Заседание Правительства

Повестка: о ежегодном докладе о состоянии конкуренции в России; о плане по повышению темпов роста экономики и ещё 11 вопросов.

Оглавление:

Вступительное слово Д.Медведева

Доклад И.Артемьева о состоянии конкуренции в России

Доклад А.Улюкаева о плане мероприятий, направленных на повышение темпов роста российской экономики

Стенограмма: 

Д.Медведев: Добрый день! Несколько слов о повестке дня. Мы сегодня будем говорить о вопросах развития конкуренции. Руководитель Антимонопольной службы доложит о ситуации на отдельных товарных рынках. Я напомню, по правилам такой доклад представляется ежегодно. Он подготовлен, естественно, с участием делового мира и экспертного сообщества.

Упрощение разрешительных процедур, обеспечение равного доступа к энергетическим ресурсам, инфраструктуре, сокращение избыточного количества государственных объектов – по всем этим направлениям работа идёт. Принимаются «дорожные карты», программы, но, если говорить откровенно, существенных сдвигов пока нет – это оценка и большинства предпринимателей, и экспертов.

Антимонопольное законодательство у нас довольно строгое, а вот конкуренция пока слабенькая. Проблемы с этой точки зрения остаются и на рынках сырьевых товаров, и в сфере естественных монополий, и в системе государственных закупок. Сохраняются административные и финансовые барьеры, ограничен доступ к транспортной инфраструктуре. Процедуры лицензирования до сих пор остаются затратными и долгими, хотя определённые шаги вперёд мы сделали. От таких ограничений страдает и малый, и средний бизнес, и вообще все те, кто пользуется соответствующей государственной системой. Наша экономика пока остаётся слабо конкурентоспособной. Она покоится в значительной мере на завышенных ценах, на тех инвестициях, которые далеко не всегда находят применение, на слабом технологическом развитии. Поэтому мы стараемся все вместе сделать всё, чтобы эту ситуацию изменить и перевести нашу экономику на конкурентные рельсы.

Конечно, развивать конкуренцию необходимо в тех отраслях, которые затрагивают интересы большинства наших граждан. Также это касается и качества жизни, я имею в виду ЖКХ, имею в виду общественные перевозки, услуги связи, медицинские услуги и целый ряд других сфер.

Уровень развития конкурентной среды в регионах, и это тоже нужно отметить, остаётся разным. Во многом он зависит от реальной позиции местных властей, от профессиональной подготовленности управленческих команд, которые занимаются развитием экономики в регионе. Нужно анализировать наилучшие региональные практики и стараться внедрять их в жизнь, развивать успешный опыт.

Сейчас по аналогии с инвестиционным стандартом разрабатывается и региональный стандарт развития конкуренции, который устанавливает единые требования к органам исполнительной власти. Было бы правильно, чтобы и федеральные ведомства, и объединения предпринимателей, и экспертное сообщество более активно подключились к этой работе.

Ещё один вопрос весьма сложный и принципиальный – меры направленные на стимулирование экономического роста. Мы не так давно встречались с руководством Правительства, Центрального банка, обсуждали этот вопрос. Сегодня Министр экономического развития представит план соответствующих мероприятий.

Д.Медведев: «Сейчас разрабатывается и региональный стандарт развития конкуренции, который устанавливает единые требования к органам исполнительной власти. Было бы правильно, чтобы и федеральные ведомства, и объединения предпринимателей, и экспертное сообщество более активно подключились к этой работе».

Я напомню, что при подготовке трёхлетнего федерального бюджета мы исходили из определённых прогнозов по темпам роста ВВП. Однако в первой половине этого года произошло снижение темпов, цифры пока не радуют, как известно. Мы с вами прекрасно понимаем, что таких темпов нам для развития недостаточно. Причины неоднократно анализировались, они известны. Был предложен набор мер по возможному ускорению роста экономики, но, конечно, нужно учитывать, что объективные ограничения экономического роста сохраняются, я имею в виду и внешние, и внутренние. В этих условиях основной упор мы можем сделать на качественные составляющие роста, другой возможности у нас просто нет. Имеется в виду, конечно, и проведение структурных реформ, и использование имеющихся ресурсов развития технологического потенциала.

Д.Медведев: «Основа долгосрочного развития – это реальный сектор. Целый ряд мер господдержки предусмотрен для базовых отраслей экономики. Речь идёт и об ограничении темпов роста тарифов естественных монополий, и о целевом субсидировании отдельных предприятий в рамках адаптации присоединения к ВТО, в рамках нашего присоединения к условиям Всемирной торговой организации. Все эти меры должны быть своевременно и в полном объёме исполнены».

Ключевой вопрос – рост инвестиционной активности и привлечение так называемых длинных денег. Работа здесь должна идти по нескольким направлениям, план будет доложен. На что хотел бы отдельно обратить внимание, ничего здесь нет абсолютно нового, но тем не менее это основное направление нашей работы, – надо проработать надёжные механизмы инвестирования средств Фонда национального благосостояния и пенсионные накопления в те инфраструктурные проекты, которые мы считаем окупаемыми и на которые сегодня сделан акцент, в том числе с использованием государственно-частного партнёрства. Другая задача – в обеспечении доступности кредитных ресурсов, особенно для малого и среднего бизнеса, и, конечно, общее улучшение делового климата. Имею в виду реализацию «дорожных карт» и других решений, направленных на эти цели.

Основа долгосрочного развития – это реальный сектор. Целый ряд мер господдержки предусмотрен для базовых отраслей экономики. Речь идёт и об ограничении темпов роста тарифов естественных монополий, и о целевом субсидировании отдельных предприятий в рамках адаптации присоединения к ВТО, в рамках нашего присоединения к условиям Всемирной торговой организации. Все эти меры должны быть своевременно и в полном объёме исполнены. Конечно, мы понимаем, что это не панацея, и будем смотреть за текущим развитием ситуации, в случае необходимости вносить в неё коррективы.

Пожалуйста, давайте начнём работу. Слово для выступления руководителю Федеральной антимонопольной службы Игорю Юрьевичу Артемьеву.

И.Артемьев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Правительства! В соответствии с законом о конкуренции Антимонопольная служба сегодня представляет седьмой ежегодный доклад о состоянии конкуренции в Российской Федерации. Впервые, наверное, в этом году столь обширное было обсуждение на площадках Открытого правительства (попрошу слайд №2), и с Торгово-промышленной палатой мы это обсуждали, с РСПП, «Опорой», «Деловой Россией», Ассоциацией юристов и так далее. В общем, этот документ имел в этом году большое публичное обсуждение, и очень много ценных наблюдений и инициатив вошло в итоге в этот доклад. Мы даже сделали дополнительный том, который составляет примерно одну треть всего доклада, по дополнительным соображениям.

