AGRIS - 

Data provenance by Country

2014

Sabirov, A.T. | Galiullin, I.R. | Shakirov, I.N. | Uldanova, R.A. | Sergeev, D.A. | Sabirov, A.A., Kazan State Agrarian Univ.

Biogeocenosis study of the status and biological diversity of forest plantations (FP) of the eastern regions of Volga are held from 2010. The different FP types were allocated and described. Ravine and beam-type forest land are not used in agriculture. The age of FP on them ranges from 30-65 years. Scots pine and common birch mainly grow as I quality class (QC), English oak - like II QC. Ravine and beam-type forest plantations bond banks and protect the land from the water erosion. Oak stands are mainly of III-II, and linden ones - II, rarely I QC. Field protective forest plantations are on arable lands. English oaks of an average age being 50-60 years grow as II QC, and the common spruce of 25-35 years grow as II-I QC. Roadside forest plantations are presented by English oak, common spruce, drooping birch, predominantly of II-I QC, and poplar stand. There are a lot of oak and linden stands of the average age of 60-90 years in FP on the hillsides and watersheds, the QC varies from III to I.. 85-90 years old oakeries were found in coastal forest plantations, II-I QC. Bank-protection, soil protection Scots pine and Siberian larch forests grow as I-Ia QC. Scots pines are mainly 40-85 years old, with a relative density of 0.6-0.8. It is recommended to create FP of Scots pine, Siberian larch, and small-leaved linden trees in settlements. The healthy trees prevail in oak stands. After the summer drought of 2010, there is a massive shrinkage of birch and protection FP, where the number of dead birch trees reaches 25-30%. The number of dead spruce trees in protection plantations reaches 8-14%. Measures of soil protection from wind and water erosion and microclimate improvement provide for the creation of FP in the form of forest belts and small arrays, placed on the territory of the land-utilization, based on topography and soil conditions of the area. | Биогеоценологические исследования состояния и биологического разнообразия защитных лесных насаждений (ЛН) восточных районов Предволжья проводятся с 2010 г. Выделены и описаны разные типы ЛН. Приовражные и прибалочные лесные земли не используются в сельском хозяйстве. Возраст имеющихся на них ЛН составляет 30-65 лет. Культуры сосны обыкновенной, березы бородавчатой произрастают преимущественно по I классу бонитета (КБ), дуба черешчатого - по II КБ. Овражно-балочные ЛН выполняют функцию скрепления берегов и защищают земли от водной эрозии. Дубовые древостои имеют III-II, липовые - II, реже I КБ. Полезащитные лесные полосы находятся на пахотных землях. Культуры дуба черешчатого средним возрастом 50-60 лет произрастают по II КБ, а ели европейской 25-35-летнего возраста - по II-I КБ. Придорожные лесные полосы представлены культурами дуба черешчатого, ели европейской, березы повислой, преимущественно II-I КБ, и тополевником разнотравным. В ЛН на склонах холмов и водоразделов преобладают дубовые и липовые экосистемы возрастом 60-90 лет, КБ варьирует от III до I. В прибрежных лесных насаждениях выявлены дубняки 85-90-летнего возраста, II-I КБ. Водоохранные, почвозащитные леса из сосны обыкновенной и лиственницы сибирской произрастают по I-Iа КБ. Культуры сосны - 40-85 летнего возраста с относительной полнотой 0,6-0,8. В населенных пунктах рекомендуется создавать ЛН сосны обыкновенной, лиственницы сибирской, липы мелколистной. В обследованных дубовых насаждениях превалируют здоровые деревья. После засухи лета 2010 г. наблюдается массовое усыхание березняков в защитных ЛН, где количество сухостойных деревьев березы достигает 25-30%. Доля сухостоя в ельниках полезащитных полос достигает 8-14%. Мероприятия по защите почвы от ветровой и водной эрозии и улучшению микроклимата предусматривают создание системы ЛН в виде лесных полос и небольших массивов, размещенных по территории землепользования с учетом рельефа и почвенных условий местности.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation

2014

Ehkart, A.K. | Kravchenko, A.N. | Larionova, A.Ya., Russian Academy of Sciences. Siberian Branch, Krasnoyarsk (Russian Federation). The V.N. Sukachiev Inst. of Forest Science | Semerikova, S.A. | Semerikov, V.L. | Dymshakova, O.S.

