Комментарий и ответы на вопросы журналистов помощника Президента Аркадия Дворковича

А.Дворкович: …В 2012 году должны быть утверждены три важных документа, не позднее 2012 года.

Первый – долгосрочный экономический прогноз, до 2030 года, как это сейчас планируется. Его разрабатывает Минэкономразвития, он должен быть утверждён Правительством в целом.

Второй документ – это стратегия долгосрочного развития России. Этот документ ещё не объявлялся как базовый для определения долгосрочной политики. О нём совсем коротко сказал Президент на питерском форуме, что у нас должна быть долгосрочная стратегия.

Такой документ должен быть подготовлен в 2012 году. Сейчас этим фактически занимается группа Кузьминова и Мау, они готовят наработки для этого документа. Потом эти наработки будут суммированы, и уже Правительство и Администрация вместе подготовят такой документ.

Вопрос: На какой срок?

А.ДВОРКОВИЧ: На 10 лет. Я не уверен, что до 2020 года, но скорее всего на 10 лет. Пока окончательно не утверждено, но, наверное, на 10 лет – с 2013 по 2022 год, получается в этом случае. Поскольку в 2012-м будет утверждена, то с 2013 по 2022 год.

И третий – это бюджетная стратегия. Статус этого документа также пока не определён. Она может быть как частью общей стратегии, так и просто увязана в одном пакете с общей стратегией. Но она будет на тот же период, что и общая стратегия. Это первое, что я хотел сказать.

Второе. Про бюджетный дефицит. В трёхлетнем бюджете скорее всего речь пойдёт о стабилизации бюджетного дефицита, а не о его снижении от того уровня, который сейчас есть у нас. В этом году большие доходы от нефти и газа, соответственно, низкий бюджетный дефицит. От этого уровня пойти вниз при базовом прогнозе цен на нефть, которые ниже, чем в этом году, будет почти невозможно, поэтому на «трёхлетку» речь идёт о стабилизации бюджетного дефицита и только в последующий период – о его снижении.

Вопрос: То есть 2012, 2013, 2014 годы бюджетный дефицит будет оставаться на уровне трёх процентов?

А.Дворкович: Скажем так, будет в пределах трёх процентов. В этом году он будет скорее всего ниже полутора процентов, поэтому речь идёт о том, что мы от полутора ниже вряд ли пойдём. Мы стабилизируемся где‑то в интервале от 1 до 3 процентов. На каком конкретно уровне – на 3 процентах, двух с половиной, двух, – это будет зависеть уже от работы над бюджетом, она ещё идёт, ещё не завершена, поэтому я сейчас не могу сказать, будет ровно 3 или будет 2,5. Это ещё не определено.

Вопрос: Вы сказали, что в этом году ниже полутора.

А.Дворкович: В этом будет ниже полутора.

Вопрос: А 2012, 2013, 2014 годы – не выше трёх. Можем ли мы так говорить?

А.Дворкович: Да, не выше трёх. Об этом сейчас идёт речь, по крайней мере, пока такие данные.

Речь идёт о стабилизации дефицита на уровне ниже трёх процентов. Ещё раз повторяю, в этом году у нас просто конъюнктурно высокие доходы, которые мы не планировали. Это был незапланированный низкий бюджетный дефицит. Действительно, так получилось. Поэтому мы должны нашими уже целенаправленными действиями ограничить его тремя процентами. Не потому, что у нас будут опять высокие доходы от нефти, а потому, что мы это запланировали заранее. Это разные вещи, просто нужно очень хорошо понимать и разделять.

Третье. По поводу снижения страховых взносов и компенсации. Речь идёт о том, что мы не будем привязывать конкретный источник компенсации к Пенсионному фонду. Компенсация будет в целом в бюджете. Мы в целом найдём дополнительные источники доходов для федерального бюджета и компенсируем все выпадающие доходы, которые будут. То есть не будет одного какого‑то источника, который пойдёт именно в Пенсионный фонд. Такое решение было принято.

И поэтому сегодня не было окончательно объявлено, какой именно источник будет привязан к Пенсионному фонду. Рассматриваются все варианты – и приватизация, и просто использование Резервного фонда, могут быть какие‑то другие предложения, в том числе какие‑то из тех, которые раньше рассматривались. На одном из ближайших совещаний по экономическим вопросам дополнительно эта тема будет рассмотрена. Тогда будет определённость.

Вопрос: Акциз будет подниматься на спиртные напитки и на табак?

А.Дворкович: Они будут подниматься, но на ту величину, которая уже была заявлена. Боюсь ошибиться, потому что там есть некий трёхлетний план повышения. Я не помню сейчас точной цифры.

Вопрос: Но выше не будет?

А.Дворкович: В следующем году точно выше не будет, я не берусь сейчас предсказывать в 2013-м, 2014-м, но в 2012 году уже Правительство определилось.

Вопрос: Насколько будут повышены налоги нефтегазовых компаний?

А.Дворкович: По газовой отрасли есть предложение Минфина.

Реплика: 150?

А.Дворкович: Да, сейчас за базу взято, пока других планов нет. По нефти речь идёт не о повышении, а об изменении самой схемы налогообложения, когда она будет введена – в 2012 или в 2013 году, пока окончательно ясности нет, но внутри Правительства уже все близки к согласию по поводу этих параметров, имею в виду изменение всех элементов, в том числе и пошлин на нефтепродукты и акцизов на нефтепродукты, и НДПИ – там все элементы могут подвинуться.

Вопрос: Вы имеете в виду 60–65?

А.Дворкович: Да, эта схема – 66.

Ещё есть дискуссия. Не до конца договорились, Минфин говорит: вряд ли мы в 2012 году сможем уже ввести эту схему; говорят: скорее всего 2013 год, чтобы нам всё успеть проработать. Минэкономразвития считает, что можно уже в 2012 году ввести, там есть ещё вопросы. Но схема будет в ближайшее время утверждена.

Теперь по поводу патентов. Единственный большой вопрос, который остался по патентам, – это сроки ухода от единого налога на вменённый доход, остальные параметры более-менее определены, там есть некоторые споры по количеству метров торговых площадей для организаций, которые могут применять патент, а не другие системы, но это уже такие минимальные споры.

Самый большой вопрос, который остался, – это директивно сейчас устанавливать срок ухода от единого налога на вменённый доход или пока это оставить открытым вопросом. Эта тема будет в ближайшее время обсуждена. И если успеем до конца весенней сессии, значит, может быть, уже и сейчас примем, если нет – тогда в сентябре это будет сделано.

И мы рассчитываем, что для этих компаний это будет всё‑таки достаточно серьёзным шагом по упрощению системы, и для многих это будет означать и снижение нагрузки, особенно с учётом высоких страховых платежей, хотя бы частично это компенсирует высокий уровень взносов в Пенсионный фонд.

Теперь по бюджетным учреждениям, по госзаданиям. Один момент, на который я хотел бы обратить внимание. Это привлечение к реализации этих функций некоммерческих организаций, небюджетных организаций. В принципе вся нормативная база действительно готова, и Президент об этом сегодня сказал. Есть один вопрос, связанный с соотношением госзаданий и госзаказа на выполнение услуг. Как сделать так, чтобы действительно была реальная конкуренция, чтобы госзадания полностью не заполняли весь рынок, как сделать так, чтобы осталась ниша для некоммерческих организаций? Пока здесь идёт дискуссия, чтобы одно не мешало другому. Ещё решение не найдено, но будет найдено в этом году.

По приватизации. Всё достаточно чётко было сказано. Министр экономического развития [Э.Набиуллина], после того как Президент закончил выступление, подтвердила, что предложения готовятся, до 1 августа предложения будут внесены по списку пакетов, которые будут приватизироваться, больше, чем ранее планировалось. Понятно, что конкретные даты продажи будут зависеть от рыночной ситуации в том числе, но всё будет тем не менее сделано.

Вопрос: Насколько все эти долгосрочные планы будут зависеть от кадровых перестановок как в Правительстве, так и высшем руководстве страны?

А.Дворкович: Я могу только сказать, что премьер также несколько слов сказал после окончания речи Президента, подтвердил, что все пункты, которые были названы, все поручения, которые даны, находятся уже в работе внутри Правительства. Это правда, мы не старались какие‑то революции совершать в Бюджетном послании. Всё, что здесь сказано, всё в работе, и это правильно абсолютно, то есть здесь нет каких‑то абсолютно новых идей. Есть некоторые акценты, конкретные решения по отдельным вопросам, но всё это темы, над которыми Правительство работает. И премьер сказал, что всё это должно быть безусловно выполнено. Это не подлежит никакому сомнению. Всё от «а» до «я» должно быть выполнено в те сроки, которые обозначены.

Вопрос: С помощью приватизации какая часть выпадающих доходов компенсируется? Уточните цифру. Какой выигрыш от приватизации?

А.Дворкович: Я думаю, что не менее половины.

Реплика: То есть около 200 миллионов?

А.Дворкович: Не меньше этой суммы. Может быть, даже больше, но не меньше.

Вопрос: Обсуждалось ли, как выполнено прошлогоднее Бюджетное послание?

А.Дворкович: Это не обсуждалось. Основные вещи перечислены. Кроме того, есть отчёт Правительства о выполнении прошлогоднего послания. Думаю, что мы его скоро опубликуем на официальном сайте, и тогда все это увидят. Просто доклад поступил буквально несколько дней назад. Он сейчас рассматривается Администрацией и будет доложен Президенту на следующей неделе… Если вещи, которые не выполнены, но большая часть выполнена.

Вопрос: А какие пункты, что выполнено и что нет?

А.Дворкович: Я сейчас в детали вдаваться не буду, потому что на следующей неделе эта работа будет завершена. Сегодня одну из тем Президент упомянул. Это закон о финансовом контроле, который даже не внесён. Ещё одна тема – это налог на недвижимость. Она сегодня опять была озвучена. Но это тема, которая уже несколько лет переходит из одного послания в другое. И процесс этот никак не завершается. Сейчас министерства говорят (все, которые причастны к этому процессу), что всё будет точно уже сделано и уже в 2012 году некоторые регионы, не все, некоторые, мы так планировали, перейдут на налог на недвижимость. Что очень важно: налог на недвижимость будет вводиться по мере готовности регионов, не будет массового ввода этого налога по всей стране. Там, где будет сделана кадастровая оценка, проведены все процедуры, там этот налог будет вводиться, где не будут проведены, там это будет через год, через два года, то есть период будет растянут.

Реплика: Но это несправедливо.

А.Дворкович: По отношению к кому несправедливо?

Реплика: Все равны у нас по Конституции, значит, кто‑то будет платить налог, кто‑то не будет?

А.Дворкович: Нет, не так. У нас налоговые ставки, льготы, вычеты, многие параметры налоговой системы отличаются по регионам, и здесь никакой проблемы нет. Дело в том, что мы его структурируем так, чтобы более 90 процентов людей остались в тех же финансовых условиях, чтобы налоговая нагрузка не повысилась. Она повысится только на тех, кто владеет большой недвижимостью либо большим количеством объектов недвижимости, либо крупными объектами недвижимости, а для более чем 90 процентов граждан платежи не поменяются.

Реплика: Речь о жилой недвижимости?

А.Дворкович: Да, речь идёт о жилой недвижимости.

Вопрос: А какие регионы в этом году?

А.Дворкович: Я сейчас список не могу назвать, лучше в Минэкономразвития по этому вопросу обратитесь, у них есть списки, где завершена оценка, где всё сделано, а где нет. У меня просто с собой нет, извиняюсь, не взял этих списков.

Что ещё хотел сказать? По децентрализации. Президент подписал распоряжение о создании двух рабочих групп под руководством Заместителей Председателя Правительства Дмитрия Козака и Александра Хлопонина. Первая группа будет заниматься правовой частью, вторая группа – финансовой частью, связанной с децентрализацией. Конечно, будем в рамках Администрации координировать действия этих двух групп. До 15 сентября должен быть предварительный отчёт об итогах работы; до декабря – окончательный финальный доклад с предложениями. В эти группы войдут губернаторы, представители Правительства, Администрации Президента, эксперты.

Речь идёт о том, что необходимо уже с учётом опыта последних трёх лет принять решение о передачи части полномочий на более низкий, близкий к людям уровень бюджетной системы, соответственно, передать и налоговые источники на те же самые уровни.

Вопрос: Значит, федеральный бюджет будет сокращён?

А.Дворкович: Да, в этом случае доля федерального бюджета будет сокращена. Думаю, что речь идёт об изменении долей примерно на пять процентных пунктов скорее всего, не думаю, что более резко. На пять процентных пунктов – это где‑то от полтриллиона до триллиона рублей, это такие большие суммы, то есть это не какие‑то минимальные изменения, а достаточно большие изменения могут произойти.

Министерство финансов говорит, что скорее всего это где‑то полтриллиона рублей. Думаю, что от полтриллиона до триллиона, где‑то в таком интервале.

Реплика: Если мы правильно поняли Кудрина, он сказал, что по техническим причинам это невозможно раньше 2013 года.

А.ДВОРКОВИЧ.: Скорее всего – да. То есть решения должны быть приняты… Доклад поступит в конце 2011 года, решения должны быть приняты в 2012 году, соответственно, в 2013 году произойдут уже непосредственно изменения, в том числе потому, что это может потребовать изменения налоговой системы. Мы пока не знаем, такое перераспределение возможно в рамках нынешней налоговой системы или нет? Нужно ли будет менять статус налогов с федерального на региональный, на местный и наоборот, то есть надо будет всё это внимательно анализировать и смотреть.

Вопрос: Повышение пенсий и пособий, о которых говорил Президент. Известны цифры, сколько может это стоить? То есть мы понимаем общую сумму выпадающих доходов.

А.Дворкович: Выпадающих?

Вопрос: Мы понимаем общую сумму бюджетных, бюджетной выемки, но сколько будет стоить именно повышение пенсий?

А.Дворкович: Нет, это разные вещи. То, что касается взносов. Это одна часть. Вторая часть – это дополнительные расходы вследствие повышения.

Вопрос: Известна ли их сумма?

А.Дворкович: Она известна, но я думаю, что реально эти цифры все будут представлены где‑то примерно через три недели для рассмотрения на совещании у Президента. То есть я сейчас цифры не буду называть, потому что Минфин их сейчас выверяет, проводятся совещания каждую неделю у Председателя Правительства по отдельным компонентам бюджета, в том числе и по этому вопросу, и где‑то через три недели мы увидим эти цифры. Мы тогда ещё раз можем вернуться к этому вопросу.

Вопрос: В Бюджетном послании каким‑то образом всё‑таки обозначен планируемый перевод государственных учреждений за пределы Москвы? Как это потом всё будет собираться?

А.Дворкович: В Бюджетном послании эта тема не звучит. Думаю, что в июле Президент проведёт совещание на эту тему, по крайней мере, так планируется сейчас, потому что есть разные предложения.

Вопрос: Вы не могли бы сказать, какие варианты, кто куда будет переводиться?

А.Дворкович: Нет. Я только могу сказать, что в ближайшие, наверное, часы всё‑таки выйдет поручение по итогам Петербургского форума, там будет обозначена дата, до которой должны быть внесены предложения на эту тему. И в июле будет совещание, на котором этот вопрос будет обсуждаться. Но Министр финансов сказал, что, с его точки зрения, это не потребует…

Реплика: Да он просто, как говорится, спит и видит, когда переедет из центра, где нет ни электроэнергии, где транспорт, где компьютеры не работают и так далее…

А.Дворкович: Всё везде работает. Ничего страшного не будет. Думаю, что, во‑первых, действительно, Москва сможет вздохнуть свободнее. Мы всё‑таки говорим о 10 миллионах жителей. Это не последний город в стране и в мире.

Реплика: Меньше «мигалок» будет.

А.Дворкович: И «мигалок», и перекрытий, и ограничений… Просто госучреждений очень много в центре. И их освобождение от чиновников позволит более свободно передвигаться по городу.

Вопрос: Извините, можно уточнить одну вещь? Когда Вы говорили о 60–66, я правильно Вас понял, что введение этой схемы возможно либо в 2012-м, либо в 2013 году?

А.Дворкович: Да.

Вопрос: Не этим летом? То есть решение может быть принято этим летом, а физическое введение новой схемы – в 2012-м, в 2013-м?

А.Дворкович: Хороший вопрос. Технически всё, что касается пошлин, может вводиться, конечно, в середине года, хоть завтра. Другое дело, как это влияет вообще на предсказуемость системы регулирования, я не уверен, что это правильно таким образом делать, даже если все согласны; лучше делать с какой‑то отсрочкой.

Вопрос: Чтобы компании могли подогнать инвестиционные планы под изменение апстрима, даунстрима?

А.Дворкович: Да, абсолютно. Поэтому – да, технически возможно прямо сейчас, но я всё‑таки считаю, что лучше делать с отсрочкой, как любые другие такого типа решения.

Реплика: А Минфин считает, что…

А.Дворкович: Нет, Минфин так же считает.

Вопрос: А кто считает, что нужно сейчас?

А.Дворкович: У меня такое ощущение, что Минэнерго готово ко всему в любой момент. Я не уверен, что это правильно.

Вопрос: Просто непонятно, о чём идёт дискуссия? Если все уже согласны несколько месяцев, кроме Татарстана.

А.Дворкович: Мне в Минэкономразвития сказали, что им ещё нужно пару совещаний, чтобы утрясти все окончательные моменты. Одно совещание будет на этой неделе, насколько я знаю, другое – на следующей, то есть в ближайшие дни. Я просто не уверен, что они смогут всё сделать сейчас.

Вопрос: Народ волнуется, это народная тема. Всё‑таки в ближайшие три года Вы можете дать гарантию, что рубль не будет девальвирован? В Белоруссии тоже говорили, что у них прочный рубль, и вдруг такая девальвация.

А.Дворкович: Что такое девальвация? Снижение стоимости, девальвация директивная. Девальвация – это всегда директивное решение, по сути, а снижение или повышение происходят каждый день, постоянные колебания. Поэтому аккуратнее с терминами нужно.

Реплика: Хорошо, ослабление рубля, если Вам больше этот термин нравится.

А.Дворкович: Нет, «ослабление» не нравится. Я в этом смысле абсолютно всегда поддерживал Андрея Николаевича Илларионова, который говорил, что нельзя пользоваться терминами «ослабление» и «укрепление», потому что крепкий рубль – это не значит, что дорогой рубль, это разные вещи, а слабый рубль – это не значит, что он дешёвый.

Вопрос: Хорошо, будет рубль дорогим или он всё‑таки может подешеветь?

А.Дворкович: Думаю, что, к сожалению, пока это зависит почти исключительно от цен на сырьё. К сожалению. А не от в целом конкурентоспособности экономики, вернее, как раз с этим и связано, поскольку конкурентоспособность пока что зависит…

Реплика: Это у нас зависит, а в других странах не зависит. Мы же сейчас с Китаем расплачиваемся рублями.

А.Дворкович: Думаю, что, даже если последние решения США по реализации стратегических запасов приведут к снижению цен, вряд ли эти цены упадут до тех уровней, которые мы видели в кризисный период. По моим ощущениям, цены всё‑таки должны остаться в разумном интервале.

Вопрос: Это примерно сколько в долларах или в евро?

А.Дворкович: Кто‑то говорит про 70–80, кто‑то говорит про 90–100, не ниже, ниже 70 никто не называет. Я про нефть сейчас говорю. При таких сценариях, если брать средний интервал, допустим, 80–90, то о чём большинство экспертов говорит, это в самом худшем варианте, то есть я говорю, что в среднем скорее всего цены останутся на уровне 90–100 даже при таких агрессивных действиях. Но в самом худшем варианте могут где‑то к 80 уйти. При таких сценариях я не думаю, что динамика курса будет…

Вопрос: Меняться?

А.Дворкович: Нет, он будет меняться. Конечно, рубль не будет дорожать так, как он сейчас дорожает. Он просто перестанет дорожать. Может быть, даже немножко ослабится потом, стабилизируется.

Вопрос: До какого предела?

А.Дворкович: Мы говорим все о низких процентах, то есть не о десятках процентов…

Вопрос: 30 долларов? 35?

А.Дворкович: Я абсолютные цифры не готов называть сейчас.

Реплика: Но народ волнует именно эта тематика. Видите, что в Белоруссии творится? Тоже было всё нормально, вдруг – раз, и всё…

А.Дворкович: Там нормально не было никогда. В Белоруссии нормально не было никогда. У них резервы всегда зависели исключительно от наших с ними отношений.

Вопрос: Мы виноваты?

А.Дворкович: Не мы виноваты, просто когда договорённости не выполняются, когда обязательства не выполняются, то, естественно, происходят неприятные события с ценами, потому что цены зависят, естественно, от контрактных отношений. Если они не выполняются, то и цены другие, и объёмы поставок меняются. От этого всё зависит в Беларуси. Больше нефти – больше резервов, потому что они больше перерабатываются, получают валюту…

Вопрос: Как‑то связаны наши экономики?

А.Дворкович: Они очень связаны.

Вопрос: Но неужели так бывает, что не повлияет на нашу валюту?

А.Дворкович: Повлияет, но не так сильно, повторяю. Это всё в пределах нескольких процентов. Не десятков, повторяю, – процентов.

Реплика: Но процентов – это много. Даже один процент – это немало.

А.Дворкович: Один процент – это 28 копеек. Мы же говорим о годовом изменении. Это привычные изменения, у нас на 10 процентов подорожал в последнее время рубль, он может также на 10 процентов подешеветь.

Тем не менее я считаю, что изменения в таких рамках – это вполне нормально для такой экономики, как наша, которая так зависит от цен на нефть. В Австралии на 30–40 процентов менялся курс …

Реплика: Не хотелось бы такого.

А.Дворкович: Я тоже этого не хочу, потому что у нас это было бы потрясением.

Реплика: На пенсиях отражается прежде всего.

А.Дворкович: Они в долларах платятся?

Реплика: Какая разница? Покупательная способность рубля падает. Значит, народ покупает на те же самые деньги, на пенсию, гораздо меньше того, что он мог бы купить раньше.

А.Дворкович: 90 процентов того, что покупают люди на пенсию, это товары, которые производятся, или услуги, которые производятся в России.

Реплика: Так считают в Правительстве…

А.Дворкович: Нет, это не так, как считают в Правительстве. У меня мама покупает всё на свою пенсию, она у меня денег на еду никогда не просит, и она покупает то, что доступно на её обычную пенсию, абсолютно обычную, ничем не отличающуюся от других.

Реплика: Но цены же повысятся всё равно.

А.Дворкович: Повторяю, 90 процентов того, что она покупает, это российские товары.

<…>