Заседание Совета по стратегическому развитию и национальным проектам

В.Путин: Уважаемые коллеги!

Мы проводим сегодня регулярное заседание Совета по стратегическому развитию. Напомню, что раз в полгода мы оцениваем наш прогресс в достижении национальных целей развития и подробно останавливаемся на самых ключевых вопросах.

Одна из наших основных национальных целей – мы всё время об этом говорим – это улучшение материального положения наших граждан, увеличение их доходов, особенно для тех граждан, которые живут, мягко говоря, скромно, то есть основная цель – это снижение бедности.

В 2017 году число граждан, находившихся в такой ситуации, составляло 12,9 процента. По итогам прошлого года этот уровень снизился до одиннадцати процентов. Да, продвижение, конечно, есть, но его темпы, скорость очевидно недостаточны. Поэтому даже при повышенной инфляции текущего года – но она, слава богу, кстати говоря, снижается постепенно – мною была поставлена задача по снижению уровня бедности и неравенства, что не менее важно.

Для этого реализуется целый комплекс мер. Так, с 1 июня этого года мы провели индексацию пенсий и прожиточного минимума на дополнительные десять процентов. Таким образом, в настоящее время они на 19,5 процента выше уровня прошлого года. Существенно расширили охват нашей системой мер поддержки семей с детьми. Теперь на ежемесячные выплаты могут претендовать нуждающиеся семьи начиная с беременности мамы и до достижения ребёнком 17 лет.

В снижении уровня бедности и неравенства большую роль играют, конечно, социальные контракты, мы давно занимаемся этим направлением. Почти миллион граждан стало их участниками – этих программ – в прошлом году. Важно, чтобы социальные контракты давали людям реальный шанс дальнейшего трудоустройства или организации своего бизнеса, пускай, небольшого, скромного, но своего дела. На это должна быть нацелена работа регионов. Прошу коллег из Счётной палаты и ОНФ провести анализ результативности этого инструмента и представить предложения по его дальнейшему развитию.

Мы много занимались строительством и оборудованием детских садов и яслей. Сейчас эта задача практически решена – 99 с лишним процента [доступность], но в ряде регионов остаются тем не менее проблемы с доступностью этих учреждений, особенно в таких новостройках, где вовремя не позаботились о необходимой инфраструктуре. Конечно, строить нужно, мы много раз об этом говорили, но нужно так строить, чтобы всё-таки людям комфортно жилось, а получается иногда, что в итоге родителям приходится возить детей в другой район города.

Я прошу руководителей регионов обратить на это особое внимание, ведь в новых кварталах живёт немало именно молодых семей, семей с детьми, и их планы по рождению детей зачастую во многом зависят от того, насколько развита инфраструктура в их микрорайоне.

Большое внимание уделяется и ремонту школ, и строительству новых школ. Из плановых 1300 школ введено 674. В следующем году в трёх тысячах зданий будет проведён капитальный ремонт. Среди них 64 процента – это школы, расположенные в сельской местности и в малых городах, собственно говоря, мы так с вами и договаривались, чтобы приоритетным в этой работе было направление как раз работы с сельской местностью. За последние три года в сельские школы, кстати говоря, приехали работать 2967 преподавателей по программе «Земский учитель».

На Петербургском форуме было объявлено о расширении программ по капитальному ремонту сельских библиотек и домов культуры – люди постоянно об этом ставят вопрос, – а также региональных театров и музеев, что тоже очень важно. Всё это крайне востребовано нашими гражданами. Повторяю, постоянно эти вопросы поднимаются на разных уровнях.

Сегодня каждый четвёртый подросток от 14 до 22 лет посещает учреждения культуры по Пушкинской карте – тоже здесь хороший прогресс. Культура стала доступнее и в цифровом формате, в цифровом пространстве: работают виртуальные музеи и концертные залы, национальная электронная библиотека.

Ещё раз хотел бы сказать о высоком профессионализме и самоотверженности наших медицинских работников в борьбе с тяжелейшей эпидемией. Мы видим плоды их работы, что очень важно, – об этом сейчас хотел бы тоже сказать. По итогам второго квартала этого года смертность, слава богу, снизилась у нас в России до уровня 2019 года – допандемийного года, а продолжительность жизни за этот же квартальный период, по предварительным оценкам, превысила 73 года.

В целом это хороший результат, но важно устойчиво двигаться к поставленной цели – росту продолжительности жизни в России до 78 лет к 2030 году. Этот показатель во многом является интегральным для всех наших усилий по формированию комфортных условий жизни граждан и укреплению их здоровья.

В связи с этим вновь обращаю внимание коллег на ускорение принятия и реализации программ по борьбе с сахарным диабетом и гепатитом C. Соответствующие поручения Правительству, как известно, даны, однако реализация таких программ до сих пор – хочу это подчеркнуть, обратить на это внимание ваше, уважаемые коллеги, – до сих пор не начата.

Прошлый год стал самым успешным и в другой сфере – в жилищном строительстве. Введено 92,6 миллиона квадратных метров, что на 18,7 процента больше, чем планировалось. Выдано рекордное количество ипотечных кредитов – почти два миллиона, в том числе благодаря государственным программам ипотечного кредитования.

Растёт количество реализованных проектов по созданию комфортной городской среды. В целом за последние четыре года благоустроено более 17 тысяч общественных территорий. Очень важны такие проекты для малых и исторических городов. О расширении этой программы объявил недавно на форуме в Петербурге. Будем, безусловно, наращивать темпы такой работы, она также очень востребована гражданами.

Немало сделано и в сфере экологии. Рекультивируются несанкционированные свалки в Татарстане, Чувашии, на Ставрополье, в Омской, Рязанской, Тульской и других областях. В этом году будет убрано ещё 17 таких свалок, а до конца 2023 года не менее 111. Вы знаете, как всё это начиналось на одной из «Прямых линий»: граждане остро поставили этот вопрос – вопрос с этими свалками. Хотелось бы, конечно, ещё большими темпами, но всё-таки работа идёт.

Наиболее яркий пример – это, конечно, свалка в Челябинске, которая была самой большой в границах городов. После рекультивации стала городским пространством, и в сентябре 2021 года на её месте уже проходили спортивные мероприятия, что в целом, конечно, радует. Повторяю, задач здесь ещё тем не менее много.

Уважаемые коллеги!

Как известно, против нашей страны намеренно, специально используются сегодня не просто ограничения, а практически полное закрытие доступа к зарубежным высокотехнологичным продуктам – к тому, что уже приобрело глобальный характер и является в современном мире базой прогрессивного развития любого государства. Вот как раз здесь и пытаются нам выставлять преграды для того, чтобы сдержать развитие России. Понятно, что это огромный вызов для нашей страны.

Но мы не только не собираемся опускать руки, пребывать в какой-то растерянности или, как некоторые наши «доброжелатели» предрекают, отступать на десятилетия назад. Конечно, нет. Наоборот, осознавая колоссальный объём трудностей, которые стоят перед нами, будем интенсивно и грамотно искать новые решения, эффективно использовать уже имеющиеся суверенные технологические заделы, разработки отечественных инновационных компаний.

Я понимаю, что это сложная задача, прекрасно мы все отдаём себе в этом отчёт. Ясно, что мы не можем оторванно от всего мира развиваться, но так и не будет: в современном мире невозможно всё так, знаете, циркулем обвести и выставить огромный забор – это просто невозможно. Тем не менее обозначу задачи, которым нам надо уделять сейчас приоритетное внимание, на которые нужно обратить особое внимание.

Одна из важнейших задач – это дальнейшее развитие сквозных технологий, сегодня мы будем об этом говорить. Их влияние на структурные изменения в экономике, на создание новых производств и бизнесов, на выпуск прорывных продуктов и услуг, конечно, как в таких случаях говорят, трудно переоценить.

Вы знаете, что ключевыми участниками таких проектов стали крупные отечественные корпорации. Работа Правительства и компаний здесь в активной фазе была начата в 2020 году. Конечно, есть и положительные результаты. Особенно хотел бы отметить прогресс, достигнутый Сбербанком в области искусственного интеллекта, РЖД – по направлению квантовых коммуникаций, «Росатома» – в области композиционных материалов.

Однако в целом эту работу признать уж особенно успешной тоже нельзя: пять из 13 направлений не реализуются, по остальным реализация не достигнута у не менее чем 20 процентов целевых показателей, и, конечно, в 2022 году эти показатели не будут достигнуты.

Скромные результаты продемонстрированы по направлениям, за которые ответственен «Ростех», – я знаю, там сейчас коллеги будут говорить: финансирования не хватает, ещё что-то, но я просто констатирую сам факт того, что происходит, – в том числе по проектам создания сетей пятого поколения, развитию производства оборудования для широкого внедрения «интернета вещей», а проект по развитию микроэлектронной отрасли пришлось полностью перезагружать в прошлом году.

Считаю целесообразным за каждым направлением закрепить ответственного в ранге вице-премьера. У нас Андрей Рэмович [Белоусов] отвечает за всё, за всю эту «поляну», но мне представляется целесообразным, чтобы под его руководством, – и просил бы Председателя Правительства [М.Мишустина] потом контролировать всё, что происходит, – наметили «грядку» для каждого Заместителя Председателя Правительства.

Необходимо здесь определять более амбициозные показатели, исходя из сегодняшних потребностей нашей экономики. Как уже сказал, просил бы Председателя [Правительства] взять реализацию высокотехнологичных направлений на особый контроль так, как это уже произошло по проекту развития микроэлектроники. Здесь первые шаги сделаны, надеюсь, что работа пойдёт более интенсивно в ближайшем будущем.

При этом ставка исключительно на государственные компании, конечно же, как в рыночной экономике всегда происходит, не всегда обеспечивает нужный результат. Считаю важным активное вовлечение частного бизнеса в проекты развития сквозных технологий.

Второе направление – широкая цифровая трансформация. Она должна пронизывать каждую отрасль, предприятие, социальную сферу, систему государственного и муниципального управления, войти в жизнь каждого человека и каждой семьи.

Правительством в прошлом году было принято одиннадцать стратегий цифровой трансформации. Важно, чтобы все они были сориентированы на конкретные результаты широкого внедрения цифровых технологий. Каждая отрасль просто обязана, должна их достигать как в обозримом будущем, так и в перспективе, до 2030 года. Подчеркну, что уже сегодня их реализация должна идти одновременно с созданием отечественных технологий и программных продуктов.

Третье. Многие российские быстрорастущие технологические компании, такие, например, как «Озон» или «Яндекс», финансировали своё развитие за счёт привлечения ресурсов с западных финансовых рынков. Скажем прямо, российская финансовая система была не готова обеспечивать ресурсами те компании, которые не имеют активов или большой прибыли, но при этом имеют большую перспективу развития. Например, у «Озона», насколько известно, убыток уже почти 20 лет подряд, однако только за прошлый год объём продаж товаров на этой платформе приблизился к отметке в 0,5 триллиона рублей, а уже в следующем, безусловно, может превысить триллион.

Такие наши компании активно использовали, как я уже говорил, западные финансовые институты, с которыми сегодня есть известные трудности: они нам недоступны. Необходимо в короткие сроки сформировать такие механизмы в российской финансовой системе, чтобы быстрорастущие российские компании могли привлекать отечественный частный капитал под своё развитие. Очень рассчитываю на обстоятельные предложения и Министерства финансов, и Банка России, в чьей зоне ответственности находится работа финансового рынка.

Четвёртое направление – повышение качества подготовки инженерных и IT-специалистов. Выход на новое качество подготовки кадров – это первоочередная задача, так как без её решения у нас не будет технологического будущего.

Вестись эта работа должна уже в школе, во всяком случае, начинаться эта работа должна в школе. Кстати, только что прошли международные олимпиады, и наши ребята, как многие уже знают, наверное, коллеги, с большим успехом выступили на них: по физике все пять золотых медалей – наши, а по математике – три золотые и три серебряные. Я сердечно поздравляю победителей. Молодцы, ребята!

По оценкам Минцифры России, к 2024 году дефицит квалифицированных кадров в IT-сфере может достичь миллиона человек. В новых условиях растёт спрос и на современно, качественно подготовленных инженеров. Отмечу, что сегодня они тоже находятся в большом дефиците. Слава богу, – кстати, по-моему, сейчас Министр [науки и высшего образования] будет выступать – количество ребят, которые поступают на инженерные специальности, всё-так растёт и растёт заметно.

Очевидно, что требуется значительно увеличить бюджетное финансирование подготовки таких специалистов. Правда, мы это уже делаем, но, судя по прогнозам, нужно делать и дальше и наращивать эти усилия, расширить программы обновления учебного и лабораторного оборудования, развития университетских кампусов, ремонта общежитий.

Уважаемые коллеги!

Хотел бы, конечно, сегодня услышать и подробные сообщения, доклады по каждому из обозначенных направлений. Но прошу не перечислять то, что сделано только на бумаге: вы знаете, укрепление нормативной базы, законы, другие нормативные акты, постановления, ход согласования различных документов – это всё интересно, но только для нас с вами. Нужны чёткие, конкретные, ясные решения, которые уже в самое ближайшее время можно реализовать на деле.

Давайте так и сориентируемся на то, как будем работать сегодня.

Пожалуйста, слово Андрею Рэмовичу Белоусову.

А.Белоусов: Спасибо большое.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета и участники заседания!

Стратегические вызовы, с которыми столкнулась сегодня наша страна, требуют серьёзной корректировки технологической повестки. О чём идёт речь? На протяжении последних 20 лет технологическая политика ориентировалась главным образом на достижение двух стратегических целей, которые, сразу скажу, остаются остро актуальными и сегодня.

Первое – поддержание технологического паритета с ведущими странами мира, обладание ключевыми технологиями, определяющими возможность решения стратегических, социально-экономических и оборонных задач. Это то, что мы называем технологическим суверенитетом. В условиях санкций эта цель приобретает особое, фундаментальное значение. Как обеспечится её достижение? С помощью каких механизмов?

Во-первых, это то, что я бы назвал государственным технологическим заказом. Выглядит это примерно следующим образом. Государство, как правило, с участием бизнес-сообщества и экспертов определяет перечень критических технологий. Далее через целый набор инструментов обеспечивает их разработку. К таким инструментам технологического госзаказа относятся: важнейшие инновационные проекты государственного значения, технологические программы отраслевых министерств и госкорпораций, программы поддержки научных и научно-образовательных центров и другие. Всего таких инструментов более 150.

Объём бюджетного финансирования только по госпрограмме «Научно-технологическое развитие Российской Федерации» в 2022 году – 464 миллиарда рублей. Исполнителями государственного технологического заказа являются, как правило, всевозможные вузы, НИИ, R&D-центры, а результатом – научные статьи, в лучшем случае опытные образцы и патенты.

Во-вторых, это соглашения, которые в соответствии с решением Президента заключены между Правительством и так называемыми компаниями-лидерами – то, о чём сегодня уже шла речь. Напомню, предметом этих соглашений является развитие сквозных технологий, которые составляют каркас нового технологического уклада. Это искусственный интеллект, микроэлектроника, квантовые коммуникации и квантовые вычисления, новые материалы, генетические технологии, водородная энергетика, беспроводная связь, распределённые интеллектуальные энергосистемы и накопители энергии и ряд других технологий. Всего их 16.

В соглашениях участвуют девять компаний-лидеров: это Сбербанк, «Ростелеком», «Ростех», «Россети», РЖД, «Росатом», РФПИ, «Газпром» и «Роснефть». За два года – в прошлом и текущем годах – в рамках соглашений было профинансировано 102,5 миллиарда рублей при плане 187,8, то есть 55 процентов от плана, в том числе 49 миллиардов – из бюджета, 42,6 – компаниями-лидерами и 10,9 – из других внебюджетных источников.

В реализации соглашений есть целый ряд проблем. Я на них остановлюсь чуть позже.

В-третьих, это проекты-маяки.

Что это такое? Речь идёт о создании образцов новых рынков, которые функционируют на основе продуктов, создаваемых на базе прорывных, в том числе сквозных технологий. Задача проектов-маяков – отрабатывать понятные условия для бизнеса, включая регуляторику, финансовые модели, первичный спрос на новые высокотехнологичные продукты и затем обеспечить их масштабирование.

