Начало рабочей встречи с генеральным директором Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» Сергеем Кириенко

Д.Медведев: Сергей Владиленович, расскажите, как дела у Вас в госкорпорации обстоят, какие проекты сейчас реализуются, наиболее значимые, конечно. Хотя с учётом специфики вашей работы у вас проекты значимые. Это первое. И второе. В пятницу я провёл совещание с членами Правительства и сотрудниками Администрации, обратив внимание на то, что у нас очень плохая ситуация с переходом на инновационный путь развития, технологической модернизацией нашей экономики. К сожалению, ничего хорошего не происходит, кроме ряда организационных решений, которые мы приняли. В этой связи я посчитал правильным создать специальную комиссию, которая будет этим заниматься, и буду этим заниматься сам. С учётом того, что Ваша отрасль, атомная отрасль, – одна из наиболее инновационных, она всегда была в нашей стране весьма и весьма передовой, хотел бы, чтобы Вы мне тоже рассказали о том, как обстоят дела с технологическим перевооружением отрасли, с инновациями в сфере атомной промышленности, не потеряем ли мы здесь те преимущества, которые с самого начала обрели.

С.Кириенко: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Мы приготовили для Вас такую презентацию. В первую очередь итоги года и І квартала. Мы хорошо закончили год, здесь представлены итоги года. У нас наблюдается рост выработки электроэнергии, причём это рекордный рост за все (не только российские, но и советские) годы. Это повышение эффективности, поскольку количество атомных станций не поменялось – это на том же количестве атомных станций, на том же оборудовании.

Атомная отрасль – одна из наиболее инновационных, она всегда была в нашей стране передовой. Хотел бы, чтобы Вы мне рассказали о том, как обстоят дела с технологическим перевооружением отрасли, с инновациями в сфере атомной промышленности.

Д.Медведев: Динамика прослеживается за последние несколько лет или это достигнуто только в прошлом году?

С.Кириенко: Это на протяжении нескольких последних лет и І квартал этого года. У нас есть только одно падение – это продажа электроэнергии. Не потому, что мы её не могли произвести, а потому, что просто объём потребления несколько упал. По остальным показателям – и по налогам, и по доходам – есть рост.

И ключевая вещь, о которой хотел бы доложить. Мы понимаем, что такое увеличение объёмов работы отрасли возможно только при безусловном приоритете показателя безопасности. Здесь, собственно, все ключевые показатели безопасности: и по российским правилам, и по международным. Главное, хотел бы доложить, что ни одного значимого для безопасности отклонения в работе атомных станций ни за прошлый год, ни за первое полугодие этого года на зафиксировано. Серьёзных отклонений у нас не было с 2003 года. То есть на протяжении шести последних лет. Здесь на графике показано, что (даже отклонения, которые не значимы для безопасности, у нас всё равно регистрируются, любое отклонение в работе подлежит учёту) они уменьшаются. И в І квартале этого года у нас их на 20 процентов меньше, чем в І квартале прошлого года.

Д.Медведев: Безопасность, конечно, для вас и для всех для нас имеет ключевое значение.

С.Кириенко: Ключевое. Облучение персонала у нас просто в нули ушло, его просто нет. И вот хороший показатель (часто говорят об эффективности российских атомных технологий) здесь, в правом верхнем углу, – это надёжность работы атомных станций. Показатель определяется как количество срабатываний систем защиты на 7 тысяч часов работы. В мире этот показатель 0,49, у нас – 0,32. В полтора с лишним раза меньше, чем средний по миру.

Д.Медведев: И в этом смысле мы вполне конкурентоспособны.

С.Кириенко: Абсолютно. У нас один из лучших показателей.

Что касается модернизации. То, что Вы смотрите, тоже можно отнести к нововведениям, это сделано в прошлом году. Мы столкнулись с тем, что постоянно либо по ошибке, либо по злонамеренности начинают распространять слухи.

Д.Медведев: Это правда. По сути, это даже способ конкурентной борьбы.

С.Кириенко: Да. Похоже, в этом году затихло, мы вывели в интернет в режиме реального времени системы контроля радиационной обстановки всех наших объектов. Это всегда была закрытая система. У нас вокруг каждого объекта стоит около нескольких десятков датчиков, которые опечатаны и в режиме реального времени выдают данные нам, МЧС.

