Дмитрий Медведев принял участие в работе круглого стола «Стандарт инвестиционной привлекательности регионов. Итоги внедрения» в рамках форума «Сочи-2013»

«Новыми источниками роста должны стать как государственные инвестиции, так и оптимизация текущих расходов бюджета и улучшение бизнес-климата».

Вступительное слово Дмитрия Медведева

Выступление заместителя Председателя Правительства Дмитрия Козака

Выступление заместителя Председателя Правительства Аркадия Дворковича

Выступление генерального директора автономной некоммерческой организации «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов» Андрея Никитина

Выступление губернатора Кировской области Никиты Белых

Выступление главы Республики Ингушетия Юнус-Бека Евкурова

Выступление главы Республики Северная Осетия-Алания Таймураза
Мамсурова

Выступление губернатора Тульской области Владимира Груздева

Выступление президента Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России» Александра Бречалова

Выступление президента Российского союза промышленников и предпринимателей Александра Шохина

Выступление губернатора Пермского края Виктора Басаргина

Выступление Министра Российской Федерации Михаила Абызова

Выступление президента Республики Дагестан Рамазана Абдулатипова

Выступление губернатора Мурманской области Марины Ковтун

Выступление председателя совета директоров группы компаний «Ренова» Виктора Вексельберга

Заключительное слово Дмитрия Медведева

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день! Всем привет! Наш форум продолжается, надеюсь, что вы хорошо провели не только день, но и вечер в Сочи. Погода, конечно, не идеальная, но всё-таки лучше, чем в значительной части других регионов, которые вы представляете.

И потом это всё-таки очень хорошая, даже уникальная, возможность ещё раз посмотреть на нашу огромную олимпийскую стройку до того момента, как все мы, надеюсь, будем наблюдать за открытием зимней Олимпиады.

Вчера на пленарном заседании я говорил о сложной экономической ситуации, которая существует в мире и которая, безусловно, наложила свой отпечаток и на нашу страну, говорил о наших проблемах, говорил о возможных путях их решения, говорил о драйверах развития, о том, что, наверное, самое главное: мы должны приложить много стараний, чтобы поменять структуру нашей экономики.

Список участников

Список участников круглого стола XII Международного инвестиционного форума: «Стандарт инвестиционной привлекательности регионов.
Итоги внедрения», 28 сентября 2013 года

И хотя мы повторяем это, по сути, как заклинание, давайте по-честному признаемся, что структура нашей экономики в значительной мере несёт на себе отпечаток прежних лет и в этом плане нам не многое удалось. Новыми источниками роста должны стать не только государственные инвестиции, которые, конечно, должны тем не менее осуществляться, но самое, может быть, важное на сегодняшний момент – это оптимизация текущих расходов бюджета, улучшение бизнес-климата, работа с издержками, качественно новый уровень конкуренции и государственного управления. Всё это актуально не только для экономики в целом, но и для всех наших регионов. В начале нашей беседы я хотел бы акцентировать внимание на некоторых вопросах, связанных с улучшением инвестклимата в регионах (все вы так или иначе этим занимаетесь), и сказать о том, что, на мой взгляд, можно было бы сделать для наращивания налогооблагаемой базы регионов, а стало быть, для получения дополнительных источников развития. В любом случае нам нужно создавать и улучшать систему стимулов, тем более что, урезая трансферты в тех или иных ситуациях, нельзя бить по рукам тех, кто действительно хочет и может работать, кто привлекает инвестиции и развивается.

Вчера на пленарном заседании выступали наши гости. Выступал руководитель Goldman Sachs. Рассуждая о том, что необходимо делать, он сказал довольно очевидную вещь, но правильную: необходимо найти правильный баланс между интересами региона и инвестора, для того чтобы этого инвестора заполучить. Вот эти страхи, или, как иногда говорят, фобии, которые до сих пор сохраняются у иностранных инвесторов и частично у наших инвесторов (это именно бюрократия, сложности подключения к инфраструктуре, налоговые проблемы, коррупция), могут быть либо сняты, либо существенным образом нивелированы только благодаря хорошей работе региональных властей, то есть вас. Таких примеров в нашей стране немало. Мы вчера на пленарном заседании и на панельных дискуссиях рассуждали, каким образом можно избавить инвесторов от избыточной бюрократии, от сложностей с подключениями к энергетической и другой инфраструктуре. Говорили о проблемах земельных участков, их подготовке, создании современной системы кадастра и, конечно, о распространении успешного опыта тех или иных регионов. Хотя, если говорить прямо, я уверен, успешный опыт есть у любого региона. Другое дело, что у кого-то таких примеров больше, у кого-то меньше, но сами вы знаете, что необходимо сделать для того, чтобы инвесторы чувствовали себя комфортно.

Есть и проблемы, я сейчас не буду на них заострять внимание – не в этом цель нашей встречи. Хотя хотел бы ещё раз анонсировать – надо нам поговорить по некоторым инфраструктурным проблемам. Сейчас этого делать не будем, ещё раз подчёркиваю, но я обещал нашим крупным инфраструктурным компаниям, что мы ещё раз встретимся, поговорим по долговой проблеме, в частности, это касается газовой тематики (такое совещание с приглашением основных проблемных территорий я проведу в ближайшее время). Ну и по другим инфраструктурным вопросам тоже рассчитываю, коллеги, что мы встретимся, обсудим, как обстоят дела, тем более с прицелом на принятое очень жёсткое решение в отношении сдерживания тарифов.

У меня вечером была встреча с бизнесом. Не скрою, конечно, руководители наших инфраструктурных компаний переживают, говорят, что у них может не хватить источников для инвестиционного развития. Но, с другой стороны, уж если мы на это пошли – и я хотел бы здесь обратиться напрямую к вам, – мы должны сделать всё для того, чтобы эти жёсткие решения применительно к тарифам монополий обернуть на пользу регионам и на пользу конкретным предприятиям, которые должны получить дополнительный источник развития. Если мы не сможем этого добиться, тогда непонятно, зачем мы обрезали инфраструктурные монополии.

Теперь о том, что предлагается и уже делается на федеральном уровне. Мы предметно занимаемся теми сферами, в которых предприниматели испытывают особые трудности, измеряем там всё по различным индикаторам, по рейтингам. В текущую осеннюю сессию наш парламент рассмотрит разработанные Правительством законопроекты, которые, в частности, предусматривают для малого бизнеса, который находится на упрощённой системе налогообложения, сохранение льготного тарифа страховых взносов на период до 2018 года. Это важно, об этом нас неоднократно просили.

Второе. Напомню, что Правительство ещё с 2005 года начало активную кампанию по субсидированию ряда программ – программ регионального развития малого и среднего бизнеса. В 2011–2012 годах на эти цели было направлено около 40 млрд рублей, в основном это приблизительно 65 регионов. На один рубль региональных средств сейчас приходится приблизительно четыре рубля федеральных средств. Поддержку получили порядка 425 тыс. человек, которые заняты в секторе малого и среднего предпринимательства, где было создано порядка 270 тыс. рабочих мест. Многое делается для облегчения доступа к финансовым ресурсам малых компаний, хотя, надо признаться, результат пока не очень высокий. Мы вчера тоже говорили с банками о том, что планируется сделать в этом направлении, говорили мы также о субсидировании затрат предпринимателей на модернизацию производства и инновационные проекты. Кстати, специально акцентирую внимание на том, что будет расширен круг получателей поддержки, куда будут включены компании с численностью от 30 работников и индивидуальные предприниматели.

Целый ряд вопросов, ещё раз говорю, вчера обсуждался на встрече с бизнесом. В частности, упоминалось, что у банков нет нормального опыта выдачи кредитов средним и малым предприятиям, которые занимаются инновационной деятельностью, и это прямо признали крупнейшие банки, сказали: да, мы не умеем, у нас не получается, мы не можем принимать на себя такие риски. Здесь нужно учиться, во-первых, а во-вторых, конечно, смотреть за правильным банковским регулированием – если что, менять какие-то нормативы, для того чтобы всё-таки подобная деятельность не относилась к числу такой, по которой банки не могут принять на себя соответствующие риски.

Я позавчера подписал специальное поручение о том, чтобы проработать создание специальной структуры – Российского агентства по привлечению инвестиций в регионы, аббревиатура такая: РАПИР. Вообще, это достаточно успешная международная практика, такие агентства есть во многих странах мира. Оно должно стать службой одного окна для иностранных инвесторов прежде всего, особенно для тех, кто приходит с проектами уровня среднего бизнеса, где-то от 5 млн долларов инвестиций, и продвигать, конечно, с другой стороны, российские регионы на мировой рынок инвестиций. Если у нас эта структура заработает, надеюсь, что она будет полезна для всех здесь присутствующих.

Четвёртое. Мы начали внедрение инвестиционного (специального) регионального стандарта. Это необходимый уровень требований, минимальных требований, касающихся защиты прав инвесторов, создания инновационной инфраструктуры и инвестиционных позиций и, конечно, создания соответствующей долгосрочной стратегии. Не всё идёт гладко в этом плане. Но ряд регионов уже в пилотном плане внедрили соответствующие стандарты. Я рассчитываю, коллеги, что если бы вы мне несколько слов сказали, как у вас с этим обстоит и что в этом стандарте хорошо, а что не работает, – то это было бы полезно и для меня, и для моих товарищей, которые присутствуют здесь, в этом зале.

В дополнение к инвестстандарту в ближайшее время будет разработан региональный стандарт развития конкуренции. Напомню ещё раз, что это минимальный набор требований, который, естественно, если вы чувствуете свою готовность, можно дополнить собственными инициативами. Здесь важен реальный результат: новые высокопроизводительные рабочие места, естественно, рост налоговых поступлений и в конечном счёте успешные инвестпроекты.

В завершение своего, надеюсь, довольно краткого вступительного слова я хотел бы сказать в столице нашей Олимпиады, в этой аудитории, среди глав регионов: я совсем недавно, неделю назад, подписал распоряжение Правительства о проведении Всероссийской спартакиады между субъектами Российской Федерации по летним и зимним видам спорта – у нас такие спартакиады проводились в известные времена. Они будут проводиться в год, следующий за годом проведения Олимпийских игр, и первая зимняя стартует в 2015 году. Мне кажется, это хорошая штука, она, ещё раз говорю, в советские времена работала – и работала неплохо. Я рассчитываю, что главы регионов примут самое действенное участие в реализации этого проекта (это, собственно, наша Олимпиада внутренняя) и используют при этом свой внутренний опыт подготовки к Олимпийским играм, к Универсиаде и другим состязаниям.

Сегодня мы с вами находимся прямо в эпицентре стройки, понимаем, насколько важно правильно и качественно всё построить, но не в меньшей степени важно потом этим всем грамотно управлять, потому что олимпийское наследие – штука в общем достаточно большая, требующая правильного ухода и правильного финансирования.

Вчера, кстати, мы с коллегами из бизнеса тоже обсуждали, что нам делать впоследствии с олимпийской стройкой, с теми объектами, которые возникли, как дальше ими распоряжаться. Вот, наверное, всё, что мне хотелось бы сказать вначале. Я не знаю, кто продолжит, как у нас там дальше по проекту идёт, пожалуйста.

С.Беляков: Дмитрий Анатольевич! Тема нашей сегодняшней дискуссии уже обозначена, основные вводные даны, предмет обсуждения – это региональный инвестиционный стандарт, результаты внедрения. Я не уверен, что можно сегодня уже полноценную дискуссию проводить о результатах внедрения, потому что он только начал внедряться. Мы можем оценить, насколько регионы, бизнес удовлетворены содержанием этой программы. Это такая тоненькая книжка, которая на самом деле должна обеспечить ни много ни мало создание на всей территории Российской Федерации минимального уровня качества среды для всех.

