Правительственная комиссия по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока

Дмитрий Медведев провёл первое заседание Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока.

Вступительное слово Дмитрий Медведева

Доклад заместителя Председателя Правительства – полномочного представителя Президента в Дальневосточном федеральном округе Юрия Трутнева

Доклад Министра по развитию Дальнего Востока Александра Галушки

Доклад члена совета директоров компании «Эрнст энд Янг (СНГ) Б.В.», координатора по работе с иностранными инвесторами Консультативного совета по иностранным инвестициям в России Александра Ивлева

Брифинг заместителя Председателя Правительства Юрия Трутнева

Перед началом заседания в присутствии Дмитрия Медведева было подписано соглашение между госкорпорацией «Банк развития внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)» и ООО «Эльгауголь».

Д.Медведев: Добрый день, коллеги! Прежде чем начать заседание нашей Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока несколько вводных замечаний.

Во-первых, хочу объяснить, почему я считаю деятельность этой комиссии очень важной, почему я возглавил её лично. Напомню, Председатель Правительства таких комиссий возглавляет только две: одна – по Дальнему Востоку, вторая – по Северному Кавказу. Связано это с масштабом задач, которые стоят перед нашей страной, по развитию этого очень важного и очень сложного региона нашего государства. Надо признаться откровенно, что все подходы, все модели, которые мы использовали в последние годы, для того чтобы кардинальным образом изменить развитие Дальнего Востока, не являются абсолютно удачными, они не принесли пока того результата, на который мы рассчитывали, они не дали экономического эффекта. Как ответственные люди мы обязаны об этом сказать вслух. Да, у нас есть программы, мы увеличиваем финансирование, когда наступают трудности, когда приходит беда – так, как это произошло в этом году из-за паводка, мы концентрируем усилия, выделяем значительные деньги и решаем эту очень тяжёлую, трудную, но в целом частную задачу. Жильё построим, никаких сомнений быть не может, людям поможем, возродим, восстановим социальный сектор. Всё это будет работать. Но это не решает главной задачи по развитию.

Список участников

Список участников заседания Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока, 24 октября 2013 года

А вот как нам заниматься этим – это как раз тот вопрос, который, во-первых, мы с вами обязаны окончательно для себя уяснить, и действовать в соответствии с теми планами, которые мы же сами для себя определим. Конечно, чуда не случится и денег у нас с вами завтра не будет намного больше, чем мы это запланировали, но нам нужно всё-таки правильным образом определить приоритеты и включить механизмы развития, включить институты развития.

Мы с вами встречались в рамках прежней государственной комиссии. Я проводил её заседание тоже на Дальнем Востоке. В общем, совершенно правильные вещи звучали, многие разумные подходы были определены, но эти институты так и не заработали. Значит, что-то не так. Значит, целый ряд базовых позиций требует изменения. Поэтому ещё раз хотел бы сказать: наша с вами Правительственная комиссия, большая Правительственная комиссия по развитию Дальнего Востока, – это не орган, который занимается оперативным управлением территориями. Нет, конечно. Есть наши коллеги-губернаторы, которые с этими обязанностями справляются, есть вопросы преодоления последствий паводка, этим занимается ещё одна комиссия, которая создана специально для этих целей, вот Юрий Петрович (Ю.Трутнев) этим занимается, есть наше министерство. Цель нашей с вами работы – определить приоритеты и включить механизмы, наконец. Ещё раз говорю: пока эти механизмы не работают так, как должны. Это первое.

Второе. Почему я всех позвал сюда, я думаю, понятно. Эта территория – и Комсомольск-на-Амуре, и Хабаровский край, и целый ряд наших других регионов подвергся очень тяжёлому испытанию. Я хотел бы, чтобы не только губернаторы, но и многие мои коллеги – те, кто не был здесь во время предыдущих совещаний, посмотрел на то, как развиваются события, а те, кто был, просто проконтролировал ранее данные ими же поручения. Хотел бы, чтобы все министры нашего Правительства, руководители крупных компаний с государственным участием, руководители специализированных структур включили в свои графики регулярное посещение Дальнего Востока. Не скрою, я некоторое время назад такую же работу проводил по Северному Кавказу, и в общем я считаю, что сейчас с точки зрения контроля за ситуацией со стороны Правительства и крупных госкомпаний там ситуация выглядит достаточно благополучно, потому что все министры, руководители ведомств регулярно там бывают, в разных территориях, следят за тем, что происходит. Здесь задача ещё сложнее, потому что Дальний Восток огромен, но бывать здесь надо и проводить регулярные мероприятия, смотреть за исполнением выданных вами поручений.

Что мы сегодня должны сделать? Конечно, мы заслушаем, как идёт ликвидация последствий паводка, какие меры требуются для нормализации дополнительно, ещё какие мы могли бы с вами принять, но главная цель, конечно, – мы сегодня с вами поговорим именно об общих подходах к развитию Дальнего Востока. Решения, которые касаются борьбы со стихией, работают. Я вместе с коллегами сейчас довольно много общался с нашими гражданами, которые пострадали, и в ходе вот той встречи, которая была в посёлке Менделеева, и во время приёма, который я проводил… Деньги пришли, но очень важно, чтобы работали административные механизмы. Очень важно, чтобы люди понимали, каковы их перспективы. Потому что деньги могут быть, но где конкретно решение, в чём заключается предложение, которое сделано государством, какое решение наш гражданин примет, – по этим вопросам нам необходимо навести порядок, потому что основные проблемы проистекают от неопределённости.

Теперь в отношении стратегической модели развития региона. Здесь могут быть разные сценарии. У каждого из этих сценариев, наверное, есть и свои преимущества, и свои очевидные недостатки. Ну какие это сценарии? Назову их в общей форме. Первый заключается в том, чтобы сориентироваться на местную продукцию, замещая этой продукцией импорт. Он привлекателен, но совершенно очевидно, что этот сценарий развития ограничивается отсутствием концентрированного, ёмкого рынка. Скажем откровенно, население Дальневосточного округа совсем небольшое – 6 млн 300 тыс. человек, а размер этого рынка – менее 5% от общероссийского. И в этом основная сложность его развития, внутреннего драйвера почти не просматривается.

