Встреча с журналистами Южного и Северо-Кавказского федеральных округов

Это третья встреча Президента с представителями региональных СМИ. В Хабаровске глава государства беседовал с журналистами Дальнего Востока и Сибири, а в Уфе – с представителями СМИ Приволжского федерального округа.

* * *

Стенографический отчёт о встрече с представителями средств массовой информации Южного и Северо-Кавказского федеральных округов

Д.Медведев: Это у меня сегодня уже четвёртая или пятая публичная встреча, поэтому я буду стараться отвечать на ваши вопросы предельно содержательно, насколько могу, но довольно коротко. Договорились?

С.Маслов: Дмитрий Анатольевич, здесь присутствуют представители средств массовой информации Южного и Северо-Кавказского федеральных округов. Мы рады вновь видеть Вас на донской земле, добро пожаловать, приезжайте к нам почаще.

Д.Медведев: Спасибо.

С.Маслов: Сегодняшний день выдался у Вас очень разнообразным, даже в географическом плане. Расскажите, с кем встречались, о чём говорили, может быть, какие‑то решения были приняты?

Мы сделали большой шаг вперёд и в смысле содержания военных, зарплаты, которая выросла в 2,5–3 раза (это беспрецедентная вещь), и в смысле обеспечения жильём, и в смысле, конечно, поставок новых вооружений.

Д.Медведев: С удовольствием, конечно, поделюсь. Я с утра был в Северо-Кавказском округе, посещал Республику Северная Осетия – Алания. Мы обсуждали разные темы. Но я хотел, знаете, пообщаться с нашими военными из 58-й армии, которые там расквартированы, там штаб армии. Почему? Это особое место, я там уже, наверное, третий или четвёртый раз, и, собственно, там мы подводили итоги кампании 2008 года и той военной операции, которую мы проводили по принуждению Грузии к миру.

Я сегодня уже говорил военным и вам скажу, я считаю, что это была, конечно, очень тяжёлая страница в новейшей истории, но, к сожалению, абсолютно необходимая. И то, что Россия тогда так жёстко себя повела, в конечном счёте обеспечило нам ситуацию, когда вокруг нас, несмотря на определённые сложности, всё‑таки сейчас более спокойная ситуация, чем она была.

Некоторых соседей мы просто успокоили, показав им, что нужно себя вести правильно и в отношении России, и в отношении сопредельных небольших государств. А для некоторых наших партнёров, в том числе для Североатлантического альянса, это был сигнал о том, что всё‑таки, прежде чем принимать решение о расширении альянса, надо думать о геополитической стабильности. Вот в этом я вижу основные уроки того, что происходило в 2008 году.

И, конечно, я сегодня отметил героизм наших ребят и тех, кто, к сожалению, тогда погиб: и миротворцы, и те, кто служил в Вооружённых Силах на тот период. В общем, мы говорили о том, как проходит реформа Вооружённых Сил, практически все считают, что, несмотря на определённые шероховатости, мы сделали большой шаг вперёд и в смысле содержания военных, зарплаты, которая выросла в 2,5–3 раза (это беспрецедентная вещь), и в смысле обеспечения жильём, и в смысле, конечно, поставок новых вооружений.

Потом у меня была небезынтересная встреча с представителями руководства республики, а также основных социальных групп, общественных объединений, творческой интеллигенции. Тоже очень хорошая, добрая встреча. Мы говорили о самых разных вопросах, начиная от детских садов и заканчивая здравоохранением, образованием, вопросами национальной терпимости, что особенно актуально на Юге и на Кавказе. В общем, такой хороший полноценный разговор.

И сейчас я приехал к вам в гости, успел уже коротко пообщаться с вашим губернатором, пока мы ехали сюда, а сейчас встречался с губернаторами всех регионов, входящих в Южный и в Северо-Кавказский федеральные округа. Мы встретились для того, чтобы сверить часы, но не скрою, я, конечно, с ними говорил о ситуации по выборам, потому что я возглавляю список «Единой России», губернаторы многие тоже возглавляют региональные списки, и мы обменялись впечатлениями о том, как идёт избирательная кампания, что, наверное, вполне естественно. И, наконец, у меня сегодня последнее счастье – с вами пообщаться.

С.Маслов: Дмитрий Анатольевич, у каждого из присутствующих здесь журналистов для Вас приготовлен как минимум один вопрос. Если позволите, я задам свой, а дальше уже сами решите, кто будет следующим говорить.

Д.Медведев: Конечно.

С.Маслов: Во время Вашей рабочей поездки в Краснодар Вы призвали сельхозпроизводителей активнее развивать кооперацию в целях борьбы с перекупщиками. На этом пути у сельхозпроизводителей это должна быть их инициатива или они могут рассчитывать на какую‑то поддержку государства в этом плане?

