Пресс-конференция по итогам встречи глав государств и правительств «Группы восьми»

В.Путин: Добрый день, уважаемые дамы и господа!

Позвольте мне поделиться с вами результатами работы, и, разумеется, первое, что я должен сказать, – это выразить слова благодарности председателю саммита, Президенту Франции господину Шираку, за гостеприимство и за то, что было сделано для обеспечения работы. Встреча в Эвиане вновь показала, что членов «восьмерки» объединяют долгосрочные стратегические интересы, и это позволило нам обсуждать любые, в том числе и спорные, вопросы, в конечном итоге прийти к взаимоприемлемым решениям. Новым и весьма плодотворным решением в практике саммита стала дискуссия в расширенном составе. Для многих наших партнеров это первый контакт с «восьмеркой», и мы приветствуем начало такого широкого диалога.

Из конкретных результатов работы саммита могу прежде всего отметить следующее: встреча в Эвиане в целом позволит укрепить международную антитеррористическую коалицию, мы понимаем, что успех борьбы с террором напрямую зависит от нашего единства и от эффективности совместных усилий. Серьезным инструментом призвана стать созданная решением саммита группа «восьмерки» по антитеррористическим действиям. Ее деятельность будет тесно связана с Контртеррористическим комитетом Совета Безопасности ООН, главным координатором усилий мирового сообщества в этой сфере. Должен сказать, Россия настроена на активное участие в работе нового органа, при этом вполне логично, что главное внимание с нашей стороны будет уделено пространству СНГ, зоне действия Шанхайской организации сотрудничества.

Далее – «восьмерка» приняла серьезное решение в области режима нераспространения оружия массового уничтожения. Это особенно актуально в связи с попытками террористических организаций получить доступ к оружию массового уничтожения. Нельзя также забывать, что режимы нераспространения играют ключевую роль в поддержании региональной стабильности. Основные усилия должны быть направлены на укрепление правовых режимов и механизмов их исполнения. Мы также проанализировали, посмотрели, как реализуется инициатива глобального партнерства, нераспространения оружия и материалов массового уничтожения. Россия вносит существенный вклад в продвижение этой программы. В ближайшие десять лет мы планируем выделить и истратить на эти цели не менее двух миллиардов долларов. В нашей стране создан специальный механизм координации работ по глобальному партнерству под руководством Председателя Правительства России, сформирована и необходимая международно-правовая база. Я имею в виду Соглашение о Многосторонней ядерно-экологической программе в Российской Федерации (МНЕПР), а также ряд двусторонних соглашений.

Мы приветствуем заявление наших партнеров о возможности выделения средств на проекты, предусмотренные договоренностями в Кананаскисе. Считаем, что эти заявления должны подкрепляться практическими делами, в первую очередь – скорейшим согласованием проектов по приоритетным направлениям глобального партнерства, ликвидации химического оружия, утилизации устаревших и выведенных из боевого состава атомных подводных лодок. Россия впервые приняла участие в подготовке всего пакета финансово-экономических документов встречи, и я вижу в этом еще одно подтверждение органичной интеграции России в мировые структуры, в мировую экономику.

Новаторским документом стал план действий по развитию научно-технического сотрудничества. Мы рассматриваем и рассчитываем, что такое соединение инвестиций, передовых технологий и менеджмента позволит совершить настоящий прорыв в интересах всей цивилизации. Большое значение имеет и стремление наших стран содействовать решению наиболее острых проблем третьего мира. Прежде всего это борьба с голодом и эпидемиями, региональными экологическими угрозами.