Но, знаете, у нас страна большая, многие меры реализуются на федеральном уровне уже не первый год, какие-то меры реализуются с бо́льшим успехом, какие-то – с меньшим. Но, мне кажется, мы были бы более эффективны, если бы эта политика по улучшению инвестиционного климата, бизнес-среды реализовывалась бы и на региональном уровне во всех субъектах. У нас есть истории успеха, это правда, но, к сожалению, историй успеха меньше, чем историй неуспеха, а иногда просто бездействия на региональном уровне. И это настораживает, потому что никакая активность, никакая результативность из Москвы не способны компенсировать отсутствие качества среды на региональном уровне. И вы здесь, как мне кажется, конечно же, ключевые игроки.

На примере самых успешных регионов был подготовлен стандарт несколько лет назад – это совместная работа «Деловой России» и Агентства стратегических инициатив. В стандарт вошли лучшие практики по ключевым направлениям, которые являются наиболее чувствительными для бизнеса. Поэтому мы считали, что это хороший инструментарий. Понять, насколько он эффективен и какие изменения необходимо в него внести, насколько он является если не панацеей, то работающим инструментом, – задача сегодняшнего круглого стола, как она мне видится. Я бы вначале предложил передать слово Дмитрию Николаевичу Козаку.

Дмитрий Николаевич, вы как заместитель Председателя Правительства отвечаете за региональное развитие. Наверное, вам, как никому, известно, что в разных регионах разные условия – разные условия и в сфере услуг жилищно-коммунального хозяйства, и в сфере условий, связанных со строительством и бизнес-климатом в целом. Насколько, на ваш взгляд, стандарт помогает обеспечить единый, минимально доступный уровень среды на всей территории огромной страны – Российской Федерации? Есть в нём польза или он всё-таки в большей степени декларация, а необходимый инструментарий не содержит?

Д.Козак: Вне всякого сомнения, такая польза есть. Как известно, инвестиционный климат, уровень динамики социально-экономического развития каждого конкретного региона у нас очень часто, в подавляющем большинстве, зависят от субъективного фактора. Очень часто, казалось бы, не имеющий объективных предпосылок к развитию регион с приходом энергичного профессионального руководителя получает дополнительный импульс развития. И мы такие конкретные примеры знаем – все туда ездят перенимать опыт, в данном случае говорю конкретно о Калужской области, у Анатолия Дмитриевича (А.Артамонов, губернатор Калужской области) там паломничество буквально со стороны регионов… Никогда не слышал ни одного плохого отзыва. Вы знаете, что такое Калужская область, в каком состоянии она ещё десяток лет назад была: так сказать, обычный средний регион без нефти, газа, без промышленного потенциала, который был создан в советское время.

Поэтому этот региональный инвестиционный стандарт, конечно, важный инструмент для распространения лучшей практики, для руководства, для регионов. Оценка, которая будет проводиться по результатам его применения до 2014 года (мы начнём проводить такую оценку вместе с бизнесом), оценка инвестиционного климата в каждом регионе никогда не будет с субъективной точки зрения справедливой. Абсолютной справедливости не бывает, но использование стандарта, вне всякого сомнения, будет одним из дополнительных механизмов стимулирования создания благоприятного инвестиционного климата в конкретном регионе. Таких механизмов мы стараемся создать много, вы знаете, действует указ Президента об оценке эффективности деятельности регионов. И по этому указу не просто идёт оценка, моральное поощрение руководителя, который обеспечивает динамичное развитие региона, гранты соответствующие выделяются, несмотря на сложную экономическую ситуацию. Председателем Правительства было принято решение о сохранении (может быть, в сокращённом объёме) этого гранта. И я знаю, что те регионы, которые добиваются хороших результатов, категорически за сохранение, а те, кто в хвосте, просят эти гранты перераспределить и никому не рассказывать, не делать этот рейтинг эффективности и так далее.

Мы будем последовательно идти по этому пути, как бы кому обидно ни было. Мы постараемся сделать и сделали эту методику максимально справедливой, учитывающей мнение регионов. Сейчас идёт доработка соответствующей методики оценки регионов для реализации этого указа, для распределения гранта, где приоритет, удельный вес в оценке эффективности работы региональных властей будет перенесён на динамику развития. Это создаёт соответствующий приоритет для регионов с низкой базой. У них есть приоритет, но, наверное, для развитых регионов это тоже покажется не очень справедливым. Но объективно нам необходимо стимулировать прежде всего те регионы, которые находятся на низком уровне социально-экономического развития, для того чтобы они стремились достичь высоких показателей. Гранты на этот год оцениваются в 3 млрд рублей. Эти гранты для регионов с низким налоговым потенциалом будут одновременно и хорошей экономической финансовой помощью для решения социально-экономических задач на территории.

С.Беляков: Спасибо большое. Аркадий Владимирович, Дмитрий Анатольевич сказал, что, по мнению бизнеса, одной из существенных проблем для ведения бизнеса, для развития бизнеса в регионе, для принятия инвестиционных решений, открытия новых производств, реализации новых проектов являются инфраструктурные ограничения. Но мы знаем, что сейчас очень активно Правительство в части обеспечения прозрачности или повышения качества инвестиционных программ естественных монополий. Наверное, результатом этой деятельности должно стать снятие инфраструктурных в том числе ограничений в регионах. Насколько это дополняет стандарт, насколько это помогает реализовывать проекты в регионах, помогает региональным властям и где тут компетенция региональных властей, для того чтобы эти ограничения снимать?

А.Дворкович: Спасибо. Добрый день, уважаемые коллеги! Действительно, наличие инфраструктуры, возможностей, для того чтобы новые инвесторы, приходя в регион, подключались к той инфраструктуре, которая есть, это часть этого регионального стандарта. Причём эти возможности могут реализовываться как в рамках специальных институтов – промышленные парки, технологические парки, бизнес-инкубаторы, – так и просто на отдельных промышленных площадках. Все основные планы по развитию инфраструктуры уже сегодня заложены в государственные программы «Развитие транспорта», «Развитие электроэнергетики» и ряд других программ. Есть специальные программы по отдельным регионам, например по Дальнему Востоку. Конечно, жизнь богаче, чем программы, и инвесторы, приходя в тот или иной регион, исходя из его относительной конкурентоспособности, рынков сбыта, иных возможностей, льгот и преференций, которые предоставляют отдельные регионы, конечно, всегда задают один и тот же вопрос: а есть ли электричество, есть ли дороги, по которым можно проехать, и сколько это будет стоить?

Ситуация в регионах очень сильно разнится. С моей точки зрения, одной из частей этого стандарта или работы по его внедрению должно стать сопоставление тех практик, которые есть в регионах. Есть очень простые примеры и очень наглядные. Если взять такую нашу крупнейшую монополию, как «Российские железные дороги», посмотреть на стоимость ремонта и строительства путей этой компании, – она иногда в разы разнится по регионам. Щебень стоит в 2 раза дороже в одном регионе, чем в другом! А это зависит от региональных компаний, от поставщиков, от того, как там складывается региональный рынок. И на это мы уже не можем не обращать внимания, потому что это и есть резерв экономии в инвестпрограммах и операционных программах этих монополий. Это касается всех компаний, не только РЖД, но и «Российских сетей» и других монополий. Мы начинаем на это смотреть очень серьёзно и будем прежде всего именно эти затраты в планах компаний резать.

Ещё одна важная составляющая – это стыковка программ регионов и планов регионов по привлечению инвестиций с планами самих этих инфраструктурных компаний, программами монополий. Нам нужно иметь свод ваших программ, для того чтобы полноценно оптимизировать их программы в том числе и по времени. В рамках той системы, которая сейчас создаётся – по контролю инвестпрограмм, по их обсуждению с потребителями, эту составляющую обязательно нужно включить в работу. Мы это будем делать под эгидой правительственных комиссий по соответствующему виду деятельности – транспорту, связи и электроэнергетике. И я приглашаю вас к этой работе. Ваши заместители, отвечающие за соответствующие направления, должны обязательно принимать участие на регулярной основе в работе таких групп и комиссий.

И, наконец, последнее по специальным институтам, которые для всего этого создаются, по агентствам по привлечению инвестиций. Это тоже часть стандарта: в каждом регионе должна быть своя структура, своё агентство. Оно может по-разному называться: где-то это называется корпорацией, где-то агентством, где-то фондом. На федеральном уровне эта вновь создаваемая структура, если она будет создана, РАПИР, должна быть мощным оружием, которая будет колоть врагов и защищать добрых людей, должна работать, конечно, через региональные агентства, должна подменять их. Работа должна быть построена именно через ваши структуры, а это агентство федерального уровня должно решать те проблемы федерального масштаба, которые региональная структура не может решить самостоятельно, и тогда эта работа будет эффективной. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое. Я бы хотел предоставить слово Андрею Сергеевичу Никитину – руководителю Агентства стратегических инициатив.

Д.Медведев: Можно я вмешаюсь? Для меня формат не вполне органичный, я обычно во главе стола сижу. Тем не менее я всё-таки как Председатель Правительства хотел бы что сказать: мы, конечно, все здесь уважаемые люди, и Никитин тоже, но хорошо бы, чтобы губернаторы что-нибудь сказали, а то они сидят тут, нас просто слушают.

С.Беляков: Дмитрий Анатольевич, у нас сессия вопросов к губернаторам предусмотрена. Мы это обязательно сделаем.

Д.Медведев: Надо, чтобы это чередовалось, а то мы здесь сидим, выступаем… Давайте сломаем то, что изначально было придумано. Пусть скажут чего-нибудь, интересно будет.

С.Беляков: Хорошо. Была идея сначала описать суть стандарта, чтобы это Андрей Сергеевич сделал.

Д.Медведев: Мы потом опишем. Они знают стандарт.

С.Беляков: Хорошо. Я сказал во вступительном слове, что у нас есть истории успеха, которые и стали той практикой, той базой, на которой стандарт разрабатывался. В принципе, на мой взгляд, если бы регионы были активны, если бы улучшение инвестиционного климата как инструмента для повышения качества жизни – а мы, в общем, всё, что делаем, насколько я понимаю, делаем именно для этого – было в повестке региональной власти под номером один, то, может быть, и не было бы необходимости такой стандарт разрабатывать. Однако стандарты разработаны. Я бы хотел президента Республики Татарстан спросить: ваша практика, Рустам Нургалиевич… Когда вы стали привлекать инвесторов, когда вы стали реализовывать проект, когда вы стали выигрывать эти проекты, понимая, какая это нагрузка в том числе и для регионального, не только для федерального бюджета, какой это вызов для региональной власти, для вас лично, для вашего предшественника как организатора этого проекта, – что вами двигало, какая мотивация? И почему в некоторых регионах, на ваш взгляд, эта мотивация есть, и для того, чтобы поддерживать её активность, стандарт не нужен, а в некоторых регионах её нет, для других регионов нужен этот стандарт?

Р.Минниханов: Наверное, нами всеми движет некое желание конкуренции, чтобы каждый регион развивался. Мы много ездили, изучали опыт тех стран, где эти процессы шли быстро, и сформулировали свои подходы. И то, что АСИ сделало некий стандарт для всех, я считаю, очень хорошо. Мы также для наших муниципалитетов сделали стандарт, и, конечно же, этот стандарт надо совершенствовать, потому что всё, что было хорошо сегодня, – уже завтра надо какие-то новые требования ставить, и в этой части мы работаем. Я считаю, что это очень нужная работа, и в части того, что кроме этого документа ещё надо очень много работать. На федеральном уровне появляется структура, которая будет работать с нашими региональными структурами. Мы тоже специально создали Агентство инвестиционного развития, оно занимается как раз этими задачами. Я думаю, что, объединив наши усилия, мы сможем привлечь много инвесторов, новых технологий. И, конечно же, импортозамещение. Я хочу привести пример: это крупный совместный проект, 50 на 50 – особая зона «Алабуга», уже 15 млрд инвестиций вложено, 39 резидентов, уже заявленных инвестиций более 100 млрд, из них 50 млрд уже инвестор вложил. Мы считаем, что в ближайшие два года нарастим объёмы в 2 раза, и, конечно, это будет очень крупный резерв, в том числе самые современные предприятия, которые ориентированы на импортозамещение. В то же время нам нельзя забывать о муниципальном уровне. Мы некий опыт в Китае посмотрели: каждый муниципалитет создаёт индустриальные площадки. У нас уже 29 есть, ещё 24 хотим создать, и этот процесс… Надо искать. Личные подворья, семейные фермы, в каждом сегменте есть свои рынки, но для большой экономики нам, конечно же, надо посмотреть по импортозамещению. Огромное количество продукции завозится в нашу страну, и это гарантия того, что твой продукт будет необходим. Наверное, каждый регион что-то делает, и то, что мы сегодня собрались, тоже очень полезно – послушать друг друга, посмотреть, походить по выставке, такие встречи очень нужны. Спасибо!

