Начало встречи с генеральным директором холдинга «Северсталь-групп» Алексеем Мордашовым

А.Мордашов: Я хотел бы прежде всего сообщить о том, что в ближайшее время мы собираемся пустить новый объект в Санкт-Петербурге, в Колпино. Мы будем делать там трубы большого диаметра, те самые трубы, производство которых долго не могли освоить в стране. Сейчас мы начинаем делать трубу, которая полностью удовлетворяет требованиям «Газпрома», – 18 м длиной, 1420 мм в диаметре.

В.Путин: А как у вас с конкурентами внутри страны?

А.Мордашов: У нас в России есть только еще один производитель – Выксовский металлургический завод. У него нет производства листа, и они делают трубу чуть покороче. Но они тоже делают трубу 1420. Пока только эти два производства будут делать трубу такого диаметра. Но пока, слава Богу, энергетическая стратегия России активно развивается, поставки производства в этой сфере тоже растут, растет спрос на нашу продукцию. Мы с оптимизмом смотрим в будущее и надеемся на большой объем заказов.

В.Путин: В том числе и по Северо-Европейскому газопроводу?

А.Мордашов: Несомненно, наш первый приоритет – это поставки для Северо-Европейского газопровода.

В.Путин: А как вы выстраиваете отношения с возможными заказчиками? Предварительные переговоры уже были?

А.Мордашов: Конечно. Мы прекрасно понимаем, что это принципиально важно для нас, прежде всего это «Газпром». И у нас действует рабочая группа с «Газпромом» с самого начала строительства. Мы всегда информировали «Газпром» о том, что мы делаем, поскольку для нас это самый главный и принципиально важный заказчик. У нас есть рабочая группа, которая недавно была усилена, поскольку пуск предприятия вот-вот предстоит. И сейчас принципиально важно обеспечить качество трубы. Труба будет работать в совершенно новых условиях. Ведь это подводный газопровод, там пойдет газ, уже готовый для употребления в Европе. Для нас, повторю, принципиально важно обеспечить качество трубы, позволяющее реализовывать этот проект.

В.Путин: Не помните, откуда брали трубу для строительства газопровода по дну Черного моря?

А.Мордашов: По дну Черного моря – не помню. Вроде японская или немецкая труба, насколько я знаю.

В.Путин: Нужно, чтобы ваше качество было лучше.

А.Мордашов: Для нас принципиально важно сделать нужную сталь. Это огромный технологический вызов, но, я думаю, мы будем ему соответствовать.

В.Путин: Сколько человек сейчас работает на ваших предприятиях?

А.Мордашов: В России примерно 150 тысяч.

В.Путин: Это и в металлургической промышленности, и в автомобильной?

А.Мордашов: И в горнорудной. Кроме того, примерно десять тысяч человек у нас теперь работает за рубежом: во Франции, Италии и Соединенных Штатах.

В.Путин: Какие там предприятия?

А.Мордашов: Там металлургические заводы, которые мы приобретали в последние годы. Эта часть нашей группы, которая выплавляет сталь за рубежом: два миллиона тонн в США и четыре миллиона в Европе. Там занята, конечно, относительно меньшая численность.

В.Путин: Как Вы оцениваете уровень технологии на ваших предприятиях за границей и в России?

А.Мордашов: У нас точно не хуже. У каждого есть свои преимущества, но в целом, конечно, мы лучше. Иначе бы мы не были так эффективны по сравнению с ними. Они, конечно, менее эффективны, чем мы. Но сегодня и там есть чему нам поучиться. Мы стараемся передавать им свои передовые подходы.

В.Путин: То есть польза от этого взаимопроникновения – она очевидна.

А.Мордашов: Она очевидна. Мы сегодня видим очень хорошее отношение к нам со стороны Италии, где мы купили предприятие, которое находилось в предбанкротном состоянии. Сегодня оно устойчиво работает и находится в хорошем финансовом положении. В Соединенных Штатах в Детройте мы купили завод, о котором местные газеты написали, что русские возрождают производство. Сложились очень позитивные отношения, поскольку предприятия, которые были банкротами до нашего прихода и находились в плохом состоянии, стали чувствовать себя гораздо лучше, и это свидетельствует в том числе и о нашей силе, о нашем хорошем менеджменте.

В.Путин: А как социальные вопросы решаются на ваших предприятиях?

А.Мордашов: Мы очень много тратим средств на это и считаем себя ответственными. Кроме нас никто не может обеспечить качество жизни нашим работникам. Это исторически сложившаяся ситуации в России. По моему мнению, она будет еще очень долгие годы. И мы будем заниматься этим в будущем. Главная наша точка – это металлургический комбинат в Череповце, и основные наши усилия именно там. У нас есть медсанчасть, пионерские лагеря. К счастью, сейчас очень многие поддерживают и развивают свои лагеря детского отдыха. А мы лагеря на две с половиной тысячи детей держали всегда и не закрывали никогда. Даже хоккейную команду держали, что, может быть, перебор. Но социально-экономические изменения есть.

