VII Гайдаровский форум

Основная тема форума 2016 года – «Россия и мир: взгляд в будущее».

Гайдаровский форум – ежегодная международная научно-практическая конференция в области экономики. Форум проводится с 2010 года в память об учёном-экономисте, идеологе российских реформ начала 1990-х годов Егоре Гайдаре. Ведущее место в дискуссиях форума занимают темы, связанные с положением и стратегической ролью России в мире.

Целями форума являются привлечение ведущих мировых учёных и практиков к совместному обсуждению экономических и политических проблем; поддержание непрерывного экспертного диалога по ключевым политическим и экономическим вопросам; отражение основных трендов и ключевых событий национальной и глобальной экономики и политики; выработка стратегических предложений и рекомендаций по развитию российской экономики.

Организаторы Гайдаровского форума – Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, Институт экономической политики имени Е.Т.Гайдара и Фонд Егора Гайдара.

Выступление Дмитрия Медведева на пленарном заседании форума:

Добрый день, уважаемые коллеги, уважаемые дамы и господа! Рад приветствовать всех на VII Гайдаровском форуме. Мы традиционно встречаемся в начале года, чтобы обсудить наиболее острые вопросы глобального развития.

Конечно, у меня нет универсального средства от существующих в мировой и российской экономике в настоящий момент проблем, но как-то пытаться влиять на ситуацию, в том числе даже на рынок углеводородов, можно. Как? Для начала следует продлить трудовые отношения с ректором Российской академии народного хозяйства и госслужбы Владимиром Александровичем Мау. Я подписал распоряжение о продлении его полномочий на пять лет, с чем вас и поздравляю. Котировки нефти, может быть, сейчас чуть-чуть изменятся, будем следить за ними.

Коллеги!

Минувший год действительно был тяжёлым, может быть, самым тяжёлым за последнее десятилетие. Нашей экономике давно не приходилось сталкиваться с такими мощными, а главное, синхронными вызовами, как резкое падение цен на нефть, санкционное давление и наметившееся изменение всей парадигмы мировой экономики.

Ряд базовых принципов глобальной экономики и её ключевых институтов были нарушены, и нам ещё предстоит понять, было ли это временным сбоем системы или пора формулировать новые законы сосуществования.

Традиционные рецепты перестают работать, привычные институты регулирования дают сбой. Структурные проблемы стоят не только перед развивающимися странами, но и перед развитыми, не только перед сырьевыми державами, но и перед потребителями ресурсов. Яркий пример этому – рынок нефти, где по итогам 2015 года предложение опережает спрос, но при этом добыча продолжает расти. Традиционные механизмы координации ценовой политики, ну хотя бы в рамках ОПЕК, не восстанавливают баланс, и даже ситуация на Ближнем Востоке, которая ещё десятилетие назад оживляла нефтяной рынок, сейчас практически на него никак не повлияла.

Ситуацию усугубляет и то, что свои условия в экономике теперь жёстко диктуют политика и геостратегия. Сложившиеся правила игнорируются или переписываются, подчас из-за конъюнктурных соображений, как, например, это было сделано не так давно Международным валютным фондом по Украине.

Это также проявляется в вопросе экономических санкций в отношении нашей страны. Они провозглашаются отдельными странами, что в принципе радикальным образом подрывает авторитет рыночных институтов, например Всемирной торговой организации.

Д.Медведев: «В области социальной поддержки будем принимать самые энергичные меры, адекватные нынешней ситуации. В прошлом году мы предприняли ряд шагов в этом направлении, в частности, семьи с детьми получили право на единовременную выплату за счёт средств материнского капитала, были проиндексированы страховые пенсии».

Всё чаще политические мотивы вплетаются и в сферу конкуренции, например при введении штрафных санкций. Нередко этот инструмент используется против тех, кто не выполняет решения лишь одного из участников экономических процессов, пусть и самого крупного.

