Документ /

Владимир Путин провёл очередное совещание с членами Правительства. На повестке – проект федерального бюджета на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов, а также вопросы обеспечения финансирования ряда проектов в регионах страны.

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый вечер!

Давайте обсудим несколько вопросов. Мы хотели сегодня позаниматься вместе проблемами, связанными с финансированием проектов в регионах Российской Федерации, в том числе на Северном Кавказе.

Но перед этим просил бы несколько слов по основным параметрам федерального бюджета на 2017-й, плановый период 2018–2019 годов. Мы регулярно с вами этим занимаемся. Хотел бы просто обновить для себя последнюю информацию, где мы сейчас находимся. Спасибо.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, мы завтра на Правительстве рассматриваем проект трёхлетнего бюджета на 2017–2019 годы. Это очень позитивно, что мы возвращаемся к трёхлетке. Всё‑таки это и макропрогнозируемость с точки зрения и нашей бюджетной, и налоговой, главное, политики. Потому что это сигнал для бизнеса, как мы будем реализовывать бюджетную политику на среднесрочную перспективу.

Основная задача бюджета – это как раз учесть все те изменения внешнеэкономической конъюнктуры, наши новые прогнозы и соответственно обеспечить сбалансированный бюджет. И балансировать мы его будем в первую очередь за счёт реализации структурных мер в расходной части бюджета.

Новая трёхлетка предусматривает полное выполнение всех социальных обязательств: предусматривается индексация пенсий в соответствии с законодательством, социальных пособий, учтены деньги на выплату пенсионерам пяти тысяч рублей в январе, как это было и обещано, и заявлено в текущем году. Также предусматривается и увеличение заработных плат в соответствии с майскими указами.

Бюджет предусматривает постепенное сокращение дефицита бюджета. То есть тот разбаланс, который сложился у нас в результате снижения нефтегазовых доходов, будет постепенно сокращаться. И мы предусматриваем снижение дефицитности с трёх с небольшим процентов в следующем году до одного процента в 2019 году.

Для чего это делается? Это, с одной стороны, обеспечивает нам макроэкономическое равновесие и постройку бюджета под макроэкономическое равновесие, это позволяет нам снижать инфляцию, снижать ставки, позволяет нам обеспечить и уже начать формировать реальные источники роста в экономике. Начиная со следующего года мы планируем уже постепенный выход на рост реальных доходов населения.

Правительство рассматривает подходы к бюджету с учётом снижения так называемого ненефтегазового дефицита. В соответствии с Вашим поручением он должен быть в течение пяти лет снижен в два раза по сравнению с действующем уровнем. Предстоящий бюджет соответствует как раз этому поручению, этому указанию. И в 2019 году ненефтегазовый дефицит будет составлять 6,6 процента ВВП.

Самое главное, что в конце 2019 года мы прекратим использование резервов для финансирования дефицита бюджета. Это тоже важно. Для чего нужно сокращение дефицита бюджета? Чтобы мы могли его финансировать за счёт рыночных заимствований, на внутреннем в первую очередь рынке, и тех источников приватизации, которые также будут реализовываться в предстоящей трёхлетке.

Скоординированные действия бюджета, денежной кредитной политики – мы с Центральным банком находимся в постоянном диалоге – позволили нам минимизировать и пройти сложные периоды прошлого и этого года без серьёзных шоков для бюджета. В отличие от 2008–2009 годов мы прошли без роста безработицы. Сейчас мы видим, что быстро восстанавливаемся, и даже в условиях тех ценовых параметров, которые сегодня есть на нефть, они немножко подросли, но это не так, как это было в 2008–2009 годах.

Хочу сказать, что новый бюджет и новые правила, которые мы обсуждаем в Правительстве, бюджетное правило, позволят избавить бюджет от так называемой голландской болезни и избавить нас от тех рисков, которые могли бы возникнуть в результате изменения внешнеэкономической конъюнктуры. Бюджет должен быть устойчивым, исполнять все обязательства вне зависимости от каких‑то внешних факторов. Именно этой задаче подчинена бюджетная политика на предстоящую трёхлетку.

