Документ /

Владимир Путин провёл встречу с представителями региональных деловых кругов, задействованных в приграничном российско-казахстанском сотрудничестве.

В.Путин: Уважаемые друзья, коллеги, добрый вечер!

Вы знаете, что завтра в Астане у нас должна пройти очередная и, в общем, традиционная встреча регионов России и Казахстана. Будучи здесь, в Оренбурге, конечно, хотелось увидеться с людьми, которые осуществляют эту практическую работу.

Надо сказать, что эти встречи всегда проходят очень содержательно предметно, конкретно. Но, разумеется, было бы любопытно услышать вас: у вас же большая граница с Казахстаном – наверняка есть какие‑то общие проекты, общие дела. Или их нет, тогда почему.

Если вы видите какие‑то вещи, которые нуждаются в поддержке правительственного уровня, уровня правительств обеих стран, межгосударственного уровня, – пожалуйста, скажите об этом. Или, наоборот, вы видите какие‑то проблемы, которые мешают развитию сотрудничества и подлежат устранению, и об этом вас просил бы сегодня сказать.

Вторая часть, а может быть, она по важности самая главная, – всё‑таки хотелось бы услышать, как вы ощущаете взаимодействие с административными органами, доходят ли до вас какие‑то предпринимаемые Правительством усилия, направленные на поддержку бизнеса и малого, и среднего, и бизнеса вообще; работают ли здесь у вас, в Оренбурге, программы соответствующей поддержки, как они работают, как складываются отношения с административными структурами, имею в виду и антимонопольные органы, и налоговые, и различные проверяющие организации.

В общем, я вас надолго не задержу. Мне было бы очень интересно и полезно услышать от вас живую информацию, которой наполнена ваша практическая работа и жизнь.

Вот, собственно говоря, и все вступительные слова. Давайте просто начнём нашу встречу. Да, вы видите, что слева и справа от меня – мои коллеги из Правительства: Министр промышленности, Министр экономического развития, Министр финансов – мы все в вашем распоряжении и внимательно вас слушаем.

Это абсолютно неформальная встреча, это не какой‑то там протокол заигранный и расписанный. Мне бы очень хотелось, чтобы это был живой разговор.

Кто начнёт? Прошу Вас. Представьтесь, пожалуйста.

О.Бочкарёв: Добрый вечер, Владимир Владимирович! Добрый вечер, уважаемые коллеги!

Бочкарёв Олег Викторович, председатель оренбургского регионального отделения «Опоры России». По роду деятельности я генеральный директор учебного центра дополнительного профессионального образования «СтройЭнергоМонтажСервис».

В лицензии нашего предприятия 302 рабочие специальности, мы осуществляем подготовку и переподготовку инженерно-технического персонала в таких областях, как охрана труда, экологическая безопасность, промышленная безопасность, энергетическая безопасность. Также мы учим механизаторов всех категорий. Тому, что движется на колёсах и ползает на гусеничном ходу, – всему мы обучаем.

Естественно, плотно работаем с нашими коллегами из Казахстана, так как у них есть необходимость тогда, когда они заходят на наши российские предприятия, иметь допуск на перевозку, допустим, опасных грузов. Много аспектов. В этом плане надо сказать, что особых проблем нет. У нас были проблемы с перечислением денег и с конвертацией, но это всё в рабочем порядке решается.

Мне бы хотелось проговорить определённые вещи от имени предпринимательского сообщества, так как всё‑таки «Опора России» занимается малым и средним бизнесом.

Какие проблемы? Первое – это логистика. Она в особенности касается, конечно, малого и среднего предпринимательства, тех, кто перевозит грузы на колёсах, потому что с «железкой» более или менее всё нормально, насколько мне известно.

Проблема в чём в перевозках? У нас есть участок федеральной трассы протяжённостью 38 километров, который находится в неудовлетворительном состоянии. Это, кстати, отрезок «Шёлкового пути». Знаем, что в планах на 2017 год стоит капитальный ремонт, вернее, реконструкция этой дороги. Но хотелось бы, чтобы планы не остались планами.

В.Путин: Чтобы не забыли про это.

О.Бочкарёв: Да, чтобы не забыли.

В.Путин: Какой участок, ещё раз скажите, пожалуйста? Что это за участок?

О.Бочкарёв: Это участок от города Акбулак до пункта перехода через границу с Казахстаном – Сагарчинский. Это направление Актюбинской области.

И здесь же, на этой же трассе, у нас существует такая проблема – низкая пропускная способность самого пункта пропуска Сагарчинский.

В одной шеренге стоят большегрузы, малотоннажные коммерческие автомобили, там же стоят граждане Российской Федерации или Казахстана, которые перемещаются естественным образом, кто в гости – понятно, что у многих родственники и в Актюбинске, и в Оренбургской области, – здесь же стоят и трудовые мигранты – всё это проходит через одно окно. Понятно, что безопасность прежде всего. Но, похоже, у погранцов не хватает и людских ресурсов, и материально-технической базы, можно было бы её усилить. Причём казахстанская сторона свой терминал уже разделила на потоки, но всё равно от этого эффект нулевой, потому что оттуда мы попадаем в «воронку», в «узкое горлышко».

Очереди, могу сказать, от трёх до семи часов бывают. Иногда полегче, но в основном очень тяжело границу пройти именно в силу того, что загруженность большая.

Второй вопрос от предпринимателей. Владимир Владимирович, уважаемые коллеги, зависли в стадии согласования некоторые технические регламенты, которые предназначены именно для экономической зоны. Приведу пример о безопасности питьевой воды, расфасованной в ёмкости, не можем мы пока возить друг другу, безопасность алкогольной продукции. Задали вопрос о безопасности аттракционов.

В.Путин: Аттракционов?

О.Бочкарёв: Аттракционов, да. Тоже малый бизнес. Ещё есть ряд несогласованных вопросов.

В.Путин: Ускорить?

О.Бочкарёв: Ускорить, да. Есть какие‑то временные рамки или пока не договоримся?

Третье. Проблема касается нулевой ставки НДС при осуществлении внешнеэкономической деятельности.

Проблема в чём? Объясню. Предприниматель отгружает партию товара с нулевой ставкой НДС согласно Налоговому кодексу. И отчитаться он у нас может только после того, когда получит соответствующие документы с противоположной стороны, что они получили возмещение. И вот иногда вмешивается налоговая инспекция, допустим, посредине года у них возникает вопрос: а почему? Естественно же, сделки идут друг за другом, это же не одна сделка. Вопрос у них возникает: а почему нулевая ставка? И тем самым они возбуждаются на внеплановую проверку. А вы сами понимаете, что такое внеплановая проверка – проверяют по полной.

Здесь вопрос в чём или просьба: чтобы Федеральная налоговая инспекция в конце концов разъяснила в регионы какой‑то алгоритм действия – всё‑таки как нужно действовать правильно? Когда эта нулевая ставка уже считается критической? Допустим, когда прошёл финансовый год и плюс сколько‑то месяцев или какие‑то сроки. Потому что чёткого разъяснения предприниматели не могут получить у нашей налоговой, и возникают такие проблемы.

В.Путин: У них возникает подозрение о притворности сделки, да?

О.Бочкарёв: Да. А под этим предлогом начинается внеплановая проверка. И у предпринимателей, можно сказать, два пути: уйти в «серую» схему или два раза заплатить НДС.

В.Путин: Почему? Внеплановая проверка – это не повод для того, чтобы дважды платить.

О.Бочкарёв: Многие считают: лучше я два раза заплачу, чем меня проверять будут.

В.Путин: Странно.

О.Бочкарёв: По крайней мере, так ребята объясняли.

И следующее, можно?

В.Путин: Конечно.

О.Бочкарёв: На наш взгляд, значительная часть таких проблем, мешающих интеграции в сфере малого и среднего бизнеса, могла бы быть решена способом создания единого информационного пространства, всё‑таки у нас его так и нет. Мы знаем, что есть агентство, которое занимается проведением форумов, локальных мероприятий. Они, конечно, нужны, эти мероприятия, но постоянной пропаганды, здоровой пропаганды ведения бизнеса именно на приграничном пространстве нет, к сожалению. Опыт был, пытались запустить частным порядком какие‑то журналы и прочее, но частным порядком не получается вывести, нужна, наверное, государственная программа.

В.Путин: В этой информации должны быть условия совместной работы, условия работы в Казахстане, работы у нас, в общем, разъяснения того, что и как можно делать и какие те же самые регламенты существуют.