Мы также обсудили практические возможности сотрудничества в борьбе с опасными и вновь возникающими болезнями. Россия в этой связи выдвинула инициативу создания глобальной системы мониторинга. Хочу отметить, что Россия является не только реципиентом различных программ, но и сама становится все больше и больше спонсором и все большим и большим источником финансирования решения самых разных проблем, с которыми сталкивается наша цивилизация. Хочу напомнить, я уже говорил об этом, что за последние шесть лет Россия списала группе наименее развитых стран мира почти 35 миллиардов долларов долгов. Хочу еще раз высоко оценить итоги только что прошедшего саммита, поблагодарить наших партнеров за заинтересованную и конструктивную работу, а французских друзей – за радушный прием, гостеприимство и просто блестящую организацию нашей встречи.

Спасибо большое.

Вопрос (ИТАР-ТАСС): Как бы Вы оценили результаты саммита, что можно выделить, что удалось сделать?

В.Путин: Я могу Вам повторить сейчас то, что говорил в очень узком кругу со своими коллегами. Расставаясь, мы там тоже практически подводили итоги между собой. Действительно, саммит проходил в сложных условиях. Международная обстановка достаточно сложная сегодня, и она была накануне саммита еще сложнее. После проведения саммита у меня твердое убеждение, что обстановка стала лучше. И это самый, если говорить откровенно, главный результат. Что греха таить, мы понимаем, о чем идет речь. После событий в Ираке возникло определенное напряжение между ведущими странами. И я думаю, что именно благодаря Президенту Шираку, благодаря его умению проводить дискуссии, благодаря его умению организовать вещи подобного рода, благодаря его опыту удалось многие проблемы сгладить, удалось сблизиться, сблизить позиции, причем сделать это удалось в ходе откровенной и, в общем, принципиальной дискуссии, что очень важно.

Я думаю, что даже хорошо, что саммит проходил именно во Франции, и, может быть, кому‑то другому не удалось достичь таких результатов. Потому что господин Ширак всю нашу работу провел и организовал с присущим французам блеском и корректностью. Я уже не говорю о тех документах, которые мы подписали. Вы о них знаете. На мой взгляд, это очень важно. И еще важнее, что эти документы, а они были согласованы в результате сложной и напряженной работы наших помощников – шерпов, хоть и не являются обязательными к исполнению, но дают очень ясные сигналы международному сообществу и международной общественности о том, что думают лидеры ведущих стран мира. Это соответствующим образом де-факто выстраивает комплекс международных отношений. На мой взгляд, это очень важно, и, имея в виду высокое качество подготовленных соглашений, можно считать, что саммит в Эвиане был завершен успешно.

Вопрос («Итоги»): Завершен недельный международный марафон. Можете ли Вы, по итогам общения с десятками глав государств, сказать, что меняется в отношении к России?

В.Путин: Мне кажется, что это вещь очевидная. Отношение в мире к России давно меняется по мере изменения самой России. Многое зависит от нас. Только сегодня, кстати, хозяин саммита, Президент Ширак, говорил об этом. Говорил вскользь, но тем не менее он сказал очень важную вещь – что Россия уже несколько лет назад не только заявила, что отказывается от политики Советского Союза, политики давления на своих партнеров, какого‑либо подавления, насильственного продвижения своих собственных идей, которые кажутся нам правильными. Она полностью изменила свою политику. Россия сама изменилась, а это меняет отношение к нам со стороны наших партнеров. Это самое главное. Самая главная проблема – в нас самих. По мере демократизации страны, по мере укрепления нашей экономики и решения социальных вопросов мы все больше и больше интегрируемся в международное сообщество, становимся полноправными членами международного общения. И это не может не отражаться на отношениях со стороны наших партнеров. И состоявшиеся крупные международные встречи закрепили эти тенденции.

Вопрос («Коммерсант»): Как представляется, в эти дни, после саммита ШОС, серии крупных международных встреч в Санкт-Петербурге и Эвиане, формируется новая иерархия мира, и Россия в ней – на привилегированном положении. Но есть, с другой стороны, США, которые стоят особняком и действуют в одиночку. Что Вы можете сказать по этому поводу?