Тем не менее это седьмой доклад – седьмой том семилетней работы, который, как всегда, содержит большой обзор того, что произошло за последний год, общее состояние на различных рынках. Но если вы не найдёте там, скажем, каких-то рынков, которые вас интересуют, вполне возможно, это содержится в шестом, пятом, четвёртом томе или предполагается сделать. Поэтому, как всегда, мы выбираем несколько ключевых рынков на конкретный год или несколько ключевых тем по развитию конкуренции на этот год. В этом году две такие ключевые темы – тема государственных закупок и конкуренция в аэропортах. Об этом наиболее подробно сказано в докладе. Но самое главное, в общей части анализируются основные тенденции, перспективы и те конкретные шаги, которые были сделаны или которые надо сделать.

На самом деле, как всегда, есть и хорошее в том, что происходило, есть и плохое, о чём, наверное, тоже стоит сегодня сказать. Но этот год очень важен для нас, поскольку появились новые институциональные органы, которые стали заниматься конкуренцией в общенациональном масштабе. Я имею в виду, Дмитрий Анатольевич, Ваше решение о создании Правительственной комиссии по развитию конкуренции и поддержке малого бизнеса, которую возглавляет Игорь Иванович Шувалов (первый заместитель Председателя Правительства). Появление органа управления, который сегодня принимает решения системные, обязательные для действия министерств, привело ровно к такой ситуации, на наш взгляд, что там, где комиссия занималась конкретным вопросом развития конкуренции и принимала решения, там есть подвижки. Там, где это не произошло на уровне правительственной комиссии, то есть мы своими силами либо с Министерством экономики, другими ведомствами что-то пытались сделать, – там успех нас не ожидал. Это показывает, что именно этот путь является очень важным с точки зрения реализации соответствующих инициатив.

Пожалуйста, третий слайд. Международные оценки говорят о том, что, к сожалению, уровень развития конкуренции, по мнению экспертов, у нас снизился за последний год. В частности, по интенсивности конкуренции на товарных рынках мы опустились на несколько мест. Но, на мой взгляд, скорее всего, эмоциональное отношение экспертов и тех, кто оценивает нас сегодня, связано, может быть, даже не столько с тем, что мы реально опустились ниже, условно говоря, в сопоставимых показателях, а в том, что первая производная, то есть ускорение, темпы роста того, что требует наша экономика сегодня в области развития конкуренции, действительно, в общем, можно сказать, черепашьи относительно тех больших задач, которые перед нами стоят с точки зрения демонополизации рынков, развития конкуренции, соответствующих совершенных институтов.

И вот это, конечно, отражение и некоторой пессимистической оценки, которую наш бизнес в этом отношении даёт.

Основная тема связана с большим огосударствлением экономики, с административными барьерами и, конечно же, с административным ресурсом. Вот эти три темы звучат постоянно. При наличии минимальной конкуренции вмешательство административного ресурса, по мнению очень многих экспертов, и наших российских, и зарубежных, – это большая проблема, о которой, наверное, стоит помнить. И, конечно же, то, что происходит, связанное с кризисом, (это не только в России, но и в США, в Европе) – у нас это тоже произошло, когда государственный сектор стал ещё более доминирующим, ещё более сильным, а конкуренция – за счёт малого и среднего бизнеса, который основополагающее значение имеет для нашей страны, тем более учитывая нашу протяжённость, – это, конечно, то, чем нужно в первую очередь заниматься, для того чтобы конкуренция развивалась. И этого пока не происходит на качественном уровне, хотя есть определённые подвижки.

Четвёртый слайд, пожалуйста. Прежде всего я хотел бы сказать о нескольких плохих вещах. Наверное, это будет удобно, а потом сказать несколько хороших. Что касается наших естественных монополий, это вечная проблема. Мы, Дмитрий Анатольевич, в прошлом году говорили о том, что нужно вообще подумать, нужен ли закон о естественных монополиях. Было Ваше поручение, Игоря Ивановича Шувалова, в Аппарате отрабатывался этот вопрос… Это вопрос, конечно, политический, и он ключевой. Закон о естественных монополиях 1995 года ставит их определённым образом в привилегированное положение, притом что, наоборот, мне кажется, внимание к ним и отношение к этим крупным, несомненно, очень важным столпам нашей экономики должно быть особенно пристрастным и особенно твёрдым и требовательным. Раз они столпы и от них зависит всё наше хозяйство, весь наш «дом» в нашем государстве, то, наверное, и требования должны быть таковы. Закон же делает для них послабление. То есть общее законодательство о конкуренции для всех хозсубъектов, будь то частные металлургические компании или какие-нибудь другие – для них жёстче, а для естественных монополий очень много сделано послаблений. Почему? Потому что закон 1995 года так вывел их в отдельную категорию, а дальше возникли законы о газоснабжении, ещё о чём-нибудь и так далее, которые ещё закрепили эту тенденцию. Поэтому это ключевой такой политический вопрос, хотелось бы ещё раз, если можно, на нём остановиться.

Следующая тема (пожалуйста, пятый слайд) большая – это ГУПы, МУПы. Я считаю, что очень большое достижение состоялось – решение Правительства о программе, связанной с приватизацией и ликвидацией этих самых государственных структур на конкурентных рынках. Это ключевая вещь. Сейчас исключительно важно, чтобы весь план мероприятий Правительства был реализован в точности, как это Правительством утверждено. Здесь ведь в чём главная опасность? Это так называемая субсидированная экономика. ГУПы, МУПы субсидируются часто из бюджетов либо за счёт преференциального подхода по предоставлению им определённых наилучших кусков собственности и так далее. Поэтому, естественно, малая или средняя компания, которая является частной, пытаясь конкурировать с этими ГУПами и МУПами, всегда проиграет, потому что у неё нет этой субсидии, поэтому она не может сделать такое хорошее предложение на рынке. Целые отрасли ЖКХ, пассажирского транспорта, социальных перевозок у нас не могут работать, потому что там сидят субсидированные ГУПы в единственном числе. Такая искусственная монополия, которая умножена на десятки тысяч ситуаций в наших городах по всем этим позициям ЖКХ, транспорта, социального обслуживания и так далее. Это, конечно, можно изменить, только убрав их с рынка либо сохранив их, наверное, только в сфере безопасности и обороны, потому что там они нужны, там действительно есть такая необходимость.

