Встреча Дмитрия Медведева с работниками сельскохозяйственной отрасли

Председатель Правительства посетил фермерское хозяйство, ознакомился с ходом уборки урожая овощных культур и встретился с работниками сельхозотрасли.

Посещение фермерского хозяйства

Вступительное слово Дмитрия Медведева на встрече

Вопрос главы крестьянского (фермерского) хозяйства Бориса Дрыгина

Вопрос предпринимателя Михаила Дербасова

Вопрос генерального директора ООО «Астраханская консервная компания» Халида Алхулаева

Вопрос исполнительного директора кооператива «Красноярское молоко» Арслана Умарова

Вопрос главы крестьянского (фермерского) хозяйства Александра Чуланова

Вопрос генерального директора ООО «Агромастер» Дениса Шина

Вопрос главы крестьянского (фермерского) хозяйства Александра Прелова

Вопрос главы крестьянского (фермерского) хозяйства Михаила Старикова

Вопрос главы крестьянского (фермерского) хозяйства Ибрагима Омарова

Крестьянское (фермерское) хозяйство З.Ж.Бекчинтаева расположено в 24 км от Астрахани, основные виды деятельности – растениеводство, кормопроизводство, животноводство. Ежегодно хозяйство производит более 3 тыс. т растениеводческой продукции (салат кочанный, баклажаны, перец, томаты, лук репчатый, морковь, картофель, люцерна).

В хозяйстве имеется 130 га орошаемых земель, 360 голов крупного рогатого скота мясного направления, в том числе 140 коров. На сельхозпредприятии работают 15 постоянных и 40 временных рабочих.

Встреча Дмитрия Медведева с работниками сельскохозяйственной отрасли

Из стенограммы:

Д.Медведев: Я специально встретился с вами здесь, в полевых условиях, для того чтобы мы поговорили о текущей ситуации, об урожайности, о том, какой в этом году урожай.

Я после нашей встречи проведу видеоселектор с руководителями регионов – всех основных аграрных регионов, где в настоящий момент собирают урожай или уже собрали. В этом году мы можем рассчитывать на весьма приличные результаты. Может быть, не хочу заранее предвосхищать, но это будут результаты самого высокого уровня за последние десятилетия или вообще за всю историю, потому что по целому ряду регионов, если говорить о растениеводстве, о зерновых, урожай, который получен, по сути, беспрецедентный, никогда такого не было.

Но урожай нужно не только собрать, как известно, но и cохранить, тем более что от урожая в растениеводстве зависит и состояние животноводства, и рыбной отрасли, и целого ряда других направлений.

Крайне важно, конечно, чтобы мы совместно решили транспортные, логистические проблемы. Вы это на себе чувствуете. Будем стараться это делать и по транспорту, и по доставке. Мы, напомню, за последнее время поддержку сельской жизни и сельскохозяйственной отрасли существенно нарастили. Только в этом году из федерального бюджета выделяется на сельское хозяйство 214 млрд рублей. Хочу вам ещё раз подтвердить, что мы и в следующем году не планируем снижать объёмы поддержки, даже несмотря на то, что бюджет очень непросто формируется, есть проблемы в финансовой сфере. Село у нас остаётся защищённой позицией, даже несмотря на то, что по целому ряду государственных программ объёмы инвестиций снижаются. Но это позиция государства, это позиция Правительства, мы её будем проводить: по селу снижать поддержку не будем.

Естественно, что жизнь на селе – это не только возможности для ведения бизнеса, для ведения аграрного производства (мы сейчас об этом поговорим), но это и, собственно, сама жизнь, а это медицина, это школы. Мы те программы, которые по этому поводу создали, не планируем прекращать. Я недавно встречался с представителя старшего поколения, обсуждали как раз вопросы фельдшерско-акушерских пунктов. Договорились о том, что по ФАПам мы также продолжим ту работу, которую вели, будем пытаться создавать новые пункты, осовременивать уже созданные, будем продолжать программу «Земский доктор», для того чтобы на село возвращались врачи. Будем продолжать программу поддержки молодых семей для специалистов, потому что очень важно, чтобы на селе были специалисты и в аграрном деле, и, конечно, врачи, учителя. Будем продолжать поддержку школ.

Из ранее принятых решений, ещё раз отмечу, мы будем продолжать закупать автомобили скорой помощи, в том числе для сельской местности, чтобы они быстро приходили на помощь. Мы начали новую программу по школьным автобусам для села – в этом году покупаем 1835 автобусов, и они идут в регионы. Может быть, чуть подробнее потом губернатор скажет, Александр Александрович, как это затрагивает Астраханскую область, но в целом по всей стране эта программа будет работать.

Конечно, очень важны дороги, спортивные площадки, почтовые отделения, дома культуры. По поводу домов культуры тоже хочу объявить (мы пока ещё не сообщали об этом): я принял решение начать программу по восстановлению домов культуры с использованием в том числе и федеральных ресурсов. В ближайшее время на эти цели будет выделено 1,5 млрд рублей. Мы хотим сделать по всей стране сеть современных домов культуры – не таких, какими они раньше были, а именно современных, в которых можно было бы и кино посмотреть, и с друзьями встретиться, и какие-то социальные мероприятия провести, причём сделанных по современной, высокой системе технологий, чтобы и связь там была нормальная.

В ближайшее время такую программу начнём. Начнём где-то со ста домов культуры. Это будут типовые дома, которые можно потом будет воспроизводить в других местах. Надеюсь, это также поможет создать необходимый микроклимат в деревне, просто сохранить людей, которые хотят трудиться на селе, чтобы отток в города не был значимым, чтобы условия жизни на селе были на очень достойном уровне.

