Заседание Правительства

Основной вопрос повестки – законопроект о промышленной политике.

Вступительное слово Дмитрия Медведева

Доклад Министра промышленности и торговли Дениса Мантурова

Сообщение генерального директора ОАО «Северсталь» Алексея Мордашова

Сообщение заместителя Председателя Правительства – полномочного представителя Президента в Дальневосточном федеральном округе Юрия Трутнева

Сообщение заместителя Председателя Правительства Аркадия Дворковича

Сообщение заместителя Председателя Правительства Дмитрия Рогозина

Брифинг Министра промышленности и торговли Дениса Мантурова

Брифинг Министра финансов Антона Силуанова

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги. Сегодня у нас несколько крупных вопросов, как обычно, и другие вопросы, тоже весьма серьёзные, в повестке дня.

Первый вопрос касается промышленной политики. Вопрос развития промышленности всегда остаётся в эпицентре внимания любого правительства. Сегодняшний законопроект направлен на то, чтобы то, что делает наша промышленность, что выпускается нашей промышленностью, было конкурентоспособным. Этого невозможно достичь без модернизации предприятий, внедрения инноваций, создания высокопроизводительных рабочих мест и, конечно, без укрепления кадрового потенциала. Активная роль в этой сфере всегда отводилась мерам государственной поддержки. Ряд инструментов у нас работает, но по этому законопроекту предлагаются и другие меры поддержки, такие, например, как субсидии на создание промышленной инфраструктуры, возвратное финансирование развития отдельных отраслей промышленности. Собственно, в этом и есть некая государственная политика в этой сфере.

В качестве особой меры стимулирования выступает специальный инвестконтракт. Предполагается, что он будет заключаться между  государством и инвестором, который будет принимать на себя обязательства по созданию и освоению производства промышленной продукции на территории России и ряд других обязательств. При этом нельзя забывать и о важности поддержки баланса между собственно мерами развития нашей промышленности и укреплением конкуренции, то есть допускать излишний протекционизм в ущерб развитию конкурентной среды так же недопустимо, как забывать про соответствующие меры поддержки промышленности. Вот на это также нужно обратить внимание, потому что иногда промышленную политику понимают однобоко, особенно наши коллеги из политических партий.

Д.Медведев: «Вопрос развития промышленности всегда остаётся в эпицентре внимания любого правительства. Сегодняшний законопроект направлен на то, чтобы то, что делает наша промышленность, что выпускается нашей промышленностью, было конкурентоспособным. Этого невозможно достичь без модернизации предприятий, внедрения инноваций, создания высокопроизводительных рабочих мест и, конечно, без укрепления кадрового потенциала».

Участники заседания

Список участников заседания Правительства, 26 июня 2014 года

Отдельное внимание уделяется оборонно-промышленному комплексу. Потенциал оборонки должен использоваться как важный ресурс инновационного развития, для укрепления безопасности страны, для продвижения позиций России на мировом рынке высокотехнологичной продукции.

Ряд других мер также законом предусмотрен, об этом нам ещё доложит Министр промышленности, и мы позвали выступить наших коллег, которые, собственно, эту промышленность и представляют. Алексей Александрович Мордашов у нас приглашён в качестве эксперта по этим вопросам, тоже я предоставлю слово.

Д.Медведев: «Отдельное внимание уделяется оборонно-промышленному комплексу. Потенциал оборонки должен использоваться как важный ресурс инновационного развития, для укрепления безопасности страны, для продвижения позиций России на мировом рынке высокотехнологичной продукции».

Ещё один закон, который должен повысить конкурентоспособность отечественной продукции, касается национальной системы стандартизации. В нынешнем виде она, естественно, несёт на себе печать прошлого, она не отвечает многим современным требованиям, в том числе в сфере обороны, преодоления технологического отставания, модернизации российской экономики. Увеличился и разрыв нашей системы стандартизации с лучшими международными практиками. Этот разрыв необходимо ликвидировать. Очевидно, что наше национальное законодательство нуждается в обновлении, в том числе в связи с нашим членством во Всемирной торговой организации, и рядом других конвенций, которые мы приняли и исполняем. Международные стандарты в этом случае смогут применяться на территории России напрямую, без их адаптации в качестве национальных норм. Такой подход, надеюсь, будет способствовать более активному использованию инноваций в нашей промышленности, в наших российских компаниях.

Ещё один документ, который мы сегодня рассматриваем, касается ликвидации государственной корпорации «Олимпстрой». Олимпийские игры действительно были экзаменом для всей страны, с которым мы очень неплохо справились и с точки зрения подготовки самих Олимпийских игр, их проведения, и, конечно, выступления нашей олимпийской сборной. Организация Олимпиады прошла на очень высоком уровне, Сочи изменился. Все мы знаем, что было сделано – это на самом деле достижение последнего периода, очевидно абсолютно.

Д.Медведев: «Мы занимаемся подготовкой к Чемпионату мира, Кубку конфедераций, который проводит FIFA за год до чемпионата. Для этого тоже подготовлен законопроект, он направлен на уточнение особенностей целого ряда отношений, которые связаны с проведением чемпионата. Это труд работников, которые готовят эти соревнования, это некоторые вопросы, связанные с интеллектуальной собственностью (с учётом, кстати сказать, и нашего олимпийского опыта), и целый ряд других вопросов, которые нам нужно решить».

Основной массив работы по подготовке к проведению Игр приняла на себя как раз госкорпорация «Олимпстрой». Все поставленные задачи в целом выполнены, поэтому она и должна быть ликвидирована. Мне кажется, это хороший пример того, когда мы что-то создаём, проект выполняется, структура ликвидируется, а не пытается доказать, что она незаменима и готова к выполнению любых других задач, которые будут поручены Родиной. Нам пора учиться именно таким образом работать. Тем не менее хотел бы отдельно поблагодарить всех сотрудников «Олимпстроя», его руководство за проведённую работу, она действительно заслуживает самой высокой оценки. Собственно, эта оценка уже состоялась, руководство получило причитающиеся в этом случае ордена и медали. А Олимпиада, которую мы провели, действительно, может быть, лучшая за всю историю зимних Олимпиад, это так.

Ещё один вопрос, тоже спортивный. Мы занимаемся подготовкой к Чемпионату мира, Кубку конфедераций, который проводит FIFA за год до чемпионата. Для этого тоже подготовлен законопроект, он направлен на уточнение особенностей целого ряда отношений, которые связаны с проведением чемпионата. Это труд работников, которые готовят эти соревнования, это некоторые вопросы, связанные с интеллектуальной собственностью (с учётом, кстати сказать, и нашего олимпийского опыта), и целый ряд других вопросов, которые нам нужно решить.

Также предлагается дополнить повестку ещё одним вопросом, который готовился достаточно энергично в последнее время. Раздаточные материалы на столе. Это федеральный закон о внесении изменений в закон «О банках и банковской деятельности» и некоторые другие законодательные акты в рамках выполнения поручений, которые были даны некоторое время назад.

Так что, если нет возражений, то все вопросы, которые входят в повестку дня, а именно все 17 плюс 18-й, который находится на столе, предлагаю рассмотреть.

Нет других предложений? Хорошо. Начали работать с закона о промышленной политике. Пожалуйста, Денис Валентинович (обращаясь к Д.Мантурову).

