Беседа с подвижницей-сыроваром Еленой Кураповой, влюбленной в свое дело, братьев наших меньших и алтайское село с философским названием Ая - Родина

Всегда хотелось понять, что заставляет людей отказываться от привычного жизненного уклада, срываться без видимой причины с насиженного, обжитого места, уезжать куда-то за горизонт, чтобы там попытать счастья, начать с чистого листа, с нуля.

Елена Курапова родилась и много лет прожила в Барнауле, окончила вуз, строила карьеру, не без успеха занималась бизнесом, а потом променяла вполне комфортный городской быт на фермерскую долю. Живет теперь с мужем Сергеем и двумя дочерями в предгорьях Алтая в селе Ая.

Держит стада коров и коз, варит сыр десятков наименований и собирается в ближайшее время открыть на ферме туристический центр. Гости-то едут на сыроварню, что расположилась на улице Веселой, дом 6, из разных городов и весей. Реклама не нужна - сами находят дорогу.

Вот я и отправился посмотреть на быт семьи Кураповых и заодно попробовать разобраться в их жизненной философии...

Елена Курапова: "В мире лишь три места, где коровы дают такое удивительное молоко!" Фото: www.alt-niva.ru

О сырном алфавите

- На улице Веселой и жизнь, надо полагать, соответствующая, Елена Александровна?

- Унывать нам точно не приходится. Некогда.

На веселье, правда, тоже времени не остается, но тут уж жаловаться не на кого. Сами выбрали.

К слову, не задумывалась, почему улица носит такое название. Надо будет поинтересоваться, откуда оно. Все остальные звучат традиционно - Советская, Заводская, Партизанская, Алтайская, Победы...

Но мы специально не искали, так совпало.

- У вас и село названо необычно - Ая.

- Рядом в горной котловине находится одноименное озеро. "Ай" в переводе с алтайского - луна. Есть легенда, будто в древние времена небесное светило спустилось в долину, желая избавить жителей от козней ужасного людоеда. На месте, где луна сразилась со страшилищем, образовалось озеро...

- Я к тому, что напрашивается каламбур: живя в селе Ая и занимаясь производством сыра, вы должны знать об этом продукте всё от "а" до "я".

- Льстите мне. Или комплимент авансом делаете. Понятно же, что никто не может всего знать. Мы лишь в начале длинного пути, погрузились в эту науку на маленькую глубину.

- Но сколько букв уже прошли в сырном алфавите?

- Не смогу ответить. С чем бы сравнить, чтобы стало понятнее? Всё очень индивидуально. Представьте: несколько опытных хозяек взялись варить борщ из одинаковых ингредиентов. В итоге получится классическое первое блюдо, но вкус у каждого будет свой, особенный, отличный от других.

- Хотите сказать, что у вас две головки сыра с одним и тем же названием могут разниться по вкусовым качествам? Но так ведь быть не должно.

- Почему? Кто это решил? Если сыр настоящий, живой, он и обязан быть разным. На это влияет масса нюансов, начиная с погодных условий. Когда на улице сыро и идет дождь, структура молока одна, если сухо - другая. Аромат зависит от того, что едят коровы - сено или свежую травку с цветущими одуванчиками...

- Первый блин, то бишь - сыр, вышел у вас комом?

- Нет, получился суперским! Если бы попытка оказалась неудачной, возможно, не стала бы продолжать, столько сил и забот в нее вложила. Сыр надо понимать, чувствовать и любить. Без этого никак.

- Когда же вы решили начать его варить?

- Сперва засела за книжки, потом, вооружившись полученными знаниями, сделала первенца - сыр с зеленью. Это было в 2016-м. Процесс оказался настолько увлекательным, что в следующем году пошла учиться на онлайн-курсы сыроделия Марины Каманиной. Она известный в России мастер, постоянно живет в Липецкой области, а в 2017-м приезжала с лекциями в Новосибирск. Мы встретились и, плодотворно общаясь, провели вместе два дня.

Ну а дальше - пошло-поехало. Уже глубоко и профессионально.

- Только-то и всего? Пары дней хватило, чтобы научиться секретам?

- Нет, ну конечно, нет. Я же сказала, что нахожусь в начале долгой дороги. Учеба продолжается онлайн, мы с коллегами по полгода разбираем каждую рецептуру, смотрим, у кого что получилось. За последние семь лет у меня ни дня не было, чтобы не обучалась, не узнавала что-то новое.

- Какие сыры вы сейчас производите?

- Разные, более сорока наименований. Даже не назову точное количество. За квартал в копилку падают еще два-три новых сыра.

