Стенографический отчет о встрече со студентами в Сибирском государственном технологическом университете

В.Путин:

Добрый день!

Мы с руководителями вузов только что обсуждали проблемы образования в стране в целом и в крае. Я думаю, с вашей стороны прозвучат примерно такие же вопросы.

Не буду говорить о важности образования, о том, что сделано в последнее время. Мне кажется, что нам удалось сберечь школу научных руководителей и сохранить вузы. Правда, многое нам удалось сделать благодаря усилиям руководителей вузов страны в целом, в том числе и тех, кто работает в крае.

Красноярский край всегда был не только кузницей, как было модно когда‑то говорить, продуктов оборонной промышленности и производства различного вида металлов, но и кузницей кадров. Здесь всегда была хорошая научная, вузовская школа. Это одна из площадок, на которых готовятся лучшие специалисты страны.

Вы знаете, проблемы образования и науки мы недавно обсуждали и на Совете при Президенте, и на Совете Безопасности совместно с губернаторами. Сейчас, поскольку я нахожусь здесь, мы договорились с губернатором, что встретимся и с руководителями вузов, и с теми, кто в этих вузах учится сегодня.

Спасибо вам за то, что вы меня внимательно выслушали. Теперь я готов вас слушать. Я с удовольствием отвечу на вопросы, если они у вас есть. Пожалуйста.

Вопрос: На протяжении всего периода обучения я живу в общежитии. В этом году заканчиваю вуз, мне предлагают остаться на кафедре, заняться преподавательской работой. Моя проблема в том, что мне снова придется жить в студенческом общежитии. Перспективы приобретения жилья в городе лично у меня никакой нет. Кредиты в банке выдаются под очень большой процент, под залог. Слышала, сейчас существует ипотечное кредитование. Будут ли разрабатываться специальные программы льготного кредитования, помощь молодым специалистам, ученым?

В.Путин: У нас есть федеральная программа поддержки жилищного строительства молодых семей, но она маломощная. В целом по стране примерно 300 тысяч молодых специалистов ожидают получения жилья, но в прошлом году при региональном софинансировании сумма, выделенная на решение этой проблемы, была около 12 с небольшим миллиардов рублей. Звучит абстрактно, но это значительно больше, чем в предыдущие годы, хотя и совершенно недостаточно, чтобы решить проблему в целом. Это понятно.

Мне кажется, что решать ее нужно будет двумя способами. Первый – это повышение уровня оплаты труда в вузах. Это самое простое, самое честное и самое эффективное. Повторю, только что мы с руководителями вузов Красноярска говорили на эту тему и вспомнили, что в свое время молодые специалисты, которые после окончания вуза оставались в нем, тоже не очень много денег получали. Но у них была хорошая перспектива. Потому что по советским меркам уровень заработной платы доцента, профессора был значительно выше, чем в целом по стране. Молодой человек, который шел работать в вуз, знал эту перспективу и готов был немного потерпеть. А теперь что терпеть – преподаватели немного получают.

Так вот, эту ситуацию нужно менять. Мы повысили в прошлом году надбавки за ученую степень, за звание, но и это повышение должно быть многократно увеличено, чтобы человек видел перспективу. Это первое.

Второе. Следует сделать более доступной ипотеку, о которой Вы сами только что упомянули. Я думаю, что она будет доступной, если будет решен первый вопрос, о котором я сказал: будет понятна перспектива роста доходов конкретного молодого человека, который занялся наукой. Также мы должны совершенствовать законодательство в этой сфере, с тем чтобы размах ипотеки был более широким.

И, наконец, третье. Для молодых специалистов должна быть отдельная государственная поддержка – и в рамках той программы, которая существует, и дополнительно. Мы сейчас над этим думаем, и Правительство готовит свои предложения. Думаю, что мы их реализуем.

Вопрос: У меня вопрос как раз о научной деятельности. Я студентка пятого курса. Мне предлагают остаться в аспирантуре. Какая же у меня перспектива? В течение трех лет я буду получать стипендию 1200 рублей. Став преподавателем, я буду получать зарплату где‑то на уровне прожиточного минимума. Хорошо, если меня родители кормят, или я выйду замуж, может быть…

В.Путин: Такая красивая девушка точно выйдет замуж. Но не спешите.

Вопрос: Я очень хочу преподавать, двигать науку вперед. Но, работая на нашем устаревшем оборудовании, мы сильно проигрываем в качестве наших разработок столичным вузам. Как распределяются деньги, если получается, что до нас они не доходят? Есть ли какие‑то планы по финансированию, по поднятию престижности труда преподавателя вуза?

В.Путин: Планы есть, и в общих чертах я уже об этом сказал. Скажу еще кое‑что дополнительно.

Что касается оборудования, на котором работают в вузах, то решение проблемы – это создание центров общего пользования, потому что каждый вуз не в состоянии покупать для современных исследований дорогостоящее отечественное и зарубежное оборудование, это просто неподъемно ни для одного вуза. И ни один бюджет, в том числе федеральный, такой нагрузки не выдержит. Правда, это та область, которая традиционно должна быть несколько затратной, но для того, чтобы она была эффективной, необходимо создавать центры общего пользования этой техникой. Это делает Академия наук в Москве, это делают и у вас в научном центре. Пока этого недостаточно, хотя руководители научного центра мне и сказали, что это развивается достаточно эффективно.

Но есть и другой аспект – оборудование техникой для подготовки специалистов. Это, конечно, бюджетная задача, и ее мы будем решать дополнительно, по мере возможностей бюджета. Мы его постепенно наполняем и делаем более эффективно работающим.

Что касается поддержки конкретных специалистов, вы, наверное, слышали о решении, которое будет реализовано в самое ближайшее время, о выделении грантов для молодых специалистов и ученых – правда, прежде всего речь идет сейчас о тех, кто работает в оборонной сфере, и это только первый шаг, это 400 человек, но мы будем расширять число грантополучателей до нескольких тысяч человек. На первом этапе это 20 тысяч рублей в месяц – как дополнение это неплохо.