Д.Мантуров: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Восстановительный посткризисный рост экономики постепенно замедлился с 4,5% ВВП в 2010–2011 годах до 1,3% в 2013 году.

Динамика промпроизводства в обрабатывающей промышленности также стала практически нейтральной. Хотя за первые пять месяцев текущего года этот показатель существенно улучшился – до 3%, мы осторожно оцениваем этот результат, так как основные проблемы, тормозящие рост промышленности, пока не решены. В первую очередь это снижение инвестиционной активности, обусловленное, с одной стороны, дефицитом свободных денежных ресурсов у предприятий, которые они могли бы вложить в развитие производства, с другой – нарастающим разрывом между низкой рентабельностью бизнеса и процентными ставками по кредитам, доходящими до 15–20% годовых. Разница эффективных ставок в России, например, и ЕС сегодня превышает 7%.

Д.Мантуров: «Динамика промпроизводства в обрабатывающей промышленности также стала практически нейтральной. Хотя за первые пять месяцев текущего года этот показатель существенно улучшился – до 3%».

Проблему стоимости кредитов помогают решать субсидиарные инструменты, позволяющие компенсировать от двух третьих до 90% ставки рефинансирования. Это на сегодня основной инструмент, особенно в гражданских отраслях.

Но этих мер явно недостаточно. Надо обеспечить более масштабный приток инвестиций в обрабатывающей отрасли, так как сейчас они аккумулируют лишь 13 с небольшим процентов общего объёма вложений в российскую экономику, то есть почти в 2 раза меньше, чем инвестиции в сектор услуг или транспорта и связи. Это говорит о нераскрытом потенциале роста и необходимости запуска дополнительных инструментов стимулирования развития промышленности и повышения её конкурентоспособности.

Основные ориентиры промышленной политики отражены в концептуальных документах, включая майские указы Президента. Они задают долгосрочные цели, задачи, направления и ключевые индикаторы, которые в свою очередь проецируются на отраслевые стратегии и госпрограммы.

Для комплексной их реализации необходим чётко определённый нормативно-правовой инструментарий, который будет выступать основой для всех инициатив государственной промышленной политики в общенациональном масштабе.

Д.Мантуров: «Основные ориентиры промышленной политики отражены в концептуальных документах, включая майские указы Президента. Они задают долгосрочные цели, задачи, направления и ключевые индикаторы, которые в свою очередь проецируются на отраслевые стратегии и госпрограммы».

Поэтому в целях эффективного администрирования промполитики на всех уровнях Минпромторгом был разработан проект федерального закона о промышленной политике в Российской Федерации. Вместе с совокупностью региональных инициатив и законов он создаёт единую правовую базу, которая чётко определяет правила, принципы и механизмы государственного стимулирования развития промышленности.

Законопроект устраняет существующие пробелы и противоречия отраслевого законодательства, вводит необходимые определения и нормы для реализации всех мер поддержки промышленности. Он создаёт единые условия индустриального развития территорий и позволяет решить назревшую проблему с определением правового статуса индустриальных парков и промышленных кластеров.

В проекте закона уточняются особенности предоставления государством финансовой поддержки субъектам промышленной деятельности. В частности, субсидиарные меры должны быть не просто помощью слабому звену, а эффективным инструментом мотивирования бизнеса к более активному инвестированию в промышленность. Это требует установления особого порядка предоставления субсидий и включения показателей эффективности в качестве обязательного условия их получения. В рассматриваемом проекте закона заложена возможность модернизации существующих инструментов и определены новые механизмы промышленной политики.

Д.Мантуров: «Среди основных новаций законопроекта можно назвать специальный инвестиционный контракт, налоговые льготы и преференции для новых комплексных проектов, механизм возвратного финансирования долгосрочных займов на конкурентоспособных условиях, новые принципы субсидирования НИОКР».

Среди основных новаций законопроекта можно назвать упомянутый Вами, Дмитрий Анатольевич, специальный инвестиционный контракт, налоговые льготы и преференции для новых комплексных проектов, механизм возвратного финансирования долгосрочных займов на конкурентоспособных условиях, новые принципы субсидирования НИОКР, предусматривающие обязательства со стороны бизнеса по выпуску определённых объёмов продукции с использованием полученных результатов интеллектуальной деятельности, создание государственной информационной системы промышленности для контроля за состоянием промпроизводства и выстраиванием системы отраслевых балансов.

Отдельно остановлюсь на некоторых ключевых инициативах.

Модель специального инвестиционного контракта уже обкатана на аналогичном, по сути, режиме промсборки в автомобильной отрасли, обеспечившем во многих регионах дополнительную занятость и доходы бюджета. Мы предлагаем распространить этот опыт и на другие секторы промышленности.

Данный механизм предусматривает заключение соглашения между инвестором, уполномоченным органом федеральной власти и высшим исполнительным органом субъекта Федерации. Инвестор обязуется выполнить такие социально-экономические обязательства, как создание нового предприятия, выпуск не имеющего аналогов оборудования и высокотехнологичной продукции. В свою очередь Федерация и регион гарантируют инвесторам неизменение условий ведения бизнеса и обеспечивают разрешённую законодательством поддержку, это может быть льготное предоставление госимущества и земли, результатов интеллектуальной деятельности, преференций отраслевого характера, а также налоговых каникул.

Хочу отметить, что в соответствии с требованиями ВТО иностранные инвесторы на равных условиях с российскими могут участвовать в заключении таких контрактов.

Д.Мантуров: «Дополнительным катализатором роста инвестиций должны стать долгосрочные, до 2025 года, налоговые льготы для новых предприятий, находящихся на этапе становления. Это позволит увеличить объём собственных финансовых ресурсов в компании, необходимых для развития производства. При текущем уровне рентабельности, составляющем менее 10%, это крайне актуально».

Дополнительным катализатором роста инвестиций должны стать долгосрочные, до 2025 года, налоговые льготы для новых предприятий, находящихся на этапе становления. Это позволит увеличить объём собственных финансовых ресурсов в компании, необходимых для развития производства. При текущем уровне рентабельности, составляющем менее 10%, это крайне актуально.

Круг получателей налоговых льгот предлагается формировать путём составления перечня новых комплексных инвестпроектов, реализуемых в рамках приоритетных направлений промышленности. Он будет формироваться межведомственной комиссией и утверждаться распоряжением Правительства.

Состав льгот включает обнуление федеральной части налога на прибыль, предоставление возможности регионам снизить местную составляющую налога на прибыль и налога на имущество. Тем самым субъекты Федерации смогут предложить инвесторам более благоприятные условия, стимулируя бизнес к созданию новых предприятий и расширению будущей налогооблагаемой базы.

Важным элементом развития производств на местах является создание современной промышленной инфраструктуры. Формирование индустриальных парков как основы такой инфраструктуры должно стать стимулом для появления новых предприятий во многих регионах страны.

У нас затраты на их создание в 2–3 раза выше, чем в других странах. Хотя региональные власти и оказывают помощь, предоставляя землю и незначительные налоговые льготы, этого опять же недостаточно. Поэтому за семь лет в России создано около 50 потенциальных индустриальных парков, ещё 40 находится на этапе становления. Для сравнения: в Южной Корее их более 500, объединяющих около 70 тыс. компаний, они обеспечивают 1,6 млн высокотехнологичных рабочих мест, и около 80% их продукции идёт на экспорт. В других промышленно развитых странах, США, Евросоюзе, Китае этот сектор ещё более масштабный.

