Документ /

Президент России ответил на вопросы участников саммита, в частности о вступлении России в ВТО, перспективах экономического сотрудничества с Японией, возможностях увеличения поставок российского газа в Китай и путях стабилизации ситуации в еврозоне.

Глава Российского государства пригласил всех участников Делового саммита АТЭС во Владивосток.

Встреча глав государств и правительств форума «Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество» состоится во Владивостоке в сентябре следующего года.

* * *

Встреча с участниками Делового саммита АТЭС

Вопрос: Господин Президент Медведев, Вы только что встречались с Президентом США Бараком Обамой. Не могли бы Вы кратко рассказать, о чём говорили?

Д.Медведев: Я расскажу, но не всё.

У нас хорошие отношения с Президентом Обамой, что нашло своё воплощение в целом ряде прорывных решений, которые состоялись в последние годы.

Эта встреча тоже была хорошей. Мы обсудили очень многие вопросы. Мы обсудили текущую экономическую ситуацию, поговорили о саммите АТЭС, поговорили о вступлении России в ВТО. Я поблагодарил Президента Обаму за то, что он – первый американский Президент, который приложил к этому самые энергичные усилия. Если бы это было сделано несколько раньше, Россия, может быть, была бы в ВТО, и тогда не было бы странной ситуации, когда самая крупная экономика, входящая в целый ряд организаций, не является членом ВТО.

Мы обсудили некоторые региональные проблемы, поговорили об Афганистане, Иране, ещё кое‑что обсудили, чего я рассказать не могу.

Вопрос: Вы затронули тему вступления России в ВТО. Расскажите, принято ли уже решение по этому вопросу, и какое значение оно имеет для России. Когда, например, Китай стал членом этой организации, страна вступила в новую фазу экономического развития. Стоит ли ожидать чего‑то подобного в России?

Д.Медведев: Я тоже надеюсь, что это будет весьма благотворным изменением для российской экономики, несмотря на то, что мы довольно долго готовились, целый ряд российских компаний испытывает определённые сложности и опасения. Тем не менее курс остался неизменным. Мы считаем, что вступление России в ВТО давным-давно назрело. Мы к этому готовы и рады, что в результате совместных действий мы, надеюсь, сможем в самое ближайшее время этот процесс завершить.

У нас хорошие отношения с Президентом Обамой, что нашло своё воплощение в целом ряде прорывных решений, которые состоялись в последние годы.

Что касается последствий для российской экономики, то они очевидны. Российская экономика в этом смысле станет гораздо ближе к стандартам Всемирной торговой организации и к стандартам международной торговли, что на самом деле имеет значение для всех стран и для системы ВТО в целом. С другой стороны, на мой взгляд, это будет способствовать улучшению конкурентоспособности российских компаний, что для них также немаловажно.

Поэтому я рад, что это почти произошло. Надеюсь, что ближайшие несколько недель не принесут нам сюрпризов, и Россия наконец вольётся в клуб государств, которые объединены во Всемирную торговую организацию, а руководителям России, экспертам из России придётся вести скучные разговоры о том, как нам наконец завершить Дохийский раунд.

Вопрос: Экономику России иногда критикуют за её зависимость от природных ресурсов. Как Вы думаете, придаст ли вступление России в ВТО новый импульс в развитии инноваций в России. Каковы Ваши мысли о становлении в России нового типа современной экономики?

Д.Медведев: Вступление в ВТО, скажем откровенно и прямо, это лишь одно из условий, чтобы диверсифицировать российскую экономику. Россия богата сырьевыми ресурсами, богата энергетическими продуктами. Это очень хорошо, потому что это позволяет России развиваться. Мы не можем недооценивать наш потенциал.

С другой стороны, Россия не может быть страной, где существует только одна часть, и мы не должны опираться только на сырьё, на энергетику. Мы должны развивать и другие части нашей экономики. В этом смысле, конечно, ВТО будет способствовать развитию нашей экономики, диверсификации наших компаний. Но основной упор в этом, конечно, нам нужно будет делать на самих себя, а не на членство в международных организациях, потому что изменить состояние дел в экономике могут только компании, которые имеют своё происхождение в России.

