Документ /

Владимир Путин встретился с участниками стартапов, отобранных Фондом развития интернет-инициатив для дальнейшей поддержки и получения стартовых инвестиций.

Фонд развития интернет-инициатив создан для содействия молодым специалистам и предпринимателям, работающим в сфере информационных технологий. О создании Фонда объявлено в марте 2013 года на заседании наблюдательного совета Агентства стратегических инициатив.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья!

Мы в рамках АСИ встречались в марте этого года, то есть уже больше чем полгода прошло, 7 месяцев, – говорили о возможности и необходимости поддержки тех, кто собирается работать активно, в том числе осуществлять бизнес-проекты в интернете. Нужно отметить, вы это знаете лучше, чем кто‑либо другой, что у нас самое большое количество пользователей Сети в Европе, самые быстрые темпы по освоению Сети в мире. Мы входим в первую пятёрку стран по объёму торговли через интернет.

Именно эти возможности, которые постоянно расширяются, побудили и меня, и моих коллег подумать о том, чтобы поддержать тех, кто хочет, кто намерен работать в этой сфере.

Знаю, что проведена большая работа по созданию самого Фонда по поддержке стартапов в интернете. Он уже приобрёл солидные очертания, поднабрал из различных источников 6 миллиардов рублей. В общем, для старта не так уж и плохо, хотя, наверно, если посмотреть на все предложения, будет и 60 миллиардов мало. В этом как раз и состоит суть проблемы на сегодняшний день – в том, чтобы отбор был объективным, прозрачным и чтобы административное и финансовое сопровождение этих проектов, которые вы презентуете, было таким же прозрачным, эффективным и демократичным, собственно говоря – так же как и работа в Сети в целом. Поэтому давайте мы не будем откладывать в долгий ящик и прямо перейдём к тому, ради чего собрались.

Предоставляю слово Министру, он скажет несколько слов. И потом ребятам дадим слово.

Н.Никифоров: Уважаемый Владимир Владимирович!

Большое спасибо за саму возможность встречи. Мы с ребятами провели сейчас интересную сессию, обменялись мнениями о том, как же развивать IT-индустрию.

Правительство только что утвердило стратегию развития IT-отрасли, и мы выяснили, что в нашей стране примерно 300–350 тысяч тех, для кого IT является прямой профессией, и ещё примерно 700 тысяч тех, кто так или иначе косвенно связан с этой областью. Но спрос компаний даже на ближайшие пять лет говорит о том, что нам количество этих специалистов нужно удвоить, а вузы в текущей конфигурации не способны полностью покрыть этот спрос.

Мы считаем, что профессию нужно популяризировать, начинать нужно со школ. Обменялись мнениями: все начинают программировать лет с 14, кто‑то даже раньше – с 12 лет. Поэтому последние школьные годы – это самый ключевой для нас ресурс, именно за эти кадры мы сегодня будем сражаться и биться.

Продумали, как можно дополнительно стимулировать университеты на то, чтобы готовили именно тех специалистов, которые нужны IT-компаниям, чтобы их не приходилось потом доучивать, а также посмотрели целый ряд инициатив. Например, мы внесли законопроект по уменьшению размера компании, которая может претендовать на льготы по страховым взносам. Сейчас ограничение – 30 человек айтишная компания, по новому законопроекту будет уже семь, как раз под неё попадают IT-стартапы. Для них это важно, потому что зарплата, по сути, – ключевая для них статья расходов.

Посмотрели законодательство и готовим инициативу в области так называемых опционов, то есть возможности сотрудникам заранее подарить, пообещать акции компании, сделать их совладельцами бизнеса. Это очень сильная мотивация, потому что у всех молодые команды, у всех глаза горят. И наше законодательство, к сожалению, сегодня здесь не такое гибкое. Мы тоже планируем это устранить.

В целом договорились находиться в плотном контакте по всем предлагаемым проектам. Я думаю, что самые яркие, самые интересные идеи ребята сами сегодня представят.

В.Путин: Хорошо.

Я уже сказал, что фонд создан, и вы наверняка об этом знаете, и директор у нас есть – Варламов Кирилл Викторович.

К.Варламов: Спасибо, Владимир Владимирович.

В первую очередь хочу поблагодарить Вас за поддержку самой идеи развития интернет-предпринимательства.

Вы верно сказали, что Россия является крупнейшим рынком в Европе, за пять лет количество пользователей сети выросло в 3,5 раза. И с точки зрения бизнеса, с точки зрения компаний это означает одну простую вещь, что если, например, пять лет назад в интернете было 10 тысяч потенциальных потребителей вот на такой костюм, то сейчас их уже 35 тысяч.

Для многих это означает переход порога рентабельности, то есть возникает потенциал для нового бизнеса, возникает окно возможностей. Очень хорошо, что появился фонд, который позволяет нашим российским компаниям занять это окно возможностей, занять место на формирующемся российском рынке и создаёт условия для выхода этих компаний на другие рынки.

Вы ставили задачу создать условия, возможности для начинающих предпринимателей, для их обучения, для финансирования. Мы постарались посмотреть на проблему достаточно системно, как на индустрию, с точки зрения всей экосистемы, постарались понять, где белые пятна, чего не хватает. Выяснили, что в первую очередь не хватает финансирования начальных стадий, это стадия примерно от миллиона рублей до 15 миллионов рублей. Потому что, несмотря на то что на рынке работают около 50 фондов, которые финансируют IT-проекты, интернет-проекты, они не готовы вкладывать меньше 50 миллионов рублей, для них это просто нерентабельно, то есть у них партнёры, которые управляют этими проектами, дорогие.

Мы посмотрели практики, как поддерживаются такие проекты во всём мире. Принято поддерживать такие проекты через программы акселерации. Это достаточно короткие программы, обычно три-четыре месяца, в рамках которых проект должен максимально быстро развить свой бизнес. Каждому проекту в такой программе акселерации предоставляется тренер, который каждый день работает с ним, задаёт вопросы: а что здесь, как вы развили рынок? В программу входит обучение по основным предметам, которые нужны: маркетинг, продажи, развитие продукта. Также входит достаточно широкая экспертная сеть, с которой тренер помогает консультироваться.

Мы запустили такой акселератор. В России до нашей инициативы всего около трёх десятков проектов в год проходило через программу акселерации полноценно. Мы рассчитываем увеличить эту мощность через свои программы акселерации, включая региональные программы акселерации, примерно в пять раз. То есть общая мощность рынка примерно в пять раз вырастет.

Мы 1 августа объявили набор в первый акселератор и до 9 сентября получили около тысячи заявок примерно из 200 городов России. Через серию интервью мы отобрали «топ-100» проектов и 1 октября сделали интервью-день с этими проектами, позвали туда как раз эти 50 фондов. Потому что другая задача, которую Вы ставили, – это задача коллективных инвестиций, чтобы как можно больше было участников. И практически все фонды откликнулись, пришли представители около 30 фондов и 40 человек примерно.

И мы, и фонды смотрели на проекты с точки зрения того, в кого мы готовы инвестировать, в кого они готовы инвестировать свои деньги. Сообща мы отобрали 50 проектов, которым предложили первые инвестиции в размере миллиона рублей. Сегодня здесь как раз эти команды представлены, большинство из них уже получили эти деньги. И вместе с этими начальными инвестициями – прохождение программы акселерации в Москве.

В.Путин: Деньги получили и никуда не разбежались. Все здесь, пришли – уже хорошо.

К.Варламов: Вообще один из основных принципов фонда – не оставлять без внимания, без поддержки тех, кто к нам обратился. Даже те команды, которые не попали в «топ-100», – мы для них предложили программу преакселерации, предварительной акселерации. Это онлайн-обучение, подготовка к следующим программам акселерации, к повышению зрелости проекта.

Как я уже сказал, другая задача, которая стояла перед фондом, – это коллективные инвестиции, чтобы у каждого человека была возможность инвестировать деньги в проект. Проблема здесь в том, что опять же есть люди с деньгами, но нужно учить, нужна школа. И мы в середине ноября запускаем «Школу ангелов» и «Клуб ангелов», потому что людей, которые инвестируют в интернет-проекты, принято называть бизнес-ангелами: они и деньги дают, и помогают первыми контактами.

Здесь важно то, что мы не просто школу запускаем, но ещё дадим им возможность работать с проектами в акселераторе. То есть они в таком тепличном режиме будут и учиться, и одновременно смотреть, с кем им можно работать и в какой проект им интересно инвестировать, потому что просто «с рынка» достаточно тяжело, не имея опыта, в проект инвестировать.

Также эта инициатива будет развита в площадке коллективных инвестиций, которую мы уже объявили, называется StartTrack. Эта площадка сейчас собирает желающих участвовать, и в первом квартале следующего года мы запускаем такую площадку коллективных инвестиций, на которой в первую очередь мы предложим участвовать и «ангелам», и проектам, которые у нас есть.

Вообще, как я уже сказал, фонд получил достаточно широкий круг задач, который нам необходимо решать. Их можно разбить на два крупных блока: это инфраструктурные задачи типа программ акселерации и площадки коллективных инвестиций и, собственно, задачи по инвестициям в первую очередь на начальной стадии, потому что их не хватает.

Всего за ближайшие три года мы планируем провести через программы акселерации около 500 проектов и проинвестировать около 400 проектов.

В.Путин: А потом что делать с фондом? На IPO выводить?

К.Варламов: Я сейчас расскажу, что с фондом. Мы посчитали, тех денег – 6 миллиардов – достаточно для того, чтобы фонд существовал в так называемом «вечнозелёном режиме», есть такой термин. Это означает, что деньги, которые мы будем вкладывать, мы будем возвращать назад с прибылью, и этого будет достаточно для того, чтобы фонд существовал бесконечное количество времени.