Сегодня запущено пять проектов-маяков. Три – в сфере коммерческого использования беспилотников в трёх средах: авиа-, авто- и водно-грузовых перевозках. Еще два – это электромобили и персональные цифровые медицинские устройства, так называемые медицинские помощники.

На реализацию проектов-маяков в 2022–2025 годах предусмотрено бюджетных средств 13,3 миллиарда рублей, средств ФНБ – 46 миллиардов рублей, внебюджетных средств – 81 миллиард рублей.

В-четвёртых, это национальная технологическая инициатива (НТИ). Это направление включает несколько элементов: отработку регуляторики, поддержку конкретных проектов, создание инфраструктуры центров компетенции и развития сквозных технологий и, главное, работу с сообществами технологических предпринимателей, прежде всего формирование команд, выращивание стартапов и далее вывод их на рынок.

Сегодня в этой системе НТИ находится свыше 3,3 тысячи компаний, а всего разными форматами работы охвачено почти четыре миллиона человек – это те, кто зарегистрирован в системе «Лидер ID». В рамках НТИ сформирована сеть из 21 центра технологических компетенций на базе вузов и научных организаций, подготовлено более 40 тысяч специалистов по сквозным технологиям, заключено около двух тысяч лицензионных соглашений.

В консорциумы НТИ вошли более 750 организаций, которыми запущено более 200 крупных проектов. В результате коммерциализации деятельности центров НТИ в 2021 году уже получен доход в размере 6,5 миллиарда рублей. За два прошедших года на НТИ были выделены бюджетные средства в объёме 17,2 миллиарда рублей, в 2023–2025 годах планируется выделять порядка восьми миллиардов рублей ежегодно.

В-пятых, это проект поддержки передовых инженерных школ, обеспечивающих образовательную составляющую технологического суверенитета. Предусматривается создание не менее 30 передовых инженерных школ на базе отобранных вузов в партнёрстве с высокотехнологичными компаниями с привлечением софинансирования – важно – под конкретный кадровый запрос этих компаний.

Предусмотрено бюджетное финансирование в 2022 году почти три миллиарда рублей, в 2023–2025 годах – 28,3 миллиарда рублей. Таким образом, отмеченные пять механизмов – это тот инструментарий, который задействован для достижения первой цели – технологического суверенитета.

Вторая цель, которая также реализуется все последние годы параллельно первой, – это экономизация технологий, превращение их в фактор капитализации и создание добавленной стоимости на уровне как страны в целом, так и отдельных корпораций. Попросту говоря, фактор роста ВВП.

При этом отмечу, здесь мы довольно сильно отстаём. Если смотреть на объём инновационной продукции в общем объёме продаж как на индикатор вклада технологий в экономику, Россия далеко не в лидерах. Доля такой продукции у нас составляет шесть процентов, а в лидирующих странах – 20–27 процентов.

Какие здесь задействованы механизмы?

Во-первых, «дорожная карта» регуляторных изменений по снятию барьеров и стимулированию оборота результатов интеллектуальной деятельности. Работа, которая ведётся совместно с Советом Федерации с участием РСПП, «Деловой России» и экспертного сообщества. Всего до 2024 года предусмотрено принятие 30 нормативно-правовых актов. Восемь уже приняты.

Во-вторых, это правительственная инициатива, которую мы называем «Взлёт от стартапа до IPO», или лифт для технологических компаний. Она нацелена на создание среды для выращивания стартапов вплоть до достижения ими высокой рыночной зрелости, причём под конкретные технологические задачи страны и запросы крупных компаний. Включает три составные части.

Это бесшовная склейка мер поддержки стартапов институтами развития. То есть стартап, вошедший в зону видимости институтов развития, должен подхватываться ими и двигаться вплоть до привлечения стратегических инвестиций. Механизм основывается на взаимных соглашениях институтов развития. Участники: фонд «Сколково», Фонд содействия инновациям, Фонд инфраструктурных и образовательных программ, «Корпорация МСП», «Платформа НТИ», АНО «Иннопрактика».

В режиме бесшовности планируем поддержать порядка 9,5 тысячи компаний-предпринимателей. Рост выручки – порядка 290 миллиардов рублей до 2024 года.

Вторая часть механизма лифта для стартапов – информационная система, в которой стартапы имеют цифровое отображение своего текущего состояния и своей истории, причём на языке технологической, инвестиционной и рыночной зрелости, понятной для инвесторов, – это так называемые TRL, MRL, ARL. По сути, речь идёт о формировании витрины стартапов для крупных промышленных компаний и финансовых институтов, причём в форматах, позволяющих принимать решение об инвестициях.

Силами Минэкономразвития, Минобрнауки и Минцифры уже сделан прототип этой информационной системы, разработано и согласовано с бизнес-сообществом и институтами развития техническое задание на её промышленную версию. Но уже сегодня в системе отображается порядка 19 тысяч малых и средних технологических компаний, их путь развития и стадии зрелости.

И третья составляющая лифта для стартапов – механизм доращивания стартапов до уровня готовности к принятию инвестиций и выхода в серию. Этот механизм отрабатывается совместно с АНО «Иннопрактика» и включает ряд программ льготного кредитования и предоставления грантов. Всего на обеспечение данного механизма предусмотрено бюджетное финансирование в текущем году – 15,7 миллиарда рублей, в последующие три года – 47,3 миллиарда рублей.

Третий механизм, обеспечивающий реализацию данной цели, – создание территорий с особыми налоговыми и таможенными режимами, а также специальной инфраструктурой. К ним относятся прежде всего инновационные научно-технологические центры, так называемые технологические долины. Их режим включает налоговые льготы для резидентов: ноль процентов – по налогу на прибыль, НДС и налогу и имущество, 14 процентов – по страховым взносам.

Всего сегодня запущено три технологические долины. Это «Воробьёвы горы» в Москве – 38 резидентов, «Сириус» в Сочи – 40 резидентов, и «Интеллектуальная электроника – Валдай» в Новгородской области – пока один резидент. Ещё семь технологических долин находятся в стадии запуска в Москве, Тульской, Калужской, Нижегородской и Калининградской областях и на острове Русский. Всего резидентами долин проинвестировано пока чуть более четырёх миллиардов рублей.

Наконец, к механизмам реализации данной цели следует отнести институты инновационного развития, поддерживающие технологические компании. Сегодня действует семь основных институтов, специализирующихся на поддержке разных стадий технологического роста компаний. На начальной, посевной стадии – это фонд Бортника и «Сколково». На стадиях создания технологий и опытного образца – это ФИОП, Фонд НТИ, «Сколково», Фонд развития промышленности, Фонд перспективных исследований. На зрелой стадии главным образом Фонд фондов и Фонд развития промышленности.

Всего портфель институтов инновационного развития составляет 263 миллиарда рублей. Ими охвачено более восьми тысяч технологических компаний. Объём бюджетного финансирования в капитал фондов составил в 2022 году рекордные 142 миллиарда рублей. В 2023–2025 годах запланировано 242 миллиарда рублей с перспективой увеличения до более чем 500 миллиардов рублей.

Уважаемые коллеги!

Как я уже говорил, санкции вносят существенные коррективы в технологическую повестку. Прежде всего необходимо обеспечить функционирование промышленной системы, перестроив и восполнив разорванные цепочки производственной кооперации, создать условия для их локализации. Это, безусловно, требует соответствующего технологического обеспечения.

Отсюда добавляется третья цель – восстановление целостной системы производственных и технологических связей, нарушенных в результате санкционных ограничений.

Что уже сегодня делается в этом направлении?

Во-первых, силами Минпромторга разработано 25 отраслевых планов импортозамещения, включающие соответствующую технологическую составляющую. На их реализацию настроены программы Агентства технологического развития, включая создание сети центров инженерных разработок конструкторской документации.

К этим проектам подтянуты инструменты специнвестконтрактов СПИК и СПИК 2.0, охватывающие сегодня 55 проектов. И наконец, на реализацию этих планов нацелены программы Фонда развития промышленности в части комплектующих изделий, компонентной базы и производства универсальных автокомпонентов.

Во-вторых, в соответствии с решением Президента и Правительства запущены два, я бы сказал, производственно-технологических мегапроекта в области авиастроения и радиоэлектронной промышленности. В 2023–2025 годах на реализацию первого мегапроекта предусмотрено порядка 413 миллиардов рублей, второго – совокупно планируется порядка 805 миллиардов рублей.

Далее. Помимо производственной системы страны санкции нанесли серьёзный удар по существующим институтам: как рыночным, платёжным системам фондовой биржи, системам рейтингования, финансовым, инвестиционным, торгово-посредническим структурам, так и государственным, связанным с предоставлением услуг гражданам и бизнесу.

Технологический вызов, возникающий в этой связи, – перенос части функций институтов на цифровые платформы, ускоренная платформизация экономики, собственно, это и есть содержание термина «техноэкономика», озвученного Президентом в программном выступлении на недавнем Петербургском форуме.

Отсюда четвёртая цель технологической повестки – реинжиниринг функций рыночных институтов в форме цифровых платформ, где операции выполняются в бездокументарной форме без участия человека и не привязаны к одному центру принятия решений.

Что уже делается?

Во-первых, в России уже сейчас действует одна из лучших в мире платформ – «Госуслуги», для граждан, на её развитие до 2024 года заложено десять миллиардов рублей.

Во-вторых, развивается платформа «Гособлако» на базе Гостеха с сервисами для бизнеса, на её развитие до 2024 года предусмотрено 23 миллиарда рублей.

В-третьих, функционирует цифровая платформа «Одно окно» для экспортёров, уже запущено 25 сервисов. На её развитие в 2022 году направлено 2,4 миллиарда рублей, а в 2023–2025 годах запланировано ещё 5,8 миллиарда рублей.

В-четвёртых, развивается платформа для индивидуальных предпринимателей и малых предприятий, разрабатываемая силами корпорации МСП. Создано 19 сервисов, зарегистрировано свыше 120 тысяч уникальных пользователей. С платформы уже интегрированы 14 региональных систем поддержки МСП. В перспективе Минцифры России видит приоритетным создание следующих платформ.

В части госуслуг для граждан: платформы развития квалификации и помощи в поисках работы, электронного образования, доступа к медицинским услугам и программу развития здоровья, обеспечение безопасности. В части госуслуг для бизнеса: платформы различных сервисов, включая выдачу лицензий, субсидий и доступа к госзакупкам, проведение проверок, поддержку исследовательской и научной деятельности, поддержку строительства. В части услуг «бизнес – бизнес»: маркетплейс российского «тяжёлого» программного обеспечения и облачных сервисов, маркетплейс «Биржа мощностей», платформа открытых данных.

Уважаемый, Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Отмеченные четыре цели и механизмы их достижения определяют нашу технологическую повестку, устремления, ответы на вызовы в сфере технологического развития. Хотел бы остановиться на некоторых проблемных вопросах, требующих решения.

Первое. Простое перечисление механизмов, задействованных для реализации отмеченных целей, показывает, что, с одной стороны, существует огромное количество разрозненных проектов, программ, инициатив, инструментов, часто реализуемых в режиме так называемых ведомственных колодцев. С другой стороны, очевидно, что и цели, и механизмы объективно связаны между собой и должны опираться и усиливать друг друга.

Отсюда необходим верхнеуровневый стратегический документ, который бы охватывал всё пространство технологического развития, – концепция технологического развития до 2030 года. Этот документ включал бы по каждой цели чётко определённый количественный показатель её достижения, перечень задач, механизмов, инструментов, этапы, ключевые вехи и промежуточные результаты, ответственных за достижение целей и результатов, объём и источники финансовых ресурсов.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Под руководством Председателя Правительства в Координационном центре сейчас проходит цикл стратсессий по разработке стратегического плана развития в условиях санкций. Уже проведён анализ рисков и угроз в социальной сфере, в образовании, науке, цифровой сфере, в отраслях промышленности, сельского хозяйства. Завтра рассмотрим транспорт и строительство, через неделю – энергетику, через месяц приступаем к подготовке сводного доклада.

Предложил бы осуществлять подготовку концепции технологического развития в увязке с параметрами разрабатываемого стратегического плана до 2030 года.

И ещё: для чёткой координации работы предлагается в министерствах ввести позицию руководителей научно-технологической трансформации в ранге замминистров и, разумеется, в рамках штатного расписания.

Второе – касательно технологических соглашений с компаниями-лидерами. За три года действия соглашений картина здесь сложилась достаточно пёстрая и неоднозначная. В разосланной презентации, на слайдах с четвёртого по девятый, дана характеристика успехов и неуспехов по каждой из сквозных технологий. Более подробная информации приведена в белой книге «Развитие отдельных высокотехнологичных направлений», покажу её. Она написана специально по реализации соглашений и вышла в начале текущего года.

В целом можно отметить, что по ряду направлений имеются значимые результаты в виде созданных технологий, доведённых до уровня промышленных образцов, производства новой продукции, а по отдельным из них Россия достигла паритета или занимает лидирующее положение по отношению к ведущим странам мира.

К ним относятся: ряд технологий искусственного интеллекта, особенно в части алгоритмов, компании-лидеры – Сбербанк и РФПИ; технологии новых материалов – «Росатом»; квантовое вычисление – «Росатом»; квантовые коммуникации – РЖД; коммуникационные интернет-технологии – «Ростелеком»; генетические технологии – «Роснефть».

В то же время содержательное исполнение ряда соглашений, как, собственно, Владимир Владимирович, Вы отметили, фактически так и не началось. Это касается прежде всего таких направлений, как создание «тяжёлого» программного обеспечения в зоне ответственности «Ростеха», промышленных интернет-вещей – датчики и квантовые сенсоры – тоже «Ростех», технологии передачи энергии.

При этом что обращает на себя внимание? Результаты прямо зависят от того объёма ресурсов, которые компания-лидер инвестирует в развитие технологий. Так, в 2020–2021 годах в развитие соответствующих сквозных технологий, по данным Минэкономразвития и самих компаний, Сбербанк вложил 20 миллиардов рублей, «Росатом» – 14 миллиардов, РФПИ – три с половиной миллиарда, РЖД – более двух миллиардов. В то же время «Ростех», отвечающий за шесть направлений, вложил всего 1,1 миллиарда рублей, а «Россети» – вообще ничего.

В этой связи что предлагается? Перевести соглашения в открытый формат, предусмотрев возможность присоединения к соглашению консорциумов и отдельных компаний с целью развития конкуренции. Утвердить единые правила к формированию «дорожных карт», включив целевые показатели, в том числе количество стартапов, разработанных продуктов, патентов, выпуск инновационной продукции. Организовать независимую научно-техническую экспертизу результатов соглашений – сегодня такая экспертиза отсутствует. Организовать ежеквартальный мониторинг силами Минэкономразвития с отчётом в Правительство и Администрацию Президента.

Обеспечить бюджетное финансирование «дорожных карт» в 2023–2025 годах в объёме не менее 100 миллиардов рублей. Сегодня на их реализацию предусмотрено чуть меньше 55 миллиардов рублей, а по паспортам «дорожных карт» должно быть предусмотрено 195 миллиардов. При этом установить, что компания-лидер обязана инвестировать средства в объёме не меньшем, чем федеральный бюджет. Рассмотреть возможность введения налоговых льгот для частных компаний, осуществляемых в рамках соглашений, по консультации. Здесь необходима консультация с субъектами Федерации – мы сегодня так договорились с Антоном Германовичем [Силуановым].

Обеспечить ежегодную публикацию результатов реализации соглашений в формате белой книги и проведение раз в год открытого тематического форума по результатам реализации соглашений. Ввести систему оценки руководителей компаний-лидеров по результативности реализации соглашений, в том числе при расчёте их годовых премий. Ввести положение «дорожных карт» по соглашениям в государственные программы.

Третье. В части поддержки развития технологических стартапов: нормативно закрепить в законодательстве понятие «малая технологическая компания» прежде всего для большей адресности мер поддержки, расширения права на риски для таких компаний, дерегулирования и снятия административных барьеров. На базе одного из действующих институтов развития, например «Сколково» совместно с Фондом НТИ, развить компетенции доращивания технологических стартапов высокой степени зрелости. Как отмечалось, сегодня поддержка институтами развития стартапов сосредоточена как раз в основном на ранней и средней стадиях их зрелости.

