Документ /

Дмитрий Медведев обсудил с представителями некоммерческих организаций (НКО) – операторами и получателями финансовых средств, выделяемых на реализацию социально значимых проектов, вопросы эффективного расходования денежных средств некоммерческими организациями, а также развитие законодательства, касающегося деятельности НКО.

* * *

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Уже более пяти лет на государственном уровне выделяются деньги на значимые проекты некоммерческих организаций. Я вас позвал для того, чтобы понять, куда они тратятся, насколько эффективно, на ваш взгляд; поговорить о развитии законодательства, касающегося самих некоммерческих организаций, которые выполняют важные социальные функции; подумать о том, что можно было бы сделать для совершенствования законодательства, а стало быть, для улучшения возможностей некоммерческим организациям оказывать поддержку всем, кто в ней нуждается.

В этом году в соответствии с моим распоряжением некоммерческие организации получат из федерального бюджета более миллиарда рублей. Деньги немаленькие, хотя и не фантастические. Понятно, что всегда, когда деньги выделяются из государственного бюджета, мы рассчитываем на то, что частичное финансирование придёт за счёт внебюджетных источников.

Кроме того, впервые выделяются государственные средства для организаций, получивших статус социально ориентированных некоммерческих организаций, в размере 900 миллионов рублей.

Здесь есть приоритеты, которые, думаю, и вам понятны, и которые я всё равно должен назвать, потому что это действительно важнейшая составляющая работы большого количества неправительственных организаций.

Первая тема, о которой говорят много, кричащая тема, – защита детей от насилия. Это тема помощи детям в целом, сиротам, детям из неблагополучных семей и тема медицинского обслуживания тяжелобольных детей.

Вторая тема касается поддержки талантливой молодёжи, поддержки тех, кто занимается творческим трудом: молодых изобретателей, учёных, художников, предпринимателей, – всех, кто пытается создавать что‑то новое.

Ещё один очень важный для нашей страны вопрос – это гармонизация межнациональных отношений и программы, направленные на урегулирование межэтнических и межконфессиональных конфликтов, то есть вопрос поддержки гражданского мира.

Конечно, сфера активности неправительственных организаций существенно шире, нежели те направления, о которых я только что сказал. Вы сами этим занимаетесь, вы сами отлично об этом знаете.

Тем не менее считаю, что есть приоритеты, на которые государство просто обязано обращать своё внимание. Ещё раз хотел бы подчеркнуть одну совершенно тривиальную мысль, которая очевидна для всех, кто работает в этой сфере: одними государственными инвестициями всех проблем здесь не решить.

Во всём мире такая деятельность построена на вспомоществовании, на добровольных отчислениях, на чувстве моральной ответственности, сопричастности тем проблемам, которые существуют в любом обществе, даже в самом развитом. Поэтому поговорим и о поддержке благотворительности тоже.

Уважаемые коллеги, надеюсь, что вы в своих выступлениях обратите прежде всего внимание на то, что мы ещё не сделали и что можно было бы сделать с учётом тех возможностей, которые сегодня есть у государства, и тех законодательных инициатив, с которыми должен выступать Президент Российской Федерации.

Пожалуйста, кто хотел бы?

К.Костина: Добрый день, коллеги! Добрый день, Дмитрий Анатольевич!

Мы – грант-оператор президентской программы уже пятый год. И последние два года мы обратили особое внимание как раз на ту самую талантливую молодёжь, о которой Вы только что упомянули, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: На кого Вы обратили внимание?

К.Костина: Я сейчас расскажу.

В то время, когда наша страна пыталась преодолеть последствия мирового финансового кризиса, мы отобрали те проекты, которые направлены на поддержку студентов, оказавшихся в сложной материальной ситуации. Мы помогли более 10 тысячам студентов, на это ушло 72 миллиона рублей.

Что это за проекты, на что они были направлены? Прежде всего, это материальное единовременное поощрение студентам, благодаря которому они могли сводить концы с концами. Многие ребята получили возможность купить билет до малой родины – иногородние студенты смогли посетить своих родителей на новогодние праздники.

Совершенно отдельная история с ребятами, которые не могли справляться с образовательным кредитом. Более 20 миллионов рублей выделено на эти цели. Мы помогли порядка двум с половиной тысячам ребят. Я считаю, что это наша общая с вами победа, поскольку ребята продолжили своё обучение в вузах и не бросили учёбу.

