом, где‑то 900, по‑моему, тысяч. Поэтому, конечно, к ним нужно относиться особо бережно. Но у нас и так есть большие ограничения с переводом из категории земель сельхозназначения в другие категории, в том числе в поселенческие.

Что касается земель под чаеводство, министр здесь, слышит. Если нужны какие‑то дополнительные преграды, мы подумаем. Но мне кажется, что сейчас создано уже достаточно. Или этого недостаточно?

С.Тимченко: Земля находится в Сочи. Безусловно, нужны. Если действительно будет принят этот федеральный закон, он ограничит.

В.Путин: Окончательная бумага, железобетонное обязательство. Хорошо.

С.Тимченко: Спасибо большое.

В.Путин: Ладно, понятно.

Пожалуйста.

Т.Кудря: Добрый вечер, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

Т.Кудря: Кудря Татьяна Валерьевна, директор второй школы станицы Брюховецкая, председатель муниципальной общественной палаты.

Мне бы хотелось поговорить сегодня о сельских педагогах. За каждым сидящим в этом зале, за каждым успешным человеком стоит учитель. По данным Министерства образования и Министерства просвещения Российской Федерации, к 2029 году нехватка учителей в стране составит 189 тысяч человек. Колоссальная цифра, согласитесь.

В школе, которой я руковожу, 35 процентов учителей в настоящий момент пенсионного возраста. Через пять лет эта цифра составит 50 процентов. Молодые люди крайне неохотно идут в нашу профессию.

Благодаря Вашей поддержке, благодаря программе «Земский учитель» с 2020 года, я надеюсь, эта проблема частично будет решена. В документах сказано, что контракт с учителем, переехавшим в сельскую местность, должен быть заключён на пять лет. Но ни в одном документе не сказано, что эти пять лет он должен именно работать.

Сейчас поясню. На примере программы «Земский доктор» мы видим, что молодой специалист приезжает на село, получает денежную компенсацию, приобретает жильё, зачастую в городе, примерно через год уходит в декрет, далее в отпуск по уходу за ребёнком до трёх лет и в дальнейшем уезжает в город. То есть номинально доктор есть, но фактически он отсутствует. В нашем районе такая ситуация с двумя психиатрами.

По факту как администрация решает этот вопрос? Глава выделяет собственный автомобиль и привозит из соседней территории. А номинально их два.

Хотелось бы, чтобы в нашей программе таких перекосов не было и чтобы документально на уровне Правительства Российской Федерации и Минпросвещения был закреплён пункт о том, что учитель должен именно отработать в сельской местности без учёта декретного отпуска и отпуска по уходу за ребёнком.

В.Путин: Сложно будет принять такое решение. Значит, мы ограничим женщину в деторождении?

Т.Кудря: Деньги же должны работать, согласны? Учитель приехал – пусть работает.

В.Путин: Деньги должны работать, но не только деньги, всё должно работать.

Т.Кудря: Улитки тоже хороши, конечно.

В.Путин: И детей надо рожать.

Т.Кудря: И ещё. Положительный образ учителя формируется, конечно же, в большей степени средствами массовой информации. Надоело смотреть сериал «Наша Russia» и Снежану Денисовну, коррупционерку. Кроме таких фильмов, как…

В.Путин: Я такую не знаю. Кто это?

Т.Кудря: Молодёжь улыбается, знает, о чём я.

В.Путин: Я просто не знаю.

Т.Кудря: Последний фильм, который был снят, «Географ глобус пропил». И крайне мало таких фильмов, как «Большая перемена», «Доживём до понедельника». Поэтому предлагаю как‑то популяризировать нашу профессию, профессию учителя, в средствах массовых коммуникаций.

Спасибо большое.

В.Путин: Согласен. Вы правы.

Пожалуйста.

Р.Шеуджен: Владимир Владимирович, приветствую Вас на адыгской земле!

Руслан Шеуджен, Общественная палата города Майкопа.

Самый вкусный чай, кстати, адыгейский. Не пробовали?

В.Путин: Попробую обязательно.

Р.Шеуджен: Владимир Владимирович, у меня вопрос, связанный с двумя извечными бедами в нашей стране. Если по первой у меня с каждым годом оптимизм уходит куда‑то далеко, то по второй всё более и более оптимистично мы смотрим на то, что дорожная инфраструктура в стране будет развиваться ещё активнее.

В связи с этим вопрос по сельским поселениям. Та программа, которую мы сегодня обсуждаем, не подразумевает возможности благоустройства дорог в сельских территориях плотным покрытием, твёрдым покрытием. Она подразумевает лишь соединение инфраструктурных объектов между собой, пунктов общественного значения, агропромышленных комплексов. В связи с этим у нас предложение: если есть возможность, пересмотреть эту программу и внести туда изменения, для того чтобы всё‑таки на селе появились дороги с твёрдым покрытием. Если мы сегодня говорим о современном облике села, то, мне кажется, это довольно актуально.

Спасибо.

В.Путин: Вы правы. Нужно, чтобы не было общего подхода, уравниловки. Сёла тоже разные есть и в разных местах находятся. Посмотрим обязательно.

А.Бурдин: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я живу в станице Еремизино-Борисовская, Краснодарский край. Гранты не выигрывал, субсидии не получал, живу на свои, кредитов по шею. Живём хорошо. Я фермер.

Владимир Владимирович, на сегодня какая у нас ситуация? Мы добились очень хороших результатов в развитии сельского хозяйства. Сейчас получаем такие урожаи, которые 15–20 лет назад казались сказкой. Но возникла другая проблема: рождаемость на селе резко падает, смертность увеличивается, развитие села зашло в тупик.

В.Путин: Смертность на селе выше, чем в городах, но она, по‑моему, не увеличилась.

А.Бурдин: Владимир Владимирович, я Вам по своей станице могу привести пример: пять человек родилось и 38 умерло.

В.Путин: Нет, увеличивается. Тогда умирает больше, чем в прошлом, позапрошлом и так далее. У нас в целом смертность по стране упала, рождаемость тоже упала и больше, чем смертность. Поэтому у нас отрицательная динамика – 260 тысяч человек.

А.Бурдин: Сегодня не холдинги стоят за развитием села, хозяева которых даже не знают, где находятся эти станицы, а такие же коллеги, как мои коллеги и я, мы развиваем инфраструктуру, содержим детские сады, ремонтируем школы, спонсируем спортивные команды.

В.Путин: Вы молодец.

А.Бурдин: Да я себя не хвалю.

В.Путин: А я хочу Вас похвалить. Давайте мы поаплодируем.

Спасибо.

А.Бурдин: Владимир Владимирович, на сегодня у нас уже не то что втайне, но от себя лично, от фермеров работает программа и «Земский учитель», и «Земский доктор», и «Земский тренер». Мы своими силами потихоньку доплачиваем учителям, доплачиваем тренерам, потихоньку привлекаем. Действительно, если человек стоит того, мы его подтянем и решим с ним вопросы и по жилью, и по всему остальному. Но таких людей очень мало, Владимир Владимирович.

