Интервью египетской газете «Аль-Ахрам»

Вопрос: Благодарю Вас, Ваше Превосходительство, за эту встречу. И прошу Вас быть снисходительным к нашим многочисленным вопросам.

Ваш предстоящий визит в Каир – это первый визит в арабскую страну главы российского государства за более чем 40 лет. Расскажите, пожалуйста, о приоритетах российской политики на арабском направлении.

В.Путин: Вы совершенно правильно отметили, что я еще не был ни в одной арабской стране. Я и мои коллеги считаем, что если и начинать прямые контакты в самих арабских странах, то, конечно, первой страной, которую следует посетить, должен быть Египет.

Президент Мубарак неоднократно посещал Российскую Федерацию, у нас с ним сложились очень хорошие деловые, личные контакты, и он неоднократно приглашал меня посетить Вашу страну. У России, как и прежде у Советского Союза, всегда были особые, очень тесные отношения с арабским миром. Нельзя сказать, что они всегда находились на одинаковом уровне, но это всегда были отношения, наполненные искренней симпатией, дружбой и заинтересованным партнерством.

В регионе Ближнего Востока, в Северной Африке проживает около 300 миллионов человек. Совершенно очевидно, что эффективно решать сколько‑нибудь значимые в сегодняшнем мире глобализации проблемы мировой политики без учета мнения и интересов этого региона мира и людей, которые проживают в этом регионе мира, невозможно. Надеюсь, что предстоящий визит послужит делу укрепления двусторонних связей между Россией и Египтом, даст нам возможность обменяться с руководством Вашей страны соображениями по поводу проблем развития в регионе, который очень близок, в том числе географически, к России, позволит нам поговорить по двусторонним отношениям, обменяться мнением по международным проблемам, согласовать наши позиции и выработать планы совместных действий во всех этих областях на ближайшую и среднесрочную перспективы.

Вопрос: Я хотел бы уточнить, Ваше Превосходительство, каковы приоритеты российской политики на Ближнем Востоке?

В.Путин: Прежде всего это создание ситуации стабильности, решение международных конфликтных ситуаций, региональных конфликтов, создание условий для развития экономического сотрудничества.

У нас большой интерес к арабской культуре, к арабской истории, к истории народов арабского Востока. Сотрудничество в гуманитарной сфере всегда представляло и представляет для нас также немаловажный интерес.

Вопрос: Вы решительно выступали против односторонней позиции администрации США в войне против Ирака, однако в прошлом году Вы выразили такую же решительную поддержку переизбранию Президента Буша на второй президентский срок. Прокомментируйте, пожалуйста, причины, которые стоят за таким явным изменением в позиции России.

В.Путин: Никаких изменений нет. Разный подход к решению тех или иных международных проблем не означает, что у нас нет соприкосновения или даже общности позиций по другим, не менее важным вопросам в сегодняшней повестке дня как международного характера, так и в двусторонних отношениях.

Соединенные Штаты, так же как и Россия, крупнейшая ядерная держава, и мы естественные, может быть самые естественные, друг для друга партнеры в сфере решения проблем международной безопасности и нераспространения ядерного оружия. Мы вместе решаем проблемы борьбы с международным терроризмом – мы знаем, что Египет тоже страдал от этого зла. У нас большой объем экономических связей. У меня сложились с Президентом Бушем очень хорошие личные отношения. На мой взгляд, это человек надежный. Он может принимать какие‑то решения, которые мне кажутся спорными, но это последовательный и предсказуемый партнер.

При смене руководства, политического руководства в любой стране начинается как бы переосмысление того, что было сделано предыдущим руководителем того или иного государства, начинается как бы игра с центра поля. У нас не было никакого желания с таким важным для нас партнером, как Соединенные Штаты, опять начинать с центра поля. Зачем, если у нас сложились определенные отношения и взаимодействие между США и Россией достигло очень высокого уровня? Именно это и лежит в основе моей позиции по поводу переизбрания Президентом Соединенных Штатов именно Джорджа Буша.

И потом я не думаю, что моя позиция как‑то повлияла на решение американского народа. Американцев не очень интересует мнение из‑за границы. Это правильно, так и должно быть в любой стране, в том числе, я считаю, и в России.

