Государственный Совет /

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, если посмотреть на события хотя бы этого года, то в январе – расширенный, но всё‑таки именно Госсовет – по демократизации политической системы; в августе – вместе с Комиссией по модернизации, но всё‑таки Госсовет – по поводу профессионального образования. Выходит, что Вы используете Госсовет для обсуждения наиболее злободневных и стратегических тем. Вообще, если смотреть на последние десять лет, где Вы видите место Госсовета, который парадоксальным образом является органом совещательным и консультативным? Какую роль ему отводите?

Д.Медведев: Мне кажется, он свою роль, собственно, своей деятельностью и демонстрирует. Госсовет ведь когда возник? Он возник, действительно, 10 лет назад, после того как изменился порядок формирования Совета Федерации. Это произошло, если я не ошибаюсь, 8 августа 2000 года. После этого уже Президентом был подписан Указ 1 сентября 2000 года о формировании Государственного совета в качестве консультативного органа, и, как мне думается, именно эту задачу Госсовет с честью выполняет. На его площадке рассматриваются самые разные вопросы. Я, кстати, принимал участие в подготовке этих вопросов и в тот период, когда работал в Администрации Президента, и впоследствии, когда работал в Правительстве. Всякий раз Госсовет погружался в довольно сложные вопросы текущей жизни нашей страны.

Но при этом формат работы может меняться. У нас есть Государственный совет, там представлены все главы субъектов Федерации, а есть президиум Государственного совета, компактный орган, который занимается практически теми же самыми вопросами, но, может быть, делает это чаще в силу известных причин, и, может быть, способен погрузиться в какие‑то более дробные вещи. Впоследствии заседания Государственного совета стали практиковаться и с выездом из Москвы, что, на мой взгляд, очень хорошо, потому что это всегда повод для региона мобилизоваться, подготовить город и соответствующий населённый пункт для проведения Государственного совета, привести в порядок какие‑то свои возможности, просто, что называется, показать товар лицом. Это неплохо для региона, всегда приезд большого количества руководителей для региона – это хорошо, потому что, ещё раз говорю, это повод навести порядок. Государственный совет стал проводиться с участием общественных структур. В деятельности Государственного совета регулярно принимает участие Правительство России, депутаты. И последний, может быть, из крупных, значимых сюжетов, который рассматривался на заседании Государственного совета, – совершенствование нашей политической системы. По моему предложению туда пригласили и руководителей политических партий. Причём не только тех, которые у нас входят в парламент, но и вообще всех действующих, зарегистрированных на территории России. Поэтому в качестве вот такой серьёзной, большой консультативной площадки, которая отражает федеративные начала нашего государства, наш Государственный совет, безусловно, состоялся.

С.Брилёв: Вы ранее вспоминали о том, как в 2000-м менялся порядок избрания Совета Федерации – оттуда ушли губернаторы, их заменили их представители. Но ведь с тех пор изменился и порядок формирования самого губернаторского корпуса. Внесло ли это изменение в работу Госсовета, и каков коллективный его портрет?

В качестве серьёзной, большой консультативной площадки, которая отражает федеративные начала нашего государства, наш Государственный совет, безусловно, состоялся.

Д.Медведев: Вы знаете, состав губернаторского корпуса такой, какой он есть. Это всегда набор людей со всеми их возможностями, достоинствами, наверное, какими‑то недостатками, поэтому это рабочий, живой организм. Не важно, каким образом формируется исполнительная власть на местах – главное, чтобы соответствующие должностные лица хорошо работали, эффективно работали, не прятались у себя в зданиях, не занимались бы марафетом этих зданий, а помогали бы людям жить, помогали бы своим территориям развиваться, руководили бы всеми экономическими, социальными процессами, решали сложные задачи, особенно в кризисный период или в период стихийных бедствий, как это было недавно в нашей стране. Поэтому от порядка формирования собственно структуры Государственного совета его эффективность, на мой взгляд, не должна зависеть. Это орган, который собирает всех действующих губернаторов. Они такие, какие они есть, и они должны работать.

С.Брилёв: Губернаторы – не только «какие есть», но и какие стали за этот год: губернаторский корпус здорово обновился.

Д.Медведев: Ну и какие стали, конечно. За последнее время, да, действительно, мы видим обновление губернаторского корпуса. Я считаю, что это объективно и действительно практически треть уже действующих губернаторов – это новые люди.

С.Брилёв: Будет продолжено?

Д.Медведев: Обязательно должны приходить новые, современные люди, должно происходить и объективное омоложение губернаторского корпуса при сохранении преемственности, конечно. Но самое главное – губернаторы должны действовать как эффективные управленцы, подготовленные к современной жизни. И, как мне представляется, вот та ротация, которая происходит, те новые люди, которые приходят, они отвечают этим требованиям.

