Вступительное слово на заседании Совета при Президенте по науке, технологиям и образованию

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги, члены Совета!

Сегодня здесь, в Зеленограде, – думаю, многие из Вас раньше познакомились – я раньше здесь был и сегодня еще раз познакомился с работой предприятия «Микрон». Здесь организовано современное инновационное производство. Не скрою, было приятно посмотреть. Часто видел подобное за границей, а сегодня убедился, что и у нас наконец начали делать вещи, которые являются передовыми в мире, которые являются достаточно высококапиталоемкими, непростыми для организации работы, требующими большой квалификации. И все это есть, все это эффективно наращивается, все это функционирует.

Наше выездное заседание посвящено именно тому комплексу вопросов, на который мы здесь сегодня смогли посмотреть, с которым смогли познакомиться. Фактически речь пойдет об интеграции возможностей образования, науки и бизнеса для целей технологического перевооружения национальной экономики.

Напомню, что в Послании этого года очень подробно говорилось о проблемах инновационного развития и давно назревшего перевооружения промышленности. Ситуация здесь была и продолжает оставаться острой, несмотря на то, что многое уже сделано.

Уровень инновационной активности российских предприятий, к сожалению, все‑таки оставляет желать лучшего. Так, на исследования и разработки они в среднем расходуют менее одного процента стоимости выпускаемой продукции.

По‑прежнему на НИОКР и науку в целом главным образом идут бюджетные деньги, тогда как в большинстве государств ситуация прямо противоположная: там первую скрипку в финансировании исследований играет негосударственный сектор.

Показательна и структура затрат отечественных компаний на инновации. У нас прежде всего приобретаются не технологии, а машины и оборудование, что составляет 60процентов затрат. И приобретаются они исходя из принципа так называемой текущей достаточности на краткосрочную перспективу. Закупается, как правило, морально устаревшее оборудование, техника предыдущих поколений. На новые же технологии, лицензии и патенты тратится меньше двух процентов средств. Это не имеет отношения к Зеленограду и к тому, что я сейчас видел – здесь как раз, слава Богу, наоборот. Здесь как раз государственного участия почти нет, нет или очень мало государственных заказов, все делается за собственные средства. Но я сейчас говорю об общей картине, которую мы наблюдаем в экономике.

В этой связи хотел бы отметить важный момент. Сегодня экономическая ситуация в России принципиально иная, чем была еще несколько лет назад. У нас появились сильные конкурентоспособные предприятия и финансовые группы мирового уровня. По объему инвестиций Россия выходит на одно из ведущих мест в мире.

Прорабатывается целый ряд крупных инфраструктурных и инвестиционных проектов. Реализуются программы технико-технологического перевооружения предприятий – и прежде всего в электроэнергетике, нефтегазовом комплексе, на транспорте, в оборонно-промышленных отраслях.

Полагаю, что в этой ситуации мы должны создать все политические, экономические, административные условия, чтобы такой громадный инновационный, инвестиционный потенциал в конечном итоге конвертировался в технологическое обновление отечественной промышленности.

Какие организационно-правовые меры надо принять для массового роста инноваций? И что пока мешает достичь здесь действительно прорывных изменений?

Думаю, было бы ошибочно обвинять наш бизнес в консерватизме и недальновидности, равно как и сетовать на недостатки одной лишь отечественной науки.

В предпринимательской среде пока не так широко, как хотелось бы, это действительно нужно признать, распространена так называемая инновационная психология. Но с другой стороны, даже при самом большом стремлении к инновациям бизнесу в нашей стране подчас некуда идти со своими деньгами. Нет налаженных центров поставки научной информации, отсутствует и комплексная система организации прикладных исследований, трансферта технологий.

При этом налоговая система все еще не стимулирует производство с высокой добавленной стоимостью. Льготы для НИОКР практически отсутствуют. Правда, сейчас идут предложения, и в Думе кое‑что находится, внедряются новые механизмы в [технико-внедренческих] зонах. Между тем пока это в полную меру не заработало.

Очевидно, что мы имеем дело с системной проблемой, с разрывом единого инновационного цикла – от подготовки кадров для исследовательской деятельности до внедрения в производство новых технологий. Наука, образование и промышленность в значительной степени развиваются у нас сами по себе. И такая отчужденность ведет к размыванию конкурентного потенциала каждой из этих сфер.