Второй вариант – это поставки продукции на общероссийский рынок, то, что иногда называют поставками на материк. Это тоже хороший и правильный путь, но здесь главное ограничение состоит в издержках. Мы их, конечно, должны менять, уменьшать, стараться управлять ими, но мы с вами понимаем, радикальным образом их изменить в ближайшее время не удастся, просто потому, что эти издержки именно таковы, масштабы страны таковы. Это не по Европе грузы возить и даже не по Соединённым Штатам Америки.

Третий вариант – развитие экспортного потенциала, экспорт в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, создание новых производств, ориентированных на этот рынок. Не буду говорить банальностей, сами понимаете, что это такое. Я только что приехал из Китая, вы там бывали неоднократно – в Китае, в других местах. Население Азиатско-Тихоокеанского региона составляет 4 млрд человек, больше половины населения планеты. Это крупнейший сегодня мировой рынок, самый крупный. Коллеги будут выступать, расскажут, наверное, более подробно по цифрам. Расстояние от Хабаровска до Пекина, до Токио, до Сеула (говорю о Хабаровске только потому, что мы находимся на территории Хабаровского края) в разы меньше, чем до Москвы, и это, безусловно, даёт определённые преимущества этому сценарию. Конечно, там нас никто с распростёртыми объятиями не ждёт, мы должны сами стать конкурентоспособными и понятными, открытыми. Давайте обсудим сегодня общую экономическую модель, которая там может внедряться, обсудим реализацию крупных инвестпроектов, планов по освоению природных ресурсов, развитие промышленности и предпринимательства в регионе, и обсудим ещё раз набор институтов, который должен работать, а также мер по поддержке.

Что можно предложить? Я говорю об этом, не претендуя на окончательное формулирование позиции, но что точно нужно делать. Конечно, это создание и конвейерное производство конкурентоспособной продукции, которая пользуется спросом не только в России, но прежде всего за рубежом и, соответственно, создание специальных зон для этого производства. Эта тема самая сложная, и я хотел бы, чтобы к ней подключились все, в том числе и руководители экономических ведомств, я уже не говорю о тех, кто отвечает за развитие Дальнего Востока, хотя отвечать за развитие должны опять же все присутствующие.

Второе. Нам нужно поддержать устойчивое социальное развитие, чтобы сдвинуть с мёртвой точки ситуацию с квалифицированными кадрами, и, конечно, проводить эффективную миграционную политику. Это тоже очень сложная задача. Отношение к этой теме очень настороженное. Мы не должны нервировать наших людей, но мы должны всё-таки давать работоспособные модели развития Дальнего Востока, а не построенные на иллюзиях о том, что мы перевезём 20 млн человек из европейской части нашей страны или за несколько лет нарастим численность собственного населения Дальнего Востока. Это очень сложно.

Д.Медведев: «Крайне важной темой является привлечение иностранного капитала в инфраструктурные проекты. Нужно плотнее работать с международными структурами, структурами, которые развиваются в рамках АТЭС, других Азиатско-Тихоокеанских форумов. Даже крупные мероприятия, которые проходят здесь, конечно, укрепляют имидж нашей страны».

Третье – это, собственно, сам инвестиционный климат и комфортная предпринимательская среда. Здесь не буду специально останавливаться. Рассчитываю получить предложения по этому поводу.

Четвёртое, на что нужно, конечно, обратить внимание, – это экономическая и инфраструктурная оторванность от остальной территории России, снижение транспортных затрат, во всяком случае в тех параметрах, на которые мы можем пойти.

Крайне важной темой является привлечение иностранного капитала в инфраструктурные проекты. Нужно плотнее работать с международными структурами, структурами, которые развиваются в рамках АТЭС, других Азиатско-Тихоокеанских форумов. Даже крупные мероприятия, которые проходят здесь, форум АТЭС, конечно, укрепляют имидж нашей страны. И что бы ни говорили, но и форум, и те решения, которые были приняты в отношении Владивостока, в целом ситуацию, конечно, улучшили. Улучшили, но не кардинальным образом.

Надо заниматься не только промышленными объектами, не только торговлей, но и развитием интеллектуального потенциала Дальнего Востока. Тоже очень сложная тема с учётом ограниченности кадрового ресурса, но определённые подходы уже наметились. Мы развиваем новые образовательные учреждения, имею в виду, конечно, Дальневосточный федеральный университет, некоторые другие новые модели, которые здесь используются. Рассчитываю, что это тоже внесёт совокупный вклад в развитие нашего Дальнего Востока.

Вот цели, которые я ставлю перед новой Правительственной комиссией, которую, ещё раз подчёркиваю, естественно, буду проводить максимально внимательным образом. Думаю, что мы, исходя из общих подходов, будем проводить заседания Правительственной комиссии, чередуя наши встречи в субъектах, расположенных на Дальнем Востоке, с какими-то более оперативными вещами, которые можно делать в Москве.

Ю.Трутнев: «Единовременная материальная помощь в размере 10 тыс. рублей оказана 170 044 гражданам, или 99,8% от подавших заявление. Компенсации по 100 тыс. выплачены 60 235 гражданам – это также более 99% от подавших заявления. Оставшиеся доли процентов, как правило, связаны с судебными исками по спорным вопросам выплат и компенсаций».

Приступаем к обсуждению этих вопросов. Давайте сначала дадим возможность, послушаем Юрия Петровича Трутнева по конкретным мерам по реализации последствий масштабного наводнения, которое случилось здесь. Пожалуйста, Юрий Петрович.

