Документ /

Дмитрий Медведев принял предложение возглавить партию «Единая Россия».

* * *

Д.Медведев: Добрый день, коллеги! Прошу всех садиться.

Долго говорить не буду. Всех приветствую, очень рад видеть! Погода хорошая, весна. Так что давайте поговорим и о весне, и о перспективах.

Б.Грызлов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Три дня назад, 24 апреля, актив партии «Единая Россия» встречался с Председателем партии Владимиром Владимировичем Путиным. Он изложил своё видение по результатам выборных кампаний и сделал важное для нас заявление, изложил свою позицию о том, что в связи с тем, что он избран Президентом и 7 мая уже будет инаугурация, он считает для себя правильным сложить полномочия Председателя партии «Единая Россия». Мы, актив партии, это восприняли как позицию.

И далее было сделано ещё одно важное заявление: Владимир Владимирович предложил активу партии вынести на съезд партии предложение об избрании Председателем партии Дмитрия Анатольевича Медведева. Мы очень активно поддержали это предложение. Вы возглавляли список «Единой России» на выборах в Государственную Думу. «Единая Россия» получила достойный результат, высокий уровень поддержки наших избирателей. Были выборы не только в Государственную Думу – были выборы и в муниципальные образования. И мы можем сказать, что по результатам голосования в декабре и в марте мы получили 68 процентов мандатов депутатов муниципальных образований и 67 процентов должностей руководителей муниципальных образований. То есть поддержка фактически составляет две трети нашего населения – это поддержка «Единой России».

«Единая Россия» остаётся лидером. У нас 238 мандатов в Государственной Думе. Первые месяцы работы Государственной Думы шестого созыва показывают, что мы можем проводить в жизнь все решения, которые формируются внутри партии, которые формируются в Правительстве, которые формируются в Администрации Президента. И те законопроекты, которые вносите Вы, Дмитрий Анатольевич, мы тоже проводим, принимаем эти решения. И я бы сказал, что, несмотря на серьёзную информационную атаку в так называемой «жёлтой прессе», несмотря на те выкладки, которые есть в интернете, и даже несмотря на «болотную лихорадку», а может быть, даже и вопреки ей, растёт членство партии «Единая Россия».

Если взять с января по текущий момент, в среднем в месяц 5–6 тысяч новых членов партии «Единая Россия». И мы, Дмитрий Анатольевич, учитывая Ваше вчерашнее заявление во время пресс-конференции о вступлении в ряды партии «Единая Россия», ждём Вас в нашей партии. Мы бы приветствовали, мы ждём этого Вашего уже официального заявления и хотели бы, чтобы на съезд партии, который будет 26 мая (XIII съезд партии «Единая Россия», решение о его проведении было принято президиумом Генерального совета), Вы бы уже пришли членом партии «Единая Россия», и мы бы поставили главный вопрос повестки дня съезда – избрание Председателя партии. Это были бы Вы, и мы бы Вас поддержали всем съездом. Думаю, что это было бы абсолютно правильное решение.

Д.Медведев: Дорогие друзья, коллеги!

Во‑первых, конечно, хотел бы вас поблагодарить за доверие, которые вы и сейчас выказываете мне, делая соответствующее предложение. Хотел бы поблагодарить Владимира Владимировича Путина, который выступил с соответствующим заявлением, предложив также мою кандидатуру на должность Председателя партии.

Скажу вам предельно просто (это, наверное, банальные слова, но они абсолютно искренние): это действительно очень серьёзное доверие и очень большая ответственность. И дело тут не только в судьбе партии, хотя уже долгое время я не отделяю себя от того, что происходит в партии, опираюсь на «Единую Россию» при проведении государственного и политического курса. В конечном счёте, это ещё и вопрос развития страны: куда она пойдёт, какой она будет, что с нами будет происходить?

Поэтому хотел бы, во‑первых, ещё раз сказать о том, что я благодарен всем вам, благодарен Председателю партии за то предложение, которое сделано. Во‑вторых, хотел бы сказать, что я его официально принимаю. Считаю, что это поможет всем нам двигаться вперёд, укрепит наше единство. И, в‑третьих, отвечая на то, о чём сказал Борис Вячеславович, я хотел бы сказать или повторить даже то, о чём говорил недавно.

Наша политическая система молода, она развивается, она имеет большое количество издержек. Но для того, чтобы все мы были честными, честными прежде всего с нашими избирателями, с гражданами нашей страны, мы должны занимать предельно простую, честную позицию. Она заключается вот в чём: если ты пользуешься поддержкой, ты не можешь разделять свою судьбу и судьбу той политической организации, которая тебе эту поддержку оказывает. Поэтому я, естественно, также хотел бы сказать, что я вступлю в ряды «Единой России».

И вообще, я думаю, на будущее, для того, чтобы наша страна была современной, гармоничной, для того, чтобы наша политическая система была развитой, похожей на большинство современных развитых политических систем, любой будущий лидер партии (а я уверен, что у партии блестящее будущее, она будет существовать до тех пор, пока развивается наша политическая система, до тех пор, пока партия вообще востребована народом), любой лидер партии в будущем должен быть членом партии, просто потому, что с него всегда будут брать пример, будут думать о том, внутри ситуации он или по каким‑то причинам он себя от этой ситуации отделяет.

Да, у нас был этап становления политической системы, да, действительно, когда Председатель партии, например, допустим, был Президент, это несколько иная ситуация. Хотя я скажу вам больше: и Президент в будущем обязательно должен быть членом партии, иначе просто мы не сможем объяснить людям, какая политическая сила стоит у власти. Чем отличается, например, Президент, которого поддерживает «Единая Россия», от кандидата в Президенты, которого поддерживают коммунисты? Но это вопрос дальнейшего развития.

Что же касается моей судьбы, то в том случае, если (так, как мы и договаривались, и так, как мы и предлагали и съезду партии, и всему народу нашей страны) Государственная Дума поддержит мою кандидатуру на должность Председателя Правительства, то тогда у нас действительно будет уже абсолютно законченная политическая конструкция, которая сводится к тому, что есть Президент, являющийся гарантом Конституции, но Президент, которого поддерживает «Единая Россия», который был и остаётся близок «Единой России», есть Председатель Правительства, который является членом партии «Единая Россия» и, если съезд доверит соответствующие полномочия, возглавляет партию, и есть наша многогранная политическая система. Мы станем цивилизованными. И я считаю, что это очень важно.

Так что ещё раз, дорогие друзья, позвольте поблагодарить вас за доверие.

А сейчас давайте пообщаемся.

С.Неверов: Дмитрий Анатольевич, я как раз о многогранной политической системе и о перспективах.

В ходе реализации предложений по демократизации политической системы, инициированных Вами как Президентом страны, уже в ближайшее время, без сомнения, появятся новые политические игроки. И, соответственно, мы видим сегодня уже в Министерстве юстиции у нас заявления от порядка 150 организационных комитетов по созданию политических партий. Конечно, это всё увеличит и политическую конкуренцию.

Хотелось бы спросить у Вас: как, по‑Вашему, на эти вызовы должна отреагировать «Единая Россия» в перспективе?

Д.Медведев: Спасибо.

Для того, чтобы наша страна была современной, гармоничной, чтобы наша политическая система была развитой, лидер партии должен быть членом партии.

Как нужно на всё на это реагировать? На мой взгляд, нужно реагировать без какого‑либо надрыва и драматизма. У нас абсолютно нормальная, стабильная ситуация.

Если вы вчера смотрели моё интервью нескольким каналам, там мне задавался вопрос, конечно, и по «Единой России», причём в достаточно распространённом сейчас ключе: зачем Вам это надо, мол, неавторитетная партия, непонятно, куда она движется, а Вы, мол, такой хороший, белый и пушистый и к чему Вам вообще такое решение принимать? Вот я что вам хотел сказать. У нас почему‑то реальную жизнь очень часто заменяют какие‑то фантомы, которые опять же ещё очень часто навязываются общественному мнению. Ну какая неавторитетная партия? Слушайте, «Единая Россия», конечно, не сверхъестественное что‑то, но у «Единой России» поддержка половины населения страны. Любая другая политическая сила в мире была бы абсолютно довольна этим результатом.