Следующая позиция, пожалуйста, 6-й слайд. Ключевым элементом, для того чтобы сейчас попытаться очень сильно изменить правила игры, являются, в общем, достаточно простые документы, они называются «Правила недискриминационного доступа в отраслях». В основном, конечно, имеются в виду правила доступа к инфраструктуре. Я хочу сказать уже из моего опыта, мы семь лет пытались принять такие правила в отрасли связи. Сейчас, спасибо большое Дмитрию Анатольевичу, мы очень близки к тому, чтобы принять правила недискриминационного доступа в отрасли связи. А скажем, в принятых правилах в «Газпроме» слово «не» нужно убрать, это не недискриминационного доступа, а дискриминационного доступа. Или железнодорожные правила – вообще никакого отношения к реальности уже не имеют, они были приняты 10 лет назад и уже не отражают ничего, по ним работать нельзя.

Мы имеем хорошие правила недискриминационного доступа – это большой труд, кстати, всех министерств и ведомств – это правила в энергетике и в сфере услуг аэропортов. Но у нас, например, для портов ничего подобного нет, для связи нет, и так далее, и так далее. Вот эта часть, к счастью вошла вся в «дорожную карту» сейчас. Если мы строго отследим исполнение мероприятий «дорожной карты», то мы можем получить эти важнейшие документы, которые, конечно, совсем другую среду создадут в этой сфере.

Пожалуйста, 7-й слайд. Ещё два слова про естественные монополии. Про «Газпром» я не буду говорить, это отдельная тема, о ней нужно говорить очень долго. Но я хочу два слова про железнодорожный транспорт сказать. Большая проблема, она пять лет обсуждается, она сложная, но если попытаться её лишний раз не усложнять и не призывать дьявола, который сидит в деталях, то я искренне не могу понять, почему наши частные компании не могут получить локомотивы, формировать собственные поездные формирования, платить РЖД за систему безопасности и использование инфраструктуры и устроить конкуренцию на маршрутах. Единственное объяснение, что РЖД не выдержит финансово-экономически, и у нас будут большие проблемы.

Но на самом деле, когда мы летим частным самолётом и делаем посадку в частном или государственном аэропорту, естественно, взлётно-посадочная полоса, то есть инфраструктура, принадлежит государству. Никого не удивляет, что мы летим на частном самолёте? Если мы едем на частном пароходе и причаливаем к государственной причальной стенке, ни у кого не вызывает сомнений, что мы едем на частном пароходе? Почему здесь обязательно государством должен управляться локомотив, государственным каким-то служащим, и государственная компания должна всех возить? Но это и есть ключевой вопрос реформы, так называемого четвёртого этапа, который мы никак не можем решить: он сложный. Но, вообще говоря, простой. Он простой на самом деле, потому что в других сферах это давно решено, и здесь должно быть решено. Не видно больших проблем для того, чтобы этого не было.

Восьмой слайд, пожалуйста. Несколько слов о хорошем. Ещё раз хочу подчеркнуть, прежде всего по решениям комиссии Правительства и благодаря началу реализации «дорожных карт» двух новых институтов, которые имеют для нас, ФАС, ключевое значение. Потому что до этого, сколько бы мы ни пытались там что-то сделать, ничего не происходило. Что произошло?

Ну вот возьмём отрасль связи. Здесь наиболее интересные произошли изменения. Во-первых, принцип технологической нейтральности, о котором мечтали 10 лет: когда на стандарте GSM, на этих частотах, можно оказывать услуги LTE, или на стандарте LTE можно оказывать услуги GSM, и так по другим позициям. Эта программа стартовала, это означает совершенно новый этап конкуренции между различными стандартами, оборудованием, которое у нас производится, компаниями, которые у нас живут в конкурентной среде. Это совершенно другая реальность, это действительно позиция XXI века.

Или, скажем, Дмитрий Анатольевич, Вами было принято решение год назад о том, чтобы можно было сохранять и передавать номер между компаниями. Это не только конкуренция, которая существует между отдельными физлицами, и компании за них борются, но это и госзаказ, когда мы все привязаны к своим номерам, поэтому каждый раз то или иное министерство или ведомство выбирает одну и ту же компанию, чтобы не потерять эти номера. Это вообще миллиарды экономии для бюджета. Это очень хорошая вещь, она сделана. Но вот то, что создана база для создания виртуальных операторов, то есть появление сотен, тысяч, десятков тысяч операторов, которые опираются на существующую инфраструктуру и конкурируют между собой, – это факт, это сделано сегодня и в нормативном плане продолжается. Кроме того, были по тендеру переданы соответствующие частоты для стандарта LTE, и они теперь не только у «Скартел», они теперь у всей большой тройки, даже четвёрки, наверное. Это тоже очень сильные шаги в этой отрасли. Это я говорю только то, что произошло в этот год.

Следующий, пожалуйста, 9-й слайд. Но не только в этот год. То, что на рынке нефтепродуктов мы больше не видим ни скачков, ни волатильности, что работают биржевые механизмы, внебиржевые контракты рапортируются, регистрируются на бирже, мы имеем абсолютно ясные индикаторы цен и предельные значения в опте и рознице, и закончились все судебные решения, и уже все высшие суды подтвердили правоту определённых методологических подходов, – эта тема на самом деле завершена. Более того, она существует у нас в довольно совершенном виде, и очень мало стран имеют такие развитые системы конкуренции, связанные с определением индексов соответствующих цен и предельных значений, и здесь у России можно многому поучиться.

Или, скажем (10-й слайд, пожалуйста), лекарственные средства. Я думаю, что здесь говорить о серьёзном развитии конкуренции рано. Но первые позитивные вещи тоже можно отметить, хотя есть и другие тенденции, к сожалению. Во-первых, появились в законе первые упоминания о взаимозаменяемости препаратов. Что такое взаимозаменяемость препаратов? Это означает, что химические вещества, которые имеют одну и ту же органическую форму, у нас считаются разными лекарствами. И из-за этого они в тендерах не могут конкурировать между собой, они не могут на рынке конкурировать между собой. А на самом деле в подавляющем большинстве случаев это одно лекарство, только называется по-другому, по другому торговому наименованию. И то, что врачи стали выписывать сейчас рецепты по так называемым МНН, то есть международным непатентованным названиям (как в Советском Союзе это было), это очень правильно, потому что в противном случае пациенту пишут уже конкретное торговое наименование, он идёт в аптеку за конкретным торговым наименованием конкретного производителя. Какая же тут конкуренция? У него в рецепте уже написано, у кого он должен купить.

