Как "квартирный вопрос" портил жизнь москвичей в конце XIX века - Родина

Потребность в жилье, наряду с потребностью в пище, воде, одежде и воздухе - одна из базовых потребностей человека. Однако квартирный вопрос как масштабное социально-экономическое явление возник только в XIX в., когда в промышленных центрах обозначились массовая аренда жилья и уплотнение как местного, так и пришлого населения.

Рабочий люд к тесноте привычен

Большинство авторов, писавших о жилищном вопросе в России, называли его одной из сторон рабочего вопроса1. Тем не менее сами рабочие не осознавали для себя жилищной проблемы2. Требования, связанные с улучшением быта, в 1897 г. составляли около 5% всех требований, выдвигаемых рабочими, а в 1903 г. - чуть более 10%3.

Жилищный вопрос беднейших слоев населения был актуален и значим для гласных, заседавших в Московской городской Думе, для служащих городского общественного управления, в первую очередь для санитарных врачей. Угроза эпидемий, исходившая от жилищ беднейшего населения, привела к принятию городской Думой постановлений, регулирующих санитарные условия жилья на фабриках, заводах, в пекарнях и заведениях, занимающихся производством и продажей съестных припасов4.

А в начале XX в. квартирный вопрос перестал быть бедствием исключительно бедной части населения. Им задались чиновничество, студенчество, средние слои интеллигенции. Причину все видели в одном: сильное подорожание квартир5. В отличие от рабочих, представители этих социальных групп осознавали квартирный вопрос как проблему и так или иначе пытались ее решить.

Студенты снимают углы

Финансовое положение большинства московских студентов оставляло желать лучшего, им часто приходилось работать параллельно с учебой. Мало кто из студентов мог позволить себе снимать жилье, обеспечивающее даже минимальный уровень комфорта. В анкетах, которые заполнялись в рамках студенческой квартирной переписи 1907 г., часто встречаются жалобы на сырость, холод, тонкие перегородки, недостаточное освещение или неизолированность (для проходных комнат) их жилища. Всего 6% участников переписи были довольны условиями проживания. Студенты указывали неурегулированность отношений между арендодателем и квартиросъемщиком. Кроме того, их не устраивал низкий уровень культуры соседей - 94% снимающих жилье за плату не могли позволить себе отдельную квартиру и снимали комнаты или даже углы. Часто встречались жалобы на некорректное и пренебрежительное отношение хозяев к студентам, на настойчивые попытки в той или иной форме вовлечь жильцов в хозяйские личные дела6.

Все эти жилищные трудности мешали полноценной учебе, качественному усвоению знаний, здоровому сну, необходимому для нормальной умственной деятельности.

Профессура не оставалась равнодушной к студенческому быту. Вышедшее в 1908 г. исследование "Студенческий квартирный вопрос в Москве" было посвящено авторами своему преподавателю А.И. Чупрову, который "придавал большое значение условиям жизни студентов, всему тому, что способствовало правильному ходу их занятий, всему тому что могло благоприятствовать выработке устойчивого и твердо обоснованного миросозерцания"7.

Проводя в 1907 г. квартирную перепись, студенты рассчитывали на помощь общества, призывали его "вдуматься в невеселые итоги... и помочь хорошему и нужному делу улучшения квартирных условий студенчества"8.

Служащие хотят комфорта

В конце 1909 г. среди служащих Московского городского управления был проведен квартирный опрос. Причиной послужил рост цен на квартиры, который "отражается тяжело на материальных условиях жизни городских служащих вообще и в особенности тех из них, которые находятся на низших и средних окладах жалования"9.

Примечательно, что менее обеспеченные служащие заполняли опросные листы с гораздо меньшей охотой: среди 417 лиц, от которых были получены сведения, 70% получали более 780 рублей в год, хотя в общей массе служащих эта категория занимала только 23%10.

Среди результатов анкеты нет информации о сырости или темноте помещений - по всей видимости, квартиры городских управленцев были достаточно хороши для того, чтобы эти вопросы даже не попали в анкеты. Основная масса служащих жила с семьей (в среднем 6 человек) в достаточно просторном жилье - на комнату приходилось 1,2 человека11. Значительное внимание в анкете уделялось наличию таких удобств, как водопровод, канализация или теплый клозет, а также стоимости аренды.

Вскоре после проведения опроса было образовано "Общество по удовлетворению квартирной нужды среди служащих Московского городского управления". Учредителями стали главный инженер по канализации А.А. Семенов, секретарь редакции "Известий Московской городской думы" И.А. Вернер и главный бухгалтер А.П. Рудановский12. В переписке с городской управой об открытии общества целью его деятельности названо "снабжение всех городских служащих дешевыми благоустроенными квартирами"13.

При поддержке кредитом со стороны города общество успело построить один дом на 76 квартир, состоявших из двух и трех комнат14, оборудованный такими удобствами, как водопровод, канализация, телефон, центральное водяное отопление, электрическое освещение, общие ванные отделения в полуподвальном этаже и общая прачечная в антресолях15. Лифт, который планировался при проекте и был бы удобен для дома в пять этажей, решили не строить для удешевления постройки. Дом не отличался внешней красотой и, как видно из количества комнат, был рассчитан на бессемейных, бездетных и малообеспеченных служащих. Практически все квартиры были быстро сняты членами общества, а оставшиеся несколько квартир арендованы желающими из городских служащих16.

