Выступления и стенограммы /

Дмитрий Медведев ответил на вопросы журналистов по итогам визита в Иорданию и Палестину.

* * *

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, расскажите об итогах Вашего визита на Ближний Восток. А также, может быть, расскажете, какова позиция России в отношении возможного проведения Совета Безопасности ООН, на котором Палестина хотела бы объявить в одностороннем порядке о своей независимости? И будет ли Россия проводить консультации с Израилем по этому вопросу?

Д.Медведев: Итоги визита я кратко готов подвести. Они заключаются в том, что мне удалось провести консультации с нашими близкими партнёрами. Имею в виду и Администрацию Палестины, в частности, Президента Палестины и главу Национальной администрации Махмуда Аббаса, и здесь, в Иордании, с его величеством Королём Абдаллой II.

Обе страны, оба этих визита, это для нас не просто встречи, это наши партнёры на Ближнем Востоке. Палестина понятно находится в каком положении. Мы много говорим о том, как вывести на нормальный уровень процесс урегулирования. Мы проводим консультации в рамках «четвёрки» и в рамках других институтов. Здесь была возможность проконсультироваться с нашими ближайшими партнёрами, непосредственно прикоснуться ко всем этим проблемам, что называется, воочию. Это было очень полезно и для того, чтобы сохранять, что называется, прямой контакт с нашими коллегами, и для того, чтобы придать какие‑то импульсы переговорному процессу. В ближайшее время начнутся консультации в Мюнхене, там будет встреча «четвёрки» посредников. Надеюсь, что определённые рекомендации мы дадим.

Что касается тех процессов, которые идут в Организации Объединённых Наций, и тех предложений, с которыми выступила палестинская администрация, то, вы знаете, мы свои позиции сформировали очень давно, ещё в конце 80-х годов. И даже те процессы, которые сейчас идут по признанию, по определению отношения к Палестине среди, скажем, латиноамериканских стран, мы же всё это давно прошли. Все приоритеты, которые мы формулировали, остались прежними. Я об этом говорил и ещё раз могу сказать, что мы выступаем за создание современного, национального, ориентированного в будущее, единого по территории государства Палестина с соответствующим центром – столицей в Восточном Иерусалиме. Здесь тоже нет ничего сверхъестественного, нового. Это позиция, которую мы неоднократно заявляли.

В зависимости от того, как будут проходить консультации, мы будем определяться и с тем, каким образом поддерживать наших палестинских коллег. Мы будем проводить консультации со всеми сторонами и обязательно будем консультироваться с нашими израильскими партнёрами.

Все приоритеты, которые мы формулировали, остались прежними. Мы выступаем за создание современного, национального, ориентированного в будущее, единого по территории государства Палестина с соответствующим центром – столицей в Восточном Иерусалиме.

В ближайшее время в рамках моей поездки в Давос я собираюсь встретиться с Президентом Пересом, по всей вероятности, через какое‑то время состоится встреча с премьер-министром. Так что эти контакты тоже не будут забыты, потому что невозможно урегулировать палестинскую проблему, не общаясь с израильтянами, это очевидная вещь.

Но есть целый набор вопросов, на которые нужно дать ответы. Один из них сегодня обсуждает практически всё мировое сообщество, это вопрос поселенческой активности. Здесь, по‑моему, сегодня практически у всех участников переговорного процесса, и у европейцев, да и у американцев, позиция предельно простая, наша позиция такая же. Она заключается в том, что такого рода активность должна быть прекращена как минимум на время и не должна блокировать проведение переговоров. То есть для того, чтобы проводить полноценные переговоры, надо, чтобы эта поселенческая активность была приостановлена, а как максимум для того, чтобы [Палестине] создать независимое государство, Израиль от неё должен отказаться. Но это лишь часть проблемы (может быть, такая наиболее выпуклая), есть и другие проблемы.

Что же касается наших двусторонних отношений, то и отношения с Палестиной, и отношения с Иорданией – это устойчивые дружеские и партнёрские отношения.

Палестинцам по понятным причинам мы помогаем прежде всего в обретении государственности, помогаем в качестве одного из коспонсоров переговорного процесса. Но это не означает, что мы не оказываем финансовой поддержки, мы её оказываем, не оказываем поддержки другими способами. Естественно, всё это будет продолжено.

