Дмитрий Бак: Для чего нам нужен Музей истории литературы ХХ века - Родина

Во вторник, 16 марта, в центральном здании Гослитмузея на Зубовском бульваре открывается новый отдел - Музей истории литературы XX века. В октябре Государственный музей истории российской литературы отметит свое столетие (родословная его ведется со дня основания московского Чеховского музея в 1921 году). Это давно уже целая сеть - больше десяти площадок, не только в Москве, но и в Подмосковье и Кисловодске. Свои музеи есть у Лермонтова и Герцена, Достоевского и Чехова, Пастернака, Пришвина, Солженицына. Не говоря уже о выставочном центре в Доме Ильи Остроухова в Трубниковском переулке. И вот - новый музей. Двадцатый век. Какие тайны столетия обещают приоткрыть посетителям? Почему непросто разобраться в современном мире - не поняв противоречий века предыдущего? Об этом "РГ" поговорила с Дмитрием Баком, директором ГМИРЛИ имени В.И. Даля.

Новый музей открывается в центральном здании на Зубовском бульваре. Почему именно здесь - выбор, видимо, не был случайным?

Дмитрий Бак: На Зубовском бульваре - наше центральное здание, здесь расположена администрация. Но мы всегда подчеркивали, что это здание передано нам не только для того, чтобы в нем разместить служебные кабинеты, а именно в целях создания Музея литературы ХХ века.

Для этого есть ровно два основания. Во-первых, нам передали дом 1911 года постройки, в котором жили выдающиеся ученые, писатели, художники: Викентий Вересаев, Сергей Булгаков, Дмитрий Кардовский и многие другие.

И в гостях у них бывала вся русская литература: Брюсов, Ахматова, Андрей Белый. Это центр художественной и литературной жизни - и до революции, и в советское время: своеобразное архитектурно-культурное олицетворение ХХ века.

А во-вторых?

Дмитрий Бак: Во-вторых, в последние десятилетия почти совсем перестали открываться персональные мемориальные музеи. Единичные случаи: музей-квартира Василия Белова в Вологде, Валентина Распутина в Иркутске, петербургские "полторы комнаты" Бродского. Писатели ХХ века, по понятным причинам, не владели усадьбами и поместьями, их жилища часто расположены в многоквартирных домах.

Мы предлагаем нашим посетителям музейный продукт абсолютно нового типа: персональные экспозиции, развернутые "на общей территории", в доме, символически связанном с литературным ХХ столетием в целом, но не с жизнью каждого из героев экспозиции. Судите сами, в наших фондах уникальные коллекции реликвий, связанных с Булгаковым и Платоновым, Цветаевой и Ремизовым, Вертинским и Мандельштамом - где и как все это показывать? Неужели только раз в десять лет на выставках, посвященных очередным юбилеям?

Штука в том, что роман "Как закалялась сталь" существовал в истории литературы XX века наряду с "Лолитой". "Реквием" - "рядом" с "Тёркиным"

А ничего, что вход в музей под вывеской "Гослитмузей" зажат между двумя яркими вывесками на фасаде: тут кофейня, там аптека? То ли я занудствую, то ли они и в самом деле чересчур выпячиваются.

Дмитрий Бак: Эти помещения находятся в частной собственности, к музею никакого отношения не имеют, но существуют в доме на законных основаниях. Конечно, можно в будущем рассчитывать на то, что именно в результате работы Музея литературы ХХ века зданию будет присвоен статус вновь выявленного объекта культурного наследия, тогда, возможно, будет поставлен вопрос и о помещениях цокольного этажа.

Среди задач нового музея - исследовать двадцатый век "как историю ещё не завершенного, не прожитого, не осмысленного до конца прошлого". Но часто кажется, что кроме прошлого века - мы и позапрошлый никак до конца не осмыслим. Почему все-таки - именно ХХ век нуждается в особом изучении?

Дмитрий Бак: В смысле "незавершенности", "непрожитости" литературный двадцатый век совершенно уникален и с девятнадцатым несравним! В течение прошлого столетия его литературная история дважды переписывалась.

Сначала в 1920-е годы, когда классиками были объявлены, условно говоря, Николай Островский, Серафимович, Фурманов и Демьян Бедный, а десятки важнейших писателей были лишены доступа к читателю, вытеснены в эмиграцию, либо уничтожены.

