Российской Федерации

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, я хотел вернуться к сессии в большом зале. Вы очень необычно там расположились. Почему Вы сразу не пошли туда, наверх, на сцену, смотрели со стороны?

Д.Медведев: Я хотел посмотреть на своих коллег, как они будут презентовать соответствующие сценарии. Ну, просто было приятно сидеть в зале. В зале вообще приятно сидеть, на сцене хуже. На сцене ты в лучах прожекторов, на тебя все смотрят, а в зале хорошо.

С.Брилёв: Вас удивили те оценки, которые прозвучали из их уст?

Д.Медведев: Нет, конечно. Во-первых, я их знал, потому что сценарии готовили заранее, их готовило большое количество экспертов. Что это такое? Это ведь на самом деле не просто сценарии, это риски неопределённостей, обострённые по трём направлениям, и я считаю, хорошо, что они были подготовлены, я вчера об этом сказал. Это такая, знаете, индикация для Правительства: чего нужно избежать, на что обратить внимание, что является опасным для нашей экономики в силу её каких-то слабых мест, поэтому хорошо, что эксперты на это обратили внимание. Здесь нет поводов для драматизма, потому что у меня нет, опять же, никаких сомнений: ни один из этих сценариев не имеет никаких шансов реализоваться. Это обострённый сценарий, но в этом, может быть, и был его какой-то смысл.

С.Брилёв: Там же голосование было. Я вот, честно говоря, перегибался, перегибался, но не разглядел. Вы голосовали, принимали участие?

Д.Медведев: Я голосовал, конечно. Я голосовал не за первый вариант.

С.Брилёв: За конкуренцию?

Д.Медведев: Да. Почему? Во-первых, это действительно проблема для страны – и госуправление, и коррупция. И второе: на мой взгляд, не менее важно развивать конкуренцию в нашей экономике, конкуренцию между различными компаниями, между разными предпринимателями, включая средний и малый бизнес. Развивая конкуренцию, мы тем самым и улучшаем управление, и боремся с той же самой коррупцией. Я голосовал за третий вариант.

С.Брилёв: Повышение конкуренции.

Д.Медведев: Да, улучшение конкурентной среды, создание нужных основ для конкуренции, необходимых основ для конкуренции, и развитие малого и среднего бизнеса.

С.Брилёв: Вот я тогда подвопрос про политическую конкуренцию хотел Вам задать. Вообще у нас удивительная вещь. Вот Вы даже говорите: давайте больше привлекать гражданское общество. Давайте, но, если вчитаться и вдуматься в то, что очень часто, например, митингующие требуют... Ну, леваки ведь, им политическая конкуренция нужна, а вот в экономической, там чаще такого, социалистического разлива мысли. Как с таким гражданским обществом реформы проводить?

Д.Медведев: Знаете, я же не предлагаю прислушиваться ко всему тому, что говорят на улицах, это было бы безответственно абсолютно. Правительство, руководство страны должно всё-таки опираться на мнение людей, но исходить из соображений разумной целесообразности, из экономических соображений, а не следовать любому тренду, будь то левый тренд, правый тренд или ещё какой-то. Мы обязаны впитывать самые разные точки зрения, но отнюдь мы не обязаны им следовать.

С.Брилёв: Вот этот четвёртый вариант, если коротко, в чём состоит?

Д.Медведев: Он состоит в том, что мы должны обеспечить устойчивый рост нашей экономики при использовании всех наших преимуществ. Мы должны выйти на такую траекторию роста, которая позволит реально развивать нашу экономику. Желательно достичь не 3,5%, а 5% прироста валового внутреннего продукта в год. Мы должны сохранить макроэкономическую стабильность – это большое завоевание. Мы должны применять это самое бюджетное правило, которое позволяет страховать нашу экономику от всякого рода перепадов. В то же время мы должны продолжать заниматься инфляцией. Она у нас гораздо ниже, чем была, допустим, еще три, пять, семь лет назад, тем более 15 лет назад, но она всё-таки больше, чем в большинстве стран Европы, и больше даже, чем во многих странах, которые принято относить к развивающимся рынкам. То есть мы должны продолжать работу по стабильному макроэкономическому развитию страны.