В.Путин: Непонятно, куда я попал вообще. Это первый раз, когда я слышу, что денег достаточно. (Смех.)

Кстати говоря, хочу сказать и для тех, кто здесь находится, и для тех, кто нас услышит через средства массовой информации: у меня была первоначальная идея – завести в этот фонд больше денег, гораздо больше. Но совсем недавно мне коллеги сказали, что больше ребята не требуют и не хотят, потому что нужно набрать энное, нужное количество проектов эффективных и перспективных. Пока достаточно этой суммы, но в целом, чтобы вы знали (Кирилл, я думаю, и так это знает), есть возможность туда ещё добавить.

К.Варламов: Хорошо, потому что есть два варианта стратегий. Можно и с такой цифрой существовать, но есть вариант, когда можно провести дофинансирование, но не раньше, чем через 2,5 года нам будут нужны деньги.

Хочется ещё добавить, что в принципе опыт, который мы сейчас получаем в фонде как команда, и опыт использования частных денег для развития отрасли, и опыт, который мы получаем с точки зрения системного развития индустрии, на мой взгляд, может быть достаточно ценным для других отраслей, требующих инновационного развития.

Я убеждён, что инвестиции в человеческий капитал и в предпринимательскую активность являются необходимыми для развития экономики современной России. Поэтому ещё раз хочу Вас поблагодарить за поддержку такой инициативы.

Сейчас хотел бы предоставить слово проектам. Мы постарались подобрать проекты из разных отраслей, чтобы было показательно.

В.Путин: Да, но всё‑таки с фондом что делать? Потом на IPO выводить как один из вариантов?

К.Варламов: Фонд как таковой не нужно на IPO выводить, нужно выводить проекты, в которые мы инвестируем, на IPO.

В.Путин: Сами проекты?

К.Варламов: Сами проекты нужно выводить. Но опять же это не обязательно. Есть проекты, которые вполне рентабельны и хорошо себя чувствуют, показывают хорошую прибыль, но они недостаточны по объёму для того, чтобы их выводить на IPO. То есть, допустим, у них оборот 20 миллионов долларов в год, из них, например, может быть 5–6 миллионов прибыли. Но для IPO такой бизнес слишком маленький.

Мы будем получать как акционер от такого бизнеса прибыль, и это в принципе хорошо. Не обязательно на IPO, даже проект не обязательно на IPO выводить.

А фонд, инвестируя деньги в проекты, либо будет выращивать доли и, соответственно, продавать доли следующим инвесторам, либо через IPO, либо стратегам, либо – есть такой термин – «менеджмент бай-аут», когда компания сама выкупает долю за счёт прибыли. То есть компании, в которые мы инвестировали, начинают зарабатывать прибыль, и этой прибыли достаточно для того, чтобы выкупить ту долю, в которую мы инвестировали, с прибылью. То есть фонд остаётся с прибылью, а предприниматель остаётся с компанией и дальше развивает её, как хочет.

В.Путин: Это общая практика. Европейский банк реконструкции и развития уже лет 20 применяет эту практику.

Ладно, хорошо.

К.Варламов: Итак, первый проект – это «Норма Сахар» и Александр.

А.Подгребельный: Добрый день, Владимир Владимирович.

Меня зовут Александр Подгребельный, я врач-эндокринолог и основатель, руководитель проекта «Норма Сахар».

Сахарный диабет – это самое распространённое неинфекционное заболевание в мире. Только в России более 12 миллионов человек больны сахарным диабетом. Представьте, каждый десятый, каждый 12-й человек вокруг нас так или иначе или уже болеет сахарным диабетом, или заболеет в ближайшем будущем.

Сахарный диабет – это когда уровень сахара в крови повышается выше нормы. И если не компенсировать сахарный диабет, не лечить его, не приводить уровень гликемии к нормальным значениям, то рано или поздно сахарный диабет приведёт к поздним осложнениям. Это нарушение зрения, вплоть до слепоты, это нарушение иннервации нижних конечностей, вплоть до ампутации, поражение почек с необходимостью перевода на гемодиализ и искусственную почку, это инфаркты миокарда, это инсульты. Например, в России более 50 процентов острых инфарктов миокарда связаны так или иначе с сахарным диабетом, и всё это так или иначе тяжёлым бременем ложится на наше здравоохранение. Поэтому мы с коллегами решили создать сервис, который бы помог, с одной стороны, пациентам лучше следить за своим сахарным диабетом – хроническим заболеванием, с другой – дал бы нам, врачам, нашим коллегам некий инструмент, который бы позволил быстрее реагировать на вопросы пациентов и быстрее и лучше корректировать их сахароснижающую терапию.

В.Путин: Александр Николаевич, вы же деньги уже получили? Зачем пугаете нас так? Уже решение принято. (Смех.)

А.Подгребельный: Наш проект, я считаю, достаточно зрелый. Мы получили первую предпосевную и посевную стадию от частных инвесторов, и сейчас мы пришли в ФРИИ с целью получить более крупное финансирование для разных вещей, в том числе для того, чтобы стать неким стандартом в телемедицине, в мобильной медицине и апробировать технологии IT-медицины на хронических заболеваниях, в частности на сахарном диабете.

У нас уже готовый продукт, то есть мы уже работаем по нашей идее.

В.Путин: А в чём идея?

А.Подгребельный: Идея в том, что «Норма Сахар» состоит из мобильных приложений для пациентов. Первая часть – эти мобильные приложения позволяют пациенту измерять сахар в крови, импортировать данные с глюкометров, например Accu-Chek. И система помогает им высчитывать, например, дозу инсулина в зависимости от входящих данных, по индивидуальным настройкам, которые или сам пациент ввёл, или ввёл его лечащий доктор.

Существует в России много глюкометров. Один из приборов, с которым мы дружим, позволяет напрямую данные или на сервер закачивать, или прямо в мобильный телефон.

В.Путин: А чей это прибор?

А.Подгребельный: Accu-Chek – это немецкий прибор. Они (к сожалению или к счастью) – одни из лидеров на российском рынке по точности, по качеству.

В.Путин: А ваша‑то в чём идея?

А.Подгребельный: Наша идея в том, что мы лечим. Мы стремимся, чтобы с любых глюкометров данные поступали к нам на сервер.

Пациент вводит данные, вводит свой сахар в крови, вводит количество углеводов. Наше приложение может посчитать, сколько углеводов пациент съедает в той или иной пище. Это очень важно, потому что от этого зависит доза инсулина.

В.Путин: То есть, по сути, используя этот приборчик или какой‑либо другой, они заходят к вам, и получается как бы такой доктор для большого количества людей, прямо в сети работающий?

А.Подгребельный: Даже не в сети, для этого не обязателен интернет. Доктор установил индивидуальные настройки пациентов в программе, и программа автоматически выдаёт ему необходимые дозы инсулина и еды в зависимости от входящих данных.

В.Путин: Рекомендации даёт?

А.Подгребельный: Да, на основании индивидуальных параметров каждого конкретного человека. То есть не сама система выдумывает что‑то.

В.Путин: Понятно. То есть, если коротко, доктор сидит в сети в вашей программе, и сотни, тысячи людей могут к нему заходить и у него, что называется, обслуживаться, лечиться?

А.Подгребельный: Да. То есть все данные, которые накапливает пациент о своём здоровье, естественно, попадают на наш центральный веб-сервер. И самое главное, что пациент, где бы он ни находился, может в любой момент прямо с мобильного приложения задать вопрос врачу.

Соответственно, третья часть нашего приложения – это мобильный клиент для врача. Врач в любой момент может получить вопрос от своего пациента. Он сразу же видит всю его историю болезни, видит его анамнез и все те данные, которые ввёл и накопил пациент с помощью глюкометров, самостоятельно ввёл, как угодно. Таким образом, врачу требуется гораздо меньше времени на понимание вопроса пациента, на анализ тех данных, которые ввёл пациент, и, соответственно, на оказание квалифицированной помощи. И прямо с мобильного телефона, естественно, врач может изменить настройки сахароснижающей терапии, как Вы верно заметили, и ответить пациенту, что ему необходимо делать в той или иной ситуации.

В.Путин: Александр Николаевич, а пациент свои данные посылает, вводит куда‑то, и программа ваша работает как бы автоматически уже, без участия доктора самого? Доктор просто контролирует, что происходит.

А.Подгребельный: Задача доктора, действительно, не проверять каждый раз… Сахарный диабет – хроническое заболевание, поэтому мы не лечим пациента, а обучаем его правильно заниматься самолечением, потому что каждую минуту пациент сам должен понимать, сколько он должен съесть, сколько он должен уколоть инсулина. И врач является таким учителем пациента.

Мы с этой программой действительно облегчаем задачу врачу. Врач установил какие‑то настройки, и тогда, когда требуется, программа действительно автоматически помогает пациенту. Но всё равно в каких‑то тяжёлых ситуациях, непонятных ситуациях программы сейчас не могут заменить врача.

В.Путин: Доктор должен вмешаться.

А.Подгребельный: Конечно, да. Поэтому мы и сделали возможность, чтобы пациент в любой момент времени, когда ему это надо, мог бы задать вопрос или своему лечащему врачу, или дежурному врачу, который у нас постоянно дежурит в системе.

В.Путин: Сколько человек сможет воспользоваться вашей программой?

А.Подгребельный: Принципиально ею может воспользоваться любой больной сахарным диабетом, и наша глобальная цель…

В.Путин: То есть её возможности будут такие, что любой человек, который страдает в России заболеванием, может ею воспользоваться?

А.Подгребельный: Уже сейчас.

В.Путин: Здорово.