Ю.Трутнев: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Правительственной комиссией по ликвидации последствий крупномасштабного наводнения на Дальнем Востоке осуществляется работа по координации помощи гражданам, восстановлению инфраструктуры, ремонту и строительству жилья и социальных объектов. Всего в трёх наиболее пострадавших субъектах Российской Федерации – Хабаровском крае, Амурской области и Еврейской автономной области – пострадали на сегодняшний день 170 442 человека, из них 32 649 человек эвакуированы. По количеству пострадавших от паводка – это беспрецедентное явление. В субъектах Российской Федерации подтоплено 235 населённых пунктов, 12 643 жилых дома, 19 883 приусадебных участка, 402 социально значимых объекта.

Очевидно у людей ещё много вопросов, и мы сегодня на встречах с людьми с этим столкнулись. В то же самое время значительная часть проблем на сегодняшний день уже решена или решается.

Прежде всего начну с финансовой помощи. Практически заканчивается выплата материальной помощи и компенсаций за утрату имущества. Единовременная материальная помощь в размере 10 тыс. рублей оказана 170 044 гражданам, или 99,8% от подавших заявление. Компенсации по 100 тыс. выплачены 60 235 гражданам – это также более 99% от подавших заявления. Оставшиеся доли процентов, как правило, связаны с судебными исками по спорным вопросам выплат и компенсаций. На сегодняшний день 2368 граждан размещены в приспособленных для длительного проживания, включая зимний период, пунктах временного размещения, мы в одном из таких пунктов сегодня побывали. Совершенно очевидно, что общежитие – это не лучшие условия для жизни, тем не менее необходимые условия с точки зрения тепла, питания, медицинской помощи, психологической помощи организованы. К установленному Президентом Российской Федерации сроку – 15 октября – завершено обследование 100% пострадавшего жилого фонда. Сейчас необходимо все эти решения заактировать, довести до граждан. Было обследовано 12 643 жилых объекта. По результатам обследования требуют капитального ремонта 4903 дома, не подлежат восстановлению 1975 домов, оставшиеся 5765 домов признаны годными к эксплуатации. Минфину совместно с Минрегионом поручено до 15 ноября произвести расчёт средств, необходимых для ремонта и восстановления разрушенного жилья, а также обеспечения строительства нового жилья.

Ю.Трутнев: «На данный момент восстановлено 1649 км дорог, проезд транспорта по всем дорогам федерального значения обеспечен на 100%».

Коллеги, я также хочу обратить внимание на работу комиссии по обследованию. Мы сегодня столкнулись с ситуациями, когда комиссия по обследованию принимает спорные решения: они устанавливают высокие нормы износа, нормы повреждения 74%, и относят этот дом к дому, подлежащему восстановлению. Я прошу всех губернаторов очень внимательно к таким решениям относиться, ещё раз собрать председателей комиссий и проговорить с ними. Такие спорные, пограничные случаи, на мой взгляд, надо относить, скажем, в пользу пострадавшей стороны – в пользу граждан.

Правительственной комиссией принято решение проавансировать до 30% стоимости этих работ, для того чтобы уже в этом году можно было приступить к приобретению жилья из вторичного фонда, а также подготовке площадок. Эти средства в размере 4 млрд 576 млн уже выделены, часть их поступила на территорию и поступает в ближайшие дни.

Следующий важный блок работ – это восстановление дорог и транспортной инфраструктуры. Всего подверглось подтоплению 2634 км дорог, из них 1712 км повреждено. На данный момент восстановлено 1649 км дорог, проезд транспорта по всем дорогам федерального значения обеспечен на 100%. Восстановлено 231 искусственное сооружение, в том числе 62 моста.

Большой ущерб наводнение нанесло сельскому хозяйству, особенно это касается Амурской области. Правительством принято решение по оказанию поддержки на восстановление затопленных посевных площадей, выплату компенсаций личным подсобным хозяйствам, уплату процентов по кредитам и лизинговым платежам. Должен сказать, что эти выплаты ещё не начались, деньги только поступили. Мы неоднократно обращали внимание Министра сельского хозяйства на то, что работу надо ускорять. Пока у нас этот блок работы, к сожалению, отстаёт. Кроме того, необходимо отметить, что в сельском хозяйстве сложилась неблагоприятная ситуация с распространением ящура. Дмитрий Анатольевич, вакцинация проведена от 6 до 8 раз, при этом скот продолжает болеть, теряет продуктивность, никак не могут попасть в вакцину. Комиссией предложено Следственному комитету организовать проверку законности действий должностных лиц, ответственных за проведение указанных работ. По результатам расследования я Вам, Дмитрий Анатольевич, лично доложу.

Важнейшей частью работы сегодня является приём и рассмотрение жалоб и обращений от населения. В аппарате полпредства в ДФО, в Минвостокразвития организована горячая линия по работе с обращениями граждан. Мы прекрасно видим, что в такой сложной ситуации при 170 тыс. пострадавших вопросов у людей много, но будем делать всё возможное, чтобы ни один человек не остался без помощи. Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо. Обращаю внимание всех, кто занимается вопросами ликвидации: уважаемые коллеги, это дело не только вице-премьера Трутнева или министра по вопросам Дальнего Востока, это наше общее дело. Это пострадавший регион, это даже не вопрос компетенции губернаторов, которые и так тут действительно все подвалы излазили и ходили по уши в грязи, когда всё здесь было в очень тяжёлом положении. Если у самих не хватает возможностей, отправляйте сюда заместителей министров, других ответственных лиц, пусть сидят, пусть вкалывают. Это такая же работа, как работа в офисе в Москве, только более сложная, просто потому что она полевая и потому что здесь тяжёлые условия. Надо всё довести до конца.

Теперь по основной проблематике нашей и основной теме комиссии – по новой модели, которая должна быть предложена, и об институтах социально-экономического развития Дальнего Востока. Здесь я предложил бы послушать нашего Министра по развитию Дальнего Востока Александра Сергеевича Галушку и наших экспертов. От имени экспертов выступит координатор по работе с иностранными инвесторами Консультативного совета по иностранным инвестициям и член совета директоров Ernst&Young Александр Владимирович Ивлев.