- А дебютировали вы с...?

- ...качоттой.

- Итальянским духом пахнет.

- Так я и варю, в основном, итальянские сыры. В мире есть лишь три места, где коровы дают молоко, из которого они получаются аутентичными. Кроме непосредственно Северной Италии, это еще часть кантонов Швейцарии и... предгорья Алтая. Всё. Больше нигде не сварить настоящего "итальянца".

Все же от молочка зависит.

Альпийское разнотравье алтайской Аи. Фото: КП

- В чем же его специфика?

- В альпийском разнотравье, которое кушает корова. Возьмите для сравнения наши луга и даже те, что находятся в сорока километрах отсюда, по соседству с райцентром Алтайское. Вроде бы всё то же, да не то. Варила сыр из тамошнего молока, казалось бы, совсем рядом, а сыры вызревают другие. Трава разная. У нас лучше. Такой, как в окрестностях Аи, больше нет.

О первой корове

- А как вас занесло в эти края?

- Мы жили в Барнауле. Там я выросла, окончила местный политехнический университет, получила специальность инженера-технолога пищевой промышленности.

- В принципе, сыроварение по вашему профилю.

- Поверите, никогда не думала об этом занятии. Я городской житель, если бы раньше сказали, что стану заниматься сыром, коровами и прочим сельским хозяйством, не поверила бы ни за что.

- Осознанно выбирали будущую профессию после школы?

- Нет, всё получилось совершенно случайно. Отнесла документы с подругой за компанию. Куда прошли по конкурсу, там и оказались. Отучилась, работала на Барнаульском пивзаводе директором торгового дома.

Все складывалось отлично. Родила дочку, потом сына, ушла в декрет со второй дочкой. И тут мы с мужем решили открыть фирму "Крестьянский двор", заняться поставками и продажей запчастей для сельхозтехники.

Сергей Курапов. Фото: www.alt-niva.ru

- А ваш Сергей кто по специальности?

- Инженер-строитель. Тоже окончил политехнический университет. Работал коммерческим директором на БЗКПД, Барнаульском экспериментальном заводе крупнопанельных домостроений. В девяностые годы предприятие обанкротилось и развалилось. Сами помните, какие времена стояли. В 1998-м, когда родилась Танюшка, наша третья, мы с Сережей ушли в коммерцию. Хотелось жить, а не выживать.

В 2003-м купили землю в Алтайском районе неподалеку от озера Ая. Задумали построить там небольшую турбазу в расчете, что это будет кормить нас на пенсии.

- Чем всё обернулось на деле?

- В течение трех лет мы должны были поставить на участке какое-нибудь строение. Таковы требования при покупке. Построили один дом, второй... И, знаете, нас зацепило. Начиная с 2004 года живем в постоянном строительстве.

А в 2015-м купили первую корову Юльку.

- Она-то вам зачем понадобилась?

- Сережа любит молоко. Очень! Лучше иметь свое, чем покупать у кого-то. На турбазе мы открыли кафе, где стали предлагать туристам свою сметанку, творог, молочко.

Людям понравилось, они приезжали на отдых и сразу спрашивали, мол, есть ли домашняя продукция. Я предложила мужу ввести в меню на постоянной основе свежее, парное молоко. Блинчики начали стряпать с творогом, сливки взбивать.

Не успели оглянуться, как глубже затянуло. Где одна корова, там и вторая. Юлька появилась в ноябре 2015-го, а уже в марте следующего года у нас было три буренки.

К концу 2016-го взяли грант полтора миллиона рублей, и коров стало... двадцать три!

- Настоящее стадо! Где его держали?

- Годом ранее мы купили с торгов полуразрушенное предприятие-банкрот СПК "Айский" и открыли крестьянско-фермерское хозяйство.

Когда-то на этих землях располагался колхоз-миллионер с винзаводом и великолепными садами. Что тут только не выращивали - яблоки, груши, сливы, вишню, клубнику... Все было, но потом, увы, рухнуло. Сельскохозяйственно-производственный кооператив тоже развалился.

- И вы купили это хозяйство?

- Не все. Лишь территорию, на которой у нас сейчас размещаются столярка, цех переработки и склады. Покупка земли обошлась почти в миллион рублей. Значительная сумма. Пришлось многое перестраивать, переделывать, зато двадцать три наши коровы переехали в прекрасное, светлое, просторное помещение.

О кошачьем бизнесе

- Тогда и приступили к производству сыра?

