Беседа со студентами НИЯУ МИФИ – стипендиатами и победителями научных конкурсов

В.Путин: Здравствуйте!

Я вас поздравляю ещё раз с приближающимся праздником – с Татьяниным днём, желаю вам успехов!

Мы так активно общались с вашими коллегами. Откровенно говоря, я думал, что там всё и закончится, – оказывается, нас ещё чаем будут поить. Это вдвойне приятно.

Хочу пожелать вам успехов и в связи с праздником, и вообще по жизни, и в учёбе.

Если есть какие‑то у нас проблемы и вопросы для обсуждения, давайте их пообсуждаем. Пожалуйста.

М.Алхимова: Здравствуйте, Владимир Владимирович и все здесь присутствующие! Зовут меня Мария Андреевна Алхимова, я студентка МИФИ, московская площадка, шестой курс, занимаюсь физикой плазмы.

В.Путин: Фамилия подходящая.

М.Алхимова: Да!

Одна из проблем, которые меня волнуют (в дальнейшем я собираюсь пойти в аспирантуру, заняться научной и преподавательской карьерой): скажите, будут ли проводиться реформы аспирантуры и конкретно реформы присвоения научных степеней? Потому что ходит об этом очень много слухов, а это важно. Оставят ли существующие степени кандидата и доктора наук или заменят на какой‑то аналог европейский?

В.Путин: Много всяких здесь идей. Давайте, чтобы не было всяких слухов, мы попросим ответить людей, которые готовят эти решения. Это, прежде всего, Правительство, Министерство образования [и науки] и Администрация: это сегодняшний помощник [Президента] и бывший Министр [образования и науки] Андрей Александрович Фурсенко и Дмитрий Викторович [Ливанов]. Дмитрий Викторович, пожалуйста. Какие слухи у нас ходят?

Д.Ливанов: Следим за теми дискуссиями, которые идут в научной среде. Но мы считаем, что система научных степеней, которая у нас есть, нас полностью устраивает, она отвечает нашим традициям, уже проверена десятилетиями, и менять её не планируем. Другое дело, что надо совершенствовать подходы по защите, с тем чтобы не защищались некачественные диссертации, с тем чтобы люди не получали эти степени незаслуженно. Над этим мы работаем, и в декабре как раз мы приняли новое Положение о порядке присуждения учёных степеней, где эти новые аспекты отражены. Но это аспекты процедуры, а не сути контуров самой системы.

В.Путин: В общем, нам бы не хотелось, чтобы вокруг этой темы складывалась какая‑то скандальная ситуация. Мы исходим из того, что нужно просто эту сферу очистить от всего наносного, что произошло за предыдущую, скажем, пару десятилетий и связано с коммерциализацией этого вида деятельности. Собственно, в этом основная задача.

М.Алхимова: Большое спасибо, это важно.

В.Путин: Пожалуйста, ребята.

Прошу Вас.

Ю.Клеймёнов: Владимир Владимирович, здравствуйте. Меня зовут Юрий Клейменов, я студент Волгодонского инженерно-технического института НИЯУ МИФИ, учусь по специальности «Атомные электрические станции: установка, эксплуатация и инжиниринг», обучаюсь на факультете атомной энергетики.

Сам город Волгодонск – это город атомщиков, потому что вблизи него находится Ростовская атомная станция, и все местные жители, очень большой процент местных жителей, работают на атомной станции. Их условия жизни зависят от развития атомной отрасли.

Меня как студента ядерного университета беспокоит вопрос о дальнейшем развитии ядерной энергетики в стране, потому что на фоне ситуации в Европе, в частности в Германии, – у них произошли кардинальные изменения. Чего нам ожидать?

В.Путин: Вы знаете, «синдром Фукусимы» отразился на всех странах так или иначе, но только две страны приняли решение прекратить развитие атомной энергетики: это Германия, о которой Вы упомянули, и сама Япония. Все остальные страны мира считают необходимым развивать атомную энергетику, и я думаю, что это неизбежно. Почему? Потому что практически всё, что нас окружает, так или иначе несёт какие‑то угрозы и опасности. Скажем, мы с вами ездим, студенты тоже всё чаще и чаще, больше и больше ездят на машинах. Что такое автомашина с точки зрения действующего права? Это источник повышенной опасности – так и называется, так же как огнестрельное оружие: источник повышенной опасности. Эта опасность сопровождает везде.

