нформационно-аналитически

НИР Права человека в России: традиции, современное состояние, перспективы

РАЗДЕЛ 5. Основные направления взаимодействия уполномоченного по правам человека с политическими партиями и общественными объединениями

Считается, что институт уполномоченного по правам человека является новым для российского законодательства. Однако сам по себе он получает все новые и новые формы развития: за последние годы появились Уполномоченный при Президенте РФ по правам предпринимателей, по правам ребенка, студента и др.

Такая специализация вполне объяснима, учитывая, что для решения какой-либо сложной ситуации, люди обращаются не к абстрактному органу, а к человеку-органу, который поможет в ситуации, отнесется по-человечески. Формально согласно ст. 1 Федерального конституционного закона «Об уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» его должность учреждена в целях обеспечения гарантий государственной защиты прав и свобод граждан, их соблюдения и уважения государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами.

Взаимодействие Уполномоченного по правам человека с общественными объединениями и политическими партиями позволяет ему работать с консолидированной волей сразу большего количества граждан. Само по себе право граждан на объединение представляет собой возможность для граждан добровольно объединяться на основе общности своих интересов, при этом созданное объединение действует на основе принципов самоуправления, законности, а также свободно в определении своей внутренней структуры, целей, форм и методов деятельности, с учетом необходимых в демократическом обществе ограничений.

Конечно, позиция того или объединения нивелируется программными документами. Получается, что отдельные члены могут быть более радикальны в своих представлениях или наоборот, а их деятельность в рамках объединения позволяет выделить «золотую» середину идеи. Свобода собраний и объединений закреплена в ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Как указывает М. Де Сальвиа, «располагаясь, по своему содержанию, в точке соприкосновения между классическими гражданскими и политическими правами и социальными правами, статья 11 гарантирует индивидуальные права, имеющие, тем не менее, в большей степени коллективную окраску».[1]

Согласно Федеральному закону «Об общественных объединениях» в России существуют следующие организационно-правовые формы общественных объединений:

1) Общественная организация;

2) Общественное движение;

3) Общественный фонд;

4) Общественное учреждение;

5) Орган общественной самодеятельности;

6) Политическая партия.

Такое деление предусматривает различный подход в организации лиц, состоящих в данном объединении. Например, такая форма как политическая партия предусматривает исключительно индивидуальное членство физических лиц-граждан Российской Федерации, а общественное движение не предусматривает членство, предполагая массовость.

Примечательно, что сам Федеральный конституционный закон «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» прямо запрещает членство в политической партии, хотя данное лицо, назначается на эту должность и Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации, состоящей из представителей политических партий. Помимо этого, сами предложения о кандидатах на должность Уполномоченного могут вноситься в Государственную Думу Президентом РФ, Советом Федерации ФС РФ, депутатами Государственной Думы и депутатскими объединениями в Государственной Думе. Поэтому полностью исключить зависимость Уполномоченного от политической партии невозможно. Дополнительно, законом установлено ограничение, что Уполномоченный не вправе быть членом иного общественного объединения, преследующего политические цели. Речь идет только о тех объединениях, которые предусматривают членство. Закон не указывает таких формулировок, как участие в деятельности политического объединения, участие в акциях (подобные формулировки можно встретить в Законе РФ «О статусе судей в Российской Федерации» (ст. 3)). Следовательно, Уполномоченный вправе присутствовать на заседаниях, проводимых как общественными объединениями, так и политическими партиями.