Есть и ещё один момент, я бы назвал его буквально ежесекундным проявлением глобализации, – когда экономические решения, принятые в отдельной стране, мгновенно сказываются на ситуации в других странах без всяких временных лагов, как это было раньше. Очевидно, что в сложившихся условиях крупнейшие участники мировой финансовой системы должны ответственнее подходить к выработке внутренних решений.

На этом новом мировом фоне обострились наши собственные структурные проблемы: очевидный дефицит источников экономического роста и экспортных доходов помимо сырьевого сектора.

Резонанс трудностей этого года привёл к сокращению объёмов производства, снижению деловой и инвестиционной активности, но самое главное (и самое серьёзное для нас) – к падению доходов людей.

Многие стали беднее, пострадал средний класс. Это, пожалуй, самые болезненные последствия экономических ударов прошлого года, ведь в последние 15 лет мы добились серьёзных успехов в борьбе с бедностью. Это была наша осознанная политика – работать в первую очередь на социальную сферу, на рост благосостояния, иногда даже в ущерб структурным преобразованиям, которые никогда и нигде не проходят безболезненно для людей. Реформа – это всегда больно, мы это хорошо знаем по 1990-м годам. На сверхдоходы от нефтяного сектора мы повышали зарплаты и пенсии, строили больницы и детские сады. Мы, конечно, проводили модернизацию, но не теми темпами, которые могли быть, если бы у нас не было таких социальных расходов. На протяжении всего предшествующего периода доходы людей увеличивались быстрее, чем рост экономики. Если хотите, рост благосостояния обгонял модернизацию. В итоге с начала 2000-х годов мы сократили масштабы бедности вдвое.

Сегодня всё стало труднее. Особенно серьёзно кризис ударил по социально уязвимым гражданам, по тем, кто может надеяться только на помощь государства.

Мы не будем призывать их набраться терпения и подождать, пока не начнётся экономическое оживление. Жизнь невозможно отложить до лучших времён. В области социальной поддержки будем принимать самые энергичные меры, адекватные нынешней ситуации.

В прошлом году мы предприняли ряд шагов в этом направлении, в частности, семьи с детьми получили, как известно, право на единовременную выплату за счёт средств материнского капитала, были проиндексированы страховые пенсии. В ближайшее время может потребоваться и ряд дополнительных мер социальной поддержки.

Мы продолжим заниматься рынком труда, прежде всего это касается помощи ключевым для регионов предприятиям и организациям в транспортной отрасли, в машиностроении, в жилищном строительстве, в автомобильной и лёгкой промышленности.

Эти и другие меры должны способствовать достижению одной из важнейших целей – переломить тенденцию падения уровня жизни людей. Но главный способ её достижения – добиться устойчивого роста экономики. Задача в сложившихся условиях сложная, но у нас никогда и не было лёгких задач. Достаточно вспомнить, с какими исходными данными мы начинали 2015 год: у нас были очереди в обменники, паника на рынках, самые мрачные прогнозы по росту безработицы. И были ещё известные обещания извне «порвать нашу экономику в клочья».

Д.Медведев: «Ситуация в экономике хоть и непростая, но управляемая. Нам удалось в определённой степени смягчить влияние внешних шоков, в том числе с помощью "антикризисного плана", в котором мы сосредоточили ресурсы на поддержку наиболее уязвимых точек как в экономике, так и в социальной сфере».

Этого не произошло – ситуация в экономике хоть и непростая, но управляемая. Нам удалось в определённой степени смягчить влияние внешних шоков, в том числе с помощью «антикризисного плана», в котором мы сосредоточили ресурсы на поддержку наиболее уязвимых точек как в экономике, так и в социальной сфере. Уже сейчас можно отметить сразу несколько позитивных тенденций, над закреплением которых мы будем работать и в этом году.

Первое. Россия входит в десятку стран с наименьшим государственным долгом и наибольшими золотовалютными резервами. Это во многом обеспечивает устойчивость нашей финансовой системы. В прошлом году, несмотря на колебания валютного курса и высокую инфляцию, рублёвые депозиты граждан и компаний росли. Бегства от рубля не произошло, почти в два раза снизился отток капитала.

