Документ /

Обсуждались также вопросы совершенствования высшего образования в России, в частности развитие системы федеральных университетов, создание иерархии высших учебных заведений в стране.

Д.Медведев: Андрей Александрович, мы с Вами должны обсудить несколько вопросов, один из них представляет интерес для значительной части наших граждан, а именно: результаты первого и уже универсального применения единого государственного экзамена.

Я хотел бы, чтобы Вы мне доложили о том, как всё прошло, как Вы оцениваете первый опыт применения ЕГЭ уже в универсальном виде, каковы проблемы и как Вы их полагаете решать.

А.Фурсенко: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, за вопрос.

В целом, я считаю, российская образовательная система с этой задачей справилась. Более 900 тысяч ребят сдавали ЕГЭ в этом году в штатном режиме. В общей сложности сданы были более 3 миллионов экзаменов: два обязательных – это русский и математика, и ещё какое‑то количество экзаменов по выбору. В 83 регионах сдавали экзамены и плюс к этому в российских школах при посольствах и консульствах в 52 странах.

Что можно сказать? Во‑первых, везде прошли экзамены штатно и относительно ровно. Результаты тоже относительно ровные. 2 тысячи 200 ребят получили высшие баллы – это 100 баллов по различным экзаменам.

Д.Медведев: 100 баллов – это наивысший балл?

А.Фурсенко: 100 баллов – это наивысший балл.

Д.Медведев: А вот у нас раньше существовала такая штука, как медаль. Она как‑то связана с этими баллами?

А.Фурсенко: Медали остались. Их получают в условиях, когда все отметки в аттестате отличные.

Д.Медведев: Но это не зависит от ЕГЭ?

А.Фурсенко: Нет, это не зависит от ЕГЭ. Если ты не смог сдать ЕГЭ по русскому и по математике, ты не получаешь аттестат, значит, не получаешь медаль. Но такого не было.

Д.Медведев: То есть ЕГЭ на медали не отражается?

А.Фурсенко: Нет, прямо не отражается.

Д.Медведев: Главное, сдать положительно.

А.Фурсенко: Да.

Далее. К сожалению, почти 30 тысяч выпускников не сумели пройти вот этот барьер. То есть либо они завалили оба экзамена: по русскому и по математике, либо они не сумели один из этих экзаменов пересдать. Если ты один экзамен сдал успешно, а второй не сдал, была возможность пересдать его.

Д.Медведев: А как раньше было? Какое количество выпускников школ не получали аттестат зрелости?

А.Фурсенко: Существенно меньше. Но, как Вы помните, в прошлые годы было такое условие: плюс один балл, когда люди, которые фактически сдавали на «двойку», получали плюс балл и поэтому проходили. При этом я сразу хочу сказать, что те ребята, которые не получили аттестат в этом году, во‑первых, имеют возможность продолжить обучение в техникуме и в учреждениях начального профобразования. И, кроме этого, они имеют возможность через год пересдать единый государственный экзамен и получить аттестат.

Для того чтобы наши абитуриенты, наши выпускники школ получали хорошее образование, нужны не только результаты единого госэкзамена, но и, собственно, хорошие университеты.

Д.Медведев: То есть, иными словами, вот такое количество выпускников, не сдавших единый госэкзамен, говорит о том, что требования были более высокими, и, на Ваш взгляд, как я понимаю, картинка знаний, которая сложилась в результате ЕГЭ, более объективная, так?

А.Фурсенко: Во‑первых, более объективная, и она более объективная не только по количеству непрошедших, но и по всей системе образования в целом.

Д.Медведев: В чём преимущество единого госэкзамена, на Ваш взгляд? Что выявили результаты?

А.Фурсенко: Во‑первых, я хочу сразу сказать, что у всех ребят была возможность подать апелляции, если они считали, что экзамен проходит нечестно.

По процедуре сдачи экзаменов было всего 24 апелляции по всей России. Я допускаю, что нарушений было больше, но апелляций официально было всего 24, и они были все учтены. Почти более 50 тысяч ребят подали апелляции по результатам экзаменов. Из них 12 тысяч апелляций было удовлетворено.

