Документ /

Владимир Путин встретился с лауреатами всероссийского конкурса «Учитель года России». В этом году в заключительном этапе конкурса участвовали 78 педагогов из всех федеральных округов.

Всероссийский конкурс «Учитель года России», учреждённый Министерством образования и науки России, Общероссийским профсоюзом работников образования и «Учительской газетой», проводится с 1992 года.

По окончании встречи, которая прошла в образовательном центре «Сириус», глава государства пообщался с воспитанниками учреждения, а также присутствовал на презентации анимационного фильма «Савва. Сердце воина».

Фильм создан по сценарию американского автора Грегори Пуарье, режиссёр – российский продюсер и композитор Максим Фадеев. Работа над картиной длилась семь лет, в ней приняли участие профессионалы из нескольких стран. Мультфильм, созданный на русском и английском языках, выйдет в Великобритании, Корее, Китае, Италии, Австралии, США, в Восточной Европе, Южной Америке и на Ближнем Востоке.

Стенографический отчёт о встрече

В.Путин: Дорогие друзья, добрый день!

Прежде всего хочу вас поздравить с недавно состоявшимся Днём учителя и, разумеется, с победой в таком престижном конкурсе, как «Учитель года России – 2015».

Такие встречи у нас, вы знаете, проходят регулярно, и мне особенно приятно, что мы сегодня собрались в «Сириусе» – в центре для подготовки особо одарённых детей. Но, конечно, мы должны думать – и, надеюсь, вы видите это – мы думаем о развитии всей образовательной системы. И, разумеется, это прежде всего отражается в ресурсах, которые государство направляет на эти цели.

Если сравнивать с 2005 годом, у нас в четыре раза выросли расходы на общее образование, и в консолидированном бюджете прошлого года это составило 1,4 триллиона рублей. Это значимая, солидная цифра.

Само собой разумеется, что очень важны условия, в которых вы и ваши коллеги работаете. В 2006 году соответствующим нормам отвечали около 40 процентов, даже меньше, сейчас – свыше 90 процентов средних учебных заведений.

И заработная плата учителей, это вам лучше известно, чем мне, естественно, без достойной заработной платы не повысить престиж учителя, этой профессии как таковой, важнейшей, безусловно, в любом обществе, и в нашем в том числе.

Если взять тот же 2005 год, то средняя заработная плата составляла 6,5 тысячи рублей, и это было 77 процентов от средней по экономике в стране. Сегодня у нас за прошлый год уже сложилась ситуация, когда средняя заработная плата преподавателя в школе превышает на восемь процентов среднюю по экономике и составляет 35 тысяч рублей.

Мы с вами знаем, и я это тоже хорошо знаю, что разброс достаточно широкий от региона к региону – я говорю о средней цифре, но всё‑таки это выше даже, чем средняя по экономике, на восемь процентов. Понимаю прекрасно, что денег никогда не хватает, и это, наверное, не должно быть пределом, но всё‑таки это объективные показатели.

[Доступ к интернету является] одним из таких объективных показателей, которые очень важны, если иметь в виду, что главное сегодня – не просто передать какие‑то знания, хотя это очень важно, но научить учиться, часто сейчас об этом говорим, имея в виду, что урок в школе – не единственный источник знаний… Так вот подключение к интернету в 2005 году было на уровне 3,7 процента от всех школ страны. Сегодня доступ к сети имеют более 90 процентов – 95 процентов. Это серьёзный действительно показатель.

Есть и вещи, которых раньше вообще не было. Например, в сельских школах вообще не было такого понятия, как школьный автобус. Сейчас 98 процентов сельских школ имеют возможность пользоваться этой услугой. Но есть и другие положительные моменты в развитии школьного образования.

Вместе с тем, безусловно, это само собой разумеется, даже в любой большой системе есть и проблемы, есть и то, что ещё нужно сделать дополнительно: нужно развивать систему образования, помогать нашему педагогическому корпусу.

Давайте сегодня об этом поговорим, имея в виду, что мы всё‑таки находимся в таком необычном образовательном учреждении, как центр по поддержке талантливых детей. У нас таких много: очень много людей, которые могут и хотят добиваться многого и в будущей профессии, и участвовать в делах страны хотят. Безусловно, от вас зависит очень много, чтобы подтолкнуть ребят в своём развитии именно по этим направлениям.

И вначале хотел бы что ещё сказать: сегодня у одного из коллег – это Сергей Сергеевич [Кочережко] – день рождения. Я Вас хочу сердечно поздравить и пожелать Вам всего самого доброго.

Вот всё, что хотелось бы сказать вначале.

(Обращаясь к С.Кочережко.) Давайте, Сергей Сергеевич, может быть, Вы начнёте?

С.Кочережко: Владимир Владимирович, во‑первых, позвольте от имени 15 лауреатов конкурса «Учитель года», от имени 77 финалистов конкурса «Учитель года» и от имени всего российского учительства Вас поздравить с прошедшим Днём рождения, пожелать Вам здоровья, пожелать Вам государственных успехов во благо нашей страны.

