Константин Чуйченко принял участие в работе Петербургского международного экономического форума – 2019

Заместитель Председателя Правительства – Руководитель Аппарата Правительства выступил на сессии «”Регуляторная гильотина”. Новый взгляд на старые требования».

Из стенограммы:

К.Чуйченко: Добрый день, уважаемые друзья!

Мы ранее говорили, что решили проблему регулирования контрольно-надзорной деятельности разбить на два направления: материально-правовое и процессуальное. В прошлый раз мы говорили больше о процедурах. Уже идёт обсуждение процессуального закона. Это достаточно хороший продукт. Понятно, что он, может быть, в чём-то ещё несовершенен, но у нас есть время. Я всех призываю присоединиться к этому обсуждению и давать свои замечания, предложения. Мы обязательно всё изучим. Обещаю, что это всё найдёт отражение в наших обсуждениях, дискуссиях. Если мы в чём-то неправы, мы сделаем всё, чтобы истина, как говорится, максимально приблизилась к этому законопроекту.

Что касается законопроекта, который появился сегодня на сайте. Здесь ситуация сложнее, потому что у нас в юридической науке, да и вообще в науке, которая занималась, а может быть, даже не занималась контрольно-надзорной деятельностью, не был сформирован правовой институт обязательного требования. Мы впервые приблизились к снаряду и попытались в этом законопроекте изложить, что такое обязательное требование как правовой институт. Мне кажется, это исключительно важно – начинать с понимания и понятия этого явления, которое в свою очередь является предметом контрольно-надзорной деятельности. А поэтому, мне кажется, этот институт будет играть ключевое значение в обеспечении прав и законных интересов тех лиц, которые подлежат проверке.

Соответственно, мы будем пытаться в этом законопроекте раскрыть понятие этого правового института, признаки, действие этого правового института в пространстве и во времени. Нужно обязательно сосредоточиться на источниках, в которых эти обязательные требования воплощены, и на последствиях, что делать, если то или иное требование по формальным причинам к таковым относится, а фактически таким быть не может.

Поэтому я прошу не судить строго. Мы понимаем, что это, ещё раз говорю, первый подход и, наверное, этот подход вообще сделан впервые. Никто до этого времени не пытался даже приблизиться к этой проблеме, потому что в значительной степени каждый вид надзора был прописан не по типовой матрице, а индивидуально каждое ведомство зачастую само формировало эти обязательные требования, а потом само же осуществляло по ним надзор. Мы исходим из того, что этого быть не должно. Это не дело, когда ведомство само себе правила игры формирует, а потом осуществляет контрольно-надзорные мероприятия по этим правилам. И там сделана попытка не допустить такого пересечения и воплотить важнейший принцип и признак обязательного требования – это риск-ориентированный подход. Требование ни в коем случае не должно быть процессным, а должно быть ориентировано на результат. Оно должно быть направлено на минимизацию или ликвидацию общественно опасного риска. Соответственно, надо определить, что такое риск, что такое профиль. В нормативных документах это всё должно быть прописано. Мы отдаём себе отчёт, что это огромная работа. По сути, мы в начале пути – мы формируем концепцию этого движения. Точнее, концепция у нас уже есть, мы уже начали формировать основополагающие институты, которые в свою очередь будут являться основой и базой для огромной работы, которую нам предстоит проделать на протяжении полутора лет.

Это сложнейшая работа, и здесь важно, чтобы контрольно-надзорные органы поняли, что по-старому жить нельзя, нам предстоит новая жизнь, новая эпоха. В этой связи я хотел бы сказать, что термин «регуляторная гильотина» не совсем правильно и точно отражает парадигму этой работы. Наша задача не убить плохое старое, а создать хорошее новое. И это хорошее новое должно служить обществу, служить всем проверяемым. Наша задача состоит в том, чтобы найти золотую середину между обеспечением интересов общества в виде соблюдения гарантий, прав и законных интересов граждан и разумностью, оптимальностью, соразмерностью контрольно-надзорной деятельности, чтобы не убить бизнес и обеспечить нормальное функционирование не только для бизнеса, но и для всех проверяемых. К их числу относятся больницы, школы и просто обычные учреждения, которые, так же как и бизнес, находятся под очень тяжёлым прессом деятельности наших контрольно-надзорных органов.