Согласно ст. 15 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» (ст. 15), Уполномоченный рассматривает жалобы граждан Российской Федерации и находящихся на территории Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства. Получается, что заявить о нарушении своих прав может только физическое лицо. При этом необходимо отметить, что обязать Уполномоченного по правам человека принимать желобу не получится. Например, в марте 2011 г. гражданин П. обратился в Мытищинский городской суд с заявлением о признании действия (бездействия) Уполномоченного по правам человека Лукина В.П. Направив обращение с просьбой дать ответ на предыдущие жалобы, ответ гражданин П. не получил. Таким образом, от суда он требовал обязать Уполномоченного рассмотреть обращение в соответствии с ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации». Однако Мытищинский городской суд своим определением отказал в принятии заявления по тем основаниям, что оснований для принятия заявления в порядке гражданского судопроизводства не имеется. Как указал суд, по смыслу ст. 20 вышеуказанного закона, получив жалобу, Уполномоченный имеет право, как принять ее к рассмотрению, так и отказать в принятии жалобы к рассмотрению. При этом отказ в принятии жалобы к рассмотрению обжалованию не подлежит. [2]

Важным вопросом, подлежащим исследованию, являются роль коллективных обращений и обращений со стороны общественных объединений. Форма обращения, утвержденная для жалобы Уполномоченному, содержит только реквизиты физического лица, поэтому общественные объединения должны обращаться через своих руководителей.

Как указывает В.В. Тамбовцев, «могут признаваться приемлемыми и коллективные обращения, в том числе юридических лиц или общественных объединений, направленные в целях защиты нарушенных прав конкретного человека, чем пользуются неправительственные правозащитные организации. Вместе с тем их обращение не заменяет подачу индивидуальной жалобы непосредственно лицом, чьи права нарушены, в особенности, если обжалуется решение или действие органа дознания, предварительного следствия или суда. Лишь при наличии его обращения о государственной защите прав человека и предоставлении тем самым права на юридическое представительство его законных интересов Уполномоченный имеет возможность в установленном процессуальным законодательством порядке и в соответствии со своим мандатом обращаться с необходимыми заявлениями (исковыми заявлениями) и ходатайствами в уголовном, гражданском и арбитражном судопроизводстве. При этом поводом для его процессуального вмешательства в отличие от адвокатской деятельности является не обращение к нему заявителя, а наличие выявленных нарушений прав человека, которые нуждаются в государственной защите».[3]

Как мы уже указывали, основным преимуществом общественного объединения является консолидация воль его членов (участников). Это позволяет общественному объединению обобщить выявленные нарушения прав своих членов (участников), составить жалобу, которая описывает большее количество нарушений в разных регионах Российской Федерации.

Основные направления взаимодействия Уполномоченного и общественных объединений и политических партий вытекают из его полномочий.

Так, при наличии информации о массовых или грубых нарушениях прав и свобод граждан либо в случаях, имеющих особое общественное значение или связанных с необходимостью защиты интересов лиц, не способных самостоятельно использовать правовые средства защиты, Уполномоченный вправе принять по собственной инициативе соответствующие меры в пределах своей компетенции (Ст. 21). «К массовым нарушениям прав и свобод граждан относятся случаи нарушений прав человека, распространившиеся на существенной территории жизнедеятельности людей. Ими могут стать, например, нарушения Конституции РФ, связанные с дискриминацией граждан по признакам их национальной или религиозной принадлежности; нарушения международных норм о недопущении унижающего достоинство обращения с лицами, находящимися в местах принудительного содержания; издание нормативного правового акта, не соответствующего федеральному законодательству, повлекшее массовое нарушение прав и свобод граждан, и др. Грубыми нарушениями прав человека признаются случаи демонстративного пренебрежения этими правами, бросающие вызов общественному мнению, не считающиеся с нормами морали. Особое общественное значение приобретают ситуации, вызвавшие значительный резонанс в средствах массовой информации в связи с их актуальностью и неординарностью». [4]

Многие отмечают, что данное право относится скорее к моральным обязательствам Уполномоченного. Такими мерами реагирования как у министерств он не обладает. Кроме того, однозначных критериев относительно того, что такое массовое или грубое нарушение также не предусмотрено. По сути, Уполномоченный самостоятельно решает как вопрос о характере нарушений, так и о необходимости своего вмешательства.