Но и это не главное. Вы знаете, что самое главное? Самое главное – это включить рыночные, эффективные механизмы, так чтобы человек, как Билл Гейтс, мог стать миллионером и миллиардером. Каким образом? Нужно защищать интеллектуальную собственность автора и не бояться ему платить. Тогда это будет эффективно. Вот вы изобрели что‑то – государство не должно забирать это, а, получив свою долю за счет того, что вы работали на государственном оборудовании, получали образование и так далее, отдать большую долю автору. И тогда стимул будет очень большим. Это будет даже не стимул профессора в Советском Союзе, который 500 рублей получал – будет стимул, понятно какой.

Мы сейчас активно работаем над тем, чтобы законодательство в сфере защиты интеллектуальной собственности и защиты интересов и прав автора было современным и рыночным.

Вопрос: Когда оно появится?

В.Путин: В самое ближайшее время. Правительство работает над этим. Мы закончим, и с Думой будем принимать эти законы.

Вопрос: Сейчас в нашем крае, как и во всей России, возрождаются строительные отряды. Я сам занимался трудоустройством ребят нашего университета. Мы в процессе работы столкнулись с такой проблемой: не хватает нормативно-правовой базы строительных отрядов, где закреплен их статус, права и обязанности ребят, работающих в них, и обязанности принимающей стороны. Будет ли решаться эта проблема на уровне государства?

В.Путин: Вы знаете, я ведь сам тоже был в студенческих строительных отрядах, поэтому мне все это очень близко, и я считаю, что это очень правильно и полезно. Свои первые серьезные деньги я заработал именно в стройотряде в Коми АССР, просеки делали под ЛЭП. Была тяжелая работа, но все‑таки за два месяца я там получил по тем временам очень большие деньги – 740 рублей. Да, сейчас смешно звучит, а тогда престижная машина «Жигули» стоила пять тысяч. Поэтому это были деньги серьезные. Я, правда, распорядился ими не очень правильно: пальто купил (долго оно у меня было, до сих пор где‑то висит), – но это очень серьезный заработок был.

Если вы полагаете, что недостаточная правовая база сегодня, что это мешает, не защищает права студентов, которые работают в стройотрядах, – конечно, давайте над этим подумаем. Хотя мне казалось, что действующее трудовое законодательство у нас сейчас достаточно развито, и можно его использовать. Просто нужно внимательно с ним ознакомиться и знать свои права. Но если вы видите, что в чем‑то оно не регулирует, не защищает права тех, кто работает в стройотрядах, то вы обобщите это и отдайте нам, отдайте губернатору. Александр Геннадьевич [Хлопонин] бывает в Москве регулярно, передаст, вместе подумаем, и уверен, что реакция будет. Уверен абсолютно.

Вопрос: Через четыре месяца мы защищаем диплом, получаем его на руки, выходим во взрослую жизнь. Нам придется самим себя обеспечивать. У многих проблема с трудоустройством. Было распределение – и на нашу группу, на биотехнологов, не предложили ни одной специальности. А наши попытки самостоятельно найти работу натыкаются на такой барьер: при приеме на работу работодатель требует от нас двух-трехлетнего производственного стажа.

Владимир Владимирович, я хотела спросить: во‑первых, будет ли у нас в стране наблюдаться увеличение темпов роста химической, биотехнологической промышленности, и во‑вторых, есть ли надежда, что мы сможем работать по специальности, соответствующей нашему образованию, даже не имея производственного стажа?

В.Путин: Знаете, Вы вольно или невольно затронули одну из системных проблем подготовки кадров в стране. Эта проблема заключается в том, что у нас, к сожалению, до сих пор нет понимания, сколько и каких специалистов должна готовить наша система образования. Мы должны готовить столько и таких специалистов, сколько нужно экономике и конкретным ее отраслям. Правда, отрегулировать это чисто административными способами вряд ли представляется возможным, потому что, как правило, администраторы любого уровня с трудом себе представляют тенденции развития, поскольку мы постепенно входим в мировую систему разделения труда, и, что будет востребовано, трудно, конечно, заранее предусмотреть.

Поэтому и сам человек, когда выбирает, должен смотреть тенденции развития страны и ее экономики. Разумеется, соответствующие министерства, прежде всего Министерство образования, должны как‑то регулировать количество студентов, которые готовятся по тем или другим специальностям, понимая это на более высоком уровне.

Что касается данного конкретного случая – понятно, что работодатель хотел бы иметь полноценного, готового специалиста. Навязывать что‑то силовым способом – это малоперспективное дело, это так же, как заставить купить картошку, если человек хочет сегодня макароны. Поэтому нужно просто приспосабливаться к этому рынку, к этим требованиям, нужно стараться заранее получить какую‑то практику.

Мне легче всего было бы сказать, что, знаете, мы сделаем так, мы сделаем эдак, но это было бы не по‑честному. Рынок – это эффективная вещь, но достаточно жесткая, и это нужно понимать, нужно быть к этому готовым.

Вопрос: Есть решение о развитии Нижнего Приангарья. Я и мои родители думали, что в связи со строительством Богучанской ГЭС произойдет бурный рост деревообрабатывающей промышленности и сопутствующих производств. Я хотел бы работать на таких предприятиях, так как это стратегическое направление, это выгодное дело. Но ничего не происходит: лес по‑прежнему вывозится в Китай в круглом виде, без переработки, зачастую незаконно. Хотелось бы узнать, есть ли у нас, у жителей Нижнего Приангарья, надежда, что будет организована деревообработка – и вывоз леса в Китай прекратится? И, второе, будет ли в ближайшем будущем завершено строительство Богучанской ГЭС, потому что краевой бюджет, как известно, не может потянуть завершение строительства?

