Выступления и стенограммы /

Д.Медведев: Для начала я несколько слов скажу. Хотел бы всех поприветствовать.

Считаю, что в Москве проходит очень важное мероприятие – я так понимаю, это мероприятие вообще впервые у нас проходит. Для нас это возможность рассказать о том, что делается в нашей стране, поделиться своими успехами, своими проблемами. Проблем, если говорить по‑честному, пока больше, чем успехов, но кое‑что всё‑таки удаётся делать, и за последнее время, конечно, определённые инвестиции в здравоохранение были сделаны, определённые организационные решения приняты.

Но в то же время это, конечно, не повод успокаиваться. Основная работа по модернизации российского здравоохранения ещё впереди. Мы будем этим заниматься и очень рассчитываем на помощь и поддержку наших коллег, у которых есть свой опыт. Опыт всегда уникален, но всё‑таки даже мой скромный опыт занятия здравоохранением (а я в Правительстве достаточно много им занимался) свидетельствует о том, что всё‑таки некие общие вещи прослеживаются. Когда я был за границей, я несколько раз встречался со своими товарищами вне пределов нашей страны, обратил внимание, что даже устройство некоторых узловых точек в государствах Европы (а я общался на эту тему в Италии достаточно подробно) свидетельствует о том, что очень многие вещи пересекаются – я даже не ожидал, честно говоря, – несмотря иногда даже на несходство системы финансирования здравоохранения, многие вещи очень близко подходят друг к другу. Поэтому то, что вы встретились, чтобы поделиться опытом, это тоже очень хорошо.

Основная работа по модернизации российского здравоохранения ещё впереди. Мы будем этим заниматься и очень рассчитываем на помощь и поддержку наших коллег.

Это, в общем, всё, что я хотел сказать. Если есть желание обсудить какие‑то вещи, я был бы рад.

А.Баранов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Позвольте мне от имени педиатров 80 стран, которые собрались на наш форум, как президенту этого конгресса поблагодарить Вас, прежде всего, за внимание, которое Вы уделили нам, и сказать о том, что не всё так плохо у нас.

Д.Медведев: Хорошо. Я не мог так сказать. Но если Вы говорите – это дорогого стоит.

А.Баранов: Не всё так плохо. Понимаете, за последние 20 лет фактически в два с половиной раза снизилась младенческая смертность. Это считается барометром социального благополучия общества. И в то же время мы не можем сказать, что у нас было всё хорошо в эти годы. Но система, которая была создана, оказалась настолько прочной, она нивелировала во многом те негативные явления, которые были в 90-х годах. И интерес‑то к нам, к России, к Москве, к этому конгрессу заключается, прежде всего, в том, что очень многие хотят посмотреть, что у нас за система, почему на таком фоне мы достигли таких результатов.

Но я хочу сказать немножко о другом. Конечно, национальный проект «Здоровье» дал существенный толчок развитию охраны здоровья детей. И мы очень надеемся, что этот проект будет продолжаться и дальше. Но, с другой стороны, есть целый ряд таких проблем, которые ещё могут улучшить ту ситуацию, которая у нас есть, причём эти программы доступные и недорогие. Понимаете, в мире уже 28 вакцин зарегистрировано и используется для профилактики инфекций, в Европе – в среднем 16–17, у нас – пока 10. И есть такие вакцины, которые могут снизить младенческую смертность, которые могут продлить среднюю продолжительность жизни. И, конечно, вопрос о расширении национального календаря [профилактических прививок] – это тоже национальный проект, и в последние годы у нас достигнуты колоссальные успехи в снижении гепатита. Корь мы ликвидировали – это вообще неслыханно, – полиомиелит. Даже профессор нашего центра получил золотую медаль Всемирной организации здравоохранения за ликвидацию полиомиелита в мире.

Другая проблема, которая на этом конгрессе прозвучала, – это здоровье подростков в Европе. Очень актуальная проблема, и эта проблема не только российская, это общемировая и европейская проблема. И, конечно, мы понимаем, что можно было бы создать очень короткую по срокам программу по оздоровлению подростков и реализовать её в три-четыре года, и она могла бы дать нам хороший потенциал в плане сохранения трудового потенциала, интеллектуального потенциала, оборонного.

Д.Медведев: Александр Александрович, а что имеется в виду – по оздоровлению подростков?

Т.Голикова: Диспансеризация детей и подростков.