Мы считаем, что вступление России в ВТО давным-давно назрело. Мы к этому готовы и рады, что в результате совместных действий мы, надеюсь, сможем в самое ближайшее время этот процесс завершить.

В то же время, конечно, мы рассчитываем на то, что новая экономика будет зарождаться в результате совместного инвестирования российских предпринимателей, российского бизнеса и прихода важных и высокотехнологичных инвестиций из других стран.

Я смотрю на это с оптимизмом и уверен, что новая креативная экономика будет занимать подобающее место в структуре российской экономики, несмотря на то, что мы ещё долго будем одним из основных поставщиков сырья и энергетических ресурсов на мировой рынок.

Вопрос: Вы говорите о верховенстве права, но в то же время надо признать, что ряд западных компаний ассоциируют Россию с местом, где не соблюдаются правила. Справедлива ли их позиция? И если да, то как это исправить?

Д.Медведев: Это верная критика. Я даже больше скажу – и в других странах не всегда соблюдаются правила. И в тех случаях, когда они не соблюдаются, обычно действует суд. И в этом, может быть, главное, на что нам нужно обратить внимание.

Дело не в том, что кто‑то нарушает правила. Правила очень часто нарушают в самых высокоразвитых государствах с хорошими традициями. Главное, чтобы в случае нарушения правил можно было защитить свои интересы. А в этом вопросе нам, конечно, ещё придётся пройти определённое развитие.

Это не значит, что у нас не действует судебная система. Она действует, она совершенствуется, но она всё‑таки не такая развитая, не такая отлаженная, как во многих других странах. И в последние годы я старался уделять этому особое внимание, совершенствуя наше законодательство о судебной системе и в то же время создавая новые институты, которые могли бы применяться для этих целей.

Вопрос: Что Вы думаете об организации транстихоокеанского партнёрства? Потому что может показаться, что, как только Россия вступила в один клуб, Америка тут же создаёт другой, в который вас не зовут. Вас задевает то, что создаётся новая структура, параллельная той, к которой вы присоединяетесь?

Российская экономика станет гораздо ближе к стандартам Всемирной торговой организации и к стандартам международной торговли, что имеет значение для всех стран и для системы ВТО в целом.

Д.Медведев: Я пока не очень понимаю, что получится из транстихоокеанского партнёрства. Когда оно заработает и принесёт свои плоды, тогда я скажу, что этот клуб стал для нас интересным, и тогда можно думать о том, хорошо ли, что мы отсутствуем в нём, или плохо. Пока это только проект. Хотя проект небезынтересный, вне всякого сомнения. Поживём – увидим.

Вопрос: Многие считают, что вы ориентируетесь в основном на Европу. И, если посмотреть на структуру вашей внешней торговли, так и есть: вы торгуете намного больше с Европой, чем с Азией. Не делаете ли вы неверную ставку? Ведь здесь происходят важные экономические процессы, а вы смотрите в сторону Европы?

Д.Медведев: Мы стараемся смотреть во всё стороны.

Россия находится и в Европе, и в Азии, поэтому мы смотрим и туда, и туда. Безусловно, Европа, европейский рынок, зона евро переживает не лучшие времена, и ещё многое предстоит предпринять для того, чтобы стабилизировать ситуацию. Собственно, этому и был посвящён последний саммит «двадцатки», в ходе которого обсуждалась ситуация, сложившаяся на европейских рынках. Но я обращаю внимание, что эту ситуацию обсуждал весь мир.

Сегодня невозможно себе представить, чтобы европейские проблемы можно было решить, например, изолированно от глобальных финансовых проблем. Поэтому их обсуждали все: их обсуждала Америка, обсуждала Австралия, обсуждали государства Азиатско-Тихоокеанского региона в целом, обсуждала Россия. Поэтому для нас очень важно, чтобы развитие России было гармоничным, чтобы мы могли развиваться во всех направлениях.