Проект закона о промполитике определяет круг возможных мер поддержки этого направления, которые заложены и в недавно принятой подпрограмме по индустриальным паркам.

Д.Мантуров: «Комплексное применение всех мер поддержки, предусмотренных в проекте закона о промполитике, позволит эффективнее решать задачи по созданию в России конкурентоспособной и структурно сбалансированной промышленности».

Комплексное применение всех мер поддержки, предусмотренных в проекте закона о промполитике, позволит эффективнее решать задачи по созданию в России конкурентоспособной и структурно сбалансированной промышленности. По оценке Аналитического центра при Правительстве, принятие этого закона сделает промышленную политику более прозрачной, последовательной и улучшит инвестиционный климат в широком спектре отраслей.

Закон дорабатывался с участием представителей органов законодательной и исполнительной власти, руководства всех субъектов Федерации, бизнес-сообщества и общественности. Он согласован с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти, получено положительное заключение Минюста России, Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве, Экспертного и Главного правового управлений Президента Российской Федерации. Были также учтены частично замечания Счётной палаты, мы договорились с коллегами, что при подготовке ко второму чтению будут доработаны окончательно все их предложения.

Прошу поддержать внесение законопроекта в Государственную Думу.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста, Алексей Александрович Мордашов.

А.Мордашов ( генеральный директор ОАО «Северсталь»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Уважаемые члены Правительства!

Присутствующие!

Благодарю вас за приглашение принять участие и возможность выступить при обсуждении этого законопроекта.

Надо отметить, что обсуждаемый сегодня проект федерального закона о промышленной политике готовился при активном участии представителей бизнес-сообщества. Было проведено большое количество консультаций и обсуждений, в ходе которых высказывался целый ряд оценок, предложений, в целом многие из них были учтены. И можно говорить о том, что в целом этот важный и нужный для предпринимательского сообщества документ многие промышленники поддерживают и считают целесообразным его принятие.

При этом хотелось бы отметить три основных момента, говоря о законе. Во-первых, при всем том, что закон задаёт правовые рамки, форматы для формирования промышленной политики и оказания помощи, субсидий и так далее, всё равно закон этот не отвечает на вопрос, какая будет собственно промышленная политика.

А.Мордашов: «Обсуждаемый сегодня проект федерального закона о промышленной политике готовился при активном участии представителей бизнес-сообщества. Было проведено большое количество консультаций и обсуждений, в ходе которых высказывался целый ряд оценок, предложений, в целом многие из них были учтены. И можно говорить о том, что в целом этот важный и нужный для предпринимательского сообщества документ многие промышленники поддерживают и считают целесообразным его принятие».

На мой взгляд, очевидно, что главным инструментом роста промышленности в Российской Федерации будет формирование благоприятного бизнес-климата. Как это ни банально звучит, может быть, но именно формирование базовых основ благоприятного бизнес-климата будет главным стимулом для роста промышленности. И здесь очень важно, чтобы бизнес-климат основывался на прозрачности, рыночности, конкурентности, и это самое главное и важное, что должно быть в том числе и в законе о промышленной политике.

Сам по себе закон, наверное, неплох, хорош и задаёт правильные правовые рамки, но всё равно ставит перед всеми нами вопрос о том, как в этих правовых рамках реально выстроить меры государственной поддержки и взаимодействие государства и промышленности. Особенно с учётом того, о чём говорили Вы, Дмитрий Анатольевич, в своём вступительном слове, – о том, что крайне важно соблюсти правильный баланс между, с одной стороны, поддержкой отдельных отраслей, а с другой стороны, сохранением рыночного характера нашей экономики, недопущением применения необоснованных льгот, субсидий и так далее. Это самый главный вопрос, который принятие закона всё равно оставляет и который стоит перед всеми нами.

При этом надо отметить, что в законе содержится целый ряд новаций, которые являются, по нашему глубокому убеждению, позитивными для бизнес-климата и роста промышленности. Это, о чём уже сегодня говорилось, – институт специальных инвестиционных контрактов, предусматривающий в том числе налоговые льготы на срок до 10 лет (закрепление этих льгот в режиме «дедушкиной оговорки» создаёт законодательную основу для развития индустриальных парков и промышленных кластеров), поддержка инжиниринговых компаний и так далее. Отмечается особая необходимость в поддержке экспорта, что, на мой взгляд, является крайне важным для подъёма промышленности, в целом поддержки рынков.

Есть ряд замечаний, которые высказывали представители экспертного сообщества. В данном случае я высказываю не только свою оценку, но и тех экспертов, которые были участниками подготовки и обсуждения законопроекта. Во-первых, говорится о том, что, несмотря на то, что в законе говорится о необходимости развития кадрового потенциала, к сожалению, пока это достаточно общая характеристика, и такие меры, например, как возможность компаниям относить на издержки все расходы, связанные не только с подготовкой кадров собственных сотрудников, но и работой с институтами, вузами, – были бы полезным шагом вперёд.

А.Мордашов: «Институт специальных инвестиционных контрактов, предусматривающий в том числе налоговые льготы на срок до 10 лет (закрепление этих льгот в режиме «дедушкиной оговорки» создаёт законодательную основу для развития индустриальных парков и промышленных кластеров), поддержка инжиниринговых компаний и так далее».

Есть озабоченность, которую мы высказывали и которая в целом была услышана, что формирование информационной системы, предусмотренное в законе, может привести к созданию громоздкой системы бюрократического характера сбора информации. Понятно, что такая система, возможно, имеет смысл, но главное, чтобы разработчики этой системы руководствовались принципами разумности и целесообразности.

Отрадно, что в законе нашло отражение наше предложение о том, что информация – одна информация – будет только однократно передаваться в систему.

Есть серьёзные замечания от ряда экспертов о необходимости придания большей инновационности этому закону. Честно признаться, я не совсем понимаю их озабоченность в этом смысле, хотя она высказывается. Мы с Денисом Валентиновичем (Мантуровым) говорили об этом, и он видит то, что этот закон действительно создаёт хорошие возможности для инновационной деятельности. Наверное, не предмет этого закона – специальная фокусировка на инновационности, но в рамках доработки закона, в рамках второго и третьего чтения в Государственной Думе, если кто-то имеет конкретные предложения, их можно наверняка обсудить и учесть.

Есть очень серьёзные замечания, которые высказывали эксперты, работающие в рамках Открытого правительства. И, наверное, очень разумное замечание о том, что закон этот – в силу того, что во многом направлен на формирование мер государственной поддержки и упорядочение мер государственной поддержки, – несёт в себе естественный риск коррупционности. И есть очень серьёзное предложение поручить Минпрому, Минюсту в рамках системы «Открытое правительство» разработать модель коррупционного риска в применении норм законопроекта.

Наверное, это целесообразно и может повысить качество закона. Уверен, что закон в целом хорош, создаёт правильные правовые рамки для развития и применения мер государственной поддержки для развития промышленности. Наверняка он требует определённых доработок, которые можно провести в рамках диалога с Минпромом в формате второго и третьего обсуждения в Государственной Думе.

