Разговор с Дмитрием Медведевым. Ответы на вопросы ведущего программы «Вести недели» Евгения Ревенко

Е.Ревенко: Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич!

Д.Медведев: Здравствуйте, Евгений!

В нашей жизни очень важно говорить правду и рассказывать о тех трудностях, которые сегодня переживает весь мир, переживает и наша страна.

Я считаю, что и власть обязана говорить об этом откровенно и прямо, говорить и о тех решениях, которые принимает власть для того, чтобы преодолеть кризис, и о тех трудностях, с которыми мы сталкиваемся.

В этой связи я считаю, что наш разговор мог бы сегодня быть посвящён именно этой проблеме. И я думаю, что вообще разговор власти в нынешней ситуации должен носить по этим вопросам регулярный характер, общение должно происходить регулярно.

Е.Ревенко: Спасибо, что пригласили, тем более что вопросы, конечно, непростые с учётом кризиса. Все обратили внимание на Ваше заявление на экономическом совещании в понедельник. Вы сказали, что прогнозы не предполагают оживления мировой экономики до 10-го года и, процитирую, «призвали сберечь необходимые ресурсы на случай продолжения кризисных явлений за пределами текущего года».

В связи с этим возникает вопрос: насколько стабильная наша финансовая система и надолго ли хватит накопленной «подушки безопасности»?

Д.Медведев: Вы знаете, прогнозы действительно не радуют, они довольно сложные, и большинство специалистов, большинство аналитических агентств даёт разные прогнозы, но они все сложные. И, конечно, мы должны ориентироваться на достаточно сложный сценарий развития. Но это не значит, что у нас какая‑то безвыходная ситуация или крайне тревожная ситуация. Нет, в целом она достаточно понятная и контролируемая. Но мы должны делать определённые действия, которые будут помогать нам преодолевать кризисные явления не только в этом году, но, возможно, и в следующем году. При этом за последнее время, за последние 5–7 лет, мы сделали довольно серьёзные запасы, мы сделали определённые заделы именно для того, чтобы воспользоваться ими в случае осложнения финансово-экономической ситуации.

Если говорить откровенно, последние годы, когда всё это делалось, Правительство ругали, говорили: ну зачем вы такие деньги закачиваете в этот Резервный фонд. Надо их сразу потратить. Жизнь одна, нужно тратить как можно быстрее для того, чтобы получить быстрее результаты.

Последнее развитие событий показало, что всё‑таки эти решения были правильные, потому что те государства, которые бездумно тратили деньги, имея возможность создавать свои резервные фонды, фонды будущих поколений, сейчас находятся в предбанкротном состоянии, а наше финансово-экономическое положение абсолютно стабильно. Мы принимаем изменения к бюджету. Да, это сложный бюджет, это бюджет, в котором появился дефицит. Но мы тем не менее с использованием средств и Резервного фонда сможем покрыть все наши расходы, в том числе социальные, и этого года, и следующего года, и пройти наиболее сложную часть финансового кризиса. В этом смысле я считаю, что политика, которая проводилась в области финансов в последнее время, доказала свою эффективность.

Е.Ревенко: Ещё, пожалуй, одна из самых тяжёлых тем – это безработица. Динамика достаточно тревожная. По данным Минздравсоцразвития, а оно постоянно отслеживает ситуацию, только за прошлую неделю количество безработных увеличилось на 90 тысяч человек, и в целом, если я не ошибаюсь, 1735000 человек.

Возникает вопрос: государство как‑то собирается помогать тем людям, которые оказались в этой тяжёлой ситуации или люди будут сами выбираться?

Д.Медведев: Конечно, это, наверное, самая большая проблема и самая большая боль, которая сегодня существует. Потому что кризис всегда сопровождается уменьшением количества рабочих мест, закрытием ряда производств и нарастанием безработицы. К сожалению, это происходит и в нашей стране. Причём те цифры, что Вы называете, – это цифры зарегистрированной безработицы. Есть и скрытая безработица, и на неё мы тоже должны обращать внимание. Но, конечно, самое главное – это подготовить нормальные меры. Какие это меры?