Конечно, нельзя почивать на лаврах, нельзя успокаиваться, но «Единая Россия» не только самая крупная партия страны, но и самая авторитетная, потому что её поддерживают. Что бы там ни говорили оппоненты «Единой России», те, кто её не любят, ненавидят, но около 50 процентов людей поддерживают партию, и эти цифры достаточно стабильны.

Все мы принимали участие в избирательной кампании, помните. Да, там были, естественно, и какие‑то небольшие флуктуации, и какие‑то падения. Но что происходило? Была нормальная политическая борьба. На «Единую Россию» накинулись, естественно, ей приходилось обороняться. Где‑то оборонялись хорошо, где‑то, честно говоря, не очень хорошо оборонялись, где‑то заняли пассивную позицию – это отдельная тема, ещё обсудим. Но результат‑то какой? 238 мандатов, большинство. Все мы, естественно, люди политические, мы следим за рейтингами, рейтинг «Единой России» колеблется где‑то в промежутке от 45 до 52 процентов. И это не авторитетная сила? В условиях, когда есть интернет, социальные сети, когда довольно значительное число людей говорит, что это всё плохо, это не годится, надо всё поменять. Поэтому все разговоры о падении популярности, падении авторитета партии – это всё ерунда. Но мы, конечно, ни в коей мере не можем расслабляться, потому что если партия сейчас замрёт и скажет, что у нас всё в порядке, вот тогда точно произойдёт драматическое обрушение авторитета, поддержки со стороны наших людей. Надо вкалывать! И вот это та тема, которую нам нужно обязательно будет рассмотреть и на съезде, и на других форумах.

Что происходит? У нас, по сути, реанимируется более сложная конфигурация политической системы. На пользу ли это нашей стране? Уверен, что на пользу. Именно поэтому я, собственно, всё это и затеял. Задам другой вопрос: на пользу ли это партии? Абсолютно уверен, что на пользу. Потому что если бы мы этого не сделали, рано или поздно система бы деградировала, и тогда действительно могли быть самые разные сценарии, включая сценарии, которые были в 80-е годы в нашей стране.

Хотя ко всему нужно относиться философски. Сейчас приведу в пример одну известную и крупную политическую силу, конкурирующую с нами, авторитетную, за которой стоит большое количество людей – это Коммунистическая партия. Кто постарше, помнит, что происходило в конце 80-х – начале 90-х годов, тем более что многие из присутствующих просто были в этой партии, тогда это на самом деле была часть карьеры и жизни. Говорили: всё, никогда никаких коммунистов не будет; их ненавидит народ, их народ отверг, это совокупность бюрократов, казнокрадов, шестая статья Конституции, тошнит всех! И что? Коммунисты держат свои 20 процентов. Причём это уже не только уходящее поколение. Это молодёжь!

Знаете, я же со всеми общаюсь, со всеми политическими силами, общаюсь и с коммунистами. Встречался с молодыми лидерами партий – и с нашими ребятами из «Единой России», и с коммунистами. У них есть свой отряд поддержки. Это люди, у которых горят глаза, которые верят в идеи. Значит, у партии есть будущее. Ну, уж тем более сам бог и нам велит создать такую систему при наличии такой масштабной поддержки и, скажем откровенно, гораздо более универсальных ценностей, которых придерживается партия «Единая Россия». Поэтому абсолютно всё в порядке.

У нас есть возможность провести модернизацию партийной жизни, влить новые силы, сделать ставку на молодых людей, на ту молодёжь, которая и будет определять лицо партии через 5, через 10 лет. Более того, я также хотел бы сказать ещё раз то, что говорил вчера. Конечно, партии не являются частью конституционного устройства страны, их назначение несколько иное. Но если обратить внимание на политическую систему большинства развитых демократий, по сути, они внутри этой системы конституционного устройства. И какие бы ни были времена – основополагающие партии сохраняются.

Посмотрите на опыт практически всех государств: европейских, Соединённых Штатов Америки, латиноамериканских стран. В том или ином виде они проходят через все испытания. У нас в этом смысле всё абсолютно нормально. У нас есть мощная политическая сила, которая пользуется поддержкой большинства людей, у нас есть набор ценностей, который, ещё раз подчёркиваю, разделяет подавляющее большинство людей. Это набор умеренных, понятных всем ценностей, это то, что кто‑то называет «ориентирами центра», кто‑то говорит о том, что это консервативные ценности. Но в любом случае это то ядро, вокруг которого всегда будет концентрироваться электорат, всегда будут концентрироваться люди, потому что то, что мы предъявляем, то, что мы предлагаем, это и есть ответ на запросы, на потребности абсолютного большинства людей.

Единая Россия» не только самая крупная партия страны, но и самая авторитетная. Около 50 процентов людей поддерживают партию, и эти цифры достаточно стабильны.

Поэтому когда я читаю, что происходит закат партии, что вот сегодня руководство поменяют, выйдет кто‑то и всё будет катиться вниз, – всё это ерунда. И не потому, что мы какие‑то великие или незаменимые, всё равно на смену нам придут другие люди, другие лидеры партии когда‑нибудь, лидеры государства, а ценности останутся, и задачи, которые решает подобного рода сила в любом обществе, тоже останутся. Поэтому и партия останется, и будет ведущей политической силой нашей страны. Я в этом нисколько не сомневаюсь.

О.Баталина: Ольга Баталина, руководитель Комиссии по работе с обращениями граждан.

Дмитрий Анатольевич, я хотела бы обсудить работу общественных приёмных председателя партии. Это сегодня очень мощная сеть, серьёзный инструмент партийной работы, инструмент обратной связи с нашими сторонниками, со всеми гражданами страны. И я считаю, что этот инструмент, конечно, нужно и поддерживать, и развивать. Хотела бы пригласить Вас провести приём в одной из общественных приёмных: в Москве или в регионе, на Ваш выбор. И хотела бы также попросить встретиться с руководителями наших региональных общественных приёмных, потому что в этой работе очень важен личный контакт. А нам, поверьте, есть что рассказать об их работе. И важно было бы услышать Ваше мнение по поводу того, как эту сеть развивать дальше и какие задачи перед ней ставить.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Я не только готов сказать о том, что я приеду. Я просто уже, естественно, как и любой человек, продумывал для себя, как мне жить в двух измерениях, что называется, в будущем: и в государственном, и в партийном – и пришёл для себя к очень простому выводу. Во время поездок по стране я практически в любом регионе буду встречаться с партийным активом и буду приходить в приёмные партийные, потому что это и есть партийная работа. Партийная работа ведь не только в том, чтобы на съезде там «зажечь», но и в том, чтобы приехать и поговорить с людьми. Причём это вовсе необязательно делать только в приёмных – это можно делать и другими способами. В конце концов, для этого есть улицы, площади, есть вообще полевая работа, которую, кстати, люди ценят. Но иногда, конечно, нужно и приём проводить по личным вопросам. Так что я в вашем распоряжении, если всё будет нормально.

А.Воробьёв: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Мы, прежде всего, с пониманием и с поддержкой отнеслись к тому предложению, которое озвучил Владимир Владимирович. Все прекрасно понимают, что это нелёгкая ноша и в конкурентной борьбе, в такой насыщенной политической жизни с многообразием политических партий нам предстоит очень содержательная и, я бы сказал, такая «весёлая» партийная борьба на муниципальном, региональном уровнях. Здесь нет никаких иллюзий.

Д.Медведев: Задорная будет борьба, сомнений никаких нет.

А.Воробьёв: Да. Конечно, как и прежде, я считаю, что уникальной особенностью нашей организации являлось то, что мы всегда могли сплачиваться в самый ответственный момент и работать в таком командном стиле. Я думаю, что и в будущем можно смело на нас рассчитывать.