В.Путин: Я сейчас видел Вас на дискуссионной площадке ВТБ, обсуждали вопросы, в том числе связанные с приватизацией. Насколько мне известно, «Роснефть» уже перечислила все средства за приобретённую компанию «Башнефть».

Что очень важно (Дмитрий Анатольевич знает об этом), я поручил советующим инстанциям проверить наличие ресурсов у «Роснефти» на счетах. Действительно, было подтверждено, что эти деньги на счетах компании есть, и дополнительных средств с рынка – с внутреннего российского финансового рынка – на завершение всех операций, в том числе и по продаже, а если нужно, по временному приобретению, выкупу акций самой «Роснефти», компании не потребуется. Все средства есть на счетах и в наличии и могут быть использованы не во вред текущим операциям, не во вред текущему денежному потоку и без привлечения дополнительных ресурсов с рынка. Это очень важно, я вас прошу за этим внимательно наблюдать.

Мы всегда говорили о том, что важнейшей задачей при соблюдении параметров макроэкономической стабильности, что является чрезвычайно важным, самым главным, наверное, но не менее важным является всё‑таки исполнение наших обязательств перед людьми в социальной сфере. Одно из важнейших направлений – это лекарственное обеспечение.

Мы для государственных и муниципальных нужд направляем на эти цели до 400 миллиардов рублей, это 30 процентов российского рынка. Вместе с тем, и мы это тоже хорошо знаем, при анализе контрактов на 2015 год наблюдаются значительные отклонения по ценам – до 20 процентов. Знаю, что Министерство этим занималось и антимонопольное ведомство этим занималось, пожалуйста, я бы хотел услышать ваши оценки.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! По вашему поручению с августа Министерством здравоохранения совместно с другими заинтересованными министерствами: связи, экономического развития, финансов, –Казначейством, Федеральной антимонопольной службой и при участии государственной корпорации «Ростехнологии» создаётся информационно-аналитическая система мониторинга и контроля по закупкам лекарственных препаратов.

Задачами этой системы являются, прежде всего, оперативный анализ всей информации из каждого региона Российской Федерации по государственным муниципальным закупкам как на этапе планирования закупок, так и по результатам конкурсных процедур и электронных аукционов. Кроме того, автоматизированный просчёт средней рыночной цены по каждому международному непатентованному наименованию и по каждому торговому наименованию – по сути дела, переход к новому методу образования начальной цены контракта на рыночной основе, а не по предельной отпускной цене, зарегистрированной производителем. Таким образом, контроль уже за закупками – фактически создание системы профилактики правонарушений в этой области.

В настоящее время Министерством здравоохранения совместно с государственной корпорацией «Ростехнологии» разработаны технические требования к этой системе. Они согласованы всеми ведомствами, внесены в Правительство, и в ближайшее время на заседании Правительственной комиссии по информационным технологиям этот вопрос будет рассмотрен под руководством Председателя Правительства Дмитрия Анатольевича Медведева.

Утверждён план создания данной системы, который состоит из целого комплекса организационных и административно нормативно-правовых мер, построенных таким образом, чтобы в соответствии с Вашим поручением с 1 марта 2017 года данная система уже была введена в эксплуатацию в тестовом режиме.

За 2017 год вся информация по государственным и муниципальным закупкам будет сконцентрирована в системе и будет отработана система схема нашей реакции на выявленные нарушения в ценообразовании, и с 1 января 2018 года уже постоянно и в полном объёме эта система будет дееспособной.