Второе. Стабильно работает банковский сектор, Центральный банк проводит последовательную политику по его очищению. Это болезненный, конечно, процесс, прежде всего для клиентов закрывающихся банков, но иначе не обеспечить долгосрочную устойчивость банковской системы.

Сработали меры по докапитализации кредитных организаций – мы направили на это почти 1 трлн рублей. Постепенно восстанавливается кредитная активность, и отток вкладов сменился притоком. Рассчитываем, что банки смогут более интенсивно поддержать инвестиционные проекты в 2016 году. Но основной проблемой остаётся высокая процентная ставка, поэтому мы продолжим работать с таким механизмом, как её субсидирование. Также будет продолжен отбор для участия в программе поддержки инвестпроектов, реализуемых на основе проектного финансирования. Она позволяет организациям реального сектора получать кредиты на более приемлемых для них условиях.

Кроме того, предусмотрены определённые ресурсы на поддержку малого и среднего бизнеса, ведь малый бизнес – это рабочие места, обеспечение занятостью, особенно в этот непростой для экономики период. В том числе поэтому условия обложения единым налогом на вменённый доход для малого и среднего бизнеса на 2016 год останутся неизменными.

Но проблема дефицита длинных денег не сводится только к доступности банковского кредита. Не меньшую, если не большую, роль в усилении инвестиционной активности частного сектора может сыграть и финансовый рынок, прежде всего рынок корпоративных облигаций. Пока он в России развивается слабо. Вместе с Центральным банком Правительство разрабатывает предложения по его развитию. В частности, предполагается освободить от налогообложения купонный доход, в том числе от налога на доходы физических лиц. Инвесторы, включая и многих обычных людей, получат новый источник дохода, новый инструмент, чтобы зарабатывать.

Третье. Мы сохранили основу макроэкономической стабильности. Накопленные ранее резервы позволили сбалансировать федеральный бюджет на текущий год, но если цены на нефть и дальше будут падать, то параметры бюджета потребуют уточнения, это нужно понимать. Нужно приготовиться к худшему сценарию, как это делают и в других странах. В конце года мы обсуждали это с моими коллегами по Правительству, были даны поручения. Основной вопрос сейчас – это выбор наиболее эффективной формы оптимизации бюджета.

Базовый принцип нашей политики должен остаться прежним: жить надо по средствам, в том числе за счёт сокращения бюджетных трат, уменьшения расходов на государственный аппарат, приватизации части государственных активов.

Д.Медведев: «Базовый принцип нашей политики должен остаться прежним: жить надо по средствам, в том числе за счёт сокращения бюджетных трат, уменьшения расходов на государственный аппарат, приватизации части государственных активов».
>

Четвёртое. Некоторые отрасли экономики повысили свою эффективность. Сейчас условия для реиндустриализации страны даже в каком-то смысле улучшились. Россия перестаёт болеть «голландской болезнью», при которой излишне крепкая национальная валюта делает продукцию собственной промышленности неконкурентоспособной.

Российские металлургические компании стали лидерами по показателям себестоимости – одной из самых низких в мире. Устойчивый рост демонстрирует сельское хозяйство, в том числе и по итогам прошлого года, химическая промышленность и машиностроительный комплекс.

Мы продолжим реализацию отраслевых планов импортозамещения и в этом году, в частности через Фонд развития промышленности. Будет проведена его докапитализация ещё на 20 млрд рублей. Внедряется и такой механизм стимулирования, как специальные инвестиционные контракты.

Мы будем концентрировать усилия именно на конкурентоспособных компаниях и отказываться от поддержки тех, кто никогда не будет конкурентоспособен. Ведь импортозамещение может приводить к росту благосостояния, только если сама продукция или услуги конкурентоспособны на мировом уровне. Десять мировых чемпионов гораздо ценнее тысячи национальных монополистов, которым обеспечили отсутствие соревнования, даже если принимать во внимание те рабочие места, которые они создают, и те налоги, которые они платят.