И, переходя к следующему моменту, Государственной Думе, мы Вас там ждём, и особенно Вас там ждёт фракция «Единой России», лидером списка которой Вы были, мы все это прекрасно понимаем и дорожим нашими партнёрскими отношениями. 7–8-го числа, я думаю, будет обстоятельный, интересный, как и всегда, разговор, для того чтобы затем принять важное решение.

Ну и третий момент, который я хотел бы озвучить, – это кадры. Любая система, любая организация великолепна и сильна тогда, когда есть мощные профессионалы в разных направлениях. Мой вопрос: можем ли мы рассчитывать на привлечение в федеральное Правительство, подготовку в региональные исполнительные органы власти представителей «Единой России», более того, ставить это своей задачей? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Ну что говорить? Кадры, как известно…

Реплика: …решают всё.

Д.Медведев: Тут ни убавить, ни прибавить.

По поводу кадров. Эта задача для «Единой России» и очень простая, потому что это действительно самая сильная наша партия и самая авторитетная, и, может быть, в чём‑то и самая сложная. Так получилось, что партия у власти, в партии много начальников. Начальники – это те люди, которые не хотят делиться властью. Это не наша национальная черта, это природа власти. Если тебя куда‑то поставили, как правило, человек говорит: «Нет, я всё решу, а вы меня не трогайте, иначе вы всё испортите». С другой стороны, нам нужно создавать кадровый резерв, нам нужно продвигать молодых людей, продвигать перспективных людей, иначе результат плохой. Сейчас идут выборы. Впереди выборы в регионах, идут муниципальные выборы. Далеко не везде мы выступаем блестяще. Это, кстати, лучшее доказательство того, что наша система пришла в состояние конкурентоспособности. Вы знаете, я сейчас стоял и думал о чём? «Единой России», для того чтобы побеждать, нужно чувствовать себя немножко в оппозиции. Потому что когда «Единая Россия» вообще над схваткой, возникает эффект самолюбования, того, что мы и так со всеми разберёмся. А вот почему сильны оппозиционные партии? Драйва больше, они хотят всех порвать. Я не предлагаю «Единой России» всех рвать, но ощущение некой внутренней позиции или, если хотите, оппозиции по отношению к другим участникам политического процесса – это нормально. Злость – вот что нужно. Злость, но в разумных пределах, спортивная злость, позволяющая достигать результатов.

Единая Россия» – партия реальных дел. Мы у власти, мы отвечаем за реальные дела, за построенные дороги, дома, заводы, фабрики. Но этого мало. Наша задача ещё предъявить результат. Ведь очень часто этим пользуются другие люди.

На некоторых муниципальных выборах смотрите, что происходило. Сидят наши коллеги-начальники, хорошие люди в целом все, и думают, кого, допустим, двинуть в мэры соответствующего города или руководителя муниципального образования. Проходят партийные конференции, партийные форумы, в результате праймериз побеждают наиболее активные и наиболее популярные, наиболее способные объяснить свою позицию люди. Начальники сидят, говорят: «Нет, они, наверное, хорошие, но они, собаки, способны конкурировать с нами, великими. Поэтому мы их в сторону, а избираться будет мой человек». Что дальше? Ладно бы, если бы этот человек победил, в конце концов, победителей не судят, и нам как товарищам, по большому счёту, в общем‑то, всё равно, лишь бы политические цели, политические установки, которые мы преследуем, те обещания, которые мы давали нашим людям, исполнялись. Но ведь этот человек не побеждает. Я не буду наводить тень на плетень, я говорю про Ярославль. Но это неприемлемо, когда на праймериз побеждает один человек, который способен выиграть выборы, а губернатор принимает решение об участии другого исходя из того, что у него есть собственные представления о том, как должна строиться политическая жизнь. Это неприемлемо, это провал. А за провал несут ответственность не только в разведке, но и в обычной политической жизни. Поэтому на будущее: мы все должны принять для себя очень непростое, а может быть, даже тяжёлое решение, что в тот момент, когда появляется кто‑то лучший, у кого больше поддержка, надо подвинуться.

Но слушайте: почему наши друзья и партнёры с Туманного Альбиона, когда там происходят всякие партийные выборы, премьер-министров меняют? Только потому, что на партийном съезде, на партийной конференции выдвигается другой человек. В результате происходит смена власти. Кстати, никто не кричит, что это не демократично. Встретились, посоветовались, решили, что новый гражданин более популярен, чем предыдущий, договорились, съезд это поддержал. Всё: у страны новый премьер-министр. И никто не говорит, что кулуарно, где‑то за спиной договорились, вместо народа всё это решили. Это есть демократия.

Да, у них парламентская демократия. Но и у нас есть элементы парламентской демократии. Я напомню, что вопреки установившимся представлениям у нас президентская власть очень большая, очень серьёзная. Но по своим канонам у нас президентско-парламентская республика, у нас мощный парламент, и у нас исключительно сильное Правительство. У нас не Соединённые Штаты Америки, в чистом виде президентская республика, у нас всё‑таки немножко другое устройство. Поэтому нам нужно сделать так, чтобы все победители праймериз участвовали в выборах, и только они, чтобы к руководству партийными организациями в регионах приходили люди на конкурентных началах.

Ничего страшного не будет, если губернатор не будет лидером партии в регионе по каким‑то причинам. Лучше, если эти позиции совпадают. Но если этого нет, это означает только одно: что губернатор работает, но у нас есть партийный лидер, которого потенциально мы можем выдвинуть на следующий губернаторский срок, это абсолютно нормально, или, может быть, рейтинг губернатора восстановится. В общем, мы должны следить за конкретной ситуацией, а не следовать в фарватере представления отдельных начальников, как лучше поступить.

Максимальная выборность и на региональном уровне, и на федеральном уровне – только в этом случае мы сможем сохранить за партией лидирующие позиции. Так, Николай Иванович? Я помню, мы с Николаем Ивановичем [Меркушкиным] встретились сразу же после парламентских выборов, сидели, и у Николая Ивановича был немножко потухший взгляд, потому что на партию все навалились, говорят: «Катастрофа, случился неуспех – взяли большинство». (Смех.) Так вообще вдумайтесь: мы живём в каком‑то сюрреалистическом мире, причём иногда этот сюрреализм… Я вчера просто во время интервью это почувствовал: как это так, говорят, такая непопулярная партия… Я даже не знал, что сказать, просто это удивительно. Ну вот, мы сидим с Николаем Ивановичем, он говорит: «У нас, руководителей регионов, которые верой и правдой служили и государству, и «Единой России», есть – просьба сохранить партию». Я сказал: «Да не волнуйтесь, не только сохраним, но и укреплять будем всемерно». Не потому, что это наши политические амбиции, а по другой причине: у нас действительно нет другой политической силы. Я абсолютно искренне вам говорю, я считаю, что в будущем только две-три партии в нашей стране могут рассчитывать на то, чтобы сохраниться. Это наша партия «Единая Россия» и какие‑то социал-демократы, которых мы ещё до конца не чувствуем, но которые должны каким‑то образом появиться из коммунистов вместе с кем‑то ещё. Все остальные будут – не будут, поживём – увидим. В этом смысле просто набор представлений наших людей о справедливости именно такой, и в этом направлении будет развиваться политическая система. В общем, я увлёкся: выборность, выборность и ещё раз выборность.

В.Бурматов: Добрый день, Дмитрий Анатольевич!

Пару лет назад мы в этом зале с Вами начали такой широкий диалог о «Единой России» в интернете и об интернете в «Единой России». Вам большое спасибо, потому что, я считаю, моё личное мнение, благодаря этому мы оказались на корпус впереди, по крайней мере, наших парламентских коллег.

Мы должны создать набор ценностей, который как магнит будет притягивать к себе максимальное число людей. Это, безусловно, ценности социального государства.

Д.Медведев: Да, правда.