У меня такая просьба: чтобы увеличить количество таких людей, которые действительно болеют за село и хотят, чтобы село развивалось, там нормально жили люди, создавали им все условия, чтобы привлечь больше таких людей, какое‑то сделать налоговое послабление в виде льгот на единый сельхозналог, может быть, на транспортный налог, чуть заинтересовать людей.

В.Путин: Так у нас и так есть льготное налогообложение. Сплошные льготы же по сельскому хозяйству.

А.Бурдин: Льготы сплошные, да. Но почему‑то один активно принимает участие в жизни села, а тут же рядом фермер – тот не принимает.

В.Путин: Но что сделать? Это уже зависит от человека. У вас какие конкретные предложения?

А.Бурдин: Небольшую какую‑то льготу сделать для тех, кто принимает активное участие.

В.Путин: Для тех, кто вкладывает что‑то в развитие инфраструктуры, в социальную сферу?

А.Бурдин: В развитие села, согласен, да. Это не меценатство, это жизнь на селе.

В.Путин: Я понимаю. Но если человек это делает по зову сердца и вкладывает даже свои какие‑то личные деньги в развитие социальной сферы, как Вы сказали, тренеров поддерживает, клубы, что угодно, то это меценатство называется, помощь. А если он делает за счёт государственной льготы, то это, значит, за счёт государства уже.

А.Бурдин: Конечно, за свои, Владимир Владимирович.

В.Путин: Тем не менее подумаем. Вам спасибо большое, спасибо за Вашу работу.

Пожалуйста.

А.Прошаков: Добрый день!

Вынужден сразу официально заявить, что всё‑таки лучший чай – из донских трав между Волгой и Доном.

Прошаков Андрей, член штаба ОНФ Волгоградской области, житель станицы Иловлинской, хутор Медведев, крестьянин.

Что может быть толчком для молочного животноводства? Это повышение закупочной цены для сельхозпроизводителей. На протяжении 25 лет цена в рамках сезонного колебания сегодня находится 12–20 рублей. То есть закупочная цена для сельхозпроизводителя на молоко не меняется 25 лет, а розничная цена постоянно растёт.

Что происходит? Например, селянка, подоив корову и сдав молоко перекупщику – зимой по 20 рублей, летом по 12 рублей, – отправляет своих детей в школу. Они там получают завтрак, обед, молоко, привезённое за 100 километров, купленное по 65 рублей. Я предлагаю вернуться к той законодательной базе, которая позволит местным муниципальным предприятиям покупать непосредственно у сельхозпроизводителей, проживающих на месте.

На примере своего Иловлинского района могу сказать: если у нас организованных детей 4,5 тысячи и нормы потребления молока 900 литров при условии, что мы будем покупать молоко по 30 рублей, а не по 65 в день, в сельском районе только на одном молоке мы можем для бюджета сэкономить 31 500 рублей.

Моё предложение, Владимир Владимирович, чтобы Вы поддержали пилотную программу Волгоградской области, которая позволит одновременно увеличить закупочную цену для сельхозпроизводителя и сэкономить, по моему крестьянскому разумению, огромные деньги для бюджета. Владимир Владимирович, Вы же знаете ту феноменальную способность заинтересованных ведомств написать эстетически выверенные и филологически выверенные отчёты. Поэтому у меня просьба через год на каком‑нибудь мероприятии ОНФ рассказать, как проходит этот пилотный проект в Волгограде.

В.Путин: Хорошо. Ведь и сейчас никто не запрещает местным властям закупать продукцию, если она есть на месте, у местных производителей. Никто не запрещает. Но почему‑то некоторые предпочитают покупать подороже и издалека. Возникает вопрос: есть какая‑то в этом заинтересованность или нет? Нужно разбираться с каждым конкретным случаем в отдельности. Что касается закупок на месте, у своих производителей, конечно, я полностью с этим согласен. Нет никаких ограничений для этого.

Пожалуйста.

К.Юров: Константин Юров, «Деловая Россия», КФХ «Возрождение», Краснодарский край.

Спасибо, Владимир Владимирович, за возможность задать вопрос.

С Вашего позволения, три вопроса.

Первый касается мелиорации, в частности, орошения. Там, где происходит орошение, появляется жизнь. Сразу рабочих мест становится в 20–30 раз больше. Сейчас государство поддерживает мелиорацию в целом и орошение. Но темп ввода фактически с учётом этой поддержки получается порядка 0,10–0,20 процентов от фонда земель пашни, к примеру. Это можно делать быстрее. Если предусмотреть кредиты институтов развития на мелиорацию, кроме субсидий, которые сейчас есть, то желающих будет больше орошать земли.

Второе – это возможность принимать решение на стадии проекта о субсидировании этих проектов. Сейчас выглядит так: сначала мы делаем проект, потом осуществляем инвестиции, инвестиции выше стоимости земли, порядка 150–250 тысяч на гектар, и только потом есть понимание, после того как инвестиции осуществлены, будет ли субсидирование. Если бы была такая возможность, что сельхозтоваропроизводители получают ответ от государства на стадии проекта, то, возможно, получилось бы гораздо больше желающих орошать земли, а это сразу в 20–30 раз увеличит количество рабочих мест на сельских территориях.

В.Путин: Я думаю, что до сих пор у Правительства – если я ошибусь, то коллеги меня сейчас поправят – есть опасение, что если проект только в виде самого проекта, то деньги можно из бюджета выдать, а проект так и не будет реализован. Думаю, что только в этом опасение. Но в целом, конечно, если поменять местами то, что Вы предлагаете, и на первом этапе получать средства, то, наверное, было бы эффективно. Надо поработать.

К.Юров: Хотя бы гарантия.

В.Путин: Да. Гарантия, кстати говоря, тоже деньги, потому что под гарантию всегда резервируются деньги. Просто так гарантии никто не выдаёт. Если мы говорим: мы вам дадим гарантию, – то либо бюджет, либо финансовое учреждение эти деньги омертвляет. Понимаете, это тоже деньги. Это значит, определённый объём денег никуда не идёт, они находятся, условно говоря, в резерве. Хотя это тоже можно сделать. Вы правы, над этим можно подумать.

К.Юров: Второй вопрос более короткий и касается ставок налогообложения. В сельском хозяйстве достаточно большое количество льгот, и очень важных льгот, без которых сельское хозяйство потеряет тот позитивный темп, который сейчас есть. Вопрос маленький, касается как раз сельскохозяйственной деятельности, по которой ставка налога на прибыль ноль. Сейчас малые производители, которые отдают по давальческой схеме продукцию на переработку, они уже не попадают под этот вид деятельности, а если, к примеру, собственная мельница и, допустим, отдаёшь пшеницу на переработку в муку, то это сельхоздеятельность. Соответственно, здесь малые и средние сельхозтоваропроизводители, они немного проигрывают большим, у кого есть и земля, и мощности по переработке. Просьба всё‑таки уравнять условия и давальческую схему также считать сельхоздеятельностью. Одна часть.

Вторая часть касается силоса для животноводов. Ставка НДС для сельхозтоваропроизводителей – 10, это очень важно, но, к сожалению, по силосу она не уменьшена. Просьба всё‑таки обратить внимание на это, это чуть для стимула животноводов.

В.Путин: Это происки Минфина, я думаю. Но в целом я с Вами согласен, Вы правы.

