AGRIS - 

2017

Khetagurov, Kh.M.

Клен Траутфеттера (клен высокогорный - Acer Trautvetteri Medv.) является лесообразующей породой в лесном фонде Северной Осетии. Произрастая в горах на высоте от 1100 до 2500 м над уровнем моря, он образует простые по строению древостои. На верхней границе своего распространения клен Траутфеттера формирует, как правило, чистые кленовники, на нижней - всегда смешанные. Объекты исследования - чистые и смешанные кленовники в нескольких урочищах Республики Северная Осетия-Алания. Объекты расположены в различных условиях горного рельефа и на разной высоте над уровнем моря. Целью настоящего исследования является оценка возобновительного потенциала высокогорных кленовников и успешности естественноговозобновления клена Траутфеттера в различных условиях ареала распространения. Условно полоса произрастания кленовников нами разделена на три пояса: верхний - 1601 м над уровнем моря и более; средний - 1251… 1600 м над уровнем моря; нижний 1250 м над уровнем моря и менее. Установлено, что возобновительный потенциал высокогорных кленовников реализуется путем как семенного, так и вегетативного размножения. Под пологом древостоя преобладает подрост порослевого происхождения. Подрост семенного происхождения встречается на открытых местах, на минерализованных участках. Численность такого подроста редко превышает 600 экз./га. Хотя подрост порослевого происхождения и преобладает, его отпад в несколько раз больше, чем у подроста семенного происхождения. Несмотря на большой запас семян (25,8…58,4 тыс. шт./га), естественное возобновление клена семенами под пологом материнского древостоя сильно затруднено из-за мощного травяного покрова, плотного слоя листового опада, массового повреждения семян энтомофауной и болезнями. Освещенность на поверхности почвы составляет 0,2…0,3 % от освещенности на открытом месте. | Trautvetter’s maple or high-mountain maple (Acer Trautvetteri Medv.) is a forest-forming species in the forests of North Ossetia. Growing in the mountains at a height of 1100…2500 meters above sea level, it forms the simple structured stands. As a rule, Trautvetter’s maple forms pure maple forests at the upper boundary of its distribution and mixed maple forests at the bottom. The objects of research are pure and mixed maple forests in some natural boundaries of the Republic of North Ossetia-Alania. They are located in various conditions of mountainous relief and at different height above sea level. The goal of research is an assessment of regeneration potential of high-mountain maple forests and the success of natural regeneration of Trautvetter’s maple in different conditions of the distribution area. Conventionally, we divided the site strip of maple forests into three zones: the upper zone - 1601 m above sea level and more; the medium belt - 1251…1600 m above sea level; the lower zone - 1250 m above sea level and less. Regeneration potential of the high-mountain maple forests is implemented both by seed and vegetative propagation. Under the canopy of the stand the undergrowth of vegetative origin is dominated. The young growth of seed origin is found in exposed places, in mineralized areas. The number of such undergrowth is rarely more than 600 trees per Ha. Although the undergrowth of vegetative origin predominates, its mortality is some times greater than that of seed origin. Despite a large supply of seeds (25.8…58.4 thousand pcs./Ha), the natural regeneration of maple by seeds under the canopy of the parent stand is very difficult due to the strong grass cover, the dense leaf litter layer, mass seed damage by entomofauna and diseases. The ground shade density is 0.2…0.3 % of the shade density in the exposed place.

Show more [+]

Less [-]

Northern (Arctic) Federal University - Russian Federation

2017

Shabalina, O.M. | Bezkorovaynaya, I.N. | Baranchikov, Yu.N.