Это приведёт к тому, что уже в 2018 году резко сократится разброс закупочных цен вокруг средневзвешенных рыночных цен, по прогнозам экспертов, не менее чем на 60 процентов, с учётом того, что уже сейчас рыночные цены существенно ниже предельно зарегистрированных цен производителей по разным группам препаратов от 10-ти до 30 процентов разницы. Это высвободит достаточно большие бюджетные ресурсы для увеличения охвата населения лекарственными жизненно важными препаратами без привлечения дополнительных средств.

У нас уже такой положительный опыт есть. Мы за последние три года перешли полностью на этот метод при федеральных закупках, и это позволило нам на 33 процента снизить цены на группы высокозатратных препаратов, таких как «7 нозологий», антиретровирусные препараты, которые покупаются на федеральном уровне, и сэкономить в этом году достаточно большую сумму денег.

Федеральным заказчиком этой системы является Министерство здравоохранения, она планируется к созданию как подсистема единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения, которая в настоящее время активно создаётся и поддерживается Минздравом и государственной корпорацией «Ростехнологии».

В перспективе, мы думаем, эта система может быть одним из сегментов более крупного масштабного проекта по мониторингу и контролю за закупками других социально значимых продуктов, товаров и так далее. Пока всё идёт чётко по плану, и мы всё сделаем, чтобы Ваше поручение было выполнено абсолютно в срок.

В.Путин: Хорошо. Игорь Юрьевич [Артемьев], пожалуйста, Ваши оценки.

И.Артемьев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Правительства! Спасибо большое за поручение по ценам.

Хотел бы сказать, что ещё до того, как мы стали тарифным регулятором, мы с помощью Министерства экономики и торговых представительств России за рубежом провели довольно масштабные исследования рынков разных стран и референтных цен, из которых нам было понятно, что многие цены на российском рынке относительно этих стран были завышены, даже до девальвации всё это происходило.

Поэтому, когда произошла двукратная девальвация, все эти компании пришли к нам с предложением зарегистрировать цену соответственно в два раза более высокую, чем была зарегистрирована, они получили отказ. Кроме того, соответствующая методика, которая была своевременно утверждена, тоже ещё до того, как мы стали тарифным регулятором, – мы им предложили по методике соответствующее повышение на инфляционную составляющую, которая фактически сложилась на тот период.

Параллельно мы провели ещё дополнительные исследования, выполняя ваши поручения, и выявили 48 препаратов, по которым цены сегодня выше в Российской Федерации, чем в других референтных странах. Этим компаниям были направлены соответствующие представления о том, что они должны прийти и снизить соответствующие цены. Мы зарегистрируем более низкую цену, либо мы будем стремиться к тому, чтобы даже разрегистировать, устранить их с рынка, но таким образом, чтобы наши граждане не пострадали, чтобы была соответствующая замена для тех, кто нуждается в этих лекарствах.

Кроме того, нам удалось пресечь манипуляции с дозировкой. Как повышались цены, и каков был механизм (им пользовались иностранные компании довольно часто)? Они меняли соответствующую дозировку одного и того же лекарства. Обычно в схеме это выглядело так: если упаковка в 1 миллиграмм была 100 рублей, то они делали упаковку в 2 миллиграмма; казалось бы, это должно стоить 200 – нет, это стоило 500, 1000 и даже больше.

Мы изменили правоприменение по этой методике, и сегодня мы отказываем в регистрации цен на лекарства уже в порядке 40 процентов случаев. Это и есть то сдерживание цен, которое осуществляется, помимо того, что я сказал выше. Мы не даём им через дозировку или через изменение способа введения фактически повысить цену на нашем рынке. Нас поддержали в этом суды в соответствующих спорах, эта практика как судебная сложилась, она может быть закреплена.

К сожалению, мы также установили, что лекарства, когда происходила локализация путём просто замены упаковки, когда само лекарство и сами ампулы оставались прежними, производились за рубежом, а изменялась упаковка, в соответствии с нашими стандартами такие лекарства признавались российскими и не проходили эту сложную процедуру регистрации цен, о которой я сказал, и поэтому были зарегистрированы по очень высокой цене. Соответственно мы сейчас думаем, как с этим справиться, но смысл в том, что, конечно же, нужно пересматривать ситуацию с этими ценами и опять же переходить в режим сопоставимости и заставлять компании снижать. Это как бы домашнее задание, которое мы уже делаем, и надо обязательно его делать.