И, когда появились первые автомобили, вы наверняка об этом знаете, сколько было разговоров по этому поводу, что они ездят с такой огромной скоростью – 30–40 километров в час, пугают лошадей, лошади прыгают в сторону, и люди могут от этого пострадать. Потом начали развивать железнодорожный транспорт – сколько было разговоров, и сколько людей открещивалось от этого в переносном и в прямом смысле этого слова. Потом появился авиационный транспорт – и как много говорили о том, что это невозможно, нет никаких перспектив, это так опасно, ведь можно упасть.

Так бывает иногда, к сожалению, происходят и трагедии, мы знаем, и в мире вообще, и в нашей стране. Но от этих видов транспорта никто же не отказывается – и никто никогда уже не откажется.

Уверен, что значительная часть мировой энергетики будет развиваться именно на основе использования атомной энергии.

Невозможно развернуть прогресс в обратную сторону, невозможно. Вопрос в другом – как обеспечить безопасность? Но в этой связи вы, как специалисты, наверняка знаете: всё, что мы предлагаем для внутреннего рынка и для осуществления наших международных контрактов, – это всё на основе так называемых постфукусимских требований, то есть повышенной безопасности. Я уверен, что значительная часть энергетики, мировой энергетики будет развиваться именно на основе использования атомной энергии.

У нас в стране пока, несмотря на то, что мы во многом являемся лидерами, но в структуре энергобаланса доля атомной энергетики небольшая – всего 16 процентов. Во Франции, например, за 80 уже – представляете, за 80, а у нас всего 16. У нас цель – выйти на 25 хотя бы.

Это говорит о чём? Говорит о том, что мы до 2030 года должны будем построить ещё 28 крупных блоков. Это столько же почти, сколько было произведено и пущено в строй за весь советский период: там было 30 примерно. И плюс к этому у нас заказов «Росатом» набрал на 22 блока практически во всех регионах мира. Это по факту уже загрузка и самих предприятий, и востребованность тех специалистов, которые этим родом деятельности занимаются сегодня и будут заниматься в будущем.

Д.Мочалин: Добрый день, Владимир Владимирович.

Меня зовут Мочалин Дмитрий Олегович. Я председатель Объединённого совета обучающихся НИЯУ МИФИ, студент пятого курса, обучаюсь на специальности «Комплексное обеспечение информационной безопасности автоматизированных систем».

Я хотел бы поднять проблему стипендиального обеспечения, студенческих стипендий. Хотелось, с одной стороны, поблагодарить Вас за два таких крупных шага для усовершенствования стипендиального обеспечения. Это 945-е постановление Правительства Российской Федерации, которое позволило дать какую‑то возможность студентам развиваться в спортивной жизни, в науке, культуре, в общественной деятельности, и 679-е постановление – социальная поддержка для студентов первого и второго курсов, оно поставило нижний порог социальной стипендии.

В.Путин: Тысяча двести?

Д.Мочалин: Шесть с чем‑то тысяч.

В.Путин: Это для тех, кто успевает, после первого семестра.

Д.Мочалин: Да, первый и второй курс, для тех, кто прошёл испытания успешно.

Есть некоторые проблемы в текущем законодательстве по оформлению этой стипендии. Сам я приехал в Москву учиться из Димитровграда, и справку о том, что я нуждаюсь в социальной поддержке, я должен предоставить от своего региона, то есть в моём случае как раз от города Димитровграда Ульяновской области. Прожиточный минимум в этом регионе ниже, чем в Москве. По меркам своего региона моя семья считается обеспеченной, и социальная поддержка ей не нужна. Но по факту я обучаюсь в Москве, где цены выше, где прожиточный минимум выше практически в два раза. И на социальную стипендию я претендовать не могу.