А.Подгребельный: Мало того, как я сказал, мы уже работаем в боевом режиме, оказываем консультации. У нас прошли первые небольшие клинические исследования в Морозовской больнице, в Институте акушерства и гинекологии имени Отта, у нас родилось семь здоровых детей от мам, больных сахарным диабетом, которые наблюдались в том числе через нашу систему у своих лечащих докторов. Мы видим нашу глобальную цель в том, чтобы «Норма Сахар» был тем дополнительным инструментом для врачей, наряду с УЗИ, наряду с другими методами исследования и лечения, который бы позволил лучше, быстрее и квалифицированнее оказывать помощь пациентам с сахарным диабетом по всей России.

В.Путин: Количество врачей, которые сидят в этой программе, должно увеличиваться по мере роста количества пациентов?

А.Подгребельный: Да, Вы совершенно правы. И мы видим, что в помощь в мобильном здравоохранении, вообще в развитии телемедицины, в том числе и с помощью мобильных устройств, было бы замечательно ввести изменения – медико-экономические стандарты, которые бы позволили многопрофильным больницам лечить с помощью подобных систем не только пациентов в стационаре, но и пациентов после выписки из стационара. Это позволило бы больницам оптимизировать свой коечный фонд, улучшить распределение нагрузки на лечащих врачей. И самое главное, что уже доказано международными исследованиями, подобные программы улучшают компенсацию сахарного диабета, соответственно, уменьшают осложнения.

В.Путин: То, что Вы говорите, чрезвычайно важно для всей системы здравоохранения страны.

А.Подгребельный: То есть наша глобальная задача – даже не столько обеспечить доступность медицинской консультации, сколько в большей мере помочь пациентам сохранить своё здоровье, чтобы они не были через пять-десять лет инвалидами.

В.Путин: Понятно. По поводу этих стандартов, норм, правил вы можете прописать ваши предложения?

А.Подгребельный: Конечно! Мы уже черновик с профессорами набросали, с главврачами Морозовской больницы, у нас уже всё готово.

В.Путин: Дайте мне, пожалуйста.

А.Подгребельный: Прямо сейчас?

В.Путин: Если у Вас сейчас есть?

А.Подгребельный: К сожалению, в электронном виде.

В.Путин: Не важно. Пришлите. Через Кирилла передайте.

А.Подгребельный: Хорошо! Обязательно передадим.

В.Путин: Спасибо. Очень интересно.

К.Варламов: Пожалуйста, Антон. Проект «Мояокруга.рф».

А.Долгов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Примерно месяц назад я был в своём родном городе Аткарске (это примерно 100 километров от Саратова). Встретил там своего учителя – Петра Алексеевича Трущелева, он основал там новый музей. Он зазвал меня в музей и фактически провёл для меня полноценную экскурсию. А я, с его разрешения, записал эту экскурсию на камеру мобильного телефона и вечером выложил её в интернет, на наш портал.

В итоге за месяц полторы тысячи человек посмотрели эту экскурсию, то есть это люди, которые как будто бы вместе со мной пришли в этот музей провинциальный. Они послушали историю экспонатов.

К.Варламов: Антон, извини. Расскажи, про что проект для начала, просто не понятно.

А.Долгов: Проект мой, он не про музеи, он про коммуникации. Вот таких городков, как Аткарск, в стране порядка тысячи.

В.Путин: Да больше, наверное.

А.Долгов: 64 миллиона человек живёт в городах с населением меньше 100 тысяч человек и в сельской местности. В каждом таком районном центре есть местная районная газета – это основной источник информации для этого района (например, газета Петровского района, я коснусь её чуть позже). Несмотря на то, что это маленькая газета, там восемь страниц, может быть, даже четыре страницы, она несёт очень важную функцию для своего региона. В большинстве случаев она является единственным источником местных новостей, является основным каналом связи между местной администрацией и жителями и является основной культурной площадкой региона. То есть всё местное культурное сообщество (музеи, библиотеки, художники, краеведы) используют её для своих коммуникаций.

Интернет тоже уже приходит в районные центры и в сельскую местность. Если есть дети школьного возраста, то они уже подключаются где‑то по кабелю, где есть возможность, где нет – через мобильные модемы или через телефонные линии. Но вот такая беда там есть: интернет есть, а контента местного содержания в нём нет. Очень много сайтов местных в сети Интернет, например, сайты муниципальных администраций, но, честно, мы – айтишники, мы видим, что многие ресурсы сделаны для галочки, то есть без понимания назначения этих ресурсов, без понимания принципов работы с интернет-аудиторией.

Вот наш проект состоит в том, чтобы такие местные районные редакции вывести на качественно новый уровень. То есть создать им современный медийный сайт, именно заточенный под задачи газеты, научить их работать с аудиторией, научить их зарабатывать на рекламе. Наш продукт, конструктор сайтов «Мояокруга», мы даём редакциям газет бесплатно. То есть, когда мы создали с ними сайт, они продолжают заниматься тем, что умеют лучше всего, то есть работать с информацией, с контентом, а мы берём на себя всю технологическую часть.

Про Петровскую газету. На прошлой неделе там был фестиваль «Слобода мастеров», то есть местные народные умельцы мероприятие проводили, выставка, школьные коллективы из городских школ, из сельских школ. У газеты какие были возможности для того, чтобы анонсировать это мероприятие? Одна фотография – несколько колонок текста, но теперь газета работает в паре с сайтом, это значит, что на сайте у этой газеты по этому мероприятию все интересные поделки и фотографии, все счастливые лица. То есть все родители, дети которых участвовали, конечно же, зайдут на этот сайт и посмотрят фотографии детей. Бабушки, дедушки в других регионах, естественно, это всё увидят и смогут зайти.

Но сайт районной газеты – это не только новости, видео или справочник организаций, это ещё и канал связи местной муниципальной администрации с жителями. Глава района может использовать сайт районной газеты, например, для публичного обсуждения проектов документов, для какой‑то обратной связи с жителями, для опросов общественного мнения. У нас этот инструментарий тоже уже заложен в системе. Наша система сейчас развёрнута и работает в Саратовской области, 25 муниципальных районов сделали свои сайты на нашей площадке. Цифры такие, что сейчас аудитория этих сайтов приближается к 20 тысячам читателей, это за полгода. Полгода мы работаем, за полгода на 20 процентов (был тираж печатный) увеличилась аудитория за счёт сети.

У нас есть готовая площадка сейчас, у нас есть команда, у нас есть знания и опыт, и мы хотели бы, чтобы наш проект дальше зашагал по регионам. И здесь очень важной для нас является поддержка органов региональной власти и глав муниципальных образований. Если бы они дали рекомендацию своим редакциям местных газет попробовать в нашем конструкторе создать свои сайты, а это бесплатно, я напоминаю, то есть мы зарабатываем потом все вместе с редакциями на рекламе, то мы бы помогли этим регионам…

В.Путин: Вы упредили мой вопрос.

А.Долгов: Мы бы могли этим регионам помочь создать более структурированное, более насыщенное информационное поле. В итоге это привело бы просто к комфорту и к большему удобству пользования для людей, которые там живут.

Вот об этом наш проект. Спасибо.

В.Путин: Здорово, очень интересно. Очень интересно и очень важно, имея в виду, что у нас малые города, мы все это знаем, они без внимания остаются часто очень, к сожалению. Это очень интересно. Правда, здорово.

А.Долгов: Спасибо.

В.Путин: А как вам помочь? Вот у нас первый заместитель Руководителя Администрации. Надо через руководство регионов, наверное, поработать, чтобы дальше потом опустить эту проблему в муниципалитеты, постепенно расширять. Идея очень хорошая.

А.Долгов: Мы выезжаем, мы проводим семинары с редакторами, как в Саратове это делали.

К.Варламов: Следующий проект, Александр. Проект Smart Fox называется.

А.Пасечник: Здравствуйте. Меня зовут Пасечник Александр, и я представляю образовательный проект Smart Fox. Сегодня я расскажу вам о проблемах, которые решает мой продукт, о том, как он работает, и о том, какой положительный эффект для российского общества это будет иметь.

Нашей локальной целью является создание интернет-платформы с использованием игровой механики и индивидуальным подходом к обучению и подготовке школьников к ЕГЭ.

ЕГЭ ежегодно сдаёт около 800 тысяч выпускников школ. При этом, к сожалению, если мы возьмём, например, математику, средний результат экзамена составил около 48 баллов из 100.

В.Путин: То есть вы решили легализовать свою деятельность? (Смех.) Что касается подготовки к ЕГЭ?

А.Пасечник: Наша цель – научить людей и вывести на новый качественный уровень.

К сожалению, для школьников доступ к качественным образовательным услугам неравномерно распределён географически. Он зависит как от города, учебного заведения, так и от личности педагога. Кроме того, школьник связан расписанием и не может заниматься тогда, когда ему удобно, и тогда, когда он, в принципе, хочет. Мы предоставим школьнику систему видеоуроков и задач, которая сможет автоматически адаптироваться под его уровень знаний и выстраивать индивидуальный план обучения. Все наши материалы подготовлены преподавателями ведущих вузов. При этом мы используем игровые механики для максимального вовлечения пользователя в процесс обучения для того, чтобы сделать процесс обучения более увлекательным и интересным.

Что касается родителей, то для родителей мы предоставим инструмент, который позволит контролировать прогресс в обучении ребёнка. В «личном кабинете» родитель сможет видеть, занимался его ребёнок или нет, какие задачи решил верно, сколько раз ошибся, что ему стоит подучить, а в чём он проявил себя хорошо. При этом стоимость услуг нашей платформы будет минимум в 20 раз ниже, чем стоимость занятий с репетитором. Таким образом, мы сможем сократить дополнительные расходы домохозяйств на подготовку школьников к ЕГЭ. Соответственно, больше людей смогут поступить в престижные вузы, получат высшее образование, наша страна получит больше высококвалифицированных специалистов.