Должна быть активная позиция самих сельхозпроизводителей и руководителей регионов, потому что там, где следят за порядком на рынке, всё‑таки не возникает «кривых» схем, когда у сельхозпроизводителя забирают за три рубля, а потом в супермаркете продают какой‑либо товар за 30 рублей, и все недовольны.

Д.Медведев: Вы знаете, мне кажется, должно быть встречное движение и со стороны государства, и со стороны сельхозпроизводителей. В общем, те, кто перекупают продукцию, с одной стороны, никому не нравятся, и у нас существует мнение, что основное зло в перекупщиках. Они действительно иногда ведут себя плохо, иногда, скажем откровенно, по‑русски выражаясь, борзеют, но далеко не все, и мы с вами понимаем, что торговые посредники – это необходимое звено, без них тоже ничего нельзя сделать, но надо, чтобы они были цивилизованными, а в ряде случаев без них просто можно обойтись, особенно когда развивается, например, сельскохозяйственная кооперация и когда реализацией занимаются сами сельхозпроизводители.

Мы, сейчас я возвращаюсь к тому, о чём Вы спросили, на это тратили довольно приличные средства и будем продолжать тратить средства на поддержку сельхозкооперации как снабженческо-сбытовой, так и кооперации в сфере переработки. И это, мне кажется, способно оказать влияние на цены. Это первое.

Второе, что, конечно, на мой взгляд, также очень важно, это всё‑таки активная позиция самих сельхозпроизводителей и руководителей регионов, потому что там, где следят за порядком на рынке, всё‑таки не возникает «кривых» схем, когда у сельхозпроизводителя забирают за три рубля, а потом в супермаркете продают какой‑либо товар за 30 рублей, и все недовольны.

Люди говорят, что страшно дорого, а сельхозпроизводители говорят: «Знаете, мы произвели это, мы на этом вообще даже прибыли никакой не получили, мы еле-еле отбиваем свои затраты, а вся маржа оседает в руках соответствующих торговых компаний». Поэтому ресурсы регулирования такой деятельности у любого губернатора есть в рамках, конечно, тех полномочий, которые он имеет.

В.Рязанов: Разрешите мне?

Д.Медведев: Мне кажется, мы же люди, воспитанные в демократическом обществе. Давайте пойдём по стрелке часовой, против часовой, как хотите.

В.Рязанов: Спасибо, во‑первых, за предоставленную возможность задать Вам волнующие жителей нашего региона вопросы. В связи с тем, что Вы сказали о программе пребывания в нашей республике, я не услышал одной очень серьёзной проблемы. Она опять‑таки связана с Южной Осетией, с последствиями в Грузии на протяжении последних 20 лет, потому что до августовской агрессии 2008 года были ещё 91-й, 92-й годы, когда из Грузии были выдавлены, может быть, до 100 тысяч её граждан на тот момент, большая часть из них осела в Северной Осетии.

По данным миграционной службы, общественных, правозащитных организаций, может быть, около четырёх тысяч семей из них до сих пор не имеют нормального жилья. Федеральная программа по обустройству беженцев работает, но, к сожалению, темпы выделения жилищных сертификатов крайне низки: это 1–3 сертификата в год. Есть ли у этой категории людей надежда решить свою жилищную проблему в более обозримом будущем?

Д.Медведев: Не буду скрывать, сегодня на эту тему я разговаривал с главой республики. Я понимаю, что, может быть, он не хотел меня этим особенно грузить, он считает, что особой проблемы всё‑таки сегодня нет и что эта проблема разрешима именно в ближайшем будущем – просто потому, что всё равно стройки идут. И дело не только в федеральных деньгах, идёт застройка по линии республики, это первое. Второе, сами люди пытаются как‑то свои жилищные проблемы решать.

Здесь, понимаете, мне кажется, вот как: конечно, мы должны помогать людям, которые в какой‑то момент попали в сложную ситуацию. Но если эти люди уже давным-давно стали гражданами Российской Федерации, если они живут на территории Северной Осетии, они тоже должны думать о своём будущем. Потому что наша большая страна приняла их, и это абсолютно правильно, но здесь нужно занимать более активную позицию, а не просто рассчитывать на то, что в какой‑то момент государство тебе принесёт эту квартиру и скажет: вот пользуйся ей.

Знаете, исходя из общих соображений, даже соображений справедливости, ведь на территории республики есть коренные жители, как и в России, которые тоже стоят в очередях, которые тоже хотят квартир. Они ниоткуда не убежали, но у них та же самая проблема. Поэтому, мне кажется, если исходить из соображений справедливости, кроме кричащей ситуации, когда что‑то случилось, действительно война и люди в палатках, совершенно невозможно жить, тогда действительно надо помогать.

