Стенографический отчет о заседании президиума Государственного совета по вопросам развития агропромышленного комплекса

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

В повестке сегодняшнего заседания президиума Госсовета – актуальные проблемы развития сельскохозяйственного производства.

На протяжении последних лет мы неоднократно обсуждали различные аспекты аграрной политики. Такое внимание к селу не только оправданно – оно абсолютно необходимо. На селе, напомню, проживает почти треть населения страны. Это десятки миллионов людей. И их благополучие прямо связано с результатом работы агрокомплекса.

Россия обладает крупнейшими в мире площадями пахотных земель и запасами воды. У нас богатейшие земледельческие традиции, опыт селекционной работы и мощное промышленное производство минеральных удобрений.

Следует учесть, что конкурентоспособность сельскохозяйственного производства существенно влияет на темпы роста российской экономики в целом. При этом убежден, что вклад АПК в общий объем экономики уже сейчас, конечно, мог бы быть гораздо весомее и значимее.

По итогам 2004 года производство сельхозпродукции увеличилось на 1,6 процента. Как мы понимаем, по сравнению с общим ростом цифра не такая уж большая, достаточно скромная.

Вырос валовой сбор зерна. В прошлом году он достиг 78 миллионов тонн. И это для России – хороший показатель. Сформированный экспортный потенциал позволяет России укреплять свои позиции на мировом рынке зерна. Преодолена наконец чрезмерная зависимость от импорта целого ряда жизненно важных продуктов.

Особо отмечу рост рентабельности самих сельхозпредприятий и организаций. В 2004 году он составил 15 процентов, притом что годом раньше рост был только 3 процента. Произошло также заметное, почти на треть, сокращение их просроченной кредиторской задолженности. Мы в первой половине дня встретились с теми, кто непосредственно работает на земле. И все пришли к выводу, что наши с вами предыдущие решения, связанные с финансовым оздоровлением сельхозпредприятий, в том числе со списанием штрафов, пеней и так далее, были своевременными, дали именно этот положительный результат.

Вместе с тем по‑прежнему значительны площади заброшенных и необрабатываемых сельхозземель. И что особенно тревожно – пахотных угодий.

Не удалось переломить негативную тенденцию и в животноводстве. За прошлый год поголовье крупного рогатого скота сократилось на 6,7 процента, свиней – на 11,1 процента.

Примерно 32 процента мясной продукции импортируется из‑за рубежа. Здесь, безусловно, мы должны поговорить и о политике защиты отечественного товаропроизводителя. Думаю, что действовать, конечно, нужно аккуратно, но элемент либеральной защиты должен все‑таки присутствовать в деятельности государства.

Организации агропромышленного комплекса работают в условиях хронического финансового дефицита. Долги, накопленные ими в предшествующие годы, отсекают даже успешные хозяйства от рынка кредитных ресурсов. Неудивительно и то, что износ транспорта, машин и оборудования в отрасли превышает 50 процентов. Оценка труда работников сельского хозяйства также занижена.

Убежден: обеспечить решение острых и застарелых проблем сельского хозяйства вполне реально. Принципиально новые возможности, открывающиеся сегодня перед российской экономикой, позволяют нам существенно модернизировать принципы аграрной политики.

Сегодня считаю возможным реализовать в отрасли те базовые задачи, которые встают перед российской экономикой в целом. О них речь шла, в частности, в Посланиях в прошлом и текущем году. Так, серьезным направлением считаю создание благоприятных условий для предпринимательской инициативы на селе. Аграрная деятельность должна идти в недискриминационном режиме по сравнению с торгово-посредническим и иным бизнесом. Это позволит преодолеть монополизм посредников, поставщиков и крупных торговых сетей, а также выравнять в условиях ценообразования диспаритет цен.

Не менее важны для села и меры по созданию современной транспортной и производственной инфраструктуры. Ее развитие должно обеспечить наращивание кооперационных связей между единичными производителями, а также помочь мелкотоварному сбыту их продукции, экономии расходов на закупках техники и материалов.

Во‑вторых, требуют своего решения специфические, сугубо отраслевые проблемы. В первую очередь необходимо обратить внимание и еще раз вернуться к проблеме финансового оздоровления. То, что уже сделано, – сделано в правильном направлении. Однако удельный вес убыточных хозяйств в отрасли все еще составляет 37 процентов. Это, конечно, слишком много. Очень много. Кстати говоря, на той встрече, о которой я сегодня упоминал, говорили тоже и об этом, и здесь звучали определенные предложения. Алексей Васильевич [Гордеев] о них еще скажет. Есть необходимость к некоторым предложениям вернуться и их обсудить.

Такой уровень неблагополучия – 37 процентов убыточных хозяйств – конечно, дестабилизирует работу даже рентабельных хозяйств. Можно подумать о возможности совершенствования форм и методов бюджетной поддержки села с целью внедрения новых финансовых, налоговых и иных инструментов.

Особое внимание следует обратить на проблемы мясного животноводства и первичной переработки мяса. Спрос на животноводческую продукцию по мере роста реальных доходов населения Российской Федерации тоже возрастает. Надо использовать текущую экономическую конъюнктуру для того, чтобы возродить отрасль. Об этом тоже предлагаю сегодня поговорить.

Можно использовать, я уже упоминал об этом, таможенно-тарифные инструменты защиты внутреннего рынка. Есть другие механизмы защиты.

Специальное регулирование доступа иностранных производителей осуществляют фактически все страны. Оптимизация структуры продовольственного рынка позволяет избегать значительных колебаний цен и смягчает избыточную зависимость от внешнеэкономической конъюнктуры.

И все же при всей возможной целесообразности этих защитных мер необходимо иметь в виду, что ограничение доступа на рынок иностранных компаний оправданно лишь тогда, когда население снабжается и более дешевой, и более качественной продукцией отечественных сельхозтоваропроизводителей.

В целом, подчеркиваю, аграрная политика должна привести к укреплению конкурентоспособности российского АПК на основе рыночных стимулов его работы.

Это только в самых общих чертах проблемы, которые мы сегодня должны будем обсудить. Я хочу на этом закончить и предоставляю слово Министру сельского хозяйства Алексею Васильевичу Гордееву. Пожалуйста.

А.Гордеев: Спасибо. Уважаемый Владимир Владимирович и уважаемые члены Государственного совета, присутствующие!

Я хотел бы поблагодарить Вас, Владимир Владимирович, и членов Государственного совета, что мы действительно не в первый раз рассматриваем вопросы сельского хозяйства, и каждый раз после заседания были приняты конкретные решения.

Мне хотелось бы, докладывая о таком важном вопросе, как актуальные проблемы развития, подчеркну, развития сельского хозяйства, все‑таки очень коротко коснуться последних шести лет работы сельского хозяйства с учетом того, что это как раз был период развития.

За это время рост в сельском хозяйстве составил 26 процентов, повысилась рентабельность, был остановлен затяжной кризис 90-х годов. (Вот слайд имеется, можно посмотреть, доклад будет сопровождаться слайдами.) Тогда к 1998 году сельскохозяйственное производство практически сократилось вдвое.

Говоря о прошлом, 2004 годе, Владимир Владимирович подчеркнул, что сельское хозяйство сработало прибыльно, 42 миллиарда рублей прибыли, хотя я коснусь за счет чего они были получены. И доля убыточных хозяйств составила всего лишь 37 процентов, хотя это и много, но в предыдущем году этот показатель был 50 процентов. Выросла рентабельность почти в три раза. И хронически убыточная отрасль стала в целом прибыльной, хотя надо одновременно подчеркнуть, что доходы не позволяют все‑таки вести расширенного воспроизводства в большинстве хозяйств.

Известно, что прибыль, конечно, стимулирует бизнес вкладывать инвестиции, и мы видим, за последние годы отрасль становиться более привлекательной для российских и зарубежных частных предпринимателей. Это привело к росту прямых инвестиций, что также указано на графике.

Строятся новые, современные крупные предприятия, как в сельском хозяйстве, так и в пищевой промышленности. Я мог бы привести целый ряд примеров конкретных. В частности, хотел бы остановиться особенно на строительстве свинокомплексов. В ближайшее время будет введен в строй, уже согласован этот вопрос, в Белгородской области крупнейший свинокомплекс компании «РусАгро». Сумма инвестиций – более 100 млн.долларов.