А.Баранов: Да, тотальная диспансеризация, предположим, 14-летних. Педиатры до 18 лет обслуживают, и мы бы могли, если бы мы провели эту тотальную диспансеризацию и девушек, и юношей, мы бы могли до 18 лет провести все оздоровительные мероприятия и отправить их во взрослую жизнь уже в совершенно другом состоянии, чем это происходит сегодня. Это вполне достижимо. Это не такие большие деньги, и мы готовы такую программу представить.

Я не буду занимать столько внимания, хочу предоставить возможность другим высказаться.

Спасибо огромное.

Д.Медведев: Спасибо.

Вы знаете, в отношении тотальной диспансеризации, я думаю, что здесь и доказывать‑то особо нечего, надо просто подумать, как это осуществить в короткие сроки. Тем более что опыт у нас в советский период был, практически тотальная диспансеризация тогда осуществлялась.

Другой вопрос, если уж так разобраться, что мы часто апеллируем к советскому опыту, он действительно создал и основу для того, чтобы здравоохранение, в том числе педиатрия, выстояло в сложной ситуации. С другой стороны, я даже сам припоминаю, всё‑таки уровень обследований был другой. Поэтому, если уж нам что‑то и делать, допустим, в смысле диспансеризации подростков, это должно быть на другом технологическом уровне, потому что тогда всё‑таки всё это было в совершенно иной системе координат.

Что касается вакцин, то здесь мне, конечно, труднее понять, что имеется в виду. У нас проблема в чём – в том, что они у нас еще не сертифицированы, или в том, что мы их не закупаем?

А.Баранов: Мы их не закупаем. Есть очень много вакцин, и потом регистрация очень медленно у нас идёт.

Д.Медведев: Всё‑таки проблема в регистрации, да?

А.Баранов: Да, медленно идёт. Противовирусная инъекция – уже четыре года мы регистрируем, не можем никак завершить, хотя уже в 100 странах мира она используется.

Д.Медведев: А удачная эта вакцина?

А.Баранов: Да. Зарегистрировали только что вакцину против пневмонии. Потрясающий эффект может она дать. Причём в мире прививают и лиц старше 60 лет, поскольку в структуре смертности этого контингента тоже пневмония выходит на первое место. Вакцина защищает и детей, и стариков. Это вклад в продолжительность жизни, безусловно. Если мы хотим 75 лет к 2020 году жить, как Вы заявили…

Д.Медведев: В демографической программе.

А.Баранов: …то, конечно, за счёт вакцинопрофилактики можно 5–6 лет прибавить спокойно.

Д.Медведев: Понятно. Спасибо.

Е.Карпухин: В последние годы осуществляется хорошая поддержка высоких технологий. Сейчас она вышла на субъекты. Я представитель города Казани, Татарстана – Детской республиканской больницы. Очень хорошо, что поддержка есть. Теперь не только в Москве могут делать такие вещи.

Д.Медведев: Конечно.

Е.Карпухин: У нас, например, делаются операции на врождённом пороке сердца. Мы обеспечиваем соседние регионы: Чувашию, Ульяновскую область, Марийскую Республику. Честно говоря, могли бы ещё несколько регионов взять, если бы нам больше квот выделил Минздрав. Наверное, думаю, что здесь поддержка со стороны Минздрава у нас в полной степени есть и, я думаю, будет и в дальнейшем.

Д.Медведев: Я могу только Вас поддержать здесь, Евгений Васильевич. Могу сказать, конечно, хорошо, что этому уделяется внимание в территориях, в республиках наших, у Вас в особенности. Последний раз, когда был [в Казани], посещал один из новых центров. Конечно, он производит очень мощное впечатление, особенно все эти тренажёры, которые там есть, все виртуальные, просто фантастика. Надо деньги в это вкладывать.

Сейчас, конечно, труднее, чего там говорить, лукавить не будем, но всё равно будем деньги искать.

Е.Карпухин: Спасибо.

Е.Байбарина: Дмитрий Анатольевич, найдите, пожалуйста, чтобы продолжались нацпроекты. Мы Вас очень за них благодарим. Беспрецедентны вложения в мою специальность (я занимаюсь новорожденными), просто беспрецедентны и результаты… У нас за 2009 год на 20 тысяч больше родилось, почти на 500 по сравнению с таким же периодом 2008 года. 500 человек – это, представьте себе, школа детей.