Что касается учителей, то сейчас они находятся в ситуации, когда физически урок для всех один, но потребности каждого из учеников разные: кто‑то поступает в технический вуз – его интересуют сложные задачи, кто‑то в гуманитарный вуз и меньше времени уделяет математике, а части школьников тяжело освоить материал базового уровня. Учителю приходится каким‑то образом комбинировать составляющую урока для того, чтобы удовлетворить потребности каждого отдельного ученика. Мы предоставим учителю бесплатный «личный кабинет», в котором он сможет создавать виртуальный класс, выдавать персонализированные задания каждому ученику, создавая для него индивидуальные траектории обучения.

Кроме того, учителю не придётся тратить время на проверку заданий, потому что он будет получать автоматизированные отчёты о том, что каждый ученик выполнил, сколько времени потратил на выполнение задания и как он прогрессирует в соответствии с индивидуальным планом. Это позволит повысить успеваемость учащихся, что, в свою очередь, позитивно скажется на рейтинге школ и педагогов по результатам сдачи ЕГЭ.

Мы планируем запустить нашу платформу во второй половине декабря. Соответственно, к новому году у всех выпускников школ, кто хочет учиться, появится возможность увлекательно получать знания самого высокого уровня независимо от места жительства, независимо от уровня дохода, независимо от уровня начальных знаний.

Что касается бизнеса, если мы взглянем на успешные и состоявшиеся компании, то мы увидим, что Facebook не был прибыльным пять лет. Angry Birds была 51-м приложением Rovio. Путь к успеху тернист, и не каждый может его пройти.

Поэтому для меня как для молодого предпринимателя, который только окончил вуз, очень важна поддержка ФРИИ, потому что консультационная поддержка в режиме 360 градусов, работа с персональным наставником, который за мной закреплён, позволяет мне не допускать ошибок при создании продукта, правильно разрабатывать стратегию его развития и максимально рационально распорядиться теми ресурсами, которые у меня имеются в наличии.

Спасибо.

В.Путин: Скажите, пожалуйста, а кто у вас контентом занимается? Вы кого привлекаете?

А.Пасечник: У нас есть научные руководители из университетов – это МГУ имени Ломоносова, Высшая школа экономики, МГТУ имени Баумана, МФТИ. У них есть рабочие группы, которые состоят из аспирантов, из студентов. Также мы привлекаем профессиональных дизайнеров, привлекаем экспертов в области игровых методик для того, чтобы они разработали соответствующую систему поощрения школьников.

Мы хотим создать платформу, на которую любой человек может зайти, с любым уровнем знаний, выставить себе цель, пройти диагностический тест. И платформа покажет, как ему нужно учиться.

В.Путин: Вы сначала оцениваете уровень и возможности, а потом под человека подстраиваете свою программу?

А.Пасечник: Да, всё верно.

В.Путин: Здорово.

А.Пасечник: Кроме того, мы создаём контент профессиональный, мы оборудуем профессиональную студию, спасибо Кириллу Викторовичу и Дмитрию Калаеву, мы это делаем прямо во ФРИИ.

В.Путин: То есть у вас такая гибкая программа получается? Человек пришёл, его тестируют, и она под него подстраивается?

А.Пасечник: Да, предоставляя ему тот материал, который он не знает, который ему нужно изучить для того, чтобы двигаться дальше.

В.Путин: И методики ему предлагает именно индивидуальные?

А.Пасечник: Да, совершенно верно.

В.Путин: Здорово.

А.Пасечник: У нас, к сожалению, нет всех скриншотов, но человек может посмотреть видеолекции и скачать текст лекций, если ему удобнее читать, а не воспринимать информацию визуально. Также есть, скажем так, сжатая шпаргалка, где только основные пункты для тех, кто мыслит аналитически.

Система обучения построена следующим образом: изучается теория, затем практический материал, затем школьника отправляют делать практику. Вначале рассказывают, что такое логарифм в принципе, потом рассказывают, какие задачи с логарифмом есть, и показывают, как их решать, а на третьем этапе школьника отправляют в специальный «личный кабинет», где он имеет доступ к банку задач, может видеть, что важно, подсказку для решения задач. Потому что, например, когда ты занимаешься математикой, часто доходишь до определённого этапа решения задачи и не знаешь, как продвинуться. Можно увидеть решение полностью, и за совершение всех этих действий школьник поощряется виртуальными наградами, что тоже, на мой взгляд, немаловажно.

В.Путин: Вам самому‑то нравится программа?

А.Пасечник: Да, безумно.

В.Путин: Сколько времени вы ей уделяете?

А.Пасечник: Мы этим занимаемся с мая 2013 года, собственно, как я выпустился из университета. На тему развития данного продукта я писал магистерскую диссертацию, поэтому на самом деле работы было намного больше.

И сейчас мы рады получить помощь профессионалов в развитии своей платформы, потому что глобально… Мы начинаем сейчас с ЕГЭ, но глобально хотим построить огромный портал, где любой человек сможет получить знания по любому интересующему его направлению, не только в ЕГЭ или не только в высшей математике для университетов.

В.Путин: Но Вы спорт не бросайте.

А.Пасечник: Нет. Поддерживаю себя в форме для того, чтобы эффективно работать.

В.Путин: У Вас какой лучший результат?

А.Пасечник: Я был чемпионом мира среди юниоров по киокушинкай каратэ и бронзовым призёром Кубка мира по кикбоксингу среди мужчин.

В.Путин: Не бросайте спорт.

А.Пасечник: Хорошо, Владимир Владимирович.

К.Варламов: Следующий проект, это Максим Серебров, проект «Эльпас».

М.Серебров: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте.

М.Серебров: Я представляю проект «Эльпас» – это сокращённо от «электронный паспорт». При этом подразумевается электронный паспорт жилого дома. Целью своего проекта мы видим обеспечение прозрачности в сфере ЖКХ.

Сфера ЖКХ близка практически каждому. Все получают квитанции на оплату жилья, но при этом очень мало кто может понять, каким образом формируются суммы, фигурирующие в этих квитанциях, или куда дальше идут деньги, собираемые управляющими компаниями. Нередко это провоцирует конфликты, в которые приходится вмешиваться государству. При этом до последнего времени у государства даже не было механизма для того, чтобы получить объективную информацию, чтобы разобраться в каждой ситуации. В целом мы видим предназначение проекта «Эльпас» в том, что каждый гражданин сможет отследить судьбу своего рубля от того момента, как он оплатил по квитанции, до его финального назначения.

Около двух месяцев назад окончательно сформировались требования закона, по которому все управляющие компании ежемесячно должны отчитываться в муниципалитет, предоставляя информацию обо всех аспектах своей деятельности. При этом это колоссальный объём информации.

Для примера я распечатал электронный паспорт, или отчётность, по одной типовой пятиэтажке. Представляете себе объём данных, который потребуется обрабатывать муниципалитету, особенно учитывая, что данные меняются ежемесячно. Очевидно, что эту информацию эффективно можно обрабатывать только в электронной форме. Соответственно, проект «Эльпас» – это и есть инструмент для муниципалитета, который позволяет собирать эту отчётность от управляющих компаний, обрабатывать и эффективно её использовать.

Вариантов использования масса. Самый простой пример – это работа с обращениями граждан, когда человек пришёл по какому‑то вопросу, можно прямо на месте получить всю информацию конкретно по его дому, конкретно по его квартире.

Другой пример – это оценка эффективности использования государственных средств. Например, можно сравнить, как изменились начисления за тепло по конкретному жилому дому после проведения мероприятий по повышению энергоэффективности. Если начисления за тепло никак не изменились, то это сигнал, что стоит разобраться, видимо, как‑то не так деньги расходовались.

Или совсем новый пример. Безусловно, подобная система может стать инструментом для Министерства жилищно-коммунального хозяйства, потому что это инструмент для сбора и обработки информации, которая является профильной для этого ведомства. На самом деле помимо решения этой задачи, чем мы в основном гордимся, это не только то, что мы научились всё это делать, а то, что мы научились это делать эффективно.

Поясню. В России более 23 тысяч муниципалитетов, но только 166 из них – крупные (с населением более 100 тысяч человек), остальные не в состоянии позволить себе реализацию подобной системы. Даже если они получат подобную систему бесплатно, а у нас есть вариант бесплатного предоставления системы, то им потребуются специалисты, компьютерная техника для того, чтобы это настраивать, обслуживать, даже это им не по силам.

Наше решение этой проблемы заключается в том, что мы устанавливаем эту систему в нашем центре обработки данных и предоставляем доступ муниципалитетам к этой системе через сеть Интернет. При этом каждый из них работает в своём личном пространстве, видит только свои данные, и тем самым это позволяет нам все расходы на содержание, создание системы делить между муниципалитетами. В итоге мы можем предложить муниципалитетам очень конкурентоспособную цену – порядка 6 тысяч рублей в месяц на муниципалитет целиком, то есть на все управляющие компании, на все дома этого муниципалитета. На наш взгляд, эта сумма доступна практически для любого муниципалитета в России.

В настоящий момент эта система внедряется в городе Екатеринбурге. И сейчас её рассматривают ещё несколько регионов России. При этом один из основных вопросов, который нам задают муниципалитеты: «А можно ли использовать эту систему?» Есть привычка, что пока государство не сказало: «Пользуйтесь этим», – непонятно, можно этим пользоваться или нет.

Поэтому, на наш взгляд, было бы полезно с точки зрения увеличения конкуренции на этом рынке, с тем чтобы не 6 тысяч рублей в месяц, а ещё ниже мы могли бы опустить планку, создание какого‑то перечня систем, которые допустимы для использования муниципалитетами. При этом обязательно, чтобы перечень был открытым и в него можно было легко попасть, чтобы мы ощущали за спиной движение конкурентов и всегда совершенствовали свои продукты. Соответственно, муниципалитеты, зная, что есть перечень того, что можно использовать, дальше уже выбирали бы на понятных им основаниях, кто дешевле, кто предоставляет более хороший функционал, с кем удобнее работать. Это повысит конкуренцию в этой среде, и это то, чего сейчас не хватает.