В.Путин: Конкретных планов энергетиков по срокам, по годам по Богучанской ГЭС я сейчас, конечно, не воспроизведу, просто не помню. Но для того чтобы производить такие объекты, достраивать их и так далее, нужно понять, что делать с электроэнергией, которая возникнет в результате доведения такого объекта до финиша. Это то же самое, как сказала ваша коллега, что делать выпускникам вузов с этой специальностью. Где рынок – есть он, этот рынок этого товара, или нет? То же самое и здесь. Электроэнергия, которая возникнет, она что, так же как и лес, будет поставляться в Китай? Или мы будем ее использовать для того, чтобы создавать у себя на территории собственную базу развития, создавать новые рабочие места, создавать новые производства и так далее?

В целом, конечно, такие объекты должны доводиться до конца. Я думаю, что это произойдет. Когда точно, я сейчас просто не могу сказать. Нужно посмотреть эти планы РАО «ЕЭС», я сейчас просто не помню.

Что касается развития лесного дела в стране в целом и тем более здесь, в Красноярском крае, в Приангарье, то это, безусловно, перспективное направление развития экономики края, вообще всей этой территории. Должен быть положен конец тому, что сейчас происходит с вывозом кругляка и так далее. Для этого должны быть приняты соответствующие решения, принятию которых мешают лоббисты, которые заинтересованы, в свою очередь, в том, чтобы вывозить это все за границу. Уже были приняты соответствующие решения. Мне казалось, что их достаточно для того, чтобы прекратить этот беспредел, который мы наблюдали. Если это не так – мы еще подумаем, с губернатором поговорим, с руководителями других регионов, где лесное дело является одной из основных составляющих экономики. Но то, что это перспективно для Красноярского края, это безусловно. И я знаю, что у местного руководства планы развития этой отрасли есть. И если будет нужна поддержка со стороны федерального центра, то она будет оказана.

Развитие лесотехнического комплекса потребует вмешательства в природу. Поэтому это, во‑первых, делать нужно; во‑вторых, нужно делать на высоком современном технологическом уровне и с умом, так, чтобы не наносить ущерб экологии. Получать прибыль и плюсы с точки зрения экономического развития, но не наносить ущерба экологии, окружающей среде.

Вопрос: После окончания обучения я хотел бы устроиться на работу в ФСБ…

В.Путин: Молодец.

Вопрос: Но пока нет никакого опыта. Я хотел бы помогать милиции в наведении порядка на улицах города, чтобы получить опыт. При обращении в милицию нам сказали, что за нас некому отвечать, если с нами что‑нибудь случится. Можно ли законодательно решить вопрос о статусе помощника милиции?

В.Путин: Вы знаете, это сейчас обсуждается с разных сторон. Это проблема и молодежных отрядов, которые наводят порядки, и дружин. Конечно, взаимодействие органов правопорядка, безопасности, правоохранительных органов с гражданами должно быть, в том числе и с молодыми людьми, которые учатся в вузе. Но эти решения должны приниматься в первую очередь на региональном уровне. Если нужны какие‑то рамочные решения на федеральном уровне, мы это сделаем. Но прежде всего эти решения должны быть приняты на краевом уровне. Я, например, считаю, что это правильно, и поддерживаю. А что касается Ваших планов работы в органах безопасности, то это хорошо, несмотря на то образование, которое Вы получаете, – видимо, не юридическое?

Реплика: Автоматизация систем управления.

В.Путин: Это важно. Наши современные органы безопасности, и Министерство внутренних дел, органы внешней разведки, и те, которые занимаются получением информации в политической сфере, и в научно-технической, в военной сферах, – нуждаются в специалистах разного профиля, потому что жизнь усложняется, технологии усложняются. Уверен, что такие люди там пригодятся, особенно идущие туда с желанием работать и служить стране.

Вопрос: Я обучаюсь на платной основе. Плата немаленькая. С каждым годом с учетом инфляции она повышается. Я хотела бы узнать, будет ли у нас на государственном уровне решаться вопрос о предоставлении образовательного кредита обучающимся и их семьям?

В.Путин: Очень хороший вопрос, и он увязан со многими другими проблемами.

Во‑первых, образовательный кредит – очень полезная и нужная вещь. И это вообще лежит в русле тех предложений, которые сейчас разрабатываются в Правительстве. Об этом как раз Правительство и думает – о предоставлении образовательного кредита и направлении денег в учреждения, в том числе образовательные, куда идут люди.

Я уже много раз говорил об этом, хочу повторить еще раз: государство должно платить и направлять свои ресурсы только туда, куда люди идут, а не за сам факт существования бюджетного учреждения, – как в сфере образования, так и в сфере, скажем, медицины. Образовательные кредиты в этом плане – это очень хорошая, полезная вещь. Такие вопросы разрабатываются. Мы сегодня с руководителями вузов края говорили о Болонском процессе, чтобы дипломы наших вузов признавались в Европе. Это серьезным образом расширило бы возможности выпускников наших вузов в плане устройства на работу как у себя в стране, так и на европейском пространстве.

У нас в принципе и так выманивают хороших специалистов. Но мы должны для себя решить: мы будем держать и не пущать – или, наоборот, создавать условия для того, чтобы люди, тем более молодые, могли работать, где они хотят? Я думаю, что второй вариант лучше. Во‑первых, люди будут делать это свободно. Наша страна должна быть свободной страной, мы должны к этому стремиться, должны создавать людям возможность работать там, где они хотят. Тогда они и вернутся быстрее.

Во‑вторых, это нужно закольцевать – закольцевать с деньгами. Что имею в виду? На заседании Совета по науке и высоким технологиям, которое я недавно проводил в Москве, звучали, по‑моему, нормальные, здравые мысли. Если человек получил образование за государственный счет, а потом уезжает за границу, то пусть фирма, которая его берет, заплатит те деньги, которые мы на него истратили. Эти деньги должны быть возвращены в систему образования России. И тогда мы будем иметь дополнительные средства для того, чтобы поддержать наши научные школы, вузы, систему образования как отрасль экономики.

Ну а если Вы получили образовательный кредит, тем более Вы должны вернуть этот кредит – либо сами, либо компания, которая Вас берет. Это абсолютно нормальный рыночный механизм функционирования отрасли. Мы изучаем этот вопрос, и я думаю, что решим.