В.Бурматов: И та компания, которая прошла в декабре, ещё раз это доказала, это было для нас хорошим ускорением, ещё раз спасибо.

Вопрос, собственно, в этом же ключе. Протестная активность во многом сейчас сконцентрирована в интернете, приходит оттуда. Как Вы видите себе, как дальше будет развиваться эта ситуация? Многие себя тешили иллюзиями, что интернет заменит гражданское общество, подменит его, что оно там и будет сконцентрировано. Мне кажется, они немножко разочаровались на прошедших выборах. Это первый момент.

Второй момент. Как Вы для себя видите своё место, в том числе не только как государственного деятеля и теперь партийного деятеля, а как блогера в этом процессе?

И третий момент. У меня есть такое предложение к Вам. У нас есть сайт партии, федеральный сайт партии, там пока нет личных блогов. Я там веду собственную колонку, но личных блогов там нет. Мне кажется, этот недостаток надо исправить. Вот если бы Вы завели свой блог, по крайней мере, я и многие мои коллеги по партии, и читатели были бы Вам очень за это признательны.

Д.Медведев: Спасибо. На третье предложение сразу отвечаю положительно. Давайте что‑нибудь придумаем там, чтобы сделать всё более весёлым и интересным.

Теперь по поводу первого и второго. Конечно, я реально считаю, что мы правильно сделали, что вошли в интернет. Вы сами знаете, я активный пользователь, всё это дело люблю и интересуюсь. Но в то же время ни в коем случае нельзя впадать в крайности. Интернет – это не реальная жизнь. Это интересная сфера, мы все должны быть там, мы должны знать законы интернета, в ряде случаев пользоваться преимуществами интернета, доказывать свою правоту, заниматься элементарной пропагандой, извините за такие слова, продвигать свои позиции, как делают наши политические оппоненты. Но это не означает, что мы все должны уйти в онлайн и забыть про то, что есть ещё, как говорят, офлайн, то есть это наша с вами реальная жизнь.

Более того, я вчера тоже на эту тему разговаривал с журналистами, и вам бы хотел сказать: ведь повестка дня интернета иногда абсолютно совпадает с реальной жизнью, а иногда она просто высосана из пальца, и вокруг этого ломаются копья, разгораются нешуточные страсти, там такое ощущение, что вот-вот начнутся потасовки, баталии какие‑то. На самом деле ничего не происходит. Очень часто событиями в интернете становятся события, которых реально просто нет.

Я приводил в пример ситуацию, извините, вокруг моего кота. Я вынужден был даже там показать этого самого кота. Я его сейчас не привёз, но потом, если захотите, как‑нибудь его покажу. Это в определённый период, в течение дня, была новость номер один. Я уж не говорю о том, что всё это опять же придумано. Это то ли шутка, то ли провокация, то ли ещё что‑нибудь. Кот никуда не уходил. Но это ладно. Самое главное, что это была новость номер один. Но как мы можем в этом случае говорить о том, что интернет заменил гражданское общество, жизнь, если на повестку дня выходят несуществующие явления, которые интересны только весьма узкому кругу людей?

Но, с другой стороны, мы должны присутствовать [в интернете], мы должны работать, Вы правы, хотя бы по отношению к парламентской оппозиции мы – впереди на корпус. И это преимущество нельзя растерять, потому что там тоже молодые люди, тоже интересующиеся интернетом, тоже такие, в общем, зубастые. И это преимущество отдать нельзя.

Что же касается соревнования с кем‑то, то, знаете, иногда подсмеиваются над начальниками, которые, следуя примеру Президента, завели себе блоги, в «Твиттер» вошли. А я считаю, что это абсолютно правильно. Но, во‑первых, для части молодёжи все, кто соответствующие блоги или аккаунты имеют, стали ближе. Я смотрю, тут есть люди, которые пишут, ведут все эти вещи. Да, кто‑то там поливает всё грязью, но кто‑то говорит: «Слушайте, хорошо, что он там есть. Мы хотя бы написать ему можем».

Но самое‑то главное, что все шевелиться начали. Если тебе пишут о чём‑то – руководитель любого уровня вынужден на это реагировать. Никуда не деться. Это когда письмо написали, в стол можно спрятать, сказать, что через неделю к этому вернёмся, через две. А когда это всё на обозрении – ничего с этим не сделать. Поэтому интернет должен быть нашим оружием не менее существенным, чем прямое общение с людьми. Но и прямое общение забывать нельзя.

Хотел бы, пользуясь случаем, не про интернет, а вообще, просто обратиться ко всем руководителям субъектов Федерации, которые являются членами партии «Единая Россия» или разделяют её ценности, ко всем руководителям муниципальных образований, вообще ко всем политическим лидерам, которые ассоциированы с «Единой Россией»: надо выходить в народ, надо общаться и на огромных площадях, и в маленьких посёлках, ходить по домам, разговаривать. Только это принесёт эффект. Надо учиться бороться.

Мы всегда говорили, «Единая Россия» – партия реальных дел. Это так. Мы у власти, мы отвечаем за реальные дела, за построенные дороги, дома, заводы, фабрики. Но, с другой стороны, этого мало. Наша задача ещё предъявить результат. Ведь очень часто этим пользуются другие люди.

Все эти годы я старался продвигать курс обновления экономики, её диверсификации, инновационного развития. Нам ни в коем случае нельзя терять этот флаг. Без обновления структуры экономики, с упором только на углеводороды у нас нет будущего.

Приведу вам пример, который меня покоробил. Во время президентской кампании (не буду называть, о ком говорю, просто по этическим соображениям) на один из новых объектов приехал один из кандидатов в Президенты, не Путин. Объект этот строился, естественно, скажем так, под прямым руководством действующих начальников, действующего руководящего состава страны и, соответственно, если хотите, под прямым патронажем «Единой России». Приехал другой кандидат, сфотографировался там в профиль, анфас, потом это показали по телевизору. Но это безобразие! Взяли и отдали инициативу. Я не говорю, насколько это повлияло и так далее. Но надо учиться ещё и продавать свои результаты. Это нормально, это политическая борьба. А когда наши политические оппоненты вместе с нашими же людьми, вместе с руководителями министерств и ведомств на фоне каких‑то новых объектов снимаются, которые были построены, по сути, при нашем участии, за бюджетные деньги, – это никуда не годится.

Пожалуйста.

А.Исаев: Андрей Исаев.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, я присоединяюсь к благодарности своих коллег за то, что Вы согласились возглавить партию.

Для меня крайне важно, что Вы человек, имеющий вкус к идеологии, потому что в последнее время появились суждения о том, что современной политике уже идеология не нужна, только политтехнологии. На самом деле, когда у политика нет идеологии, он просто для избирателя опасен, потому что неизвестно, что от него ждать. Что ждать от Вас – очевидно, потому что Вы провозгласили своё кредо, которое последовательно воплощаете в жизнь.

Но в связи с этим позвольте всё‑таки задать немного провокационный вопрос. Наш с Вами общий хороший знакомый, Игорь Юрьевич Юргенс, опубликовал статью о том, что в связи с приходом Дмитрия Анатольевича Медведева в партию «Единая Россия» партия поправеет, то есть станет более либеральной, и таким политикам, как Исаев, в ней места не будет. Мне эта идея не понравилась. Дмитрий Анатольевич, я хотел бы поработать под Вашим партийным руководством. Я понимаю, что главная категория, которой реально Вы служите, идеологическая категория, – это свобода, освобождение человека, Вы об этом сказали, но я не считаю, что у тех, кто называет себя либералами, есть монополия на эту категорию.

Д.Медведев: Абсолютно.

А.Исаев: В связи с этим я хотел бы задать вопрос: всё‑таки идеологические рамки «Единой России» как Вам видятся? Что нас объединяет, несмотря на различия, различные платформы, которые существуют, наше место в этом политическом спектре?

И тоже не могу удержаться от ещё одного провокационного вопроса. Вы очень хорошо Вашими политическими реформами и предложениями встряхнули страну, в хорошем смысле этого слова. Мы сейчас остановимся или будем продолжать?