При этом мы надеемся, что широкое внедрение системы «Эльпас» практически поставит барьер на пути нецелевого использования средств в сфере ЖКХ, которое сейчас нередко происходит.

В заключение, Владимир Владимирович, хотел бы поблагодарить Вас за содействие в создании ФРИИ как института, без помощи которого такой маленькой уральской компании, как нам, было бы значительно сложнее быть успешной в сфере, где традиционно работают только крупные московские интеграторы.

Спасибо.

В.Путин: Я сейчас не буду говорить о всей важности темы, которой Вы занялись. На первый взгляд она такая прозаическая, очень капиталоёмкая и может быть в высшей степени эффективной. Вы знаете, что мы создали новое Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства. Я Вас попрошу прямо сегодня состыковаться… У министра свой может быть план, конечно, хотя министерство пока ещё только на бумаге создано, время найдётся, встретьтесь сегодня с Менем Михаилом Александровичем. Он человек современный, опытный, ему лично презентуйте всю эту программу и вместе подумайте на тему о том, как её внедрить прямо с первых шагов работы министерства.

М.Серебров: Спасибо. Да, безусловно.

В.Путин: Спасибо.

К.Варламов: Александр, проект reAction.

А.Ханин: Добрый день, Владимир Владимирович. Меня зовут Александр Ханин, я основатель и руководитель проекта reAction.

Мы – команда молодых учёных, которая создаёт отечественные высокотехнологичные продукты в области распознавания видео. Наши решения выполнены на мировом уровне и подкреплены международной экспертизой. Компания имеет опыт успешной реализации проектов в коммерческой сфере. Так, например, нами создана «умная камера» для автоматического доступа автомобилей на придомовую территорию, на парковки, в гаражи. Компактное устройство автоматически считывает номер подъехавшего автомобиля и даёт команду на открытие шлагбаума или ворот, если номер принадлежит жильцу. Если номер принадлежит постороннему человеку, он допуск не получит, не будет, соответственно, занимать место во дворе, не будет загромождать двор.

Другой пример – система противодействия мошенничеству в банках, которая сейчас проходит тестирование. Система автоматически распознаёт лица мошенников в видеопотоке, которые пытаются получить кредит по поддельным документам, а также выявляет их сообщников…

В.Путин: А лица приличных людей нельзя идентифицировать? (Смех.)

А.Ханин: Можно и лица неприличных, можно и лица приличных, и постоянных клиентов узнавать, чтобы поощрять их, давать персонализированные предложения.

В ходе одного из тестов у нас появились реальные цифры. Так, в одном банке было выявлено за полчаса 24 человека, которые регулярно нарушали регламенты при оформлении заявок.

В.Путин: За полчаса?

А.Ханин: За полчаса. У нас это потребовало всего полчаса времени. Мы проанализировали 180 тысяч фотографий и выявили 24 сотрудника, которые регулярно нарушали регламенты. Сейчас банк занимается их проверкой.

Общий положительный эффект от использования такой системы – это повышение скорости и качества обслуживания клиентов. То есть мы повышаем качество жизни, повышаем безопасность, ускоряем кредитный конвейер.

К.Варламов: Александр Александрович, Вы ещё пример рассказывали про возможности использования миграционной службой.

А.Ханин: Да, мы хотели бы поделиться нашим опытом и технологиями в схожих по проблематике задачах.

Например, всем нам известно, что в последние годы Россия заняла второе место в мире по числу мигрантов. По официальным данным, за первое полугодие 2013 года на территорию нашей страны въехало порядка 10 миллионов человек. Этот поток постоянно увеличивается, повышается нагрузка на сотрудников Федеральной миграционной службы, на сотрудников полиции. В целом требуется автоматизация такого решения. Мы бы предложили разработать, внедрить и использовать «умные камеры» для автоматизации фотографирования и учёта всех въезжающих на территорию нашей страны как на постах паспортно-визового контроля, так и дополнительно использовать мобильное приложение, которое смогло бы оперативно, в считанные секунды по фотографии человека определить его личность и миграционный статус.

В.Путин: Да, это интересно, это может иметь практическое применение, имея в виду отсутствие визового режима со странами СНГ в подавляющем большинстве. Поэтому вроде визы нет, не требуется, но если такая техника будет фиксировать и давать информацию о человеке, то это, конечно, очень может быть эффективно.

А.Ханин: Мы предполагаем, что такое мобильное приложение с аналитическими функциями станет электронным помощником, например, сотрудника Федеральной миграционной службы в его ежедневной работе на территории всей страны, то есть не только на постах. Это позволит не только повысить эффективность каждого отдельного сотрудника, но и даст ведомству новый эффективный инструмент для повышения качества своей работы. Основой этого решения станет уникальный математический алгоритм распознавания, разработанный нашей командой. Это один из примеров, как наукоёмкие технологии распознавания могут быть использованы на благо России. Я как гражданин России хотел бы видеть, как внедряются отечественные современные технологии в жизнь нашего общества.

В.Путин: Но миграционная служба точно может использовать, я так думаю. Во дворах‑то я не знаю, наверное, и это можно, хотя у вас же конкуренция будет с обыкновенным пропуском: чиркнул и поехал.

А.Ханин: Пропуск можно передать, а лицо передать гораздо труднее.

В.Путин: Это правда. (Смех.)

А.Ханин: Поэтому, безусловно, мы идём в сторону комплексирования разных средств, потому что пропуск, например, отпечатки пальцев и лицо – это позволит с большей вероятностью удостовериться, что человек именно тот, за кого себя выдаёт.

В.Путин: Где Вы ещё видите возможность применения? В банковской системе, да?

А.Ханин: В банковской системе, например, в розничных магазинах. Очень важно работать над программами лояльности, потому что сейчас конкуренция среди розничных сетей повышается, и каждый будет бороться с помощью технологий за то, чтобы приходило всё больше и больше клиентов.

И здесь мы можем предложить на основе таких технологий персонализировать предложения, поощрять постоянных клиентов, кто ходит. Это позволит в целом повысить эффективность бизнеса.

В.Путин: Вам нужно как‑то пошире распространить эти возможности, рекламировать ваши технологии.

А.Ханин: Да, это может стать стандартом фотографирования людей. То есть у всех есть страничка в социальной сети, у всех есть аккаунт, например, в государственных службах и так далее. И с помощью нашей технологии можно расширить профиль клиента, добавив ещё визуальную информацию. Всем известно, что больше 80 процентов информации люди воспринимают с помощью глаз, с помощью зрения. Это ключевой, основной источник информации.

Мы как раз автоматизируем получение таких ключевых данных.

В.Путин: С миграционной службой их не стыковали? Нет? Надо состыковать.

К.Варламов: Предварительно готовили предложения и передали в Администрацию.

В.Путин: Надо состыковать, сделать предложение. Я так понимаю, что если такие элементарные приборы будут либо на пунктах пропуска, либо просто у сотрудников миграционной службы, то они смогут оперативно пользоваться вашей системой, да?

А.Ханин: В реальности это может работать, например, следующим образом: человек, когда пересекает границу, система автоматически его фотографирует…

В.Путин: Там понятно. А вот в мобильном варианте?

А.Ханин: А на территории страны, когда требуется оперативно установить личность человека, оперативно понять дальнейшие действия, просто с помощью мобильного телефона можно сфотографировать…

В.Путин: И он входит в интернет, в вашу программу, смотрит…

А.Ханин: Да, уходит на единый сервер защищённый, там проверяется личность. И человек получает буквально через несколько секунд ответ, на кого этот человек похож.

В.Путин: Понятно. Я так понимаю, что поскольку имеется в виду, что будет массовое использование, то стоимость будет небольшая для пользователей, да?

А.Ханин: Да, стоимость очень небольшая. Это доступно не только большим государственным структурам, но даже, например, малым компаниям, среднему бизнесу и каждому конкретному человеку.

В.Путин (обращаясь к В.Володину): Прямо сегодня пускай они состыкуются [с ФМС].

Спасибо большое.

А.Ханин: Спасибо.

К.Варламов: Глеб Ерохин, проект «Все эвакуаторы России».

Г.Ерохин: Добрый день! Здравствуйте, Владимир Владимирович.

В.Путин: Здравствуйте.

Г.Ерохин: Проект «Все эвакуаторы России», как он начался. Была зима, я ехал на своей машине по трассе Москва – Астрахань и сломался в Борисоглебске. У меня сел аккумулятор, и, соответственно, машина перестала двигаться. Я еле дожил до утра.

В.Путин: Машина сломалась, а сами не сломались.

Г.Ерохин: Не сломался. Было холодно, но я держался.

Все поиски эвакуатора в регионе не увенчались успехом, потому что он был для меня незнакомым. Плюс ко всему то, что я нашёл, и предложение, которое мне поступило, по деньгам было несопоставимо с тем, что у меня было с собой в наличности, то есть это было невозможно исполнить. После чего родилась идея создать проект, который позволил бы объединить и эвакуаторщиков, и диспетчерские службы, и компании помощи, и решить две важные проблемы для автовладельцев, автолюбителей. Первое – поиск эвакуатора и техпомощи в любом регионе Российской Федерации нажатием одной кнопки SOS, и второе – это получение минимально разумной стоимости на оказанные услуги.

Хочу привести пример из практики. В январе этого года мы запустились, в диспетчерский центр поступил сигнал SOS от девушки, она перевернулась в Подмосковье на внедорожнике. Изначальное предложение, которое ей было озвучено, – порядка 20 тысяч рублей. Через наш сервис ей были оказаны услуги за 3,5 тысячи рублей, что, в общем‑то, наглядно показывает его экономию. В данный момент мы располагаем самой крупной базой исполнителей, это порядка 3700 исполнителей-партнёров с нами работают. Если пересчитать на количество спецтехники, это порядка 6 тысяч или 7 тысяч спецтехники, как эвакуаторы, так и машинно-техническая помощь.

Мы продвигались на рынок без рекламы, пошли в направлении внедрения данной системы в навигационный сервис для автолюбителей. На наше предложение откликнулась компания «Штурман» (город Москва) и компания «СитиГИД» (Санкт-Петербург). «Штурман» уже работает с начала года, «СитиГИД» внедряется в ближайшее время. Мы спасаем, эвакуируем на данный момент порядка 400 машин в месяц, это как легковые, так и грузовые, фуры.

В.Путин: То есть это делаете не вы сами, это делают реальные компании через вас?

Г.Ерохин: Это делают наши партнёры в регионах. Соответственно, мы являемся центром, который принимает этот сигнал, он приходит как по звонку, так и из навигационной системы.

Хороший пример уже есть и грузовой помощи. Фура двигалась по направлению Москва – Новосибирск. Заснул водитель, фура ушла в кювет, 44 тонны железа. Когда он всё‑таки догадался нажать на навигаторе SOS, он уже сидел там два дня и его просто не могли вытащить, поставить на дорогу.

В этой связи нам кажется, что наш сервис мог бы быть полезен и во внедряемой в данный момент системе «Эра-ГЛОНАСС», которая направляет в помощь автовладельцу, будет направлять службы скорой помощи и полиции, а соответственно, эвакуацию мы могли бы взять на себя.

С ФРИИ мы сейчас развиваем данный проект по двум направлениям.

Первое – это его расширение вне территории Российской Федерации, потому что наши граждане выезжают за территорию. К сожалению, они также ломаются либо попадают в аварии. Мы должны им оказать этот сервис, помочь им.

И второе. Мы сейчас выводим на рынок карту помощи на дороге стоимостью 490 рублей – такая крайне низкая стоимость по сравнению с тем, что есть на рынке. За эту стоимость в течение года автовладелец может получить либо эвакуатор, либо техпомощь, либо подвоз топлива, либо запуск двигателя и так далее. Это достаточно хороший, полезный сервис. Использование интернет-технологий позволило сократить, как я уже сказал, стоимость такой карты в 10 раз от того, что сейчас предлагается на рынке.

Средние показатели, которые мы обрабатываем, примерно, как я уже сказал, в районе 400 заказов, точнее, спасений в месяц, а снижение стоимости – где‑то от 20 до 30 процентов по рынку.

Вот вкратце информация по нашему проекту.

В.Путин: Кто у вас мог бы быть партнёром из госорганов, из министерств, из ведомств? Кто наилучший потребитель ваших услуг и партнёр, как Вы думаете?

Г.Ерохин: На данный момент мы, конечно, видим основного будущего потребителя, как надеемся, – это система «Эра-ГЛОНАСС». Предполагается, что происходит срабатывание сигнала при ударе машины, и, соответственно, туда направляются диспетчерским центром службы скорой помощи и полиции. И очевидно, как правило, необходимо произвести эвакуацию.

В.Путин: Да, нужно довести до исполнителя.

Г.Ерохин: Да, конечно же.

К.Варламов: Глеб, ты говорил про МЧС ещё.

Г.Ерохин: Да, в связи с тем, что мы в том числе работаем со спецтехникой и грузовым автотранспортом, к нам приходят обращения и от службы МЧС о том, что необходимо какую‑то машину спасти, вытащить или перенести ввиду того, что у нас самая крупная на данный момент база исполнителей по региону.

В.Путин: Давайте мы вас состыкуем с МЧС и с коллегами, которые ГЛОНАСС занимаются, сделаем это в ближайшее время.

Г.Ерохин: Хорошо, спасибо большое.

В.Путин: Вам спасибо большое.

Коллеги, кто ещё хотел бы добавить? Пожалуйста.

К.Варламов: Есть ещё проект «Мамина школа», Елена.

Е.Иванова: Здравствуйте, Владимир Владимирович, здравствуйте, дорогие коллеги!

Меня зовут Иванова Елена, и я рада представить свой проект «Мамина школа». «Мамина школа» – это дистанционное обучение для родителей и детей до 12 лет.

Какие проблемы решает наш проект? Это недостаток детских развивающих центров, недостаток квалифицированных педагогов, небольшой ассортимент предлагаемых занятий, а также недостаточно каналов получения компетентной информации для родителей. Мы же формируем равные условия для развития и воспитания каждого ребёнка независимо от того, где он родился: в городе либо в селе, на Дальнем Востоке либо в Центральной России. Мы создали и успешно внедрили уже более 100 онлайн-курсов по самым разнообразным направлениям, и самой популярной является готовая комплексная программа для развития ребёнка.

Также мы провели уже более 700 онлайн-занятий, где любой родитель из любой точки страны в режиме реального времени может получить необходимые ответы на все волнующие вопросы от самых талантливых специалистов нашей страны – от педагогов, от психологов, от врачей.

Обучили мы уже порядка 15 тысяч родителей и их детей. К нам приходят благодарные отзывы. Нам мамы и бабушки звонят и благодарят за те возможности, которые мы открыли перед ними и перед их детьми.

Например, совершенно недавно был случай, который очень тронул меня. Раздался звонок, я подняла трубку, звонила бабушка из Нижегородской области. Она сказала, что она инвалид, и теперь благодаря нашим курсам она может заниматься со своим внуком и даже с другими соседскими детками.

Также для родителей у нас есть целое огромное направление. Самыми популярными курсами, особенно для мам, является обучение новым профессиям в интернете. Благодаря этим курсам они могут работать дома, тем самым больше времени уделяя себе и своим детям.

Таким образом, мы видим, что «Мамина школа» – это очень светлый проект. Мы помогли уже многим тысячам родителей и их детям. Но самое главное, помимо востребованности и его большой роли для нашей страны мы видим то, что формируем ответственное родительство, укрепляем институт материнства и детства и делаем счастливыми семьи. Пожалуй, это для нас самый главный результат как основателей и как всей команды нашего проекта.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Здорово! Сколько сейчас пользователей у вас?

Е.Иванова: Сейчас 15 тысяч, которых мы уже обучили.

В.Путин: Реклама нужна тоже.

Е.Иванова: Реклама нужна, мы поняли. В регионы, так как у нас онлайн-курсы, мы начали высылать DVD-продукцию. И она пользуется спросом, потому что до регионов ещё не совсем хороший и качественный интернет дошёл, быстрый, скоростной. И нам действительно нужна реклама.

В.Путин: Даже дело не только в технике. Вы знаете, дело ещё и в том, что люди всё с большим и большим недоверием относятся к различным программам. Не понятно их качество, не понятно, что внутри сидит, это ещё разобраться надо. Поэтому, чтобы люди видели, что это качественный продукт, должен быть такой источник информации, которому люди доверяют изначально. Вот это на самом деле очень важная вещь. Всего много, довольно трудно разобраться.

К.Варламов: Важно, что они именно мам учат, как учить детей.

Е.Иванова: И родителей учим.

В.Путин: Я понял. Но надо, чтобы люди изначально понимали и доверяли сразу этой программе, вот в чём всё дело. Огромный объём, массив колоссальный – пойди разберись. И поэтому нужно, чтобы изначально был какой‑то источник, которому люди сразу доверяют: ага, если про этот сказали, значит, на это можно ориентироваться. Надо просто подумать над этим, это просто.

Спасибо.

Е.Иванова: Спасибо Вам большое.

К.Варламов: Ещё предлагаю посмотреть проект Dr. Tariff, Александр.

А.Волощук: Добрый день, Владимир Владимирович, добрый день, аудитория. Я бы хотел рассказать про проект Dr. Tariff. Сначала расскажу, с чего он начался.

Я как‑то проснулся и увидел, что за одну неделю 1,5 тысячи рублей ушло на сотовую связь. Я подумал, что переплачиваю и нужно менять тариф. До этого я уже два-три раза менял и знал эту процедуру: то есть заходишь на сайт, полчаса-час пытаешься выбрать, потом что‑то не получается. Я подумал, что сейчас уже технологии достаточно созрели, чтобы телефон мог делать эту задачу за меня.

Мы говорили, что интернет сейчас растёт бурными темпами, а рынок смартфонов и мобильных приложений растёт ещё более высокими темпами. Поэтому я решил создать приложение, которое анализирует, как я общаюсь, то есть звонки, эсэмэски и трафик, у которого с сервера подгружается информация о тарифах, и оно автоматически выбирает мне оптимальный тариф.

Помимо этого…

В.Путин: Путеводитель такой?

А.Волощук: Да. Помимо этого есть статистика, то есть около 100 различных графиков по тому, как я общаюсь, с кем я общаюсь, в какие регионы звоню. Есть виджеты, которые постоянно мне показывают, сколько звонков я осуществил.

В.Путин: То есть АНБ за Вами следить не надо, Вы сами туда ещё сбрасываете. (Смех.)

А.Волощук: В каждом регионе сейчас разные тарифы. Мы небольшой командой выпускников МФТИ написали систему, которая автоматически собирает всю эту информацию по «большой тройке». Успешно запустились, сейчас на Android у нас уже 120 тысяч закачек. Аудитория очень лояльная, то есть люди в восторге, ставят родителям, чтобы они тоже экономили. И сейчас как раз людям будет позволено сменить оператора сотовой связи. Но мы считаем, что это лишь половина шага. Человек ещё должен понимать, перейдя на нового оператора, на какой тариф ему перейти, чтобы меньше тратить.

В.Путин: Да. А не получится так, что он в поиске лучшего тарифа больше заплатит денег вашей компании? Нет?

А.Волощук: А приложение абсолютно бесплатно.

В.Путин: Не понял. А в чём фишка тогда? Откуда вы зарабатываете?