Д.Медведев: Андрей Александрович, это всё хорошо. Но ЕГЭ – это, по сути, такой международный опыт, который мы у себя пытаемся внедрять. Я хочу понять, в чём преимущество ЕГЭ по отношению к традиционной системе оценки знаний по окончании школы и по отношению к традиционным вступительным экзаменам в высшие учебные заведения.

А.Фурсенко: Во‑первых, мы получили единую и объективную, с моей точки зрения, картину по всей стране. Мы смогли сравнить уровень преподавания, уровень подготовки ребят в различных регионах и внутри регионов. Мы дали возможность регионам оценить, как организована система образования, оценить результаты подготовки в различных муниципальных образованиях. Я знаю, что значительная часть регионов уже пользуется этими результатами. Мы увидели, где слабые стороны, где слабые места нашей системы образования, по каким направлениям нам надо прилагать большие усилия. Мы увидели, в каких местах надо обеспечивать лучшую подготовку учителей, что надо сделать в новых стандартах, которые мы разрабатываем по соответствующим поручениям.

Д.Медведев: И в каких это местах?

А.Фурсенко: Я могу сказать, что не очень хорошая подготовка была, например, по физике. Мы видим, что физику готовят не здорово. В принципе достаточно хорошие результаты были показаны по русскому языку и по математике по всей стране. Вы помните, и политики различные, и эксперты высказывали большие опасения. Мы увидели, что количество ребят, не сдавших экзамен, всё‑таки значительно меньше, чем нам предсказывали.

Есть в различных регионах аномально высокие и аномально низкие результаты. И эти результаты, естественно, вызывают у нас определённые вопросы. Например, есть очень высокие результаты по целому ряду предметов в Калмыкии, в Мордовии, в Карачаево-Черкесской Республике, в Воронежской области. Есть регионы, в которых результаты аномально низкие, например, Приморский край, Амурская область, Магаданская область. И по всем этим регионам мы сейчас анализируем, почему это произошло. И более того, мы анализируем, что мы должны сделать для того, чтобы там, где результаты низкие, исправить ситуацию.

И особо хочу доложить Вам по поводу Чеченской Республики. Там были приняты, я бы сказал, беспрецедентные меры контроля за сдачей экзаменов. И мы получили негативную, но абсолютно объективную картину. Я совсем недавно специально ездил в Чечню, я докладывал уже Вам предварительно. Мы вместе с руководством республики проанализировали, что надо сделать для того, чтобы исправить те прорехи в школьном образовании, которые возникли за долгие годы в Чечне. Но я считаю, что благодаря тому, что они получили объективную картину, возможностей исправить их есть гораздо больше.

Мы анализировали те публикации, которые были в различных газетах по поводу недостатков, проблем во время сдачи экзаменов. Было довольно много публикаций, например, по Дагестану. По всем публикациям мы создаем комиссии, анализируем, будем анализировать вместе и с руководством соответствующих регионов, и с правоохранительными органами. И, кроме этого, мы вместе с селекторским корпусом планируем продолжить анализ и оценить, каким образом коррелируют оценки, полученные в ходе сдачи единого государственного экзамена, и каким образом коррелируют результаты победителей олимпиад с теми оценками, которые они будут иметь в вузах, с тем чтобы опять же использовать это для исправления школьного образования.

Мы движемся к ситуации, которая существует в развитых экономиках, в развитых образовательных системах. Поступить в университет не так трудно, а вот учиться там гораздо труднее, и результаты для студентов, естественно, появляются в первой сессии.

Д.Медведев: Вы перечислили множество возможностей и позитивных моментов, которые открываются для коррекции системы образования в результате использования единого государственного экзамена. А какие всё‑таки положительные моменты возникли в результате проведения ЕГЭ, сдачи ЕГЭ для выпускников школ?

А.Фурсенко: Во‑первых, это одновременно выпускной и вступительный экзамены.

Д.Медведев: Самое главное.