С одной стороны, ввод Единого государственного экзамена позволил студентам из регионов поступать в крупные московские вузы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, не привязываясь к какому‑то региону. А с другой стороны – есть сложности в оформлении социальных стипендий.

В связи с этим хотелось бы предложить как‑то усовершенствовать, может быть, законодательную систему. И есть такое предложение: может быть, дать возможность студенческим советам, профкомам или объединённым советам обучающихся распределять какую‑то часть этого социального обеспечения, грубо говоря, на местах. То есть нам зачастую виднее, кому эти деньги нужны из студентов. Он не может оформить, допустим, по каким‑то бумагам, по каким‑то справкам, но он действительно сводит концы с концами. Понятно, что злоупотреблять этим нельзя, то есть полностью отдать студентам – это тоже нехорошо. Может быть, какая‑то часть будет отдана студенческим советам.

В.Путин: Это тот счастливый случай, когда Вы вопрос сформулировали, а он уже решён.

При решении вопросов распределения стипендиального фонда непосредственное участие должны принимать студенческие советы и другие структуры студенческой самоорганизации.

Предложение правильное, но дело в том, что действующее законодательство, а именно принятый и уже действующий сейчас закон об образовании как раз именно об этом и говорит. Он предоставляет возможность учебным заведениям самим решать вопрос применительно к каждому конкретному студенту, как распределить этот стипендиальный фонд, и подходить не по формальному принципу, не по формальному признаку, а исходя из реального состояния дел – как у Вас: по меркам региона, откуда Вы приехали, считаетесь обеспеченным, а здесь, в Москве, явно не соответствуете стандартам. Именно для этого в законе предусмотрено право администрации вуза решать эти вопросы исходя из индивидуальных особенностей. Это первое.

И второе. В этом же законе обговорено, что при решении вопросов распределения стипендиального фонда непосредственное участие должны принимать студенческие советы и другие структуры студенческой самоорганизации. Если у вас этого нет, то я обращаю внимание Михаила Николаевича [Стриханова] на то, что это нужно обязательно сделать.

Д.Мочалин: В нашем вузе здесь, в Москве, на главной площадке, это точно реализовано. Я сам являюсь членом стипендиальной комиссии.

В.Путин: А в чём проблема?

Д.Мочалин: Для выполнения формальных признаков, которые прописаны в законе, студент должен предоставить какие‑то справки, а их не всегда можно предоставить.

В.Путин: Ну и что? Это неважно. Закон говорит о том, что на месте администрация вуза вместе со студентами должна исходить из реальной ситуации, а не из формальных справок. Это право самого вуза – с участием студентов. Закон не требует, чтобы обязательно Вы у себя в регионе попадали в разряд социально необеспеченных. Закон этого не требует, закон даёт право вузу самому определить. Нужно просто воспользоваться этим.

Но есть ещё одно обстоятельство, на которое я бы хотел обратить внимание Министра. Закон даёт такое право, но по факту сотрудники Министерства до сих пор пытаются регулировать вот это распределение. Это точно, это я знаю не по примеру МИФИ, а по многим другим вузам. Я прошу Министерство и самого Министра обратить на это внимание, отрегулировать. Должна быть нормальная, соответствующая закону правоприменительная практика.

В.Кислов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Кислов Владимир, я аспирант московской площадки НИЯУ МИФИ, факультет экспериментальной и теоретической физики, кафедра молекулярной физики.

Я занимаюсь исследованием процесса разделения изотопов в газовой центрифуге и являюсь победителем отраслевого конкурса «ТеМП», проведённого в 2011 году.

Сейчас пару слов о конкурсе. В прошлом году конкурс проводился госкорпорацией «Росатом» уже в третий раз и был признан лучшим рекрутинговым проектом такого рода. Конкурс вызывает большой интерес среди студентов (участвуют студенты более 200 вузов нашей страны), несмотря на то, что он имеет статус только отраслевого.

Причин несколько. Во‑первых, это площадка, где ребята могут познакомиться и пообщаться, талантливые ребята.

В.Путин: А Сергей Владиленович [Кириенко] может, как пылесосом, потом всё самое лучшее забрать. Хитрый Сергей Владиленович специально организовал этот конкурс.