Д.Медведев: Согласен, для нас огромная.

Е.Байбарина: Меньше мы потеряли. Благодаря скринингу выявлены заболевания, и начато раннее лечение. Эти дети будут полноценными людьми. В нашем центре, который я представляю, мы выхаживаем глубоко недоношенных. И они, поверьте, 80 процентов – полноценные люди, очень хорошие. И нам бы очень хотелось, чтобы нацпроекты продолжались.

Т.Голикова: Самое главное, что они не становятся инвалидами.

Е.Байбарина: Нет.

Д.Медведев: Елена Николаевна, то, что Вы сказали, – во‑первых, конечно, будем стараться не снижать. Это основная установка, которая мною даётся Правительству и социальному блоку Правительства, Татьяне Алексеевне. И не только Татьяне Алексеевне, но и её коллегам – например, таким как Министр финансов, что немаловажно.

Мы сейчас действительно хорошие цифры демонстрируем и по снижению материнской смертности, и по снижению младенческой смертности.

Но я о чём хотел сказать? В отношении стандартов. Мы сейчас действительно хорошие цифры демонстрируем и по снижению материнской смертности, и по снижению младенческой смертности. Я посмотрел – мне справку подготовили: с 2005 года, я так понимаю, у нас младенческая смертность почти на четверть снизилась. Я даже хочу сейчас об этом сказать во всеуслышание. Это все знают, но всё равно такие цифры приятно повторять.

Я хотел понять, а когда мы будем готовы менять стандарты в этой сфере?

Т.Голикова: Деньги нужны дополнительные.

Е.Байбарина: Вы знаете, мы реально уже 15 лет таких детей выхаживаем. Реально выхаживаем.

Д.Медведев: Я понимаю. Я почему Вас и спрашиваю, потому что вы специалисты как раз главные.

Е.Байбарина: Мы просто перейдём в 2012 году на новую систему статистического учёта. А реально мы их выхаживаем, заботимся о них, и все территории имеют большие успехи. Мы давно начали, и у нас хорошие результаты.

Д.Медведев: Я почему спрашиваю? Потому что когда мы все эти вещи обсуждаем, в том числе и успешные, нам говорят: «Ну да, это всё, конечно, правильно. Но стандарты‑то у нас ещё советские».

Когда вы перейдёте на новые стандарты?

Е.Байбарина: Мы готовы. Мы готовимся уже давно, мы готовы в 2012 году перейти, с тем чтобы это было реально – не на бумаге, не на словах.

Д.Медведев: Я понимаю.

Т.Голикова: Чтобы последствий не было негативных. Набираем сейчас большой и хороший опыт.

Д.Медведев: Рано или поздно нам всё равно нужно это сделать. Лучше раньше.

А.Баранов: Дмитрий Анатольевич, мы уже к европейскому стандарту по уровню младенческой смертности приблизились. В Санкт-Петербурге, например, пять…

Е.Байбарина: Москва тоже.

Д.Медведев: Я знаю. Обычно, когда говорят о Санкт-Петербурге, там пять, по Санкт-Петербургу, кстати, меньше пяти было даже – по‑моему, где‑то четыре было, три с половиной даже в какой‑то момент. Но нам говорят: «Но это тем не менее всё равно при стандартах определения живого человека».

Е.Байбарина: Дети до килограмма составляют 0,3 процента от всех, это не очень сильно влияет на общие показатели. Это очень важно.

А.Баранов: Она может увеличиться на 7–8 процентов.

Е.Байбарина: Не больше.

Д.Медведев: Понятно.

Пожалуйста.

А.Лопатин: Я просто очень хотел вступить в продолжение темы рождения, потому что мы занимаемся проблемами челюстно-лицевой хирургии, то есть лечим детей в основном с врожденной патологией лица и черепа. И, наверное, этот контингент особо несколько уязвим во многих ситуациях, потому что среди этих детей становится очень много отказных детей, потому что внешность бывает несколько отталкивающей. А в 80 процентах случаев – это дети абсолютно нормальные и здоровые, и помощь, оказываемая им вовремя и в полном объёме, возвращает полноценного ребенка в общество и даёт ему возможность нормально развиваться. Но в этой связи возникает одна проблема, что мы до конца не знаем статистики, сколько этих детей рождается. И самое главное, может быть, в этой ситуации – это вопрос мониторирования и создания национального регистра.