Недавно мы ввели в строй в Ростове-на-Дону крупнейший комплекс по переработке масла семян компании «Юг Руси» до одного миллиона тонн в год. Это крупнейший не только в России, но и в Европе комплекс. И переработка настроена на сою, рапс и горчицу, чего также в России практически не было. Объем инвестиций составил около 150 миллионов долларов. Вообще этот комплекс стоит 350 миллионов долларов. И, как вы видите, это вообще сопоставимо с теми инвестициями, которые вкладывают в Россию крупнейшие транснациональные компании в промышленности.

Хочу подчеркнуть, что хороший показатель – приход на российский рынок, в экономику и известных иностранных компаний. В текущем году был открыт крупный комбинат по переработке молочных продуктов компании «Данон» в Подмосковье. Недавно мы открыли новый завод компании «Класс» по выпуску современных зерноуборочных комбайнов при поддержке администрации Краснодарского края и участия компании «Росагролизинг», и есть целый ряд других позитивных примеров. Хотя надо отметить, все‑таки, если сравнивать долю инвестиций в сельское хозяйство России в общем объеме, она составляет чуть менее 3-х процентов при том, что доля сельского хозяйства в валовом внутреннем продукте существенно выше, около 5,5 процента.

Если говорить чуть подробнее о результатах работы в 2004 году, то хотел бы подчеркнуть, что сохранились положительные тенденции, вырос объем продукции сельского хозяйства. Структура продукции в хозяйстве всех категорий показана на слайде. Владимир Владимирович уже подчеркнул об объемах урожая прошлого года. Надо сказать, что это позволило нам обеспечить и внутренние потребности, как в кормах, так и на продовольственные цели, и мы сохранили экспорт. Он составил в этом году за счет урожая прошлого года порядка 8 миллионов тонн. Надо отметить, что увеличился и сбор сахарной свёклы, долгунца, в общем, все показатели, по сравнению с предыдущей пятилеткой, существенно выше.

В то же время нас очень беспокоит положение дел в животноводстве. Несмотря на рост продуктивности во всех его отраслях, превысились показатели уже 1990 года, мы его считаем эталонным, но есть серьезные, как я уже сказал, тревожные тенденции. Производство мяса всех видов в живой массе во всех категориях хозяйств составило 7 миллионов 700 тысяч тонн. Это чуть больше, чем в 2003 году.

Надо отметить высокий уровень прироста производства мяса птицы в 2004 году, 15 процентов, а за три года – в полтора раза выросли ресурсы за счет работы отечественных птицефабрик. И я хотел бы подчеркнуть, что этот рост был все‑таки обусловлен эффективным регулированием рынка, введением своевременных квот. И если, я эту цифру особенно хотел заметить, в 2001 году в балансе потребления мяса птицы импорт составлял 65 процентов, то в настоящее время 44 процента. И мы поставляем значительно более качественную продукцию, в основном охлажденную и свежезамороженную, то, что не может дать нам западный производитель.

Говоря о поголовье продуктивного скота, следует отметить рост в овцеводстве, где за последние четыре года пророст составил три миллиона или 20 процентов. И я бы здесь отметить Калмыкию, Республику, где мы находимся. Она занимает не просто достойное, а первое место в росте поголовья в овцеводстве.

Но, к сожалению, уменьшилось поголовье свиней. И задача текущего года, я благодарен, что и мои коллеги, министры, признали это – это обеспечить рост прежде всего в свиноводстве. И мы ставим такую задачу — примерно выйти на темп восемь процентов.

Продолжает сокращение крупного рогатого скота, по которому ситуация достигла, к сожалению, критического уровня. У нас сократилось поголовье КРС, и в том числе коров, в два раза за последние вот эти годы реформ.

Основными причинами сокращения являются: низкая эффективность производства, высокая капиталоемкость и длительные сроки окупаемости. Сегодня на встрече с агробизнесом звучали эти цифры 7–8 лет. И кроме того, неуверенность предпринимателей в стабильности аграрных рынков на длительную перспективу.

Конечно, по производству говядины нужны дополнительные комплексные решения, и мы докладывали уже сегодня Владимиру Владимировичу, и, как я понимаю, ряд решений и поручений будут, соответственно, Правительству даны.

Финансово-экономические итоги, они уже звучали во вступлении Президента России. Надо прямо отметить, что закон о финансовом оздоровлении сельскохозяйственных товаропроизводителей и соответствующий Указ Президента России впервые за последние пять лет резко сократил просроченную кредиторскую задолженность товаропроизводителей. И только в прошлом году эта задолженность снизилась на одну треть. По сути дела можно говорить, что прибыль в сельском хозяйстве в прошлом году мы получили только благодаря реализации закона о финансовом оздоровлении и соответствующего Указа Президента.

60 процентов хозяйств стали участниками этой программы – 12,5 тысяч. И здесь уже прозвучало: программа эта продолжается, закон работает и стоит задача совместно с комиссиями субъектов Российской Федерации активизировать эту работу, которая позволит решить целый ряд задач, реструктурировать производство, в ряде случаев обновить менеджмент, поменять собственников, создать крупные производственные кооперативы. Сейчас мы работаем с Комитетом по аграрной политике Государственной Думы, здесь присутствует председатель комитета – Геннадий Васильевич Кулик, над поправками в этот закон, чтобы программа имела и эффективность в будущем.

Важный показатель, я хотел бы обратить внимание на слайд: за шесть лет выросла производительность труда, то есть мы не стояли на месте. И если в 1999 году работник сельского хозяйства производил продукции на 72 тысячи рублей, то сейчас в полтора раза больше.

Следует отметить и, наверное, это благодаря чему, в общем‑то, мы имели определенную динамику роста в сельском хозяйстве, что федеральный центр и администрации субъектов Российской Федерации существенно изменили за последние годы бюджетную и налоговую политику по отношению к сельскохозяйственному сектору, используя именно механизмы, современные механизмы рыночной экономики.

На федеральном уровне были упразднены неэффективные прямые дотации, было введено субсидирование процентных ставок по кредитам с погашением за счет федерального бюджета. Такие же механизмы и решения состоялись в регионах Российской Федерации. Мы поддерживали кредиты на сезонные нужды, под пополнение оборотных средств, и за четыре года было привлечено кредитов, можно сказать, частных кредитов коммерческих банков 150 миллиардов рублей в сельское хозяйство. С 2002 года этот же механизм заработал и по отношению к долгосрочным инвестиционным кредитам сроком до 3–5 лет, и за два года было привлечено таких кредитов на сумму более 20 миллиардов рублей, хотя надо отметить, что это, конечно, незначительные суммы и здесь необходимо участие государства как минимум удвоить, и об этом тоже сегодня шел разговор. Эти кредиты используются сельхозбизнесом на техническое перевооружение сельского хозяйства. на строительство и реконструкцию предприятий по переработке льна, объектов животноводства, на закладку многолетних насаждений и виноградников. Механизм оправдал себя, и есть такое предложение его активно развивать.

Хотел бы отметить, в этом году, Владимир Владимирович, мы отмечаем 5 лет со дня принятия решения по созданию государственного «Россельхозбанка». Была сформирована государственная финансово-кредитная система. Я напомню, что в 1997 году отрасль потеряла свой государственный банк, который был продан, как говорится, с молотка. И сегодня банк представлен в 65-ти субъектах Федерации. Создана в ряде регионов сеть и на районном уровне. По объемам кредитных ресурсов, предоставленных товаропроизводителям АПК, «Россельхозбанк» занимает второе место после Сбербанка. И хотел бы подчеркнуть такой показатель: средний объем кредита, выданный «Россельхозбанком», составляет 2 миллиона рублей, то есть банк работает именно с розницей. И есть, конечно, предложения активнее развивать банк и использовать там программы не только производственного, но и социального характера.

С прошлого года значительно расширено страхование урожая на основе государственной поддержки. В настоящее время хозяйства уже страхуют 25 процентов площадей. Стоит задача, и мы с Министерством финансов сейчас приступили к обсуждению более совершенного механизма, и мы надеемся, что в следующем году более 50 процентов посевов будут страховаться от рисков.

С 2002 года развивается лизинговая система поставок техники и племенного скота. Осуществляется эта система государственной компанией «Росагролизинг», которая также была создана по решению Президента Российской Федерации. За три последних года компания поставила сельскохозяйственной техники в объеме 19 тысяч единиц на сумму 22 миллиарда рублей и племенного скота на сумму полтора миллиарда рублей.

Я хотел бы обратить внимание, сегодня я Президенту уже докладывал этот вопрос, и «Россельхозбанк», и «Росагролизинг» как государственные компании не имеют долгов. То, что было пять-семь лет назад главным нашим отрицательным моментом работы – мы все время создавали долги, сейчас эти государственные инфраструктуры, я бы так сказал, работают по‑современному.

Исключительно важной мерой стало введение единого сельскохозяйственного налога. Обращаю внимание, на уплату нового налога перешли 54 процента сельхозорганизаций. Это сократило налоговую нагрузку на одну треть и значительно упростило учет.

Хотел бы обратить внимание, что два года назад, благодаря президиуму Госсовета, в городе Оренбурге была принята Федеральная целевая программа «Социальное развитие села до 2010 года». Она ввела новый элемент агропродовольственной политики. Речь уже шла не только о производстве мяса, молока и другой продукции, а речь шла уже и о социальном аспекте, строительстве жилья, социальной и инженерной инфраструктуре.

Это вот далеко не полный перечень таких нововведений государственной политики, и, конечно, мы должны были это отметить с учетом того, что дальше я буду говорить о проблемах.

Очень коротко по весенне-полевым работам. Я не могу не остановиться. Буквально неделю назад завершился сев. Яровые культуры размещены на площади около 50 миллионов гектаров, в том числе зерновые на площади 31,6 миллиона гектаров.

Увеличились площади посева кукурузы на зерно, сахарной свеклы. В ходе посевной компании больше внимания уделялось применению современных почвозащитных и ресурсосберегающих технологий, о чем шел разговор на президиуме Госсовета в Саратове в прошлом году.

Я вам докладываю, что это нам в общем‑то в какой‑то мере позволило снизить зависимость от цен на энергоносители. Площадь земель, обработанных с помощью таких технологий, составила 15 миллионов гектаров против шести миллионов гектаров в прошлом году, то есть в два с половиной раза, а это экономия горючего, это экономия трудовых затрат.

И вот я бы здесь подчеркнул, Владимир Владимирович, часто считают, что сельское хозяйство это какая‑то маргинальная отрасль. Мы видим, что мы вполне можем считаться новой экономикой, применяя высокотехнологическое земледелие, и есть целый ряд примеров. Я бы отметил, допустим, хозяйство «Юность» в Орловской области у Егора Семеновича, директор Будагов. Могу заверить, таких хозяйств нет в Европе, а может быть, и в мире, и у нас их появляется всё больше и больше. Это, конечно, залог нашей конкурентоспособности.

Хотел бы также, Владимир Владимирович, поймите правильно, что приходится к Вам апеллировать и вроде как все время хвалить, но вмешательство Президента в ценовую политику в текущем году на рынке нефтепродуктов и жесткое поручение Правительству привело к тому, что мы не имели роста цен в течение вот этого пикового сезона весенне-полевых работ. А в прошлом году, я просто вынужден напомнить, нефтяные компании как сорвались с цепи и дизтопливо у нас подорожало на 65 процентов, а бензин на 35 процентов.

Через несколько дней у нас начинается уборка на Кубани. Здесь присутствует губернатор Ткачев Александр Николаевич. Мы видим, что сегодня состояние озимых культур хорошее, и принципиально, конечно, важно, чтобы цены на рынке нефтепродуктов оставались, так скажем, спокойные.

У нас весь зерновой клин в стране ожидается 45,5 миллиона гектар – это на 1,5 миллиона гектар больше прошлогоднего. Можно сказать, что задел есть и в текущем году неплохой. И, завершая первую часть доклада, и, говоря о позитивных моментах, хотел бы, конечно, задать себе, прежде всего, вопрос: есть ли оптимизм в отрасли, есть ли оптимизм у меня, как у министра? И скажу откровенно, Владимир Владимирович, присутствует серьезная тревога и очень-очень жалко потерять вот ту динамику, которую мы имели шесть. И надо признаться, что мы сегодня стоим на распутье.

Если посмотреть эти шесть лет, то первые три года у нас процент роста был в среднем 6,5–7 процентов, а последние три года мы прирастаем примерно в 1,5–2 процента, и Вы правильно отметили, это не должно устраивать ни Правительство, да и экономику в целом.

Вчера в Правительстве рассматривался прогноз социально-экономического развития на ближайшие три года. Мы вместе с Министерством экономического развития и торговли подготовили этот прогноз. Он, надо сказать, объективный, основывается на тех условиях, которые мы имеем. И задан темп на три года 1–1,5 процента в сельском хозяйстве, то есть это наше совместное признание, что в этих условиях большего мы дать не можем. Конечно, это стагнация, а в ряде случаев это для некоторых регионов реальная деградация иметь такие темпы.

Поэтому можно задать вопрос: есть ли у нас реальные резервы, есть ли у нас программа действий? И я бы хотел сказать, что все это у нас есть, и подчеркнул бы, что впервые мы с Министерством экономического развития и торговли имеем полное понимание и подготовили совместный план действий, о котором я дальше скажу. И цена вопроса, честно говоря, в масштабах государства не такая большая.

Переходя к проблемам сельского хозяйства, я бы хотел обратить внимание, что такое сельское хозяйство для страны, для гражданского общества. Первое и самое очевидное: сельское хозяйство обеспечивает население страны и позволяет достичь физической и экономической доступности к основным видам качественных продуктов питания, в том числе таких, как хлебобулочные, молочные изделия, мясопродукция, овощи, картофель и другие. Что такое нет продовольственных ресурсов – мы это испытали и в 1998 году, когда Кулик был вице-премьером, когда в стране было мало зерна и пришлось идти по всему миру с протянутой рукой. Кстати говоря, и в настоящее время эта проблема мяса и повышения цен говорит только об одном, что реально мы в стране не занимались животноводством, и в стране просто нет мясных ресурсов. И как только импорт подорожал, а цены подорожали на 40 процентов, так это впрямую отразилось и на нашем рынке.

Второе. Сельское хозяйство стимулирует развитие других секторов экономики. Я не буду все перечислять, но это, очевидно, и сельхозмашиностроение, транспорт, сфера услуг, конечно, пищевая промышленность, топливно-энергетическая отрасль. Сельское хозяйство потребляет 20 процентов дизтоплива, строительные материалы и многое другое. Объясняется это довольно просто: доля затрат на продовольствие в общем объеме товарооборота на потребительском рынке ежедневно составляет 46 процентов.

В суммарном выражении это 2,5 триллиона рублей в год. А это я говорю только об официальных статистических данных. Именно этот источник, возникающий на продовольственном рынке, поддерживает по цепочке в рабочем состоянии финансовые артерии многочисленных отраслей народного хозяйства. И в этом смысле сельское хозяйство, конечно, является мультипликатором.

Третье. Сельское хозяйство является основным источником трудовых ресурсов. И это сегодня тоже одна из серьезнейших проблем и трудовых ресурсов для городов. Я хотел бы также сказать, что и обеспечение призыва в армию тоже зависит от сельского хозяйства. 80 процентов призыва состоит из ребят из сельской местности.

И, наверное, последнее, что нужно сейчас особенно отметить с учетом того, что войдет в действие Федеральный закон 131-й «О местном самоуправлении»: сельское хозяйство остается основным и зачастую безальтернативным видом хозяйственной деятельности и занятости в сельской местности. А занимает сельская местность, округа сельские, две трети территории России. И именно сельское хозяйство играет определяющую роль в муниципальной экономике, создавая экономическую базу самоуправления в большинстве административных районов, тем самым обеспечивает административный и социальный контроль на наибольшей части территории России.

Речь идет и об удаленных, и малодоступных местностях, приграничных районах. Я уже не говорю о сохранении исторического уклада жизни с культурными, национальными особенностями и традициями, что мы сегодня посмотрели воочию, находясь в Республике Калмыкия.

Переходя к программе, мне хотелось бы сказать, какие мы видим на сегодня главные проблемы в сельском хозяйстве на этом этапе, конечно, в таком общем смысле, и не детализируя. И хотел бы еще раз сказать, что, несмотря на все громадные сложности и потери, которые мы имели в ходе экономических реформ 90-х годов, несомненно, у нас есть серьезные перспективы и нераскрытые резервы.

Наверное, одним из главных завоеваний этих тяжелых лет адаптации к рыночным условиям является тот факт, что большинство хозяйствующих субъектов АПК, а это, по сути дела, весь спектр и агрохолдинга, и крупные, и средние предприятия, фермеры, семейные хозяйства, сумели адаптироваться к условиям рыночным, не только экономически, но и психологически, определили свое место на рынке и наращивают свое производство при минимальной роли государства. Вообще надо отметить, на сегодня это наше, может быть, единственное и серьезное преимущество перед западными сельхозпроизводителями. Мы, на самом деле, работаем в рынке.

Но что беспокоит предпринимателей и агробизнес? Беспокоит отсутствие долгосрочной экономической политики в области сельского хозяйства, которое бы обеспечило добросовестную конкуренцию на рынках ценовой стабильности, на рынках продовольствия и материально-технических ресурсов.

Если говорить об этих главных проблемах села, то первое – это обострение демографической ситуации в сельской местности: население стареет, смертность растет, молодежь уезжает, зарплата самая низкая, если посмотреть слайд. Когда мы говорим, что дорожает продовольствие и вроде страдает население, это, конечно, нам понятно, но, с другой стороны, наши люди в селе вот за такую зарплату, которая в два с половиной раза ниже, чем в среднем в экономике страны, производят это продовольствие.

В 72 регионах страны наблюдается депопуляция сельского населения. Число поселений, не имеющих постоянных жителей, достигло 13 тысяч, это примерно 10 процентов от общего числа. И три четверти этих умирающих поселений находятся в Центральном и Северо-Западном экономических районах, то есть это исторические центры России.

Второе как проблема – отсутствие и недостаток конкурентоспособности вследствие организационного, технического и технологического отставания отрасли. Речь идет о том, что мы, конечно, должны экономической политике дать новые стартовые условия.

Третье. Мы видим, идет заметная экспансия продовольственного импорта, конкурентоспособность которого в наибольшей степени объясняется значительными мерами государственной поддержки стран-экспортеров и очевидной либеральностью нашей торговой политики. Я приведу пример. Средний уровень импортных тарифов на сельскохозяйственную продукцию и продовольствие в России составляет 12 процентов, в то время как в Евросоюзе 25 процентов. Если говорить об объемах государственной поддержки, то эти цифры даже страшно называть – в расчете на один гектар сельхозпроизводители в Европе получают в 60 раз больше государственной поддержки, а общая сумма поддержки в бюджете ЕС составляет 60 миллиардов евро ежегодно.

Четвертая проблема – это растущий уровень неэквивалентного обмена между сельским хозяйством и промышленностью. У нас также представлен слайд.

Я считаю, что уход Правительства от политики регулирования межотраслевых пропорций порождает давление монополий на различном уровне не только на сельское хозяйство, но и на целый ряд других отраслей. И необходимо здесь более жестко проводить антимонопольную политику и использовать реальные механизмы, в том числе которые сегодня активно работают в западных развитых странах.

И пятое – это отсутствие долгосрочной и комплексной нормативно-правовой базы на основе специального федерального закона о сельском хозяйстве, которая должна сформировать новую агропродовольственную политику. Такой подход, опять же я обращаюсь к опыту, есть во всех развитых странах. Именно он, этот подход, подчеркивает особенность сельскохозяйственной деятельности, а лучше сказать, уклада жизни. К сожалению, в нашей стране до сих пор этого нет. И это порождает неуверенность собственников, инвесторов, руководителей и менеджеров в расширении и совершенствовании аграрного бизнеса, а главное, создает непривлекательный образ жизни для населения.

Владимир Владимирович, было Ваше поручение Правительству Российской Федерации подготовить такой закон. И я доложу, что мы активно сейчас вместе с Минэкономразвития над ним работаем.

Как изменить ситуацию на селе и как надо решать задачи?

Проще говоря, основной целью государственной аграрной политики должно стать ускорение темпов роста сельскохозяйственного производства на основе повышения его конкурентоспособности, а также повышения привлекательности жизни населения. Как показывает опыт высокоразвитых стран, активное участие государства в развитии рыночных механизмов, производственной и социальной инфраструктуре села является необходимым условием осуществления такой работы.

В настоящее время Минсельхоз совместно с Минэкономразвития, как я уже сказал, разработали стратегию развития агропромышленного комплекса и рыболовства, она представлена в Правительство Российской Федерации. Стратегия ориентирует работу отрасли в рыночных условиях и на реальную перспективу, четко определяет приоритеты страны в обеспечении населения продовольствием и участие, подчеркну, в международном разделении труда.

Буквально в общих чертах хочу сказать о целеполагании. Три главные цели.

Первая – это форсированное развитие животноводства в условиях растущего спроса на внутреннем рынке и с целью постепенного импортозамещения на наших внутренних рынках.

Вторая – это развитие зернового производства, которое должно обеспечить ускоренный рост животноводства, а также развитие экспорта зерна с учетом того, что Россия имеет реальную конкурентоспособность на мировых рынках.

И третья – это устойчивое развитие сельских территорий. Речь сегодня идет об экономике как раз тех сельских и муниципальных образований.

Мы предлагаем в развитии стратегии принять несколько программ. Первая и самая объемная из них – это повышение эффективности и развитие ресурсного потенциала сельского хозяйства.

В этой программе существует несколько подпрограмм, и развития животноводства, и развития зернопроизводства, кадровое обеспечение, поддержка малого предпринимательства, создание единой системы информационного обеспечения АПК и консалтинга как одна из бесплатных услуг государства.

Следующая программа – сохранение и восстановление плодородия почв, земель сельскохозяйственного назначения и агроландшафтов как национального достояния России. До 2010 года она будет действовать.

Мы предлагаем усилить действующую ныне программу «Социальное развитие села» и постепенно трансформировать ее в программу устойчивого развития сельских территорий, предусмотрев наряду с развитием социальной и инженерной инфраструктуры меры по закреплению молодежи на селе, развитию несельскохозяйственного бизнеса, решению экологических проблем, развития агротуризма.

Хочу сказать, что такой подход поддержан Министром Грефом, и мы над этим также будем работать.

Принципиально важный шаг – это принятие федерального закона, о чем я говорил выше, развития сельского хозяйства и регулирования продовольственного рынка. Мы основываемся на том, что есть поручение Президента Российской Федерации, и планируем, чтобы этот закон, который должен, прежде всего, зафиксировать обязательства и взаимоотношения между государством и агробизнесом на долгосрочную перспективу, параметры бюджетной, налоговой, таможенной политики, а также вопросы, какие риски государство берет на себя и разделяет вместе с агросектором, должен быть подготовлен в текущем году и уже осенью этого года внесен в Государственную Думу, и кроме министерств, которые работают над проектом этого закона, активно участвуют и депутаты фракции «Единая Россия», и опять же лидер и возглавляет рабочую группу от депутатов Государственной Думы Кулик Геннадий Васильевич.

Уверен, что реализация подобной стратегии и её законодательное обеспечение позволят создать условия для стабильного экономического роста. Основные параметры у нас указаны на слайде 14. Что это даст? В ближайшие 10–15 лет объемы продукции животноводства могут возрасти на 80–90 процентов, валовое производство продукции сельского хозяйства на 50–60 процентов, производство зерна, мы надеемся, при реализации программы составит в 2010-м году 100 миллионов тонн, и это позволит нам порядка 15–20 миллионов тонн экспортировать. В целом я бы хотел отметить, что стратегия аграрного развития позволила иметь устойчивую динамику роста пищевой промышленности до 6 процентов, в сельском хозяйстве около 4–4,5 процентов.

Я не буду говорить и расшифровывать конкретно программу и стратегии. Надеюсь, что меня добавит в содокладе Кирсан Николаевич Илюмжинов, он также готовился применительно к своему региону. Благодарю за внимание. Готов ответить на ваши вопросы. Спасибо.

В.Путин: Спасибо. Вопросы, я думаю, и обсуждение позже. А сейчас мы попросим Кирсана Николаевича от имени рабочей группы сделать сообщение, а потом мы уже и вопросы друг другу зададим, и пообсуждаем предложенные темы.

Пожалуйста, Кирсан Николаевич.

К.Илюмжинов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Разрешите вначале поблагодарить Вас за решение провести в нашей Республике, в Калмыкии, заседание президиума Госсовета по актуальным проблемам развития сельского хозяйства. Думаю, что это решение не случайное. Еще царское правительство заслуженно оценило хозяйственную деятельность калмыцкого народа и прежде всего потому, что этот народ превратил пустую степь в надежный и богатый конный и скотный двор для целой России.

Этноэкономический многовековой уклад народа сформировал особую модель ведения сельского хозяйства и рационального использования уникального природного потенциала этой территории.

Народные традиции пастбищного животноводства, несмотря на жесткие природные условия, позволяли сохранять в течение столетий ресурсный потенциал и условия жизни кочевого народа.

Как только мы вторглись в эту отлаженную систему, мы получили отрицательный эффект, результаты которого мы ощущаем до сих пор во всех сферах жизнедеятельности, – это истощенные пастбища, открытые пески, низкоплодородные и засоленные земли, и как следствие, бедность наших селян.

Привлечение финансово-инвестиционных ресурсов, в том числе и участие Республики в федеральных целевых программах, за последнее десятилетие позволило позитивно повлиять на всю социально-экономическую ситуацию. Но реализуемые меры оказались недостаточными для восстановления устойчивости нарушенной территориально-хозяйственной системы Республики. Именно в этой связи назрели проблемы, которые надо решать через разработку комплексно организационно-экономических, финансово-кредитных и законодательных мер в сельском хозяйстве.

Для Калмыкии агропромышленный комплекс – это системообразующая отрасль в экономике и социальной жизни.

В сельском хозяйстве Республики созданы основы многоукладной экономики, сохранен многоотраслевой характер, доминирующая роль в производстве сельхозпродукции постепенно переходит к частному сектору. Происходят изменения в соотношении производства продукции хозяйствами различной формы собственности. Продолжилось укрепление позиции крестьянских, фермерских хозяйств и личных подсобных хозяйств наших граждан. Ежегодные темпы роста валовой продукции сельского хозяйства в 2001–2004 годах превышали уровень предыдущего года, за исключением 2003 года, который был крайне засушливым.

Сельхозпроизводство в 2004 году продолжило тенденцию роста с хорошими финансовыми результатами. Индекс физического объема валовой продукции сельского хозяйства составил 130 процентов, рост производства отмечен также в растениеводстве и животноводстве. Принимаемые правительствами Российской Федерации и Республики Калмыкия меры по поддержке отрасли животноводства позволили не только удержать достигнутый уровень производства продукции, но и улучшить отдельные показатели. В 2002–2004 годах отмечается наращивание численности поголовья крупного рогатого скота – 111 процентов, овец – 118 процентов, лошадей – 122 процента во всех категориях хозяйств.

К середине 2005 года поголовье овец в Калмыкии достигло 2 миллиона 250 тысяч, а крупного рогатого скота – 255 тысяч голов. Процесс роста численности сельхозживотных отмечается в хозяйствах всех категорий. В последнее время по производству шерсти и поголовью овец и коз Калмыкия занимает второе место в нашей стране. А показатель среднего годового настрига шерсти с одной овцы составляет четыре килограмма против трех килограммов в целом по России. Среди специализированных мясных пород крупного рогатого скота в России калмыцкая порода занимает по удельному весу 45 процентов. Из 255 тысяч голов КРС в Калмыкии содержится 174 тысячи голов калмыцкой породы.

Острота проблемы производства мяса говядины в России не снижается, это подтверждается следующей цифрой. Его производится в нашей стране на 9 килограмм ниже нормы потребления (норма потребления 25 килограмм). Каждый третий килограмм говядины в нашу страну завозится из‑за рубежа. Пока еще наша страна все‑таки находится в немалой зависимости от импортного продовольствия. Калмыцкий мясной скот давно оценен не только в России, но и вызывает восхищение зарубежных специалистов, которые считают, что качество калмыцкой породы скота конкурентоспособно на мировых рынках. Круглогодичное пастбищное содержание, устойчивость к болезням, высокие вкусовые качества так называемой мраморной говядины – вот условия производства конкурентоспособной мясной продукции на российском и зарубежных рынках.

В России есть все возможности для развития специализированного мясного скотоводства. Оно может развиваться на юге Урала, Западной и Восточной Сибири, в районах Северного Кавказа, Поволжья и Нечерноземной зоне Российской Федерации, в районах, располагающих значительными площадями естественных кормовых угодий. Государственную поддержку развития животноводства нужно рассматривать с целью импорта замещения этой продукции. В этом направлении особая роль отводится сельхознауке. С целью сохранения генофонда калмыцкой породы мясного скота необходимо создание научного центра по его разведению, координирующую научно-исследовательскую и селекционную работу с привлечением имеющегося научного потенциала России.

Большое внимание уделяется качественному улучшению пород сельхозживотных и укреплению племенной базы. Только за последние полтора года в Республике создано пять племенных заводов. Поставка сельхозтоваропроизводителям племенных животных на условиях лизинга – это самый эффективный и востребованный финансовый инструмент, который позволяет животноводам Республики приобретать племенной скот на льготных условиях.

Успешное сотрудничество с государственной компанией «Росагролизинг», которая поставляет не только сельхозтехнику, но и племенной скот, позволило в текущем году достигнуть договоренности о реализации высокоценного племенного молодняка крупного рогатого скота и овец на общую сумму 50 миллионов рублей. Уже поставлено племенной продукции в количестве 650 голов крупного рогатого скота и 9 тысяч голов овец на сумму 22 миллиона рублей.

Льготные условия федерального лизинга оказываются привлекательными для селян, позволяют восстанавливать и развивать сельхозпроизводство.

В этой связи наша рабочая группа президиума обращается к Вам, Владимир Владимирович, и членам Правительства России в целях совершенствования системы федерального лизинга о дополнительном выделении средств в уставный капитал государственной компании «Росагролизинг» для расширения поставок сельхозтоваропроизводителям техники и племенного скота.

В этом плане необходимо в ближайшее время предусмотреть разработку концепции и проекта федеральной целевой программы развития специализированного мясного скотоводства России на 2006–2015 годы, которая также будет серьезным инструментом развития этой отрасли.

Развитие овцеводства сдерживается низким спросом на шерсть. Производство шерсти сократилось из‑за отсутствия рынков сбыта продукции. Многие овцеводческие хозяйства в России обанкротились. Из имевшихся ранее 63 миллионов овец ныне осталось всего в нашей стране 19 миллионов. Производство шерсти сократилось в 5,5 раза. В Республике Калмыкия на фабрике первичной переработки шерсти осталось не реализовано около 400 тонн высококлассной тонкорунной мытой шерсти. В разные годы наша качественная тонкорунная продукция поставлялась в 14 стран мира, сейчас мы тоже ищем рынки сбыта, но, самое главное, лучше бы поставляли на наши российские фабрики и заводы.

Чтобы сохранить отрасль, ежегодно из федерального бюджета на поддержку отечественного овцеводства выделялось 400 миллионов рублей. Во многом благодаря государственной поддержке отрасли в нашей Республике за последние пять лет удвоено поголовье овец. С 2005 года эта статья выпала из бюджета Российской Федерации, что серьезно осложняет ситуацию в овцеводстве. Овцеводство России и Республики Калмыкия как тонкорунное, так и мясное может успешно развиваться при государственной поддержке и мероприятиях по развитию животноводства из федерального бюджета в виде субсидий по статье «Поддержка отечественного овцеводства».

Еще один немаловажный для развития сельхозпроизводства в крупных и средних предприятиях момент – это отсутствие эффективных каналов продвижения готовой продукции от производителя до потребителя. При сложившейся системе продвижения и конъюнктуре мясного рынка производители проигрывают посредническим структурам. Республика Калмыкия способна сконцентрировать исторический опыт развития овцеводства, превратить его в конкурентное преимущество мирового уровня. Географическое положение включая близость к основным странам-потребителям баранины – это страны арабского Востока, а также выполнение посреднической организаторской функции в продвижении низкозатратных технологий в выращивании овец, переработке мяса и шерсти могут стать миссией нашей Республики.

Одним из важных направлений продвижения отечественной продукции на различные рынки также является выставочно-ярмарочная деятельность. Высокий интерес к ежегодным выставкам сельхозживотных подтверждает необходимость дальнейшего развития отечественного животноводства. Выставки – это не только демонстрация и проведение аукционов, торгов племенных сельхозживотных, также привлечение инвестиций, но и также демонстрация сельского образа жизни.

В Федеральном агентстве по сельскому хозяйству России имеется проектно-сметная документация такого выставочного комплекса в городе Элисте. Мы готовы уже в ближайшее время приступить к строительству этого комплекса.

Хочу также отметить, что сельское хозяйство продолжает оставаться непривлекательным для инвестиций. Конечно, это связанно с определенными рисками, но, тем не менее, в последние годы активизировался банковский сектор. Это ощутили сельские товаропроизводители. Помощь в кредитовании оказывает «Россельхозбанк».

В Калмыкии филиалом «Россельхозбанка» каждый третий кредит выдан фермеру. На наш взгляд, для эффективного использования потенциала «Россельхозбанка» при реализации программы укрепления социальной сферы на селе, обеспечения занятости населения, строительства жилья в сельской местности, развития ипотечного кредитования необходимо придать «Россельхозбанку» статуса банка как агента Правительства Российской Федерации по укреплению сельской социальной базы и развитию земельных отношений.

Низкий уровень обеспеченности в сельской местности социальной и инженерной инфраструктуры, а в некоторых случаях их полное отсутствие, резкое расслоение горожан и жителей села по доходам, по уровню и качеству жизни, проецируется на всю социально-экономическую ситуацию сельской территории, лимитирует развитие базовой сельхозотрасли и в основном является причиной сельской миграции, влияет на бюджет, на налоговую ситуацию, рынок труда, уровень жизни сельской части населения Республики.

В этой связи назову несколько актуальных проблем, решение которых позволит в течение короткого времени не только улучшить ситуацию, но и обеспечить эффективную деятельность сельхозпредприятий в Республике.

Самой важной проблемой остается проблема водоснабжения. Более 70 процентов населенных пунктов Калмыкии – это вода привозная. Она приобрела устойчивый характер, ограничивает развитие сельских территорий в связи с отсутствием собственных источников воды для питьевых нужд и для сельхозводоснабжения. Для улучшения водоснабжения сельхозтерритории, на которой проживает более 50 процентов населения нашей Республики, необходимо строительство и реконструкция ики-бурульского группового водопровода с подключением Северолевокумского месторождения подземных вод, которое находится в Ставропольском крае, с губернатором, Александром Леонидовичем Черногоровым, мы эту тему уже обсуждали. Также частичное решение находит в рамках двух федеральных целевых программ: «Юг России» и «Повышение плодородия почв России».

Второе. Республика Калмыкия в настоящее время имеет самый низкий на Юге России уровень газификации в сельской местности – 25 процентов. Около 15 процентов населения Республики не имеют газа, в основном это северные районы Республики. На днях мы подписали с Газпромом, с Алексеем Миллером, соглашение и надеемся в августе месяце получить дополнительные инвестиции и наши два северных района получат необходимый газ.

Особо также хотелось остановиться на проблеме, которую можно отнести к межрегиональной. Территории Калмыкии и Дагестана, Ростовской, Астраханской областей, Ставропольского края испытывают последствия опустынивания. Они проявляются в первую очередь потерей продуктивности пастбищ. В рамках генеральной схемы по борьбе с опустыниванием «черных земель» и кизлярских пастбищ осуществлялся комплекс противоэрозийных мероприятий. У нас выработаны механизмы борьбы с песками. Их применение позволило сократить общую площадь открытых песчаных массивов на 250 тысяч гектаров. Часть мероприятий, предусмотренных генеральной схемой по борьбе с опустыниванием «черных земель», ведется по программе «Плодородие почв России на 2002–2005 годы». Но с 2002 года фактическое выделение бюджетных ассигнований составило 10 процентов от предусмотренных программой.

Только Республике Калмыкия необходимо восстановить еще два с половиной миллиона гектаров деградированных сельхозугодий и закрепить 250 тысяч гектаров открытых песков.

Эту проблему нужно решать, так как без восстановления кормовой базы реализовать стратегию развития агропромышленного комплекса в полном объеме невозможно. Я прошу также поддержать это предложение в плане разработки второй очереди генеральной схемы по борьбе с песками.

Одной из острых проблем также в Республике, как и на юге России, продолжает оставаться проблема сельской занятости. Мы в этом году приняли республиканскую программу обеспечения занятости и повышения доходов сельского населения Республики Калмыкия и объявили этот год «Годом занятости населения». Основной упор сделали на занятость в сельской местности. И за эти пять месяцев уже создано 5,5 тысяч временных и постоянных рабочих мест в сельском хозяйстве за счет всех источников финансирования. В этой связи мы предлагаем с участием Минэкономразвития России, Минсельхоза России, Минрегиона России разработать аналогичную федеральную целевую программу по стимулированию занятости сельского населения и сокращению сельской бедности.

В заключение хотел бы обратить внимание на проблему земельных отношений. Без системы целенаправленных государственных мер, без формирования современных институтов земельного рынка, без землеустроительного обеспечения земельная реформа законсервируется, порождая и развивая теневой земельный оборот, снизится уровень рационального использования и защиты земель, ускорится рост числа земельных споров, сохранится неопределенность права. Нужна программа и единый орган исполнительный власти, который должен обеспечить реализацию земельных законов в полном объеме. Функции регулирования земельных отношений, организация рационального использования земли как национального богатства страны оказались разбросанными между множеством ведомств. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое, Кирсан Николаевич.

Пожалуйста, коллеги, теперь и вопросы к Министру и, может быть, к руководителю рабочей группы Госсовета. Пожалуйста, ваше мнение по обсуждаемым проблемам.

Пожалуйста, Василий Кузьмич.

В.Бочкарев: Я хотел бы задать Алексею Васильевичу [Гордееву] вопрос. Возможно ли вместе с Правительством Российской Федерации рассмотреть благоустройство населенных пунктов через софинансирование с субъектами и муниципальными образованиями. То есть у нас там есть вода, есть у нас там газ, но мы забыли, в каком состоянии находятся наши села, то есть улицы: нет дорог, нет тротуаров. Это немаловажно. Вы знаете, что молодежь уехала учиться, увидела город и потом не хочет возвращаться, Владимир Владимирович, в те условия, в которых она родилась и воспиталась. Поэтому вопрос комплексного благоустройства я бы хотел поставить. Возможно ли?

А.Гордеев: Василий Кузьмич [Бочкарев], у нас Федеральная целевая программа «Социальное развитие села» имеет вообще одиннадцать направлений, разделов. Там не только газ, вода и жилье, там и дороги, там и объекты здравоохранения, культуры, связи и так далее. Из‑за того, что, скажу простым языком, значительные средства не додаются на инвестпрограммы в целом по Минэкономразвития, мы вынуждены сокращать финансирование этих расходов по другим направлениям, и у нас на следующий год предусматриваются только вот эти четыре направления: это газификация, водоснабжение, дороги и связь, мы добавляем четыре.

Остальное все зависит от объемов финансирования и бюджетных проектировок на 2006 год. Спасибо.

В.Бочкарев: Владимир Владимирович, тогда можно попросить Вас, можно ли поручить Правительству рассмотреть вопрос, очень он серьезный. Молодежь уезжает – самая главная беда сегодня для деревни. Это не производство на первом месте, а человек и условия, в которых он проживает. Вот можно ли Вас попросить, чтобы Вы дали поручение Правительству пересмотреть отношение к благоустройству сельских населенных пунктов.

В.Путин: Нужно просто более точно и последовательно исполнять прежние решения, прежде всего, программу социального обустройства села и, может быть, вернуться к ней еще раз, посмотреть, что там на данный момент времени является наиболее актуальным. Это, конечно, просто средства нужны в большем объеме, вот и все, а проблема, конечно, правильная.

Пожалуйста. Прошу Алексей Андреевич.

А.Чернышев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я хочу еще подтвердить эту мысль, что мы не первый раз обсуждаем эти проблемы агропромышленного комплекса, и нам приятно говорить, что именно на заседаниях президиума Госсовета Вами принимаются решения, делаются поручения Правительству и все же подвижка есть. Сегодня отмечалось, например, мне приятно слышать было, что в Оренбурге, благодаря Вашему участию, было принято решение по социальной программе. И то, что Василий Кузьмич говорит, это действительно нужно делать. И я думаю, что надо продолжить работу по этой программе. И, конечно, средств выделяется мало, Владимир Владимирович. И если будет Ваше поручение по увеличению средств именно на выполнение программы социального развития села, там можно будет предусмотреть и затраты на те проблемы, о которых говорил наш коллега Василий Кузьмич.

Сегодня говорилось о «Россельхозбанке». Это действительно, если напомнить, осенью 99-го года тоже в Оренбурге, когда еще Вы были главой Правительства, этот вопрос тоже обсуждался, и тогда жестко было сказано Христенко: «Давайте создадим этот банк», и он сегодня явился вторым банком в России. Я это говорю для того, чтобы, хотелось бы, чтобы на сегодняшнем заседании президиума были приняты такие решения и поручения, чтобы жители села, труженики села увидели, что действительно и Президент, и Правительство видят эти проблемы.

Я все же хотел сказать и дальше, создана у нас государственная компания «Росагролизинг». Когда мы в Саратове собирались, говорили и просили: «Давайте увеличим уставной капитал». Увеличили на три миллиарда рублей. Но сегодня речь идет о другом. Ведь можно сделать так, что уставной капитал этой компании нужно удвоить, тогда возвратные деньги – это будет где‑то в пределах семи-восьми миллиардов рублей – тогда не нужно будет просить у государства, приобретение новейших технологий будет за счет возвратных средств. И если это мы в ближайшие год-два сделаем, это действительно будет серьезный прорыв в приобретении новой технологии и внедрение новой технологии в сельском хозяйстве.

Я хотел буквально два слова, немного сказать по проблеме, которую затронул Алексей Васильевич, но я скажу, он очень мягко сказал, в отношении цен на горюче-смазочные материалы.

Хотели бы, не хотели – и я думаю, меня коллеги поддержат, – но сегодня наши внутренние цены на горюче-смазочные материалы уже выше мировых цен. Но можно находить рыночные механизмы и сдерживать рост цен для сельхозтоваропроизводителей. Может быть, принять решение, пусть Правительство вместе с Министерством сельского хозяйства, Минэкономразвития посмотрят, чтобы продавать сельсхозтоваропроизводителям горючее без акцизов. Если Вы заметили, как у нас снижается поголовье скота, и, наверное, заметили в 2002 году, когда было 58 процентов убыточных сельхозпредприятий. Почему? Потому что тогда цена упала на зерно и стали повышаться цены на горюче-смазочные материалы. И 60 процентов почти сельхозпредприятий стали убыточными.

В этом году очень высокая цена. Я буду дальше убеждать никого, ни себя, ни других, но нужно принимать какое‑то решение. Я даже не говорю о механизме. Я, как сказал, безакцизное топливо можно продавать сельхозпроизводителям, это будет как бы какой‑то лимит определенный, который будут компании продавать, но сельхозпроизводители не будут платить акцизы. Это будет серьезная помощь, это как один из моментов.

Что касается развития животноводства. Президент Республики Калмыкия правильно говорит, что возможность развития мясного скотоводства и на юге Урала – а Оренбургская область входит в юг Урала. Кстати говоря, у нас находится Институт мясного скотоводства, два племзавода по мясному скотоводству, два племрепродуктора, сегодня только маточного поголовья мясных коров у нас более 25 тысяч. Но развитие мясного скотоводства, безусловно, сдерживается из‑за убыточности этой отрасли.

Ведь в мясном скотоводстве только один вид продукции – это телёнок. Если молочная корова дает телёнка и молоко, то мясная корова дает только телёнка. Если не будет телёнка, не будет продукции. Как заинтересовать? Конечно, это не рыночный механизм, но мы поощряем хозяйство, которое увеличивает приплод молодняка, то есть увеличивает маточное поголовье. На каждого народившегося телёнка мясных пород мы выделяем субсидии 1000 рублей, по области это получается в пределах 20 миллионов рублей, но за счет этого мы последние три года увеличиваем поголовье крупного рогатого скота мясных пород, а это ведь качественное мясо. И если бы у нас в стране был механизм цены на качественное мясо! Ведь этот скот получает естественный корм, там нет удобрений, там нет химии, это экологически чистая продукция. А цена? Цены нет на качественное мясо говядина. То есть это нужно смотреть в комплексе, и действительно тогда может развиваться мясное скотоводство.

И еще два коротких замечания. В прошлом году 122 Законом отменены такие законы, как о государственном регулировании агропромышленного производства. Конечно, они устарели. Сегодня новая обстановка. Их надо было отменять. Отменили, но нового закона нет, нет стратегии развития сельского хозяйства в России. Алексей Васильевич [Гордеев] сейчас говорил о законе, который принимается или разрабатывается целый год, но, к сожалению, экономическое ведомство и финансовое не согласовывают этот закон.

Если мы не определим стратегию развития сельского хозяйства на ближайшие пять лет или десять лет, тогда народ не знает, какова позиция Президента, какова позиция Правительства в отношении развития сельского хозяйства. Поэтому здесь должно быть Ваше жесткое решение. Честное слово, этот закон нужен.

И последнее. Все же мы можем сейчас перечислять много проблем, но у нас принято, что труженики села, работники сельского хозяйства, и кооперативов, и фермеров обращаются в Министерство сельского хозяйства за советом, за решением других вопросов. Нам надо повышать роль Министерства сельского хозяйства.

Вот административная реформа. Сейчас я не собираюсь ее критиковать, но, когда в Министерстве сельского хозяйства создали агентство, то получается какой‑то разрыв, появляется посредник. Тогда мы знали одно министерство, были замминистра, которые решали эти вопросы, а сегодня решение этого вопроса разорвано. Но вы, наверное, помните, я выступал в Саратове и говорил: для повышения роли Министерства нужно иметь заместителя главы Правительства по агропромышленному комплексу, по продовольственному рынку. И надо, может быть, подумать: сегодня в Правительстве один зам, но просто невозможно. Когда мы приходим в Правительство, к кому мы идем – или к главе, или к Жукову. Но понятно, туда не попадешь. И к нему идем. Он один. А он потом посылает в Агентство, он посылает еще туда.

Владимир Владимирович, давайте. Надо подумать. Я не знаю, можно, конечно, здесь с улыбкой, но посмотреть, может быть, решить этот вопрос. Это только на пользу дела. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое, Алексей Андреевич. Я думаю, нужно Геннадию Васильевичу [Кулику] дать слово, потому что он все равно его возьмет в конце концов. Лучше вначале предоставить добровольно. Геннадий Васильевич, пожалуйста.

Г.Кулик: Владимир Владимирович, я хочу сказать, что рынок многому научил аграрников, и мы сильно поумнели. Я имею в виду, что понимаем отлично, что сегодня выбранный путь нерыночного развития, бесспорно, имеет огромные преимущества. И мы наблюдаем это и в развитии перерабатывающей промышленности. Я думаю, сейчас не стыдно зайти в магазин ни Президенту, ни Председателю Правительства посмотреть на ту продукцию, которую выпускают наши перерабатывающие предприятия, а это ведь на наших глазах все стало, когда в газету заворачивали, если вы помните, в «Правду», продукты, и то, что сегодня имеем. Это же результат рынка, но при этом сработал такой фактор, что туда было интересно инвестировать.

Второе, мы отлично поняли все, что надо деньги зарабатывать, деньги бесплатно не дают, и мы к этому готовы. Поэтому, если вы заметили, то все эти просьбы и предложения были направлены только на то, чтобы поддержать нам начало бега. Нам нужен дешевый кредит, доступный кредит, это понятно, длинный кредит. Что мы хотим для этого предложить?

Мы очень рассчитываем, что Вы продолжите работу, я это без лести говорю, и мы должны завершить с вами земельную реформу. Я думаю, скажут здесь товарищи. Я не буду их перебивать, потому что действительно нам надо настойчиво закончить земельную реформу в России, на этом этапе, как мы с вами ее начали, и она не закончена. Один из элементов этой реформы – у нас нет закона по залогу земель. Мы банку должны предложить землю, тогда можем просить длинный кредит, тогда отвечаешь самым дорогим своим, ты мать, простите меня, по существу, заложил, так сказать, по‑хорошему, по‑образному если говорить.