Это всё очень важно, так же, как важно, что стандарты GMP разработаны, они не отложены. Это тоже является важнейшим стандартом, потому что конкуренции без определённых стандартов, основ этой конкуренции, не может быть. Что с чем конкурирует? Непонятно. Это тоже очень важный шаг.

11-й слайд, пожалуйста. На комиссии по конкуренции у Игоря Ивановича (Шувалова) слушали доклад, когда иностранные производители автомобилей пришли и сказали: «Мы готовы работать по правилам и стандартам в отношениях с дилерами – правилам продаж, ремонта, обслуживания, поставки запасных частей по европейской директиве 2010 года». Что это означает? Это означает, что они сейчас подпишут соответствующий документ (и комиссия это рассмотрела, и движение вперёд идёт прямо на наших глазах), они предложат, по сути дела, европейский стандарт российскому потребителю. Мы 20 лет бы ещё шли, пытались заниматься этим делом и, скорее, не пришли бы к этому.

Что это такое? Это означает, что российские дилеры могут торговать не только одной маркой автомобиля, а несколькими, какими захотят, и будет конкуренция уже даже в этих павильонах. Это означает, что запасные части вовсе не обязательно нужно будет покупать только у авторизованных дилеров и эксклюзивных дилеров втридорога. Это значит, что, если нужно, российские мастерские будут, несмотря ни на что, в постгарантийный период спокойно обслуживать российского потребителя, конечно, по гораздо более низким ценам. Сейчас цены просто заоблачные в Москве по соответствующему ремонту и так далее. Это значит, что будет совершенно другая история, которую Европа проходила 20 лет, мы хотим её за три года пройти. И они соглашаются с этим и принимают правила, которые сформулированы Правительственной комиссией.

12-й слайд. Авиационные перевозки – ну опять же Правительственная комиссия приняла решение, дальше были Ваши поручения, очень важная тема. Произошла либерализация ещё по двум странам. У нас на билеты в Италию и Францию резко снизились цены, потому что были допущены на маршрут конкуренты. Один конкурент на маршруте по нашей статистике (это уже давно проверенная цифра) – минус 17% по цене билета. Сколько стоили билеты в Париж или Ниццу, все помнят. Сколько они стоят сейчас, наверное, знаете – просто цены рухнули. Это важно. То, что происходит демонополизация топливно-заправочных комплексов, которые определяли во многом цену билетов, это факт. Сегодня компании могут сами строить, уже нефтяные, и продавать тот же авиационный керосин, во-первых, минуя различных посредников, во-вторых, конкурируя с существующими. Пример – Шереметьево. Это то, что было реально сделано в прошлом году. И, наконец, опять же по решению комиссии допущены иностранные лоукостеры, и наши лоукостеры тоже могут летать. Это означает, что конкуренцию большим компаниям, где удобно лететь, где кормят и так далее, будут составлять компании, которые сегодня за 50 евро возят в Европу. Там, конечно, не будут кормить и так далее, но это для студентов, людей, которые не имеют много денег, единственная возможность вообще куда-то улететь. Это всё произошло на наших глазах. Это сейчас уже есть, и они продают билеты, они летают, но их мало. И, конечно, нужно предпринимать усилия для принятия законодательства в том числе и по невозвратным билетам, что мы поддерживаем сейчас, для того чтобы лоукостеры могли развиваться и другие компании тоже.

13-й слайд – госзакупки. Я уже докладывал на правкомиссии эту цифру. Я к ней отношусь достаточно спокойно, она, с одной стороны, очень серьёзная (на 13-м слайде, Дмитрий Анатольевич, хочу обратить Ваше внимание), а с другой стороны, надо в ней разобраться. Благодаря тому, что госзакупочное законодательство, и старое и новое, предполагает в обязательном порядке требования о разбивке больших лотов на маленькие… Для каких целей? Чтобы малый бизнес мог их купить и исполнить эту работу. Маленьким по постановлению Правительства считается лот до 15 млн рублей. Таких лотов было в 2011 году 1 трлн 343 млрд, в 2012 году – 1 трлн 530 млрд рублей. Мы знаем, что у нас каждый второй аукцион срывается из-за того, что на него приходит один участник или никто. Значит, половина этой суммы – это сыгранные аукционы. Дальше есть цифра контрактов, которые у нас не состоялись либо расторгнуты по разным причинам. Это о чём говорит? Что в прошлом году, скорее всего, не крупные компании выиграли эти маленькие лоты до 15 млн рублей, а всё-таки это были компании малого и среднего бизнеса. Это значит, что одна вторая этой суммы, то есть примерно 700 млрд рублей (по идее, надо это проверять), малые и средние компании получили без процентов, не через ссуды, не через кредиты, не через какие-то очень сложные и обременительные процедуры, связанные с банком, а напрямую за свои услуги в рамках государственного заказа. А если ещё 223-й закон мы бы наладили тоже на эту процедуру (а такое предложение одобрено сейчас и на уровне Минэкономразвития, и Минфина, и соответствующие поправки подготовлены), там ещё был бы такой триллион, который тоже бы пошёл этими маленькими лотами. Только нужно следить нам всем за тем, чтобы это были малые лоты и реально они играли.

Значит, если подсчитать все господдержки, которые были оказаны из бюджетов всех уровней, это будет, мы считали в ФАС, порядка 50–60 млрд рублей. Здесь 600–700 млрд – это уже состоявшаяся часть, а мы можем удвоить эти цифры. Тогда на самом деле это будет самое серьёзное финансовое вливание в эту сферу, и предприниматели говорят об этом, они хотят этого, и это очень важный элемент.

Слайд №14, пожалуйста. Очень важно, что случилось, ещё раз я хочу подчеркнуть, – «дорожные карты», связанные с предпринимателями, которые являются крайне заинтересованными в том, чтобы были реализованы принципы конкуренции, чтобы отсутствовали барьеры, чтобы было меньше административного ресурса и правила справедливости были реализованы, насколько это возможно. Они хотят, чтобы эти «дорожные карты» работали, и они следят за этим. Очень важно, что кроме нас, государственных служащих, этим занимается ещё и бизнес. Конечно, я могу сказать, что, например, карта по конкуренции совершенно прекрасна: там нашло отражение и всё то, что хотел бизнес, и что хотели мы. Её нужно только сделать, и уже значительная часть мероприятий реализована, я о них говорил.