Currently, the attention of forest pathologists is directed to the problem of a new aggressive pest of Siberian fir - four-eyed fir bark beetle (Polygraphus proximus Blandf. (Coleoptera, Scolytidae)). Until recently, the species was known in the Khabarovsk and Primorsky Territories, Sakhalin, the Kuril Islands, Korea, Japan, and northeast China, where usually colonized the weakened forms of Far Eastern firs, mainly Abies nephrolepis and A. holophylla. The first trees died of four-eyed fir bark beetle in the Krasnoyarsk Territory were dated by 1976. Now Polygraphus proximus is met in seven territorial entities of the Siberian Federal Districts, at 4.9 mln ha of fir forests (or nearly at one-third of the range of Siberian fir, which is extremely unstable to the action of P. proximus). The goal of research is to assess the condition of the undergrowth, understory and herb layer in fir stands, damaged by four-eyed fir bark beetle in the Krasnoyarsk Territory. The studies are conducted in the southern taiga grass fir forests in the Krasnoyarsk Territory. The changes in the understories of fir plant communities with varying degrees of stand damage by P. proximus are examined. The natural regeneration of fir in all test areas is satisfactory (the number of standard large undergrowth is more than 1.0 ths. pcs./ha). However, there is a decline in the average viability score of large undergrowth, that seems to be associated with the attacks of four-eyed fir bark beetle. In the context of complete dieback of fir stands large viable undergrowth is absent. In maximum light intensity the tendency to increase the average height and the average diameter of fir undergrowth is observed. The undergrowth typical for the southern taiga fir forests is well developed in all plots. Its total thickness is 13.0…14.0 ths pcs./ha, and it does not depend on the degree of stand damage. Within an outbreak area in the plots with varying defoliation degrees of fir stand we reveal the differences in the density and some morphometric parameters of shrubs coenopopulations. So, on the plot with 100 % fir defoliation we mark the raspberry accretive motion, increase of the average bush height for all types of understory, except spiraea. In addition, spiraea and bird cherry in these conditions increase the number of stalks in a bush. The lower species richness of the herb layer in a community with 100 % fir defoliation is established. The share of short and wild grasses is reduced in the ecological and cenotic structure of this phytocenosis; the share of high grasses and large ferns is increased. A projective cover of these species is also increased, especially Aconitum septentrionale and Dryopteris expansa. A few more crops cover is found (Calamagrostis obtusata, C. langsdorfii), but they do not occupy a dominant position, as it often happens in the fir forests damaged by Siberian silkworm moth. Fir undergrowth in the partially damaged fir stands is confined mainly to small grass-pleurocarpous moss and forb-small grass microgroups near large living firs, as well as on a semidecomposed windfall. Undergrowth and fir seedlings almost never occur in the illuminated areas occupied by overgrown species of shrubs and high grasses. | В настоящее время пристальное внимание лесопатологов привлек новый агрессивный вредитель пихты сибирской - уссурийский полиграф (Polygraphus proximus Blandf. (Coleoptera, Scolytidae)). До недавнего времени вид был известен в Хабаровском и Приморском краях, на Сахалине, Курильских островах, в Корее, Японии и Северо-Восточном Китае, где обычно заселял ослабленные виды дальневосточных пихт, в основном Abies nephrolepis и A. holophylla . Первые деревья, погибшие под влиянием полиграфа в Красноярском крае, датировались 1976 г. Сейчас жук распространен на территории семи субъектов Сибирского федерального округа и встречен уже на 4,9 млн га пихтарников (или почти на трети ареала пихты сибирской, которая крайне неустойчива к воздействию P. рroximus). Цель исследований - дать оценку состояния подроста, подлеска и травяного яруса в пихтовых древостоях, поврежденных полиграфом уссурийским на территории Красноярского края. Исследования проводились в южно-таежных травяных пихтарниках на территории Красноярского края. Изучены изменения нижних ярусов в пихтовых фитоценозах с различной степенью повреждения древостоя уссурийским полиграфом. Естественное возобновление пихты на всех пробных площадях удовлетворительное (количество стандартного крупного подроста превышает 1,0 тыс. шт./га). Однако отмечается снижение среднего балла жизнеспособности крупного подроста, что, по-видимому, связано с атаками полиграфа. В условиях полного отмирания пихтового древостоя жизнеспособный крупный подрост отсутствует. При повышенной освещенности отмечена тенденция к увеличению средней высоты и среднего диаметра подроста пихты. На всех пробных площадях хорошо развит характерный для южно-таежных пихтарников подлесок. Его общая густота составляет 13,0…14,0 тыс. шт./га и не зависит от степени повреждения древостоя. В пределах одного очага, на участках с различной степенью дефолиации пихтового древостоя, обнаруживаются различия в плотности и некоторых морфометрических параметрах ценопопуляций кустарников. Так, на пробной площади со 100 %-м усыханием пихты отмечено разрастание малины, увеличение средней высоты куста у всех видов подлеска, за исключением спиреи. Кроме того, у спиреи и черемухи в этих условиях возрастает число стволиков в кусте. Зафиксировано меньшее видовое богатство травяного яруса в сообществе со 100 %-м усыханием пихты. В эколого-ценотической структуре этого фитоценоза понижена доля мелко- и разнотравья, растет доля крупнотравья и крупных папоротников. Повышено и проективное покрытие этих видов, особенно Aconitum septentrionale и Dryopteris expansa. Обнаружено также несколько большее покрытие злаков (Calamagrostis obtusata, C. langsdorfii), однако они не занимают доминирующих позиций, как это часто происходит в пихтарниках, поврежденных сибирским шелкопрядом. Пихтовый подрост в частично поврежденных пихтарниках приурочен преимущественно к мелкотравно-зеленомошным и разнотравно-мелкотравным микрогруппировкам, сохранившимся вблизи крупных живых пихт, а также весьма обилен на полуразложившемся валеже. На осветленных участках, занятых разросшимися видами кустарников и крупнотравьем, подрост и проростки пихты практически не встречаются.

Show more [+]

Less [-]

Northern (Arctic) Federal University - Russian Federation