С.Беляков: Спасибо большое. Я уже загорелся на предмет вопросов аудитории. Тогда Андрея Сергеевича (А.Никитин, директор Агентства стратегических инициатив) попрошу ещё подождать. Да, пожалуйста.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, хотел бы обратить внимание, в рамках инвестстандарта… Когда мы были в прошлом году перед Госсоветом по привлечению инвестиций в Калужской области, я задал специально инвесторам, которые активно работают в этом регионе, вопрос: а вы, хоть кто-то, смотрели на возможность потенциальных ваших инвестиций за Урал? И они честно сказали, что пока туда даже не заглядывали, потому что для них, для многих, очень важны рынки сбыта.

Поэтому к чему я клоню – я клоню к тому, что мы всё-таки должны в рамках инвестстандарта, учитывая размеры и определённую дифференциацию регионов, тоже посмотреть их отличия.

Вчера на нашем круглом столе по развитию Сибири были представители Китая, которые как раз сформулировали свою политику по развитию западных провинций Китая. И они показали, что то, что делается в экономически развитых и близких к рынку регионах, совсем по-другому ведёт себя (федеральная в первую очередь власть) по отдалённым территориям, понимая, что здесь как раз первый шаг, наверное, за федеральным центром. Поэтому я всё-таки в стандарт бы внёс (учитывая, что у нас такая большая страна и разные регионы и удалённость) определённые критерии и механизмы, дающие находящимся в разных стартовых позициях, используя их конкурентные преимущества, равные возможности. Очень мне понравилось предложение Аркадия Владимировича (А.Дворковича) о том, что стыковка федеральных инвестпрограмм, особенно инфраструктурных министерств, должна быть привязана к региональным инвестпланам, потому что особенно для нас, сибирских территорий, очень важно вместе с ними находить решения, которые бы позволяли решать федеральные задачи (которые, мы понимаем, существуют), но при этом они учитывали бы в своей повестке то, что могли бы сделать в регионе, или устроили между нами конкурс за то, что их инвестиция здесь давала бы соответствующий результат. Поэтому здесь считаю очень правильным...

И самое последнее хотел сказать. Попросил бы Вас… Вы сказали, что по ряду сложных вопросов планируете провести совещание. У нас есть в ряде регионов такая тема, как «последняя миля». Мы с Аркадием Владимировичем работаем над этим вопросом, но у нас действительно получается, особенно, например, по Красноярскому краю, что, если поддерживать системные предприятия и уходить от перекрёстного субсидирования, конкурентная способность по малому и среднему бизнесу может в рамках «последней мили» резко потеряться, потому что это может привести или к росту тарифа в 2 раза, или нагрузки на субъект дополнительной, хотя мы знаем, что у нас возможности снижаются.

Таких территорий немного, но у нас перекос слишком большой, и здесь, мне кажется, линейно действовать нельзя. Всё остальное – то, в чём я поддерживаю Дмитрия Николаевича (Д.Козака): обязательно, считаю, надо гранты раздавать, должна быть какая-то морковка. Я только единственное учитывал бы при критериях: почему-то сырьевые регионы попадают иногда как бы в отстающие или не учитываются, хотя это тоже наше конкурентное преимущество и мы не должны бить по рукам тем регионам, у которых есть эта составляющая, или как минимум считать это в удельном весе, потому что бывает иногда у нас их доминирующий компонент в удельном весе общего валового внутреннего продукта, и мы смотримся во всех конкурсах, скажем так, изначально хуже, хотя, может быть, по пропорциям делаем не меньше. Спасибо.

С.Беляков: Если есть необходимость как-то отреагировать на выступление, то можно сразу отреагировать.

Д.Медведев: Надо дать ещё возможность нашим коллегам всё-таки порассуждать, что нужно сделать на федеральном уровне и на региональном. Это, мне кажется, главная задача сегодняшней встречи.

А.Дворкович: Одна ремарка буквально – о том, что ни в коем случае нельзя делать. Несмотря на то, что у нас более 80 регионов и они конкурируют между собой, одна вещь недопустима в конкуренции –  построение барьеров между регионами, в том числе торговых барьеров, а этим некоторые из вас иногда грешат, к сожалению. Это происходит, например, на алкогольном рынке, на ряде других рынков, когда фактически запрещается продажа товаров из других регионов на полках магазинов ваших регионов.

У меня большая просьба на это обратить внимание, потому что это часть инвестиционного климата и нельзя выигрывать за счёт проигрыша других.

С.Беляков: Спасибо большое. Андрей Сергеевич, тогда сейчас прошу про стандарт, про первые итоги внедрения, какие выявились, может быть, уже на этой стадии проблемы, а потом вернёмся к аудитории. Спасибо!

А.Никитин: Хорошо, спасибо большое. Добрый день, уважаемые коллеги, уважаемый Дмитрий Анатольевич! Два года назад здесь, в Сочи, по инициативе «Деловой России» Владимир Владимирович Путин дал поручение попробовать создать этот стандарт и апробировать его в регионах. Мы специально для пилотной апробации выбрали самые лучшие, самые инвестпривлекательные регионы по тому принципу, что если это будет полезно им, то это будет, скорее всего, полезно всем остальным.

Пилотная апробация прошла успешно, и на сегодняшний день практически все регионы (81 регион) так или иначе начали внедрять инвестиционный стандарт. 1,2 тыс. предпринимателей на сегодня оценивают внедрение стандарта. Коллеги, я хотел бы здесь ещё раз обратить ваше внимание, пожалуй, на принципиальную вещь, которая в стандарте содержится: ни Агентство стратегических инициатив, ни Министерство экономического (или регионального) развития не оценивают результаты вашей деятельности с точки зрения улучшения инвестклимата. Оценивают сами предприниматели – те люди, которые живут и работают в ваших регионах. Стандарт внедрён тогда, когда ваш бизнес сказал: да, мы чувствуем, что ситуация улучшилась, да, мы понимаем, как мы можем теперь лучше работать с регионом с точки зрения использования его инвестиционных возможностей.

Хотел, может быть, ещё раз пройтись немножко по ключевым пунктам. Это три блока стандарта: инвестстратегия региона, условия для осуществления предпринимательской деятельности и гарантии инвесторам. Все эти блоки внедряются в регионе, и предприниматели оценивают, насколько качественно это всё работает. В части инвестиционной стратегии региона я хотел бы отметить в первую очередь, конечно, саму стратегию. Её подготовка, как выяснилось, столкнулась в ряде регионов с достаточно серьёзными сложностями. Сложности эти связаны зачастую с тем, что часть руководителей думают, что можно нанять какую-то московскую компанию, заказать инвестстратегию, потом её принять и на этом остановиться. Но реально инвестстратегия работает тогда, когда базируется на кадровом потенциале, на научном, техническом, инновационном потенциале того региона, который её разрабатывает. Здесь хотелось бы, наверное, Свердловскую область привести в качестве примера одной из лучших практик. Там была проведена серьёзнейшая оценка того, чему здесь могут учить и какие специалисты есть, и на этой базе была разработана инвестстратегия. В части условий ведения бизнеса наиболее сложной оказалась задача подготовки специализированной организации по привлечению инвесторов и работе с инвесторами. По нашей практике (а мы делали определённый анализ), принцип одного окна работает мало где. Это связано прежде всего с серьёзной управленческой работой, которая должна быть внутри администрации региона сделана по реальной ответственности и реальным полномочиям этих организаций, которые осуществляют принцип одного окна, с точки зрения их возможности действительно работать с инвестором, не перебрасывая его в одно министерство, в другое, в третье. Эти люди должны действительно иметь такую возможность.

И, наконец, ещё один очень интересный кейс  (следующий слайд, пожалуйста) – это, конечно, гарантии инвесторам. Здесь мы ещё два года назад поставили одной из задач включение представителей потребителей энергоресурсов в состав РЭК и создание коллегиального совещательного органа при РЭК, включающего представителей делового сообщества. Опять-таки возникла масса сложностей, не везде регионы оказались готовы к тому, что потребители начинают работать в региональных энергетических комиссиях, тем не менее эта практика является обязательной, она действительно даёт возможность предпринимателям реально влиять и ощущать свою сопричастность тем процессам, которые в регионе происходят.

Что важно сказать с точки зрения внедрения стандарта? Важно сказать следующее: сегодня мы опрашиваем предпринимателей, мы спрашиваем их о том, как они внедряют стандарт. Но не только предпринимателей, по инициативе фонда «Общественное мнение» и ИТАР-ТАСС мы запустили интересный опрос, он называется «Пульс бизнеса» – это оценка людей, которые так или иначе занимаются бизнесом или имеют отношение к бизнесу в регионе, как работают те условия, которые вы создаёте. Мы надеемся, что эта оценка позволит нам также поработать и, может быть, усовершенствовать стандарт.

Принципиально важно также отметить, что региональный инвестстандарт – это, по сути дела, часть системы Open government, часть работы, часть стандарта открытости региона, и эти процессы, я думаю, мы будем в максимальной степени синхронизировать. Безусловно, о хоть каких-то первоначальных эффектах внедрения стандарта можно говорить только в пилотных регионах. На сегодняшний день мы уже видим отдельные проекты, которые появились благодаря тому, что в регионах внедряется стандарт, например проект Gildemeister в Ульяновской области, проект Trow Nutrition, и таких проектов становится больше. По предварительным оценкам – нашим и тех регионов, которые участвовали в пилотной апробации (это к вопросу, Сергей Юрьевич, о результатах), в зависимости от первоначальной базы от 5 до 17% прирост инвестиций идёт и где-то на 10% прирастают инвестпроекты. Я думаю, что, когда у нас к концу года стандарт будет в целом уже практически везде запущен, мы сможем по 2014 году более качественно оценить результаты.

Коллеги, что дальше? Какой следующий шаг? Следующий шаг – создание инвесткарты России. Как только регион реализует стандарт, мы понимаем, насколько можем работать с инвесторами – как с российскими, так и с иностранными. Мы планируем и в ближайшие несколько недель, наверное, запустим портал, на котором каждый регион, который внедрил стандарт, получит возможность представить свои возможности, представить свои уникальные инвестиционные предложения. Я думаю, что это будет хорошим подспорьем в работе РАПИР, и это, наверное, наш следующий приоритет. Спасибо большое.

С.Беляков: Спасибо большое. Я хотел бы вернуться к залу. Я видел, что Никита Юрьевич хотел высказаться ещё по первому вопросу. Я бы задал его вот как: мы вам предъявляем определённый запрос на вашу активность, и у вас есть, конечно же, моральное и содержательное право сказать, всё ли мы делаем на федеральном уровне и есть ли какие-то на федеральном уровне ограничения, для того чтобы эту активность поддерживать. Я об этом хотел бы поговорить.

