Как фаворит Екатерины Великой основал в белорусском Шклове благородное училище - Родина

Фаворит Екатерины Великой основал в белорусском Шклове благородное училище

Гусар Семен Гаврилович Зорич (1743-1799) был храбр, предприимчив, красив и удачлив. Начав действительную службу в 17-летнем возрасте вахмистром (унтер-офицером) Острогожского гусарского полка, он, родом серб, к 33 годам принял активное участие в трех войнах - с Пруссией, Речью Посполитой и Турцией, заслужив на поле брани репутацию распорядительного и храброго офицера. В чине майора командовал отдельным отрядом, в котором было до трех тысяч человек, при семи артиллерийских орудиях. С этими небольшими силами Зорич оттеснил от реки Прут 12-тысячный турецкий корпус, однако вскоре во время рекогносцировки неприятельских позиций у Рябой Могилы получил три раны - две копьем и одну саблей - и был взят в плен, где провел пять лет, из них более четырех в печально знаменитой стамбульской крепости Едикуле (Семибашенный замок).

Взлет баловня судьбы...

Награду храбрейших из храбрых - орден Св. Георгия IV класса - майору Зоричу вручили в 1775 г., после возвращения из плена, когда колесо фортуны резко и неожиданно повернулось в его пользу. В 1776 г. сам князь Григорий Александрович Потемкин, тайный супруг государыни и ее фактический соправитель, взял гусара к себе в адъютанты. Князь замыслил многоходовую комбинацию. Ему нужен был надежный и верный человек в интимных покоях императрицы, чьи фавориты занимали это место по взаимному соглашению Екатерины II и Потемкина1.

27 мая 1777 г. гусарский премьер-майор Зорич был представлен императрице и "попал в случай", то есть стал фаворитом Екатерины II, которая произвела его в подполковники, подарила дорогие часы и назначила командиром своего личного конвоя - "лейб-гусарского эскадрона и лейб-казацких рот"2. А уже 22 сентября, в годовщину коронации, "перескочив" через чин бригадира, флигель-адъютант Зорич получает чин генерал-майора.

Секретарь посольства Саксонии при русском дворе Георг фон Гельбиг скрупулезно подсчитал доходы Зорича: "За время своего пребывания при дворе он получил чистыми деньгами более 500 000 рублей (2 млрд 580 млн рублей 2021 г. - Авт.), в том числе 20 000 на первое обзаведение, 80 000 для своего устройства в поместьях, 240 000 рублей на уплату долгов, и сверх того ему были уплачены все оклады по его должностям. ...Он получил бриллиантов значительно более чем на 200 000 рублей. Лишь в день коронации 1777 г. он получил звезду и знаки ордена Меча, аксельбант, саблю (так как он всегда ходил в гусарском мундире), перо, кольцо, булавку (которую тогда носили на шее, как теперь носят на груди) и пряжки на башмаки - все из бриллиантов"3.

Так колесо фортуны вознесло темпераментного гусара, не имевшего ни влиятельной родни, ни придворных связей и не получившего никакого образования и воспитания.

Но сам же он и обрушил свою блистательную карьеру.

Портрет Российской Императрицы Екатерины Второй Великой. Фото: РИА Новости

... и жесткое падение

Екатерина II надеялась, что со временем сумеет цивилизовать статного красавца (рост Зорича - 197 см), превратить азартное и самоуверенное "дитя природы", наделенное необузданным нравом, в мудрого государственного деятеля. "Зорича ... она со времени фавора считала за одаренного блистательным умом и ... хотела сделать полезным человеком для государства"4, - утверждал хорошо осведомленный французский дипломат. Увы, фавор Зорича продолжался всего 11 месяцев. Возомнив себя важной персоной, он бросил вызов всесильному Потемкину, своему благодетелю - и незамедлительно получил отставку.

18 апреля 1778 г. генерал-майор Зорич получил прощальный дар императрицы - богатое имение Шклов в Оршанском повете Витебского воеводства в Беларуси.

Шкловское благородное училище (1793 г.) Фрагмент диорамы.

Благородное начинание

В сентябре 1778 г. экс-фаворит возвратился из заграничного вояжа и поселился в Шклове, где зажил роскошно и шумно. Его крепостной театр по праву вошел в историю русской культуры. "Представления, даваемые в шкловском имении Зорича, превосходили по великолепию придворные спектакли русские, былые польские, императорские австрийские в Шенбрунне и французские спектакли в Версале"5.

Зорич, постоянно давая грандиозные праздники, сильно способствовал оживлению деловой активности предприимчивых горожан, почитавших генерала как своего благодетеля.

"Большое значение для Шклова имела торговля, о чем говорят 120 каменных торговых мест, построенных в 1770-1772 годы, в центре этих торговых мест находилась городская ратуша. Торговая жизнь Шклова бурлила на 29 ярмарках, проходивших дважды в неделю. На них собирались торговцы из Лейпцига, Силезии, Франкфурта и Москвы. Вот такое доходное место и подарила императрица своему фавориту, а вместе с ним выкупила у Адама Чарторыйского 11.821 душу крепостного населения..."6.

24 ноября 1778 г., в день тезоименитства императрицы, Зорич не только устроил праздник, отличавшийся великолепием и блеском, но и решил ознаменовать этот день добрым делом, "взяв к себе на воспитание двух бедных малолетних дворян, Георгия Кислякова и Василия Райковича, а в следующие два года принял на свое попечение еще по пяти воспитанников"7.

Так было положено начало Шкловскому благородному училищу, которое стало готовить офицеров для службы в сухопутных войсках.

