Брифинг Юрия Борисова по завершении совещания о финансово-экономическом состоянии госкорпорации «Роскосмос» и её подведомственных организаций

О ситуации в ракетно-космической отрасли.

Совещание о финансово-экономическом состоянии госкорпорации «Роскосмос» и её подведомственных организаций состоялось 23 января 2019 года.

Из стенограммы:

Вопрос: Юрий Иванович, каковы итоги совещания?

И второй вопрос. Два года назад «Роскосмос» принял стратегию развития до 2030 года. Рогозин некоторое время назад анонсировал, что в 2019 году будет принята новая стратегия. Но стратегия принимается на длительный срок, а каждые два года менять стратегию… Как Вы к этому относитесь?

Ю.Борисов: Сегодняшнее совещание под руководством Председателя Правительства было посвящено анализу ситуации, которая складывается в «Роскосмосе» в целом. Более подробно рассматривались вопросы финансово-экономического положения корпорации и отдельных предприятий.

Как вы знаете, ситуация там непростая, она складывалась не за один день, а годами. Мы оценили ход деятельности новой администрации в течение 2018 года. Кризис, я думаю, пройден. Он наступил в корпорации примерно во II квартале прошлого года. Как показатель: освоение бюджетных средств на тот период – 22,5%, самый низкий показатель во всех отраслях промышленности. То есть три четверти всех необходимых, запланированных объёмов и мероприятий нужно было реализовать за полгода, что, по сути дела, невозможно.

Поэтому по согласованию с Правительством от ряда средств и мероприятий, запланированных в прошлом году, пришлось отказаться с целью улучшения финансово-экономического положения, которое сложилось в ГКНПЦ имени Хруничева в том числе.

К чему это привело в итоге? Если сравнивать количественно показатели работы госкорпорации за прошлый год, то неосвоение бюджетных средств составило примерно 16%. На самом деле это огромная сумма. При достаточно непростой, кризисной ситуации, которая сложилась на отдельных предприятиях, я имею в виду долговые обязательства на Хруничева, в «Энергии», ЦЭНКИ и на других предприятиях.

С другой стороны, во второй половине года определённые кадровые изменения и меры, которые приняла администрация «Роскосмоса», стали давать положительные результаты, и ситуация стала выравниваться. Это является некой гарантией того, что ситуация будет улучшаться.

Какие ключевые решения приняты и что войдёт в итоговый протокол сегодняшнего совещания? Вы задали вопрос по стратегии. Я абсолютно согласен с вами, что стратегия не меняется ни через год, ни через два, это долгосрочный программный документ. Тем не менее с учётом реально сложившейся ситуации в корпорации Президентом дано поручение в феврале уточнить основы политики космической деятельности, что, по сути дела, может повлечь актуализацию основных положений стратегии развития этой отрасли на длительный период. Они на самом деле хорошо известны. В первую очередь это обеспечение космической группировки в интересах обороны и безопасности. Второе – это коммерциализация космических услуг, наращивание космической гражданской группировки, имею в виду спутники связи, спутники дистанционного зондирования Земли, различного рода метеоспутники и прочие услуги. Безусловно, это планомерное развитие пилотируемой программы и оказание услуг в том числе и на внешнем рынке. Безусловно, это будущее создание тяжёлой ракеты «Союз-5» и сверхтяжёлого комплекса «СТК» с необходимой инфраструктурой. Это основные элементы этой стратегии, они не подвергаются сомнению.

Ещё несколько слов, почему сложилась такая ситуация. Ничего не бывает спонтанным, это комплекс накопившихся проблем. Вы знаете, что начиная с 2014 года отрасль постоянно сопровождали неудачи. В 2014–2015 годах два неудачных пуска, в 2016–2017 годах. И известная ситуация в прошлом году с «Союзом», которая, слава богу, обошлась без жертв, – это авария «Союза» при запуске. Безусловно, всё это вылилось в репутационные риски корпорации в целом и отдельных предприятий. Вы знаете, что запуски «Протонов» практически были прекращены. Это привело к критической ситуации на ГКНПЦ имени Хруничева. Разборы аварийных ситуаций на «Союзе» тоже не добавили положительных моментов для заказчиков. И безусловно, это привело интегрально к тому, что Россия очень резко потеряла позиции на рынке пусковых услуг.

Приведу несколько цифр. Если в 2014 году корпорация сделала 32 запуска, то в прошлом году – 21. Цифры говорят сами за себя.

Ситуация сегодня выравнивается. Я думаю, что все необходимые меры по «Протону»… А у него ещё есть, скажем так, потенциальная возможность реабилитироваться и завершить свой жизненный цикл. Тем более что спрос на пусковые услуги на мировом рынке существует. И задача – как можно быстрее убедить в этом потенциальных заказчиков, в том числе западных, и провести пуски на этих ракетах.

Безусловно, нужно форсировать работы по ракетному комплексу «Ангара» всех классов. Потому что, к сожалению, «Протон» ушёл, а «Ангара» ещё, скажем так, не пришла. Вы знаете, что пуски и первой, и пятой «Ангары» были осуществлены, но рентабельность этих пусков, мягко говоря, ещё оставляет желать лучшего. Нужно работать над себестоимостью оказания этих пусковых услуг и быть конкурентоспособными.

Всё это привело к тому, что мы с первого места по пусковым услугам, которое занимали ещё в 2014 году, откатились на третье, пропустив вперёд Соединённые Штаты и Китай.