Мы же, когда поднимали НДС, как видите, 10 процентов оставили.

К.Юров: Очень важно.

В.Путин: Да. Надо отдать должное Минсельхозу, упёрлись и доказали правоту, мы сохранили эту ставку, по фруктам даже.

К.Юров: Владимир Владимирович, и самый сложный вопрос, который пытаются различные общественники поднимать, даже депутаты Государственной Думы, но он, к сожалению, не сдвигается. Чтобы он не оставался в рамках полумер, очень хочется задать вопрос Вам и попросить подключиться. Касается негабаритной техники перемещения, в основном ширины. Сейчас практически все производители сельхозтехники… Идёт развитие где‑то от 2,5 до 4 метров. Это эффективная техника: комбайны, мощные трактора.

К сожалению, закон о дорогах общего пользования не позволяет больше 2,6 метра двигаться. Этим же законом предусмотрено разрешение, разрешительный характер, когда сельхозтоваропроизводитель подаёт заблаговременно ряд документов, указывает маршрут и только потом согласовывает с разными собственниками дорог, потом может передвигаться. Штрафы от 200 до 400 тысяч рублей. Зачастую сельхозтоваропроизводитель принимает решение за один, два дня или в тот же день, потому что это от погодных условий зависит. На одном поле убрали, нужно переехать дорогу общего пользования и перевести комбайн на другое, невозможно заблаговременно указать маршрут.

Раньше, коллеги говорят, что когда‑то в Советском Союзе было допущение до 4 метров. Сейчас такая же аналогия существует для военной техники. То есть в этом же законе указано, что от этого разрешения военная техника освобождается, и есть специализированный орган, видимо, в Министерстве обороны, который отвечает за это. Возможно, может быть, в Минсельхозе каким‑то образом это создать или вообще упростить эту процедуру?

Очень много с кем общался, многие поддерживают эту вещь и будут безумно благодарны за это.

Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, хочется помочь таким людям, как Вы, и не обременять их дополнительными нагрузками административного характера. Вопрос ведь исключительно в обеспечении мер безопасности на дорогах. В Советском Союзе не было такого количества транспорта на дорогах, и нормативы были другие, даже это касается дорожного покрытия.

Тем не менее нужно подумать. Я понимаю Вашу озабоченность и разделяю её, но хочется снять эти ограничения. Мы обязательно это пометим и поработаем над этим.

К.Юров: А прицепная техника вообще вне закона получается, потому что на неё не предусмотрено госномера, а на дороги общего пользования может только…

В.Путин: Хорошо, услышал, поработаем.

Я предлагаю так: завершающие три по каждому сектору.

Прошу Вас.

С.Недилько: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я представляю Краснодарский край. Недилько Светлана, мама четверых детей, председатель Союза многодетных семей «Кубанская семья».

И у меня вопрос будет касаться фонда продовольствия «Русь».

В.Путин: Как?

С.Недилько: Фонд продовольствия «Русь». Я возглавляю в нашем регионе отделение фонда, и мы несколько лет с ним сотрудничаем. Цель фонда – это фудшеринг. Это фонд, который спасает еду от ликвидации. По российским законодательствам та еда, которая соответствует всем нормам и допускам, без утилизации на свалках имеет место быть как переданная в рамках благотворительности нуждающимся малоимущим семьям. По стране 150…

В.Путин: Такая, по которой не закончился ещё срок годности?

С.Недилько: Да, конечно. Пригодная к употреблению. Это обязательное условие, потому что и производитель передаёт нам продукцию со всеми товарными накладными, сертификатами, мы выдаём продукцию только через специальные накладные, где каждая семья, получая данную продукцию, расписывается, потому что мы несём ответственность и отчитываемся, таким образом, тоже.

Проблема, к сожалению, острая. Очень много малоимущих семей, которые нуждаются в продуктовой поддержке, и мы как общественная организация, как Союз многодетных семей и как представители фонда «Русь» всегда с радостью ищем, и откликаются производители. Один из них здесь, такая небольшая реклама, – «Краснодарский чай». Когда мы обратились к нему за помощью, он не отказал и поддержал нас крупной партией продукции, которую мы передаём нашим семьям.

К сожалению, на сегодняшний день есть проблема в налоговом законодательстве. Я могу долго рассказывать о работе общественной организации и о фонде, но смысл моего вопроса в чём: мы просим Вас поручить Правительству Российской Федерации внести изменения в налоговое законодательство для устранения налоговых барьеров в части налога на прибыль и НДС. Когда производитель передаёт нам продукцию, он всё равно оплачивает налог на прибыль и НДС. А когда он её утилизирует, он ничего не платит, наоборот, экономит 30–40 процентов. Таким образом, продукты, годные к употреблению, просто хоронят на свалках. Просим Вас, пожалуйста, помогите и нам, и производителям передавать продукцию хорошего качества с пригодным сроком годности к тому, чтобы поддержать малоимущие семьи и другие незащищённые слои населения.

Спасибо.

В.Путин: Как Вас зовут?

С.Недилько: Светлана.

В.Путин: Во‑первых, хочу Вам, Светлана, сказать слова благодарности за то, что Вы занимаетесь таким добрым делом. У Вас и семья большая, четверо детей.

С.Недилько: Они же и стали этими инициаторами создания Союза многодетных семей.

В.Путин: Здорово. И Союз Ваш абсолютно востребованная организация, и дело, которому Вы посвящаете своё личное время, безусловно, очень доброе. В преддверии Нового года и Рождества это особенно актуально.

С.Недилько: Мы очень хотели Вам передать подарок, но, к сожалению, нельзя.

В.Путин: Спасибо большое.

Спасибо, конечно, Вашему партнёру-чаеводу, который Вам партию эту передал. А Вас как зовут?

С.Тимченко: Серафим.

В.Путин: Это была вступительная часть, а теперь послушайте меня внимательно. Во‑первых, никакого НДС на продукты, которые Вы передаёте бесплатно другим людям, не существует. Достаточно только две бумаги иметь: это договор о передаче и какую‑то ещё формальную бумажку – всё. И НДС не берётся с этой части продукции.

Что касается налога на прибыль, прибыль ведь что такое? Это разница между доходом и расходом. И если вы передаёте бесплатно, то у вас нет никакого дохода, значит, и нет налогооблагаемой прибыли.

Что касается расходов, то здесь есть определённый нюанс, который заключается в следующем. Не знаю, Серафим это понимает или не очень, но я хочу, чтобы все это знали и понимали. Допустим, вы произвели товар на 100 рублей, а продали из него всего 80 процентов, но продали за 125 рублей. Значит, 125 минус 80 рублей. С вас берут налог только с тех 80 рублей, которые принесли вам прибыль, общий объём проданной продукции 125 рублей. И таким образом, налогооблагаемая база – всего 45 рублей.

А если вы, продав товара на 80 рублей и получив прибыль, получив конечную сумму 125 рублей, вычтете все 100 рублей, как будто вы продали товар на все 100 рублей, тогда налогооблагаемая база у вас получится 25 рублей. Тогда Серафим не сделал Вам большого подарка, а сделал его за счёт государства. Я ясно всё рассказал?