Но в заключение хотелось бы подчеркнуть ещё раз принципиальную вещь: закон, наверное, неплох, наверное, он создаёт хорошие правовые рамки и форматы для оказания мер поддержки и так далее, но всё равно оставляет открытым фундаментальный вопрос: какая промышленная политика будет в нашей стране, какие меры мы считаем правильным применять? И здесь очень важно, чтобы мы нашли тот правильный баланс между, с одной стороны, поддержкой промышленности, а с другой стороны, сохранением рыночного характера, недопущением перекосов, перегибов, необоснованных льгот.

Большое спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Алексей Александрович.

Пожалуйста, коллеги, какие будут дополнения и комментарии к вопросу по законопроекту?

Пожалуйста.

Ю.Трутнев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Уважаемые коллеги!

Я хотел бы поддержать выступление Алексея Александровича Мордашова в той части, что, мне кажется, доложенный законопроект не даёт ответа на вопрос, какая у нас будет промышленная политика.

Денис Валентинович Мантуров сказал в своём выступлении, на графике посмотрели, что у нас основные показатели, связанные с индексом промышленного производства, с объёмом инвестиций, с производительностью труда, мягко говоря, не растут, а в основном падают. Тем не менее инструменты, которые предлагаются, они все старые – субсидирование процентной ставки, индустриальные парки, как относительно новая форма появляется инвестиционный контракт. Это что, переломит тенденцию? Честно говоря, я так не думаю.

С нами законопроект не обсуждался, к сожалению, хотя на территории Дальнего Востока есть большая необходимость в том, чтобы промышленная политика возникла. Нам надо судостроение развивать, надо помогать авиастроению, в общем, там очень много вопросов. Поэтому, мне кажется, здесь есть ещё над чем вместе поработать.

Законопроект не даёт ответа на достаточно важные для развития бизнеса вопросы: как земля будет выделяться для новых предприятий, как будет подводиться инфраструктура, что будет делаться для снижения административных барьеров? Эти же вещи мешают сегодня новым предприятиям возникать.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста, ещё какие будут соображения?

А.Дворкович: Законопроект, который представлен сегодня на рассмотрение Правительства, прошёл широкое обсуждение, и те вопросы, которые сегодня звучат, звучали и раньше. Тем не менее я считаю, что законопроект может быть поддержан для внесения в Государственную Думу и рассмотрения в первом чтении.

Закон о промышленной политике и не должен давать ответ на вопрос, какая у нас будет, собственно, промышленная политика в разрезе в том числе отраслей, регионов и в отношении конкретных сумм государственной поддержки и конкретных процедур решения тех или иных вопросов. В этой части он носит отсылочный характер, предоставляя необходимые полномочия Правительству Российской Федерации и отдельным федеральным органам исполнительной власти, а также регионам. И на основе уже принятого закона возможно будет скорректировать государственную программу развития промышленности таким образом, чтобы она давала ответ на вопросы, которые сегодня звучат, какой будет промышленная политика в Российской Федерации.

При рассмотрении законопроекта в последующих чтениях в Госдуме необходимо будет дополнительно рассмотреть как те вопросы, которые уже сегодня звучали, так и ещё по крайней мере два вопроса.

Первый касается фонда развития промышленности, и поручение Президента на эту тему есть. Необходимо будет решить, каким образом интегрировать механизм поддержки через фонд развития промышленности в данный закон, предоставив потом полномочия Правительству по определению процедур его работы.

Второй вопрос касается механизма координации промышленной политики. В законопроекте содержится норма о создании соответствующего совета при Президенте. Возможно было бы оставить этот вопрос на усмотрение Президента России и Правительства Российской Федерации.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста.

Д.Рогозин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Я думаю, что действительно обсуждение данного законопроекта является крайне важным в условиях того санкционного давления, которое сейчас оказывается на Российскую Федерацию со стороны Запада, новая промышленная политика альтернативы не имеет.

В этой связи я бы предложил, действительно, рассматривать сам процесс прохождения данного законопроекта через палаты Федерального Собрания как возможность для широкой дискуссии о том, какой должна быть промышленность в России, какими должны быть основные критерии отношения Правительства к тому, как построить эту промышленную политику, как выйти через в том числе те вложения, которые мы делаем в развитие оборонно-промышленного комплекса, на новую индустриализацию страны.

Поэтому в целом инициатива очень правильная, и думаю, что надо просто продумать нам ход обсуждения этого законопроекта, превратив его в такой серьёзный разговор, серьёзную дискуссию о том, какова должна быть индустриализация страны и как нам обеспечить трансфер технологий из оборонно-промышленного сектора в гражданскую экономику.

Д.Медведев: Спасибо.

Есть ещё комментарии?

Законопроект подготовлен, у него специфическое название. Я вообще не считаю удачным название, которое использует термин «политика». Вообще речь идёт о мерах экономического стимулирования, потому что исходя из такого подхода нужно принимать закон об аграрной политике, закон о политике в сфере инноваций и так далее. Это очень напоминает советские времена. Но смысл закона, его содержание очевидно, и оно абсолютно правильное, потому что мы действительно должны в различных ситуациях создавать меры поддержки собственной, отечественной промышленности, причём делать это именно так, как я сказал вначале (что подтвердил и наш приглашённый эксперт Алексей Александрович Мордашов как представитель российского бизнеса), – соблюдая баланс между рынком и помощью нашим предприятиям, то есть между конкуренцией и разумным протекционизмом. Это, кстати, очень тонкая история, даже в условиях санкций.

Поэтому те меры, которые есть, действительно частично уже используются. Есть новая мера, касающаяся специального инвестиционного контракта. Я думаю, что по мере работы над законопроектом и практики его дальнейшего применения можно и какие-то дополнительные меры туда включить – те, к которым мы будем готовы. Поэтому, безусловно, это лишь начало работы над созданием подобных мер поддержки в современных условиях.

Отвечая на сакраментальный вопрос, какая нам нужна политика… Вы знаете, во-первых, не бывает никакой вечной политики. Политика 2014 года всё-таки отличается от политики 1994 года и тем более отличается от индустриализации советского периода. Все сравнения в этом смысле хромают, они неправильные.

И второе. Мы с вами зачем программу-то принимаем государственную? Вот это и есть наша политика, то есть текущая деятельность по проведению экономического курса. А раз и навсегда данный закон на эту тему принять невозможно, конечно. Поэтому его название отражает скорее некоторые политические предпочтения и не является определяющим. При всех прочих равных этот закон мог появиться и под другим названием, это было бы, может быть, и точнее. Но сейчас мы это переделывать не будем, смысла нет. Самое главное – результат. Нам нужны меры поддержки, а не идеологические дискуссии на эту тему.

С учётом этого предлагаю документ принять и в процессе доработки его улучшить.

Да, и замечание по поводу коррупциогенных рисков. Я согласен, всякие меры поддержки всегда в чистом виде такого рода риски содержат, и нужно подумать над моделью противодействия этим рискам. Можно это сделать на базе работы Открытого правительства и других экспертных площадок.

Подготовьте предложения. Договорились? Спасибо. Принимается решение.

<…>

***

Брифинг Министра промышленности и торговли Дениса Мантурова по завершении заседания Правительства

Вопрос: Денис Валентинович, поясните, пожалуйста, зачем потребовалось принятие отдельного закона по промышленной политике. Не было ли достаточно тех законодательных актов, которые существуют в Российской Федерации? И вопрос следом. Насколько я знаю, на Правительстве должны были быть рассмотрены документы по импортозамещению, которые были как раз связаны с ситуацией на Украине. Были ли заслушаны какие-то предложения? И чего ожидать в ближайшем будущем? Какие производства будут организованы на территории Российской Федерации?

