Никита Хрущев: "Давайте лучше выпьем, может быть, яснее станет" - Родина

В гостях у Никиты Сергеевича

Советские вожди не только несли бремя управления огромной страной под названием Союз Советских Социалистических Республик, но и умели хорошо отдыхать, проводить праздничные встречи, застолья, принимать иностранных гостей в неформальной обстановке. Эта сторона жизни руководителей СССР, в том числе приемы, обеды и застолья вождей, все больше привлекает внимание историков. Исследователям хорошо известны, например, застольные речи И.В. Сталина1. В последнее время заметен интерес и к тостам, которые произносил Н.С. Хрущев2.

Последний, часто отдыхая в своей летней резиденции в Крыму, с удовольствием и размахом принимал там гостей: это были члены Президиума ЦК КПСС, секретари рабочих и коммунистических партий. Многие из них отдыхали в Крыму в санаториях и принимали приглашения Никиты Сергеевича отобедать и встретиться, пообщаться "без протокола". Разумеется, среди гостей были и те, кто близко работал в ЦК КПСС с Хрущевым, редакторы газет "Правда" и "Известия" (последней руководил зять Хрущева А.И. Аджубей); примечательно, что члены Президиума ЦК прибывали на обеды в полном составе с родными и близкими. К примеру, когда на крымские обеды к Хрущеву приглашались Н.В. Подгорный и А.П. Кириленко, рядом с ними находились не только сыновья и жены, а даже невестки.

Н. Хрущев во время посещения Австрии. 5 июля 1960 г.

Выбор тамады

Традицией крымских застолий Хрущева, как показывает изучение записей пиршеств, были выборы тамады - главного затейника всего мероприятия, своеобразного ведущего всего обеда. Например, 23 августа 1959 г. Хрущев сообщил гостям в начале встречи: "Предлагаю выбрать тамаду. Я предлагаю на голосование кандидатуру [Е.А.] Фурцевой, но могут и других выставлять. Кто имеет других кандидатов? Нет? Боятся. Тогда я предлагаю тост за то, чтобы она хорошо и внимательно защищала наши интересы. За Фурцеву, и тогда она получит все права тамады"3. Слова Хрущева сопровождались смехом и аплодисментами присутствующих.

Спустя почти год, 7 августа 1960 г., Хрущев снова выбрал тамаду, но на сей раз им стала не министр культуры, а "правая рука" первого секретаря ЦК КПСС, секретарь ЦК Ф.Р. Козлов: "Я предлагаю выпить за его [Козлова] здоровье и здоровье его супруги"4. Козлов поблагодарил Хрущева за такое "назначение", сразу же получив забавный ответ: "Но чтобы [жена] не пилила шею своему мужу", что вызвало весьма веселое оживление среди гостей.

Еще через год, в августе 1961 г., Хрущев подтрунивал над другим доверенным лицом в высшем руководстве страны, предлагая его на роль тамады: "Стоит ли нам тамаду выбирать? Вот Вецлав [Гомулка] говорит - хоть плохонького, но надо. Если хоть плохонького тамаду, тогда я называю Микояна". Возражений не поступило, и Микоян сказал: "Я постараюсь, чтобы сегодня весело было". На это Хрущев ему заметил: "Мало, чтобы весело было, нам надо покушать"5.

Н. Хрущев и вице-президент США Р. Никсон (крайний справа) во время визита в СССР. Июль 1960 г. Фото: GettyImages

Тосты и речи

Козлов на приеме в Сосновке 7 августа 1960 г. нередко предлагал тосты, причем некоторые из них были весьма забавными, а благодаря дружескому подтруниванию Хрущева над тамадой становились и вовсе смешными. Например, Козлов предлагал "тост за успехи Венгерской Республики. Вы знаете, я был там недавно. Такая хорошая, замечательная страна! Охота там хорошая! Я там убил кабана". А Хрущев добавил: "Бил черного, дикого, а дождь пошел - он белый стал"6.

Генеральный секретарь Венгерской социалистической рабочей партии Я. Кадар обратился к присутствующим с тостом, в котором сказал, что венгры "обязаны советским товарищам своей свободной жизнью", и произнес весьма патетическую речь с добрыми пожеланиями народам Советского Союза.

После этого Козлов с Хрущевым постарались обыграть услышанное. Козлов сказал: "После такой замечательной речи товарища Кадара тамаде трудно говорить. Но тем не менее...". И Хрущев добавил: "Говорить надо". На что тамада отозвался: "Да, говорить надо, раз избрали - надо выполнять обязанности"7.

Затянувшееся застолье заставило Фрола Романовича Козлова, решившего произнести тост в честь Монголии, ее руководителя Ю. Цеденбала и его супруги, спросить у гостей: "Товарищи, как вам тамада, не надоел еще? Молчание - знак согласия"8.

Но не только друзья из рабочих и коммунистических партий были объектом внимания хрущевского застолья. В августе 1961 г. на обеде в Ялте "тамада" А.И. Микоян напомнил о присутствовавшем там же после СССР в США М.А. Меньшикове: "Я предлагаю тост за советских послов за границей: за Меньшикова. Он жарится, парится - значит, из какого металла он сделан?" На что Меньшиков с иронией ответил: "Из советского"9.

Меняющееся, нестабильное и порой неблагоприятное положение дел в международных отношениях постоянно занимало умы участников крымских застолий. В августовской застольной речи 1959 г. Никита Сергеевич пустился в размышления о внешней политике и напряженных отношениях с Америкой:

"Мы уже 42 года существуем, и никуда мы не собираемся со своей планеты уходить. Если не хотите сосуществовать, можете на Луну перевестись, если вы имеете возможность. ...Почему вдруг американцы приглашают меня как представителя Советского Союза прибыть в Вашингтон? Что случилось? Мы от чего-нибудь отказались? Нет, не отказались, не откажемся и в будущем ни от чего. ...Я вот много думал, отдыхая здесь, на Черном море, от чего можно отступить? Отступать не от чего"10.