Поэтому эта проблема известна, мы постоянно ею занимаемся и постоянно дискутируем с нашими коллегами. Мы в курсе и будем всё делать для того, чтобы помогать людям, которые на самом деле очень доброе дело делают: и Вы, и сельхозпроизводители, и вообще бизнес, который участвует в этих благотворительных акциях. Но всё‑таки эти благотворительные деяния нужно делать, исходя из того что сами зарабатывают, а не из того, что даёт государство, иначе это не благотворительность.

Пожалуйста.

И.Семёнова: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я приятно удивлена, что Вы предоставили слово, очень хотелось бы сказать. Семёнова Ирина, председатель рескома профсоюза агропромышленного комплекса Адыгеи.

Очень важные вопросы поднимались. Вы действительно приехали на очень щедрую землю, где растёт самый северный чай в мире, и шикарный сыр изготавливается, и фрукты экологически чистые. Биосферный заповедник до сих пор ждёт своих туристов. Но за всем этим стоят люди, работающие на селе. И львиная доля из них – это женщины, которые ведут ещё и своё домашнее хозяйство. В 1991 году 1 января вступили в силу гарантии для женщин, работающих на селе…

В.Путин: Как хорошо сказали – «львиная доля».

И.Семёнова: Львиная доля, так и есть.

Для них была гарантирована – как Вы уже сказали, гарантии несут за собой ответственность – 36‑часовая рабочая неделя. 12 ноября этого года произошла подмена в связи с изменениями в Трудовом кодексе права на гарантию.

В.Путин: Вы юрист?

И.Семёнова: Я не юрист, я председатель республиканского комитета, и нам близки все эти проблемы.

В.Путин: Комитета чего?

И.Семёнова: Профсоюза. Ваши ответственные социальные партнёры.

И мне очень хотелось бы вспомнить Вашу историю, которую Вы рассказывали в Калининграде на встрече с медиками, когда бабушка пришла к юристам и спросила: «Внучек, я имею право?». Он сказал: «Да, бабушка, имеете!» – «Внучек, я имею право?» – «Имеете!» – «А я могу?» – «Нет».

И в этой части для нас очень важно, чтобы женщины, работающие на селе, сохранили гарантию, дающую им сокращённую рабочую неделю. Поэтому профсоюзы агропромышленного комплекса не только Адыгеи, но и России вносят предложение за сохранение гарантии. Я уверена, что все наши профсоюзные коллеги независимо от отрасли поддержат эти начинания, так как женщины на селе работают в разных отраслях.

Благодарю.

В.Путин: Как Вас зовут?

И.Семёнова: Меня зовут Ирина. Я тоже мама троих детей, бабушка семерых внуков.

В.Путин: Здорово.

И.Семёнова: Так что мне всё это близко.

В.Путин: Поздравляю.

И.Семёнова: Спасибо.

В.Путин: У Вас счастливая семья.

И.Семёнова: Спасибо.

В.Путин: Такое счастье, конечно.

Я хочу Вас успокоить. Норма, о которой Вы сказали, по‑моему, была принята ещё в 90‑х годах. В каком?

И.Семёнова: В 1991 году.

В.Путин: В 1991 году.

В 1991 году о 36‑часовой рабочей неделе для женщин на селе – это правда. Потом позднее она была перенесена в Трудовой кодекс.

То, о чём Вы сказали, эти понятия друг другу не противоречат. Сейчас поясню. Если в трудовом законодательстве написано, что работник имеет на что‑то право, это является безусловной необходимостью к исполнению того, кто предоставляет эту работу. Поэтому профсоюзы должны бороться за интересы трудящихся, так оно всегда и было, надеюсь, всегда и будет, но, как говорится, в данном случае, не сердитесь только, ломиться в открытую дверь не нужно, потому что права надёжно обеспечены.

Ещё раз повторю: если у работника есть на что‑то право, то работодатель обязан это исполнить, вот и всё, чтобы Вы знали это. И если есть какие‑то нарушения, а вполне может быть, жизнь сложна, многообразна, то, конечно, профсоюзы должны сразу – раз! – этих нарушителей, и воспользоваться имеющимися нормами. Там даже менять ничего не нужно, нужно только призвать к ответу тех, кто их нарушает, если с такими случаями вы сталкиваетесь.

Спасибо большое.

А.Лагутин: Владимир Владимирович, добрый день!

Конечно, чай – это всё очень хорошо, но огурцы из Луховиц – ещё лучше.

Александр Лагутин, председатель подмосковного регионального отделения Российского союза сельской молодёжи.

Мы, конечно, сейчас видим, агропромышленный комплекс достаточно активно развивается, но есть ещё в нашей стране достаточно большое количество сельхозземель, которые не введены в оборот. Если посмотреть различные информационные источники, то мы увидим, что где‑то от 30 до 50 миллионов гектаров у нас ещё до сих пор не используются. Что здесь? Есть сельхозземля, у неё есть собственник, но земля не используется. Почему? Потому что недобросовестный собственник не думает, чтобы землю использовать, он думает о своём кармане. Он не радеет за нашу страну, он только думает о своих интересах.

Такой пример. Я из Луховицкого района, как Вы догадались, Московской области. Кстати, только в нашем районе производятся настоящие луховицкие огурцы. Настоящие, подчёркиваю, потому что уже много подделок идёт.

В.Путин: Хрустящие?

А.Лагутин: Очень хрустящие и сочные. И ещё у нас родина российского триколора.

В.Путин: А как вы их делаете? Вы их в бочку и куда‑нибудь на дно водоёма? Или нет?

А.Лагутин: В дубовую бочку и прямо в озеро, под лёд.

В.Путин: Это правда, это так?

А.Лагутин: Раньше так делали, если по старинной технологии.

В.Путин: А вы нет?

А.Лагутин: Мы уже по‑другому. Это более сложно.

В.Путин: А говорит «самые лучшие».

А.Лагутин: Но всё равно самые лучшие. У нас они брендовые.

Ещё в начале 2000‑х годов в нашем районе одна организация сумела получить более 25 тысяч гектаров сельхозземель. Если сравнить, то это более половины пашни от всей площади района. О сельском хозяйстве они не думали вообще. Они сначала обанкротили те хозяйства, от которых получили землю, вырезали весь скот, продали сельхозтехнику, и самое страшное, что люди на селе лишились своей работы. Дальше они создали свою риелторскую организацию, пытались продать земли, предлагали по достаточно высокой цене. Но для нормального сельхозпредприятия эта цена очень высокая, ему брать на таких условиях совершенно невыгодно.

Когда налог на сельхозземлю был невысоким, она не использовалась. После определённых контрольных процедур налог на неиспользуемую землю вырос в пять раз, это предельная налоговая ставка. Они уже подзадумались, свои интересы, аппетиты снизили, сельхозпредприятия уже стали её брать в аренду, даже где‑то приобретать её в собственность. И пошёл уже процесс, земля стала вводиться активно в оборот, стала производиться продукция.

Опять для примера. У нас в районе за последние пять лет введено уже более 30 тысяч гектаров земель сельхозназначения, мы по валовке прибавили более чем в шесть раз по зерновым культурам.