Н.Белых: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Вчера был круглый стол, посвящённый деятельности институтов развития как федерального, так и регионального уровня, было достаточно активное обсуждение. Анатолий Дмитриевич Артамонов там был. Я говорил о том, что мы институты развития понимаем в ходе этой дискуссии очень узко – как агентство по привлечению инвестиций. На самом деле институты развития – понятие более широкое, и у нас в России есть позитивные практики нормального функционирования институтов развития. Агентство ипотечного жилищного кредитования – сейчас, наверное, об этом трудно вспоминать, но когда-то, когда оно создавалось, вообще рынка ипотечного кредитования не существовало. Собственно говоря, некий прорыв АИЖК и его региональные партнёры-операторы действительно совершили. Потом они ушли, кто-то стал чисто частной структурой и игроком ипотечного рынка, кто-то продолжает выполнять функции института развития, реализуя те программы, которые бизнес реализовывать не может, в частности «Служебное жильё», иные вещи.

Мне кажется, что есть две проблемы, которые как раз надо как-то решать на федеральном уровне. Первая – это всё-таки некая координация деятельности федеральных институтов развития, потому что мы, когда начинаем перечислять «Роснано», РВК, ВЭБ и прочее, сами топ-менеджеры этих структур признают, что координации деятельности между ними практически не существует. Каждый из них выстраивает отношения с регионами индивидуально и зачастую не всегда эффективно.

Вторая проблема – это всё-таки проблема с федеральными структурами. Мы понимаем, что значительная часть инвестиционного климата в регионе – это проблема, компетенция и полномочия федеральных структур, и те позитивные опыты, которые в том числе звучали и звучат и вчера, и сегодня здесь, – это всё-таки вопросы индивидуальной настройки, которые, может быть, хороши и дают соответствующий эффект в каких-то национальных регионах (там есть национальные особенности), когда, собственно говоря, там федеральные структуры воспринимают себя как элемент именно региональной власти. Когда Анатолий Дмитриевич (А.Артамонов) рассказывает, что он собирает совещание руководителей правоохранительных органов и руководителей федеральных структур и перед ним идёт защита инвестпроектов, они там ставят свои подписи, мы понимаем, что это вопрос договорённости. Никакой юридической силы протокол, подписанный генералами, не имеет.

Всё-таки нужны некие стандарты, оформленные в виде нормативной базы, которая не будет предполагать каких-то иных толкований. То есть должны быть нормы не диспозитивного, а императивного характера, которые не делают обязательным наличие каких-то устных договорённостей с руководителями прокуратуры, ФСБ, МВД. Мы же понимаем, что у них в качестве их показателей оценки деятельности вопрос привлечения инвестиций в регион не стоит. Это означает, что должны быть какие-то региональные нормы, которые будут, собственно говоря, их ставить в определённые рамки, и в случае, если районный руководитель следственного комитета принимает незаконные решения, пусть следственный комитет, грубо говоря, осуществляет инвестиции в размере тех инвестиций, которые не были сделаны, и создаёт те самые рабочие места.

Вопрос же очень простой. Мы часто говорим, что находимся в одной лодке и решаем общие задачи, а на практике очень часто случается так, что нас заставляют усомниться в этом. Такое ощущение, что иногда мы работаем на разные результаты, и, к сожалению, иногда эффективность всех наших инвестстандартов может снижаться или аннулироваться только из-за этого. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое. Я очень короткий комментарий сделаю. Мне кажется, что у нас действительно с этим есть серьёзная проблема. У нас существующее федеральное законодательство во многом носит запретительный характер по отношению к инициативе инвестировать, но при этом если законодательство мы можем поменять, то практику правоохранительных органов не можем.

Мы общались с большим количеством губернаторов, Дмитрий Анатольевич, и я Вам докладываю – многие из них не то чтобы не мотивированы, потому что не понимают, что и как делать, а потому что система контроля со стороны машины правоохранительных органов мотивирует ничего не делать для того, чтобы не подписать, не дай бог, какой-нибудь финансовый документ, где цена ошибки может быть такой же, как в любом инвестиционном решении. Но за эту ошибку ты будешь платить, и очень дорогую цену, поэтому, к сожалению, проще ничего не делать. Я абсолютно солидарен с тем, что только что было сказано, но уже в продолжение скажу, что эту запретительность, запретительный характер законодательства, которое регулирует инвестиционную деятельность, мы достаточно последовательно снимаем. И тут не первый, но очень серьёзный шаг в этом направлении – законопроект, о котором Председатель Правительства вчера сказал на пленарном заседании, «О развитии частно-государственного партнёрства», как раз развязывает руки региональным властям.

Есть ещё комментарии? Да, пожалуйста.

Ю.-Б.Евкуров (глава Республики Ингушетия): Добрый день! Уважаемый Дмитрий Анатольевич, коллеги! Конечно, мы сейчас рассуждаем, нам, главам регионов, постоянно приходится бороться за успех. Понятно, есть развитые регионы, а есть неразвитые или малоразвитые, как мой регион, к примеру. Мы создаём условия. За последнее время мы в республике создали условия для того, чтобы инвестор зашёл, создали правовой инструмент для того, чтобы инвестору было хорошо. Но инфраструктурные условия очень сложные (когда в республике этого и не было), и здесь мы очень сильно проигрываем. Например, если взять соседние регионы, в энергетике… У нас крупные предприятия, которые хотят строить инвесторы (в том числе мы их уговариваем различными способами), – в 2, 2,5 или даже в 3 раза дороже энергетика, потому что нет своих генерирующих источников. И в других направлениях… И, конечно, когда мы здесь обсуждаем вопросы, я прекрасно понимаю коллег из Татарстана и Красноярского края, и здесь тоже по распределению грантов можно было бы выделить развитые регионы. Нам тоже неудобно – они развиваются, а мы не развиваемся. То есть распределять гранты, Дмитрий Николаевич (обращаясь к Д.Козаку), таким образом, чтобы выделить те регионы, которые… Нам не будет обидно. Почему? Потому что если они работают, то почему им не дать гранты? Но если мы тоже работаем… Сегодня, если взять Ингушетию, которая имела 600 млн рублей частных инвестиций в 2009 году, а сегодня (в этом году) это уже будет за 10 млрд рублей. Конечно, по сравнению с регионами, где миллиарды долларов, это ничто, но для нас это, как говорил Герман Оскарович (Г.Греф), мегапроекты. Это наши мегапроекты, и нас здесь надо поддержать. Почему? Потому, что мы семимильными шагами в этом направлении идём. Это первое.

Потом здесь просьба на уровне, Дмитрий Анатольевич, Правительства – о разработке инфраструктурной помощи регионам. Я никогда не осилю те задачи, которые стоят по инфраструктуре.

Второй вопрос – по пилотным проектам. Я всегда привожу примеры по армейскому направлению. Почему? Потому что очень мудро и грамотно выстраивалась схема пилотных направлений в армии, я всегда эти примеры привожу. Если мы делаем пилотные проекты, не выделяйте, коллеги, именно сильные регионы, а возьмите один из слабых регионов в том числе. Пять регионов сильных, один слабый, и давайте вытянем в пилотном проекте именно слабый регион по тем или иным направлениям.

Я думаю, Андрей Сергеевич (обращаясь к А.Никитину), если бы вы разработали это как направляющую, очень большая была бы помощь. Я пример приведу: в дивизионных учениях в армии всегда выделяли самую слабую базу, командир дивизии выбирал самую слабую часть в материально-инфраструктурном оснащении, и на этой базе готовились дивизионные учения. И за полгода подготовки эта часть становилась наравне с другими! Вот это направление как яркий пример, и, мне кажется, это хорошо было бы и на регионы распространить в том числе. Я не беру свой регион, а любой регион в том или ином направлении. То есть выделять самый слабый регион, делать там пилотный проект наравне с другими, сильными регионами. Мы бы учились у сильного региона, как это вытянуть. И одно из таких направлений – я опять же, Андрей Сергеевич (обращаясь к А.Никитину), к вам обращаюсь – продумать какой-то анализ. Мы здесь говорим, и я думаю, что для вас нет таких проблем, чтобы сделать. Вы правильно сказали: мы в Москве или в Китае бегаем, ищем очень много фирм, которые разрабатывают различные проекты, но они виртуальные, нерабочие проекты. Мы тратим деньги, но если бы разработали какой-то механизм... Очень хороший документ на руках у нас, а если бы ещё разработали анализ, почему в Татарстане хорошо получается, а в Ингушетии плохо получается, в чём причина, и чтобы эти причины не я как глава субъекта (да, я должен говорить), но чтобы и вы тоже со своей стороны сказали, что в Ингушетии причины такие – раз, два, три, – которые не зависят от главы, от руководства республики. Тогда было бы легко эти вещи любому губернатору обосновывать и в Правительстве, и в министерствах. Почему? Потому что мы бы подкрепились вашим анализом. Прошу прощения, но, в принципе, так. Спасибо.

С.Беляков: Дмитрий Николаевич (обращаясь к Д.Козаку), вы хотели комментарий сделать?

Д.Козак: Два замечания хотел сказать. По поводу согласования инвестпрограмм, согласования стратегий работы федеральных сетевых инфраструктурных компаний, федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов Федерации. Мы проделали очень запоздалую, но огромную работу. Запоздали, понятно, с этим решением, не знаю, сейчас, может быть, уже подписана последняя производственная схема территориального планирования на федеральном уровне и лежит у Дмитрия Анатольевича – в сфере энергетики.

Мы утвердили схемы территориального планирования, определив очень конкретные направления развития всей федеральной инфраструктуры в области транспорта, энергетики, трубопроводного транспорта, всех видов транспорта: водный транспорт, авиационный, автомобильный и так далее. Осталась одна схема территориального планирования – в области обороны и безопасности, которая будет разработана до конца текущего года. Я что имею в виду? Что эти программы были приняты, приняты консенсусом практически (такая процедура принятия этих решений), согласованы. Это не означает, что все согласны с этими схемами, но согласованы со всеми субъектами Российской Федерации и муниципалитетами. Они принимались в жарких дискуссиях, но они сегодня есть. И мы будем принимать инвестиционные программы, федеральные целевые программы, которые финансируются за счёт бюджета, только в соответствии с этими утверждёнными документами. Поэтому у каждого региона теперь есть понимание, в каком направлении, в какие сроки, где будет развиваться федеральная инфраструктура – чрезвычайно важный такой момент, для того чтобы обеспечить прозрачность федерального центра перед регионами и перед бизнесом. Это была огромная проблема, которая не решалась с 2004 года.

И второй момент, о котором здесь сказал Юнус (Ю.Евкуров). Мы меняем методику оценки эффективности для целей выделения гранта, и методика будет, на мой взгляд, максимально справедливой. В каком смысле? Каждый регион ежегодно будет сравниваться практически сам с собой, будет учитываться на три четверти динамика его развития. Поэтому имеет значение, учтена ли в этой методике сырьевая составляющая или не учтена. Регионам, которые динамично растут, это обидно. Я знаю, Татарстану обидно в связи с таким обращением, или Москве, у которых очень высокая база, им очень трудно демонстрировать динамичное экономическое развитие. Наверное, не очень справедливо.

Достигнутый уровень развития будем тоже оценивать, но не для выделения грантов, а для морального удовлетворения соответствующих регионов. Но там вы понимаете, что на ближайшую перспективу будет один и тот же список регионов. К сожалению, достигнутый уровень экономического развития – это заслуга, наверное, не нынешней генерации, а заслуга природы, это заслуга всех поколений, которые создавали экономику соответствующего региона.

Реплика: Не всегда.

Д.Козак: Я согласен, что не всегда, но достигнутый уровень меняется гораздо медленнее, в течение одного года продемонстрировать иной уровень экономического развития в принципе невозможно. Нам необходимо охватить как можно больше регионов, прежде всего те регионы, которые находятся на низком уровне социально-экономического развития, с тем чтобы у них был максимальный стимул и деньги в виде этих грантов для того, чтобы стремиться развивать экономический потенциал. Экономический потенциал есть везде (это моё глубокое убеждение), где живут люди. И чем больше людей (тоже практика подтверждает), тем больше экономического потенциала.

