Как в России работало право служить в армии за другого человека - Родина

В современном российском обществе два раза в год возобновляется давняя дискуссия, какая армия больше нужна стране, "призывная" или "профессиональная", обязательна ли всеобщность службы или следует допустить от нее откуп. Обе стороны активно используют как весомый аргумент "опыт прошлого" и нередко в пылу полемики допускают серьезное искажение реалий того самого прошлого. Между тем в истории России был период, когда государство допускало поступление на военную службу нанятых населением заместителей-"охотников".

Льготы и изъятия

В 1699-1874 гг. Русская армия комплектовалась на основе рекрутской повинности, которой подлежали все представители податных сословий, однако имелись установленные законом льготы и изъятия от исполнения повинности. Право на освобождение от военной службы получали те мещане и крестьяне "разных прозваний", которые имели определенный уровень образования, государственные награды или занимались необходимой государству деятельностью. Существовали также изъятия и по медицинским или семейным обстоятельствам1. В итоге в 1858 г. из 29,5 миллионов мужчин податных сословий Европейской России (без Финляндии и Польши) 6 миллионов человек или 20% были освобождены от исправления рекрутской повинности2. Основной возможностью избежать рекрутчины для большей части податного населения страны, не подпадавшего под действия указанных изъятий, была замена "натуральных" рекрутов приобретенными зачетными рекрутскими квитанциями или нанятыми в рекруты заместителями-"охотниками".

Рекрутский устав

Практика найма людей в рекруты очередными семьями сложилась еще в начале XVIII в. и была востребована населением. В XIX в. правительство императора Николая I проводило политику, направленную на упорядочивание процессов в это сфере. Одним из таких мероприятий стало создание в 1831 г. Рекрутского устава. Он подтвердил право податных сословий на найм "охотников" в рекруты, но ввел при этом жесткую регламентацию данного процесса. Мещанам, крестьянам казенным, крестьянам помещичьим и свободным хлебопашцам дозволялось отправлять рекрутскую повинность наймом на определенных условиях. Во-первых, требовалось обязательное удостоверение в добровольности заключаемого договора и, во-вторых, наемник должен был обладать рядом качеств - быть из того же сословия, города или волости, к которому принадлежал и сам наниматель, и не состоять на рекрутской очереди. Кроме этого, будущему наемнику требовалось получить разрешение от родителей, и в случае ухода в армию он должен был иметь возможность обеспечить содержание своего семейства, если оно состояло из лиц, которые были не в силах содержать себя. От общества, к которому принадлежал такой рекрут, требовался особый "увольнительный" приговор мирского схода. Наниматель обязывался исполнять все повинности и подати нанятого им человека до очередной ревизии3. "Хозяин" же должен был внести в казну деньги на обмундирование и пропитание рекрута на три месяца, а также на выплату ему жалованья4. В "условии" - договоре "хозяина" и "охотника" - оговаривались денежная плата наемнику и исполнение нанимателем законных требований государства, а также добровольные дополнительные условия - материальная или денежная помощь родственникам нанимаемого в рекруты лица5. Традиционным условием было право наемника жить до набора в доме нанимателя за счет последнего6.

Частный найм

Посмотрим на практику частного найма рекрутов на примере небольшого северного уездного города Усть-Сысольска Вологодской губернии (ныне г. Сыктывкар Республики Коми). В нашем распоряжении имеется составленный в 1835 г. "рекрутский список мещан г. Усть-Сысольска, отправляющих рекрутскую повинность натурою", в котором значатся 307 семей и в общей сложности 1058 мещан. В документе зафиксированы рекрутские послуги семей за период с 1818 по 1835 годы, в течение которого устьсысольцы отправили в армию 65 рекрутов, и только двое из них оказались "вольножелающими" наемниками: в 1828 г. Николай Никифоров Цывилев пошел в рекруты за семейство Алексея Суханова, и в 1830 г. Галактион Кузкоков отправился в армию за семейство Ильи Цывилева7. В последующие тридцать лет практика частного найма в рекруты в Усть-Сысольске явно расширилась, но не очень значительно - в документах удалось выявить имена шести "охотников" (см. таблицу).

Нужда до рекрутства доведет

Суммы, за которые наемники в Усть-Сысольске подряжались идти на военную службу, были небольшими, раза в три-четыре меньше стоимости зачетных рекрутских квитанций (последние до 1840 г. стоили 2000 рублей ассигнациями, затем - 600 рублей серебром8). Наниматель "охотника" нес по закону и все сопутствовавшие расходы на отдачу рекрута, не считая обеспечения дополнительных условий, зафиксированных в тексте договора. Город Усть-Сысольск был административным центром с неразвитой промышленностью, его жители занимались преимущественно сельским хозяйством и в меньшей степени торговлей, так что платить единовременно больше двух сотен рублей серебром были в состоянии очень немногие из них.

