Брифинг Алексея Улюкаева, Антона Силуанова, Дениса Мантурова, Александра Ткачёва, Максима Топилина по завершении заседания Правительства

О Плане действий Правительства, направленных на обеспечение стабильного социально-экономического развития России в 2016 году.

А.Ткачёв: Сегодня рассматривался план действий в рамках последних решений по поддержке реального сектора.

Что касается сельского хозяйства, то с учётом бюджета прошлого года и всех затрат, которые направлены на стимулирование развития промышленного комплекса, развитие растениеводства, животноводства и прежде всего в рамках субсидирования процентной ставки до льготной… И новая мера поддержки – компенсация прямых затрат, так называемых CAPEX, на которую выделено в рамках бюджета порядка 16 млрд рублей… Развитие, естественно, мелких, средних форм, прежде всего фермеров – это гранты на поддержку животноводческих ферм, начинающих, семейных ферм и так далее.

Очень важная норма поддержки – на развитие сельхозмашиностроения. Вместе с Минпромом мы будем поддерживать не только промышленные предприятия сельхозмашиностроения, но и, конечно, наших сельхозтоваропроизводителей (это поддержка более 10 млрд), которые, мы очень надеемся, в этом году приобретут порядка 20 тыс. единиц техники.

Поэтому, несмотря на тяжелейшую, непростую ситуацию, тем не менее бюджет агропромышленного комплекса остаётся прежним. И, пользуясь, случаем, хочу поблагодарить и Премьера, и Президента за то, что уделяют такое внимание и понимают, что село сегодня, АПК, растёт, демонстрирует хороший устойчивый рост, и это, конечно, создаёт возможности, условия для развития территорий, сельских территорий прежде всего, и, конечно, экономически развивает наши сельхозпредприятия.

М.Топилин: То, что касается вопросов нашего министерства, вы знаете, что́ мы предлагали (и эти меры поддержаны) внести в план, – это прежде всего меры по стабилизации ситуации на рынке труда. Пока принято решение о том, что мы выделяем на эти программы субсидирования регионов 3 млрд рублей и резерв ещё 7 млрд рублей. Общий объём до 10 млрд рублей. Мы так и планировали свои мероприятия, имея в виду, что, допустим, если брать прошлый год, как раз на эти цели, на поддержку рынка труда нам потребовалось чуть больше 3 млрд рублей. Мы планируем, что в этих мероприятиях примут участие более 120 тыс. человек. Это прежде всего программа переобучения, возможно, временных работ.

Но особенность проекта постановления, который уже практически со всеми согласован и будет в ближайшее время внесён в Правительство, – это то, что мы всё-таки попытаемся с регионами выработать программы переобучения таким образом, чтобы люди могли переместиться с тех предприятий, которые оказались в непростой ситуации, на предприятия, которые являются точками роста. И очень надеемся, что мы с регионами и с другими министерствами такие конструкции найдём. Нам важно в том числе и программами переобучения стимулировать и поддержать людей, которые могут, получив новые квалификации и новые знания, перейти на новые проекты, которых тоже в принципе у нас достаточно. И другие меры поддержки, в том числе и по поддержке различных отраслей промышленности, будут тому способствовать.

Для того чтобы у нас не возникало никаких проблем с поддержкой безработных граждан, предусмотрено резервирование 5,5 млрд рублей на выплату пособий. Но это резерв, если потребуется и если темпы прироста безработицы будут выше, чем они запланированы, тогда этот резерв будет задействован. Пока в бюджете предусмотрен 41 млрд рублей, которых достаточно для того, чтобы обеспечить выплату пособий для тех граждан, которые зарегистрированы в качестве безработных, с учётом той ситуации, которая у нас развивается сегодня, и тех прогнозов, которые мы имеем на этот год и до конца этого года.