Можно задавать Вам вопросы?

В.Путин: Можно.

С.Кочережко: В этом году в моей семье произошло замечательное событие, у меня в феврале родилась дочка. Скоро ей будет восемь месяцев. И я, как работающий педагог, очень заинтересован проблемой детских садов. Я знаю, что эта проблема во многом уже сейчас решена, но у меня в связи с этим есть вопрос: как она будет решаться в дальнейшем?

И вопрос, который, может быть, покажется немножко узкоспециальным, но я знаю, что и сейчас, наверное, в некоторых регионах есть такая практика, и раньше была такая практика в некоторых регионах, когда дети практикующих учителей имели некоторые преференции при поступлении в детский сад. Не планируется ли возвращение к этой практике, возможно ли это или нет?

В.Путин: Вообще, практика преференций всегда не очень хорошая. Лучше создавать благоприятные условия, повышать заработную плату в зависимости от вклада и значимости того или иного вида деятельности для страны в целом.

Это вообще норма, которая должна регулироваться на уровне регионов Российской Федерации. Даже сами детские сады – это ответственность прежде всего регионов и муниципалитетов. Мы создали специальную, отдельную программу, понимая, имея в виду её масштаб, что регионам самим не справиться, именно поэтому включили сюда и федеральные ресурсы и регионам помогали соответствующим образом. Но если в каком‑то регионе такие решения будут приняты – что ж, будем приветствовать.

Программа должна быть закончена в ближайшее время. Мы дополнительные средства выделяем. Она пока не завершена, хотя в основном во многих регионах решена, в некоторых регионах решена полностью уже. Будем доводить до конца обязательно. Надеюсь, что и Ваша семья сможет этим воспользоваться.

С.Кочережко: Спасибо.

О.Корчагина: Владимир Владимирович, центр, в котором мы пребываем, удивительный. Нас здесь находится пять историков – финалистов конкурса. Очень хотелось бы, чтобы было ещё четвёртое направление – гуманитарное, чтобы историки здесь могли быть и филологи, победители в русском языке, в литературе, иностранных языках. Как быть с нами, гуманитариями?

В.Путин: Понимаете, я сейчас скажу, как рождалась эта идея. Не буду скрывать, что я один из авторов этой идеи. Она заключалась в том, чтобы собирать талантливых ребятишек, прошедших уже однажды первичную селекцию. Где это можно сделать? В специализированных школах, которые ещё со времён Советского Союза у нас активно функционируют и созданы были на всей территории бывшего Советского Союза. Это физико-математические школы – значит, математиков, химические – химиков.

У нас в последние годы были созданы школы с углублённым изучением биологии – значит, биологов, имея в виду высказывания академика Тамма, который сказал, что XX век был веком физики, а XXI будет веком биологии. Но и имея в виду специализированные школы при консерваториях, так называемые музыкальные школы-десятилетки, там уже первичный отбор проведён и довольно тщательно проведён, балетные училища, где тоже талантливых детей отбирают, спорт, имея в виду, что Сочи – это прежде всего Олимпиада зимних видов спорта, и здесь созданы очень хорошие условия для зимних видов спорта. Мы отобрали два из них: хоккей и фигурное катание. Вот, собственно говоря, мы по этой логике шли. Но я что‑то не припомню, какие у нас есть специализированные гуманитарные средние учебные заведения.

Отбор достаточно сложный. Даже члены попечительского совета, которые с каждой областью искусств работают, музыканты, даже среди школьников музыкальных десятилеток ещё проводили свой отбор. То есть селекция достаточно серьёзная.

Мы исходили из того, что в ходе 21-дневного посещения «Сириуса», этого центра, работа преподавателей здесь будет заключаться в том, что эта селекция будет продолжаться и здесь. Потом ещё должен быть произведён отбор. И этих ребятишек мы планировали, во всяком случае, мне бы очень этого хотелось, чтобы мы потом сопровождали дальше и по учёбе в школе, и по учёбе в высших учебных заведениях, вплоть до трудоустройства.

Это можно сделать в гуманитарных сферах, просто я не пойму, как проводить этот отбор, как селекцию эту проводить.

О.Корчагина: Мы думаем, может, это нужно пообсуждать?

В.Путин: Можно. Мы, кстати говоря, я не шучу, мы для этого и собрались здесь сегодня. Я сознательно хотел встретиться с вами не в Москве, а именно здесь, чтобы вы, во‑первых, посмотрели. Я исхожу из того, что в школах обычных, ординарных не создать условия пятизвёздочного отеля, которые здесь были изначально заложены, этого и не нужно, но стандарты работы с детьми здесь мы надеемся сформировать с помощью таких талантливых людей, как Вы, потому что и Вы прошли отбор сейчас. Конкурс был достаточно серьёзный. Сколько принимало участие?

С.Кочережко: На самом низшем уровне 40 тысяч.

