Попытка отделить известные факты о Никите Демидове от мифов, легенд и преданий - Родина

Судьбоносная встреча

Никита Демидович Антюфеев (или Антуфьев) (1656-1725), русский промышленник и предприниматель, основатель славной династии Демидовых, родился и провел первую часть жизни в городе оружейников Туле. Биография этого выдающегося тульского кузнеца известна, но подробности его стремительного взлета по большей части находятся в области легенд. Поворотным моментом в судьбе Никиты Антюфеева стала встреча в Туле с Петром I, который по достоинству оценил мастерство туляка1.

Эта встреча позволила Антюфееву получить и новую фамилию, и уральские казенные заводы. Однако подробности сохранились преимущественно в фольклоре. Характерным кажется один из ранних рассказов, приведенных российским ученым и писателем Иосифом Гамелем (1788-1862) в книге, изданной в 1826 г.2 Это история с алебардами, которые пожелал заказать российский самодержец по дороге через Тулу в Воронеж. Лучше и быстрее всех исполнил монаршую волю Никита Антюфеев. Оказавшийся на высоте тульский кузнец явно не знал, чего ждать от царя. Поэтому, когда Петр I шутя предложил зачислить статного Никиту в гвардию, оружейник воспринял это как реальную угрозу рекрутчины и испугался не на шутку.

"Полулегенда ли, реальный ли факт, но рассказывают, что когда первый раз в Туле царь Петр увидел уже немолодого Никиту (а было ему тогда лет сорок), то пораженный его статью, силой и ростом, воскликнул: "Вот молодец! Годится в Преображенский полк, в гренадеры!"3.

Петр Великий. Гравюра Хубракена с картины Моора. 1717 г.

Подобные эпизоды приводил в своей работе русский писатель В.В. Огарков (1856-1918)4. Наиболее известен рассказ о том, что царю Никита не только смог исправить дорожный пистолет работы "немецкого мастера Кухенрейтера", но и сделал другой по тому же образцу, "нисколько не уступавший оригиналу".

"Через сие-то отличное искусство в производстве своего ремесла, равно и через другие похвальные качества, Никита Демидович и сын его Акинфий Никитич сделались известными Петру Великому и снискали благоволение сего монарха, упрочившее состояние их и побудившие сих предприимчивых людей к дальнейшим подвигам на пользу отечества..."5.

История с дорожным пистолетом, без искажений сохранившая во всех версиях иноземное имя оружейника Кухенрейтера, по всей видимости, принадлежит к жанру исторических анекдотов, уже в XVIII столетии ставших в России разновидностью литературы. Во всяком случае, тульский историк И.Ф. Афремов (1794-1866) еще до Огаркова передавал "живописный" вариант легенды, где также фигурировал "именитый" дорожный пистолет6. Так или иначе, "документов, которые хоть что-то рассказывали бы о первой половине жизни Антюфеева Никиты... огорчительно мало..."7.

Место документов занимают предания и легенды. "Все предания "о начале" Демидова являются вымышленными... народ... питался домыслами и "перерабатывал факты истории" в соответствии со своим мировоззрением"8. Уже на Урале, в Невьянске, рассказывали, как, проезжая через Тулу, Петр I отдал в починку Никите Демидову заморский пистолет, "у которого он сломал курок".

Мемориальная доска на родовой усыпальнице Демидовых (Тула).

Демид продал душу

В народном сознании "поворотный момент" в судьбе Никиты Антюфеева объяснялся довольно просто - сделкой с нечистой силой:

"Жил-был в Туле один мещанин по имени Демид. Он часто любил охотиться за птицами. Но сначала он терпел одни только неудачи. Вот однажды, когда он горько жаловался на свою судьбу, ему является в поле один старый-престарый человек и говорит: "Демид, чего ты так запечалился, загорюнился, не печалься на свою судьбину! Исполни то, что я тебе предложу, - отдай мне свою душу, и у тебя будет много богатства и во всем успех". Демид послушался и отдал ему свою душу. С этих пор у него завязалась самая крепкая дружба - любовь с нечистою силой, которая научила его многим чародействам и волшебствам, навозила ему так много золота, что целый двор был засыпан и полон этим добром..."9.