С.Беляков: Спасибо большое. Перед тем как вернуться к спикерам, потому что у нас ещё бизнес должен оценить ожидаемую результативность, я ещё два слова предоставлю аудитории.

Пожалуйста.

Т.Мамсуров (глава Республики Северная Осетия-Алания): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Я коротко. Действительно, мы тут говорим о соревновании в таком семейном кругу, спасибо организаторам, что создали такую обстановку. Конечно, могут нас и неправильно понять, но конкуренция в такой стране, как Россия, должна быть, но, мне кажется, она должна быть без зависти и без злости. Поэтому мы всегда рады, когда территории, которые составляют нашу страну, успешно развиваются, мы действительно гордимся этим, потому что страна состоит из субъектов, больше не из чего.

И по оценкам я бы хотел сказать. Андрей Сергеевич несколько раз говорил, чтобы убедить нас или потому, что у него действительно такое убеждение, что опросы бизнесменов на местах – очень важный индикатор. Боюсь, что мы здесь ошибаемся. Пример Северной Осетии. Вдруг я на питерском форуме получаю результаты обследования страны, проделанные Всемирным банком, и, к моему удивлению, мы оказались на третьем месте в стране по тому, что сделали для защиты инвестиций. Идут к нам американцы с деньгами, уже работают французы, итальянцы, собственные холдинги и так далее – всё это хорошо, но Кавказ фонит, и я любого инвестора понимаю. Какую бы оценку ни дали нам, мне неизвестна их методика, я не знаю, каким инструментарием они пользовались, я могу визжать от счастья…

Д.Медведев: Судя по результатам, Таймураз Дзамбекович, пользовались нашим инструментарием, для того чтобы получить конкретный результат – третье место.

Т.Мамсуров: Спасибо. Действительно я прыгал от счастья, но я живой человек и, давно работая, прекрасно понимаю, как нелегко это сделать. Если это так и вдруг опросы бизнесменов говорят о том, что им не нравятся условия в Северной Осетии – Всемирному банку нравятся, а им не нравятся, – то почему одни успешные, а другие нет? Если бездельник, лоботряс, неудачник обыкновенный воспользовался всем, что мы создали, но в силу того, что он просто головотяп… Мы же знаем, что ни один человек никогда не скажет: да, власти делают всё – и федеральные, и местные, и прокуратура меня не трогает, и не проверяли, и глава района молодец, но я идиотом оказался. Таких же нет. Поэтому, конечно, надо опрашивать бизнесменов, но, мне кажется, мы до конца не сможем расшифровать, что это значит. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое. Владимир Сергеевич, а потом я возвращаю слово бизнесу.

В.Груздев (губернатор Тульской области): Дмитрий Анатольевич, добрый день! Тульская область. Я хотел бы всё-таки коснуться инфраструктурных вопросов. Важный момент Вы затронули в своём выступлении, что тарифы в том числе на электричество мы планируем оставить на ставке нулевой. Но что произошло после 1 июля текущего года? У нас потребителей присоединённой мощностью 670 кВт и выше соответственно перевели с одноставочных на двуставочные тарифы, при этом стоимость за электроэнергию увеличилась на 23% для Тульской области, за мощность – на 40% и за передачу на 9%. Итого у нас сегодня для всех оборонно-промышленных предприятий увеличилась плата за электричество от 125 до 160%, то есть на 25–60%. Они собрались у меня и говорят: мы не будем платить эту ставку, потому что она для нас неподъёмная. Это гособоронзаказ и так далее. Это что касается инфраструктурных проектов.

И второй очень важный момент. Мы готовы привлекать инвесторов, и инвесторы к нам готовы заходить, но мы сегодня с Артамоновым конкурируем даже не за инвестора, а за газ, потому что те ГРС, которые есть у меня и у него (он чуть раньше их начал делать, поэтому у него ещё запас есть)… Мои ГРС уже не позволяют мне подключить новых потребителей по газу. К сожалению, инвестпрограмма «Газпрома» у меня начинает учитывать эти ГРС только с 2017–2018 годов, а это тоже большая проблема.

Д.Медведев: То есть предложение не обнулять тарифы на газ? Позволить им получать соответствующие доходы и насытить инвестпрограмму? Нет, я серьёзно абсолютно…

В.Груздев: Дмитрий Анатольевич, я так скажу, что мы в эти ГРС готовы средства свои госкорпорации регионально вкладывать…

Д.Медведев: Другое дело.

В.Груздев: …для того чтобы у нас была возможность подключиться. В противном случае у нас нет никакой перспективы по подключению по газу вообще, то есть это на самом деле важный вопрос для нас.

И последний вопрос, которого я всё-таки хотел бы коснуться, – это количество государственных чиновников, работающих на территории региона. Если региональных чиновников у меня вместо государственных служащих, которые не являются государственными служащими регионального уровня, – 1111 человек, то федеральных, не включая силовиков, полицию и так далее, – 4600. При этом моя средняя заработная плата – 50 тыс. рублей, у федеральных – порядка 15. Сами понимаете – качество оказываемых услуг и те люди, которые туда идут… Мне кажется, всё-таки пора уже (вопрос Росприроднадзору, Россельхознадзору, Росздравнадзору, Роспотребнадзору) по ним принимать решения. Понятно, что должны быть люди, которые контролируют региональные власти, это отдельно, но те, кто нам должен помогать, всё-таки должны быть вместе с нами. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое. Мы ещё обязательно вернёмся к вопросам и комментариям из зала, но сейчас я бы хотел передать слово Александру Владимировичу Бречалову. Вопрос очень простой. Прозвучал тезис о том, насколько вообще можно и нужно ориентироваться на мнение бизнеса, насколько это мнение мотивирует в принятии тех или иных решений. Может быть, есть какие-то другие критерии, более объективные, и насколько в этой части помогает или не помогает стандарт? Мотивирует он региональную власть или не мотивирует?

А.Бречалов (президент Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России»): Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Мне кажется, вне зависимости, спросим бизнес или спросим госслужащих, во всём есть некий процент коррекции в ответах.

«Опора России» очень активно участвует в мониторинге «Внедрение инвестиционного стандарта». И здесь хотел бы отметить два очень важных момента, на наш взгляд. Во-первых, и вчера и сегодня часто звучит в дискуссиях, что в привязке регион и муниципалитет. Это говорит о том (это подтверждает наше мнение), что следующим этапом работы регионального инвестиционного стандарта, конечно же, должен быть муниципальный стандарт. Почему я так говорю? У нас есть яркие примеры, когда отдельная территория в субъекте как минимум не менее активна в привлечении инвесторов, чем сам регион. Например, Челябинская область, Саткинский район, он находится в 180 км от Челябинска, 41 тыс. населения. Два года назад вовлечённых в малый бизнес было 5 тыс. человек, сегодня – 11 тыс. У меня не бывает понедельника, который не начинался бы с письма от Ирины Акбашевой, замглавы по экономике, с предложением того или иного реального проекта. Менеджмент, который руководит этой территорией, сам свои стандарты разработал, важнейшим элементом которых является общественно-консультационный совет. Все решения по распределению грантов, субсидий и так далее решаются только публично, как бы это сложно ни было. И полностью весь текст этих заседаний – на сайте.

Я был в Татарстане, в Дрожжаном, это 200 км от Казани и в 90 км от Ульяновска, не самая благополучная территория… Мы с Нагумановым, тогда ещё главой муниципалитета, ездили, он мне показывал объекты, я вам скажу: 25 тыс. населения, он мне 12 проектов предложил малого бизнеса, причём все они из производственного сектора. Поэтому мы с Андреем Никитиным уже работаем в этом направлении. Я считаю, что это неотъемлемая часть работы на муниципальном уровне – муниципальные стандарты. Это первое.

И очень важно ещё… Региональный инвестиционный стандарт – больше про средний и крупный бизнес, а что касается малого бизнеса, нам бы хотелось акцентировать внимание на тех инвестициях, которые вкладывает государство, – только по линии Министерства экономического развития это 20 млрд рублей. И я с Дмитрием Николаевичем (Д.Козак) здесь согласен, давайте сделаем такой анализ эффективности использования регионами этих средств. И регионы, вне зависимости от суммы… Понятно, что у Татарстана – под миллиард вместе, и у Красноярска много, у кого-то меньше по разным причинам, но именно эффективность… Потому что у меня, например, уже третий год из Татарстана приходит вот такой буклет компаний и бизнеса, которые открылись по программам «Лизинг-грант» и по другим программам вместе с Минэкономразвития. Там микробизнес даже, не то что малый бизнес. И регионы, которые эффективно, успешно используют эти инвестиции в малый бизнес, поощрять в том числе возможно и финансово. Вот на что хотел обратить внимание. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое. Прозвучало о том, что стандарт – это в большей степени для малого и среднего бизнеса, если я правильно понял. Александр Николаевич (обращаясь к А.Шохину), крупный бизнес является ли бенефициаром этой системы внедрения стандарта? Чего вы ждёте? Ждёте ли вы чего-то от стандарта? Как избежать риска, чтобы внедрение стандарта не превратилось в простую формальность?

А.Шохин (президент Российского союза промышленников и предпринимателей): Спасибо. Дмитрий Анатольевич, коллеги! Безусловно, мы в РСПП не делим бизнес на крупный, средний, малый, пытаемся ориентироваться на замыкающих, на малый бизнес, и, говоря о создании благоприятного инвестиционно-предпринимательского бизнеса, исходим из того, что там, где малому бизнесу хорошо, крупный будет себя чувствовать ещё более комфортно.

Но если говорить о региональном стандарте, безусловно (в книжке об этом прямо сказано на последних страницах), это минимальный базовый уровень, который должен существовать во всех регионах. Стандарт просто проверяется (там очень много таких «формулировок наличия»: наличие стратегии, инвестиционной декларации, совета и так далее), и с 2014 года предполагается проверять… Но мне кажется, что, Дмитрий Анатольевич, Вы в своё время занимались совершенствованием законодательства о техническом регулировании, когда это ещё было компетенцией российского Правительства, а не Евразийской экономической комиссии… Стандарт – это понятие, которое предполагает добровольность принятия на себя соответствующих обязательств. Мне кажется, что регионы могли бы уже сейчас задекларировать соответствия, и проверять надо не на основе какой-то сплошной проверки, мониторинга и так далее, а по заявлению регионов, что они соответствуют стандарту, дальше можно как-то выборочно смотреть. Причём в разных группах – в сильных, средних, слабых и так далее. Почему я об этом говорю? Потому что меня беспокоит то, что мы, проверив сначала, поставив галочки наличия того или иного элемента стандарта, займёмся бюрократической работой: сколько заседаний совета проведено, сколько решений и так далее. Нам всё-таки надо перейти сразу к следующему этапу: содержательную работу оценивать, статистически улавливаемую прежде всего. Это инвестиции, привлечённые в регионы, – на душу ли мы будем мерить, динамику смотреть – это тоже зависит от разных групп регионов, коллеги тут, на мой взгляд, совершенно справедливо сказали, что надо поправки соответствующие делать.

Учёт мнения бизнеса. Безусловно, бизнес разный, есть, условно говоря, неудачники в бизнесе, и они могут сваливать это всё на климат неблагоприятный и так далее. Тем не менее, если мы не будем ранжировать регионы от 1 до 83, а всё-таки будем выделять группы регионов с учётом, кстати, не только стартовых условий и природных и географических обстоятельств, но в то же время и с учётом реализации федеральных проектов… Вот если Рустам Нургалиевич (Р.Минниханов, президент Республики Татарстан) всё-таки пробьёт дорогу Москва – Казань, понятно, что ему, и Валерию Павлиновичу (В.Шанцев, губернатор Нижегородской области), и Светлане Юрьевне (С.Орлова, губернатор Владимирской области) повезёт, и они будут по выделенной полосе этой …Бизнес начнёт развиваться, и щебёнка пойдёт, и металл пойдёт и так далее.