Это основные направления, которыми мы сейчас занимаемся. Вы отлично знаете – с учётом того, что сами делаете, – где у нас есть достижения, в последнее время полученные, где есть проблемы, где есть ресурсы, где их не хватает. Тем более здесь у нас представлены, как я понимаю, предприятия, которые разными видами аграрного бизнеса занимаются.

Пожалуйста, я готов, как и мои коллеги, обсудить всё, что вы считаете правильным. Теперь я умолкаю. Прошу вас высказываться, какие-то предложения делать, если они существуют.

Б.Дрыгин (глава крестьянского (фермерского) хозяйства): Дрыгин Борис Аркадьевич, Ассоциация рыбодобывающих и перерабатывающих предприятий Астраханской области, председатель колхоза имени XX партсъезда. Мы не только рыбодобывающее предприятие, мы занимаемся сельским хозяйством, животноводством, и занимаемся довольно активно. Сегодня в нашей программе – развитие садоводства и аквакультуры. Государственная программа «Развитие рыбохозяйственного комплекса» до 2020 года предусматривает интенсивное развитие аквакультуры и модернизацию производства на основе инновационной деятельности, поддержку которой оказывает Фонд содействия развитию малых предприятий в научно-технической сфере. В четвёртую очередь конкурса «Коммерциализация» ряд проектов одобрен фондом, но финансирование их не открыто, так как фонд в настоящее время не располагает денежными средствами. Планирует ли Правительство в текущем году выделить фонду дополнительное финансирование?

Д.Медведев: Для нас аквакультура довольно новая сфера бизнеса, аграрного предпринимательства. Хотя в ряде мест, в том числе, кстати, в Астраханской области, этим занимались исторически, меры поддержки мы предусмотрели в первый раз только в прошлом году. Мы это дело только начинаем. На этот год, если не ошибаюсь, у нас в общей сложности запланировано порядка 396 млн рублей на поддержку. Это деньги, но, скажем прямо, не какие-то великие деньги. Естественно, мы их будем распределять в соответствии с теми правилами, которые приняли. В настоящий момент распределено 300 млн из этих 396. Остаток, надеюсь, будет распределён. Александр Николаевич (обращаясь к А.Ткачёву), обратите внимание, чтобы все деньги были распределены.

По мере возможности, естественно, мы будем поддержку аквакультуры наращивать. Но понятно, что на все проекты здесь у нас средств не хватит. Мы будем продумывать, каким образом всё-таки создавать дополнительные инструменты поддержки именно по аквакультуре, потому что эта сфера у нас недофинансирована и мы хотели бы, чтобы эта тема зазвучала по всей стране.

Вы хотели получить субсидирование по кредиту или какую-то другую форму поддержки? О чём там речь шла?

Б.Дрыгин: Мы хотим получить субсидирование по кредиту.

Д.Медведев: Александр Николаевич, у нас сколько кредитов таких приблизительно оформлено?

А.Ткачёв: Существуют объективные и субъективные причины. Если там причина – бюрократия или что-то ещё, то, конечно, мы поправим. Вообще аквакультура – это, конечно (Вы абсолютно правильно сказали), наше будущее. Китай производит сегодня порядка 60 млн т, мы – 160 тыс. И мы видим очень много желающих практически во всех субъектах, и губернаторы заинтересованы. Конечно, просьба: нам нужно как минимум в два раза на будущий год увеличить… Это заменитель мяса, это белок.

Д.Медведев: Не просто белок. Считается, что уровень потребления в стране и качество потребления измеряется именно количеством потреблённой рыбы, потому что это здоровая пища, и чем больше страна потребляет рыбы, тем считается лучше рацион питания. Это общедоказанные вещи.

А.Ткачёв: Кстати, потребление рыбы у нас в стране растёт по объективным причинам.

Д.Медведев: Растёт, конечно. Но я согласен и с вопросом, и с вашим комментарием. Нам нужно наращивать объём поддержки аквакультуры с учётом того, что мы только в прошлом году это начали делать. До этого вообще господдержки не было – на федеральном уровне, подчёркиваю. На региональном проекты были, но не очень большие. Александр Александрович (обращаясь к А.Жилкину), у вас есть какой-то уровень поддержки?

А.Жилкин: У нас уровень поддержки этого направления есть. Из всего объёма, который назвал Александр Николаевич (Ткачёв), мы 20 тыс. т рыбы выращиваем и отправляем на рынок, и, действительно, спрос хороший. Но нужны новые технологии, нужна новая кровь. Мы это называем «рыбное животноводство». Поддержка есть, но в рамках возможностей нашего бюджета. Поэтому, конечно, направление, которое Вы в прошлом году открыли, поддержали, очень важно. Борис Аркадьевич (Дрыгин) здесь говорит не только о процентной ставке, это и соучастие государственного бюджета по этому фонду, которое идёт как невозвратные средства, в капитал. Это 20–25% в зависимости от объёма проекта. Конечно, этих денег не хватает сейчас на всю страну, понятно.

Д.Медведев: Денег всегда не хватает, но нужно рациональным образом их распределять, поддерживать наиболее успешные, востребованные проекты. В этом и есть искусство государственного управления. А что касается конкретного проекта, посмотрите тогда вместе с министром.

М.Дербасов: Я являюсь владельцем и исполнительным директором своих предприятий – это и аквакультура, и выращивание овощей, зерновых, также мы сами производим корма. У нас собственная переработка и рыбы, и овощей, и много чего другого, собственная торговая сеть, в которой мы всё это реализуем.