Пожалуйста, Александр Сергеевич (обращаясь к А.Галушке), вам слово.

А.Галушка: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены правительственной комиссии! Уважаемые коллеги! Конечно, мы тоже немало внимания уделяли ликвидации последствий паводка, но с первого дня нашей работы сосредоточили свои усилия на подготовке предложений по новой модели экономического развития Дальнего Востока, той модели, которая экономически рациональна и реалистична, может обеспечить опережающее развитие нашего макрорегиона.

Хочу отметить, что, конечно же, мы учитывали ранее проделанные разработки, которые отражены в соответствующей федеральной целевой программе. Они связаны прежде всего с развитием железнодорожной инфраструктуры. Это, конечно, важная составная часть новой модели экономического развития, но при этом также очевидно, что эта новая модель не может сводиться только к этому. Провели целый ряд обсуждений в рамках подготовки этого вопроса, обсуждений с российскими экспертами, российскими предпринимателями, иностранными инвесторами.

А.Галушка: «Рынок Дальнего Востока очень маленький, это менее 5% ВВП России, менее 90 млрд долларов. На таком маленьком рынке опережающего развития обеспечить невозможно. Рынок европейской части России велик, это один из крупнейших рынков мира, но он далёк, и экономически рациональным не является размещение производств на Дальнем Востоке с целью производства продукции под рынок европейской части России».

В рамках Российско-Китайского делового совета буквально вчера тоже обсуждали эти вопросы. Планируем и дальше так строить работу, находясь в постоянном активном диалоге со всеми неравнодушными, заинтересованными и компетентными коллегами. Одно лишь отмечу, что целая область решений, целая область рецептов, которая предлагается по экономическому развитию Дальнего Востока, всё-таки продиктована инерцией советской экономической географии и соответствующими стереотипами мышления.

Если выделить главное в нашем обсуждении, то это три ключевые позиции: где рынок для развития, условия и управление. О рынке Дмитрий Анатольевич уже фактически сказал. Действительно, к такому же выводу пришли эксперты, он достаточно очевидный, лежит на поверхности, но его очень важно фиксировать, чтобы порой не уходить в частностях в неработающие модели. Рынок Дальнего Востока очень маленький, это менее 5% ВВП России, менее 90 млрд долларов. На таком маленьком рынке опережающего развития обеспечить невозможно. Рынок европейской части России велик, это один из крупнейших рынков мира, но он далёк, и экономически рациональным не является размещение производств на Дальнем Востоке с целью производства продукции под рынок европейской части России. Это очень важная констатация. При этом Дальний Восток находится в центре нового мирового очага экономического развития – Азиатско-Тихоокеанском регионе, регионе, совокупный ВВП которого составляет 50 трлн долларов. И при этом важна не только эта цифра, которая на самом деле громадна, это более двух третей мирового ВВП. Также с точки зрения первоочередных направлений действий важна цифра импорта. Уже сегодня страны АТР достаточно активно импортируют в объёме более 6 трлн долларов ежегодно, и в том числе несырьевой импорт составляет около 4,9 трлн долларов в год. Это огромный рынок. Речь идёт о том, что тот импорт, который уже сегодня есть по факту в АТР, и дальше будет расти – это потенциальный экспорт тех производств, которые могут разместиться на Дальнем Востоке. Даже примерные расчёты показывают, что если 2% объёма импорта стран АТР будет экспортироваться с Дальнего Востока, – это минимум удвоение ВРП, хотя на самом деле гораздо больше, я хочу это подчеркнуть, потому что ещё заработает очевидный для любого экономиста мультипликативный эффект. Это удвоение ВРП не только количественно важно. Важно, что если мы добиваемся этого результата, за этим стоит уже самовоспроизводящаяся модель динамичного опережающего экономического развития, модель, которая, как я сказал, если мы ставим себе даже горизонт в 10 лет по завоеванию хотя бы 2% такого очевидного рынка… Это не менее 6% экономического роста макрорегиона ежегодно. Это экономически оправданная, рациональная модель опережающего развития.

Главное, для того чтобы её реализовать практически (это вторая вещь), – это условия для инвестирования и ведения бизнеса на Дальнем Востоке. Реальность АТР – это сильная конкуренция стран, сильная конкуренция национальных юрисдикций в этой конкуренции условий. Сегодня Российская Федерация, проводя свою экономическую политику, безусловно, прилагает целый ряд важных усилий, для того чтобы стать конкурентоспособной. Это и проект Национальной предпринимательской инициативы, и проект внедрения регионального стандарта деятельности органов исполнительной власти по созданию благоприятного инвестиционного климата. Они все фактически ориентированы не просто на создание благоприятного инвестиционного климата, но и на создание конкурентоспособного в глобальном измерении инвестиционного климата. Поэтому, естественно, для нас, для Минвостокразвития, важно оказывать поддержку практической реализации «дорожных карт» НПИ и внедрению регионального стандарта. Они задают общие условия, которые приближают Россию к двадцатке лучших стран мира по условиям инвестирования.

Но не менее важно, и особенно об этом говорит опыт стран Азиатско-Тихоокеанского региона, создание специальных условий в специальных территориях опережающего развития. Они по-разному называются от страны к стране, но речь идёт об особых экономических зонах, индустриальных парках, технопарках, агропарках. И мы видим, что сегодня Китай, 60% экспорта Китая – из особых экономических зон. В Китае создана 441 особая экономическая зона, в США их создано 270, в Японии – 44. И так дальше список можно продолжать. Но обращает на себя внимание, например, такой факт: 18 октября этого года, если мы говорим о Японии, премьер-министр этой страны Абэ объявил о старте масштабной программы развития стратегических зон хозяйствования в Японии, масштабной программы, которая призвана сделать Японию лучшим местом в мире по условиям ведения бизнеса. Это было объявлено 18 октября, и до конца ноября в Японии планируют принять соответствующую программу (необходимо изменить законодательство).