Если проект такого рода будет в другом регионе, например, от Екатеринбурга и дальше по Транссибу, значит, другие регионы живут. На все проекты денег не хватит, это понятно. И мне кажется, что при выборе локализации федеральных проектов всё-таки нужно учитывать вот это обстоятельство и подтягивать те регионы, которые могли бы за счёт федеральных проектов привлечь инвесторов и в другие малые и средние проекты, сервисные комплектаторы и так далее.

Безусловно, сегодня много говорилось о лучших практиках. Дмитрий Анатольевич, Вы правильно сказали: в каждом регионе есть какая-то своя лучшая практика. И, безусловно, внедрение стандарта должно преследовать цель выявить эти лучшие практики в регионах и скорректировать этот стандарт. То, что его корректировать надо, это уже сейчас очевидно. К примеру, Андрей Сергеевич (А.Никитин) сослался на то, что плохо идёт инкорпорирование представителей потребителей в региональные энергетические комиссии, но, может, и не надо их туда включать? Потому что Дмитрий Анатольевич подписал только что соответствующую «дорожную карту», поручение, где предполагается, что будут советы потребителей. Мы ещё не знаем, кстати, окончательно, какой механизм будет. Мы, например, предлагаем квазисудебную процедуру участия совета потребителей в деятельности региональных энергетических комиссий. Поэтому если у вас по каждому элементу стандарта есть своё видение и своя практика, которая может обгонять предположения двухлетней давности, это надо, на мой взгляд, немедленно внедрять и делать достоянием всех.

Последнее, о чём я хотел сказать, это о том, что стандарт в том числе предполагает некие механизмы публичной оценки – оценку регулирующего воздействия, в частности. Было бы неплохо, если бы на региональном уровне удалось сделать то, что никак не удаётся на федеральном: довести оценку регулирующего воздействия до второго чтения ваших законопроектов, принимаемых в регионах, увеличить число нормативно-правовых актов, проходящих оценку регулирующих воздействий, и всё-таки скоординировать деятельность разных публичных площадок (по ОРВ, советы различного рода при губернаторах и главах регионов, экспертные советы, Открытое правительство, Общественная палата). Мне кажется, что на федеральном уровне мы ещё до конца всё-таки не установили разделение труда и в ряде случаев не зафиксировали формально-институциональную роль каждого из этих институтов. Здесь тоже могут быть лучшие практики, наилучшие и доступные для всех остальных технологии, и мне кажется, что в процессе освоения стандарта в 2014 году, на следующем этапе, нужно обратить внимание на это обстоятельство.

И совсем последнее. Было упомянуто поручение Дмитрия Анатольевича по созданию Российского агентства по привлечению инвестиций в регионы. Действительно, это уже завершение конструкции, в большинстве регионов (была названа цифра 55+) существуют региональные агентства и корпорации развития.

Мы пытались, Дмитрий Анатольевич, несколько лет назад инициировать создание такой некоммерческой организации, которая заменила бы отсутствующее агентство по привлечению инвестиций в регионе (это Ассоциация региональных агентств инвестиций и развития), и даже уговорили Дмитрия Николаевича Козака стать председателем попечительского совета. Хотя сама структура спящая, Дмитрия Николаевича никто не освобождал от этой обязанности, и если он помнит об этом, я бы предложил реанимировать эту структуру, которая бы взаимодействовала с РАПИР (Российским агентством по привлечению инвестиций в регионы) в деле привлечения инвестиций, выравнивания инвестиционной привлекательности регионов. Кроме того, очень важно, чтобы механизм взаимодействия строился таким образом, чтобы федеральное агентство занималось тем, что называется на птичьем языке site selection: выбирало регионы в зависимости от реального продвижения инвестиционного климата и распасовывало проекты между теми регионами, которые готовы принять эти проекты и быстро реализовать. Ассоциация могла бы обеспечивать такое справедливое распределение такого рода проектов. Спасибо!

С.Беляков: Спасибо большое. Да, пожалуйста, Пермский край.

В.Басаргин (губернатор Пермского края): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Коротко: мы в стандарте, мы работаем в этом направлении. И сразу хотел бы поблагодарить сегодня агентство и всех субъектов пригласить к тому, чтобы стандарт на своей территории внедрить.

Это прежде всего уже гарантия того, что вы занимаетесь проблемами привлечения инвестиций в свои территории – раз. Второе – я считаю, что это серьёзно упрощает работу, и третье – просто её систематизирует.

Вопрос, Дмитрий Анатольевич, связан с тем, что Вы сказали, что необходимо сегодня стимулировать привлечение инвестиций. Мы вчера на стенде показали Вам, как сегодня стандарт реализуется в Пермском крае, что появилось 30 проектов, в том числе очень серьёзные иностранные инвесторы, которые вкладывают по одному проекту 200 млн евро и будут реализовывать его в течение двух лет, то есть все показатели есть.

Но есть один вопрос – вопрос и предложение. Буквально недавно появилось безобидное письмо Министерства финансов с тем, что они мониторят сегодня региональные льготы. Это связано как раз с тем, что мы предоставляем льготы под инвестиции адресно инвесторам, которые заходят, – по налогу на имущество, по налогу на прибыль и так далее. По надёжным источникам принцип такой: что будет промониторено, войдёт в бюджетную обеспеченность и будет по линии межбюджетных трансфертов вычтено из финансирования субъектов. Я считаю, что это огромнейший удар по стимулированию вообще всей инвестиционной системы, не только в отдельно взятом субъекте взятом (кстати, мы этим не пользуемся), а в целом по всем регионам.

Я считаю, что как раз здесь должен появиться стандарт, связанный с налоговой политикой. И более того – о чём вы вчера сказали в докладе по поводу эффективности, – прежде всего должна появиться методика расчёта эффективности налоговых льгот. После того как будут проведены все эти расчёты, тогда, может быть, только сработать – надо отменять льготы или не надо. Поэтому я бы просил серьёзно посмотреть этот вопрос и в дальнейшей работе просто учесть, а если есть возможность, то действительно разработать стандарт и методику эффективности налоговых льгот. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое.

Михаил Анатольевич (обращаясь к М.Абызову), деятельность по открытости Правительства… Само Открытое правительство, всё, что мы сейчас здесь наблюдаем, всё, на что направлен стандарт, помимо установления каких-то критериев, по которым мы будем оценивать региональные власти, – это открытость власти. Без открытости невозможно её оценить, вообще невозможны диалог и оценка эффективности. Насколько стандарт помогает реализовывать концепцию Открытого правительства, открытых данных, можно ли её реализовать без этого стандарта и каково место стандарта в этой системе?

М.Абызов: Спасибо! Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Так как разговор вошёл совсем в рабочее русло, я хотел бы вспомнить о своём опыте работы в бизнесе. Мы говорили, много недостатков и проблем в части привлечения инвестиций и работы с предпринимательством, но ещё шесть лет назад ситуация была кардинально другой.

Я помню свой разговор с руководителем региона – у нас был большой инвестпроект, сменился губернатор, мы сели определять новые условия. Говорю: «Надо договариваться, на каких условиях мы будем определять новый инвестпроект у вас». А он говорит: «Мы власть, мы договариваться с бизнесом не будем, как мы сказали, так и будет. Мы все деньги, которые вкладывали в регион, заморозили и реализовали этот проект в другом месте». Вот сегодня таких ситуаций нет.

Ситуация за шесть лет преобразилась радикально. И очень хорошо, что стандарт, который мы сегодня рассматриваем, уже имеет историю успеха. Реальные предприятия, которые реализуются при его помощи, привлечение инвестиций – это означает, что это не просто какой-то документ и декларация, это дееспособный механизм.

Но надо сказать, что реализовывать программы по повышению инвестиционной привлекательности и работе с предпринимательством нам придётся в очень непростых условиях. И это означает, что привлекательность может расти, а инвестиции не прибавляться, потому что внешняя конъюнктура – очень сложная. Ресурсы регионов ограничены, и в этом отношении слаженная работа будет иметь принципиально важное значение.

Вот, Дмитрий Анатольевич, вчера в программном определении направления развития экономики на ближайшую перспективу Вы обозначили и для федерального Правительства, и для регионов приоритеты этой работы: ставка на предпринимательство, особый фокус на малый и средний бизнес, на активного гражданина, на качество человеческого капитала, на качество инвестиционного капитала, свобода его перемещения, конкуренция внутри России и конкуренция на международных рынках. Для того чтобы эти задачи, эти приоритеты реализовать, необходимо будет состыковывать политику. Я хотел бы обратить особое внимание вот на что. Здесь так вскользь прошло выступление Владимира Груздева (В.Груздев, губернатор Тульской области), он реализует вместе с нами проект «Открытый регион» в Тульской области. Действительно качество институтов, таких как судебная система, правоохранительные органы, для инвестиционной привлекательности имеет принципиальное значение, но мы забываем ещё о так называемых контрольно-надзорных органах и контрольно-надзорных функциях. Проверки, палочная система, которая у нас существует, на сегодняшний день не сломлена, и, к сожалению, регионы, которые сумели в формате договорённости это преобразовать, скорее являются исключениями. У нас количество проверочных чиновников (если их много, они себе работу найдут) зашкаливает в регионах, и поэтому та программа, которую начинали Дмитрий Николаевич Козак и коллеги в Правительстве относительно реформы контрольно-надзорных органов с определением системы разграничения полномочий и недублирования на региональном уровне, я считаю, будет принципиально важной. А так как в регионах действительно с ресурсами и собственными инвестиционными возможностями ситуация сейчас будет напряжённая, важно повысить эффективность работы институтов развития, таких как Внешэкономбанк.

И, Дмитрий Анатольевич, говоря о РАПИР: у нас же есть фонд прямых инвестиций для привлечения внешних инвесторов. Возможно, ВЭБ мог бы стать тоже соучредителем и участником этого процесса, у него есть опыт работы с регионами. Мы вчера с руководителем банка обсуждали вопрос в том числе и о возможной передаче ВЭБу в качестве пилотных проектов возможности операторских функций по прямым государственным инвестициям, которые реализуются в регионах. Тогда бы он сумел на своей площадке и частных инвесторов к реализации этих проектов привлекать, РАПИР вновь создаваемый привлекать, другие институты развития, и мы бы получали тот кумулятивный эффект, который позволял бы регионам в формате единой интеграционной площадки это реализовывать.

И последнее. Инвесторы любят последовательность и предсказуемость, долгосрочное планирование, у нас, к сожалению, с этим дела обстоят плохо. Стандарт там появляется, связь между ними не всегда очевидна, и я с Шохиным согласен: нам необходимо здесь тоже эту интеграцию повысить, потому что если мы не показываем горизонт планирования на шесть-десять лет, это всех отпугивает. В этом отношении вчера у нас была (Дмитрий Николаевич (Д.Козак) сказал) относительно показателей эффективности регионов панельная дискуссия с руководителями регионов. Мы зашли на сайты прямо в ходе дискуссии, чтобы посмотреть, каким образом отражаются показатели эффективности регионов в их деятельности, в том числе в отчётности в сети Интернет. Из семи регионов и их сайтов в Интернете только на трёх ресурсах, в трёх регионах, была отражена тема показателей эффективности, по которой мы и гранты распределяем, и эффективность регионов измеряем. Это означает, что нам надо эту работу, в том числе с точки зрения публичности, развивать. Спасибо!

