Документ /

Глава ФНС информировал Президента об итогах деятельности налоговых органов в 2010 году. Речь также шла о скорейшем переходе фискальных органов на электронные формы работы с налогоплательщиками.

* * *

Д.Медведев: Михаил Владимирович, давайте две темы затронем. Первая, естественно, касается результатов работы за прошедший год – первый год, я так понимаю, когда Вы возглавляли Службу. Что удалось сделать, что достигнуто, в чём проблемы?

Вторая тема касается огромного количества наших людей, которые так или иначе взаимодействуют с госналогслужбой, вступают с вами в непосредственный контакт, носят бумаги, выстаивают определённые очереди. В большинстве стран, конечно, такого рода работа выстроена на основе компьютерного общения, то есть по существующим сетям. Что нами делается для того, чтобы облегчить дистанционное общение между нашими гражданами и госналогслужбой?

М.Мишустин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Мы буквально пять дней назад подвели итоги работы за год на расширенной годовой коллегии, где проанализировали все уровни бюджетов по поводу собираемости как федеральных, так региональных и местных налогов. Общий результат следующий – мы мобилизовали за прошлый год в казну всего 7,7 триллиона рублей…

Д.Медведев: Слово‑то какое страшное, прямо как из периода продразверстки – мобилизовали. Собрали, может быть…

М.Мишустин: …Обеспечили контроль за соблюдением налогового законодательства, и всего поступило во все уровни бюджета 7,7 триллиона рублей, что на 22 процента выше, чем за прошлый год.

Д.Медведев: Позапрошлый, видимо. Прошлый отчётный имеется в виду, 2009 год.

Огромное количество людей так или иначе взаимодействуют с госналогслужбой. В большинстве стран такого рода работа выстроена на основе компьютерного общения. Что нами делается для того, чтобы облегчить дистанционное общение между нашими гражданами и госналогслужбой?.

М.Мишустин: Так точно, да.

Если говорить о 2010-м, то мы собрали на 22 процента больше, чем в 2009 году, а в сравнении с докризисным рекордным 2008 годом (тогда достаточно высокая была цена на нефть и конъюнктура была гораздо лучше) мы по консолидированному бюджету недобрали три процента. Получилось фактически, если говорить о федеральном бюджете, то на 10 процентов ниже по сравнению с 2008 годом. Я скажу причины. Средняя цена на нефть (марки Urals) была тогда 97, в этом году – 77, поэтому НДПИ [налог на добычу полезных ископаемых] меньше…

Д.Медведев: В прошлом году – 77.

М.Мишустин: В 2010 году она составила 77 долларов за баррель, и налог на прибыль был чуть меньше, ставка налога на прибыль во время кризиса снижена была на четыре процентных пункта. А если говорить о совокупности региональных и местных налогов, которые были собраны, то на 2,5 процента выше в 2010 году, чем, соответственно, в 2008 году.

Д.Медведев: А за счёт чего произошло увеличение региональной базы?

М.Мишустин: За счёт всех налогов, непропорционально. Например, если говорить о налоге на прибыль, то он вырос существенно – на 40 процентов.

Д.Медведев: Просто общее улучшение ситуации в экономике.

М.Мишустин: Да. Плюс имущественные налоги – на 10 процентов. Интересно, что в структуре сборов всех налогов в 2008 году имущественные налоги составляли шесть процентов, их доля всего в консолидированном бюджете. А, соответственно, в 2010 году они составили восемь процентов.

Д.Медведев: Так вот, я хочу понять, если всё‑таки это восемь процентов, за счёт чего этот рост образовался по налогам на имущество? Лучше собирать стали?

М.Мишустин: Во‑первых, во время кризиса имущественные налоги вели себя наиболее стабильно.

Д.Медведев: Да, потому что база не меняется.

М.Мишустин: Да. База, которая была во время переоценки (у нас периодичность переоценки от трёх до пяти лет, в частности, кадастровая стоимость земельного налога), сохранилась и даже чуть выросла, плюс имущественный налог на организации (он тоже брался с балансовой стоимости остаточной) собирался достаточно неплохо.

К сожалению, у нас не наблюдается роста сбора налога на имущество физических лиц. Он был примерно около 15 миллиардов, соответственно, в 2009 году и в 2010 году составил 15,5 миллиарда рублей за счёт того, что всё ещё базой для этого налога является инвентарная стоимость, которая берётся по БТИ, а не стоимость, основанная на соответствующих методах рыночной оценки.