Д.Медведев: Спасибо. Я так понимаю, что наш с вами коллега имел в виду, наверное, практически следующее: что Исаеву места не будет, а вот для него место освободится.

Я так же, как и Вы, в целом не разделяю концепции того, что нынешние политические партии – это машины для голосования, а идеология умерла. Если бы это было так, то тогда бы не сработал тот пример, о котором я только что сказал: пример с коммунистами. У них‑то совсем ортодоксальная в политическом смысле идеология, и у них есть приверженцы. Ведь они за них голосуют не потому, что им Зюганов симпатичен или ещё кто‑то, а потому что они считают, что это их ценности. Это нормально абсолютно.

Да, есть своеобразные страны типа Америки. Но Америка – всё‑таки в этом смысле отдельное государство, хотя считать, что между демократами и республиканцами нет идеологических различий, было бы нелепо. Они есть! И на самом деле большинство людей, которые там всегда голосуют за республиканцев, никогда не будут голосовать за демократов. Но там это всё, может быть, в более снятом виде существует. У нас страна очень сложная, с большим количеством проблем. У нас, вы знаете, всего хватает, к сожалению: и хорошего, и плохого. У нас бедность большая, пока ещё у нас демографические проблемы, у нас безработица, ну и другие вещи. Поэтому наша политическая жизнь всегда будет, во всяком случае, в ближайшее десятилетие, на мой взгляд, более идеологической, чем даже жизнь в Западной Европе. Идеология никуда не уходит.

Теперь в отношении идеологической основы «Единой России». Думаю, что мы должны стоять на разумных началах. Ни в коем случае нельзя лепить никаких ярлыков. Ни у каких либералов нет монополии на свободу. Очень часто и мне говорили: «Вы же либерал». Я могу вам сказать откровенно: я никогда по своим убеждениям не был либералом. По своим убеждениям, да, я человек с консервативными ценностями, это так. Но если говорить о европейской системе координат, то мои ценности очень далеко стоят от либеральных. Это первое. Но это я о себе говорю.

Теперь – об идеологической платформе самой «Единой России». Мне кажется, мы должны сделать так, чтобы наша идеологическая платформа, с одной стороны, не была аморфной, иначе за нами люди не пойдут, но, с другой стороны, она была бы понятна как можно большему количеству людей. Я почему и сказал: в чём природа будущего «Единой России»? Только в одном: мы должны создать такой набор ценностей, который как магнит будет притягивать к себе максимальное число людей. Это, безусловно, ценности социального государства. Но у нас в Конституции это написано. Мы можем проводить очень жёсткий рыночный курс, очень жёсткий, заниматься приватизацией, принимать другие решения. И в то же время это ни в коей мере не противоречит идее социального государства. Это абсолютно соединимые вещи. Это первое.

Мы как ведущая политическая сила должны быть так настроены, чтобы сохранять гражданский мир, потому что мы за него отвечаем. Мы не можем наплевательски относиться к настроениям других людей. Но мы – нормальная политическая сила, и мы будем всегда бороться за большинство.

Второе. Внутри «Единой России», конечно, должны быть представители людей, у которых несколько разные впечатления от того, как развивать страну, иначе мы просто заглохнем. Коммунистическая партия из‑за этого и развалилась в какой‑то период – я имею в виду КПСС, – когда всех пытались построить под одну гребёнку. Но ни в коем случае нельзя допустить раскола – это другая опасность. Поэтому консервативные ценности, ценности социального государства, то, что называется позицией центра, на мой взгляд, определяли и будут определять лицо «Единой России», кто бы ни стоял во главе нашей партии. Это абсолютно очевидно. Мы не можем превратить нашу партию в маргинальную, в сектантскую группировку, даже если это нравится каким‑то лидерам.

А.Хинштейн: Дмитрий Анатольевич, хотел бы продолжить поднятую Вами тему обновления партии, потому что считаю её очень важной, и хотел бы задать Вам следующий вопрос. Ваш президентский срок был ознаменован борьбой с коррупцией, которую Вы вывели в число одного из важнейших национальных приоритетов, и это действительно очень серьёзный вклад в будущность нашего государства. Но совершенно очевидно, что «Единая Россия» как партия, считавшаяся партией власти, переживает те же процессы, которые переживает любое системообразующее явление.

Вы говорили сегодня о тех проблемах, которые есть у нас в регионах, о начальниках, которые нередко у нас, увы, бронзовеют, говорили о ситуации и приводили в пример Ярославль, наверное, мы можем привести и другие примеры. Можем ли мы ожидать, что с Вашим приходом к руководству партии, какие‑то более системные очистительные процессы внутри действительно начнутся? Очень часто, особенно это во время предвыборной кампании сказалось, когда ты выходишь на дебаты, когда ты беседуешь с оппонентами, когда ты встречаешься с людьми, они задают тебе вопрос, они говорят: «Вот смотрите, у вас там он молодец, он молодец, она, она, но вот у вас есть, например, такие…» Я не буду сейчас конкретизировать, но мы понимаем, что в каждом регионе, к сожалению, эти проблемы есть. Мне кажется, что всё‑таки пришла пора, мы встали сегодня на ноги, мы не боимся сегодня критики, мы сегодня выходим на совершенно новый этап своего развития, потому что это и предложения по альтернативному выбору секретарей региональных политсоветов, это инициированные Вами изменения в законодательство, возвращение одномандатных округов, прямых выборов губернаторов и так далее, нет смысла перечислять. Совершенно очевидно, что эти процессы обновления и очищения, наверное, на мой взгляд, должны всё‑таки коснуться и нашей партии. По крайней мере, мне бы лично на это очень хотелось надеяться. Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Спасибо большое.

В принципе я с этим полностью согласен. Мы должны сделать всё, чтобы партия получила механизм самоочищения. Численность партии – очень важный показатель. То, что нас два миллиона, а не 150 тысяч, – это хорошо, но это не значит, что нужно во что бы то ни стало держать два миллиона. Нам нужны боеспособные штыки, а не просто те, кто получил партийные документы по карьерным соображениям. И, более того, в ряде случаев даже для того, чтобы партия получила заряд популярности вот от таких партийных руководителей нужно освобождаться. Вообще к людям нужно относиться бережно, это вне всякого сомнения. Но очень много примеров, когда очевидно, что люди ничего для партии не делают, что они просто вступили в партию для того, чтобы занять ту или иную позицию, это дискредитирует партию, это создаёт известное, так сказать, определение. Нам нужно от таких людей просто уходить, это нормально.

Теперь в отношении борьбы с коррупцией. Мы все вместе этим занимались: я занимался как Президент, вы занимались как депутаты Государственной думы, как руководители регионов. Я не могу сказать, что мы сверхъестественно преуспели. Но вот, честное слово, мне не стыдно смотреть в глаза людям, которые задают эти вопросы. Ну хорошо, а они‑то что сделали, вот те, допустим, кто постоянно нас полоскают, говорят о том, что мы что‑то не доделали, что мы остановились на полпути, что мы какими‑то полумерами ограничиваемся. Но они‑то ведь ничего не сделали! Писать в блогах, обличая какого‑то человека (ещё нужно, кстати, доказать, что он коррупционер), гораздо проще, чем реально проводить решения: голосовать за законы, принимать кадровые решения. Поэтому, конечно, ничего из этого не должно остановиться.

Мы должны обязательно двигаться по этому самому пути. Но в то же время мы должны понимать, что «Единой России» до тех пор, пока она не отдаст командных высот, а я надеюсь, что это в ближайшие годы, в обозримой перспективе не произойдёт, будет всегда труднее защищаться. Вы сами это знаете, потому что вы участвовали в дебатах: всегда о партии, которая стоит у власти, говорят: «Но она же погрязла в коррупции, вы посмотрите, что делает один, другой, посмотрите на дворцы, на замки, посмотрите на то, что они туда летали, сюда летали». Это естественно. Если кто‑то другой придёт к власти, то же самое будет делаться по соответствующей политической силе. Но мы этого допустить не должны. Мы должны научиться просто правильно отвечать на критику и освобождаться от тех, кто себя дискредитировал. Это так.