Вопрос: Спасибо, Ваше Превосходительство.

Скажите, пожалуйста, какова позиция России в отношении построения нового миропорядка, многополюсного, многополярного мира? Как Вы могли бы определить геополитические интересы России в новом мире?

В.Путин: Основной геополитический приоритет и главный интерес – создать благоприятные внешние условия для развития российской экономики и повышения жизненного уровня российского народа. При этом мы исходим из того, что решение этих задач невозможно без построения эффективной демократической системы в самой Российской Федерации. С таким же подходом мы относимся и к построению взаимодействия на международной арене между участниками международного общения. Международный правопорядок должен строиться на демократических принципах с учетом интересов всех заинтересованных сторон и всех участников международного общения.

Как внутри стран невозможна демократия без строгого соблюдения демократически принятых законов, так же и на международной арене невозможно построить справедливый миропорядок без строгого соблюдения международного права. Поэтому мы будем и дальше выступать за укрепление системы международного права и за укрепление основополагающих международных организаций, таких системообразующих, как, например, Организация Объединенных Наций.

Вопрос: Господин Президент, как Вам представляется реформа ООН и расширение Совета Безопасности?

В.Путин: Реформа ООН должна учитывать современные реалии, которые сложились в мире, при этом при принятии решений мы должны использовать существующие процедуры. Эксперты сейчас обсуждают разные варианты реформирования: по региональному принципу, по принципу значимости государств в международной жизни, по их экономическому потенциалу. Россия принимает самое активное участие в этой совместной работе. Какое будет принято решение, пока трудно сказать. Это должно быть результатом компромисса. Однако, по нашему глубокому убеждению, одно должно быть сохранено точно – должны быть сохранены наиболее действенные, эффективные инструменты сегодняшней ООН, а именно право вето в Совете Безопасности. Должны быть сохранены и, может быть, даже уточнены некоторые другие формы функционирования деятельности ООН, такие как, например, применение силы на основе имеющихся в ООН процедур.

Если в ходе реформирования все, что наработано за последние десятилетия, будет выхолощено, то мы можем превратить ООН в жалкое подобие Лиги Наций, которая, как известно, прекратила свое существование, столкнувшись с серьезными проблемами.

Вопрос: Господин Президент, возвращаясь к иракской теме, скажите, пожалуйста, как Вы представляете возможные пути восстановления стабильности в Ираке?

В.Путин: Вы верно упомянули о том, что мы выступали последовательно и жестко против военной операции в Ираке, и сейчас мы считаем, что наша позиция была правильной. Вместе с тем следует признать, что за последнее время в Ираке проведена огромная работа по стабилизации ситуации. Безусловным успехом, на наш взгляд, являются и проведенные выборы, при всех, конечно, минусах, издержках, которые характерны для этого процесса. Видимо, по‑другому без этих проблем и невозможно, учитывая ту сложную ситуацию, которая в Ираке сложилась на момент проведения этих выборов.

Чтобы ситуация продолжала стабилизироваться, на мой взгляд, необходимо согласование позиций и интересов всех религиозных и этнических групп, проживающих в Ираке. Новое иракское руководство должно найти в себе мужество и способность договориться со всеми религиозными группами, учесть их интересы, договориться о принципах будущей конституции, укрепить на этой базе внутреннюю безопасность и договориться о сроках и условиях вывода иностранных войск.

Мы намерены сотрудничать с Ираком, с новым иракским руководством, помогать в восстановлении страны. У нас с этим государством устойчивые, давние связи, мы намерены их развивать и дальше.

Вопрос: Сейчас предлагаю перейти к экономической ситуации в России.

Как известно, Россия под Вашим руководством демонстрирует в последние два года серьезный экономический рост. Как Вы объясните причины этого?

