Встреча с председателем правления компании «Газпром» Алексеем Миллером

С председателем правления компании «Газпром» Алексеем Миллером.

Д.Медведев: Алексей Борисович, вчера после тяжёлых, изнурительных переговоров подписано несколько соглашений, касающихся поставок российского газа на Украину и обеспечения транзита. Какова ситуация на сегодняшнее утро?

А.Миллер: К 10 часам утра наши украинские коллеги вывели работу газотранспортной системы Украины в штатный режим, и Украина готова открыть линейные краны со своей стороны для транзитирования российского газа в Европу.

Наша труба находится под давлением с 13 января, и «Газпром» в течение всего этого времени был готов начать поставку газа для европейских потребителей.

На сегодняшний день в 10 часов 15 минут мы констатируем, что газотранспортная система Украины и газотранспортная система России готовы к тому, чтобы возобновить поставку в полном объёме, в объёме, который соответствует заявке стран – покупателей российского газа.

Д.Медведев: То есть и юридические, и технологические препятствия, которые существовали для транспортировки газа на территорию стран Европы, в настоящий момент сняты и эта транспортировка может осуществляться?

А.Миллер: Абсолютно все препятствия, все проблемы для транспортировки российского газа в Европу на сегодняшний день сняты, и нет никаких препятствий, для того чтобы возобновился транзит российского газа через территорию Украины.

Д.Медведев: Это хорошо. Хотел бы поблагодарить членов Правительства, которые этим занимались, и руководство, персонал открытого акционерного общества «Газпром» за такую сложную, но в целом согласованную работу, которая привела к известным результатам.

Теперь немножко о том, как предстоит работать. Хотя Вы мне докладывали вчера о существе всех этих документов, которые подписаны, хотел бы ещё немножко пройтись по ним, с тем чтобы мы с Вами некоторые нюансы уточнили и граждане нашей страны знали, о чём достигнуты соглашения.

Во‑первых, напомните, пожалуйста, по какой цене мы продавали газ украинским потребителям в прошлом году.

Нужно думать о том, какие международные соглашения могут обеспечить интересы продавца, транзитных стран и потребителей. Мы могли бы подумать или об изменении действующей редакции Энергетической хартии, или о создании нового многостороннего документа, который в полной мере отвечал бы этим задачам.

А.Миллер: Поставка газа на Украину в 2008 году осуществлялась по цене 179,5 доллара за тысячу кубометров.

Д.Медведев: Это не была рыночная цена?

А.Миллер: Это была совсем не рыночная цена. Это была цена, которая являлась преференциальной для Украины.

Д.Медведев: Понятно. В конце прошлого года Правительство России и «Газпром» вели переговоры с Украиной, с украинским правительством, с вашим контрагентом. О каких ценах шла речь?

А.Миллер: К 31 декабря 2008 года мы с руководством «Нафтогаза Украины» вышли на договорённости (которые так и не были окончательно закреплены контрактами), что мы будем поставлять газ на Украину в 2009 году по цене 250 долларов за тысячу кубометров. Также предусматривался механизм совместного экспорта газа, который принадлежит «Нафтогазу Украины», для того чтобы украинская сторона получила соответствующий доход, который позволял бы ей дотировать своих потребителей до уровня цены 235 долларов за тысячу кубометров.

Д.Медведев: Понятно. По каким ценам газ будет поставляться Украине в I квартале текущего года?

А.Миллер: В I квартале газ будет поставляться, как и в дальнейшем, по рыночной формуле цены. Базовая цена на I квартал – 450 долларов за тысячу кубов. С учётом понижающего коэффициента, который составляет 20 процентов, цена в I квартале для Украины составит 360 долларов за тысячу кубометров. С учётом того, что цены на газ зависят от цен на нефтепродукты, в дальнейшем цена газа для Украины будет зависеть от динамики цен на нефть и нефтепродукты.

Д.Медведев: Напомните ещё, почему была применена эта скидка?

А.Миллер: Эта скидка была применена из‑за того, что тариф на транзит российского газа через территорию Украины остался на прежнем уровне, таком же, как в 2008 году, – это 1,7 доллара за тысячу кубометров на 100 километров. И с учётом этого с точки зрения экономических интересов, с точки зрения экономической целесообразности в конечном итоге принято решение о том, что мы можем пойти навстречу Украине и предоставить, соответственно, скидку 20 процентов от рыночной цены.

А с 2010 года «Газпром» в соответствии с долгосрочным контрактом, который подписан на транзит на десять лет, выходит на рыночные принципы ценообразования и на транзит российского газа через территорию Украины.

Д.Медведев: Строго говоря, мы уже вышли с ними на рыночные принципы ценообразования, просто к этим рыночным принципам мы применили специальный режим, для того чтобы уравновесить прежнюю ставку транзитного тарифа.

