96 уникальных фотографий из поездки Керенского на фронт летом 1917 года - Родина

Эта удивительная находка ждала меня в Бахметевском архиве Колумбийского университета в Нью-Йорке, одном из крупнейших архивов русской эмиграции. Именно здесь сохранился уникальный фотоальбом - 96 подлинных снимков из поездки Александра Керенского на фронт летом 1917 года.

Альбом флаг-капитана Муравьева

Происхождение фотоснимков удалось установить из надписи на конверте, в котором они хранились: "Эпопея Керенского, при Ставке которого отчим Иры Кедриной - Бор[ис] Петр[ович] Муравьев - был в течение нескольких месяцев флаг-капитаном, заместив адм[ирала] Нилова, бывшего на этом посту при государе".

Кто же он, владелец фотоальбома?

Офицер русского флота Борис Петрович Муравьев родился 24 февраля 1890 года в Кронштадте в семье морского офицера. Некоторое время служил на еще не ставшем легендарным крейсере "Аврора", завершил службу в чине капитана 2-го ранга. В Гражданской войне не участвовал, жил в Крыму, занимался археологическими изысканиями. Но тем не менее в 1920 году был вынужден покинуть Родину.

Эмигрантский путь Муравьева получился извилистым. Жил в Константинополе и Болгарии, в 1924 году перебрался во Францию. Работал инженером, свободное время посвящая историческим исследованиям. Состоял в Кают-компании (обществе морских офицеров - эмигрантов) и Морском собрании. В 1944 году за отказ сотрудничать с гитлеровцами был арестован гестапо, позднее выпущен под надзор и с помощью участников движения Сопротивления бежал в Швейцарию. Умер 28 сентября 1966 года в Женеве1.

Муравьев получил известность как историк и автор работ по эзотерике. Во Франции вот уже 17 лет существует ассоциация Бориса Муравьева, собирающая его наследие2.

А в 1917 году Борис Петрович состоял флаг-капитаном (то есть старшим морским офицером) при военном министре Временного правительства Александре Керенском. И, скорее всего, сопровождал его в летней поездке на фронт. Как удалось ему сохранить этот уникальный фотоальбом, история умалчивает...

Популизм по-министерски

Итак, ровно 100 лет назад второй по счету штатский военный министр России Александр Федорович Керенский совершил поездку на Юго-Западный фронт. Бесценные снимки возвращают нам лица людей, которые совсем скоро войдут - каждый по-своему - в Историю. Главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал Алексей Евгеньевич Гутор, будущий военспец Красной армии; исполняющий должность начальника штаба Юго-Западного фронта генерал Николай Николаевич Духонин, через несколько месяцев ставший жертвой солдатского самосуда; командир XXXIV армейского корпуса, будущий гетман Украины генерал

Павел Петрович Скоропадский; комиссар 7-й армии Юго-Западного фронта, в недавнем прошлом - эсер-террорист Борис Викторович Савинков; будущий донской атаман генерал Африкан Петрович Богаевский; скромный офицер штаба Юго-Западного фронта подполковник Владимир Оскарович Каппель, еще не герой Белого движения...

Но не встреча с ними была главной целью военного министра. Он агитировал солдат поддержать грядущее масштабное наступление - первое после Февральской революции. Задача непосильная, ибо армия уже не желала воевать и стремительно разрушалась в результате непродуманных действий самих революционных властей. Керенский беспрерывно выступал на митингах (за что и получил по аналогии с главнокомандующим ироничное прозвище "главноуговаривающий"), но он расплескивал пустословную воду, которая уже не могла погасить пожар.

К тому же штатский министр не знал уставов, был далек от армейских порядков. Очевидец не без иронии свидетельствовал, как Керенский в штабе 7й армии с показным демократизмом стремился поздороваться с солдатом, державшим винтовку "на караул":

"Новый военный министр еще не знает, что делать со своей правой рукой и не понимает, когда на военной службе ее можно протягивать, а когда это не подходит даже для самой "свободной армии мира". И получился конфуз. Лихо держит головной ординарец свою винтовку "на крауле". Плотно прижал ее к своему корпусу, чтобы, не дай Бог, не колыхнуть штыком, не качнуть винтовку, не осрамить часть. Ест глазами лихой унтер новое начальство без погон. И не в пример ему, а быть может быть3 и невдомек протягивающаяся правая рука штатско-военного министра. И: протянутая рука "главноуговаривающего" осталась висеть в воздухе больше положенного срока. Тут подоспело начальство и начало громко шептать: "Да подай же министру руку... Министр вам руку дает..." Все было бы благополучно, но подвела и испортила все "демократическое действо" выведенная из равновесия винтовка. Только что плотно прижатая к телу двумя руками и лишенная опоры правой руки, которая нерешительно потянулась к демократической руке министра, винтовка сильно качнулась вперед и наверно хорошо хватила бы новоиспеченного "Бога Марса", если бы ловкий унтер, отказавшийся от попытки пожатия руки, не отдернул бы свою и, схватив падающую винтовку, поставив ее на место, твердо решил не производить новой попытки трясения столь важной руки... Тут и на краул держи, и рапортуй, и воинские артикулы выправляй... да еще руки тряси... это уже никак не способно..."4

Трагедия на театре войны

В юности Керенский играл на театральной сцене ("Родина" рассказывала об этом в февральском номере за 2017 год. - Ред.). Он и на театре войны пытался сыграть роль героя: появлялся перед солдатскими массами в ботинках с обмотками, в жару разоблачался до рубахи. Фотографии передают и фальшь, и трагизм, и безысходность летних дней 1917 года...

Вот Керенский, стоя в автомобиле, застыл в картинной позе перед солдатской толпой, а его свита занимается своими делами и совершенно не обращает внимания на новоявленного вождя. Вот он, в мятом плаще, здоровается с раненым офицером, который не удосужился даже надеть поясной ремень. Вот изнывающий от летнего зноя министр-популист, как сказали бы сейчас, лично участвует в погребении павшего бойца...

Фотографии из старого альбома оставляют тяжелое впечатление революционного абсурда. Уговоры министра не помогли. Разложившаяся армия не желала воевать и слушаться офицеров. На участке 7-й и 11-й армий наступление продлилось только 18-19 июня. В июле весь фронт покатился на восток. Оставшаяся без армии страна неумолимо приближалась к катастрофе...

1. Волков С.В. Офицеры флота и морского ведомства: Опыт мартиролога. М., 2004. С. 324; Мартиролог русской военно-морской эмиграции по изданиям 1920-2000 гг. М., 2001. С. 96.
2. http://www.association-boris-mouravieff.com
3. Так в документе.
4. Библиотека современной международной документации (Нантер, Франция). F. Nossovitch. F ]r[re] [s 843. Box 2. (2) (6) (2). Тени: пережитое. Кн. 2. Ч. 2. Гл. 4. С. 27.

Все фотографии в оригинальном качестве публикуются впервые.