В.Кислов: А также ребята могут познакомиться с актуальными инженерными и научными задачами предприятий, и это возможность громко заявить о себе в атомной отрасли. Работодатели же получают свежий взгляд на свои проблемы со стороны студентов, используя так называемый краудсорсинг. И могут смотреть, как ребята работают в течение месяца над проектом, и искать себе сотрудников на конкретные должности, которые им нужны, потому что могут наблюдать, как развивалась судьба каждого участника в рамках этого месяца, в рамках проекта.

И такой вопрос: не считаете ли Вы нужным и возможным создание конкурса, имеющего более высокий статус – межотраслевого, всероссийского?

В.Путин: Володя, у нас же проводится и олимпиада, и конкурс.

В.Кислов: Всероссийского студенческого научно-инженерного конкурса в России сейчас нет. Есть конкурс трейдеров, есть творческий конкурс, ещё что‑то, но научно-технического инженерного конкурса нет.

В.Путин: Давайте посмотрим. Можно на вашей площадке, просто расширить, и всё. Думаю, что Сергей Владиленович будет только заинтересован в этом. Если мы сделаем это пошире, у него будет больше возможности поискать.

В.Кислов: Формат очень интересный и для студентов, и для работодателей.

В.Путин: Согласен. Давайте мы и с регионами это обсудим.

Мы не собираемся сворачивать работу по волонтёрству. У нас впереди много крупных международных спортивных и политических событий.

(Обращаясь к А.Фурсенко.) Андрей Александрович, посмотрите, это хорошая идея, тем более что уже действующая площадка есть.

Посмотрим. Хорошая мысль, так же как мы сейчас планируем проведение впервые в России международных соревнований по рабочим специальностям. Но если у нас нет общероссийского инженерного конкурса, то, конечно же, подумаем.

В.Кислов: Нет. Я специально изучал этот вопрос.

В.Путин: Хорошо, договорились. Это хорошая идея.

А.Суслин: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Меня зовут Суслин Андрей, я студент второго курса московской площадки НИЯУ МИФИ.

Мне интересна возможность продолжения карьеры после обучения по военной специальности. В следующем году мне предстоит испытание – поступление на военную кафедру.

В данный момент со стороны государства предлагается несколько способов прохождения военной подготовки студентами. Первый способ – традиционный. Это обучение по программе подготовки офицеров на военной кафедре. Второй способ – служба в научных ротах по окончании уже обучения, то есть выпускником. И новый, третий способ, который Вы озвучили в своём Послании Федеральному Собранию, – обучение по программе подготовки сержантов и солдат.

К сожалению, на военной кафедре довольно ограниченное число мест по направлению подготовки офицеров. Также все, кто проходит обучение на военной кафедре по программе подготовки сержантов, не имеют возможности после окончания обучения в вузе пойти работать в военную сферу на должность офицера.

Можно сделать механизм, позволяющий выпускнику вуза, то есть человеку, который имеет высшее техническое образование, после окончания обучения пойти работать в военную сферу на офицерскую должность?

В.Путин: Да, конечно.

Во‑первых, первое, второе и третье направления отличаются друг от друга. Первое и второе связаны с подготовкой офицерского состава и прохождением после этой подготовки службы в Вооружённых Силах. А третье направление – это подготовка мобилизационного резерва, то есть это подготовка людей, которые получают специальность соответствующую солдата либо сержанта, но не планируют служить в Вооружённых Силах в мирное время, только время от времени они должны будут проходить переподготовку. И эта возможность, которая была сформулирована мной в Послании в декабре прошлого года, даёт какие преимущества: молодым людям даёт возможность не служить в Вооружённых Силах год, но специальность соответствующую сержантскую, солдатскую получить и не отрываться затем от своей основной деятельности.

Но если так, как у Вас, есть желание служить в Вооружённых Силах, то после окончания высшего учебного заведения Вы имеете право обратиться в военкомат, и такая возможность почти наверняка будет предоставлена.

Я так понимаю, что Вы просто хотите в качестве офицера служить в Вооружённых Силах или изучаете такую возможность?