В данном случае, как раз деятельность общественных объединений будет «на руку» Уполномоченному по правам человека. Собственно, ту информацию о нарушениях он может почерпнуть из материалов, направляемых ему со стороны общественных объединений или политических партий. Такие материалы могут и не отвечать критериям относимости жалобы к компетенции Уполномоченного, однако приведенные в ней факты и анализ позволят ему принять взвешенное решение.

Следующим направлением взаимодействия Уполномоченного по правам человека с общественными объединениями можно назвать предусмотренные ст. 23 Закона полномочия:

1) Беспрепятственно посещать все органы государственной власти, органы местного самоуправления, присутствовать на заседаниях их коллегиальных органов, а также беспрепятственно посещать предприятия, учреждения и организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, воинские части, общественные объединения;

2) Право безотлагательного приема руководителями и другими должностными лицами расположенных на территории Российской Федерации органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, руководителями общественных объединений, лицами начальствующего состава Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск и воинских формирований, администрацией мест принудительного содержания.

Однако главным направлением взаимодействия Уполномоченного по правам человека связано с правомочиями, которыми он может воспользоваться по результатам рассмотрения жалобы (ст. 29).

Одним из наиболее действенных полномочий Уполномоченного является возможность обратиться в суд с заявлением в защиту прав и свобод, нарушенных решениями или действиями (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица. В данном случае мы имеем дело не с исковым производством – трудно представить себе, чтобы Уполномоченный вступал в дела, связанные с наследством, взысканием долга и т.п. Хотя Роспоребнадзор практикует обращения в суд по вопросам, связанным с защитой прав (в том числе имущественных) потребителя. В случае с Уполномоченным речь идет об обжаловании действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, которые нарушают конституционные права.

Причем Уполномоченный обладает правом обращения в суд первой инстанции. Подача же апелляционной жалобы возможна лишь в случае, если он участвовал лично либо через своего представителя при рассмотрении дела в суде первой инстанции. При этом на Уполномоченного также распространяются сроки для подачи апелляционной жалобы. Напомним, что по вопросам выборов сроки обжалования существенно сокращены: согласно ст. 261 ГПК апелляционная жалоба на решение суда, частная жалоба на определение суда по делу о защите избирательных прав и права на участие в референдуме, вынесенные в период избирательной кампании, кампании референдума до дня голосования могут быть поданы в течение пяти дней со дня принятия судом указанных решения, определения.

Необходимо отметить, что подача Уполномоченным заявления в суд отнюдь не означает обоснованности заявляемых требований. Так, в 2010 г. Уполномоченный по правам человека обратился в суд в интересах г-на П. с заявлением об оспаривании решения заместителя префекта Центрального административного округа г. Москвы, указывая на то, что 10 августа 2010 года П., И.И. и И.Е. подали в префектуру Центрального административного округа уведомление о намерении 13 августа 2010 года провести пикет с целью обратить внимание общественности на проблемы гласности, открытости и честности правосудия, которое было зарегистрировано префектурой в 15 час. 37 мин. 10.08.2010 года. Письмом заместителя префекта ЦАО г. Москвы от 10 августа 2010 года организаторам сообщено о недопустимости проведения публичного мероприятия в связи с несвоевременной подачей уведомления. Поскольку уведомление о проведении пикетирования было подано в уполномоченный орган в установленные законом сроки, заявитель просил суд признать данное решение незаконным, а также определить меру ответственности, предусмотренную ст. 46 Закона г. Москвы «О государственной гражданской службе города Москвы», с вынесением соответствующего представления. Однако, в судебном заседании было установлено, что уведомление о намерении провести пикетирование было подано 10 августа 2010 года, тогда как заявленный пикет планировалось провести 13 августа 2010 года. Поэтому суд пришел к выводу о том, что уведомление было подано менее чем за 3 дня до дня проведения публичного мероприятия, то есть с нарушением установленного законом срока.[5] Таким образом, в удовлетворении требований Уполномоченного по правам человека было отказано.