В.Путин: 40 тысяч. Поэтому мне очень хотелось, чтобы вы здесь побывали, посмотрели. И я бы вас просил, чтобы в ваши рабочие графики работы – мы, если надо, поговорим с губернаторами, с соответствующими образовательными структурами – было вписано, вы могли бы сюда приехать, здесь какое‑то время провести, поработать с детьми, что‑то привнести своё. Ведь это же творческая профессия.

Можно, конечно, по лекалам и стандартам действовать. А если творчески подойти, так это же такая тонкая вещь – преподавание, в известном смысле – искусство. Поэтому если вы сюда что‑то будете привносить, это будет складывать стандарты, которые здесь будут внедряться, а потом лучшие практики можно было бы тиражировать уже на всю страну.

Давайте вместе подумаем. Если мы придумаем систему отбора – давайте сделаем.

Ю.Симакова: Можно продолжить мысль коллеги о значимости гуманитарного образования? Вы выступали здесь перед участниками программы «Сириуса» 1 сентября и совершенно справедливо заметили, что только нация с твёрдыми нравственными ориентирами может использовать достижения науки во благо. Так вот я думаю, что в советское время всем нам были очевидны нравственные ориентиры: труд во благо коллектива своей страны, нации в целом, это может быть объединение перед лицом врага во время войны. Что, по Вашему мнению, может стать таким нравственным ориентиром общенационального характера для современного подростка?

В.Путин: Вы знаете, мы ничего другого не придумаем. Я много размышлял на эту тему. Но, кроме патриотизма в самом хорошем, здоровом смысле этого слова и понимания, ничего другого придумать нельзя. Любовь к Родине нужно развивать. И конечно, главная миссия гуманитария, на мой взгляд, как раз в этом и заключается. Конечно, было бы неплохо осуществить Вашу идею. Надо подумать. Но в любом случае мы будем рады Вас видеть здесь в качестве преподавателей.

А.Пархоменко: Уважаемый Владимир Владимирович!

Меня как музыканта и как учителя очень волнует вопрос о «вымывании» отечественной культуры некими заимствованиями и западными, и тем, что мы называем сегодня субкультурами.

В.Путин: Мне всё время хочется сказать не «субкультуры», а «суп культуры», суповой набор такой. Вы правы.

А.Пархоменко: Ну да. Приставка сама по себе уже определяет.

В связи с этим – вопрос-пожелание. Грядёт 100-летний юбилей великого, гениального нашего композитора Георгия Васильевича Свиридова. Предусмотрена какая‑то монументальная пропаганда, говоря старым оборотом, то есть будет ли открыт памятник в Москве?

В.Путин: Вы правы, безусловно. У нас творчеству Свиридова, его наследию уделяется внимание, но меньше, чем он того достоин. Он выдающийся композитор. Это, безусловно, наша гордость. Мы на государственном уровне, не на уровне специалистов и любителей музыки, а на государственном уровне, к сожалению, этому должного внимания не уделяем. Я уже просил коллег на этот счёт подумать, Министерство культуры, мы обязательно к этому ещё раз вернёмся и найдём правильное решение.

А.Пархоменко: Я не спонтанно. На конкурсе мастер-класс был посвящён творчеству Свиридова, и никто в огромном зале не вспомнил, что в этом году 100-летие.

В.Путин: Да, Вы правы. Я разделяю Вашу озабоченность

А.Пархоменко: Спасибо большое.

В.Путин: Мы поговорим ещё обязательно.

А.Волкова: Добрый день! Мне безумно импонирует та ситуация, которая сейчас сложилась в системе образования, когда речь идёт уже не только о создании условий, но и об оценке качества того образования, которое в том числе и в школах осуществляется.

Здесь огромная благодарность не только экзаменационным материалам, то есть основной государственный экзамен, единому государственному экзамену, но и национальному исследованию качества образования. Волнует действительно вопрос о том, чтобы результаты данных исследований дошли непосредственно до учителя, для того чтобы учитель смог корректировать свою работу и понимать, что творчество – это хорошо, это здорово, но та ответственность, которую мы несём перед детьми, это действительно важно, что эта ответственность со стороны государства тоже контролируется.

В.Путин: Министерство должно, конечно. Если это не будет доходить до вас, то это не имеет смысла. Если это не будет иметь прикладного значения, а будет носить чисто теоретический смысл, то этого недостаточно.

А.Волкова: Здорово, что этот процесс пошёл. Очень важно, чтобы это действительно привело к хорошим результатам.

В.Путин: Мы понимаем, что без этого невозможно. Невозможно требовать от преподавателя, работающего в обычной школе, быть постоянно на уровне сегодняшних требований, если эти требования неясно сформулированы и если ему не подсказано, как добиться соответствующего уровня. Вы правы абсолютно. Мы думали над этим с самого начала, с момента начала всех преобразований в образовательной сфере. Конечно, нужно, чтобы это доходило до учителей, иначе смысла в этом нет.

