Республики Казахстан

Замечания Сафинова в головной комитет по законопроекту "О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам упрощения порядка разрешения трудовых споров и конфликтов"

Ссылка:

https://storage.yandexcloud.net/dossymbetov/%D0%97%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BD%20%D0%BF%D0%BE%20%D1%82%D1%80%D1%83%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D0%BC%20%D1%81%D0%BF%D0%BE%D1%80%D0%B0%D0%BC/2023_01_09_%D0%97%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D1%87%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F_%D0%9F%D0%97%D0%A0%D0%9A_%D1%82%D1%80%D1%83%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D0%B5_%D1%81%D0%BF%D0%BE%D1%80%D1%8B.docx

Замечания и предложения

По проекту Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам упрощения порядка разрешения трудовых споров и конфликтов»

Общие (концептуальные) замечания.

1. Судя по заголовку, законопроект направлен на упрощение порядка разрешения споров. Однако, на деле, законопроект, наоборот, в ряде случаев усложняет порядок разрешения этих споров, вводя излишнюю детализацию и конкретизацию норм законодательного акта, повышая нормативизм и уровень заурегулированности общественных отношений.

2. В значительное число норм законопроекта вносится юридико-техническое изменение, заключающееся в замене слов «представителей от работодателей и работников» словами «представителей от работодателей и представителей работников».

Обосновывается это необходимостью «определения применения слова «представитель» в отношении работников».

Представляется, что такое дополнение оправданно только в одном случае – в статье 12 Трудового кодекса, где говорится, что протокол подписывается «одним представителем работодателя и работников». В соответствии с законопроектом в новой редакции будет «одним представителем работодателя и одним представителем работников».

В других же случаях дополнение слова «представитель» представляется излишним. Когда говорится о «представителях от работодателя и работников», то слово «представители» относится как к работодателям, так и к работникам, поскольку слова «работодатель» и «работники» в этих случаях выступают однородными членами предложения, выполняющими одну и ту же синтаксическую функцию.

Предлагаемая законопроектом поправка не противоречит никаким нормативным правовым актам, кроме того, что пунктом 3 статьи 24 Закона «О правовых актах» предусматривается, что «текст нормативного правового акта излагается с соблюдением норм литературного языка, …, его положения должны быть предельно краткими…».

Замечания по отдельным нормам законопроекта.

1. В соответствии с подпунктом 3) статьи 22 Закона «О правовых актах» одним из реквизитов нормативного правового акта является заголовок, «обозначающий предмет регулирования нормативного правового акта», то есть общественные отношения, регулируемые этим актом.

Исходя из заголовка законопроекта, он касается порядка разрешения «трудовых споров и конфликтов».

Однако, в трудовом законодательстве применяется только термин «трудовой спор». В соответствии с подпунктом 16) статьи 1 Трудового кодекса «трудовой спор - разногласия между работником (работниками) и работодателем (работодателями), в том числе ранее состоявшими в трудовых отношениях, по вопросам применения трудового законодательства Республики Казахстан, выполнения или изменения условий соглашений, трудового и (или) коллективного договоров, актов работодателя». Трудовые споры подразделяются на индивидуальные и коллективные.

Что же касается «конфликтов», то трудовое законодательство называет только «социально-трудовые конфликты» (пункты 4, 5 и 6 статьи 153 Трудового кодекса).

Такой же терминологии придерживается и Закон Республики Казахстан от 27 июня 2014 года № 211-V «О профессиональных союзах».

В связи с изложенным предлагается в заголовке законопроекта слова «трудовых споров и конфликтов» заменить словами «трудовых споров и социально-трудовых конфликтов».

2. Представляется необоснованным предложенное проектом изменение подхода к продлению трудового договора с руководителем исполнительного органа юридического лица, назначенного на определенный срок. По действующему закону в случае, если такой руководитель не был уведомлен о прекращении трудовых отношений не позднее последнего дня срока действия срока действия трудового договора, то трудовой договор продлевается до принятия соответствующего решения учредителями юридического лица, собственником имущества и т.д.