Вопрос: Вопрос по Болонскому процессу. Сейчас как раз вводятся звания бакалавров и магистров, и после четвертого курса, когда получаешь диплом, многие, в том числе я, хотели бы пойти работать именно по специальности. Но на предприятиях на дипломы бакалавров смотрят и не понимают, что это такое, думают, что это человек из техникума. Решается ли сейчас этот вопрос?

В.Путин: Находится в процессе решения. Я согласен, здесь у нас, к сожалению, еще не все состыковано. Мы должны состыковать нашу систему образования с западноевропейской системой образования, при этом не утратив высокий уровень, который имелся в Советском Союзе и сейчас еще сохранен в России, в ведущих вузах страны.

А что касается этих градаций, сегодня на встрече с ректорами тоже звучала, по‑моему, хорошая мысль о том, чтобы какие‑то уровни присваивать в техникуме, потом следующий шаг – для вуза. Я с Вами согласен, пока эта система до конца не отработана. Это предстоит сделать.

Вопрос: Мой вопрос касается нашей будущей профессиональной армии. Хочется верить, что она действительно будет, и хотелось бы услышать Ваш прогноз по срокам, когда это будет сформировано на сто процентов.

В.Путин: У нас все, по‑моему, уже прописано, все известно. Думаю, что к концу 2007 года мы в целом эту проблему решим и сможем перейти на одногодичный призыв, то есть в основном армия у нас будет профессиональная. Но целиком профессиональная она у нас не будет, потому что для таких континентальных стран, как Россия, с огромной территорией, за счет бюджетных средств содержать всю армию как профессиональную, в том числе и те подразделения, которые не выполняют боевые задачи, – пока непосильная проблема. Мы ее за счет бюджетных средств не решим. Это очень дорогая армия. Но в целом эта проблема будет решена к концу 2007 года в отношении тех подразделений, служба которых связана либо с особым риском, либо связана с высоким уровнем подготовки кадров. Вот по этим направлениям проблема будет закрыта.

Вопрос: Я знаю человека, он инвалид, достаточно молодой – думаю, в стране таких людей немало. Пенсия у него маленькая, в то же время он хотел бы работать…

В.Путин: Он инвалид с детства?

Вопрос: Нет, он в 24 года сломал позвоночник. Он хотел бы работать, но у него нет возможности, скажем, купить компьютер. Существует ли какая‑то программа поддержки таких людей?

В.Путин: У нас инвалидов – несколько миллионов человек. Это достаточно сложная социальная проблема, я с Вами согласен. И уровень пенсий, конечно, пока недостаточен. Я недавно встречался с «афганцами». Там есть проблемы, они, на мой взгляд, являются еще более острыми. Люди, которые получили травмы в результате военных действий, – молодые люди – все‑таки у нас пока по уровню достатка отличаются от, скажем, ветеранов Великой Отечественной войны. Хотя тоже, собственно говоря, получили увечья, защищая интересы страны, – во всяком случае, они выполняли требования присяги.

Что касается людей, которые получили травмы в быту, – им еще сложнее. Мы постоянно повышаем уровень пенсионного обеспечения. Пока недостаточно. И, конечно, должны быть предприняты усилия для того, чтобы эти люди получали дополнительное образование. Такие планы есть. Не могу похвастаться тем, что они кардинальным образом сегодня или завтра изменят ситуацию, но эта проблема известна, будем над ней работать и дальше.

Самое главное – создать для людей условия, при которых они могли бы работать. Это принципиальный вопрос. Надо сделать так, чтобы они чувствовали себя полноценными гражданами страны.

Вопрос: Сейчас стипендия небольшая, и нам приходится подрабатывать, а это отнимает время от учебы. Планируется ли в ближайшее время повышение стипендии? И еще вопрос: когда Вы учились, хватало ли Вам стипендии, которую Вы получали?

В.Путин: Мне кажется, что сколько денег ни получай – всегда не хватает. Это не зависит от стипендии, от заработной платы. Мне, конечно, тоже было недостаточно. Должен признаться, что я почти не работал в те годы, вот в стройотряды ездил, получал там 700, 800, даже по 900 рублей. Повторяю, в то время это было очень прилично, это были большие деньги. А так я жил с родителями, они мне помогали, были люди очень простые, но стремились во что бы то ни стало, чтобы у меня было образование, – у них была цель в жизни, их жизни.

Что касается повышения уровня стипендии. Вы знаете, раньше были приняты специальные решения. С 1 сентября этого года фонды стипендий в вузах должны быть увеличены с 5 до 25 процентов. При этом вузам предоставлено право самим определять категории студентов, которым вуз считает правильным платить в первую очередь.

Вопрос: У меня более «семейный» вопрос. Из средств массовой информации известно, что сейчас в России проходит эксперимент по внедрению государственных именных финансовых обязательств. То есть при получении максимальных баллов по единому государственному экзамену студент не платит за обучение, а если этих баллов не хватает, студент или его семья доплачивают за обучение.

У меня две сестренки, одна учится в одиннадцатом классе, другая в девятом. Доход нашей семьи небольшой. Хотелось бы узнать, будет ли этот эксперимент продолжаться и распространится ли он на наш Красноярский край?

В.Путин: Нужно, конечно, посмотреть, насколько этот эксперимент будет эффективен, но на что он направлен, думаю, для многих из присутствующих здесь понятно: на легализацию теневого оборота в системе образования. Если заставляют платить, то лучше пусть семья или студент платит «по‑белому», а не «по‑черному». Это во‑первых.

Во‑вторых, что касается семей, у которых имеются соответствующие материальные проблемы, а таких у нас очень много, у нас не очень большие доходы у населения в целом в стране, – но сам студент представляет собой ценность для вуза. Только что, отвечая на вопрос, сказал, что вузу предоставлено право определять эти категории.

Вопрос: Я слышала, что Ваша команда создает сайт Президента. Хочу узнать, на какой стадии он находится и как скоро он появится?