Далее. Для капитализации технологических компаний и привлечения кредитов крайне важно обеспечить признание интеллектуальной собственности как качественного залогового актива. В этом вопросе требуется поддержка Банка России.

Четвёртое. Запуск специальных проектов локализации в формате государственно-частного партнёрства. Речь идёт о том, чтобы в проектах локализации по отдельным линейкам высокотехнологичной продукции: авиатехника, телекоммуникационное оборудование, турбины, локомотивы, высокоточные станки, медицинское оборудование и тому подобное, – заменить министерство как заказчика работ частной или государственной компанией.

В такой модели заказчик устанавливает требование к продукции как по цене, так и по техническим характеристикам, одновременно принимает обязательства по долгосрочной закупке произведённой продукции, так называемый off-take, в случае соответствия установленным требованиям. Ключевой элемент данной модели – долгосрочный договор между заказчиком и головным исполнителем, под такой договор может быть привлечено долгосрочное возвратное финансирование для реализации проекта, в том числе на льготных условиях.

Роль Правительства – в осуществлении технического регулирования и предоставлении мер финансовой поддержки. Мы эти вопросы отработали с Денисом Валентиновичем [Мантуровым] и с Юрием Ивановичем Борисовым, и здесь мы работаем вполне согласованно.

Уважаемый Владимир Владимирович, просил бы Вас рассмотреть возможность отражения указанных пунктов в перечне поручений по итогам заседания Совета.

Благодарю за внимание. Доклад окончен.

В.Путин: Спасибо большое.

Такой обстоятельный доклад и предложения системные. Я так понимаю, что Вы предлагаете, по сути, актуализировать соглашения с компаниями-лидерами, укрепить и усовершенствовать нормативно-правовую базу, которая нацеливала бы нас всех на достижение конечного результата. Системные предложения.

Что касается необходимого бюджетного финансирования. Вы назвали цифру даже – 100 миллиардов.

А.Белоусов: Да. Мы её проговорили с Антоном Германовичем – возражений, отторжений не возникло, тем более часть из этих средств предусмотрена в бюджете, просто по другим направлениям требуется перераспределение.

В.Путин: Отлично.

И ещё один момент. Вы тоже упомянули о работе с нашими институтами развития, некоторые из них прямо назвали. Здесь тоже нужны какие-то системные меры поддержки этих структур, поскольку они практически все попали под санкции, и здесь нужно понять, как мы их поддержим и чего мы от них будем ожидать.

А.Белоусов: Есть, сделаем.

В.Путин: Да, обязательно. Мы с Вами вчера некоторые вещи обсуждали, не буду повторяться – понятно, о чём идёт речь.

Спасибо большое.

Пожалуйста, Чернышенко Дмитрий Николаевич.

Д.Чернышенко: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В рамках достижения национальной цели «Цифровая трансформация» есть целый комплекс задач, который решается.

Во-первых, это обеспечение цифровой зрелости, организация ключевых отраслей нашей экономики.

Во-вторых, это предоставление возможности нашим гражданам получать популярные госуслуги без очного обращения в органы власти, в формате «одного окна», или в один клик, что называется, не выходя из дома. При этом с сохранением, конечно, возможности личного посещения и обращения для тех, кому это привычней.

В-третьих, это проведение интернета во все населённые пункты страны.

И наконец, в-четвёртых, это увеличение в разы доли российских технологических решений, в том числе и на нашем рынке, и на мировом.

Коротко о ходе этой работы.

Уровень цифровой зрелости – это самый такой сложный интегральный показатель, который характеризует масштаб применения цифровых технологий в деятельности всех организаций.

Как Вы сказали, для одиннадцати отраслей экономики и социальной сферы Правительством разработаны и утверждены отраслевые стратегии цифровой трансформации. Они содержат исчерпывающий комплекс мероприятий, которые как раз должны обеспечить достижение конкретных результатов.

Они реализуются федеральными ведомствами, которые являются отраслевыми регуляторами. И сейчас по инициативе Администрации Президента ещё дополнительно три стратегии будут разработаны: это финансовый рынок, торговля и сектор бытовых услуг, а также обрабатывающая промышленность. Их срок готовности – 1 октября.

В каждом федеральном ведомстве и во всех регионах приняты федеральные и региональные программы цифровой трансформации, которые увязаны с этими отраслевыми стратегиями. Также все госкомпании утвердили и защитили свои корпоративные стратегии цифровой трансформации. И всё это интегрировано в единую систему показателей и мероприятий, которые связаны между собой.

Отмечу, что, несмотря на введённые ограничения и уход зарубежных вендоров с российского рынка, наш потенциал IT-отрасли позволяет полностью в течение трёх–пяти лет компенсировать эти последствия санкций. Мы уверены, что при мобилизации, которая сейчас идёт полным ходом, эти ограничения не повлияют на конечные сроки достижения показателей по цифровой зрелости, потому что Правительство по поручению Михаила Владимировича в текущей ситуации очень оперативно скорректировало механизмы достижения поставленных целей, и по поручению премьера выделены уже из Резервного фонда Правительства дополнительные бюджетные средства в размере 21,5 миллиарда – именно на ускоренную разработку и внедрение российских решений в тех местах, где они сейчас крайне необходимы. Хотя сегодня у нас почти нет ни одной ниши, в которой не было бы уже задела и перспективных отечественных разработок. То есть уровень наших собственных IT-разработок достаточно высок.

Уважаемый Владимир Владимирович!

В рамках исполнения Вашего очень своевременного Указа № 166 Правительство приняло все необходимые решения. Уже сформированы 16 отраслевых комитетов, которые объединяют ключевых заказчиков, которые являются как раз пользователями программного продукта, и индустриальные центры – всего их 35 по всем направлениям отраслей экономики. Именно они и формируют задания на разработку нужных им программных решений и берут на себя ответственность по внедрению впоследствии, когда эти решения будут разработаны.

Работа ведётся по широкому кругу отраслевых решений: это и автоматизированные системы проектирования, управления, технологического обеспечения производственными процессами, система управления деятельностью предприятий и многое другое – это 21 вид промышленного среднего и «тяжёлого» программного обеспечения.

Также созданы десять центров компетенций по развитию так называемого общесистемного программного обеспечения, такого как: операционные системы, которые – зарубежные – мы все заменяем, облачные платформы, коммуникационные сервисы, – и там очень высокий уровень готовности. Минцифры субсидирует ключевым заказчикам значимую часть затрат – до 80 процентов – на разработку и внедрение последующих отраслевых решений. Минпромторг и другие ведомства также будут субсидировать именно внедрение этих отечественных решений, которые будут разработаны.

Важно, что в этой работе – как раз по прямому поручению премьера – активную роль играют первые лица компаний. То есть не замов по IT они дают, а именно сами руководители – лидеры в машиностроении, химии, транспорте, сельском хозяйстве – лично руководители самых важных наших предприятий, отраслей возглавили эту работу. И наша задача – обеспечить доступность всего спектра отраслевых продуктов, которые закроют все потребности отраслей.

Есть уже первые результаты. Например, крупные наши авиакомпании уже переходят на российские системы бронирования, к 25 октября этот процесс будет завершён. Наши ведущие машиностроители, например, уже приступили к ускоренному внедрению российских систем автоматизированного проектирования. Машиностроители переходят на широкий спектр отечественных решений, в частности, от наших компаний, таких как «Аскона» или «Нанокад», которые функционально очень даже заменяют зарубежные решения. Передовые российские банки – там ещё более благополучная ситуация. Они до 2023 года переведут все свои банковские системы на отечественные.

При этом то, что мы делаем сейчас, конечно, мы не слепо копируем просто существующие зарубежные проекты, а мы устремлены в будущее, потому что наши создаваемые продукты должны быть конкурентоспособны на мировом уровне, а не только удовлетворять внутренний спрос.

При проектировании IT-решений мы сразу учитываем все существующие на рынке передовые технологии, особенно те, в которых мы на очень высоком уровне находимся, такие как Вы упомянули: например, искусственный интеллект, ряд отраслей, например, онлайн-торговля, финансы. Они уже просто даже свой бизнес не представляют без этой технологии. И, по оценкам экспертов, в десятилетней перспективе искусственный интеллект будет обеспечивать от одного до двух процентов ежегодного прироста ВВП в тех странах, которые активно его внедряют. Мы будем максимально стимулировать применение технологий искусственного интеллекта во всех отраслях.

Наша задача – гарантировать конкурентоспособность наших решений на глобальном рынке. Это, по сути дела, обеспечит им экспортный потенциал. Мы ставим задачу вендорам, чтобы три четверти своей выручки от внедрения этих технологий и получения денег за их поддержку они планировали на зарубежных рынках. И это, я считаю, возможно.

Отмечу, что до момента появления конкурентоспособных решений во всех нишах, конечно, будет некий период, когда нам нужно определить специальные условия использования существующего зарубежного софта. С одной стороны, важно не наказывать всех подряд добросовестных пользователей, но, с другой стороны, необходимо избежать такой ситуации, когда они законсервируют зарубежные решения и будут продолжать на них работать не развиваясь.

Поэтому, уважаемый Владимир Владимирович, если Вы поддержите, соответствующий проект указа может быть подготовлен Минцифры и внесён в самое ближайшее время, для того чтобы это можно было урегулировать. И Вашим приказом, кстати, уже зафиксированы сроки перехода на российское ПО, но для значимых объектов критической инфраструктуры, для госкомпаний и госорганизаций, когда с начала 2025 года в этих системах должен применяться только отечественный софт.

Вместе с тем есть два вопроса.

Первый – требование по использованию только отечественного ПО важно распространить на все значимые объекты критической инфраструктуры, а не только на те, которые принадлежат госорганизациям и госкомпаниям. Мы видим, каким атакам они подвергаются.

И второе – необходимо обеспечить единый каталог и категорирование всех значимых объектов критической инфраструктуры, потому что у нас зачастую возникают такие ситуации, когда сама компания добровольно, по своему усмотрению относит какие-то важные информационные системы к значимым объектам КИИ, а какие-то нет.

Поэтому для каждой отрасли профильное федеральное ведомство совместно с Минцифры, ФСБ и ФСТЭК определят, какие типы информационных систем необходимо отнести к значимым объектам КИИ. По этим типам информационных систем уже в разрезе отраслей Правительство сможет без всяких ограничений компании установить сроки обязательной замены и перехода зарубежного ПО на российское. И эти сроки, конечно, будут синхронизированы со сроками готовности к массовому внедрению тех отечественных решений, о которых я говорил раньше, – то, что субсидируют их разработку Минцифры по техзаданиям, которые делали отраслевики сами. Здесь необходимо принять соответствующий законопроект, предоставив необходимые полномочия отраслевым ведомствам, конечно, по согласованию с Минцифры, с ФСБ и с ФСТЭК эту работу осуществлять.

И в связи с этим я предлагаю все эти одиннадцать стратегий плюс три дополнительные, которые поручено нам сделать, дополнить показателями, которые связаны с обеспечением технологического лидерства и ликвидацией этой зависимости от зарубежных программных и программно-аппаратных комплексов.

Конечно, здесь нельзя не вспомнить про те три пакета мер, которые были предоставлены – поддержка, льготы – нашим разработчикам начиная с 2020 года, и мы видим очень существенный экономический эффект. Например, объём продаж российскими IT-компаниями наших, российских, собственных решений вырос на 75 процентов и превысил два триллиона рублей за два с лишним года, а объём налоговых отчислений в бюджет за этот же период вырос на 50 процентов и превысил 500 миллиардов рублей. Количество отечественных ПО, которые внесены в реестр российского программного обеспечения, также увеличилось в два раза. Это почти десять тысяч программных продуктов, которые нужно использовать не только в России, но и на всём рынке – во всём мире.

В текущих условиях принятые по Вашему Указу № 83 решения позволили предупредить массовый отъезд разработчиков, а многие даже уже вернулись. Сделано всё, чтобы IT-компании могли наращивать свои инвестиции в разработку новых продуктов для эффективного замещения зарубежных решений: это и низкие налоги, и льготные кредиты, и отсрочка от армии, и, самое главное, это огромный пакет амбициозных заказов. То есть это огромные проекты для работы, которые являются мощными драйверами для развития рынка.

Плюс очень важно, что значимая часть из тех 200 миллиардов, которые каждый год наши компании платили иностранным, зарубежным вендорам за лицензии, за поддержку, – теперь эти деньги не нужно платить, и наши компании направят их своим, российским разработчикам. А это, конечно, новые возможности и гигантский рынок новый, и новые рабочие места.

И отдельно несколько слов про сервис цифровой экономики.

Важным условием её развития, конечно, является механизм безопасной онлайн-идентификации граждан, подтверждение юридической значимости совершаемых ими действий на портале госуслуг или каких-то других цифровых платформах.

Сейчас уже реализован на портале госуслуг сервис «Госключ», который позволяет бесплатно подписывать любые документы нашим гражданам электронной подписью. Уже более полумиллиона человек мобильное приложение себе установили, выпустили себе электронную подпись и подписывают документы.

Операторы мобильной связи перешли на массовое заключение договоров с абонентами в электронном виде. В эту приёмную кампанию наши российские вузы уже подписывают электронные договоры об обучении с абитуриентами.

На прошлой неделе Минцифры совместно с МВД запустили сервис по регистрации и постановке на учёт автотранспортных средств как раз на основе электронных договоров купли-продажи, которые были уже подписаны «Госключом». За неделю произошло уже более 200 регистраций.

Что касается самых популярных госуслуг – Вы в прошлый раз, я помню, спрашивали: в топ-3 у нас пока остаётся запись на приём к врачу. С начала года это 75 миллионов обращений – столько электронных записей произошло. Расчёт пенсии: более 20 миллионов [обращений] за текущий год произошло. Запросы по исполнительному производству – 15,5 миллиона. Конечно, популярностью традиционно пользуется услуга по оформлению ежемесячных президентских выплат на ребёнка.

Мы также продолжаем работу по устранению цифрового неравенства, развиваем сети связи, чтобы был доступ к услугам для всех граждан, в том числе в малочисленных и труднодоступных населённых пунктах. Сейчас подключаем малонаселённые пункты – от 100 до 500 человек. Запланирована установка более двух тысяч базовых станций уже в этом году. В прошлом году, как Вы и поручали, мы подключили все поселения с количеством жителей от 250 до 500 человек, и сейчас более 14 тысяч таких поселений имеют точки доступа, а в 1200 поселениях построены базовые станции.

Но у нас до сих пор остаются территории – это целые районы, куда проложить оптоволокно, например, очень дорого: это миллиарды рублей, и тем не менее в этих районах живут десятки тысяч человек. Пока механизма финансирования таких проектов нет. Именно для этих целей было выделено 33 миллиарда рублей. К 2026 году «Роскосмосом» будет развёрнута спутниковая группировка «Экспресс-РВ». Она обеспечит связь там, куда прокладка оптоволокна экономически нецелесообразна. В этом году «Ростелеком» должен завершить подключение Чукотки за счёт подводной оптоволоконной сети.

В целом у нас целый портфель таких проектов: это строительство оптики на севере Якутии, севере Камчатки, целые регионы Республики Тыва, Алтай и многие другие – проектов на более чем 50 миллиардов до 2030 года. Они позволят обеспечить современными услугами связи примерно полмиллиона наших граждан.

Кроме того, при текущем росте интернет-трафика нам необходимо к 2030 году также гарантировать подключение всех многоквартирных домов в городах – и вновь строящихся, и существующих – хотя бы в городах с населением более 100 тысяч, которые обеспечат скорость 10 гигабит в секунду. Это серьёзные инвестиции для операторов связи, а это бизнес вкладывает свои деньги, и здесь, конечно, их нужно поддержать и стимулировать. Мы предлагаем и льготные кредиты для операторов под установку такого оборудования, и, конечно, возможность для бесплатного размещения этого оборудования в самих домах.

Уважаемый Владимир Владимирович, просим поддержать запуск такой программы.