Д.Мантуров: Вы знаете, я тоже думал, так же как и вы, относительно того, зачем нам закон-то нужен. То есть всё вроде бы и так понятно, есть федеральные целевые программы, есть отраслевые стратегии, с 2012 года появились государственные программы. И вроде бы всё должно быть понятно и структурированно, но на самом деле у нас не всё так гладко и прекрасно, особенно в обрабатывающем секторе промышленности. Почему? Потому что мы находимся в глобальной конструкции, в глобальном рынке и от изменений, которые происходят на внешнем периметре, также зависят показатели и возможности нашей промышленности. Как вы заметили, последние два года у нас динамика развития обрабатывающей промышленности невысокая, особенно за прошлый год, по сути, был нулевой рост. В этом году по результатам первых пяти месяцев мы осторожно констатируем о том, что появился рост – 3% с небольшим.

Но всё это очень нестабильно. Для того чтобы и промышленность, и отрасли потребительские ориентировались и понимали, что государство ориентировано на развитие этого сектора экономики, поскольку не раскрыт потенциал развития этого направления, – должны быть направленные меры государственной поддержки и должны быть даны правильные ориентиры развития этого сектора экономики. Для этого, собственно, и разработан законопроект о промышленной политике (можно спорить, как его правильно называть – «Развитие промышленности», «О промышленной политике» или просто «О промышленности», но по крайней мере рабочее название на сегодняшний день – «О промышленной политике»), в который мы заложили достаточно большое количество инструментов поддержки. И это, как я сегодня на заседании Правительства докладывал, не просто, вы знаете, какая-то мера поддержки слабого звена, это инструменты, которые позволяют, во-первых, субъектам предпринимательства ориентироваться на чёткие совершенно законодательные решения. В частности, важная инновация в законе – это специальный инвестиционный контракт.

Вы все прекрасно осведомлены и мониторите, наверное, ситуацию по автопрому. Принималось в своё время решение по подписанию с инвесторами так называемого инвестиционного контракта по промышленной сборке. Это что-то аналогичное, поскольку в других отраслях, в других секторах промышленности такая практика не применялась, мы хотим распространить её на другие индустрии. Во-первых, мы видим, что это работает, а во-вторых, хотим получить результат в других отраслях. Инвестор будет брать на себя ряд достаточно серьёзных обязательств, а федеральная и, соответственно, региональная власть должна брать на себя обязательства, которые сегодня возможны в рамках законодательства. Самое главное, наверное, чтобы не менялись правила игры. Это, собственно, носит фундаментальный характер, я считаю. Наверное, многие из вас знают, что такое «дедушкина оговорка». Это когда взятые на себя со стороны государства обязательства не будут меняться на срок исполнения взятых инвестором на себя обязательств, в данном случае это до 2025 года.

Также мы планируем изменить подход по существующим инструментам субсидиарного характера, то есть изменить субсидии в сторону, во-первых, конкурсной основы. Второе – опять же обязательства со стороны бизнеса по внедрению результатов интеллектуальной деятельности в рамках, в частности, разработки каких-то новых продуктов или образцов промышленных, и также внедрению в производство – это, соответственно, с конкретными объёмами, на три года, скажем.

Что ещё? Это налоговые льготы – налоговые льготы федеральные (это налог на прибыль – 2% будет обнуляться), это возможность регионам снижать налог на прибыль до 5%, это обнуление налога на имущество в регионах, что, собственно, даёт возможность также новым предприятиям, которые только становятся на ноги, получить возможность формирования и сохранения прибыли как собственного дополнительного источника для развития.

Что нового ещё? Государственная информационная система. Сегодня порой мы не знаем – ни федеральное министерство, ни региональные власти, что происходит в соседних регионах. Крайне важно, чтобы в государственной информационной системе была информация, которая позволила бы давать правильные посылы и ориентиры в регионы, с которыми мы сейчас активно взаимодействуем, в части того, какие отрасли, какие направления имеет смысл развивать, чтобы не было такого дурного дублирования.

Я могу привести пример в деревообрабатывающей отрасли, когда в одном из регионов создаётся производство, для которого недостаточно лесных балансов в этом регионе, но они при этом рассчитывают получать поставки леса из соседнего региона, а в соседнем регионе недозагружено собственное производство. Явно получается создание переизбыточных мощностей, которыми потом мы, собственно, будем заниматься и пытаться сохранить оба производства, что достаточно сложно. Или в металлургии, когда каждый регион старается создать обязательно у себя крупное, или среднее, или малое металлургическое предприятие. При этом мало кто задумывается, что у нас дефицит металлолома. И есть даже определённые стимулы и в определённом смысле ограничения по вывозу этого металлолома на экспорт, для того чтобы перерабатывался этот продукт у нас в стране. А мы, к сожалению, не можем повлиять на эти процессы, поэтому государственная информационная система будет давать возможность чётких ориентиров в этом направлении.

Это не значит, что мы за счёт этого инструмента хотим накладывать какие-то жёсткие ограничения. Мы дадим правильные ориентиры регионам, где есть, например, дефицит мощностей в импортозамещающих направлениях – по переработке каких-то химических продуктов, по производству, например, пенопропиленовой плёнки. У нас огромные объёмы заходят по импорту. Явно при наличии собственного газа нам имеет смысл развивать эти направления, и у нас есть для этого потенциал. Я готов перечислить другие отрасли, где есть определённый опять же рост и стимулы развития.

Ряд других направлений, которые также зафиксированы в законе о промышленной политике. В частности, мы даём определение индустриальным паркам, кластерам – это было больше на понятийном таком уровне, но в законодательстве эти направления не зафиксированы.

Что касается тематики, связанной с импортозамещением, у нас ни в повестке дня сегодняшнего заседания не было...

Вопрос: А в принципе Дмитрий Олегович (Рогозин) говорил, что 10–15 июня от Минпромторга ожидаются предложения в части импортозамещения, именно корректировки программы в связи с ситуацией на Украине. Может быть, по двигателям есть какие-то новые темы?

Д.Мантуров: Дмитрий Олегович как раз сказал о том, что Минпромторг внёс 10-го числа, как и было предписано Правительством, соответствующую программу. Она предусматривает создание производств и соответствующих мощностей, которые будут обеспечивать производство тех агрегатов, тех комплектующих, которые сегодня мы закупаем по импорту (и оказались в непредвиденной ситуации в части ограничений по поставкам, в частности с Украины). Поэтому мы такую программу в рамках выполнения поручений именно по оборонно-промышленному комплексу внесли, и дальше мы занимаемся её реализацией.

Вопрос: А можете рассказать хотя бы о самых ярких проектах, которые присутствуют в этой программе?

Д.Мантуров: Наверное, все знают о том, что мы на 100% зависим по газотурбинным агрегатам для наших кораблей – в частности, фрегатов, корветов и сторожевых кораблей. Поэтому этот предмет совершенно чётко отражён в этой программе. Будет создаваться производство самого газотурбинного агрегата на рыбинском «Сатурне» в Ярославской области, и редуктор для этого двигателя, который является неотъемлемой частью технологического процесса, будет производиться на заводе «Звезда» в Санкт-Петербурге.