В.Путин: Последние пять лет. Именно на протяжении последних пяти лет ежегодный рост ВВП у нас составляет около семи – шести с половиной процентов. Я объясняю это несколькими обстоятельствами. Первое и самое главное – это устойчивое внутриполитическое положение и поддержка народом России тех преобразований, которые проводит Президент и Правительство. Это дает возможность проводить взвешенную и обоснованную, выверенную экономическую политику. Положительным эффектом, который поддерживает усилия российского руководства, является, конечно, и благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура. Можно приводить и другие факторы. Я бы, конечно, назвал еще один из них. Я считаю, это – целенаправленная и достаточно сбалансированная социальная политика, направленная на постепенное, но неуклонное повышение доходов населения. Конечно, хотелось бы больше и быстрее, но повышение доходов населения не должно обгонять рост производительности труда и рост экономики, иначе в конечном итоге это ударит по самим людям.

Все эти годы мы имеем двойной профицит: и профицит бюджета, и профицит внешней торговли – растут золотовалютные резервы Центрального банка, которые уже превысили золотовалютные резервы бывшего Советского Союза. Это ведет к тому, что мы сталкиваемся также с определенными проблемами: необходимостью стерилизации денежной массы и сохранения макроэкономических параметров. В целом это удается сделать, но, конечно, нам бы хотелось добиться больших успехов в сфере сдерживания и снижения инфляции.

У нас нет никакого головокружения от успехов, у нас еще очень много нерешенных проблем. Будем и дальше спокойно, ритмично и напряженно работать.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, каковы главные вызовы и трудности, с которыми Вы столкнулись с 2000 года?

В.Путин: Первая, самая главная проблема – это деградация государственных институтов и проблемы экономического характера, которые, в свою очередь, вызывали достаточно серьезное социальное напряжение в обществе. Многое из того, что предстояло решить, сделано, но, повторяю, не все так быстро, как бы хотелось, и, может быть, некоторые вещи можно было бы сделать и более качественно. Но у нас так говорят: «Не ошибается тот, кто ничего не делает». В целом движение – в правильном направлении, и результаты очевидны.

Вопрос: Еще один интересный вопрос, на наш взгляд. Многие арабские и мусульманские деятели выражали резкое осуждение зверского теракта в Беслане. Вместе с тем Чечня по‑прежнему остается камнем преткновения между Россией и арабским и мусульманским общественным мнением. Как, на Ваш взгляд, можно исправить эту ситуацию?

В.Путин: Исправить можно, если наши друзья в арабском и мусульманском мире будут ближе знакомиться с реалиями жизни в Чеченской Республике. И не только в Чечне, но и в целом в Российской Федерации. Мало кто знает, что у нас в России в последние годы открыты десятки мечетей. Это невозможно было сделать без реальной и прямой поддержки со стороны руководства Российской Федерации. Мало кто знает, что мы предоставили возможность всем, кто хочет добра, счастья, процветания чеченскому народу вне зависимости от политических взглядов принять участие в восстановлении республики, многократно объявляли амнистии, привлекали и продолжаем привлекать к активной политической деятельности представителей всех политических сил – разумеется, кроме тех, кто пытается добиваться своих целей с помощью оружия и с помощью таких зверств, как то, о котором Вы упомянули, – ужасный террористический акт в Беслане.

Мы ведем прямой диалог с людьми, с населением. Мы способствовали проведению там референдума по принятию конституции Чеченской Республики. Подавляющее большинство – хочу это подчеркнуть: абсолютно подавляющее большинство – жителей Чеченской Республики поддержали эту конституцию. Одним из основных пунктов этой конституции является признание того факта, что Чечня является частью Российской Федерации. Мы считаем, что чеченский народ ясно выразил свое мнение по этому вопросу.

Мы помогли организовать выборы президента. Мы готовы подписать с Чеченской Республикой договор о разделе полномочий между федеральным центром и самой республикой с предоставлением ей больших автономных полномочий. Полагаю, что в этом году вполне могут быть проведены выборы в парламент республики с предоставлением возможности принять участие в выборах всем политическим силам. И мы видим, что наши усилия с пониманием восприняты в исламском и арабском мире. Так и при референдуме в случае принятия конституции, и при выборах президента мы пригласили принять участие в качестве международных наблюдателей представителей Лиги арабских государств и Организации Исламская конференция. Представители и той, и другой организации в качестве наблюдателей работали практически по всей территории Чечни. Никаких серьезных замечаний при организации и проведении этих мероприятий наши коллеги не высказали. Напротив, они заявили, что и выборы, и референдум соответственно, были проведены на высоком уровне, с соблюдением прав, интересов граждан, проживающих в Чечне, абсолютно демократически.