В 2003 году Уполномоченный по правам человека обратился в суд в интересах неопределенного круга лиц с заявлением о признании недействующим письма Министра труда и социального развития Российской Федерации от 10 ноября 1997 г. №5546-АО. Однако суд посчитал, что пп. 1 п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» не предоставляет Уполномоченному по правам человека право на обращение в суд с заявлением об оспаривании нормативного правового акта в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц. Таким образом, заявление Уполномоченного не было принято к производству.[6]

Данные примеры показывают, что роль Уполномоченного по правам человека состоит в том, чтобы не только оценить сам факт нарушения, но избрать надлежащую форму судебной защиты прав и свобод. Очевидно, что последний пример свидетельствует о необходимости формирования правоприменительной практики по признанию обращений общественных объединений и политических партий обращениями в защиту неопределенного круга лиц.

Последствием рассмотрения жалобы Уполномоченным по правам человека может стать обращение в компетентные государственные органы с ходатайством о возбуждении дисциплинарного или административного производства либо уголовного дела в отношении должностного лица, в решениях или действиях (бездействии) которого усматриваются нарушения прав и свобод человека и гражданина.

Данная мера все же носит менее эффективный характер, так как решение принимает орган, в структурном подразделении которого Уполномоченный усмотрел нарушение прав и свобод. О возбуждении уголовного производства говорить трудно, так как все же уголовно-правовая оценка действий относится к специальной компетенции. Таким образом, для самого Уполномоченного по правам человека частое обращение с подобными обращениями при том, что указанная им информация не подтвердиться, будет являться дискредитирующим фактором.

Действенной мерой реагирования Уполномоченного по правам человека является обращение в суд или прокуратуру с ходатайством о проверке вступившего в законную силу решения, приговора суда, определения или постановления суда либо постановления судьи. В Федеральном конституционном законе не содержится жестких требований к содержанию жалобы, адресованной Уполномоченному. Обязательным является лишь наличие в ней фамилии, имени, отчества и адреса заявителя, изложение существа решения, нарушающего, по его мнению, его права и свободы, а также приложение копий судебных постановлений, подтверждающих эти доводы. [7]

Конечно, среди подобных обращений Уполномоченного много посвященных вопросам прав на недвижимое имущество, жилище. Однако встречаются и те, которые направлены на защиту коллективных прав. Так, обращение Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации послужило причиной принятия Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 12 августа 2013 г. №11-АД13-7, в котором присутствует большое количество отсылок как к практике Конституционного Суда РФ, так и Европейского суда по правам человека. Суть нарушенного права заключалась в том, что гражданин был привлечен к ответственности за нарушение требований законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, не подал уведомление о проведении публичного мероприятия в уполномоченный орган.

Верховный Суд РФ отменил акты, которыми была наложена на гражданина административная ответственность, а также те акты, которыми принятое решение было оставлено в силе. Как указал Суд, «п. 5 ст. 16 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» - в той мере, в какой он распространяет на такие публичные религиозные мероприятия, как молитвенные и религиозные собрания, проводимые в иных, помимо указанных в п.п. 1 -4 ст. 16 данного Федерального закона, местах, порядок проведения митингов, демонстраций и шествий, установленный ст. 7 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях", без учета различий между теми молитвенными и религиозными собраниями, проведение которых может потребовать от органов публичной власти принятия мер, направленных на обеспечение общественного порядка и безопасности граждан, и теми, проведение которых не сопряжено с такой необходимостью, в том числе применительно к случаям проведения молитвенных и религиозных собраний в нежилых помещениях, когда ни содержание самого религиозного мероприятия, ни местонахождение данного нежилого помещения не предполагают возникновения опасности для общественного порядка, нравственности и здоровья ни самих участников религиозного мероприятия, ни третьих лиц, - не соответствует положениям Конституции Российской Федерации».