Д.Медведев: Мы когда будем переходить?…

М.Мишустин: Да, план такой подписан. Министерство экономического развития и Министерство финансов такой план подготовили. В настоящий момент идёт массовая оценка зданий, сооружений и объектов, прочно связанных с землёй, которая после окончания должна быть передана в виде базы в налоговую службу, где мы будем заниматься администрированием по новой базе. Соответственно, если база увеличится, поскольку оценка наверняка увеличится по сравнению с инвентарной стоимостью, то ставки будут снижены, существенно снижены.

Д.Медведев: То есть в этом смысле мы предполагаем, с одной стороны, рост поступлений, но в то же время ставка по этим позициям будет снижаться по мере приведения оценочной стоимости недвижимости к рыночному эквиваленту этой стоимости.

Граждане становятся должниками, их не выпускают за границу или ещё куда‑нибудь, а человек просто не получил уведомление. Это, конечно, безобразная ситуация. Гражданину не легче оттого, что ведомства недолжным образом работают, координации нет. Нужно выстраивать эту деятельность.

М.Мишустин: Абсолютно так. Причем за счёт расширения объектов налогообложения и точности базы будут после пересчёта этой налоговой базы (знаю, что планируется ряд льгот пенсионерам и нашим уважаемым налогоплательщикам, кто не обеспечен, скажем так) сформулированы соответствующие льготы, которые будут отмечены в Налоговом кодексе.

Д.Медведев: Нужно стремиться к действительно сбалансированной дифференцированной системе, которая будет создавать для тех, кто способен платить за соответствующие объекты недвижимости, откровенные и привлекательные условия. В то же время для малообеспеченных групп граждан, естественно, должны быть льготы, если мы собираемся переходить на новые ставки. Что ещё?

М.Мишустин: Второй вопрос, о чём Вы говорили, – это, собственно говоря, те информационные источники, которые поставляют в налоговую службу информацию о налогооблагаемом имуществе и, соответственно, о транспортных средствах, которые потом в виде налоговых уведомлений доставляются до наших физических лиц.

Здесь есть ещё вопросы по тому, как мы должны качественно выстроить работу по информационному обмену между ведомствами. В соответствии с 85-й статьей Налогового кодекса нам около 15 ведомств поставляют информацию, которая потом в соответствии с ИНН и адресом физического лица ложится в базу данных и служит основанием для начисления трёх налогов – это транспортный, имущественный налог на физических лиц и земельный налог. После чего соответствующие уведомления доставляются до налогоплательщика.

Уже в этом году мы будем присылать единое уведомление по всем трём налогам, а не три различных. И, соответственно, если качество информационных источников будет хорошим, то мы не будем делать те самые ошибки, которые зачастую волнуют граждан, когда информация приходит не на тот адрес или не о том транспортном средстве, на что зачастую жалуются граждане.

Д.Медведев: А потом эти граждане становятся должниками, их ещё и не выпускают за границу или ещё куда‑нибудь, а человек просто не получил уведомление. Это, конечно, безобразная ситуация.

М.Мишустин: Дмитрий Анатольевич, здесь ситуация зависит в том числе от качества работы с нашими ведомствами. Если мы не вовремя получаем соответствующую информацию либо получаем некорректную информацию, то это единственный источник, который служит для налоговой службы основанием для таких начислений и соответствующих уплат.

Д.Медведев: Гражданину‑то от этого не легче, оттого, что ведомства недолжным образом работают, координации нет. Поэтому нужно выстраивать эту деятельность.

М.Мишустин: Именно в этом году мы объявили Год борьбы с «грязными» данными, когда мы сами, задав форматы, соответственно, по взаимодействию с нашими уважаемыми коллегами, будем стремиться к тому, чтобы как можно меньше людей имели проблемы, связанные с неточностью начислений или с неправильностью соответствующих уведомлений.

Д.Медведев: А у нас государство несёт ответственность в этом случае перед гражданином?

М.Мишустин: Несёт.

Д.Медведев: Какую?

М.Мишустин: В первую очередь гражданин свой налог, скажем, имущественный, земельный или транспортный может заплатить только в том случае, если уведомление об этом до него доведено. Если оно не доведено, то, соответственно, он не является должником.

Д.Медведев: Нет, я говорю не о том, что он не несёт ответственности. Я говорю об обратной ситуации – об ответственности самого государства перед гражданином за недолжное исполнение государством своих обязанностей, я об этом говорю.