Вопрос: Какова реакция Путина на требование, обращенное к России, о большей демократии?

В.Путин: Первое, что я хочу сказать, – без демократии у России нет будущего. В этом я глубоко убежден. Но демократия – это не привнесенный извне продукт какой бы то ни было революции. Это продукт внутреннего развития общества. Проблемы с демократией есть во всех странах, в том числе и в тех, которые пытаются говорить об этом больше, чем кто‑либо другой. Мы будем развивать институт демократии в России, будем доброжелательно относиться к анализу, критическому, но дружескому анализу со стороны. Но мы, безусловно, всегда будем против использования лозунгов демократии как инструмента для достижения чьих бы то ни было внешнеполитических целей в отношении нашей страны, как инструмента вмешательства в наши внутренние дела. И в любом случае будем принимать решения подобного рода исходя из нашей истории, наших особенностей, будем принимать их самостоятельно.

Вопрос: Благодарю Вас.

Господин Президент, как Вам видится противостояние, имеющее место между США и Ираном по так называемой ядерной проблеме последнего?

В.Путин: Противостояние всегда контрпродуктивно. Нам кажется, что всегда нужно искать пути к диалогу и сотрудничеству. Вместе с тем хочу отметить, что по проблемам нераспространения ядерного оружия у нас с Соединенными Штатами очень близкие позиции. Это касается и нашего мнения о том, что работа иранских коллег и партнеров над какими бы то ни было ядерными оружейными программами является неприемлемой. Мы против распространения оружия массового уничтожения. Вместе с тем, по мнению Российской Федерации, эти проблемы, как я уже сказал, должны решаться в ходе диалога и с помощью международных организаций, таких как МАГАТЭ. Именно поэтому мы намерены продолжать осуществление наших обязательств по мирной ядерной иранской программе при условии, что международные организации, и МАГАТЭ прежде всего, будут иметь возможность доступа ко всем ядерным программам Ирана, а Иран откажется от каких бы то ни было производств и разработок, которые могут привести к созданию ядерного оружия.

На решение именно этой задачи направлены и наши последние договоренности с Ираном о вывозе в Российскую Федерацию отработанного ядерного топлива с атомной электростанции в Бушере.

Вопрос: Господин Президент, предлагаю сейчас перейти к важнейшей теме, которая будет затрагиваться в ходе Вашего визита в Египет, – положение на Ближнем Востоке. Россия традиционно поддерживала право палестинского народа на самоопределение и создание независимого государства. Предусматриваете ли Вы, что роль России на палестино-израильском направлении будет более активной в ближайшее время?

В.Путин: Она будет настолько активной, насколько будет востребована самими участниками этого процесса, прежде всего – самими участниками конфликта. Мы не можем и не будем подменять собой договаривающиеся стороны, но, конечно, будучи участниками международных организаций и международных институтов, призванных решать эту проблему, в том числе в рамках известной международной «четверки», мы будем предпринимать необходимые усилия для того, чтобы конфликт был урегулирован.

Я думаю, что такая посредническая роль России вполне может быть востребована.

У нас в последние годы сложился достаточно доверительный диалог с Израилем, где мы знаем, проживает огромное количество выходцев из бывшего Советского Союза. И должен Вам прямо сказать, нам небезразлична судьба этих людей. Нам бы хотелось, чтобы они жили в условиях безопасности. Вместе с тем у нас устойчивые, давние традиционно доверительные отношения с арабским миром вообще и с палестинцами, в частности. По этому вопросу мы проводим последовательную политику, никогда не виляли и не занимались конъюнктурой. Мы всегда говорили и сейчас говорим о том, что палестинский народ имеет право на создание самостоятельного, независимого государства. Разумеется, для того чтобы такое решение не просто состоялось, было не просто объявлено, а чтобы такое решение и такое государство были жизнеспособными, нужно уметь договариваться. Нужно уметь идти на компромиссы.