По поводу аквакультуры. Сейчас есть программа по грантам до 20 млн по аквакультуре. Но, к сожалению, там есть ограничение: обязательно должно быть крестьянское (фермерское) хозяйство с численностью людей не более 15. Но надо понимать, что реальное прудовое хозяйство – это порядка 1 тыс. га земли. Откуда у фермера 100 млн рублей, чтобы построить такое хозяйство? Ещё у него должна быть техника. Зачем вводить такие ограничения? Это просто нереально.

И второй вопрос. Сейчас существует система предоставления субсидий по принципу компенсации затрат. Нельзя ли её заменить на систему предоставления субсидий по принципу софинансирования? То есть когда программа заявляется, определяются проценты, сколько должен заплатить фермер, сколько должно заплатить государство. Утверждается программа, и выплаты идут параллельно, то есть платит фермер, платит государство – например, за оборудование. Тогда фермеру не нужно искать огромное количество денег для приобретения той же самой техники. И эта же техника (при субсидиях, например, 50–60%, когда у нас проходят такие программы на приобретение техники) может уходить в залог, то есть не надо формировать залоговый фонд, это очень удобно.

Д.Медведев: По второй части мы посмотрим, можно ли что-то здесь сделать. Как вы понимаете, тут ничего удивительного нет, это всё определяется размерами государственной поддержки. Всё, что есть, мы стараемся раздавать.

М.Дербасов: Нет, именно сам принцип.

Д.Медведев: Принцип изучим. Если это работает, можем попробовать что-то подобное сделать.

Что же касается первой части, вот этих ограничений, тут мне трудно сказать, чем они были определены. Может быть, у Александра Николаевича (Ткачёва) есть какой-то комментарий, почему именно такой лимит был – 15 человек. Потому что всякие решения такого рода – это всегда некая схема. Почему 15, я не знаю, надо уточнить сейчас у министерства.

А.Ткачёв: Я думаю, что в принципе, когда формировали такие правила, конечно, был расчёт на то, чтобы поддерживать мелкий бизнес, мелких предпринимателей. Я могу привести статистику, сколько у нас по этим правилам было открыто бизнесов по всей стране. Это не десятки и не сотни, я Вас уверяю. Эти правила появились у нас два года назад, и они исходили из того, что нас просили об этом как раз ЛПХ, мелкие фермеры, потому что все деньги разбирают крупняки – они, конечно, мощнее, они проворнее, они лучше стоят на ногах. А потом, когда доходит очередь до тех, у кого 10 человек работающих, – денег нет или по другим причинам, и так далее.

Д.Медведев: Давайте мы, Александр Николаевич, взвесим, что происходит. Надо статистику посмотреть. Если суммы выбираются этими мелкотоварными производителями, тогда единственный способ – это просто наращивать объёмы господдержки, если это будет возможно, чтобы приходили не только мелкие, но и средние, и более крупные производители. А если суммы не выбираются, если они просто не берут, тогда это не работает, тогда вопрос справедливый, и тогда нужно просто критерии менять и устанавливать критерии для более крупных производств, чтобы они заходили. Давайте взвесим это.

А.Ткачёв: По второму вопросу, по субсидиям, я хочу озвучить, Дмитрий Анатольевич (Вы это одобрили, и мы уже неоднократно с Вами проговаривали), вопрос субсидирования процентной ставки и по инвестиционным, и по коротким кредитам. Это самое важное, это развитие прежде всего. Короткие – для сезонных работ, тоже жизненно важные. С 2017 года, я очень надеюсь, мы с вами, Правительство, примем в течение сентября-октября (это практически со всеми согласовано), и процентная ставка под эти кредиты будет не выше 5%. То есть меняется схема. Деньги непосредственно заходят в банк. Придя в банк, непосредственно заёмщик делает расчёт, подписывает соглашение. Процентная ставка внутри банка уже субсидируется, и на выходе вы получаете 5% гарантированно. Мне кажется, это оптимальная ставка. Никто, кроме аграриев (мы должны это понимать, и это в том числе беспрецедентная поддержка Правительства), не кредитуется под 5%. Все – 10, 15 и выше. Так или нет? Или кто-то под 2–3%? Вы, думаю, лучше меня это знаете. Гарантированно 5%.

Д.Медведев: Да, это очень нелёгкое решение, о котором Александр Николаевич говорит, но тем не менее мы на него пошли. Я публично объявил на нашем специальном форуме с аграриями о том, что мы постараемся сделать всё, чтобы держать для вас эту ставку 5%. Это действительно беспрецедентное решение, потому что у нас вся остальная экономика в условиях существующей инфляции кредитуется под другие проценты. Так что будем стараться эту цифру выдерживать. Это, конечно, создаст нормальные условия для развития. Но посмотрим и те варианты, которые коллеги предлагают, естественно.

Х.Алхулаев: Халид Рамазанович Алхулаев, генеральный директор Астраханской консервной компании. Компания – один из основных переработчиков овощей, которые здесь, у нас в области, выращиваются, производит большой ассортимент консервной продукции, и замороженной продукции, и в свежем виде, всё остальное полностью перерабатывается. Вопрос такого плана. Развитие пищевой промышленности является приоритетным направлением АПК области. Строятся и модернизируются новые предприятия отрасли. : Просим Вас рассмотреть возможность внесения изменений в правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на возмещение части прямых понесённых затрат на создание и модернизацию объектов агропромышленного комплекса, утверждённых постановлением Правительства от 24 июня 2015 года №624, дополнив их направлением по созданию или модернизации овощеперерабатывающих предприятий. Эта мера позволит перерабатывающей промышленности развиваться синхронно с увеличением выращиваемой продукции. На сегодня выращивается продукции уже больше, чем в состоянии предприятия перерабатывать, возникает тормоз в этом направлении. Там была раньше эта мера поддержки, достаточно много предприятий у нас создалось, модернизировало свои производственные базы.