Д.Медведев: О состоянии радиационного фона?

С.Кириенко: Да. Какой бы ни была роза ветров, они со всех сторон накрывают любой объект.

Д.Медведев: Это у нас на сайте russianatom.ru?

С.Кириенко: Да, russianatom.ru. Любой человек не только из России, а из мира, заходит на сайт, там информация в режиме реального времени. Причём повлиять на это никак нельзя, датчики опечатаны. Информация идёт в режиме онлайн в интернет.

Д.Медведев: Но это на самом деле очень важно. Это, во‑первых, должная степень открытости, чтобы никто не волновался. А с другой стороны, возможность препятствовать всякого рода злонамеренным слухам, которые используются в том числе и в конкурентной борьбе, потому что всё‑таки «Росатом» – крупный поставщик услуг и своей продукции. Это важно.

С.Кириенко: Да, у нас было ощущение, что несколько таких всплесков сплетен были инициированы, очевидно, конкурентами. После того как мы его ввели – затихло. Уже год скоро тишина. Надеюсь, что это даст свой эффект.

И такие центры по информированию общественности мы сейчас для школьников стали делать, открыли в Томске, Москве, Воронеже и в этом году будем открывать в Ростове-на-Дону, в Мурманске, Калининграде. Мы идём в города, где либо есть объекты атомной энергетики, либо где мы их будем создавать. Полная возможность в 3D-модели. Такая виртуальная атомная энергетика – школьники могут познакомиться со всем, что происходит в атомной энергетике.

И перед тем, как перейти уже к детальному докладу по основным программам, хотел сказать, что с точки зрения модернизации для нас ключевые вещи, Дмитрий Анатольевич, сейчас – это производительность труда. То есть мы поставили себе более жёсткие параметры, чем Вы задали для экономики в целом, понимая, что отрасль инновационная, и мы, как локомотив, должны тащить за собой.

Д.Медведев: Какие параметры с учётом того, что у нас довольно печальная ситуация с производительностью труда в сравнении с другими крупными экономическими странами?

С.Кириенко: У нас получается таким образом. Вот показатели отличия. Это по корпорации «ТВЭЛ», которая производит у нас топливо. Мы сравнили данные с аналогичными заводами в мире. Картина действительно получилась драматичная по численности и по площадям.

Д.Медведев: Отрыв довольно большой.

С.Кириенко: Десятикратный. У нас не осталось выхода в этой ситуации. У нас нет выхода, нам надо кардинально…

Д.Медведев: А это фонд оплаты труда, который тоже, кстати, существенно выше, чем во Франции и в Германии.

С.Кириенко: Да. Поскольку численность отличается более чем порядково, площади иногда отличаются в 100 раз. Поэтому мы вынуждены были поставить себе очень жёсткую программу.

Д.Медведев: И при этом средняя заработная плата у нас, конечно, существенно меньше.

С.Кириенко: Намного ниже. И поэтому мы поставили задачу увеличивать производительность труда в 4,5 раза. Нам надо её нарастить. И я готов представить данные прямо по конкретному предприятию. Вот мы его взяли на примере «ТВЭЛа». Первое. Мы увязали ключевые показатели деятельности этого предприятия и мотивацию сотрудников. Есть такая карта, которая задаёт задачу и условия получения дохода руководством предприятия. То есть человек под ней расписывается. Темпы [роста] производительности труда поставлены – 15 процентов в год. Это по «ТВЭЛу». Идут с перевыполнением.

Д.Медведев: Включая и сокращение постоянных затрат, и рост производительности труда, как следствие – ряд других показателей.

С.Кириенко: Но при этом мы ставим задачу: выручка, экспорт. В условиях кризиса для нас принципиально, конечно, добирать долю на мировом рынке, поэтому мы поставили задачу, что объём экспорта в условиях кризиса должен не только не упасть, а даже вырасти. На «ТВЭЛе» мы два года это делаем уже, вот ключевые показатели, что у нас происходит: численность…

Д.Медведев: Оптимизируется.

С.Кириенко: Да, оптимизация численности. Причём, поскольку это делалось уже несколько лет, здесь нет никакого аврала, это с созданием рабочих мест, с переводом людей. За всё это время по «ТВЭЛу» не было ни одного судебного иска.