А.Волощук: В чём фишка. Мы смотрели на аналогичные вещи в банковской сфере, есть очень успешные проекты, которые делают абсолютно бесплатные приложения для пользователя, то есть никакой оплаты. Взамен получают большую аудиторию и могут анализировать обезличенные данные, то есть делать аналитику по всему рынку. Это раз. Вот эта аналитика важна операторам, чтобы, допустим, по конкурентам смотреть KPI. Сейчас мы в процессе того, чтобы…

В.Путин: С ними договориться, чтобы им продавать эту аналитику?

А.Волощук: Да. Это раз.

Во‑вторых, если человек захочет перейти на нового оператора, мы хотим добавить функцию в телефоне, чтобы он нажал одну кнопку, к нему приехал курьер и мог эту процедуру осуществить.

В.Путин: И что? Вам что с этого?

А.Волощук: А нам – комиссия за то, что мы привлекли человека.

В.Путин: Понял.

А.Волощук: Но деньги берутся не с человека.

В.Путин: Понятно.

А.Волощук: Естественно, мы хотим очень тесно взаимодействовать с Минкомсвязи, у нас есть аналитика…

В.Путин: Он здесь сидит.

А.Волощук: Да, мы уже успели пообщаться. Но есть такой нюанс, что сейчас…

В.Путин: Извини, пожалуйста. (Обращаясь к Н.Никифорову.) Интересно это? Нормально?

Н.Никифоров: Да, проект очень интересный.

В.Путин: Мне кажется, полезно.

Н.Никифоров: Проект очень интересный. Действительно, тарифных планов сегодня столько, плюс они отличаются между регионами. А то, что у людей с 1 декабря появится наконец возможность поменять оператора и оставить за собой номер, перейти вместе с ним, это всё более актуальная будет задача.

Поэтому я думаю, что модель у ребят очень правильная. Мы договорились посмотреть по нормативной базе, там есть ряд ограничений, какую информацию можно раскрывать, какую нельзя. Я думаю, что найдём решение. Такого рода приложения точно должны работать.

В.Путин: Мне кажется, что это нужно сделать, нужно им помочь, потому что это, безусловно, очень хороший шаг к демонополизации рынка и к исключению всяких сговоров на корпоративном рынке.

Н.Никифоров: Мы – за конкуренцию в связи, это точно. Только она двигает прогресс.

А.Волощук: Мы её повысим.

И ещё у нас есть мысль, что мы можем помочь «Ростелекому».

В.Путин: Это опять к Министру.

А.Волощук: Почему «Ростелеком»? У нас сейчас в основном база по «большой тройке», так как их больше на рынке, и мы можем им помочь выстроить правильную тарифную стратегию. Мы уже общаемся с аналитиками одного из операторов, и действительно есть метрики. Мы же смотрим ещё и баланс, на каких тарифах больше зарабатывают и так далее. Вот эти вещи могли бы предоставлять.

В.Путин: Надо состыковать это. Пускай поработают, тем более у них есть план развития. Насколько я понимаю, они и так будут стараться предоставлять услуги, мягко говоря, конкурентоспособные.

Н.Никифоров: Мы обязательно организуем встречу ребят с «Ростелекомом», они обменяются информацией.

В.Путин: Не тяните только.

Н.Никифоров: Оперативно сделаем.

В.Путин: Вы из Москвы или из региона?

А.Волощук: Да, из Москвы. МФТИ заканчивал.

Н.Никифоров: Всем ребятам раздал лично свои визитки. И у нас теперь прямой контакт со всеми.

В.Путин: Теперь дозвонитесь, попробуйте.

Н.Никифоров: А мы по электронной почте чаще.

В.Путин: Хорошо. Ладно.

А.Волощук: Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо Вам. Очень интересно.

К.Варламов: Есть проект i2istudy.ru, Константин.

К.Сперанский: Спасибо большое. Неожиданное приглашение, очень приятно.

Здравствуйте!

В.Путин: Добрый день!

К.Сперанский: Проект i2istudy.ru – это тоже своего рода образовательный проект, правда, в сфере лингвистики. Наш проект позволяет людям по всему миру обмениваться знаниями собственного языка.

Идея заключается в том, что если обладать определённой методикой и определённым подходом, то фактически я как россиянин мог бы обучить…

В.Путин: Как носитель языка.

К.Сперанский: Да, как носитель языка, кого бы хотел.

В.Путин: Кто бы хотел учить русский.

К.Сперанский: Да, кто бы хотел учить. Интерес к языку довольно высок. Понятно, что наш восточный сосед Китай сильно интересуется русским языком. Понятно, что Европа, выстраивая традиционные торгово-экономические связи, тоже заинтересована.

Соответственно, как мы слышали, русский язык идёт в двойке-тройке среди языков, к которым проявляется интерес, как его изучить. Это с одной стороны.

С другой стороны, всё равно нехватка учителей, она однозначная, потому что трудно разговаривать с китайцем или трудно найти людей, которые знают и китайский, и русский и могли бы это преподавать. Соответственно, мы отделили методологию от носителя и по системе двусторонних слайдов, по сути, обеспечиваем через наш сайт i2istudy.ru контакт между учеником и учителем.

В.Путин: Но учитель профессиональный, да?

К.Сперанский: Нет, профессиональные учителя создали методику, методика оцифрована и вынесена вовне. И теперь, допустим, молодая мама из региона, как мы говорили, трудоустройство и занятость – это действительно приоритетная и важная задача, причём действительно это скорее не города-миллионники интересует, а малые региональные центры. Соответственно, получается, например, молодая мама, которая ждёт ребёнка или сидит с новорождённым ребёнком в декретном отпуске, могла бы в свободное для неё время, естественно, это тоже важно, в любой момент времени, когда ей удобно, по сути, выйти…

В.Путин: У молодой мамы нет свободного времени.

К.Сперанский: Согласен, я по своей жене сужу, но, может быть, может быть.

В.Путин: Ну, допустим, да.

К.Сперанский: Не мама – бабушка.

В.Путин: Молодая бабушка, хорошо.

К.Сперанский: Да. То есть она выходит на наш сайт, условно говоря, кликает кнопку «учитель русского». Уже дальше не имеет значения, кто к ней присоединится, будет ли это какой‑то джентльмен из Англии или это будет джентльмен из Китая – это уже значения не имеет. Почему? Потому что методология разделяет понятие языка и подсказки языковой. Получается, что эта бабушка, не готовясь к уроку, не зная фактически материала, стартует, у неё идёт видеоизображение ученика, и параллельно идёт блок подсказок, что она должна преподавать, что она должна говорить, читать.

В.Путин: Бабушки могут знаете как наговорить? Так китайца научит, что мы потом его с трудом будем понимать или, наоборот, слишком хорошо будем понимать.

К.Сперанский: Да, может быть. Соответственно, ученик, понимая, что он не всегда может переспросить учителя, потому что учитель ему на китайском никак не ответит и никак не пояснит…

В.Путин: Я что‑то запутался, я не понимаю. Бабушка в вашем примере в качестве учителя выступает?

К.Сперанский: Да.

В.Путин: Так вы же должны всё‑таки как‑то отбирать этих учителей.

К.Сперанский: Есть такая стадия…

В.Путин: Мы понимаем, что даже среди тех, кто считает себя носителем русского языка, есть люди, которые владеют им по‑разному.

К.Сперанский: Совершенно верно. Смотрите, тогда с другой стороны зайду.

В.Путин: Зайдите.

К.Сперанский: Наши специалисты, наша команда и именно те, кто является методистами, они подготовили на данный момент 100 уроков разного уровня – начальный, средний и какой‑то более-менее продвинутый. Все уроки оцифрованы полностью и позволяют, условно говоря, любому желающему их, по сути, прочитать. Условно назовём это так – начитать. На камеру ли или в индивидуальном контакте через систему, это не Skype, но, условно говоря, уровня Skype, когда ты видишь собеседника. И помимо видеоизображения идёт и аудио, естественно, идёт звук и идёт текстовое изображение. Соответственно, это что означает? Что любой человек, который умеет пользоваться интернетом, умеет читать, знает язык, по сути, он текст урока может пройти, прочитать на русском.

В.Путин: Он может прочитать, дальше‑то что? Вы включаете любого человека, носителя русского языка, и тот ему даёт какой‑то стандарт русского языка?

К.Сперанский: Ну да, у него есть стандарт.

В.Путин: Но если это человек, которого вы не знаете совсем, он скажет «давай, проходи», а тот скажет «канай на проходняк». И китаец потом будет всё это… с теми, которые недавно не «освободились из мест лишения свободы», а «откинулись от хозяина». Что вы будете с ним делать, я не понимаю.

К.Сперанский: Нет, смотрите. Понятно, что в систему встроен механизм обратной связи, по которой ученик может, естественно, прервать урок, уйти на другого учителя, если он понимает, что…

В.Путин: Так он не понимает. Иностранец же не понимает, это чистый русский язык или это сленг какой‑то, или ещё что‑то. Вот я не очень понимаю. Если вы включили – любой человек может нажать кнопку и стать учителем.

К.Сперанский: Ну, фактически надо сделать функциональный отбор.

В.Путин: Как вы оградите ученика от недобросовестного учителя или человека, который просто не может исполнять эту функцию в силу ряда причин?

К.Сперанский: Есть ещё один вариант.

В.Путин (обращаясь к залу): То есть мы с вами сейчас на месте придумываем варианты, а деньги он будет получать.

К.Сперанский: Не совсем так, нет, не совсем так. Двигаясь к модели монетизации, просто что хотел сказать: базово система предполагала взаимный интерес двух сторон к изучению языка, возможно, изучению языка друг друга. В каком смысле? То есть я преподаю русский, скажем так, фиксируется моё время, сколько я преподавал, и это время я обмениваю на обучение английскому, испанскому, какому угодно другому языку. То есть такой банк времени.