С.Брилёв: И ещё мы должны, как выяснилось из сегодняшнего Вашего выступления перед инвесторами на завтраке ВТБ, развивать сельское хозяйство и вновь начать кормить планету...

Д.Медведев: Да, безусловно, потому что это наше конкурентное преимущество. Любимая тема, я вчера тоже об этом говорил. Что будет c нашей страной, если рухнут цены на углеводороды? На нефть, газ? Я сказал об этом вчера.

С.Брилёв: Они тем более начинают из-за сланцевого газа...

Д.Медведев: Они двигаются…

С.Брилёв: Непросто себя ведут.

Д.Медведев: Они всё равно имеют некую, так сказать, постоянно меняющуюся динамику, как принято говорить красивыми словами, эти рынки волатильные, они подвижные. Но даже если там будут очень серьёзные изменения, у нас есть сферы деятельности, которые позволят сохранить России устойчивое развитие на ближайшие десятилетия, а это высокотехнологичные сферы производства, которыми мы сейчас занимаемся. Может быть, не так быстро это всё идёт, но тем не менее у нас создаются новые рабочие места, у нас создаются новые производства, которые основаны на современных технологиях. И второе – это сельское хозяйство. Давайте действительно кормить не только себя, а мы уже себя практически кормим, но кормить другие страны. Продовольствие стоит дорого. Почему нет? Россия всегда была аграрной страной.

С.Брилёв: Потом ещё биотопливо будем...

Д.Медведев: Биотопливо тоже, может быть, хотя здесь нужно всё-таки держать правильный баланс между продовольствием и биотопливом.

С.Брилёв: И своих же нефтяников не подвести....

Д.Медведев: Да, и продукты всё-таки важнее для планеты, рынок продуктов больше…

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, Вы вчера не сделали логичной связки, у Вас там не было союза «а» или «но», но стояли две мысли так вот встык. Вы в одном абзаце раскритиковали Европейский союз за то, что медленно отменяются визы, за то, что третий энергопакет вводится, если называть вещи своими именами. А в следующем абзаце Вы заговорили о таком преимуществе России, как сотрудничество со странами БРИКС –Индия, Китай, если взять наших ближайших соседей. Это был такой намёк европейцам?

Д.Медведев: Вы знаете, я сказал дословно следующее: что мы готовы дружить и сотрудничать и с Европой, и с нашими партнёрами по СНГ, и, конечно, партнёрами по БРИКС. Месседж в сторону европейцев такой: мы готовы к максимально тесному сотрудничеству и интеграции даже с Евросоюзом, но на понятных для нас принципах и имея в виду обеспечение взаимовыгодного характера этого сотрудничества. Я напомню, что у нас с Евросоюзом 50% торгового оборота. Это самый крупный наш торговый партнёр, от этого пока никуда не уйти.

С.Брилёв: Но если что-то пойдёт не так, и БРИКС тоже есть - Вы это имели в виду?

Д.Медведев: Но мы, конечно, обязаны смотреть. Конечно, есть, и, более того, там есть тоже наши ближайшие соседи, наши друзья и партнёры. У нас торговый оборот с одной Китайской Народной Республикой уже почти приблизился к 100 млрд долларов. В ближайшие годы поставлена цель выйти на 200 млрд долларов, поэтому мы смотрим и в азиатскую сторону. Мы проводим саммиты АТЭС, мы проводим другие мероприятия. Мы должны развивать свой Дальний Восток – этот вектор для нас тоже очень важный, но ни одно в ущерб другому не должно происходить.

С.Брилёв: Во время интервью «Блумбергу» Вам задали вопрос про Магнитского, анти-Магнитского и так далее. Те встречи, которые я наблюдал, как у Вас идут… Я из уст политиков и инвесторов вопроса про это не услышал. И тогда это всё-таки журналистский вопрос или это вопрос инвестиционный тоже? К экономике он вообще отношение имеет?

Д.Медведев: Вы знаете, я всё-таки думаю, что это скорее вопрос идеологизированный, политизированный, к экономике он имеет весьма опосредованное отношение. И, к сожалению, эта тема сама по себе достаточно печальная, потому что она связана со смертью человека.

