AGRIS - 

2020

Kolonchin, K.V. | Seregin, S.N., All-Russia Reseach and Development Inst. of Fishery and Oceanography, Moscow

The world economy globalization and climate change on the planet exacerbate the problem of ecology, biodiversity, sustainable food supply and social stability. The conservation and rational use of oceans, seas and marine resources to prevent global crises of the world community is the main task of the world community, to solve which, concerted actions by the leading industrial countries and developing economies are needed. The task cannot be solved by market tools, business should be reasoned for development and introduction of ecological technologies at the level of the state policy. Within the framework of the state program for the development of the fisheries sector of Russia for the period 2014-2020 and the strategy for the development of the fisheries sector for the period up to 2030 tasks are set to ensure the transition from the export - raw material type to an innovative type of development based on the conservation, reproduction and rational use of water biological resources, minimizing the negative impact on the environment. To reduce the environmental risks associated with pollution of water areas in areas where water biological resources are caught, it is planned to develop a national system of environmental certification of fisheries and industries. The world expert community classifies agricultural production and food production as the main structures that emit up to 45% of carbon dioxide into the atmosphere. In Russia, global monitoring systems have not yet been created, although the need for this is long overdue. The environmental standards legislated in the concluded international agreements should be observed; a greater emphasis should be put on ecological attitude development of the population. Environmental issues and environmental management should be mandatory in the composition of indicators and indicators of program documents of the state level, along with other macroeconomic parameters of the country's economy. | Глобализация мировой экономики, изменение климата на планете обостряют проблемы экологии, биоразнообразия, устойчивого обеспечения продовольствием и сохранения социальной стабильности. Сохранение и рациональное использование океанов, морей и морских ресурсов для предотвращения глобальных кризисов является главной задачей,для решения которой необходимы согласованные действия ведущих промышленно развитых стран и развивающихся экономик. Задача не может решаться рыночными инструментами, бизнес необходимо мотивировать на разработку и внедрение экологичныхтехнологий на уровне политики государства. Рамками Государственной программы развития рыбохозяйственного комплекса России на период 2014-2020 гг. и Стратегией развития рыбохозяйственного комплекса на период до 2030 г. ставятся задачи по обеспечению перехода от экспортно-сырьевого типа к инновационному типу развития на основе сохранения, воспроизводства и рационального использования водных биологических ресурсов, минимизации негативного воздействия на окружающую среду. Для снижения экологических рисков, связанных с загрязнением акваторий в районах вылова водных биологических ресурсов, планируется разработка национальной системы экологической сертификации промыслов и производств. Мировое экспертное сообщество относит с.-х. производство и производство продуктов питания к основным структурам, которые выбрасывают в атмосферу до 45% углекислого газа. В России системы глобального мониторинга пока не созданы, хотя потребность в этом давно назрела. Необходимо соблюдать экологические стандарты, прописанные в заключенных международных соглашениях; уделять больше внимания экологическому воспитанию населения. Вопросы экологии и рационального природопользования должны стать обязательными в составе индикаторов и показателей программных документов государственного уровня, наравне с другими макроэкономическими параметрами развития экономики страны.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2020