И в конце, как Вы правильно сказали, кадры – это самый важный вопрос. В этом году мы запускаем программу допобучения старшеклассников, они изучают современные языки программирования. В сентябре более 100 тысяч школьников после тестирования будут зачислены на специальные двухлетние курсы, где они получат эти навыки. Мы также планомерно увеличиваем контрольные цифры приёма в вузы на эти специальности, для того чтобы подготовить необходимое количество разработчиков, чтобы тот дефицит, который Минцифры обозначило, – миллион, можно было бы компенсировать. В 2024 году на бюджетных местах в вузах будут учиться в соответствии с этой программой на разработчиков в два раза больше студентов – почти полмиллиона человек.

Также в этом году мы запускаем подготовку отраслевых специалистов в вузах, расширенные модули по цифровым компетенциям. Они в себя включают обучение и программированию, и работе с большими данными для тех, кто учится по специальностям, не напрямую связанным с программированием.

Плюс у нас уже второй год успешно реализуется программа допобразования для взрослых людей, которые уже отучились, для освоения цифровых профессий. Она всем гражданам доступна, потому что Правительство покрывает от 50 до 100 процентов затрат граждан на обучение для официально зарегистрированных безработных, для тех граждан, которые имеют доход ниже среднего, например, в регионе. По программам такой переподготовки уже прошло более 20 тысяч человек обучение и сейчас учится около 40 тысяч.

Завершая, хочу заверить, что, несмотря на санкции и на все трудности, мы нацелены на то, чтобы выполнить Ваши поручения и достигнуть показателей национальной цели в полном объёме и в срок.

Доклад окончен.

В.Путин: Дмитрий Николаевич, Вы давно этим занимаетесь и, безусловно, являетесь одним из наиболее авторитетных организаторов работы по тому направлению, о котором сейчас говорили, о котором докладывали.

Действительно, Правительством многое сделано, в том числе при Вашем непосредственном участии, по этому важнейшему направлению нашей работы. Дело не в моих поручениях, конечно, – дело в том, что это в высшей степени востребовано для развития экономики, для достижения национальных целей развития.

Повторю ещё раз: многое сделано, и предложения, которые Вы сформулировали, безусловно, будут поддержаны. И проект указа нужно подготовить – будет подписан, и вообще укрепление нормативной базы – будем совместно это реализовывать, это востребовано.

Вы сами сейчас упомянули, как Вы сказали, о популярных госуслугах, но они не просто популярные госуслуги – это наиболее востребованные госуслуги. В том числе сказали, например, о количестве тех, кто имеет возможность записаться к врачу онлайн, и назвали цифру даже – десятки миллионов.

Вместе с тем хотел бы обратить Ваше внимание на то, что из опрошенных пациентов только 20 процентам удаётся записаться к врачу онлайн – электронным способом, а получить, скажем, рецепт таким же образом возможно только в Москве и в ряде других регионов, где проводится эксперимент.

Я понимаю, я знаю здесь риски, угрозы, знаю дискуссии с Минздравом и так далее, здесь, может быть, Татьяна Алексеевна [Голикова] ещё об этом скажет. Но хотел бы обратить внимание на то, что при всём огромном комплексе вопросов, которые нам приходится решать, в том числе в условиях известных ограничений, о которых и я сказал, и Вы сейчас упомянули, но всё-таки есть вещи, которыми мы давно занимаемся и которые точно можем решать, несмотря ни на какие ограничения, самостоятельно.

Та же самая электронная запись к врачу – это от нас всё зависит, у нас всё есть для этого, для того, чтобы расширять эту работу, технологически всё готово, всё же есть. Делали и в 2019 году, и в 2020-м, и в 2021-м, мы же давно это начали, надо просто на некоторых вещах – Вы сейчас сами об этом сказали – сосредоточить больше внимания, потому что эти услуги востребованы действительно десятками миллионов наших граждан.

Просил бы Вас это иметь в виду.

Спасибо большое.

Пожалуйста, теперь Силуанов Антон Германович и Набиуллина Эльвира Сахипзадовна.

Антон Германович, прошу Вас.

А.Силуанов: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Задача стоит обеспечить «фабрику» выращивания технологических компаний, и для этого предусмотрен целый ряд мер в области бюджета, в области налоговых преференций и в области стимулирования компаний к размещению, привлечению средств на финансовом рынке.

По каждой из позиций остановлюсь.

Бюджет. Мы приняли и утвердили стратегическую инициативу «Взлёт – от стартапа до IPO». Андрей Рэмович на этом останавливался. На наш взгляд, это очень важное мероприятие предполагает выделение грантов на доращивание малых и средних технологических компаний. Объём гранта – до 250 миллионов рублей. И здесь как раз очень важно, что эти деньги пойдут на доработку и организацию производства инновационной продукции для нужд наших государственных корпораций и для нужд государственных компаний.

Вторая составляющая этого проекта – это кредитная поддержка средних технологических компаний под инновационные проекты и выпуск высокотехнологичной продукции. Здесь тоже предусмотрены средства для того, чтобы субсидировать процентные ставки, и стоимость кредита для этого проекта не превышает трёх процентов.

Кроме того, у нас помимо этой стратегической инициативы – просто назову – действуют и Фонд инфраструктурных образовательных программ, Фонд «Сколково», Национальная технологическая инициатива, фонд Бортника и так далее. В целом объём средств, который выделяется из федерального бюджета только на поддержку высокотехнологичной отрасли, – примерно по 30 миллиардов рублей ежегодно в течение трёхлетки.

Андрей Рэмович называл тоже цифры порядка 100 миллиардов рублей. Действительно, с 2021 года по 2025 год у нас объём бюджетных ассигнований предусмотрен больше 100 миллиардов рублей. Сейчас мы ведём работу над проектом бюджета, определяем основные приоритеты – для нас это приоритет, – но тем не менее хотелось бы, чтобы действительно на каждый рубль поддержки этих компаний было не меньше одного рубля, как было сказано, а лучше, конечно, вообще-то, чтобы был мультипликатор. Потому что, наверное, каждый рубль поддержки должен инициировать хотя бы три рубля частного бизнеса. И вот это основная у нас задача.

Второе направление – налоговые преференции.

Тоже принят целый ряд мер по налоговому стимулированию. Здесь и для IT-компаний, и разработчиков, и тех, кто коммерциализирует эти разработки, а также для информационных компаний – мы приняли, действует в этом году уже целый ряд мер по освобождению от налога на прибыль, налога на добавленную стоимость и льготный тариф страховых взносов – 76 процентов.

Приняты такие решения на трёхлетний период, и посмотрим, как они сработают. Ведь важно, чтобы все эти налоговые расходы, как мы их называем, давали результат, потому что если бы эти доходы поступили в бюджет, то мы всегда бы анализировали, что лучше: профинансировать из бюджета или дать налоговые расходы. Будем анализировать, как сработают эти льготы. Мы видим, что они пользуются популярностью у высокотехнологичных и IT-компаний.

Кроме того, для организаций, разрабатывающих изделия электронной компонентной базы и радиоэлектронику, снизили ставку по налогу на прибыль до трёх процентов и страховой взнос – до 7,6 процента.

Сейчас разрабатывается, тоже по Вашему поручению, особый режим для производственных компаний, занятых в импортозамещении. Туда тоже попадут высокотехнологичные компании. Здесь предусмотрено льготное проектное финансирование, льготы по имущественным налогам, а также, что важно, поддержка в сбыте продукции.

На наш взгляд, если предприятие вкладывается в стартапы, в новые производства и если государство поддерживает сбыт продукции, то это стоит не меньше, чем какие-то льготы, а то, может быть, даже и подороже. В этом направлении режим будет работать, будет инновация, в том числе и для высокотехнологичных и IT-компаний.

Поэтому мы считаем, что в целом сейчас создан и работает хороший режим налоговых преференций. Честно сказать, ещё расширять, продолжать искать какие-то новые преференциальные режимы – здесь нужно, я согласен с Андреем Рэмовичем, советоваться с субъектами Российской Федерации, потому что в основном на федеральном уровне мы свои преференции уже предоставили. И если регионы готовы двигаться – только по согласованию с субъектами Российской Федерации, на наш взгляд, дальше следует развивать налоговые стимулы.

Теперь о привлечении финансовых инструментов для высокотехнологичных компаний. У нас уже заработал в текущем году механизм конвертируемого займа, который предусматривает возможность заимодавца вместо возврата суммы займа стать участником компании – тоже хороший инструмент. Даёшь заём, потом можешь быть участником и дальше развивать эту компанию.

Что важно: это упрощает процесс привлечения инвестиций в стартап и упрощает процесс как вхождения в стартап, так и выхода из этого проекта. И это инструмент, который в текущем году начал реализовываться, получил развитие, популярность: уже, по нашим оценкам, 1300 таких сделок осуществлено с начала года.

Далее. Принимаются меры по увеличению числа размещения высокотехнологичных компаний на фондовом рынке. Деньги есть у компаний, деньги есть у населения, и мы считаем, что привлечение средств с финансового рынка – это тоже хорошее подспорье для развития компаний.

Подготовлены предложения по созданию единого налогового вычета по налогу на доходы физических лиц в размере внесённых средств во все такие долгосрочные инвестиционные продукты со сроком инвестирования не менее десяти лет. Такой вычет, по нашим проектировкам, должен составлять не более 400 тысяч рублей в год. Это касается всех долгосрочных инвестиций, в том числе в высокотехнологичные компании. Такие предложения мы подготовили и надеемся, что они в осеннюю сессию будут приняты парламентом.

Следующая позиция. Для стимулирования граждан, которые готовы вкладываться в ценные бумаги высокотехнологичных компаний, у нас до конца текущего года действует льгота – это исключение из налогооблагаемой базы доходов от реализации ценных бумаг российских эмитентов, которые включены в перечень ценных бумаг высокотехнологичного сектора экономики. Считаем, что такую льготу надо продлить, и мы в Правительстве считаем, что её надо продлить как минимум на пять лет, с тем чтобы граждане более активно вкладывались в инструменты высокотехнологичных компаний.

Что мы ожидаем от всех этих решений? Мы к 2024 году запланировали увеличение в два раза числа поддержанных технологических предпринимателей – до девяти тысяч таких предпринимателей, в два раза по сравнению с уровнем текущего года.

Кроме того, в три раза должно возрасти число стартапов, и к 2024 году должно быть создано порядка 1500 технологических стартапов. Будет создано 100 тысяч новых рабочих мест, то есть в полтора раза возрастёт и количество предпринимателей, занятых в этой сфере деятельности. И всё это позволит через меры поддержки государства создать основу для развития этого сектора экономики.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо.

Я после того, как Эльвира Сахипзадовна выступит, прокомментирую, несколько соображений скажу на этот счёт.

Пожалуйста, Эльвира Сахипзадовна.

Э.Набиуллина: Добрый день!

Конечно, финансовые ресурсы для быстрорастущих высокотехнологичных компаний – это не только бюджетные средства, не только институты развития: у них и самих велика доля бюджетной поддержки, – конечно, более активное привлечение рыночного финансирования. И на сегодняшний день в целом создана такая инфраструктура для финансирования быстрорастущих компаний.

Я бы хотела отметить особо то, что основным источником финансирования таких компаний является не столько банковский сектор, учитывая профиль рисков, часто это инвестиции венчурного характера, а банки, которые отвечают перед вкладчиками, они не могут массово финансировать проекты с высоким уровнем риска. И поэтому один из основных рыночных источников – это размещение долговых и долевых ценных бумаг на рынке, как это происходит и во многих других странах.

При этом в настоящее время отсутствуют существенные какие-то регуляторные, инфраструктурные ограничения на привлечение быстрорастущими, в том числе высокотехнологичными, компаниями финансирования на бирже. Созданы необходимые условия для развития таких относительно новых форм, как краудфинансирование.

На Московской бирже функционируют специальные секторы: рынок инноваций и инвестиций и сектор роста. В этих секторах компаниям оказываются специальные меры поддержки. Так, в секторе «рынок инвестиций и инноваций» Мосбиржа оказывает помощь во взаимодействии с инвесторами, доступные при IPO финансирования, льготное кредитование при участии институтов развития, гранты малым инновационным компаниям на листинг из Фонда содействия инновациям.

Также предусмотрен доступ таких компаний к средствам пенсионных накоплений НПФ. Хотя хочу отметить, что мы здесь действуем очень аккуратно, понимая, что пенсионные накопления должны быть надёжно защищены, хотя очень много предложений, чтобы инновационные компании в большей и большей мере финансировались за счёт НПФ, но мы здесь очень аккуратно подходим, выделяя только некоторую долю средств НПФ.

Для развития такого привлечения на рынки ценных бумаг поддерживаем то, что сказал Антон Германович сейчас о продлении налоговых льгот на пять лет. Это, конечно, даст стимул для инвесторов вложений в такие ценные бумаги.

Компаниям МСП в секторе роста доступно субсидирование затрат по подготовке к листингу, субсидирование ставки купона по облигациям, якорные инвестиции от МСП Банка, а также поручительство по облигациям от Корпорации МСП. Здесь мы тоже тесно работаем с Правительством, с Корпорацией МСП.

Эти механизмы показали свою востребованность: их используют компании широкого сектора отраслей, в том числе и высокотехнологичные компании.

Далее. В последнее время очень быстро растёт привлечение инвестирования через инвестиционные платформы – это расширяет возможности краудфандинга. С начала 2021 года рост более чем в три раза: сейчас 62 платформы такие действуют, объём финансирования превысил у них десять миллиардов рублей, но это, конечно, ещё только начало, и явно, что это направление будет расти.

В рамках нацпроекта по поддержке малого и среднего бизнеса субсидируется стоимость привлечения долгового финансирования через эти краудплатформы для малого и среднего бизнеса. Компании могут привлекать не только, кстати, займы, но и акционерный капитал. Это перспективное направление для тех, кто ещё не дорос до биржевого IPO.

Есть примеры компаний, которые раньше привлекали финансирование на вот таких краудплощадках, а сейчас успешно размещают облигации в секторе роста Московской биржи и в дальнейшем думают о том, чтобы выходить на IPO.

Как я уже сказала, эта инфраструктура, в принципе, используется широким кругом отраслей, основа есть для получения финансирования, но вопрос, конечно, о масштабировании и о стимулировании их использования высокотехнологичными компаниями. Пока это не приобрело массовый характер. Например, число выпусков облигаций МСП – там есть и инновационные, и невысокотехнологичные – в секторе роста не превышают 20 штук в год, привлекаемые объёмы финансирования – это чуть менее десяти миллиардов рублей ежегодно.

И ещё раз: речь идёт о компаниях разноотраслевой направленности, а если говорить только о высокотехнологичных компаниях, то число таких примеров и объёмы будут ещё меньше.

Что необходимо, чтобы расширить возможности финансирования именно быстрорастущих высокотехнологичных компаний? На наш взгляд, конечно, нужен специальный фокус на поддержке именно этой группы компаний. Сейчас акцент у нас был сделан в основном на малом и среднем бизнесе. Не умаляя ни в коей мере значение поддержки малого и среднего бизнеса, конечно, важно поддержать именно быстрорастущие высокотехнологичные компании.

А когда они приходят через эти меры поддержки, они не всегда удовлетворяют критериям малого бизнеса, критериям, которые и биржей установлены сейчас в секторе рынка инноваций и инвестиций. И здесь нужны специальные критерии для таких компаний, для того чтобы распространить на них уже действующие меры поддержки и, возможно, выработать специальные меры.

В частности, мы предлагаем увеличить верхний порог рыночной капитализации эмитентов, которые могут участвовать в инновационном секторе роста с 25 до 75 миллиардов рублей. Это одно из решений, которое может расширить участие компаний.

Я бы также предложила рассмотреть вариант перераспределения внутри лимита, выделенного на программы МСП, понимая всю ограниченность бюджетных ресурсов: именно лимит в большей степени фокусировать на быстрорастущих высокотехнологичных инновационных компаниях.

Второе. На наш взгляд, необходимо разработать критерии быстрорастущих высокотехнологичных компаний и своего рода таксономию таких компаний по аналогии с ESG. Это позволит вести классификацию таких компаний, проектов, обеспечить раскрытие информации по ним для инвесторов, создаст ориентиры для компаний, инвесторов, позволит сделать более предметными меры государственной поддержки. Мы также можем учитывать это в своём регулировании финансовых организаций. Это предусмотрено «дорожной картой» со сроком на четвёртый квартал этого года, и хотелось бы, чтобы мы это, конечно, успели сделать.