Д.Медведев: Банка, регистра – да, это Вы правы, конечно. На самом деле у нас проблема везде присутствует, и в медицине в том числе, в таком обустроенном варианте. Вообще единую систему учёта нам нужно создавать.

Е.Байбарина: Мы уже готовим регистр.

Й.Эрих (как переведено): Спасибо за то, что Вы нам предоставили возможность придать европейский масштаб этому конгрессу. Это историческое событие, Вы позволяете нам говорить с Вами. Спасибо огромное.

У нас 100 тысяч педиатров, и мы занимаемся детскими болезнями. Мы очень скромные люди. Мы должны выступать в защиту себя. Но прежде всего мы занимаемся детьми. Мы сами как дети. Мы говорим очень тихим голосом, но мы думаем, что дети – наше будущее и что мы должны начать создавать международное сотрудничество педиатров. Это исторический момент – господин Лопатин пригласил педиатров в Москву. Сегодня начало будущего педиатрии и детского здоровья. И с Вашей помощью мы можем улучшить ситуацию, у нас очень много проектов.

Мы уже очень многого достигли в начальной стадии лечения, на вторичной стадии лечения, но мы должны работать вместе. И завтра у нас будет круглый стол, мы будем говорить о диверсификации, о несоответствии. У нас одна и та же цель, а именно – лучшее здоровье наших детей, но нам нужна Ваша помощь.

Д.Медведев: Я хотел бы Вас поблагодарить за участие в конгрессе и сказать, что вам не нужны никакие адвокаты, конечно. Вы сами адвокаты для детей, а вот педиатрам адвокаты не нужны, потому что вы сами способны за себя постоять.

На самом деле мне очень приятно то, что мы собрались в Москве. Это открывает новую страницу нашего сотрудничества. И для нас это тоже дополнительная планка, к которой нужно стремиться, на которую нужно равняться, потому что всё‑таки уровень медицинской помощи пока, если признаться честно, разный. Нам нужно инвестировать дополнительные деньги в медицину – и в помощь детям прежде всего. Поэтому мы очень рассчитываем на то, что и вы будете нам рекомендовать какие‑то интересные проекты, программы. В этом плане мы открыты для сотрудничества. А задача у нас у всех общая – это здоровье наших детей.

Й.Эрих: Спасибо.

Н.Ваганов: Дмитрий Анатольевич, я представляю детский больничный сектор здравоохранения. Я помню, когда зарождался национальный проект, первый этап, второй этап, а третий этап – это укрепление материальной базы больничных высокоспециализированных учреждений. Ежегодно 6 миллионов детей госпитализируются в больницы, и уровень госпитализации не снижается, каждый год 6 миллионов – это третья часть детского населения. Конечно, дальнейшие этапы развития национального проекта должны ещё покрыть и проблемы больничной помощи.

Д.Медведев: Конечно.

Н.Ваганов: Материально-техническая база, строительство, может быть, послеперинатальных центров, реконструкция, чем мы занимаемся, по сути дела, ежедневно.

А.Баранов: Ремонт.

Д.Медведев: Тут мне нечего добавить. Вы тут правы, конечно. Надо обратить свой взор и к больницам. Конечно, мы должны ко всему по‑государственному отнестись, выбрать приоритеты. Но понятно, что мы не можем ограничиться только теми задачами, которые поставили и которые, может быть, уже в каком‑то первом приближении решили, потому что в больницах проблем, конечно, очень много. Я повёл бы себя безответственно, если бы сказал, что мы, скажем, в этом и следующем году всё сразу же решим. Мы и раньше‑то, наверное, не готовы были к этому, а сейчас ситуация ещё труднее. Но в чём я не могу с Вами не согласиться, это в том, что мы должны всё равно двигаться вперёд, где‑то, может быть, быстрее, если будет получаться, где‑то чуть медленнее, но эти обороты не снижать. Потому что в чём ценность этого национального проекта? В том, что мы действительно обозначили медицину как один из приоритетов государства, деньги туда дали, организационные усилия направили. Но я вот чего опасаюсь. Если мы, допустим, модернизируем систему управления медициной сейчас, но остановимся в этом проекте, я боюсь, мы потеряем те заделы, которые сделали. Нам придётся заново создавать систему управления. А мы её хоть как‑то отладили и в рамках Правительства этим занимались. Татьяна Алексеевна это делает в рамках собственно самой ведомственной системы, принимая необходимые решения. И очень не хочется к этому возвращаться ещё раз, не говоря уже о деньгах, потому что денег может быть больше, меньше, но главное – давление не ослаблять, тогда всё получится. Поэтому я долго думал на эту тему. Я думаю, что нам всё равно придётся сохранять эти методы работы, даже при понимании того, что они не могут быть бесконечными.