О.Бочкарёв: Да, как раз в оперативном порядке чтобы не возникали эти не особо такие крупные вопросы, но их можно именно таким образом решать. Доступность информации должна быть.

В.Путин: Да.

О.Бочкарёв: Владимир Владимирович, хотелось бы сказать большое спасибо Вам и Борису Юрьевичу Титову, я сейчас говорю об институте уполномоченного. Здорово, что у нас есть такой инструмент защиты малого предпринимательства. В Оренбургской области он очень эффективно работает, помимо аппарата уполномоченного уже более сорока общественных омбудсменов по направлениям деятельности, плюс очень активная поддержка со стороны нашего нового областного прокурора, Сергея Петровича. Он не даёт дремать и своим сотрудникам, тем самым и нас вдохновляет.

У этой работы ещё побочный эффект: очень тяжело вытащить предпринимателя, кто работает в «серую», из внеправового поля. Оказалось, что люди начинают понимать: для того чтобы получить нормальную правовую защиту, грамотную, нужно и самому находиться именно в правовом поле. Слава богу, два года разъясняем, люди стали уже понимать и предпринимать некие шаги, для того что легализоваться.

В.Путин: То есть здесь есть представители Титова?

О.Бочкарёв: Конечно, уполномоченные, да. Коршунов Виктор Александрович, он сегодня в командировке.

В.Путин: Вы сейчас упомянули, вспомнили про прокуратуру, но ведь внеплановые проверки могут с санкции прокуратуры происходить.

О.Бочкарёв: Внеплановые – понятно, но как преподнести, Владимир Владимирович, правильно? Можно же обосновать, и прокуратура никуда не денется. Скажет: вот бюджетные деньги.

В.Путин: Прокуратура не должна никуда деваться, она должна соблюдать соответствующие правила и функцию свою должна исполнять. На самом деле вы знаете, насколько у нас сократились внеплановые проверки. После того как стало можно получить разрешение у прокуратуры, и каждый раз прокуратура безропотно выдаёт любое разрешение на эту проверку?

О.Бочкарёв: Нет, это не так. Я говорю, в способе подачи всё.

В.Путин: Понятно, хорошо.

О.Бочкарёв: Можно же подать так, что и прокуратура не откажется.

В.Путин: Олег Викторович, мы сейчас попросим прокомментировать пару вещей.

Что касается регламентов. Мы над этим постоянно работаем со всеми партнёрами в рамках Евразийского экономического союза. Это сложная работа, потому что с обеих сторон, как правило, очень много пожеланий или требований. Она продвигается, но, к сожалению, не так быстро, как хотелось бы.

Денис Валентинович прокомментирует сейчас.

Пожалуйста.

Д.Мантуров: Спасибо большое.

Владимир Владимирович, совершенно верно. С учётом того, что с мая 2014‑го мы передали это на наднациональный уровень, все техрегламенты проходят определённую процедуру согласования. Уполномочивается страна, которая ответственна за подготовку того или иного технического регламента, и с учётом всех процедур, естественно, это занимает определённое время. Но с каждым техрегламентом и с каждым годом все процедуры максимально ускоряются. Поэтому я уточню просто относительно тех, которые были у Вас. Мы Вам дадим информацию, на каком этапе находимся в части аттракционов, алкоголя, питьевой бутилированной воды, и дадим Вам информацию.

В.Путин: Что касается информации вообще, то это очень простая вещь, но чрезвычайно важная и нужная. Я понимаю.

Алексей Валентинович, у нас договорённости есть какие‑то с партнёрами?

А.Улюкаев: Да, Владимир Владимирович, у нас существуют такие договорённости. Мы, в частности, с Казахстаном сейчас переформатировали наши торгпредства, как вы знаете. Во время Вашего прошлого визита было создание торгового дома на его базе, который уполномочен на то, чтобы распространять информацию об условиях торгово-инвестиционной деятельности от операционных проектов и так далее.

Плюс у нас сейчас налаживается работа в части электронного обмена взаимодействием между таможенными органами. Эта работа идёт, может быть, не слишком быстро, тем не менее она продвигается, с тем чтобы упростить условия торговли для участников хозяйственной деятельности.

И третье. Мы же развиваем систему региональных представительств, в том числе Российского экспортного центра, который также является органом по распространению информации о торговых порядках, условиях и так далее.

Вот это три направления, которые сейчас у нас в работе.

В.Путин: Самое простое – в интернете размещать это всё.

А.Улюкаев: Безусловно, это есть. У нас есть сайт Российского экспортного центра, на котором это размещается.

В.Путин: Но этого, видимо, недостаточно. Нужен не просто сайт Российского экспортного центра. Нужна информация о том, каковы условия работы, скажем, в Казахстане, какие там правила существуют.

А.Улюкаев: Именно об этом мы и говорим. Российские и казахстанские правила, сравнительные их отличия, сходства будут размещаться.

В.Путин: Вы этим пользуетесь? Вы это видите?

О.Бочкарёв: Конечно, видим.

В.Путин: Но, считаете, этого недостаточно? А что нужно добавить?

О.Бочкарёв: Есть пока только идеи. Возможно, какой‑то совместный журнал, но по государственной программе именно. Всё‑таки не все предприниматели имеют возможность доступа в интернет.

Ю.Берг: Как?

В.Путин: Да ладно. Журнал купят, а в интернет забраться не могут?

О.Бочкарёв: Я имею в виду, в сельской местности. Не все.

В.Путин: Понятно.

О.Бочкарёв: Может быть, этот журнал распространялся бы где‑то на заправках бесплатно.

В.Путин: Подумайте, прикиньте. Хорошо.

Ну и, наконец, что касается налоговой ставки НДС, по поводу разъяснения от налоговых органов.

Антон Германович, пожалуйста.

А.Силуанов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Действительно, у нас есть такой порядок, который существует между странами Евразийского экономического союза. Предположим, вы поставляете в Казахстан, и в течение 180 дней возмещение НДС не осуществляется, поскольку речь идёт о том, что казахский партнёр должен заплатить НДС в Казахстане, после этого информацию получить должна российская налоговая служба. И за этот период, это 180 дней, никакие проверки, никакие дополнительные обременения, естественно, на наших предпринимателей не могут возлагаться. Такие соответствующие решения налоговая служба может откомментировать у себя на сайте. Если есть необходимость, мы такие комментарии дадим.

В.Путин: Просто мы исходим из того, что полгода достаточно, чтобы провести все эти операции. Но до истечения этого срока никаких дополнительных проверок, внеплановых тем более, проводиться не должно. Мы услышали, что министр сказал, разъяснения будут сделаны.

О.Бочкарёв: Большое спасибо.

В.Путин: Теперь по поводу низкой пропускной способности на пунктах пропуска. Я отдельно переговорю с соответствующими ведомствами. Посмотрим, что можно сделать дополнительно. Это всегда связано, конечно, с финансами. Не думаю, что большие финансы здесь нужны. Проработаем. Хорошо?

О.Бочкарёв: Хорошо.

В.Путин: И что касается строительства дорог, они быстрее сделали то, что мы должны были бы сделать у себя.

Пожалуйста, Андрей Борисович.

А.Порозов: Добрый вечер, Владимир Владимирович! Добрый вечер, уважаемые коллеги!

Я Александр Порозов, руководитель производственной компании «Акмелдобыча». Мы добываем и перерабатываем мел.

Как известно, основные запасы мела у нас в стране находятся в Белгороде и в Воронеже. Но в Оренбурге тоже есть месторождение, не уступающее им ни по своим качествам, ни по химсоставу. Нам географически удобнее отгружать мел, например, в Сибирь, на Дальний Восток, в Казахстан, потому что стоимость мела низкая, и за счёт транспортировки она очень хорошо увеличивается, поэтому транспортное плечо очень важную роль играет.

Сейчас мы планируем модернизацию производства, после глубокой переработки мела он сможет использоваться в производстве резины, пластмассы, бумаги, в фармакологии – во многих отраслях. Наш проект на сегодняшний день включён в реестр приоритетных инвестиционных проектов Оренбургской области, губернатор оказывает нам всестороннюю поддержку по этому проекту. Нам предоставлен земельный участок под строительство завода, мы подвели к нему железную дорогу, начинаем подводить сети, заключили договор поставки оборудования.

Кстати об оборудовании. Мы, наверное, небольшой образец интеграции в рамках Таможенного союза представляем, потому что оборудование покупаем в Белоруссии, работать оно будет здесь, в России, то есть создавать добавленную стоимость, рабочие места, налоги, а продукцию будем отгружать в том числе и в Казахстан. Даже железная дорога, которая заходит на площадку нашего завода, относится к казахским сетям. Так получилось: мы в России, а часть дороги… Поэтому сам бог велел, грузить в их направлении очень удобно.