Д.Ливанов: Мы как раз из этого исходим. В этом учебном году мы впервые начали национальное исследование качества образования по математике, русскому языку, информатике. Дальше оно, естественно, пойдёт и по другим предметам после 4‑го класса, после 7‑го класса. Цель очень простая – помочь тем школам и учителям, которые нуждаются в помощи, которые требуют действительно усиления и большего внимания к своей деятельности.

Поэтому здесь, конечно, глобальная задача – это повышение образовательных результатов всех школьников, но как средство мы, естественно, видим помощь учителям и школам.

В.Путин: Кстати говоря, хотел бы вернуться к тому, о чём Вы сказали: по поводу проникновения каких‑то культурных ценностей к нам из‑за границы. Я ничего здесь страшного не вижу, если это истинные культурные ценности.

А.Пархоменко: Совершенно верно.

В.Путин: Обмен – это абсолютно нормальный элемент развития. Мы не должны, не можем и не будем замыкаться в каком‑то коконе. Но нам нужно научиться отделять истинную культуру от субкультуры, которая не представляет ценности и, наоборот, уводит куда‑то в сторону.

А.Пархоменко: Все знают, наши первые композиторы до периода Михаила Ивановича Глинки учились в Италии, и петербургской капеллой руководили вначале итальянцы. Это было положительное влияние, потому что европейская музыка пришла к нам, и потом расцвело то же самое с художниками. Поэтому, безусловно, истинной культуре, истинным ценностям должна быть открыта широкая дорога, а вымывает как раз нашу культуру ширпотреб.

В.Путин: Совершенно верно, что проще и дешевле.

О.Рычкова: Владимир Владимирович, мы заговорили о качестве образования. Сегодня очень часто можно слышать мнение, что небольшая сельская школа не может дать качественного образования нашим ученикам. Я как раз представляю небольшую, глубоко сельскую школу, и такое мнение о нас, сельских учителях, несколько обижает.

Ежегодно наши выпускники поступают в высшие учебные заведения, в том числе в Петербурге, в Казани, в Москве. Наши выпускники также набирают на ЕГЭ 100 баллов.

Хочется узнать Ваше мнение по этому поводу. Насколько небольшие сельские школы могут надеяться в будущем на поддержку Президента?

В.Путин: Здесь несколько составляющих. Первая заключается в том, что содержание небольших школ обходится, мы это с вами хорошо знаем, дороже, чем содержание крупных образовательных центров. Первое.

В целом, если собрать десять маленьких школ, то они будут стоить дороже государству, чем один крупный центр, в котором учится столько же учеников. Но при этом мы, конечно, должны исходить из здравого смысла и иметь в виду огромные территории необъятной России. И невозможно подчас создать один-два, три центра на территории в тысячу квадратных километров, просто невозможно. И этого делать не нужно, не нужно превращать неплохие мысли, неплохие идеи в полную противоположность. Поэтому там, где без этого не обойтись, конечно, у нас должны быть небольшие общеобразовательные учебные заведения. И, разумеется, прежде всего речь идёт о сельских школах.

Но мы с вами понимаем, вы же специалисты, что оснастить современным высокотехнологичным оборудованием, проводить постоянную подготовку преподавательского состава, иметь какие‑то обмены в рамках крупного центра, конечно, легче. Это не значит, что мы должны согласиться с тем, – сейчас я подхожу к тому, что Вас порадует, – смириться с тем, что мы априори будем считать, что в сельских школах ниже уровень подготовки учеников, и с этим надо смириться. Нет, это значит только одно. Другое. Это значит, что сельским школам нужно уделить больше внимания, для того чтобы уровень подготовки преподавательского состава, учителей и уровень подготовки в связи с этим самих учеников был на уровне крупных образовательных центров, хороших, больших, в том числе городских школ.

Решить эту задачу посложнее, чем в Москве и Санкт-Петербурге. В Санкт-Петербурге куда ни посмотри – музей, понимаете? В течение получаса можно добраться до какого‑то музейного центра. В сельской школе это сложнее. Но это тоже можно сделать, имея в виду, например, что сейчас, скажем, Русский музей создал уже почти целиком «Русский музей в интернете». Но это значит, что сельская школа должна иметь доступ, должна иметь возможности и средства, чтобы пользоваться этим. Об этом нужно подумать. И, кстати говоря, не так уж это и дорого.

Это я просто привёл в качестве одного примера, а таких примеров наверняка больше. Так что сельская школа имеет право на существование и должна быть ничем не хуже, чем любое другое общеобразовательное учебное заведение.

И, безусловно, к этому надо стремиться, хотя это сложнее и для вас, преподавателей, и для муниципальных и региональных властей. Это нужно делать.

А.Рубин: Владимир Владимирович, во‑первых, хочу сказать большое спасибо за повышение интереса к учительской профессии, а во‑вторых, повышение престижа. Могу за себя и за своих коллег сказать с уверенностью, что мы все говорим о том, что работаем учителями с гордостью, и это, безусловно, заслуга Правительства.