В.Путин: Что надо сделать‑то?

А.Лагутин: Что надо сделать? Нам надо этот процесс немного ускорить. Поэтому предлагаю, для того чтобы земли сельхозназначения вводить больше в оборот, которые не используются, давайте рассмотрим такое предложение: в Налоговом кодексе увеличить прогрессивные ставки налога в отношении земель сельхозназначения, которые не используются для сельскохозяйственного производства.

Сейчас льготная ставка 0,3 процента для сельхозземель, а если она не используется, она переходит в прочие категории – 1,5 процента. Давайте попробуем три сделать, пусть быстрее думают собственники.

В.Путин: Нужно переводить его в Министерство финансов точно, они тоже так считают примерно.

А.Лагутин: Спасибо.

В.Путин: Если по‑серьёзному, разные варианты обсуждаются, как активизировать работу в земельном обороте. Держатели этой земли, собственники, не используют её по назначению либо ждут возможности и способа перевести из земель сельхозназначения в земли поселений, чтобы стоимость поднять, а потом загнать или настроить что‑то, а потом всё равно продать, и так далее.

Мы это понимаем. Сейчас и Минсельхоз над этим думает, и Министерство экономики, и Минфин, как раз в этом направлении и думаем. Так что Ваши предложения совпадают с теми вариантами, которые обсуждаются в Правительстве.

А.Лагутин: Спасибо.

В.Путин: Спасибо вам большое.

Нужно заканчивать, к сожалению. Спасибо вам большое за ваши идеи и за предложения, за информацию. Очень было полезно. Надеюсь, что и вам тоже было полезно, интересно услышать моё мнение по тем вопросам, которые вы задавали. Ну и для меня, действительно, это было большим подспорьем и будет большим подспорьем в следующей работе в декабре и на будущее.

Спасибо вам большое.

Всего хорошего! С наступающим вас Новым годом и Рождеством!

Р.Шеуджен: Владимир Владимирович, приветствую Вас на адыгской земле!

Руслан Шеуджен, Общественная палата города Майкопа.

Самый вкусный чай, кстати, адыгейский. Не пробовали?

В.Путин: Попробую обязательно.

Р.Шеуджен: Владимир Владимирович, у меня вопрос, связанный с двумя извечными бедами в нашей стране. Если по первой у меня с каждым годом оптимизм уходит куда‑то далеко, то по второй всё более и более оптимистично мы смотрим на то, что дорожная инфраструктура в стране будет развиваться ещё активнее.

В связи с этим вопрос по сельским поселениям. Та программа, которую мы сегодня обсуждаем, не подразумевает возможности благоустройства дорог в сельских территориях плотным покрытием, твёрдым покрытием. Она подразумевает лишь соединение инфраструктурных объектов между собой, пунктов общественного значения, агропромышленных комплексов. В связи с этим у нас предложение: если есть возможность, пересмотреть эту программу и внести туда изменения, для того чтобы всё‑таки на селе появились дороги с твёрдым покрытием. Если мы сегодня говорим о современном облике села, то, мне кажется, это довольно актуально.

Спасибо.

В.Путин: Вы правы. Нужно, чтобы не было общего подхода, уравниловки. Сёла тоже разные есть и в разных местах находятся. Посмотрим обязательно.

А.Бурдин: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я живу в станице Еремизино-Борисовская, Краснодарский край. Гранты не выигрывал, субсидии не получал, живу на свои, кредитов по шею. Живём хорошо. Я фермер.

Владимир Владимирович, на сегодня какая у нас ситуация? Мы добились очень хороших результатов в развитии сельского хозяйства. Сейчас получаем такие урожаи, которые 15–20 лет назад казались сказкой. Но возникла другая проблема: рождаемость на селе резко падает, смертность увеличивается, развитие села зашло в тупик.

В.Путин: Смертность на селе выше, чем в городах, но она, по‑моему, не увеличилась.

А.Бурдин: Владимир Владимирович, я Вам по своей станице могу привести пример: пять человек родилось и 38 умерло.

В.Путин: Нет, увеличивается. Тогда умирает больше, чем в прошлом, позапрошлом и так далее. У нас в целом смертность по стране упала, рождаемость тоже упала и больше, чем смертность. Поэтому у нас отрицательная динамика – 260 тысяч человек.

А.Бурдин: Сегодня не холдинги стоят за развитием села, хозяева которых даже не знают, где находятся эти станицы, а такие же коллеги, как мои коллеги и я, мы развиваем инфраструктуру, содержим детские сады, ремонтируем школы, спонсируем спортивные команды.

В.Путин: Вы молодец.

А.Бурдин: Да я себя не хвалю.

В.Путин: А я хочу Вас похвалить. Давайте мы поаплодируем.

Спасибо.

А.Бурдин: Владимир Владимирович, на сегодня у нас уже не то что втайне, но от себя лично, от фермеров работает программа и «Земский учитель», и «Земский доктор», и «Земский тренер». Мы своими силами потихоньку доплачиваем учителям, доплачиваем тренерам, потихоньку привлекаем. Действительно, если человек стоит того, мы его подтянем и решим с ним вопросы и по жилью, и по всему остальному. Но таких людей очень мало, Владимир Владимирович.

У меня такая просьба: чтобы увеличить количество таких людей, которые действительно болеют за село и хотят, чтобы село развивалось, там нормально жили люди, создавали им все условия, чтобы привлечь больше таких людей, какое‑то сделать налоговое послабление в виде льгот на единый сельхозналог, может быть, на транспортный налог, чуть заинтересовать людей.

В.Путин: Так у нас и так есть льготное налогообложение. Сплошные льготы же по сельскому хозяйству.

А.Бурдин: Льготы сплошные, да. Но почему‑то один активно принимает участие в жизни села, а тут же рядом фермер – тот не принимает.

В.Путин: Но что сделать? Это уже зависит от человека. У вас какие конкретные предложения?

А.Бурдин: Небольшую какую‑то льготу сделать для тех, кто принимает активное участие.

В.Путин: Для тех, кто вкладывает что‑то в развитие инфраструктуры, в социальную сферу?

А.Бурдин: В развитие села, согласен, да. Это не меценатство, это жизнь на селе.

В.Путин: Я понимаю. Но если человек это делает по зову сердца и вкладывает даже свои какие‑то личные деньги в развитие социальной сферы, как Вы сказали, тренеров поддерживает, клубы, что угодно, то это меценатство называется, помощь. А если он делает за счёт государственной льготы, то это, значит, за счёт государства уже.

А.Бурдин: Конечно, за свои, Владимир Владимирович.

В.Путин: Тем не менее подумаем. Вам спасибо большое, спасибо за Вашу работу.

Пожалуйста.

А.Прошаков: Добрый день!

Вынужден сразу официально заявить, что всё‑таки лучший чай – из донских трав между Волгой и Доном.

Прошаков Андрей, член штаба ОНФ Волгоградской области, житель станицы Иловлинской, хутор Медведев, крестьянин.

Что может быть толчком для молочного животноводства? Это повышение закупочной цены для сельхозпроизводителей. На протяжении 25 лет цена в рамках сезонного колебания сегодня находится 12–20 рублей. То есть закупочная цена для сельхозпроизводителя на молоко не меняется 25 лет, а розничная цена постоянно растёт.