- Это стало логичным результатом. Нам попросту некуда было деваться. Заведя большое стадо, очень скоро выяснили, что летом спрос на молоко есть, а зимой он заметно падает. До райцентра Алтайское, где на местном сырзаводе принимали наше молоко, ехать почти час. Закупочная цена - одиннадцать рублей за литр. Повозили туда-сюда и поняли, что овчинка выделки не стоит, работаем на дядю.

Пробовали продавать молоко местным жителям, организовали доставку на дом, стали считать и снова прослезились. Времени на организационно-логистические хлопоты уходило много, а молоко отдавали, по сути, бесплатно.

- Кто занимался дойкой коров?

- Наемные работники - скотник да доярка.

- И вам, наверное, приходилось помогать?

- Обязательно. У нас еще и козы появились. Хозяйство разрасталось - свиньи, гуси, утки, куры, прочая живность, которую только можно вообразить.

- Попробовали объять необъятное?

- Это же было начало пути, когда хотелось всего и сразу. Только ведь кому-то следовало ухаживать за этим богатством... В общем, уработались мы, и стала я думать, что делать дальше, как исправлять ситуацию, пока не надорвались. Начать и бросить, столкнувшись с трудностями, не в моих правилах. Наоборот - чем больше сложностей преодолеваешь, тем интереснее. А вот когда со всем справилась, поставила бизнес на ноги, почувствовала себя свободно и вальяжно, вот тогда уже можно заскучать и поискать что-нибудь новое.

Но, думаю, сыроварня - последнее мое детище. Хватит, нужно успеть пожить и для себя.

- Животных, полагаю, вы любите?

- Обожаю! Кого поймаю, того и зацеловываю. И они не сопротивляются, понимают меня.

"С козочками общаюсь, как с людьми". Фото: КП

- У вас и в городе были братья наши меньшие?

- Да, у нас дома жили кошки. В начале нулевых годов я профессионально занималась фелинологией.

- Это что?

- Наука, изучающая физиологию домашних кошек, их породы, особенности разведения и содержания.

- Каких вы разводили?

- Шотландских вислоухих и британцев. Все - высокого уровня. По выставкам помоталась прилично, исколесила Россию вдоль и поперек, в Москве не раз бывала. Оно того стоило. Мои подопечные стабильно брали и защищали чемпионские титулы.

- Сколько же у вас было питомцев?

- Иногда доходило до двадцати. Но они оставались абсолютно незаметны.

- Как это? Разве можно не заметить двадцать кошек? Сущий дурдом!

- Кошачий дом. Он у нас был большой, даже очень. Пять спален на втором этаже, каминный зал на первом, где специально установили дерево. Настоящее, спиленное в лесу, с раскидистыми ветвями. Занесли внутрь при строительстве, через крышу. На ветках разложили лежанки. Вечером камин затопишь, кошки на дереве улягутся - красота!

- Вы держали их для продажи?

- Котят, конечно, реализовывала. Я возглавляла краевую федерацию, создала клуб "Версаль-кэт", куда входили более сотни членов. Цифра для Барнаула не рекордная, но серьезная.

Коммерцию никогда не ставила на первое место, но, к примеру, те же выставки - удовольствие дорогое. Перелеты, билеты для себя и животных, ветеринарные справки, гостиницы...

- А сколько стоил породистый котенок?

- Сейчас уже и не знаю, а в начале нулевых за малыша так называемого шоу-класса, претендующего на участие и победы в выставках, могли попросить долларов пятьсот-семьсот.

Мне нравилось занятие, но пришлось бросить, порвать с кошками резко и решительно, чтобы не бередить душу.

- Почему?

- Ни с того ни с сего началась аллергия. Почти два года продержалась на таблетках, принимала втихаря от мужа. Но чем дальше, тем становилось хуже, случалось, грудь так закладывало - ни вдохнуть, ни выдохнуть. А от лекарств, которые пила всё чаще, дала о себе знать печень. Сережу регулярно просила заехать в аптеку, объясняя, что препарат якобы требуется кошкам. Он начал догадываться, выяснил у провизора, от чего таблетки, прямо спросил: "Что, у наших мурок аллергия?" Пришлось сказать правду...

Словом, пятнадцать лет назад я окончательно и бесповоротно закончила с этим делом. Даже ни разу на выставку не сходила, не взглянула ни одним глазком, чтобы не дразнить себя.

- С тех пор у вас кошек нет?

- Сейчас живут две дурынды беспородные. Если зимой вижу бездомную бедолагу, тащу на ферму. Да и люди, зная мою любовь к зверью, подбрасывают найденышей. Я принимаю. А что остается?