Дальше. Очень важно то, о чём говорил Андрей Рэмович, – о бесшовности, о лифтах – о том, что меры поддержки должны иметь преемственность и быть сквозными для разных стадий жизненного цикла компаний. Потому что у нас действительно мер поддержки очень много, форм очень много, и об этом коллеги говорили, но важно поддерживать именно этот жизненный цикл.

Так, например, сейчас есть механизмы субсидирования затрат малого и среднего бизнеса на размещение акций на бирже, но это не распространяется, например, на размещение акций на краудплатформах, которые приобретают всё больший и больший вес. И, как я уже говорила, это часто стадии, которые предшествуют выходу на биржу, и примеры этого есть. Поэтому эта цепочка финансирования, которая учитывает разные инструменты и обеспечивает бесшовность весь жизненный цикл, конечно, очень важна.

И я бы хотела ещё отметить важность комплексной консалтинговой инфраструктуры. Это важно как раз для малых, потенциально быстрорастущих инновационных компаний. И такие практики, как меры поддержки, широко применяются во многих странах – тех, которые показывают высокие темпы инноваций: это финансовый, технический, бизнес-консалтинг участников проекта. Это облегчит для компаний прохождение всех необходимых процедур – они у нас непростые, иногда эти процедуры представляются как непреодолимые барьеры. Такая система сопровождений, поддержки тоже может развиваться, и мы на базе Московской биржи также собираемся это делать.

То есть в целом меры [поддержки] инфраструктуры есть, но, на мой взгляд, их нужно больше фокусировать и масштабировать, для того чтобы более активно использовать инструменты рыночного финансирования.

И совсем маленький комментарий по предложению, которое выдвинул Андрей Рэмович, – по тому, чтобы интеллектуальную собственность признавать как высококачественный залоговый актив. В этом направлении можно двигаться, но я хотела бы сказать, что это вопрос не просто формальных норм банковского регулирования.

Почему нужно обеспечение? Это если по кредиту заёмщик не заплатил, обеспечение можно продать – можно продать и таким образом рассчитаться с вкладчиками, с кредиторами. Поэтому здесь очень важна оценка этого обеспечения, ещё более важен оборот интеллектуальной собственности, ликвидный рынок, чтобы банк мог быстро продать эту интеллектуальную собственность.

Сейчас ликвидность рынка очень низкая, но можно начать – я тоже об этом подумала – например, с торгуемых, широко используемых программных продуктов, которые могут быть востребованы, которые продаются и покупаются, их можно использовать. Поэтому с точки зрения оценки и развития ликвидного рынка интеллектуальной собственности, изменения регулирования мы вместе с Правительством готовы здесь отработать, для того чтобы в той части, где банковское финансирование, можно было бы использовать и его тоже.

Спасибо.

В.Путин: Смотрите, какие мысли приходят в голову при обсуждении этого вопроса.

Было сказано, что режим налоговых преференций есть, создан и существует. Режим есть – денег нет. И Председатель Центрального банка подтвердила, что банки неохотно кредитуют подобные сделки. Банки практически не кредитуют, если сказать по-честному, поскольку риски слишком велики.

В этой связи, конечно, нужно искать другие источники, в том числе, возможно, и пенсионные накопления, пенсионные фонды. Но, как мы хорошо знаем, и Эльвира Сахипзадовна сейчас об этом тоже сказала: нужно обеспечить если не высокую доходность – везде в мире пенсионные фонды и не рассчитывают на высокую доходность, – нужно обеспечить сохранность этих средств, а здесь без поддержки государства не обойтись. Надо просто продумать эту систему.

И надо признать, что, несмотря на все наши усилия, сегодня всё-таки финансовая система не обеспечивает доступ высокотехнологичных и быстроразвивающихся компаний к источникам финансирования. Их нет сегодня, а без этого не обойтись.

Здесь нужны дополнительные решения. Если то, что здесь сейчас прозвучало, этими дополнительными решениями является, то мы будем рассчитывать на то, что они будут эффективно применяться, их нужно просто эффективно внедрять. Например, как сейчас было предложено, возможным инвесторам входить в капитал этих компаний. Конечно, это целесообразно, но нужно работать с этими возможными инвесторами.

Но кто такие эти инвесторы? Мы же с вами знаем – они у нас наперечёт, и деньги у них есть – нужно просто их стимулировать. Там же есть представители государства в руководящих органах этих компаний. Ну и всё – деньги висят, а чего они там у них висят? Ждут, пока их кто-то заберёт, что ли? Одно из направлений использования этих средств, пожалуйста, ну почему этого не сделать-то? Но только нужно этим заниматься.

Привлечение средств с финансовых рынков, налоговый вычет – всё хорошо, только нужно это активизировать, чтобы это работало реально. Самое простое, конечно, это привлекать какие-то финансовые источники со стороны тех компаний, у которых этих источников достаточно, они даже не знают, что делать с этими средствами.

Вот хорошее же направление использования этих средств, и не нужно никуда за границу даже их выталкивать, эти деньги, не нужно даже во что бы то ни стало увеличивать объём импорта, придумывая всякие механизмы и сложные институты. Но нужно их заинтересовать и показать им, что будет для них в конечном итоге при работе с этими быстроразвивающимися высокотехнологичными компаниями.

В этой связи у меня какая просьба? Всё-таки хотелось бы знать, когда планируется введение новых механизмов поддержки. Мы об этом говорили и неоднократно, и я просил Правительство это сделать – сделать это нужно, конечно, при поддержке Центрального банка. Когда будут эти механизмы предложены? И какой объём финансовых ресурсов в конечном итоге предлагается использовать для поддержки высокотехнологичных быстроразвивающихся компаний?

Не могу не согласиться с тем, что на этом нужно сфокусировать наше внимание, потому что если совсем недавно от развития этого сектора экономики зависело эффективное, в нужном нам темпе развитие экономики и страны в целом, то сейчас от этого зависит просто выживаемость экономики. Это один из ключевых вопросов.

Поэтому, конечно, на нём нужно, как Эльвира Сахипзадовна сказала, сосредоточить наше внимание и сфокусировать и административное внимание, и финансовые ресурсы, поддержку этого направления. Но, в принципе, идеи-то прозвучали. Их нужно только оформить, и как можно быстрее, и сконцентрировать на этом внимание, добиться того, чтобы все эти инструменты реально заработали, хорошо?

Как вы думаете, когда – это вопрос и к Эльвире Сахипзадовне, и к Антону Германовичу – эти предложения будут сформулированы в окончательном виде и каков может быть объём поддержки этого направления работы?

Как Вы думаете?

А.Силуанов: Владимир Владимирович, считаю, что все законодательные решения нужно принимать в текущем году – осенью, безусловно.

Какой объём? По бюджету он понятен. Объём по привлечению с рынка должен быть, конечно, гораздо больше, чем бюджетные ассигнования. Во всяком случае, на уровне объёмов вложений хотя бы на первом этапе со стороны бизнеса, о чём мы говорили, что бизнес должен вкладывать не меньше, чем бюджет, а привлечение с рынка, наверное, не меньше, чем бизнес вкладывает к финансированию из федерального бюджета.

То есть это должны быть немалые средства, если тем более мы сейчас создадим эти дополнительные стимулы, должны работать они, должны работать.

В.Путин: Вы сказали, осенью. Хорошо, это касается принятия решения на уровне парламента – депутаты, безусловно поддержат, надо только вовремя это подготовить, и всё. Первое.

Второе – надо проработать с компаниями нашими, которые не знают, куда накопленные миллиарды долларов девать. Замечательное направление использования этих ресурсов, пожалуйста.

Надо встречаться с ними, работать, объяснять, создавать альянсы соответствующие – чего здесь сложного-то? Ничего сложного не вижу. А тот набор инструментов, о которых Вы сказали, – их просто нужно использовать. Чего они там будут размещать, какие там облигации, инструменты на рынках? Мы же с вами понимаем, что без поддержки Правительства всё это будет висеть.

Да?

А.Силуанов: Владимир Владимирович, предложение какое? Что касается законодательных решений: нам за лето подготовить проекты актов и внести в парламент. Что касается компаний: также подготовить, если дадите такие поручения нам, директивы компаниям с госучастием, с тем чтобы они также вкладывались.

В.Путин: Конечно.

Эльвира Сахипзадовна, есть что добавить?

Э.Набиуллина: Да нет, Антон Германович всё сказал.

Мне кажется, проблема даже не столько сейчас в нехватке каких-то инструментов или инфраструктурных решений, или стимулов, а вопрос привлечения потенциальных инвесторов. С ними можно ещё отработать, что им мешает вкладывать, ещё что-то поднастроить, чтобы они более активно вкладывали.

Но, мне кажется, основное – это действительно привлечение сюда финансовых ресурсов, потому что практически весь инструментарий и инфраструктура в рабочем состоянии, там можно что-то настраивать.

В.Путин: Надо просто понять, что эти компании привлекали раньше средства с западных финансовых рынков – теперь у них нет такой возможности. Но надо заместить, и главное – есть чем. Надо просто активно работать по этим направлениям.

Ладно. Спасибо большое.

Давайте дальше пойдём.

Пожалуйста, Фальков Валерий Николаевич.

В.Фальков: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания!

Качество подготовки кадров является одним из ключевых факторов конкурентоспособности государства, основой для его технологической и экономической независимости. При этом в современном мире ключевую роль в создании прорывных технологий, формирования на их основе собственной мощной производственной базы, а также развитой сферы услуг играют учёные, инженеры и специалисты в области информационных технологий. Остановлюсь подробнее на развитии системы образования в каждом из этих направлений. Начну с инженерного образования.

Наша страна всегда гордилась своими инженерами, в дореволюционной России и в советское время они решали сложнейшие задачи, обеспечивая развитие и даже создание целых отраслей. Новое поколение инженеров современной России на основе лучших традиций отечественной инженерной школы находит уникальные ответы на вызовы времени.

В последние годы предпринят ряд шагов, направленных на развитие отечественного инженерного образования. В первую очередь в соответствии с Вашим поручением, уважаемый Владимир Владимирович, мы последовательно увеличиваем контрольные цифры приёма на бюджетные места по инженерному делу, технологиям и техническим наукам.

Так, в текущем учебном году для выпускников школ выделено 193 тысячи 816 бюджетных мест и ещё 74 тысячи 930 мест – для обучения в магистратуре и аспирантуре. Таким образом, чуть больше 268 тысяч мест. В этой связи следует отметить последовательный рост среднего балла ЕГЭ при приёме на инженерные специальности и направления.

Популярной среди школьников является многопрофильная инженерная олимпиада «Звезда», открывающая лучшим школьникам путь к инженерному образованию в ведущих университетах страны.

Очевидно, и Вы справедливо на это обратили внимание, уважаемый Владимир Владимирович, что интерес к технике, желание учиться на инженера формируется у абитуриента не в последние месяцы перед выпуском из школы, а гораздо раньше.

Строго говоря, широкий интерес к инженерному делу изначально начинает формироваться у детей в специальных кружках: разного рода кружках юных техников и моделистов, а также посредством углублённого изучения в школе математики, физики, информатики, химии и биологии.

Хорошие знания по этим предметам являются критически важным условием для получения качественного инженерного образования. Понимая это, университеты активно идут в школу и одновременно развивают самые разные форматы дополнительного образования детей, формируя у них интерес к техническому творчеству.

Приведу один из примеров. В этом году с 1 сентября в 23 субъектах Российской Федерации откроются 96 инженерных классов: 65 – по авиастроительному профилю, 31 – по судостроительному.

Это наш совместный проект с Министерством просвещения, в котором принимают участие 25 вузов и 37 индустриальных партнёров. Роль методических центров выполняют Санкт-Петербургский морской технический университет и Московский авиационный институт.

Уважаемый Владимир Владимирович, также по Вашему поручению ежегодно проводится Всероссийский конкурс студентов и аспирантов, обучающихся по инженерным специальностям. Его организаторами наряду с нами являются Национальный исследовательский институт МИФИ, вузы, госкорпорации и высокотехнологичные компании. Седьмой конкурс в прошлом году собрал более трёх тысяч участников, при этом все победители и призёры получили возможность трудоустроиться в ведущие компании или продолжить обучение.

Вместе с тем в последние годы, очевидно, сформировался объективный запрос на существенную модернизацию инженерного образования. С одной стороны, инженерия пришла к материалам с управляемыми свойствами и у неё появились новые актуальные направления, такие как биологическая, социальная инженерия.

С другой стороны, базовые инженерные процессы: моделирование, конструирование, проектирование, промышленный дизайн – да практически всё – перешли в цифру. Исторически нам сегодня нужен тот же шаг, который мы сделали в середине прошлого века, когда соединили инженерию с физикой для космического и атомного проектов.

Для того чтобы система подготовки инженеров в полной мере отвечала вызовам времени, запросам экономики и общества, способствовала решению задач, которые сегодня стоят перед нами, необходимо и дальше её последовательно развивать. Что в этой связи предлагается?

Первое. Мы считаем, что такая задача была поставлена и раньше, надо довести эту работу до конца: надо изменить саму модель образования в соответствии с запросами времени. Структура образовательного процесса в вузах: больший акцент делать не только на междисциплинарную и проектоориентированную подготовку инженеров, но и на формирование в процессе обучения лидеров больших коллективов, способных реализовать масштабные проекты.

Для этого мы разработали инициативу «Передовые инженерные школы» – это одна из 42 одобренных Вами, уважаемый Владимир Владимирович, инициатив социально-экономического развития страны. Андрей Рэмович кратко сегодня упоминал о ней, я чуть подробнее хотел бы рассказать.

В этом году в конце июня совместно с Минпромторгом мы провели конкурсный отбор, в котором принял участие 91 университет. В результате, как уже было сказано, определились 30 университетов в 15 субъектах страны, на базе которых создаются передовые инженерные школы. Хочу особо подчеркнуть, что из 30 20 университетов-победителей расположены в регионах. При этом также хотелось бы отметить, что победителями стали не только классические технические вузы, которые традиционно связаны с понятием инженерии, но и три медицинских университета и один аграрный из Воронежа.

Но есть ещё интересный пример: Псковский университет создаёт передовую инженерную школу совместно с одним из ведущих вузов Белоруссии – Белорусским государственным техническим университетом. Их общий партнёр – Объединённая двигателестроительная корпорация. Каждая школа создаётся в партнёрстве с компаниями, среди которых «КамАЗ», «Сибур», «Ростсельмаш», «Росатом», «Алмаз-Антей», «Роскосмос» и другие лидеры отраслей.

На наш взгляд, такие партнёрства смогут изменить образовательный процесс, привнести в него реальные задачи. Таким образом, передовые инженерные школы при поддержке более 40 индустриальных партнёров не только разработают и реализуют новейшие образовательные программы, но и решат сложные и актуальные инженерные научно-технологические задачи в интересах этих компаний и отраслей.

Мы ожидаем, что помимо прямых результатов реализации данной инициативы она будет иметь значимый эффект для модернизации всей системы подготовки инженерных кадров. Передовые инженерные школы станут локомотивами модернизации отечественного инженерного образования. Другие технические, медицинские, аграрные вузы будут использовать их наработки, произойдёт общий сдвиг в подготовке инженеров в сторону нового технологического уклада.

Второе. На наш взгляд, надо максимально приблизить инженерное образование к реальному производству в регионах. При подготовке инженерных кадров это играет решающую роль. Наиболее эффективным решением здесь наряду с укреплением собственного инженерного образования в региональных вузах видится максимальное расширение практики реализации сетевых образовательных программ. Базовую инженерную подготовку любого уровня можно осуществить в ведущих столичных университетах, а завершить обучение в регионах, и такие примеры есть.

Например, в интересах развития судостроения на Дальнем Востоке в партнёрстве с компанией «Роснефть» Дальневосточный федеральный университет и Санкт-Петербургский морской технический университет реализуют четыре сетевые программы бакалавриата и магистратуры. Студенты поступают на базе ДВФУ, часть программы проходят в Санкт-Петербурге, учатся в том числе в лабораториях и у лучших преподавателей Морского университета, а затем планируется, что завершат обучение и защитят диплом во Владивостоке, там и будут трудоустроены – на заводе «Звезда». Такой формат одновременно создаёт возможности для академической мобильности преподавателей и студентов.