А в обычной ситуации это всё наши граждане, и те, кто в 90-е годы приехал, убегая от произвола грузинских властей, и те, кто сейчас живёт и родился на территории республики, к ним должны применяться, строго говоря, равные критерии.

Э.Шамаков: Дмитрий Анатольевич, ещё одна республика – Калмыкия. Какие инициативы, идеи Президента Медведева можно услышать в Послании Федеральному Собранию и в какие обозримые сроки это ежегодное Послание следует ждать?

Д.Медведев: Спасибо, что Вы меня спросили, по двум причинам: во‑первых, немножко приоткрыть завесу над тем, как идёт работа над Посланием, потому что я некоторое время назад не успел об этом сказать и возникло много домыслов, что с Посланием происходит. И, во‑вторых, всегда приятно поделиться своими соображениями.

Коротко по поводу самого Послания: работа над ним идёт. Не скрою, я собирался его озвучить в ближайшие дни, 23 ноября, но некоторое время назад прикинул и решил его перенести по нескольким причинам. Скажу прямо и откровенно, мне бы хотелось ещё над некоторыми проблемами подумать, потому что это в текущей перспективе, во всяком случае, моё последнее Послание в должности Президента, но будут ли дальше Послания или нет, это поживём – увидим, что называется.

Там нужно было бы и подвести итоги, и наметить перспективы на будущее, поговорить о том, как нам заниматься модернизацией нашей страны, нашей экономики, нашего общества, нашей политической системы, это должен быть комплексный взгляд. Итоги подвести, конечно, проще, что сделано и чего не сделано, а вот видение будущего – это более сложная тема, поэтому я продолжаю консультации и с моими экспертами, с сотрудниками Администрации и Правительства России. И конечно, консультируюсь с представителями «большого», или открытого, правительства. Это, в общем, та новая экспертная группа, референтная группа, на которую я сейчас опираюсь. Поэтому я решил несколько отсрочить оглашение Послания.

Но есть и второй аргумент, он формальный, но очень важный. Всё‑таки мне бы хотелось выступить с этим программным Посланием, а Послание – всегда программа, перед новым составом Государственной Думы. Я очень хорошо отношусь и к текущему составу, но всё‑таки новый состав – это новый состав. Ему придётся работать ближайшие теперь уже пять лет, и надо, чтобы у нас сразу возник контакт, тем более что у нас планы продолжить работу, если мы получим мандат от народа на управление государством и в Государственной Думе, и президентский мандат. Ровно поэтому я, собственно, сроки Послания и перенёс.

А содержание я Вам только что сказал. Более тонких нюансов не ждите, иначе будет неинтересно.

В.Смеюха: Меня зовут Смеюха Вячеслав.

Д.Медведев: Я смотрю, Вы фотографируете такой сложной камерой. Нравится Вам?

В.Смеюха: Нравится.

Д.Медведев: У меня к ней такое неровное отношение: камера прекрасная, но она требует очень большого внимания.

В.Смеюха: Она не репортёрская.

Д.Медведев: Она совсем не репортёрская. Но такие снимки, как Вы сейчас делаете, фотографируя собеседников, ей делать можно.

В.Смеюха: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Мы всему миру объявили об Олимпиаде в Сочи, что мы её проведём.

Д.Медведев: Не просто объявили – мы победили на соревнованиях.

В.Смеюха: Да, победили на соревнованиях. Мы объявили о «Формуле-1», мы принимаем у себя чемпионат мира по футболу. Хватит ли на всё это денег, наших сил и уверенности в том, что мы всё это сделаем?

Олимпиады, чемпионаты, спортивные соревнования сами по себе интересны и приятны, и мы с удовольствием следим за ними, за выступлениями наших спортсменов. Но ведь это не только спорт, это и возможность массированных вливаний в различные регионы нашей страны. Это не только стадионы и трамплины, но это и реконструкция всей системы, абсолютно всей: и гостиничного фонда, и ресторанов, и магазинов, и социальной сферы, и больниц.

Д.Медведев: Очень хороший вопрос. Надеюсь, Вы не ждёте от меня, что я скажу: «Нет, конечно, сил не хватит, поэтому я объявляю о том, что мы отказываемся от проведения Олимпиады, отказываемся от проведения футбольного чемпионата и будем копить, потому что денег мало». Думаю, что здесь всё очевидно, но буквально два слова.

Олимпиады, чемпионаты, спортивные соревнования сами по себе интересны и приятны, и мы с удовольствием следим за ними, за выступлениями наших спортсменов. Но ведь это не только спорт, это и возможность массированных вливаний в различные регионы нашей страны. Вы про Сочи сказали. Мы сейчас все усиленно занимаемся Сочи. Это же не только стадионы и трамплины, хотя они нужны и очень дороги, но это и реконструкция всей системы, абсолютно всей: и гостиничного фонда, и ресторанов, и магазинов, и социальной сферы, и больниц. Всё это должно быть реконструировано.

