Встреча с руководителем Федеральной таможенной службы Владимиром Булавиным

В.Путин: Знаю, что Вы хотели начать нашу сегодняшнюю встречу с разговора о том, как идут преобразования, как осуществляется реформа Таможенной службы.

Пожалуйста, давайте начнём.

В.Булавин: Владимир Владимирович, я Вам год назад докладывал о том, что мы в 2020 году завершили широкомасштабные преобразования, широкомасштабную реформу таможенного администрирования. Реформа проводилась по Вашему решению, сопровождалась также существенным изменением структуры таможенных органов и глубокой цифровой трансформацией таможенного процесса. Были созданы центры электронного декларирования, сеть распределённых центров – всего 16, электронные таможни, а таможни преобразованы в таможни и посты фактического контроля.

2021 год – так уж совпало, с одной стороны, это 30-й год с момента создания Федеральной таможенной службы, с другой стороны, это первый год, когда Федеральная таможенная служба, по сути дела, работала в системе новых координат.

Конечно, год ещё не закончен, тем не менее можно подвести некоторые итоги.

По нашему мнению, основные принципы реформирования, которые были реализованы, полностью себя оправдали. Но самое главное, нам удалось решить две основные задачи: таможенное оформление стало более быстрым, прозрачным и удобным для участников внешнеэкономической деятельности, и существенным образом снизилась административная нагрузка в целом на бизнес. И с другой стороны, таможенное оформление стало более эффективным для государства с точки зрения выполнения таможенными органами своей фискальной функции. И в конечном счете всё это, на наш взгляд, сказалось на росте товарооборота в стране.

Хотел бы остановиться коротко по каждому из этих вопросов.

В процессе реформирования нам удалось оцифровать практически все таможенные процедуры. Для примера хочу сказать, что в течение дня в наших информационных системах отрабатывается 860 миллионов записей. Пять секунд уходит на списание таможенных платежей с единого лицевого счёта, четыре секунды – проверка по системе управления рисками на наличие таможенных рисков, одна секунда – запрос тех или иных данных в имеющемся цифровом архиве, и около 30 с небольшим секунд – это запрос в другой федеральный орган исполнительной власти с целью получения оттуда необходимой информации в процессе таможенного оформления. Это позволило нам автоматизировать отдельные процедуры таможенного оформления.

В этом году за девять месяцев мы оформили четыре миллиона деклараций, из них 3,2 миллиона деклараций автоматически системой зарегистрировано и чуть больше одного миллиона автоматически выпущено. Время автоматического выпуска одной электронной декларации – четыре минуты, и всё это без участия человека, а значит, быстро, качественно и объективно.

Если брать в целом для безрисковых поставок, то на выпуск электронной декларации в среднем по импорту у нас [уходит] один час десять минут, то есть 70 минут, для экспорта – 36 минут. Почти 80 процентов всех деклараций у нас выпускается в течение четырёх часов, что предусмотрено Таможенным кодексом ЕАЭС.

Мы считаем, что существенным образом это повлияло и на наши отношения с бизнесом. Вообще, практически все сто процентов деклараций подаются удалённо. Все остальные контакты с участниками внешнеэкономической деятельности проходят с использованием сервиса «Личный кабинет участника внешнеэкономической деятельности». Через него можно подать удалённо декларацию, оплатить необходимые таможенные платежи, посмотреть состояние текущих счетов, подать необходимые документы в случае их запроса. И, в общем, ещё раз хочу повторить, что та цель, которую мы ставили, – сделать процесс таможенного оформления более быстрым, качественным и удобным, – эта задача решена.

И второе. Конечно, нужно сказать, что таможенное оформление стало более эффективным для государства. В этом году нами в федеральный бюджет за девять месяцев перечислено 4,8 триллиона рублей. Прогнозное задание перевыполнено на 133 процента: мы на один триллион 200 миллиардов перечислили в бюджет больше, чем это предусмотрено прогнозным заданием, которое перед нами стояло.

Принято считать, что таможенные платежи – это в основном экспортные платежи. По результатам девяти месяцев нашей работы две трети – это платежи по импорту, и одна треть – по экспорту, то есть три триллиона 200 миллиардов мы перечислили с импорта и один триллион 600 миллиардов мы перечислили экспортных платежей.