Практически все «дорожные карты» – это серьёзные программы по развитию конкуренции и снятию барьеров. Суть этих программ, о чём говорит бизнес, неважно, это таможенное дело или госзакупки и так далее… Они говорят: развивать конкуренцию, принципы справедливости и равного доступа. Всё! Эти три слова описывают ядро любой «дорожной карты», которых сегодня подписано уже более десятка. Значит, реализация этих «дорожных карт» в ближайшие три года является тактикой, наверное, Правительства Российской Федерации прежде всего по развитию конкуренции. Я рад, что эти документы, наконец, есть. Ну и Правительственная комиссия, которая, безусловно, как контролирующий орган и орган, который принимает системные решения, является ключевым звеном в этой системе, без неё ничего не работает.

Ну и, наверное, завершая, хотел бы привести слад 15-й. Главная проблема наша заключается в том, что прежде всего на уровне отраслей конкуренция как системообразующая очень важная ценность (не ценность ради ценности, а подход этот даёт эффективность, инновации, он всегда повышает производительность труда, он всегда не поощряет неэффективные механизмы, и так далее, и так далее, я не буду всё это повторять) на самом деле не стала ценностью. Наверное, по-прежнему, как и в советские времена, образ крепкого хозяйственника, руководителя региона или там местного самоуправления – это ключевая… Да, нам трудно. Бесконечная антикризисная жизнь, когда нужно бесконечным образом латать дыры и некогда подумать о будущем, но надо удержать ситуацию. Мы всегда удерживаем ситуацию. Но, мне кажется, в XXI веке, особенно в начале, нужно думать ещё о будущем и о стратегии. А стратегия – это и есть конкуренция, и в этом смысле, наверное, всех нас нужно как государственных служащих и учить этим современным подходам.

Но в ментальности это должно быть как один из самых важных основополагающих принципов. Сегодня этого нет.

Отсюда без каких-то решений наверху, в Правительстве Российской Федерации прежде всего, очень трудно ожидать, что будет динамика положительная, движение по этим вещам, потому что в начале пути для развития конкуренции очень много трудностей. Это нужно преодолеть. Но потом очень много позитивного. И вообще говоря, иначе мы просто не сможем соответствовать тому уровню, который мы сами себе задали. Поэтому очень важно, чтобы был принят и упомянутый Вами, Дмитрий Анатольевич, региональный стандарт конкуренции как стандарт, который должны выполнить все регионы. Сейчас его нет. Очень важно, чтобы программа развития конкуренции региональной… Есть уже хороший опыт, потому что три-четыре года регионы работали, выбрано было лучшее, это надо сделать. И конечно же, с точки зрения поддержки на уровне министерства или в отраслях это имеет самое главное значение, потому что без работы министров здесь и без убеждённости, что это надо сделать, всё равно ничего не сделаем.

Таким образом, на 17-м слайде мы написали чисто организационно, что можно сделать, потому что именно в организации помимо ментальности и других вопросов лежит в общем основная задача, на наш взгляд, на сегодняшний день. Поэтому если бы Вы разрешили, Дмитрий Анатольевич, и если бы Игорь Иванович (И.Шувалов) был не против, Правительственная комиссия могла бы контролировать исполнение соответствующих решений. И на Правительстве мы просили бы, если можно, ежеквартально слушать отчёты, пусть даже сводные, по поводу исполнения «дорожных карт» и соответствующих программ. Может быть, из регионов лучший опыт можно было бы смотреть. Нам кажется, всё это очень важно.

Кроме того, мы ещё ряд частных предложений на 18-м слайде показываем. Очень нам бы хотелось, чтобы в оценку регулирующего воздействия в обязательном порядке входила предварительная оценка на предмет конкуренции соответствующих нормативных актов. Это кажется нам очень важным. Важно, чтобы в KPI соответствующих и губернаторов, и министров, и всех руководителей, то же состояние дел в этой области также находило своё отражение, это было бы очень важным, поскольку это всё-таки очень важная системообразующая проблема. Кроме того, я упоминал 223-й закон, именно он нуждается в усилении в сторону малого бизнеса, о чём уже говорилось. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо. Интересно, хотя и несколько дольше, чем обычно.

И.Артемьев: Извините.

Д.Медведев: Я единственное не понял: крепкий хозяйственник – это всегда враг конкуренции или нет? Вы сказали походя об этом.

И.Артемьев: Я бы сказал, в диалектическом единстве, без сомнения, для латания дыр это прекрасный образ очень сильного человека, который управляет, настоящий управленец. При этом хотелось бы, чтобы он видел дорогу, по которой он идёт, и куда он идёт.

Д.Медведев: Мы, как и принято у нас, первый вопрос слушаем с заключением наших коллег из Экспертного совета. Поэтому передаю слово Наталье Александровне Волчковой – члену Экспертного совета, заведующей кафедры макроэкономики РЭШ (Российской экономической школы). Пожалуйста.

Н.Волчкова: Добрый день, уважаемые члены Правительства! Экспертный совет рассмотрел и исходную версию доклада, и его переработанную версию. Большинство замечаний к исходной версии в финальной версии не были учтены. Соответственно, сегодня я формулирую те замечания, которые мы делим на две группы. С одной стороны, это системные замечания, которые касаются постановки целей и задач данного доклада. А с другой стороны, замечания к отдельным компонентам и вопросам, освещённым в докладе.

Эксперты указали на то, что в докладе достаточно широко освещена деятельность ФАС в части применения, реализации, совершенствования действующего законодательства о конкуренции. С этой точки зрения доклад соответствует ежегодным отчётам о деятельности органов, ответственных за антимонопольную политику в других странах мира. Слабой стороной этой части, отчётной, является, с нашей точки зрения, отсутствие аналитического сопровождения принятых мер и планируемых мер, оценка их регулирующего воздействия – то, что сегодня является принципиальным моментом развития принципов регулирования в Российской Федерации. Мы считаем, что нужно распространить это и на те меры, которые принимает ФАС и планирует принимать.

При этом эксперты согласились с тем, что в данном докладе, который называется «Доклад о состоянии конкуренции в Российской Федерации», не даётся оценка состояния конкуренции в российской экономике в целом и на отдельных рынках. Информация, представленная в основной части доклада и в отраслевых приложениях, не даёт понимания того, каковы сегодня издержки входа на рынок, каково конкурентное давление на действующих производителей на соответствующих рынках и не даётся оценка того, как меры ФАС поменяют ситуацию в этом отношении. Соответственно, с этой точки зрения данный доклад, даже если он официально одобрен Правительством, не может быть основной для разработки программы действий, нацеленных на улучшение конкурентной ситуации в российской экономике. Мы понимаем, что важной проблемой, с которой сталкивается ФАС в этой части оценки конкуренции в России и в целом на отдельных рынках, является отсутствие необходимой статистической информации для оценки издержек входа и конкурентного давления, с одной стороны, а с другой стороны, отсутствие аналитической базы, необходимой для моделирования соответствующих рынков.

