Документ /

Во время посещения нового здания посольства России в Белоруссии Дмитрий Медведев ответил на вопросы журналистов о перспективах развития Таможенного союза, возможностях вступления России во Всемирную торговую организацию, а также российской инициативе по договору о европейской безопасности.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, как Вы, во‑первых, оцениваете итоги сегодняшнего саммита? И, во‑вторых, учитывая сегодняшние переговоры и подписанные документы, Россия получила большую ясность, как она будет вступать в ВТО – отдельно или вместе с партнёрами? Когда это может произойти?

Д.Медведев: Итоги сегодняшнего саммита были подведены главами делегаций. Я хочу лишь ещё раз сказать, что очень высоко оцениваю те соглашения, которые сегодня были подписаны.

Мы к ним шли, если говорить по‑серьёзному, практически с момента возникновения новых государств на постсоветском пространстве. То, что сегодня сделано – это уже реальная экономическая интеграция не на словах, а на деле.

Потому что Таможенный союз – это прелюдия к общему экономическому пространству. Это возможность действовать синхронизировано по всем направлениям, использовать единые критерии оценки, то есть единый таможенный тариф, проводить единую политику в отношении товаров, работ и услуг, не допуская или не создавая барьеров, освобождаясь от тех препон, которые существуют между нашими государствами, в целях развития полноценной взаимной торговли, а впоследствии развития взаимных инвестиций и создания единых правил игры.

Напомню, что Таможенный союз должен в конечном счёте создать основу для единого экономического пространства, а это уже прообраз высокоинтегрированных экономик, таких, какие сегодня существуют в Европейском союзе и ряде других стран.

Таможенный союз должен в конечном счёте создать основу для единого экономического пространства, а это уже прообраз высокоинтегрированных экономик.

Что же касается последствий для нашей страны, и в том числе связанных со вступлением во Всемирную торговую организацию, знаете, здесь ничего для нас принципиально не меняется против того, что я уже говорил. Ничего нового не случилось.

Мы действительно, как и договаривались, не просто создали Таможенный союз, но уже и подписали необходимые документы. Теперь они будут внесены на ратификацию, и мы начнём работать уже над открытием наших пространств для применения новых таможенных тарифов и применения нового единого таможенного кодекса.

Конечно, сегодня наши переговоры с ВТО будут проходить под влиянием этого факта – это очевидно. Но в этом нет ничего трагичного ни для Таможенного союза, ни для ВТО, а, мне кажется, наоборот – это открывает дополнительные возможности, чтобы лучше друг друга понять.

Мне уже неоднократно приходилось говорить о том, что мы засиделись в «предбаннике» ВТО. Если мы понимаем, что России необходимо членство в ВТО, то и Всемирная торговая организация должна понимать, что чем больше стран участвуют в её деятельности, тем более серьёзным потенциалом ВТО обладает.

А внутри ВТО, кстати, немало проблем, там ведётся огромное количество дискуссий. И чем более активно они ведутся разными странами, тем больше вероятность достижения согласия. Поэтому ВТО в целом, и я сегодня, кстати, об этом говорил своим коллегам, – это не цель.

Нашей целью является развитие экономики, где комфортно жить нашим гражданам. ВТО – это средство, институт, который помогает создавать единые правила игры, снимает торговые барьеры, не допускает протекционизма – вот что такое ВТО. Это важный институт, но это всего лишь институт. Мы хотели бы участвовать в этом институте.

Теперь, как мы будет вступать [в ВТО]. Вступать, как мы и говорили, мы теперь будем с учётом тех документов, которые подписаны. По этим документам, кстати сказать, большинство позиций уже полностью на сегодняшний день стыкуется с нашими переговорными позициями по ВТО.

Общий суммарный тариф в этом случае, который мы сегодня согласовываем, даже ниже, чем тот тариф, который мы используем для переговоров по ВТО. Поэтому я думаю, что это должно подтолкнуть переговорный процесс.

ВТО – это не цель. Нашей целью является развитие экономики, где комфортно жить нашим гражданам. ВТО – это средство, институт, который помогает создавать единые правила игры, снимает торговые барьеры, не допускает протекционизма – вот что такое ВТО. Это важный институт, но это всего лишь институт. Мы хотели бы участвовать в этом институте.

