Письмо Наталье Поклонской

Прокурор Крыма Наталья Поклонская прорвала вчера летнюю информационную блокаду, заявив уверенно, что отречение императора Николая II от престола не имеет никакой юридической силы.

Прокурор Крыма Наталья Поклонская прорвала вчера летнюю информационную блокаду, заявив уверенно, что отречение императора Николая II от престола не имеет никакой юридической силы. Об этом правовом повороте она сообщила в ходе церемонии открытия памятника императору в Ливадии. Мысль исторически смелая, хоть и с последствиями. Так как если отречение власти юридически не состоялось тогда, то тогда вопросы о ее (нынешней власти) правовом статусе можно задавать и сейчас.

Однако так далеко заходить не будем, так как Наталья Поклонская глубоко и добросовестно заблуждается, полагая, что отречение императора Николая II от престола не имеет никакой юридической силы, и вот это, как раз, все мало-мальские юристы и историки прекрасно понимают.

В ее базовом тезисе заложены некоторые ошибки, которые и ломают предложенную ей конструкцию. Но это не ее вина, это просто недостаток информации.

То, что она называет «копией бумажки, подписанной карандашом, без соблюдения всех юридических и процессуальных необходимых процедур, форм» и так далее по тексту, это и есть оригинал отречения самодержца Всероссийского (хранящийся в Государственном архиве), обладающего всей полнотой власти, включая и возможность собственного отречения именно в той форме, в какой помазанник божий посчитает возможной и тем пером, которое сочтет подходящим. Хоть гвоздем на листе железа. И это будет иметь абсолютную юридическую силу, потому как власть у него не только и не столько от отца к сыну, но и от Бога, который его миром помазал и Россию ему вручил.

Но для исключения сомнений и превратных толкований этот акт подтвердил или контрассигновал (это к вопросу о соблюдении процедуры) Министр Императорского Двора барон Фредерикс.

Сам акт отречения был объявлен и опубликован во всех газетах царской России и никем не подвергался сомнению. Необходимо помнить, что это был переходный период от самодержавия к временному правительству.

Если же коллега Поклонская полагает, что помимо процедуры и формальной стороны отречения здесь существует вопрос по добровольности волеизъявления самодержца, то стоит вспомнить, что после 2 марта 1917 года Николай Романов почти полтора года нигде не заявлял о принуждении к отречению, хотя возможностей имел массу.

А все потому, что он понял и осознал свою неспособность руководить Россией во время войны и глубину призыва Родзянко о том, что «ради спасения России и продолжения войны с Германией необходимо ваше отречение».

И последнее.

Акт отречения, конечно же, не был спонтанным или необдуманным решением, иначе бы не существовало первоначального варианта акта отречения в пользу наследника Алексея под регентством Михаила. Поэтому акт — это был выстраданный шаг и состоявшийся юридический акт, который император сделал добровольно и не дезавуировал до самой своей смерти в Ипатьевском подвале.

Другое дело, что никто не предполагал падения монархии. Но это уже совсем другая история. Хотя и ее полезно изучать.

Я же скромно предлагаю коллеге Поклонской, когда она с оказией будет в Москве, посетить Государственный архив, где ей покажут и оригинал отречения, и бумагу о не принятии престола Михаилом и много других документов, которые проливают свет на забытые страницы истории. А я любезно и с удовольствием составляю ей в этом компанию, если она того пожелает. Ведь содержательная дискуссия всегда и всем полезна.