Мы видим, что мир динамичен, страны не стоят на месте, и такой сегмент экономического развития, как специальные территории опережающего развития, используют в качестве флагманского инструмента.

Мы провели анализ условий, которые предлагают страны Азиатско-Тихоокеанского региона в этих специальных зонах хозяйствования (хотел бы один слайд  показать, коллеги, чтобы вас не перегружать, у нас большая презентация), и здесь некоторые факторы представлены, которые критически важны при принятии решений о инвестировании и ведении бизнеса. Всего, могу сказать, их 37 – базовых, ключевых факторов, которые принимает в расчёт инвестор при принятии решений о локализации своей инвестиции, своего производства в той или иной особой экономической зоне. Но вывод очевиден сегодня самый главный – к сожалению, те особые экономические зоны, которые мы создаём, неконкурентоспособны, они обладают неконкурентоспособным профилем, если мы сравниваем их с аналогичными объектами в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. В этом нет ничего страшного, это всё исправимо, но очень важно эту цель ясно сформулировать и реализовать. Мы должны, на наш взгляд, осознать этот конкурентный профиль особой экономической зоны, ориентированной на экспорт в Азиатско-Тихоокеанский регион и, отталкиваясь от этого конкурентного профиля, сначала реализовать ряд пилотных проектов по созданию таких территорий, а затем сформировать национальную сеть территорий опережающего развития на Дальнем Востоке, – тех территорий, которые ориентированы на экспорт в Азиатско-Тихоокеанский регион.

Естественно, такая модель экономического развития потребует и создания адекватных институтов развития. Мы сегодня активно прорабатываем этот вопрос, но что мы очень ясно понимаем, это функционал развития. У нас есть фонд соответствующий, который был создан, – дочернее хозяйственное общество Внешэкономбанка. Сегодня он уже капитализирован на 15 млрд рублей. Нам представляется очень важным, чтобы модель работы этого фонда порождала привлечение на каждый рубль денег, которые вкладывает этот фонд, дополнительно от 5 до 10 рублей внешних частных инвестиций. Фактически речь идёт о том, чтобы фонд работал как фонд фондов и фокусировался прежде всего на инфраструктуре, на работе с международными инфраструктурными фондами и поддержке инвестиционных проектов. Если фонд докапитализировать до 100 млрд рублей, а мы предлагаем это сделать, то в этом случае общий объём средств на развитие инфраструктуры составит не менее 1,5 трлн рублей за счёт того мультипликативного эффекта, о котором я говорил. Но главное – перейти к новой модели работы этого фонда.

Кроме того, если мы говорим об экспортной ориентации и фокусировке на привлечение прямых инвестиций, то целесообразно выделение этого функционала в специальной структуре, которая будет заниматься специальным образом привлечением инвестиций и поддержкой экспорта. Работа с инвестором – это всегда работа клиентоориентированная и индивидуальная, это всегда индивидуальный подход, который требует и соответствующей компетенции, и соответствующей специализации.

Кроме того, целесообразно реализовать функционал профессионального девелопмента по созданию особых экономических зон, индустриальных технопарков и агропарков. И мы понимаем, что на Дальнем Востоке остро стоит проблема дефицита трудовых ресурсов, а если мы говорим о динамичном экономическом развитии, то эта проблема встанет перед нами в полный рост. И конечно, здесь нужен глобальный взгляд на развитие трудового потенциала и человеческого капитала Дальнего Востока, глобальный взгляд, который не ограничивается только рамками Дальнего Востока, охватывает всю Россию и сопредельные страны.

Естественно, для практической реализации такой модели развития помимо нового функционала развития, новых институтов развития потребуются и уточнённые полномочия Министерства развития Дальнего Востока. Мы соответствующие предложения сформулировали, на прошлой неделе обсудили их на совещании с заместителями Председателя Правительства Дмитрием Николаевичем Козаком и Юрием Петровичем Трутневым, пришли в общем к согласованной позиции. Сегодня они у нас в протоколе решений Комиссии представлены – эти уточнения полномочий Минвостокразвития, и мы бы попросили их поддержать. Спасибо!

Д.Медведев: Спасибо! Теперь, как я и объявлял, пожалуйста, Александр Владимирович Ивлев.

А.Ивлев (член совета директоров компании «Эрнст энд Янг (СНГ) Б.В.», координатор по работе с иностранными инвесторами Консультативного совета по иностранным инвестициям в России): Спасибо большое! Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены комиссии! Александр Сергеевич Галушка очень ёмко обрисовал ситуацию и изложил предложения по развитию региона. Я со своей стороны хотел бы добавить некоторую международную перспективу возможностей развития Дальнего Востока.

Консультативный совет по иностранным инвестициям в настоящее время готовит доклад, который называется «О влиянии прямых иностранных инвестиций на социально-экономическое развитие Дальнего Востока». И с учётом того, что Александр Сергеевич (А.Галушка) уже много сказал о технической составляющей возможности работы, я бы просто прочитал несколько выдержек о том, что инвесторы, которые уже работают в регионе, говорят о своих перспективах.

Представители крупных иностранных холдингов указывают, что, хотя в других странах их компании развивают бизнес в самых разных направлениях от добывающей промышленности до сфер услуг, на Дальнем Востоке они открывают только базовое производство. Сдерживающим фактором для развития новых направлений они называют неразвитость инфраструктуры. Следует отметить, что активно привлекают местную рабочую силу иностранные предприятия из развитых стран, в то время как компании развивающихся стран привозят свою, более дешёвую, рабочую силу, в результате чего позитивный эффект на экономику от прихода инвестора в некоторой степени снижается.