В.Путин: Это, честно говоря, надо у команды спросить. Там все время что‑то создают. Вы какой сайт имеете в виду? Сайт Президента давно уже существует. Он просто наполняется дополнительной информацией. По‑моему, там хотели сделать еще английскую версию этого сайта – и сделали. Ну и детский сайт сделали недавно. Вы, наверное, детский сайт имели в виду? Он создан. Достаточно большое количество посещений, и дети с удовольствием им пользуются. Тем более, как Вы знаете, в прошлом-позапрошлом году мы решали и в общем решили проблемы компьютеризации и сельских школ, и городских школ. Но не в связи с созданием этого сайта, нет. Он будет жить, будет развиваться, есть планы его развития.

Вопрос: Как Вы оцениваете уровень системы высшего образования у нас в стране, в частности гуманитарного и технического?

В.Путин: Я уже говорил об этом: оцениваю высоко. У нас был очень хороший задел. Это она из отраслей, в которую плановая экономика Советского Союза инвестировала огромные деньги, просто огромные. Это, кстати, одно из преимуществ плановой экономики. В целом она затратная и малоэффективная, поэтому и экономика Советского Союза пришла к известному коллапсу. Но преимущество плановой экономики заключается в том, что государство может концентрировать ресурсы на тех направлениях, которые считает важными. В науку инвестировали много, в образование, в медицину. И, в общем, за советские годы были созданы системообразующие, базовые ценности государства, на которых стояла огромная страна. К этим базовым ценностям, безусловно, относится система образования.

Вопрос: Согласно реформе образования ребенок в 14 лет должен выбрать себе будущую профессию, так как в старших классах будет узкая специализация. Мне кажется, что, выбрав направление в 14 лет, ребенок может изменить свое решение. Как же быть ему тогда, получив тот узкий круг знаний?

В.Путин: Это, кстати, в продолжение предыдущего вопроса. Я очень положительно отозвался о нашей системе образования, но все‑таки, если иметь в виду общую систему образования, она создавалась в свое время для чего? Она создавалась для решения достаточно примитивной задачи – борьбы с неграмотностью. На начальном этапе Советского Союза система образования создавалась как система борьбы с всеобщей неграмотностью. И вот отсюда она начала развиваться. Определенные негативные составляющие этой системы существуют. Я сейчас не хочу о них говорить. Если продолжить дискуссию в том направлении, которое Вы сейчас обозначили, могу сказать, что наша система образования должна быть, конечно, гибкой. И, может быть, в этом смысле у Болонского процесса, о котором мы говорим, существуют определенные плюсы. Надо помочь человеку на первом этапе правильно сориентироваться в своем выборе, ну а потом это, конечно, его ответственность.

Вопрос: У меня есть младший брат, ему еще предстоит учиться. При существовании профессиональной армии будут ли в вузах военные кафедры?

В.Путин: Это решает Министерство образования совместно с Министерством обороны. Там, где Министерство обороны считает нужным, оно поддерживает эту идею, направляет специалистов. В целом такое резкое сокращение, по‑моему, не очень обосновано. Конечно, военные кафедры будут сохраняться.

Вопрос: Я бы хотел узнать Ваше личное мнение о ввозе в страну ядерных отходов. Чего здесь больше – плюсов или минусов?

В.Путин: Вы знаете, если это делать без отступлений от технологии, если сосредоточить внимание на отходах, которые мы сами поставляем (то есть если мы берем сюда отходы, которые возникают в результате поставленного нами же за границу ядерного топлива), и если эти средства будут направляться на решение экологических проблем, которых у нас в стране достаточно, в том числе и с ядерным загрязнением, то это решение оправданное и правильное. Если все эти правила не будут соблюдаться, то могут возникнуть проблемы. На сегодняшний день я никаких проблем не вижу.

Но с чем я абсолютно согласен, когда встречаюсь с экологами, – они ставят вопрос о большем контроле со стороны общественности и за самим процессом ввоза отработанного ядерного топлива, и за расходованием средств. Вот это абсолютно правильно.

Вопрос: Сейчас идет практически непрерывный приток граждан Корейской Народной Республики. Можно ли как‑то это ограничить или совсем приостановить?

В.Путин: Вопрос очень серьезный. Вопрос не в корейцах, конечно, а в демографическом развитии страны и проблеме миграции.

Если вы посмотрите на прогнозы ООН, к 2050 году в числе стран с наибольшей численностью населения не останется ни одной европейской страны, вообще ни одной европейской страны! И Россия цепляется за двадцатку или десятку – не помню точно – крупнейших стран мира, цепляется десятком миллионов, который перевалит за сто.

Все постиндустриальные страны мира решают свои демографические проблемы не только путем повышения рождаемости. Они пытаются это делать, и ни у кого не получается, потому что снижение рождаемости связано не столько с ухудшением жизни и материального достатка, сколько с изменением ориентиров и жизненных ценностей в постиндустриальном обществе. Оно связано с отсутствием экономических стимулов для большой семьи. И все демографические проблемы – а у нас их тоже очень много, есть еще провалы, связанные с Великой Отечественной войной, еще оттуда эхо раздается, – решаются за счет притока иммигрантов. Правда, в странах с хорошим уровнем администрирования этот процесс является взвешенным, обоснованным и регулируемым со стороны государства. В эти страны поступают трудовые ресурсы столько, сколько нужно, нужного качества и в те районы страны, где они нужны.

Я все время вспоминаю опыт Канады, у них он очень хороший. Там этот процесс хорошо организован, поставлен на государственный уровень. В каждом посольстве есть представитель миграционной службы, у которого есть квота на подбор в страну иммигрантов – определенного возраста, с определенным здоровьем, в определенные районы. И, как мне говорил бывший премьер Канады, плохо работают, не выполняют этой квоты. Они готовы были бы больше брать – не находят. Не находят не просто желающих приехать в Канаду, они не находят нужного контингента приезжающих.

И мы должны выстроить работу подобного рода. И тогда не будет проблем перенаселения представителями каких‑то этносов или выходцами из конкретных стран в отдельно взятых регионах России. Это проблема, которую Россия пока не решила. Но это очень важная проблема, и она должна, на мой взгляд, решаться так, как я ее сейчас изложил.