Большой перечень комплектующих, я сейчас не буду называть их количество – их несколько тысяч, которые поставляются сегодня из-за рубежа, в частности с Украины, и которые будут производиться теперь в России. Я могу сказать, что для наших российских предприятий это достаточно хорошее подспорье, поскольку по году это будет дополнительный объём производства – более 30 млрд рублей начиная с 2015 года. По каким-то комплектующим процесс импортозамещения займёт полгода, по каким-то – до трёх лет. Поэтому в течение трёх лет мы должны полностью себя обезопасить, обеспечить себя собственным производством.

Вопрос: Максим Товкайло, газета «Ведомости». Можете рассказать, на каком этапе сейчас создание фонда? Политическое решение о создании этого фонда поддержки промышленности принято, но непонятны параметры его: во что он будет вкладываться, будут это возвратные средства или субсидии по процентной ставке? Есть ли уже какие-то решения по объёму и механизму финансирования?

Д.Мантуров: Что касается решений, решения озвучены были Президентом на питерском экономическом форуме. Он поручил создать такой фонд для поддержки промышленности. Речь в первую очередь идёт о средствах на возвратной основе. В частности, в законопроекте о промышленной политике уже заложен такой инструмент, который даёт право Правительству определиться по соответствующему механизму. Но опять же заложена основа, которая говорит именно о возвратной составляющей.

Что касается объёмов, то мы для себя предварительно считали, что для того, чтобы реализовать те направления, которые отражены в государственных программах развития промышленности, в тех законах, в частности, по внедрению наилучших доступных технологий при модернизации мощностей предприятий, потребуется от 200 до 300 млрд по году. Что касается кредитных ресурсов, которые должны предоставляться предприятиям на таких разумных и доступных кредитных правилах, мы исходим из расчётной ставки 4,5–5% годовых. Исходя из этих объёмов, мы ориентируемся на то, что, предоставляя часть средств из федерального бюджета (как вариант) в капитал, например, банка или института развития, – институт развития и кредитные учреждения должны привлекать средства с рынка. Под какой процент эти средства будут привлекаться и на какой срок – это, соответственно, и будет определять окончательный объём предоставляемых из федерального бюджета средств на это направление, на Фонд развития промышленности.

На этот год в проекте федерального бюджета заложен пока пилотный миллиард рублей для Внешэкономбанка, и мы должны отработать этот механизм до конца. Но при осенней корректировке, я уверен, мы с Министерством финансов найдём решение по увеличению объёмов предоставления из федерального бюджета на это направление. Я не готов сегодня называть конкретных сумм, но мы исходим из того, что это должно быть по этому году не менее 10 млрд.

Вопрос: То есть оператором фонда будет ВЭБ, я верно вас понял?

Д.Мантуров: Я сказал, что это пилотный проект. И как раз сегодня обсуждается вариант, что фонд будет создан по аналогии, например, с Фондом национального благосостояния, то есть это не юридическое лицо, это статья, строка в бюджете, которая будет наполняться и из которой будут направляться средства, в частности, как я сказал, в институты развития, в частности, в банки, которые будут заинтересованы в развитии этого направления и в кредитовании реального сектора экономики, промышленности. Поэтому у нас будут определённые варианты и манёвры.

Вопрос: Сейчас в Правительстве активно обсуждается помощь компании «Мечел». Возможен ли вариант с банкротством компании и отхождением её активов банкам-кредиторам? Или есть всё-таки политическое решение, что компании так или иначе будут помогать?

Д.Мантуров: Я несколько раз на этот вопрос уже отвечал в том или ином ракурсе. Что касается позиции нашего министерства, то мы противники банкротства «Мечела», и по большому счёту на тех совещаниях, на которых я присутствовал и мои коллеги, такой вариант не рассматривался, на всех уровнях – как в Правительстве, так и в других ведомствах.

Что касается наиболее реалистичного варианта, который сегодня стоит на повестке дня, это выкуп облигационного фонда, облигаций, которые выпустит, соответственно, «Мечел», и выкупать будут банки, в частности ВЭБ, этот облигационный займ. Я думаю, что это наиболее реалистичный и разумный вариант.

Вопрос: Вы не считаете целесообразной смену менеджмента «Мечела» в связи с этой госпомощью?

Д.Мантуров: Вас Зюзин не устраивает чем-то?

Ответ: Мне лично всё равно, но кредиторов вроде как не устраивает.

Д.Мантуров: Наверное, никогда вы не найдёте стопроцентного консенсуса по руководителю того или иного предприятия – кому-то нравится, кому-то не нравится. Кредиторы на то и кредиторы: предоставляя изначально эти займы, они должны, наверное, думать, кому они предоставляют, кто стоит во главе этого предприятия. Человек не поменялся на протяжении этих лет. Я его достаточно давно знаю, он как был Зюзиным, так и остался. Человек на самом деле хотел лучшего. Он хотел развития компании, развития новых мощностей, что, собственно, и отражено в результатах. Построено новое предприятие, запущены новые комплексы. Да, ещё пока не до конца завершено Эльгинское месторождение угля, но опять же деньги не в офшорах спрятаны, они вложены в абсолютно реальные, живые проекты. Поэтому не знаю… Кредиторам, конечно, виднее, но, думаю, что надо находить какое-то компромиссное решение.

Вопрос: Пётр Козлов, «Известия». Денис Валентинович, поясните, пожалуйста, какой смысл в себе несёт одобренный сегодня Правительством законопроект о стандартизации и какую пользу он может принести производителям и потребителям, с другой стороны?

Д.Мантуров: Со всех сторон это очень важное и актуальное решение. И как Председатель Правительства сказал, во многом он даже увязан с первым вопросом, который рассматривался сегодня, – это закон о промышленной политике. В частности, закон о стандартизации даёт возможности, предпосылки к развитию, к модернизации, к инновационному развитию нашей промышленности и других отраслей экономики. Закон определяет ряд основополагающих моментов, которые не были отражены ранее в законе о техническом регулировании, в который стандартизация была погружена как один из разделов закона о техническом регулировании. Сегодня стандартизация через закон о стандартизации выводится в отдельную отрасль, в отдельный свод правил, который отражён в законе, который, во-первых, в части инноваций даёт возможность предприятиям осуществлять трансфер международных стандартов, тем самым экономя сроки внедрения этих стандартов на практике – от года до полутора. Это достаточно большие сроки, особенно когда мы говорим об инновационных продуктах или услугах, которые будут предоставляться российскими предприятиями. Также предусматривается возможность ссылки на национальные стандарты, которые будут разрабатываться. Определены форматы финансирования разработки стандартов, как они будут разрабатываться – это всё отражено в законе.

Что касается потребителей, то в первую очередь потребители заинтересованы в получении качественной продукции и услуг. Закон о стандартизации даёт такую возможность и предусматривает такие возможности в принимаемом документе.

Вопрос: «Промышленный вестник». Денис Валентинович, у меня два вопроса по «Иннопрому». Расскажите, пожалуйста, о двух основных инициативах министерства, которые относятся к выставке «Иннопром-2014», в частности о национальной промышленной премии «Индустрия» и создании стратегического совета по инвестициям в новой индустрии. Какие задачи они решают? И второй момент по премии. Премия – это всё-таки больше некий PR-инструмент, нежели реальный стимул для развития инноваций. Какие сейчас ещё меры принимает министерство для осуществления технологической революции, о которой говорил Президент на питерском форуме? Спасибо.