Если же говорить о том, как вступать, то существуют две опции, которые я уже называл. Первая опция, первый вариант – это вступление самого Таможенного союза, который уже существует, по сути, уже не на бумаге, а уже в режиме реально заключённого договора.

И вторая опция – это когда страны будут вступать с учётом согласованной позиции, имею в виду Казахстан, Беларусь и Россию раздельно. И то и другое для нас абсолютно комфортно. Если мы почувствуем в какой‑то момент, что коллективное вступление является сложным в этот период, мы договоримся с нашими партнёрами и будем проводить эту работу раздельно, но в конечном счёте будем вступать на согласованных позициях. Кто быстрее это сделает – это вопрос скорее технический. Настрой у нас есть.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, позвольте вопрос о другом саммите – Европейского союза. Сегодня как раз были окончательно сформированы руководящие органы ЕС, появился новый договор, новые должности, новые лица, в том числе отвечающие за энергетику, за безопасность. Эти изменения, на Ваш взгляд, могут как‑то отразиться на Вашей инициативе по новой архитектуре европейской безопасности?

Д.Медведев: Вы знаете, мы довольны тем, что наши европейские партнёры наконец сумели преодолеть внутренние проблемы, создали, по сути, уже современный союз.

Это, наверное, та модель, к которой мы в конечном счёте должны стремиться. Им на это потребовалось довольно значительное время, но в конечном счёте результат, как мне представляется, неплохой. Несмотря на то что, уверен, Евросоюз впереди ждут довольно большие испытания, потому что одно дело, когда решения принимаются методом консенсуса, и все голосуют за всё. И если кто‑то за что‑то не проголосовал, то решение не принимается. Другое дело, когда решение принимается большинством голосов. Значит, будут несогласные, значит, будут обиженные.

О чём это говорит? О том, что даже в таком интегрированном объединении, как Евросоюз, возможны проблемы. Что уж говорить о том, что на территории Европы есть и другие государства, которые не относятся к Евросоюзу и не участвуют в Североатлантическом блоке. Поэтому инициатива о подписании Договора о европейской безопасности выглядит всё так же актуально и в свете возникновения новых правил деятельности Евросоюза.

Мы готовы к тому, чтобы продолжать продвижение этой инициативы на самых разных площадках: и на площадке ОДКБ, и на площадке СНГ, и на площадке ОБСЕ, и на площадке Евросоюза, и на всех иных возможных площадках. Почему я об этом говорю? Потому что мои партнёры очень часто задавали мне один и тот же вопрос: Вы эту инициативу сформулировали, она нам нравится, но мы не понимаем, какое у неё конкретное содержание.

И несмотря на то, что я каждый раз отвечал им на этот вопрос, по разным причинам – может, отвечал не очень хорошо, может, они не очень хотели слышать, – я всё равно через какое‑то время слышал новый вопрос: в чём Ваша инициатива?

Буквально завтра или послезавтра уже будет опубликован текст нашего проекта договора о европейской безопасности, в основу которого положен принцип неделимости европейской безопасности.

Мною принято решение всё это изложить на бумаге. И буквально завтра или послезавтра уже будет опубликован текст нашего проекта договора о европейской безопасности, в основу которого положен принцип неделимости европейской безопасности и невозможности решать свои проблемы, невозможности обеспечивать свою безопасность за счёт уменьшения безопасности других лиц.

В этом проекте договора будут и процедуры по урегулированию конфликтов – это особенно актуально после событий августа месяца прошлого года – и другие процедуры, которые, на мой взгляд, способны поднять уровень европейской безопасности на принципиально новую высоту. При этом, конечно, этот договор не противоречит принципам Хельсинкского акта, других решений, которые существуют в Европе по вопросам безопасности.

Мы будем готовы обсуждать этот договор в самых разных вариантах, мы готовы внимательно выслушивать предложения наших партнёров, но теперь у наших партнёров появится проект этого документа, вокруг которого, на мой взгляд, и может разворачиваться дальнейшая дискуссия.

Очень надеюсь, что европейские лидеры внимательно ознакомятся с этим документом, и в ходе двусторонних встреч, в ходе многосторонних встреч мы с ними продолжим обсуждение этого вопроса. И в конечном счёте выйдем на новый согласованный договор о европейской безопасности.