Совсем тяжёлая территория – Дальний Восток, форум АТЭС. Там канализации не было, и до сих пор в городе нет нормальной канализации. То, что мы тогда победили наших конкурентов в соответствующий период и предложили свои услуги в этом плане (не победили, а, по сути, завоевали право проводить форум АТЭС), дало нам возможность сконцентрировать очень большие ресурсы для того, чтобы восстановить Владивосток и часть Приморского края. Так и сделаем.

Д.Мугутдинова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Ряд политиков позволяют себе недопустимые публичные высказывания о народах Северного Кавказа. Не считаете ли Вы, что следует как‑то усилить ответственность за подобные выступления? К примеру, по показателям бюджетной обеспеченности республика Дагестан в общем рейтинге регионов страны занимает одно из последних мест. Насколько в связи с этим уместен лозунг: «Хватит кормить Кавказ!»?

Д.Медведев: Знаете, не скрою, я на этот вопрос уже отвечал. Вы, наверное, знаете мой ответ. Я считаю, что этот лозунг носит провокационный характер, либо тот, кто его произносит, просто неумный человек, если он искренне верит в то, что хватит кормить Кавказ, и тогда хватит денег на всё остальное, и так далее.

С другой стороны, если посмотреть на ситуацию с трансфертами, которые направляются в регионы, то кавказские республики занимают далеко не первое место. И, более того, у нас всего лишь, наверное, 10–15 максимум процентов территорий, которые являются не реципиентами, то есть не получают дотации из федерального бюджета, а являются донорами, то есть те, которые дают. А все остальные республики – это те, которые получают, и это далеко не кавказские республики, это все другие территории. Поэтому этот лозунг и нечестный, и неправильный, и опасный.

Что же касается вообще национализма, я сегодня достаточно активно на эту тему рассуждал во время встречи с представителями общественных организаций Северной Осетии. Мне остаётся лишь добавить, что я исхожу из того, что ответственные политики, люди, которые претендуют на места в Государственной Думе, люди, которые возглавляют парламентские партии в нашей стране, которая очень сложная по своему этническому, конфессиональному составу, вообще не в праве позволять никаких националистических лозунгов, потому что это чревато развалом страны.

И мы когда‑то прошли по краю (слава Богу, что всё успокоилось), у нас есть, конечно, проблемы, и проблемы с безопасностью, но всё‑таки национализм нас так не раздирает, как в некоторых государствах, которые плохо кончили. И нам нужно дорожить этим гражданским миром, особенно это остро понимаешь, находясь на Кавказе.

Р.Мусаев: Дмитрий Анатольевич! У меня отчасти получается продолжение предыдущего вопроса. В последнее время мы активно наблюдаем за тем, как в блогосфере и новых медиа искусственно тиражируются эти антикавказские настроения. Уже заговорили о том, что пора сбрасывать территории, лишний балласт, что Кавказ нужно отделять. Аргументы, которые приводятся: дескать, культурный Кавказ и вся остальная Россия – это совсем разные народы, разный менталитет и так далее, что это чёрная дыра. Невооружённым глазом видно, что какие‑то локальные микрособытия в мгновение раздуваются до национального масштаба, и ведущую роль в этом играют именно новые медиа.

С одной стороны, ясно, что недовольство накапливается среди граждан из‑за того, что некоторые диаспоры и так называемые общины недостаточно хорошо работают со своим подрастающим поколением, что чревато неподобающим поведением последних на улицах наших городов. С другой стороны, СМИ настолько красочно и ярко преподносят это всё, что в конечном итоге национализм, ксенофобия, шовинизм продолжают расти в нашем обществе.

У меня вопрос. Будут ли в государственной информационной политике предприниматься какие‑то меры противодействия таким новым деструктивным явлениям в нашем обществе? Я не говорю о какой‑то цензуре и так далее, но хотя бы какие‑то моральные императивы, совесть, в конце концов, у людей, которые повелевают общественными настроения, должны быть? Быть может, Вы именно как блогер тоже подключитесь к решению этой проблемы?

Д.Медведев: Не скрою, Вы очень хороший вопрос задали. Меня это тоже волнует. Я буквально 15 минут назад на эту тему с коллегами из Администрации говорил. Меня тоже настораживает степень жёсткости, если иногда не жестокости, этих суждений, которые, например, существуют в новых медиа, в социальных сетях, и с другой стороны – знаете, степень безответственности. Ведь когда человек, например, выходит на улицу и говорит: «Я против власти, она мне не нравится, я хочу новую власть», – это понятно, это форма политической активности, и каждый человек волен выбирать, как ему себя вести. В конце концов, это такой шаг, который требует определённой позиции.