Вопрос: Я планирую скоро жениться…

В.Путин: Кто Ваша избранница? Здесь ее нет?

Реплика: Здесь ее нет – наверное, по телевизору будет смотреть. Хотелось бы узнать, что конкретно делается для поддержки молодых семей и увеличения рождаемости в стране?

В.Путин: Это от Вас зависит уже…

Реплика: От нас зависит, но все‑таки поддержка государства нам нужна.

В.Путин: Я уже говорил об этом, могу только повторить, что уже сказал. У нас есть программа поддержки молодых семей. Она пока не очень мощная: 12 с лишним миллиардов было при совместном финансировании регионами и федеральным центром. 300 тысяч молодых семей у нас стоит на очереди. Самая главная проблема – это, конечно, жилье. В некоторых регионах, в Чувашии например (я был там недавно), Президент неплохо организовал эту работу, и регион финансируется федеральным центром, в основном для молодых семей. Очень неплохо развивается эта программа, но, повторяю, большой размах это приобретет все‑таки в случае принятия соответствующих изменений и дополнений в действующее жилищное законодательство. Для примера: сегодня, если вы получили квартиру, выселить вас из нее уже невозможно. И, казалось бы, это хорошо, это гарантирует социальную стабильность в стране. Это было совсем хорошо, когда государство всем давало квартиры. Но если вы взяли ипотечный кредит и вам нечего заложить, кроме той квартиры, которую вы получили под этот кредит, то банк должен иметь возможность распорядиться этим имуществом. Если вы стали неэффективным должником, не отдаете кредит, банк должен иметь право вас выселить, а квартиру реализовать. Это жестко, но это по‑честному. Вы же взяли кредит – отдайте. Не можете отдать – тогда отдайте квартиру. По‑честному? По‑честному. Но такие вот вещи плохо укладываются в сознании: как же это так – из квартиры выселять? Но это же не просто из квартиры выселять, а из квартиры, которую вы взяли за деньги банка. Если мы не сделаем таких решений, не будет у нас это развиваться, широко не пойдет. А если пойдет широко, кредиты станут доступными, потому что их станет больше, и за счет масштабов финансирования ставки пойдут вниз. Такие последовательные вещи должны быть приняты в ближайшее время. И надеюсь, что это будет сделано.

Вопрос: Я студент второго курса лесохозяйственного факультета Редькин Андрей. У меня родители – пенсионеры, и они уже довольно‑таки пожилые, часто болеют. Их пенсии не хватает на все лекарства. Я хотел бы узнать, может ли быть такое, что пенсионерам будет предоставляться скидка в аптеках на лекарства?

В.Путин: Необычный, конечно, вопрос для студенческой аудитории. Но мне это очень понятно, поскольку у меня родители тоже были уже в преклонном возрасте, сколько я их помню, всегда они были в таком состоянии, и здоровье было не самым лучшим.

Но сейчас, знаете, такая необычная ситуация: государство предоставляет льготные лекарства, и перечень их все время растет. Но фармацевтические фирмы продвигают на рынок дорогостоящие лекарства и через врачей рекомендуют потребителям брать именно то, что они предлагают. Это достаточно сложная, необычная ситуация, с которой мы никогда раньше не сталкивались, поскольку не жили в условиях жесткого рынка. Ясно, что людям преклонного возраста, нуждающимся в помощи, от этого легче не становиться. Здесь путь один – цивилизовывать лекарственный рынок. Хотя это непростая задача, поскольку там и теневых денег очень много. Вообще, по мнению некоторых специалистов, это такая сфера, которая приносит доход больший, чем наркотики. Здесь нужны целенаправленные усилия государства – и, конечно, поддержка людей, которые нуждаются в помощи. Это в значительной степени будет зависеть от тех планов по реформированию системы здравоохранения, которые сейчас имеются в Правительстве. Все эти планы опять же будут заключаться в том, чтобы поддерживать те учреждения, которые оказывают качественные услуги населению, а не платить деньги только за факт существования медицинского учреждения в городе или крае. Вот куда люди идут, туда и деньги направлять. Это первое.

Второе – выводить из тени «черные» обороты денег, легализовывать их, расширять систему платных услуг для тех, кто может платить, но в то же время обязательно поддержать тех, кто нуждается в поддержке. Сохранить, хочу это подчеркнуть, систему здравоохранения, созданную еще в Советском Союзе, модернизировать ее в современных условиях рынка, но не разрушить ни в коем случае. Людей с низкими доходами у нас очень много, и мы не можем разрушить систему поддержки нуждающихся со стороны государства.

Вопрос: Сиротинина Анастасия, студентка четвертого курса экономического факультета. Я хотела бы, чтобы Вы поподробнее рассказали про президентскую программу подготовки молодых специалистов. Как в нее попасть, и что она даст в будущем?

В.Путин: Вы знаете, это нужно сделать через краевые структуры. Потому что если вы думаете, что я лично отбираю кандидатов, то это не так: через вуз, через край и потом через Министерство образования. Это связано и со стипендиями, и со стажировками. Программа неплохая, и надеюсь, что и вы сможете воспользоваться теми небольшими преференциями, которые в нее заложены.

Вопрос: Кем Вы себя видели, проходя обучение в школе, – Вы же не сразу думали, что станете главой государства?

В.Путин: Нет, не сразу – честно сказать, я никогда об этом не думал.

Вопрос: …И как Вы оцениваете политику бывших глав нашего государства – может быть, что‑то Вы сделали бы по‑другому? Вы поддерживаете с ними контакты, советуетесь?

В.Путин: В разные периоды времени у меня были разные примеры перед глазами. Не знаю, может быть, Ленинград – город такой особенный. И в школе нас воспитывали в очень патриотическом духе, без преувеличения говорю. И поэтому все крутилось вокруг какой‑то государственной службы: то моряком хотел быть, то летчиком – все это я проходил. Потом выбрал юридический факультет. Но что касается работы Президента, то я никогда об этом не думал. Борис Николаевич Ельцин предложил мне это достаточно неожиданно. И, более того, я в первом разговоре отказался. Я сказал, что, на мой взгляд, это очень тяжелая судьба, и я не думаю, что я к этому готов. Но потом, как видите, втянулся.