В.Трапезников: Дмитрий Анатольевич! Трапезников Валерий Владимирович, член партии с первого дня. Как Вы сказали, умею руководить площадями, умею бороться за голоса на площадях. Хотел бы вопрос и предложение.

Первое. Я проанализировал состав Генерального совета, региональных политсоветов. К сожалению, там нет рядовых членов партии, которые пашут и пашут. Я, предположим, уже много лет, 10 лет, единственный рабочий в политсовете Пермского края, хотя мне помогают рабочие-активисты, члены партии. Они правильно говорят: там одни губернаторы, одни чиновники. Какой же она будет пользоваться популярностью, куда все губернаторы вступили по команде? Это неправильно. Ведь опора партии – это избиратели, независимо от социальных групп. Я считаю, что в будущем на съезде надо посмотреть, именно давать какую‑то квоту – не искусственную квоту, а, как правильно Вы сказали, на праймериз побеждать и становиться членом политсовета, членом Генерального совета.

Второе предложение. Я был категорически против линии партии, когда она отменила фиксированные членские взносы, потому что нам иногда говорят: «Вы пользуетесь бюджетными деньгами и так далее». Если взносы будут платить губернаторы, токарь Трапезников, это будет прекрасно. Тогда мы можем сказать: «Господа, мы платим взносы. Но на эти взносы мы и существуем». То есть у меня предложение на съезде партии обязательно вернуться к этому.

И ещё. Каждый член партии должен отчитываться в конкретном регионе. Если тебя избрали членом Генерального совета, тебе дают регионы, ты приезжаешь [и рассказываешь], что ты сделал?

У меня такие предложения, Дмитрий Анатольевич. Но Вы мне уже начинаете нравиться жёстко, конкретно как лидер партии. В этом отношении Вы находите во мне сторонника. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое.

Вы знаете, у меня просто нет никаких даже аргументов возражать против того, что Вы говорите по всем трём позициям. И Вы абсолютно чётко это аргументируете.

Насчёт взносов нужно будет объяснить нашим людям, потому что далеко не все любят платить свои деньги. Но в принципе это правильно: деньги дисциплинируют. Знаете, есть ещё и просто человеческое мышление: когда ты за что‑то заплатил, ты за это будешь бороться. Это так, ничего с этим не поделать.

Ну а про другие принципы, я абсолютно согласен, и, конечно, рядовые члены партии и люди, которые не занимают начальственных позиций, обязательно должны быть в высших органах партии, потому что в противном случае будут всегда говорить, что это партия, в которой только начальники и чиновники.

Ф.Мухаметшин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич. Фарид Мухаметшин, секретарь татарстанского регионального отделения партии.

Вы хорошо знаете нашу республику. Думаю, нас немало, таких региональных отделений, которые с самого начала поддержали Ваши новации о многопартийности, реальной борьбе, о выборах губернаторов. Законодательные инициативы, которые проходили от Вас в Государственной Думе, сейчас получились в виде законов. Наша партийная организация, я её считаю достаточно успешной, поскольку последние 10 лет практически «Единая Россия» в Татарстане успешно конкурировала со многими политическими силами на местных выборах, на региональных выборах, выборах в Госдуму, Президента Российской Федерации, от 71 до 81 и более процентов, как правило, регулярно.

Новые изменения сейчас грядут, выборы губернаторов осенью в ряде субъектов, в законодательные органы. На Ваш взгляд, какую‑то тактику и стратегию надо ли менять региональным отделениям? Что привнести туда для того, чтобы усилить Вашу позицию, как будущего лидера нашей партии, и подставить под это региональное плечо, конкретное плечо людей, которые работают непосредственно там?

Если можно, одно предложение, можете не отвечать на него, но перед съездом хочу просто обратиться для обсуждения. Есть один вопрос. Нормой в Уставе записано, что каждые два года проводится ротация секретарей первичных политсоветов местных, региональных. Ситуация такая, я говорю про Татарстан, Сергей Иванович. У нас сегодня сложился достаточно эффективный корпус секретарей на первичном звене, самом трудном звене, местном уровне в городах и районах республики. Они, как правило, будучи лидерами партийных организаций, одновременно являются руководителями фракций в этих советах. Нельзя ли изменить эту норму хотя бы на период избрания депутатом этого совета, а не так: только избрался, а у него срок подошёл – меняй его. На первичном звене в Татарстане осенью этого года надо 70 процентов секретарей первичных организаций поменять по этой норме. Найдём, наверное, но, знаете, они должны, как мне кажется, работать вместе, согласованно со сроком выборности в свои депутатские органы.

Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо большое.

Во‑первых, по тому вопросу, который прозвучал, у меня пока нет ни окончательно устоявшейся позиции, ни даже морального права что‑то советовать. Тем не менее я всё‑таки выскажусь.

Мне кажется, что сама по себе ротация – прекрасная штука, и она должна обязательно быть, иначе просто омертвляется всё. С другой стороны, мы с вами понимаем, если ротация бьёт по интересам партии, то зачем нам нужна такая ротация? Вот как совместить оба эти начала – это самый тонкий момент. Когда речь идёт о высших структурах, то, я считаю, как раз ротация должна быть обязательно заложена, просто для того, чтобы всё время была свежая кровь. Если говорить о первичных организациях, это могут быть совсем небольшие первичные организации, где и народу‑то немного, и вожаков‑то, откровенно говоря, немного. Надо просто подумать, как поступить.

Что же касается выборов. Мы все понимаем, мы вступили уже в совершенно новую, сложную систему выборных кампаний. У нас есть навыки, и есть технологии, которые были апробированы за последние годы. Это неплохие навыки. И если говорить по‑честному, это нормальные, откровенные, честные технологии. Мы никогда никому не предлагали кота в мешке, мы предъявляли, что называется, товар лицом. Мы поступали честно. Но этого недостаточно. И я последние как раз 40 или 50 минут, пока стою перед вами, об этом говорю. Мне кажется, что, может быть, самое главное – это всё‑таки прямой контакт с людьми. Это самое главное.

Ещё раз говорю, я очень люблю интернет, но и другие возможности есть. Есть телевизор, который помогает партии, потому что действительно у нас много сторонников, много членов партии, много руководителей на партийных постах, они могут выступать, доносить свою позицию. Но прямой контакт – ведь, понимаете, люди наши в этом смысле очень благодарны. Вы сами отлично знаете и по опыту работы в Татарстане, и другие коллеги знают: если какой‑либо руководитель вышел пообщаться с людьми, о чём‑то договорился, а ещё лучше быстро сделал что‑то, решил, его цена возрастает просто стократ. А человек, который красиво сидит за столом перед телекамерой и вещает, и даже если в конце концов действительно появляются новые точки роста, как принято говорить, появляются новые объекты, ценность другая.

Недаром во всём мире принято, чтобы партия проводила мероприятия с людьми. И вот этими технологиями, если так, по‑честному, нам ещё только предстоит овладеть. Многие и так эти технологии и возможности используют. Но в ряде случаев всё‑таки у нас очень большой разрыв между нашими реальными возможностями и теми людьми, которым, собственно, и призвана служить партия и вообще вся государственная система.

Могу сказать лишь последнее. Обычно успешны те губернаторы, те руководители субъектов Федерации, республик, которые проводят очень много времени в глубинке, ездят сами, общаются с нашими людьми. Люди им за это благодарны всегда.

С.Орлова: Дмитрий Анатольевич, полностью согласна: ничего не заменит наш народ, контакт с людьми. Даже сам там получаешь драйв, когда встречаешься.

Д.Медведев: Так и есть.

С.Орлова: А когда ещё решаешь, люди настолько благодарны. Полностью Вас в этом поддерживаю.