Ещё один интересный проект предложен студенческой общиной МГТУ имени Баумана. Это поддержка молодых семей, где мама, папа – студенты, воспитывают маленьких детей. Порядка 8 миллионов рублей ушло на поддержку молодых семей. Покупались различные детские вещи, детское питание, коляски и так далее.

Ещё одна категория студентов, о которой я не могу не упомянуть (это малочисленная категория, но всё‑таки она есть), – это студенты-инвалиды, которые нуждаются в своевременном медицинском сопровождении, порой – в дорогостоящих лекарствах. Более 12 миллионов рублей мы на это выделили и помогли, таким образом, более полутора тысячам студентам-инвалидам. В целом, считаю, это прекрасный пример (не на словах, а на конкретных делах), как и институты гражданского общества, и государственная власть помогают заботиться о наших людях.

Вторая категория проектов – это проекты, направленные на поддержку молодых учёных, на поддержку нашей молодой науки. Этим мы занимаемся уже второй год. В 2009 году на проекты ушло более 50 миллионов рублей, а в этом году уже 120 миллионов рублей ушло на эти проекты.

Что можно сделать для совершенствования законодательства, а стало быть, для улучшения возможностей некоммерческим организациям оказывать поддержку всем, кто в ней нуждается.

Что это? Это и грантовая поддержка наших молодых инноваторов, это и помощь молодым инноваторам, в частности в приобретении дорогостоящего оборудования, различных материалов для опытов, для создания опытных образцов, это и помощь в приобретении патентов и, самое главное, внедрение тех самых каких‑то инноваций в реальное производство. Думаю, об этом скажет один из наших грантополучателей.

Д.Медведев: Каких‑то или всё‑таки настоящих?

К.Костина: Нет, каких‑то абстрактных, но говорим о них, а мы их внедрили благодаря как раз этой президентской программе, и Ирина Николаевна об этом чуть позже расскажет.

Но в завершение своего выступления мне бы хотелось, Дмитрий Анатольевич, обратить внимание вот на что. В наш фонд ежегодно приходит более тысячи заявок, а финансирование получают всего-навсего сто с чем‑то – это 10 процентов. Но среди тех проектов, которые не попадают в этот желаемый список, очень много действительно хороших проектов, которые заслуживают того, чтобы быть замеченными и реализованными.

В связи с этим, я считаю, можно предложить на региональном уровне в обязательном порядке вводить такие же конкурсы поддержки общественных объединений и организаций по аналогии с федеральной программой, потому что в некоторых регионах такая поддержка осуществляется, в некоторых – нет. Если бы это было обязательно для каждого региона, было бы здорово, потому что если у нас есть общественные инициативы, то меньше равнодушных людей. А сейчас очень нужно нашему государству, чтобы было больше активных людей.

Д.Медведев: Согласен. Спасибо большое.

Действительно, очень важно то, что Ксения Константиновна сейчас рассказывала, чтобы информация о том, куда тратятся эти деньги, всё‑таки доходила до широких масс людей, потому что зачастую, во всяком случае иногда так бывает, формируется представление о том, кто и как получает эти самые государственные гранты. Возникает представление о том, что это какие‑то «карманные» кремлёвские неправительственные организации, которые неизвестно куда их потом тратят и так далее.

То, что Вы рассказываете и соответственно показываете, говорит о другом – о том, что это вполне приземлённые, абсолютно правильные, гуманные направления, куда, собственно, и должны тратиться такие деньги. Об этом нужно обязательно рассказывать. Я считаю, что и сегодня это неплохая площадка для этого.

И в отношении вашей инициативы, точнее не инициативы, а предложения, чтобы на региональном уровне подобные фонды создавались и распределялись тоже в конкурсном порядке: я, естественно, не против – только за. Надеюсь, что в целом ряде регионов они уже есть и распределяются именно таким образом.

Но можно дать рекомендацию, я готов даже поручение подписать, чтобы практически, может быть, во всех субъектах Федерации рассмотрели возможность образования системы проведения конкурсов для распределения денег, которые всегда на региональном уровне существуют. Это деньги и региональные, и деньги частных инвесторов, частных жертвователей. Давайте подумаем, я могу сказать об этом полномочным представителям. Договорились.

Пожалуйста. Прошу Вас.

В этом году в соответствии с моим распоряжением некоммерческие организации получат из федерального бюджета более миллиарда рублей.