С.Брилёв: Человек погиб, конечно.

Д.Медведев: Она приобрела абсолютно политическое измерение. Она стала как бы сопровождением улучшения наших торгово-экономических отношений с Соединёнными Штатами Америки. Ну, смотрите, что произошло: они отменили закон советского периода, поправку Джексона–Вэника, и приняли антироссийский закон. Причём, на мой взгляд, абсолютно противоправный закон, если говорить о его соответствии международным конвенциям и доктрине международного суверенитета, поэтому мы на него вынуждены реагировать. Это нормальные, к сожалению, в этом случае действия со стороны государства, которое поставлено в такое положение, но это не предмет бизнеса.

С.Брилёв: То есть с Вами про это не говорят?

Д.Медведев: Никакого делового обсуждения не было. Это никому не интересно, кроме, может быть, отдельных граждан, которые, собственно, на этом зарабатывают политический капитал. Ни один бизнесмен эту тему не поднимает. Но, к сожалению, это стало фактором политической жизни. А что делать? Мы это как-нибудь переживем, а вот я думаю, что для наших американских партнёров это всё-таки не самая лучшая ситуация.

С.Брилёв: И ещё один европейский вопрос в таком случае. Мы же с Вами записываем интервью сразу после Вашей встречи с британским премьером Дэвидом Кэмероном, который, отправляясь сюда, выступил с такой очень громкой речью о перенастройке отношений с Европейским союзом и даже вынесении вопроса о членстве Британии в ЕС. Это агония Европейского союза? Это, как выразился французский министр, превращение Европейского союза в ресторан, где каждый выбирает что-то своё? В таком случае союз не работает. Как Вы оцениваете?

Д.Медведев: Вы знаете, я задал этот вопрос Дэвиду Кэмерону, он мне дал исчерпывающий политический ответ. Я не буду его воспроизводить, потому что это всё-таки наши переговоры, но я абсолютно уверен, что Евросоюз никуда не денется, что при всех минусах Евросоюз – это очень сильное, крепкое интеграционное объединение. И более того, мы должны взять всё лучшее, что есть в Евросоюзе, создавая свой Таможенный союз и Единое экономическое пространство с Казахстаном и Белоруссией, поэтому Евросоюз будет развиваться, у меня нет никаких сомнений. Для нас он очень важен как постоянный торговый партнёр. Мы держим свои валютные запасы в значительной мере в евро, поэтому договорятся они, никуда они не денутся. Но, конечно, Евросоюзу нужно заняться своими слабыми местами, обратить внимание на долговое бремя целого ряда стран, улучшить их экономические показатели, заняться, заставить их заняться тем, что принято называть фискальной консолидацией, то есть бюджетом. И, как только они это сделают, Евросоюз выйдет, мне кажется, на новую, устойчивую траекторию развития.

С.Брилёв: Нащупал у себя в кармане Вашу же речь, хочу процитировать одну фразу.

Д.Медведев: Почему вы её нащупали? Вы её писали?

С.Брилёв: Нет, это Ваша речь, я распечаткой оперирую. Значит, «правительственная команда, которая, уверен, вполне сложилась и работает с полной отдачей». Как в таком случае Вы относитесь к тому, что мои коллеги в последние дни рассуждали, делили министров на середнячков, отличников, отстающих? Является ли это предметом Ваших размышлений?

Д.Медведев: Ну знаете, любому правительству, любым министрам, любым должностным лицам всегда будут давать оценки, это абсолютно нормально. Кстати, это демократия. Кто лучше работает, кто хуже. Другое дело, что эти оценки желательно давать, исходя из объективной ситуации, и уж точно желательно не придумывать какие-то оценки, а базироваться на тех суждениях или тех критериях, которые установлены властью или же экспертным сообществом. Те оценки, о которых вы говорите, на мой взгляд, были просто высосаны из пальца, что называется, но, в конце концов, каждый имеет право на собственную позицию.

С.Брилёв: То есть Вы с Президентом в таких категориях не рассуждаете?

Д.Медведев: Нет, конечно. Зачем?

С.Брилёв: Спасибо.

Д.Медведев: И вам спасибо.