Но когда человек просто гадости пишет про других, говорит, что этот – дурак, этот – отвратительный тип, представляющий какую‑то определённую нацию или народность, с ней ничего хорошего быть не может, потому что они люди дикие, невоспитанные, никогда не поддадутся цивилизованному отношению, – вот что меня пугает: люди начинают привыкать. Мы с вами смотрим, что происходит, я к тому, что это как бы нормально. Раньше это себе представить было невозможно. Из телевизора такие вещи никогда не услышишь ни у нас, ни за границей, потому что там степень толерантности высокая и можно загреметь, или вылететь с телекомпании, или даже отправиться, извините, за решётку. В газетах такого тоже нет. А здесь порог ответственности, чувствительности существенно ниже, и это может привести к тому, что часть поколения, особенно молодого поколения, вашего поколения, отчасти и моего поколения, может вырасти в ситуации, когда, допустим, говорить гадости про другие национальности вроде как и нормально, и за это ничего не бывает. Но представим себе человека в Соединённых Штатах Америки, который прилюдно начинает что‑либо говорить плохое про одну из национальностей, один из этносов, населяющих Соединённые Штаты Америки. Он плохо кончит, его просто отвезут в тюрьму. А в Сети можно: не поймают, не тронут. Но ведь это не просто Сеть – это голова, которая наполняется этими помоями и которая в конечном счёте может дать результат уже на улице.

Поэтому я считаю, что если говорить о моральной ответственности, о которой Вы вспомнили, знаете, это всё‑таки, в конечном счёте, ответственность каждого человека, каждого редактора средства массовой информации, каждого журналиста и каждого блогера и уровень его образования. Всё‑таки это, прежде всего, внутри самого человека.

Кстати, эти сдерживающие моменты у человека могут изначально и не присутствовать. Но если, например, этот человек, скажем, верующий (неважно, кто он, кстати, – мусульманин, буддист), это его останавливает. А если у человека даже этих ограничителей нет, он ведёт себя абсолютно отвязно.

Если же говорить о юридической ответственности, то это, конечно, самое сложное, потому что ввести юридическую ответственность за комментирование в интернете, в социальных сетях – это разрушить сам интернет. Некоторые страны пытаются идти по этому пути – кстати, никаких успехов не достигают, но зато там полностью блокирован интернет, невозможно ничего написать, невозможно ничего прочитать.

В других случаях это не получается, а значит, нужно выработать чёткие критерии, позволяющие юридическим службам, правоохранительным органам говорить о том, что в конкретной ситуации человек вышел за пределы дозволенного и его нужно привлекать к ответственности. То есть, условно говоря, наверное, за суждения привлекать к ответственности нельзя, когда человек даёт кому‑то характеристики.

Но если это уже призыв к какому‑либо насилию, вообще‑то власть надо употреблять, потому что если из интернета и социальных сетей льются призывы идти и резать кого‑то, нельзя говорить о свободе интернета, а надо брать в руки полицейскую дубинку и разбираться с такими людьми, потому что это подрывает основы общественного согласия. Но до тех пор, пока это не превращается в призывы к насильственным действиям, всё это можно отнести к обсуждениям, хотя иногда меня от этих обсуждений просто тошнит.

С.Алекбарова: Дмитрий Анатольевич, на Юге России немало регионов с высокой рождаемостью, а значит, проблема нехватки детских садов здесь стоит не менее остро, чем в других российских регионах. Не так давно Вы дали поручение Совету Федерации проработать этот вопрос. Что сделано и будет ли Правительство помогать финансово регионам в решении этой проблемы, в строительстве новых дошкольных учреждений?

Д.Медведев: Я улыбаюсь, потому что я уже сегодня второй раз отвечаю на этот вопрос, но сделаю это, конечно, с радостью.

Конечно, Правительство должно создавать условия для того, чтобы эта проблема решалась. Напомню, что у нас пока очень большая очередь в детские сады. Как решать эту проблему? Во‑первых, у нас есть программы, которые стимулируют строительство детских садов, но эти программы не должны носить абсолютно или сугубо федеральный характер. Значительная часть или существенная часть ответственности лежит на регионах.

Мы считаем, что надо всё‑таки, чтобы именно регионы планировали эти расходы, потому что из Москвы командовать, где какой детский сад построить и где какую школу построить, это просто неправильно. Для этого нужно, с другой стороны, разумным образом перераспределить полномочия, то, чем мы сейчас занимаемся, в смысле децентрализации полномочий, их распределение между Федерацией, регионами и муниципалитетами. Поэтому – федеральные средства, которые уже планируются, региональные средства, обязательства и средства муниципалитетов, а также средства коммерческих организаций. И я не вижу ничего плохого, если детские сады, а иногда и школы строятся на частные пожертвования, потому что так во всём мире, не всё строит государство. Должна быть государственная сеть, но есть и негосударственная сеть.

