Документ /

Дмитрий Медведев провёл совещание о первоочередных мерах, направленных на сдерживание инфляции. Особое внимание в ходе встречи было уделено ситуации на продовольственном рынке.

О текущем положении дел и предпринимаемых действиях Президенту доложили Министр экономического развития Эльвира Набиуллина и Первый заместитель Председателя Правительства Виктор Зубков.

На совещании также рассматривался вопрос об использовании сэкономленных бюджетных средств для реализации проектов модернизации.

* * *

Д.Медведев: Сегодня на обсуждении два вопроса – текущих, но, безусловно, важных. Первый касается направления на поддержку приоритетных проектов модернизации сэкономленных средств и возможных дополнительных доходов федерального бюджета. Такое поручение я давал в Послании Президента Федеральному Собранию. Правительство в принципе уже определилось по первой части решения этой задачи: половина от сэкономленных денег должна идти на модернизацию. Мы об этом договаривались.

Сегодня нужно определиться, как распределять соответствующие средства, сэкономленные бюджетные ассигнования, и поговорить о дополнительных доходах: как это делать, с какой периодичностью, в каком объёме. Наконец, кто будет принимать все решения, как будут вноситься изменения в бюджет, и, конечно, кто будет за этим надзирать, кто будет контролировать. Хотя у нас контролёров в стране достаточно.

Я знаю, что финансовые резервы в бюджетах регионов, в бюджетах министерств и ведомств запланированы, они есть. Об этом, кстати, докладывает и Счётная палата, и финансово-контрольные органы. Их необходимо направить на конкретные направления модернизации и, конечно, добиться того, чтобы они были потрачены эффективно. Я уже не говорю о том, что это деньги налогоплательщиков, они должны в целом тратиться разумно и направляться на эффективные проекты: на создание современной экономики, на снижение затрат – и в конечном счёте создавать условия для повышения качества жизни наших людей.

Второй вопрос, о котором мне бы хотелось сегодня поговорить с вами, касается инфляции и, в первую очередь, динамики цен на продовольственные и социально значимые товары.

Экономика демонстрирует умеренный восстановительный рост, но цены на продовольствие в России продолжают расти. Надо признаться откровенно, как и в других государствах. В этом смысле мы не уникальны. В России где‑то это происходит по объективным причинам, потому что, скажем, прошлый год был тяжёлым, засушливым, неурожайным, где‑то – по субъективным причинам, включая ажиотажный спрос на отдельные виды продовольственных товаров.

В начале осени на естественном желании людей сделать запасы, подстраховаться, на той тревоге, которая образовалась в результате неурожая, пытались сыграть спекулянты. Мне пришлось, как и некоторым другим членам Правительства, этим заниматься специально, отдельным образом. Но тем не менее ситуация остаётся непростой. За январь этого года индекс потребительских цен вырос практически на 2,5 процента. Более подробную информацию коллеги представят, там есть более существенный рост по отдельным товарным позициям и менее существенный.

Надо быть очень внимательным к такого рода колебаниям на внутреннем рынке продовольствия. Причём я имею в виду и оптовую цепочку, и розничную, и оптовую часть цепи, и собственно розницу. Здесь нужно своевременными решениями – конечно, разумными решениями – предупреждать как экономические дисбалансы, так и негативные ожидания, которые существуют на рынках.

Я знаю, что было принято решение о проведении торгов зерна из интервенционного фонда. Надеюсь, что мне доложат о том, как это предлагается сделать, как это делается. В декабре мы говорили о мерах таможенно-тарифного регулирования, о тех же интервенциях. Хотел бы также, чтобы прозвучала общая информация о том, какие меры принимаются Правительством для того, чтобы сдержать рост цен на продовольствие. Это волнует любого гражданина нашей страны.