Вопрос у меня такой. Я учитель начальных классов и ратую за то, чтобы мужчинам – учителям начальных классов быть, это во‑первых. А во‑вторых, воспитывая детей, а я детей вижу на всех своих уроках в течение четырёх лет, я вкладываю в них азы патриотического воспитания. В связи с этим я бы хотел задать Вам такой вопрос: какую книжку Вы бы посоветовали детям?

В.Путин: Вы знаете, Вы лучше посоветуете, чем я. И я сейчас скажу почему. У нас книжек с патриотическим содержанием очень много. Причём не просто книжек, а произведений таких, которыми можно гордиться.

Как бы мы о чём ни говорили, как бы мы ни спорили о творчестве Лермонтова, который писал: «Прощай, немытая Россия,/ Страна рабов, страна господ,/ И вы, мундиры голубые,/ И ты, им преданный народ», – но мы не должны забывать, он написал это в 1841 году, когда ехал на Кавказ воевать за интересы России. Это вещи, которые Вы наверняка знаете. И если Вы с таким знанием дела будете общаться с мальчишками и девчонками, и будете до них это доводить, и припоминать, что кроме этого у Лермонтова есть ещё «Бородино» и так далее, и так далее, – это приобретает совершенно другое звучание. И глубина творчества по‑другому раскрывается.

У нас много патриотических вещей, но только от таланта учителя, преподавателя зависит, как он сможет довести это. Не просто превратить это в знания, а превратить это в убеждения маленького человека, будущего полноценного гражданина страны.

М.Ахапкина: Владимир Владимирович, я преподаю иностранный язык, но поговорить с Вами я бы хотела о естественных науках, о химии. Вы сказали, что биология – это наука, по словам академика, XXI века. Мне кажется, не стоит ослаблять внимание к химии. Почему я об этом говорю? Потому что я из биологического наукограда, и у нас химики, биологи, в общем‑то, присутствуют в городе.

Сложилась такая ситуация, что сейчас, если вообще проанализировать состояние именно учителей химии, есть некие проблемы.

Во‑первых, если посмотреть на статистику конкурса, то у нас очень мало учителей-химиков вообще доходят до финального этапа конкурса. Это уже может говорить о том, что есть некие проблемы, наверное, с квалификацией. Также многие родители сетуют на то, что химическое образование в школе недостаточного качества. Причём я слышу это не только в своём родном городе, но и от людей, которые из разных уголков нашей страны.

У меня такое предложение и от нашего научного городского сообщества: нельзя ли уделить учителям химии особое внимание? Потому что жалуются люди, которые работают на химических комбинатах. У нас практически не хватает кадров, а химия для нашей страны – очень важная отрасль.

Начиная с учителей химии, мы растим дальше будущих химиков, тех, кто будет и на оборону страны работать, и так далее, оборонную отрасль. Химия, физика, а как же?

В.Путин: Да-да-да, согласен. Давайте подумаем, вот Министр слышит. Я согласен, конечно. Когда Тамм говорил о будущности биологии и её значении, думаю, что он не исключал важность и других дисциплин, тем более что мы с вами знаем, что все современные открытия делаются на стыке. Но, безусловно, химия заслуживает того, чтобы ей уделили особое внимание. Конечно, это важнейшее направление развития науки, образования. Попросим Министерство, это их, конечно, работа напрямую, чтобы они посмотрели на неё.

Д.Ливанов: Владимир Владимирович, у нас сейчас действительно практически нет вакансий учителей в школах, они все заполнены. Но в некоторых регионах, особенно в сельских школах, действительно ещё есть пока проблемы с обеспеченностью учителями, в частности химии, физики, математики – в основном естественных наук. Мы сейчас уделяем специальное внимание повышению привлекательности именно этих учительских профессий. Здесь, конечно, надо целый ряд мер предпринять, для того чтобы таких учителей стало больше, и самые талантливые выпускники школ были в большей степени мотивированы на то, чтобы идти действительно на химический, физический, математический факультеты педвузов. Это действительно очень важная задача.

М.Ахапкина: Можно ещё одно маленькое уточнение? Говорят, что сейчас очень много закрывают химических факультетов в педвузах.

Д.Ливанов: Нет, такого быть не может, ничего не закрывается.

М.Ахапкина: Нет? Хорошо.

Д.Ливанов: Здесь, конечно, важно, чтобы выпускники химических факультетов были заинтересованы работать в школе. Это, мне кажется, самое важное, потому что в последние несколько лет, даже, может быть, 10–15 лет, мы видели, что система педагогического образования работает, а в школах есть вакансии, то есть выпускники не идут, за исключением, работать в систему образования. Сейчас эта ситуация исправилась фактически, вакансий практически нет. Но есть ещё отдельные области, где действительно нужно усилить работу, в том числе естественные науки: химия, биология, физика, математика.

