Макаров Виктор Николаевич - Генеральная прокуратура Российской Федерации

null

Макаров Виктор Николаевич

Родился 22 ноября 1923 года в с. Уколица Ульяновского района Калужской области. В 1941 году окончил среднюю школу в г. Москве, а в сентябре этого года добровольно ушел в армию и был направлен в училище связи Военно-Морского флота, где прошел ускоренные курсы радистов.

С июля 1942 года служил на Балтийском флоте радиотелеграфистом на крейсере «Максим Горький», участвовал в обороне Ленинграда, прорыве и снятии его блокады, в боях на Карельском перешейке.

После демобилизации в 1947 году окончил Московскую юридическую школу, ВЮЗИ, работал следователем Ростовского, Тихорецкого, Кавказского участков Северо-Кавказской железной дороги. В 1957 году уволился из органов прокуратуры и трудился юрисконсультом, а затем начальником отдела снабжения и сбыта тонкосуконной фабрики в Московской области.

В 1962 году принят на работу в Прокуратуру РСФСР на должность прокурора следственного отдела, в 1963 году переведён на аналогичную должность в Прокуратуру СССР, с марта 1976 года исполнял обязанности заместителя начальника следственного управления.

В 1977 году Виктор Николаевич был назначен в Прокуратуру РСФСР заместителем начальника следственного управления - начальником отдела по надзору за следствием и дознанием в органах МВД и проработал в этой должности до ноября 1986 года, после чего вышел на пенсию, но в 1989 - 1994 годах продолжил работу в Прокуратуре РСФСР (РФ) в отделе по реабилитации жертв политических репрессий.

Старший советник юстиции, Почётный работник прокуратуры и Следственного комитета РФ, за боевое и трудовое отличие награждён орденами Отечественной войны 2 степени и «Почёта», медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За трудовую доблесть», «Ветеран прокуратуры», знаком «За верность закону» 1 степени, Почётной грамотой Генерального прокурора РФ, неоднократно поощрялся приказами Прокурора РСФСР и Генерального прокурора СССР.

Скончался Виктор Николаевич 21 ноября 2014 года.

***

Это незабываемо

Оглядываясь на годы войны и на свое участие в военных действиях против фашистской Германии, не могу ничего сказать о каких-либо своих геройских поступках. Могу лишь утверждать о том, что честно и с полной отдачей служил Родине.

Буквально на следующий день после выпускного вечера в средней школе началась война. Нам казалось тогда, что все быстро кончится, и мы сразу победим. Все жили тогда под лозунгом песни «Если завтра война». Были уверены, что враг будет разбит в кратчайший срок и на его территории. Узнав о начале войны, вчерашние десятиклассники, естественно, пришли к своей школе. Можно сказать к своему родному дому. Помню как преподаватель немецкого языка Софья Абрамовна, добрейший человек, сказала, что не так все будет просто, нас ожидают тяжкие беды. Нам не верилось. Но как мы ошибались!

О продолжении учебы и поступлении в институт не могло быть и речи. Отец сказал, что надо поступать на работу. Мне еще не было 18 лет. Так я стал учеником электромонтера.

Когда начались налеты немецкой авиации на Москву, то наш район, а это Черкизовский метро-городок, подвергся массированной обработке тяжелыми и особенно зажигательными бомбами. Много дней пылали метростроевские склады.

В июле, не помню число, на фронт ушел отец. По состоянию здоровья он не подлежал призыву, но как секретарь партбюро первым записался в народное ополчение. Сбор ополченцев был в школе, если не ошибаюсь, на Ленинградском проспекте. Я видел, как ополченцы, одетые кто в чем и без какого-либо оружия уходили на фронт. Уходили на исходе дня, на закате багрового солнца. До сего времени оно мне видится как кровавое. Провожавшие со слезами на глазах смотрели вслед уходившим.

В сентябре 1941 года в Армию добровольно ушел и я. Призывали моего друга Алексея. А мы с ним собирались служить вместе. Подал заявление в Сокольнический райвоенкомат города Москвы о добровольном призыве. Мы не выбирали, где и кем служить. Нас направили в училище связи Военно-морского флота, где прошли ускоренные курсы радистов. Но служить вместе, к сожалению, не пришлось. Алексея направили на Черноморский флот, а меня - на Балтийский в блокадный Ленинград.