В.Путин: Я бы не считал, что кто‑то, в том числе и такая крупная страна, как Соединенные Штаты, хочет стоять особняком. И, зная Президента Буша, уверен, что он не хочет для своей страны такого положения. Больше того, как бы кому ни хотелось, чтобы это было так, этого не произойдет. Имею в виду хотя бы мощь Соединенных Штатов и прежде всего – экономическую мощь. Для нас США – один из ведущих партнеров в экономической, политической сфере, а по некоторым направлениям деятельности роль и значение Соединенных Штатов для России являются абсолютно уникальными. Я имею в виду прежде всего наше сотрудничество в сфере международной безопасности и стратегической стабильности.

Не будем забывать, что Соединенные Штаты и Россия являются крупнейшими ядерными державами, и от нашего поведения, от наших взаимоотношений очень многое зависит в мире. Не буду уже говорить об экономической составляющей нашего партнерства. Имея в виду все эти обстоятельства, а также то, что, скажем, по некоторым направлениям является чувствительным для нас, как борьба с терроризмом, США являются последовательным и надежным партнером. Это все создает определенную обстановку и вокруг Соединенных Штатов. Так что я не согласен с постановкой вопроса, что Америка находится как‑то особняком. Это в прежние времена, когда Советский Союз возглавлял один лагерь, а США возглавляли другой, можно было вести себя по‑лагерному. Сегодня совсем другая обстановка в мире. Сегодня, если мы хотим, чтобы мир был сбалансированным, он должен развиваться на демократических принципах. Уверяю вас, это все понимают. Если Вы имеете в виду те сложности, которые возникли в связи с событиями в Ираке, то объяснений здесь много. Одно из них, не единственное, заключается, конечно, в угрозе, которую чувствуют для себя сами Соединенные Штаты, в уязвленности самолюбия после терактов 11 сентября, и в необходимости самоутвердиться. Не думаю, что это было сделано лучшим образом, но это один из побудительных мотивов их действий.

Конечно, это нужно понимать, но Вы знаете нашу позицию, она была не только последовательной в отношении иракских событий, но и достаточно жесткой. И ведь Президент Соединенных Штатов мог себя по‑разному повести. Мог обидеться, мог просто не приехать в Петербург. Мог еще много чего сделать, чтобы усугубить российско-американские отношения. Но Президент Буш избрал другую тактику, другой путь. Он повел себя как серьезный политик. Человек, который хочет развивать отношения с Россией, со всем миром. И в Петербург приехал. Мы согласовали очень много документов, очень много важных вопросов. Глупо с нашей стороны не видеть этих знаков и отталкивать протянутую руку. Было бы непростительной ошибкой пренебрегать этим, самим надуть губы, отвернуться, создавать какие‑то коалиции и раскалывать международное сообщество. Мы и дальше будем занимать принципиальную позицию по тем вопросам, по которым у нас есть свое собственное мнение. Мы и дальше будем преследовать при реализации внешнеполитических задач прежде всего цели нашей национальной политики и наши национальные интересы. Мы будем способствовать укреплению международного сообщества.

Вопрос («Франс-пресс»): Что Вы можете сказать о ситуации с иранской ядерной программой?

В.Путин: Я считаю, что проблема нераспространения – одна из самых главных проблем XXI века, самых острых, во имя решения которых все цивилизованные страны должны объединиться. Что касается Ирана, то мы сотрудничаем с Ираном. Это наш сосед, и мы будем сотрудничать с ним и дальше. Мы категорически выступаем против того, чтобы вытаскивались какие‑то проблемы, которые бы использовались для недобросовестной конкуренции, в том числе и на иранском рынке. Но вместе с тем мы считаем, что решающую роль в нераспространении должна сыграть в том числе и МАГАТЭ. Мы будем настаивать на том, чтобы все иранские программы в ядерной области были поставлены под контроль этой организации. И будем строить свое сотрудничество со всеми странами исходя из того, насколько они открыты и насколько они в состоянии поставить свои программы под контроль МАГАТЭ.