С.Беляков: Спасибо большое! Я возвращаюсь к аудитории. Пожалуйста …

Реплика: … достаточно много было сказано. Дмитрий Анатольевич, тема, конечно, сверхактуальная, и предложение хотел внести вот какое: чтобы если не на Вашем уровне, то, может быть, на уровне наших уважаемых вице-премьеров итоги года, а может быть, даже полугодия по этому аспекту нашей работы мы бы подводили, где бы принимали участие представители как федеральных структур, правительственных, бизнеса, так и руководители регионов, где можно было бы посмотреть результаты работы, во-первых, во-вторых, обменяться опытом и, как говорят, разложить всё по полочкам. Я почему так думаю? Думаю, все коллеги меня здесь поддержат: внедрение стандарта – это был очень важный качественный шаг, но оно должно, конечно же, оцениваться вкупе с рутинной работой, которую мы все ведём. И это своего рода рамки, формат, а содержательная часть – это рутина и конечный результат. Я думаю, что нам это необходимо делать. Почему? Потому что действительно у каждого есть опыт, а есть общие значимые проблемы, которые касаются всех – регионов и страны в целом. Спасибо.

С.Беляков: Пожалуйста.

Я.Соукка (руководитель экспертной группы по мониторингу внедрения Стандарта деятельности исполнительных органов государственной власти Псковской области по обеспечению благоприятного инвестиционного климата): Меня зовут Янне Соукка. Я руководитель экспертной группы инвестиционного стандарта в Псковской области.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! В последние 10 лет я занимался промышленными инвестпроектами четыре раза – в Ленинградской области, Ярославе и два раза в Пскове. Не все имеют такой опыт, как я, и неважно, русские они или иностранцы, но есть очень много потенциальных инвесторов, у которых есть трудности со сроками – земельные вопросы, энергоресурсы и основные согласования. Конечно, есть особые экономические зоны, есть технопарки, где большинство таких вопросов снято. Но я спрашиваю, Дмитрий Анатольевич, Ваше мнение о том, если бы губернаторы получили увеличенные полномочия одобрять такие проекты, чтобы не было вопросов по земле и согласованиям, потому что это пугает очень многих инвесторов. Они не хотят два-три года ждать.

С.Беляков: Спасибо большое.

Д.Медведев: Давайте так сделаем: я, естественно, прокомментирую многое из того, что здесь было сказано. Может быть, ещё кто-то из наших коллег-губернаторов хочет что-то сказать, а потом я подведу черту. Вот коллеги, Рамазан Гаджимурадович (Р.Абдулатипов)…

Реплика: Дмитрий Анатольевич, есть один вопрос. Привлечение инвестиций в сферу коммунального хозяйства – это, наверное, сегодня одна из самых больных тем для нас, для всей страны, для всех регионов. Но сегодня инвесторы как-то выжидают, что будет дальше. Во-первых, их пугает непредсказуемость, они не знают, как дальше будут развиваться события в этой сфере деятельности. Во-вторых, когда мы замораживали рост тарифов (причём как-то сделали так, что сделали это не в пределах, допустим, региона или хотя бы муниципалитета, а дошли до каждой котельной), на этот период у нас получилось очень серьёзное неравенство в существовавших тогда тарифах, но это в силу разных причин: где-то в муниципалитетах были руководители, которые страдали популизмом, долгое время не повышали эти тарифы и выезжали за счёт того, что их каждый раз выручали, где-то другие какие-то причины были.

На сегодняшний день в этой связи, наверное, каким-то образом нам надо один раз дать возможность всё это дело посчитать с умом, и мы готовы взять на себя эти политические риски. В целом сейчас в стране благоприятный период в этом отношении. И, допустим, сказать нам о том, что мы в целом по региону не должны роста этих тарифов допустить, но пообъектно посмотреть. Почему? Потому что есть такие предприятия коммунального хозяйства, которые каждые три года банкротятся, и ничего другого не сделаешь, кроме как или взять их на бюджетное финансирование, или всё-таки принять какие-то справедливые для бизнеса решения, потому что этих средств, которые они собирают, не хватает даже на заработную плату.

Вопрос этот есть, мы его неоднократно обсуждали кулуарно с руководителями регионов. Я не знаю, насколько сейчас… Я, может быть, в какой-то степени неудобный вопрос задаю, тем не менее, может быть, надо его посмотреть.

И второе – с точки зрения предсказуемости. Я из своей практики могу привести пример. Мы 10 лет боролись с перекрёстным субсидированием по электроэнергии и практически его ликвидировали, но два года назад было принято решение: Федеральная энергетическая комиссия усреднила тарифы для промышленности для всех регионов, допустим, по округам. И у меня произошёл рост тарифа для промышленности на 72% сразу за счёт того, что мы его перед этим за счёт ликвидации перекрёстного субсидирования снизили. Потом долго были все эти объяснения, там осталось 24%... Тем не менее после этого, конечно, и у инвесторов желания особого нет заниматься этим, они боятся, и у нас тоже. Хотелось бы, чтобы здесь мы на достаточно длительный период времени договорились о том, каким образом эта тарифная политика у нас будет выглядеть. Тогда и нам будет проще: мы можем что-то говорить конкретное, можем выполнять свои обязательства, что самое главное. Спасибо!

С.Беляков: Пожалуйста, есть ещё желание выступить? Да, пожалуйста.

Р.Абдулатипов (президент Республики Дагестан): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Я выступаю в роли отстающего, поэтому у меня первый главный вопрос, с которым я соприкасаюсь. Допустим, меня избрали на пять лет. Как бы я ни работал, мне не вырваться вперёд. Очень сильно я, во всяком случае, не смогу этого сделать, потому что в государстве отсутствует долгие годы политика выравнивания уровня развития регионов, то есть такой политики фактически нет. И вторая часть – из-за отсутствия такой политики выравнивания уровня развития сегодня для того, чтобы достичь Дагестану, которого кормит федеральный бюджет, среднероссийских показателей по социальным благам, мне нужно единовременно 200 млрд рублей, а таких денег нигде нет.

И следующий момент: я вышел с инициативой на Президента и на Председателя Правительства и доложил им о том, что я отказываюсь от старых подходов, когда на текущие расходы я требую деньги. Я предложил вариант развития, создал соответствующие институции развития (я имею в виду корпорации развития и другие институты), обратился с соответствующими просьбами, и Президент, и Председатель Правительства меня поддержали.

Но после того как их поручения ушли, идут доклады от министров и вице-премьеров, которые работают по-старому. Они хотят работать так, как работали все эти годы, то есть они говорят, что мы выделили Дагестану 17 млрд рублей, ещё какие-то деньги, поэтому ему этого достаточно. Я ещё раз подчёркиваю: допустим, в агропромышленном комплексе ежегодно съедалось 7–10 млрд рублей, при этом никакой пользы для развития агропромышленного комплекса нет. Я сказал: дайте в уставной фонд «Росагролизинга» 9,5 млрд рублей, и чтобы «Росагролизинг» выступил финансовым, техническим и технологическим оператором для агропромышленного комплекса Республики Дагестан. То есть мне нужен грамотный оператор, а не отдавать опять деньги, которые будут съедаться разного уровня чиновниками. Поэтому мне представляется, что надо немножко по-новому работать. Я предлагаю 10 приоритетных проектов Республики Дагестан – без новых методов это невозможно.

Вес каждого индикатора предлагаемого стандарта в разных регионах может быть разным. То, что здесь есть, – речь не идёт даже о внедрении, нужно создать условия для внедрения этого стандарта. Следующее: у меня на первом месте выступает фактор безопасности. Здесь фактически этого нет. Второе – как бы я ни старался, я не смогу повлиять на фактор безопасности, потому что у меня в руках нет никаких рычагов, благодаря которым я мог бы обеспечить безопасность региона и безопасность жизнедеятельности предпринимателей.

Поэтому возникает целый ряд вопросов. В целом я поддерживаю, стандарты такие нужны, но нужно учитывать конкретные ситуации в конкретных регионах, чтобы при подведении итогов, независимо от моей работы, я опять не оказался на последних местах. Спасибо.

С.Беляков: Спасибо большое.

М.Ковтун (губернатор Мурманской области): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Я не могла не выступить, потому что сегодня второй раз хочется повторить поговорку: «У кого суп жидкий, у кого жемчуг мелкий». С какой точки зрения? Мы, по-моему, сегодня очень мало говорим о территориях особых. Вернее, мы о них много говорим – друг друга убеждаем, что каждый «особеннее» другого, но я от имени приполярных территорий, арктических территорий … Севера традиционно формировались вне, может быть, всякой логики, в зависимости от задач государства, туда заводились очень мощные ресурсы. Сейчас это конкурентное преимущество утеряно, нет конкурентного преимущества у северянина. У него нет уже в достаточной степени ни «полярок», ни коэффициентов. Сегодня «Газпром», так скажем, в своих перспективах до 2030 года не рисует Мурманск, то есть территория не газифицирована. И перед нами встают очень простые вопросы: мы, конечно, все в стандарте сейчас, мы его внедряем, мы создаём корпорацию развития, но она не поможет решить нам вопрос топливного дисбаланса и зависимости от завоза топлива, такого как мазут, на северную территорию, чтобы обогреться. Мы, получается, живём для того, чтобы согреть территорию. Больше никаких задач в ближайшее время мы выполнять не сможем, потому что у нас нет своих ресурсов: ни газа, ни…

Есть только электрическая энергия, она заперта, и то мы не можем решить вопрос со специальными ценами, чтобы ту энергию, которая вырабатывалась на Кольском полуострове, мы могли использовать как тепловую. А мы её не можем использовать как тепловую, несмотря на то что она в избытке, из-за парадоксов нашей нормативной базы. И тут не находим поддержки федерального ведомства.

Что сегодня получается? Понимаете, нефтяники в рынке, а потребители, такие как население, не в рынке, и этот дисбаланс тяжким бременем ложится на бюджет. Сегодня эта удавка становится всё теснее и теснее. Поэтому для того, чтобы направлять на инвестиционные решения, на инвестиционные проекты бюджетные средства, надо избавиться от этого тяжкого бремени, которое не ослабевает и не ослабнет. И любые решения здесь, когда глубина переработки нефти растёт, объём мазута будет сокращаться, он вообще станет скоро дефицитным видом топлива, а мы от него зависим на 81%... Скажите, какая у губернатора должна быть головная боль? Начать отопительный сезон? Обеспечить мазутом все котельные? Там, где нет мазута, – электричество, а сегодня гигакалория от электрокотельных почти четыре рубля стоит. Вот эти вопросы сегодня… Сидишь, как на бочке с порохом…

Поистине сегодня коммунальное хозяйство – бомба замедленного действия, и не решать эти вопросы нельзя. И решать-то их невозможно по-хорошему. Если этому помогут региональные стандарты, если этому помогут эти новые институты, мы пытаемся их там завести. Но я абсолютно согласна с Рамазаном Абдулатиповым, что это сделать крайне сложно. Сегодня вот где болевая точка, и без её решения двигаться дальше, особенно арктическим территориям, территориям, которые находятся на Крайнем Севере нельзя. Мы совершенно будем неконкурентоспособны.

У всех свои конкурентные преимущества: кто-то в центре России, логистические потоки выгодные, у кого-то сырьё (имеется в виду газ, нефть). У нас есть и газ, и нефть, но они в шельфе. Ресурс от продукта отличается, как газ на шельфе от газа в газовой горелке. Чтобы его туда довезти, требуются миллиарды, триллионы рублей, поэтому конкурентоспособность, конечно, измеряется задачами региона.

Мы стратегическая территория, у нас базируется весь Северный флот. Северный флот сейчас растёт, а количество людей уменьшается, потому что нет выгоды людям жить на территории, даже если средняя заработная плата 40 тыс. рублей. Поэтому в заключение хочу сказать, что для арктических территорий, для полярных регионов нужна особенная стратегия, совершенно особенная, отличная от других, поддерживающая и решающая вопросы в первую очередь ресурсного обеспечения. Спасибо!

С.Беляков: Спасибо большое! Виктор Феликсович (В.Вексельберг) – последний, потому что вы поднимали самым первым руку, я тогда не успел вам дать слово, и завершаем.

