"Родина" впервые публикует переписку генерала-эмигранта Антона Деникина, который пытался продать свою награду ради боевых товарищей - Родина

75 лет назад, 7 августа 1947 года, ушел из жизни герой Первой мировой войны, один из лидеров Белого движения эпохи Гражданской войны генерал Антон Иванович Деникин. Деникин умер, работая над своей автобиографией "Путь русского офицера", причем недописанными оказались строки о Брусиловском прорыве - наступлении Юго-Западного фронта в 1916 году, за которое генерал был отмечен редчайшей наградой императорской России - "Георгиевским оружием, бриллиантами украшенным".

В материалах архива семьи Деникиных, хранящегося в Бахметевском архиве Колумбийского университета в Нью-Йорке, обнаружены документы, связанные с этой редкой наградой.

Высочайший рескрипт Николая II

"Нашему генерал-лейтенанту, бывшему начальнику 4-й стрелковой дивизии, ныне - командиру 8-го армейского корпуса, Антону Деникину.

В воздаяние отличной распорядительности и храбрости, оказанных вами в боях с 22-го по 31-е мая 1916 года, когда вы, в бытность начальником 4-й стрелковой дивизии, тщательной подготовкой плацдарма для штурма сильно укрепленной неприятельской позиции, блестяще его выполнили с прорывом целого ряда укрепленных позиций, находившихся на пути стремительного наступления, сопровождавшегося упорными боями до троекратного штурма луцкого тет-де-пона[1] и заняли самый город Луцк, причем в период этих боев 40-м армейским корпусом, в состав которого входила вверенная вам 4-я стрелковая дивизия, было взято в плен: 441 офицер, 2 врача и 20 103 нижних чина и захвачено: 39 орудий, 87 пулеметов, бомбометов и минометов, 2 прожектора, много снарядов и оружия, из числа коих трофеев больше половины досталось на долю названной дивизии, Всемилостивейше пожаловали мы вам Георгиевское оружие, бриллиантами украшенное, которое при сем препровождая, пребываем к вам императорскою милостию нашею благосклонны. Николай.

Высочайший рескрипт о награждении Деникина.

В Царской Ставке 22 сентября 1916 года

Канцлер орденов граф Фредерикс"2.

Таким был текст Высочайшего рескрипта Николая II о награждении Деникина.

За время Первой мировой войны подобной чести удостоились лишь восемь военачальников: великий князь Николай Николаевич (младший), генералы А.А. Брусилов, А.И. Деникин, С.Ф. Добротин, В.А. Ирманов, П.П. Калитин, П.А. Лечицкий, С.С. Мехмандаров. Оружие отпускалось из кабинета Его Величества - учреждения, ведавшего личными средствами российских монархов. Изготовление оружия требовало поиска мастеров-ювелиров, поэтому с вручением наград происходили задержки.

Георгиевское оружие с бриллиантами, принадлежавшее великому князю Николаю Николаевичу.

Деникин стал последним награжденным таким оружием, а получил награду уже после Февральской революции, в апреле 1917 года. Генералам Брусилову и Калитину, награжденным раньше Деникина, оружие доставили и того позже - в августе 1917-го3.

Георгиевское оружие с бриллиантами, принадлежавшее великому князю Николаю Николаевичу.

27 700 снарядов за 36 часов

Интересно, что Георгиевское оружие за взятие Луцка генерал получал уже во второй раз - предыдущее награждение оружием без бриллиантов произошло в ноябре 1915 года. Сам генерал вспоминал о начале операции 22 мая 1916 года:

"Временами орудийный грохот сливался в протяжный рев, словно разверзлись бездны и выбросили в мир хаос звуков, сотрясающих землю. Тысячью фонтанов в окопах австрийских вздымалась кверху черная земля, с обломками бревен, со спутанными комьями колючей проволоки... Наши легкие орудия раскалялись от частой стрельбы, их обливали водой и продолжали огонь. Даже на наших стрелков этот гул производил сильное впечатление, а там был ад: после занятия австрийских окопов в них находили людей помешанных..."4

За 36 часов батареи дивизии Деникина выпустили 27 700 снарядов.

