100 лет РАП -  Помощь русской интеллигенции

100 лет РАП - Помощь русской интеллигенции

17.09.2021 / 14:29 | Aktualizováno: 17.09.2021 / 14:44

По случаю 100-летней годовщины мы продолжаем серию интересных статей о Русской акции помощи, то есть о программе помощи, объявленной чехословацким правительством в 1921 году для беженцев из России. Акция состоялась под личным патронатом президента Чехословакии Томаша Гарриг Масарика.

Наша седьмая статья о ситуации русской интелигенции.

Желаем приятного чтения!

«От лица Русской академической группы в Париже, объединяющей русских ученых, находившихся во Франции, и по постановлению общего собрания Группы, мы просим Вас принять выражение чувств глубокого уважения и благодарности Вам как главе Чехословацкого народа за эту братскую помощь, которую Чехословацкая Республика оказывает представителям русской науки и русскому студенчеству.

Истинный друг познается в несчастии, и навсегда в памяти русского народа и его интеллигенции останется светлое воспоминание о братской поддержке, оказываемой Чехословакией русской молодежи и русским ученым в тяжелые годы настоящего кризиса.

Примите уверения в глубочайшем уважении и совершенной преданности».

(Письмо Т.Г. Масарику, Париж, 8 октября 1923 год).

Таких вежливых благодарственнах писем, написанных в изысканном стиле, много в чешских архивах. В течение 17 лет, с 1921 г. по 1938 г., ЧСР поддерживала русскую интеллигенцию. Деньги на эту поддержку поступали из разных источников: государственных, общественных или частных.

В год празднования своего 80-летия, в 1930 году, президент Масарик получил особенный подарок – был основан его личный денежный фонд, средства которого президент республики мог использовать на покрытие своих разных гуманитарных расходов. С просьбами обращарись к президенту не только нуждающиеся русские, но и чехи. Испытывали нехватку приюты для слепых, сирот и инвалидов, жертвы пожаров и наводнений, поддержку просили неимущие талантливые студенты. Письма поступали в канцелярию президента, где проверяли точность данных и определяли сумму выделяемых денег. Только потом президент подписывал дарственное письмо и иногда рекомендовал отправить сумму больше, чем предлагали работники канцелярии. После смерти Масарика эту деятельность продолжил Э. Бенеш.

Тема «Русской акции помощи» привлекает внимание весьма большого количества исследователей. В то же время мало кто обращает внимание, что эта поддержка касалась не только тех эмигрантов, которые переехали в Чехословакию, но и например тех, кто жил во Франции или даже в СССР.

«Я русский писатель, заслуживший на Родине всеобщее признание, и один из двенадцати почетных академиков, то есть бессмертных (!), Российской Академии наук. Ныне я эмигрант, человек, всегда бывший чуждым политике, но принужденный покинуть Родину по причинам, хорошо известным всему культурному миру, и находившийся в большой нужде...

Позвольте горячо просить страну, родную нам, оказать мне материальную поддержку в тех или иных размерах и форме».

(Выдержка из письма И. А. Бунина, Париж, 3 октября 1921 год).

Президент ему немедленно отправил 50 тысяч крон, тогда это были большие деньги. Также фамилия Бунина появилась в списке представителей русской культуры, которым из ЧСР регулярно посылали деньги. Ещё в списке находились Д.С. Мережковский, З.Н. Гиппиус, И.С. Шмелев, К.Д. Бальмонт, М.И. Цветаева, А.М. Ремизов, о. Сергей Булгаков, А.И. Куприн, Б.А. Лазаревский, Н. Теффи, Б.К. Зайцев. Представители ЧСР предполагали, но не настаивали, что в знак благодарности русские писатели будут приезжать в Прагу с презентацией своих новых книг и с публичными выступлениями.

К сожалению, мало кто из них приехал в Прагу. В столице Чехословакии побывал К.Д. Бальмонт и обещал заняться переводами произведений чешского поэта Ярослава Врхлицкого на русский язык. В трагическом 1938 году приехал в Прагу Иван Сергеевич Шмелев. 29 апреля состоялся литературный вечер, где Шмелев прочитал отрывки из своих произведений: «Лето Господне», «Иностранец», «Как я ходил к Толстому» и «Няня из Москвы». Кроме Праги, Шмелев посетил в Словакии Монастырь преподобного Иова Почаевского и типографию в Ладомировой. Через полгода после его визита прежняя Чехословакия перестала существовать.

Бунина приглашали приехать в Прагу в 1933 г. в связи с присуждением ему Нобелевской премии. В документах Союза русских писателей и журналистов в Праге появилась краткая заметка: «Сообщено, что обширная переписка с И.А. Буниным закончилась его письмом о том, что он не находит возможным приехать в Прагу».

Единственным свидетельством благодарности парижских писателей остаются письма Масарику и книги с их автографами. Было общеизвестно, что президент за подаренную книгу благодарит и к своему письму прикладывает чек. Так, работники канцелярии президента на край письма, сопровождающего новую книгу Мережковского, поставили восклицательный знак. Зная, что Мережковский любит писать трилогии, они рекомендовали отправить благодарственное письмо, а деньги посылать только когда автор пришлет второй и третий том.

Деньги из Праги в СССР получали, например потомки А.С. Пушкина и Ф.М. Достоевского: писательница Татьяна Львовна Сухотина-Толстая и историк Константин Яковлевич Грот. Отправка денег в СССР происходила неофициально посредством торгпредства Чехословакии и с употреблением фиктивных фамилий. В Праге получали денежную поддержку советские граждане Роман Осипович Якобсон, Петр Григорьевич Богатырев или Виктор Борисович Шкловский.

В документах канцелярии президента лежит еще одно, к сожалению, довольно позорное свидетельство. В воспоминаниях Масарика о революционных ноябрьских днях в Москве 1918 года, рассказанных писателю Карелу Чапеку, президент поведал, как его спас незнакомый человек, который во время перестрелки открыл дверь и втащил его в гостиницу «Метрополь». После публикации этой части воспоминаний, тот самый незнакомец отозвался, что именно он и есть спаситель, который живет и испытывает нужду в Париже. В течение нескольких лет президент отправил ему более 100 тысяч крон. Работники канцелярии рекомендовали президенту прекратить поддержку. Письмо об этом в Париж подписал канцлер П. Шамал. В русской газете в Париже незнакомец опубликовал свое огорчение и вызвал канцлера на дуэль. Чем дело кончилось, мы уже, по всей вероятности, не узнаем.

Статья была написана на основе книги Анастасии Копршивовой «Найти приют, оставить след... к столетию Чехословацкой Республики».