Д.Медведев: Вы какую-то форму поддержки, Халид Рамазанович, получали или нет?

Х.Алхулаев: Мы на сегодня только процентные ставки субсидирования на оборотные средства.

Д.Медведев: Документ, о котором мы говорим сейчас (есть действительно такой документ, правда, он, как все наши документы, естественно, носит адресный характер) – упомянутое 624-е постановление от 2015 года по созданию овощехранилищ и по ОРЦ так называемым, то есть распределительным центрам. Это два основных направления. Но, конечно, нужно заниматься и тем, о чём было сказано. Там сейчас у нас есть возможность делать это за счёт, как я понимаю, тоже субсидирования процентной ставки, 5%.

А.Ткачёв: И капексы так называемые, возмещение прямых затрат 20%.

Д.Медведев: Там было направленное действие этого 624-го постановления. Давайте мы тоже посмотрим два варианта. Один, всё-таки связанный с субсидированием процентной ставки, потому что сейчас это наиболее востребованное направление. 5% – нормальная абсолютно ставка, и то, о чём вы говорили по капексам так называемым.

А второе, конечно, – посмотреть вопросы расширения этой программы, но это в том случае, если деньги будут, скажем прямо.

А.Ткачёв: Всё-таки у нас переработка есть ещё, а хранение – у нас вообще ничего нет, инфраструктуры хранения никакой ни у вас, ни у других.

Д.Медведев: Посмотрите оба варианта, так как предложено было.

А.Умаров: Умаров Арслан Мендбаевич, директор муниципального унитарного предприятия «Красноярское молоко», один из учредителей кооператива. У нас в Астраханской области преобладает мелкотоварное производство, в особенности личные подсобные хозяйства, и мы объединились в сельскохозяйственный кооператив для сбора молока. Также мы уже являемся на данный момент получателями регионального гранта для улучшения материально-технической базы кооператива, соответственно, для улучшения условий сбора молока. Единственное, что бы нам дало дополнительный толчок, импульс в развитии, – включить в список получателей субсидии из федерального бюджета кооперативы, которые занимаются именно сбором молока.

Д.Медведев: Давайте вместе порассуждаем. Я, естественно, как любой руководитель хотел бы, чтобы меры поддержки были как можно более широкими. Но опять же естественное ограничение – только размер бюджета. Тем не менее первая реакция у меня – сказать, что я тоже с этим согласен, давайте так сделаем. Но вопрос ведь в чём? Вот то, что у нас сейчас мера поддержки на 1 л и на 1 кг товарного молока связана прежде всего с самими производителями. Вы у них приобретаете. Значит, либо нам нужно тогда производителям отказывать, либо два раза эту поддержку использовать. Два раза использовать – это, наверное, не очень правильно, согласитесь, потому что получится, что мы один раз заплатим производителям на 1 кг, а второй раз заплатим потребительскому кооперативу. Или же у вас есть какая-то другая идея, как эту меру использовать? Потому что два раза мы, конечно, на 1 кг поддержку оказать не сможем.

Вот знаете, что можно, мне кажется? Если всё-таки вы уже собираете то молоко, где меры господдержки использованы, наверное, будет не очень правильно дважды государству оказывать меры государственной поддержки, хотя вам, наверное, это было бы и удобно, и выгодно. Но вот в ряде случаев такие субсидии не используются, например в ЛПХ не используются и по некоторым другим направлениям. Вот если речь идёт о том, что это первое использование субсидий по тому молоку, которое вы собираете, вот такой вариант рассмотреть было бы можно. То есть, понимаете, да, Александр Николаевич (обращаясь к А.Ткачёву), если уже субсидия использована, то, наверное, дважды это делать нельзя. Но если они реально собирают молоко там, где не использована субсидия, может быть, там посмотреть, чтобы просто это активнее происходило.

А.Ткачёв: Дмитрий Анатольевич, это будет несправедливо. Те, кто производит молоко, они не получают. Те, кто покупает его, то есть перекупщик, можно сказать, получит дотацию. Несправедливо. Бери сто голов коров покупай и производи молоко и получишь.

Д.Медведев: Можно и так, конечно, поступить. Но, с другой стороны, нам нужно не искать, так сказать, справедливости в этом вопросе, а увеличивать количество молока. Потому что они вам тоже приведут массу примеров, как они тоже серьёзно работают. Давайте мы таким образом поступим: посмотрите тоже, Александр Александрович (обращаясь к А.Жилкину), вместе с Минсельхозом два варианта. Если всё-таки субсидия не используется, то её можно попробовать использовать.

А.Жилкин: Дмитрий Анатольевич, я просто скажу, чтобы спор у нас с Александром Николаевичем не пошёл: это мы стимулируем развитие животноводства через содержание коров в личном подворье.

Д.Медведев: Так я это и имею в виду.

А.Жилкин: Если она 10 коров держит и у неё потом покупают молоко по 20 рублей за литр, – она зарабатывает, она никуда не уходит.

Д.Медведев: Иными словами, если наши владельцы ЛПХ производят молоко, но не используют эту субсидию (и по правилам они не могут её использовать) и для них это достаточно выгодно, но если в результате такой деятельности всё-таки у нас молока больше становится, тогда эта деятельность тоже может поддерживаться. Ещё раз говорю: для нас важно не искать тех, кто больше или меньше вложил, а увеличивать надои и объём приобретаемого молока – такая цель.