Мне кажется, что такой шанс у участников этого многолетнего конфликта есть. Я абсолютно убежден, что господин Аббас стремится к миру. И мы все должны предпринять необходимые усилия для того, чтобы поддержать его, для того, чтобы убедить все политические силы автономии работать с ним консолидировано, на благо палестинского народа.

Вопрос: В этой связи я бы хотел напомнить, что Египет предпринял определенные усилия для того, чтобы собрать вместе палестинские группировки и главу Палестинской национальной администрации Абу Мазена и прийти к общему взаимопониманию. Однако после этого было, я бы сказал, определенное отступление от взаимопонимания, достигнутого в Шарм-эль-Шейхе. Как «четверка» международных посредников могла бы активизировать свою роль, чтобы запустить «дорожную карту» с целью выхода на решение проблем окончательного статуса и создание Палестинского государства?

В.Путин: Мне думается, что Египет не только предпринял те попытки, о которых Вы упомянули. В целом Египет проводит очень взвешенную, по‑моему, дальновидную политику по ближневосточному урегулированию. Мы рассчитываем, что и дальше Египет как крупнейшая арабская страна, может быть самая авторитетная в регионе, будет оказывать это позитивное влияние на процессы мирного урегулирования. А «четверка» должна делать примерно то же самое – помогать искать общую платформу, приемлемые развязки сложных проблем и выступать гарантом, если это потребуется, тех договоренностей, которые могут быть достигнуты. Это сложная задача, конфликт очень сложный, но без определенного терпения и, еще раз повторю, без умения идти на компромиссы успеха вряд ли удастся достичь.

Международное сообщество не должно забывать и о других треках – ливанском и сирийском. Проблема в целом может быть урегулирована только в комплексе.

Вопрос, конечно, в сроках, в тактике, все понятно. Но в целом нельзя делать вид, что там не существует проблем.

Вопрос: Ваше Превосходительство, возможно, я задам последний вопрос.

Египет и Россия смогли сохранить очень крепкие связи на протяжении десятилетий, несмотря на серьезные перемены, которые произошли как во внутренней, так и в международной ситуациях. Что, на Ваш взгляд, должны сделать обе страны, чтобы расширить эти отношения не только на политическом и дипломатическом уровнях, но и на уровне экономики и торговли?

В.Путин: Это должно быть одним из приоритетных направлений нашего взаимодействия. За прошлый год объем торгово-экономических связей между Россией и Египтом удвоился по сравнению с предыдущим годом. Но объем все‑таки очень маленький. Сегодня постепенно на египетский рынок возвращается продукция российского машиностроения, энергетического машиностроения. Но это, конечно, только первые шаги. Мы должны способствовать прямым контактам наших бизнес-сообществ. Гораздо активнее должна работать межправительственная комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству. И если это произойдет, то тогда тот потенциал, который есть в Российской Федерации, и те традиционные связи, которые мы культивировали все эти годы, – все это даст свой положительный результат в высокотехнологичных областях, в сфере космоса, в сфере энергетики. У нас есть уже определенные договоренности между нашими крупными энергетическими компаниями о работе на египетском рынке и с египетскими партнерами. И есть настрой на совместную работу, а это самое главное. У нас большой интерес к Египту и его культуре.

Египет – одна из колыбелей современной цивилизации, египетский народ внес неоценимый вклад в копилку развития современной цивилизации. Этот взаимный интерес – это тоже такой живой нерв, который поддерживает интерес друг к другу в других отраслях, в том числе и в сфере экономики. Уверен, что у нас хорошие перспективы. Это пойдет, безусловно, на пользу как народу Египта, так и народам Российской Федерации.

Я хочу пожелать благополучия и процветания египетскому народу.

Реплика: Благодарю Вас, господин Президент, за исчерпывающие ответы на вопросы, которые крутились у меня в голове.

В.Путин: Пожалуйста. Я очень рад, если удовлетворил Ваш интерес к России. Я с нетерпением жду встречи с Каиром, с Египтом и, конечно, с Президентом Египта господином Мубараком.

Спасибо вам большое.