У нас в настоящий момент торговый оборот со странами Евросоюза составляет 250 миллиардов долларов, что, в общем, немало. Но на самом деле потенциал Азиатско-Тихоокеанского региона, рынков, которые существуют в этой части света, не меньше, и у нас очень большой оборот и с Китаем, и с Индией, и со многими другими государствами.

У нас может быть, к сожалению, не такой большой оборот с Соединёнными Штатами Америки (кстати, об этом мы сегодня тоже говорили с Президентом Обамой), но он тоже вырос до 30 миллиардов долларов. Есть потенциал его роста в дальнейшем. Поэтому мы развиваемся во всех направлениях и считаем, что только сбалансированное гармоничное развитие России способно принести эффект. Именно поэтому мы очень рассчитываем, что саммит АТЭС, который состоится в 2012 году во Владивостоке, будет способствовать укреплению позиций Российской Федерации на азиатских рынках.

Новая экономика будет зарождаться в результате совместного инвестирования российских предпринимателей, российского бизнеса и прихода важных и высокотехнологичных инвестиций из других стран.

Кроме того, наши регионы, которые находятся на Дальнем Востоке, они не так развиты, как регионы, которые находятся в Центральной части России, которые находятся в Европейской части. Это тоже способ их развития, это драйвер, который позволяет приносить туда новые контракты и новые инвестиции.

Вопрос: Вы затронули интересный вопрос. Если посмотреть за Сибирь, приграничные города с Китаем, они, по идее, должны бурно развиваться. Но этого не происходит. Что ещё, на ваш взгляд, может быть сделано не просто для увеличения торгового сотрудничества с Азией, но и для того, чтобы извлечь выгоду из сотрудничества с регионом, где самые высокие темпы экономического роста?

Д.Медведев: Нужно просто нормальные условия создавать для работы всем. Я считаю, что приход инвестиций – это всегда взаимный процесс. С одной стороны, это ваша открытость эти инвестиции принять, создать механизмы для их защиты, с другой стороны – это желание инвестора эти инвестиции сделать.

Зачастую инвестиции не идут в государство, где прекрасный инвестиционный климат, а с другой стороны – приходят в государство, где есть какие‑то проблемы с инвестиционным климатом. Так что это всё‑таки не такая линейная зависимость, но в целом инвестиции приходят в те места, где этого хотят. Наша задача заключается в том, чтобы именно в России и именно в этом регионе был такой инвестиционный климат.

Вопрос: Относительно нового трубопровода, о котором много лет идёт речь. Я читал, что всего два процента российского экспорта энергоносителей приходится на Китай. Чего следует ожидать, с учётом того, что Китаю требуется огромное количество энергии? Что сдерживает энергетическое сотрудничество?

Д.Медведев: Я не знаю насчёт двух процентов. У меня нет такой статистики. Но очевидно, что китайский рынок способен принять гораздо большее количество энергоносителей. Именно об этом мы сейчас с китайскими партнёрами и договариваемся.

Существуют два проекта по поставкам газа – например, так называемого трубного газа в Китайскую Народную Республику по двум маршрутам: по западному и по восточному. Сейчас как раз продолжаем переговоры с нашими китайскими партнёрами о том, на каких условиях этот газ будет поставляться.

Саммит АТЭС, который состоится в 2012 году во Владивостоке, будет способствовать укреплению позиций Российской Федерации на азиатских рынках.

Как только они закончатся (основной вопрос всегда один: цена), все преграды будут сняты, и газ будет поставляться в больших объёмах. Думаю, что потенциал поставок трубного газа в Китайскую Народную Республику абсолютно сопоставим с теми объёмами, которые мы поставляем в страны Западной Европы.

Вопрос: Ещё одна проблема – Южные Курилы, четыре спорных острова, которые японцы называют северными территориями. Есть ли вероятность решения этого спора? Тем более что, по мнению многих, это открыло бы путь для японских инвестиций в этот регион и в Сибирь.

