Заключительное слово на заседании президиума Государственного совета «О развитии инновационной системы Российской Федерации»

Д.Медведев: Уважаемые коллеги!

Давайте подведем итог нашей работы. Во‑первых, так, как обычно и бывает по итогам заседания президиума, будет выпущено поручение, в частности, по тем вопросам, которые я называл: и по формированию специального раздела в концепции долгосрочного развития, который посвящен инновационной политике с расшифровкой ряда позиций, которые мы сегодня с вами обсуждали, и разработка долгосрочного прогноза научно-технологического развития России на период уже до 2030 года, а также ряд специальных мер, которые здесь прозвучали, в частности, и по повышению заинтересованности предприятий и организаций в постановке на баланс интеллектуальной собственности (я об этом чуть позже скажу) и дальнейшему движению по законопроектной работе. Я имею в виду продвижение в Государственной Думе проектов федеральных законов о передаче технологий и о патентных поверенных.

Ряд других пожеланий также высказывался и в ходе посещения некоторых объектов, на которых мы сегодня вместе с коллегами были, в частности, по‑моему, Эльвира Сахипзадовна об этом специально не сказала, но сейчас прорабатывается вопрос об изменениях в закон о технико-внедренческих зонах в части распространения вопросов, касающихся производственной деятельности и возможности создавать какие‑то участки такого рода с более широкой компетенцией, чем это имеется сегодня. Но это мы проработаем, обязательно к этому вопросу вернемся.

Теперь по отдельным вещам, которые звучали в выступлениях наших товарищей.

В отношении изменения в закон о государственных поставках, по‑моему, это Виктор Александрович говорил. Тоже давайте посмотрим, какие там предложения есть. Если сочтем это приемлемым и подходящим для общей работы, соответственно, уже нормативные предложения подготовим.

В части изменений в ряд налоговых актов сказали и Алексей Леонидович, и Эльвира Сахипзадовна. Я это тоже, естественно, подтверждаю. Мы будем над этими изменениями работать.

Вот только что говорил о постановке на бухгалтерский баланс и вовлечении в хозяйственный оборот объектов интеллектуальной деятельности, результатов интеллектуальной деятельности. Здесь у Андрея Александровича Фурсенко как раз в выступлении говорилось о необходимости более тонкой оценки результатов вот такого рода работы. Это справедливо, и это вообще тема очень сложная. Над ней бьются не только у нас, но и в других странах. Вы знаете, насколько легко раздуть нематериальные активы, а потом все грохнется, так как это бывало в ряде экономик.

Нам, конечно, по такому пути идти нельзя. В то же время мы должны добиться объективной, сбалансированной рыночной оценки результатов творческой деятельности. Не уверен, что здесь необходимы изменения в гражданское законодательство, думаю, что здесь проблема все‑таки в другом. Но в любом случае это законодательство должно создавать стимулы для того, чтобы такого рода результаты действительно ставились на баланс после того, как они подвергнуты реальной экономической оценке. В конечном счете, это вопрос, если хотите, и экономической культуры. Вспомните, что было в 90-е годы, когда под видом нематериальных активов пытались продавать всякого рода, по сути, несуществующие ценности, вносили их в уставный капитал, а потом соответствующие акционерные общества заканчивали свой путь весьма печально, зачастую вместе с их учредителями. Но заниматься нужно этим обязательно.

Еще одна тема, которая у всех довольно активно звучала в выступлениях, – подготовка специалистов. Мне Андрей Александрович передал справку по поводу того, как выглядит сегодня ситуация. У нас 15 процентов в общем объеме заказы, я так понимаю, да?

А.Фурсенко: Бюджетного заказа.

Д.Медведев: Да, бюджетного заказа. Это экономисты, 15 процентов – педагоги, 10 процентов – юристы и 25 процентов – это технологические специальности. Уменьшалось за последние 4 года количество мест по экономике на треть, по педагогике – на 20 процентов и по гуманитарным наукам – тоже почти на 20 процентов. Но что я хотел сказать? Эти цифры, они, конечно, свидетельствуют о том, что мы все‑таки возвращаемся к нормальной пропорции бюджетных мест и вообще нормальной пропорции по специальностям. Но да простится мне это: может быть, я не уверен, что это та ситуация, где рынок все отрегулирует. Здесь мы должны все‑таки давать некие знаки, потому что рынок регулирует, но иногда криво по тем самым местам – по юридическим и экономическим специальностям, это же тоже потребности рынка, но какого рынка? Образовательных услуг. Выгодно готовить специалистов такого рода, и готовят, потому что за это платят деньги. Рыночный регулятор? Рыночный. Экономике нужно такое количество специалистов? Нет. Значит, должны быть какие‑то другие индикаторы, какие‑то другие сигналы, которые свидетельствуют о правильном распределении специальностей. И мы дальше будем совершенствовать эту систему.

Говорилось о необходимости подготовки ряда документов. Я тоже думаю, что к этому можно вернуться и в части венчурного инвестирования, закона об инновациях, то, что Владимир Владимирович говорил. Не уверен, что нам нужно в такой форме это принимать, но, естественно, должны совершенствоваться те нормативные документы, которые есть.