В целом по итогам обсуждения Экспертный совет предлагает следующее. Во-первых, исходя из содержания доклада в настоящей редакции и с учётом его достоинств и методологических разработок мы рекомендуем рассмотреть вопрос об определении его нового названия и предлагаем следующее – «Ежегодный доклад об итогах деятельности ФАС России в области обеспечения конкуренции». Соответственно, в будущих отчётах об итогах деятельности ФАС необходимо предусмотреть, с нашей точки зрения, разработку стандартной структуры подготовки информации о правоприменении различных статей закона о защите конкуренции и других законов, ответственность за соблюдение которых возложена на ФАС, которая делала бы максимально сопоставимыми статистики и показатели нарушений, принятых мер и других мер, принятых ФАС в отношении этих нарушений по разным статьям конкурентного законодательства, для того чтобы это представляло такую карту нарушаемости и деятельности ФАС в отношении соответствующих основных законодательств о защите конкуренции в Российской Федерации. Необходимо в этом отчёте сопроводить каждую осуществлённую меру ФАС оценкой регулирующего воздействия. Необходимо привлекать экспертное сообщество и объединения предпринимателей для внешней оценки деятельности ФАС по всем реализованным мерам. Также мы предлагаем согласовывать тему года, которую мы считаем очень интересной находкой ФАС в этом году, для освещения в этом докладе о деятельности, согласовывать эту тему с Экспертным советом при Правительстве на этапе подготовки работы над отчётом.

Что касается системной меры, системных замечаний, касающихся целей и задачи, которая ставится перед докладом, мы считаем, что необходимо рассмотреть вопрос о создании нового документа, который качественно и количественно оценивал бы состояние конкурентной среды в Российской Федерации в целом и на отдельных рынках в частности. Необходимо привлечь, конечно, к этому обсуждению экспертный совет, привлекать органы власти всех уровней и объединения предпринимателей.

Новый документ в формате доклада должен стать основой для оценки текущего состояния проблемных территорий и основных барьеров для развития конкуренции, обеспечивал бы связь с исполнением плана мероприятий «дорожной карты» по развитию конкуренции.

Для того чтобы такой заказ был подготовлен, мы считаем, необходимо разработать требования к Росстату по сбору данных, необходимых для оценки конкуренции и её динамики. Параметры технического задания для разработки такого доклада в случае Вашего одобрения, мы считаем, необходимо рассмотреть на Правительственной комиссии по вопросам конкуренции и развития малого предпринимательства в октябре 2013 года, и возможность такого доклада, его подготовки к весне 2014 года. Мы подготовили соответствующую формулировку в случае Вашего одобрения.

Д.Медведев: Спасибо! Пожалуйста, члены Правительства, кто хотел бы что-то прокомментировать? Пожалуйста (обращаясь к А.Дворковичу – заместителю Председателя Правительства).

А.Дворкович: У меня несколько замечаний по тому, что я услышал.

Первое касается соотношения мер по развитию конкуренции и вопросов обеспечения надёжности и качества оказываемых услуг в тех секторах экономики, о которых говорилось. Тезис Игоря Юрьевича (Артемьева) заключается в том, что развитие конкуренции всегда ведёт к положительным результатам во всех этих отношениях – повышении производительности, эффективности, видимо, и качества и надёжности, скорее всего, – в целом является лекарством от всего. Я, наверное, в целом даже согласен с этим. Хотя в конкретных отраслях всё далеко не так просто. Может быть, и в секторе госуправления тоже, может, нам нужно, чтобы две федеральные антимонопольные службы конкурировали между собой, и тогда конкуренция будет ещё более благотворно влиять на происходящие процессы.

Тем не менее есть очень сложная сфера – железнодорожная отрасль, «Российские железные дороги». Я прочитал отношение Игоря Юрьевича к этому вопросу в средствах массовой информации – не согласен с той позицией, которая была высказана.

Д.Медведев: Руководство РЖД тоже не согласно – звонили мне и говорили, что возмущены.

А.Дворкович: Значит, в этом отношении мы с руководством РЖД сходимся, хотя во многом другом не сходимся.

Суть заключается в том, что есть разные подходы, разные точки зрения к оптимальной степени развития конкуренции в таком инфраструктурном секторе. В том числе это касается и такого сложного вопроса, как локомотивная тяга, использование частных локомотивов. Есть примерно половина людей, которые говорят, что нужно здесь развивать конкуренцию, и примерно половина говорят, что не нужно. Дискуссии идут, действительно, уже несколько месяцев. Мы просто не сходимся в этом отношении с Федеральной антимонопольной службой, по крайней мере пока что, если говорить прямым текстом.

Что касается авиации, да, у нас постепенно начинают появляться бюджетные авиалинии, так называемые лоукост-компании. Одно из важнейших условий для того, чтобы эти компании эффективно работали, – это наличие невозвратных билетов, это все признают. Федеральная антимонопольная служба была против безусловного внедрения невозвратных билетов, а обставляла это очень серьёзными условиями, которые, по сути, вели к ограничению конкуренции в этой сфере. Я проводил на эту тему совещание и убедился в этом. Мы вам предложим здесь решение, которое позволит обеспечить полноценную конкуренцию. Надеюсь, Правительство поддержит те предложения, которые будут сделаны.

Мне кажется, что дело не в пассивности отраслевых министерств (отраслевые министерства очень активно ведут разработку политики и её реализацию), а в отсутствии взаимопонимания между отраслевыми министерствами и Федеральной антимонопольной службой. По ряду направлений у Федеральной антимонопольной службы есть полномочия принимать решения самостоятельно, даже без консультаций с какими-либо ещё министерствами. Оценка регулирующего воздействия на решения Антимонопольной службы тоже полноценно не проводится, и это также иногда ведёт к тяжёлым последствиям.

Я поддержал бы здесь максимально внедрение того, что предложил Игорь Юрьевич, – комиссионного способа, то есть принятия решений по антимонопольному и конкурентному регулированию на комиссионной основе, на основе согласования, а не только самостоятельных решений ФАС.