И.Рондик: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Я представляю город Кемерово, Кемеровскую область. И хочу рассказать о проекте, который мы получили, – Кузбасский центр «Инициатива», на средства государственной поддержки через фонд кадрового резерва «Государственный клуб». Проект «Ты можешь», который мы выполняли в 2010 году, был направлен как раз на молодых учёных, аспирантов, талантливых выпускников для того, чтобы поддержать их инновационные идеи.

Мы поставили себе две задачи: это подержать выпускников, которые оказались в трудной жизненной ситуации, и, второе, провести такой конкурс инновационных проектов и посмотреть вообще, что есть у нас, в Кузбассе, какие проекты лучше поддержать.

Могу сказать, что 126 человек подали эти проекты – 27 человек получили по 40 тысяч премии за свои инновационные проекты. Честно говоря, мы не требовали от них, чтобы они отчитались за эти премии. И, готовясь сегодня к этому выступления и постоянно их информируя о том, как дальше они могут продвигать проекты, я могу сказать, что все эти деньги пошли как раз на то, чтобы эти инновационные идеи доработать, продвинуть или получить определённый патент.

Хочу привести конкретные примеры. У нас Ольга Короткова, аспирантка Кемеровского технологического института пищевой промышленности, разработала рецепт хлебопекарных смесей, которые способствуют снижению заболеваемости, риска развития сахарного диабета и регулируют массу тела. Что интересно, это стало так востребовано в пищевой промышленности, что уже сегодня эти добавки вытесняют импортные добавки. И в принципе сегодня уже наши отечественные хлебопекарни начали использовать эти добавки.

Другой пример. Брюханова Елена и Ушаков Андрей, аспиранты Кузбасского государственного технического университета, создали технологию комплексной переработки отходов угле- и деревообрабатывающих производств, а также отходов ферм, птицефабрик в топливные гранулы, которые сейчас можно использовать в котельных, использовать для отопления домов. Это сокращает потребление природного газа, сокращает потребление угля. Это настолько стало востребовано со стороны предприятий, особенно сельхозпроизводителей, которые хотят куда‑то девать свои отходы, что ребята создали, согласно Федеральному закону №217, своё предприятие при вузе, и в принципе активно сейчас работают как с деревоперерабатывающими, углеперерабатывающими предприятиями, так и с сельхозпредприятиями. Этот проект, о котором я говорила, они его представляли даже в Сколкове и получили там определённое поощрение.

Или молодой учёный Бальцер Дмитрий, начальник участка Западно-Сибирского металлургического комбината, разработал бессточную технологию водоснабжения и усовершенствовал схемы очистки воды. Что это за собой повлекло? Это повлекло то, что чистую воду из реки Томи стали использовать в принципе меньше, и экология в городе Новокузнецке стала улучшаться. То есть это такой цикл вторичной переработки воды.

Можно, конечно, рассказывать и о других проектах…

Кричащая тема, – защита детей от насилия. Это тема помощи детям в целом, сиротам, детям из неблагополучных семей и тема медицинского обслуживания тяжелобольных детей.

Д.Медведев: Обо всех не надо рассказывать, лучше одну тему всё‑таки осветите, просто чтобы я понял. Эти деньги, которые пошли на поддержку этих проектов, они на что расходовались?

И.Рондик: Это были премии за эти инновации.

Д.Медведев: То есть это просто премии за труд или что?

И.Рондик: Нет, они использовали для того, чтобы это внедрить уже в производство, это раз. Они использовали для того, чтобы запатентовать это.

Д.Медведев: Это очень важно.

И.Рондик: Для того чтобы продвинуть дальше уже на другой уровень, создать эти предприятия, то есть они внесли это в уставной капитал этих предприятий, которые при вузах сейчас созданы.

Д.Медведев: Знаете, мне кажется, очень важно, чтобы эти деньги рассматривались не просто как приз за какое‑то творчество, потому что от призов ничего не остаётся и толку в них мало, если это, конечно, не Нобелевская премия, а чтобы они расходовались именно на такой задел на будущее.

Во‑первых, у нас безобразная ситуация с патентами. Вы знаете, что значительная часть наших изобретателей по разным причинам – у кого‑то денег нет, у кого‑то просто желания нет – не патентуют свои разработки, работодатели себя так же ведут, очень большое количество этих изобретений утекает за границу. Поэтому патентование, на мой взгляд, это проблема номер один.