Новый музей откроется выставкой "Улица Мандельштама. Осип и Надежда". Фото: Предоставлено ГМИРЛИ имени В.И. Даля

Затем в 1980-е годы пришла "возвращенная" литература, выдвинулись на первый план (и совершенно обоснованно!) Платонов, Гумилев, Бабель. Но и это ведь было еще одно переписывание литературной истории, а не приближение к "подлинному" порядку вещей! На периферии внимания оказались не только Фурманов с Демьяном, но и Горький, Алексей Толстой, Маяковский.

Радует, что с появлением музея в третий раз уж точно "переписывать" историю литературы никто не собирается. А примирить все ее многообразие, все противоположности под одной крышей - это возможно?

Дмитрий Бак: Из литературного прошлого, как из песни, ничьего слова не выкинешь. Любая попытка "вычеркивания", коррекции задним числом неизбежно обернется произвольным насилием над здравым смыслом. Не вычеркивать, а восстанавливать в правах - вот наша миссия.

Штука в том, что роман "Как закалялась сталь" существовал в истории литературы прошлого столетия наряду с "Лолитой". "Реквием" - "рядом" с "Тёркиным". Это ведь нельзя отрицать. Речь вовсе не о смешении жанров и масштабов, никто не собирается воскрешать советскую ортодоксию, уравнивать значение Осипа Мандельштама и Демьяна Бедного. Но поставить совершенно по-новому вопрос о истории литературы именно ХХ века совершенно необходимо. Этим и будет заниматься наш новый музей.

Для чего нам сегодняшним этот новый взгляд на двадцатый век и его литературу? Зачем про былое и думы - в эпоху "зума"? Это откроет что-то в нас самих? Поможет разобраться в дне сегодняшнем - а, может быть, и в завтра заглянуть?

Дмитрий Бак: Разобраться в литературной современности - как раз одна из задач нашего музея. Кого из нынешних писателей будут изучать в суперцифровой школе следующего века - Быкова или Прилепина, Пелевина или Екимова, Юзефовича или Варламова?

Никакие вердикты сейчас, разумеется, невозможны. Но музей за последние годы стал постоянной площадкой для дискуссий, споров, полемики, в ходе которой только и формируется история литературы. Наша миссия - зафиксировать этот процесс с самого начала, создать картину литературной современности, как это, например, было сделано в нашей выставке "Литературная Атлантида" о литературных кафе девяностых - двухтысячных годов.

Думаете, подросткам, школьникам это все интересно? Их привлечет музей? Они же, говорят, ушли в "тик-ток"?

Дмитрий Бак: Процент молодых людей, активно и заинтересованно читающих - величина более или менее постоянная. И в моде сегодня не только "Тик-ток", но и коучинг, желание получить новые знания и навыки. Нельзя пытаться конкурировать с примитивными интернет-проектами на их территории. У нас есть свои почитатели - те, кто не боится сложных вопросов и поисков сложных ответов.

Пять лет назад Гослитмузей стал инициатором создания Ассоциации литературных музеев, которая все больше охватывает всю страну. Вот только что вы прилетели с Курильских островов - литературные музеи уже и туда добрались?

Дмитрий Бак: На острове Итуруп в Курильском краеведческом музее открылась юбилейная есенинская выставка. Наш музей участвовал в ее подготовке совместно с Музеем-заповедником Есенина в селе Константиново на Рязанщине. Но это не единственный пример. Череда мероприятий к 200-летию Достоевского открылась выставкой в Музее-заповеднике Шолохова ("Шолохов-центр" в Ростове-на-Дону) - над ней работали совместно наш ГМИРЛИ имени В.И. Даля и Литературно-мемориальный музей Достоевского в Петербурге.

Пандемия музеям уже не страшна?

Дмитрий Бак: Если сохранится благоприятная эпидемиологическая обстановка, пройдут межмузейные мероприятия под эгидой Ассоциации литературных музеев в Петербурге, Пскове, Омске, Париже. В московском Музее Пушкина состоится масштабная выставка "Писатели и музы", в которой примут участие более двух десятков музеев, членов нашей Ассоциации.

В начале декабря пройдет VI Международный форум литературных музеев, это будут юбилейные некрасовские дни: Николаю Алексеевичу тоже в этом году исполняется 200 лет. С появлением Ассоциации наш музей стал флагманом в сети литературных музеев России. Эта сеть не управляется из единого столичного центра, постоянная коммуникация помогает рождаться новым и новым проектам. Выставочный проект "Кабинет и мир писателя" придумали коллеги из Музея-заповедника Шолохова в Вешенской - и выставка побывала уже в десятке регионов. И сейчас продолжает свой маршрут.