Плюс, что очень важно, менять критерии создания самих детских садов. У нас до последнего времени действовали советские критерии, и сейчас кое‑где это остаётся. То есть если это детский сад, то с такими стенами, там должны быть огромные производственные помещения для приготовления пищи, обязательно чтобы были полноценные места для того, чтобы дети спали. Но не всегда такие детские сады нужны. Очень часто мамам или папам нужно, чтобы ребёнка можно было привести на два-три-четыре часа. И в этом смысле очень важно, что мы поменяли стандарты и дали сейчас разрешение создавать детские сады семейного типа и такого временного пребывания детей.

Всё это вкупе должно дать результаты. Думаю, что у нас есть все шансы за три-четыре года проблему с детскими садами в стране решить полностью, если, конечно, напряжёмся.

И.Цароев: Дмитрий Анатольевич, я представляю Ингушетию с её неописуемой красотой природы и, к сожалению, высоким процентом безработицы. Вопрос дефицита рабочих мест стоит одинаково остро во всех регионах Юга России. Какие пути выхода из ситуации Вы видите? Какие конкретные меры будут приниматься?

Сейчас у нас реализуются несколько программ: «Юг России», по Чечне есть программа, есть ряд других региональных программ, и по Ингушетии соответствующая программа тоже присутствует. Нужно создавать те места, которые реально нужны региону. Программа по внедрению новых форм отдыха, туризма, развитию спорта способна принести порядка 200, если не больше, тысяч рабочих мест.

Д.Медведев: Думаю, я не удивлю Вас, если скажу, что вижу только один путь: это создание новых рабочих мест. Другого пути просто не существует. Вопрос в том, что создавать и как быстро. Мы сегодня обсуждали эту тему, кстати, и с главами субъектов Федерации, я когда в Осетии был, говорил об этом.

Очень важно, чтобы возникали новые рабочие места, но не всякие, а которые нужны региону. Приведу пример, который характерен для всех территорий, здесь представленных. Очень много выпускаем юристов и экономистов, куда их устраивать – непонятно. Специальности хорошие, но такому количеству специалистов-гуманитариев делать нечего. Но мало выпускаем инженеров и специалистов, например, в области туризма и рекреационной деятельности, что особенно актуально для территорий Северного Кавказа, да и вообще Юга России. Поэтому нужно создавать такие места.

Сейчас у нас реализуются несколько программ: «Юг России», по Чечне есть программа, есть ряд других региональных программ, и по Ингушетии соответствующая программа тоже присутствует. Нужно создавать те места, которые реально нужны региону. Этот туристическо-рекреационный кластер, мне кажется, очень важная тема, потому что программа по внедрению новых форм отдыха, туризма, развитию спорта – она одна, если я не ошибаюсь, способна принести порядка 200, если не больше, тысяч рабочих мест, а эти 200 тысяч рабочих мест потянут за собой новые места.

Мы же понимаем, что обычно рабочее место создаёт за собой такой кумулятивный эффект и возникает дополнительное количество рабочих мест. Поэтому в этом направлении, мне кажется, очень важно двигаться. Вообще мне кажется, нам всем нужно поменять отчасти ментальность, потому что и в кавказских республиках, и не только, и в Краснодарском крае, в целом ряде курортных мест почему‑то присутствует мнение о том, что заниматься сферой обслуживания неправильно: мы такие крутые, мы должны заниматься только чем‑то очень весомым – или каким‑то бизнесом, или же иными видами деятельности. Но это несправедливо. Весь мир приблизительно состоит из такой пропорции: две трети рабочих мест в мире – это сфера обслуживания, сфера услуг, и только она треть – это промышленность и сельское хозяйство. Нам нужно стараться создавать новые рабочие места в сфере обслуживания. Заниматься сферой обслуживания не зазорно, не позорно даже для гордых жителей Кавказа, а абсолютно нормально, потому что это такие же рабочие места, которые приносят деньги. Я на это бы обратил внимание.

О.Мхце: Дмитрий Анатольевич! Жители Карачаево-Черкесии с нетерпением ждут начала строительства автодороги Черкесск – Сухум. На Ваш взгляд, нужна ли России эта дорога? Готово ли государство инвестировать средства в этот проект и в какие сроки? И ещё. Говоря о новых качественных дорогах, хотелось бы узнать Ваше мнение, станут ли российские дороги когда‑нибудь безопасными? Потому что создаётся мнение, что как бы ни увеличивали штрафы, ни ужесточали санкции, водителей, пренебрегающих правилами дорожного движения, меньше не становится. И на государственном уровне можно ли предпринять какие‑то более эффективные меры?

Д.Медведев: Сами по себе дороги, конечно, есть и плохие совсем, у нас страна большая, и мы знаем, какого качества они бывают. Но основная проблема на дорогах – это всё‑таки не качество покрытия, а сами по себе водители, кто себя как ведёт, тот такой результат и получает, в основном, конечно.