Но такой момент ключевой. И Вы сами лично для этого много сделали: новая экономика, экономика знаний, модернизации, инновации. Как, на Ваш взгляд, будет перестраиваться партия в этом вопросе? Без ноу-хау, без суперпрофессионализма мы не сможем достичь многого. Может быть, это будет базовый закон об инновациях, который мы не приняли пока с Вами, а приняли ряд серьёзных вещей: налоговые и другие вещи. Может быть, мы через эти все вещи как‑то поработаем. Но вот модернизация, инновация и такая Ваша последовательность, я бы сказала, в этом вопросе, вот как, на ваш взгляд, Вы бы предложили, и как Вы считаете, что мы должны сделать?

Д.Медведев: Спасибо.

Я все эти годы, во всяком случае, последние четыре года старался работать именно над тем, чтобы продвигать курс обновления нашей экономики, её диверсификации, инновационного развития. Вы знаете, мне кажется, нам ни в коем случае нельзя терять этот флаг, потому что тот, кто его подхватывает, и есть современный человек, современный – в хорошем смысле этого слова. К этому и молодёжь стремится, и люди более зрелые понимают, что без обновления структуры экономики, с упором только на углеводороды у нас нет будущего.

Поэтому, мне кажется, мы можем сделать тему модернизации, создания инновационной экономики одной из ключевых партийных тем. Да она уже и так является одной из ключевых партийных тем, вы же меня и до этого поддерживали в качестве Президента, который этот курс формировал. Но мне кажется, что это позволяет нам ещё создавать более плотный контакт с большим количеством молодых людей, если хотите, вербовать новых сторонников из числа тех, кто видит развитие страны в инновационном характере нашей экономики.

У нас не всё пока получается, мягко говоря, у нас очень много проблем, и вы знаете о них. Но тем не менее всё‑таки никто не сможет отрицать того, что мы стали и деньги довольно значительные выделять на развитие науки, на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, кадры появились молодые, появились инструменты и есть достижения. Практически в каждом регионе, куда бы я ни приезжал, все мне говорят: «Пойдёмте, покажем Вам, у нас есть хороший инновационный центр». И это не просто здание из стекла и бетона – там реально сидят люди умные, что‑то там придумывают, пытаются коммерциализировать это, продавать, потому это просто должна быть одна из составляющих партийного курса.

О.Морозов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Отдельное Вам спасибо за Ваш социальный консерватизм, который Вы сегодня так чётко обозначили. И когда в своё время Вы сказали, что свобода лучше, чем несвобода, я понял, что я Ваш единомышленник и что Вы – не либерал. Потому что Вы бы в противном случае сказали: свобода превыше всего, если бы были либералом, или бы Вы сказали, что свобода вторична по отношению к справедливости и равноправию. Тогда Вы бы были левым. А Вы сказали ровно то, что ставит Вас в политический центр.

А теперь про драйв и про вопрос. Мы с Артуром Николаевичем [Чилингаровым], по‑моему, двое здесь, кто 18 лет в парламенте, и мы помним парламент, в котором не было парламентского большинства, и это была война всех против всех.

Д.Медведев: Это даже я помню.

О.Морозов: Это была война всех против всех: Президента, Правительства, парламента.

Д.Медведев: Абсолютно.

О.Морозов: Но хуже другое. Это была ситуация, когда никто (ни сами парламентарии, ни люди) не представлял, кто и как принимает решения в парламенте, почему голосуют так или иначе, почему кто‑то ночью с кем‑то договорился, а коалиции – для того, чтобы проголосовать.

Так вот мы победили на выборах 4 декабря и вновь стали партией парламентского большинства под Вашим руководством, Вы вели наш список. Я считаю, искренне считаю, что наличие парламентского большинства – это самостоятельная политическая ценность.

Д.Медведев: Конечно!

О.Морозов: Это парламентская гарантия прочности политической системы.

Так вот теперь вопрос. Наши оппоненты, хитрые оппоненты, разделяют Ваш тезис о том, что «Единая Россия» остаётся ведущей силой, но они под это подкладывают обманку. Они говорят: «Да, конечно, они мощные и сильные, но они никогда больше не будут партией парламентского большинства, и они даже такой цели перед собой не ставят, они уже снижают от выборов к выборам своё присутствие в парламенте, и пик – это была эта избирательная кампания». Мой вопрос в чём? Считаете ли Вы (надеюсь, что да), что наличие парламентского большинства – это самостоятельная ценность нашей политической системы?

И второе. Мы будем с Вами за это бороться?

Д.Медведев: Спасибо большое.

Дорогие друзья, я думаю, что вы не ожидаете от меня иного ответа, как то, что любая политическая сила должна всеми возможностями стремиться к большинству. Не стесняться этого, стыдливо говоря: «Ну, вот мы как‑то тут получили большинство, но нам это не надо, мы готовы поделиться, если что, забирайте у нас комитеты». И так далее. Да, нам нужен конкурентоспособный парламент. Мы как ведущая политическая сила должны быть так настроены, чтобы сохранять гражданский мир, потому что мы за него отвечаем.

Мы не должны просто с горы на всех смотреть, говорить, что мы сами всех рассудим и так далее. Мы отвечаем за ситуацию в стране, это очевидно. В этом смысле мы не можем наплевательски относиться к настроениям других людей. Это так. Но мы – нормальная политическая сила, и мы, конечно, и сейчас, и в будущем будем всегда бороться за большинство, иного просто не дано, иначе можно проиграть, «слить» абсолютно всё, если поставить перед собой не амбициозную цель.

Да даже если бы, уважаемые коллеги, мы сейчас с вами сидели на встрече партии, которая имеет 5 процентов и у которой нет никаких шансов получить когда‑нибудь 50 процентов, она бы всё равно ставила такую цель, говорила, что мы победим, мы добьёмся большинства, не сомневайтесь. Только в этом случае можно убеждать людей, это очевидно абсолютно. И я надеюсь, что никто из здесь присутствующих никогда ничего другого не скажет. Нечего стесняться! Нечего стесняться ни партийной принадлежности, ни того, что мы имеем большинство, иначе потеряем, потеряем всё.

Спасибо за поддержку.

Коллеги, я готов дать вам слово, но через семь минут у меня встреча с китайским коллегой. Я дам вам слово, но я вынужден буду отвечать по 30 секунд.

Реплика: А либералам?

Д.Медведев: И либералам. (Смех.)

А.Аршинова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, спасибо за возможность с Вами встретиться. Много раз сегодня вспоминали уже молодёжь. Меня зовут Алёна Аршинова, я являюсь сопредседателем «Молодой гвардии Единой России», собственно, представляю здесь молодёжное крыло партии.

За последние 5 лет «Молодая гвардия» усилилась и стала основной поддержкой и опорой партии «Единая Россия». И уже успешные руководители «Единой России», сегодня мы видим это, – выходцы из «Молодой гвардии». В том числе и мне моя организация «Молодая гвардия» дала возможность проявить себя и стать депутатом Государственной Думы, за что я буду всю жизнь благодарна своей организации и партии «Единая Россия».

Хотела спросить, как Вы видите участие молодёжи в деятельности нашей партии?

Хотела бы также попросить Вас дать основной месседж молодёжи, который мы могли бы транслировать в молодёжной среде. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Я отвечу совсем кратко, вы – это будущее партии. Этим всё объясняется.

Пожалуйста.

Ю.Шувалов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Для нас сегодня очень важный день. Он важный ещё и потому, что сегодня День российской демократии: 106 лет назад начала работать первая Дума.

Д.Медведев: Да, кстати.

Ю.Шувалов: И с неё началась российская демократия.

Д.Медведев: Вы сказали правду.