Д.Мантуров: Давайте я тогда отвечу по «Иннопрому». Потому что если мы говорим в целом о том, что предпринимается Правительством или нашим ведомством, то мы с вами сейчас, на протяжении нескольких минут это подробно обсуждаем. Это и закон о промышленной политике, государственная программа, отраслевые стратегии, закон о стандартизации, который также даёт возможности предписывать ряд требований и соответствующих нормативных правил.

Что касается «Иннопрома», это крупная промышленная выставка, которая будет в пятый раз проводиться в Екатеринбурге, в определённом смысле она юбилейная. Мы постарались наполнить её в этом году рядом мероприятий. В частности, вы упомянули премии. Действительно, это не какой-то инструмент по продвижению или реализации тех или иных проектов. Это в определённой степени отражение государственной позиции в части того, что о предприятиях, которые являются инновационными, передовыми, – должны знать. Население должно знать о продукции, которую они производят, услугах, которые они предоставляют. Национальной премией «Индустрия» мы хотели бы это более широко осветить в СМИ, в том числе через вручение этой премии в зале. Там будут присутствовать более полутора тысяч человек, посетителей, в основном это руководители крупных предприятий. В целом мы рассчитываем, что на выставке будет около 50 тыс. посетителей, которые ознакомятся с этой продукцией, получат представление. Я думаю, что, с одной стороны, это пиар, а с другой стороны, это награда за те своевременные действия, которые менеджмент этих предприятий предпринимал для того, чтобы реализовать, в частности, промышленную политику на своих предприятиях.

Что касается номинантов. Сегодня пока пять лауреатов, соответственно, будет из этих пяти лауреатов отобрано одно предприятие, и премия будет вручаться в первый день открытия выставки – 9 июля. Претендентов сегодня, как я сказал, пять. На самом деле даже мне были очень интересны (и в определённой степени были для меня новостью) предприятия, которые попали в список лауреатов. Я из пяти знаю только два – это «Биокад» (в области фармацевтики) и «Транзас» (в части производства навигационного оборудования). Другие три компании: «Новые плазменные технологии» – это компания, которая разрабатывает инструменты, точнее, нанотехнологические покрытия для инструмента, мне до этого не была известна; компания «Диаконт», которая производит оборудование для атомной и газовой промышленности, и компания «РобоСиВи» – это автоматы для складских комплексов. Эти три компании новые, были не на слуху.

Что касается совета. Совет учреждён в этом году, как и премия, в состав его входит 33 представителя разных направлений, институтов развития, индустриальных компаний, компаний-разработчиков, причём как российских, так и зарубежных представителей. Поэтому мы рассчитываем на то, что этот Совет по инновациям будет носить абсолютно прикладной характер, на нём будут рассматриваться в том числе инициативы нашего ведомства, инициативы членов совета, которые должны быть направлены на создание благоприятного инвестиционного климата в нашей стране, в первую очередь ориентированного на то, чтобы инвесторы вкладывали средства в российскую промышленность. Вот, наверное, коротко о том, как будет наполнен «Иннопром». Но самое главное: в этом году основная тематика – это робототехника и автоматизация производства, особенно в транспортном машиностроении.

Вопрос: Алексей Ашихмин, «Интерфакс». Денис Валентинович, возвращаясь к вопросу поддержки промышленности. В мае одна из ведущих отраслей промышленности, производство легковых автомобилей LCV, показала, соответственно, серьёзное падение – 12%. Долго поднимался вопрос возможного возобновления поддержки этой отрасли в тех или иных формах. Не рассматриваете ли вы его сейчас? Если да, то в каких формах возможно возобновление?

Д.Мантуров: Мы с вами регулярно на эту тему говорим, взаимодействуем. Это одна из любимых ваших тем – автопром. Это отрадно на самом деле, потому что эта индустрия в определённом смысле носит межотраслевой характер и даёт достаточно серьёзную занятость трудового населения в разных отраслях, которые обеспечивают автопром. И мы с учётом того, что достаточно внимательно мониторим эту отрасль, стараемся своевременно оказывать ту или иную поддержку этому направлению.

В частности, если вы не знаете, то я хотел рассказать, что в законопроекте, который сейчас проходит финальное обсуждение в Государственной Думе и будет направлен Президенту на подпись, это корректировки бюджета 2014 года, заложена абсолютно конкретная сумма на поддержку автопрома, в частности и лёгких коммерческих автомобилей, через целевую закупку двумя ведомствами – Министерством внутренних дел на 2,3 млрд рублей и Федеральным медико-биологическим агентством на 300 млн рублей. Также предусмотрены средства на развитие направлений по газомоторному топливу, на закупку муниципального транспорта, в первую очередь это автобусы (вы упомянули только LCV, по автобусам ещё больше процент падения – до 20%). Поэтому мы рассчитываем на то, что эти инструменты и эта возможность, предоставленная нашим предприятиям, нивелирует то падение, которое мы наблюдаем сегодня по результатам пяти месяцев. Средства будут расходоваться до конца года, я считаю, что мы таким образом нивелируем падение к концу года.

Спасибо большое.

***

Брифинг Министра финансов Антона Силуанова по завершении заседания Правительства

Модератор: Здравствуйте, уважаемые коллеги. Сегодня у нас короткий брифинг, он посвящён одному вопросу. Нам поступило от вас очень много вопросов в связи с тем, что, как мне кажется, вчера слова министра были не совсем правильно истолкованы, были восприняты так, что пенсионные средства были потрачены на какие-то текущие расходы, текущего характера, связанные в том числе с помощью субъектам – это неверно, и поэтому мы начнём с того, что просто ещё раз поясним этот вопрос.

А.Силуанов: Да, действительно, хочу кое-что напомнить из дискуссий прошлого года. Мы договорились о том, что на финансовом рынке будет наводиться порядок, в первую очередь с работой негосударственных пенсионных фондов. В этой связи Банк России как регулятор этого рынка в текущем году проводит обследование всех финансовых институтов, в том числе негосударственных пенсионных фондов. Эти организации акционируются, переходят в иную организационно-правовую форму, чтобы в следующем году на рынке негосударственных пенсионных фондов работали исключительно надёжные, проверенные, устойчивые финансовые организации, чтобы средства пенсионных накоплений наших граждан были в надёжных руках и надёжно защищены – это одно из положений той реформы, которую реализует сегодня Банк России.

В этой связи в 2014 году средства пенсионных накоплений граждан зачисляются не в негосударственные пенсионные фонды, которые проходят проверку Банком России, а зачисляются в Пенсионный фонд, в страховую часть пенсии тех работающих граждан, которые формируют себе пенсию. Это очень важно, потому что сегодня появились заявления о том, что Правительство тратит деньги накопительной части будущих пенсионеров. Абсолютно неправильно. Хочу сказать, что деньги накопительной части работающих граждан, которые откладывают себе на пенсию, пойдут не в накопительную часть (поскольку, мы говорим, негосударственные пенсионные фонды проходят проверку со стороны Банка России), а пойдут в страховую часть. То есть на те же самые счета этих же граждан накопительная составляющая будет зачислена в текущем году. Поэтому, наоборот, граждане не проиграют, граждане получат те же самые средства на свои счета, которые будут формировать в будущем пенсию работающим гражданам. Поэтому Правительство Российской Федерации ни в коем случае никогда не мыслило и не собиралось тратить деньги пенсионеров. Все те отчисления, которые производят наши граждане, будут направлены на счета, которые впоследствии станут источником формирования пенсий будущих пенсионеров.