Также хочу отметить, что появилось мероприятие, которого в прошлом году не было. Мы просили и предлагали поддержать регионы с точки зрения проведения летней оздоровительной кампании для детей – это до 6 млрд рублей, они нашли отражение в проекте плана, который внесён Минэкономразвития. Мы исходим из того, что в регионах ситуация с финансами достаточно напряжённая, но при этом мы должны поддержать тех детишек, которые находятся в трудной жизненной ситуации. Мы планируем, что это будет около 275 тыс. детей. Дополнительно к тем средствам, которые предусматривают регионы в своих бюджетах (это бюджетные обязательства субъектов Российской Федерации), эти средства будут направлены на поддержку регионов, с тем чтобы включить в программы детей-сирот, детей из неблагополучных семей. То есть это элемент адресной поддержки именно тем семьям, которые нуждаются в этой помощи. Как я уже сказал, 275 тыс. детишек плюсом к тому, что было запланировано в регионах (у нас порядка 7 млн детей обычно отдыхают), но это именно такая точечная мера поддержки.

Также в плане нашла отражение программа поддержки семей с детьми из материнского семейного капитала. Мы пока продолжаем обсуждать формы этой поддержки. В этом году это было 20 тыс. рублей (единовременная поддержка), сейчас мы с коллегами из Министерства финансов и Министерства экономического развития готовим согласованные предложения, в какой форме это всё осуществлять. Есть предложение, что это может быть ежемесячная выплата в определённых размерах, всё будет зависеть от финансовых возможностей. Эта мера будет, но в каком виде она будет и с какой даты, это ещё потребует дополнительного обсуждения и дополнительных решений.

И есть меры, которые предусмотрены для облегчения работы прежде всего малых предприятий, бизнес-среды. Это предложение по внесению изменений в трудовое законодательство по освобождению от локальных нормативных актов и трудовых книжек для микропредприятий. Для микропредприятий, ещё раз подчеркну, не для малых, а для микропредприятий. Такой законопроект в ближайшее время нами будет внесён в Правительство. И это законопроект, который требует разработки, который даст возможность предприятиям по нашим расчётам высвободить до 12 млрд рублей на упрощение процедур по оценке условий труда на рабочих местах. На тех рабочих местах, где условия труда благоприятные, там не надо будет проводить технические замеры, будет только декларирование условий труда. По нашим оценкам, бизнес сможет высвободить до 12 млрд рублей, не проводя инструментальные замеры. Это существенная косвенная поддержка, которая, мы считаем, тоже сыграет положительную роль для наших предприятий.

Д.Мантуров: Помимо тех средств, которые заложены в бюджете и предусмотрены на поддержку широкого перечня отраслей промышленности, из дополнительно принятых решений (о многих вы уже знаете), которые как раз заложены в плане поддержки отраслей экономики, это автопром (дополнительно 49 млрд), это сельхозмаш (то, что Александр Николаевич сейчас упомянул, поскольку эта мера администрируется Минсельхозом, но в координации с Минпромторгом), это и транспортное машиностроение (в объёме 10 млрд рублей), и поддержка определённых направлений в легпроме.

Мы также направляли другие предложения в Правительство, соответственно, в Минэкономразвития, Минфин, по которым тоже получили поддержку в части, например, докапитализации лизинговых компаний на закупку нашей авиационной техники. Но такие решения будут приниматься уже в ходе исполнения бюджета при наличии такой финансовой возможности у бюджета. Что касается тех решений, которые приняты, я уже всё сказал.

А.Улюкаев: Два важных отличия, как мне кажется, нынешнего плана от того плана, по которому мы работали год назад.

Первое. Обратите внимание, что у нас в прошлом году львиная доля средств предусматривалась на поддержку банковской системы. Сейчас это совершенно не так, потому что она себя чувствует гораздо лучше и потому что приоритеты – это развитие реального сектора. То есть это либо поддержка тех, кто находится в наиболее сложной, уязвимой ситуации (это и занятость, и лекарственное обеспечение, и по инвалидам, и по детям, о чём как раз говорилось), либо это поддержка реального сектора.