Поэтому поведение людей на дорогах – это одна из важнейших составляющих безопасности дорожного движения. Надо ездить прилично, скоростной режим не превышать, недопустимо вообще за рулём употреблять алкоголь, потому что это приводит к печальным последствиям в нашей стране. Я поэтому вынужден был пойти на суровую меру, некоторые водители меня осуждали, но я считаю, она абсолютно правильная, я, вы знаете, полностью запретил даже пиво пить за рулём, потому что мы к этому не готовы – пусть в Европе пьют, мы не будем.

Что касается Вашего конкретного вопроса – дороги до Сухума, мне кажется, что эта дорога имеет право на существование. Я знаю, что она прорабатывалась, и, скажем так аккуратно, чтобы не создать избыточных ожиданий – типа, завтра начнём работать, у этого проекта есть перспективы. Думаю, что в ближайшие два-три года можно будет определиться, насколько они реалистичны, потому что сейчас с деньгами не очень просто на дорожное строительство, но у этой дороги определённые перспективы есть – именно в силу её, если хотите, даже геополитического значения.

Л.Шишева: Если позволите, Дмитрий Анатольевич, я вернусь к теме туристического кластера на Северном Кавказе. Адыгея очень часто звучит в настоящее время…

Д.Медведев: И справедливо звучит.

Л.Шишева: …в связи со строительством курорта Лаго-Наки. Планка, конечно, поставлена высокая, но большие надежды возлагают и жители республики. Как Вы в целом оцениваете реализацию этого проекта?

Д.Медведев: Я, честно скажу, проект на Лаго-Наки считаю одним из лучших, хотя не хочу никого обижать, и другие проекты очень хорошие, красивые. Самое главное, для меня это тоже было неожиданно, я боялся, что наши потенциальные инвесторы всё‑таки будут очень в значительной мере ориентироваться на проблемы с безопасностью и на неразвитость инфраструктуры. Но, Вы знаете, они оказались мудрее, чем я себе представлял. Они, конечно, и по этому поводу думают, но всё‑таки они понимают, какой колоссальный туристический потенциал содержит в себе Кавказ, и поэтому они к нам идут.

У нас подписан целый ряд соглашений, хороших соглашений. У нас особо продвинутое сотрудничество в этом направлении с Францией, но мы ждём и других, естественно, инвесторов. И я уверен, что практически все те части кластера, о котором Вы сказали, в том числе и то, что связано с плато Лаго-Наки, будут украшениями нашего туристического бизнеса, создадут новые рабочие места и будут приносить деньги.

О.Кертиева: Дмитрий Анатольевич, Вы планируете продолжить начатые в должности главы государства реформы судебной ветви власти, в том числе уголовно-исполнительной системы, после прекращения полномочий Президента?

Д.Медведев: Сначала после прекращения полномочий Президента мне нужно занять какую‑то ещё должность, чтобы вообще говорить об исполнении каких‑либо полномочий. Но если всё‑таки будет так, как мы предложили, то, к примеру, в должности Председателя Правительства я готов заниматься всеми вопросами.

Хотя если говорить об определении концепции развития судебной системы, это всё‑таки дело прежде всего Президента, Администрации Президента. Но у Правительства тоже, конечно, свои большие полномочия и по развитию инфраструктуры судебной и правоохранительной деятельности. Так что в той части, в которой это будет относиться к полномочиям Правительства, я, конечно, готов буду этим заниматься.

С.Зверева: Дмитрий Анатольевич, я вначале хотела поблагодарить Вас и Владимира Владимировича Путина за то огромное внимание к нашему региону, к Астрахани, которое мы видим в последнее время.

Д.Медведев: Астрахань, конечно, красивее становится, это правда. Мне приятно, что Вы это отмечаете.

С.Зверева: И, в частности, речь идёт о программе переселения из ветхого и аварийного жилого фонда. Эта проблема на самом деле очень острая, актуальная, она не решалась 200 лет, Вы это знаете. И благодаря Вашей поддержке с 2007 года подвижки начались. К сожалению, кардинально решить проблему пока не удаётся. Скажите, есть перспектива и есть надежда, что федеральный центр будет и в дальнейшем помогать финансировать эту программу?

Ветхий фонд большой, но нам по силам его победить. Совсем недавно я озвучил одну инициативу о том, чтобы продлить срок действия Фонда содействия ЖКХ, развитию ЖКХ до 2015 года, а это как раз тот инструмент, который оказался самым эффективным. Это ровно то, о чём меня просили губернаторы.