А.Фурсенко: По‑моему, только сейчас выпускники начали осознавать, что всё закончилось.

Д.Медведев: Для тех, кто получил хороший балл.

А.Фурсенко: Вы знаете, даже средний балл сегодня даёт возможность поступить в высшие учебные заведения.

Д.Медведев: А если такого рода средний балл – всё‑таки раньше система оценки знаний была другой – допустим, если этот выпускник не будет способен учиться в высшем учебном заведении, что делать в этой ситуации?

А.Фурсенко: Во‑первых, у него есть возможность выбирать из нескольких учебных заведений, потому что раньше этого не было, а сейчас он может свои документы представить в целый ряд учебных заведений по данной специальности.

Д.Медведев: Где его с этим результатом баллов, полученных на едином государственном экзамене, примут.

А.Фурсенко: Причём где‑то ему могут предложить платное место, а где‑то могут предложить учиться на бюджете, потому что в этом году всё‑таки беспрецедентно много бюджетных мест. На тысячу выпускников – 420.

Д.Медведев: Это правильно, потому что у нас сложности в экономике.

А.Фурсенко: Кроме этого, сегодня идёт достаточно серьёзный объём предложений по продолжению учёбы в учреждениях среднего профобразования, в техникумах, и там тоже с аттестатом, с экзаменом по ЕГЭ вас принимают, это добавляется. Причём зачастую специалисты, которых готовят в техникуме, гораздо более востребованы в экономике, чем те, которые заканчивают вузы.

Д.Медведев: То есть, если я правильно понимаю, упрощая, мы движемся к ситуации, которая существует в развитых экономиках, в развитых образовательных системах. Поступить в университет не так трудно, а вот учиться там гораздо труднее, и результаты для студентов, естественно, появляются в первой сессии.

А.Фурсенко: Вы абсолютно правы, Дмитрий Анатольевич. Единственное, что я могу сказать, что всё‑таки это не та история, которая есть в ряде стран, когда вообще любой человек, кто хочет, может прийти и записаться в университет. Мы создаём определённый барьер.

Д.Медведев: Барьер есть, да.

А.Фурсенко: Но этот барьер просто показывает, что человек может и хочет учиться, имеет определённый начальный набор знаний, а дальше всё зависит от него.

Сейчас есть идея, которую я поддерживаю, и, вероятно, приму необходимое решение в виде соответствующего законопроекта о придании специального статуса некоторым ведущим университетам нашей страны. Как минимум речь о Московском и Санкт-Петербургском университетах.

Д.Медведев: Каждый из нас сдавал вступительные экзамены в университет, в институт. И мы понимаем, что всё‑таки это была, как это принято говорить в народе, некая лотерея, когда очень хорошо подготовленные абитуриенты не могли сдать экзамен из‑за того, что волновались, по каким‑то другим причинам, не говоря уже о всяких противозаконных моментах. В этой ситуации у них будет такая возможность, а они просто при наличии такого нормального балла попадают в университет и уже при наличии хороших базовых знаний смогут учиться.

А.Фурсенко: Да. Более того, может быть, это уже следующий этап. Мы считаем, что надо постепенно переходить к ситуации, когда человек, который хорошо учится, будет иметь возможность перейти из одного университета в другой.

Д.Медведев: Это тоже важно.

Андрей Александрович, для того чтобы наши абитуриенты, наши выпускники школ получали хорошее образование, нужны не только результаты единого госэкзамена, но и, собственно, хорошие университеты.

У нас университетов в стране очень много, даже, наверное, больше, чем надо, но далеко не все из них хорошие. Мы с Вами давно занимаемся проблемой того, как сделать наше высшее образование более современным, более эффективным, более приспособленным к потребностям сегодняшнего дня. В том числе некоторое время назад в рамках работы над национальным проектом мы с Вами предложили конструкцию, которая называется «федеральный университет». В общем, как я понимаю, существующие сегодня федеральные университеты достаточно неплохо развиваются.