Но не ко всем представителям капстран Хрущев был столь недоверчив. 7 августа 1960 г. на приеме в Сосновке после выступления представителей Компартии Италии, провозгласивших тост в честь итальянского рабочего класса, Никита Сергеевич внезапно добавил: "А нам - пообедать в Риме!"11. А когда "тамада" Козлов предложил поднять тост за здоровье руководства компартии Испании, Хрущев поддержал его фразой: "За обед в Мадриде!"12. Не оставались в долгу и лидеры компартий братских социалистических стран. Так, на обеде в Сосновке 21 августа того же года один из руководителей Компартии Болгарии А. Югов начал свое выступление с похвалы в адрес хозяина застолья: "Прежде всего хочу поблагодарить Никиту Сергеевича за хороший обед, что дало возможность не только хорошо покушать, но и поговорить..."13

Но в тот же день речи присутствовавших на обеде зашли довольно далеко, и были они посвящены вопросам внешней политики и международных отношений. Хрущев, говоривший о возможности социалистической революции в других странах без излишнего давления со стороны СССР, задался вопросом: "А кто же революцию делает? Разве можно революцию сделать без масс? Если не завоюешь массы и не поднимешь революцию, то будет хлопушка, а не революция". Поняв, что дискуссия затянулась, Никита Сергеевич, недолго думая, сказал: "Давайте лучше выпьем, может быть, яснее станет"14. Стоит ли говорить, что предложение было принято единогласно.

Ф. Кастро и Н. Хрущев в Абхазии. 1963 г.

Когда участники застолья застревали в обсуждении политических вопросов, Хрущев стремился быстренько снять напряженность обсуждения злободневных вещей, прибегая к различного рода байкам и анекдотам, припасенным им для гостей. На обеде в Сосновке 21 августа 1960 г. слово для тоста взял возглавлявший по партийной линии Украину Н.В. Подгорный и сказал: "Сейчас мне хотелось бы провозгласить лирический тост". Хрущев, зная, что Украина не выполнит план по хлебу и сдаст его меньше, чем в предыдущий год, ответил ему: "Лирика вам, а хлеб - нам". Присутствующие рассмеялись. Подгорный серьезно ответил, мол, сдано столько-то хлеба, засажено столько-то гектаров кукурузы, но главный "кукурузник" страны Никита Сергеевич, подтрунивая над оратором, попросил уточнить, сколько кукурузы будет сдано в пудах. На что Подгорный, поняв, что шеф все норовит подколоть его, уже в шутку ответил, обращаясь к супруге Хрущева: "Нина Петровна, разрешите дальше говорить по-русски? Никита Сергеевич, вы меня сбили на другую тему..."

Неугомонный Хрущев задал контрольный вопрос: "Сколько лирики и сколько хлеба?" Гости засмеялись.... Подгорный широко улыбнулся и, наконец, не выдержал - и сказал, видимо, жестикулируя: "Лирики вот столечко, а хлеба - вон сколько!"15.

Порой в ход шли и более пикантные истории. Так, на обеде в Сосновке 27 августа 1961 г. Н.С. Хрущев рассказал о том, как они с руководителем делегации США Джоном Макклоем, прибывшим в Пицунду для переговоров по разоружению, снимали напряжение: "Я говорю: знаете, господин Макклой, когда разгорячатся нервы, давайте снимем все, останемся в трусах - и прямо в бассейн. Мы с ним действительно купались, обнимались, нас фотографировали - два "друга" - Макклой и Хрущев"16. Эта история вызвала бурную реакцию гостей обеда.

Крымские застолья Н.С. Хрущева, безусловно, можно считать яркой страницей в повседневной жизни советских вождей. Обсуждая серьезные проблемы - будь то развитие коммунистического движения в Европе, политика мирного сосуществования с капиталистическими странами, освоение космоса или что-то еще, Никита Сергеевич никогда не забывал о возможности установить с гостями неформальные дружеские контакты для проведения в жизнь своих политических интересов. И, конечно же, просто развлечь участников застолья, дать им возможность расслабиться и выскользнуть, хотя бы и на время, из сложных пут большой политики.

1. Невежин В.А. Застолья Иосифа Сталина. Большие кремлевские приемы. М., 2019; Он же. Застолья Иосифа Сталина. Кн. 2. Обеды и ужины в узком кругу ("симпосионы"). М., 2019; Он же. Застолья Иосифа Сталина. Кн. 3. Дипломатические приемы. 1939-1945 гг. М., 2020.
2. Попов А. Д. "Нам сейчас приятно переживать время, когда колеблется почва под капиталистическим миром!": выступление Н.С. Хрущева во время дружеского обеда на крымской госдаче N 3 (7 августа 1960 г.) // Научный вестник Крыма. 2021. N 1. С. 1-21.
3. РГАНИ. Ф. 52. Оп. 1. Д. 625. Л. 2.
4. Там же. Л. 37.
5. Там же. Л. 141.
6. Там же. Л. 38.
7. Там же. Л. 40.
8. Там же. Л. 41.
9. Там же. Л. 154.
10. Там же. Л. 4.
11. Там же. Л. 52.
12. Там же. Л. 63.
13. Там же. Л. 84.
14. Там же. Л. 106.
15. Там же. Л. 91.
16. Там же. Л. 138.