Служить предстояло на крейсере «Максим Горький». Корабль стоял у стенки завода «Судомех». Там же в Неве находилась и вся эскадра надводных кораблей: линкор «Октябрьская Революция», крейсер «Киров», миноносцы. Флот был заперт в Неве, подвергался систематическому налету и артобстрелу. От взрыва авиабомб, упавших в Неву, наш корабль просто подбрасывало, хотя был он не маленький, длиной более 150 метров. Взрывались снаряды и на верхней палубе, от чего погибали матросы наружных служб – зенитчики, сигнальщики.

Корабли вели активные боевые действия против фашистов. Своей мощной артиллерией они успешно подавляли огневые средства врага. Огнем нашего корабля, к примеру, был разгромлен железнодорожный эшелон с танками на станции Тайцы.

Мне приходилось бывать на сухопутье – на передовой при корректировке огня корабля. Корпост размещался на Кировском мясокомбинате невдалеке от села Шушары перед Пулковскими высотами, занятыми в то время врагом. Комбинат находился под постоянным обстрелом немцев. Там погибло немало наших солдат.

Однажды попал под минный обстрел, когда шел по Московскому шоссе на корабль за батареями для радиостанции. Меня обгоняла повозка. Возница солдат предложил подвезти. Думаю, что это сделал в шутку, так как он вез на захоронение погибших. Естественно, я отказался. Только повозка отъехала, как послышался звук летящей мины. Мина упала в полутора метрах от меня в глубокую лужу и не взорвалась. Немцы видимо охотились за повозкой. Но и за одинокими людьми они тоже охотились.

При прорыве блокады корабль успешно подавил огневые средства врага, за что был награжден орденом Боевого Красного Знамени. В этом прорыве малая толика и моего участия.

У меня сохранилось обращение командира крейсера «Максим Горький» капитана 1-го ранга Ванифатьева к личному составу корабля перед этим боем. Он сказал: «Пришло время предъявить свой счет врагу за муки и злодеяния, чинимые нашему народу». (*Полный текст обращения см. в Приложении к статье). Этот счет крейсером был предъявлен и взыскан сполна.

Довелось мне быть на передовой и при наступлении наших войск на Карельском перешейке. Передовой край находился на так называемой Ржавой канавке, что на окраине Сестрорецка. Наш корпункт находился невдалеке от водонапорной башни. Несколько лет тому назад, проезжая через Сестрорецк, видел эту башню и вспоминал, как почти под ней сидел в окопе и держал связь с кораблем по корректировке огня. Я не ходил в атаку, но что требовалось от меня, исполнял сполна. Еще считаю нужным сказать, что корабельный корпост заключался не в одном моем лице. Я был только радистом и держал связь с кораблем.

Как-то мы попали под обстрел снайпера «кукушки». Шофер полуторки, на которой перевозились корректировочные приборы, был убит, а нам пришлось залечь на обочине дороги в вязком болоте. Фактически в воде, и находиться там, пока не уничтожили снайпера.

Вот уже 65 лет как закончилась война, но не могу забыть блокадный Ленинград и свой крейсер «Максим Горький». Это был красавец. Жаль, что потом его порезали на металлолом. Ушли из жизни и почти все однокашники – друзья по службе на корабле. Но многие из них остаются в моей памяти.

Не могу, а вернее, не имею права, не сказать доброго слова о корабельных друзьях, которые всегда были готовы прийти на помощь, выручить в беде. Мы тогда не имели понятия о дедовщине. А на флоте я прослужил шесть лет. Когда бывал на сухопутье на корпостах, в любое время суток на мой вызов по рации всегда был немедленный ответ с корабля. Как правило, отвечал мой друг Арон Гольдберг. Он и на ночь не уходил из радиорубки, там и спал. Дружба наша продолжалась и после демобилизации.

Прекрасный человек был старшина радиогруппы Владимир Петрович Певницкий. Еще в двадцатые годы прошлого столетия он пришел на флот по призыву комсомола. Отслужив 7 лет, демобилизовался и пошел в науку. До войны защитил кандидатскую, а после войны докторскую диссертацию. С началом войны, как специалист, был при штабе Ленинградского фронта. В блокаду получал дополнительный продовольственный паек. Но все отдавал семье. А сам дошел до дистрофического состояния. Когда семью вывезли из Ленинграда он, спасаясь от смерти, пришел на корабль и был зачислен в штат. О подчиненных у него была отеческая забота. Не однажды наблюдал, как ночью он приходил в наш кубрик и поправлял на спавших скинутые одеяла. Его высокий профессионализм не раз выручал нас при технических неполадках.