Что касается оценки деятельности предыдущих глав государства, не думаю, что сейчас имею право на полноценную оценку, со всех сторон. Наверное, некоторые вещи я делал по‑другому. Но мне кажется, что и они, если бы посмотрели на страну с сегодняшних позиций, на результаты своей деятельности, – и они бы сделали что‑то по‑другому. Но как бы я сам поступил в тех условиях, в которых они оказались, я не знаю. И были ли бы мои действия абсолютно правильными, обоснованными и со всех сторон взвешенными – не уверен. Поэтому заниматься критиканством, наводить тень на плетень, считаю, было бы ошибкой. Надо смотреть на то, что есть, и смотреть вперед, в будущее, анализировать прошлое, делать какие‑то выводы и на основе этих выводов стараться не допустить ошибок подобного рода. Конечно, они всегда были, всегда есть и всегда будут. Но, на мой взгляд, у нас есть сегодня все шансы сделать хороший, заметный, серьезный рывок вперед в развитии страны. Этот шанс у нас прямо в руках, мы не должны его упустить.

Вопрос: У меня вопрос касательно целевого строительства. Сейчас люди, дающие большие деньги на стройку дома, ждут свои будущие квартиры. Но их обманывают, и люди стоят по 5–6 лет, а стройка замораживается. Как долго это может продолжаться?

В.Путин: Это может продолжаться до тех пор, пока местные власти, в том числе краевые (Александр Геннадьевич [Хлопонин] здесь сидит) не возьмут это под контроль. У нас сколько было всяких «МММ», с которыми до сих пор разобраться не можем! Надеюсь, такого больше не повторится. С одной стороны, строительный бум, а с другой – эти строители не могут решить те задачи, которые перед собой ставят. Это связано с их маломощностью и с желанием использовать деньги клиентов для решения своих корпоративных задач. Они должны быть поставлены в такие экономические условия, при которых они этого сделать не смогут. Нужно принимать соответствующие решения. Это прежде всего, конечно, должно быть сделано на региональном уровне. Я подумаю еще, если это можно сделать на уровне федеральных законов, можно внести какие‑то дополнения. Эта проблема в принципе известна, она далеко не студенческая.

Вопрос: Я в настоящее время проживаю в общежитии, и мой университет делает все возможное для того, чтобы были благоприятные условия для жизни студентов. Но, к сожалению, средств не хватает, и администрация края желает помочь, но по Бюджетному кодексу это сделать нельзя. Будут ли какие‑то изменения, есть ли у Вас намерения изменить Бюджетный кодекс нашей страны?

В.Путин: Вы знаете, чем меньше мы меняем налоговое законодательство, бюджетное, тем лучше. Но это вопрос серьезный. Вот только что, прямо перед тем, как переступить порог этой комнаты, мы говорили о Бюджетном кодексе. Да, там должны быть сделаны, наверное, какие‑то реконструкции – во всяком случае, такие, которые позволяют заниматься софинансированием: вуз федеральный, край может помочь – и надо предоставить ему возможность это сделать.

По системе общего образования мы сейчас приняли соответствующие решения, школы оставили в муниципальной собственности, а вопросы зарплаты учителей и оборудование школ подняли, так скажем, на первый государственный уровень – уровень субъекта Федерации. Что‑то подобное мы должны сделать и с вузовской системой. И спасибо Вам за то, что Вы еще раз обратили на это внимание. Обязательно подумаем на этот счет. Это можно сделать – и мы это сделаем. Могу сказать, что Ваш вопрос приведет к практическим сдвигам, обещаю.

Вопрос: Мой вопрос касается дальнейшей динамики развития курса доллара, какое отношение будет к рублю и в чем лучше хранить сбережения?

В.Путин: Известная шутка: в банке, в стеклянной. Но какой будет курс доллара, это даже Гринспен не знает, руководитель Федеральной резервной системы США, и он наверняка не может сказать. Хотя некоторые аналитики, которые занимаются этой проблемой, считают, что администрация Соединенных Штатов, во всяком случае экономический блок администрации, занимает такую эгоистическую позицию – сознательно занижает курс доллара, и есть основания полагать, что он может быть еще понижен. Некоторые эксперты считают, что еще процентов на 10–15. Но у нас в последние годы стабильно идет укрепление национальной валюты, мы это видим. Мы сделаем все для того, чтобы она укреплялась и дальше. Мы будем стремиться к тому, чтобы рубль был полностью конвертируемым. Поэтому на сегодняшний день исходя из всех соображений, сказанных мною сейчас и, могу еще добавить, связанных, естественно, с высоким уровнем получения процентов по денежным вкладам, особенно на депозитах, – конечно, деньги лучше хранить в рублях на депозитах.

Я так понимаю, что вопрос о повышении стипендии такие студенты, как Вы, не задают…

Вопрос: У меня вопрос, касающийся интеллектуальной собственности и авторского права. Вы сказали, что идет развитие программы по поддержке интеллектуальной собственности и специалистов…

В.Путин: Сейчас специалисты Правительства работают над совершенствованием законодательства в сфере интеллектуальной собственности с целью сделать это законодательство более рыночным и защитить права изобретателей, права тех, кто по праву должен быть реальным собственником этих изобретений.

Вопрос: …Как это будет касаться студентов? У нас тоже есть учебная программа, которую мы пишем, есть статьи, которые мы публикуем.

В.Путин: Очень просто это будет касаться: это может касаться кого угодно – студента или научного работника, или просто человека, который лежал под яблоней, яблоко свалилось, и он сделал открытие, запатентовал его. На основе его изобретения начали получать какой‑то прибавочный продукт, кто‑то. И с этого начали платить столько, сколько положено по закону, не ограничивая в получении этого дохода. Вот это самое главное.