Принципиально важно для нас делать то, о чем Вы говорили в своем Послании. Я имею в виду демографическую ситуацию. Мы очень остро с этим столкнулись на примерах тех городов, в которых работаем. У нас в Череповце снижается численность населения. Но сейчас все же рождаемость, к счастью, растет. Но мы столкнулись с последствиями падения рождаемости 10–15 лет назад, и это очень острая проблема. Очень хорошо, что в Вашем Послании демографическая проблема была очень остро обозначена. Кроме того, как мне кажется, острота проблемы не в том, что мало людей рождается, а в том, что многие из тех, кто родились, оказываются на улице. Проблема беспризорности и безнадзорности очень острая – в том, что Россия теряет по нескольку сот тысяч человек.

Еще одна проблема, которой мы хотим заниматься, – беспризорность. Она достаточно сложная, и мы вместе с мэрией Череповца разрабатываем программу. И будем тратить больше в разы – миллионы и миллионы долларов, лишь бы был результат. Наша задача – лет за 10–15 полностью решить эту проблему, а в ближайшие три-четыре года получить первый видимый результат. В Череповце 250 детей каждый год уходит из дома. Эта та ситуация, которая по нам всем конкретно ударит через несколько лет, когда эти дети вырастут. Кто будет работать на наших предприятиях? Кто будет жить в наших городах? Это для нас даже личная проблема.

В.Путин: Здорово, что вы все в бизнесе понимаете это.

А.Мордашов: Все больше людей и в крупном, и в среднем, и в малом бизнесе понимают это и начинают действовать. Мы понимаем остроту этих проблем, ведь мы все живем и работаем в определенных городах и населенных пунктах нашей страны, и эти проблемы мы чувствуем на наших собственных предприятиях.

В.Путин: А как вы строите работу по подготовке кадров? Сложились ли у вас какие‑то отношения с высшей школой, с профессиональным обучением, ПТУ, лицеями и так далее? Непосредственно вы участвуете в этом?

А.Мордашов: Мы участвует в профессиональной подготовке специалистов с высшим образованием, у нас действует корпоративный университет, который призван прежде всего повысить квалификацию людей, уже имеющих высшее образование. Мы рассматриваем его как очень важный инструмент квалификации и развития культуры в компании, получения новых знаний. У нас есть договора примерно с 25 вузами по всей России, в которых мы готовим наших специалистов. И мы по договорам получаем этих специалистов из Москвы и Петербурга. Конечно, мы рассчитываем на местные череповецкие кадры, и у нас есть специальные программы. Мы стараемся проводить олимпиады, выбираем самых способных выпускников школ, стараемся им помочь. Наших стипендиатов отправляем учиться, подавляющее большинство возвращается обратно. И это тоже наша самая главная будущая надежда. А для рабочих кадров у нас есть учебный центр. Комбинат в Череповце имел собственное ПТУ. Это было еще в советские времена, это осталось у нас, и мы на этой базе финансируем этот центр. Сегодня мы готовим рабочие кадры для себя сами или переподготавливаем. Есть у нас договоры и с некоторыми средними специальными учебными заведениями, которые тоже готовят для нас кадры.

В.Путин: А вы как‑то участвуете в подготовке учебных программ, в учебном процессе, при приеме экзаменов? У вас же классные специалисты. И если для вас готовят кадры, вы должны ведь знать, что на самом деле вы получите через год-два-три? Как у вас в этом смысле взаимодействие с учебными заведениями состоялось?

А.Мордашов: Конечно, есть определенные государством рамки учебных программ, и, конечно, вузы им следуют, но даже внутри этих рамок у нас есть возможность сделать акценты, попытаться ввести дополнительные курсы. Тем более что в рамках договоров мы платим вузам деньги, и можно сказать, что та работа, которую вы дополнительно подтолкнули, она уже началась, в том числе в рамках этих договоров. Мы всегда старались участвовать и как‑то подстраивать учебные курсы под свои нужды. В приеме экзаменов, признаться, наши специалисты еще не участвовали, но это очень интересная идея, потому они участвуют в приемке и проверке непосредственно на практике качества знаний выпускников.

В.Путин: Вы ведь помните, когда мы встречались с группой российских бизнесменов, практически все говорят: приходят выпускники из вуза или другого учебного заведения и приходится их доучивать или переучивать, но зачем? Вы прямо принимаете участие в этой работе, чтобы потом не нужно было ничего дополнительно делать.

А.Мордашов: Это абсолютно верный посыл, и определенные мысли в этом направлении есть. Готовность к взаимной работе стала больше.

В.Путин: Уверен, что вузы в этом заинтересованы, потому что им нужно качественный продукт выводить на рынок труда.