Потенциальные инвесторы в обрабатывающей промышленности сталкиваются с различными ограничениями: низкая плотность населения, удалённость от европейской части России приводят к тому, что объём внутреннего рынка Дальнего Востока очень мал, а транспортные издержки исключительно высоки. Деятельность обрабатывающих компаний будет оправдана только в том случае, если она будет направлена на экспорт продукции. При этом следует принимать во внимание, что возможности экспорта из значительной части регионов Дальнего Востока ограничены в связи с недостатком как транспортной, логистической инфраструктуры, так квалифицированной рабочей силы. Все эксперты сходятся во мнении, что основными потенциальными партнёрами для Дальнего Востока являются страны Азиатско-Тихоокеанского региона, в частности Южная Корея, Китай и Япония, или крупные транснациональные корпорации в основном в области добычи полезных ископаемых на сегодняшний момент. Европейские и североамериканские инвесторы реже рассматриваются как потенциальные инвесторы в регион. Азиатские компании, по сравнению с инвесторами из других стран, более склонны локализовать производство на территории Дальнего Востока, при этом речь идёт в первую очередь о южных территориях региона. К примеру, на приграничных территориях Китая есть мощный обрабатывающий комплекс, а в России его нет.

Представители ряда иностранных компаний выразили заинтересованность в привлечении в свои проекты государственных средств, чтобы застраховать себя от возможных политических рисков в этой области, что говорит о том, что есть потенциал для работы в этом направлении. Основная часть экспертов считает, что из факторов, которые формируют бизнес-климат в регионе, решающее воздействие на приход прямых иностранных инвестиций на Дальний Восток оказывают отсутствие инфраструктуры и в ряде регионов сильные и сложные климатические условия. Влияние этих факторов, по их мнению, настолько важно, что остальные факторы, к сожалению, оказываются второстепенными.

Перед заседанием Консультативного совета, которое прошло в прошлый понедельник, мы проводили встречу рабочей группы Консультативного совета, и одна из компаний сказала, что она с интересом смотрела на возможность работы в регионе. Они уже успешно инвестировали в Россию, в западную часть, в частности есть производство в Москве, но когда они провели переговоры на Дальнем Востоке, причём они хотели производить продукцию, в том числе которую можно было бы экспортировать, к сожалению, с их точки зрения, они не нашли причин всё-таки открыть это производство. То есть они не получили должной поддержки. Наверное, такие вещи нужно брать, анализировать и смотреть, как дальше с этими инвесторами можно работать.

Как было отмечено в отчёте иностранных компаний, они видят перспективу для регионов в развитии экспортно ориентированного производства. Эта верная для региона модель предполагает создание инфраструктуры по поддержке экспорта, включая прямую поддержку предприятий с экспортным потенциалом, также создание особых экономических зон, зон с беспошлинным режимом ввоза товара для переработки или экспорта. И ориентироваться, как уже было сказано иностранными компаниями, скорее всего, стоит именно на инвесторов из Азиатско-Тихоокеанского региона.

Логистика – важная составляющая развития региона. Она необходима, инфраструктура для экспорта и обеспечения транзита грузов в регионе АТР. Есть очень хороший пример того, как это было сделано в Канаде. Они создали логистический хаб. Этот хаб являлся логистическим, производственным и складским центром. Он был создан в провинции Саскачеван практически в самом центре Канады, и он был инициирован именно правительством Канады на федеральном уровне. Задача, которая была поставлена перед правительством, заключалась в раскрытии потенциала Азиатско-Тихоокеанского торгового пути на территории страны путём увеличения грузопотоков с западного побережья страны, куда доставлялись товары из Китая, Японии, Тайваня и других азиатских стран, к восточному побережью, а также в США. Государство профинансировало создание необходимой инженерной и транспортной инфраструктуры как автомобильной, так и железнодорожной, а также стало обеспечивать надзор за развитием хаба. В результате проект GTH (Global Transportation Hub), так он назывался, стал крупнейшим логистическим объектом Канады, и за шесть лет, с момента анонсирования проекта в 2007 году, объём перевезённых грузов в регионе увеличился в 10 раз – с 50 тыс. т до 500 тыс. т, а каждый доллар государственных инвестиций в проект позволил привлечь 15 долларов частных инвесторов. Возможно, стоит нам рассмотреть такие подходы и в применении к Дальнему Востоку.

Об институтах развития. Общаясь с иностранными инвесторами, много раз мы слышали о том, что существуют агентства регионального развития. На сегодняшний день в Европе работает более 130 подобных агентств, для того чтобы взаимодействовать с инвесторами, рассказывать об инвестиционной привлекательности, сопровождать инвестиционные проекты, и, естественно, с нашей точки зрения, имеет смысл рассмотреть создание подобного агентства для работы на Дальнем Востоке.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

<…>

***

По завершении заседания Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока заместитель Председателя Правительства – полномочный представитель Президента в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев ответил на вопросы журналистов

Вопрос: Какие решения были приняты? Какие поручения будут даны?

Ю.Трутнев: Наверное, основной темой сегодняшнего совещания явилась презентация нового видения модели развития Дальнего Востока, и это видение прежде всего связано с созданием экспортно ориентированной экономики в регионах Дальнего Востока.

Какими инструментами это планируется сделать? Прежде всего мы планируем создать конкурентную особую экономическую зону. Сегодня проведён анализ особых экономических зон. Надо честно признаться, что наши особые экономические зоны неконкурентны, по целому ряду основных показателей они существенно уступают особым экономическим зонам у наших соседей, поэтому очень трудно ждать привлечения инвестиций в этом случае. Соответственно, нам надо создать новую оболочку правовую, нам надо создать новую особую экономическую зону, которая бы соответствовала лучшим мировым стандартам по налогам, транспортным издержкам, административным барьерам, то есть по всем основным показателям. Это первое.