Д.Медведев: В текущем году рост производительности труда почти в 2,5 раза, а в 2011 году планируется в четыре раза.

С.Кириенко: Почти в четыре раза. И мы это выполнили, мы идём с некоторым перевыполнением этого графика. В два с лишним раза выросла производительность труда за два года при том же оборудовании.

Д.Медведев: При этом средняя заработная плата растёт, а фонд падает.

С.Кириенко: А фонд падает.

Дальше ещё несколько конкретных примеров. Качество растёт, себестоимость падает. Ключевой слайд, к которому мы шли, это сравнение по производительности труда с аналогичным заводом в Лингене, в Германии. Мы ставим перед собой задачу, что в 2010 году мы их обгоним по производительности труда. В принципе мы приблизились.

Д.Медведев: Современный завод в Лингене?

С.Кириенко: В Лингене современный завод, очень современный завод. Нашему заводу уже 50 лет, а это заводы, которым 10–15 лет. Конечно, ключевое для нас, что фонд оплаты труда падает, а заработная плата растёт. Фонд оплаты труда упал процентов на 20, заработная плата выросла за эти же годы больше чем в два раза – с 17 тысяч до 40 тысяч. Сегодня уже 33,8, будет 40 тысяч.

И ключевой слайд: это результат, если бы мы эту работу не проделали, мы бы не вышли на эти показатели. Мы вернули рынки. У нас была ситуация в постсоветские годы, когда мы начали терять рынки. Здесь появились флаги государств Восточной Европы, где мы теряли рынки. В прошлом году мы завершили операцию по возврату рынков, мы вернули всё.

Д.Медведев: Куда мы вернулись? Конкретно, в какие страны?

С.Кириенко: Мы вернулись в Чехию, мы вернулись в Словакию, мы вернулись в Венгрию, вернулись в Финляндию. Причём в Чехии была беспрецедентная вещь, когда чешские власти приняли решение досрочно выгрузить американское топливо. Такого в истории мировой атомной энергетики ещё не существовало. Обычно дают топливу доработать, а потом уже принимают решение о переходе. Они приняли беспрецедентное решение, они приняли решение досрочно выгрузить топливо и вернуться к российскому топливу.

Д.Медведев: Почему они так решили?

С.Кириенко: Качество. Безопасность. Уровень работы. Был показатель, что устойчиво растёт качество. Топливо для атомной станции стоит дорого, но станция стоит дороже и безопасность стоит дороже. Поэтому любое отклонение в его работе, даже незначимое для безопасности, с точки зрения окружающих, очень сильно бьёт по экономике станций. Поэтому это, конечно, важнейшая экономическая вещь.

И если называть ключевые вещи, приоритеты – это, конечно, строительство. Несмотря на кризис, мы в данный момент ведём работу на семи площадках внутри страны. То есть семь атомных энергоблоков в данный момент сооружаются.

Д.Медведев: Напомните, где они сооружаются?

С.Кириенко: На сегодняшний день первый пусковой объект – это второй блок Ростовской атомной станции. Сложность, как в любой достраиваемой станции, в том, что мы используем оборудование советских времен. Это была законсервированная стройка советских времен, поэтому сейчас главное – пусконаладка. Но мы рассчитываем на физпуск в этом году.

Дальше – четвертый блок Калининской атомной станции. У нас в 2011 году физпуск.

И дальше у нас идут, собственно, уже новые блоки, которые мы заново сейчас, после запуска федеральной целевой программы, развернули. Это Ленинградская атомная стация – два блока. Это Нововоронежская атомная станция – два блока. Это первый в мире быстрый реактор мощностью 800 мегаватт – это Белоярская атомная станция.

И совсем недавно мы получили разрешение, начинаем оформление лицензий на продолжение работ на третьем блоке Ростовской [АЭС]. Это будет восьмая площадка в стране. Пять площадок за рубежом, на которых мы работаем в данный момент времени, – это Индия, это Болгария, это Иран. И мы ожидаем в ближайшее время тендера по Турции, о чём недавно заявил Премьер-министр Турции.

По нашим оценкам, на одно рабочее место в атомной отрасли при строительстве атомных станций мы в условиях кризиса создаём или поддерживаем 10 рабочих мест в других отраслях промышленности.

Д.Медведев: Может быть, это один из самых важных внутренних эффектов от Вашей работы в текущей ситуации.

<…>