С.Брилёв: Я не удержусь в таком случае и задам дополнительно один подвопрос, учитывая события буквально последних недель. Общественное доверие как критерий продолжения работы губернатора как измеряется, как принимаются решения?

Д.Медведев: Это правильный вопрос на самом деле, потому что некоторые наши коллеги в какой‑то момент решили, что в связи с изменением порядка формирования исполнительной власти, наделения полномочиями, как сказано в законе, теперь можно, собственно, расслабиться и с народом не говорить, а если говорить, то пореже. Всё равно не избирают напрямую, а используется опосредованное избрание, это всё равно демократия, но она опосредованная, понятно, Президент по предложению партии представляет, законодательный орган избирает. Но это неверно. Этому человеку, руководителю территории, работать с людьми, поэтому я давным-давно уже дал поручение Администрации Президента следить за рейтингами губернаторов, за соотношением между так называемыми рейтингами и антирейтингами, доверием и недоверием. Здесь нет, конечно, такой прямой механической зависимости, рейтинг упал – до свидания, но это повод губернатору призадуматься, что происходит, насколько довольны его действиями люди, население территории, где он губернаторствует. Поэтому этот показатель обязательно используется при решении вопроса – продлевать полномочия тому или иному должностному лицу или нет. Он не единственный, сразу скажу, но он очень важный.

С.Брилёв: В Калининграде красная лампочка зажглась, где‑нибудь ещё мерцает?

Д.Медведев: Всегда где‑то что‑то мерцает, но есть возможности потихонечку губернатору, если он чувствует, что что‑то вздрагивает, немножко оборотов добавить или напряжение поднять, тогда лампочка мерцать не будет, загорится в полный накал.

С.Брилёв: Я хотел вернуться к Госсовету, мы поговорили о содержательной стороне, понятно, как будет обновляться состав, а что касается статуса Госсовета: ведь он был создан указом Президента, в Конституции такого органа нет, но он активно работает. Будет когда‑то статус в обозримом будущем меняться?

Д.Медведев: Вы знаете, я ничего не хотел бы исключать, в принципе. Например, я не предполагаю пока никаких действий в этом направлении. Но Конституция тоже живой инструмент, и в него так или иначе, я абсолютно в этом уверен, будут вноситься изменения. Если не сейчас, то в будущем, через пять, десять, пятнадцать лет, я не знаю когда. Потому что все конституции так развиваются. И при каких‑то изменениях можно поменять позицию Государственного совета, но это требует отдельного осмысления. В любом случае, я бы не исключал появления, конечно, отдельных положений Конституции, посвящённых Государственному совету. Тем самым будет в большей степени легализован его статус.

Губернаторы должны действовать как эффективные управленцы, подготовленные к современной жизни. И, как мне представляется, та ротация, которая происходит, те новые люди, которые приходят, они отвечают этим требованиям.

С.Брилёв: Вы, когда председательствуете на Госсовете, смотрите в зал, там много Ваших «тёзок», что ли, не в том смысле, что их зовут Дмитрий Анатольевич…

Д.Медведев: Дмитрий Анатольевич – нет, таких там нет.

С.Брилёв: Но Дмитрии, по‑моему, есть.

Д.Медведев: Анатольевича, по‑моему, нет.

С.Брилёв: Но там много тех, кто также называются президентами – не губернаторами, не главами, а президентами. Вот сейчас возникла идея о том, чтобы, может быть, отказаться от использования такого титула в регионах. Как Вы относитесь к такой идее?

Д.Медведев: Вы знаете, мне кажется, это сами регионы должны решить. Я посмотрел, действительно ряд кавказских регионов, да и других регионов выступили с такими предложениями. Вообще‑то названия могут быть разные, но, с другой стороны, эти названия не должны вносить сумятицу в головы, не должны создавать недоразумения какого‑то. Поэтому если наши коллеги, губернаторы, президенты, с такими инициативами будут выходить и если этот вопрос возникнет, я считаю, он может быть рассмотрен, может быть, и законодательство можно поменять. Но инициатива должна принадлежать самим руководителям субъектов Федерации и самим законодательным органам, потому что у нас всё‑таки федерация и в этом смысле она имеет определённую специфику, каждый субъект имеет свою специфику. Но, с другой стороны, должно быть и некое унифицированное начало. И, наверное, люди должны всё‑таки объективно отличать, о чём идёт речь, кто конкретно имеется в виду, когда к нему применяется то или иное название. Это, кстати, касается не президента и не только президента, у нас есть, насколько я помню, и государственные думы, которые являются законодательными органами субъектов Федерации. Здесь‑то тем более может быть путаница. Поэтому, мне кажется, нужно посмотреть на эту инициативу, если сами субъекты к этому готовы, я, естественно, возражать против этого не буду.

С.Брилёв: Спасибо.