Документ /

Дмитрий Медведев и Джозеф Байден обсудили перспективы развития российско-американских отношений, присоединение России к ВТО, вопросы европейской противоракетной обороны, а также ситуацию на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

***

Д.Медведев: Уважаемый господин вице-президент, я рад нашей новой встрече.

В прошлом году у нас получилось неплохо продвинуть отношения между Соединёнными Штатами Америки и Российской Федерацией. Прошедший год был удачным, включая и такое знаменательное для всех событие, как ратификация Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений. Я думаю, что и мы с Президентом поработали неплохо, и хотел бы сказать, что и Ваше участие было весьма и весьма успешным в этом процессе. Хотел бы Вас за это поблагодарить.

Я уверен, что это будет полезно для наших стран – стало быть, и для общей безопасности на планете. Но в то же время у нас есть двусторонние вопросы, которые также являются очень важными для наших государств. И я рассматриваю Ваш визит в нашу страну именно в этом контексте. Мне кажется, наши экономические отношения существенно отстают от политических. В этом смысле, конечно, этому мешает и отсутствие участия России во Всемирной торговой организации. Надеюсь, в этом году процессы будут завершены, в том числе при деятельной поддержке Соединённых Штатов.

У нас есть крупные экономические проекты, которые мы должны совместно развивать. Я очень рад тому, что Вы только что посетили Сколково. Это как раз пример хорошей кооперации в сфере высоких технологий, создания новых видов бизнеса, что особенно важно для наших стран, особенно в период выхода экономики двух стран из кризиса.

Вы провели и завтра ещё будете проводить переговоры по экономическим вопросам. Но есть, конечно, темы, которые всё равно остаются исключительно важными для наших стран, я имею в виду вопросы обеспечения безопасности.

За последнее время произошёл целый ряд важных событий в этой сфере. В прошлом году во время саммита Россия–НАТО я предложил совместную конфигурацию нашей работы по противоракетной обороне и вообще в контексте европейской безопасности посмотреть на эту проблему.

Есть проблемы, которые возникли в этом году, – я считаю, что они также должны относиться к нашей совместной повестке дня, включая те проблемы и вызовы, которые в настоящий момент концентрируются на Ближнем Востоке и на севере Африки, целый ряд других международных проблем, по которым мы неплохо работаем с Соединёнными Штатами Америки. Я уверен, что такая кооперация будет продолжена.

Так что, надеюсь, Ваш визит будет успешным и насыщенным. Мы готовы к тому, чтобы развивать полноценные, полноформатные отношения, стратегические отношения с Соединёнными Штатами Америки, Вы об этом знаете. Тем более что Вы довольно давно не были в нашей стране. Надеюсь, что у Вас возникнут и какие‑то новые ощущения от пребывания здесь. В любом случае все условия для этого будут созданы. Хотел бы, чтобы Вы передали от меня наилучшие пожелания моему коллеге Президенту Обаме.

Дж.Байден (как переведено): Господин Президент, Президент Обама также посылает Вам наилучшие пожелания.

Как Вы знаете, я один из тех, с кем он консультируется по различным вопросам.

Я очень рад находиться опять в России. Я изучаю Россию. И я всегда испытывал глубокое уважение к России как к великой державе.

Первый российский лидер, с которым я встретился, был Брежнев, вот так я стар. Кстати говоря, о том, сколько мне лет: я знал как Джексона, так и Вэника. Я думаю, что именно поэтому Президент Обама хочет, чтобы я был недалеко от него.

И, как Вы знаете, господин Президент, как Президент Обама, так и я были избраны. Один из приоритетов того, что мы собираемся делать после того, как Обама стал Президентом, – это улучшение российско-американских отношений.

В течение целого ряда лет, когда я был председателем сенатского комитета по внешнеполитическим отношениям, я считал, как и Президент Обама, что наши отношения развивались не в правильном направлении.

И, кстати, первая внешнеполитическая речь, которую я произнёс после того, как администрация Президента Обамы оказалась у власти, – это была речь в Мюнхене, речь там шла о том (кстати, я это сказал по поручению Президента Обамы), что наступило время для перезагрузки российско-американских отношений, что нужно нажать кнопку перезагрузки. Эту фразу я тогда сказал.

Были кое‑какие скептики, которые утверждали, что не будет прогресса в наших отношениях за первые два года президентства Обамы. Однако мы доказали их неправоту, и прогресс в наших отношениях за эти два года был достигнут. И этот прогресс был достигнут не только в области Договора по СНВ, но также по таким вопросам, как Корея, Иран, Афганистан, а также по многим другим важным направлениям.

Как Вы уже сказали, я только что закончил встречу с бизнес-лидерами из России. Мы были в замечательном кампусе в Сколково, и мы надеемся, что этот кампус станет новой Кремниевой долиной России.

Одна из причин, почему я здесь нахожусь, состоит в том, что Президент Обама хотел, чтобы я совершенно чётко сказал о том, что мы хотим, чтобы продолжался прогресс в этой области, в частности в области экономического сотрудничества с Россией. Вы, в частности, говорили об инновациях, о тех изменениях, которые происходят в экономическом секторе, и о других важных вещах, важных изменениях. Мы хотели бы тоже быть частью этого процесса.

Разница между тем, какая ситуация имела место в то время, когда я посещал Россию в 70-х годах, и тем, какая ситуация имеет место сейчас, заключается в том, что мы больше не рассматриваем характер наших отношений как игру с нулевой суммой: если выигрывает один из нас, то это совсем не означает, что проигрывает другой.

Я оцениваю успех любой встречи по тому, узнаю ли я что‑то новое, то, чего я не знал до того. Именно так прошла сегодня моя встреча с российскими бизнес-лидерами. Один из топ-менеджеров сказал: «Вы ожидаете от нас, то есть от России, больше, чем вы ожидаете от Китая или Индии». И он сказал, что это, возможно, является пережитком «холодной войны». Я об этом подумал. Не думаю, что это из‑за «холодной войны». Я думаю (я говорю об этом совершенно серьёзно), что такие высокие, такие большие ожидания имеют место именно вследствие нашего большого уважения по отношению к России.

Во время моей карьеры, когда я разговаривал с одним из лидеров в России, я понимал, что я сижу рядом с одним из самых могущественных людей в мире. И то же самое ощущение у меня и сейчас. И я это говорю абсолютно искренне.

Так что, может быть, иногда действительно мы ожидаем слишком большого прогресса в слишком короткие сроки. Но эти ожидания являются следствием восхищения и уважения, а не отсутствия уважения.

Д.Медведев: Господин вице-президент, спасибо за добрые слова. Я хотел бы выразить только надежду, что в следующий раз, когда Вы приедете в нашу страну – надеюсь, это будет достаточно скоро, – хотя бы одна из тем, которую Вы упомянули, уйдёт в прошлое, я имею в виду поправку Джексона–Вэника. Потому что это вечная тема, которая сопровождает Ваши поездки. Надеюсь, что это в последний раз. Нельзя же заниматься этим всю свою карьеру.

Дж.Байден: Я надеюсь, что нет, господин Президент. Мы решительно поддерживаем отмену поправки Джексона–Вэника. Как Вы знаете, мы взаимодействуем не только с Вами, но и с другими странами в том, чтобы поддерживать усилия России по вступлению в ВТО. Мы отнюдь не пассивно к этому относимся.