На следующий день войска перешли в наступление. Особую сложность представлял штурм Луцка, перед которым находились четыре линии окопов с бетонированными постройками и проволочными заграждениями от трех до шестнадцати рядов. Укрепления были прорваны. Войска Деникина потеряли при этом 16 офицеров и 588 стрелков убитыми и 33 офицера и 3740 стрелков ранеными. В числе первых в Луцк приехал сам начальник дивизии. Своей невесте Деникин писал:

"От бессонных ночей и нравственного напряжения голова тяжелая, ноги словно налиты свинцом и клонит ко сну. А в сердце большая радость. Среди воинства подъем необыкновенный... Порадуйтесь со мной!"5

Однако надежды на скорый перелом в затянувшейся войне оказались преждевременными. Позднее Деникин с горечью констатировал, что "несомненная и крупная победа, одержанная 8-й армией, не получила развития, как и успехи других армий фронта"6.

Письмо Деникина русскому представителю в США Б.А. Бахметеву (1880-1951).

Поиски "эксцентричного благотворителя"

Потом в жизни Деникина были революция и Гражданская война, командование Добровольческой армией и Вооруженными силами на Юге России, ожесточенная борьба с красными, победы, поражение, вынужденное оставление горячо любимой им родины. А затем трудные эмигрантские будни, скитания по разным странам, поиск средств для содержания семьи.

В июне 1922 года Деникины с маленькой дочкой переехали из Бельгии в Венгрию. Именно тогда, в тяжелое время неустроенности, Антон Иванович написал публикуемое ниже письмо, решив пожертвовать самое ценное из того материального, что имел - бриллиантовую саблю, своим боевым товарищам.

Русский представитель в США Б.А. Бахметев (1880-1951).

5 сентября 1922 года генерал доверительно писал русскому представителю в США Б.А. Бахметеву:

"Душа моя болит за участь моих соратников [по] Добровольческой армии, попавших ныне в Болгарии в невыразимо тяжелое положение и материально, и духовно. Хотелось бы помочь хоть чем-нибудь, хоть немногим из них.

У меня сохранилась дорогая для меня реликвия - "Георгиевское оружие, бриллиантами украшенное"7 - одна из высших и весьма редких боевых наград, которою я был награжден императором Николаем II за майский прорыв и за взятие города Луцка в 1916 году. Насколько помню, это было последнее "бриллиантовое оружие", данное покойным государем.

Не найдется ли какой-нибудь эксцентричный благотворитель - американец, который купил бы это оружие за крупную сумму, целиком предназначенную для помощи впавшим в бедствие добровольцам? И нельзя ли при этом избежать газетной шумихи?

Вы знаете страну, ее нравы и некоторые особенности американской плутократии. Поэтому я прошу у Вас совета и, если возможно, содействия.

Если же эта мысль неосуществима, то пусть все написанное здесь останется между нами"8.

Продажа оружия могла помочь поправить материальное положение самому бедствовавшему Деникину. Но строки письма говорят сами за себя...

Это послание Деникин передал Бахметеву через М.В. Бернацкого - в прошлом министра финансов Временного правительства, а позднее начальника управления финансов Особого совещания при Деникине и человека, отвечавшего за финансы белых в эмиграции. Эта фигура еще появится в истории оружия Деникина.

М.В. Бернацкий (1876-1943).

Уже 12 сентября Бахметев ответил:

"М.В. Бернацкий любезно передал мне письмо Ваше с предположением продать имеющуюся у Вас реликвию американцам с тем, чтобы обратить вырученные средства на нужды добровольцев. Я не убежден, что возможно найти человека, который бы пожелал приобрести ценность за достаточные деньги, тем более, что американцы сейчас тяжко обложены налогами и покупают с трудом.

Я советовал бы Вам со своей стороны написать об этом представителю Красного Креста в Америке В.В. Буймистрову... Он очень хороший человек, с удовольствием поможет делу и, конечно, будет совершенно дискретен9. Вполне можете сослаться на меня. Если я Вам могу в этом деле или в других быть полезен, буду счастлив оказать Вам услугу"10.