Учителя выписывались Зоричем из-за границы, на что ежегодно издерживалось до двух тысяч рублей. В Петербурге за восемь тысяч рублей для нужд училища была куплена библиотека, на пополнение которой новыми книгами и журналами ежегодно расходовалось более 200 рублей. Зорич передал училищу свою богатую картинную галерею, в которой были полотна Рубенса, Тенирса, Веронезе.

В 1797 г. в Шклове обучались уже 252 воспитанника, а всего учеников, поступивших в училище при жизни его основателя, было 665 человек8. На каждого из них не имевший ни семьи, ни детей владелец Шклова взирал сквозь слезы радостного умиления, беспрестанно повторяя: "Это все мои дети"9. И каждый из них согласился бы со словами, обращенными к Зоричу одним из воспитанников, заслужившим орден Св. Георгия:

"Ты наставник наш и попечитель о счастии нашем! Прими нашу благодарность. Ты призрел наше сиротство. Ты воспитал нас. По твоей милости могли мы быть способными на службе Отечеству. Тебе, тебе мы всем обязаны. Ты научил нас быть людьми. Мы чтим тебя отцом нашим"10.

Музей 1-го Московского Императрицы Екатерины II кадетского корпуса. В центре - мраморный бюст Екатерины II, слева в раме - парадный портрет генерал-лейтенанта Зорича, справа - портрет Павла I.

Две души храбреца

Воистину это было благое дело. Русская армия испытывала недостаток в образованных офицерах, которых готовили только два находившиеся в Петербурге учебно-воспитательных заведения - Сухопутный кадетский корпус и Артиллерийский и инженерный шляхетный корпус. Отныне дети бедных дворян из Могилевской, Смоленской, Черниговской и других соседних губерний обрели шанс получить изрядное для своего времени образование и со временем сделать карьеру на ратном поприще.

Шкловское благородное училище давало очень хорошую математическую подготовку, поэтому его воспитанников выпускали офицерами не только в пехоту, но и в артиллерию. После смерти основателя училище преобразовали в кадетский корпус и перевели сначала в Гродно, затем - в Смоленск, в 1812 г. поспешно эвакуировали в Тверь и, далее, через Ярославль в Кострому (в огне смоленского пожара погибла вся библиотека и 12 "Рафаиловых картин"11), а в 1824 г. перевели в Москву, в Лефортово. С 1903 г. он назывался 1-й Московский Императрицы Екатерины II кадетский корпус, просуществовал до 1918 г., когда был расформирован.

Многие бывшие кадеты со временем дослужились до генеральских чинов. А сын бедного поручика Арсений Андреевич Закревский стал графом, генералом от инфантерии, министром внутренних дел, Московским военным генерал-губернатором, сенатором, членом Государственного совета и кавалером высших орденов Российской империи ("Родина", № 7, 2020).

Говоря о кадетском корпусе, обер-офицер Пишчевич замечает: "Как бы то ни было, а устроение сей школы делает честь Зоричу, а еще более бессмертной Екатерине, преобразовавшей единым своим воззрением гусарского партизана в установителя полезных училищ в царстве своем"12.

Последний штрих к портрету Зорича, чье колоссальное состояние расстроили расточительный образ жизни и азартная карточная игра: он приютил в Шклове шайку международных авантюристов братьев Зановичей, именовавших себя "графами" и промышлявших изготовлением фальшивых ассигнаций. Благодаря Потемкину всю шайку изобличили и арестовали с поличным. При обыске нашли инструменты для печатания ассигнаций, а сумма конфискованных денег составила миллион рублей. Авантюристов осудили, а затем, спустя пять лет, выслали за границу.

Зорича государыня помиловала.

24 июля 1793 г. секретарь императрицы записал ее слова о Зориче: "Можно сказать, что две души имел: любил доброе, но делал худое; был храбр в деле с неприятелем, но лично трус. И виноват по делу графов Зановичей о фальшивых ассигнациях"13.

Памятник Семену Гавриловичу Зоричу. Шклов.

P.S. Миновало два столетия, и в памяти жителей Шклова сохранилось только хорошее. В 2007 г. в городе был открыт памятник с краткой и выразительной надписью: "Зоричу Семену Гавриловичу от благодарных шкловчан".

1. Екатерина II и Г.А. Потемкин. Личная переписка / Изд. подг. В.С. Лопатин. М., 1997. С. 526-527, 674-675.

2. Исторический очерк образования и развития Первого Московского кадетского корпуса, что ныне Первая Московская военная гимназия. 1778-1878. М., 1878. С. 3.

3. Гельбиг Г. фон. Русские избранники. М., 1999. С. 258, 259.

4. Екатерина. Путь к власти. С. 183.

5. Сахновский В.Г. Крепостной усадебный театр. Краткое введение к его типологическому изучению. Л., 1924 // https://www.booksite.ru/usadba_new/world/16_4_03.htm

6. Бобровский Д.Е. Шклов графа Зорича // История военного дела: исследования и источники // http://www.milhist.info/2013/09/08/bobrovsky_4/

7. Исторический очерк образования и развития Первого Московского кадетского корпуса. С. 3.

8. Там же. С. 5.

9. Там же. С. 13.

10. Там же. С. 12.

11. Там же. С. 29.

12. Жизнь Александра Пишчевича, им самим описанная. 1764-1787. Ч. 1. С. 29.

13. Екатерина II. Искусство управлять / А.В. Храповицкий. А.М. Грибовский, Р. Дама. М., 2008. С. 242.