А.Суслин: Изучаю такую возможность.

В.Путин: Это вполне возможно, я не вижу здесь никаких ограничений. Более того, где‑то месяц назад мы обсуждали этот вопрос с руководством Вооружённых Сил, с Минобороны, с теми, кто занимается подготовкой специалистов для Вооружённых Сил. И общее мнение, что Вооружённым Силам сегодня, а тем более завтра всё больше и больше будут нужны специалисты самого широкого профиля на прорывных направлениях и прикладной науки, и даже теоретической. Вооружённые Силы заинтересованы в привлечении таких специалистов на службу в Министерство обороны и другие ведомства, но, конечно, прежде всего в Министерство обороны.

Если Вы видите здесь какие‑то сложности… У Вас возникает, видимо, вопрос из‑за того, что Вы военную кафедру не прошли, а хотите служить.

А.Суслин: На военную кафедру довольно проблематично попасть. Там всего 100 мест.

В.Путин: А служить Вы хотите после окончания?

А.Суслин: Да, скорее всего. Планирую такую возможность – после окончания обучения пойти служить.

В.Путин: Такая возможность будет предоставляться всем, но нужно будет пройти какую‑то подготовку. Мы обязательно это с руководством Минобороны обсудим. Я вообще не чувствовал, что есть какая‑то проблема. Если человек закончил вуз и хочет служить в Вооружённых Силах, даже если он не прошёл подготовку на военной кафедре, конечно, ему должна быть такая возможность предоставлена.

М.Стриханов: Владимир Владимирович, наша военная кафедра утверждает, что механизм пока не отработан такой.

В.Путин: Отработаем.

А.Суслин: Спасибо большое.

В.Путин: Пожалуйста.

А.Глазырина: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Меня зовут Глазырина Алёна. Я являюсь членом молодёжной палаты Законодательного Собрания депутатов города Снежинск. Также я стипендиат госкорпорации «Росатом» и студентка третьего курса по специальности «Автоматизированные системы специального назначения», город Снежинск Челябинской области.

Наш город известен тем, что большая часть ядерного щита страны разработана специалистами нашего федерального ядерного центра. Но, к сожалению, в нашем городе недостаточно развит досуг молодёжи. В связи с этим она стремится уехать из родного ЗАТО в крупные города – Москву, Санкт-Петербург, Екатеринбург и другие. Скажите, пожалуйста, как государство планирует развивать инфраструктуру ЗАТО, в том числе и социокультурное пространство, дабы избежать утечки молодых кадров и потенциальных специалистов атомной отрасли?

Нужно обеспечить студентам возможность для занятий спортом на тех площадках, которые есть, и создавать новые. Нужно обеспечить соревновательный процесс, чтобы это было одной из ярких составных частей студенческой жизни.

В.Путин: Насколько это важно, я уже говорить не буду, Вы сейчас сами об этом сказали, по сути дела, когда упомянули о том, что молодые люди уезжают. Чтобы не уезжали, нужно создать определённые условия – конечно, это нужно делать. Как мы будем решать на уровне государства, это важно, но ещё важнее, как решает эти вопросы соответствующее ведомство, в ведении которого эти объекты и находятся.

Сергей Владиленович, как Вы собираетесь решать?

С.Кириенко: Владимир Владимирович, девушка права абсолютно, я с Алёной согласен.

У нас проблема связана, знаете с чем? Мы точно понимаем, как решать проблему людей, которые работают на предприятиях, потому что главная задача на предприятии – хорошая работа, интересная материальная база. То есть мы вложились сейчас в федеральный ядерный центр, Владимир Владимирович, как раз Вы принимали все эти решения, кардинально модернизирована база, принципиально новые установки, есть на чём работать, хорошая заработная плата.

Владимир Владимирович, Вы сейчас наверху как раз студентам отвечали, что есть персональный грант, Вами подписанный, президентский грант, который доплачивается всем, кто работает на ядерно-оружейном комплексе. То есть зарплата есть, жилищную проблему начали решать.

