Документ /

Франция относится к числу приоритетных деловых партнёров России, заявил Дмитрий Медведев на встрече в штаб-квартире Национального объединения предпринимателей Франции (МЕДЕФ).

Президент высоко оценил нынешний уровень российско-французского экономического сотрудничества, в частности в газовой сфере, отметив активное участие французских компаний в проектах «Северный поток» и  «Южный поток».

Дмитрий Медведев выразил надежду, что его визит, а также Год России во Франции и Год Франции в России будут способствовать дальнейшей активизации двусторонних коммерческих отношений.

Глава Российского государства сообщил, что обсудил с Президентом Франции инициативу «Партнёрство для модернизации России». По мнению Д.Медведева, этот проект поможет экономике России преодолеть сырьевую структуру и быстрее адаптироваться к современным условиям.

* * *

Д.Медведев: Уважаемые коллеги! Дамы и господа!

Мне очень приятно, что это утро я провожу с вами.

Действительно, сегодня для меня необычный день, хотя я, откровенно говоря, об этом забыл. Действительно, два года назад состоялись выборы в нашей стране. И уже два года я нахожусь в новом качестве.

Ещё более приятно то, что сегодня в этом зале присутствует такое количество французских и российских бизнесменов. Когда мне предложили встретиться в 9 утра и сказали, что будет весь свет, creme de la creme, так это, по‑моему, называется, – я не очень в это поверил, потому что, думаю, какой нормальный бизнесмен в 9 утра пойдет на встречу с Президентом, пусть даже из России. Но я ошибся. И это очень приятно. Это показывает, насколько тесными являются сегодня наши бизнес-связи.

Я рассчитываю на то, что и этот государственный визит, и проходящие сейчас Год России во Франции и Год Франции в России будут способствовать активизации коммерческих отношений. На самом деле без экономических связей невозможно сегодня представить отношения между Россией и Францией.

Да, конечно, у нас очень богатый культурный обмен, у нас есть очень серьёзные, очень сильные страницы совместной истории. Мы знаем друг друга, что называется, не понаслышке, но та активизация экономического сотрудничества, которая произошла за последние 20 лет, носит беспрецедентный характер.

Я приведу одну цифру, которая здесь ещё не звучала: с 2003-го по 2008-й, то есть докризисный, год наш товарооборот вырос в пять раз. Это очень хороший темп. Но дело не только в товарообороте.

Действительно, у нас уже очень приличный объём накопленных французских инвестиций. По последним данным, они превышают 10 миллиардов долларов, причём около половины из них – это инвестиции не в сырьевые отрасли, а в переработку, что для нас, конечно, особенно ценно.

И надеюсь, что те цели, о которых здесь говорили мои коллеги, а именно укрепление позиций Франции в области инвестирования в России и, соответственно, позиций России в качестве инвестора во французскую экономику, будут развиваться и далее.

Самой прогрессивной формой (я абсолютно с этим согласен) является не просто приобретение товаров, работ и услуг друг у друга, что, конечно, мы будем делать, а именно взаимная капитализация, взаимный приход в активы.

Это действительно очень укрепляет наши отношения. И каждый раз, когда мы встречаемся, подписываются соответствующие документы. И вчера, кстати, такой документ тоже был подписан.

Но есть и другие славные страницы. В этом году исполняется 35 лет двустороннему газовому сотрудничеству. Не могу об этом не сказать как бывший председатель совета директоров «Газпрома». Я нёс эту ношу восемь лет. Могу вам сказать, что это была достаточно серьёзная работа. И сейчас нами проделан огромный путь от простых поставок газа, а сейчас это порядка 10 миллиардов кубических метров, до совместных проектов в Евросоюзе и на рынках третьих стран.

Мне доставляет большое удовольствие сказать, что мы совместно двигаемся по крупным проектам. Назову лишь два из них, вам хорошо известные, это «Северный поток» и «Южный поток». И вчера как раз тоже был подписан один из документов на эту тему. Мне думается, что это очень хороший вклад, как раз в текущей ситуации, в реализацию бизнес-планов, которые существуют между нашими странами.