Кроме того, Уполномоченный по правам человека может участвовать в деле на этапе надзора – он вправе вносить протесты, а также присутствовать при судебном рассмотрении дела. Таким образом, Уполномоченный может «излагать свои доводы, т.е. профессиональные убеждения о правах человека, государственному обвинителю (прокурору). При этом Уполномоченный, высказывающий свою позицию, не влияет на решения и действия соответствующего должностного лица, а лишь дает свою оценку обстоятельств дела согласно общепризнанным международным нормам о защите прав человека».[8]

Однако на наш взгляд, одним из наиболее действенных мер реагирования Уполномоченного по правам человека является возможность обращения в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод граждан законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле.

Таким образом, Уполномоченный по правам человека подает жалобу в порядке, так называемого, конкретного нормоконтроля. Оно основывается на ст. 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которой правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, применимым в конкретном деле, и объединения граждан, а также иные органы и лица, указанные в федеральном законе (Уполномоченный по правам человека).

Как указывает С.В. Нарутто, обращений не так много, отмечая при этом жалобу Уполномоченного по правам человека на нарушения конституционных прав гражданина Барамыкова Р.А положением ст. 2 Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий», а также жалобу Уполномоченного на нарушение конституционных прав граждански Колковой В.Е. ст. 15 Закона РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС». [9] А Издание РАПСИ в 2010 отметило, что «ежегодно секретариат КС получает 5-6 запросов за подписью Владимира Лукина».

Однако наибольшее взаимодействие Уполномоченного по правам человека можно отметить в сфере избирательного права. И как раз здесь можно отметить и положительные решения. Например, в октябре 2005 года Уполномоченный обратился Конституционный Суд РФ с жалобой о проверке конституционности, так называемой, агитации «против всех». Поводом для жалобы стало наложение штрафа на гр-на В.Б. Бочкова в связи с распространением им листовок с призывом голосовать «против всех» на выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. В своем Постановлении Конституционный Суд РФ признал не соответствующим Конституции РФ норму, запрещающую проведение предвыборной агитации, направленной против всех кандидатов, гражданами лично за счет собственных денежных средств.[10] Само дело привлекло внимание прессы, по нему было высказано три особых мнения, и одно мнение судей Конституционного Суда РФ. Однако, как мы знаем, графа «против всех» так и не появилась в избирательных бюллетенях, а сами агитационные листовки с призывом голосовать против всех кандидатов, которые появлялись на выборах депутатов Московской городской Думы в сентябре 2014 г. не содержали указания, за чей счет они изготовлены, а также где.

Еще одним примеров взаимодействия Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации с общественными объединениями стало рассмотрения вопроса о применении смертной казни, который широко обсуждался в связи с образованием повсеместно в Российской Федерации суда присяжных.

Необходимо отметить единодушие, которое высказали представители религиозных и правозащитных организаций против применения смертной казни. [11] Уполномоченный по правам человека, выступая на заседании Конституционного Суда РФ, не согласился с «одним из основных аргументов сторонников смертной казни, согласно которому ее отмена ведет к росту числа тяжких преступлений. В качестве примера он привел США, где применяется смертная казнь, а уровень преступности достаточно высокий».[12] Тем не менее, за возможность применения смертной казни выступали КПРФ и ЛДПР.

Из обращений и деятельности Уполномоченного по правам человека можно сделать вывод о том, что часто его позиция идет вразрез с политикой, которую проповедуют политические партии, ориентируясь на защиту индивидуальных избирательных прав. Определенную известность получило, так называемое, «хомутининское дело». В нем Уполномоченный просил Конституционный Суд РФ признать неконституционным положение, которым предполагалось применение исключительно пропорциональной (т.е. исключительно по партийным спискам) избирательной системы на муниципальных выборах. Конституционный Суд РФ, однако, не решился на полный запрет данной системы, ограничившись признанием неконституционным лишь норм «в той мере, в какой этими положениями в системе действующего правового регулирования не исключается возможность применения пропорциональной избирательной системы (в том числе как элемента смешанной избирательной системы) на выборах в представительные органы сельских поселений с малочисленным населением и малым числом депутатов, чем создается риск искажения волеизъявления избирателей, отступления от принципа свободных и справедливых выборов и нарушения равенства избирательных прав граждан». [13]