Как представляется, речь идет именно о Никите Антюфееве, называвшемся Петром Великим не иначе как Демидыч, в истории оставшемся Демидовым, а в народной памяти - Демидом. Имеющие хождение в "рабочей среде" предания говорят не столько о реальном, историческом Демидове, сколько о "фольклорном герое"10. В традиционном массовом сознании сделка с нечистой силой обязательно означала богатство.

"Никита Демидов владел участком, а скорее всего несколькими, в Оружейной слободе Тулы, в приходе Николо-Зарецкой церкви, на берегу Реки Упы..."11. В народном рассказе "о волшебнике" фигурирует "Никольская церковь (около Демид[овской] улицы)", построенная Демидом "при конце жизни". Якобы колдун хотел выстроить золотую церковь, если Бог простит ему грехи. "Но Бог не простил его, и ему не пришлось выстроить золотую церковь..."12.

Известно, что находящаяся в Оружейной (или Кузнецкой) слободе тульского Заречья Николо-Зарецкая (Демидовская) церковь была построена по инициативе и на средства сына Никиты Демидова - Акинфия Никитича Демидова (1678 - 1745). Стоящая и поныне "около Демидовской улицы", эта церковь заменила собой два деревянных храма-предшественника с посвящением основных их престолов Николаю Чудотворцу и Рождеству Христову, самое раннее известное упоминание о которых относится к 1625 г.13 Возможно, что сам Никита Демидов, который как в начале, так и в конце жизни жил в Кузнецкой слободе, построил (или перестроил) один (или оба) деревянных храма.

Николо-Зарецкая церковь, построенная в начале XVIII в. на средства Акинфия Никитича Демидова, и памятник Никите Демидову. Тула.

Загадка могилы Демидова

Иногда утверждается, что рядом с деревянной Никольской церковью, на семейном участке, Демидов и был похоронен. Позже его сын Акинфий поставил над погребением отца чугунный саркофаг в 3 аршина длиной и весом около 60 пудов (2,13 см и приблизительно 980 кг) с эпитафией14.

Тульские оружейники и мещане полагали, что именно в чугунном гробу был погребен "колдун Демид", однако его погребение не могло быть осуществлено в обычной могиле поблизости от приходской церкви. После того как колдун умер и его положили "в большой чугунный гроб", последний подвесили "на цепях в огромной подземной пещере" под выстроенной Демидом Никольскою церковью. "Этот гроб висит там и досель. После смерти его некоторые будто бы отыскали подземный ход от его дома в том месте, где теперь находится Демидовская улица, хотели было туда проникнуть, но никак не могли: дул до того сильный и пронзительный ветер, что даже невозможно было стоять на ногах. Пытались также пройти туда с крестным ходом; но и тут тоже неудача, явилось много духов, которые совсем не допустили до этой пещеры и строго охраняли доступ в это таинственное, чудесное место"15.

Соблазнительно и в этом эпизоде видеть некие преображенные народной памятью исторические реалии - действительно, почему бы шестидесятипудовому чугунному саркофагу "фигурою гробницы" и не парить в воздухе, тем более что у Демидовых были технические возможности устраивать подобные трюки. "Миллер видел у А.Н. Демидова магнит весом в 13 фунтов, который держал прицепленную к оному пушку весом в один пуд. В одной из церквей Нижнетагильского завода... престолы в двух алтарях сделаны из огромных кубических магнитов, коим равных по величине, может быть, нет в целом свете. Один из сих магнитов вышиною в 7 четвертей и в 5 толщиною во все стороны; другой вышиною в 5 четвертей, длиною в 3 четверти"16. Однако вес демидовской гробницы представляется все-таки несколько чрезмерным даже для магнита "вышиною в 7 четвертей и в 5 толщиною во все стороны" (правда, известные параметры саркофага относятся все-таки к надгробному памятнику). Подвешивание же гроба на цепях хотя в принципе и кажется возможным, противоречит русской погребальной практике.