Что происходит? Например, селянка, подоив корову и сдав молоко перекупщику – зимой по 20 рублей, летом по 12 рублей, – отправляет своих детей в школу. Они там получают завтрак, обед, молоко, привезённое за 100 километров, купленное по 65 рублей. Я предлагаю вернуться к той законодательной базе, которая позволит местным муниципальным предприятиям покупать непосредственно у сельхозпроизводителей, проживающих на месте.

На примере своего Иловлинского района могу сказать: если у нас организованных детей 4,5 тысячи и нормы потребления молока 900 литров при условии, что мы будем покупать молоко по 30 рублей, а не по 65 в день, в сельском районе только на одном молоке мы можем для бюджета сэкономить 31 500 рублей.

Моё предложение, Владимир Владимирович, чтобы Вы поддержали пилотную программу Волгоградской области, которая позволит одновременно увеличить закупочную цену для сельхозпроизводителя и сэкономить, по моему крестьянскому разумению, огромные деньги для бюджета. Владимир Владимирович, Вы же знаете ту феноменальную способность заинтересованных ведомств написать эстетически выверенные и филологически выверенные отчёты. Поэтому у меня просьба через год на каком‑нибудь мероприятии ОНФ рассказать, как проходит этот пилотный проект в Волгограде.

В.Путин: Хорошо. Ведь и сейчас никто не запрещает местным властям закупать продукцию, если она есть на месте, у местных производителей. Никто не запрещает. Но почему‑то некоторые предпочитают покупать подороже и издалека. Возникает вопрос: есть какая‑то в этом заинтересованность или нет? Нужно разбираться с каждым конкретным случаем в отдельности. Что касается закупок на месте, у своих производителей, конечно, я полностью с этим согласен. Нет никаких ограничений для этого.

Пожалуйста.

К.Юров: Константин Юров, «Деловая Россия», КФХ «Возрождение», Краснодарский край.

Спасибо, Владимир Владимирович, за возможность задать вопрос.

С Вашего позволения, три вопроса.

Первый касается мелиорации, в частности, орошения. Там, где происходит орошение, появляется жизнь. Сразу рабочих мест становится в 20–30 раз больше. Сейчас государство поддерживает мелиорацию в целом и орошение. Но темп ввода фактически с учётом этой поддержки получается порядка 0,10–0,20 процентов от фонда земель пашни, к примеру. Это можно делать быстрее. Если предусмотреть кредиты институтов развития на мелиорацию, кроме субсидий, которые сейчас есть, то желающих будет больше орошать земли.

Второе – это возможность принимать решение на стадии проекта о субсидировании этих проектов. Сейчас выглядит так: сначала мы делаем проект, потом осуществляем инвестиции, инвестиции выше стоимости земли, порядка 150–250 тысяч на гектар, и только потом есть понимание, после того как инвестиции осуществлены, будет ли субсидирование. Если бы была такая возможность, что сельхозтоваропроизводители получают ответ от государства на стадии проекта, то, возможно, получилось бы гораздо больше желающих орошать земли, а это сразу в 20–30 раз увеличит количество рабочих мест на сельских территориях.

В.Путин: Я думаю, что до сих пор у Правительства – если я ошибусь, то коллеги меня сейчас поправят – есть опасение, что если проект только в виде самого проекта, то деньги можно из бюджета выдать, а проект так и не будет реализован. Думаю, что только в этом опасение. Но в целом, конечно, если поменять местами то, что Вы предлагаете, и на первом этапе получать средства, то, наверное, было бы эффективно. Надо поработать.

К.Юров: Хотя бы гарантия.

В.Путин: Да. Гарантия, кстати говоря, тоже деньги, потому что под гарантию всегда резервируются деньги. Просто так гарантии никто не выдаёт. Если мы говорим: мы вам дадим гарантию, – то либо бюджет, либо финансовое учреждение эти деньги омертвляет. Понимаете, это тоже деньги. Это значит, определённый объём денег никуда не идёт, они находятся, условно говоря, в резерве. Хотя это тоже можно сделать. Вы правы, над этим можно подумать.

К.Юров: Второй вопрос более короткий и касается ставок налогообложения. В сельском хозяйстве достаточно большое количество льгот, и очень важных льгот, без которых сельское хозяйство потеряет тот позитивный темп, который сейчас есть. Вопрос маленький, касается как раз сельскохозяйственной деятельности, по которой ставка налога на прибыль ноль. Сейчас малые производители, которые отдают по давальческой схеме продукцию на переработку, они уже не попадают под этот вид деятельности, а если, к примеру, собственная мельница и, допустим, отдаёшь пшеницу на переработку в муку, то это сельхоздеятельность. Соответственно, здесь малые и средние сельхозтоваропроизводители, они немного проигрывают большим, у кого есть и земля, и мощности по переработке. Просьба всё‑таки уравнять условия и давальческую схему также считать сельхоздеятельностью. Одна часть.

Вторая часть касается силоса для животноводов. Ставка НДС для сельхозтоваропроизводителей – 10, это очень важно, но, к сожалению, по силосу она не уменьшена. Просьба всё‑таки обратить внимание на это, это чуть для стимула животноводов.

В.Путин: Это происки Минфина, я думаю. Но в целом я с Вами согласен, Вы правы.

Мы же, когда поднимали НДС, как видите, 10 процентов оставили.

К.Юров: Очень важно.

В.Путин: Да. Надо отдать должное Минсельхозу, упёрлись и доказали правоту, мы сохранили эту ставку, по фруктам даже.

К.Юров: Владимир Владимирович, и самый сложный вопрос, который пытаются различные общественники поднимать, даже депутаты Государственной Думы, но он, к сожалению, не сдвигается. Чтобы он не оставался в рамках полумер, очень хочется задать вопрос Вам и попросить подключиться. Касается негабаритной техники перемещения, в основном ширины. Сейчас практически все производители сельхозтехники… Идёт развитие где‑то от 2,5 до 4 метров. Это эффективная техника: комбайны, мощные трактора.

К сожалению, закон о дорогах общего пользования не позволяет больше 2,6 метра двигаться. Этим же законом предусмотрено разрешение, разрешительный характер, когда сельхозтоваропроизводитель подаёт заблаговременно ряд документов, указывает маршрут и только потом согласовывает с разными собственниками дорог, потом может передвигаться. Штрафы от 200 до 400 тысяч рублей. Зачастую сельхозтоваропроизводитель принимает решение за один, два дня или в тот же день, потому что это от погодных условий зависит. На одном поле убрали, нужно переехать дорогу общего пользования и перевести комбайн на другое, невозможно заблаговременно указать маршрут.

Раньше, коллеги говорят, что когда‑то в Советском Союзе было допущение до 4 метров. Сейчас такая же аналогия существует для военной техники. То есть в этом же законе указано, что от этого разрешения военная техника освобождается, и есть специализированный орган, видимо, в Министерстве обороны, который отвечает за это. Возможно, может быть, в Минсельхозе каким‑то образом это создать или вообще упростить эту процедуру?

Очень много с кем общался, многие поддерживают эту вещь и будут безумно благодарны за это.

Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, хочется помочь таким людям, как Вы, и не обременять их дополнительными нагрузками административного характера. Вопрос ведь исключительно в обеспечении мер безопасности на дорогах. В Советском Союзе не было такого количества транспорта на дорогах, и нормативы были другие, даже это касается дорожного покрытия.

Тем не менее нужно подумать. Я понимаю Вашу озабоченность и разделяю её, но хочется снять эти ограничения. Мы обязательно это пометим и поработаем над этим.

К.Юров: А прицепная техника вообще вне закона получается, потому что на неё не предусмотрено госномера, а на дороги общего пользования может только…

В.Путин: Хорошо, услышал, поработаем.

Я предлагаю так: завершающие три по каждому сектору.

Прошу Вас.

С.Недилько: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я представляю Краснодарский край. Недилько Светлана, мама четверых детей, председатель Союза многодетных семей «Кубанская семья».

И у меня вопрос будет касаться фонда продовольствия «Русь».

В.Путин: Как?

С.Недилько: Фонд продовольствия «Русь». Я возглавляю в нашем регионе отделение фонда, и мы несколько лет с ним сотрудничаем. Цель фонда – это фудшеринг. Это фонд, который спасает еду от ликвидации. По российским законодательствам та еда, которая соответствует всем нормам и допускам, без утилизации на свалках имеет место быть как переданная в рамках благотворительности нуждающимся малоимущим семьям. По стране 150…

В.Путин: Такая, по которой не закончился ещё срок годности?

С.Недилько: Да, конечно. Пригодная к употреблению. Это обязательное условие, потому что и производитель передаёт нам продукцию со всеми товарными накладными, сертификатами, мы выдаём продукцию только через специальные накладные, где каждая семья, получая данную продукцию, расписывается, потому что мы несём ответственность и отчитываемся, таким образом, тоже.

Проблема, к сожалению, острая. Очень много малоимущих семей, которые нуждаются в продуктовой поддержке, и мы как общественная организация, как Союз многодетных семей и как представители фонда «Русь» всегда с радостью ищем, и откликаются производители. Один из них здесь, такая небольшая реклама, – «Краснодарский чай». Когда мы обратились к нему за помощью, он не отказал и поддержал нас крупной партией продукции, которую мы передаём нашим семьям.

К сожалению, на сегодняшний день есть проблема в налоговом законодательстве. Я могу долго рассказывать о работе общественной организации и о фонде, но смысл моего вопроса в чём: мы просим Вас поручить Правительству Российской Федерации внести изменения в налоговое законодательство для устранения налоговых барьеров в части налога на прибыль и НДС. Когда производитель передаёт нам продукцию, он всё равно оплачивает налог на прибыль и НДС. А когда он её утилизирует, он ничего не платит, наоборот, экономит 30–40 процентов. Таким образом, продукты, годные к употреблению, просто хоронят на свалках. Просим Вас, пожалуйста, помогите и нам, и производителям передавать продукцию хорошего качества с пригодным сроком годности к тому, чтобы поддержать малоимущие семьи и другие незащищённые слои населения.

Спасибо.

В.Путин: Как Вас зовут?

С.Недилько: Светлана.

В.Путин: Во‑первых, хочу Вам, Светлана, сказать слова благодарности за то, что Вы занимаетесь таким добрым делом. У Вас и семья большая, четверо детей.

С.Недилько: Они же и стали этими инициаторами создания Союза многодетных семей.

В.Путин: Здорово. И Союз Ваш абсолютно востребованная организация, и дело, которому Вы посвящаете своё личное время, безусловно, очень доброе. В преддверии Нового года и Рождества это особенно актуально.

С.Недилько: Мы очень хотели Вам передать подарок, но, к сожалению, нельзя.

В.Путин: Спасибо большое.

Спасибо, конечно, Вашему партнёру-чаеводу, который Вам партию эту передал. А Вас как зовут?

С.Тимченко: Серафим.

В.Путин: Это была вступительная часть, а теперь послушайте меня внимательно. Во‑первых, никакого НДС на продукты, которые Вы передаёте бесплатно другим людям, не существует. Достаточно только две бумаги иметь: это договор о передаче и какую‑то ещё формальную бумажку – всё. И НДС не берётся с этой части продукции.

Что касается налога на прибыль, прибыль ведь что такое? Это разница между доходом и расходом. И если вы передаёте бесплатно, то у вас нет никакого дохода, значит, и нет налогооблагаемой прибыли.

Что касается расходов, то здесь есть определённый нюанс, который заключается в следующем. Не знаю, Серафим это понимает или не очень, но я хочу, чтобы все это знали и понимали. Допустим, вы произвели товар на 100 рублей, а продали из него всего 80 процентов, но продали за 125 рублей. Значит, 125 минус 80 рублей. С вас берут налог только с тех 80 рублей, которые принесли вам прибыль, общий объём проданной продукции 125 рублей. И таким образом, налогооблагаемая база – всего 45 рублей.

А если вы, продав товара на 80 рублей и получив прибыль, получив конечную сумму 125 рублей, вычтете все 100 рублей, как будто вы продали товар на все 100 рублей, тогда налогооблагаемая база у вас получится 25 рублей. Тогда Серафим не сделал Вам большого подарка, а сделал его за счёт государства. Я ясно всё рассказал?

Поэтому эта проблема известна, мы постоянно ею занимаемся и постоянно дискутируем с нашими коллегами. Мы в курсе и будем всё делать для того, чтобы помогать людям, которые на самом деле очень доброе дело делают: и Вы, и сельхозпроизводители, и вообще бизнес, который участвует в этих благотворительных акциях. Но всё‑таки эти благотворительные деяния нужно делать, исходя из того что сами зарабатывают, а не из того, что даёт государство, иначе это не благотворительность.

Пожалуйста.

И.Семёнова: Добрый день, Владимир Владимирович!

Я приятно удивлена, что Вы предоставили слово, очень хотелось бы сказать. Семёнова Ирина, председатель рескома профсоюза агропромышленного комплекса Адыгеи.

Очень важные вопросы поднимались. Вы действительно приехали на очень щедрую землю, где растёт самый северный чай в мире, и шикарный сыр изготавливается, и фрукты экологически чистые. Биосферный заповедник до сих пор ждёт своих туристов. Но за всем этим стоят люди, работающие на селе. И львиная доля из них – это женщины, которые ведут ещё и своё домашнее хозяйство. В 1991 году 1 января вступили в силу гарантии для женщин, работающих на селе…

В.Путин: Как хорошо сказали – «львиная доля».

И.Семёнова: Львиная доля, так и есть.

Для них была гарантирована – как Вы уже сказали, гарантии несут за собой ответственность – 36‑часовая рабочая неделя. 12 ноября этого года произошла подмена в связи с изменениями в Трудовом кодексе права на гарантию.

В.Путин: Вы юрист?

И.Семёнова: Я не юрист, я председатель республиканского комитета, и нам близки все эти проблемы.

В.Путин: Комитета чего?

И.Семёнова: Профсоюза. Ваши ответственные социальные партнёры.