Вторая проблема – это создание собственного бизнеса. Если что‑то оттуда можно уже извлечь и коммерциализировать, то тогда, конечно, такого рода гранты должны, мне кажется, направляться прежде всего на создание собственного производства. Там же больших денег зачастую не нужно, особенно в венчурных проектах, и это, мне тоже казалось бы, очень правильно таким образом расходовать. Но возможны, конечно, и другие направления.

И.Рондик: Я хочу сказать, что они как раз пошли на то, чтобы открыть производство: часть у нас работают при Кузбасском технопарке, часть поддержаны и работают при вузах. Поэтому один из вузов на основании этого проекта получил ещё 114 миллионов на инновационную деятельность развития в Кузбасском университете. Деньги пошли действительно на это.

Ещё хочу сказать, что все те ребята, 25 человек, которых мы привлекали в проект, все трудоустроились по специальности. Некоторые из них пришли именно в те предприятия, которые сегодня созданы при вузах.

Д.Медведев: Какой средний размер такого гранта у человека, который что‑то придумал? Вы три примера привели, в том числе по хлебопекарной промышленности.

И.Рондик: Мы каждому добавили 40 тысяч рублей.

Можно ещё два предложения внести?

Вторая тема касается поддержки талантливой молодёжи, поддержки тех, кто занимается творческим трудом: молодых изобретателей, учёных, художников, предпринимателей, – всех, кто пытается создавать что‑то новое.

Д.Медведев: Пожалуйста.

И.Рондик: Первое предложение. Всё‑таки необходимо постоянно информировать население о выполнении работ некоммерческого сектора как на центральном, так и на региональном уровнях. Могу сказать, что пока организации гражданского общества испытывают в этом большие проблемы.

И, может быть, стоит рассмотреть на федеральном уровне, принять федеральную программу об информационной поддержке некоммерческого сектора. Может быть, начать освещение как раз грантовой программы Президента.

Д.Медведев: Что это за программа, для чего она нужна?

И.Рондик: Эта программа помогла бы в средствах массовой информации рассказывать о том, как выполняются проекты, как работает некоммерческий сектор.

Д.Медведев: Если говорить об электронных средствах массовой информации, наверное, где‑то это должно быть. Но, если говорить о текущих результатах, разве интернета мало для того, чтобы рассказать об этом? Мне кажется, нужно просто сайты открывать, рассказывать о том, что сделано, объявления публиковать.

И.Рондик: Дмитрий Анатольевич, мы провели исследование в Сибири, готовя доклад о состоянии гражданского общества. Наши исследования показали, что 70 процентов населения смотрят и доверяют телевидению, читают средства массовой информации, а не интернет.

Д.Медведев: Во‑первых, в интернете тоже есть средства массовой информации, официально зарегистрированные.

Во‑вторых, вы ориентируетесь на аудиторию тех, кто на 95 процентов должен торчать в интернете, а не смотреть электронные средства массовой информации.

И, наконец, в‑третьих. В принципе я не против, конечно, но я считаю, что это должно происходить не за счёт государственных ресурсов, а за счёт каких‑то частных сборов. Иначе, если под это создавать государственную программу, мы лишим денег тех, кто реально нуждается в помощи и поддержке, тратя их на соответствующие информационные программы. Думаю, что это должно делаться как минимум на принципах софинансирования.

Кто продолжит?

В.Носов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Национальный благотворительный фонд традиционно участвует в проведении конкурсов и выделении по их результатам грантов по поддержке и социальному обслуживанию малоимущих и социально незащищённых категорий граждан России.

Сотрудники нашего фонда и других некоммерческих организаций, профессионально работающие в этой сфере, с готовностью восприняли Ваше, Дмитрий Анатольевич, поручение об оказании адресной поддержки семьям, пострадавшим от экономического кризиса. Совместно с Минздравсоцразвития России и подразделениями соцзащиты в регионах проведена работа по определению наиболее проблемных в этом смысле моногородов и населённых пунктов в 15 субъектах Российской Федерации.

Очень важный для нашей страны вопрос – это гармонизация межнациональных отношений и программы, направленные на урегулирование межэтнических и межконфессиональных конфликтов, то есть вопрос поддержки гражданского мира.

Решением конкурсной комиссии фонда выполнение важной миссии было поручено 25 региональным общественным организациям, которые длительное время работают на местах, знают людей и положительно зарекомендовали себя в предыдущих конкурсах.

Для повышения эффективности использования выделенных денежных средств этими НКО совместно с представителями местных администраций и сотрудниками органов соцзащиты подготовлены списки остронуждающихся семей и в какой форме необходима помощь.