Предания и легенды русской традиционной культуры могли отражать и частные подробности своего времени, и дух исторической эпохи. Говорить о колдовстве невольно заставляла сама стремительность взлета Никиты Демидова. В колдунов на Руси верили повсеместно. "Русские пришли на Урал, начали пахать, сеять, строить заводы, строить шахты, и сразу же появились, словно воскресли, предания и легенды с мифологическим истолкованием событий, с ясно различимыми следами язычества..."17

Колдовство могло не обнаруживаться в злых делах - напротив "колдун Демид" из тульских преданий "был так щедр и милостив, что всех и каждого наделял золотом"18. Но ни щедрость, ни милосердие, ни даже строительство божьих храмов ничего не меняло - Демид был колдуном, а значит, земля его не могла принять. Такие представления бытовали в Тульской губернии до середины XIX века. "Земля колдунов по смерти их не принимает, а потому по ночам они выходят из могил и бродят в саванах своих по кладбищу. Ходят также и домой..."19

Сегодня в Туле сохраняется родовая усыпальница Демидовых в Николо-Зарецкой церкви. Она действительно расположена в "подземной пещере", в склепе - правда, изначально не под самим храмом, а под стоящей рядом часовней. "Это единственное сохранившееся внутрицерковное захоронение ряда представителей первых поколений Демидовых, длительное время проживавших в Туле"20. Родовая демидовская усыпальница (склеп и часовня) за время своего существования неоднократно видоизменялась, демонтировалась и ремонтировалась. Из-за этого место захоронения одного из первых российских предпринимателей Никиты Демидова затерялось еще в XIX в.21, а легенда о "колдовской гробнице" получила вторую жизнь.

1. Демидова Н.Г. Род Демидовых: прошлое и настоящее // Альманах Международного Демидовского Фонда М., 2001. Вып. 1. С. 7.
2. Гамель И. Описание Тульского оружейного завода в историческом и техническом отношении: с планами и изображениями оружия и машин на 42 л. М., 1826.
3. Шакинко И.М. Демидовы. Историческое повествование с портретами. Екатеринбург, 2000. С. 15.
4. Огарков В.В. Демидовы. Их жизнь и деятельность: биографический очерк. СПб., 1891. С. 14-16.
5. Спасский А.Г. Жизнеописание Акинфия Никитича Демидова, основателя многих горных заводов, составленное из актов, сохранившихся у его наследников, и из других сведений. СПб., 1877. С. 4.
6. Юркин И.Н. Демидовы: столетие побед. М., 2012. С. 30.
7. Там же. С. 23.
8. Лазарев А.И. Предания рабочих Урала как художественное явление. Челябинск, 1970. С. 108.
9. Колдун Демид. Рассказ тульских оружейников и мещан о волшебнике // Некоторые обычаи, поверья, песни и образцы народной речи Тульской губернии. Записал В.И. Благовещенский // Русский филологический вестник (Варшава). 1880. Т. 3. С. 289.
10. Лазарев А.И. Предания рабочих. С. 110.
11. Юркин И.Н. Демидовы в Туле; Из истории становления и развития промышленной династии. М., Тула, 1998. С. 46.
12. Колдун Демид. С. 290.
13. Юркин И.Н. Некрополь Николо-Зарецкой (Демидовской) церкви в Туле по документам и личным воспоминаниям // Тени старинного кладбища - Тульские некрополи. Тула, 2015. С. 297.
14. Там же. С. 302.
15. Колдун Демид. С. 290.
16. Спасский А.Г. Жизнеописание. С. 37-38.
17. Лазарев А.И. Предания рабочих. С. 4.
18. Колдун Демид. С. 290.
19. Тульские губернские ведомости. 1861. N 42 Отдел второй. Часть неофициальная. С. 258.
20. Кузьмина И.А. Музею "Некрополь Демидовых" в Туле - 5 лет: проблемы и перспективы // Альманах Международного Демидовского Фонда. М., 2003. Вып. 2. С. 102.
21. Юркин И.Н. Некрополь. С. 306.