Так как сам мел очень дешёвый и как сырьё, и как конечный продукт, а его производство достаточно энергоёмкое, то на некоторые позиции доля энергоносителей, себестоимость их достигает 70 процентов. В связи с этим хотелось бы задать два вопроса, Владимир Владимирович, не только касаясь нашего предприятия, а может быть, аналогичных по отраслям. Можно ли вновь созданное производственное предприятие, в том числе нацеленное на импортозамещение, наделять каким‑то льготным тарифом на энергоносители либо субсидировать часть этих затрат на период запуска и становления? То есть не на всё время, а как‑то выделить какой‑то срок.

И второй вопрос. Мы хотим внедрить на производстве альтернативные источники энергии с целью выработки её с более низкой себестоимостью. Это тоже процесс очень дорогостоящий. Поэтому можем ли мы в этом случае тоже рассчитывать на господдержку? То есть в результате этих двух мероприятий мы получаем энергоэффективное инновационное производство, которое даст возможность грузить нашу продукцию на тот же Дальний Восток по цене ниже, чем в среднем по отрасли.

Спасибо.

В.Путин: Понятно. Мы сейчас попросим, Алексей Валентинович поподробнее расскажет, но вначале хотел бы вот что сказать.

У нас есть много производств, которые очень сильно завязаны на потребление электроэнергии. Достаточно вспомнить алюминий. И всегда производители, конечно, хотели бы получить изначально определённый бонус, фору хотя бы при начале работы. У нас существует целый набор различных преференций для тех, кто начинает свою работу, особенно с нуля. Я так понимаю, что это, по сути, гринфилд так называемый. Вы же на голой площадке его делаете?

А.Порозов: Мы изначально взяли абсолютно разваливавшиеся предприятия.

В.Путин: А предприятие у вас новое, которое вы построили?

А.Порозов: Новое.

В.Путин: Алексей Валентинович.

А.Улюкаев: Спасибо.

Первое. Всё‑таки это общая политика тарифообразования. Мы уже третий год ведём политику «инфляция минус». На следующий год мы предполагаем установление тарифов для сетевого хозяйства, для промышленных потребителей на уровне «прогнозная инфляция минус один процент». То есть фактически это означает трёхпроцентную индексацию тарифа для промышленных потребителей. По сравнению с прошлыми годами чрезвычайно незначительная величина.

Второе. Даже в тех случаях, когда для отдельных производителей отдельных регионов затраты слишком велики, есть возможность получения субсидирования, но по нашему законодательству субсидии может предоставить только региональный бюджет. Федеральный бюджет субсидии эти предоставить не может.

Третье. То, что Вы сказали в части альтернативных источников энергии, имеется в виду ваша собственная генерация?

А.Порозов: Да.

А.Улюкаев: Что Вы собираетесь использовать как источник генерации?

В.Путин: Первичный источник какой?

А.Порозов: Ветер, солнце.

В.Путин: Альтернативные.

А.Улюкаев: Возобновляемые источники энергии.

А.Порозов: Да, конечно.

А.Улюкаев: На это тоже существует специальная система тарифообразования, которая льготирует тех, кто внедряет. Это у нас касается и солнечной генерации, и ветровой генерации. Так что это вполне возможно.

В.Путин: Интересуются, чтобы понять: у вас солнце или ветер?

А.Порозов: У нас обоюдно.

В.Путин: Значит, дорогостоящее оборудование, коллега говорит. Это понятно. Вы хотите покупать немецкие листы или какие?

А.Порозов: Можно рассматривать разные варианты.

В.Путин: Во всяком случае, это дорого. Вопрос у него какой: можно ли получить субсидии?

А.Порозов: Есть большой рынок бэушного оборудования.

В.Путин: Приобретение – это дорого.

А.Порозов: Да, но субсидировать покупку…

В.Путин: У нас на этот вид деятельности субсидии предусмотрены?

А.Улюкаев: Прямых субсидий у нас нет на оборудование. Можно подумать о субсидировании процентной ставки при банковском кредите.

Д.Мантуров: Зелёные тарифы…

В.Путин: Тариф‑то да, но им же оборудование надо купить.

А.Улюкаев: Тариф от потребителя, а они будут производить.

В.Путин: Им нужно приобрести.

Бумагу давайте, попробуем помочь Вам, ладно?

Всё равно с хорошим кредитом просто.

А.Порозов: Спасибо.

Д.Мантуров: Можно ещё добавить? Есть же опыт у Минсельхоза. По Вашему поручению вышло постановление Правительства, которое даёт право подключать тепличное хозяйство напрямую к сетям ФСК. Может быть, здесь то же самое попробовать?

В.Путин: Да, но это не сельское хозяйство.

Д.Мантуров: Я понимаю, но это Минпром, можно попробовать сделать, например, в привязке к специальным инвестиционным контрактам, поскольку это всё‑таки не массовая задача.

В.Путин: Мы можем. Можем. Понимаете, да, в чём преимущество?

А.Порозов: Да. На кого писать письмо? Всё понятно.

В.Путин: Вы отдайте губернатору, ладно?

Ю.Берг: Можно я два слова? У нас есть уже опыт, солнечных электростанций уже три: мощностью одна — 5 мегаватт, другая – 10 и третья – 25, поэтому, если с ними сотрудничать, мы знаем где, знаем как.

В.Путин: Да им не сотрудничать нужно, они хотят свою генерацию иметь, и для этого им нужно оборудование закупить.

Ю.Берг: Я это и имею в виду, потому что уже у нас есть в области, кто поставляет оборудование, это причём российское, наше.

В.Путин: Да, есть у нас такие. И что, вы дадите им по дешёвке, что ли?

Ю.Берг: Нет, я не по дешёвке, просто скажу: посмотрите, всё изучите, и мы с нашими производителями…

В.Путин: Они уже всё изучили, им деньги дешёвые нужны, вот и всё, чего изучать‑то? Правильно? Рынок понятен. Бумагу пишите, губернатору отдайте прямо на министра.

А.Порозов: Дениса Валентиновича?

В.Путин: Да, Дениса Валентиновича.

Д.Мантуров: Просто пока они будут делать генерацию, они бы к ФСК подключились.

В.Путин: Да-да, ну это такой вариант в принципе возможный, можно напрямую подключиться к ФСК, а не через посредников.

А.Порозов: Спасибо.

В.Путин: Это второй вопрос, можете там отметить, попробуем тоже порешать.

Пожалуйста, дальше. Прошу Вас.

Р.Сагитов: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, коллеги!

Меня зовут Руслан Сагитов. Я представляю малый бизнес, молокозавод «Белое озеро».

В.Путин: Извините, пожалуйста.

(Обращаясь к А.Порозову.) Вы тогда лучше на меня пишите. Потому что мне в разные ведомства нужно будет дать поручения.

Спасибо.

Р.Сагитов: Директор молокозавода «Белое озеро», кандидат экономических наук. Шесть лет отработал в аграрном университете, но потом принял решение вернуться в родное село. И 2,5 года назад мы с отцом запустили небольшой семейный бизнес – молокозавод мощностью переработки 15 тонн в сутки.

В.Путин: А сырьё‑то откуда берёте?

Р.Сагитов: Сырьё берём с хозяйств, которые располагаются на нашей территории. Юрий Александрович и его команда нас всячески поддерживают, за что им большое спасибо, проблем с этим никаких нет.

Не так давно возник вопрос федерального уровня. Мы работаем, как малый бизнес, на упрощённой системе налогообложения. И сейчас приближаемся по выручке к тому граничному значению, после которого нам полагается переходить на общую систему налогообложения. Для нас этот процесс обещает быть очень болезненным, поскольку мы сразу начинаем платить как минимум НДС. При этом сырьё мы покупаем без НДС, поскольку сельхозпроизводители работают на едином сельхозналоге. И по нашим расчётам, мы как минимум сразу же теряем прибыль в размере 8 процентов от нашей выручки. При нашей рентабельности продаж в 12 процентов это практически убийство для нашего бизнеса.

Возможно ли сделать так, чтобы переход из упрощённой системы налогообложения на общую систему был более плавным? Чтобы у нас было время для того, чтобы мы могли нарастить объёмы продаж и покрыть дополнительные расходы на налоги, поскольку расти нам хочется, развиваться хочется, выходить на другие рынки. Но сейчас нам выгоднее остановиться, чем расти далее.