Проблема скорее у нас в том, что всё‑таки на самом федеральном ядерном центре работает 10–12 процентов от работников города в целом. Поэтому сложность для нас скорее в том, что для работников предприятия мы понимаем, как решить поставленные задачи, но средств, которые получает город в качестве налогов от деятельности федерального ядерного центра, муниципалитету не хватает на то, чтобы поддерживать инфраструктуру.

У нас сейчас есть отдельная программа по линии ведомства по школам. Есть проект «Школа «Росатома»: мы дофинансируем «атомклассы» в школах. Есть проект «Территория культуры», с Министерством культуры мы подписали. ЗАТО же создавались как особые территории, в них всегда приезжали московские артисты, питерские артисты – мы эту вещь пробуем сделать.

Третье. Владимир Владимирович, помните, я Вам об этом докладывал, спасибо, Вы дали поручение о том, чтобы сделать рабочую группу по программе развития других рабочих мест, то есть не связанных инфраструктурой ЗАТО, дороги…

В.Путин: Алёна‑то не об этом говорит – она говорит о свободном времени.

А.Глазырина: О досуге молодёжи.

В.Путин: О свободном времени для молодых людей.

С.Кириенко: Со свободным временем справимся, Владимир Владимирович.

В.Путин: Нет, давайте вместе подумаем, что действительно может сама компания сделать, а где нужна помощь Правительства. Давайте подумаем. Вы сами прикиньте, подготовьте мне соответствующую записку.

С.Кириенко: Хорошо, Владимир Владимирович. Спасибо.

В.Путин: А я поручение дам ведомствам и Правительству.

А.Глазырина: Спасибо большое.

В.Путин: Пожалуйста.

К.Мормулевская: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Меня зовут Кристина Мормулевская. Я учусь на четвёртом курсе здесь, в МИФИ, в Москве.

Я являюсь координатором волонтёрского движения «Служба добрых дел», социальное добровольчество. Мы курируем несколько проектов, восстанавливаем православные святыни на Соловках – ну, не девочки, мальчики, конечно. Также курируем детские учреждения во Владимирской и Рязанской областях. Постоянно туда ездим уже на протяжении нескольких лет. Собираем гуманитарную помощь пострадавшим от ЧС: Крымск, Дербент, на Дальний Восток. Всё, что мы можем, мы стараемся делать, проводим благотворительные фестивали. В общем, социальное добровольчество у нас развивается.

Вот такой вопрос. Были изданы личные книжки волонтёра, были какие‑то шаги по поддержке этого добровольчества. Сейчас очень активно обсуждается закон о добровольчестве в обществе. Какие ещё будут шаги и что нам ждать в будущем?

В.Путин: Я совсем недавно – видимо, обратили внимание – встречался с волонтёрами в Сочи. У нас создана целая сеть подготовки волонтёров на базе 25 вузов или 26 вузов. После того как такие крупные мероприятия, как Сочи, закончатся, мы не собираемся сворачивать работу по волонтёрству. Сеть должна быть модернизирована. И она должна соответствовать потребностям. У нас впереди много крупных международных спортивных и политических событий. Социальное волонтёрство является одной из важных составных частей всего этого движения.

В целом мы всегда поддерживали это и будем дальше поддерживать. Вопрос: как это конституировать? И нужна ли дополнительная нормативная база для организации этой работы? Я пока не знаю. Если Вы думаете, что она бы поддержала то, что Вы делаете, это можно сделать. Только нам знаете, что нельзя допустить: нельзя допустить забюрокрачивания этой работы.

К.Мормулевская: Это точно. Потому что много добровольцев, и они не готовы к бюрократическому корпусу.

В.Путин: Да. Как только начнём издавать указы, постановления, законы принимать, прописывать какие‑то льготы, проезд к месту работы и обратно, к этому сразу примажется такое количество людей, которые ничего не делают, ни шиша не делают, а хотят бесплатно пользоваться какими‑то льготами, – можно убить саму идею на корню. Так что давайте вместе подумаем, как это поддержать, но аккуратно, ничего не разрушая. Ладно?

К.Мормулевская: Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста.