Во‑первых, это возможность выплачивать пособие по безработице в увеличенном объёме, то, которое мы сегодня предлагаем. Но это краткосрочные перспективы, а в более длительной перспективе – это, конечно, замещение одних рабочих мест другими. Если закрывается производство или оно останавливается временно, мы должны направлять усилия, в том числе и государственные финансы, на открытие новых рабочих мест, что, собственно, и происходит. Потому что мы в настоящий момент вместе с регионами готовим специальные программы поддержки новых рабочих мест. Эти программы будут финансироваться и федеральной частью, то есть самой страной, самой Российской Федерацией, и регионами. На эти цели выделяется 44 миллиарда рублей дополнительно.

За счёт этих денег должны создаваться новые рабочие места, в том числе в малом бизнесе, в новых производствах, строиться новые объекты, те объекты, которые способны создать дополнительные рабочие места. Это могут быть и дороги, это могут быть другие инфраструктурные объекты. Этим мы обязательно будем заниматься.

И, наконец, очень важной составляющей является программа переподготовки, потому что кризис так, к сожалению, устроен, что в ряде случаев человеку просто приходится менять работу. Это не значит, что у нас нет рабочих мест – в нашей стране очень много вакансий. Но, конечно, человеку, который занимался своим делом, интересным ему делом, не очень хочется переквалифицироваться, получать, может быть, работу менее престижную. В ряде случаев это придется делать.

Е.Ревенко: Психологический барьер?

Д.Медведев: Психологический барьер, деньги. Поэтому на переобучение, переподготовку также будут тратиться весьма значительные средства: и средства Российской Федерации, то есть федерального бюджета, и региональных бюджетов. Я, кстати, хотел бы сказать, что регионы должны подходить к этой работе исключительно ответственно, это просто важнейшая вещь. Нельзя допускать никакого замедления в принятии этих программ, большинство регионов с этими задачами справляются. Но, к сожалению, в ряде случаев действуют медленно, нерасторопно.

Я могу сказать, что по тем данным, которые мне представило Правительство, и на Дальнем Востоке с этим есть проблемы – в Приморском крае, и в Рязанской области, и в Свердловской области. Я хотел бы, чтобы как можно быстрее эти решения были приняты, потому что от этих решений зависит судьба тысяч людей. Этим шутить нельзя.

Е.Ревенко: Дмитрий Анатольевич, ещё одна тема, которая волнует, конечно же, многих, это снижение реальных доходов. За месяц курс рубля сильно изменился, подешевел практически на 30 процентов к бивалютной корзине. Что дальше будет с рублём и какие задачи Вы ставите финансовым властям?

Д.Медведев: Да, действительно, курс рубля изменился, произошло ослабление курса рубля, и это связано с тем, что изменилась экономика. Мы, к сожалению, стали получать меньше доходов, возросли платежи в валюте. Это не могло не сказаться на реальном курсе рубля. Такие изменения было нужно провести, но сделать это спокойно и честно, так, как, на мой взгляд, это и было сделано Центральным банком. Мы не говорили о том, что рубль должен «замерзнуть». В настоящий момент то курсовое соотношение, которое достигнуто, по мнению Центрального банка, отвечает реальному состоянию нашей валюты, её реальной сегодняшней платежеспособности, её свойствам в настоящий момент. Естественно, Центральный банк будет следить за этими курсовыми параметрами, не допуская каких‑либо скачков.

В нашей жизни очень важно говорить правду и рассказывать о тех трудностях, которые сегодня переживает весь мир, переживает и наша страна. Я считаю, что и власть обязана говорить об этом откровенно и прямо, говорить и о тех решениях, которые принимает власть для того, чтобы преодолеть кризис, и о тех трудностях, с которыми мы сталкиваемся.