В.Путин: Вопрос понятен. И я думаю, что Вам тоже понятно, что сразу я не скажу: вот мы сделаем так и так. Мы точно совершенно над этим подумаем, проработаем. В этом есть смысл, потому что иначе, поскольку ведёте бизнес и вы, и отец, вам придётся создать два предприятия: одно ваше, другое отцовское, фактически одно и то же. Чем заниматься такими манипуляциями, лучше делать переходный период.

Пожалуйста, Алексей Валентинович.

А.Улюкаев: Мы же подняли. С 1 января 2017 года у нас в два раза повышается порог. Вы же попадете ещё вот в эту дельту.

Р.Сагитов: Следующий год скорее всего сможем развиваться быстрыми темпами.

А.Улюкаев: То есть вы быстрее, чем дважды за год увеличитесь? У нас будет 120 со следующего года.

Р.Сагитов: Мы приближаемся к 70, а на следующий год планируем выйти на 120.

А.Улюкаев: Слишком быстро. Не поспеваем за вами.

В.Путин: Алексей Валентинович, Вы как Министр экономического развития не должны говорить «слишком быстро». Наоборот, «очень хорошо, что так быстро». Надо подумать тем не менее. Это связано с чем? Связано с нашими антисанкциями, связано с общими темпами развития сельского хозяйства. И, видимо, Министерство экономического развития на это не рассчитывало, но это происходит. Поэтому прикиньте.

А.Улюкаев: Если честно, цифра‑то взялась как компромисс. Мы‑то предлагали большее значение порогового повышения. 120 – это компромисс.

В.Путин: Антон Германович говорит, мы виноваты. Но сейчас, наверное, согласится с тем, что нужно поддержать сельское хозяйство.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, согласен с тем, что, наверное, надо делать более плавный переход. Хотя у нас сейчас тоже есть определённая этапность. Предположим, до 79 миллионов рублей выручки у нас платится 6 процентов и льготная ставка по страховым взносам, 20 процентов. От 79 до 120 – 6 процентов плюс 30 процентов у нас будет, не будет льготной ставки по страховым взносам. От 120 и выше – обычный режим налогообложения. Для чего сделана такая упрощённая система? Для того чтобы совсем малые предприятия, а вы уже не малое предприятие, которому сложно вести бухгалтерию, сложно даже держать бухгалтера, простой режим: доходы минус расходы – 6 процентов. Вот и всё. Но если вы становитесь более крупным, то уже, может быть, вам интересно…

В.Путин: Да, интересно деньги платить. Сколько у вас будет объём?

Р.Сагитов: Выручки? В этом году около 70 миллионов.

В.Путин: А в следующем году?

Р.Сагитов: В следующем планируем, что на 120 выйдем. Больше не переходить, поскольку…

В.Путин: На что вы могли бы выйти?

Р.Сагитов: На какие рынки?

В.Путин: Если бы не было здесь ограничений? На какой объём выручки вы могли бы выйти?

Р.Сагитов: Сложно, конечно, спрогнозировать. Я думаю, до 200 могли бы спокойно дойти при наших мощностях.

А.Силуанов: У нас есть наработки, Владимир Владимирович, с тем чтобы сделать этот механизм ещё более плавным.

В.Путин: Какие? Скажите, порадуйте нас.

А.Силуанов: Я думаю, знаете, бесконечно нельзя, это уже не малое предприятие.

В.Путин: Бесконечно нельзя. Антон Германович, тем не менее…

А.Силуанов: Можно предложить более льготную ставку по налогу на прибыль. То есть сохранить уплату НДС, сохранить уплату налога на имущество, чего сейчас, собственно, нет. Но по налогу на прибыль можно было бы сделать ставку более щадящую.

В.Путин: Вот у них 120 будет. Давайте для начала, просто будет понятнее, если Вы скажете, будет не 120, а сколько?

А.Силуанов: Мы можем сказать от 120, предположим, до 240 миллионов рублей выручки льготная ставка по налогу на прибыль не 20 процентов, а 15 или 10.

В.Путин: Да? Устроит?

А.Улюкаев: Это бюджет субъекта.

В.Путин: Понятно. Налог на прибыль в бюджет субъекта.

А.Силуанов: Как обычно говорят: нет таких доходов сейчас у бюджета субъекта. Они появятся.

В.Путин: Давайте мы немножко всё‑таки поднимем со 120 выручку чуть побольше при сохранении этого режима. На сколько можно?

А.Силуанов: С тем чтобы коллеги вписались, до 150 можно.

Владимир Владимирович, на самом деле нельзя тоже перегнуть планку, потому что упрощёнка совсем для микробизнеса.

В.Путин: Я понимаю.

А.Силуанов: И очень много злоупотреблений, когда предприятия делятся и пытаются таким образом минимизировать свои налогообложения.

В.Путин: Понимаете, пока есть такие ограничения, они будут делиться. А если ограничения будут более мягкими, тогда и делиться им нет необходимости.

А.Силуанов: Более льготная ставка по налогу на прибыль, мне кажется, это нормально было бы. Серьёзно говорю. То есть у нас идёт поэтапное увеличение нагрузки с 6 процентов, потом страховые взносы добавляются, потом льготы по налогу на прибыль и так далее.

В.Путин: Юрий Александрович, а Вы с такой постановкой вопроса согласны по налогу на прибыль? Или Вы нас не слушаете?

Ю.Берг: Я слушаю. Я знаю прекрасно это предприятие.

В.Путин: Нет, предприятие – бог с ним. А вот по налогу на прибыль, если пойти по пути, предлагаемому сейчас Антоном Германовичем? Он что говорит? Он говорит, что если они сейчас не расширятся, то у вас и не будет таких поступлений. Но они расширятся, их тоже какое‑то время не будет, зато потом будет.

Ю.Берг: Зато потом будет.

В.Путин: То есть Вы не будете возражать? Давайте мы сохраним существующий льготный режим до 150 миллионов выручки и плюс ещё дадим возможность регионам таким образом отрегулировать вопрос, связанный с налогом на прибыль, как предложил Министр финансов.

Р.Сагитов: Спасибо.

В.Путин: Только надо не забыть, надо всё это пометить, чтобы мы, приехав в Москву, не забыли об этих договорённостях.

Алексей Валентинович?

А.Улюкаев: Про 150 не забудем точно.

В.Путин: Нет, так и здесь тоже, и по налогу на прибыль тоже.

Пожалуйста, прошу Вас.

Д.Гончаров: Добрый вечер, Владимир Владимирович! Уважаемые участники сегодняшней встречи!

Меня зовут Денис Гончаров, я представляю коллектив промышленной компании «Пластик», возглавляю эту компанию. Также представляю Ассоциацию трубных полимерных производителей России, руководителем этой организации я также являюсь.

Два слова буквально о деятельности нашего предприятия. С 1989 года мы специализируемся на трубном полимерном производстве, входим в число крупнейших предприятий отрасли нашей страны, поставляем свою продукцию во все известные торговые сети формата DIY. В настоящий момент компания реализует импортозамещающий проект, касающийся сферы высокоточной металлообработки. В принципе прозвучало, что диалог бизнес–власть. Честно хочу сказать, что у нас в этом плане особых вопросов нет, потому что на самом деле даже в последнее время выходят с различными предложениями, в частности, мы планируем развивать так называемый образовательный проект.

Дело в том, что наши предприятия отличаются тем, что мы используем самое современное и производительное оборудование – роботов, в своей деятельности. И нам бы хотелось этой информацией, этими знаниями поделиться со студентами, чтобы к нам приходили на практику. Подобный диалог с правительством Оренбургской области налажен, правительство вышло на нас с определённым предложением, то есть, в общем‑то, скажем так, жаловаться не на что.

В последнее время были некоторые перекосы в плане того, что нам не хватало сырья, речь идёт о полипропилене, о цветных металлах. И цены, скажем так, были не совсем приемлемые для нас. В настоящий момент выровнялось.

В.Путин: В Сибири запускается предприятие.

Д.Гончаров: Отлично получилось, потому что компания «СИБУР» полностью обеспечивает трубную полимерную отрасль. Огромное спасибо.

В.Путин: Сейчас они ещё, по‑моему, одно предприятие запускают.

Д.Гончаров: Да, совершенно верно, собираются запускать. Поэтому вопрос дефицита сырья очень актуальный был для нас всегда вопрос. В настоящий момент этот вопрос снят.

Нет проблем с разницей в ценах на цветные металлы, на латунь, которую мы сейчас используем. Для нас это очень важно, тем более что у нас производство находится на приграничной территории. Мы активно работаем с Казахстаном. То есть в принципе мы способны стабильно, планомерно развиваться.