Третье. Решение вопросов качественного улучшения подготовки инженеров связано с изменением нормативов финансового обеспечения государственного задания. Вы абсолютно справедливо сегодня об этом сказали. Действующие нормативы скорее фиксируют средний для всех уровень подготовки независимо от региональной отраслевой специфики. В идеале же норматив стоимости подготовки инженера должен в достаточном объёме закрывать потребности в повышении квалификации и стажировках преподавателей в ведущих университетах и на предприятиях, давать возможность привлекать к обучению лучших практиков – а это, как правило, высокооплачиваемые и востребованные специалисты, – а также покрывать затраты на производственную практику, которую надо расширять.

И наконец, четвёртое направление. Подготовка инженеров базируется в первую очередь на глубоком, фундаментальном физико-математическом и естественнонаучном образовании. При этом большую роль при изучении математики, физики, химии, биологии – причём как в школе, так и в вузах, а в вузах это производные от них специальные дисциплины и получение соответствующих навыков – играет учебно-лабораторное оборудование, которое должно соответствовать передовому уровню науки и технологий.

Такая работа сегодня идёт в вузах, но для повышения качества, для того чтобы сделать системный шаг вперёд для повышения качества подготовки инженеров, необходимо обновить учебно-лабораторную базу в вузах, прежде всего региональных, а также создать удобные и современные пространства для технологических экспериментов и прототипирования. Такую работу, кстати, мы увязываем с созданием студенческих городков, или, как их иногда именуют, кампусов. Сегодня первые восемь проектов уже стартовали, а ещё оставшееся количество – до 25 – мы отберём в самое ближайшее время. Есть соответствующее Ваше поручение.

Второе направление – это развитие системы подготовки специалистов в сфере информационных технологий. Здесь мы также в первую очередь последовательно увеличиваем количество контрольных цифр приёма на бюджетные места в соответствии с запросами отрасли. Дмитрий Николаевич сегодня об этом сказал. В частности, за последние три года прирост составил почти 15 тысяч. В 2022 году выделено 160 тысяч 413 мест по запросам цифровой экономики.

Происходит это не только за счёт профильных специальностей и направлений, но и за счёт внедрения в программу смежных специальностей и направлений специального модуля по формированию дополнительных профессиональных компетенций в сфере информационных технологий.

В дополнение к этому, для того чтобы удовлетворить растущий спрос на специалистов в области IT, совместно с Минцифры запустили проект по созданию в университетах так называемых цифровых кафедр. В частности, все университеты – участники нашего ключевого проекта в сфере высшего образования «Приоритет-2030» создали такие кафедры.

В результате у студентов самых разных специальностей и направлений подготовки появилась возможность получить продвинутые компетенции в области IT, то есть такие компетенции, которые необходимы для профессиональной деятельности в этой сфере. В 2022 году по таким программам у нас пройдёт обучение не менее 80 тысяч студентов и далее нарастающим итогом не менее 900 тысяч к 2030 году.

Таким образом, при успешном освоении основной программы выпускник получит две квалификации, одна из которых будет в области информационных технологий. Кстати сказать, такая возможность предусмотрена изменениями, которые в прошлом году внесены по Вашему поручению в Федеральный закон «Об образовании».

При этом, как я уже говорил, при актуализации образовательных стандартов мы во все программы без исключения включили базовые цифровые компетенции. В настоящее время Минцифры готовит для вузов перечень отечественного программного обеспечения, которое будет использоваться в обучении, и определяет компании – партнёры для университетов.

Будущих специалистов в области информационных технологий, как и инженеров, должны учить не только преподаватели, но и практики. По Вашему поручению, уважаемый Владимир Владимирович, устранены барьеры, которые не позволяли вузам привлекать к обучению студентов лучших специалистов, работающих в отраслях.

В частности, исключены требования из государственных стандартов по наличию учёной степени, учёного звания, по публикационной активности практиков. Это позволяет активнее вовлекать лучших представителей самых разных отраслей в обучение. Например, в программах цифровых кафедр, о которых я упоминал, установлено требование о том, что не менее 20 процентов занятий должны вести практики.

И в качестве предложения здесь также хотел бы сказать, что важнейшим вопросом при решении задач обеспечения растущего спроса технологических компаний на специалистов по информационным технологиям, радиоэлектроники является даже не столько увеличение контрольных цифр приёма, которое мы делаем и будем дальше делать, сколько изменение норматива финансового обеспечения такой подготовки.

Ведь к преподавателям в области информационных технологий предъявляются повышенные требования, в том числе в части владения так называемым стеком современных технологий программирования. Изменение норматива финансового обеспечения позволит создать конкурентоспособные с отраслью возможности для привлечения, материального стимулирования преподавателей, в том числе в части привлечения лучших практиков, которые тоже хорошо оплачиваемые и очень востребованы.

И наконец, третье направление – подготовка научных кадров. Основным каналом подготовки научных кадров и притока молодёжи в сферу исследования разработок традиционно является аспирантура. В соответствии с Вашим поручением мы в этом году существенно увеличили количество бюджетных мест в аспирантуру – на тысячу мест в сравнении с прошлым годом. Само по себе это, казалось бы, немного: в прошлом году было 16,5 [тысячи], а в этом – 17,5, то есть почти на 29 процентов. При этом в первую очередь вырос объём приёма на инженерные, технические, а также математические и естественные направления.

Третий год подряд мы наблюдаем улучшение ряда качественных индикаторов деятельности института аспирантуры. Прежде всего следует отметить, что нам удалось прервать существовавшую с 2010 года негативную тенденцию сокращения количества аспирантов. В 2021 году их общая численность достигла 90,2 тысячи человек. К слову сказать, в 2019-м – это самая нижняя точка – их было 84,3 тысячи человек.

Наблюдается дальнейшее закрепление ведущей роли университетов в подготовке научных и научно-педагогических кадров: на их долю приходится почти 90 процентов аспирантов. На долю научных организаций в 2021 году приходилось 12 тысяч человек.

В университетах также несколько успешнее проходит обучение аспирантов. При этом надо отметить, что эффективность аспирантуры оставляет желать лучшего. В 2021 году выпуск аспирантов составил 14,3 тысячи человек, из них только 10,5 процента защитили диссертации в период подготовки. Это всё-таки лучше, чем в 2019 году, – там было 8,9 процента, но явно недостаточно для обеспечения экономики научными кадрами.

Принимая во внимание данное обстоятельство, мы в 2020 году реализовали комплекс мер по модернизации работы диссертационных советов. Речь идёт об изменении общей численности состава советов, возможности включения в них кандидатов наук и лиц, которые имеют иностранные учёные степени, внедрении новых форм работы советов с использованием информационных технологий, расширении вариативности аттестационных процедур и формата представления результатов диссертационных исследований.

Внедрение этих новаций создало предпосылки для более эффективного функционирования института аспирантуры, в результате впервые с 2015 года, я чуть раньше уже говорил Вам об этом, отмечается увеличение числа защит кандидата и доктора наук. Так, число защит в 2021 году превышает показатель предыдущего года на 24 процента – на 1814 защит, и в этом году мы ждём такой же положительный прирост.

Развитие системы подготовки научных кадров предполагает одновременно движение по нескольким направлениям.

Первое и самое главное – это социальная поддержка молодых учёных. В этом направлении многое делается. В частности, в этом году мы дополнительно по решению Правительства выделили почти один миллиард рублей по программе жилищных сертификатов. Планируем и в последующие годы также увеличить объём средств на это направление. В настоящее время прорабатываем вопрос об увеличении стипендии лучшим аспирантам до конкурентоспособного уровня.

Второе – необходимо дополнительное стимулирование продуктивного научного руководства. Речь идёт об увеличении базового объёма учебной нагрузки, предоставляемое за научное руководство аспирантами, а также распространение в университетах специальных программ профессиональной подготовки в области научного руководства аспирантами – это актуально для молодых кандидатов и докторов наук.

Третье – разработка и развитие формата производственной аспирантуры, предполагающей реализацию диссертационного проекта в интересах компаний и совместно с ними. Это, на наш взгляд, даст возможность готовить кадры высшей квалификации для решения прикладных задач, что особенно актуально в текущих условиях.

И наконец, четвёртое – развитие в региональных вузах института целевой аспирантуры, когда есть возможность направлять своих лучших выпускников в ведущие вузы страны, но с гарантией возвращения на хорошо оплачиваемое рабочее место после защиты диссертации. Поскольку, конечно, когда направляются сотрудники региональных университетов, коллеги, в столичные вузы, всегда есть риск того, что они не вернутся.

Уважаемый Владимир Владимирович!

В завершение хочу отметить, что развитие системы подготовки кадров в полной мере будет отвечать вызовам времени, запросам индустрии и общества, способствовать решению задач, которые сегодня стоят перед нашей экономикой и страной в целом.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Хорошо. Спасибо большое.

В этой связи вот что хотел бы отметить. У нас, к сожалению, несмотря на важнейшую составляющую подготовки кадров в тех областях, о которых Вы сейчас говорили, до сих пор наблюдается неукомплектованность школ учителями физики, математики, информатики.

Сергей Сергеевич у нас на связи?

С.Кравцов: Да, Владимир Владимирович.

В.Путин: Сергей Сергеевич, что будем делать?

С.Кравцов: Владимир Владимирович, мы такую работу ведём. Понимаем, что очень важно, чтобы была максимальная укомплектованность, потому что от учителя, конечно, зависит качество образования.

В соответствии с Вашим поручением у нас большая программа по педагогическим вузам. За два года мы укомплектовали практически все педагогические вузы лабораториями. Надеемся, что эта программа будет продолжена.

У нас в прошлом году на третьем месте по популярности – педагогическое образование, такого никогда не было, после информатики и медицины. Поэтому мы надеемся, что и программа «Земский учитель» – конечно, в основном это сельские школы – даст свои результаты, и мы здесь ситуацию изменим.

Она уже меняется, Владимир Владимирович.

В.Путин: Хорошо, ладно.

Смотрите, что хотел бы сказать здесь, такое лирическое отступление. У нас в советское время много было сделано хорошего, безусловно, но произошла, по-моему, полная девальвация самого звания «инженер» – и понятно почему. Потому что государство, мягко говоря, очень скромно оплачивало работу инженеров: 120 рублей ежемесячно стабильно, максимум 125 – вот и весь инженер. Поэтому произошла такая, как я сказал, девальвация.

И вот это до сих пор, по-моему, в общественном сознании сохраняется, а работа по этому направлению, без всяких сомнений, является важнейшей. Развитие отечественной инженерной школы является важнейшим направлением сегодня с точки зрения подготовки кадров.

У нас когда-то в России перед фамилией с гордостью всегда вставляли «инженер», а в некоторых странах это сохраняется до сих пор: инженер, и дальше фамилия, такой-то. Почему? Потому что это звучит или как научная степень, или как титул какой-то. И профессиональная принадлежность просто подчёркивает общественную значимость того человека, который избрал для себя этот вид деятельности.

И сегодня это является абсолютным приоритетом для нас, одним из абсолютных приоритетов. Поэтому надо бы подумать – так же как мы занимаемся и должны заниматься дальше, конечно, вопросом поднятия престижа, скажем, учительской профессии, то же самое нужно делать и в сфере инженерного дела.

Но есть и некоторые конкретные вопросы, а именно вопросы, связанные с подготовкой и реализацией плана мероприятий по развитию отечественного научного приборостроения гражданского назначения. Здесь-то у нас что происходит? Мы же договорились с вами, что этот план будет свёрстан и мы начнём его реализацию. Что сейчас-то, в какой стадии это находится?

Я хочу опять к Министру науки и образования вернуться.

В.Фальков: Уважаемый Владимир Владимирович, мы здесь следующую работу провели в соответствии с поручениями.

С одной стороны, мы разработали большую программу и совсем недавно её на президиуме Совета по науке и образованию представили, обсудили, нашли на неё финансирование и до конца года эту большую программу запустим.

Параллельно, пока мы разрабатывали такую программу, мы отработали с четырьмя нашими ведущими вузами: МФТИ, МИФИ, Бауманка и МИЭТ – и профинансировали разработку ими первых нескольких десятков приборов, которые уже в настоящее время по существу в работе.

Так что такая программа свёрстана, там определены конкретные параметры и по направлениям, и по видам приборов, и она будет запущена, программа долгосрочная – там по четыре миллиарда практически каждый год. Я думаю, в плановом режиме здесь никаких сбоев не будет.

В.Путин: Валерий Николаевич, но для того, чтобы запустить, её сначала надо принять. Когда она будет принята?

В.Фальков: Владимир Владимирович, мы буквально её до 1 октября точно уже примем, потому что там остались только формальные моменты. Мы сейчас за август–сентябрь полностью всё завершим.

В.Путин: Формальные моменты связаны с согласованием между различными министерствами и ведомствами – эти согласования могут длиться месяцами и годами. Но если Вы сказали, что в сентябре она будет сделана, свёрстана окончательно, то я из этого исхожу, ладно?

В.Фальков: Да, обязательно.

В.Путин: Не затягивайте.

Спасибо.

А Ваши предложения, безусловно, будут поддержаны.

Пожалуйста, Собянин Сергей Семёнович.

С.Собянин: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Владимир Владимирович, Ваши слова о статусе инженеров очень приятны, потому что я по первой специальности инженер-механик, вот Михаил Владимирович [Мишустин] тоже инженер по первой специальности. Конечно, мы знаем наших коллег, которые по-прежнему работают на производстве, составляют костяк нашего технологического кластера страны.

Москва по Вашему поручению работает по целому ряду направлений в области научно-технологического развития, в частности, Вы давали поручение активнее участвовать в технологической долине «Воробьёвы горы».

Должен Вам доложить: мы в этом году закончим строительство первого крупного корпуса «Ломоносов» мощностью 65 тысяч квадратных метров. И там не только стройка ведётся, а там активно уже заключаются договоры с будущими резидентами. Помимо этого МГУ реализует строительство ещё двух корпусов.

Тут уже упоминалась Бауманка. Мы по поручению Правительства, совместно с Правительством реализуем большую программу обновления кампуса Бауманки – это тоже важный проект.

Помимо этого мы активно занимаемся разработкой в области искусственного интеллекта, цифровизацией образования, здравоохранения, государственных услуг и так далее, развитием технопарков, особых экономических зон. В Москве создана особая экономическая зона – одна, наверное, из крупнейших в нашей стране.

Что бы я хотел предложить, Владимир Владимирович? Здесь уже коллеги говорили о задачах, которые перед страной стоят, по тем или иным направлениям технологического развития. На мой взгляд, помимо усилий предприятий, частного бизнеса, Правительства, министерств и ведомств можно было включить в эту работу и регионы.

О чём идёт речь? Можно было бы на базе регионов создавать технологические кластеры по определённым направлениям – по тем, у которых в регионе есть кадры, опыт, технологии и ресурсы. Например, в Москве можно было бы сделать несколько таких площадок, например, по созданию отечественного электромобиля.

Я уже говорил Вам об этом, докладывал: вполне возможно было бы разработать всю цепочку, всю линейку компонентов, естественно, при тесном взаимодействии с Министерством промышленности наших автопроизводителей. Но с учётом того, что мы имеем сегодня в своей собственности современный завод «Москвич», опыт в этой работе – в области электротехники, имеем опыт производства электробусов, трамваев, которые работают на электрической тяге, метровагонов, пригородных электричек и так далее, то мы бы могли заняться этим вопросом, активно помогая его развить.

Следующее направление – это микроэлектроника, которая сегодня наполовину сосредоточена на зеленоградской площадке в Москве. Мы говорили об этом с премьер-министром. Активно тоже можем включиться, чтобы в нас видели партнёра, помощника в этом направлении.

В настоящее время с частными инвесторами и с Минпромом начали реализовывать большой проект по беспилотникам. Это R&D-центр, опытное производство, промышленное производство. Этот проект, я надеюсь, что до конца года уже приобретёт такие, осязаемые контуры. Идёт строительство площадей – около 80 тысяч квадратных метров.

Какие ещё предложения, Владимир Владимирович?