Таким образом, деятельность Уполномоченного по правам человека направлена на защиту прав, вне ориентации на политическую составляющую. Данный вывод подтверждается и позицией Уполномоченного по правам человека по закону «об иностранных агентах». В 2014 г. Конституционный Суд РФ рассмотрел дело по жалобе Уполномоченного по правам человека с участием фонда «Костромской центр поддержки общественных инициатив», а также ряда граждан. Авторы обращения обжаловали конституционность положений Федерального закона «О некоммерческих объединениях», Федерального закона «Об общественных объединениях», которыми некоммерческие организации, выполняющие функции иностранного агента, должны были до начала осуществления политической деятельности подать в уполномоченный орган заявление о включении в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Конституционный Суд РФ признал эти положения соответствующими Конституции РФ. Однако нельзя сказать, что Уполномоченный по правам человека обращался с жалобой зря: Суд признал не соответствующими Конституции РФ положения, в соответствии с которыми КоАП не допускает назначение административного наказания ниже низшего предела. По мнению Суда это не позволяет правоприменителю во всех случаях надлежащим образом учесть характер и последствия совершенного административного правонарушения, степень вины привлекаемого к административной ответственности лица, его имущественное и финансовое положение, а также иные имеющие существенное значение для индивидуализации административной ответственности обстоятельства и тем самым обеспечить назначение справедливого и соразмерного административного наказания.[14]

Из рассмотренных судебных дел с участием Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации можно сделать вывод, что Уполномоченный стремиться по возможности дистанцироваться от политики, и, так называемой, политической целесообразности, демонстрируя подлинную независимость, желание защитить права граждан, не обладающих административным ресурсом. Выступая в Государственной Думе в рамках цикла лекций, посвященных 20-летию Конституции РФ и Федерального Собрания, В.П. Лукин предложил наделить Уполномоченного по правам человека правом законодательной инициативы. Поддерживая в целом стремление в рамках защиты прав граждан и их объединений данную идею, можно высказать ряд критических соображений. Например, какова будет позиция Уполномоченного по правам человека в случае поступления к нему жалобы на закон, инициатором которого явился он сам. Возможно ли в таком случае обеспечение беспристрастности.

В судопроизводстве сохраняется давний принцип о том, что никто не может быть судьей в своем собственном деле. Именно поэтому право законодательной инициативы высшими судами не используется. В связи с этим к предложенной Уполномоченным по правам человека следует отнестись с осторожностью, взвесив все «за» и против». На своем выступлении в Государственной Думе 11 июня 2014 г. новый Уполномоченный по правам человека Э.А. Памфилова как раз отметила, что ей «не требуется дополнительных полномочий, в том числе права законодательной инициативы», «самое главное – установить очень тесные рабочие и дружеские контакты, как с Государственной Думой, так и с Советом Федерации. Работу в сфере законодательства можно построить в ключе экспертной работы, а учитывая, что Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации является парламентским органом, его позицию (исключительно по его инициативе) можно размещать в системе АСОЗД.

Примечательно, что Уполномоченный как раз считает экспертную работу приоритетной. В данном случае сотрудничество с правозащитными организациями является ключевым в области помощи по собору фактов. Важным направлением работы Уполномоченного должно стать развитие правозащитной работы в регионах, взаимодействие с региональными омбудсменами.

Одним из примеров работы Уполномоченного в сфере защиты интересов правозащитных организаций стало ходатайство в Московский городской суд об отмене судебных актов, признающих Ассоциацию в защиту прав избирателей «Голос» и ее исполнительного директора Л.В. Шибанову виновными в нарушении деятельности некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента. 1 сентября 2014 г. данное ходатайство было удовлетворено судом.

