Ответы на вопросы журналистов по окончании совещания с командованием Тихоокеанского флота

Вопрос: Владимир Владимирович, как Вы считаете, что значит Камчатка для России?

В.Путин: Прежде всего Камчатка – это уникальный природный заповедник, потом это значительная часть рыбной отрасли страны и, без всяких сомнений, форпост России с точки зрения укрепления ее обороноспособности. Мы будем развивать военный флот на Дальнем Востоке, на Камчатке, поддерживать базу на Камчатке. А значит, и все другие составляющие не будут забыты. Надеюсь, что и уникальные природные возможности Камчатки будут востребованы, будет развиваться туризм, будем развивать и поддерживать рыболовство. Вы знаете не хуже меня, сколько здесь проблем с энергетикой. Есть определенные планы, кое‑что реализуется. Будем и над этим думать. В общем, я надеюсь и рассчитываю на то, что Камчатка, хоть и является достаточно удаленным регионом страны от российских политических и культурных центров, – хочу выразить надежду, – что она будет успешно развиваться и в этом направлении.

Вопрос: Вы вчера обсуждали проблемы рыбной отрасли. Как Вы оцениваете положение? Какова по‑Вашему, должна быть господдержка этого сектора, допустимы ли налоговые льготы для рыбной отрасли?

В.Путин: Чем меньше каких бы то ни было льгот, тем лучше, потому что это, как правило, путь к коррупции. Но в отдельных случаях, конечно, пока государство не может обеспечить эффективное функционирование экономических инструментов, оно вынуждено прибегать к такому особому регулированию. Что касается так называемых градообразующих предприятий, то здесь, конечно, нужно подумать о том, как обеспечить их деятельность. Необходимо снижать административные и прочие барьеры, которые мешают развитию отрасли.

Вообще группа, которую возглавляет губернатор Дарькин, поработала, на мой взгляд, очень хорошо, обстоятельно, глубоко подошли к изучению проблемы. Собственно говоря, люди, которые здесь живут, занимаются этим всю свою жизнь и чувствуют проблемы отрасли изнутри. Для меня важно было понять и почувствовать, как последние решения, в том числе и решения, связанные с изменением распределения квот, дошли до тех, кто работает в отрасли, какие проблемы они считают наиболее актуальными на данный момент. В общем и целом, практически все, что изложено в документах, которые подготовлены рабочей группой Госсовета во главе с Дарькиным, – все это будет предметом тщательного изучения в Правительстве, и будут приняты соответствующие решения.

Вопрос: Каковы Ваши впечатления от посещения Владивостока?

В.Путин: Дело в том, что вообще на Дальнем Востоке нам надо создавать привлекательные центры, которые были бы доминантами культурной, научной жизни. Что касается Института биологии моря, то я встречался со специалистами этого института еще два года назад, когда был здесь. Мы договорились, что подумаем вместе с ними о том, как оживить деятельность ученых в этом регионе. Они сделали соответствующие предложения. Я думаю, что все они будут реализованы. Одно из них заключается в том, чтобы расширить деятельность института и создать дополнительную площадку для работы ученых, имея в виду, что у нас в стране всего две такие научные базы – в Мурманске и во Владивостоке. И хотелось бы, чтобы расширение и улучшение деятельности самих исследователей было сопряжено с возможностями для людей, которые живут здесь, живут в Сибири, за Уралом, возможность посмотреть, что такое биология моря и посмотреть не в наукообразном виде, а в доступном, превратить Дальний Восток в еще одну точку, привлекательную для массового туризма. У меня есть основание полагать, что мы это сделаем в ближайшее время.

Вопрос: Может быть, средства, потраченные на учения, которые закончились во Владивостоке, и на поездку на Камчатку, надо было потратить на что‑то более важное?

В.Путин: Все проблемы Вооруженных Сил должны решаться гармонично. Нельзя одну проблему вытащить и решать в ущерб другой. Вооруженные Силы существуют для того, чтобы защищать интересы государства вооруженным способом. И для того чтобы они имели возможность это делать, они должны уметь выполнять свою работу на самом высоком уровне. А для этого нужно учить военнослужащих профессионально исполнять свои служебные обязанности. Что может быть важнее для военного человека, – и для армии, и для флота, – чем отражение агрессии и защита интересов вооруженным путем. Повторяю: чтобы это эффективно делать, нужно проводить учения. У нас за предыдущие годы средства, которые выделялись Минобороны на его нужды, тратились примерно так: свыше 60 процентов (в отдельные годы доходило до 70 с лишним) уходило на содержание Вооруженных Сил. И это значит, что не было никакого развития, что не было никаких закупок новых вооружений, никаких научно-исследовательских и конструкторских работ. Это значит, что такая армия не имеет будущего. И не может эффективно справляться с задачами, которые перед ней стоят. Социальные вопросы крайне важны, вы видели, что сегодня мы посвятили этому значительное время. Будем и впредь уделять вопросам социального развития в армии должное внимание, при этом вопросы подготовки и оснащения не могут быть забыты. Это ключевой вопрос.

Вопрос: Как и почему Вы приняли решение лететь в Ингушетию? Как складывается ситуация сейчас?

В.Путин: Ситуация там стабильная, и, честно говоря, сомнений не было, что она будет такой. Там произошла очередная террористическая вылазка с достаточно тяжелыми последствиями. Она не могла изменить там ситуацию и не изменила ее. И сейчас не только в стране в целом – на Северном Кавказе нет силы, которая могла бы изменить ситуацию. Это просто попытка продемонстрировать силу и возможности, отработать деньги, которые проплачены спонсорами, попытка дестабилизировать ситуацию в республике. Бандитам не нравится, что руководство Республики Ингушетия в последние полтора года активно работает над тем, чтобы создать нормальные условия для жизни людей. Почему я туда поехал? Именно потому, что последствия для самой республики – прежде всего речь ведь идет о потерях среди руководящего состава республиканских органов правопорядка – достаточно чувствительные. Я считал своим долгом поддержать президента республики в этой довольно сложной для него ситуации. Это первое.

Второе. Нужно было посмотреть и самому на месте убедиться в том, как происходили эти события, и на месте посмотреть на результаты боестолкновений. И должен сказать, что они, конечно, расходились с тем, что я услышал предварительно в Москве. Поэтому я уверен, что это было правильным решением. А когда оно было принято? Сразу после того, как стали ясны последствия этой бандитской вылазки.

Хочу еще раз подчеркнуть: мы будем наращивать усилия на Северном Кавказе до тех объемов, которые нужны для того, чтобы ситуация была стабильной всегда. Будем наращивать там и боевую составляющую. Поэтому мною принято решение разместить в Назрани полк внутренних войск (вы об этом уже знаете). Будем укреплять и подразделения Министерства обороны.