Е.Тебеньков: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Тебеньков Евгений. Я студент четвёртого курса факультета управления и экономики, московская площадка. Я являюсь менеджером сборной университета по хоккею. Вопрос мой будет связан со студенческим спортом.

Летом Вы вошли в попечительский совет АССК (Ассоциации студенческих спортивных клубов), там наш ректор был. Я тоже присутствовал на том собрании. У нас успешно прошла летняя универсиада в Казани, наша страна выиграла путёвку на проведение зимней универсиады в Красноярске. Безусловно, это стало большим импульсом к развитию студенческого спорта, и стало появляться большое количество спортивных студенческих команд, и, как следствие, всем этим командам нужно где‑то тренироваться и проводить соревнования.

Существует достаточно большое количество спортивных комплексов, где можно проводить эти соревнования, где можно тренировки проводить и где представляется время для аренды. Но студентов там, к сожалению, не очень жалуют, время для тренировок и для соревнований достаётся по остаточному принципу. Таким образом, получается, что вуз финансово поддерживает спорт, студенты хотят тренироваться, но получается, что возможности такой нет. В итоге тренировок у сборных нет, а соревнования проходят зачастую по ночам – не всегда, но зачастую.

Скажите, пожалуйста, можно как‑то решить этот вопрос, чтобы студенты всё‑таки были в приоритете.

В.Путин: Женя, понимаете, я для этого и согласился войти в попечительский совет Ассоциации студенческих спортивных клубов – именно для того, чтобы подать сигнал руководителям регионов, руководителям структур высшей школы, институтов и университетов, что нам нужно развивать студенческий спорт. Нужно обеспечить студентам возможность для занятий спортом на тех площадках, которые есть, и создавать новые. Нужно обеспечить соревновательный процесс с тем, как в некоторых странах делается, чтобы это было одной из ярких составных частей студенческой жизни молодого человека – девушки или юноши. Безусловно, к этому надо стремиться.

Но в этой связи хочу вас вернуть к тому, о чём мы говорили применительно к стипендиям. У вас же есть студенческий совет, вместе выходите на ректора, вместе с ним думайте над этим. Потому что, я вас уверяю, у него много всяких проблем, сомневаюсь даже, что он знает о том, что есть какие‑то проблемы со студенческими [спортивными] площадками (университетскими, институтскими), на которых вы занимаетесь. Это нужно прежде всего решать на таком уровне. Не нужно ждать, что будет какое‑то дополнительное федеральное финансирование, специально для этого выделенное. Мы выделяем соответствующие деньги на развитие социальной инфраструктуры, на развитие вузов, на поддержку вузов, на решение наиболее острой проблемы, с которой мы до сих пор боремся, – это с обеспечением студентов общежитиями и так далее. Но вот эти‑то вещи нужно как‑то активнее обсуждать.

Е.Тебеньков: Нет, дело в том, что университеты нас поддерживают. Нет возможностей и свободного времени на этих самих площадках, чтобы их арендовать.

В.Путин: А чьи эти площадки?

Е.Тебеньков: Москва.

В.Путин: То есть это не институтские площадки?

Е.Тебеньков: Нет.

В.Путин: Это вопрос денег.

Е.Тебеньков: Деньги есть, их выделяют. Просто есть частные какие‑то арендаторы, которым отдают преимущество, они раньше нас появились, и поэтому студентам…

В.Путин: Вы хотите, чтобы я выгнал этих арендаторов? (Смех.)

Работать надо с этими структурами, добиваться.

А Вы сами хоккеем занимаетесь?

Е.Тебеньков: Да.

В.Путин: Давно уже?

Е.Тебеньков: С семи лет.

В.Путин: Супер. Когда начинают заниматься спортом с такого возраста, особенно таким достаточно сложным видом спорта, как хоккей, то, вы знаете, тем, кто этим не занимался, я могу сказать, что показатели впечатляют. Я желаю Вам успехов.

Е.Тебеньков: Спасибо.

В.Путин: Ребята, надо заканчивать. Мне дальше нужно двигаться по программе. Какие ещё вопросы?

Т.Каштанова: Можно спросить, Владимир Владимирович? Здравствуйте.