И второе.  Это не только снятие рисков, но и использование новых возможностей, которые появляются. Я бы обратил внимание на комплекс мер такой межсекторальный, который связан... Это касается и промышленности, и сельского хозяйства, и сервисных наших отраслей, это и поддержка экспорта товаров и экспорта услуг. Через наши традиционные инструменты, такие как субсидирование процентной ставки по экспортным кредитам, такие как дополнительные меры по страхованию и гарантийной поддержке. То, что идёт через механизмы ВЭБа, через механизмы Росэксимбанка. У нас уже большой портфель готовых контрактов. Это касается тех отраслей, о которых здесь уже говорилось, – транспортного машиностроения, например, и других, это энергетическое машиностроение, горно-шахтное оборудование и так далее. И это касается совершенно новых для нас форм работы, которые позволили бы вывести на внешние рынки наши средние и среднекрупные предприятия высокотехнологичные. Это то, что будет делать Российский экспортный центр: это сертифицирование их продукции, с тем чтобы они выходили на новые рынки, это обеспечение патентной защиты (интеллектуальные права наши должны быть защищены должным образом на внешних рынках), это логистика, субсидирование части затрат на транспортировку, выход на новые рынки. Это довольно новое для нас направление работы, и мы связываем с ним реализацию этих дополнительных преимуществ в вопросах издержек производства, которые мы получили.

А.Силуанов: Я про финансовое обеспечение кратко скажу. У нас уже принят ряд решений по поддержке отраслей промышленности, о чём Алексей Валентинович (А.Улюкаев) говорил, Денис Валентинович (Д.Мантуров). Поэтому в первую очередь мы, конечно, деньги будем направлять именно на решения, которые уже состоялись, плюс те публичные обязательства, которые у нас есть, которые мы не можем не выполнять. Должны быть обеспечены финансовыми ресурсами (и будут обеспечены) все социальные обязательства, наша основная задача, – это и пенсии, пособия социальные, которые проиндексированы в бюджете чуть выше, чем первоначально закладывалось. На всё это дело нужны деньги, нужны ресурсы, на это также будут предусмотрены средства.

При этом наша задача состоит в том, чтобы обеспечить устойчивость макроэкономики. Соответственно, здесь нам предстоит принять меры по минимизации разбалансированности бюджета, то есть дефицита бюджета. 3% при цене 40 долларов за баррель, 3% уровня дефицита бюджета от ВВП – такая задача у нас сохраняется. Поэтому мы будем вместе с коллегами очень аккуратно принимать решения по финансированию мер, которые предлагается реализовать, с тем чтобы не разбалансировать финансовую ситуацию.

Окончательные решения у нас будут подготовлены при уточнении бюджета, это будет в апреле, а план действий в экономике по поручению Председателя Правительства должен быть сформирован (его окончательная версия) 25 февраля.

Вопрос: Агентство «Блумберг», Ольга Танас. Если можете, пожалуйста, объясните. Алексей Валентинович, выступая, сказал, что общий план поддержки и меры, которые требуются, – это порядка 880 млрд рублей, из них до 250 может быть использовано из так называемого антикризисного фонда Правительства. Получается, что там остаётся 630 млрд рублей. Можете сказать, какая часть из этого – это уже принятые решения в бюджете, и они будут профинансированы текущим бюджетом, а на что из этого нет денег, какая сумма не обеспечена?

А.Улюкаев: У вас какая-то информационная ошибка. 880 – это общая совокупность в том числе и того, что уже предусмотрено в действующем законе о бюджете. Кроме того, там есть позиция, которая просто не предполагает бюджетных ассигнований как таковых, – это гарантии. Есть средства, которые предусмотрены из Фонда национального благосостояния. Поэтому всего того, что так или иначе касается дополнительного бюджетирования, – это примерно 370 млрд рублей.

В том, что написано в плане, в ныне действующем варианте, который был роздан на Правительстве, 185 млрд рублей предполагается из того, что условно называется антикризисным фондом, где совокупность средств, которые были соответствующей статьёй закона о бюджете предусмотрены как некий резерв, остатки 2015 года и так далее. И 189 млрд рублей там обозначены как средства, источники и объём которых подлежат уточнению в ходе, видимо, подготовки поправок в Закон о бюджете, которые мы с Министерством финансов будем готовить в апреле этого года.