Не важно, под каким крылом Вы находитесь: под крылом университета, под крылом мамы с папой. Если Вы сделали изобретение и оно внедряется, с него прибыль получают – Вам должны заплатить. Вот и все. И эта плата не должна быть ограничена ничем, кроме закона. А закон должен быть такой, который позволяет получать реальные деньги от своего изобретения. Вот это самое главное.

Вопрос: Тюкавкина Ольга, студентка лесохозяйственного факультета. В последнее время в лесном хозяйстве происходит много реформ. И в последнее время в новостях везде говорят, что хотят сделать частную собственность на лес. Как Вы к этому относитесь, ведь даже Петр I уже начал охранять леса и защищать их от посягательств человека? А сейчас, когда так варварски издеваются над лесом! Ведь это очень большой ресурс России.

В.Путин: Оля, Вы знаете, в некоторых странах существует частная собственность на леса. Но собственник леса без разрешения государства не имеет права срубить ни одного дерева. Но зато на нем лежит обязанность оберегать лес, сохранять и выполнять другие многочисленные правила по воссозданию леса и по его защите.

Реплика: А Вы думаете, что у нас это будет соблюдаться?

В.Путин: Дело ведь не в том, кто ходит по лесу и грибы собирает. Дело в том, как собственник относится к своему имуществу и какие ограничения на него наложены по использованию и по распоряжению своей собственностью.

У нас уровень администрирования достаточно низкий. То есть будет недостаточный контроль со стороны государства за собственником – или он будет творить, что хочет.

С другой стороны, обращаю Ваше внимание на следующее. Если он будет творить, что хочет, он быстро лишится своего имущества. Вот представьте себе, Вы стали собственником ста гектаров, тысячи гектаров. Вы хотите производить древесину. Значит, Вы тогда не будете просто везти в Китай кругляк. Вы скажете: зачем мне это делать, я лучше возьму кредит, поставлю пилораму или буду бумагу производить, приду к губернатору, в Правительство, скажу: гарантируйте мне кредит, я поставлю ЦБК. То есть Вы будете извлекать максимальную прибыль из того имущества, которое Вам попало в руки. Но если Вы все это срубите за 20 лет, что Вы детям своим оставите? Задумаетесь, наверное: здесь я буду рубить, а здесь я буду воссоздавать; и столько‑то у меня будут стоить посадки, столько‑то денег мне нужно заплатить за возрождение леса, на его воссоздание.

Существуют другие способы рационального использования природных ресурсов – например, долгосрочная аренда, концессии всякие. Надо подумать.

Вопрос: Мы все знаем не понаслышке, что Вы занимаетесь спортом и пропагандируете здоровый образ жизни…

В.Путин: Больше пропагандирую, чем занимаюсь…

Вопрос: Есть ли средства в бюджете России или какие‑то программы, которые помогали бы университетам улучшать занятия спортом?

В.Путин: Конечно. Деньги выделяются из федерального бюджета, наверняка выделяются соответствующие средства и в бюджете края. У нас существует ряд программ по развитию технической базы спорта, по продвижению кандидатуры России на различные соревнования на высоком уровне и на поддержку спорта на муниципальном уровне. Все эти программы существуют. К сожалению, не так все это широко сегодня реализуется, как хотелось бы. Но все‑таки, на мой взгляд, движение заметное. За последние несколько лет улучшения в это сфере есть. И дальше будем наращивать эти усилия, обязательно.

Вопрос: После окончания вуза хотелось бы начать свое дело. Но нет тех средств…

В.Путин: И жениться хочется, и дело начать…

Вопрос: Все хочется в жизни попробовать. Это должно все‑таки произойти. Хотелось бы начать свое дело, но нет тех средств, на которые это можно было бы сделать. Есть ли программа кредитования людей, у которых есть стоящие проекты, идеи?

В.Путин: Это программы поддержки развития малого и среднего бизнеса, они существуют. Те, кто пользуется, говорят, что этого недостаточно, и я согласен с этим. Но дело, знаете, если Вы реально столкнетесь со всеми вопросами, которые в этой сфере имеются, поймете, что дело не столько в финансировании, сколько в организации самой работы. Она чрезмерно забюрокрачена. Вот это самая главная проблема сегодня для развития мелкого и среднего предпринимательства в любой сфере, в том числе и в сфере интеллектуальной, в сфере производства какого‑то технологичного оборудования или высокотехнологичного продукта. Есть планы по созданию дополнительных условий для развития этого бизнеса, кое‑что сделано. К сожалению, не достигли всех целей, которые перед собой ставили, и задач не решили. Правительство вынашивает новые идеи – посмотрим. Во всяком случае, мы пока не сделаем этот механизм эффективным, не успокоимся, будем обязательно над этим работать. Это одно из ключевых направлений развития экономики страны.

Вопрос: Меня интересует Ваше отношение к действиям США в Ираке. Есть ли угроза нашей стране?

В.Путин: Отношение мое известно. Мы считали, и я продолжаю считать, что начало боевых действий в Ираке было ошибкой. В этом не было никакой необходимости. И, на мой взгляд, ход событий подтверждает это. Потери растут, происходит освоение территории Ирака террористами. Раньше там был режим очень тяжелый, диктаторский режим. Но международных террористов там никогда не было, он сам их уничтожал. Сегодня происходит освоение этой территории международным терроризмом – и территории, и населения, очень опасный процесс. Чем больше он будет продолжаться, тем это будет опаснее. Угрозы для наших интересов там никакой нет. Там другая угроза – угроза подрыва системы международных отношений и международного права. Но есть и некоторые позитивные сигналы, которые заключаются в том, что осознание этой опасности все‑таки приходит ко всем участникам этого процесса. И мы со стороны наших партнеров, в том числе со стороны американских партнеров, видим растущее желание восстановить роль Организации Объединенных Наций в урегулировании иракского кризиса. Это мы отчетливо сейчас ощущаем и будем работать корпоративно, со всеми, кто заинтересован в решении этой проблемы.

Нам пора заканчивать. Большое вам спасибо, мне было очень интересно.