Следует отметить, что в этом году в целом товарооборот Российской Федерации по сравнению с девятью месяцами прошлого года увеличился на 35 процентов и составляет 540 миллиардов долларов США. Экспорт у нас составляет 310 миллиардов долларов и импорт – 230 миллиардов долларов, то есть у нас в целом положительное сальдо. Конечно, в этих объёмах есть разные составляющие: стоимостной рост и импорта, и экспорта, введённые платежи на поставки зерна, леса, но в то же время мы считаем, что есть и такая составляющая, как эффективность таможенного оформления в центрах электронного декларирования. С возрастающим потоком по товарообороту мы справляемся достаточно успешно.

Хотел бы отметить наше взаимодействие с железной дорогой. В этом году мы перевели всю нашу совместную работу в цифровой формат. То есть сейчас обеспечена однократность представления электронных документов, цифровое подтверждение нулевой ставки НДС для экспортёров, и это существенным образом сказалось на перемещении товаров по железной дороге. В целом у них объём вырос почти в полтора раза.

Существенно вырос транзит по нашим железным дорогам. Только по транзиту железная дорога имеет прибыль порядка 50 миллиардов рублей. В этом году объём контейнерных перевозок будет больше одного миллиона контейнеров, и это также повлечёт за собой суммарный эффект, по данным железной дороги, около 60 миллиардов рублей.

То есть мы считаем, что проведённые преобразования своей цели достигли: мы существенным образом упростили и ускорили таможенные процедуры, сделали таможенный процесс удобным для бизнеса, но, с другой стороны, без потери таможенного контроля, и таможенное оформление достаточно эффективно с точки зрения защиты государственных интересов.

В.Путин: В этом году сколько в бюджет направите?

В.Булавин: Триллион 200 миллиардов у нас имелось по девяти месяцам [сверх прогнозного задания]. Если нам, конечно, не изменят прогнозное задание в ближайшее время, не скорректируют в сторону увеличения, то я думаю, что будет к этой сумме также прибавление. Сейчас трудно прогнозировать.

В.Путин: Сейчас Правительство услышит и скорректирует.

У вас же большая программа обновления пунктов пропуска. Как она развивается? Кроме электронных площадок.

В.Булавин: Владимир Владимирович, мы активно работаем с Минтрансом в этом плане, и один из проектов, которые нам совместно необходимо реализовать, – этот проект предусмотрен стратегией развития Таможенной службы до 2030 года, – создание интеллектуального пункта пропуска. То есть мы разрабатываем принципиальную схему работы интеллектуального пункта пропуска и создаём цифровую платформу, которой будут пользоваться все контролирующие органы в пунктах пропуска. Это по нашему замыслу должно обеспечить безостановочное движение товаров для безрисковых поставок товарных партий.

Также я хотел бы отметить, что один из проектов, которым мы сейчас занимаемся, – это создание проекта по цифровому анализу снимков инспекционно-досмотровых комплексов. И мы здесь привлекли на таможенную службу искусственный интеллект, поскольку 12,5 тысячи – это вся товарная номенклатура, поэтому компьютер сначала нужно обучить различать каждую товарную партию, с тем чтобы он это всё запомнил и потом смог работать самостоятельно по анализу получаемых снимков с инспекционно-досмотровых комплексов.

Кроме того, в планах с Минтрансом – поставить в пункт пропуска потоковые инспекционно-досмотровые комплексы, которые бы обеспечили сканирование всех въезжающих автомобилей без высадки водителей. Потому что сейчас, для того чтобы отсканировать одну машину, нужно порядка шести минут. То есть машина должна подъехать, водитель, чтобы не получить облучение, должен из неё выйти, машину нужно просканировать или рамка проедет через неё, или её протаскиваем через рамку, там два принципа, и на это уходит порядка шести минут, то есть 10 машин в час. Если мы сейчас будем работать, то понятно, что мы больше 240 машин пропустить не сможем. А у нас в пунктах пропуска в летний период, когда большие нагрузки, мы пропускаем около 500, а иногда и больше машин.

В.Путин: Понятно.

Где, Вы считаете, на каких направлениях есть ещё вопросы, которые требуют особого внимания?

В.Булавин: У нас эти пункты пропуска известны. Это сейчас Бурачки, европейское направление, Псковская область, – ведётся реконструкция этого пункта пропуска. Верхний Ларс, это Грузия, – там всегда у нас сложности, потому что в этом году уже порядка 90 дней пункт стоял по климатическим условиям: снегом заносит, идут лавины. И Нижний Зарамаг, это Азербайджан, – там тоже реконструкция. Все три пункта пропуска в реконструкции.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

<…>