Д.Медведев: Очень хочется заняться партийной агитацией и сказать: «Конечно, есть, если вы проголосуете за “Единую Россию„». Но, как человек приличный, я скажу иначе. Я скажу о том, что власть обязана довести этот проект до логического завершения, именно в силу того, что Астрахань, Астраханская область – место красивое, такое мощное, там всегда было сосредоточие цивилизации, но довольно долго запущенное было место.

Мы за последнее время действительно кое‑что сделали, приятно проезжать и мимо кремля, и видеть новые здания, отреставрированные старые здания. Ветхий фонд большой, но нам по силам его победить. Та программа по восстановлению жилья, по созданию нового жилья, по реконструкции старого жилищного фонда, по сносу и созданию на основе аварийного фонда нового жилья будет продолжена.

Напомню, что совсем недавно я озвучил одну инициативу о том, чтобы продлить срок действия Фонда содействия ЖКХ, развитию ЖКХ до 2015 года, а это как раз тот инструмент, который оказался самым эффективным. Это ровно то, о чём меня просили губернаторы.

Э.Шамаков: Здесь должна была быть Елена Горохова из Ставрополья. Она не смогла приехать, поскольку готовится стать мамой. Думаю, было бы, наверное, справедливо, чтобы её вопрос тоже прозвучал.

Д.Медведев: Да, и давайте сначала ей просто пожелаем успехов и удачи в этом непростом женском деле.

Э.Шамаков: Вопрос Елены Гороховой, Северо-Кавказское информационное агентство «Территория контрастов», Ставрополье.

Д.Медведев: «Территория контрастов» – красиво.

Э.Шамаков: Мы знаем примеры, когда присутствие депутата Государственной Думы в подшефном регионе, районе не по отчёту, а по факту, строго говоря, нельзя назвать работой. Вместе с тем каждый раз на командировку народных избранников затрачивается значительная сумма. Будет ли установлен контроль и мера ответственности депутатов за недобросовестное исполнение своих обязанностей перед регионами?

Д.Медведев: Понятно. Такой нелёгкий вопрос для ответа. Напомню, что я планирую пока работать в Правительстве – точнее, работать с Президентом в том Правительстве. Но я попробую сформулировать своё отношение, потому что это действительно важная проблема.

Знаете, если говорить, что называется, по гамбургскому счёту, то этот контроль заключается в одном – в позиции избирателя. Если депутат ни черта не делает, не посещает свой регион, не участвует в его развитии, то такого депутата нужно гнать, и делать это не административными методами, типа, мы тебя лишим командировочных и так далее, а просто путём его неизбрания.

Либо нужно создавать уже новую систему наделения депутата полномочиями, включая возможность прекращения полномочий депутата в определённом случае – например, как то существует в целом ряде законодательных систем, когда депутат, например, утрачивает связь со своей фракцией или партией и исчезает. Но мне кажется, что всё‑таки самым оптимальным, самым правильным является последующий контроль избирателей, это с одной стороны, а с другой стороны – заинтересованное голосование за депутатов в ходе избирательной кампании.

Надеюсь, что все, в том числе и Лена, о которой мы сейчас говорим, сможет сделать это в ходе предстоящих выборов в Государственную Думу. Ведь от нашей позиции действительно зависит то, как будет выглядеть наш парламент в ближайшие пять лет. Это и есть гражданская позиция – голосовать за представителя той или иной партии или же не голосовать. Это, мне кажется, абсолютно нормально, это и есть демократия.

Э.Шамаков: Дмитрий Анатольевич, а вопрос о политической агитации можно задать?

Д.Медведев: О политической агитации? Вы хотите меня спросить как Президента или как кого? Задайте, пожалуйста.

Э.Шамаков: Дело в том, что у нас недавно в Калмыкии с рабочей поездкой был вице-спикер Госдумы Владимир Жириновский, и он заявил на встрече с общественностью, что будет всемерно содействовать приезду Далай-ламы в Россию. И это, думаю, поможет ЛДПР в какой‑то части голосов по Калмыкии. Мне хотелось бы к Вам как к главе государства обратиться…

Д.Медведев: Да, я понимаю, что это тонкая и чувствительная сфера, по которой каждый политик вправе иметь свою позицию. И конечно, это дело лидера ЛДПР, как об этом говорить, но, прежде чем делать заявления, желательно всё‑таки просчитывать их последствия.

Если есть ощущение, что ты сможешь этот вопрос решить, то тогда так можно говорить. Но если у тебя шансов решить этот вопрос почти никаких, то тогда лучше не раздражать избирателей, потому что в конечном счёте отвечать за всякого рода заявления (я в данном случае имею в виду не то, о чём Вы спросили) придётся тем, кто несёт ответственность за общую конфигурацию. А что касается собственно этой темы, то я её неоднократно обсуждал с руководством республики и думаю, что мы друг друга понимаем.

Спасибо вам большое. Желаю всем успехов служебных, должностных и личных.