Таким образом, мы можем выделить следующие перспективные направления работы Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в сфере взаимодействия с политическими партиями и общественными объединениями:

1) Экспертная работа – подготовка отчетов для Уполномоченного по правам человека для подготовки обращений в государственные органы, судебные инстанции;

2) Помощь в защите прав человека – совместные обращения в Конституционный Суд РФ с жалобами о нарушении прав человека и основных свобод в порядке конкретного нормоконтроля;

3) Работа в регионах с благотворительными фондами, правозащитными организациями по соблюдению органами государственной власти и местного самоуправления прав человека и организаций;

4) Работа в сфере законодательного процесса – подготовка отзывов на законопроекты. Очевидно, что не каждый проект федерального закона должен сопровождаться отзывом Уполномоченного (как в случае отзывов Правительства РФ), но по требованию Уполномоченного такие отзывы должны быть размещены;

Взаимодействие с политическими партиями и фракциями в представительных органах. Зачастую мерой реагирования депутатов Государственной Думы является запрос или обращение. Чтобы подобные запросы и обращения депутатов не становились перепиской, а имели реальные последствия, возможно наладить практику обобщения жалоб к депутатам и к Уполномоченному. Учитывая, что любой депутат Государственной Думы обладает правом законодательной инициативы, это поможет самими депутатам повысить эффективность законодательной работы.

[1] Де Сальвия М. Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Руководящие принципы судебной практики, относящейся к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Судебная практика с 1960 по 2002 г. – СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2004. С. 688.

[2] Определение Московской областной суда от 27.10.2011 по делу №33-24155 // СПС «Консультант Плюс».

[3] Комментарий к Федеральному конституционному закону №1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» (постатейный) Тамбовцев В.В. // Подготовлен для системы Консультант Плюс, 2007.

[4] Вершинина И.Ф., Деменева А.В., Новикова А.Е., Дурнова И.А. Комментарий к Федеральному конституционному закону от 26.02.1997 N 1-ФКЗ "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" (постатейный) // СПС «КонсультантПлюс». 2012.

[5] Определение Московского городского суда от 18.01.2011 по делу №33-555 // СПС «Консультант Плюс».

[6] Определение Верховного Суда РФ от 30.05.2003 № ГКПИ2003-614 // СПС «КонсультантПлюс».

[7] «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2009 года» // Утверждены Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 25.11.2009.

[8] Лагун И.В., Юдина А.Б. Комментарий к Федеральному конституционному закону от 26 февраля 1997 г. №1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в РФ»/ под. ред. Е.Г. Маркеловой// СПС КонсультантПлюс. 2010.

[9] Нарутто С.В. Обращение граждан в Конституционный Суд Российской Федерации: научно-практическое пособие. М.: Норма, Инфра-М, 2011.

[10] Постановление Конституционного Суда РФ от 14.11.2005 №10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 5 статьи 48 и статьи 58 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и прав на участие в референдуме граждан Российской Федерации», пункта 7 статьи 63 и статьи 66 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации» // «Российская газета», №260, 18.11.2005.

[11] Определение Конституционного Суда РФ от 19.11.2009 N 1344-О-Р «О разъяснении пункта 5 резолютивной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 года N 3-П по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, пунктов 1 и 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» // «Вестник Конституционного Суд РФ», №1, 2010.

[12] Издание РИА «Новости» от 19 ноября 2009 г. // www.kprf.ru

[13] Постановление Конституционного Суда РФ от 07.07.2011 N 15-П «По делу о проверке конституционности положений части 3 статьи 23 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и частей 2 и 3 статьи 9 Закона Челябинской области "О муниципальных выборах в Челябинской области" в связи с жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и граждан И.И. Болтушенко и Ю.А. Гурмана» // «Вестник Конституционного Суда РФ», №5, 2011.

[14] Постановление Конституционного Суда РФ от 08.04.2014 N 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 6 статьи 2 и пункта 7 статьи 32 Федерального закона "О некоммерческих организациях", части шестой статьи 29 Федерального закона "Об общественных объединениях" и части 1 статьи 19.34 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, фонда "Костромской центр поддержки общественных инициатив", граждан Л.Г. Кузьминой, С.М. Смиренского и В.П. Юкечева» // «Вестник Конституционного Суда РФ», №4, 2014.