Сейчас вот прижилась собака-девочка. Возрастная. Тоже подкидыш. Если бы была чья-то, домашняя, ушла бы обратно. А она и не собирается. Похоже, появился еще один питомец. Мы и рады, назвали Нюрой. Без разницы - породистое животное или нет. У нас все - любимцы. У меня - точно.

Елена Курапова. Фото: www.alt-niva.ru

О вредной козе

- Неужели не делаете разницы между кошками, гусями, свиньями, коровами?

- Хотите знать, кого больше люблю? Да всех! Но коз, пожалуй, все-таки сильнее. С ними интереснее.

- Но вы же с ними ссорились!

- Еще как! Даже дралась.

- Расскажите.

- Первую козу Милку купила у нас в деревне. Она однажды дала молока больше шести литров. Это ее рекордный надой. Обычно получалось чуть меньше, но доить Милку я приходила с пятилитровым ведром, поскольку в трехлитровое всё не входило. А козье молоко вкусное, плотное, жирное!

С козочками я общаюсь как с людьми. Вот честно! Интеллектуально развитые животные. Мне кажется, если бы они умели говорить, затмили бы многих из нас. Без умолку болтали бы обо всем на свете. Иногда так посмотрит, что и без слов всё понятно. Взгляда достаточно. Допустим, стоит, розу доедает и нагло смотрит мне в глаза. Начинаю орать: "Ты что же творишь, сволочь такая?" А она косится из-под челки: "Мам, зачем кричишь? Цветочка для меня жалко?" И глядит так умно-умно. Понимает, напакостила, но вину признавать не хочет. К чему ссориться из-за какой-то розочки? Тьфу на нее!

Но в тот раз мы с Милкой крупно повздорили. Сейчас не вспомню, из-за чего именно. То ли она подошла, а я на нее внимание не обратила, не выделила среди других коз. А она все-таки первая, любимая. Милка была комолая, без рогов. И вот стала так сзади подталкивать меня. Я возьми, да и отодвинь ее рукой в сторонку. Не то, что ударила, - слегка хлопнула по лбу. Я вообще их не бью.

Словом, чуть оттолкнула, а та опять напирает. Снова отстранила. На этот раз посильнее шлепнула. Коза заупрямилась, начала давить. Я тоже завелась, одернула по-настоящему.

Собралась доить, а она не идет. Затащила, поставила силой. Мила стояла в напряжении, а на последних струях взяла и сунула ногу в ведро. Раз - и готово. Я разозлилась и к-а-а-ак дала ей по башке!

Это же выброшенный продукт, я такое молоко никогда не использую. Милка прекрасно понимала, что гадит мне назло. В общем, двинула ее, а она - хвать за волосы и выдрала у меня клок!

- Что дальше?

- Так продолжалось несколько дней. Я дою ее, а она в конце мне ногу в ведро засовывает. Вот стоит и ждет, чтобы воткнуть в последний момент. Я вроде смотрю, караулю, а она все равно успевает просунуть...

Пришлось мириться. Первой заговорила с ней. Мол, хватит уже, сколько можно характер показывать? Издеваешься надо мной, что ли? Обняла ее, поцеловала. Сначала мордочку отворачивала, потом потихоньку успокоилась, простила. Животное, а всё понимает. После этого мы жили в мире. Правда, не очень долго.

Мила погибла. Ее, запорола другая коза. Таська была рогатая. Что-то они между собой не поделили, вот и боднула, зараза такая...

Не смогла я больше видеть Таську в своем стаде.

- Зарезали?

- Мы коз не режем, боже упаси! Сначала ласкать, а потом под нож пускать? Совсем уж как-то жестоко. Не вынесу этого. Поэтому коз только отдаю или продаю. Таську даром уступила, лишь бы глаза не мозолила, о Милке не напоминала.

А ту похоронили. Ветеринар приехал, посмотрел, сказал: поделать ничего нельзя, рана тяжелая, крови потеряно много. Усыпил Милу, чтобы зря не мучилась. Потом увезли ее, закопали...

К концу 2016-го взяли грант полтора миллиона рублей, и коров стало... двадцать три! Фото: КП

О волшебных джерси

- И с коровами конфликты бывают?

- Пожалуй, нет. У нас животные живут в любви. Никому не позволяю грубо с ними обращаться. У некоторых скотников есть привычка: подойдут утром к лежащей корове, грубо пнут ногой, мол, вставай, хватит валяться. Считаю, это убогие, ущербные люди, которые так вымещают комплексы, самоутверждаются на тех, кто не может по-настоящему ответить. Корова ведь просыпается как ребенок. Включаешь свет, и она тянется, позевывает. Главное, чтобы был покой и никакого стресса. Мы постоянно включаем им музыку. Вечером возвращаются с пастбища, и их встречает классика. Они ее любят. Это и на надои положительно влияет...