Д.Медведев: Мы и сейчас ждём японских инвестиций. Я сегодня встречался с новым Премьер-министром Японии господином Нодой. Мы говорили об инвестициях. И, мне кажется, это абсолютно нормально.

Конечно, есть одна проблема, которая отягощает наши отношения. Это проблема отсутствия так называемого мирного договора и территориальный вопрос. Наша позиция проста. Она заключается в том, чтобы не драматизировать эту тему, не устраивать истерик, а в спокойном ключе продолжать её обсуждение. Потому что здесь действительно наши позиции расходятся.

Мы считаем, что существующая ситуация отражает сложившийся статус-кво и результаты Второй мировой войны. Естественно, Российская Федерация считает эти территории частью Российской Федерации, поэтому там российская власть, поэтому там бывает российский Президент и другие руководители России.

Но мы не против того, чтобы туда приходили японские инвестиции, мы только рады этому будем. Мы не против того, чтобы туда приезжали японские специалисты и мы совместно эксплуатировали эти острова. Это абсолютно нормально.

На мой взгляд, экономика должна идти впереди, а политика должна идти после экономики. Это вообще правильно, потому что экономика определяет нашу жизнь, а политика иногда портит.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, видите ли Вы перспективу сравнять баланс экономического развития России как на Востоке, так и на Западе. Есть ли возможность сделать её такой же развитой, как и в Москве, и создать новый продвинутый восточный центр, будь то Владивосток или просто Приморский край?

Д.Медведев: Если б я считал иначе, то я бы, наверно, не работал руководителем государства. Знаете, у нас колоссальный потенциал существует на Дальнем Востоке и в Сибири. Начиная с довольно древних времён, когда было сказано, что Россия будет прирастать Сибирью, ситуация не изменилась. Мы на самом деле развиваемся за счёт значительной части ресурсов Сибири и Дальнего Востока.

Ситуация с Южными Курилами отражает сложившийся статус-кво и результаты Второй мировой войны. Но мы не против того, чтобы туда приходили японские инвестиции, приезжали японские специалисты и мы совместно эксплуатировали эти острова.

Это не всегда отражается на стандартах жизни, которая там существует, но в целом это всё‑таки очень хорошая база для того, чтобы жизнь на Дальнем Востоке, в Восточной Сибири ничем не отличалась от московской жизни. Для этого просто нужно создать нормальную инфраструктуру и нормальную социальную среду, достигнуть нормальных социальных стандартов. Это абсолютно осуществимо.

Я только что был до приезда сюда в Хабаровске. Это развитый город на самом деле. И все, кто приезжает туда, понимают, что, с одной стороны, это город на Дальнем Востоке, с другой стороны – это город с крепкими европейскими традициями. Мы даже проводили там саммит Россия–Евросоюз, и наши партнёры по Евросоюзу были удивлены, что так далеко простирается Европа на Дальний Восток. Поэтому всё это разрешимо. Надо просто вкладывать деньги, надо улучшать стандарты жизни, и тогда жизнь в этих регионах ничем не будет отличаться от столичной. Это нормально.

Вопрос: Позвольте спросить в продолжение – верно ли, что Россия считает себя всё‑таки европейской страной? Многие республики бывшего Советского Союза – в Азии, значительная часть самой России тоже в Азии. Считаете ли вы себя в большей степени европейской страной?

Д.Медведев: Это такой вопрос, на который опасно давать однозначный ответ, потому что любой однозначный ответ начинает определённым образом толковаться. С одной стороны, с точки зрения доминирующей культуры очевидно, что Россия – европейская страна. Страна, которая формировалась, как часть Европы. И, несмотря на то, что она простирается от Калининграда до Дальнего Востока, тем не менее это всё‑таки страна с европейскими традициями.