В.Путин: Да я понимаю. Идея сама по себе мне очень нравится. Я без шуток говорю, сейчас я говорю совершенно без иронии, потому что общение с носителем языка – это самое ценное в изучении иностранного языка.

К.Сперанский: Безусловно, да.

В.Путин: Но надо получить базу, конечно, какую‑то, грамматику знать, ещё что‑то, базовые знания. Но потом общение с носителем – самое-самое интересное, самое важное и самое доходчивое, может быть. Если люди начинают друг друга обучать, они знаете как могут научить? Вот я привёл пример, есть и другие примеры. У нас есть регионы совсем разные, понимаете? Решили с немцем учить немецкий, а он с вами – русский. А если он говорит на саксонском диалекте? Правда, вряд ли там есть люди, которые говорят только на саксонском, а те, кто хотят учить русский, наверняка на hochdeutsch говорят – на литературном немецком, но всё равно может быть, понимаете? На севере говорят на одном диалекте, на юге – совершенно на другом. У нас, кстати говоря, тоже на Волге окают, поморы говорят немножко на своём наречии.

А учить‑то нужно литературному русскому языку, правда?

К.Сперанский: Да, но Вы знаете, мы бы хотели к этому продвинуться и рассматривать наш проект как некую платформу, которая должна развиваться. Соответственно, мы могли бы иметь, например, серьёзных преподавателей или серьёзных репетиторов по тому или иному языку, я не знаю, востоковедов – они знают прекрасно, условно говоря, китайский и русский, мы бы хотели привлечь и в каком‑то роде их тиражировать. Что я имею под этим в виду? Допустим, этот востоковед – человек однозначно в регалиях, серьёзный, понятно, что он стоит очень дорого, и понятно, что какому‑то бизнесмену средней руки из Китая, которому было бы интересно работать с Россией, он может быть не по карману, не по времени и так далее.

В.Путин: Понятно.

К.Сперанский: Но он бы в нашей системе мог, условно говоря, тоже оцифровать свою методику.

В.Путин: Понятно, короче, вы должны сертифицировать таких преподавателей с обеих сторон, со всех сторон.

К.Сперанский: Будет сделано.

В.Путин: Это не указание, это мысли вслух, но мне кажется, что от этого будет зависеть качество вашей работы. Если у вас будут люди, которые, как я уже сказал, не способны выполнять эту функцию, тогда стоимость предоставляемых вами услуг будет гораздо ниже, чем в первом случае.

К.Сперанский: Да, это тоже одна из целей – уйти… В максимуме это могла бы быть бесплатная система. Понятно, что есть люди чуть более ленивые или у которых мало времени. Кстати, это хорошо, потому что модель монетизации тоже в себе учитывает, что будут «ленивые» люди, которые не будут преподавать, а будут потреблять. Соответственно, им…

В.Путин: Мне кажется, таких набрать очень много можно, но всё‑таки какая‑то система сертификации, даже, может быть, автоматическая система сертификации, нужна.

К.Сперанский: Мы надеялись на то, что, скажем, человек преподавал русский язык, ученику не понравилось, он пишет dislike или кто‑то like. Мы так надеялись. Например, тот, кто набирает какую‑то прямо однозначно отрицательную карму, значит, мы ему, наверное, отправляем чёрную метку условно.

Проект не запущен до конца, поэтому и была задача во ФРИИ отработать некоторые детали и нюансы.

В.Путин: Идея очень хорошая, очень интересная.

К.Сперанский: Спасибо Вам.

В.Путин: Правда, очень интересная и может быть перспективной, по‑моему.

К.Сперанский: Будем дальше двигать. Каких‑то просьб других нет, главное, что нас поддерживают…

В.Путин: Доработать её надо. Она очень интересная и, мне кажется, будет очень востребована, сегодня будет востребована. Общение с самими носителями крайне важно. Кроме всего прочего это прямое общение людей, причём на позитивной почве.

К.Варламов: Есть ещё проект, Владимир Владимирович.

В.Путин: Я не сомневаюсь. Если Вы считаете, что нужно обязательно ещё кому‑то слово дать, давайте.

К.Варламов: Мы никогда не откажемся дать слово проектам.

Андрей Северюхин, PMI-проект.

А.Северюхин: Здравствуйте!

В.Путин: Добрый день!

А.Северюхин: Меня зовут Андрей, как сказали.

Мы занимаемся разработками в области компьютерной безопасности. В свою очередь, мы создали систему, которая определяет факт подлинности фотографий и позволяет выявлять фальсификации в сканированных документах. То есть речь идёт о том, что наша система может быть использована для контроля всей тендерной документации.

С января 2014 года вступает в силу федеральная контрактная система. И мы считаем возможным встроить нашу систему контроля подлинности фотодокументов в работу данного проекта, в частности в Счётную палату, если, соответственно, Счётная палата контролирует федеральную контрактную систему.

Кроме этого для компаний, имеющих частично государственное участие, таких как «Роснефть», «Газпром», «Ростелеком» и так далее, мы считаем возможным использовать нашу систему на стадии внедрения её в тендерные площадки электронных торгов для проверки всего входящего трафика, сопутствующей тендерной документации. Кроме того, для контроля актов выполненных работ для подтверждения каких‑то фотодокументов о том, что что‑то именно сделано, какая‑то услуга оказана и так далее.

К.Варламов: Андрей, а в двух словах можешь рассказать, как технология работает, потому что не совсем понятно.

А.Северюхин: Наша система базируется на независимых друг от друга алгоритмах анализа, которые асинхронно анализируют соответственно фотографию или отсканированный документ. Дальше этот результат суммируется и выдаётся вероятность того, насколько изображение редактировалось. Сомнение – может быть, редактировалось, может быть, нет, или же всё о'кей, можно, соответственно, принимать на рассмотрение. То есть на стадии входящего трафика всей фотодокументации, отсканированной документации наша система позволит отсеять всевозможные фальсификации. Таким образом, мы будем совместно с вами бороться с коррупцией, с мошенничеством и так далее.

В.Путин: В электронных торгах и в финансовых учреждениях тоже можно…

А.Северюхин: Да. На данный момент наша система используется в страховом секторе. То есть речь идёт о том, что мы контролируем подлинность фотоотчётов, отправляемых страховыми брокерами в страховые компании. Кроме этого есть правоохранительные органы, которые тоже пользуются нашей системой, нашим программным комплексом. В свою очередь, наша система на данный момент тестируется в фотолабораториях некоторых журналов. Журнал «Шпигель» – мы ждём от них результатов. Там порядка 200 фотолабораторий, которые работают с разными издательствами. И по плану также – встроиться в их инфраструктуру. Там немножко другая задача, задача выявлять в больших профессиональных фотографиях, насколько они достоверны. В страховом секторе речь идёт о том, чтобы отсекать фотографии автомобилей, которые недобросовестными страховыми брокерами были так или иначе отредактированы.

Что касается тендерной документации, я сказал с самого начала. То есть со стороны, соответственно, скажем так, госсектора понятно, что на уровне стартапа в инфраструктуру госкомпаний и компаний, имеющих госучастие, так просто никто не запустит, потому что речь идёт об очень большом рынке. И, разумеется, далеко не всем понравится, что есть такая система контроля, учёта и так далее. Мы считаем в принципе возможным дать наш программный комплекс той же Счётной палате, где есть определённое количество аудиторов, которые могли бы пользоваться нашим инструментом и на стадии подачи заявки на тендеры, соответственно, выявлять фальсификат.

В.Путин: Счётной палате и Центральному банку нужно.

А.Северюхин: Банковская сфера тоже в этом случае нам интересна. Единственное, что…

В.Путин: Нет, поскольку Центральный банк будет регулятором, он стал уже регулятором в более широком плане, чем это было до сих пор, то, в принципе, для него может быть полезен этот продукт.

А.Северюхин: Да, банковская сфера нам тоже очень интересна, но изначально наша система «затачивалась», скажем так, на страховой сектор, потому что у нас так получилось, что мы смогли работать с определённой базой фотографий, на которых нашу систему обучали, чтобы она имела не просто какую‑то научно-исследовательскую ценность, а имела именно прикладную ценность и чтобы могла быть использована уже в разных отраслях. То есть сам по себе проект имеет очень большую сферу применения, но ввиду того, что мы здесь в таком формате, я затрагиваю именно госсистему.

В.Путин: Здорово.

А.Северюхин: Спасибо.

В.Путин: Что мне хотелось бы сказать в завершение.

Разумеется, я желаю всем вам успехов, тем, кто ещё будет входить в эту общую работу. Мне очень приятно отметить, что всё, ради чего задумывали этот Фонд, реализуется – и по форме, и по содержанию.

Хочу поблагодарить Кирилла Викторовича [Варламова] за то, как он организовал эту работу. Он человек, который сам работает в этой сфере, работает успешно, поэтому ему было, наверное, легче, чем какому‑то чиновнику, это сделать. Мне кажется, что у него, во всяком случае на первых шагах, всё получилось, и получилось именно так, как задумывалось.

Я уже сказал вначале, хочу это повторить. Если потребуется, если вы увидите, что объёмы расширяются и есть необходимость расширить и финансовую поддержку, – мы источники найдём. Это как раз тот случай и та сфера деятельности, на которую средств, во всяком случае в том объёме, который сейчас выделяется, не жалко, потому что вам удаётся не только найти интересные решения, но и выйти на самые востребованные темы и в экономике, и в социальной сфере.

Если нам удастся вместе с вами и с теми, кто ещё придёт сюда, в эту систему, широко и на среднем, и на муниципальном уровне внедрять эти технологии, то я рассчитываю на то, что эффективность решения задач, а их очень много в стране, в разы поднимется.

Большое вам спасибо. Всего хорошего.