А.Чуланов: Я являюсь владельцем крестьянского (фермерского) хозяйства. Мы живём в зоне полупустыни и возделываем овощи при искусственном поливе. У нас основной затратой является полив. Проблема в том, что основные средства мы вкладываем не только в удобрения, как я уже сказал, а в то, что мы ещё воду берём из системы мелиорации. Мы покупаем её у мелиоративных организаций, и мы, получается, покупаем и тут же ещё платим за электроэнергию, чтобы подать по нашим трубопроводам на систему орошения. Основной нашей затратной частью является как раз вода. Как можно это снизить? Может быть, есть какие-то меры поддержки именно на воду, чтобы сократить долю расходов на полив?

Д.Медведев: А сколько у вас затраты на воду составляют в процентах?

A.Чуланов: Где-то 30%.

Д.Медведев: Это, конечно, характерно для Астраханской области, здесь климат сухой, жаркий. Но однозначного ответа на этот вопрос, к сожалению, нет, потому что это в целом связано с общей ситуацией в сфере мелиорации и программ, которые осуществляются.

Конечно, 30% – это много. Я не знаю, есть ли что-то на эту тему в региональных программах. Вы развиваете это, Александр Александрович?

А.Жилкин: Да, безусловно. Мы также вчера с Александром Николаевичем обсуждали эту тему. Есть абсолютное понимание особых условий ведения земледелия здесь – ежедневный или круглосуточный полив. Я благодарен, во-первых, и «Мелиоводхозу», они действительно эту воду подают, но если бы они брали по полной стоимости, которая на самом деле есть, то, конечно, здесь бы сельского хозяйства не было.

Д.Медведев: Но мы с сельского хозяйства и не берём почти ничего по полной стоимости.

А.Жилкин: Второе. Здесь я бы просто просил такое решение (мы с Александром Николаевичем обсудили, он согласен в принципе), когда субсидируется и поддерживается в рамках действующего объёма финансовых ресурсов Правительства программа мелиорации, обратите внимание, что у нас особая зона, не такая, как в центральных регионах России или, допустим, даже на юге Краснодарского края.

Д.Медведев: Просто больше внимания акцентировать, денег побольше привлечь.

А.Жилкин: Да, чуть больше внимания, чуть больше процент сделать. А мы свою долю даём.

Д.Медведев: У нас вообще, надо признаться, к сожалению, с программой мелиорации пока всё не очень выглядит. В советский период была довольно неплохая программа мелиорации, было целое министерство, совершенно справедливо Александр Николаевич говорит, и были довольно серьёзные затраты на это направлены государственные. Урожаи, правда, были всё равно хуже, чем сейчас, но тем не менее система мелиорации была лучше развита.

Сейчас мы эту программу реализовываем. Деньги там есть, они, конечно, не фантастические, будем стараться их наращивать. Но, конечно, прежде всего я просил бы на это обратить внимание Министра сельского хозяйства и Министра природных ресурсов, нужно акцентировать внимание на регионах, где без мелиорации вообще ничего происходить не может, где без нормального доступа к водным ресурсам расти просто ничего не будет. Думаю, что это было бы правильно и справедливо, в том числе и для Астраханской области.

А.Ткачёв: Дмитрий Анатольевич, по Вашему поручению, мы в два раза, я хочу проинформировать всех, увеличиваем объёмы финансирования мелиорации, до 8 млрд в следующем году.

Мы вчера с губернатором договорились, что деньги здесь тоже подбросим, потому что Астрахань без воды не может жить. Вы видите, что с мелиорацией  тёмно-зелёные растения. То же самое у нас и в Саратове, и в Волгограде. Летишь, смотришь: с водой соя ‒ 40 центнеров, без воды ‒ вообще нет её. Кукуруза ‒ до 100 центнеров в Волгограде и в Саратове. То есть мы можем зерно нарастить.

Д.Медведев: К сожалению, часть бывших объектов мелиорации оказалась брошена и разграблена за 10‒15 лет, пока этому не уделялось внимания.

Нам нужно постепенно это восстанавливать, причём на принципах государственно-частного партнёрства, потому что сейчас это всё за счёт централизованных источников не сделать. Но если привлекать сюда бизнес, причём крупный бизнес в основном, конечно, не аграриев, у которых на это средств нет, крупный бизнес и государственные средства использовать, можно потихоньку вытащить. Вы правы, это абсолютно необходимо для целого ряда областей, в том числе Астраханской, для Волгограда, Саратова, Ростова-на-Дону.

А.Ткачёв: Крым у нас без воды.

Д.Медведев: Но там совсем ничего нет, в Крыму всё разрушено, там нужно заново всё делать.

А.Ткачёв: Если можно, маленькая справка. Американцы 50% своих земель мелиорируют, поэтому у них урожаи, поэтому у них и зерно ‒ 500 млн т.

Д.Медведев: Никакой альтернативы не существует, нужно этим заниматься.

А.Ткачёв: Трубы уже негодные, уже бесполезно их реанимировать.

Д.Медведев: Надо провести вместе с губернаторами анализ. Кое-где всё-таки это работает, но в значительной степени, к сожалению, система испорчена.

А.Ткачёв: Сейчас уже новые пластмассовые трубы, задвижки новые.

Д.Медведев: Современные трубы, причём трубы, которые не теряют воду, которые не создают проблем водопользователям тоже.