В этой связи в бюджете 2014 года образовалась экономия на трансферте, которая подлежит перечислению Пенсионному фонду в сумме 243 млрд рублей. Эти деньги мы действительно направляем на поддержку отдельных субъектов Российской Федерации, на реализацию мер поддержки отраслей – социальной сферы и так далее. Это всё предусмотрено в законе о бюджете, мы действуем в рамках действующего законодательства, поэтому никаких ущемлений интересов наших работающих граждан с точки зрения использования их пенсионных средств, пенсионных отчислений, конечно, нет. Это просто невозможно, и Правительство никогда не думало заниматься таким вопросом.

Вопрос: Сегодня в повестке дня значился вопрос, согласно которому Минфин будет вносить в Правительство социально-экономический прогноз. Какое решение принято по этому вопросу?

А.Силуанов: Речь идёт о том, что когда вносится бюджет, в составе материалов бюджета вносится и прогноз социально-экономического развития. Что произошло в прошлом году? Произошло следующее: Правительство Российской Федерации утвердило прогноз, на основании которого считаются параметры бюджета. Министерство финансов посчитало прогноз, исходя из утверждённого на заседании Правительства. Потом, в ходе дальнейшей проработки, были внесены уточнения этого прогноза. Так получилось, что данные прогноза и данные бюджета по отдельным статьям не совпадали – это действительно неправильно и недопустимо. В прошлом году было принято решение, что Минфин как ответственный за подготовку бюджета и материалов к бюджету для внесения в Правительство, а потом и в Государственную Думу, формирует полный комплект документов для представления в Правительство и Государственную Думу, с тем чтобы мы, получив от Министерства экономического развития прогноз, его, естественно, не корректируя, не правя ни в коем случае, а учитывая как базу для расчёта бюджета, скомплектовали в один документ, в один материал, отправили в Правительство, а Правительство потом рассмотрело и в дальнейшем отправило в Государственную Думу – вот, собственно, и всё. Мы же не собираемся здесь прогноз уточнять, который Минэкономразвития формирует, это не наша компетенция, то же самое как и Минэкономразвития не правит бюджет, который делает Минфин, у нас разделение полномочий. Речь идёт о чисто техническом моменте: кто вносит прогноз и бюджет. До последнего дня вносило в Правительство Минэкономразвития – прогноз, Минфин – бюджет. Сегодня рассматривали вопрос – давайте эти два документа будет вносить Минфин как ответственный за бюджет. Мне кажется, что ничего страшного в этом нет. В целом эта идея была поддержана, но договорились ещё обсудить в Правительстве и окончательно определиться по ней. Хотя, ещё раз повторю, на заседании Правительства это предложение было в целом поддержано.

Вопрос: Максим Товкайло, «Ведомости». А если вы не согласны с прогнозом Минэка, как тут быть? Получается, если называть вещи своими именами, ущемление неких полномочий Минэкономразвития. Оно всё-таки ответственно за экономический рост, за экономический прогноз, всегда его отстаивало, часто ваши оценки не совпадали, а тут получается, что теперь Минфин – и за прогноз, и за бюджет. Это всё равно что если бы бюджет отдали им и они бы вносили – тоже так, наверное, возможно?

А.Силуанов: На самом деле прогноз, который используется Минфином для расчёта бюджета, – это тот прогноз, который принят Правительством, мы на нём основываемся. Правительство рассматривает прогноз, утвердило его, и никто не вправе его корректировать – ни Минфин, ни Минэкономразвития, никакое другое министерство и ведомство. Поэтому даже если у нас есть вопросы к прогнозу, мы их задаём в ходе обсуждения проекта прогноза до внесения его в Правительство. Как только Правительство принимает решение одобрить этот прогноз, для нас это закон для расчёта бюджета. Никаких других изменений этого документа, естественно, Минфин не может вносить и не планирует.

Я хочу сказать, что у нас есть такая практика, когда Минфин вносит проект ФАИПа вместе с документами бюджета в Правительство для последующего представления в Думу. Министерство экономического развития вносит федеральные целевые программы, которые готовят другие министерства и ведомства. То есть создаётся горлышко, через которое проходит весь комплект документов, чтобы Правительство не собирало их от отдельных министерств и ведомств. Это, на мой взгляд, нормальная административная процедура, и здесь какие-то опасения о том, что вдруг Минфин, не согласный с какими-то показателями, будет что-то править в прогнозе, – это абсолютно беспочвенно и безосновательно.

Вопрос: Медведев во вступительной части сказал, что Правительство сегодня также рассматривало поправки в закон о банках и банковской деятельности. Правильно ли мы понимаем, что речь идёт о запрете для госкомпаний иметь счета в иностранных банках? Какие решения были приняты?

А.Силуанов: Правильно то, что Дмитрий Анатольевич сказал, что мы сегодня рассматривали этот законопроект. Но то, что вы сказали о запрете стратегическим компаниям иметь счета в зарубежных банках, это неправильно. Действительно, такой законопроект подготовлен, и суть его заключается в следующем. Он определяет перечень компаний, имеющих стратегическое значение для экономики Российской Федерации; определяет перечень операций, которые ведут банки с такими компаниями; определяет то, что Правительство вместе с Центральным банком должны определить критерии для того, чтобы средства государственных компаний или стратегических компаний, которые определяет Правительство или Президент Российской Федерации, были надёжным образом сохранены в надёжных кредитных организациях. Такие критерии определит Правительство совместно с Банком России. В первую очередь это будет, конечно, критерий объёма собственных средств банка или его капитала.

В этой связи никаких запретов на работу стратегических компаний с иностранными банками или осуществление расчётов по внешнеэкономическим операциям рассматриваемый законопроект не содержит. Как сегодня эти операции осуществляются, так и будут осуществляться в дальнейшем. Речь идёт о том, что мы должны более внимательно подходить к работе с государственными деньгами или деньгами стратегических компаний, с тем чтобы эти деньги были в надёжных кредитных организациях, с тем чтобы не было случаев (которые у нас были в прошлом), когда деньги, в том числе и госкомпаний, пропадали после банкротства того или иного кредитного учреждения. Как раз законопроект направлен на то, чтобы в более надёжных кредитных организациях хранились средства в первую очередь стратегических компаний.

Это с одной стороны. С другой стороны, эти компании в условиях возможных ограничений, которые сегодня есть в рамках тех санкций, которые введены в отношении отдельных компаний, должны быть надёжно защищены. Собственно, на этот вопрос и отвечает тот законопроект, который мы сегодня рассматривали.

В целом законопроект одобрен. Мы с учётом высказанных замечаний сегодня его доработаем, завтра внесём в Правительство в окончательной редакции, с тем чтобы до конца весенней сессии он мог бы быть принят Государственной Думой. Мы будем просить Государственную Думу рассмотреть и принять его в весеннюю сессию.

Спасибо.