Ю.Шувалов: Но сегодня ещё и день преображения партии, потому что мы говорим о новых задачах на основе консервативной идеи, на основе базовых ценностей. Для тех, кто занимался в клубах, а я координировал эту работу в партии, это очень важно. И мы понимаем, что работа шла не зря. И я понимаю, что сейчас очень важно для нас также работать с единомышленниками, потому что, заявив о базовых ценностях, на партию обратят внимание многие люди, которые связаны с церковью, с мусульманскими организациями, с сельским хозяйством, с малым бизнесом, с местным самоуправлением, но те, которые к партии относятся пока неоднозначно. Получить доверие у них, мне кажется, возможно, если мы создадим общественные организации единомышленников партии. Вот такие форматы существуют в развитых демократиях. Как Вы относитесь к этой идее?

Д.Медведев: Абсолютно позитивно.

И просто в продолжение того, о чём мы говорили. Мы не должны стесняться предъявлять свои идеологические установки. Только в этом случае у нас есть будущее. Но они должны быть такими, чтобы они в максимальной степени нас консолидировали, консолидировали, например, Исаева и Макарова.

А.Чеснаков: Дмитрий Анатольевич, я быстро. Хотелось бы продолжить тему, которую Валерий Трапезников поднял.

Вопрос в чём? Конечно, люди будут приходить и в высшие органы партии, в те органы, которые избираются. Но чем они там будут заниматься? Это тоже важный вопрос. Потому что у нас сложилась ситуация, при которой часто партия, парламентская фракция отдаёт на откуп исполнительной власти решение важнейших вопросов. И потом получается, что люди не знают, чем партия занимается на местах. Это очень важно, поскольку необходимо брать на себя инициативу идти в народ, а рассказать‑то этим людям часто нечего. Как Вы видите это взаимоотношение между политическими органами, функционерами партии и её представителями? Спасибо.

Д.Медведев: Очень полезное, кстати, выступление, вопрос у Вас правильный. Для нас должны быть дороги и те партийцы, которые не находятся на государственных должностях, и те члены партии и сторонники партии, которые, естественно, являются государственными служащими, занимают высокие государственные позиции. И очень важно, чтобы результат работы могли предъявить не только начальники, которые говорят: «Мы проголосовали за закон», или: «Я подписал указ какой‑то», – но и те, кто на своём горбу, простите, проходил какие‑то кабинеты, какие‑то решения проталкивал. Надо обязательно подумать, каким образом совместить эти принципы.

Конечно, мы не можем вернуться в советские времена, когда партийная и государственная машины представляли собой одно и то же. Это неправильно. Но, с другой стороны, отдача, влияние собственно партийного аппарата должна быть больше, иначе мы просто не сможем объяснить людям, зачем им вступать в партию. Потому что, если каждому говорить: «Слушай, иди в партию, министром будешь», или: «Ты губернатором будешь», – у нас нет такого количества министров и губернаторов или замминистров. Но у нас есть огромное количество мест, где должны работать честные, открытые и неравнодушные члены партии «Единая Россия».

В.Мединский: Я без микрофона, я вопрос задавать не буду, потому что времени нет, письменно Вам напишу всё. У меня был вопрос по поводу российской истории. Я бы просил Вас просто на посту руководителя идеологического института, партии и, я надеюсь, премьерском посту руководствоваться отношением к истории так, как Вы сформулировали. Я на одну из своих книг просто поместил цитату, крайне остроумное и точное отношение к истории и к мифотворчеству. С Вашего позволения я Вам эту книгу подарю с Вашей собственной цитатой.

Д.Медведев: Спасибо большое.

Спасибо и за цитату, и за отношение к истории, потому что без истории нет никаких перспектив, нет будущего, мы её очень любим.

И.Яровая: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, тем более я думаю, что для Камчатки особенный праздник, потому что, как Вы помните, Вы передали нам свой мандат.

Д.Медведев: Помню.

И.Яровая: То, что Вы становитесь лидером партии, я думаю, что для «Единой России» и на Камчатке это особый праздник.

А вопрос короткий. Вы инициатор создания «Большого правительства». Интересный, успешный проект, экспертная площадка. Но, поверьте, у партии были клубы (сейчас платформы) патриотические, либеральные, социальные, очень живые, креативные, и они представляют всю страну. Готовы ли Вы работать с платформами, и, может быть, мы продумаем какой‑то постоянный механизм такой работы, это первое. И, надеюсь, если готовы, первым сделать всё‑таки обсуждение вопроса нравственности и патриотизма. Самый высокий запрос в обществе сегодня на эти ценности. И если мы с Вами найдём ответы, как должна реализовываться государственная политика в этих вопросах, я думаю, мы победим.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое.

Конечно, я готов работать и на существующих площадках, и платформах. Более того, я предлагаю простую вещь: если я буду работать в Правительстве, я, естественно, буду внедрять принципы «Открытого правительства». Но мы можем параллельно использовать и партийные платформы, и партийные площадки, тем более что мне‑то это делать будет проще, если я буду внутри партии. Никто меня не упрекнёт, не скажет: «Знаешь, а чего‑то ты туда полез? Государственными делами занимайся».

Я закругляю тему. Почему очень важно, чтобы Председатель Правительства возглавлял партию или был в одном из центральных органов партии (не знаю, как будет в будущем, лучше, чтобы возглавлял)? Просто потому, что тогда он может пользоваться всеми возможностями, и государственными, и политическими, включая партийные, и ему за это не будет стыдно, он не должен оправдываться за это. Вот это очень важно на будущее.

А.Макаров: Дмитрий Анатольевич, Вы знаете, просто исключительно страх заставил меня попробовать задать вопрос, и, кстати, именно страх заставил меня отказаться от вопроса. Я просто хотел бы сказать, что я всё‑таки либерал, хотя сейчас Исаев толкал меня в бок, говорит: «Ты лучше не признавайся».

Честно говоря, Вы знаете, на самом деле главные слова, которые Вы в своё время произнесли, это всё‑таки, что главное в нашей жизни – это свобода и справедливость. И мне кажется, что объединение свободы и справедливости – это главное. Но поскольку, как Вы знаете, нам, либералам, намного сложнее договариваться между собой, чем мне, скажем, договориться с Исаевым, я Вас умоляю, дайте возможность задать вопрос руководителю либералов «Единой России» Плигину, иначе меня расстреляют либералы. (Смех.)

Д.Медведев: Красивая подача, я не знаю, заранее заготовленная или нет, но красивая. Пожалуйста.

В.Плигин: Дмитрий Анатольевич, я действительно не собирался задавать вопрос, но после выступления Олега Морозова мне стало тоже так не очень приятно. Очень важно не похоронить либеральную идею, поэтому я бы просил у Вас, если найдётся возможность, как‑то отдельно поговорить о либеральной и либерально-консервативной составляющей в работе партии «Единая Россия». Почему? Потому что, если мы не сохраним либерально-консервативный и либеральный подход, это будет исключительно левая идеология. Для нас очень важно сохранить и правую тоже. Спасибо.

Д.Медведев: Согласен.

Я полностью поддерживаю и то, что Вы говорили, и то, что говорили коллеги, которые представляют более левый спектр мнений в «Единой России».

Понимаете, мы всё‑таки говорили о важности идеологии. Но сейчас, в завершение разговора, я предлагаю вернуться на нашу грешную землю и задаться простым вопросом: мы ради чего всё это делаем? У нас с вами политклуб? Нет. У нас с вами – политическая сила, для того чтобы держать власть и для того чтобы решать государственные задачи.

Внутри мы договоримся. По 90 процентам позиций мы же всё равно едины, это очевидно. Есть нюансы, это хорошо. Даже если бы у нас не было внутренних платформ, их нужно было бы придумать. Это и есть драйв развития. Поэтому я очень рад, что у нас в «Единой России» есть представители как условно либерального направления, так и условно социал-демократического направления, потому что все мы – консерваторы.

Уважаемые коллеги! Спасибо вам большое за добрые слова, за то предложение, которое вы сделали. Мы ещё неоднократно увидимся и до съезда на разных площадках, в разных форматах.

Я всем желаю только одного сейчас: хороших майских праздников. И встретимся на демонстрации.

Счастливо.