Вопрос: Можно всё-таки уточнить, сколько уже забюджетировано? Они есть в бюджете, одобрены? Это какая сумма?

А.Улюкаев: Ещё раз: в действующем законе о бюджете свыше 440 млрд рублей из этой суммы существует. Кроме того, там есть некоторый резерв, который предполагается направить на определённые позиции.

Вопрос: Тоже уточняющий вопрос. Оперативно на этот план действий сколько выделяется денег дополнительно?

А.Улюкаев: Предполагается 185 млрд рублей. В том варианте, который сейчас роздан и который предстоит ещё до 25 февраля доработать, 185 предлагается дополнительно по отдельным статьям ассигнований и ещё обозначена сумма 189 млрд рублей, где сказано, что объёмы и источники подлежат уточнению, которые сегодня не определены.

Вопрос: Павел Зарубин, телеканал «Россия». Поступает всё больше сигналов, а сегодня Федеральная антимонопольная служба сообщила о том, что фармкомпании останавливают либо собираются останавливать производство очень многих жизненно важных лекарств, дешёвых лекарств. Этот вопрос будет решаться и как?

А.Улюкаев: Это немножко выходит за рамки нашей пресс-конференции, но в плане есть позиция, связанная с обеспечением дешёвыми лекарствами, которая касается выделения суммы до 4 млрд рублей на поддержку производителей именно лекарств и медицинских препаратов из этой категории.

Вопрос: Вопрос Денису Валентиновичу Мантурову. Денис Валентинович, с учётом принятых решений по поддержке автопрома, в связи с прошлогодними результатами, в частности АвтоВАЗа, и результатами уже января по продажам, на ваш взгляд, может ли ещё кто-то в этом году, как в том году GM, уйти с российского авторынка (у «Вольво», в частности, 16 машин продано по январю)? И будут ли новые сокращения на АвтоВАЗе с учётом принимаемых мер?

Д.Мантуров: Во-первых, что касается «Вольво», то есть только грузовое производство, поэтому это считается штучно, а не в тысячах. Это раз.

А второе – никто из автопроизводителей не заявлял, что у них есть планы закрытия своих производств.

Что касается АвтоВАЗа, то вы меньше смотрите на отчёты аудиторов, которые не являются публичной информацией. Кто-то где-то что-то прочитал, и дальше это всё цитируется…

Никаких официальных заявлений ни АвтоВАЗа, ни учредителей самого АвтоВАЗа... За мерами господдержки дополнительной, о которой тоже в средствах массовой информации сейчас часто упоминается и пишется, никто не обращался. Поэтому мы в данном случае работаем только с информацией, которая поступает от официального руководства АвтоВАЗа и учредителей – это «Ростех» и Renault Nissan.

Вопрос: «Комсомольская правда», Елена Кривякина. Максим Анатольевич, у меня к вам вопрос. Много раз уже говорилось о том, что будет адресная соцподдержка. Могли бы вы, наконец, объяснить, что это значит? Как вообще власти собираются отделять по-настоящему нуждающихся от псевдонуждающихся? Премьер сказал, что будут прописаны, наконец, эти критерии нуждаемости. Может, вы приоткроете завесу, как это будет делаться в условиях кризиса?

М.Топилин: Видите, вы сами в своём вопросе, когда его задавали, перепутали, потому что вы сказали сначала, что мы предполагаем внедрять адресность, а потом сказали, что нуждаемость. Так вот, я ещё раз хочу повторить, что у нас все выплаты, которые осуществляются, осуществляются строго адресно. У нас нет никаких выплат, которые отдаются кому-то не по адресу, будь то семья с детьми... Если это пенсии, то это пенсии, если это выплаты инвалидам, то они инвалидам, и так далее.

Речь, наверное, идёт о применении критериев именно нуждаемости. В последнее время мы двигаемся в этом направлении, и в прошлом году был принят 388-й федеральный закон, который усилил подходы с учётом критериев нуждаемости, прежде всего в региональных выплатах. Но при этом этот закон сказал о следующем: что регионы это делать могут в тех целях, чтобы оставить объём финансовых обязательств в неизменном виде для поддержки категорий различных, возможно, его перераспределив. То есть не платить какие-то пособия региональные тем семьям, которые имеют высокие доходы, и перераспределить их для тех семей, которые имеют низкие доходы.