И что, на мой взгляд, ещё более важно, это то, что ослабление курса рубля проходило не скачкообразно и тем более не таким варварским способом, как это было сделано в 1998 году, когда кошельки наших людей, по сути, всех нас, в один момент «похудели» на 300 процентов, и всех накрыла эта волна, очень неприятная. В этом случае ослабление, которое произошло, – это порядка 30–35 процентов – было сделано аккуратно. И практически все участники экономических отношений: и наши граждане, и наши предприятия – могли выбрать для себя разумную стратегию, как поступать со своими накоплениями в рублях. Я думаю, что в этом был прямой резон, и это, кстати, сказалось и на общей ситуации в банковской сфере, потому что её общее состояние и в целом доверие наших граждан к банковской сфере не поколебалось. Это очень важно для стабильности, для того, чтобы наше государство, наша экономика могли нормально работать.

Е.Ревенко: То есть решили не допускать шоковую встряску и не рубить сразу?

Д.Медведев: Конечно, хотя некоторые экономисты считали, что должен быть скачок. Может быть, с точки зрения экономических моделей это имело какой‑то смысл, но это могло повлечь шоковые последствия для миллионов наших людей, да и для наших компаний. А так в целом то, что мы сделали, практически полностью совпадает с тем, что сделал ряд крупных государств, государств с развивающейся экономикой, которые находились приблизительно в таком же состоянии, как наше, где был большой удельный вес экспортной продукции, где снизились валютные поступления и где государство вынуждено было провести ослабление курса национальной валюты.

Е.Ревенко: Помощь сейчас требуется многим, она, собственно, и оказывается, но помимо госпредприятий в том числе и частному бизнесу. Почему?

Д.Медведев: Ответ очень простой. Потому что наша экономика состоит не только из госпредприятий, но и из предприятий других секторов, из частных предприятий. На этих предприятиях работают миллионы наших граждан. Это, кстати, иногда очень крупные предприятия, иногда градообразующие предприятия, где трудятся десятки, а иногда и сотни тысяч людей, вместе с семьями они завязаны на эти предприятия. Поэтому мы, конечно, помогаем не только государственному сектору, не только государственным предприятиям, но и частным предприятиям, которые должны пройти через эту трудную ситуацию с наименьшими потерями. Это не означает, что помощь предоставляется хозяевам. Акционеры о себе должны сами позаботиться. Речь идёт о поддержке самих компаний, о поддержке самих предприятий.

Е.Ревенко: А есть уверенность, что эти деньги, столь ценная сейчас господдержка, дойдут по назначению?

Д.Медведев: Вы знаете, для этого и существует государство, чтобы контролировать, какие деньги куда идут. Всегда находятся желающие определённым образом этими деньгами воспользоваться. Но в нынешней ситуации, я уверен, мы создали нормальную систему контроля.

Я, например, лично настаивал в том числе на том, чтобы в наших банках появились специальные контролёры со стороны Центрального банка, чтобы банковская система работала не сама для себя, а работала для реального сектора, работала для обычных граждан, чтобы она вовремя платила зарплату, чтобы деньги, которые находятся на счетах, не омертвлялись, а нормальным образом подпитывали нашу экономику. И такого рода контрольные мероприятия должны идти сквозным путём – снизу до верха и наоборот.

Поэтому даны все указания и нашим министрам, и полномочным представителям Президента, и правоохранительным структурам: и прокуратуре, и другим правоохранительным органам. Недавно я говорил на двух коллегиях – коллегии ФСБ и коллегии Министерства внутренних дел – о том, что сегодня задача правоохранительных структур заключается в том, чтобы самым внимательным образом следить за расходованием государственных средств, направленных на поддержку нашей экономики. Это очень важно.

Е.Ревенко: Наверное, серьёзно возрастает роль финансовой разведки. Как у нас часто бывает, деньги выделяют, и…

Д.Медведев: Я думаю, что и финансовая разведка, Служба финансового мониторинга, должна следить за тем, куда какие деньги ходят. И если действительно происходит отток денег необъяснимый, это тоже повод для того, чтобы проводить все расследования, проводить разбор полётов.

Е.Ревенко: Мы практически ежедневно и слышим, и видим, что делает центральная власть по преодолению кризиса. А если, Дмитрий Анатольевич, спуститься ниже, на региональный уровень, там команды работают слаженно, у всех есть понимание ответственности?