В.Путин: Так что реакция Министерства положительная. Будем надеяться, что это всё будет осуществлено.

М.Ахапкина: Спасибо.

Л.Палий: Владимир Владимирович, я учитель физической культуры, и приоритетом для меня является физическое воспитание и воспитание культуры здорового образа жизни.

Хотелось бы поблагодарить образовательный центр «Сириус», где можно ещё к образовательному написать «здоровьесбережение». Мы знаем, какой контингент детей сюда попадает – это дети успешные, дети, добившиеся результатов, прошедшие через стрессоопасную ситуацию, как спортсмены, которые выходят на высокий уровень подготовленности. В каждой школе по Вашему идейному проекту ГТО ведётся работа.

В.Путин: Реально идёт?

Л.Палий: Да, реально идёт, могу подтвердить на своём примере, на примере образовательного учреждения, в котором я работаю. Это город Котовск, Тамбовская область. Мы создаём условия для развития интереса успешной сдачи нормативов ГТО. Что может школа предоставить? Именно создание условий. Мы работаем в этом направлении.

Успешность, мотивация, хотелось, чтобы на выходе ученики старших классов были мотивированы. Всё‑таки там нормативы – ступени по возрастной категории на уровне первого взрослого или кандидата в мастера спорта, если так реально расценивать.

Ребёнок должен заниматься этим, как говорится, отдавая этому большую часть времени. Но отрадно заметить, что мировоззрение меняется и, проводя конкурсный урок в городе Казани в 5‑м классе, когда у меня был с учениками небольшой диалог по ГТО, они мне начали градацию ступени с бронзового норматива. Это приятно осознавать, значит, для них пойти и принять участие в сдаче комплекса ГТО – это не заоблачные высоты, когда «золотой» уровень напряжения, а просто мотивация, первая ступенька. Вот и хотелось бы, чтобы выпускники школ были мотивированы, и награждённые золотым значком ГТО имели чёткое, универсальное ранжирование баллов при приёме, допустим, и всё универсально, для всех вузов, а не только специализированных, где спорт приветствуется. Как‑то вот этот вопрос можно решить на уровне государства?

В.Путин: Ну да, это тоже.

Л.Палий: Интересно, да, это всё‑таки нужно поощрять.

В.Путин: Надо проработать это, с регионами проработать нужно.

Но вот я прослушал, Вы сказали про какие‑то разряды, про кандидатов в мастера и так далее.

Л.Палий: Уровень подготовленности. Даже если пробежать 100 метров выпускнику старших классов, там нужно уже бежать по первому взрослому разряду. Нормативы достаточно достойные, да.

В.Путин: То есть жёсткий норматив?

Л.Палий: Это золотой уровень, это уже верхняя ступень. А бронзовый и серебряный – это вполне нормально. В рамках полутора часов ежедневных занятий всё это вполне достижимо.

В.Путин: Так, и чего не хватает‑то?

Л.Палий: Нет, хватает всего. Хотелось бы на выходе с баллами определиться, которые будут добавляться к ЕГЭ за все эти достижения.

В.Путин: А, понятно.

Д.Ливанов: Мы сейчас даём возможность вузам самим принять решение, в какой степени учитывать эти баллы при зачислении.

В.Путин: Да, я знаю эту дискуссию, конечно, это понятно.

Давайте я не буду давать сейчас ответ. Я вижу сложную дискуссию по поводу этих баллов, по ЕГЭ. Но хотя не могу с вами не согласиться в том, что нужно стремиться к повышению двигательной активности ребятишек, с тем чтобы они были здоровы, дееспособны. Вопрос только в том, что не все всё‑таки могут по ряду объективных причин. И как бы не получилось так, что у одних больше баллов, а у других меньше в силу объективных причин, по здоровью они не в состоянии получить эти баллы. С этим надо разобраться.

Л.Палий: Да, деликатная тема. Спасибо.

В.Путин: А так мы Вас слышим, знаем, тоже думаем над этим.

А.Шелия: Вопрос касается педагогического образования. Я молодой педагог, стаж у меня небольшой.

В.Путин: Мы видим.

А.Шелия: В школу я пришла из классического вуза и столкнулась с очень сложной ситуацией, когда знание нормативно-правовых документов, методики преподавания – это очень большой вызов для педагога. И даже когда молодые специалисты приходят в школу из педагогического вуза, проходя педагогическую практику, на мой взгляд, этой практики бывает недостаточно. Потому что мы знаем, что действует профессиональный стандарт педагога. Я уверена, что все присутствующие коллеги его поддерживают. Потому что требование к личности педагога должно быть высочайшим. Как Вы считаете, возможно ли при этом увеличить компонент педагогической практики для студентов педагогических вузов?

В.Путин: Конечно. Если вы чувствуете, что этого не хватает, то конечно, нужно эту практику в отношении практики обобщить и соответствующие рекомендации сформулировать.

Д.Ливанов: Они есть.

В.Путин: Надо посмотреть, конечно.