С другой стороны, мы часть Азиатско-Тихоокеанского региона. Более того, мы создаём интеграционное объединение с нашими партнёрами – с Казахстаном и Белоруссией. Это интеграционное объединение, которое сейчас называется Таможенный союз, в будущем будет называться Евразийское сообщество. И здесь уже прямая индикация на Азию. Поэтому мы, конечно, воспринимаем себя и в том, и в другом качестве. И это абсолютно нормально.

Вопрос: Сейчас внимание многих приковано к предстоящим выборам в России. Собираетесь ли Вы в них участвовать? И второй вопрос. Российские и китайские компании более десяти лет обсуждают вопрос поставок российского газа и нефти в Китай. Когда можно ожидать подписания соответствующего соглашения?

Д.Медведев: Насчёт выборов – у меня было такое ощущение, что мы вроде рассказали о своих планах, я сказал о своих планах. Но если это требуется ещё раз сказать: да, я буду принимать участие в выборах.

У нас колоссальный потенциал существует на Дальнем Востоке и в Сибири. Мы на самом деле развиваемся за счёт значительной части ресурсов Сибири и Дальнего Востока.

Сейчас у нас идёт избирательная компания по выборам в парламент, то есть в Государственную Думу. Поэтому моё пребывание даже здесь ограничено определёнными временными рамками. 4 декабря эта кампания завершится, а ваш покорный слуга стоит во главе списка одной из партий, которая принимает участие в выборах в Государственную Думу, – партии «Единая Россия».

Если всё будет благополучно, если партия «Единая Россия» сможет удачно выступить, а также в случае, если наш кандидат победит на выборах Президента, то я собираюсь заняться работой в Правительстве. Я, наверно, сказал что‑то неожиданное, об этом никто не знал. Так что считайте, что это новое заявление, которое я сделал здесь, в Гонолулу.

Что касается вопросов поставки газа и нефти, то мы довольно активно поставляем сейчас нефть в Китайскую Народную Республику. У нас хорошие связи, контракты, рассчитанные на длительную перспективу.

Если говорить о поставках газа, то я только что отвечал на этот вопрос: мы завершаем наши переговоры. Здесь сидит председатель правления компании «Газпром» господин Миллер. Но, как говорил один наш литературный персонаж, «договор – это продукт непротивления двух сторон». У нас есть позиция, есть позиция наших китайских друзей. Эти позиции нужно максимально сблизить.

Вопрос только один: цена. Все остальные вещи понятны, определены. И по цене мы уже очень близки к тому, чтобы окончательно договориться. Так что я думаю, что в самом ближайшем будущем, в короткой перспективе мы договоримся и начнём осуществление этого крупного проекта. Мы каждый раз во время встреч с руководством Китая на эту тему говорим. И в последний раз, когда я встречался с Президентом Ху Цзиньтао, мы тоже говорили на эту тему.

Вопрос: Уважаемый господин Президент, отвечая на вопрос о Курилах, Вы сказали, что сначала должна идти экономика, а потом политика. Это абсолютно правильно. Экономическое сотрудничество позволяет решать проблемы, а политика иногда делает только хуже. У Китая также есть территориальные вопросы в отношениях с другими странами, в решении которых Россия могла бы быть посредником.

Д.Медведев: Это вопрос или это констатация? Мы только и делаем, что выступаем в качестве посредника. И я где только не посредничаю. У меня это занимает столько времени, что иногда просто его не хватает на то, чтобы заниматься внутренними делами. Я – профессиональный медиатор.

Вопрос: Могу я закончить наш разговор двумя вопросами? Первый касается кризиса в Европе. Насколько он, по Вашему мнению, серьёзен, какие могут быть последствия, станет ли он концом для евро и еврозоны или страхи преувеличены?

Д.Медведев: Я напомню, моя фамилия Медведев, а не Меркель и не Саркози – они бы, наверно, лучше на этот вопрос ответили, чем я. С другой стороны – может, и слава Богу, что у меня фамилия другая, потому что им труднее.