И последнее, отраслевое замечание касается энергетики и газовой сферы. Действительно, в этой сфере конкуренция развивается, хотя я не уверен, что она должна развиваться до такой степени, как, например, в Европе. Я сомневаюсь, что нам нужен третий энергопакет, как в Европе, который ФАС, наверное, поддержала бы всей душой, но тем не менее он, с моей точки зрения, не является эффективным для развития тех отраслей, где нужны инвестиции на 20–30 лет вперёд. Это как раз те самые инфраструктурные отрасли. Спасибо.

Д.Медведев: Хитро зашли. Вы как, поддержали бы третий энергетический пакет применительно к Российской Федерации, Игорь Юрьевич? Интересный вопрос.

И.Артемьев: Большую часть для Российской Федерации мы бы поддержали, но не всё.

Д.Медведев: Понятно. Пожалуйста, коллеги, ещё кто хотел бы высказаться? Игорь Иванович, вы возглавляете соответствующую комиссию. Пожалуйста.

И.Шувалов: Дмитрий Анатольевич, всё было подробно доложено, и я по большей части к тому, что сказал Аркадий Владимирович, тоже присоединяюсь, за исключением, пожалуй, оценок, что министерства и ведомства работают очень активно и всё у нас позитивно. И даже то, что сказал в выступлении Игорь Юрьевич, что по тем вопросам, которые на комиссии рассмотрены, у нас есть реальное продвижение. Нет у нас никакого реального продвижения, к сожалению, у нас есть эти «дорожные карты», которые приняты. По некоторым «дорожным картам» я проводил совещания, в том числе с выездом на место, и затем по миновании этих совещаний никакие серьёзные постоянные меры воздействия на конкурентную среду по этим направлениям, по выполнению конкретных мероприятий «дорожных карт» министерствами не выполняются. Я понимаю, что министерства перегружены, особенно сейчас, когда бюджетный процесс, но так вот рапортовать, что у нас ситуация улучшается по этим направлениям, по этим «дорожным картам», я бы, честно говоря, пока не стал. И особенно просил Игоря Юрьевича доложить на Правительстве, здесь, в присутствии именно всех членов Правительства, в том числе и по «дорожным картам», с предельной степенью откровенности, что у нас проблемы. У нас действительно доклад, который представляется седьмой раз, в этом году проходил совершенно другую степень публичного обсуждения – и на площадке Открытого правительства, и с экспертами, мы на совещаниях работали, в министерствах и ведомствах. Не могу сказать, что работа в этом году была совершенна, Дмитрий Анатольевич, но она отличалась от того, как это было в прошлом году. Когда в том году выносили вопрос на заседание Правительства, если помните, с Министерством экономического развития пытались найти определённый формат. В этом году мы его уже поправили, усовершенствовали, и с тем, что было сказано сейчас представителями Экспертного совета по поводу нового формата для восьмого доклада в 2014 году, я согласен, это нужно поддержать. Но ключевой вопрос, Дмитрий Анатольевич: в целом по степени конкуренции и по исполнению «дорожных карт», которые базируются на правительственных решениях, у нас реально продвижений нет. И надо, может быть, если Вы поддержите, на заседаниях Правительства время от времени отдельных министров заслушивать о том, как исполняются эти «дорожные карты».

Д.Медведев: Спасибо, Игорь Иванович. Есть ещё какие-то соображения? Нет?

Давайте подведём итог. Он состоит в том, о чём, собственно, я говорил год назад, когда мы слушали шестой доклад о развитии конкуренции: ситуация у нас остаётся весьма и весьма проблемной. В значительной степени министерства не заинтересованы в том, чтобы развивать конкуренцию, – эта истина остаётся такой же и на сегодняшний момент. Я тогда (как раз в этом зале), обращаясь к коллегам, говорил, что очень часто в проведении конкурентных мер не заинтересованы сами руководители отрасли, компаний – это правда. И это так, может быть, нами исторически понимается. Но это не означает, что так должно быть. Я далеко не всё, наверное, полностью разделяю из того, что звучало. Хотя идеологически большинство позиций, озвученных руководителем ФАС, правильные. Мы обязательно к этому вернёмся. Что же касается необходимости заслушивать отдельные ведомства по вопросам развития конкуренции внутри отрасли – я думаю, что это абсолютно правильная идея. Давайте просто будем планировать на заседаниях Правительства выступления отдельных министров по «дорожным картам» и по состоянию дел с обеспечением конкурентных начал в подведомственных им сферах, зафиксируем это в проекте решения сегодняшнего заседания Правительства. Договорились? Хорошо. Решение принято.

Следующий вопрос – тоже экономический и тоже не менее сложный – план мероприятий, направленных на повышение темпов роста российской экономики. Алексей Валентинович Улюкаев (Министр экономического развития), пожалуйста.

А.Улюкаев: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, коллеги! Тот план мероприятий, который предлагается вашему вниманию, разрабатывается в очень непростых и, к сожалению, обостряющихся макроэкономических условиях – как глобальных, так и национальных. Дмитрий Анатольевич, Вы сказали о группах ограничений, объективных для экономического роста в России, внешних и внутренних. Внешние (это слайд №3): видимо, мы вступили в полосу долговременного снижения глобальных темпов экономического роста. Особенно это видно по такому важному показателю, как мировая торговля. Она в течение ряда лет была драйвером роста – двукратное, вообще кратное превышение темпов роста торговли над темпами общего роста. К сожалению, этот период закончился, происходит сближение, происходит сегрегация мирового рынка. Торговые войны, валютные войны и общее снижение потенциала торговли – это долговременный факт. Это означает, что для нас с точки зрения бюджета экономического роста риском становится не сезонное снижение основных товаров нашего экспорта (с этим мы научились справляться, создав резервные фонды), а долговременная стагнация и тенденция к снижению экспортных цен со всеми вытекающими отсюда последствиями.

На четвёртом слайде видно, что где-то уже больше года закончился период восстановительного роста российской экономики после кризиса, и у нас снижение по показателям ВВП. У нас сейчас в 2013 году 1,7 к прошлому году: промышленное производство – практически нулевой рост, инвестиционная активность – отрицательный рост, спад в области чистого экспорта – полоса тоже ниже нулевой отметки. Единственным показателем, который худо-бедно выполняет стимулирующую роль, является рост доходов населения, но мы понимаем, что во многом это связано с таким фактором, как рост доходов бюджетников через реализацию президентских указов.