Но то, в чём нам помогала прежняя методика сдерживания цен для оригинальных препаратов, в основном иностранных, нам это всё мешало в отношении дешёвых российских препаратов. Поскольку методика говорила, что можно только повышать на инфляцию, допустим, на 10 процентов, то дешёвые препараты, которые стоили от рубля до десяти рублей, все российского производства, если к ним применить 10 процентов, фактически это не давало им ничего, потому что активные вещества они, к сожалению, в большинстве своём закупают за рубежом, у иностранных компаний. Там всё в долларах, и всё не получалось выйти на соответствующую положительную рентабельность. Поэтому здесь нужна определённая индексация, потому что они сейчас исчезают с рынка и замещаются препаратами уже не по 10–50 рублей, а по 100–150, именно иностранными. Это происходит буквально последние месяцы на глазах по очень большой номенклатуре лекарств, к которым россияне привыкли.

Все эти меры, безусловно, уже позволили и позволят удерживать рост цен на лекарства. По статистике Министерства здравоохранения, соответствующий рост за девять месяцев составил около одного процента. То есть был определённый скачок в период девальвации, а сейчас нет, цены на лекарства стабильны.

Вместе с тем я хотел бы отметить, что вся система, которая сложилась, вся система правоприменения и законодательства – она, конечно, нуждается в серьёзном реформировании. Сегодня она, к сожалению, направлена не столько на интересы потребителя, то есть граждан и государства, сколько на производителей, среди которых очень много иностранных производителей.

Мы готовы подготовить ваши дополнительные поручения, при этом часть этих вопросов должна войти в новую дорожную карту развития конкуренции в здравоохранении, о чём уже распорядилось Правительство, заслушав доклад Федеральной антимонопольной службы о состоянии конкуренции в стране.

Некоторые меры, которые являются исключительно важными: это, прежде всего, параллельный импорт лекарств и его введение. Здесь мы зависим от позиции стран Таможенного союза, они пока не принимают нашу позицию, скорее всего потому, что просто её не понимают. Речь идёт о закупке у официальных дилеров, не абы у кого, а у официальных дилеров в странах, где эти лекарства дешевле, с тем чтобы ушёл переток этих лекарств в Россию и происходило соответствующее снижение цен, прежде всего на самые дорогостоящие препараты.

Это, конечно, приведение в нормальное состояние новелл законодательства о принудительном лицензировании при злоупотреблении интеллектуальными правами. Это всё есть в странах БРИКС. Но, к сожалению, у нас эта система не работает. Об этом тоже, наверное, можно было бы думать. И то, что сказала Вероника Игоревна, конечно, – с госзакупками.

Максимальная взаимозаменяемость, максимальное участие препаратов с одинаковыми формулами в одних и тех же аукционах и конкурсах, что позволяет очень существенно снизить цену. И конечно, то, что было сказано о работе с корпорацией «Ростех», – создание системы автоматизированного мониторинга. За этим, безусловно, будущее, и, прежде всего, оно будет заключаться в том, что мы откажемся от абсолютно ложных сведений о себестоимости производства лекарств и сможем их по современным методам сопоставимости с помощью электронных систем анализировать так, как это полагается делать в XXI веке.

В.Путин: Как известно, знания умножают скорбь. А опыт и знания подсказывают, что такие манипуляции на рынке, особенно со стороны производителей, да и оптовых поставщиков, как правило, стимулируются недобросовестными чиновниками из соответствующих структур, которые занимаются этими закупками, регулированием, допуском на рынок и так далее. Что‑то не видно никаких здесь дел по этому вопросу. Думаю, что наши соответствующие структуры, спецслужбы и правоохранительные органы, здесь явно недорабатывают. Но вы работайте с ними, пожалуйста, в тесном контакте.