Единственное, о чём хотелось бы сказать, – это такой аспект, как создание неравных условий на территории Российской Федерации, с одной стороны, для российских действующих предприятий и, с другой стороны, иностранных компаний, которые развивают свою деятельность на территории особых экономических зон.

Я поясню. То есть данные компании заходят на территорию и работают на территории особых экономических зон, пользуясь предусмотренными для этого льготами. Это и налог на имущество, и сниженная в 10 раз ставка налога на прибыль. Но самое главное, что у них есть возможность завозить продукцию, вроде бы как используемую для процесса производства, по нулевым таможенным пошлинам. Но дело в том, что у нас есть опыт, мы были на подобном предприятии. Это иностранное предприятие, оно занимается также трубным полимерным производством, об этом очень много говорилось, об открытии данного производства. Но по факту устанавливается обычное оборудование, никаких новых технологий данные предприятия в Россию не несут. В то же время они имеют возможность завозить не комплектующие, которые используют в дальнейшем процессе производства, а уже готовую продукцию, которая растаможивается по нулевым ставкам и потом попадает через их торговые дома в продажу, тем самым очень сильно ломая нам сложившийся рынок.

Для нас этот фактор очень тревожный, потому что у нас есть отраслевое объединение, ассоциация трубных полимерных производителей. Это действительно предприятия-работодатели, предприятия, которые завозят современное оборудование, используют современные технологии, и нам бы хотелось, чтобы условия для работы и в стране, и вообще были равны. Потому что мы, например, тоже развивая свою экспортную деятельность, подобных условий не получаем. Выходит так, что вход для работы на территорию России для иностранных конкурирующих, будем называть вещи своими именами, предприятий не слишком осложнён.

Поэтому хотелось бы обратить на это внимание и учесть данный фактор, чтобы, когда принимается решение о том, чтобы на территории особой экономической зоны развивалась какая‑то иностранная компания, то проводились консультации с отраслевыми объединениями. И обращали внимание, насколько данная отрасль представлена российскими производителями, насколько они развиваются, какую динамику дают, то есть хотелось бы, чтобы такая практика получила распространение.

В.Путин: Денис Викторович, очень важный вопрос затронули. У нас постоянная дискуссия насчёт особых экономических зон, других всяких территорий и инструментов, связанных с развитием бизнеса, развитием экономики. И то, о чём Вы сказали, подкрепляет позицию тех наших коллег в Правительстве, которые говорят, что это очень на первый взгляд привлекательно, но в то же время может быть весьма опасным как раз по тем основаниям, которые Вы сейчас изложили, а именно в связи с тем, что могут возникать условия неравной конкуренции.

Но почему там только иностранные компании должны работать? Там и российские могут работать. Почему вы не пользуетесь этими возможностями?

Д.Гончаров: Да, на самом деле, когда мы обращались к руководству особой экономической зоны, конечно, нам сказали: а какие проблемы, вы работайте тоже, приходите к нам, открывайтесь. Но дело в том, что физически крайне сложно для бизнеса перевести несколько десятков единиц оборудования и коллектив порядка 350 человек в другую территорию. Понятно, что быстро не сделаешь, это потребует определённых затрат.

В.Путин: Безусловно, Вы правы в том, что при решении вопроса о том, кого запустить в эти зоны, с какими проектами, каких так называемых резидентов, надо понимать, что происходит в отрасли. Если происходят такие вещи, о которых Вы сказали, то это совершенно очевидная недоработка с нашей стороны. Нужно на это самым внимательным образом посмотреть.

Ведь цель создания особых экономических зон, территорий опережающего развития и так далее заключается в том, чтобы не создавать условия неравной конкуренции, а привлекать новые технологии.

Д.Гончаров: Совершенно верно.

В.Путин: Особенно там, где их нет. Собственно, это основная цель. А если под эту марку просто создаются предприятия, которые и без всяких особых льгот могут и должны создаваться, то тогда это движения абсолютно неоправданные и даже вредные. Надо будет на это посмотреть внимательно.

А.Улюкаев: Мне кажется, два среза в этой проблеме. Срез общенормативный – каким образом льготировать инвестиции. Вы говорите, вам трудно перевести несколько десятков человек. А мы создаём зоны и другие инструменты поддержки не для того, чтобы переводились инвестиции существующие и существующие коллективы, а для того, чтобы делались новые инвестиции. Пришли бы новые деньги, новые технологии, новые люди. И в этом смысле у нас равные условия, естественно, для российских резидентов и для иностранного инвестора. И тот, и другой получает статус национального производителя, и работает с этим статусом.

Другое дело, Вы говорите, что есть случаи просто нарушения режима функционирования особой экономической зоны.

Д.Гончаров: Совершенно верно.

А.Улюкаев: Когда под видом сырья, полуфабрикатов, комплектующих изделий из‑под таможенного регулирования выводится готовая продукция – это прямое нарушение. Если у Вас есть конкретные факты, давайте мы совместно с ФАС и с таможенными органами проведём проверку.

В.Путин: Он говорит не только о готовой продукции, он говорит и о крупной сборке фактически. Оборудование завозят, ничего не производят, монтируют просто.

Вы знаете что, давайте тоже Ваши соображения, Ваши озабоченности положите на бумагу. И чтобы это было не просто на уровне разговора за сегодняшним вечерним столом.

Д.Гончаров: Мы отразим, но на кого написать?

В.Путин: На меня пишите, а я поручения напишу.

А.Улюкаев: С конкретными фактами. Чтобы было не голословно, а с конкретными фактами.

Д.Гончаров: Конечно.

В.Путин: С конкретными фактами и с соображениями о том, где проблема.

Д.Гончаров: Хорошо. Спасибо.

В.Путин: Об этом точно надо подумать. И доурегулировать такие вещи. Или контроль должен быть более строгим и более тщательным. Если это просто результат не пробелов в принятых регламентах, а результат нарушений этих регламентов, тогда нужно контроль, значит, повышать. Давайте напишите.

Д.Гончаров: Хорошо.

В.Путин: Спасибо.

Прошу Вас.

А.Юдичев: Добрый вечер, Владимир Владимирович! Добрый вечер, участники совещания!

Спасибо за предоставленную возможность такого живого общения. Меня зовут Юдичев Александр Евгеньевич, я генеральный директор и владелец компании «Микросетчатые технологии». Мы производим металлические сетки с малым и сверхмалым размером ячеек для использования фильтрации и защиты от электромагнитного излучения. Основными потребителями являются нефтяная, газовая промышленность, электроэнергетика. Предприятие небольшое, сравнительно молодое – четыре года, но мы очень активно растём и в последний год очень активно пошли на рынок Казахстана.

В.Путин: Измерительное оборудование?

А.Юдичев: Нет, металлические сетки для фильтрации, для Атырау, для Аксая, для казахской нефтяной и газовой промышленности. И соответственно, возник ряд вопросов по экспорту. Возможно ли упрощение процедуры при экспорте, в частности, срок возврата НДС сократить со 180 дней, скажем, до 90 либо 120, в случае, если уже все документы в наличии и если мы получили, допустим, курьерской почтой копию документов из Казахстана? То есть мы можем сами подавать тогда эти документы в свою собственную налоговую инспекцию.

В.Путин: А что, нужно обязательно ждать 180 дней? Раньше нельзя? Потому что здесь говорят, что это слишком долго. Если у них есть все документы, они не могут предъявить их, что ли?

А.Силуанов: У нас вообще возврат НДС происходит в течение трёх месяцев. 180 дней – это при экспорте.

А.Юдичев: При экспорте. Я и говорю сейчас про экспорт.

А.Силуанов: А так, вообще, три месяца.

В.Путин: А если раньше, у них документы есть, они не могут предъявить их?

А.Силуанов: Здесь вопрос в следующем. В готовности коллег налоговых и таможенных органов проверить все эти документы и подтвердить, что да, действительно такой экспорт состоялся, такие‑то товары на такую‑то сумму. Если такая готовность будет раньше, естественно, будет возмещение раньше происходить.

В.Путин: Я так понимаю, как раз об этом и речь, что вы это делаете быстрее, да?

А.Юдичев: Да, совершенно верно.

В.Путин: А у вас не принимают эти документы, что ли?

А.Юдичев: Не то что не принимают. Проводят камеральную проверку. То есть по любому факту возврата НДС проводится камеральная проверка со стороны налоговых органов. Это совершенно естественно, нормально и понятно.

В.Путин: Но камеральная проверка вас, извините за моветон, не «колбасит», к вам не приходят, не трясут, документы не требуют.