И мне очень хотелось бы вспомнить Вашу историю, которую Вы рассказывали в Калининграде на встрече с медиками, когда бабушка пришла к юристам и спросила: «Внучек, я имею право?». Он сказал: «Да, бабушка, имеете!» – «Внучек, я имею право?» – «Имеете!» – «А я могу?» – «Нет».

И в этой части для нас очень важно, чтобы женщины, работающие на селе, сохранили гарантию, дающую им сокращённую рабочую неделю. Поэтому профсоюзы агропромышленного комплекса не только Адыгеи, но и России вносят предложение за сохранение гарантии. Я уверена, что все наши профсоюзные коллеги независимо от отрасли поддержат эти начинания, так как женщины на селе работают в разных отраслях.

Благодарю.

В.Путин: Как Вас зовут?

И.Семёнова: Меня зовут Ирина. Я тоже мама троих детей, бабушка семерых внуков.

В.Путин: Здорово.

И.Семёнова: Так что мне всё это близко.

В.Путин: Поздравляю.

И.Семёнова: Спасибо.

В.Путин: У Вас счастливая семья.

И.Семёнова: Спасибо.

В.Путин: Такое счастье, конечно.

Я хочу Вас успокоить. Норма, о которой Вы сказали, по‑моему, была принята ещё в 90‑х годах. В каком?

И.Семёнова: В 1991 году.

В.Путин: В 1991 году.

В 1991 году о 36‑часовой рабочей неделе для женщин на селе – это правда. Потом позднее она была перенесена в Трудовой кодекс.

То, о чём Вы сказали, эти понятия друг другу не противоречат. Сейчас поясню. Если в трудовом законодательстве написано, что работник имеет на что‑то право, это является безусловной необходимостью к исполнению того, кто предоставляет эту работу. Поэтому профсоюзы должны бороться за интересы трудящихся, так оно всегда и было, надеюсь, всегда и будет, но, как говорится, в данном случае, не сердитесь только, ломиться в открытую дверь не нужно, потому что права надёжно обеспечены.

Ещё раз повторю: если у работника есть на что‑то право, то работодатель обязан это исполнить, вот и всё, чтобы Вы знали это. И если есть какие‑то нарушения, а вполне может быть, жизнь сложна, многообразна, то, конечно, профсоюзы должны сразу – раз! – этих нарушителей, и воспользоваться имеющимися нормами. Там даже менять ничего не нужно, нужно только призвать к ответу тех, кто их нарушает, если с такими случаями вы сталкиваетесь.

Спасибо большое.

А.Лагутин: Владимир Владимирович, добрый день!

Конечно, чай – это всё очень хорошо, но огурцы из Луховиц – ещё лучше.

Александр Лагутин, председатель подмосковного регионального отделения Российского союза сельской молодёжи.

Мы, конечно, сейчас видим, агропромышленный комплекс достаточно активно развивается, но есть ещё в нашей стране достаточно большое количество сельхозземель, которые не введены в оборот. Если посмотреть различные информационные источники, то мы увидим, что где‑то от 30 до 50 миллионов гектаров у нас ещё до сих пор не используются. Что здесь? Есть сельхозземля, у неё есть собственник, но земля не используется. Почему? Потому что недобросовестный собственник не думает, чтобы землю использовать, он думает о своём кармане. Он не радеет за нашу страну, он только думает о своих интересах.

Такой пример. Я из Луховицкого района, как Вы догадались, Московской области. Кстати, только в нашем районе производятся настоящие луховицкие огурцы. Настоящие, подчёркиваю, потому что уже много подделок идёт.

В.Путин: Хрустящие?

А.Лагутин: Очень хрустящие и сочные. И ещё у нас родина российского триколора.

В.Путин: А как вы их делаете? Вы их в бочку и куда‑нибудь на дно водоёма? Или нет?

А.Лагутин: В дубовую бочку и прямо в озеро, под лёд.

В.Путин: Это правда, это так?

А.Лагутин: Раньше так делали, если по старинной технологии.

В.Путин: А вы нет?

А.Лагутин: Мы уже по‑другому. Это более сложно.

В.Путин: А говорит «самые лучшие».

А.Лагутин: Но всё равно самые лучшие. У нас они брендовые.

Ещё в начале 2000‑х годов в нашем районе одна организация сумела получить более 25 тысяч гектаров сельхозземель. Если сравнить, то это более половины пашни от всей площади района. О сельском хозяйстве они не думали вообще. Они сначала обанкротили те хозяйства, от которых получили землю, вырезали весь скот, продали сельхозтехнику, и самое страшное, что люди на селе лишились своей работы. Дальше они создали свою риелторскую организацию, пытались продать земли, предлагали по достаточно высокой цене. Но для нормального сельхозпредприятия эта цена очень высокая, ему брать на таких условиях совершенно невыгодно.

Когда налог на сельхозземлю был невысоким, она не использовалась. После определённых контрольных процедур налог на неиспользуемую землю вырос в пять раз, это предельная налоговая ставка. Они уже подзадумались, свои интересы, аппетиты снизили, сельхозпредприятия уже стали её брать в аренду, даже где‑то приобретать её в собственность. И пошёл уже процесс, земля стала вводиться активно в оборот, стала производиться продукция.

Опять для примера. У нас в районе за последние пять лет введено уже более 30 тысяч гектаров земель сельхозназначения, мы по валовке прибавили более чем в шесть раз по зерновым культурам.

В.Путин: Что надо сделать‑то?

А.Лагутин: Что надо сделать? Нам надо этот процесс немного ускорить. Поэтому предлагаю, для того чтобы земли сельхозназначения вводить больше в оборот, которые не используются, давайте рассмотрим такое предложение: в Налоговом кодексе увеличить прогрессивные ставки налога в отношении земель сельхозназначения, которые не используются для сельскохозяйственного производства.

Сейчас льготная ставка 0,3 процента для сельхозземель, а если она не используется, она переходит в прочие категории – 1,5 процента. Давайте попробуем три сделать, пусть быстрее думают собственники.

В.Путин: Нужно переводить его в Министерство финансов точно, они тоже так считают примерно.

А.Лагутин: Спасибо.

В.Путин: Если по‑серьёзному, разные варианты обсуждаются, как активизировать работу в земельном обороте. Держатели этой земли, собственники, не используют её по назначению либо ждут возможности и способа перевести из земель сельхозназначения в земли поселений, чтобы стоимость поднять, а потом загнать или настроить что‑то, а потом всё равно продать, и так далее.

Мы это понимаем. Сейчас и Минсельхоз над этим думает, и Министерство экономики, и Минфин, как раз в этом направлении и думаем. Так что Ваши предложения совпадают с теми вариантами, которые обсуждаются в Правительстве.

А.Лагутин: Спасибо.

В.Путин: Спасибо вам большое.

Нужно заканчивать, к сожалению. Спасибо вам большое за ваши идеи и за предложения, за информацию. Очень было полезно. Надеюсь, что и вам тоже было полезно, интересно услышать моё мнение по тем вопросам, которые вы задавали. Ну и для меня, действительно, это было большим подспорьем и будет большим подспорьем в следующей работе в декабре и на будущее.

Спасибо вам большое.

Всего хорошего! С наступающим вас Новым годом и Рождеством!