Что нам предстоит в ближайшем году? В ближайшем году нам предстоит осуществить около 45 запусков. Это практически в два раза больше, чем в 2018-м. Планы амбициозные, но я думаю, что при должной организации работ, безусловно, это можно будет сделать.

В протоколе Председателем Правительства даны поручения. Резко поднять дисциплину контрактации запланированных мероприятий и усилить финансовый контроль с учётом оценки остатков на счетах предприятий. Для чего это сделано? Здесь очень хороший опыт работы у Министерства обороны, и я думаю, что корпорации нужно будет перенять его – с целью контроля за выполнением всех финансовых мероприятий и оптимизации авансирования и завершения работ. Это поручение в месячный срок должно быть исполнено. Все необходимые меры должны быть приняты, и нам предстоит доложить Председателю Правительства, что это всё реализовано.

Несколько слов о космодроме Восточный. Как вы знаете, с космодрома уже осуществлено четыре запуска. И безусловно, всё будущее развитие космонавтики мы связываем именно с развитием этого актива. Он будет являться стартовой площадкой для будущих наших носителей (я имею в виду сверхтяжёлый комплекс) и будущего пилотируемого корабля. Он будет называться «Федерация», или, может быть, коллеги его переименуют. Всё будущее связано именно с этим.

Как известно, мероприятия, запланированные на первый этап строительства, не выполнены в полном объёме. Поэтому сегодня достаточно серьёзная ситуация, связанная с тем, что строители практически обанкротились, очень много материалов находится в судах, контракты разрываются, деньги возвращаются. Но всё это – длительный период.

Принято решение не замораживать стройку (в противном случае у нас произойдёт рассинхронизация по мероприятиям, о которых я сказал, – создание «Союза-5», СТК и «Ангары»), стройку продолжать, оптимизировать все объекты, которые были запланированы на первой очереди, дать предложения по обеспечению их финансирования и начинать строительство объектов второй очереди.

То есть поручение Президента – не позднее 2023 года иметь стартовый комплекс для сверхтяжёлого класса – должно быть выполнено. И должен быть создан дублирующий комплекс для старта тяжёлой «Ангары», который уже сегодня существует в Плесецке.

Вопрос: Юрий Иванович, можно одно уточнение по космодрому Восточный? Дмитрий Анатольевич начал своё выступление с того, что «Роскосмос» просит денег на достройку космодрома. В итоге это будут бюджетные деньги или «Роскосмос» будет достраивать за счёт своих средств?

Ю.Борисов: Это действительно комплексная проблема. Часть объектов «Роскосмос» будет достраивать за собственные средства, часть мероприятий за счёт оптимизации мы перенесём на второй этап, и часть будет осуществляться за счёт средств, которые сегодня запланированы на втором этапе. Но это предусматривает, безусловно, и возврат через судебные решения тех средств, которые сегодня по расторжению контрактов положено вернуть заказчику.

В чём принципиальное решение: мы не будем дожидаться окончания этих судебных процессов, они могут длиться достаточно долго, это может привести к тому, что мы просто тогда законсервируем стройку, это выйдет ещё дороже. Мы будем продолжать, одновременно взыскивая эти деньги. Всего, я вам могу назвать цифру, около 28 млрд не освоено денег, не получено, не отоварено по первому этапу.

Вопрос: Будут ли выделяться дополнительные бюджетные средства на строительство Восточного?

Ю.Борисов: Пока мы исходим из того, что общий объём стройки первого и второго этапа имеет свою лимитную стоимость. Будем работать в этих рамках. А жизнь покажет.

Вопрос: Как Вы поняли пожелание премьера воздержаться от прожектёрства? Обсуждалось ли это? Ведь космос – это всегда амбициозные проекты, часто даже фантастические. То есть мы не будем больше рассуждать о высадке на Луну?

Ю.Борисов: Нужно рассуждать и о высадке на Луну, и об освоении дальнего космоса. Но всё это должно являться элементом стратегии, а не популизма, не прожектёрства. Космическая отрасль сегодня – коммерческая и достаточно успешная во всём мире. И нужно с определённой долей практицизма подходить к вопросам освоения, предоставления космических услуг. Зачем цель – облететь в очередной раз Луну с экипажем, если это не добавляет ни в научном, ни в техническом, ни в технологическом плане каких-то новаций, не выводит на новую ступень освоения, развития? Это просто может быть популизмом.

Нужно с практической точки зрения подходить ко всем мероприятиям, которые должны быть погружены в стратегию и являться конкретными заданиями для «Роскосмоса» в целом и отдельных его предприятий.

Вопрос: Хочу уточнить по Восточному. Есть ли сейчас отставание по срокам строительства второго стартового стола? И как согласуются работы на космодроме с процедурой банкротства ПСО «Казань», о которой уже неоднократно говорилось?

Ю.Борисов: Контракт с ПСО «Казань» был заключён буквально в сентябре прошлого года. И с учётом того, что тяжёлое финансовое положение сегодня, по взаимному согласию сторон этот контракт расторгается. Вот вам и ответ. Значит, практически полгода потеряно. Первоначальный срок стоял – 2021 год. Не будем питать иллюзий, к 2021 году никто сегодня не способен построить. Безусловно, эта чехарда с выбором основного подрядчика и пробуксовка на старте работ привели объективно к тому, что сегодня срок скорректирован и стоит за 2021 годом, но не позднее 2023-го. Иначе у нас происходит рассинхронизация с опытно-конструкторскими работами. Ракета будет создана, пускать неоткуда будет. Это же тоже полная бесхозяйственность. То есть за 2023 год нам уходить нельзя.