А.Юдичев: Согласен, Владимир Владимирович. Но если у налогового инспектора стоит 180 дней, то он ровно на 180‑й день это делает. То есть если бы стояло 240 дней, он бы на 240‑й это делал.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, на самом деле мы с налоговой обсуждаем этот вопрос. Часто задают его с точки зрения даже не при экспорте, а о сокращении количества дней просто при возмещении НДС. Есть различные категории случаев, когда это происходит раньше: либо банковскую гарантию нужно представлять, либо это те налогоплательщики, которые являются крупными, платят достаточно большой объём средств в бюджет. Поэтому идём в этом направлении, по сокращению сроков возмещения НДС, но постепенно. Здесь тоже, на наш взгляд, не переборщить, потому что если будем возмещать НДС без проверки, без точного убеждения, то можно столкнуться…

В.Путин: Да нет, коллега и говорит, что всё равно проводят камеральную проверку. Пускай проводят.

А.Силуанов: Нужно время, потому что много таких налогоплательщиков.

В.Путин: Работайте. Очень много нарушений при возврате НДС, вы знаете, да? К сожалению, государство несёт большие убытки в этой связи. Я сейчас не говорю про криминальные случаи, хотя в основном это криминальные случаи. Тем не менее это не повод для того, чтобы не работать должным образом с добросовестными участниками экономической деятельности.

А.Юдичев: Владимир Владимирович, понимаете, вопрос в том, что, когда речь идёт о 60 миллионах – 80 миллионах долларов, не рублей, в возврате НДС, конечно же, надо даже не 180, а 365 дней их проверять. Но когда речь идёт о возврате 100 тысяч рублей – это несоизмеримо.

В.Путин: Антон Германович, может быть, достаточно сложно будет налоговой службе это всё администрировать, но всё‑таки действительно посмотреть.

А.Силуанов: Хорошо. Проработаем.

В.Путин: То есть коллега прав. Если не такие огромные объёмы, почему поэффективнее не работать? Для предприятий с таким объёмом, с такими оборотами это реальные средства для того, чтобы существовать и развиваться. Посмотрите, может быть, побыстрее нужно делать для предприятий с небольшим оборотом.

А.Силуанов: Ясно.

А.Юдичев: Второй момент при экспорте, если позволите, Владимир Владимирович.

В.Путин: Конечно.

А.Юдичев: Второй момент – это валютный контроль, который осуществляют банки по распоряжению Центробанка, в том числе при поступлении валютной выручки. Нельзя ли повысить размер заведения паспорта сделки? Хотя бы увеличить этот порог до 100 тысяч долларов? То есть опять же это вопрос по целесообразности оформления большого объёма бумаг внутри банка. Речь идёт о поступлении валюты в Россию, а не вывоз.

В.Путин: А сейчас какой порог?

А.Юдичев: Сейчас размер идёт 50 тысяч долларов. Хотя бы вдвое увеличить, потому что большое количество сделок попадает в этот промежуток.

В.Путин: Это реально забюрокрачивает всю работу, да?

А.Юдичев: Помимо того что мы представляем контракты, мы представляем полностью все таможенные документы, мы полностью представляем документы в отдельных случаях из сопредельного государства. Причём речь идёт не только о поступлении валюты из дальнего зарубежья, но даже когда мы получаем рубли на наш рублёвый счёт из Казахстана, то есть с нами рассчитываются рублями, то даже в этом случае происходят такие операции.

В.Путин: Алексей Валентинович, как Вы думаете?

А.Улюкаев: Я считаю, что это совершенно справедливое замечание. Это обременяет и участников внешнеэкономической деятельности, и банки, потому что они должны проводить большой объём работы. Они тоже ставят постоянно этот вопрос на разных совещаниях. Действительно, самое простое – это повысить пороговые значения.

Второе. Там, где у нас расчёты в локальных валютах, не в долларах и евро, тоже упростить режим. По этим двум направлениям можно было бы, мне кажется, принять решение.

В.Путин: Давайте так и сделаем, ладно? Не будете возражать? Хорошо.

А.Улюкаев: Владимир Владимирович, есть компетенция Банка России.

А.Силуанов: Изучить, изучить просто.

В.Путин: Что там изучать? 50 тысяч или 100 тысяч долларов, вот всё и изучили.

А.Силуанов: Я согласен с Алексеем Валентиновичем, что нужно увеличивать порог, но хотелось бы просто посмотреть статистику. Владимир Владимирович, я думаю, что решение правильное, мы перед его принятием должны…

А.Улюкаев: Здесь вам нужен будет и ЦБ тоже.

В.Путин: Это понятно. Если подвести итог в этой части, то мы решение примем, но сначала надо коллегам поработать, посмотреть и проработать уже с ЦБ, я не думаю, что кто‑то будет возражать по‑серьёзному.

А.Юдичев: Спасибо большое.

В.Путин: Хорошо.

А.Комаровских: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Меня зовут Комаровских Алексей, я представляю аграрный сектор. В первую очередь позвольте выразить Вам благодарность от всех аграриев за то понимание, которое сейчас государство уделяет нашей сфере, то есть за те меры государственной поддержки, которые делает отрасль, привлекательной сейчас для вложения, для бизнеса. Решая различные задачи импортозамещения, продовольственной безопасности, наша компания, мы новые в этом бизнесе, пришли, активно начали инвестировать в 2016 году, вложила порядка уже миллиарда рублей в проекты мелиорации, проекты молочного скотоводства, модернизацию сельского хозяйства.

В.Путин: То есть в этом году только начали, по сути дела?

А.Комаровских: В этом году активно начали инвестировать, то есть каждый из моих партнёров пришёл из различных отраслей, чувствуем себя достаточно комфортно.

В.Путин: Всё‑таки интересно, из каких отраслей вы пришли?

А.Комаровских: Я из энергетики, мой партнёр ‒ из газовой отрасли. Всё получается, нам пока нравится в этой сфере.

В.Путин: У вас своё стадо, да? Сколько голов?

А.Комаровских: Да, у нас своё стадо. Сейчас пока у нас где‑то около 10 тысяч голов. Учитывая то, что мы ещё инвестируем молокопереработку, сейчас мы очень озадачились качественным…

В.Путин: Завод делаете?

А.Комаровских: Завод на 300 тонн переработки молока. Сейчас озадачились качественным сырьём. Возникло очень много идей по строительству молочно-товарных комплексов, чтобы иметь стабильное качество. Так как у нас есть мелиорация, то есть развиваем проект мелиорации, в этом году мы всего лишь за два месяца построили оросительный участок 300 гектаров.

В.Путин: Это для чего, для кормов?

А.Комаровских: Это овощи и кормовая база в структуре севооборота. То есть на следующий год, мы сейчас уже строим, 1200 вводим, уже 1500 будет. Так за два года три тысячи гектаров современного полива. Ставим свои локальные метеостанции, делаем локальные прогнозы, смотрим температуру почвы. У нас на сегодняшний день, я бы сказал, не побоюсь, один из современнейших поливов в России.

Соответственно, пользуясь географическим месторасположением, вблизи Республики Казахстан, мы активно наращиваем свою внешнеэкономическую деятельность, строим логистический комплекс на 40 тысяч единовременного хранения овощей, то есть упаковка, отгрузка. С казахскими партнёрами, кстати, по мелиорации так сложилось, что логистика удобнее ‒ поставки ‒ и дешевле из Республики Казахстан полиэтиленовых труб высокого давления тысячного диаметра.

В.Путин: Они производят там?

А.Комаровских: Да, производят в Уральске. Плечо транспортное небольшое. Мы с ними подписали контракт на 137 миллионов рублей. Они сейчас в настоящее время нам поставляют хорошую, качественную продукцию, которую мы используем в строительстве. Соответственно, никаких вопросов, только заходим, развиваем свои торговые марки, имеем свою собственную розничную сеть. Концепция у нас какая: от производства кормов до прилавка. Хотим это модернизировать, видим, как это надо, понимаем эту всю проблематику. Продвигаем свою продукцию в Казахстан, активно берёт. Это торговая марка «Летний луг», особенный продукт.

Окунувшись в сельское хозяйство, понимаем, что там есть две проблемы. Мы показали уже свою состоятельность, инвестировав туда деньги. Это проблема «длинных» денег. Может быть, что‑то сделать наподобие Фонда развития промышленности ‒ фонд развития АПК? Привлекать «длинные» деньги с коротким плечом рассмотрения. Потому что мы готовы быстро строить. Если у нас всё получится, я в следующем году Вас приглашаю на открытие современнейшего молочно-товарного комплекса на границе с Казахстаном.

Кроме того, сейчас кадровый вопрос, с которым мы сталкиваемся, тоже имеет место. В сельском хозяйстве, в деревнях очень большой дефицит ‒ не найдёшь хорошего животновода, агронома. Не уделяется достаточного внимания средним специальным заведениям.

Я бы хотел на примере сконцентрировать… У нас базовое село Кардаилово на границе с Казахстаном по федеральной трассе, есть училище ‒ Кардаильский техникум. Как раз все рабочие специальности там готовились. Сейчас в таком вот состоянии. Я бы хотел, чтобы на основании государственно-частного партнёрства мы предоставляли, как современное предприятие, хорошие технологии, были базой для обучения, то есть это различный современный полив: дождеванием, капельный, спринклерный полив. Обучать людей.

Потом коровники: мы молочно-товарные фермы строим, это тоже колоссальная база для обучения. Я думаю, многие производители техники тут же откликнутся, предоставив образцы для изучения в это заведение.

Сформулировав свой вопрос, я бы хотел акцентировать проблему рабочих специальностей, подготовки, не закрывать эти заведения. И всё‑таки как можно нам привлечь по‑простому, то есть «длинные» деньги в сельское хозяйство?

В.Путин: Вы сейчас упомянули про Фонд развития промышленности и так далее. Мы создавали эти инструменты специально для того, чтобы поддержать активность в промышленности, исходили из того, что в сельском хозяйстве у нас достаточно, никогда этого не достаточно, но много инструментов поддержки: и налоговых, и административных, и финансовых. Конечно, наверное, было бы неплохо создать ещё и такой дополнительный финансовый инструмент. Здесь вопрос только в одном ‒ вопрос в бюджетных ограничениях.

Я Вам прямо скажу: конечно, хотелось бы создать ещё дополнительно какой‑то инструмент, хотя практически все кредитные ресурсы, которые сельское хозяйство получает, все субсидируются. У нас субсидирование идёт почти по всем направлениям.

А.Комаровских: Да, я знаю. Спасибо огромное.

В.Путин: Но недостаточно.

А.Комаровских: Да. Россия ‒ аграрная страна с большущим потенциалом.

В.Путин: Обязательно подумаем над этим ещё дополнительно.

Что касается подготовки кадров, то, безусловно, важнейшее направление не только для сельского хозяйства, но и для промышленности тоже. Техникумы же регионального подчинения, да? Поэтому с губернатором нужно напрямую договариваться. Если нужна какая‑то помощь с федерального уровня, давайте подумаем.

Юрий Александрович?

Ю.Берг: Решим мы сами, вопросов нет. Тем более мы не один раз встречались и обсуждали все проблемы, которые были на Вашем предприятии. Самое главное, что я всегда говорю: давайте и вы создавайте условия, чтобы не уезжали из села.

В.Путин: Они как раз создают. Они же создают рабочие места.

Ю.Берг: Нет, Алексей Витальевич понимает, о чём идёт речь, так ведь?

А.Комаровских: Да, конечно я понимаю. Мы работаем в этом направлении, создаём рабочие места. У нас огромный потенциал по заработной плате.

Ю.Берг: Вот вместе здесь и будем продолжать работать как работали.

В.Путин: Не знаю, о чём вы там договаривались. Если речь идёт о создании социальных объектов, то это всё‑таки не их задача. Конечно, можно их нагружать, но лучше этого не делать. Это должны делать местные и региональные органы власти и управления. Они должны производством заниматься, вкладывать деньги в производство, повышать уровень заработной платы. А инфраструктура в значительной степени, а тем более социалка, должна создаваться за государственный счёт.

Ю.Берг: Мы это делаем.

В.Путин: По поводу фонда подумаем. Вы понимаете, что ответа здесь сразу не может быть.

А что касается подготовки кадров, именно так нужно делать, как Вы сейчас сказали, это нужно делать совместно бизнесу и органам власти, в данном случае, конечно, региональным. Но если, повторяю ещё раз, нужна будет какая‑то дополнительная помощь нашего уровня, то мы готовы поработать.

А.Комаровских: Спасибо, мы обеспечим большую отдачу и накормим. На приграничные рынки мы смотрим как на перспективные, здесь и Казахстан, Узбекистан ‒ вся Средняя Азия.

В.Путин: Конечно-конечно. Хорошо, удачи Вам.

А.Комаровских: Спасибо огромное.

В.Путин: Пожалуйста, прошу Вас.

В.Ампилогов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Ампилогов Владимир, отрасль сельского хозяйства. Мы занимаемся животноводством, растениеводством, а также перерабатываем продукты этих сфер, то есть разливаем молоко, делаем сыр, небольшой колбасный цех у нас. Занимаемся животноводством, растениеводством и переработкой, также у нас есть небольшая сеть, в принципе мы относимся к субъектам малого предпринимательства. У меня такой вопросик есть. Был создан единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, очень удобно для контролирующих органов стало, в принципе, они сейчас посмотрели, к кому идти, к кому не идти. Но, единственный момент, туда вошли все формы собственности: ИПК, ИХ, ООО, ‒ но нет акционерных обществ, хотя по критериям, по численности, по обороту они относятся к субъектам малого предпринимательства. То есть про них либо забыли, либо просто не внесли.

В.Путин: У Алексея Валентиновича спросим.

А.Улюкаев: Нет-нет, о них, конечно же, не забыли. Реестр, во‑первых, сделан вовсе не для того, чтобы удобнее было проводить проверки, а для того, чтобы малый и средний бизнес мог легко доказать, что он таковым и является, и впрямую претендовать на льготы, положенные по закону, чтобы не надо было это доказывать.

Понятная история с тем, что у нас не попали туда акционерные общества. Это сейчас примерно, навскидку около 2‒2,5 процента от всего объёма субъектов малого и среднего предпринимательства. Всего их 5 600 000. Но это временная ситуация. Она связана просто с некой технико-правовой сложностью. Сейчас принято решение, что, по‑моему, с июля 2017 года, через год, будут включаться в реестр малых предприятий и в форме акционерных обществ. Но мы хотим, чтобы эти полгода также использовать, может быть, ввести заявительный принцип.

Сейчас для того, чтобы попасть в реестр, вы не делаете ничего, вы автоматом туда попадаете. Но если в ваших интересах, вы акционерное общество, вы автоматом попасть не можете, но хотите попасть, вы можете это сделать по заявительному принципу ‒ подать соответствующее заявление в налоговые органы. Мы хотим делать такой режим с января.

В.Ампилогов: Спасибо.

И вообще в этом году у нас в области большую часть субсидий получили мы в первом квартале. Это очень удобно для сельхозтоваропроизводителей, потому что самое главное на селе ‒ это вовремя посеять.

В.Путин: Главное, чтобы и на следующий год тоже получили как можно раньше.

В.Ампилогов: Да, именно в первой половине первого полугодия, чтобы основная масса субсидий получались, чтобы не было проблем с соляркой. А потом получается, когда посеяли, убрать‑то мы уже сто процентов уберём, потому что, сами понимаете, когда у нас хлеб стоит, мы найдём и средства, и силы, и всё остальное. Самое главное, чтобы именно вовремя посеять. Потому что, как говорят, день весь год кормит.

В.Путин: Да, я с вами согласен. Но вы тоже не могли не заметить, что и я, и Председатель Правительства всегда подталкивали соответствующие ведомства, чтобы вовремя всё это было реализовано. Постараемся, чтобы так же было и в 2017 году, по‑моему, в этому году так получилось.

В.Ампилогов: В этом году было очень здорово. Вообще даже не было слышно ‒ закупили, не закупили солярку. У всех спрашивали, у всех всё было. И семена, и солярка.

В.Путин: Постараемся выдержать и в 2017 году.

В.Ампилогов: Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста. Всё?

С.Сотников: Здравствуйте!

В.Путин: Добрый день!

С.Сотников: Меня зовут Сергей Сотников. Я руководитель группы компаний «Единая география», член экспертной группы АСИ. В рамках национальной технологической инициативы мы работаем над проектом, в который вкладываем все свои силы и средства уже на протяжении года. Это путеводитель по национальным паркам России с использованием беспилотных систем. Мы хотим привлечь внимание россиян и иностранных граждан к внутреннему туризму с помощью современных технологий. Единственное, чего нам не хватает, как ни странно это не прозвучит, ‒ это реакции со стороны государства. Причём в чём она заключается: я говорю даже не о финансовой поддержке, а о том, как сделать так, чтобы Министерство природопользования обратило внимание на наш проект и поддержало. Объясню…

В.Путин: Называется Министерство природных ресурсов.

С.Сотников: Да, природных ресурсов и экологии, если быть точным. Я уже лично писал в фейсбук руководителям конкретных ведомств по национальным паркам и заходил и через национальные парки, и через заповедник, в котором Вы сегодня были, там наш беспилотник делает мониторинг территории. Ответ ‒ ноль. Чтобы Вы понимали ‒ просто тишина.

В.Путин: Сергей Ефимович где у нас? Уехал. Министр здесь как раз только что был.

С.Сотников: В курсе, уже передал презентацию. То, что мы делаем через Ваших помощников.

В.Путин: Ещё раз: а какая нужна от них поддержка?

С.Сотников: Во время нашей работы мы изучили, что внутри национальных парков настолько устаревшая система, что они сами, во‑первых…

В.Путин: Система организации?

С.Сотников: Система организации даже тех же пропускных пунктов. То есть в национальный парк можно пройти с разных сторон, как угодно, дорог ‒ тьма. Забором же ничего не огорожено. И у нас платный вход в национальные парки. И эту плату «снимают» люди без документов, просто стоящие по периметру, делают сбор денег.

В.Путин: На ремонт Провала?

С.Сотников: Да, дело в том, что эти деньги уходят внутрь бюджета национального парка. И так как это особо не контролируется, то я считаю, что государство недополучает около полумиллиарда, по нашим приблизительным подсчётам, просто из‑за того, что не налажен механизм работы.

В.Путин: Разве платный вход в эти парки?

С.Сотников: Да, в национальные парки ‒ платный. Он небольшой, 50 рублей, но тем не менее. Во многие национальные парки Российской Федерации платный вход.

В.Путин: Не во все?

С.Сотников: Нет, не во все, но во многие.

В.Путин: Потому что есть такие парки, где трудно взимать плату. Даже если у кого‑то возникнет такое желание.

С.Сотников: Абсолютно верно, Владимир Владимирович. Но очень многое зависит от сознания граждан. И люди в принципе готовы заплатить за вход, ведь они поддерживают эту территорию, куда они постоянно ходят отдыхать, знакомиться с природой.

И если это всё упростить и положить на какую‑то платформу краудфандинга, чтобы человек просто через приложение мог заплатить, мало того, обозначить, что он находится на территории национального парка, то тем самым человек, курирующий национальный парк как объект, может знать, сколько людей гуляет по национальному парку, где они проходят, и оказать соответствующую помощь, если вдруг они заблудились, что‑то там, не дай бог, с ними случилось, выслать дрон с аптечкой, например. Мы работаем в этом направлении. То есть помимо того, что там, где проблема, там прибыль, я так считаю, это может и государство существенно пополнить казну.

В.Путин: Сергей Юрьевич, интересно то, что Вы рассказали. Я обязательно сейчас министру об этом скажу, если он ещё не уехал. Если уехал, то по возвращении в Москву обязательно расскажу. Аккуратнее, мне кажется, с этими платами нужно. Может быть, даже лучше это сделать добровольно, люди с удовольствием вкладывали бы копеечку на развитие.

С.Сотников: Абсолютно верно.

В.Путин: Я обязательно то, что Вы сказали, министру передам.

С.Сотников: Мы поможем организовать.

В.Путин: Да-да-да. Нужно, чтобы они с Вами поплотнее работали. Это точно. Просто странно, для меня это неожиданно очень. В принципе там много программ, и министерство работает достаточно много по направлению создания парков, заказников и так далее. Сейчас проводят работы по очистке Арктики и прочее. Вы знаете, поскольку увлекаетесь.

С.Сотников: Да, конечно.

В.Путин: Следующий год у нас ‒ Год экологии.

С.Сотников: Тоже в курсе.

В.Путин: Поэтому у них там целая программа выстраивается, большая, интересная. Безусловно, такие структуры, как Ваша, должны быть в эту общую работу включены, это точно.

С.Сотников: Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста.

Р.Рахматуллин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Рахматуллин Рамиль, представитель наукоёмкого бизнеса. Я искренне признателен Вам. В 2009‒2012 годах на Селигере, но ещё будучи аспирантами, мы представляли научно-техническую разработку ‒ медицинскую биокожу. И благодаря Вашему вниманию проект получил очень хорошее развитие. На сегодняшний день уже в секторе реальной экономики есть малые предприятия, которые этим занимаются. Мы даже готовим экспортный контракт, в том числе с Казахстаном, сейчас уже общаемся с дальним зарубежьем.

Хочу отметить, что у нас в области ведётся очень мощная грантовая поддержка прикладных научных исследований, которая при правительстве Оренбургской области. И лично Юрием Александровичем Бергом курируются эти вопросы, когда перспективные технологии целевым образом финансируются, и из них выходят наукоёмкие продукты, затем налаживается производство, и в итоге получается вклад в сектор инновационной экономики.

В.Путин: Рамиль Рафаилевич, а Вы конкретно что предлагаете?

Р.Рахматуллин: Я конкретно… относительно того, что существует определённая проблема. Одной из форм привлечения внебюджетных инвестиций является организация малых инновационных предприятий в университетах. Есть соответствующий ФЗ, есть законодательная база, но, к сожалению, в этой системе существует проблема согласования, допустим, аренды с федеральным Министерством образования. Очень сложно привлечь туда частные деньги.

В.Путин: А разве само учебное заведение не имеет права заключить договор аренды?

Р.Рахматуллин: Готовится заявка заключения договора аренды, отправляется в федеральное Министерство образования, в отдел имущества. Возникают некоторые моменты, когда не всегда получается получить эту аренду. Мы, например, третий год никак не можем это сделать.

В.Путин: Нужно делать по согласованию с Министерством?

Р.Рахматуллин: Да, федеральное Министерство должно дать добро о том, что лаборатория 13 квадратных метров участвует в технологическом процессе.

В.Путин: Конечно, забюрокрачивается ситуация. У нас запись ведётся, поэтому вернусь, обязательно поговорю с министром. Странно, даже неожиданно для меня. Вроде бы я давно этим занимаюсь, мне казалось, что там таких проблем не должно быть.

Р.Рахматуллин: И у нас вопрос-предложение. Возможно ли создание некого «единого окна» в структуре Минобразования, в котором инициативы учёных-предпринимателей решались бы комплексом?

В.Путин: Наверное, нужно это сделать. Контроль какой‑то должен быть. Хотя, честно говоря, даже не очень уверен, что министерства знают об этих лабораториях. Мне кажется, нет. Но тем не менее я с министром поговорю обязательно, я Вам обещаю. Как‑то нужно выходить из этой ситуации.

В своё время, вы знаете, мы долго дискутировали по поводу того, вообще, создавать или не создавать, разрешать или не разрешать создание таких предприятий. И звучали идеи, согласно которым учебные заведения созданы для того, чтобы кадры готовить, а не для того, чтобы бизнесом заниматься. Тем не менее в конечном итоге всё‑таки решили это сделать. И, судя по всему, сделали правильно. Практика показывает, что это помогает и процессу подготовки кадров, и интерес возникает. И наука развивается, связанная с высокими технологиями, в высших учебных заведениях.

Следующий вопрос был ‒ это вопрос предоставления помещений, мы его тоже решили. И мы только исходили из того, что высшие учебные заведения могут предоставлять свои помещения только таким предприятиям, которые образуются на базе самого высшего заведения. А вот то, что для этого нужно получать ещё разрешение Министерства, честно говоря, как‑то я это упустил, первый раз об этом слышу. Обязательно поработаем над этим.

Р.Рахматуллин: Спасибо.

В.Путин: Всё? Мы будем заканчивать, потому что нужно мне и коллегам дальше двигаться как раз в сторону наших казахстанских друзей, на завтрашнюю встречу.

Я вас хочу поблагодарить. Не знаю, как вам, но мне наша беседа понравилась, она была конкретной, абсолютно предметной, без всякого словоблудия. Ну и, как вы видите, и мои коллеги из Правительства взяли на себя определённые обязательства. Мы с вами проследим, чтобы эти обязательства были исполнены. Да, Антон Германович?

А.Силуанов: Так точно.

В.Путин: Договорились. Министр финансов, Министр промышленности, Министр экономического развития ‒ все мы самым внимательным образом отнесёмся к вашим замечаниям, пожеланиям и рекомендациям и всё, что можно будет сделать, всё, о чём мы сегодня договорились, постараемся исполнить.

А вам я хочу пожелать успехов.

Спасибо вам большое.