Я призываю всех помочь нам в этой работе, навалиться всем миром, найти правильные, оптимальные решения и выполнить задачу, которая поставлена Президентом, Правительством и которую мы все сами себе поставили.

<…>

К.Чуйченко: Сегодняшняя дискуссия натолкнула меня на следующие мысли. Мы только начали пытаться друг друга слышать, мы в начале пути, и нам очень важно сейчас договориться и сформировать правила игры для нас, участников этого процесса. Я предлагаю в этой связи принять определённые фрагменты порядка действий.

Первое. Давайте введём мораторий на критику существующих правил, которые собой представляют предмет контрольно-надзорной деятельности. На мой взгляд, это уже пиление опилок. Нет смысла приводить примеры. Давайте договоримся, что эти правила писали точно не дураки. Я полностью поддерживаю это мнение. Вопрос просто в том, в общественно полезных ли интересах эти правила написаны.

Второе. Мы должны понимать, что у нас опыт уникальный, в отличие от других стран, которые по этому пути уже проходили. Мы не занимаемся пересмотром, сокращением существующих и действующих требований контрольно-надзорной деятельности. Мы создаём новую систему этих требований, совершенно отличную от того, что у нас сейчас есть. Это некорректно – приводить цифры и говорить, что мы в три раза сократили, в два раза сократили. Поскольку порядок цифр и суть этих требований не будут совпадать, потому что, ещё раз говорю, мы будем создавать совершенно новые требования. Требования, которые у нас появятся в будущем, будут здорово отличаться от тех, что действуют сейчас.

Третье. Я не хотел бы говорить о трудностях сейчас, тем не менее придётся сказать. Я не сказал бы, что самая главная трудность – это преодолеть согласование. Я вас уверяю, согласование ведомств мы преодолеем в один миг. Соберёмся, поговорим и преодолеем.

Главная проблема состоит не в том, чтобы создать хорошие, правильные законы, а в том, чтобы создать хорошую, грамотную систему в соответствии с матрицей, которую утвердит нам закон, подзаконных актов. Вот здесь основная проблема. К сожалению, пока у нас нет убеждения, нет чувства, что контрольно-надзорные органы понимают, что от них хотят и, собственно говоря, в какой парадигме надо двигаться. А от них здесь очень многое зависит.

Мы с Председателем Правительства этот вопрос обсуждали. И он пришёл к выводу, что, если не будет получаться, надо тогда, как говорится, резать по живому и решать кадровые вопросы. Наверное, тогда придётся вставать на этот путь. Но очень не хотелось бы.

Я хотел бы напомнить историю вопроса. Идея «регуляторной гильотины» появилась в декабре прошлого года, когда Дмитрий Анатольевич Медведев собрал всех руководителей контрольно-надзорных органов и объявил об этом. Но тогда у нас была модель движения по каждому контрольно-надзорному органу в отдельности. То есть мы думали, что каждый пойдёт своим путём, у каждого будут свои сроки и каждый будет проходить свою дорогу. Но в феврале 2019 года Владимир Владимирович Путин объявил в послании, что срок «гильотины» – 01.01.2021, а это значит, что мы делаем всё одновременно. И это даже даёт нам определённое облегчение, потому что, во-первых, у нас нет пути назад. Поэтапный путь предусматривал возможность компромиссов: кому-то дать больше времени, кому-то меньше. Сейчас это не работает. Одновременно это решение поставило нас на очень системные рельсы. И мы должны этот путь вместе пройти.

Сегодняшняя дискуссия показала, что мы ещё не совсем чётко представляем систему построения плана действий и шагов, которые мы должны совершать. И в этой связи я предлагаю чаще встречаться. Сегодня мы обсуждали одну из самых важных тем всего этого движения – контрольно-надзорные требования. Тем не менее возникают сопутствующие вопросы, которые участникам дискуссии тоже кажутся важными. Здесь, наверное, больше виноваты мы, потому что нам не удалось пока представить ту систему, те мысли, которые есть в наших головах, в наших бумагах. И в этой связи я предложил бы систематически проводить такие семинары, продолжительностью, может быть, на весь день, чтобы мы грамотно могли сформировать тематику этих семинаров, обсудить те или иные вопросы, чтобы все понимали, на каких рельсах мы находимся и куда будем толкать наш паровоз. А так, я считаю, у нас всё должно получиться.