Документ /

Президент в Кремле провёл рабочую встречу с Председателем Конституционного Суда Валерием Зорькиным.

В.Путин: Валерий Дмитриевич, добрый день!

В.Зорькин: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Я очень рад Вас видеть. Валерий Дмитриевич, Конституционный Суд является ключевым звеном всей правовой, судебной системы страны.

В.Зорькин: Один из «ключей».

В.Путин: Я очень рад с Вами сегодня увидеться и хочу ещё раз поздравить с государственной наградой. Спасибо Вам большое.

В.Зорькин: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я хотел прежде всего сказать о том, что мы подвели некие итоги за 2022 год (правда, к сожалению, не подготовлена ещё книга избранных решений, которую я Вам ежегодно вручаю) и по май нынешнего года, 2023-го.

Что я кратко в этой связи хотел сказать.

Примерно на том же уровне осталось количество жалоб и соответствующих решений Конституционного Суда. Поступает 12 тысяч [обращений] с некоторыми [колебаниями], плюс-минус, начиная с 2019 года. Из них решений Конституционного Суда получается примерно 3700. Почему получается эта разница? Потому что всё остальное – это фактически то, что не относится к полномочиям Конституционного Суда. Например, жалуются, что квартиру не дали, и так далее.

Почему мне бы хотелось обратить внимание на эту некую примерную стабильность – и в числе решений, и в числе жалоб? Помните, когда Россия вышла из Страсбурга [ЕСПЧ], и ещё чуть раньше были приняты поправки в Конституцию и был усложнён порядок доступа в Конституционный Суд – для этого требовалось пройти все инстанции, включая Верховный Суд, в отличие от прежнего порядка, когда можно было из Магадана прямо в Конституционный Суд обращаться.

Было много критических замечаний: доступ теперь закрыт, стало хуже и так далее. Вот статистика, пожалуйста: в 2019 году, в 2020-м, 2021, 2022-м, не знаю, как в 2023-м, примерно, по прикидкам, то же самое будет [количество обращений]. В этом смысле никакого «закрытия» [доступа] в Конституционный Суд не произошло.

Разница между решениями и жалобами получается тоже стабильная. Почему? Потому что граждане, какой-то круг граждан, научились правильно обращаться. Они прошли все инстанции – и без Страсбурга пошли к нам, получили результат. Я думаю, в этой связи работа зависит, конечно, не только от Конституционного Суда, но и от Верховного Суда. У нас в этом смысле, мне кажется, есть взаимодействие с точки зрения разграничения полномочий, координации и так далее.

Здесь мне хотелось бы что сказать? Тогда и сейчас, надо сказать, появляются некоторые соображения даже на высоких конференциях конституционалистов: давайте создадим ещё особое конституционное присутствие, помимо Конституционного Суда, в Верховном Суде, чтобы рассматривали и проверяли, нарушены ли конституционные права в деле.

Люди просто забывают, что судебная система у нас построена не так, как, скажем, в Германии, где верховный суд – это и есть конституционный суд.

В.Путин: Последняя инстанция.

В.Зорькин: Да. А у нас Верховный Суд, помимо этой кассационной роли, исполняет ещё и роль надзора. И в этом смысле это последнее прибежище в судах общей юрисдикции. С этой точки зрения Конституционный Суд всегда выступал против такого умножения сущностей, что называется, и разделения не потому, что мы «болеем» за то, что у нас будет меньше дел, а…

В.Путин: В практической плоскости такого вопроса нет, такой вопрос не стоит.

В.Зорькин: Да, мне кажется, это вполне объяснимо.

Ещё один момент, связанный с итогами, заключается в том, что примерно сохраняется в той же пропорции количество жалоб по предметам. На первом месте – гражданское право и гражданский процесс, предпринимательство. Второе – это уголовные процессы и уголовное право. Дальше идёт трудовое и социальное – то есть не на первом месте. Это тоже свидетельствует об определённой стабильности в этой сфере.

В.Путин: Конечно. Экономические отношения на первом месте.

В.Зорькин: На самом последнем месте – это жалобы, касающиеся политических прав и так далее. Казалось бы, предвещали, что в связи с той или другой ситуацией в стране всё это поползёт, но, как видно, мы же даём объективный срез, – людей больше заботят права, о которых я сказал. Причём, знаете, просто на порядок меньше в последней рубрике.

Безусловно, не без экзотики. Например, недавно мы приняли решение, связанное с искусственным…

В.Путин: Интеллектом?

В.Зорькин: С искусственным отцовством.

В.Путин: Экстракорпоральное оплодотворение.

В.Зорькин: Но сейчас, не могу ничего сказать, подняли идею трансгендерности. Я думаю, наверное, как-то законодатель будет решать. А для нас, что называется, «будет день, будет пища».

Но в целом то, что я сказал, – надо учесть, что ведь в 2020 году было изменено число судей Конституционного Суда – у нас было 19, стало 11, а нагрузка та же самая осталась на судей. Но я не думаю, что уплотнилось до такой степени, что непосильно было. Конституционный Суд справляется, потому что к тому же есть вполне работоспособный аппарат вспомогательный. Так что с этой точки зрения, мне кажется, всё нормально. Мы как судьи хотели до Вас довести это обстоятельство.

Я не знаю, у Вас какие-то будут вопросы?

В.Путин: Спасибо Вам большое за то, что рассказали.

В.Зорькин: Но, пользуясь случаем, – обнаружилось, что у нас в Конституционном Суде нашлась копия карты XVII века, составленная при Людовике XIV, то есть это середина, даже начало второй середины XVII века, составленная самими французами. Почему я привёз её? Владимир Владимирович, там нет Украины.

В.Путин: Да, конечно.

В.Зорькин: Нет Украины. Есть в двух местах край – край Речи Посполитой и край Казакии. И большое царство Российское.

Почему я всё же рискнул Вам показать [карту]? Потому что много было спекуляций насчёт того, где истоки, где, как и что образовалось.

В.Путин: Ну, мы знаем, что эти земли просто входили в состав Речи Посполитой, а потом попросились в состав Московского царства, вот и всё, и оказались в составе Московского царства. А уже потом, после Октябрьской революции, начали образовываться всякие квазигосударственные образования, а советская власть создала советскую Украину. Это хорошо известно всем. До этого никакой Украины не было в истории человечества.

В.Зорькин: Я Вам это сказал не потому, что все судьи сейчас Конституционного Суда привлечены к уголовной ответственности на Украине…

В.Путин: Да?

В.Зорькин: …за наши решения 2014 года и в связи с СВО, но ради истины, так сказать.

В.Путин: Ясно. Один из документов, конечно. Где она издана? Французская карта? Она в архиве хранится?

В.Зорькин: Да. Это копия, оригинал – во Франции, в Лувре.

И вот краткая аннотация [к карте] – здесь есть погрешности.

В.Путин: Да, входили в Речь Посполитую, естественно, не все территории советской Украины, а только северо-западная часть.

В.Зорькин: Конечно, я поэтому и сказал: здесь [в аннотации] редакционно чуть-чуть неправильно. Погрешности перевода.

Самое главное, что это не мы сделали, а французы.

В.Путин: Да, конечно. На карте отмечали то, что было в жизни, на земле.

В.Зорькин: Это уже было при воцарении династии Романовых.

В.Путин: Ясно. Спасибо большое.