Здесь ничего необычного нет, это ординарная работа вуза, собственно говоря. Не хватает в подготовке специалистов практических навыков? Их нужно просто увеличить, и всё. Я сейчас не берусь делать обобщение, потому что их можно делать только на основе достаточно обширных данных, это, может, вашим чего‑то не хватает, а у других достаточно. Поэтому нужно это обобщить и принять соответствующее решение.

А.Воробьёв-Исаев: Владимир Владимирович, я учитель истории. «Сириус» для меня открытие. Также открытие, насколько я знаю, для всех моих коллег, которые здесь сегодня присутствуют. Это уникальное учреждение.

В.Путин: Вы историк тоже?

А.Воробьёв-Исаев: Я историк, да.

Это учреждение, в котором сочетаются исследования, творчество и здоровье. И как я сейчас вижу «Сириус», здесь естественным образом формируется патриотизм.

У меня вопрос заключается в следующем. Я понимаю, что тот опыт, который здесь накапливается, должен транслироваться в российское образование. Но возможна ли организация подобных учреждений на местах, то есть хотя бы на региональном уровне, чтобы была выстроена единая система работы с одарёнными детьми по всей стране?

В.Путин: Очень бы хотелось. Это вопрос, конечно, финансового обеспечения. Я могу ошибиться в окончательной цифре, но мы выкупили это здание у бизнеса, не помню за сколько.

Д.Ливанов: Три миллиарда?

В.Путин: Больше. В общем, речь идёт о миллиардах рублей. Выкупили просто у бизнеса, государство выкупило. И кроме этого, для ребятишек-спортсменов мы ещё сейчас к нему присоединим и хоккейный стадион, и ещё один лёд для фигуристов.

Здесь был во время Олимпиады огромный медиацентр, в четыре Красных площади. Тоже хотим забрать, чтобы там для музыкантов сделать театр. Причём мне бы хотелось, чтобы небольшой театр, на тысячу зрителей, но был построен лучшими специалистами в этой области – японской компанией, чтобы там дерево было нужного качества и так далее, чтобы ребятишки ещё могли выступать здесь публично. Это затратная история.

Конечно, было бы очень хорошо, если бы регионы подхватили эту идею, и в регионах начали бы создавать подобные центры. Но совершенно точно мы хотим, чтобы «Сириус» был связан с себе подобными центрами в регионах страны, чтобы сеть такая создавалась.

В.Воробьёв-Исаев: Мы в целом также это всё видим, потому что все ниточки должны сходиться к «Сириусу». Здесь возможен какой выход? Каждый регион чем‑то выделяется: кто‑то в спорте, кто‑то в искусстве, кто‑то в науке. Может быть, отдельные составные части, которые сходятся в «Сириусе», но чтобы на местах, в регионе… Одарённые дети не только в специализированных школах обучаются.

В.Путин: Да, конечно. Надеюсь, мы поработаем ещё с губернаторами.

Пожалуйста.

А.Пархоменко: Я в связи с ниточками. Позволите?

Сейчас пришла только мысль в голову: а возможно ли в дальнейшем организовать здесь иностранные смены, чтобы приглашать детей из ближнего и дальнего зарубежья и таким образом транслировать наши достижения, нашу культуру, нашу в некотором смысле идеологию туда?

В.Путин: Знаете, у меня идея изначально заключалась в том, чтобы ничего не транслировать, во всяком случае, здесь такой цели не было, а просто поддержать талантливых ребят России, поддержать их, с тем чтобы не растерять этот потенциал. Это у нас как раз иностранцы сажают на гранты ещё со старших классов некоторых через систему олимпиад, квазиолимпиад и так далее. И мне хотелось создать свою систему, отечественную систему отбора, подготовки и сопровождения талантливых молодых людей, как я уже говорил, вплоть до высшей школы, и дальше до трудоустройства, чтобы они и здесь у нас работали.

Если иметь в виду ваше предложение, которое должно тогда заключаться не в том, чтобы тут транслировать, назад возвращаясь, чтобы они здесь оставались, вот тогда да, в принципе это возможно. И в общем и целом здесь ничего плохого‑то нет. Ведь мы же не стонем по поводу того, что у нас специалисты высококлассные в различных областях, в том числе, скажем, в области музыки, уезжают и работают за границей. Ничего плохого нет, если будут приезжать и учиться, и работать потом в Российской Федерации.

Мы с одним из близких наших союзников – с Белоруссией – договаривались, что ребятишки оттуда тоже будут приезжать. Можно, конечно, это расширять, но имея в виду всё‑таки конечную цель, о которой я сказал, чтобы здесь собирать талантливых ребятишек, ещё раз отбор проводить и потом сопровождать их вплоть до трудоустройства.

А.Пархоменко: Прекрасно. Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста.

Р.Ронжина: Владимир Владимирович, планируется ли в этом центре работа с талантливыми, одарёнными детьми с ограниченными возможностями здоровья?