Т.Нечаева: Дмитрий Анатольевич, есть особая категория детей: это дети-сироты и дети, которые находятся в трудной жизненной ситуации. И очень своевременно и актуально то, что у нас есть такой приоритет национального проекта, как диспансеризация этой группы детей. И ни для кого не секрет, что уровень здоровья детей, как показала диспансеризация этой группы, несколько отличается, и в сторону не лучшую, в общей когорте детского населения.

И поэтому очень хорошо, что приоритет такой функционирует: патологию мы выявляем. И сейчас для нас актуальная задача – это реабилитация детей, потому что выявить патологию – это одно, одна составляющая, а реабилитировать детей, чтобы не было роста числа инвалидов и они были более здоровые, – другая. Хочется обратиться к Вам с просьбой, чтобы сохранялся приоритет по диспансеризации детей-сирот.

Д.Медведев: Мы про диспансеризацию уже говорили, нам вообще нужно диспансеризацией заниматься глубоко и основательно в целом по детям. Поэтому я думаю, здесь двух мнений быть не может.

Т.Голикова: У нас детки, которые в сложной жизненной ситуации, в принципе охвачены все.

Д.Медведев: Они сейчас охвачены, да.

Т.Голикова: Их 348 тысяч.

Д.Медведев: Во всяком случае, они как минимум в программе, скажем так, потому что условия везде разные; понятно, что диспансеризация, если уж откровенно говорить, допустим, в Москве – это одно, а диспансеризация где‑нибудь в районном центре – это, конечно, совсем другое. И нам нужно стараться эти стандарты приближать, выравнивать, дополнительную технику, конечно, поставлять, и в то же время развивать все телемедицинские технологии, которые заработали, как это, может быть, ни удивительно. Звонят, консультируются, на видеосвязь выходят, в конференциях участвуют. Я просто сам недавно был, смотрел.

Т.Нечаева: У нас в регионах – я представляю Ярославский регион, Ярославскую областную детскую больницу – очень мощная диагностическая база, и используется она именно для диспансеризации детей-сирот. Мы выезжаем в районы, берём с собой выездное оборудование. То есть диспансеризация проводится углублённо, и уточнение патологий детского возраста детей-сирот проводится на высшем уровне.

Д.Медведев: Вот и отлично.

И.Зоря: Дмитрий Анатольевич, и благодаря дополнительному лекарственному обеспечению, и благодаря тем средствам, которые выделяются на лечение детей по высоким технологиям, в общем‑то, у нас на сегодняшний день (я представляю относительно небольшое лечебное учреждение – Курскую областную детскую клиническую больницу) схемы терапии больных онкогематологии, схемы лечения больных сахарным диабетом, первичными иммунодефицитами, рядом других заболеваний, в общем‑то, не отличаются от европейских. Это совершенно изменило качество лечения, качество жизни больного, то есть это видят пациенты, это видят больные. Врач, который работает в лечебном учреждении, он тоже, имея возможность применять современные схемы терапии, достигает совершенно других результатов.

И с удовлетворением хочу отметить, что в прошлом году у нас в лечебном учреждении ни один ребенок от лейкоза не умер. То есть это серьёзное достижение, спасибо за это большое Вам и Министерству здравоохранения.

Е.Байбарина: И родовой сертификат хорошо работает.

Д.Медведев: Родовой сертификат пошёл очень хорошо. Я даже уже считаю это общим местом, хотя, на мой вкус, из всех тех организационно-финансовых вещей, которые были предложены в ходе работы над нацпроектом, он получился одним из самых эффективных. Это тот случай, когда соединились финансы с результатом.