Shevchuk, O.M. | Fes'kov, S.A., Nikitskij State Botanic Garden, Crimea

Цель исследования – выявить хемотипическое разнообразие видов и культиваров рода Perovskia, произрастающих в коллекции лекарственных и ароматических растений Никитского ботанического сада (НБС), по компонентному составу эфирного масла, для определения перспективных направлений их использования в парфюмерии и фармакологии. Объекты исследований – два вида (Perovskia atriplicifolia Benth., P. scrophulariifolia Bunge) и один культивар (P. x hybrida Hort cv. Blue Gaz) рода Perovskia. Эксперименты выполняли в 2012–2019 гг. на Южном берегу Крыма. Массовую долю эфирного масла измеряли в свежем сырье трех-шестилетних растений методом гидродистилляции на аппаратах Гинзберга. Компонентный состав эфирных масел определяли с использованием аппаратно-программного комплекса на базе хроматографа "Хроматэк-Кристалл 5000.2", оснащённого масс-спектрометрическим детектором. В условиях интродукции в НБС объекты исследования проходят все фазы развития, отличаются высокой декоративностью и высоким содержанием в надземной массе эфирного масла: P. atriplicifolia – 0,38…0,53%, P. scrophulariifolia – 0,3…0,43% и P. x hybrida cv. Blue Gaz. – 0,30…0,46%. Доминирующие компоненты эфирного масла P. scrophulariifolia – линалил ацетат (32,62%) и линалоол (11,46%), P. x hybrida cv. Blue Gaz – 1,8-цинеол (20,38%), и камфора (24,70%). P. atriplicifolia представлена двумя образцами разных хемотипов: у образца № 1 мажорными компонентами эфирного масла оказались камфора (21,19%) и 1,8-цинеол (20,10%), у № 2 – эндоборнеол (29,28%) и 1,8-цинеол (16,17%). В биохимическом составе изучаемых масел превалируют терпеноиды: спирты, эфиры и кетоны. В условиях юга Крыма изучаемые виды представлены новыми, по сравнению с мировыми, хемотипами: P. atriplicifolia – камфорно-цинеольным и эндоборнеольно-цинеольным; P. scrophulariifolia – линалил ацетатно-линалоольным. В надземной массе P. x hybrida cv. Blue Gaz синтезируется эфирное масло цинеольно-камфорного хемотипа. | The research aimed to identify the chemotypic diversity of species and cultivars of Perovskia genus growing in the collection of medicinal and aromatic plants of the Nikitsky Botanical Garden, according to the component composition of essential oil, to determine promising directions of their use in perfumery and pharmacology. The objects of the research were two species (Perovskia atriplicifolia Benth., P. scrophulariifolia Bunge) and one cultivar (P. x hybrida Hort cv. Blue Gaz) of Perovskia genus. The studies were carried out in 2012–2019 on the South Coast of Crimea. The mass fraction of essential oil was determined in fresh raw material of three- to six-year-old plants by hydrodistillation using Ginsberg apparatus. The component composition of essential oils was determined using a hardware-software complex based on a chromatograph "Chromatek-Kristall 5000.2" equipped with a mass spectrometric detector. Under the conditions of introduction in the Nikitsky Botanical Garden, the objects of study go through all phases of development, they are characteeized by high decorativeness and a significant content of essential oil in the aerial part: P. atriplicifolia – 0.38–0.53%, P. scrophulariifolia – 0.3–0.43%, and P. x hybrida cv. Blue Gaz – 0.3–0.46%. The dominant components of P. scrophulariifolia essential oil are linalil acetate (32.62%) and linalool (11.46%), of P. x hybrida cv. Blue Gaz – 1,8-cineole (20.38%), and camphor (24.7%). P. atriplicifolia are represented by two samples of different chemotypes. In sample No. 1 the major components are camphor (21.19%) and 1,8-cineole (20.1%); in sample No. 2 - endoborneol (29.28%) and 1.8- cineole (16.17%). The biochemical composition of the studied oils shows dominating terpenoids: alcohols, ethers and ketones. Under conditions of the South Coast of Crimea, the studied species are represented by new chemotypes, compared to the world samples: camphor-cineole and endoborneole-cineole (P. atriplicifolia) and linalyl acetate-linalool (P. scrophulariifolia). In the aerial part of P. x hybrida cv. Blue Gaz essential oil of the cineolecamphor chemotype is synthesized.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2020

Shamanin, A.A. | Popova, L.A. | Golovina, L.N., Federal Research Center for the Comprehensive Study of the Arctic named after N.P. Laverov. Primorsky Branch, Arkhangelsk

В ходе производства семенного картофеля в северных районах Архангельской области на урожайность и качество продукции негативно влияет повреждение тлями. Цель исследований (2018–2019): уточнение видового состава и оценка динамики численности тлей – возможных носителей инфекционной нагрузки - при выращивании высококачественного семенного материала картофеля в условиях северных районов Архангельской области. Опытный участок был представлен посадками картофеля различных сортов первого полевого поколения. Предшественник – вико-овсяная смесь на силос. Погодные условия за период проведения исследований варьировали. Сумма среднесуточных температур в 2018 г. составила 1239,1 град. С, в 2019 г. – 918,4 град. С. Количество выпавших осадков незначительно различалось по годам. Тип почв в регионе – подзолистые на суглинистой бескарбонатной морене. Мониторинг тлей-переносчиков вирусных заболеваний проводился методом отлова желтыми сосудами, заполненными водой (ловушки Мерике). На опытном поле располагали 4 ловушки по периметру учетного поля не ближе, чем 5 м от края. Дата установки ловушек соответствовала прорастанию клубней картофеля. Изучение динамики лета тлей в условиях северных территорий Архангельской области позволило выявить видовой состав и численность популяций тлей, присутствующих на посадках семенного картофеля. Выявлено 9 видов, 5 из которых – потенциальные источники вирусной инфекции. При сравнительно небольших различиях по количеству выпавших осадков и более низких температурах, в 2019 г. выявлено на 41% меньше особей тлей, чем в более теплом 2018 г. Наибольшая численность выявлена у черемухово-злаковой тли Rhopalosiphum padi L. – 19–25 особей (23–30%) и бобовой тли Aphis fabae Scop. – 19–16 особей (18–25%). Доля тлей, непосредственно питающихся на картофеле и являющихся прямыми переносчиками вирусов, в 2018 г. составляла 37%, в 2019 г. – 38%. Доля потенциальных переносчиков инфекции за счет пробных уколов в 2018 г. составляла 31%, в 2019 г. – 44%. | In the course of the production of seed potatoes in the northern part of the Arkhangelsk region the yield and quality of products are adversely affected by aphids. The purpose of the research (2018-2019) was to clarify the species composition and assess the dynamics of the number of aphids and possible transfers of infectious load when growing high-quality potato seed material in the Northern districts of the Arkhangelsk region. The experimental site was represented by planting potatoes of different varieties of the category of the first field generation. The precursor is the vetch-oats mixture on the silo. Weather conditions during the period of research varied. The sum of the average daily temperatures in 2018 was 1239.1 deg. C, in 2019 – 918.4 deg.C. The amount of precipitation varied slightly over the years. The type of soil in the region is podzolic on a loamy, carbon-free moraine. Monitoring of aphids vectors of viral diseases was carried out by catching yellow vessels filled with water (Merike traps). On the experimental field, 4 traps were located along the perimeter of the accounting field no closer than 5 meters from the edge. The date of setting the traps corresponded to the germination of potato tubers. The study of the dynamics of the flight of aphids in the northern territories of the Arkhangelsk region revealed the species composition and the number of populations of aphids present at the planting of seed potatoes. 9 species have been identified, 5 of which are potential sources of viral infection. With relatively small differences in precipitation and lower temperatures, 41% fewer aphids were detected in 2019 than in warmer 2018. The largest number was found in the black-grain aphid Rhopalosiphum padi L. 19–25 individuals (23–30%) and bean wase и Aphis fabae Scop. – 19–16 individuals (18–25%). The proportion of aphids directly fed on potatoes and are direct vectors of viruses in 2018 was 37%, in 2019 – 38%. The proportion of potential vectors of infection due to test injections in 2018 was 31%, in 2019 – 44%.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2020