- Шутите?

- Абсолютно серьезно говорю. Это же умиротворение. Покушали на природе, зашли в тепло, сухость, чистоту, легли и дальше жуют, молочко вырабатывают. Поэтому утром всегда начинаю разговор потихонечку: девочки, куколки мои, подъем... Если продолжают лежать, по попке похлопаю рукой. Это же наши кормилицы, за их счет мы живем. Как можно обижать?

Тем более понимая, какая участь им уготована в финале... Но отпущенный век они должны прожить комфортно, достойно.

- На мясо пускаете?

- Приходится. Свиней тоже.

- Чем они хуже коз?

- Да не в том дело. Как ни крути, но это бизнес, хотя, не скрою, решение отправить кого-то на бойню в первые годы давалось мне крайне сложно.

- Плакали?

- Не то слово. Рыдала! Думала: либо с ума сойду, либо нужно отпускать ситуацию. По сути, я лично выношу приговор. Это была и остается моя ответственность. Однажды корова ногу сломала, у другой в родах произошло выпадение матки, и я должна была решать судьбу несчастных. Очень страдала, когда их увозили. Но что сделать? Жизнь.

- Когда звонил вам, чтобы договориться о встрече, вы сказали, что делаете УЗИ корове, и это очень ответственный момент...

- Так я же в 2023 году завела джерси! Из Ставропольского края привезла коров этой уникальной породы. Ее особенность в чем? Она идеально подходит для сыроделов. Очень жирное молоко получается - от шести процентов, иногда поднимается до девяти с лишним. Представляете, практически сливки. Чудо! Выход продукции у джерси почти в два, ладно, не в два, в 1,5-1,7 раза выше, чем у обычной коровы.

Молоко густое, плотное, желтое, даже оранжевое.

Творог я всегда делаю старым дедовским способом, при естественном сквашивании. Не люблю разные закваски. Молочко схватилось, мы его сварили. Немножечко сыворотки оставляю на следующую варку, чтобы быстрее закисло. Великолепный творожочек получается, но из обычного молока сыворотки много, а творога мало. Когда же впервые поставила молоко от джерси и засунула туда шумовку, чтобы размешать, поняла, что провернуть ее не могу. Пришлось приложить усилие. Творог режу ножом, как калье сыра. В итоге и сметаны, и масла, и творога в несколько раз больше - благодаря жирности и высокому белку. Одна джерси заменяет двух других коров. Меньше приходится кормить, убирать... Эффективность выше.

Со всех сторон выгода, правда, и цена на джерси очень такая... кусачая.

- Сколько одна стоит?

- 250 тысяч рублей. Плюс перевозка. Голова из Ставропольского края обошлась нам в 300 тысяч.

- А вы много взяли?

- Десять коров. Заказывали скотовоз, привезли... В дороге я не сопровождала, но отбирала лично, ездила на племпредприятие, смотрела показатели родителей, кем крыта, сколько мама молока дает...

Брала нетелей, сейчас у нас уже восемнадцать джерси. Они ведь телиться начали в мае. Одну покрыли позже, вот я и проверяла с помощью УЗИ, не произошла ли какая-то ошибка. Боялась, что эта джерси не стельная оказалась, пустая. Провели обследование, и приятно меня удивили: моя девочка скоро станет мамой. Хоть бы родилась телочка! Всех буду оставлять себе. А мальчиков - продавать.

О неприятных вопросах

- Получается, вы делаете более сорока видов сыров, а коров у вас сколько?

- Дойных в районе ста, если всех сосчитать. Постепенно полностью перейдем на джерси. У меня есть единомышленники, люди, в хозяйстве у которых сейчас живут мои коровы. Покупаю у них молоко, чтобы не мучились со сбытом, но корм, ветеринарные обработки, прочие заботы - за их счет. Все анализы под моим строгим контролем.

Так, кстати, и с козами. У нас на ферме живут пять дойных и козел, остальных раздали односельчанам. Штук сто пятьдесят или около того.

- У вас же и земля есть?

- Чуть больше тысячи гектаров. И пастбищная, и пахотная. Но мы не пашем и не сеем, техники у нас нет. Да и невозможно охватить всё. Отдаем землю в аренду, а за это имеем зерно на корм. Овес, пшеницу, ячмень. Очень удобно.

- Кажется, пора задавать неприятные вопросы, Елена Александровна.

- Ну давайте. Попробую ответить.