Рассчитываю, что этот государственный визит и проходящие сейчас Год России во Франции и Год Франции в России будут способствовать активизации коммерческих отношений.

Подписаны и другие документы: это контракты, это договоры между нашими и французскими банками, соглашения об энергетических контрактах, об энергетическом обмене между « ИНТЕР РАО ЕЭС» и «Электрисите де Франс». Существует и целый набор других документов, который был подписан в ходе этого визита. И мне думается, что это очень хороший пример.

Мы действительно ждём всех присутствующих, если будет на то желание, в Санкт-Петербурге. У нас обычно проходит в июне большой форум в Санкт-Петербурге – это хорошее событие. Надеюсь, что к тому времени мы подготовим ещё одну инициативу, о которой говорили в последнее время, я вчера обсуждал её с Президентом Саркози. Речь идёт об инициативе «Партнёрство для модернизации России».

Что это такое? Это то, что было предложено мною во время саммита Россия–Евросоюз в Стокгольме, и то, что, надеюсь, даст возможность российской экономике быстрее адаптироваться к современной жизни. Вы знаете, одной из целей нашего развития в настоящий момент мною провозглашена модернизация нашей экономики, потому что перспективы дальнейшего экономического роста за счёт сырьевого сектора, на мой взгляд, если не исчерпаны, то, во всяком случае, являются для нас уже не столь актуальными.

У нас неплохие события происходят в целом в экономике, несмотря на то что результаты пока ещё, может быть, не очень впечатляющие и в России, и во Франции, но, тем не менее, некое спокойствие всё‑таки приходит. Мы, правда, когда сейчас разговаривали, исходили из того, что это только такое хрупкое спокойствие, которое, наверное, ещё требует более серьёзного закрепления.

Вчера мы с Президентом Саркози договорились о том, что будем более активно работать в рамках «двадцатки», с тем чтобы международная финансовая архитектура всё‑таки менялась, а не была законсервирована в формате тех бреттон-вудских соглашений, которым уже очень много лет и которые, строго говоря, сегодня никого уже не устраивают, но которые всё‑таки пока многие страны опасаются трогать.

Считаю, что в этом плане мы должны быть более активны, более наступательны, но это, наверное, предмет разговора немножко в другом месте, во всяком случае, на «двадцатке» мы будем об этом говорить обязательно.

Приглашаю всех на Международный экономический форум в Санкт-Петербурге. Уверен, что он будет интересным. Если у вас будут вопросы, я с удовольствием на них отвечу.

<…>

Вопрос: Господин Президент, большое спасибо ещё раз от имени всех французских предприятий, присутствующих здесь, за то, что Вы нам посвятили утро сегодняшнего дня.

Много проектов уже было упомянуто. Вы также упомянули в рамках политики модернизации России Ваше видение стабильного развития, улучшения окружающей среды. Можете ли Вы нам сказать, как Вы видите сотрудничество с Францией и другими странами Европы с тем, чтобы помочь создать совместное пространство, европейское или же мировое, по выбросам газа и по вопросу стабильного развития в рамках будущей конференции по улучшению климата?

Д.Медведев: Мне кажется, та дискуссия, которая длилась, она очень живая, интересная. Во всяком случае, от российских участников я услышал много любопытных вещей. Много хороших вещей было сказано и французскими предпринимателями. Поэтому я не буду ничего комментировать, но попробую ответить на те вопросы, которые Вы задаёте.

Сначала в отношении проблемы загрязнения окружающей среды, климатических изменений и устойчивого роста. Проблема, с одной стороны, очень сложная. Могу прямо сказать как участник конференции в Копенгагене, что эта конференция завершилась полным провалом. И сегодня мы на самом деле не продвинулись практически никуда. Не нужно закрывать на это глаза.

К сожалению, подходы стран, которые занимаются этими вопросами, чрезвычайно различные. Но если говорить о внутриевропейских вещах, то здесь как раз существует определённый консенсус. Объединённую Европу, Францию и Россию по этому вопросу практически ничего не разделяет. У нас близкие подходы. Российская Федерация, как и страны Евросоюза, участвует в Киотских соглашениях. И все мы думаем над тем, как нам дальше развиваться.

Что для этого нужно? Не так давно, во время встречи «двадцатки», а потом во время встречи с Евросоюзом я сказал одну вещь, которая мне представляется абсолютно верной. Дело в том, что любой «зелёный рост», так называемая новая энергоэффективная экономика, возможен только в том случае, когда мы сможем отыскать в этом бизнес-элемент.

До этого все призывы к тому, чтобы снижать выбросы, заниматься охраной окружающей среды, не допускать изменения климата, превращались в благие пожелания. Но как только этим вопросом стал интересоваться бизнес, у этой темы появились перспективы. И поэтому в целом, несмотря на провал Копенгагена, я считаю, что перспективы в этой сфере у нас неплохие, несмотря на то что нам пока не удалось сблизить, скажем, позиции Европы, с одной стороны, и позиции Китая и Индии, с другой стороны, позиции Латинской Америки и Бразилии прежде всего, с третьей стороны. Но, тем не менее, я считаю, что в этом смысле перспективы неплохие.

Наша страна, несмотря на огромные преимущества, которыми обладает наша экономика, и гигантский потенциал, пока ещё не создала развитую правовую и судебную систему. Здесь нечего приукрашивать ситуацию. Я об этом неоднократно говорил в нашей стране, скажу и в этой уважаемой аудитории: основная наша проблема заключается в том, что мы хронически не уважаем закон. Для того чтобы выйти из этой ситуации, мы должны поменять отношение к закону в глазах и в головах огромного количества людей.

Что же касается нашей экономики (здесь уже коллеги говорили), проблема энергоэффективности абсолютно ключевая для нашей страны. Один из первых указов, который я подписал в должности Президента, касался энергоэффективности. Мы поставили перед собой задачу снизить энергоёмкость нашей экономики на 40 процентов. Как этого достичь? Только в кооперации с партнёрами из других стран.

У Франции накоплен в этом плане очень неплохой опыт, мы бы хотели этим опытом воспользоваться и приглашаем к сотрудничеству бизнесменов из Франции, для того чтобы заниматься переоснащением наших производств, а также созданием современных энергоэффективных городов.

Тема большая, сложная, но для нас она ключевая. Мы самая богатая энергетическая держава и в то же время мы, наверное, хуже других стран расходуем свою энергию. Мы в значительно меньшей степени этим занимались, чем этого требовали обстоятельства. Поэтому сейчас для нас эта тема выходит на передний план. Надеюсь, что здесь мы сможем наладить полноценную кооперацию. Вся нормативная база для этого уже создана. Если что‑то потребуется ещё, я готов лично поучаствовать в этом и предложить изменения в законодательство.

Вопрос: Господин Президент!

У Вас есть очень широкий план модернизации. И мы для себя отметили там два момента – улучшить качество жизни, благополучие и здоровье граждан и обеспечить независимость с точки зрения продовольствия Российской Федерации.

Я создал своё предприятие с нуля в 1966 году. И наша задача как раз в том, чтобы улучшить повседневную жизнь людей, которые работают на предприятиях, детей в школах и больных в больницах ежедневно. И у нас работает на фирме 380 тысяч человек более чем в 80 странах. Мы занимаемся питанием, обеспечением питания на различных объектах, и мы каждый день организовываем питание 50 миллионов человек.

Я, кстати, хочу сказать, что мы будем работать и по программе «Союз». Мы как раз уже 42 года работаем в Гвианском космическом центре. Конечно, мы не являемся учёными, но если персонал работает, живёт в хороших условиях, то это и наш вклад, так сказать, мы обеспечиваем их питанием.

Мы работаем в России уже с 1993 года. Вначале у нас были большие потери, мы несли большие убытки. Но мы хотели развивать нашу деятельность в России, и сегодня нам удалось достигнуть равновесия. У нас работают 3050 человек, из них только четыре иностранца. Это значит, что мы очень много инвестировали в обучение персонала. Мы работаем в 25 городах, конечно, в Москве, Санкт-Петербурге, мы работаем в Сибири, в Якутске, в Магадане, на Дальнем Востоке, в Южно-Сахалинске, в Хабаровске. Наши самые крупные клиенты, кстати говоря, присутствуют в этом зале. Это крупные промышленные предприятия России.

Господин Президент, я думаю, что многие из наших целей одинаковы. Речь идёт о коллективном питании, о выдаче специальных чеков. Это позволяет персоналу предприятий питаться в столовых, не очень дорого и недалеко от своего рабочего места, а также обеспечить безопасность питания. Это обеспечивает лучшие условия жизни, лучшие условия работы, это способствует борьбе с недоеданием и злоупотреблением алкоголем.

Эта система очень эффективна, когда существует специальная система налоговых льгот для предприятий и для работников. Таким образом, это может способствовать увеличению доходов государства и способствовать созданию новых малых, средних предприятий и созданию рабочих мест. Поэтому в 21 стране, где мы работаем, правительство создало специальное законодательство.

Эта система, которая существует во многих странах, ещё не существует в России, но очень многие поддерживают создание такой системы, например, господин Исаев (председатель социального комитета Госдумы), господин Шмаков (председатель Федерации независимых профсоюзов). А в тех странах, где мы работаем, уважаемый господин Президент, люди, которые пользуются нашими услугами, очень довольны. Почему? Потому что этот закон должен быть необязательным, вот что очень важно для предпринимателей.

Итак, у меня такой вопрос. Господин Президент, поддержите ли Вы такой закон? Потому что законопроект будет обсуждаться в Думе уже очень скоро. В мае. Это первый вопрос.

Второй вопрос. Вы утвердили 21 января 2010 года проект «Наша новая школа» и заявили о двух приоритетах. Во‑первых, сохранение и укрепление здоровья школьников и студентов, в частности, благодаря системе питания, которая позволяет снабжать школьников и студентов горячими обедами. И мы хотели бы развивать пищевые комбинаты питания в различных городах.

Есть, в частности, в Ярославской области проект создания такого комбината на 50 тысяч обедов в день. Вопрос такой: поддерживаете ли Вы этот наш проект? Потому что, если Вы поддержите наш проект, мы готовы вам помочь, мы можем привнести опыт работы в различных странах мира и мы можем помочь вам построить этот комбинат питания и управлять им.

Господин Президент, извините, пожалуйста, за мои вопросы, может быть, несколько смелые, но я просто хочу ещё раз сказать: мы очень гордимся, что смогли встретиться с Вами, и вообще мы гордимся тем, что мы можем работать в России. Мы хотим внести наш вклад в развитие экономики, в социальное развитие вашей великой державы.

Д.Медведев: В 1966 году Вы создали своё первое предприятие. Уверен, что за это время Ваша компания прошла огромный путь. Я в 1966 году ещё, к сожалению, не мог воспользоваться услугами Вашей фирмы, потому что мне был один год, но я понимаю, как много за последнее время произошло.

Вы знаете, если говорить серьёзно, то, конечно, тема питания действительно абсолютно земная и абсолютно важная для наших отношений. Уж если и говорить о питании, то как не с Францией, потому что у вас самая вкусная кухня. И значительная часть наших бизнесменов, которые присутствуют в этом зале, приехала в Париж не только ради того, чтобы встретиться с Президентом России, но и для того, чтобы отведать гастрономических изысков.

Тем не менее Вы обозначили две проблемы. Первая – закон, который, как я понимаю, должен ввести особый порядок налогообложения такого рода талонов, которыми могли бы пользоваться работники предприятий. Этот вопрос нужно адресовать не только мне, но и российскому бизнесу, и французскому бизнесу, конечно, который работает в России, готовы ли они пойти на такие меры. Если я правильно понял, Вы сказали, что этот закон должен иметь необязательный характер для бизнеса.

Правильно я понял? То есть он не должен жёстко определять эту ситуацию? Если это так, то, наверное, тогда мы можем подумать о том, каким образом соответствующие предложения воплотить в законодательстве. Если здесь не будет жёсткой модели, которая будет навязываться нашему бизнесу, а будет какая‑то система стимулов, тогда об этом можно поговорить. Я ещё раз поручу Правительству это сделать, точнее сказать, не поручу, а уже поручаю.

Здесь сидит господин Жуков, который у нас курирует социальный блок в Правительстве Российской Федерации, который, собственно, отвечает за отношения с профсоюзами. Именно профсоюзы его мучают вместе с предпринимателями. Как раз господин Жуков ведёт трёхстороннюю комиссию, в которую включено государство, предприниматели и профсоюзы. И как раз от Правительства я жду предложений на эту тему. Но сама по себе идея интересная. И мне кажется, что она для России вполне приемлемая.

Что касается идеи горячего питания в школе, то я здесь просто не могу Вас не поддержать двумя руками, потому что когда‑то эту тему я начинал, ещё работая в Правительстве. В должности Первого заместителя Председателя Правительства я занимался как раз реформированием наших школ и внедрением системы горячего питания. К сожалению, мы её внедрили не везде. Я только что был у нас на Кавказе в двух республиках и в очередной раз посмотрел: горячее питание предоставляется не всем. С чем это связано? Помимо, собственно, устаревшей материальной базы это связано ещё с отсутствием системных подходов к решению этого вопроса.

Мы пытались, Вы правильно указали на господина Дворковича, этим заниматься, и в ряде регионов, которые принято называть «пилотными», внедрили эту систему – в Москве, в Санкт-Петербурге, в Казани, в некоторых других городах. Уверен, что и у Вас есть хороший опыт. Так что если что‑то требуется для того, чтобы распространить этот опыт, я готов включиться в этот вопрос, потому что считаю эту тему абсолютно необходимой для нашего подрастающего поколения. Поэтому в моём лице Вы здесь получите горячего защитника этой идеи.

Вопрос: Господин Президент, Вы говорили о Куру. Как Вы знаете, мы очень связаны с Вами в реализации автострады «Москва – Санкт-Петербург» на концессионной основе, что является премьерой в России.

Хотел бы Вам только сказать, что контакты продолжаются, работы идут, продвигаются и с нашими партнёрами, и с Вашей Администрацией, поэтому всё очень удовлетворительно. Я хотел бы только обратить Ваше внимание на то, что Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) несколько недель тому назад вроде бы не очень положительно относился к тому, что касается 14 дубов, которые будут спилены в результате строительства этой дороги. Шутки прочь, думаю, что участие ЕБРР в этом проекте будет важным. Для чего тогда существует вообще этот банк? Он должен инвестировать и финансировать такую инфраструктуру.

Я хотел бы только задать Вам вопрос. Возможно ли быть уверенным, что вопросы, поставленные ЕБРР, получат быстрый ответ и что будет оказано серьёзное политическое давление на этот банк, чтобы этот проект был реализован?

Д.Медведев: Вы знаете, у меня свой опыт общения с ЕБРР. Когда я ещё был обычным человеком, в начале 90-х годов я ездил в ЕБРР для того, чтобы договариваться о финансировании одного из крупных проектов для Санкт-Петербурга, а именно проекта создания нового терминала аэропорта.

Я приобрёл очень неплохой опыт общения, познакомился там с чиновниками, пообщался с американскими адвокатами, что тогда для меня как для молодого практикующего адвоката тоже было очень интересным. Денег мы не получили.

Поэтому, если Вы говорите о давлении на ЕБРР, дело это довольно трудное. Тем не менее я постараюсь разобраться, есть ли какие‑то возможности для того, чтобы помочь этому проекту и поспособствовать принятию соответствующего решения по линии Европейского банка реконструкции и развития. Во всяком случае, я с Вами не могу не согласиться в том, а зачем тогда вообще этот банк существует?

Насчёт дубов – не знаю, дубы, конечно, жалко. Вопрос в том, когда эти дубы были посажены и представляют ли они интерес…

Реплика: 130 лет назад.

Д.Медведев: 130 лет назад. Их действительно нужно спиливать?

Реплика: ЕБРР скажет…

Д.Медведев: Хорошо, что ЕБРР занимается российской экологией. Мы поработаем над этой темой. Во всяком случае, этот проект должен развиваться. Так что спасибо за то, что Вы нас проинформировали. Я попрошу своих помощников разобраться в этой «дубовой» проблеме.

Вопрос: Господин Президент, мой вопрос тоже адресован профессору права, которым Вы являетесь.

Наши предприятия большое внимание уделяют юридической защите своих проектов. И действительно, принятые благодаря Вам законы также укрепляют уверенность французских предприятий, которые приходят работать в Россию. Но проблема может возникать, когда права нарушаются.

И здесь существует такое мнение, которое разделяется широким кругом предпринимателей, что не всегда все вопросы в Вашей стране решаются в суде. Не могли бы Вы нам рассказать о действиях, которые Вы предпринимаете для того, чтобы наши предприятия, когда они должны решать спор, делали бы это в российском суде и доверяли бы российским судам.

Д.Медведев: Знаете, я сам хотел «на закуску» эту тему затронуть, но Вы мне помогли. Действительно, как бывший практикующий юрист, как человек, который занимался правом практически всю жизнь и который сейчас занимается правом, но уже не в смысле изучения и применения права, я сейчас его создаю (это тоже, знаете, довольно ответственная задача и интересная), не могу с Вами не согласиться. Наша страна, несмотря на огромные преимущества, которыми обладает наша экономика, и гигантский потенциал, пока ещё не создала развитую правовую и судебную систему. Это правда, здесь нечего приукрашивать ситуацию.

За последнее время я предложил, по сути, поменять отношение к праву не только в среде бизнеса, который на самом деле уже довольно давно пришёл к мысли, что без использования качественного законодательства и современного эффективного суда он не сможет разрешать свои проблемы. Самое главное – поменять отношение к праву в головах людей. Я об этом неоднократно говорил в нашей стране, скажу и в этой уважаемой аудитории: основная наша проблема заключается в том, что мы хронически не уважаем закон.

И для того чтобы выйти из этой ситуации, мы должны поменять отношение к закону в глазах и в головах огромного количества людей. Это и представители бизнеса, представители общественных организаций и просто обычные люди, и, наконец, политики, представители правоохранительных органов и даже судьи. Что для этого нужно сделать?

Для этого нужно создать качественную правовую основу, за последние годы, я считаю, у нас было подготовлено и принято неплохое законодательство, и создать нормальные условия для труда юристов, для труда работников правоохранительных структур и судей. Для того чтобы они не оглядывались по сторонам, для того чтобы они не находились под прессом властных структур или под нажимом бизнес-структур. Это довольно сложно, потому что в 90-е годы наша система пришла в движение, и, к сожалению, последствия этого движения мы ощущаем до сих пор, но это возможно. Полагаю, что само законодательство тоже не может быть абсолютно консервативным, в том числе и законодательство, направленное на защиту самих представителей бизнеса.

Я внёс в Государственную Думу достаточно серьёзный законопроект, касающийся смягчения уголовной ответственности для бизнеса. Почему я считаю важным это сделать именно сейчас? Потому что наше уголовное и уголовно-процессуальное законодательство – это тоже часть правовой системы, и в некоторых случаях этим законодательством, к сожалению, манипулируют.

Мы должны находиться в таком мейнстриме современных подходов к законодательству. В этом плане нам достаточно просто работать с европейскими странами и с Францией. У нас очень близкая правовая система, и кодекс Наполеона когда‑то был, по сути, основой для создания гражданского законодательства Российской империи, а впоследствии кодификации гражданского права в нашей стране.

Поэтому мы и дальше будем продолжать совершенствовать законодательство, мы и дальше будем продолжать совершенствовать правовое положение судей, их статус. Ведь для того чтобы судьи качественно применяли закон, они должны себя чувствовать защищёнными, они должны чувствовать себя независимыми. Для этого необходимо платить им приличную, я бы даже сказал, высокую зарплату.

Кое‑что нам в этом плане уже удалось сделать, зарплата судебных работников, самих судей в разы отличается от зарплаты других сотрудников правоохранительной сферы, но этого ещё пока недостаточно. Нужно на деле научиться качественно управлять судебной системой, но управлять не при помощи каких‑либо адресных указаний, что абсолютно недопустимо, а при помощи современного законодательства, принимая в необходимых случаях решения, направленные на то, чтобы саму судебную систему поддержать.

Скажу даже больше, в тех случаях, когда доверие к тому или иному судье становится невысоким, судебная система должна найти в себе силы освобождаться от таких судей. Мы должны гораздо более полно использовать процедуру третейского разбирательства, которая распространена в Европе, особенно в бизнес-среде.

Я сам, помню, приезжал в Париж для того, чтобы участвовать в третейском разбирательстве. И третейские суды, арбитражные суды, которые формируются самим бизнесом, в этом смысле очень удачный пример того, как можно применять законодательство в судебной сфере без использования государственных судов. Главное, чтобы эти решения впоследствии исполнялись, и тогда действительно ситуация с применением закона в нашей стране станет лучше.

Скажу вам прямо, я пока недоволен тем, что у нас есть, но, с другой стороны, то, что сейчас делается, на мой взгляд, это шаги в правильном направлении. За последние полтора-два года это законодательство пришло в движение, и сами сотрудники правоохранительных структур, судьи, юристы в целом чувствуют, что изменения наступают.

Надеюсь, что в будущем у вас не будет возникать вопросов по применению законодательства нашей страны в российских судах, хотя объективности ради могу сказать и о том, что, как правило, когда заключается международный контракт, стороны очень часто отсылают к праву и суду третьей страны. И эта практика, естественно, будет продолжена.

Задача создать современную и качественную правовую систему, судебную систему является в высшей степени актуальной для нашего государства. Я буду этим заниматься лично, потому что считаю это ключевым приоритетом нашего развития и одной из составляющих модернизации нашего общества.

Вопрос: Господин Президент, большое спасибо за то, что Вы пришли к нам, за то, что поделись с нами Вашим видением, за то, что Вы выступили перед нами. Мы отметили для себя, что мы поедем в Санкт-Петербург в июне на экономический форум. Знаю, что Вы сейчас вернулись из Ванкувера, и мы соберёмся в Сочи через четыре года. Думаю, что как раз сейчас можно об этом вспомнить. Такая у нас программа. Между бизнесом и спортом очень тесные отношения.

Д.Медведев: Я в Ванкувере не был, но мы действительно всех ждём в Сочи, в 2014 году у нас будет своя Олимпиада. Надеюсь, на этой Олимпиаде мы выступим несколько более удачно, чем мы выступили в Ванкувере. Во всяком случае, мы будем для этого предпринимать все усилия.

У нас есть на кого равняться. Канадцы, которые блестяще выступили на этой Олимпиаде, забрали почти все медали, да и американцы тоже неплохо выступили. Но для нас сейчас очень важно создать инфраструктуру работы в Сочи. И, кстати сказать, в этом плане мы рассчитываем на то, что французский бизнес тоже не останется безучастным к этой теме и сможет принять участие в создании олимпийских объектов. Потому что мы действительно рассчитываем на то, что такого рода кооперация будет продолжена.

Уважаемые друзья! Хотел бы вас сердечно поблагодарить за то, что вы потратили полтора часа своего утреннего времени на встречу в этом тёплом зале, тёплом в прямом смысле этого слова. Рассчитываю на то, что у нас действительно существуют очень тесные экономические и человеческие связи. И рассчитываю на то, что в самое ближайшее время мы с вами увидимся в Санкт-Петербурге, для того чтобы продолжить наше общение, ведь этот год – это Год России во Франции и Франции в России.

Спасибо вам за участие.