Коллеги много говорили, и Вы уделили этому внимание, по поддержке наших инвестиционных проектов в области высоких технологий, технологичных компаний. На мой взгляд, это действительно одно из ключевых направлений.

У нас очень много различных инструментов: субсидий, льготных кредитов, грантов и так далее. И до сегодняшней ситуации, и сегодня особенно одна из главных проблем привлечения инвестиций заключается в нестабильности кредитных процентных ставок. То есть инвестор берёт кредиты, к примеру, под девять процентов – в размере ключевой ставки. Завтра эта ключевая ставка может быть 18, может быть 20, курс рубля тоже может быть любой. В этой ситуации неопределённости брать долгосрочные кредиты под крупные инвестиционные проекты очень сложно. Поэтому большинство компаний сегодня, которые реализуют инвестиционные проекты, делают это за счёт собственных средств, а кредиты берут для операционной деятельности.

Мне кажется, всё-таки надо подумать над расширением практики по фиксированным ставкам кредитов. Определить, например, под инвестиционные проекты в области промышленности, скажем, под три процента. И частные компании, которые идут в эту историю, должны знать, что эти три процента будут при любой погоде.

Тогда весь проект, рассчитанный под эту ставку, действительно полетит, он будет реализован в значительной степени с большей вероятностью. И сегодня есть такая практика по ряду каких-то локальных проектов. Мне кажется, это можно было расширить значительно.

И второй институт, который требует тоже доработки, – это долгосрочный контракт. На сегодняшний день в рамках антикризисных мер принято решение по № 44-ФЗ, донастройки его, возможности заключать оперативно контракт, то есть с единственным поставщиком и так далее. Но это такие, оперативные меры.

В условиях достаточно высокой турбулентности и нестабильности, отсутствия вообще ряда товаров и оборудования, которые раньше не производились, поставлялись из-за рубежа, – сегодня они просто не поставляются, у нас задача идёт по импортозамещению этих товаров, – создать дополнительно ещё один институт контрактов в 44-м законе, где можно было бы гибко заключать долгосрочные контракты.

Тогда мы бы со своими возможностями по адресной инвестиционной программе по закупке большого количества оборудования и технологий, которые сегодня либо не производятся у нас в стране, либо имеют задачу большей локализации, имели бы больше возможностей заключать [контракт] – это была бы эффективная мера поддержки, причём она денег никаких не стоит.

Несколько слов по тем вопросам, которые коллеги поднимали. Я, конечно, поддерживаю соглашение с крупными российскими компаниями по созданию технологий, искусственного интеллекта, квантовых вычислений и так далее – это очень важные направления. Но коллеги предлагают льготы по налогу на прибыль. В результате что мы получим? Российская Федерация выделяет деньги на софинансирование этих проектов. Теперь предлагается: давайте мы вторую часть, которую компании финансируют сегодня за счёт собственных средств, это крупнейшие российские компании, заменим льготами из региональных бюджетов, по сути дела, заместим деньгами из региональных бюджетов.

В результате региональные бюджеты будут финансировать такие направления, как коммуникационные интернет-технологии, генетические технологии и так далее. Изначально, насколько я понимаю, проект был основан на том, чтобы крупные российские компании подставили плечо и всей своей мощью начали развивать ключевые проекты. Сегодня предлагается: половину – из федерального бюджета, а половину, по сути дела, заместить за счёт льгот из региональных бюджетов.

Мне кажется, я согласен с Антоном Германовичем, надо подумать ещё на эту тему, чтобы это была такая эффективная история, а не формальная, что мы, по сути дела, за счёт бюджетов начинаем финансировать за те компании, которые определены ответственными в этих отраслях.

И ещё хотел – то, что коллеги последнее говорили. Валерий Николаевич – по образованию, по предпрофильным классам, в частности, тем же инженерным классам. В Москве в трети школ созданы инженерные классы, параллельно ещё созданы научные классы, медицинские классы, IT-классы и так далее – совместно с ведущими российскими компаниями и вузами.

И я должен сказать, что это действительно хорошая история, потому что ребята готовятся к поступлению уже по определённой специальности. Они бывают в том вузе, в котором будут учиться, получают навыки, встречаются с ключевыми специалистами в этой отрасли.

Почему только в трети школ Москвы, а не во всех 100 процентах? Единственное, что нас сдерживает: не хочется формализовать эту историю, потому что нужно подобрать квалифицированных специалистов, обучить их, связать их с ведущими предприятиями и так далее. Для галочки их можно везде создать, но очень важно, чтобы это была не формальная история.

Что касается специалистов вузов – то, о чём Валерий Николаевич говорил, – конечно, очень важно связать ведущие вузы с технологическими компаниями, но важен ещё и контроль за тем, что в результате мы, собственно, получаем. В своё время мы с Сергеем Сергеевичем создали проект по добровольным экзаменам. Он работает уже пять лет. Через добровольные экзамены прошло 46 тысяч лучших студентов ведущих вузов.

О чём идёт речь? Ведущие компании – 100 компаний – выставляют свои требования к подготовке специалистов, и на основании этих требований идёт тестирование тех специалистов, которые учатся в вузах: насколько они вообще соответствуют тем ожиданиям, которые высказывает компания. Оказалось, что примерно половина соответствует с точки зрения знания теории и лишь считаные проценты обладают практическими знаниями, которые требуются для компании.

Поэтому, конечно, очень важно продолжать эту работу и, может быть, этот опыт, который мы наработали с Рособрнадзором, расширить его, продолжить его. Мне кажется, хорошая практика, и можно в других регионах также масштабировать.

Спасибо, Владимир Владимирович.

Считаю, что те задачи, которые поставлены Вами перед Правительством Российской Федерации, бизнесом, являются приоритетами и для нас, для региональных команд.

Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо Вам за предложения, даже за те сомнения, которые Вы высказали по поводу предлагаемых мер.

Что хотел бы сказать, на какие вещи хотел бы обратить внимание? В декабре прошлого года мы приняли решение сделать всё для завершения строительства всех объектов капитального строительства. В том числе это касается, безусловно, и вопросов, связанных с увеличением финансирования на строительство и с ростом стоимости строительных ресурсов.

Марат Шакирзянович, знаю, что в целом – мы с Вами обсуждали это несколько раз – решение принято. На какой стадии находится реализация всех этих решений и достаточны ли они для того, чтобы выполнить все стоящие в этой сфере задачи?

М.Хуснуллин: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы полностью отработали пересмотр всей стоимости, у нас на сегодняшний день практически часть вопросов уже решена. Больше чем на 100 миллиардов финансирование, ещё порядка 80 миллиардов удорожание строительства мы видим до конца года. С Антоном Германовичем мы вопрос обсудили, Михаилу Владимировичу доложили. До конца года всё, что положено по удорожанию, договорились оплатить. Это первое.

Второе – что касается незавершённых объектов. Мы полностью сформулировали пятилетнюю программу строительства, в которой учли за три года всё, что мы достроим, и всё, что у нас пойдёт в дальнейшем ещё на четвёртый, пятый годы. Сейчас мы выясняем параметры федеральной адресной инвестиционной программы.

Буквально в ближайшие несколько дней мы завершим эту работу, и будет понятно, какой объём средств у нас будет на ближайшие пять лет и какой объём объектов мы построим. Все 1780 объектов, которые у нас в федеральной адресной инвестиционной программе, мы надеемся, Владимир Владимирович, что мы достроим в намеченные сроки.

Плюс у нас была в целом большая работа по незавершёнке по всей стране. Могу сказать, что мы уже за полгода – за первые полгода этого года – часть незавершёнки, которая по акту Счётной палаты, мы тоже снизили и предложили целый комплекс мер, который позволит и дальше снижать.

Спасибо. Доклад закончен.

В.Путин: Хорошо, спасибо.

М.Мишустин: Владимир Владимирович, можно один момент?

В.Путин: Да, конечно.

М.Мишустин: Владимир Владимирович, абсолютно верно Марат Шакирзянович сказал, но оплачены дополнительные будут соответствующие расходы только после подтверждения выхода из экспертизы, из Главгосэкспертизы в этом году. Это существенный момент.

В.Путин: Конечно, согласен. Безусловно, правильно.

У нас раньше тоже принималось решение ввести показатели удовлетворённости медпомощью в качестве ключевого показателя при реализации в регионах программы модернизации здравоохранения. Что сделано в этом направлении?

Или Мурашко, пожалуйста, или Голикова Татьяна Алексеевна.

М.Мурашко: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Мы видим, что по показателям удовлетворённости населения на сегодняшний день динамика с 2019 года идёт положительная. Нами подготовлен приказ. Эта динамика сохранилась и в 2022 году: за первые четыре месяца это, наверное, был самый высокий показатель за последние десять лет.

Мы подготовили новый приказ, который учитывает самые эффективные методики оценки показателя удовлетворённости. Сейчас он прошёл через проектный комитет, и планируется, что проектный комитет на этой или на следующей неделе должен его утвердить. Поэтому эти показатели, соответственно, будут учитываться по новой методике, в том числе разрабатываться с учётом современных требований.

В.Путин: Вы сказали, что они будут учитываться, но их сначала нужно ввести, насколько я понимаю.

Они когда будут окончательно приняты-то, эти показатели удовлетворённости?

М.Мурашко: Который ведётся сегодня, он есть. Имеется в виду о прогнозных показателях. Прогнозные показатели мы можем сделать параллельно с этим приказом и ввести его.

В.Путин: Нет-нет-нет, не прогнозные показатели, а показатели удовлетворённости населения предлагаемыми и оказываемыми медицинскими услугами – вот о чём идёт речь.

М.Мурашко: Да, у нас эти показатели, Владимир Владимирович, по нескольким источникам сегодня собираются. Они собираются службой ФСО – то, о котором я говорил, что идёт динамика. И параллельно показатели удовлетворённости собираются по системе ОМС.

И сегодня мы сделали новый приказ, который в том числе учитывает показатели уже с учётом всех источников и по вопросам населения – не только в медицинских организациях и не только на улицах, то есть это такой интегрированный приказ. И, соответственно, будет динамика выстраиваться по сбору этих данных. Поэтому эта линейка прослеживается, у нас сегодня является ключевой при работе с регионами.

В.Путин: Хорошо. Если Вы считаете, что они приняты, то тогда…

М.Мурашко: Нет, это новый приказ, мы ещё подготовили сейчас его – то, что сказал.

В.Путин: Вот я об этом и говорю, нужно сделать это как можно быстрее, ладно?

М.Мурашко: Хорошо, есть.

В.Путин: А что касается эксперимента по дистанционной торговле рецептурными лекарственными препаратами, здесь в каком всё состоянии?

М.Мурашко: Этот проект закона подготовлен был Министерством экономики в рамках Вашего поручения. Министерство экономики на сегодняшний день данный проект согласовало с нами, но при подготовке этого документа возникло несколько мнений по движению этого нормативно-правового документа, изменений в закон.

И в Министерстве экономики запланировано согласительное совещание со всеми ФОИВами, поэтому с нашей стороны там списки препаратов, которые будут разрешены к эксперименту в продажу, поскольку мы не можем всё разрешить – Вы прекрасно знаете эту проблематику и разные точки зрения. Но по эксперименту этот проект закона Минэком подготовлен. Он, соответственно, должен быть согласован всеми и поступить в Государственную Думу.

В.Путин: Это как раз и вопрос. Мне разные точки зрения известны, но мы договорились о том, что эксперимент всё-таки проведём. Поэтому всё-таки давайте договоримся о том, что соответствующие проекты нормативных актов в какие-то сроки – я прошу назвать когда – будут внесены, приняты, и эксперимент пойдёт. А в зависимости от результатов этого эксперимента мы с Вами вместе решим. Доложите Председателю и решите дальше: расширять этот эксперимент или нет.

Мы же договорились о том, что мы его проведём. Для того чтобы провести, нужно внести проект нормативных актов. Когда?

М.Решетников: Владимир Владимирович, разрешите?

В.Путин: Да, пожалуйста.

М.Решетников: Владимир Владимирович, там у нас остался один нюанс. В общем и целом мы уже всё проговорили, с Минздравом обо всём договорились. У нас есть одна развилка с Государственно-правовым управлением.

Мы предлагаем всё-таки принять закон в форме закона об экспериментальных правовых режимах, где у нас есть общая логика движения, где мы чётко выписываем в самом законе исключения, которые делаются из общего регулирования, и эти полномочия отдаём Правительству. При этом мы в ходе согласительных [процедур] даже договорились закрепить в законе перечень субъектов, то есть не всё отдавать Правительству, а большой объём работ закрепить именно на уровне законопроекта.

Законопроект готов, но Государственно-правовое управление рекомендовало нам: давайте не будем использовать термин «экспериментальные правовые режимы», а давайте просто сделаем какой-то отдельный эксперимент, который к этому относиться не будет. С точки зрения содержания, конечно, вопросы близки, но поскольку мы уже сделали эти «регуляторные песочницы», то, мне кажется, нам важно всё-таки их наработать. У нас уже три эксперимента работают там по беспилотникам, вот этот, четвёртый, по лекарствам, мы тоже предлагаем принять в виде экспериментального правового режима. Если Ваша поддержка сегодня будет, то мы тогда законопроект, он уже в Правительстве, внесём тогда в Думу в ближайшие недели, что называется.

В.Путин: Хорошо, я с Ларисой Игоревной [Брычёвой] переговорю. Я не думаю, что здесь будет какая-то большая проблема.

Т.Голикова: Владимир Владимирович, можно я прокомментирую?

В.Путин: Да, пожалуйста, Татьяна Алексеевна.

Т.Голикова: Дело в том, Владимир Владимирович, то, о чём говорит Максим Геннадьевич, – закон об экспериментальных правовых режимах – содержит ограничения, что под экспериментальным правовым режимом не может быть деятельность, связанная с высоким риском нанесения ущерба здоровью граждан.

По Вашему старому Указу, по-моему, ещё 1992 года, рецептурные лекарственные препараты и их обращения как раз отнесены к такой сфере. Поэтому Государственно-правовое управление предполагает и предлагает, – и здесь я с ними абсолютно солидарна, – что это должно регулироваться законопроектом, и в законопроекте должны быть изъятия, какие препараты не могут обращаться в таком свободном отпуске, для того чтобы избежать контрафакта и всего остального.

Поэтому сейчас действительно подготовлен законопроект, действительно в этом законопроекте сделаны изъятия по препаратам, которые не могут свободно обращаться, осталось досогласовать это – то, о чём сказал Михаил Альбертович, – и если это согласование пройдёт, в том числе и со стороны Минэкономразвития, то тогда этот законопроект в августе будет внесён в Государственную Думу. И он готов реально, он уже положен на бумагу.

Что касается предложения Максима Геннадьевича, как я уже сказала, то это всё-таки очень тонкая сфера, которая связана с доставкой препаратов, и жизнь и здоровье здесь должны стоять на первом месте.

Спасибо.

В.Путин: Согласен.

Т.Голикова: Мы готовы.

В.Путин: Давайте вернём Министра экономического развития Решетникова. Зачем же упираться рогами в эту стенку, если есть определённые запреты?

Пожалуйста, два слова на этот счёт.

М.Решетников: Владимир Владимирович, мы как раз исходим из того, что перечень того, что нельзя будет использовать, и то, что может вредить жизни и здоровью, – мы в законе чётко это всё прописываем и это мы исключаем.

Но сама по себе рецептурка – уже опыты есть, в смысле подходы. Москва отчасти экспериментирует в ограниченной сфере – там, где это в рамках их полномочий с ОМС, и здесь никаких вопросов нет. То есть на самом деле спор по большому счёту за форму.

Но, конечно, мы как те, кто продвигает законодательство по экспериментальным правовым режимам, – оно ведь у нас тоже, Владимир Владимирович, касается таких сложных вопросов, как беспилотное вождение такси, например, в городах. Мы же пошли на это и договорились и с ГИБДД, и так далее, хотя тоже вопросы, в общем, касаются жизни и здоровья граждан. Беспилотная доставка грузов воздушным транспортом – тоже урегулировали вопросы.