Петр Иванович сказал по поводу того, что нормативная основа для инновационной элиты, в частности Гражданский кодекс, работает не в полной мере и необходимо вносить изменения. Я думаю, что проблема совершенно не в этом. У нас сейчас сложилось уже законодательство, законодательство творческой деятельности, то, что на Западе зачастую называется законодательством о промышленной и интеллектуальной собственности, со своими, наверное, достоинствами и недостатками, но проблема, конечно, не в том, что оно какое‑то ущербное, а в том, о чем говорили другие коллеги, – в отсутствии стимулов к инновациям. А это уже проблема не гражданского законодательства. Гражданское законодательство определяет форму защиты интересов авторов на объекты авторского права, изобретательского права и так далее. А вот стимулы к инновациям – здесь у нас основные проблемы, это уже вопросы административного законодательства, налогового прежде всего, потому что это подвид административного законодательства.

Ничего не могу добавить к тому, что говорилось по поводу технического регулирования. Очень важный вопрос. Ситуация пока неважная, хотя мы меняли законодательство. Действительно, здесь и бизнес помогал неоднократно. Здесь присутствующие выступали на эту тему.

Технические регламенты принимаются крайне медленно, ничего не происходит все равно. Вот вроде уже передали от Государственной Думы в Правительство, и все равно все очень медленно происходит. За последнее время разработано буквально считанное количество этих регламентов. А нам нужно их приготовить сотни. Надо в какой‑то момент все‑таки определиться. Если мы не способны так их готовить, давайте вернемся тогда к прошлому, хотя это было бы явно неверно.

Я имею в виду ту ситуацию, когда у нас стандарты принимались на уровне ведомств. Вот если это сейчас поручить нашим уважаемым ведомствам, они «напекут» этих документов в течение месяца, утвердят все. Возьмут, просто перепишут прежние государственные и отраслевые стандарты, СНиПы, и у нас будет создана основа для технического регулирования, но это, конечно, вчерашний день. Значит, нужно найти правильный вариант развития событий, создавать технические регламенты как нормативные акты, но в то же время принимать их гораздо быстрее.

Я также хотел бы, чтобы коллеги посмотрели и законодательство о науках, о наукоградах, вот то, что Борис Всеволодович говорил, в части более плотного привлечения к этой работе субъектов Федерации, потому что Вы об этом говорили. По кадрам я уже высказался.

Михаил Валентинович говорил по поводу фундаментальных исследований и фундаментального же образования. Ничего не могу сказать, кроме того, что я двумя руками поддерживаю и первое, и второе. Если у нас не будет финансироваться фундаментальная наука и фундаментальные исследования, никаких инноваций не будет. Потому что, если говорить откровенно, мы пока выезжаем на советском потенциале – давайте смотреть правде в глаза. Кое‑что сделано за последние годы, но в основном это закладки советского периода.

И даже та же самая Дубна, где мы сидим, мы все знаем, когда она появилась, в чем были соответствующие идеи и как сегодня эти проекты развиваются. Хорошо, что они развиваются как международные, но нужно делать что‑то на будущее.

Мне понравилась и идея наддисциплинарного образования. В принципе на самом деле это такая классическая идея для классического образования, а наша страна всегда была сильна именно классическим образованием, фундаментальным образованием. Так что давайте двигаться в этом направлении.

Что еще? Валентин Николаевич Пармон говорил в отношении направления главного удара, нужно определиться, переработка это или что‑то другое. Вы знаете, мне кажется, что действительно переработка может быть одним из направлений, но мне, с другой стороны, представляется, что мы не должны фиксировать все‑таки какое‑то одно направление, иначе мы сами себя загоним в угол, даже при понимании того, что в области переработки нефтехимии, газохимии, атомной энергетики у нас очень хорошие заделы, но то, что это важнейшее направление, никаких сомнений нет. Поэтому – это в том, что касается направления главного удара, – насчет главного удара не знаю, но я знаю, кто главный враг инноваций. Я думаю, что главным врагом инноваций является инертность нашей административной системы, которая проявляется везде, начиная с федерального уровня и заканчивая муниципальным. По сути, мы сами вредим себе, потому что у нас общество с блестящим инновационным потенциалом, про креативность нашей нации говорится везде, в самых разных местах, мы сами понимаем, что способы к быстрому и творческому мышлению, но сами же себе и обрубаем все.

Давайте стараться делать так, чтобы все это получалось, но получалось так, как получается у многих наших коллег, и в частности у одного из наших коллег – у Валентина Николаевича Пармона, которому сегодня исполняется 60 лет. Валентин Николаевич, мы Вас сердечно поздравляем с этим юбилеем, который Вы решили отметить в Дубне. Спасибо за то, что поучаствовали.

В.Пармон: Спасибо большое.

Но главный подарок – это, конечно, конструктивное рассмотрение того, что мы Вам передадим.

Д.Медведев: Спасибо. Договорились, коллеги. Всего доброго.

Спасибо за участие.