Например, есть такое пособие, специальные выплаты (скорее всего, их так можно назвать), которые выделяются родителям для компенсации платы за детский сад. Вот до настоящего времени там никакой критерий нуждаемости регионы вообще не могли использовать. Мы не сказали этим законом, что регионы обязаны это использовать. Им дали право это делать, взвешивая все за и против, оценивая, каких семей это коснётся, оценивая, какие критерии нуждаемости применять. Мы ни в коем случае не поддерживаем такие решения, которые были приняты в известном вам регионе, когда пенсионеры были вынуждены выйти на улицы, когда им в виде критерия нуждаемости установили их прожиточный минимум, и это вызвало резкую реакцию у населения. Зачем это делать? Надо всё аккуратно взвешивать и аккуратно оценивать все риски.

Допустим, когда мы вводили пособие на третьего ребёнка в регионах, какой там критерий применяется? Это средний душевой доход, это почти 30 тыс. рублей на человека, но те, у кого больше… Ну это разумная цифра, да? Согласитесь, что 30 тыс. рублей в месяц на человека в семье – это разумная цифра. На человека. То есть у всей семьи, в которой три ребёнка (это как минимум пять человек тогда, если это полная семья), это доход 150 тыс. рублей. Вот эти семьи будут получать. У кого выше 150 тыс. рублей, те не получают. А если вы вводите в регионе 7 тыс. в качестве планки бедности, это как бы вызывает неприятие у населения и совершенно справедливо. Поэтому регионы должны очень аккуратно анализировать ситуацию, смотреть все риски и обсуждать с населением эти критерии, а не просто так их вводить без всяких обсуждений.

Сейчас существует масса институтов и открытых площадок, для того чтобы обсуждать. Надо делать просто очень аккуратно и грамотно. На федеральном уровне мы таких решений не принимаем.

Вопрос: Вы не будете прописывать на федеральном уровне, чтобы регионы вот такое не устраивали, как вы сказали, с пенсионерами?

М.Топилин: Каждый регион должен самостоятельно, исходя из своей ситуации, смотреть, какой критерий, какую планку он принимает. Если мы сделаем это на федеральном уровне, получится так, что ряд регионов, допустим, могут попасть на дополнительные финансовые расходы. А вдруг у них выше установлены? Если мы установим чуть ниже, что они должны будут делать? Дополнительные ресурсы тратить или мы должны субсидировать? Есть полномочия, которые разделены ещё в 2005 году, когда мы разделили полномочия: каждый отвечает за свои обязательства.

Вопрос: Дарья Корсунская, агентство «Рейтер». В проекте план была предусмотрена поддержка Внешэкономбанка. Не могли бы вы сказать, сколько Правительство планирует на это потратить в этом году?

А.Улюкаев: В соответствующей графе стоит звёздочка и есть примечание, что объём и источник подлежат уточнению. Мы не можем сейчас назвать точную цифру, потому что она зависит от многих обстоятельств. Это более точный учёт обязательств Внешэкономбанка, работа по которому сейчас идёт. Это учёт возможностей по тем ликвидным активам, которые есть на балансе во Внешэкономбанке и которые могут быть реализованы. Так что, видимо, это работа, которая будет проводиться, наверное, в ходе подготовки к поправкам в бюджет текущего года, и на этой стадии мы уже будем иметь точную цифру. Пока мы просто не имеем этой позиции.

А.Силуанов: Я могу единственное добавить, что все обязательства ВЭБа перед своими кредиторами будут выполнены в полном объёме. Здесь никаких сомнений нет. Как Алексей Валентинович сказал, нужно посмотреть возможности в первую очередь самого ВЭБа, посмотреть обязательства (они, собственно, уже выверены), и на разницу бюджет подставит плечо Внешэкономбанку.