Д.Медведев: Я думаю, что этот кризис, эта сложная ситуация, которая сегодня сложилась в нашей экономике, в нашей социальной сфере в целом, – это как раз возможность проверить каждого, кто на что способен. Легко работать, когда большие поступления, прежде всего от поставок на экспорт нефти и газа. Ты вроде сам ничего не делаешь, а доходы капают и капают – и хорошо. А в этой ситуации нужно, во‑первых, научиться рационально тратить деньги, бюджетные деньги; во‑вторых, проявить себя как грамотный управленец. Я думаю, что в целом наша управленческая система к этим проблемам готова, но это не значит, что мы будем закрывать глаза на, скажем, упущения в работе или просто на бездарность, расхлябанность, разгильдяйство в деятельности тех или иных начальников. В этой ситуации, к сожалению, невозможно погладить по голове и сказать: знаешь что, ты всё‑таки соберись. Придётся принимать какие‑то серьёзные решения, если ранее принятые законы не исполняются.

Это исключительно важно, поэтому вопрос исполнительской дисциплины – всегда очень важный, особенно в нашей стране, – сегодня выходит на передний план.

Е.Ревенко: Но и тратить деньги, наверное, по совести. Достаточно вспомнить последнюю тяжелейшую историю – трагедию в Коми.

Д.Медведев: Конечно. И это особенно больно и страшно, когда из‑за просто элементарной расхлябанности, разгильдяйства, циничного отношения к людям погибают люди, которые не способны двигаться, старики, которые живут в несуществующем доме престарелых. История ужасная, и мы, конечно, обязаны всё это довести до самого конца. Следствие должно определить виновных, они должны быть наказаны всей мерой уголовного закона. Точно так же, как и начальники, которые это допустили, должны лишиться своих мест. Ряд решений уже принят. Мы, естественно, разберёмся до самого конца с этим вопросом.

Е.Ревенко: Дмитрий Анатольевич, понятно, что сейчас тяжело, понятно, что необходимые меры принимаются. Преодолеем?

Д.Медведев: Конечно, преодолеем. Просто обидно, что ряд возможностей, которые открывались, нам придётся, может быть, оставить не на завтрашний день, а на послезавтрашний день. Преодолеем, разберёмся. Всё будет нормально. Нужно работать, нужно исполнять свои обязанности каждому на своём месте. Делать это добросовестно, по‑честному, не прятаться никуда, и тогда всё получится.

Е.Ревенко: Дмитрий Анатольевич, спасибо за столь откровенный разговор.

Д.Медведев: Спасибо Вам.

* * *

Е.Ревенко: Дмитрий Анатольевич, Вы скоро собираетесь в Лондон на саммит «большой двадцатки». Какие ожидания?

Д.Медведев: Собираюсь действительно: 2 апреля будет встреча в Лондоне, будем говорить, естественно, о преодолении кризиса.

Шла работа, и сейчас она идёт. Работа непростая. Я могу Вам сказать откровенно: я пока не очень доволен даже теми результатами, которые есть, потому что мы пока не создали ту рамку, которая могла бы быть основой для развития финансовой системы на годы вперёд. Но надеюсь, что за ближайшее время мы всё‑таки сможем подойти вплотную к тому, чтобы документы такие сделать. Поэтому будем разговаривать по всем наиболее трудным вопросам, которые сегодня волнуют все страны, в том числе двадцать крупнейших экономик мира.

Е.Ревенко: Конечно, все говорят о Вашей возможной встрече с новым Президентом США. Будет ли она, и что будете обсуждать?

Д.Медведев: Такая встреча должна состояться. Я надеюсь, что мы сможем встретиться и обсудить все вопросы, которые сегодня стоят в повестке дня между Россией и Америкой, таких вопросов накопилось немало. Считаю, что разговор должен быть открытым, честным и, надеюсь, продуктивным. Те сигналы, которые я сегодня получаю из Соединённых Штатов, из администрации Президента и от самого Президента, нового Президента Соединённых Штатов, обнадёживают: это сигналы к тому, что наши коллеги хотят работать. Мы тоже на это очень рассчитываем.