К сожалению, опыт нашего общения с Украиной показывает, что наши украинские партнёры крайне неаккуратно платят за газ. Как будет обеспечиваться интерес «Газпрома» и, соответственно, интерес нашего государства в целом в части платежей?

А.Миллер: В 2008 году мы не раз сталкивались с ситуацией неплатежей со стороны Украины и шли им навстречу, делая предоплату за транзит. Мы делали это фактически каждый квартал, и, когда уже возможности в рамках бюджетного года иссякли, выяснилось, что в последние кварталы 2008 года нашим украинским коллегам просто-напросто очень тяжело выполнять свои обязательства по платежам перед «Газпромом».

И эта ситуация по платежам, или, точнее, по неплатежам, со стороны наших украинских коллег была при цене 179 долларов за 1000 кубометров. Конечно же, ожидать, что ситуация с платежами улучшится при значительном росте цены до уровня 360 долларов, не приходится.

И в контракте предусмотрен следующий механизм: в том случае, если мы будем иметь сбой в платежах со стороны «Нафтогаза Украины», если мы столкнёмся с ситуацией неплатежей, то сразу, автоматически в соответствии с условиями контракта мы переходим на механизм стопроцентной предоплаты. Тогда Украина должна будет платить за месяц вперёд. Фактически мы будем получать сумму вперёд на тот объём газа, который фактически купила Украина.

Подчёркиваю, что этот механизм войдёт в действие только в том случае, если мы столкнёмся с ситуацией неплатежей. Дай‑то бог, чтобы этого не произошло, но мы здесь подстраховались, и здесь мы хорошо защищены, для того чтобы «Газпром» своевременно получал выручку и, в свою очередь, своевременно переводил деньги в государственный бюджет.

Д.Медведев: Достаточно, насколько я понимаю, однократного факта неплатежа, для того чтобы торговля была переведена на условия предварительной оплаты за поставленный газ.

А.Миллер: Да, достаточно однократного факта неплатежа, и сразу этот механизм стопроцентной предоплаты вступает в силу.

Д.Медведев: Понятно. Теперь в отношении защиты интересов европейских потребителей. В связи с тем, что в какой‑то момент Украина закрыла экспортную трубу для поставок газа европейским потребителям, создан так называемый контрольный механизм. Он необходим сегодня или же Вы считаете, что он исчерпал свои функции?

А.Миллер: Вы знаете, вчера в ходе переговоров с нашими украинскими коллегами этот вопрос обсуждался. Сказать о том, что механизм, который создан на базе многостороннего соглашения с участием Комиссии Европейских сообществ, начал эффективно работать, – нельзя. И, по‑видимому, нужно было бы говорить о том, что, отфиксировав факт начала транзита российского газа через территорию Украины, мы могли бы с «Нафтогазом Украины» обратиться в Комиссию Европейских сообществ о прекращении действия этого механизма, конечно же, поблагодарив наблюдателей, поблагодарив экспертов – они внесли свой вклад в урегулирование этой ситуации. Хотя, ещё раз повторю, называть этот механизм как эффективный, как эффективно работающий механизм, не приходится.

Д.Медведев: Понятно. Тем не менее нужно думать о разных ситуациях. И, по всей вероятности, действительно нужно наших европейских коллег, всех, кто принимал участие в создании этого контрольного механизма, поблагодарить, но иметь в виду, что в целом контроль всё равно будет необходим. И хотелось бы, конечно, избежать таких ситуаций, но думать нужно и о разных сюжетах.

Теперь в отношении ряда других идей, которые также рассматривались. В частности, какова судьба газотранспортного консорциума, о котором также неоднократно говорилось, то, что мы обсуждали в ходе различных переговоров? Вы мне докладывали, мы обсуждали этот вопрос и в ходе мероприятия, которое у нас прошло, имею в виду встречу глав государств и правительств в Москве. Что будем делать с этим?

А.Миллер: В ходе переговоров по урегулированию кризисной ситуации, по урегулированию ситуации блокады со стороны Украины поставок российского газа в Европу обсуждался вопрос создания консорциума из «Газпрома» и крупнейших компаний – покупателей российского газа в Европе. Было получено принципиальное согласие европейских партнёров войти в состав консорциума. И в качестве основной задачи на данном этапе перед консорциумом стояла закупка так называемого технологического газа для нужд «Нафтогаза Украины».

В настоящее время долгосрочный контракт на закупку газа Украиной подписан, и вопрос создания консорциума на сегодняшний день потерял свою остроту, свою актуальность, как, собственно говоря, и абсолютно надуманный вопрос технологического газа.

Этот вопрос был вброшен украинской стороной в части объяснения причин, почему газотранспортная система Украины и Украина в целом не выполняют своих транзитных функций. Но этот вопрос надуманный.

Контракт на закупку газа Украиной подписан, Украина купила газ, и этого вопроса нет. И нам сейчас безразлично, откуда они газ берут для компрессорных станций: из подземных хранилищ, из своей собственной добычи, из трубы по поставкам российского газа для нужд Украины или ещё откуда бы то ни было.