- Как соседи реагируют на ваши успехи?

- По-разному. Кто-то ровно, другие с раздражением. Понимаете, мы же приезжие, городские, и многие с самого начала говорили: ой, да у них ничего не получится, сейчас поиграют и бросят. Фермерство с коровами и навозом не для белоручек.

Люди зачастую по себе судят...

Теперь уже все признали, что мы здесь всерьез и надолго. Некоторые даже потихоньку гордятся, что Ая гремит благодаря нашим сырам. Большинство же с интересом следят, что будет дальше.

Для нас главное, что никто открыто не ругается и пакостей не делает. Такого точно нет. Хотя при желании повод для скандала всегда можно найти. Скажем, пару раз козы залезали в чужой огород, а там - капуста. И ладно бы сожрали один вилок, нет, обходят все грядки, надкусают каждый кочан! Еще и тыквы по дороге прихватывают, дырок сверху наделают. Соседка, понятное дело, их гоняет, тем не нравится, вот и вредят специально.

- И как вы разбираетесь с пострадавшей стороной?

- Договариваемся, мирно расходимся... Я предлагала, мол, Люда, давай куплю эту капусту или заплачу. Она отмахивается: "Не надо, новую выращу..." Конечно, это неправильно. А с другой стороны, я не могу все чужие огороды загородить и коз на привязи держать. Они сами ходят на гору пастись, вечером возвращаются.

- Днем был свидетелем, как ваш козел потерялся, соседи нашли, дали объявление в сельский чат, и вы сразу опознали его по фото.

- Конечно. Это же мой козел. Как не узнать? Ходит, блеет, ищет дорогу домой. Видимо, отстал от стада. Он еще молодой, Сережа недавно привез его из Красноярска.

- Тысяча километров! Ближе не нашли?

- Зато там козы хорошие, альпийские. Давно следила за хозяйством, где их выращивают. Теперь у меня оттуда козел и две козочки, у них великолепный потенциал.

- Еще вопрос против шерсти. Много езжу по стране и вижу, что сыроварен немереное количество развелось. И каждая нахваливает фермерский сыр. Мол, у нас настоящий, лучший. Вот и вы о том же говорите. Но хорошего сыра много не бывает.

- Больная тема! Я вот в городах вижу вывески: фермерский магазин. Захожу, смотрю. Весь товар - заводское производство. Где, спрашиваю, фермерская продукция? Зачем берете наше имя и позорите его? И непонятно, что внутрь напихали. Где варили, что намешали? У нас на сто процентов всё натуральное, свое, а тут и пальмовое масло может быть для жирности, и что угодно.

Ни один фермер не в состоянии купить большое производство. Оборудование очень дорогое. Поэтому прикрываются часто модным словом, а если чуть-чуть копнуть...

И на Алтае много тех, кто называет себя сыроваром, но, положа руку на сердце, я готова поручиться за себя и семью Кокориных из Смоленского района. Это относительно недалеко от нас.

Допускаю, еще есть, но я больше никого не знаю.

О сарафанном радио

- По аналогии с вашим кошачьим клубом наверняка должен быть и какой-то фермерский.

- В "Одноклассниках" есть профессиональная группа, куда входят животноводы, козоводы, сыровары...

- Сколько там народу?

- Немного. Мы ведь, как бы сказать помягче, все немножко...сыронутые, повернутые на сыре.

Промышленных производителей вокруг гораздо больше.

Елена Курапова: "В мире лишь три места, где коровы дают такое удивительное молоко!" Фото: www.alt-niva.ru

- Но вы ведь тоже увеличиваете масштабы.

- Никогда не перестану быть фермером, поскольку беру строго определенное количество молока. Ровно столько, сколько можем переработать самостоятельно, своими руками. В сыроварню никого из чужих не допускаем. Даже наемным работникам доверяем мытье посуды, пола, оборудования, а над сыром колдуем вчетвером: я, муж и дочки - Злата, Таня. Всё. Больше, повторяю, никто не подходит ни к молоку, ни к сыру...

- Рецепты тоже в секрете храните?

- Всё придумано до нас. Есть, конечно, технологические нюансы. Регулярно собираемся с коллегами, два раза в году проводим слет в Турции, посильно вносим лепту. Как правило, мне делиться нечем, беру у других. В том числе и буквально. Покупаю новые закваски, плесени.

Разбираем опыт каждого: здесь температурный режим поменяли, тут зрелости сыру прибавили...

Таинство. Фото: из личного архива

- С Союзом сыроваров дружите?