Дальше появилась ещё одна статусная позиция, которая называется «национальный исследовательский университет». Кроме того, сейчас есть идея, которую я поддерживаю, и, вероятно, я приму необходимое решение в виде соответствующего законопроекта о придании специального статуса некоторым ведущим университетам нашей страны. Просто они будут действовать на основании закона. Как минимум речь о Московском и Санкт-Петербургском университетах.

Что Вы можете сказать на эту тему?

А.Фурсенко: Дмитрий Анатольевич, Вы в самом начале поставили задачу, когда ещё нацпроект начался, о том, что мы должны создать определённую иерархию университетского образования. Она создавалась за счёт создания федеральных университетов, и, кроме этого, конкурсы инновационных программ развития университетов, которые тоже отселектировали несколько десятков университетов, которые наиболее успешно предлагали и образовательные, и научные программы.

Если говорить о федеральных университетах, то два университета – Южный и Сибирский – на мой взгляд, полностью оправдали тот пилотный проект, который был запущен в рамках национального проекта. Качество и образования, и исследований в этих университетах резко возросло.

Вы помните, что тогда принимали программы развития и того, и другого университетов. Я могу сказать, что те индикаторы, которые были намечены на 2010 год, сегодня почти все достигнуты. Это связано не только с тем, что была оказана достаточно серьёзная финансовая поддержка. Это связано с присвоением статуса, с чёткой формулировкой тех задач, которые они должны выполнить, и, я бы сказал так, с поддержкой, которую оказали этим университетам с учётом этого статуса бизнес и образовательное научное сообщество.

Д.Медведев: И региональные власти.

А.Фурсенко: И региональные власти.

В развитие того, что Вы сказали, я просил бы Вас, может быть, рассмотреть вопрос о том, чтобы расширить состав федеральных университетов. Сегодня у нас есть достаточно большое количество предложений. Некоторые из них очень серьёзно продвинуты. Я могу назвать, например, известный проект из Архангельска – это Северный федеральный университет, есть предложение из Екатеринбурга, есть очень интересное предложение из Казани. На самом деле предложений много, но я называю несколько, которые действительно являются очень продвинутыми.

Поэтому я предложил бы, учитывая то, что сегодня действительно есть существенные экономические проблемы, но при этом и сам статус, который может быть присвоен, и определённое перераспределение средств в пользу этих университетов в рамках существующего бюджета, просил бы Вас дать добро на рассмотрение вопроса о создании ещё нескольких федеральных университетов.

Одновременно с этим Вы назвали вопрос о специальном законе для двух наших, я бы так сказал, внеразрядных университетов, которые, по‑моему, общепризнанны и являются лидерами. Уже подготовлено постановление Правительства, я надеюсь, что в ближайшее время оно будет выпущено, об объявлении конкурса по национальным исследовательским университетам. Вот если такая иерархическая структура будет запущена, то, мне кажется, несмотря на достаточно серьёзные финансовые проблемы, мы тот процесс, который начат был в рамках нацпроекта, сможем продолжить.

При этом я хочу доложить Вам о том, что и поручение более жёстко подходить к некачественному образованию мы тоже выполняем. За последние полтора года было реорганизовано, закрыто более ста филиалов. При этом ни один студент не остался на улице, всем было предложено перейти в другие более надёжные, более приличные учебные заведения. Поэтому, с одной стороны, мы реорганизуем те учреждения, которые не дают хорошего, достойного образования, но при этом я предлагаю поддержать и те, которые такое образование могут дать.

Д.Медведев: Хорошо. Это отвечает действительно и моим представлениям о том, как должно выглядеть высшее образование. Мы с Вами уже не первый год этим занимаемся, поэтому готовьте окончательные предложения по расширению числа федеральных университетов. Я готов буду их поддержать, мы отдельно ещё это обсудим. Причём, не затягивая, готовьте эти предложения.

По исследовательским университетам, соответственно, нужно выпускать постановление Правительства.

Что касается законопроекта о наших ведущих университетах, то я думаю, что он в ближайшее время будет уже подготовлен для того, чтобы внести его в Федеральное Собрание.

А.Фурсенко: Спасибо.