Из имеющихся данных видно, что большая часть будущих рекрутов отчаянно нуждалась в деньгах и поэтому они довольствовались небольшими суммами и не выставляли своим "хозяевам" никаких дополнительных условий кроме заранее оговоренных в Рекрутском уставе. Из общей массы выделяется случай А.И. Цивилева, который в 1853 г. пошел на военную службу вопреки желанию жены, оставив ее одну на руках с пятилетним сыном, причем все полученные от нанимателя деньги он забрал в армию вместе с собой (в расписке офицера, ответственного за доставку партии рекрутов к войскам, обозначены лично принадлежавшие рекруту. Цивилеву 143 рубля серебром)9. И только один из "охотников", Е.А. Жижев, попытался максимально решить материальные проблемы своей семьи. Кстати, его наниматель считал расходы чрезмерными и уже после принятия Жижева в рекруты не торопился выполнять свои обещания, что потребовало вмешательства городской думы10.

Причуды наемника

Одним из главных побудительных мотивов реформирования рекрутской повинности в 1831 г. было стремление власти обеспечить армию качественным личным составом. В армию ежегодно поступало до 10 000 наемников, и "в нравственном отношении заместители не представляли, конечно, из себя надежного элемента в войсках"11. Например, олонецкий губернатор Н.Э. Писарев в 1850 г. докладывал министру внутренних дел, что сложившаяся на вверенной ему территории практика найма в рекруты местных жителей и выходцев из Финляндии "... в высочайшей степени развращает народную нравственность: нанимаемый обыкновенно соглашается идти на службу, имея в виду провести время, иногда год и более до набора, самым разгульным образом, ибо знает, что наниматель, дабы он не сделал над собой какого членовредительства, не пожалеет для него ничего и исполнит раболепно все его затеи, поэтому он пьет сколько угодно, заставляет держать за себя в доме развратных женщин, часто требует жены или дочери нанимателя и все это исполняется вместе со всеми причудами самого гнусного и скаредного разврата. Молодые люди, позволившие себе подобную жизнь, поступая на службу, едва ли могут быть здоровыми солдатами, не говоря уже о степени их нравственного развращения"12.

Свободный откуп от военной службы

В 1868 г. в виде временной меры на пять лет были введены новые правила13, в соответствии с которыми вводился правительственный набор заместителей "с назначением им за добровольную их службу особого денежного вознаграждения". Военное министерство по числу заместителей, поступивших в войска в промежуток между предшествовавшим и новым наборами, должно было назначить доступное к продаже число выкупных квитанций. Желающие откупиться от военной службы должны были заявить о том заранее, если квитанций на всех недоставало, то право приобрести их определялось по жребию. Стоимость квитанции была значительной - 570 руб. Частный найм допускался только тогда, когда число желающих себя заменить превышало количество выкупных квитанций, которое государство выпустит к набору14. С 1872 г. государство все-таки пошло на отмену частного найма "охотников". Была введена продажа неограниченного числа выкупных квитанций. Стоимость их повысилась до 800 руб.15. Словом, накануне отмены рекрутской повинности податному населению России фактически был разрешен свободный откуп от военной службы.

1. Иванов Ф.Н. Льготы и "изъятия" от рекрутской повинности в России в XVIII - XIX вв. // Вестник Тюменского государственного университета. 2010. N1. С. 21-27.

2. Редигер А.Ф. Комплектование и устройство вооруженной силы. Ч.1 Комплектование армии. СПб., 1913. С. 131.

3. Полное собрание законов Российской империи (ПСЗРИ). Собрание II. Т. VI. СПб., 1832. С. 536-539.

4. ПСЗРИ. Собрание II. Т. VI. СПб., 1832. С. 525.

5. ПСЗРИ. Собрание II. Т. VI. СПб., 1832. С. 537-538; Т. IX. СПб., 1835. С. 152.

6. Ракитников И. Из материалов о дореформенной рекрутчине в Саратовской губернии // Приложение к Саратовской земской неделе N 4 за 1905 г. С. 1-12.

7. Национальный архив Республики Коми (НАРК). Ф. 118. Оп. 1. Д. 1203. Л. 9 об. - 11об.

8. Котов П.П. Рекрутская повинность населения Яренского уезда в конце XVIII - первой половине XIX вв. // Занятия, промышленность, духовная и материальная культура населения Вычегодского края. XVII-XX вв. Материалы научной конференции. Сыктывкар, 2000. С. 99-100.

9. НАРК.Ф. 275. Оп. 1. Д. 22. Л. 13-19.

10. НАРК.Ф. 118. Оп. 1. Д. 1525. Л. 6-8об.; Д. 1618. Л. 9-25.

11. Зайончковский А.М. Восточная война, 1853 - 1856. В 2 т. Т. 1. СПб., 2002. С. 416.

12. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1262. Оп. 1. Д. 105. Л. 4 об. - 5.

13. НАРК.Ф. 275. Оп. 1. Д. 86. Л. 39.

14. ПСЗРИ. Собрание II. Т. XLIII.Ч. 1. СПб., 1873. С. 852.

15. ПСЗРИ. Собрание II. Т. ХLVI. СПб., 1874. С. 450.