Законопроектом же предлагается, что в случае неуведомления трудовой договор с руководителем должен продлеваться на один год.

В обосновании к данной поправке указывается, что «часто возникают ситуации, при которых срок полномочий руководителя исполнительного органа товарищества истек, однако общее собрание участников не назначает нового руководителя исполнительного органа в связи с разногласиями между ними по этому вопросу. Это приводит к тупиковой «безвыходной» ситуации».

Такие ситуации, действительно, имеют место, однако предлагаемая поправка не приведет к их разрешению. Наоборот, истечение срока полномочий руководителя исполнительного органа должно стимулировать учредителей, собственников и т.д. к назначению (переназначению) нового руководителя, в том числе путем достижения компромисса между собой.

Законодательное же установление автоматического продления трудового договора на определенный срок (один год), фактически, противоречит нормам законодательства о сроке полномочий исполнительного органа. В частности, пункту 3 статьи 51 Закона Республики Казахстан от 22 апреля 1998 года № 220-I «О товариществах с ограниченной и дополнительной ответственностью», которым предусмотрено, что «члены исполнительного органа избираются общим собранием на установленный срок, но не более пяти лет».

Кроме того, поправка не предусматривает случаи, когда никаких разногласий между учредителями, собственниками и т.д. по вопросу о назначении нового руководителя нет, а уведомление не было вручено по чисто техническим причинам. По действующему законодательству учредители могут принять соответствующее решение хоть на следующий день после истечения срока действия трудового договора. Согласно же новой редакции «старый директор» должен работать еще целый год. Исключение составляют случаи, когда документами, утверждаемыми учредителями, собственниками и т.д. не определен иной срок продления. Но если учредители и не думали продлевать срок полномочий прежнего руководителя, а просто, например, забыли своевременно вручить ему уведомление, то такого документа об «ином сроке продления» и не будет.

Наконец, поправка не отвечает на вопрос о судьбе полномочий руководителя по истечения этого добавленного года. Действующая норма, которая привязывает продление полномочий к принятию соответствующего решения, не ограничивается каким-то определенным, календарным сроком. Такое решение может быть принято и через несколько лет. А в соответствии с поправкой законопроекта, если учредители, между которыми существуют разногласия, не смогли в течение одного года устранить эти разногласия, то по истечении года полномочия и действие трудового договора руководителя исполнительного органа должны прекратиться автоматически (поскольку иной механизм из законопроекта не вытекает).

В связи с изложенным, предлагается абзацы второй и третий подпункта 3) пункта 1 статьи 1 законопроекта исключить.

3. Несмотря на то, что по своему заголовку законопроект направлен на упрощение порядка рассмотрения трудовых споров, по существу же, законопроект усложняет этот порядок.

Так, представляются неоправданными поправки в пункт 2 статьи 159 Трудового кодекса.

Действующая редакция нормы предусматривает, что согласительная комиссия является постоянно действующим органом, создаваемым в организации, ее филиалах и представительствах. Законопроект же предлагает установить, что в филиалах и представительствах согласительная комиссия может создаваться в случаях, если это предусмотрено в коллективном договоре. Поскольку коллективные договоры зачастую не заключаются, по закону наличие коллективного договора не является обязательным, то можно предположить, что в филиалах и представительствах согласительные комиссии создаваться не будут. Таким образом, в случае возникновения трудового спора с участием работника филиала или представительства, он вынужден будет обращаться в согласительную комиссию самого юридического лица (центрального аппарата), который может находится и в совершенно другой местности. Кроме того, в такую согласительную комиссию не будут включены работники именно этого филиала и представительства. Все это усложняет, а не упрощает порядок рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В связи с изложенным, поправки в пункт 2 статьи 159 Трудового кодекса предлагается исключить.

4. Также представляются излишне детализирующими и усложняющими правовое регулирование новые нормы, касающиеся так называемого «соглашения о работе согласительной комиссии».