Что касается наших отношений с Иорданией, то это наш очень близкий партнёр на Ближнем Востоке. У нас действительно очень добрые, исторически сложившиеся отношения, ещё сформировавшиеся во времена Короля Хусейна, и сейчас они очень хорошо развиты.

Сегодня мы говорили о продвижении очень крупных проектов с его Величеством и с правительством Королевства. В частности, по созданию так называемых мегапроектов, мы хотели бы в них поучаствовать. Одна из идей касается создания атомной станции. Наши иорданские друзья собираются объявлять конкурс, мы собираемся в нём принять участие. Кто победит, поживем – увидим, это зависит от того, насколько конкурентным будет наше предложение.

Так что я доволен итогами визита, несмотря на то, что этот визит мог быть шире по объёму, но в силу известных причин оказался чуть меньше. С другой стороны, произошло то, о чём я вчера сказал на своей пресс-конференции в Палестине. Впервые лидер крупного государства совершил абсолютно автономный визит в Палестинскую автономию. Думаю, что это первый, но не последний визит. Реакция, что называется, зала, реакция ваших коллег, прежде всего с палестинской стороны, была, мне кажется, вполне очевидным ответом.

Не знаю, как вам здесь нравится, но мне кажется, что всё‑таки в этом месте что‑то есть особенное.

Позиции Организации Объединённых Наций, Евросоюза, Соединённых Штатов Америки (что не всегда так бывало) и Российской Федерации по текущей ситуации на Ближнем Востоке очень во многом совпадают.

Реплика: …экономические проекты, о которых Вы… (одновременно звучит несколько вопросов)

Д.Медведев: Только не все вместе. Ладно? Я не Юлий Цезарь, который мог всё делать одновременно.

Вопрос: Вы сказали про экономические проекты, которые сегодня обсуждались. Россия в последние годы вообще демонстрирует довольно конкретное упрощение экономических контактов с арабскими странами. Сегодня было подписано Соглашение.

А не получается ли так, что Россия в погоне за экономикой чрезмерно сближается с арабским миром?

Д.Медведев: Невозможно с кем‑то чрезмерно сблизиться, если это основано на взаимной симпатии, на желании совместно работать и даже совместно деньги зарабатывать, экономику осуществлять.

Почему мы слишком близко подходим друг к другу? Нет. Мы, кстати, никогда и не отходили от арабских стран. Вы знаете, какие отношения были исторически у Советского Союза с арабским миром. Мы не хотели бы их терять. Это не означает, что отношения с арабским миром должны идти в ущерб отношениям с другими странами. Нет, конечно. Мы хотели бы развивать со всеми отношения. Но чем продвинутее, чем более мощными будут наши отношения с арабскими странами, тем, мне кажется, лучше для общей ситуации на Ближнем Востоке, да и для нас неплохо. Так что будем по полной программе с ними развивать отношения.

Вопрос: Можно чуть подробнее об этом месте? Уникальное место, удалось ли почувствовать энергетику, удалось ли уже, я не знаю, умыться?

Д.Медведев: Нет, ещё не удалось.

Вопрос: Собираетесь ли Вы окунуться в Иордане?

Д.Медведев: Собираюсь сейчас это сделать, обязательно сейчас пойду, во всяком случае, умоюсь – это точно. Если вас рядом не будет, то, может, и окунусь (смех).

А насчёт места, знаете, мне кажется, место это абсолютно уникальное. Если по‑честному, здесь желательно находиться совсем одному, чтобы рядом никого не было, для того чтобы проникнуться и местом, и самим моментом. Но даже в такой большой компании у меня есть ощущение того, что это абсолютно необычное, уникальное место. Как у вас ощущения?

Реплика: То же самое, тем более что у нас была возможность побыть здесь чуть побольше.

Д.Медведев: Побыть здесь одним. Понятно.

Реплика: Надеемся ещё тоже походить немножко, подышать.

Д.Медведев: Сейчас погода такая чудесная, здесь тепло, и в то же время не жарко, летом так не походишь.

Реплика: Таких мест в мире немного – мощная энергетика.

Д.Медведев: Абсолютно, и с духовной точки зрения абсолютно уникальное, это даже как бы нет смысла анализировать, это нужно просто принимать. Оно и с географической точки зрения уникальное, потому что это одна из самых низких точек на планете. Это, конечно, создаёт определённые ощущения.

Реплика: Про Палестину просто хотел уточнить один вопрос.

Д.Медведев: Пожалуйста, конечно.

