Заседание Совета по противодействию коррупции

* * *

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы сегодня с вами на заседании Совета по противодействию коррупции рассмотрим целый ряд решений, которые будут приняты в ближайшее время. Поговорим, что называется, и о нормативной стороне, и о создании условий для того, чтобы происходила полноценная и современная профилактика коррупционного поведения. Давайте об этом поговорим чуть позже.

Начну с информации, которую хотел бы вам сообщить. Я сегодня подписал Национальный план противодействия коррупции на период 2012–2013 годов. Председатель президиума Совета Сергей Борисович Иванов познакомит нас с его основными положениями.

Предыдущий план действовал в 2010 и 2011 годах, он позволил нам сформировать законодательные и организационные основы для того, чтобы бороться с коррупцией на принципиально другом уровне. Теперь нужно идти дальше. Скажу об очередном шаге, который я намерен предпринять для профилактики коррупционных преступлений. Я имею в виду контроль за расходами государственных служащих.

Мною об этом было сказано в Послании [Федеральному Собранию]. Цель соответствующего контроля очевидна. Если проверка выявляет, что расходы чиновника по тем сделкам во всяком случае, которые государство потенциально способно проконтролировать, явно превышают его доходы и соответствующее лицо не может объяснить, откуда получены эти средства, то это может быть основанием как для увольнения такого чиновника с государственной службы, так и основанием для того, чтобы обратить имущество, которое приобретено на неизвестные доходы, в собственность государства.

Сегодня мы можем сказать, что наши стандарты борьбы с коррупцией полностью соответствуют требованиям международных конвенций об установлении ответственности за незаконное обогащение, в том числе той идее, которая закреплена в небезызвестной статье 20 Международной конвенции ООН против коррупции.

Основы нашей правовой системы (естественно, принцип презумпции невиновности) не позволяют применять к чиновникам меры уголовно-правового характера, если не доказано, что они получили эти средства преступным путём. Соответственно и термин статьи 20 (имеется в виду незаконное обогащение) в системе наших правовых координат может употребляться только тогда, когда преступление именно как уголовно наказуемое деяние выявлено и доказано.

Во всех остальных случаях мы можем говорить скорее об обогащении неизвестного происхождения, то есть о сомнительных видах имущества. Но меры ответственности к тем, чьи расходы явно превышают доходы, могут быть приняты в рамках других процедур.

На протяжении последних двух лет мне довольно часто задавали этот вопрос, почему одновременно с обязанностью чиновников предоставлять сведения о доходах не была закреплена обязанность декларировать расходы. Очевидно, причин несколько. Конечно, контроль за доходами всё равно остаётся важнейшей составляющей, и я считаю, что по этому пути идут все правовые системы.

Кроме этого, контроль над источниками средств возможен лишь при наличии базы данных о соответствующем имуществе. Пока такая база не была создана и не было, во всяком случае, инфраструктуры для того, чтобы выявлять соответствующий дисбаланс между доходами и расходами государственных служащих, принимать закон о контроле над расходами было бессмысленно. Очевидно, что закон, который невозможно исполнять, не только не способствует правильному, законопослушному поведению, но и, наоборот, приводит к ещё большему правовому нигилизму.

Сейчас мы уже имеем определённый опыт. Сведения о доходах чиновников публикуются в средствах массовой информации, в интернете. Соответствующая база создаётся. Сформированы проверяющие структуры. Следовательно, появились предпосылки для перехода к новому этапу.

Концепция законопроекта, которую мы сегодня тоже с вами обсудим, заключается в следующем. В соответствии с положениями этого законопроекта лица, замещающие государственные должности, государственные служащие, муниципальные служащие, а также сотрудники организаций, которые создаются государством, обязаны предоставлять сведения о том, какие средства были потрачены ими, а также членами их семьи (имеются в виду супруги и несовершеннолетние дети) на приобретение определённых видов имущества: недвижимость, ценные бумаги, акции и транспортные средства. То есть, я думаю, идея понятна. Речь идёт о таких сделках, которые в той или иной форме фиксируются государством.