В результате проделанной работы 5014 семей получили адресную материальную поддержку на общую сумму 133 миллионов 400 тысяч рублей, в среднем по 25 тысяч рублей каждой семье. Среди получивших помощь – многодетные семьи, матери-одиночки, инвалиды и семьи, где оба супруга безработные.

Наиболее востребованными были следующие виды помощи: перечисление средств на лицевые счета безработных, оплата задолженности по услугам ЖКХ, оплата предметов бытовой техники, поставка товаров национальной корзины, на лечение членов семей, оплата обучения детей и задолженности по ссудам и кредитам.

Самые масштабные проекты реализованы в Алтайском крае, Свердловской области, Архангельской области, Хабаровском крае, Приморском крае, в Республике Татарстан. При общении с представителями общественных организаций безработные высказывали слова искренней признательности и благодарности за своевременную поддержку. В фонд поступило несколько сотен писем аналогичного содержания.

В качестве итога Национальный благотворительный фонд с удовлетворением докладывает, что выделенные бюджетные средства полностью и своевременно переданы самым нуждающимся из числа временно безработных граждан и помогли им справиться с возникшими жизненными проблемами.

Благодарю за внимание.

Д.Медведев: Владимир Алексеевич, при распределении денег возникает масса недовольных и возникает абсолютное неверие в то, что это делается честно. Вы об этом точно так же знаете, как и все остальные. Как у вас это распределялось? Каким образом вы отобрали эти 5014 семей? Какое количество людей, например, не получило и по каким критериям?

В.Носов: В данной ситуации мы в первую очередь работали совместно с местными администрациями, с подразделениями соцзащиты. Для того чтобы мы могли говорить, что эти деньги не израсходованы на поддержку бомжей или низко опустившихся людей, и выбрана именно та категория людей, которые недавно в результате кризиса потеряли работу, – определили социальный статус этих семей, и по полученным из регионов спискам определили именно ту категорию и те семьи, которые наиболее остро сегодня нуждаются в помощи. И те средства, которые были выделены бюджетом, окажут им помощь и поддержку для того, чтобы в последующем выйти из этого кризиса.

Конечно, нельзя сказать, что 5014 семей решили все проблемы. В целом то количество средств – более 133 миллионов рублей – были израсходованы. По нашим оценкам, по отзывам и оценкам некоммерческих организаций, которые реализовывали эти гранты, и подразделений соцзащиты, эти деньги действительно потрачены очень адресно.

Впервые выделяются государственные средства для организаций, получивших статус социально ориентированных некоммерческих организаций, в размере 900 миллионов рублей.

Д.Медведев: Понятно. Деньги потрачены, семьи их получили, это хорошо. А удалось какие‑то негосударственные деньги привлечь в эту программу?

В.Носов: В данном случае мы как раз работали как грант-операторы и использовали именно ту ссуду, которая была направлена нам для организации и проведения конкурса.

Д.Медведев: То есть это были бюджетные деньги?

В.Носов: Да, это бюджетные деньги, одна треть от той суммы, которая нам была выделена как грант-оператору.

Д.Медведев: Мне кажется, в будущем (я в данном случае обращаюсь уже к Администрации Президента и, естественно, ко всем присутствующим) нам нужно ставить какие‑то ориентиры, которые предполагали бы, чтобы вместе с получением государственных средств, для того, чтобы их распределять, те или иные НКО также принимали на себя обязательства привлечь ещё внебюджетные средства. Во‑первых, это справедливо, потому что не только государство должно этими вопросами заниматься, а во‑вторых, это расширяет палитру и возможности. Мне кажется, это могло бы быть одним из условий предоставления средств. Так что пометьте это на будущее.

И Вы сказали такую фразу, на которую я не могу не откликнуться: это, мол, хорошие люди, а не какие‑нибудь бомжи. Строго говоря, иногда и бомжам надо помогать, это тоже наши граждане. Они, конечно, выглядят иногда непривлекательно, тем не менее это люди, которые находятся в тяжёлой жизненной ситуации, и это вообще‑то обязанность и государства – за ними следить, и неправительственных организаций – им оказывать поддержку.

У меня ещё есть просьба. Если будут всё‑таки предложения по совершенствованию законодательства, которое уже вступило в силу (законодательство в целом новое, переработанное), о некоммерческих организациях и законодательство о социально ориентированных НКО: может быть, что‑то там уже выявилось, что неправильно или не работает. Я в этом вижу один из смыслов нашей сегодняшней встречи.

<…>