Командиром боевой части связи (БЧ-4) корабля был капитан-лейтенант Илья Маркович Рейс. Человек с большой выдержкой и самообладанием. В самые критические моменты боя сохранял удивительное спокойствие и выдержку. Тем самым влиял на подчиненных. При поступлении в часть пополнения, он с каждым лично знакомился. Несмотря на блокаду и боевые действия, находил время написать письмо родителям своих подопечных и выразить благодарность за их воспитание. Одно из таких писем от 15 июля 1943 года моему отцу сохранилось в семье до сих пор. Вот оно:

«Уважаемый Николай Петрович!

Встречая праздник День Военно-Морского флота СССР, поздравляю Вас с этой знаменательной датой, шлю Вам благодарность и душевное спасибо за воспитание Вашего сына, патриота Советской Родины.

Ваш сын, Виктор Николаевич Макаров, во вверенной мне части является примерным дисциплинированным красноармейцем, отлично знающим и владеющим боевым оружием.

Ваш сын за героическую защиту Ленинграда 11 (?) июля награжден медалью «За оборону Ленинграда».

Поздравляя Вас с праздником дня Военно-Морского флота СССР, надеюсь, что общими усилиями, героической борьбой и трудом сокрушим немецко-фашистских захватчиков и освободим наших братьев, томящихся под немецко-фашистским игом.

Желаю Вам доброго здоровья и плодотворной работы».

Обо всех, конечно, не напишешь. Но не могу не вспомнить Александра Арабея, Алексея Чухрова, Александра Богданова, Алексея Миронова, Вадима Моторина, Виктора Коженкова, Бориса Середу. Пусть меня простят те, которых не упомянул. Но я их помню. Все они достойны доброй памяти.

И ещё забавный случай с моим добровольным призывом в армию произошел спустя много лет. Как-то понадобилась справка об участии в Великой Отечественной войне. Обратился за этим в Сокольнический военкомат города Москвы. И вдруг получил ответ, что значусь у них как уклонист от призыва и дезертир. Оказывается, в военкомате на меня в свое время завели два личных дела. По одному я значился как дезертир, а по второму - как доброволец. Тогда и вспомнилось, что, будучи в декабре 1941 года в училище, получил от мамы письмо с просьбой выслать справку о службе, а то ей угрожают ответственностью за укрывательство сына, уклоняющегося от службы в Армии. Такую справку выслал, но она оказалась подшитой во второе личное дело. А по первому я оставался дезертиром. Когда это вскрылось, личные дела объединили, а меня «реабилитировали».

Медаль за оборону Ленинграда получил еще в войну в 1943 году в самом Ленинграде на крейсере «Максим Горький». Она мне очень дорога.

--------------------------

* К ЛИЧНОМУ СОСТАВУ КРЕЙСЕРА

«МАКСИМ ГОРЬКИЙ»

ТОВАРИЩИ!

Сегодня получен приказ командования флота о нанесении удара по войскам противника. Нашему кораблю поставлена задача мощными артиллерийскими налетами подавить опорные пункты и огневые средства врага, тем самым обеспечить продвижение нашим сухопутным войскам.

Нам предстоит выдержать серьезный боевой экзамен.

Выполнение задачи, поставленной приказом, будет проходить под воздействием огневых средств противника. Это потребует от всех нас высокого мастерства, четкого выполнения приказов, самоотверженности и презрения к агрессору ради выполнения воинского долга перед Родиной.

Настал час, когда мы должны боевыми делами ответить на приказ № 309 Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища СТАЛИНА. Пришло время предъявить свой счет врагу за муки и злодеяния, чинимые врагом над нашим народом; отцами и матерями, братьями и сестрами.

Открывая огонь из орудий крейсера по немецким захватчикам, я уверен, что офицеры, старшины и краснофлотцы не посрамят чести, боевой славы и морской удали Краснознаменной Балтики.

Точнее удары по врагу!

Смерть немецким захватчикам!

Командир крейсера «Максим Горький»
капитан первого ранга ВАНИФАТЬЕВ.