Действующая редакция пункта 3 статьи 159 Трудового кодекса отвечает, в принципе, на все необходимые вопросы, устанавливая, что в письменном соглашении между работодателем и представителями работников либо в коллективном договоре устанавливаются:

- количественный состав членов согласительной комиссии;

- порядок ее работы,

- содержание и порядок принятия решения согласительной комиссией,

- срок полномочий согласительной комиссии,

- вопрос о привлечении посредника.

Предлагаемая законопроектом редакция ничего не добавляет, по существу, к этому кругу вопросов, но значительно усложняет, бюрократизирует процесс их решения. В частности, надо будет «порядок избрания» председателя и секретаря, «порядок и регламент работы» согласительной комиссии, а также, отдельно, «порядок принятия решения» и т.д. Излишней детализацией и конкретизацией представляется также установление нормы о том, что заседания согласительной комиссии могут проводиться с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронной подписи и т.д.

Следует учитывать, что согласительная комиссия, при всей ее важности, не является юрисдикционным органом, не обладает властными полномочиями. И все попытки заурегулировать, чрезмерно формализовать и забюрократизировать ее деятельность на деле ведут не к упрощению, а к усложнению порядка разрешения трудовых споров.

В основе решения согласительной комиссии – как следует из самого ее название – лежит не только формальная истина и законность, а соглашение, «консенсус», достигнутый между работодателем и работником (в лице их представителей). Поэтому особое требование к «мотивированности» решения согласительной комиссии явно излишне.

Все подобные нормы вступают в прямое противоречие с государственной политикой, направленной на устранение излишней регламентации и конкретизации в законодательных актах, с одной стороны, борьбу с бюрократизацией, с другой, и расширение различных форм демократии, самоуправления и активности граждан, с третьей.

В связи с изложенным предлагается поправки в пункты 3 и 5 статьи 159 Трудового кодекса исключить.

5. Законопроектом предлагается установить в пункте 5 статьи 164 Трудового кодекса, что «Работодатель по требованию работников обязан предоставить помещение и создать необходимые условия для проведения собрания (конференции) работников».

Представляется, что такая норма не во всех случаях исполнима на практике. Не у всех работодателей имеются помещения, пригодные для проведения собрания (конференции). Не ясно, что понимается под «необходимыми условиями» для проведения собрания (конференции) работников.

Вместе с тем, запрет на «всякое вмешательство, способное воспрепятствовать проведению собрания (конференции) работников», который в действующей нормы распространяется как на работодателей, так и на «объединение (ассоциация, союз) работодателей», в законопроекте ограничивается только работодателем.

В связи с изложенным предлагается поправку (новую редакцию) пункта 5 статьи 164 Трудового кодекса исключить.

6. Законопроектом предлагается включить в состав трудового арбитража (пункт 2 статьи 166 Трудового кодекса) представителей трехсторонней комиссии по социальному партнерству и регулированию социальных и трудовых отношений. При этом представители трехсторонней комиссии «включаются в состав трудового арбитража на паритетной основе».

Такое включается представляется неоправданным.

Во-первых, неясно, какая именно трехсторонняя комиссия имеется в виду (республиканская, отраслевая региональная (статья 147 Трудового кодекса). При чем Трудовой кодекс называет трех сторонней только республиканскую комиссию (подпункт 1) пункта 2 статьи 147).

Во-вторых, смысл трехсторонней комиссии – решать социально-трудовые вопросы на паритетных началах, в связи с чем в состав комиссий входят представители государства, работодателей и работников. Трудовой арбитраж, по определению, также создается на паритетных началах - работниками и работодателями на паритетной основе (пункт 1 статьи 166). При этом в состав трудового арбитража включается государственный инспектор труда. Таким образом, принцип паритета уже и так соблюден.

В-третьих, законопроект не меняет существующего сейчас правила, что трудовой арбитраж «должен состоять не менее чем из пяти человек». Однако, при включении в состав каждого отдельного трудового арбитража трех членов трехсторонней комиссии, одного государственного инспектора труда для соблюдения минимально допустимого количества остается избрать (назначить только одного человека).

В связи с изложенным, предлагается поправки (новую редакцию) в пункт 2 статьи 166 Трудового кодекса исключить.

К. САФИНОВ

10.01.23