Если бы не было евро в качестве мировой резервной валюты, то в 2008 году и в 2009 году нам было бы сложнее. Наличие евро как глобальной резервной валюты помогает существованию всей финансовой системы.

Конечно, ситуация непростая. В то же время у меня есть своё ощущение. Оно заключается в следующем: если бы не было евро в качестве мировой резервной валюты, то в 2008 году и в 2009 году нам было бы сложнее. Сложнее было бы, кстати сказать, и американскому доллару. Поэтому наличие евро как глобальной резервной валюты всё‑таки помогает существованию всей финансовой системы. Это первое.

Второе. Евро обслуживает очень разные страны. И в этом, конечно, слабость конструкции. Потому как эта валюта была предложена для обслуживания государств, экономики которых очень сильно отличаются друг от друга. Но теперь с этим ничего не поделаешь. Теперь нужно из этой ситуации всем государствам Евросоюза вместе выходить.

Я считаю, что если будет запущен процесс так называемой евроинтеграции 2.0, то это может в конечном счёте нанести непоправимый ущерб самой идее евро. Потому что, если количество стран еврозоны будет уменьшаться, не факт, что это сделает евро более устойчивой валютой. Думаю, что всё‑таки тот курс, который в настоящий момент с таким колоссальным трудом, но всё‑таки согласован руководством Евросоюза, включая даже очень трудные решения по поддержке экономики Греции, – это всё‑таки правильное направление решения этой задачи. Поживём – увидим.

Мы, конечно, болельщики евро и болельщики экономики, которая связана с евро, потому что у нас очень большие золотовалютные резервы и почти половина валютных резервов Российской Федерации сконцентрированы в евро. Поэтому за судьбой евро внимательно наблюдает Китайская Народная Республика, наблюдаем мы, наблюдает целый ряд других стран.

Вопрос: Совершенно верно. И последнее. В следующем году Россия будет принимать саммит АТЭС во Владивостоке. Это будет большим событием. Какие вопросы вы будете выносить на повестку дня саммита?

Д.Медведев: Мы, не скрою, горды тем, что в 2012 году Россия принимает форум АТЭС. Мы сильно готовимся, у нас довольно значительное число крупных проектов реализуется во Владивостоке. Специально здесь присутствует и руководство Приморского края для того, чтобы поучиться у наших друзей из Соединённых Штатов Америки, для того, чтобы достойно провести этот форум.

Мы горды тем, что в 2012 году Россия принимает форум АТЭС. Мы готовимся, значительное число крупных проектов реализуется во Владивостоке. Не могу обещать, что будет такая же погода, как на Гавайях, но условия будут сравнимы.

Но это организационная сторона, хотя она очень важна. Что же касается повестки дня, то, на мой взгляд, она будет синтетической. Она будет соединять и то, чем мы занимаемся сегодня, потому что, я уверен, к сожалению, часть проблем из мировой экономики не уйдёт, они останутся. Часть задач, которые стоят перед Тихоокеанским регионом, тоже останется. И мы должны будем их вместе решать, идёт ли речь о торговле, идёт ли речь об энергетическом сотрудничестве, идёт ли речь о логистических возможностях или о продовольственной безопасности.

Кстати, все эти темы будут, безусловно, обсуждаться, а также энергетические вопросы, которые для России вполне органичны. Но мы считаем, что во взаимодополнении этих тем и будет специфика того форума АТЭС, который пройдёт во Владивостоке. Я сердечно приглашаю всех, кто присутствует здесь, в Гонолулу, на форум АТЭС, который будет в нашей стране, во Владивостоке. Уверен, что к тому времени мы сможем решить целый ряд задач.

С другой стороны, у нас останется огромное количество тем, которые нужно будет обсуждать в рамках бизнес-части форума АТЭС во Владивостоке. Уверен, вам понравится. Я не могу обещать, что будет такая же погода, как на Гавайях, но я обещал сегодня Президенту Обаме, что условия будут сравнимы, потому что это хороший сезон для Приморского края. Так что приезжайте, мы будем рады всех видеть.