Конечно, всё это только первые признаки адаптации. И всё же российская экономика показала, что рыночные механизмы достаточно устойчивы, даже в условиях, когда наши западные партнёры действуют против неё не рыночными, а политическими методами. Жёсткие конструкции, которые характерны для несвободных экономических систем, с такими испытаниями не справились бы.

Однако главный итог прошлого года состоит в другом: наша экономика выдерживает отсутствие прежнего мощного притока нефтегазовой ренты. Важным свидетельством стал хоть и небольшой, но сдвиг структуры федерального бюджета в сторону преобладания доходов, не связанных прямо с нефтегазовым сектором.

В прошлом году постепенно увеличивался несырьевой экспорт – и по физическому, и по стоимостному объёму. Чтобы его поддержать, мы должны, во-первых, в полной мере раскрыть интеграционный потенциал Евразийского экономического союза, во-вторых, договариваться о зонах свободной торговли с ведущими внешнеэкономическими контрагентами, о формировании продвинутых экономических партнёрств в рамках ШОС и с государствами АСЕАН. Подчеркну: работу в этом направлении мы будем выстраивать на основе универсальных правил ВТО. И конечно, не будем создавать «закрытые клубы» с собственными правилами игры, которые не учитывают интересы других участников мировой экономики и торговли.

В-третьих, мы готовы восстановить нормальное взаимодействие и с государствами ЕС. Европа – наш ближайший сосед, важный экономический партнёр. Наш товарооборот по-прежнему исчисляется сотнями миллиардов евро, несмотря на вызывающий сожаление фактор санкций. И я уверен, о чём говорил неоднократно, что в конце концов здравый смысл возобладает, санкции останутся в прошлом, а отношения России и Евросоюза вернутся в нормальное русло. Но для этого необходимы шаги на базе экономической логики с учётом объективной заинтересованности и европейского, и  российского бизнеса.

Мы сегодня учимся жить в более дешёвой нефтяной реальности. Нынешнее падение котировок нередко сравнивают с кризисом 1998 года. Тогда цены на нефть упали примерно в 2,5 раза за два года, а промышленность рухнула на 40%.

Сейчас цены на нефть падали и сильнее, и быстрее против максимума, который был несколько лет назад. Положение, конечно, не улучшают и санкции.

Но мы и близко не наблюдаем того, что творилось в экономике в 1998-м. Кризис постепенно излечил нас от привычки полагаться в основном на доходы от углеводородов. Ведь максимальная свобода от сырьевой ренты – это ещё и вопрос геополитической независимости страны, а потому мы должны работать на то, чтобы предложение мировому рынку было более интересным и конкурентоспособным, чем сырьё.

В 2000 году Егор Гайдар, имя которого носит наш форум, говорил следующее: «Цены на нефть снизятся неминуемо, и это, конечно же, скажется на российской экономике. Но если вести разумную политику, то Россия будет интегрирована в мировую экономику в новом качестве и её зависимость от конъюнктуры топливно-энергетических ресурсов окажется не столь существенной».

Сейчас мы фактически создаём новую модель экономического роста. У нас есть регионы, которые могут жить и без доходов от экспорта энергоресурсов. Они вовремя и эффективно вложились в модернизацию производственных мощностей, нашли инвесторов, построили новые заводы, нарастили производство продукции с более высоким уровнем добавленной стоимости. Это пример, к которому мы должны стремиться в масштабах всей страны. Наша цель, как я уже говорил, – сбалансированный и устойчивый рост, который основан на внутренних факторах, прежде всего на повышении производительности труда и экономической эффективности.

Но проблема в том, что остановка падения валового внутреннего продукта не означает автоматического перехода к росту. Вместо этого может начаться длительный период колебаний в районе нулевых отметок, которые и динамикой назвать невозможно. Как показывает мировой опыт, экономическая депрессия может длиться десятилетиями, и выходить из такого ненормального состояния не менее трудно, чем из острой фазы кризиса.

Д.Медведев: «Главным фактором восстановления роста остаётся стимулирование инвестиций. При слабой частной инициативе, сократившемся спросе, внешних шоках и прочих рисках государство может и должно действовать более активно в условиях инвестиционного спада, создавать стимулы для развития экономики, поддерживать обоснованные проекты».

Должен сказать, что проблема длительной стагнации стоит не только перед Россией – эта тема находится сейчас в центре внимания ведущих мировых экспертов (наверное, и здесь, на площадке форума, будет обсуждение), некоторые пытаются предложить дополнительные стимулирующие инструменты.

Конечно, когда многие макроэкономические показатели ушли в отрицательную зону, даже небольшой плюс выглядит определённым достижением, но это опасная иллюзия. Мы сегодня не можем позволить себе застрять на уровне плюс-минус ноль, поддаться настроениям такого экономического декаданса. Такая установка, если она начнёт доминировать в обществе, открывает дорогу к продолжительной рецессии.

Главным фактором восстановления роста остаётся стимулирование инвестиций. При слабой частной инициативе, сократившемся спросе, внешних шоках и прочих рисках государство может и должно действовать более активно в условиях инвестиционного спада, создавать стимулы для развития экономики, поддерживать обоснованные проекты, что мы и делаем.

Но возможности государства не безграничны. Оно никогда не сделает столько, сколько способна сделать частная инициатива. Без активного участия бизнеса в импортозамещении, без его инвестиций в инфраструктурные и инновационные проекты, без развития малого и среднего предпринимательства, без привлечения новых технологий ни о каких структурных сдвигах не может быть и речи. Только в этом случае можно ожидать повышения доверия к российской юрисдикции, желания российского и иностранного капитала работать здесь.

Мы этим занимались в рамках «дорожных карт» национальной предпринимательской инициативы с середины 2012 года. Есть результаты, есть даже достижения по чувствительным для бизнеса вопросам. Работу по этим «дорожным картам» мы обязательно продолжим.

Существенно облегчит жизнь предпринимателям введение единого механизма администрирования налоговых, таможенных и других фискальных платежей, которым сейчас занимается сразу несколько ведомств. Конкретный параметр этого механизма нужно будет дополнительно проработать.

Будет продолжена и работа по либерализации уголовного законодательства в сфере предпринимательской деятельности. Уже разработаны поправки к Уголовному и Уголовно-процессуальному кодексам. В частности, предлагается увеличить число экономических составов преступлений, по которым предприниматели смогут быть освобождены от уголовного преследования при условии полного возмещения ущерба и уплаты штрафа. Также нужно будет увеличить пороговое значение ущерба для возбуждения уголовных дел.

Уважаемые коллеги! Маргарет Тэтчер когда-то сказала, что без экономической свободы никакой другой свободы быть не может. Расширение экономических свобод в России – это не дань времени, это жизненная необходимость для нашей страны, для её развития. Но свобода – это, конечно, ещё и ответственность.

В этом году у нас будут выборы в Государственную Думу. На фоне экономических трудностей всегда велик соблазн скатиться в популизм, спекуляции на чувствительные для избирателей темы. Давать обещания относительно светлого будущего всегда легко и приятно, однако обещания надо выполнять, и только зрелые политические силы способны слышать людей, чувствовать их запросы и сопоставлять с возможностями государства. Только такая рациональная ответственная политика имеет право на существование.

Но какие бы трудности ни испытывала сейчас российская экономика, у нас есть резервы, желание и воля, чтобы с ними справиться. Нам всегда удавалось преодолевать самые сложные, самые, казалось бы, безнадёжные ситуации и выходить из них победителями. Так будет и сейчас.

Спасибо. Удачи всем.