Меня зовут Каштанова Татьяна. Я студентка четвёртого курса физико-технического факультета НИЯУ МИФИ, специальность «Ядерные реакторы и энергетические установки», являюсь членом бюро Объединённого совета обучающихся, отвечаю за направление «Студенческие и трудовые отряды МИФИ».

В.Путин: Такой большой начальник. Я робею даже.

Т.Каштанова: С недавнего времени в университете и его филиалах возрождается стройотрядовское движение. Этим летом бойцы нашего отряда «Творцы энергии» принимали участие во всероссийской студенческой стройке «Академический» в Екатеринбурге. Отряд «Энергия» из Волгодонска принимал участие в строительстве Ростовской атомной электростанции, а бойцы Обнинского института атомной энергетики в составе первого международного белорусско-российского отряда принимали участие в строительстве первой, Белорусской атомной электростанции.

В.Путин: Сколько вам платят? За сезон сколько зарабатываете?

Т.Каштанова: От 40 до 80 тысяч.

В.Путин: За сезон, за полтора месяца примерно?

Т.Каштанова: За семь недель.

В.Путин: За семь недель от 40 до 80 тысяч? Начальство побольше, наверное, получает?

Д.Ливанов: Кормят же бесплатно в стройотряде.

Т.Каштанова: Очень приятно, что мы всегда занимаем призовые места по производственной деятельности, охватываем новые стройки и с каждым годом формируем всё больше отрядов.

Как известно, в этом году вся Россия празднует 55 лет со дня создания первого стройотряда. По этому случаю в Москве в ноябре состоится всероссийский слёт, финал которого будет проходить в Кремле. Все отряды страны были бы очень рады приветствовать Вас на этом общем и значимом для нас мероприятии.

В.Путин: Спасибо.

Т.Каштанова: Ещё, конечно же, хотелось бы отметить, что поправки, внесённые в законодательство Российской Федерации в пользу трудовых отрядов, а также сама возможность принятия участия студентов в строительстве объектов государственной важности очень помогли окрепнуть нашему движению и дали новый толчок его развитию. Поэтому от лица бойцов всех российских студенческих отрядов мне хотелось бы выразить Вам огромную благодарность за Вашу поддержку.

В.Путин: Спасибо большое.

Т.Каштанова: Мы очень переживаем о трагедии, которая случилась на Дальнем Востоке, и поэтому в этом году все бойцы российских студенческих отрядов хотели бы трудиться на восстановительных работах в зонах, попавших под влияние стихийных бедствий. Скажите, пожалуйста, что Вы думаете по этому поводу, и будет ли у студентов страны возможность принять участие в этом важном и патриотическом деле?

В.Путин: Мне бы очень хотелось. Важно только, чтобы это было организовано должным образом, с тем чтобы уровень строительной квалификации студентов соответствовал тем задачам, которые перед ними могут быть поставлены. Вы понимаете, о чём я говорю? Главное, чтобы качество жилья, которое там будет возводиться, было на должном уровне. А то, что молодые люди могли бы там поработать, мне кажется, что действительно так и есть, это очень хорошо.

У нас эти стройки организованы, мы финансируем это из федерального бюджета, но реальная организация происходит на региональном уровне, на уровне губернаторов Российской Федерации, руководителей регионов. Мы обязательно поговорим с ними о том, как можно использовать возможности студенческих отрядов. Мне бы, например, очень хотелось, мне кажется, что это было бы очень здорово с очень многих точек зрения, востребовано и полезно.

Т.Каштанова: Спасибо.

В.Путин: Спасибо Вам за приглашение в Кремль. (Смех.)

Ребята, я поздравляю вас с наступающим праздником. Позвольте мне пожелать вам всего самого доброго. Вы атомщики, я желаю вам, чтобы вы всё разложили на самые элементарные частицы, а потом всё объединили таким образом, чтобы это пошло на благо нашей экономики, нашего народа, на благо обеспечения обороноспособности страны. У вас очень интересная, очень перспективная будущая работа, захватывающая, я без преувеличения сказал бы, сфера деятельности.

Всего вам самого доброго!