Открытая наука: от утопии к тенденции

Статья

Открытая наука: от утопии к тенденции

Пандемия COVID-19 стала стимулом для активного обмена научными данными. Тем не менее, говорить о действительно открытой науке еще рано. Идея того, что наука должна принадлежать всем, находит все больше приверженцев, особенно среди нового поколения молодых ученых, но отношение к научному знанию как к товару по-прежнему остается нормой. Все эти вопросы непосредственно касаются взаимоотношений между наукой и гражданским обществом.

4 октября 2021

Last update:17 марта 2024

Шерифа Букасем-Зегмури

Во время пандемии COVID-19 сотрудничество между учеными и обмен научной информацией стали гораздо активнее: научное сообщество боролось с вирусом, стремилось найти эффективные методы лечения, разрабатывало вакцину. Окружающие науку неприступные стены пали, когда крупные научные издательства, такие как Elsevier, Springer Nature и Wiley, открыли доступ к тысячам статей, чтобы ученые со всего мира могли ознакомиться с результатами передовых исследований и ускорить темпы своей работы.

Коллективы ученых также стали обмениваться между собой данными и метаданными — новым топливом для науки. Научное знание, которое должно принадлежать всем, но долгое время монополизировалось и использовалось в коммерческих целях, на некоторое время вырвалось за рамки ограничений, препятствующих его распространению.

Все это оживило дискуссию о пользе «открытой науки». Необходимость в открытом доступе так остро ощущается сегодня потому, что научные исследования, результаты которых публикуются в виде научных статей, стали отчасти недоступны. Наука стоит слишком дорого, причем не только для ученых, проводящих исследования, но и для библиотек, желающих подписаться на авторитетные издания.

Научное знание как товар

Изучение исторических предпосылок, которые привели к возникновению движений в поддержку открытой науки, позволяет увидеть, что закрытость научного знания теснейшим образом связана с процессом постепенного превращения знаний в товар. После окончания Второй мировой войны наука стала крайне выгодным рынком, который приносит его главным участникам — научным издательствам — миллиарды евро в год.

В сегодняшних формулировках аргументы в пользу открытой науки в большей степени созвучны рыночной и управленческой логике, которой подчиняется наука начиная с 1950 года, чем изобличению тоталитарных идей, которые привели ко Второй мировой войне. Тем не менее, в этих аргументах также прослеживается мысль, высказанная достаточно давно американским социологом Робертом К. Мертоном и философом науки Карлом Поппером. Мертон и Поппер выступали против монополий — новых форм рыночного тоталитаризма, которые стремятся присвоить себе общественное благо (в нашем случае, научное знание), создаваемое общественными институтами на общественные деньги.

В основе идеи открытой науки лежат принципы доступности, свободного обмена информацией, прозрачности, повторного использования данных и взаимодействия с обществом. Сегодня эти ценности можно реализовать на практике благодаря цифровым платформам и соответствующей инфраструктуре. При этом новая концепция науки должна соответствовать новому этапу развития общества и учитывать такие явления современности, как распространение фейковых новостей, усиление популизма и увеличение неравенства.

В основе идеи открытой науки лежат принципы доступности, свободного обмена информацией, прозрачности, повторного использования данных и взаимодействия с обществом

Новое поколение

Пандемия способствовала развитию еще одного аспекта открытой науки, который раньше затрагивал лишь академическую сферу. Сегодня мы наблюдаем появление нового поколения цифровых платформ, функционирующих благодаря научным сообществам, которые следуют принципам и стандартам открытой науки и перенимают передовой опыт в этой области.

Молодые ученые, занимающие в этих сообществах важное место, проводят эксперименты, разрабатывают и тестируют новые модели научной коммуникации. Они стремятся сделать эти модели более открытыми, в том числе для общества, которое может внести свой вклад, оставляя комментарии к публикациям. Эти молодые ученые — часть поколения, с детства пользующегося интернетом и цифровыми устройствами. Они не боятся устроить революцию в закрытой системе, которая строилась вокруг публикации статей — возможной только после строгого отбора — в престижных и весьма дорогостоящих журналах.