Таким образом, благое дело, задуманное Деникиным, устроить не удалось, но на этом история с оружием не закончилась.

Шашка Деникина в экспозиции Центрального музея Вооруженных сил.

Вторая попытка

Вновь вопрос об оружии возник через десять лет после предыдущей переписки. Читатели "Родины" уже знают о том, как непросто складывались взаимоотношения Деникина-эмигранта с издателями его "Очерков русской Смуты", как сложно шли продажи и с каким трудом удавалось получать гонорары за очередные тома11. К началу 1930-х годов выплаты за книгу и вовсе сошли на нет. Началось безденежье. Чтобы как-то свести концы с концами, генерал начал читать публичные лекции, которые затем издавал в виде брошюр12. Тогда же он вспомнил о драгоценной награде.

27 декабря 1932 года Деникин написал своему другу полковнику П.В. Колтышеву:

"Дорогой Петр Владимирович,

Опять Вас затрудняю и отягощаю своими делами. Перспектив никаких. При полном сжатии можем ограничиваться двумя с половиною тысяч франков. Я предполагал бы поискать заем под залог бр[иллиантового] оружия с ежемесячным возвратом по двести франков. Как это вообще тяжело и неприятно, но, может быть, можно было бы устроить такой заем через Сазонову. Затруднение еще в том, что ведь не от всякого могу взять взаймы...

Во всяком случае залог в виде бр[илли-антового] оружия обязателен, т.к. это до некоторой степени смягчает морально обязательства.

Если такая комбинация возможна, то попрошу Вас взять бр[иллиантовое] оружие у Б[ернацкого], причем решительно ничего не говорить ему о предположениях, а ответить в том духе, что "попробуете сами что-либо предпринять".

Не буду повторять, что все это для нас - вопрос спешный - хотя и знаю, что такие "комиссии" выбивают Вас из колеи и мешают Вашей работе, и без того неблагодарной.

Письмо это опустит в Париже, для скорости, сосед.

Любящий Вас А.Д."13.

Таким образом, наградное оружие Деникин отдал на хранение М.В. Бернацкому, а Колтышеву поручалось его забрать.

Какова дальнейшая судьба "Георгиевского оружия, бриллиантами украшенного", установить не удалось.

Орден Св. Георгия на церемонии перезахоронения останков генерала Деникина в Донском монастыре. 2005 год.

При перезахоронении останков Антона Деникина в России в 2005 году офицеры почетного караула несли его награды, в том числе георгиевскую шашку без бриллиантов, которая ныне хранится в Центральном музее Вооруженных сил в Москве. А бриллиантовая сабля... Быть может, она все же выручила Деникина и его боевых товарищей в трудные эмигрантские годы.

1. Тет-де-пон - плацдарм, предмостное укрепление.
2. Бахметевский архив русской и восточноевропейской истории и культуры Колумбийского университета (BAR). Anton & Kseniia Denikin collection. Box 19.
3. Скурлов В.В. Золотое Георгиевское оружие "За храбрость" с бриллиантами - награды из Кабинета его величества. 1867-1917 гг. // Клио. 2019. N 3 (147). С. 114.
4. Деникин А.И. Путь русского офицера. Статьи и очерки на исторические и геополитические темы. М., 2006. С. 359.
5. Лехович Д.В. Деникин. Жизнь русского офицера. М., 2004. С. 88.
6. Деникин А.И. Путь русского офицера. С. 366.
7. Рыночная ценность шашки, конечно, не очень велика: хороший клинок, эфес золотой (и скобы), усыпанный осколками бриллиантов (примеч.][ А.И. Деникина).
8. BAR. Anton & Kseniia Denikin collection. Box 1.
9. Видимо, не придаст эти сведения огласке.
10. BAR. Anton & Kseniia Denikin collection. Box 1.
11. Ганин А.В. Издательские битвы генерала Деникина // Родина. 2021. N 3. С. 11-121.
12. Лехович Д.В. Деникин. С. 715.
13. Письма генерала А.И. Деникина. Ч. 1. (1922-1934) / публ. Н.Н. Рутыча и Н.М. Янова // Грани (Франкфурт-на-Майне). 1983. N 128. С. 116.