Цены пугают средний класс

Увеличение населения Москвы в конце XIX - начале XX вв. происходило не только за счет крестьян, приходивших в город на время или навсегда в поисках заработка. В Первопрестольную, из-за обеднения или по роду деятельности, переезжали из своих имений дворяне, быстрыми темпами рос класс городской интеллигенции - врачей, учителей, адвокатов. У этого социального слоя были совершенно новые для Москвы требования, предъявляемые к квартире. Барские жилища на десять и более комнат с обширными парадными зонами были для них дороги, избыточны по площади и не могли предоставить нужных удобств. Им нужны были благоустроенные квартиры на пять-шесть комнат, удобно расположенные и обустроенные (то есть в домах, подключенных к городскому водопроводу, канализации, а позднее, в многоэтажных домах, в том числе оборудованных лифтом)17.

Однако активная застройка Москвы многоэтажными домами, квартиры в которых предназначались преимущественно именно для этого слоя, не могла удовлетворить существовавшую потребность в жилье. О том, какие титанические усилия приходилось прикладывать московскому обывателю для поиска квартиры, как правило, стоившей непомерно дорого и при этом обладавшей более или менее существенными недочетами, можно прочитать на страницах "Московского листка". Так, автор колонки "Отголоски дня" красочно описывал свои неудачные двухнедельные мытарства в поисках нового жилья. Те варианты, что устраивали автора, были непомерно дороги: "Чтобы занять такую квартиру, надо быть либо нефтяным королем, либо владельцем золотых россыпей в Калифорнии"18. Те же, которые были доступны по финансам, непременно имели один или несколько недостатков, в числе которых плохая планировка, грязь, тесные комнаты, отсутствие лифта, плохое соседство, засилье моли, а часть домов даже не была еще достроена.

В той же колонке месяц спустя приводился вымышленный разговор двух приятельниц, в котором одна из них жаловалась: "Все лето провела в Москве - боялась прозевать свободную квартиру. Я даже к себе сестру из деревни выписала и кузину из Петербурга. Так все вместе и ходили по городу. С утра до вечера. Мой врач говорит, что он теперь всем тучным пациентам вместо Мариенбада будет прописывать квартирный режим, то есть искать квартиру"19.

Возникло даже такое явление, как "секта "зимников"20. Так называли тех, кто вследствие дороговизны городских квартир оставался зимовать на дачах в подмосковных местностях. Постоянная жизнь на даче требовала нескольких условий: рядом должна была быть станция железной дороги, чтобы глава семейства мог добираться до работы, сам дом должен был быть достаточно утеплен для зимовки. Да и для семей с детьми школьного возраста предпочтительна была все же городская квартира.

Итак, жилищный вопрос в Москве конца XIX - начала XX вв. не был проблемой, встающей перед каким-то одним социальным слоем. Этот вопрос в том или ином виде "испортил" всех москвичей.

Основными приметами времени были эпидемическая опасность со стороны жилищ беднейшего населения, дороговизна жилья для беднейших и средних слоев и недостаточная комфортабельность имевшихся квартир, не отвечавшая потребностям образованных слоев.

Имевшийся жилищный фонд города не соответствовал быстро растущему населению. Спрос на комфортабельные квартиры для семей среднего класса значительно превышал предложение, даже при том, что дома именно с такими квартирами строились в Москве начала XX в. в большом количестве. По мнению современников, потребовались бы "десятилетия прежде, нежели почувствуется избыток в жилищах"21.

1. Диканский М.Г. Жилищный вопрос. Харьков, 1919. С. 5; Алавердян С.К. Жилищный вопрос в Москве (очерки предреволюционного периода). Ереван, 1961. С. 20.
2. Клепиков А.К. Записки фабричного инспектора. М., 1911. С. 152; Вернер И. Жилища беднейшего населения Москвы // Известия Московской городской Думы. Общий отдел. 1902. N 19. С. 15.
3. Бородкин Л.И., Пушкарева И.М., Шильникова И.В. Структура и динамика протестного движения рабочих России (1895-1904 гг.): анализ базы данных // Рабочие - предприниматели - власть в конце XIX - начале ХХ в.: социальные аспекты проблемы. Кострома, 2010. Ч. 1. С. 50.
4. Обязательные для жителей города Москвы постановления Московской городской Думы. М., 1889. С. 47; Сборник обязательных постановлений по гор. Москве и Московской губернии. М., 1905. С. 17, 20, 47, 53.
5. Гибшман А., Кокшайский И. Несколько данных о квартирных условиях служащих в Москве // Известия Московской городской Думы. 1911. Вып. 2 (февраль). С. 1; Студенческий квартирный вопрос в Москве. М., 1908. С. 8; Московский листок. 1911. N 163. С. 3, N 213. С. 3.
6. Студенческий квартирный вопрос. С. 22, 39, 64, 67.
7. Там же. С. 5.
8. Там же. С. 73.
9. Центральный исторический архив Москвы (ЦИАМ). Ф. 174. Оп. 1. Д. 1. Л. 7.
10. Гибшман А., Кокшайский И. Указ. соч. С. 1.
11. Там же. С. 4.
12. Устав общества для удовлетворения квартирной нужды среди служащих по Московскому городскому управлению. М., 1910. С. 3.
13.ЦИАМ. Ф. 174. Оп. 1. Д. 1. Л. 1.
14. ЦИАМ. Ф. 174. Оп. 1. Д. 19. Л. 2-6.
15. Обзор деятельности Общества для удовлетворения квартирной нужды среди служащих по Московскому городскому управлению за 1914 г. М., 1915. С. 21, 49-50.
16. ЦИАМ. Ф. 174. Оп. 1. Д. 19. Л. 7-12.
17. Русские ведомости. 1898. N 119. С. 1.
18. Московский листок. 1911. N 163. С. 3.
19. Московский листок. 1911. N 180. С. 3.
20. Московский листок. 1911. N 5. С. 2.
21. Русские ведомости. 1898. N 119. С. 1.