Завершая, я напомню, что государство реализовало целый комплекс мер по поддержке аграриев, по обеспечению будущей посевной кампании. Подготовка к севу уже началась. В этом контексте также обращаю внимание всех должностных лиц федерального, регионального уровней, да и местного самоуправления, руководителей финансовых институтов: все решения, связанные с финансовыми потоками, должны быть исполнены, и соответствующие деньги должны быть раскассированы. Они должны быть доведены до сельхозпроизводителей, чтобы у них не было проблем ни с семенами, ни с минеральными удобрениями, ни с горюче-смазочными материалами.

Мы понимаем, что от того, какой будет урожай в этом году, зависит и продовольственная конъюнктура в нашей стране. Мы не можем влиять на погодные условия, но мы обязаны создать все необходимые экономические условия.

Давайте начнём обсуждать. В присутствии СМИ я хотел бы, чтобы пару слов сказали Министр финансов [Алексей Кудрин] и Министр экономического развития [Эльвира Набиуллина]. Алексей Леонидович, Вам слово сначала.

А.Кудрин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!

В соответствии с Вашим поручением о направлении не менее 50 процентов экономии, которая будет складываться у министерств и ведомств с исполнением бюджета, и направлении части дополнительных доходов на программы модернизации Правительство приняло соответствующее решение. 28 декабря было принято постановление о реализации федерального закона о федеральном бюджете, где пунктом 15 определено, что Министерство финансов при перераспределении средств на основе предложений министерств и ведомств (эта практика осуществляется каждый год) 50 процентов резервирует для направления на модернизационные проекты, поскольку каждое министерство и ведомство должно получить санкцию Министерства финансов по перераспределению своих ассигнований, которые в течение года могут быть перемещены на другие цели и задачи.

Соответственно Министерство финансов 24 января этого года довело до министерств и ведомств своим соответствующим решением такой порядок о том, что не меньше 50 процентов всех предложений по перераспределению экономии будет блокироваться соответствующим образом для определения в дальнейшем самих проектов, порядка их исполнения и контроля. Таким образом, основные решения приняты. В настоящий момент важно определиться по самим проектам, требованиям к этим проектам, по тому, как министерства в этом будут участвовать.

Д.Медведев: Хорошо, спасибо.

Эльвира Сахипзадовна, Вам слово.

Э.Набиуллина: В январе, как Вы сказали, был высокий уровень инфляции, и на последней неделе января инфляция была 0,6. Но надо сказать, что первые данные по февралю показывают, что у нас недельная инфляция в феврале – 0,3 процента, то есть в два раза сокращение темпа недельной инфляции. Конечно, в основном это происходит за счёт снижения темпов роста регулируемых тарифов на ЖКХ, потому что тарифы растут в основном в январе.

Но пока ситуация по продовольствию требует дополнительных мер. Такие дополнительные меры были приняты в конце года – прежде всего, это начало интервенций. С 4 февраля такие интервенции начались, сегодня третьи торги проходят, спрос есть.

Д.Медведев: Какой объём мы предполагаем?

Э.Набиуллина: По трём торгам 180 тысяч где‑то будет, в среднем по 60 тысяч продаётся. Количество участников увеличивается. И надо сказать, что продаётся зерно разное: и продовольственное, и фуражное; в основном спрос на продовольственное зерно.

Д.Медведев: Сколько мы вообще планируем продать?

Э.Набиуллина: 2,5 миллиона тонн.

Д.Медведев: Это всё на торгах?

Э.Набиуллина: 2,5 миллиона на торгах до июня. И это будет где‑то 33 процента оборота зерна, то есть достаточно существенная доля для того, чтобы повлиять на рынок.

Д.Медведев: Это весь объём, который на рынок поступает из интервенционного фонда?

Э.Набиуллина: Нет, у нас также есть кроме биржевого механизма механизм распределения по регионам. Вначале было принято решение по одному миллиону [тонн зерна], сейчас ещё обсуждается дополнительное решение.

Д.Медведев: А кто распределяет?

Э.Набиуллина: По регионам – Минсельхоз должен распределять на основе заявок.

Д.Медведев: Так заявки‑то поступают или нет?