В последние несколько месяцев к этому добавился ещё такой фактор, как снижение использования ресурсов. Мы в течение длительного времени (больше 12 месяцев) были на исторически низком, самом низком уровне безработицы, в последние три месяца она снова начала расти. Мы были на очень высоком уровне загрузки производственных мощностей, в последние три месяца она стала снижаться. С одной стороны, это означает, что появился отрицательный разрыв выпуска, некий gap между фактическим объёмом производства и потенциальным, и у нас появляются возможности для того, чтобы использовать монетарные и фискальные стимулы, и это использование перестаёт быть контрпродуктивным, становится продуктивным. Но надо понимать, что все эти объективные ограничители по-прежнему сохраняют своё действие. Что касается внутренних ограничителей, то это прежде всего снижение конкурентоспособности российского бизнеса, снижение рентабельности производств и интегральный показатель – прибыль компаний, которая катастрофически падает в этом году, снижение больше чем на четверть. Отсюда последствия для бюджетов, особенно для бюджетов региональных, но и для возможностей компаний по самофинансированию. Это в свою очередь определено очень резкой динамикой всех издержек: три года подряд растёт доля издержек на труд в ВВП (у нас только в самые кризисные годы – 2008 и 2009 – была выше доля), растёт доля издержек, связанных с тарифами естественных монополий, рост индекса реального эффективного курса рубля. Всё это вместе означает очень серьёзные ограничения по возможностям инвестиционного развития.

Я не буду говорить о традиционно упоминаемых мерах, связанных с низким качеством структур и институтов российской экономики, – мы все о них знаем. В этой связи предлагается сконцентрироваться на тех мерах, которые обеспечили бы снижение как прямых, так транзакционных издержек для российского бизнеса, повышение его конкурентоспособности, доступность к ресурсам для развития. Прежде всего это меры, которые касаются этих моментов в части малого и среднего бизнеса, который имеет огромную не только экономическую, но и социальную нагрузку. Имеется в виду повышение доступности кредитования через введение, секьюритизацию финансовых активов по стандартным пакетам однородных ссуд, которые позволили бы Банку России обеспечивать рефинансирование на приемлемых условиях для тех банков, которые финансируют малый бизнес, обеспечить дальнейшее развитие гарантийной системы. У нас создана система региональных гарантийных фондов для малого бизнеса – дополнить её созданием федерального фонда, который мог бы обеспечивать контргарантии для региональных фондов при низкой общей дефолтности этих фондов (она не превышает 5,5% за последние годы). Это создало бы с приемлемыми рисками достаточно устойчивый финансовый ресурс для малого бизнеса.

Возможно использование в какой-то части средств Фонда национального благосостояния, не придумывая новых инструментов, а размещая эти средства на тех же основах, которые отработаны сейчас во Внешэкономбанке, который мог бы использовать дешёвый ресурс, фондировать развитие малого и среднего бизнеса.

Ну и, конечно, такой острый вопрос, как продление льгот по уплате страховых взносов для малых предприятий. Я не буду распространяться по поводу того, какое это значение имеет для отбеливания бизнеса, но это очень серьёзный в любом случае финансовый результат.

И, наконец, создание механизмов расширения доступа субъектов малого и среднего бизнеса к закупкам компаний с государственным участием, инфраструктурных монополий. Об этом уже говорилось в предшествующем докладе.

Второй важный блок – это слайд 13-й, это повышение инвестиционной активности. Экономический рост в современных условиях не может быть не инвестиционным ростом. Мы должны использовать все возможности, для того чтобы прежде всего повысить инвестиционную активность бизнеса, в том числе с применением государственно-частного партнёрства. Это и законодательная поддержка через внесение корректировок в закон о концессиях и принятие закона о государственно-частном партнёрстве; это ресурсная поддержка через обеспечение возможности использования ресурсов Фонда национального благосостояния, а также средств пенсионных накоплений, находящихся под управлением государственной управляющей компании, на цели реализации крупных инфраструктурных проектов, но, безусловно, на должной для ФНБ (Фонда национального благосостояния) возвратной основе, основе доходности.

В этой связи предполагается разработать принципы, правила, критерии, классификационные нормы для отбора этих проектов, создать механизм размещения Фонда национального благосостояния в этих инструментах, обеспечить мониторинг и контроль эффективности использования этих инструментов, определение порядка и принципов отбора проектов, которые будут претендовать на финансирование, в том числе за счёт использования средств пенсионных накоплений и Фонда национального благосостояния. Кроме того, в этом блоке предполагается и некоторое налоговое стимулирование через льготу по налогу на доходы физических лиц при инвестировании на длительный срок, больше трёх лет, в ценные бумаги, инструменты российских юридических лиц, которые работают на организованном фондовом рынке.

Следующий блок – это повышение доступности банковского кредитования (слайд 15-й). Прежде всего имею в виду снизить издержки для кредитных учреждений, что позволило бы вместе со снижением маржи обеспечить более доступные условия кредитования для конечных заёмщиков. Здесь и дифференциация страховых взносов в фонд страхования вкладов в зависимости от степени риска депозитной политики, что позволило бы снизить избыточное давление на депозитные ставки, которые идут со стороны тех банков, которые преуспевают в потребительском кредитовании и для которых нечувствительна величина депозитной ставки. Это возможность для того, чтобы банки снижали свои резервы по рискам на предоставленные ссуды через бо́льшую полноту информации, через работу бюро кредитных историй (лучшее знание заёмщика). Это расширение ресурсной базы кредитных организаций, в том числе с использованием уже отработанного механизма размещения в депозиты невостребованных средств федерального бюджета на сроки от шести месяцев, что позволяло бы осуществлять деловое планирование для кредитных организаций. Это обеспечение большей прозрачности условий потребительского кредитования, сокращение операционных издержек кредитных учреждений через изменение требований к архивированию документов, через изменение требований к офисам, их организации и обеспечению. Это и дальнейшая работа по залоговой базе, повышение роли залога в качестве обеспечения исполнения обязательств, что позволило бы в свою очередь также снизить издержки кредитных организаций.

Четвёртый важный блок – улучшение общего делового климата прежде всего через дальнейшую работу по тем «дорожным картам» Национальной предпринимательской инициативы, которых, напомню, у нас девять принято, и наше обязательство перед бизнесом – принять ещё четыре соответствующих карты. Кроме того, это обеспечение дополнительных мер по привлечению наших ресурсов из иностранных юрисдикций с пониженным уровнем налогового обложения через повышение прозрачности деятельности российского бизнеса.

И, наконец, пятый блок – это расшивка отдельных отраслевых проблем. Большое их количество связано с реализацией плана мер по нашей работе в ВТО. Мы сейчас мониторируем этот план действий и думаем, что он также способен внести существенный вклад в обеспечение приемлемых условий для активизации бизнеса.

Д.Медведев: Спасибо, Алексей Валентинович. Теперь тоже можем обсудить эту тему.

<…>