Д.Шин: Мы занимаемся выращиванием лука. Государство помогло нам в строительстве овощехранилищ, мы получили грант. К этому сезону мы достраиваем: около 10 тыс. т хранения лука у нас будет. Хотим увеличить производство, но с увеличением производства нам нужно искать рынки сбыта. Нам бы очень хотелось попробовать поторговать в Сибири и на Дальнем Востоке. Сейчас там орудуют Китай и Казахстан. Разговаривал с сибиряками, они говорят, китайский лук невозможно есть ‒ выращенный на химии, буквально две недели лежит и портится. Но мы не можем с ними конкурировать на данный момент, в первую очередь из-за себестоимости, себестоимость логистики у них гораздо дешевле получается. Если простым языком говорить, из Казахстана 2,5 рубля на килограмм ложится до Екатеринбурга, а от нас 4 рубля ложится.

Хотел бы Вас попросить помочь в этом вопросе, снизить тарифные ставки на вагонные перевозки. И так как у нас есть уже овощехранилища, мы можем этим заниматься зимой в терморегулируемых вагонах. Хотя бы зимой, в период, когда мы торгуем, терморегулируемые вагоны приравнять по тарифам к крытым вагонам. У нас есть информация, что сейчас очень много рыбы доставляется с Дальнего Востока в европейскую часть и обратно в основном все вагоны терморегулируемые идут порожняком. Мы можем всё забить овощами. Мы сами готовы накормить Сибирь и Дальний Восток овощами.

Д.Медведев: Очень похвальное желание ‒ накормить Сибирь и Дальний Восток, потому что мы заинтересованы в том, чтобы по всей территории нашей огромной страны наши люди использовали и потребляли в пищу наши продукты. Понятно, что в силу огромных расстояний иногда оттуда привезти дешевле, это действительно так, чем, например, из Астрахани везти, потому что просто плечо транспортное получается длинным. Но, с другой стороны, всё равно нужно тарифную политику совершенствовать, тем более что вы справедливо говорите, наша продукция, астраханская, конечно, качественнее, чем то, что поставляется из-за границы. Это потребители оценить могут на собственном опыте.

Давайте так договоримся. У нас в целом по определённым направлениям используется льготный тариф на перевозку сельхозпродукции, но это касается прежде всего зерна. По зерну у нас используется коэффициент, где-то он приблизительно 1/3 составляет тарифа в зависимости от расстояния, и применяется в случае, если транспортное плечо больше 2 тыс. км. Тогда применяется сниженный тариф по поставкам зерна из европейской части России, из центральной части России на восток. Но нам нужно подумать и по овощам, и фруктам, как поступить. Давайте мы сделаем подсчёт, и я попрошу министерство вместе с ФАС и «РЖД» просчитать возможность понижения тарифа, потому что мы используем пониженный тариф по зерну, подчеркиваю. Может быть, у нас есть возможность использовать это и по овощам, и по фруктам. Такое поручение я дам обязательно.

И второе. Я хотел вас поддержать в том, что вы занимаетесь логистическими всеми новыми возможностями, хранилища создаёте. Мы такую политику будем проводить в целом по стране, и по Южному федеральному округу прежде всего, потому что здесь у нас больше всего производится продукции. Теперь к Южному федеральному округу у нас и Крым отошёл, и теперь этим занимаются в одном месте. Мы приняли решение по этим центрам, чтобы создавать большие мощности в нескольких регионах ‒ это Волгоград и Ростов, если я правильно помню, и средние, и крупные на территории Крыма, Краснодарского края и Астраханской области. Эти программы по хранилищам будут обязательно исполнены.

А.Прелов: Мы занимаемся выращиванием товарной рыбы, скотоводством, производством риса ‒ широкопрофильное предприятие. У меня вопрос касается господдержки в области аквакультуры. В соответствии с правилами, утверждёнными постановлением Правительства от 3 апреля 2015 года №319 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации ”Развитие рыбохозяйственного комплекса”», с 2015 года сельхозтоваропроизводители получают поддержку в виде субсидирования процентной ставки по кредитам. Согласно правилам, государственная поддержка оказывается только после прохождения конкурсного отбора инвестпроектов в Федеральном агентстве по рыболовству. Возможно ли предусмотреть внесение изменений в правила по кредитным договорам, заключённым сроком от года до трёх, в части рассмотрения заявок на региональном уровне и принять решение по данному вопросу? Также расширить направления целевого использования кредитных средств ‒ на приобретение ГСМ. Сейчас туда входят корма и рыбопосадочный материал. Ввести туда использование ГСМ, подачу электроэнергии в пруды, то есть на закачку воды в пруды, материальных ресурсов, это может быть для переработчиков банка, потому что банка никуда не уходит у переработчиков, это я точно знаю, и приобретение ветпрепаратов, на противоэпизоотические мероприятия, чтобы наша рыба была здоровой, и также рыбопосадочного материала осетровых видов рыб, они не отнеслись ни туда, ни сюда ‒ на прудовое рыбоводство есть, на осетровых нет.

Д.Медведев: Мы уже начинали говорить сегодня про аквакультуру. Ещё раз хочу сказать, что эта тема для нас достаточно новая, и пока там нет огромных ресурсов, но тем не менее будем наращивать. В этом году, ещё раз повторю, около 400 млн рублей по всей стране предусмотрено на поддержку аквакультуры.

Вопрос понятный, Александр Николаевич? Коллеги просят посмотреть более широкий перечень затрат, на которые можно было бы использовать меры поддержки, включая ГСМ, препараты и некоторые другие виды. Понятно, что это, естественно, связано с объёмом денег, которые есть. По мере наращивания объёмов программы будем стараться туда включать и дополнительные виды затрат.