И, значит, нужно продолжить эту работу, не допуская этих перекосов. У нас некоторые цены – в справках у меня здесь – дороже, чем в Австралии, а производится где‑то рядом с нами, в Европе. Это говорит о том, что явно недобросовестная работа на нашем рынке – дороже, чем в европейских странах, в несколько раз – не на проценты, а в несколько раз, в разы. Пожалуйста, эту работу нужно продолжить.

И Сергей Ефимович говорил мне о планах Министерства по ужесточению контроля за браконьерством, за торговлей дикими животными, дериватами. Пожалуйста, какие конкретно у вас планы?

С.Донской: Уважаемый Владимир Владимирович! Одной из основных причин браконьерства, как известно, является рыночный спрос на редкие виды животных и их дериваты. В частности, по оценкам экспертов, глобальный рынок таких товаров, как дериваты, редких животных на сегодняшний день составляет от 17 до 20 миллиардов евро ежегодно. Ежегодный ущерб от браконьерства в России составляет свыше 10 миллиардов рублей. При этом только в прошлом году было выявлено почти 2 тысячи фактов незаконной охоты.

В целях противодействия браконьерству последние три года внесены изменения в Уголовный и Административный кодексы, увеличена такса за незаконную добычу краснокнижных животных. Привлечено к уголовной ответственности за незаконную охоту 330 физических лиц. Возбуждено девять уголовных дел по факту незаконной добычи только по тигру и торговле их дериватами.

Но вместе с тем появляются новые площадки для торговли результатами такого браконьерского промысла: это виртуальные доски объявлений, веб-сайты, аукционы, социальные сети. На этих площадках продаются виды, занесённые в Красную книгу, в первое и второе приложения международной Конвенции СИТЕС. По данным экспертов, только в 2015 году в российском интернет-пространстве обнаружено свыше 600 объявлений о продаже 2,5 тысячи животных, из них около 30 процентов предложений о продаже дериватов тигров, в основном шкур. Материалы с признаками преступлений также направляются в МВД, но мы можем констатировать, что ни по одному случаю дела не доведены до судебных решений.

Владимир Владимирович, мы считаем, что здесь необходимо усилить работу. В связи с этим мы хотим дополнительно повысить степень наказания за нелегальную торговлю и отдельно прописать ответственность за торговлю в интернете краснокнижными видами животных и их дериватами. Для этого были подготовлены поправки в Уголовный кодекс, классифицирующие преступления, связанные с использованием средств массовой информации, в том числе сети интернет при обороте диких животных и дериватов, занесённых в Красную книгу. Согласно поправкам торговля дикими животными и их дериватами, в том числе с использованием сети интернет, будет наказываться принудительными работами на срок до трёх лет со штрафом до полутора миллионов рублей или ограничением свободы на срок от двух до четырёх лет. Сейчас это только принудительные работы до трёх лет и штраф до одного миллиона рублей. Если преступление совершено организованной группой, а часто уже торговля идёт именно организованными группами, то её участников ждёт лишение свободы на срок от шести до девяти лет со штрафом до трёх миллионов рублей. В настоящее время проходит процедура согласования законопроекта. Рассчитываем внести документ в Правительство уже в октябре. Просим поддержать.

В.Путин: Хорошо. Пожалуйста, я поддержу, конечно, Ваше предложение, но, Вы правы, вопрос не только в ужесточении наказания – вопрос в неотвратимости наказания за совершённые деяния, даже по действующим правилам и по действующему закону. И Министерство внутренних дел здесь точно недорабатывает.

Буду просить Генеральную прокуратуру, чтобы они тоже взяли под свой контроль, провели соответствующие проверки, и чтобы Министерство внутренних дел отчиталось о том, как идёт работа. Работы на этом направлении почти нет.

<…>