Некоторые из этих платформ сыграли важнейшую роль в распространении научно обоснованной информации о COVID-19. Ученые могли обмениваться результатами своих исследований в реальном времени, чтобы работать быстрее и слаженнее. Такие платформы ценны потому, что в их основе лежат продвинутые технологии на базе искусственного интеллекта, позволяющие обрабатывать непрерывные потоки данных. Несмотря на то, что публикации на этих платформах не рецензируются в строгом смысле слова, создатели таких сервисов тестируют модели, благодаря которым статьи проходят определенную экспертную проверку сообщества.

Частные агентства, инвестирующие в научную деятельность, например, Фонд Билла и Мелинды Гейтс и Инициатива Чан — Цукерберга, интересуются новыми моделями и поддерживают их. Благодаря этой поддержке у научных проектов появляется реальная возможность получить финансирование, однако это сопровождается рисками апроприации и даже выкупа — в прошлом мы уже видели подобные примеры.

Интерес к открытой науке проявляют не только академические, но и политические круги как на европейском, так и на мировом уровне. При этом движение в поддержку открытой науки шире, чем движение за свободный доступ к научным публикациям. Оно включает в себя также открытие данных исследования (согласно принципу «открытые настолько, насколько это возможно, и закрытые не более, чем это необходимо») и развитие гражданской науки, ставшее одной из характерных тенденций XXI века. Некоторые страны начинают разрабатывать политику в отношении обмена научными знаниями.

Интерес к открытой науке проявляют не только академические, но и политические круги

Еще одно свидетельство такого интереса: в ноябре 2021 года ЮНЕСКО представит государствам-членам рекомендации по вопросам открытой науки, призванные облегчить международное сотрудничество в этой области и содействовать всеобщему доступу к научному знанию. Эти рекомендации охватят целый ряд аспектов, включая публикации, данные, программное обеспечение, образовательные ресурсы и гражданскую науку, и будут способствовать переходу науки в ведение академических кругов и гражданского общества, которые должны сообща следить за тем, чтобы цели научных исследований не зависели от логики рынка и монетизации.

Открытый доступ к научным публикациям

Эти тенденции в национальной и международной политике привели к формированию таких условий для научных исследований, которые еще 20 лет назад казались утопией. Количество публикаций в открытом доступе продолжает увеличиваться; по прогнозам, к 2030 году 75 % научных публикаций будут открытыми. Вопросы раскрытия используемых в исследованиях данных поднимаются все чаще, и растет понимание связанных с этим проблем и практик. Возникают новые формы научной коммуникации, причем по инициативе самих ученых, которые прибегают к социальным сетям и видео.

Крупные научные издательства, которые в прошлом препятствовали открытой науке, сами стали ревностными защитниками открытости. Они переходят на другие цифровые платформы, чтобы стать активными участниками этих преобразований.

Переговоры между издателями и библиотеками по поводу тарифов на подписку уступили место переговорам о так называемых трансформационных соглашениях, касающихся в первую очередь тарифов на публикацию в журналах издательского дома или числа статей, которые можно опубликовать за данную цену. Эти вопросы особенно важны для университетов, пытающихся попасть в международные рейтинги, место в которых зависит в том числе от количества публикаций.

Неравенство между читателями (теми, кто имеет доступ к публикациям, и теми, кто его не имеет) трансформируется в неравенство между авторами — теми, у кого есть финансовая возможность публиковаться в открытом доступе, и у кого ее нет. Последние смогут печатать свои статьи только в традиционных журналах, которые предоставляют доступ по подписке, как правило, недешевой.

Таким образом, открытая наука развивается на фоне все более глобального политического ландшафта и активной деятельности все более молодых научных сообществ, которые отходят от старых схем и сообща изыскивают новые модели, принципиально отличающиеся от существующих. Главная цель этих новых моделей — избежать контроля со стороны монополий прошлых лет, равно как главной целью трансформаций в сфере науки является освобождение — от логики монетизации, закрывающей доступ к науке; от ограничений, препятствующих равному доступу к знаниям; и, наконец, от новых форм монополии, подпитываемых цифровыми технологиями. Такое освобождение необходимо науке для того, чтобы эффективнее решать те сложные задачи, которые встают перед человечеством.

Шерифа Букасем-Зегмури
Профессор, преподаватель информационных и коммуникационных наук в Лионском университете им. Клода Бернара, Франция

Share