Tret'yakova, A.S., Russian Academy of Sciences. Ural Branch, Ekaterinburg (Russian Federation). Botanical Garden | Baranova, O.G., Russian Academy of Sciences, St. Petersburg (Russian Federation). The V.L. Komarov Botanic Inst. | Luneva, N.N., All-Russia Research and Development Inst. of Plant Protection, St. Petersburg (Russian Federation) | Terekhina T.A., Altai State Univ., Barnaul (Russian Federation) | Yamalov, S.M. | Lebedeva, M.V., Russian Academy of Sciences. Ufa Science Centre (Russian Federation). Botanical Garden-Inst. | Khasanova, G.R., Bashkir Research and Development Inst. of Agriculture, Ufa (Russian Federation) | Grudanov, N.Yu., Russian Academy of Sciences. Ural Branch, Ekaterinburg (Russian Federation). Botanical Garden

54 ref. | Summaries (En, Ru) | 3 tables | The authors' data on the weed species composition in 8 geographic regions of the Russian Federation were laid at the basis of this survey. The segetal flora comprised weeds of cereals, root crops, and perennial grasses. The composition and taxonomic structure of weed species were analyzed. The total number of weedy plants encompassed 686 plant species. The level of regional weed species diversity was positively related to the area planted. Altai Territory, Udmurtia, and Rostov Province had the greatest weed species diversity, with more than 300 species, while Vologda Province had the lowest diversity (193 species). Most species-rich plant families (Asteraceae Dumort., Poaceae Barnhart, Fabaceae Lindl., Brassicaceae Burnet), genera (Potentila L., Artemisia L., Veronica L., Chenopodium L., Silene L., Trifolium L.), their subsequences, contributions of singlespecies families (17–39%) and genera (57–74%) were relatively stable systematic structure indicators. Only 18% of the species were common for all the regions. In each region there were region-specific groups of species. Weed species compositions in geographically close regions – the European part of Russia and the Urals – showed the greatest similarity. As for geographically distant regions (Altai Territory and Rostov Province), their weedy species compositions were distant and contained large groups of region-specific species. | В основу работы положены данные авторов по видовому составу сегетальных флор 8 регионов РФ: Ленинградской, Новгородской, Вологодской, Ростовской и Свердловской областей, Удмуртской Республики, Республики Башкортостан и Алтайского края. В состав сегетальных флор включены сорные растения агрофитоценозов яровых, озимых, пропашных культур и многолетних трав. Проведен сравнительный анализ видового состава и таксономической структуры сегетальных флор изученных регионов. Общее число сегетальных растений, отмеченных в 8 изученных регионах, составляет 686 видов. Наибольшим флористическим разнообразием отличается сегетальная флора Алтайского края, Удмуртии и Ростовской области, насчитывающая более 300 видов, а наименьшим – Вологодской области (193 вида). К числу относительно стабильных показателей систематической структуры могут быть отнесены: состав ведущих семейств (Asteraceae Dumort., Poaceae Barnhart, Fabaceae Lindl., Brassicaceae Burnet) и их доля во флоре (70–78%), состав наиболее крупных родов (Potentilla L., Artemisia L., Veronica L., Chenopodium L., Silene L., Trifolium L.), вклад одновидовых семейств (17–39%) и родов (57–74%). Только около 18% видов встречаются во всех или почти всех рассмотренных сегетальных флорах. Наибольшее сходство видового состава обнаруживают сегетальные флоры географически близко расположенных регионов – европейской части России и Урала. Более дистанцированы сегетальные флоры географически отдаленных регионов, Алтайского края и Ростовской области, содержащие большие по объему группы дифференциальных видов – 89 и 66 видов соответственно.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation