Пресс-конференция по итогам российско-белорусских переговоров

В.Путин: Уважаемый Александр Григорьевич!

Уважаемые дамы и господа!

Коротко проинформируем вас о результатах нашей сегодняшней работы.

Переговоры с Президентом Белоруссии, как и всегда, впрочем, были насыщенными и конструктивными, что в полной мере отвечает характеру отношений между нашими странами.

Я уже не раз говорил и сегодня хочу ещё раз повторить: Белоруссия для нас – добрый сосед и ближайший союзник. Российско-белорусское сотрудничество строится на принципах взаимного уважения, поддержки и учёта интересов друг друга. Тесные дружеские узы между народами России и Белоруссии подкреплены общей историей и духовными ценностями, а зачастую и семейным родством.

Республика – наш главный торгово-экономический партнёр на пространстве СНГ и по результатам 2020 года ‒ третий среди всех наших партнёров в мире. В текущем году товарооборот вернулся на траекторию роста и уже превысил допандемийный уровень – в январе-июне составил 17,8 миллиарда долларов, рост [составил] плюс 34,9 процента, почти 35 процентов.

На Россию приходится почти 50 процентов всей внешней торговли Белоруссии. При этом наша страна лидирует и по объёму инвестиций в белорусскую экономику.

Поэтому не случайно, что в ходе сегодняшних переговоров акцент был сделан на торгово-инвестиционной составляющей российско-белорусских отношений и на вопросах, связанных с интеграцией в рамках Союзного государства.

Как вы знаете, правительствами двух стран на протяжении нескольких лет – мы сегодня посчитали, мы активизировали эту работу где-то года три-четыре назад – велась энергичная работа над пакетом документов по дальнейшему углублению интеграционных процессов между Россией и Белоруссией.

Речь идёт о двадцати восьми так называемых союзных программах, которые нацелены на унификацию законодательства России и Белоруссии в различных областях экономики, на выравнивание условий деятельности хозяйствующих субъектов двух стран, построение единых финансовых и энергетических рынков, транспортного пространства, формирование и реализацию общей промышленной и сельскохозяйственной политики.

И сегодня хотел бы с удовлетворением отметить, что согласованы все двадцать восемь программ. Завтра имеется в виду одобрить их на заседании Совета министров Союзного государства в Минске, после чего они будут вынесены на утверждение Высшего Государственного Совета Союзного государства, заседание которого планируется провести до конца текущего года. Мы договорились с Александром Григорьевичем, сейчас посмотрим наши графики и определим более-менее точную дату.

Буквально в двух словах позвольте рассказать о сути и содержании этих программ.

Ряд из них направлен на гармонизацию налогового и таможенного законодательства двух наших стран. В частности, предусматривается подписание договора об общих принципах взимания косвенных налогов, внедрение интегрированной системы администрирования косвенных налогов в рамках Союзного государства. Цель – чтобы была видна структура цены товара.

Также определены общие ориентиры формирования в перспективе единой денежно-кредитной политики, осуществления валютного регулирования, интеграции национальных платёжных систем и создания общего платёжного пространства в рамках Союзного государства. Всё это поможет обеспечить добросовестную конкуренцию и нарастить деловую активность на финансовом рынке, а также эффективно реагировать на риски отмывания денег и финансирования преступной деятельности, включая терроризм.

Достигнуты договорённости и по весьма чувствительным для белорусской стороны вопросам, связанным с ценообразованием на российские энергоносители. По итогам длительных дискуссий удалось выработать взаимоприемлемые подходы по газовой тематике. Цена для Белоруссии на российский природный газ на 2022 год сохранится на уровне текущего года.

При этом до 1 декабря 2023 года будет подписан документ по созданию объединённого рынка газа в рамках Союзного государства. Кроме того, предусмотрено заключение договора об объединении рынков нефти и нефтепродуктов, а также договора о едином рынке электроэнергии.

Подчеркну, что в рамках реализации союзных программ будут выработаны и единые подходы к законодательству в области трудовых отношений, охраны труда, занятости населения, социального страхования и пенсионного обеспечения, поддержки семей с детьми.

Реализация союзных программ станет серьёзным шагом на пути создания единого экономического пространства между двумя нашими странами, как это и было предусмотрено Союзным договором 1999 года.

В конечном итоге это придаст мощный импульс, стимул дальнейшему росту экономик двух стран, будет способствовать увеличению производительности труда, послужит интересам крупного, среднего и малого бизнеса, поможет в создании дополнительных рабочих мест.

Российские и белорусские деловые круги получат возможность расширить свою активность на территории Союзного государства, в том числе путём создания новых совместных предприятий, увеличения своих экспортных возможностей.

Но что важнее всего, значительную выгоду от интеграции, надеемся, будут ощущать простые граждане двух стран. Россиянам и белорусам будут гарантированы равные права и возможности в экономической и социальной сферах и, самое главное, будут созданы все необходимые условия для реального повышения уровня жизни и благосостояния наших граждан.

Сегодня нами также обсуждены вопросы строительства единого оборонного пространства и обеспечения безопасности Союзного государства на внешнем периметре.

В этом контексте большое внимание и значение – большое внимание мы уделили, а большое значение имеют предстоящие совместные учения на территории России и Белоруссии «Запад-2021». Эти учения не направлены против кого бы то ни было. Но их проведение логично в условиях, когда другие объединения, НАТО, например, активно наращивает своё военное присутствие вблизи границ Союзного государства и пространства ОДКБ.

Александр Григорьевич рассказал о внутриполитической ситуации в Республике Беларусь, которая заметно стабилизировалась.

В заключение, возвращаясь к основной теме сегодняшних переговоров, отмечу, что развитие равноправного и взаимовыгодного сотрудничества в рамках Союзного государства было и остаётся безусловным стратегическим приоритетом для наших двух государств.

Хотел бы выразить признательность правительствам, министерствам и ведомствам, экспертным командам двух стран, принимавшим участие в разработке и согласовании союзных программ. Благодаря, уважаемые коллеги – сейчас обращаюсь именно к ним, – вашей слаженной кропотливой работе удалось добиться по-настоящему внушительного результата на интеграционном треке. Исходим из того, что – опять же обращаюсь к своим коллегам из правительства – вы будете и дальше действовать в таком же духе.

Благодарю вас за внимание.

А.Лукашенко: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые представители средств массовой информации!

Традиционно протокольно прежде всего хочу поблагодарить моего коллегу, Президента России, за тот приём, который был оказан сегодня нашей делегации, а также предельно честный, открытый и конструктивный характер сегодняшней встречи.

Кроме всего прочего, у всех вас сегодня, журналистов, наконец-то появилась возможность услышать из первых уст о результатах встречи. Надо честно признать, мы не очень-то баловали вас такими встречами после наших длительных переговоров.

Начну с самой объёмной и, наверное, с самой раскрученной темы сегодняшнего разговора. Всех интересует судьба союзных программ. С учётом того, что сказал только что Президент России, попробую что-то дополнить. Но хочу перед вами извиниться, что приходится начинать именно с истории этого вопроса.

Только что Президент сказал, что эта работа началась более трёх лет тому назад, и мы действительно реагировали на те замечания, претензии и критику, которая раздавалась в России и в Белоруссии, что, мол, Союзное государство потеряло некий свой темп.

Предметная работа над так называемыми «дорожными картами», вы это помните, началась, как я уже сказал, три года с лишним тому назад. Карты, по сути, представляли собой некие интеграционные контуры по отдельным направлениям, то есть «дорожные карты» указывали схематично тот путь, по которому мы готовы были идти, рассматривая ту или иную тему межгосударственных отношений. То есть начертали какие-то схемы.

Каждая же из сегодняшних программ – а программами они стали где-то полтора года тому назад, когда мы подошли к конкретным договорённостям, мы подумали о том, что, наверное, схем сегодня уже достаточно, надо бы было конкретные планы реализовывать, чтобы ответить на запросы наших людей, так вот каждая из программ – это уже конкретный план мероприятий, согласно которому мы будем двигаться. Правительства проделали колоссальную работу. Мы с Владимиром Владимировичем все принципиальные решения сегодня приняли, которые касались нас.

Чтобы не пересказывать содержание рассмотренных документов – они будут обнародованы, это не секрет, – выделю самое главное в них. Это равные права для субъектов хозяйствования наших стран – Беларуси и России. Те самые равные условия, о необходимости которых различные представители Беларуси, в том числе я как Президент, говорим на протяжении многих лет. Это основа основ. Мы полноправные партнёры. Для всех компаний на рынках Беларуси и России должна быть честная конкуренция. Именно ради равноправия, выгодной кооперации, плодотворного сотрудничества и затевалась белорусско-российская интеграция.

В союзных программах чётко прописаны механизмы развития единого экономического пространства, формирование объединённых отраслевых рынков, реализация гармонизированной финансовой, налоговой, кредитной, ценовой, торговой политики.

Дополнительно отмечу: решение проблемы поставок в Беларусь энергоносителей, рост объёма транспортных услуг, финансирование новых инвестиционных проектов; выход на единые принципы реализации аграрной, промышленной политики, повышение уровня взаимных социальных гарантий для граждан наших стран. Более подробно об этом только что сказал Президент России.

Но впору спросить наших критиков в Беларуси – именно в Беларуси, – которые очень много, – и беглые, и живущие в Беларуси так называемые оппозиционеры, – критикуя меня и власть, кричали, вот я хочу спросить у них, а у критиков нашей интеграции в России хочу поинтересоваться: и где вы видите здесь гирю на ноге Российской Федерации? Ничего плохого для народов Беларуси и России в этих программах нет и быть не могло, всё нацелено, как было сказано Президентом России, на рост благосостояния наших народов. И надо, наверное, уже поставить точку в этих всех разговорах: наша интеграция носит исключительно взаимовыгодный характер.

Принципиально важно, что нам удалось достичь взаимопонимания по всем основным направлениям. Наши правительства безотлагательно займутся дошлифовкой некоторых моментов уже завтра в ходе заседания Союзного Совмина в Минске. Если будут одобрены и согласованы последние штрихи – а мы в этом уверены, – готовы утвердить пакет союзных программ, как было здесь сказано Президентом России, на заседании Высшего Государственного Совета. Сегодня постараемся определить дату проведения ВГС.

Нас часто, кстати, обвиняют в том, что Союзное государство – сугубо политический проект. Нет, это уникальное интеграционное объединение, продвинутое по всем направлениям, и в политике тоже: возьмите наш военно-политический союз, мы же это не скрываем. По многим направлениям, как внешняя политика, оборонная политика, безопасность, мы продвинулись далеко.

Подчеркну, жизнь убедительно доказывает, что всё, что мы делаем, направлено во благо и конкретные потребности наших людей. Белорусы и россияне не чувствуют себя чужими в обеих странах: могут свободно передвигаться, получать образование, трудоустраиваться. Это дорогого стоит. Причём люди уверены, что это само собой разумеется, что так было всегда. Это и есть наилучшее доказательство жизнеспособности нашего союза. Я абсолютно убеждён, что углубление интеграции, наращивание разнопланового взаимодействия – самый показательный, действенный ответ всем нашим недоброжелателям. Вместе мы только сильнее.

В начале наших переговоров Президент России сказал очень важную и интересную фразу: мы выходим из ситуации ошалевшего от пандемии мира, где за этот период и объёмы производства, и многие другие процессы слишком обнулились и упали. Нам надо искать дополнительные стимулы для развития социально-экономической жизни стран. Он об этом сказал, и это очень точно. Мы в этом союзе двух стран ищем эти плюсы, для того чтобы преодолеть негативные последствия пандемии.

Мы также сегодня детально обсудили актуальные международные проблемы, наши отношения с соседними странами и объединениями, подробно остановились на обстановке в зонах нестабильности, прежде всего в Афганистане, с точки зрения угроз для национальной безопасности Союзного государства России и Беларуси. В данном контексте первоочередная важность – обеспечение всесторонней безопасности наших стран и ОДКБ в целом. Единую позицию по этому вопросу мы все вместе утвердим в ходе предстоящих мероприятий в Душанбе.

Даже мы, находясь в центре Европы, далеко от театра так называемого военных действий, ощутили на себе последствия афганского кризиса. Посмотрите, что творится с беженцами на наших границах, как ведёт себя прогрессивный Запад, более того, постоянно уже бряцая оружием. Естественно, в этих условиях мы затронули тему союзного военного учения «Запад-2021». Совместное противодействие общим вызовам и угрозам будем только наращивать. И здесь не надо кричать, что мы проводим эти учения. У нас есть армия, у нас есть совместная группировка на западном направлении, и её надо учить, её надо обучать военному ремеслу. Мы ничего исключительного не делаем, чего не делают наши соперники и противники.

Также рассмотрели конкретно вопросы дальнейшей нормализации транспортного сообщения, кооперации в области микроэлектроники и в строительной сфере. Да, мы уверены, что практику использования научно-технического производственного потенциала в Союзном государстве необходимо расширять.

Понятно, что не все узлы в наших отношениях ещё развязаны. При таком объёме взаимодействия это нормально, но платформа для дальнейшего движения создана. Благодаря ей мы будем и дальше обеспечивать социальные гарантии, поступательно повышать благосостояние белорусов и россиян.

Многим покажется, Владимир Владимирович, что наши переговоры по этим темам, союзные программы слишком растянуты во времени и, может быть, мы чрезвычайно аккуратно, мягко говоря, относимся к этим проблемам. Иначе быть не может, потому что когда-то, в середине 1990-х, к концу 1990-х, и когда мы с Вами обменивались ратификационными грамотами по Союзному договору, мы договорились сохранить разноскоростную, разноуровневую интеграцию. Союз Белоруссии и России, Евразийский – тогда – Таможенный союз, который создавался по Вашей инициативе, настойчивой инициативе, и СНГ. В этих трёх уровнях на постсоветском пространстве разные скорости, но мы всегда были впереди. И тогда ещё шла речь при Президенте Ельцине о том, что, может быть, отказаться от Союзного государства, Союза Белоруссии и России, перенести эту площадку в Евразэс. Тогда нам мудрости и ума хватило не делать этого. Новый Президент России это поддержал, и мы не ошиблись. Мы показываем пример, каким образом надо двигаться в Евразэс и в СНГ тем более. То есть мы как бульдозер идём впереди, расчищая дорогу для будущих, мы надеемся, объединений и союзных объединений на постсоветском пространстве. Союз – это пример, это тот путь, по которому придётся идти тем государствам, которые будут рассчитывать на более тесный союз.

Деликатно Президент России не сказал о разного рода рассуждениях, что кто-то кого-то поглотит и так далее и тому подобное. Должен сказать, что мы этой болезнью и не болели с Президентом России. Если кто-то этим болел, можем подлечить. Я недавно сказал: мы достаточно умные люди, и если нам понадобится иметь абсолютно тесные отношения ещё мощнее, чем в унитарном государстве, мы с ним это сделаем элементарно. Поэтому не надо бряцать старыми фразами и терминами, что мы стараемся кого-то поглотить или объединиться вопреки желаниям наших народов. Захотели сделать – 28 направлений вычленили и реализовали за три года. Может быть, три года – много, но это миг в истории. Поэтому не надо в этом плане переживать, мы сделаем всё, что в интересах народа. И если нам нужна будет ещё более тесная военная, политическая, другое направление возьмём, экономическая интеграция, мы это сделаем мгновенно, как только почувствуем запросы наших людей в Беларуси и в России.

Самое главное сейчас, мы с Владимиром Владимировичем обсуждали это, мы подписали эти 28 программ, а это концептуальный взгляд на ту или иную проблему. Сейчас надо переворошить массу внутреннего законодательства и наши совместные договорённости, приспособив их или поставив их в ту колею, которую мы определили с Президентом России и которую окончательно, как он сказал, утвердим на заседании нашего Высшего Государственного Совета.

Спасибо.

Вопрос: Здравствуйте!

У меня вопрос, Владимир Владимирович, к Вам.

Действительно, перечень вопросов, которые содержат союзные программы, выводит союзную интеграцию наших двух стран на высочайший, глубочайший уровень.

Надо отдать должное правительствам, которые смогли договориться по целому ряду очень чувствительных, принципиальных вопросов: это и денежно-кредитная, валютная политика, работа таможенной, налоговых систем, ряд отраслевых проблем, сближение по социальным гарантиям. Но надо и признать тот факт, что на протяжении целого ряда лет из года в год развитие Союзного государства сдерживалось рядом проблем торгово-экономического плана. И откровенно говоря, белорусам ряд этих проблем не очень понятен. Например, условия работы белорусских перевозчиков в России хуже, чем для тех же литовцев или поляков, и это притом что о создании общего экономического пространства страны договорились уже более 20 лет назад.

В связи с этим вопрос: как Вы считаете, эти союзные программы, их принятие и реализация, позволят ли они обнулить, скажем так, весь тот ворох застарелых обоюдных проблем и не тянуть их в будущее?

В.Путин: Вы так сверху посмотрели на те вопросы, по которым нам трудно было найти решение. Но если начинать забираться вовнутрь, то становится понятно, почему мы там сложно шли к этому согласованию. Потому что одна сторона считала, что достаточно принять какие-то решения на правительственном уровне оперативного характера и всё будет решено, а другая сторона считала, что по некоторым вопросам те или иные решения невозможно принять, пока не приняты более фундаментальные.

Я сейчас сказал, о чём договорились, я сейчас повторю ещё раз, это имеет абсолютно принципиальное значение. Итак, мы договорились о проведении общей макроэкономической политики. Я сейчас не буду вдаваться в детали, вы, наверное, понимаете, о чём идёт речь. Затем – о гармонизации денежно-кредитной политики, интеграции платёжных систем, договорились об обеспечении информационной безопасности, об углублении сотрудничества в таможенной и налоговой сфере. То есть речь идёт о прозрачности таможенной стоимости товара и определении прозрачной структуры стоимости товара в экономике вообще.

Наши эксперты считали, что без решения этих вопросов нельзя переходить ни к каким другим [вопросам] по отдельным товарным группам, включая и энергоносители. Мы договорились о создании единой методологии, что очень важно, для гармонизации всех косвенных налогов и о создании органа, который будет контролировать эти процессы. Когда экономика станет прозрачной, когда будет понятно, какова стоимость товара, который ввезён на территорию нашего любого государства – или в Россию, или в Белоруссию, а потом поступает на наши таможенные территории, – тогда можно говорить о его реальной стоимости. И это позволило нам договориться о другом – договориться о том, что мы переходим к единой промышленной политике и к доступу к госзакупкам и госзаказам. А это уже переход в абсолютную конкретику в работе по этим направлениям.

Но мы долго спорили. Надо сказать, что наши белорусские партнёры – сложные переговорщики, но всё-таки постепенно, раскладывая всё по косточкам практически – не практически, а договорились по всем этим вопросам. Мы с Александром Григорьевичем сегодня это и констатировали. Всё в деталях, понимаете, все проблемы. Когда до деталей добрались, всё разложили, тогда этот пазл собрали вместе, и надеюсь, что это всё заработает.

Вопрос: Спасибо большое.

Ещё, если можно, маленький вопрос, раз есть такая возможность: обсуждали ли сегодня авиационное сообщение и восстановление работы в полноформатном режиме после COVID-19 и в целом развитие? Может быть, какие-то решения приняты?

В.Путин: Нет, мы обсуждали это в прошлый раз. В этот раз Александр Григорьевич вопроса не поднимал, но Александр Григорьевич пока не знает о решении, которое только что состоялось на правительственной комиссии здесь, недалеко от нас, в Доме Правительства. Принято решение снять все ковидные ограничения, касающиеся авиационного транспорта.

А.Лукашенко: Вы мне об этом не говорили.

В.Путин: Я не говорил, сейчас ставлю Вас в известность об этом.

А.Лукашенко: Спасибо.

В.Путин: До того, как эти так называемые ковидные ограничения были введены, у нас в неделю было свыше 200 рейсов – 201 рейс был в неделю, а сейчас 36.

Я не думаю, что за два дня восстановится доковидный уровень – до 200 с лишним полётов, – это зависит всё от рынка, от перевозок. Но полагаю, что восстановление пойдёт быстро, в том числе и потому, что будут, надеюсь, быстро и эффективно реализовываться те договорённости, те программы, о которых мы вас информируем.

Вопрос: Здравствуйте!

Вопрос обоим президентам: вы затронули темы интеграции экономической, а какие перспективы интеграции политической? И они вообще есть?

И возвращаясь к программам Союзного государства, будут ли для Белоруссии специальные цены на энергоносители и планируется ли создание единого регулятора энергетического рынка Союзного государства? Также интересует вопрос: есть ли решение по поводу единой валюты Союзного государства и обсуждалась ли дополнительная кредитная поддержка Минска?

В.Путин: Что касается политической интеграции, то такие задачи ставились в Союзном договоре с самого начала, когда формировался Союзный договор в 1997 году, когда подписывался, по-моему, чуть позже, в 1999-м.

Мы считаем, так же как ваш коллега сейчас задавал вопрос по поводу отдельных товарных групп, о чём могли договориться, о чём не могли, и мы пришли к выводу о том, что нужно решать не по каким-то отдельным позициям, которые выгодны или невыгодны какой-то стороне, а решать в комплексе, создавая прочную экономическую базу для продвижения по вопросам чувствительным, но всё-таки частным.

Так же и здесь. Мы исходим из того, что сначала нужно создать, несмотря на всё благородство этой цели, – политическая интеграция – экономический базис, экономическую основу, фундамент для того, чтобы двигаться дальше, в том числе и на политическом треке. Мы этих вопросов пока не обсуждали. Повторяю ещё раз: полагаем, что прежде всего нужно заняться экономикой, а всё потом естественным образом будет требовать дополнительного регулирования, в том числе, может быть, и на уровне союзного парламента – я не исключаю, что такой может быть создан. Но для этого нужно, что называется, подрасти. Мы этого не обсуждали, и такие вопросы в повестке дня не стояли.

Вторая часть вопроса. Я уже сказал, что по отдельным товарным группам мы будем решать вопросы в комплексе, хотя мы понимаем, что по энергоносителям вопрос очень чувствительный. Поэтому, я уже сказал, мы оставим для Белоруссии на следующий, 2022 год такую же цену без изменения – цена для Белоруссии 128,5 доллара за тысячу кубов. Хочу вас проинформировать, если вы не знаете: цена на европейском рынке – 650 долларов за тысячу кубов. Так что разница, мне кажется, понятна.

И мы даже не индексируем для Белоруссии цену по долларовой инфляции, а она там приличная: они планировали два процента, а на самом деле у них получается пять с лишним. Сейчас говорят, чуть поменьше, но в два, в три раза больше, чем целевая. Но мы даже ни на российскую инфляцию, ни на доллар не индексируем, оставляем в рамках текущего года. Но потом, я уже сказал, мы тем не менее будем вырабатывать общие подходы и на рынке газа, и на рынке нефти и нефтепродуктов.

И третье?

Вопрос: Дополнительная кредитная поддержка Минску планируется?

В.Путин: Да, это правительства договариваются. Мы с Александром Григорьевичем тоже говорили на этот счёт. Общий объём кредитов с сентября текущего года до конца 2022 года составит где-то 630 миллионов долларов примерно, 630–640, может быть, – за 600 миллионов долларов.

А.Лукашенко: Что касается политической интеграции, абсолютно поддерживаю Владимира Владимировича, но он поскромничал, не сказал о своей роли в решении этого вопроса.

В своё время очень серьёзно упёрлись лбом в некоторые проблемы, в том числе и политического характера, в нашем Союзе. И тогда Владимир Владимирович произнёс крылатую фразу на переговорах здесь же, в этом кабинете, где мы сегодня вели разговор один на один, тогда – в широком составе, упрекнув наших специалистов, которые работали, белорусских и российских: если мы лбом упёрлись в эту проблему и видим, что сегодня не можем решить, давайте мы её отложим до того времени, когда мы сможем её решить, когда созреет для этого время. С тех пор мы особо не политизировали наши переговоры в этом плане.

Но я только что сказал честно и откровенно: если нам надо будет, то мы вернёмся к любой проблеме, в том числе и политического характера, и будем исходя из этого выстраивать наши отношения. За нами не заржавеет, как в России и в Белоруссии говорят. Главное, чтобы этого хотели народы. Поэтому я поддерживаю тезис Президента о том, что придёт время, созреете – за нами дело не станет.

Что касается специальных цен, вы должны знать, что у нас вообще по всем товарам специфика цен состоит в том, что у нас в Союзе и даже в Евразэс, по-моему, беспошлинная торговля. У нас беспошлинная торговля, пошлин нет – с определёнными изъятиями пока на энергоносители. Владимир Владимирович говорил про газ. В связи с тем, что здесь есть изъятия, мы практически каждый год корректируем цену, в том числе на газ. По нефти мы вышли на уровень торговли по мировым ценам с учётом изъятия пошлины, если мы продаём нефтепродукты за пределы Беларуси.

Что касается кредитной поддержки, опять Владимир Владимирович не сказал, но я должен признаться, что я просил его о том, что нам не нужны новые кредиты. Если мы от атомной станции, на которую нам выделен определённый кредит – это практика Российской Федерации во всём мире, – что-то сэкономим, я его попросил: ты мне дай эту экономию как кредит. Ответ был такой: подумаем, если будут хорошие, выгодные проекты для Беларуси и России. Нас это устраивает. Ну и тот кредит, о котором только что сказал мой коллега.

Что касается единой валюты, я хочу, чтобы вы как журналисты понимали: вопрос не в том, что Путин или Лукашенко тормозят эти процессы. Мы изучали, помните, эту проблему, и тогда Центральный банк России и наш Национальный банк в один голос попросили нас к этому вопросу пока не подходить. Они заявили о том, что ни они, ни наши страны не готовы к этому. Мы с Президентом, услышав их, отложили эту проблему в сторону. Но это не значит, что мы к ней не вернёмся. Вопрос не в валюте – будет доллар, евро или рубль расти, вопрос всегда у нас упирался в единый эмиссионный центр. Вот здесь есть определённая проблема. Думаю, что даже в нашу бытность мы ещё с Президентом решим эту проблему.

Вот я что хотел бы добавить из истории вопроса.

В.Путин: По единой валюте – мы согласны с этим, и Александр Григорьевич согласился, очень важно как раз проведение единой макроэкономической политики. Первые шаги сделаны в этом. Я уже говорил о том, что Центральный банк России и [Национальный] банк Белоруссии должны гармонизировать денежно-кредитную политику, добиться интеграции платёжных систем, информационной безопасности в финансовой сфере. Это всё подход к более сложному и тяжёлому снаряду.

А.Лукашенко: Да, правильно.

В.Путин: Надо постепенно. Это всё сейчас в «картах» есть, в этих программах. Поэтому там действительно видно будет. Смотрите, в том же Евросоюзе страны с более слабой экономикой страдают. Они могли бы там что-то девальвировать в известной ситуации – они не могут, у них нет национальной валюты. А евро крепкая [валюта] – и всё, и чего им делать? Только один способ: цены поднимать на всё. А это чревато тяжёлыми социальными последствиями. Поэтому нам нужно очень аккуратно действовать, надо анализировать плюсы и минусы, положительные стороны наших соседей и отрицательные примеры. Мы стараемся это делать.

Вы говорили про цены на энергоносители. Я сказал, на споте сейчас, на свободном рынке в Европе, 650 долларов за тысячу кубов. Но это умники ещё в прошлом составе Еврокомиссии придумали рыночное ценообразование на газ – вот результат вам.

А у нас-то подход другой. У нас тоже рыночное ценообразование, эта цена привязана к цене на нефть. Никто её не регулирует, рынок регулирует. Но колебания идут гораздо более мягко, а здесь в ПХГ не закачали нужный объём до 27 миллиардов, у них там дырка получается, не хватает, и ещё кое-какие проблемы, всплеск деловой активности – и всё, цена на газ начала обгонять цену на нефть и на нефтепродукты. Видите, как скакнула.

А по долгосрочным контрактам и по нашему принципу ценообразования «Газпром» не продаёт по такой цене. И те, кто согласился заключать с нами в Европе долгосрочные контракты, сейчас могут только руки потирать и ликовать, иначе пришлось бы платить по 650. А «Газпром» в ту же Германию продаёт по 220 – во всяком случае, совсем недавно это было.

С ростом цен на нефть и эта цена подрастёт, но это будет мягкая вещь. И «Газпром» в этом заинтересован на самом деле, потому что это создаёт определённую подушку безопасности и для него. Не будет резкого падения и обвала цен. Вот в чём всё дело. Выгодно всем. Ну так вот в своё время напридумывали в Еврокомиссии, теперь пожалуйте бриться, получили искомый результат.

Вопрос: Александр Григорьевич, Владимир Владимирович!

У меня вопрос о мигрантах. Это следствие того, что мы наблюдаем сейчас в Афганистане, и Беларусь здесь, в общем-то, зацепило. Гуманитарный кризис в европейском приграничье сейчас обостряется и набирает обороты, а в ЕС закрывают глаза, скажем, на действия польских властей по отношению к беженцам из Афганистана, других стран. Вместо того чтобы помочь, они их выдворяют, выкидывают за пределы своей территории и делают это бесцеремонно, безжалостно, довольно жёстко, с использованием спецсредств. Это, конечно, имеет мало отношения к правам человека, к демократическим принципам, о которых Запад любит говорить.

Вопрос вот в чём: стоит ли в ближайшее время ожидать каких-то совместных действий Минска и Москвы по урегулированию этой проблемы?

А.Лукашенко: У вас очень интересные факты.

В.Путин: К совместным действиям меня призывают мои западные коллеги и европейские лидеры некоторых стран, как раз ссылаясь на то, что кризис на белорусско-литовской, белорусско-польской границе возник. Меня просят как-то на это повлиять. Ответ очень простой: это нас не касается, это не наша граница. Это граница Республики Беларусь и государственная граница Литвы и Польши.

В этой связи встаёт первый вопрос. Все хотят в принципе и разговаривают напрямую с движением «Талибан», хотя оно внесено в список террористических организаций Организации Объединённых Наций. Но тем не менее говорят, что да, «Талибан» контролирует территорию, надо с ним разговаривать. Но Президент Белоруссии Лукашенко Александр Григорьевич пришёл к власти не в результате вооружённой борьбы, а путём голосования. Нравится результат кому-то, не нравится – это другой вопрос. Мой ответ такой: идите, разговаривайте с властями Белоруссии, что вы с нами-то разговариваете? Поэтому Россия здесь ни при чём. Это первое.

А второе, действительно, многие просят нас помочь вывезти граждан третьих стран, а даже и некоторых афганцев с территории Афганистана. Мы это делаем. Не подпольно, мы тоже договариваемся с лидерами «Талибана» по отдельным категориям граждан, и делаем это. Но и европейские страны тоже говорят о катастрофе, которая там происходит, винят себя, бьют цепями и посыпают голову пеплом за то, что они бросили там своих людей. Но если это так, а часть афганцев приходит на белорусско-литовскую или белорусско-польскую границу, пускай там не только одни афганцы, но выгоняют-то с территории европейских государств всех подряд, в том числе и афганцев, – я не понимаю этой логики. Можно в чём угодно обвинять Белоруссию, но этих-то возьмите, хотя бы отсейте и возьмите хотя бы афганцев. Куда их – выталкивать назад, в Афганистан? А потом будут просить, чтобы мы их оттуда вывезли, что ли? Логики никакой.

Я не буду давать никаких политических оценок, но ещё раз хочу подчеркнуть только одно, что Россия здесь ни при чём, это суверенное дело Белоруссии и её соседей.

Вопрос: Можно дополнение? А Ваша личная оценка этой ситуации? Вы верите в то, что Беларусь, как говорят на Западе, развязала гибридную войну по отношению к Евросоюзу?

В.Путин: Знаете, таких хлёстких заявлений очень много. Мой белорусский коллега сам большой специалист по хлёстким заявлениям, Вы его спросите, он вам сейчас наговорит.

А.Лукашенко: Не могу я при Вас тут…

В.Путин: Нет, не надо.

Поэтому… что там, войну кто-то развязал? Не знаю. Ответ очень простой: вы хотите прояснить вопрос, прояснить проблему, хотите по-настоящему действительно решать – обращайтесь к белорусским властям на любом уровне, я не знаю на каком, и решайте проблему с соседним государством. Мы-то здесь при чём?

А.Лукашенко: Вы знаете, Владимир Владимирович опять сделикатничал, мы-то хорошо знаем, и я его информировал об этом, мы обсуждали эту проблему. Европейский союз и другие пытаются решать эту проблему, в том числе предъявляя некие претензии руководству России, в том числе моему коллеге: вы, мол, повоздействуйте, надавите там на Лукашенко – и так далее и тому подобное. Я ему благодарен за его позицию, которую он везде высказывает: есть в Беларуси руководство, есть власть, пожалуйста, как сказал Президент, обращайтесь, решайте эту проблему, решайте эту проблему там. Видите ли, они с нами разговаривать не могут, потому что там вроде бы то ли Президент нелегитимный, то ли власть не такая. А вот с талибами – это другое, как у нас говорят, это другое, там они могут разговаривать и вести диалог. Поэтому я благодарен Президенту России и руководству за такую позицию. Эта позиция находит понимание и у меня лично, и у руководства нашей страны.

Во-вторых, мы упустили один момент, наверное, – вообще-то не упустили, журналисты и России, и Беларуси это хорошо знают: как только закончилась эта острая фаза присутствия Соединённых Штатов Америки в Афганистане, они что заявили? Они обратились ко всем, в том числе и к России, и к центральноазиатским республикам, и дали команду, подчёркиваю, дали команду Европейскому союзу: всех, кто будет бежать – я по-простому говорю – из Афганистана, примите. Мы недавно на онлайн-конференции, на видеоконференции обсуждали эту проблему и выработали практически единое мнение, как нам поступать. Европейцы взяли под козырёк и позвали этих афганцев к себе. Покопайтесь, совсем недавно было.

Но если вы их позвали, так возьмите, откуда бы они ни пришли, они же на вас работали это время. Там же сотни тысяч людей, афганцев, работали 20 лет на тех, кто сегодня бросил их и сбежал в свои норы. Какие претензии здесь ко мне или к белорусам, тем более к России?

Но надо понимать, что некоторые афганцы, иракцы, – Ирак они тоже разрушили, это не мы и не Россия – они бегут с Ливана, с Сирии, с других стран, куда они вторглись, они бегут через Россию, через Белоруссию и напрямую в Белоруссию. Это касается непосредственно России и Белоруссии. Мы их не звали, и они вообще к нам не идут, они через нас идут туда, куда их позвали. Берите, это ваша проблема – такова наша позиция.

И потом что вы от нас требуете? Вы против нас каждый день вводите всё новые и новые санкции. Мы уже по санкциям опередили на порядок Российскую Федерацию. Буквально за полгода они ввели столько санкций, и я что, должен их или белорусский народ должен их защищать на границе? Нет. Они свернули все программы под договор о реадмиссии, и вы это знаете. Так получайте теперь плоды своей политики.

И посмотрите на их лицо. Не буду хлёстко говорить, а мог бы сказать. Посмотрите на их лицо демократическое: они же стреляют, они собаками травят, ловят, допустим, в Польше, ловят в Литве, организуют в группы этих мигрантов и гонят через границу к нам, стреляя поверх голов, слава богу, пока, хотя есть и гибель людей. Есть погибшие люди, они перебрасывают к нам через границу – забирайте. Вот их демократическое лицо.

Поэтому я не вижу здесь каких-то поводов к тому, чтобы нам какие-то предъявляли претензии. Мы честно выполняли свою миссию до тех пор, пока они не стали силой переворачивать ситуацию в стране и свергать власть. Законная, легитимная, нелегитимная – это белорусскому народу решать. Мы в американские выборы не вмешивались, когда они там в процессе выборов и после расстреливали людей в упор. Поэтому у себя надо разобраться. А то, что нам нужно выполнять как надежному партнёру, мы будем делать всегда. Если Европа хочет этих нормальных отношений, пожалуйста, мы готовы завтра договариваться и попросим поддержку России, если это нужно будет, и будем действовать здесь совместно. Но пока такой необходимости нет, слава богу, пока нет. Надо будет – мы быстро объединимся и будем противодействовать всем негативным тенденциям в интересах россиян и белорусов.

Вопрос: Добрый вечер!

Вопрос обоим лидерам.

Сегодня вы сообщили много новостей о важных союзных программах, но Договору о создании Союзного государства – об этом сегодня тоже упоминалось – уже более 20 лет, и как мы знаем, большинство ещё тех решений до сих пор не выполнено. Отталкиваясь от сегодняшних решений, на ваш взгляд, где сейчас находятся Россия и Белоруссия, на каком этапе на пути интеграции, и насколько приблизились и приблизились ли, на ваш взгляд, к воплощению тех самых договорённостей, которые тогда ещё, 20 лет назад, заключались?

Спасибо.

В.Путин: Я считаю, что по большому счёту с этого и надо было давно начать, начинать – с того, о чём мы договорились сейчас. Нужно создавать экономическую базу, как я уже сказал, фундамент наших отношений, а всё остальное – это политическая надстройка, как ещё говорили в прежние времена.

Поэтому мы сделаем то, о чём сейчас договорились, тогда можно будет сказать, что мы будем готовы и к следующим шагам. Но это уже дело будущего, надо будет смотреть. Ситуация-то ведь меняется и меняется очень быстро. Надо будет смотреть на ту ситуацию, которая сложится после выполнения той программы, о которой я сейчас только сказал. Я уверен, что мы на правильном пути.

А.Лукашенко: Абсолютно поддерживаю Президента России, практически добавить нечего. Краткий и чёткий ответ на этот вопрос.

Если хотите покопаться в тогдашних договорённостях – правда, я из Вашего вопроса не услышал, какие же Вы имеете в виду договорённости, – если вы хотите в них поковыряться, покопаться, в другом формате мы можем к этому вернуться и посмотреть, что за договорённости были и чего не выполнили.

А как сказал Президент очень правильно, мы создали базу для дальнейшего движения вперёд, мы не можем ошибиться. Я мог бы долго вам рассказывать, и Президент России – вдвоём два часа можем рассказывать, какие ошибки допустил Европейский союз, а мы с него всегда пример брали. А сегодня Европейский союз – посмотрите, там уже масса тенденций, ведущих к развалу. Они уже друг друга в открытую критикуют. Мы не хотим повторить эти ошибки, мы не хотим повторить ошибки, которые были в нашем союзном государстве – в Советском Союзе. Мы делаем определённые выводы. Прошло время, мы что-то упустили, я говорю, можем поспорить, поговорить на эту тему, но мы вернулись к созданию базы. Без фундамента, о котором говорил Президент, невозможно строительство интеграционного дома. С крыши строить дом мы отказались давно.

В.Путин: Спасибо большое.

А.Лукашенко: Спасибо вам.