Что касается лекарств, тема, конечно, важная очень, очень сложная. Я не знаю, обратили ли вы внимание, мы даже недавно собрали такую комиссию по модернизации экономики, и отдельно в числе пяти приоритетов выделили такой приоритет, как создание собственного набора основных лекарственных средств и разработка перспективных лекарственных средств. Потому что это, собственно, такая уже высокотехнологичная сфера, где можно, конечно, полностью ориентироваться на экспорт. Но можно пытаться всё‑таки создавать свои образцы, которые будут и патентоваться, и использоваться, и это, конечно, очень важное направление. При этом не менее важно, на мой взгляд, чтобы этими лекарствами умели пользоваться сами врачи, потому что у нас здесь присутствуют самые передовые силы, светила нашей педиатрии, но мы понимаем, что всё‑таки просвещение тоже должно быть.

А.Баранов: На конгрессе очень много внимания этому вопросу уделяют.

Д.Медведев: Очень много, да, потому что все вы понимаете, о чём идёт речь.

А.Баранов: Побочное действие лекарств.

Д.Медведев: Конечно, абсолютно.

А.Константопоулос: Я представляю Европейскую педиатрическую ассоциацию. Я благодарю Вас за огромную помощь, которую Правительство оказывает педиатрии. Профилактика представляется исключительно важной и в хирургии, и в других видах лечения. Очень важно интенсивное лечение, иммунизация, то есть вакцинация населения. В настоящее время в Европе и во всём мире у нас проблема гриппа, и мы извлекли уроки из проблемы, которая встречалась ещё в 70–80-е годы. Но пандемия возникает от пневмонии, то есть 50 процентов людей могут быть излечены только благодаря вакцинации. Я много занимался вакцинацией. Но я боюсь, я даю 50 процентов того, что грипп может представлять огромную проблему. Конечно, можно предотвращать болезнь в детском возрасте.

Э.Элдон: Я представляю американскую Академию педиатров. Мы очень горды тем, что Вы прибыли на этот форум и что Вы с нами беседовали. Да, очень много внимания нужно уделять вакцинациям, если мы говорим о полиомиелите, о других болезнях. Нам нужна, конечно, вакцинация для всех детей, чтобы не допускать заболеваний. Я ещё раз благодарю вас.

Д.Медведев: Я обязательно передам привет Президенту Обаме. И, более того, скажу, что ему пора встретиться с педиатрами Соединённых Штатов Америки, как мы здесь встречаемся с российскими педиатрами и с нашими гостями.

И.Кустышев: Я тоже представляю региональное здравоохранение. У нас в России есть великолепные примеры, когда региональные центры – Татарстан, Башкортостан – соответствуют федеральным, ни в чем не уступая. В принципе, конечно, надо подтягивать региональные центры, потому что бывают разные ситуации. Вот мы на той неделе ребёнка с 60 процентами ожогов из Ухты вывозили сюда, в центр. Слава Богу, всё завершилось хорошо, ребёнок выжил, тем не менее стационарная помощь в регионах должна подтягиваться, и один из механизмов, конечно, квоты, которые мы надеемся получить, потому что мы пролицензировались в Москве, получили квоты.

Д.Медведев: Я всегда здесь занимал простую позицию, что квоты нужно раздавать в регионы. И когда‑то мы даже специально изменили, с Татьяной Алексеевной принимали решение о том, чтобы давать эти квоты. Я так понимаю, что ещё дальше пошли. Конечно, нужно так и поступать, здесь никаких сомнений нет.

Конечно, есть объективные трудности в нашей стране, связанные с огромными расстояниями. Это правда, это у нас всегда останется. Поэтому нам придётся объективно, даже тогда, когда мы, что называется, поднимем, может быть, уже на невиданную высоту медицинскую помощь (я надеюсь, что мы все до этого доживём), всё равно останутся объективные проблемы. Потому что в ряде случаев нам обязательно нужно иметь вертолеты, обязательно нужно иметь транспорт. Просто по‑другому никак. А это дополнительные затраты. Это очевидно, это всегда будет так.

Конечно, мы должны заниматься развитием региональных центров, с тем чтобы и детей, и вообще любых больных не таскать в Москву, тем более это опасно для жизни, а пытаться сделать необходимые манипуляции уже прямо в региональном центре, а может быть, даже и в районном.

А.Баранов: Позвольте Вас поблагодарить за эту историческую встречу.

Д.Медведев: Спасибо.

А.Баранов: Впервые в истории Советского Союза и России Президент встречается с педиатрами вот так, за круглым столом.

Д.Медведев: Я не знаю, может быть, это вообще впервые в мировой истории.

Реплика: Тем более спасибо.