В.Вексельберг (председатель совета директоров группы компаний «Ренова»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Я хотел бы воспользоваться моментом и сказать буквально несколько слов по поводу инновационной деятельности, потому что инвестиционные процессы, безусловно, базируются в конечном счёте на том огромном потенциале, который у нас есть в стране, нам надо его доиспользовать с точки зрения организации стимулирования инновационных процессов. И я хотел бы сказать, что конечно, фонд «Сколково» – это не территория, это философия. И наша главная задача как раз и состоит в том, чтобы разработать модели, методы, механизмы, структуры, связанные с выработкой наиболее оптимальных решений по поддержке нашей научно-исследовательской деятельности и коммерциализации результатов деятельности, для дальнейшего распространения на территории всей страны.

Одного центра «Сколково» нам, конечно же, в конечном счёте будет мало. Таких центров должно быть несколько, и у нас есть предпосылки для того, чтобы такие регионы, как Новосибирск, Томск, Нижний Новгород, Свердловск, Татарстан, Дагестан, были, безусловно, вовлечены более активно в эти процессы. И я хотел бы сказать, что ни в коей мере я бы не хотел бы, чтобы проскальзывающие элементы противопоставления фонда и проекта «Сколково» по отношению к территории как-то присутствовали. Мы не видим своего развития и реализации без тесного взаимоотношения с деятельностью на территории регионов. Хотел бы сказать, что из тысячи резидентов на сегодняшний день половина – это резиденты, которые находятся на наших территориях. Хотел бы сказать, что сегодня принято решение на правительственном уровне о создании представительств фонда «Сколково» на территориях, которые будут выполнять роль информационных хабов, которые будут всячески поддерживать и продвигать инновационную деятельность на ваших территориях. Поэтому очень надеемся на вашу поддержку, на ваше партнёрство, участие. Уверены, что это, безусловно, в ближайшее время скажется в конкретных результатах. Спасибо.

Д.Медведев: Думаю, пора завершать. Хватит уже. Знаете, у нас много форумов в стране, и периодически все мы на них бываем. Есть питерский форум, куда, как правило, много иностранцев приезжает, крупные сделки совершаются, есть сочинский форум. Мне кажется, смысл таких мероприятий заключается в том, чтобы мы нашли какую-то изюминку, основное направление, по которому форум является профильной площадкой.

Я недаром всех приглашал принять участие в этом форуме, я считаю, если сочинский форум не сможет позиционироваться как форум, где обсуждаются сугубо региональные вопросы, в нём нет смысла, потому что дублировать другие площадки никакого резона нет. Я рад, что мы с вами сейчас на протяжении двух часов, а также на вчерашних круглых столах обсуждали сугубо региональные проблемы, включая региональный стандарт. Нужно сделать так, чтобы и в будущем этому были посвящены основные дискуссии на сочинской площадке – именно этому и ничему другому – и чтобы был прямой контакт между членами Правительства и руководителями регионов. Может быть даже, этот формат, который сегодня здесь избран, и не самый правильный, потому что вас много здесь в зале – губернаторов, руководителей регионов, и получается, что мы коммуницируем не всегда напрямую. Должны быть более какие-то узкие форматы, где обсуждаются локальные задачи, задачи развития округов, тогда в этом будем смысл.

Теперь в отношении того, что прозвучало. Знаете, я в последнее время стараюсь отходить от стереотипов. У нас какая подача идёт всегда на таких мероприятиях? Есть регионы-передовики, с них надо брать пример. Вот сидят наши передовики на передней скамейке: сидит Калужская область, Татарстан сидит, Кубань. Всё это правильно – у них хорошие успехи, но нам нужно стараться всё-таки предъявлять лучшие практики, существующие в других регионах, а сейчас этого почти нет. Поэтому эту традицию надо сломать, иначе у нас так и будут выступать только уважаемые наши коллеги, которые сидят на передней скамейке, и говорить, что они сделали для улучшения инвестиционного климата. Они молодцы, они на самом деле много работают, спору нет. Но нужно, чтобы и другие выступали, чтобы подтягивались до соответствующих стандартов. Рамазан Гаджимурадович (Р.Абдулатипов) правильно говорит: «Даже через пять лет я не смогу сесть на переднюю скамейку, потому что стартовые условия такие – что ни делай, даже если 200 млрд государство даст, всё равно завтра не будет того же, что, например, есть в Татарстане». Нужны какие-то другие вещи, другие критерии, другие проекты. Здесь звучали и вполне конкретные моменты, на которые, наверное, нужно обратить внимание. Я надеюсь, коллеги свои решения примут. В частности, звучал вопрос по «последней миле». Конечно, мы ещё раз это всё обсудим, но в принципе уже решение готово. Я надеюсь, что вы, Аркадий Владимирович (А.Дворкович), всех, у кого по этому поводу голова болит, всех сопричастных, все регионы, которые в той или иной степени находятся под воздействием соответствующих правил, сможете ещё раз собрать, и уже окончательный вариант будет представлен с учётом их позиций, тем более что мы изначально говорили: у нас не будет универсального решения, оно будет сложным, потому что страна такая.

Я не могу не поддержать то, что Никита Юрьевич (Н.Белых) говорил по поводу того, что у нас координационная деятельность или координация различных проектов институтов развития в стране очень слабая и очень часто одни и те же вопросы обсуждаются на различных органах управления различных институтов развития. Может быть, для губернаторов это отчасти даже и неплохо – сюда зашёл, туда зашёл, где-нибудь деньги дадут, – но в принципе для государства очень важно знать, что деятельность этих институтов скоординирована. Я подумаю над тем, каким образом и на какой площадке эти институты могли бы собираться и координировать свои планы, включая и финансовые планы. Нельзя финансировать одно и то же, надо финансировать разные проекты.

В отношении юридической силы тех стандартов, которые мы сегодня с вами обсуждали. Это сложный вопрос, конечно. Вряд ли мы сможем выйти на императивное действие целого ряда норм, которые формулируются как пожелания или же носят, как вы правильно сказали, диспозитивный характер, хотя по отдельным направлениям к этому нужно стремиться.

Была упомянута деятельность правоохранительных органов. Я тоже часто с коллегами это обсуждаю. Знаете, очевидно, что правоохранительные органы всегда будут иметь свои задачи. Невозможно себе представить, чтобы они слились в едином порыве и вместе с органами исполнительной власти занимались инвестиционной деятельностью: у них другие задачи. Другое дело, что при принятии соответствующих решений они должны просчитывать в том числе инвестиционные и экономические последствия для регионов. Но это, пардон, связано ещё и с качеством подготовленности тех или иных людей, которые занимаются соответствующими видами деятельности. И это, конечно, общая задача государства – сделать так, чтобы состыковать некие общие, базовые подходы, чтобы не разрушать многотрудную работу по привлечению инвестиций, даже при наличии непосредственных поводов для возникновения охранительных отношений, для возбуждения уголовного дела или административного производства и проведения расследования, чтобы это всё происходило в современных, цивилизованных рамках в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законодательством и другим применимым правом. Я понимаю, что периодически могут возникать противоречия в этой сфере – и между региональными властями, и федеральными правоохранительными структурами, судом. Неоднократно мне разные коллеги (не буду никого упоминать) говорят: «А вот они меня не слушают. Я же старший на территории, я отвечаю за экономическое развитие, за уровень жизни людей. Почему они меня не слушают? Почему я не оказываю влияние на формирование этих органов?»

Уважаемые коллеги, всё-таки разделения властей никто не отменял. Соответствующие структуры не должны действовать во вред, исходя из субъективных предпочтений, это недопустимо, это тоже правонарушение. Но у них своя компетенция, и, ещё раз говорю, задача федеральных властей – обеспечить должный уровень взаимодействия и взаимопонимания этих властей.

Не могу не поддержать идею о необходимости сокращения федеральных чиновников в регионе. Говорим об этом лет 10, а воз и ныне там. Мы с Дмитрием Николаевичем (Д.Козаком), наверное, раз 20 встречались в общей сложности в разных кабинетах. К сожалению, пока не получается. Я предлагаю навалиться на эту проблему совместно, но её можно решить только, вы сами понимаете, путём передачи части полномочий вам (другого варианта просто не существует). И чтобы соответствующие функции были приняты вами для исполнения, а это уже более сложная задача, потому что кто-то готов их принимать, кто-то нет, но действовать здесь надо, особенно с учётом той диспропорции в заработной плате, о которой было справедливо сказано.

По поводу письма Минфина, которое что-то там испортило, у меня просьба: вы назовите мне это письмо, моим коллегам, посмотрим, какой эффект создало соответствующее инструктивное письмо Министерства финансов.

Ещё одна тема, которую мы, мне кажется, должны адекватно воспринимать. Мы сегодня все на этом форуме и в других местах говорим о стабильности, о предсказуемости, о том, что инвесторов пугает непредсказуемость. Это справедливо, но, знаете, это не должно превращаться в мантру. Я вам скажу так: за последние 13–14 лет мы в целом стали предсказуемым государством. Если говорить прямо, уровень, например, налоговой предсказуемости в нашей стране куда выше, чем во многих других странах. Вряд ли вы ожидаете от меня, или от Президента, или от парламента, что мы завтра, как во Франции, увеличим подоходный налог до 75%. Вы скажете: да вы что, с ума сошли? У нас народ взбунтуется, а там сделали. Почему тогда не говорят, что Франция непредсказуемая страна, кроме отдельных артистов, которые к нам переехали на ПМЖ? А про нас говорят, что мы непредсказуемые и нестабильные. Поэтому это, знаете, ещё вопрос оценок, сформировавшихся стереотипов, которые мы все вместе должны ломать. У нас очень высокий уровень предсказуемости. Нас, наоборот, сейчас упрекают в том, что у нас одна и та же политическая сила у власти стоит. Но, если стоит одна и та же политическая сила и за неё голосуют, она и гарантирует эту предсказуемость. Как только будет другая политическая сила когда-то, тогда она, наверное, вправе свои решения принять. Вот тогда и наступит непредсказуемость.

Я абсолютно согласен с тем, что мы все должны стремиться к выравниванию уровня регионов. Очевидно, что 20 лет назад мы все просто выживали, даже в самых процветающих сегодня регионах, а сейчас мы все стремимся к тому, чтобы развиваться.

Задача федеральной власти – обеспечивать общие правила игры и действительно принимать решения, которые подтягивают регионы, у которых есть проблемы, до некоего среднего уровня. Но без вашей непосредственной поддержки и вашего креативного участия в этом ни одна федеральная власть, ни одно правительство с этим не справится. У меня просьба тоже на это обратить внимание.

Все мы разные, все мы особенные, у всех свои проблемы. Проблемы есть и в Москве, и в Петербурге, и в Калужской области, и в Татарстане, и на Кубани, и в других местах, где в общем традиционно высокий уровень жизни и много достижений. Но есть и то, что нас объединяет, – желание наладить жизнь в нашей стране. Я всем вам рекомендую периодически пролистывать в своей голове, вспоминать, как выглядели наши города, наши сёла, наши регионы 15–20 лет назад. Это не повод для самоуспокоения, но мы всё-таки должны иметь некую точку отсчёта. Об этом обязательно нужно рассказывать нашим людям, обязательно вспоминать, какой уровень жизни был у нас 10–12 лет назад, и стараться сохранить эти достижения.

Я хотел бы вас искренне поблагодарить за то, что вы приняли участие в нашем основном региональном мероприятии. И хотел бы вас попросить: если у вас возникнет набор каких-то предложений, каких-то идей о том, как нам дальше на этой площадке обсуждать региональную проблематику – и стандарты, и другие вопросы, – пожалуйста, обратитесь ко мне, обратитесь к моим коллегам в Правительство. Мы обязательно это учтём, потому что, я считаю, эту уникальную площадку нам нужно сохранить. Спасибо вам всем за участие и продолжим работу.

С.Беляков: Спасибо.