Выступление на встрече с научной и культурной элитой в Институте Франции

В.Путин: Прежде всего хочу сказать, что для меня огромная честь выступать в этом историческом зале и быть гостем известного во всем мире научного центра. Тем более что это звучит в контексте тех моих выдающихся соотечественников, которые раньше посещали Французскую академию.

Разумеется, для меня большое удовольствие послушать вас и иметь возможность высказаться самому. Должен сразу сказать, что французская политическая традиция была и остается для России наглядным примером восприимчивости государства к позиции интеллектуальной элиты. К счастью, для вашей страны эта традиция прерывалась не столь часто и не столь трагически, как у нас.

Идеи философов и мыслителей в России далеко не во все времена могли так влиять на развитие государства и общества. Между тем стремление перенять европейский опыт было издавна присуще России. Особенно отмечу эпоху Просвещения, когда русские правители стали по‑настоящему глубоко изучать культуру и политические традиции западных стран. И Франция была в их числе. История свидетельствует, что вашу Королевскую академию наук и другие академии посещал Петр I, и, как говорят исследователи, он неизмеримо больше интересовался учеными и их научно-техническими достижениями, нежели официальными церемониями.

В этой аудитории, уверен, знают, что по возвращении из Франции российский император принял окончательное решение об учреждении Российской академии наук. Впоследствии членами этой академии считались многие французские ученые. Не буду называть многочисленные славные имена россиян и французов, которые на протяжении веков связывали наши академические школы. И сегодня ваш опыт работы является для России одним из образцовых и, безусловно, привлекательных в контексте проведения реформ и образования, и науки.

Хотел бы сказать несколько слов о том, каким я вижу сегодняшний день российско-французских отношений, корни которых уходят глубоко в историю и к формированию которых эта просвещенная аудитория привлекается далеко не в последнюю очередь. Полагаю, что наше политическое партнерство традиционно носило для Европы стабилизирующий характер. Мы не раз были союзниками и в создании мирных альянсов, и в военно-политическом содружестве – содружестве против возникающих угроз. Как в России, так и во Франции одинаково убеждены, что мировые проблемы логичнее решать на основе принципов и норм международного права. И не в последнюю очередь потому, что российской и французской государственной мысли это одинаково близко.

Я хотел бы вернуться к одному из первых выступлений. Здесь коллега сказал, что без гармонии между законами и устоями не может быть порядка и стабильности. Я не хочу ни в коем случае открывать дискуссию, но думаю, что многие согласятся: закон всегда отстает от жизни, жизнь всегда уходит вперед. Закон только задумали принять, а жизнь уже ушла вперед. Но правдой является то, что если мы не будем следовать этим правилам, то наступит, конечно, хаос. И наша задача заключается не в том, чтобы нарушать законы, а в том, чтобы своевременно изменять правила, по которым мы живем, но следовать этим правилам и внутри наших стран, и на международной арене.

Думаю, вы согласитесь: российско-французские отношения были всегда чем‑то большим, чем сотрудничество двух государств или общение двух народов. Здесь с полным основанием можно говорить о единении созвучных и взаимообогащающих культур. И если в этом есть какая‑то привилегия, то в нашем привилегированном партнерстве огромная заслуга именно гуманитарной составляющей.

И в наши дни близость мировоззрения тоже помогает двум странам эффективно сотрудничать и в Совете Безопасности ООН, и в группе «восьми», и в ОБСЕ, и других механизмах партнерства. Она позволяет тесно взаимодействовать в решении актуальных международных проблем, предлагая и продвигая конструктивные подходы, во многом идущие еще из традиций европейской политической философии.

Мощным двигателем экономического и промышленного прогресса в наших странах всегда были научные связи России и Франции. Новое время поставило перед нашими странами новые задачи, и решать их эффективнее, конечно, тоже сообща. Полагаю, что сегодня наиболее полезно объединять исследовательские усилия на прорывных направлениях научно-технического прогресса. Знаю, что по линии сотрудничества наших академий сейчас разрабатываются несколько десятков таких тем, что эти инновационные проекты уже служат интересам развития бизнеса в обеих странах, интересам развития наших экономик.

Я вижу большие перспективы во взаимодействии французских институтов с научно-инновационными центрами России. Тем более что наиболее актуальные, важные направления сотрудничества здесь уже определились.

Это в первую очередь авиакосмический комплекс, энергетика, экология, биологические и информационные технологии. Уверен, что стратегическое партнерство в этих областях позволит нашим странам максимально использовать преимущества мировой глобализации и минимизировать ее негативные последствия.

Особое значение для сохранения и развития культурной идентичности народа, конечно же, имеет язык. Это хорошо знают во Французской академии, одной из задач которой изначально было создание грамотного, ясного и понятного всем французского языка. Мы в России сейчас также внимательно следим за чистотой русского языка, его сохранением и современной эволюцией.

Полагаю, что важнейшей совместной задачей должна стать взаимная поддержка международных позиций русского и французского языков. Язык – это еще и главный инструмент взаимного обогащения и проникновения культур, идей и знаний.

Считаю также крайне значимой совместную работу над повышением конкурентоспособности наших систем образования, по развитию фундаментальных наук. Ведь именно знания являются в современном мире главным ресурсом его развития и развития отношений между государствами.

Однако и вы, и мы понимаем: без создания надежных условий сотрудничества все эти планы так и останутся на бумаге. Поэтому так важно расширять научный и культурный обмены, упрощать условия перемещения для студентов, молодых ученых, специалистов двух стран.

Уважаемые друзья! Не могу не затронуть еще одну чрезвычайно важную тему. Это наша совместная борьба против общего врага XXI века – международного терроризма. Не буду много уделять этому внимания, но думаю, все вы со мной согласитесь: в XXI веке интеллектуальная и морально-нравственная вакцина против террора и вседозволенности так же важна, как препараты против смертельных болезней, разработанные в XIX веке Пастером и Мечниковым.

И в заключение хотел бы подчеркнуть: и ваш, и наш государственный опыт одинаково свидетельствует – лучшим противоядием от войн, кровопролитных революций могут быть только просвещение и реформаторство, только объективные знания и прогресс, инициируемые демократическим обществом и реализуемые демократической властью.