Представители ведущих вузов страны у нас много говорили о необходимости выделить несколько крупнейших вызов, придать им особый статус. В Правительстве есть разные мнения по этому поводу, есть за и против. Между тем в некоторых весьма развитых странах такие решения принимаются. Но один из критериев – это участие того или иного вуза в научной работе, наличие так называемых кластеров. То есть там просто на старом бренде не выедешь.

Хотел бы отметить: чтобы мотивировать бизнес к инновациям, необходимо создавать адекватные правовые, экономические, налоговые механизмы, всячески содействовать развитию инновационной инфраструктуры.

Известно, что развитые страны мира осуществляют научно-исследовательскую деятельность в университетских центрах и в проектных лабораториях, специально созданных для решения задач технологического прорыва. И здесь партнерствуют не только бизнес и государство, но и особым образом взаимодействуют наука и образование.

Полагаю, что нам нужна серьезная ревизия системы финансирования и организации исследований. К примеру, в общем объеме исследований, ведущихся в России, доля российских университетов не превышает сейчас четырех процентов.

Нужны кардинальные изменения в организации экспертиз и распределения грантов, нужна реальная оценка сегодняшнего состояния кадрового потенциала.

И мы с вами понимаем, почему так произошло. Почему? Юрий Сергеевич [Осипов] и его коллеги по Академии знают. Государство концентрировало ресурсы в Академии и академических институтах, которые главным образом работали на «оборонку», а «оборонке» не нужны были серии – немножко производили, в небольшом количестве. Только вот сейчас коллеги, которые меня знакомили с предприятием [«Микрон»], рассказывали. Я им говорю: «Оборонка» у вас все съест». – «Нет, «оборонка» возьмет всего немножко». Нужно серийное производство. Для этого нужно, чтобы продукция была востребована экономикой. Нужно осваивать рынки и завоевывать внутренний рынок.

Необходимы эффективные механизмы софинансирования бизнесом и государством новых лабораторий и исследовательских центров, работающих на ключевых направлениях технологического развития.

Эксперты полагают, что налоговые преференции для участников инновационной цепочки нужны. И, видимо, речь должна идти не только об отдельных льготах для НИОКР – необходимы такие подходы в налоговой политике, которые бы в целом стимулировали инновационную деятельность. Имею в виду систему взимания косвенных налогов. Только сейчас разговаривал с Министром финансов по этому вопросу, там прорабатываются эти проблемы, но нужно эффективнее внедрять.

Необходимо дальнейшее реформирование единого социального налога. Эти вопросы в ближайшее время необходимо детально проработать, довести до конца.

Подчеркну: здесь нужны абсолютно прозрачные модели, исключающие всякого рода «серые» схемы ухода от налогов под видом инновационной деятельности.

Далее. Все еще не получили достаточного развития институты венчурного финансирования. И сейчас надо определиться с критериями участия государства в финансировании рискованных и инновационных проектов. Однако в перспективе венчурные фонды следует формировать преимущественно на основе частных инвестиций.

Просил бы представителей бизнес-сообщества подробнее рассказать о том, что именно сдерживает становление современных финансово-экономических структур, обслуживающих инновационную среду.

И, наконец, еще одна проблема, о которой говорили неоднократно, – это качество и содержание образования. Пока еще сохраняется большой разрыв в связи учебных заведений с предприятиями и научными организациями. Стало проблемой организовать даже обычную производственную практику.

При этом само бизнес-сообщество тоже слабо подает сигналы образовательной среде, не выдвигает реальный запрос на инновационное обновление профессиональных образовательных стандартов.

Подчеркну: программы и методы подготовки, состояние материальной базы учебных заведений должны в полной мере соответствовать требованиям инновационной экономики и перспективам ее развития, и это огромное поле для совместной работы государства, бизнеса и научно-образовательного сообщества.

Уважаемые коллеги! Сегодня мы должны обменяемся мнениями по обозначенным проблемам. И рассчитываю, что по итогам выйдем на серьезные конкретные решения.

Благодарю за внимание.