Поэтому, мне кажется, мы здесь должны, аккуратно взвешивая на всех уровнях эти риски, но спокойно инструмент экспериментальных правовых режимов запускать, потому что у нас иначе эта логика в каждой сфере превалирует: как бы чего не вышло, давайте лучше ничего делать не будем. Но мы ведь для этого экспериментальные правовые режимы, эти «регуляторные песочницы» и запускали.

Поэтому мы здесь, уж простите, просим нас поддержать. Потому что всё остальное – мы пошли максимально навстречу.

В.Путин: Хорошо. Я не буду сейчас никаких директивных указаний давать, Вы, пожалуйста, между собой разберитесь, чтобы эта форма не мешала нашему движению вперёд и проведению этой работы в будущем.

Председателю доложите, а как он предложит – так и сделаем. Но не затягивайте, пожалуйста: в течение двух недель вопрос этот закройте, пожалуйста, согласование закройте.

Михаил Владимирович, доложите потом, как коллеги между собой договорились, мы с Вами так и поступим.

М.Мишустин: Есть, Владимир Владимирович.

Это длинная, долгая дискуссия. Мы её завершим за две недели, как Вы сказали.

В.Путин: Да, я знаю хорошо.

Спасибо большое.

Ещё к Дмитрию Николаевичу вопрос по поводу возможного возврата туристического продукта, реализация которого стала по известным причинам невозможна.

Там вопрос недешёвый, тем не менее удалось о чём-то договориться с коллегами внутри Правительства, Дмитрий Николаевич?

Д.Чернышенко: Владимир Владимирович, Вы имеете в виду въездной туризм? То, что иностранцы не могут приехать…

В.Путин: То, что наши не получили в связи с тем, что не смогли выехать в поездки по турам, которые были приобретены.

Д.Чернышенко: Там все организованные туры вовремя были возвращены. Те, которые купили туры и не смогли ими воспользоваться, – большинство из них были замещены российским продуктом.

И мы сейчас поддерживаем туроператоров, с тем чтобы они либо вернули деньги до конца года, либо всё-таки заместили это доступными российскими предложениями. До конца года эту работу закончим.

В.Путин: Там разница – пара десятков миллиардов, надо с этим разобраться.

Д.Чернышенко: У меня есть хороший опыт: мы в первой части, когда было с ковидом связано, с этим справились.

Спасибо.

В.Путин: Хорошо.

Так, коллеги, есть ещё что-то? Кто хотел бы добавить к тому, о чём мы сегодня говорили?

А.Калинин: Владимир Владимирович, позвольте добавить?

В.Путин: Да, Александр Сергеевич.

А.Калинин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Малый и средней бизнес, конечно, может и должен большую играть роль и в технологическом, и в инновационном секторе экономики.

В связи с этим, конечно, мы в «Опоре России» поддерживаем предложение Андрея Рэмовича Белоусова о закреплении на законодательном уровне определения технологической кампании в области МСП с обязательным описанием критериев, налоговых льгот, государственной поддержкой, правом на риск, правила закупок, а также с необходимыми финансовыми инструментами.

Вместе с тем крайне важно, с нашей точки зрения, с учётом накопленного опыта уже этой осенью внести необходимые изменения в Федеральный закон № 217 от 2009 года «О создании бюджетными научными и образовательными учреждениями хозяйственных обществ в целях практического применения (внедрения) результатов интеллектуальной деятельности». Закон был принят в 2009 году, за это время было создано три тысячи малых и средних предприятий в этой сфере.

Мы в «Опоре России» внимательно изучаем и международный опыт. Я знаю, что по изменениям в этом законе и с Министерством экономики велись большие дискуссии. Там, в принципе, подготовлены соответствующие предложения: в частности, что нужно отрегулировать, в каком виде и как создаются эти хозяйственные общества, что и когда подлежит вкладу – результаты интеллектуальной деятельности или лицензии на их использование, как оценивается этот вклад, как управляется такое общество. И самое главное, нет обязательной обязанности научных и образовательных учреждений передачи накопленных результатов интеллектуальной деятельности в коммерческий оборот.

Поэтому реализация этого закона идёт крайне медленно, и там очень много подводных камней, потому что кроме внесения изменений в этот закон придётся ещё вносить параллельно изменения в законы о науке и образовании.

В связи с этим что мы просим? Мы считаем, что в пакете по технологическим изменениям уже этой осенью, Владимир Владимирович, просим Вашего поручения всё-таки внести изменения соответствующие, назревшие в закон № 217-ФЗ. Чтобы те накопленные результаты интеллектуальной деятельности, а они значительные есть, в образовательных учреждениях, в научных учреждениях могли коммерциализироваться. Чтобы малый, средний бизнес, создаваемый на базе этого закона, мог гораздо активнее регистрировать предприятия и вводить эти российские наработки в коммерческий оборот. Для нас это очень важно.

И второй момент. Если говорить о сегодняшних открытых платформах, мы тоже эту позицию поддерживаем. Я сам много лет проработал в инжиниринговой компании. Мы видели, к примеру, в Китайской Народной Республике есть открытая платформа, когда крупные предприятия, в том числе государственные, через цифровую платформу делают заказы инжиниринговым компаниям, именно инжиниринговым компаниям. Именно в инжиниринговой плоскости накоплен огромный потенциал у нас, это в том числе и дополнительные будут заработки наших учёных. Но когда эта платформа подкреплена процедурами, заказами, она является открытой, то это в том числе не только рынок сбыта, но и мощная система по доращиваю компетенций для российских инжиниринговых компаний.

Мы обсуждали это с Министерством промышленности Российской Федерации, с Промсвязьбанком Российской Федерации, и, в принципе, Пётр Михайлович [Фрадков] и Денис Валентинович [Мантуров], они говорят, что это было бы востребовано. Но если будет поручение создать такую платформу, то тогда кто-то на себя возьмёт ответственность. В частности, мы предлагаем самому, наверное, крупному в сфере промышленности – Промсвязьбанку Российской Федерации.

У нас два предложения: 217-й закон – модернизация, и инжиниринговая платформа, открытая платформа между крупными предприятиями и российскими инжиниринговыми компаниями.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Хорошо.

Давайте проработаем. Коллеги слышат Вас.

Андрей Рэмович, пообщайтесь, пожалуйста, ещё.

А.Белоусов: Я слышу. Мне надо прокомментировать?

В.Путин: Да, пожалуйста.

А.Белоусов: Если можно, да.

По поводу 217-го закона. То, что сказал Александр Сергеевич, конечно, надо сделать, надо действительно это проработать. Но нужно определиться вообще с судьбой малых инновационных компаний.

Потому что в своё время, когда был принят этот закон, они начали в очень большом количестве расти. Там была предусмотрена налоговая лесенка. Когда они достигли, так сказать, высшей ступени, перешли, они очень быстро все остановились, и практически их сегодня не существует по той простой причине, что у них соучредители – вузы, и это оказалась не очень гибкая форма. Надо подумать, как это сделать.

Что касается платформы, то я предлагаю её в экспериментальном режиме проработать Промсвязьбанку. Если они видят здесь перспективы, то, наверное, это можно сделать.

Если можно сразу, поскольку Вы мне дали слово, хотел бы обратить внимание Сергея Семёновича.

Сергей Семёнович, это всё здорово – такая философия – то, что Вы сказали по поводу налога на прибыль. Но, во-первых, речь не идёт абсолютно, чтобы переложить бремя на субъекты Российской Федерации. Об этом речи не идёт.

Во-вторых, я Вам хочу доложить. У нас на 2023–2035 годы, на три года, предусмотрен «дорожными картами» объём финансирования компаниями-лидерами 168–169 миллиардов рублей. При нынешних налоговых условиях они точно эти деньги не вложат и мы не заставим их вложить никаким образом, просто никаким, понимаете?

А цена вопроса, если мы даже полностью их освободим от налога на прибыль в 20 процентов, – это 32 миллиарда рублей на три года. Я предлагаю Москве в виде вклада добровольно взять на себя эти 30 миллиардов рублей и тему закрыть.

Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста, кто ещё, коллеги?

С.Собянин: Владимир Владимирович, можно? Тут такое предложение серьёзное поступило.

В.Путин: Да, Сергей Семёнович, пожалуйста.

С.Собянин: Дело в том, что мы уже взяли на себя обязательства. Принято два пакета льгот по информационным высокотехнологичным компаниям – в 2020 году и в этом году. От первого пакета только по Москве потери бюджета составили 19 миллиардов, а по этому пакету, который ещё сейчас, в эту сессию принят, будет 27 миллиардов. Поэтому у нас всё тут в порядке.

А если уж что-то финансировать из бюджета, пожалуйста, мы профинансируем и 30, и 40. Но это финансирование из бюджета – это целевое финансирование, не просто так раздали кому-то и непонятно что там получили. В этом же вопрос, а не в том, что мы чего-то не хотим.

В.Путин: Ладно, мы ещё подискутируем на эту тему.

Сергей Сергеевич, пожалуйста.

С.Кравцов: Владимир Владимирович, Вы в начале выступления сказали по блестящим результатам наших ребят по физике и по математике на международных олимпиадах. Вот только что пришла новость: у нас четыре участника международной олимпиады по химии – все четыре «золота». И вчера ночью уже подвели [итоги] международной олимпиады по биологии – тоже четыре участника и четыре «золота». И очень важно, что ребята не только из Москвы и Петербурга, но уже из Казани побеждают, Саранска. Так что очень хорошие результаты.

Спасибо.

В.Путин: Поздравим ребят с этим результатом, с этой победой. Здорово, хорошо.

К.Дмитриев: Владимир Владимирович, Дмитриев, РФПИ.

Можно коротко?

В.Путин: Пожалуйста, Кирилл Александрович.

К.Дмитриев: У меня две короткие рекомендации по финансированию высокотеха. Во-первых, во всём мире главные инвесторы в высокотех – это венчурные фонды и фонды прямых инвестиций, и именно они накопили ту экспертизу, которая позволяет принимать риски, потому что многие госкомпании боятся потерять деньги на этих рискованных инвестициях.

И здесь, соответственно, РФПИ и Российская венчурная компания, которую присоединили к РФПИ, имеют соответствующую экспертизу, и соответствующие результаты, и репутацию. И, например, наши инвестиции в тесты, препараты и вакцину дали не только важный результат для страны и мира, но показали очень хорошие финансовые результаты. Поэтому у меня всего две рекомендации.

Первая рекомендация – это надо докапитализировать не только РФПИ и РВК, но и другие фонды. Мы считаем, что именно через фонды можно активно вкладывать в высокотех.

И вторая рекомендация: мы создаём совместные фонды с госкомпаниями, например с «Транснефтью», и мы считаем, что объединение именно экспертизы РФПИ с госкомпаниями в совместных фондах тоже будет важным элементом инвестиций в высокотех.

В.Путин: Кто возражает, Кирилл Александрович? Все за? Очень хорошо.

К.Дмитриев: Хорошо, спасибо большое.

В.Путин: Что касается докапитализации, я тоже с Вами согласен, мы с Вами уже говорили об этом, и, если Вы заметили, я вскользь об этом сказал и намекнул, так сказать, коллегам в Правительстве, что об этом, безусловно, надо подумать.

Если мы хотим создать эффективные инструменты поддержки быстроразвивающихся высокотехнологичных компаний, то кто-то на себя должен брать определённые риски, и это, конечно, различные наши фонды, венчурные компании, а их нужно поддерживать. А как? Докапитализировать, конечно. Как же ещё?

Спасибо, Кирилл Александрович.

Пожалуйста, кто ещё? Всё?

Будем заканчивать. Что хотелось бы сказать в завершение?

Вопросы чрезвычайно важные. Вопросы технологического развития, которые мы обсудили, – это не только приоритет, но и база, фундамент для достижения наших стратегических планов и реализации, по сути, всех национальных проектов. Будет прорыв в технологиях, в широкой цифровой трансформации, в подготовке специалистов в этих сферах, преодолеем любые трудности: и нынешние, и которые будут, а они, трудности, возникают всегда, – преодолеем любые трудности, выйдем на траекторию опережающего развития, по-другому невозможно.

Поэтому прошу Правительство, региональные команды ставить вопросы технологического развития во главу угла своей деятельности. Надо фокусировать, как сегодня было сказано в ходе нашей дискуссии, на этом своё внимание, понимать, насколько критично и крайне важно в полной мере выполнять в сложившихся непростых условиях все поставленные задачи.

Давайте очень кратко подведём некоторые итоги.

Первое – работа по развитию сквозных технологий должна, конечно, быть перезапущена, об этом так или иначе все выступавшие сказали, откорректирована с учётом реальных потребностей экономики и новых условий, в которых мы живём. Необходимо также определить конкретные механизмы контроля за реализацией соглашений.

Второе – необходимо актуализировать стратегии цифровой трансформации с позиций полноты охвата всех отраслей экономики и социальной сферы, а также глубины и значимости планируемых в них изменений. В стратегиях должны быть поставлены конкретные, чёткие задачи по развитию перспективных сквозных технологий для скорейшего вывода на рынок наших передовых разработок в области программного и аппаратного обеспечения.

Безусловно, следует поддержать предложения об определении единого центра координации стратегии цифровых трансформаций.

Нужны также единые механизмы финансового обеспечения, и, где возможно, должны применяться и единые цифровые платформы. Об этом тоже коллеги говорили – я с этим согласен, конечно, трудно не согласиться.

Также поддерживаю дополнительное предложение по поддержке развития отечественных программных продуктов.

Далее – источники финансирования быстрорастущих компаний. Вокруг этого много сегодня было сказано и сформулировано предложений. Согласен с предложениями, которые некоторыми коллегами были обозначены, в том числе и Министром финансов, и Председателем Центрального банка. Но здесь, я в ходе дискуссии об этом говорил, надо, конечно, некоторые вещи, безусловно, дорабатывать. Всё это, безусловно, необходимо сделать в самое ближайшее время.

Вместе с тем достаточность предложенных мер нужно, безусловно, оценивать только по конечным результатам, а именно реальным ростом числа размещений на бирже акций высокотехнологичных быстрорастущих компаний в ближайшие полтора года.

Но я прошу дополнительно ещё посмотреть, что можно сделать. Сейчас только Кирилл Дмитриев об этом говорил, как подключать наши компании, как, возможно, подключать пенсионные фонды к этой работе, как гарантировать успех их работы. Вы понимаете, о чём я говорю. Мы только что так или иначе это всё обсуждали.

В конечном итоге тем, кто этим занимается и в Минфине, и в Центральном банке, нужно определить этот показатель качества работы в качестве ключевого при оценке деятельности заместителей соответствующих ведомств: и Минфина, и Центрального банка, – отвечающих за развитие финансового рынка.

Четвёртое направление – кадры. Безусловно важным считаю предложение Валерия Николаевича Фалькова в части увеличения норматива финансовых затрат для подготовки инженеров и IT-специалистов.

Также необходимо в кратчайшие сроки запустить программу по производству отечественного учебного и научного оборудования. Министр Фальков говорил об этом, но надо это сделать в конце концов. Нужно, чтобы это начало работать, нужно предусмотреть оснащение всей цепочки подготовки таких кадров, начиная с кабинета физики и химии – тем более что, видите, у нас по химии демонстрируют школьники замечательные результаты, – информатики, кружков технической направленности в школах. И проблему подготовки кадров в школах по этим направлениям, конечно, нужно поставить тоже во главу угла нашей деятельности.

Конечно, нужно уделить необходимое внимание оснащению лабораторий в вузах и производственных мастерских в техникумах – и не только для подготовки студентов, но и для повышения квалификации учителей, преподавателей вузов и техникумов, а также уже работающих специалистов. Для всестороннего развития студентов крайне важны современные учебные кабинеты, лаборатории и, конечно, кампусы, общежития.

Мы должны приложить все усилия, чтобы это было сделано. И я прошу Правительство реализовать эти предложения в рамках параметров федерального бюджета, который был утверждён на 2023 год.

Как и было предложено, в целом вопросы подготовки инженерных и IT-специалистов, научных работников должны находиться на постоянном контроле, и я прошу именно так и организовать работу. Безусловно, регулярно будем возвращаться ко всем темам, которые мы сегодня обсуждали.

В целом работа идёт, на мой взгляд, при всех вопросах, которые требуют дополнительного внимания с вашей стороны, удовлетворительно. Хочу вас за это поблагодарить.

Спасибо.