- С этим лучше сразу к Олегу Сироте. Его детище. Там собрались настоящие акулы, мы песчинки на их фоне. Но я и не рвусь в небеса. Не моя история.

Сирота активный, у него хорошо отлажен бизнес, за спиной чувствуется большая команда. И деньги, думаю, очень серьезные. Грамотный маркетинг, продвижение...

Впрочем, не хочу никого критиковать. Союз собирает фермеров, дает им площадку, что хорошо. Но вы же спросили про сыр, вот и отвечаю: такие объемы не сделать в домашнем хозяйстве, это производство...

Да, и мы работаем за деньги, но, готова перекреститься, не ради них. Для меня сыроварение - радость. Хочу ей делиться. Есть чистый бизнес, а есть хобби, то, что идет из души.

- В котором часу у вас начинается рабочий день?

- Встаю первой. Как правило, около четырех утра. В пять уже варим молоко. После вечерней дойки оно должно остыть, отдохнуть, отстояться до определенной температуры.

Сергей обычно допоздна возится в цехе, ему спокойнее работать ночью, когда никто не отвлекает. Под утро уходит спать, я выхожу ему на смену.

И целый день на ногах. Интересная работа. Очень! Постоянное ожидание, что получится, как пройдет. Мы же без конца экспериментируем, дегустируем, угощаем друзей, спрашиваем их мнение.

Таинство. Фото: из личного архива

- А сарафанное радио когда заработало?

- Практически сразу. Нам, наверное, повезло, качественный продукт пошел с самого начала. Покупателя ведь не обмануть, особенно настоящих сыроедов. Люди приезжают и покупают головками. Хотя наш выдержанный сыр стоит около пяти тысяч рублей за килограмм, и одна головка тянет на шесть-семь кило. Да, дорого. Но люди берут сразу на компанию - себе, друзьям, соседям. Режут на куски, запаивают в вакуумную упаковку, чтобы хватило до следующего приезда. Говорят, что без нашего сыра уже жить не могут.

Я вот тоже всегда беру в дорогу кусочек. Иначе челюсти начинает буквально сводить судорогами. Потребность почувствовать этот вкус, кислинку...

- Чужой сыр едите?

- На дегустациях пробую. И в заграничных отелях на шведском столе тоже беру ради интереса. Если натуральный продукт, ем. Остальное сразу откладываю. Зачем жевать пластилин? Вид разный, а вкус один.

О правильном настроении

- Вы же и за кордоном учились?

- Да, четырежды ездила в семью миланских сыроваров, которые из поколения в поколение передают традиции. Каждый раз проводила на Апеннинах около двух недель. Эти поездки очень многое мне дали.

Елена Курапова. Фото: www.alt-niva.ru

- Итальянского языка не знаете?

- Общались на языке сыра. Правда! Без проблем. Смотри и запоминай. Переводчик подстраховывал, когда речь заходила о технологических нюансах.

- Родоначальников не превзошли?

- Нет, конечно. Было бы нескромно делать такие заявления. Но у нас получается на уровне. И качотта, и азиаго, и грана падано. Я же возила сыры на дегустацию в Милан, и итальянцы сюда приезжали. Оценили по достоинству.

- Кстати, есть сыр, название которого начинается на букву "я"? Плавленый сырок "Янтарь" не в счет.

- Ярг. Он заворачивается в крапивные листья и так варится, созревает в них.

- Чей сыр?

- Итальянский. Оттуда у нас рецептура. Правда, в этом году не закладывала его. Зато сейчас варим с лисичками. В сене выдерживаем, в луговых травах. Оригинально получается.

А белпер кнолле когда-нибудь пробовали? Очень вкусный сыр, чесночный. Его хоть с вином, хоть с кофе можно есть, абсолютно ко всему подходит. Сперва мягкий, а когда доходит до зрелого состояния, начинает крошиться. Кусочек откалываешь - и в рот. Может спокойно лежать в холодильнике и год, и полтора. Его очень любят охотники, рыбаки, те, кто ходит в походы, в горы.

- Именитыми покупателями похвастаетесь?

- Не буду. Зачем козырять? Получится, будто цену набиваю за чужой счет.

- Ладно, тогда расскажите, какие песни поете своим сырам?

- Всё, что на душе в ту конкретную минуту. Но что-нибудь обязательно мурлычу в зависимости от настроения. Хотя оно всегда должно быть хорошим. С плохим к сыру лучше не приближаться. И к молоку нельзя подходить в скверном расположении духа.

- Но вы же живой человек, трудно прожить день с улыбкой, всякое может случиться.