Второе. Совершенно очевидно, что для того чтобы развивать Дальний Восток, для того чтобы двигаться вперёд, чтобы формировать новую экономику, нужны инструменты. Для того чтобы эти инструменты появились, надо переформатировать Минвостокразвития. На день сегодняшний это такое оболочечное министерство, у которого практически нет реальных функций. Сегодня говорилось, и Председатель Правительства дал соответствующее поручение подготовить передачу Минвостокразвития ряда функций, касающихся развития Дальнего Востока, от других министерств. Это прежде всего функции Минрегиона во всей части, которая Дальнего Востока касается, это ряд полномочий МЭРТ (Министерство экономического развития России), связанных с особыми экономическими зонами, с созданием особых экономических зон, ряд функций, связанных с работой по реализации федеральных целевых программ на территории Дальневосточного федерального округа.

Наконец, следующее: помимо наделения министерства необходимыми полномочиями мы считаем необходимым создать новые институты развития, направленные на привлечение инвестиций, на участие в инвестиционных проектах. Сегодня такая структура есть, она называется Фонд развития Дальнего Востока, но в том виде, в котором она сегодня существует, она, к сожалению, неэффективна ни по организационной форме, ни по количеству денег, которые в ней находятся, менять надо и то, и другое.

Далее. Мы должны иметь девелопера, то есть ту компанию, которая просто будет готовить площадки для инвесторов, площадки, обеспеченные инфраструктурой, создавать технопарки, создавать, скажем, элементы особой экономической зоны.

Вот, может быть, основная часть решений. Помимо этого обсуждалась роль крупных компаний в развитии Дальнего Востока, и Председатель Правительства дал поручение собрать отдельное совещание под его руководством на эту тему.

Кроме того, мы рассмотрим внимательнее вопросы, связанные с энергетикой. Энергетика в большинстве регионов Дальнего Востока является ограничивающим фактором роста. Здесь очень высокие тарифы и очень сложно с подключением, часто просто не хватает энергетических мощностей.

Наконец, может быть, последняя тема, которой мы касались, – это борьба с коррупцией. Поскольку пока чиновники будут вымогать с бизнеса деньги, совершенно очевидно на приток инвестиций нам тоже рассчитывать будет достаточно сложно. Мы не собираемся дублировать работу правоохранительных органов, но мы собираемся сопровождать инвестиционные проекты и тех чиновников, которые им будут препятствовать, будем выгонять.

Вопрос: Юрий Петрович, а как будет трансформирована «дочка» ВЭБа? В плане докапитализации, в плане трансформации оргструктуры – она будет переподчинена Минвостокразвития? Или как?

Ю.Трутнев: Мы сейчас рассматриваем две возможных модели – это может быть акционерное общество, и это может быть некоммерческая организация. Мы просто сверим плюсы и минусы той и другой структуры, выберем, после этого будем предлагать руководству страны эту модель и, соответственно, предлагать предложение, направленное на докапитализацию. Но мы сегодня уверены, что только за счёт бюджетных средств, внесённых в этот фонд, мы тоже не победим. Нам необходимо сделать так, чтобы вкладываемые средства мультиплицировались, чтобы был финансовый рычаг, чтобы можно было привлекать на каждый рубль 5, 8, 10 рублей иностранных инвестиций или инвестиций отечественных.

Вопрос: От ВЭБа она уйдёт?

Ю.Трутнев: Вы знаете, это решение сегодня не принято, оно не рассматривалось Председателем Правительства, Президентом. Но если вас интересует моё мнение, я считаю, что она должна быть отдельно от ВЭБа, потому что это отдельная задача.

Вопрос: А девелопер, как вы сказали… Я правильно понимаю, что им может стать Агентство по привлечению инвестиций в регион? Просто такая идея звучала, и непонятно, будет ли оно создано или нет…

Вопрос: Или это как раз корпорация развития Востока?

Вопрос: И зачем тогда для этого фонд? Не будут они дублировать друг друга?

Ю.Трутнев: Вы знаете, нет, не будут, потому что задача фонда – входить деньгами в проект, а задача девелопера – просто готовить площадку. Совсем разное. Причём это примерно как в Калуге. Мы ничего такого нового не предлагаем. Мы предлагаем испытанный уже в мировом пространстве и испытанный в России, скажем, в таких ведущих точках роста, опыт. Как в Калуге: берётся бюджетный кредит, выделяется организации, организация готовит площадку, обеспечивает её инфраструктурой, продаёт участки застройки, возвращает деньги и двигается дальше, к следующей площадке. Ничего такого сверхнового.

Вопрос: К какому году может быть создано это агентство, пока не продумали?

Ю.Трутнев: Вы знаете, я, когда сегодня говорил о сроках… Прежде всего, до того как нам сделать первый шаг по привлечению инвестиций, нам надо довольно большой путь пройти. Нам надо получить в Минвостокразвития достаточные для работы полномочия, нам надо создать институты развития, нам надо создать новую правовую оболочку для особых экономических зон, чтобы эти особые экономические зоны в России были привлекательны. Нам надо, в конце концов, начать подготовку этих самых реальных площадок. Работы довольно много, но растягиваться по времени мы не имеем права. Если мы растянем процесс, то внимание, которое сегодня существует к проблемам развития Дальнего Востока, та сосредоточенность министерств (в том числе и благодаря сегодняшнему заседанию комиссии) и, что греха таить, на паводке, на общей беде тоже определённая концентрация внимания федеральных органов власти присутствует... Мы не должны терять это всё, поэтому я лично отвожу Минвостокразвития на эту работу срок в пределах полугода. Мы за полгода должны справиться. Дальше уже надо работой заниматься, а не организационную структуру менять и нормативным обеспечением заниматься.

Вопрос: Как с РФПИ и с ЭКСАР? Потому что фонд, о котором Вы говорите, немножко похож на РФПИ, Агентство поддержки экспорта и привлечения инвестиций похоже на ЭКСАР…

Ю.Трутнев: Вы знаете, никак синхронизировано не будет. Мы не покушаемся на деятельность инвестиций в целом по стране. Просто, во-первых, никто не сказал, что такие функции не должны быть конкурентными – мы просто постараемся работать лучше, первое.