Э.Набиуллина: По 1 миллиону решения уже приняты, а по двум дополнительным миллионам…

Д.Медведев: Я просто хочу понять: если мы продаём на торгах, то какой стимул покупать на торгах, если можно прийти за этим зерном и договориться в индивидуальном порядке? Виктор Алексеевич, какой в этом смысл?

В.Зубков: Дмитрий Анатольевич, было принято решение Председателем Правительства о том, чтобы использовать два механизма реализации зерна интервенционного фонда. Это было объявлено всем губернаторам. По заявкам губернаторов первый транш в объёме один миллион сто тридцать одна тысяча тонн – Москва, Санкт-Петербург, Ленинградская и Московская области. Было подготовлено постановление Правительства и подписано Председателем Правительства [Владимиром Путиным].

Д.Медведев: Это когда было?

В.Зубков: Это было где‑то, наверное, уже две или три недели назад.

Д.Медведев: То есть это бестендерный порядок?

В.Зубков: Это бестендерный порядок. Почему? Объясняю. Очень просто. Потому что закупки 2005 года, предположим, фуражной пшеницы или ржи были по 3300 [рублей]. С учётом НДС, это ещё 10 процентов, будет 3600–3700 [рублей]. Если Москва или Санкт-Петербург получают зерно (продовольственное будет чуть повыше – может быть, по четыре с половиной тысячи рублей) по цене закупки, то есть стимул, заключая такие соглашения с регионами, к тому, чтобы они контролировали рост цен на рынке продовольствия, в том числе хлебобулочных изделий или комбикормов.

Сегодня получается следующая картина. Три транша по 60 тысяч тонн – биржевые торги, цена – 6200 [рублей]. Что выгоднее для того, чтобы произвести хлеб или комбикорма, – получить зерно по 4300 или по 6300?

Д.Медведев: Тогда зачем вы вообще принимаете решение о распределении через торги? Тогда возьмите, всем регионам расфасуйте и всё.

В.Зубков: Так и хотели, но затем было предложение попробовать на биржевых торгах – возможно, цена упадёт. Но она не упала.

Д.Медведев: Она не упала именно потому, что вы часть зерна заткнули в индивидуальное распределение, вот и всё. Какой дурак будет торговаться, если можно прийти и договориться с чиновниками Правительства?

Вот что. Решение это нужно приостановить и посмотреть, если Вы посчитаете невозможным дальше проводить торги, тогда лучше распределяйте каждому региону адресно. Но вообще‑то это не рыночная мера. Скажу прямо – это создаёт опасность коррупции. Поэтому нужно сделать всё, чтобы зерно распределялось на единых началах, в противном случае мы можем создать перекос.

Э.Набиуллина: Дополнительные меры были приняты по снижению импортных пошлин по ряду товаров, прежде всего по картофелю, капусте и гречихе семенной. Это решение вступило в силу в конце ноября [2010 года]. Уровень снижения пошлины где‑то был от 5–15 процентов до нуля.

Мы сейчас видим только первоначальный эффект. У нас есть оперативные данные по импорту в декабре. Но могу сказать, что, например, декабрь 2010 года к декабрю 2009 года: картофель – импорт вырос в десять раз. Это чувствительная позиция по уровню цен. То есть мы имеем возможность всё‑таки часть спроса покрывать за счёт возрастающего импорта. Капуста – более чем в пятнадцать раз (импорт к декабрю). То есть эффект от этих мер всё‑таки есть. По другим товарам: у нас сейчас на национальном уровне приняты решения, и мы должны будем провести решения через комиссию Таможенного союза по ряду других товаров тоже по временному снижению пошлин по таким чувствительным позициям.

Д.Медведев: Ещё раз обращаю внимание Правительства на необходимость использовать все возможные способы для влияния на ситуацию на рынке продовольствия – использовать причём экономически взвешенные механизмы.

В любом случае цель остаётся одна. Она заключается в том, чтобы в результате вашей, надеюсь, слаженной работы инфляция замедлилась и рост цен на продовольствие не был таким, как это происходило в конце прошлого года и в начале этого, потому что от этого зависит успех деятельности самого Правительства.

<…>