Что касается осетровых, то это связано, как я понимаю, со спецификой самого бизнеса, потому что он более длинный, он ориентирован на срок пять, десять лет, и из-за этого в программу он попал только частично. Но если будем наращивать опять же объёмы господдержки и по этому направлению, может быть, возможно и здесь найти какие-то меры поддержки по осетровым рыбам, по продукции такого рода. Хотя здесь кредитный договор заключается на более длительный срок.

Там какие были мотивы по осетровым, когда такое решение принималось?

А.Ткачёв: Осетровые ‒ это длинные инвестиции, просто у нас не хватит 400 млн на всю страну, поэтому если в следующем году мы до 1 млрд доведём, я готов по Вашему поручению рассмотреть.

Д.Медведев: Да, посмотрите. Это более сложные инвестиции, но их тоже нужно иногда поддерживать. Потому что по понятным причинам у нас целый вид сельхозпроизводства, например молочное товарное производство, вообще имеет очень длинный цикл и очень низкую рентабельность, но мы всё равно поддерживаем его, потому что без молока жить невозможно.

Осетровую продукцию, которая производится нашими рыбоводами, тоже едят довольно активно ‒ и рыбу, и икру потребляют. Посмотрите, что можно сделать, особенно в случае расширения объёмов господдержки по рыбоводству.

По расширению затрат я понял, это попроще немножко сделать.

М.Стариков: Я бы хотел коснуться вопроса семеноводства. На сегодняшний день мы в области тратим сотни миллионов, довольно крупные деньги, и цена семян не всегда соответствует качеству.

Д.Медведев: Откуда у вас семена, Михаил Сергеевич?

М.Стариков: Все семена из Голландии в основном, все импортные, абсолютно все импортные. Процентов десять семян, наверное, всего наши.

Д.Медведев: И то, как мне сказали, наши условно, потому что это молдавские.

М.Стариков: Да, наши условно. Наши ‒ я имею в виду советские семена. На заре советской власти мы, конечно, пользовались, а сегодня технологии выросли, семена другие. Где гарантия, что завтра нам не закроют возможности теми же санкциями? Чем мы будем заниматься?

Я так понимаю, что где-то 20% финансирования государственного на это есть, но я думаю, что это очень мало. Вопрос надо вообще комплексно рассматривать. Помимо того, что здесь институты должны работать, я знаю, что в Краснодарском крае работают, семена отдают фермерам на размножение, и уже те торгуют. Этот вопрос можно рассмотреть более глобально?

Д.Медведев: Михаил Сергеевич, мы его рассматриваем глобально и по-серьёзному. И Вы на сто процентов правы, что это вопрос, по сути, государственной безопасности. Мы можем какие-то проблемы пережить, где-то аграриев поддержать, перекредитовать, по ставке где-то поработать, но если нам в какой-то момент отрежут поставку семян, скажут, что они закрывают, какие-нибудь санкции объявят... А мы теперь с вами понимаем, они эти санкции вводят просто по разным причинам, прежде всего политическим, у меня нет уверенности, что кому-то в голову не взбредёт сказать: давайте мы тогда и по этому направлению прогуляемся, что называется, решение примем, тогда для нас это будет очень серьёзной проблемой. Поэтому мы должны обязательно сделать всё, чтобы возродить современную селекционную деятельность в нашей стране и семеноводство.

Я не могу сказать, что в советские времена у нас были какие-то колоссальные успехи, но всё-таки мы в значительной мере держались на своих семенах. Может, урожайность была неидеальная, но независимость определённая у нас присутствовала. Сейчас мы действительно в значительной мере потребляем семена из иностранных источников, в зависимости от культур, но по большинству культур это иностранные поставщики.

Мы договорились в Правительстве, Минсельхоз сейчас этим занимается, а также Академия наук, Федеральное агентство по научным организациям, Минобрнауки, просто переориентировать в том числе программу государственной поддержки села, развития сельского хозяйства на селекцию и семеноводство. И теперь это является ключевым приоритетом программы.

Я одну цифру упомяну: по этой программе до 2020 года мы должны построить или модернизировать 87 центров по всей стране. Какие-то из них в лучшем состоянии находятся, какие-то в худшем. Точнее, 61 построить, а 26 модернизировать. Если нам удастся это сделать, финансирование будет в полном объёме обеспечено, тогда, я надеюсь, у нас будет уже другая ситуация.

Но на это направление нельзя жалеть денег, это вопрос будущего нашего сельского хозяйства, это приоритет. Ближайшее заседание Правительственной комиссии по развитию сельского хозяйства, я её возглавляю лично как Председатель Правительства, мы как раз посвятим семеноводству. Просто это имейте в виду. Будем наращивать туда инвестиции.

A.Чуланов: У нас в Астраханской области самые ранние продукты. Нельзя ли так сделать, чтобы мы начали торговать картошкой, а из Египта, из Ирана немножко придержать по срокам, чтобы мы первыми выходили. И нам бы легче жилось, и мы бы у вас меньше просили. Тогда всё было бы просто идеально.

Д.Медведев: Мы приняли целый ряд решений, которые направлены на поддержку нашего рынка. И я надеюсь, это все аграрии ценят, потому что на протяжении десятилетий таких решений не принималось и мы их даже принять не могли. Проще говоря, мы закрыли наш рынок для целого ряда стран, вы знаете каких. Это не мы придумали. Они, что называется, первые начали. Мы им ответили, но это не просто ради того, чтобы сделать что-то неприятное, а для того, чтобы помочь вам, аграриям. И за счёт того, что мы закрыли поставки сельхозпродукции из довольно значительного числа стран, у нас началось импортозамещение, началось нормальное производство по самому широкому спектру сельхозпродукции. Более того, вы знаете, мы эти наши ответные меры так называемые, их называют «контрсанкции», мы их снова продлили по предложению Правительства. Я говорил с Владимиром Владимировичем, потому что решение принимается Президентом и реализуется Правительством, мы их снова продлили. И пока никаких действий не планируем, чтобы их отменить. Я надеюсь, что вы все этим воспользуетесь, чтобы нарастить собственное производство. Это первое.