Второе. Мы постараемся работать непосредственно на территории Дальнего Востока. Это нормальная, здоровая конкуренция, ничего плохого в этом не существует. Если в России будет создано ещё полдюжины фондов, они смогут привлечь инвестиции и создать новые предприятия, – ура и да здравствует! Вы знаете, что в мире существуют гигантские фонды, которые, в общем, занимаются решением глобальных проблем. Нам тоже надо в этом направлении двигаться. Никто не сказал, что вот мы создали один инвестиционный фонд и давайте тему закончим, у нас всё хорошо. Да ничего подобного.

Вопрос: Пожалуйста, по поводу Минрегиона. Вы сказали, часть функций, получается, министерство заберёт. Как в Министерстве регионального развития вообще на это отреагировали?

Ю.Трутнев: Хорошо отреагировали.

Вопрос: И чем оно теперь будет заниматься?

Ю.Трутнев: Оно будет заниматься другой частью территории Российской Федерации. На Дальнем Востоке существует отдельное министерство, оно называется «Министерство по развитию Дальнего Востока», вот оно будет заниматься Дальним Востоком. Это правильно и справедливо: дублирования никакого быть не должно. Если уж мы решили, что у нас Дальний Восток, скажем так, обладает определённой спецификой, что он не развивается в рамках существующих обычных правил, существующего в целом на территории Российской Федерации законодательства, и для того чтобы создать эти особые условия, создали целое министерство, значит, это министерство должно обладать всей полнотой функций и, что очень важно, всей полнотой ответственности, чтобы через определённое время было с кого спросить, чтобы нельзя было сказать: вот у нас Минрегион плохо работал по программам, мэр плохо создавал зоны, а мы тут старались, но у нас ничего не получилось. Ответственность должна быть там же, где функции, – в одних руках.

Вопрос: А министерство не в Хабаровск переедет? Были разговоры о том, что во Владивосток или ещё куда-то...

Ю.Трутнев: Министерство как база будет в Хабаровске, во всяком случае никаких других вариантов сегодня не рассматривается. Есть предложение создать один из проектных офисов на Дальнем Востоке, но мы даже ещё не обсуждали какой именно. Как я уже сказал, в министерстве будет работать, скажем так, по сегодняшней нашей оценке, ряд институтов развития. Я не исключаю, что они будут работать не только в Хабаровске, не только во Владивостоке, но и в каких-то других субъектах. Нам вообще-то надо заниматься всем Дальним Востоком. Я позавчера был в Анадыре, вчера в Хабаровске, сегодня здесь, в Комсомольске-на-Амуре, – это нормальный такой режим жизни.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич сказал, что есть Кавказ, а теперь есть Дальний Восток, которыми нужно заниматься как-то отдельно. Тем не менее мы знаем, что когда говорят о Кавказе, говорят о том, что надо интегрировать в России его. А здесь мы видим, что экономика будет больше ориентироваться на страны АТЭС, то есть получаются какие-то совсем противоположные тенденции. Нет ли опасения, что этот регион, если пойдут эти реформы позитивно, будет меньше связан с Москвой, чем с такими странами, как Япония, Китай?

Ю.Трутнев: Вы знаете, мне кажется, что этот вопрос надо рассматривать не только в политической, но и в экономической плоскости. Если говорить о политике, то совершенно очевидно, что Дальний Восток был, есть и всегда будет оставаться важной частью Российской Федерации. В этом отношении он связан с центром России, с Москвой по определению, потому что это одна страна, одни законы, одна Конституция, один Президент, одно Правительство и так далее, то есть это просто единая территория. Но это совершенно не означает, что все экономические связи должны быть исключительно с европейской частью России и Дальним Востоком, потому что производить что-то на Дальнем Востоке и везти после этого в Москву, в Калугу, в Брянск достаточно далеко и несколько, честно говоря, странно в той ситуации, когда вокруг существуют огромные развивающиеся страны, которые вообще-то нуждаются в нашей продукции. Надо просто научиться производить её того качества, в котором они были бы заинтересованы – сегодня на совещании прежде всего речь шла об этом. И, кстати, когда мы говорим об этом, мы часто считаем, что это немножко утопично, что нам трудно быть конкурентами. Здесь, в Комсомольске-на-Амуре, на авиационном заводе, очень чётко и жёстко доказывают всему миру, что мы можем быть не только конкурентными, мы можем быть лучше других стран по производству ряда видов летательных аппаратов, например.

Вопрос: То есть дальневосточных крабов как не получали в Рязани, так их и не будут получать, они пойдут все в Японию?.. Или рыбу? То есть люди её не видят в европейской части страны и не увидят?

Ю.Трутнев: Вот видите, вы тоже оцениваете Дальний Восток прежде всего с точки зрения рыбы и краба, а я говорю об экспортно ориентированном производстве.

Что касается продуктов питания, надо думать, наверное, об этом. Я, например, буду счастлив, если все наши жители Российской Федерации будут иметь возможность есть свежую рыбу, морепродукты, краба с Дальнего Востока. Только мы говорим немножечко о другом: мы говорим «научиться создавать продукцию», мы говорим «научиться перерабатывать наши лесные ресурсы, наши полезные ископаемые»… Мы о другом уровне говорим, мы не о том говорим, что мы сейчас как ввозили крабов в Японию, так и будем ввозить. С этим мы ещё отдельно будем разбираться: как ввозят, что ввозят, как платится пошлина, насколько эта ловля рыбы осуществляется в соответствии с законодательством. На это много раз смотрели, но я тоже обязательно буду в этом разбираться – и с рыбой, и с лесом, и с энергетикой. Надо очень внимательно посмотреть, насколько все эти отрасли сориентированы на интересы Российской Федерации. Здесь есть очень важная вещь: мы и экспортно ориентированную промышленность должны развивать прежде всего в интересах Российской Федерации, потому что в этом случае Дальний Восток будет создавать прибавочную стоимость, он будет, в конце концов, людей делать счастливыми, которые здесь живут, а это важно.