Вопрос: Россия говорит о признании неотъемлемого права на создание независимого государства, означает ли это, что Россия уже признаёт независимость Палестинского государства? Вот как тут? Просто есть моменты, очень хотелось понять.

Нужно обязательно продолжить поиск компромиссов и обязательно выйти на решение этой проблемы, потому что поселенческая проблема блокирует всё [на Ближнем Востоке]. И наши израильские друзья это должны понимать.

Д.Медведев: Это всё вопросы скорее формального порядка, потому что Россия имеет уже дипломатические отношения с Палестиной. У нас есть представительство, у нас есть представитель, который наше государство представляет в отношениях, у нас есть самые разнообразные, очень многоаспектные отношения с Палестиной, мы встречаемся с руководством Палестинской автономии на высшем уровне. Всё это в комплексе и означает наше отношение к Палестине как к правосубъектному образованию.

Это тем не менее не отменяет того, что Палестине ещё предстоит пройти остаток пути, связанный с созданием самостоятельного, независимого государства. Скажем так, Палестина сейчас находится на пути этого создания. После известных решений ООН и до сей поры Палестина проходит свой очень тяжёлый, крайне драматический путь. А степень развитости правосубъектности Палестинской автономии – это пусть юристы на эту тему рассуждают. Вот так я отвечу.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, кажется Вам, что Россия из ближневосточного квартета наиболее эффективна, имеет самые большие шансы стать альтернативным переговорщиком, в то время как ООН, Соединённые Штаты и Брюссель пока были не в состоянии?

Д.Медведев: Мне кажется, что лучше нас не делить внутри этого квартета, иначе все начнут надуваться и говорить о том, что россияне какой‑то свой путь избрали. Мы хотим все вместе работать.

Кстати сказать, в нынешней ситуации позиции Организации Объединённых Наций, Евросоюза, Соединённых Штатов Америки (что не всегда так бывало) и Российской Федерации по текущей ситуации на Ближнем Востоке очень во многом совпадают. Да, американцы не хотят, например, голосовать за часть резолюции. Мы в принципе готовы идти так далеко, как будет готово идти в целом мировое сообщество в поддержке усилий палестинцев на уровне Организации Объединённых Наций. Мне не хотелось бы, чтобы мы отделялись от этого процесса. Наша сила именно в том, что мы вместе. Только таким образом можно постараться найти компромисс, который устроит обе стороны: и палестинцев, и израильтян. Только в результате такой работы можно это сделать. У всех свои плюсы, у всех свои минусы. Не секрет, что американцы имеют очень большое влияние на Израиль. Ни одна другая страна такого влияния не имеет. Можно сказать и наоборот, Израиль имеет большое влияние на Соединённые Штаты Америки. У нас хорошие отношения с арабским миром, в то же время у нас хорошие отношения с государством Израиль. В этом смысле у нас тоже есть свои возможности. В Израиле большая русскоговорящая диаспора. То есть все должны применять свои способности, для того чтобы наконец эту проблему решить.

Мы вчера на эту тему за ужином говорили с Его Величеством. Очевидно, что если человечество, в широком смысле этого слова, эту проблему за ближайшие годы не решит, она может быть катализатором крайне опасных тенденций на Ближнем Востоке, включая радикализацию различного рода религиозных движений, поддержку экстремизма, терроризма. А узел проблем как раз в том числе здесь – на Ближнем Востоке, на палестинской улице, в некоторых других местах, поэтому эта задача номер один на ближайшее время.

Вопрос: Господин Медведев, Вы не считаете, что именно санкции Израилю создадут, чтобы они остановили всё‑таки переселенческую деятельность…

Д.Медведев: Вы знаете, санкции вообще вещь не очень продуктивная, хотя иногда приходится на эти санкции идти. Вопрос в том, возможны ли санкции или невозможны санкции. В определённой ситуации человечество и объединённые нации должны использовать весь ресурс правовых инструментов. Надеюсь, что это не та ситуация, тем более что если говорить о перспективе какого‑либо рода санкционного давления на Израиль, думаю, что это нереалистично в виду позиций отдельных постоянных членов Совета Безопасности. Вы сами понимаете, о ком я говорю. Тем не менее нужно обязательно продолжить поиск компромиссов и обязательно выйти на решение этой проблемы, потому что поселенческая проблема блокирует всё. И наши израильские друзья это должны понимать.