На основании анализа изменчивости изоферментных и микросателлитных локусов ядерной и хлоропластной ДНК получены данные о генетическом разнообразии и степени дифференциации ряда популяций ели сибирской (Picea obovata Ledeb.) из разных частей ареала. В исследование включены изолированные популяции ели сибирской, расположенные на острове Ольхон (оз. Байкал), в заповеднике Богд-Уул (Монголия) и на юге Магаданской обл. (Магаданский государственный заповедник), а также популяции ели сибирской с голубой и типичной для вида зеленой окраской хвои из района их совместного произрастания на южном побережье озера Байкал (Выдрино, 2 и Выдрино, 1, соответственно). Кроме того, было проанализировано несколько природных популяций ели из географически близких районов Иркутской области и Бурятии. Установлено, что популяция Богд-Уул, расположенная вблизи южной границы распространения вида в Монголии, значительно дифференцируется от других проанализированных популяций, в том числе и от реликтовой популяции ели с острова Ольхон, как по изоферментным, так и по микросателлитным локусам ядерной и хлоропластной ДНК. Однако не всегда степень дифференциации популяций по 3 изученным генетическим маркерам совпадает. Например, популяция с острова Ольхон по изоферментным локусам обнаруживает достаточно высокий уровень дифференциации с популяциями Выдрино, 2 и Красноярово из Бурятии, а по микросателлитным локусам хлоропластной ДНК оказывается генетически близкой к ним, примыкая к группе популяций, слабо отличающихся друг от друга по этому типу ДНК маркеров. Существенные различия в степени дифференциации по 3 разным генетическим маркерам наблюдаются и для некоторых других сравниваемых пар популяций. Следовательно, для получения более полной и объективной информации о генетическом разнообразии и внутривидовой дифференциации этого широко распространенного в Сибири вида целесообразно использовать разные по типу наследования и уровню изменчивости генетические маркеры. | Data on genetic diversity and differentiation degree of number of Siberian spruce (Picea obovata Ledeb.) populations from different parts of its geographic range was obtained based on variability analysis of nuclear and chloroplast DNA isoenzyme loci and microsatellite loci. Study included Siberian spruce isolated populations located on Olkhon island (Baikal lake), in Bogd-Uul natural reserve (Mongolia) and in southern part of Magadan region (Magadan State Nature Reserve) as well as populations of Siberian spruce with blue and, typical of species, green colored needles from their joint occurrence area on Baikal lake southern coast. Also analyzed were several populations of Siberian spruce from geographically-near Irkutsk and Buryatia (Vydrino, 2 и Vydrino, 1, respectively) regions. It was established that the population of Bogd-Uul significantly differentiated from other populations analyzed, including those from an isolated relic spruce population on the island of Olkhon, both isozyme and microsatellite loci nuclear and chloroplast DNA. However, the degree of differentiation of populations established using variability of the three studied markers does not always coincide. For example, the population of Olkhon island on isozyme loci reveals a fairly high level of differentiation with populations Vydrino, 2 and Krasnoyarovo of Buryatia and on microsatellite loci of chloroplast DNA is close to them, adjacent to the group populations differ slightly from each other in this type of DNA markers. Significant differences in the degree of differentiation on the three various genetic markers are observed for some other comparable pairs of populations too. Thus, the results of the research showed that for obtaining a more complete and objective information about the genetic diversity and intraspecific differentiation of this widespread in Siberia species, it is advisable to use genetic markers differing in the inheritance type and the variability level.

Show more [+]

Less [-]

Central Scientific Agricultural Library - Russian Federation