Д.Медведев: Алексей Борисович, я, как Вы знаете, больше восьми лет был в совете директоров «Газпрома». Я понимаю, конечно, что такое технологический газ. Но у наших товарищей и тех, кто следил за этим газовым конфликтом, и даже у различных правительственных чиновников европейских стран могло возникнуть ощущение, что этот транзитный газ, а также так называемый топочный газ – это какая‑то совершенно особенная субстанция, которая отличается и по химической формуле, и по цене, и так далее. Это всё не так.

А.Миллер: Это всё не так, это абсолютно надуманные вещи. Это такой же газ, как и газ, который мы поставляем для нужд наших потребителей в Европе. Украине надо было купить этот газ, она его купила.

На сегодняшний день никакой проблемы технологического газа нет. Газ в трубе, и будем надеяться, что Украина будет в полном объёме, на сто процентов исполнять свои транзитные обязательства.

Д.Медведев: Мы ещё обсуждали также идею так называемого безотзывного аккредитива. Но смысла в сохранении этого аккредитива, или, точнее, выставлении этого аккредитива, в одном из европейских банков сейчас тоже нет именно потому, что транзит открыт, а Украина обязалась осуществлять предоплату. Это в принципе ещё более мощное средство защиты интересов продавца, чем безотзывный, покрытый или частично покрытый аккредитив, то есть письмо о кредите.

А.Миллер: Да, без сомнения, нам удалось заложить в контракт, который вчера был подписан, в долгосрочный контракт, этот механизм перехода на стопроцентные авансовые платежи, если мы видим сбои с оплатой поставок российского газа. Это механизм гораздо более жёсткий и гораздо более эффективный по сравнению с механизмом аккредитива.

Д.Медведев: Хорошо. И теперь, может быть, последнее, что я хотел бы у Вас уточнить, но не последнее по значению.

Когда мы встретились с руководителями государств и правительств на известном мероприятии в Москве, основная позиция, которая мною была озвучена, сводилась даже не к преодолению последствий этого кризиса (хотя, слава богу, что всё удалось в результате этой встречи завершить, подписать документы и начать работать), а к тому, чтобы предотвратить подобные события в будущем. Я об этом говорил, хотел бы и Вам ещё раз об этом сказать, с тем чтобы «Газпром» этим занимался более активно.

Нам нужно подумать о том, какие международные соглашения, многосторонние международные соглашения могут обеспечить интересы продавца, транзитных стран и потребителей.

Почему я об этом говорю?

Всем известна так называемая Энергетическая хартия, которая в значительной мере при своём создании была направлена на защиту интересов потребителей, что неплохо. Но не следует забывать, что продавцы – это точно такие же участники договорных отношений, и их интересы необходимо защищать в не меньшей степени, как и интересы транзитных государств.

Для того чтобы это происходило эффективно, нужны новые международные механизмы. Думаю, что мы могли бы подумать или об изменении действующей редакции Энергетической хартии (если на это согласятся страны-участницы), или о создании нового многостороннего документа, который в полной мере отвечал бы этим задачам, где были бы предусмотрены и процедурные вопросы, и технологические вопросы, и юридические вопросы, связанные с обеспечением платежей за поставленный газ, обеспечением исполнения транзитными государствами своих функций и недопущением таких проблем, которые, к сожалению, были созданы Украиной в конце прошлого года.

Думаю, что и Правительству Российской Федерации, и основному нашему поставщику газа – акционерному обществу «Газпром» нужно подумать о том, какой механизм в этом смысле было бы правильно подготовить и предложить всем участникам международного сообщества. Вижу в этом нашу особую энергетическую задачу, имея в виду то, что Россия является крупнейшим энергопроизводителем в мире.

Я, как и сказал, в свою очередь предложу ряд идей в ходе встречи, которая состоится в Лондоне в начале апреля, которая будет посвящена преодолению последствий финансового кризиса, потому что финансовый кризис можно усугублять и другими вещами, такими, например, как тот конфликт, который произошёл, и в ходе других мероприятий, включая встречу глав государств «Группы восьми». Прошу Вас подключиться к этой задаче.

А.Миллер: Что касается блокады Украиной транзита российского газа в Европу, что касается этой ситуации, которая в течение нескольких фактически недель разворачивалась, можно сказать, что нужен новый юридический механизм обеспечения интересов и стран-потребителей, и стран-транзитёров, и стран-производителей. Много нареканий, серьёзных нареканий звучало и звучит в адрес договора – Энергетической хартии. И мы видим, что в реальной, конкретной ситуации этот механизм, механизм Энергетической хартии, даёт серьёзный сбой.

Д.Медведев: Ещё раз хотел бы поблагодарить Правительство России и открытое акционерное общество «Газпром» за защиту национальных интересов Российской Федерации.