- Были эпизоды, когда сыр буквально умирал у меня на глазах. Не мог созреть, как-то скукоживался, оставался сырым куском теста, не вызревал из-за моего настроения.

- Что у вас в жизни происходило в тот момент?

- Да вроде ничего особенного. Может, была раздражена чем-то, уставала... А сыр сразу реагировал. Он живой, поверьте. От человека идет энергетика, которая уходит туда, внутрь.

- Не утомились от такой ответственности?

- Наоборот, это вдохновляет. Не трогал бы никто, сутками сидела бы в сыроварне, не вылезала. Ваяла бы, творила. В голове столько новых вкусняшек, которые хочется реализовать! Но сейчас времени не хватает маленечко. Сначала надо завершить стройку.

Мы же запускаем проект по туризму. Взяли федеральный грант, выиграли десять миллионов рублей на благоустройство фермы.

Кажется, будто сумма большая, солидная, но с нынешними ценами не разгуляешься...

На турбазе Кураповых гости чувствуют себя как дома. Фото: Дмитрий Лямзин / Altapress

О творческих планах

- Победили в конкурсе легко?

- Даже не верила, что получится. Представители краевой администрации предложили подать бумаги, как и всем остальным. А я в 2021 году переболела ковидом. Тяжело было, восстанавливалась с большим трудом, постоянно чувствовала слабость, сомневалась, могу ли взять на себя новую нагрузку. И до окончания конкурса оставалось буквально три дня.

Возвращалась из Москвы, сидела в аэропорту Шереметьево и думала, писать или нет. А если писать, то что. Решила изложить всё, как есть. Нужно сделать благоустройство фермы, выровнять участок, ограждение поставить, купить оборудование в кафе... На сто процентов была уверена, что на такие безделушки никто не даст денег. Скажут, есть глобальные проблемы, а она с ерундой лезет... В принципе, мне не так много и надо было, мы сами сделали бы, но это растянулось бы на годы.

На турбазе Кураповых гости чувствуют себя как дома. Фото: Дмитрий Лямзин / Altapress

У меня в мечтах давно жила сыроварня, расположенная за стеклом. Этого нет в утвержденном гранте, но есть в нашем проекте. Нужен красивый дегустационный зал. Чтобы люди приезжали, и им было уютно. Для этого надо создать домашнюю обстановку. На завтрак гости завернут, а у меня творожок со сметанкой, кашка, яйца свежие, только из курятника. Тут ведь важны не только деньги, инвестиции, а дух, теплая атмосфера. Буду детям показывать, как доится корова, чтобы не думали, будто молоко берется из пакетов.

Всё, что задумала, обязательно реализую. Мечты сбываются.

- Не только у "Газпрома"?

- Разумеется! Подождать осталось совсем чуть-чуть. У нас всё идет постепенно, поэтапно. Уже туристы приезжают, гуляют по ферме, смотрят, кому что интересно. Хозяйство только совершенствуется с каждым разом.

- Билеты продаете?

- Сейчас вход свободный. За дегустацию надо заплатить, но это понятно. Сами знаете, бесплатный сыр бывает лишь в мышеловке, а мы с гостями обращаемся честно. Угощаем алтайским чайком с медом, даем разные сыры попробовать. Хотим еще мороженое из сельских сливок делать.

Фирменный магазин семейной фермы. Фото: КП

- Когда планируете полноценное открытие?

- Надеемся, в ноябре.

- Как, кстати, правильно называть вашу ферму?

- Хозяйство семьи Кураповых. Во-первых, это наше общее, семейное дело, к которому все подошли с серьезностью и вдохновением. И Сергей, и дочки. Только Саша, сын, пока в этом не участвует, говорит: мама, вы на ногах крепко стоите, всё идет нормально, вот если понадобится помощь, сразу подключусь.

Вкуснота в ассортименте. Фото: Дмитрий Лямзин / Altapress

Вторая причина, почему такое название. Мы не прячемся за красивые вывески, а своим именем отвечаем за качество. Курапов - фамилия мужа, его отец и мой свекор был полковником в отставке, прошел всю войну во фронтовой разведке, победу встретил в Берлине. Потом служил военным комендантом здесь, на Алтае. Когда Сережа родился, отцу было уже под пятьдесят лет. Петра Алексеевича, царство ему небесное, все вокруг уважали.

Разве можно такую фамилию опозорить? Поэтому и встаю каждое утро в четыре часа, сырные головки с бока на бок переворачиваю, поглаживаю, песенки им напеваю.

А вы спрашиваете, веселая ли у нас жизнь? Нормальная! Скучать не приходится...

Алтайский край, село Ая.