Второе. И по другим направлениям мы будем думать, каким образом вас поддержать. Я сейчас распространяться на эту тему не буду, но вашу просьбу о том, чтобы уделить повышенное внимание аграриям, в том числе тем, кто занимается ранними видами продукции, мы услышали.

И.Омаров: У нас крестьянское хозяйство по разведению скота. Астраханская область сегодня такой регион, где можно хорошо заниматься именно мясным животноводством. В степи у нас где-то есть свет, где-то нет света, где-то есть условия, где-то нет условий, поэтому нужна очень большая поддержка именно животноводов, которые работают в степи. У нас используется комбикорм, так как ничего не растёт без полива. Мы его покупаем в Ставропольском крае, в Ростовской области. Естественно, обходится дорого. Здесь мы выращиваем только сено, естественно. Сегодня, например, у меня более 1 млн рублей уходит только на то, чтобы купить солярку на укос сена. В прошлые годы мы получали поддержку, субсидии на дизельное топливо, которое используется на уборку урожая. В последние годы этого нет. Нельзя ли нам возобновить это?

И другой вопрос. Без кредитов сегодня крестьяне жить не могут, очень тяжело. А получить кредит сегодня в банке практически невозможно. Невозможно из-за залоговой базы. У нас есть много скота, в том числе племенного, есть чабанские точки, но нет недвижимости, которую берёт сегодня банк. Они ни корову, ни лошадь в залог не берут. Нельзя ли изменить эту систему? И сегодня даже если кто-то сумел получить кредит в банке, то под 23‒25%. Слава богу, если со следующего года, как Вы говорите, будет 5% ‒ это для нас очень большая помощь. Тогда разрешите, пожалуйста, вопрос с залоговой базой, чтобы то, что у нас есть, брали в залог.

Д.Медведев: Эту тему, Ибрагим Ибрагимович, я знаю неплохо. Мы неоднократно об этом говорили с нашими коммерческими банками. Там банки-то понятные вам всем тоже, в основном это Россельхозбанк, Сбербанк, некоторые региональные банки.

Мы, конечно, будем стремиться к тому, чтобы расширять залоговую базу для предоставления кредитов аграриям, просто потому, что мы понимаем, у вас очень часто нет чего-то другого, что можно было бы предложить в залог. Банки, естественно, волнуются по поводу соблюдения всяких разных банковских нормативов, резервов. В конечном счёте это всё основывается на решениях, которые принимает Центральный банк в отношении создания резервов и соблюдения нормативов достаточности капитала так называемых для коммерческих банков. Этот диалог мы ведём, стараясь всё-таки подвигать банковскую систему к тому, чтобы они расширяли перечень объектов, которые можно взять в залог. Мы не можем им просто приказать: вообще всё, что есть, всё берите. Они должны всё-таки реально оценивать стоимость активов.

Я в чём хотел бы вас поддержать: очень часто это происходит и по земле, и по поголовью, они либо вообще принимают решение, что мы это в залог не берём, не хотим брать, либо используют такой коэффициент, который всё умножает почти на ноль, то есть стоимость ликвидационная, остаточная стоимость этого залога становится очень низкой. Мы здесь будем стараться договариваться, чтобы они и более реальную оценку использовали по аграрным активам, и расширяли объём залогового обеспечения.

Александр Николаевич у нас возглавляет наблюдательный совет Россельхозбанка. Вы ещё раз предложите им (поговорим и с Центральным банком) подумать на тему расширения возможностей по залоговому обеспечению для кредитов, имея в виду и круг объектов, которые там можно использовать, и, естественно, оценку применения коэффициентов, которые существуют.

В отношении того, что мы будем ставку снижать, вы уже слышали и сами это сейчас только что сказали. Также будем этим заниматься.

По дизельному топливу. В принципе мы сохраняем меры поддержки по топливу для сбора урожая. Я не знаю, Александр Николаевич, у нас какие средства в этом году на эту тему выделяются?

А.Ткачёв: Мы ведём очень активную работу с поставщиками, производителями. Надо отдать должное, они слышат нас. В этом году цена на дизтопливо поднялась буквально на уровень инфляции, на 3‒7%, даже меньше. Это самое главное наше завоевание. Мы сегодня не субсидируем отдельно непосредственно литр бензина или топлива, у нас на это предусмотрены короткие кредиты, годовые на оборотные, как раз на операционные, на эти ресурсы ‒ ГСМ, удобрения и так далее. Они будут пятипроцентные. Поэтому надо брать кредит, покупать, потом отдавать в течение года и так далее. Это общепринятая мировая практика. То, что мы делали раньше, субсидировали литр ГСМ, удобрения, это не работает, это нерыночная мера, она показала себя с отрицательной стороны.

Д.Медведев: Тогда задача государства, задача Правительства ‒ постараться запустить этот механизм кредитования, для того чтобы наши коллеги здесь не вспоминали о тех мерах, которые были, а могли нормальным образом прокредитоваться.

Ещё раз хотел бы пожелать вам успехов в окончании сбора урожая, ну и вообще в том деле, которым вы занимаетесь, оно очень важно для нашей страны. Также хотел бы сказать, что всё, что мы обсуждали, по каждому вопросу, ‒ я обязательно дам поручение проработать и по возможности принять те решения, на которые сегодня у нас есть возможности.