Могут быть истребованы и данные об источниках израсходованных средств, которые подтверждают законность их получения. Такие сведения, по концепции законопроекта, должны предоставляться, если сумма самой сделки, то есть сумма одноразовой сделки, совершённой чиновником или членом его семьи, превышает трёхгодовой суммарный доход членов семьи по основному месту службы.

Информация о несоответствии доходов расходам может быть предоставлена не только правоохранительными органами, политическими партиями, Общественной палатой, но и средствами массовой информации, общественными объединениями – в общем, любыми заинтересованными лицами.

Предполагается также внести изменения в целый ряд законодательных актов, в частности дополнить Гражданский кодекс положением, что приобретённое на сомнительные средства имущество обращается в доход государства – по аналогии с той моделью, которая в настоящий момент существует в действующем гражданском законе.

Общество должно получить набор механизмов, повышающих эффективность антикоррупционной борьбы. Прежде всего за счёт большей доступности и открытости информации о деятельности власти, а также о возможности граждан высказывать своё мнение, влиять на деятельность власти посредством различного рода обсуждений, дискуссий и путём создания и участия в работе влиятельных экспертных сообществ.

Отмечу, что принятие Национального плана и законопроекта, о котором я только что сказал, соответствует основополагающим принципам современного общества: открытости, подотчётности систем госуправления, то есть принципам, по которым, я надеюсь, будет развиваться наше общество в ближайшие годы, и принципам так называемой системы «Открытого правительства», которая сейчас активно разрабатывается и обсуждается.

В рамках этой системы общество должно получить набор механизмов, которые повышают эффективность антикоррупционной борьбы. Прежде всего за счёт большей доступности и открытости информации о деятельности власти, а также возможности граждан высказывать своё мнение, влиять на деятельность власти посредством различного рода обсуждений, интернет-дискуссий, других дискуссий и путём создания и участия в работе влиятельных экспертных сообществ.

Считаю, что Национальный план и законопроект, о котором я только что сказал, необходимо вынести также на обсуждение граждан, общественных организаций и широкого круга экспертов. Законопроект будет размещён на интернет-ресурсе системы общественной экспертизы «Открытого правительства», который был специально создан для общественного обсуждения ключевых, социально значимых законопроектов и для обеспечения прозрачности деятельности органов власти, в части, касающейся законопроектной деятельности.

Работу нужно завершить в достаточно короткие сроки именно потому, что я обещал этот законопроект провести через Государственную Думу. Поэтому срок я устанавливаю до 22 марта. Итоги мы подведём на заседании рабочей группы «Открытого правительства» в ближайшее время и учтём в работе над законопроектом с Государственной Думой.

Уверен, что при помощи соответствующих механизмов, механизмов «Открытого правительства» (о котором я только что сказал), мы получим более совершенный документ, который прошёл всестороннее общественное обсуждение, и, конечно, путём прямого участия наших граждан, по сути, в процессе законотворчества. Поэтому, надеюсь, это тоже будет полезно.

Уважаемые коллеги, ещё одна информация. Нам предстоит в 2015 году принять шестую сессию Конференции государств – участников Конвенции ООН против коррупции, поэтому необходимо создать оргкомитет по подготовке к ней. Я сегодня дал соответствующее поручение Правительству Российской Федерации и поручил также обеспечить заключение соглашения между Правительством и Организацией Объединённых Наций об условиях проведения указанной Конференции.

Думаю, что это будет полезное событие, и оно будет свидетельствовать о той оценке, которую дают и международные организации нашим усилиям по противодействию коррупции.

И самое, может быть, главное. Нам нужна не имитация работы в настоящий момент, не формальные отчёты о том, что делается, а реальная каждодневная работа, которой все должны заниматься на своих местах. Я имею в виду и правоохранительные органы, которые занимаются предварительным расследованием, дознанием, предварительным следствием, оперативной работой, и работу соответствующих государственных структур, которые должны следить за поведением государственных служащих, не говоря уже об активности общественных институтов и гражданского общества в целом.

Давайте приступим к работе.

<…>