В.Путин: Я думал об этом. Здесь для этого есть все условия. Вопрос в чём? Вопрос в селекции этих талантливых ребятишек. Если ребёнок талантлив в математике, в физике, в биологии, в любом виде, или даже он занимается, допустим, спортом по известным направлениям для людей с ограниченными возможностями, почему нет? И здесь для этого есть все условия, здесь же безбарьерная среда создана везде. Поэтому у нас вопрос только отбора и формирования соответствующих групп. Но это следующий этап. Конечно, мы думали об этом.

О.Рычкова: Владимир Владимирович, в продолжение разговора о детях с ограниченными возможностями здоровья. В силу своих особенностей развития некоторые не могут посещать школу и обучаются на дому. Но среди них тоже дети с сохранным интеллектом, со способностями. Мы, говоря о равных правах всех категорий детей, одновременно с этим видим на практике то, что детям-надомникам нагрузку дают в три раза меньше, чем у ребёнка в школе. Можно ли действительно равные права сделать равными? Если говорить об учениках начальных классов, то на дому ему отводят восемь часов, тогда как в школе ребёнок более 20 часов обучается. Как такой ребёнок может освоить программу или даже проявить свои способности?

В.Путин: Если по‑честному, я даже в первый раз об этом слышу. Я считаю, что для всех одинаковые программы… Надо корректировать тогда. Надеюсь, нас тоже услышат коллеги, и прошу министра тоже соответствующим образом отреагировать на это.

О.Рычкова: Моя дочь протарифицирована на восемь часов, тогда как дети 20 часов с лишним изучают в школе.

В.Путин: Ну да. Вы сами преподаватель, вы можете позаниматься. Но другие дети такой возможности не имеют.

О.Рычкова: Нужны учителя.

В.Путин: Да, я понимаю. Я, честно говоря, думал, что у всех одинаковое количество.

О.Рычкова: Нет.

В.Путин: Хорошо, я услышал. Спасибо, что сказали об этом. Не будем считать, что Вы на кого‑то нажаловались.

О.Рычкова: Я за всех детей выступаю.

В.Путин: Я понимаю, а то услышат, не так поймут, как по поводу стихотворения, которое я цитирую. Продолжение знаете какое в этом стихотворении насчёт России: «Быть может, за стеной Кавказа/ Укроюсь от твоих пашей,/ От их всевидящего глаза,/ От их всеслышащих ушей».

А.Пархоменко: Кстати говоря, это стихотворение в рукописи так и не нашли. Нет рукописи этого стихотворения. В списках есть. Может быть, и не Лермонтов.

В.Путин: 1841 год – поэтому. Говорят, по дороге на Кавказ писал.

А.Пархоменко: У меня мама из Пятигорска. Я эти места очень хорошо знаю, лермонтовские именно.

В.Путин: Здорово, красивые места.

А.Пархоменко: Всегда удивлялся, почему такие стихи.

В.Путин: Михаил Юрьевич был сложный человек, и жизнь непросто складывалась, и несправедливости было много, он боролся с ней, но это не значит, что он не любил страну. Наоборот, он любил её, может быть, больше, чем те, кто всё время восхвалял всякого рода начальство. Ну ладно.

О.Рычкова: Владимир Владимирович, Вы очень хорошо знаете историю.

В.Путин: К сожалению, не очень хорошо. Но…

О.Рычкова: Каких историков, учёных Вы читаете?

В.Путин: Нашего Карамзина, Соловьёва. Я не просто читаю, а иногда, когда нужно, когда большие бывают публичные выступления, я с ними работаю. Открываю книжечки, просто сижу с карандашом в руках, с авторучкой, выбираю. Например, по крымской проблематике: внимательно посмотрел, как Соловьёв описывает крещение, князя Владимира и потом, последующие события, связанные с крещением Руси. Это очень важно.

О.Рычкова: А из современных? Современных учёных не смотрите, не читаете?

В.Путин: Из современных – нет. Я с ними иногда встречаюсь. Они мне так всё рассказывают.

Хочу вас поздравить ещё раз с тем, что вы стали победителями, лауреатами. Сергей Сергеевич у нас абсолютный чемпион, победитель. Всех поздравляю. Сергея Сергеевича – особенно, имея в виду, что сегодня День рождения у него.

Надеюсь, что вы здесь побываете ещё неоднократно, поработаете, и отсюда тоже импульс будет идти и в ваши учебные заведения, к вашим коллегам, которые рядом с вами работают.

И я просил, чтобы вас ещё оставили здесь на «Формулу‑1». Вы остаётесь?

Реплика: Да, спасибо.

В.Путин: Когда вы ещё приедете на «Формулу‑1»? Мне кажется, что это любопытно, расширяет кругозор. Увидеть там почти ничего невозможно, почти все, кто сидит на трибунах, потом уйдут и смотрят потом по телевизору, потому что они проносятся – вжик! – за одну секунду.

Спасибо вам! Удачи!