Основной вопрос декларирования доходов физическим лицом заключается в том, что необходимо определиться с легитимацией этого лица, то есть с его электронной цифровой подписью. Это нужно сделать, пора уже это решать.

Вообще во всём мире это принято. По большому счёту, конечно, у нас этих нарушений очень много, но это не значит, что гражданин не имеет права жаловаться на государство, особенно если ему причинён имущественный вред, включая невозможность поехать куда‑то и так далее. Поэтому нужно количество таких случаев действительно минимизировать, а вопросы ответственности государства за такого рода действия продумать более глубоко.

И как мы облегчим жизнь людям в будущем?

М.Мишустин: В первую очередь мы очень серьёзно развиваем соответствующие сервисы, которые позволят людям не ходить в налоговую инспекцию – с помощью такого сервиса, как «личный кабинет». Сейчас мы тестируем соответствующие средства, которые позволят людям видеть свои объекты для налогообложения: здания, сооружения, объекты, прочно связанные с землёй, которые принадлежат на праве собственности человеку, а также земельные участки и транспортные средства, в специальном «личном кабинете». Там будет перечень таких соответствующих объектов налогообложения, цена, пеня, штрафы, если они есть, и возможность уплатить в электронном виде.

В настоящее время мы со Сбербанком в тестовом режиме уже опробовали технологию. В частности, есть такая услуга Сбербанка, как карточка с возможностью онлайн-обслуживания, когда можно будет (если человек согласен с тем, что на него начислено) в нашем «личном кабинете» уплатить через соответствующий веб-портал налоговой службы те налоги, которые ему причитаются.

Д.Медведев: Не выходя из дома можно заплатить налог или доначислить налог?

М.Мишустин: Да.

Д.Медведев: А что у нас с декларированием в электронной форме?

М.Мишустин: Если говорить о юридических лицах, то 61 процент от всех юридических лиц сдают декларации в электронном виде, и цифра эта растёт.

Д.Медведев: Думаю, что в большинстве развитых экономик уже практически 100 процентов сдают в электронном виде.

М.Мишустин: Цифры у таких стран близятся к этому. Мы поставили задачу к 2015 году достигнуть 85 процентов и идём к этой задаче. Индивидуальным предпринимателям также сейчас даём возможность подачи налоговой отчётности, взаимодействия в электронном виде. Потом я продемонстрирую Вам портал, который уже на сегодняшний день функционирует.

Д.Медведев: А физические лица – не предприниматели, обычные граждане?

М.Мишустин: У нас «форма 3-НДФЛ» – декларация по доходам физического лица – в основном представляется [налогоплательщиком], если были случаи продажи, соответственно, своего имущества или чего‑то ещё. Такая возможность есть.

Во‑первых, форма электронной декларации давно доступна на нашем сайте. Можно будет вскоре, в том числе физическому лицу, подать декларацию в электронном виде с использованием электронной цифровой подписи. Мы ждём соответствующего решения нормативных вопросов, которые бы защитили эту информацию от подделок.

Это настоятельное требование сегодняшнего дня, потому что именно в большинстве хорошо продвинутых стран граждане действительно подают декларации прямо не выходя из своего офиса, или не выходя из своего дома.

Д.Медведев: То есть основной вопрос декларирования доходов физическим лицом в предусмотренных законом случаях заключается в том, что необходимо определиться с легитимацией этого лица, то есть с его электронной индификацией, с электронной цифровой подписью. Это нужно сделать, пора уже это решать.

М.Мишустин: Когда министерства, ответственные за это, сделают; готовность у нас есть, развёрнута сеть удостоверяющих центров в стране. Поскольку с юридическими лицами эта работа идёт восемь лет, то опыт налоговой службы и компетенция позволяют обеспечить такую возможность.

Д.Медведев: Мне кажется, это тоже настоятельное требование сегодняшнего дня, потому что именно в большинстве хорошо продвинутых стран и обычные граждане (не предприниматели) действительно подают декларации в случае, когда это надо, прямо не выходя из своего офиса, или не выходя из своего дома, не выходя из‑за рабочего стола.

М.Мишустин: Дмитрий Анатольевич, такая возможность сейчас реализована. Просто лицу нужно получить электронной цифровую подпись в сети наших операторов спецсвязи.

Д.Медведев: Это вопросы стыковки, этих протоколов, с тем чтобы можно было идентифицировать лицо. Это нужно будет сделать обязательно. Занимайтесь.

<…>