Поэтому этот закон готов. Непростой. Сегодня активно в его подготовке участвуют не только аграрники, но и банковское сообщество. Мы его осенью обязательно внесем. Я знаю, имею уже поддержку Минэкономики в решении этой проблемы, и мы найдем форму так, чтобы это устраивало и производителей, и владельцев земли, и банк.

Второе соображение по закону. Скажите слово здесь. Ну, как сказано в Библии, великое сила – слово. И Ваше слово сегодня просто нужно. Я вам скажу так. Поддерживает село сегодня и Вас, и политику Вашу, и верит оно, оно верит. И вот это ожидание мы не должны перетянуть как бы, то есть надо выдать результат.

Я думаю, что мы способны, абсолютно уверенно говорю, в сентябре месяце этот закон внести с таким расчетом, чтобы он до конца года, как было в Вашем первом поручении, его принять. Причем мы не рассчитываем на какие‑то особые условия. Владимир Владимирович, мы хотели бы Вас просить об одном. Ну, давайте примерно в равные условия поставим нашего сельхозпроизводителя и западного. Я не говорю по размеру субсидий, нет, я понимаю, что мы и экономически не готовы, но принципы, которые используют многие государства, решая вопросы, они же для нас приемлемы, они принимаются всеми государствами. Да, у нас не будет такого, может быть, субсидирования или такой поддержки в расчете на гектар, на другие единицы, но сами принципы мы должны использовать. Ну, скажем, страхование посевов. Понятно, что в России с таким разнообразием природных условий, если мы 19 процентов страхуем посевов, а мир страхует 100, хотя бы выйти в ближайшее время на страхование 60–70 процентов. Это же стабильность экономическая.

Закон этот подготовлен. Больше скажу, что мы имели возможность, и я тут высказываю любым, кто помогал этому, группой депутатов съездить, посмотреть, что собой представляет последний закон, подписанный в Америке на этот счет. Знаем европейский опыт, знаем другие страны. А потом у нас и гордость должна быть какая‑то. Ну что это такое? Украина приняла, причем наши примерно принципы закладывают. А мы чего? Не можем что ли своим крестьянам выдать эту программу? Закон такой мы подготовим. Но мы его Вам предложим, я согласен с Вашим замечанием, которое было в поручении Правительства, мы его предложим в пакете, именно в пакете. Там будет и залог земли, как я сказал, и совершенствование семеноводства, и племенное дело, и другие вопросы, чтобы никто нас не обвинил в том, что мы хотим только в одни ворота играть. Нет, мы и сами на себя берем серьезные обязательства, чтобы решить эти проблемы.

Я не хочу говорить сейчас о деталях, они не нужны. Это мы отдельно поговорим, специалисты, за столами. Нужно Ваше, еще раз говорю, слово, что должно быть выполнено в эти сроки. Все. Вот сидит Шаронов, мы с ним тесно работаем, ночами поработаем, в отпуск не пойду я и другие депутаты не пойдут, отработаем этот документ.

Спасибо Вам, что Вы так дали даже возможность слово сказать. Спасибо.

В.Путин: Спасибо. Пожалуйста, Николай Иванович.

Н.Меркушкин: Владимир Владимирович, я тоже хотел бы выразить слова благодарности прежде всего Вам, как глава Республики, где 42 процента населения проживает на селе, 42 процента, и, конечно, от того, как ситуация будет складываться на селе, во многом будет зависеть перспектива, вообще судьба и Республики, и экономики в целом.

И очень приятно, что мы уже вот в таком составе, только в таком что ли в узком достаточно составе, мы пятый раз за последние годы с Вашим участием обсуждаем сельскую тему. Это уже третий президиум. И плюс дважды Вы встречались с активом российского аграрного движения, и обсуждались те же вопросы. Конечно, сегодня уже говорить о том, что нет внимания селу, никто, наверное, так не может сказать, то есть так плотно и конкретно занимаемся, вот пятый ряд только я участвую на подобного мероприятиях.

Но, Владимир Владимирович, я хотел бы привести, вот недавно 50-летие ядерного центра отмечалось в Сарове, это наша территория, это на нашей территории, я был там. И пропагандируя, рекламируя свой сельскохозяйственный продукт, я там вручал подарки со сцены с колбасой, с сыром и так далее. И выходили академики, и с удовольствием эти подарки брали. И Трутнев, который сейчас после смерти Харитона – главный теоретик ядерного центра, он говорит: «Видите, мы выходим и, не стесняясь, с удовольствием берем», – и сзади кричат – «А нам будет?» – в зале. И он говорит, этот академик, теоретик главный сегодняшний: «Величие России 50 лет определяли мы, как ядерная держава – великая страна. Будет ли этот аспект и дальше доминировать, я не знаю. А вот то, что Россия может стать великой на долгие годы, века – это то, что она имеет земли и тот продукт», он как бы охарактеризовал то явление или ту вещь, что он вышел и взял этот пакет с колбасой и так далее, что может великой стать на долгие годы, века за счет земель, за счет сельскохозяйственного продукта. И это говорит человек, который всю жизнь, ему 73 года, занимался ядерным оружием. И то, что мы сегодня очередной раз обсуждаем, это на самом деле очень-очень важно.

Но я хотел бы что сказать? Алексей Васильевич, мы вчера обсуждали эту тему. Конечно, мы ставим очень скромные задачи, Владимир Владимирович, очень скромные. Что такое рост в полтора процента? Потому что нам приходится сейчас конкурировать, мы должны открыто говорить, конкурировать уже приходится в совсем других условиях: мясо, птица – это Америка, США, Евросоюз и красное мясо, яйцо – страны СНГ, Белоруссия вовсю, кондитерская – это Украина вовсю давит, то есть конкурировать приходится уже со странами или дальнего зарубежья, или ближнего, которые очень предметно начали заниматься селом, и Белоруссия, и надо сказать, и Украина.

Мы говорим о лизинговом фонде. Лизинговый фонд, наш российский, Владимир Владимирович, меньше чем в Белоруссии. Лизинговый фонд российский меньше чем в Татарстане. Мордовский лизинговый фонд составляет четверть лизингового фонда России. Говорить о том, что мы там все проблемы решили в Мордовии в сельском хозяйстве — не решили, но он составляет четверть. Там 17 миллиардов, у нас 4,3 миллиарда оборотного лизингового фонда в Мордовии. Мордовия – это 70-я часть…

В.Путин: 20 у нас миллиардов только, не 17, а 20.

Н.Меркушкин: Вот 19, уточняют.

А.Гордеев: 19,6.

В.Путин: Добавили 5 миллиардов и получилось почти 20.

Н.Меркушкин: Почти 20.

Владимир Владимирович, мы должны признать для себя, полтора процента роста что означает: Германия Восточная в течение пяти лет обошла Западную. Вы знаете лучше нас, какие там были меры по отношению к Восточной Германии. Вот наш стабилизационный фонд. Я понимаю, что его лучше не трогать, когда мы берем оттуда на проедание. Я согласен полностью, не надо проедать эти деньги. Мы много взяли оттуда на социальные нужды, но если отдать условно нашим же товаропроизводителям даже 4 процента годовых, как лизинговая компания отдает, или как «Россельхозбанк» отдает под 11 условно процентов годовых текущих там, тоже по 6–7 процентов годовых дает коммерческий с участием государства. Это же все равно государственные деньги. Это же все равно государство на этих деньгах будет зарабатывать.

Если вдруг будет тяжело государству, всегда же оттуда можно, уж процентов 80–90 сегодня нет долгов ни у кого, уже Алексей Васильевич говорил, можно же оттуда, если очень тяжело вдруг станет государству, оттуда вытащить эти деньги. Это же государственные деньги, это все в руках государства, но они будут работать, будут работать, приносить процент и приносить еще заработную плату, и доходы, подоходный налог и море других вещей. Может да, принцип Минфина, Алексея Леонидовича, на проедание не давать, мы согласны. Но давайте, пусть они поработают, в том числе проценты зарабатывают. И ведь мы не просим какие‑то сверхсуммы. Это 10–20 миллиардов, только 15–20 миллиардов добавить и мы уже можем обеспечить 5–7 процентов роста. 5–7 процентов роста валового продукта, но зато будет уже конкурентоспособность другая, Владимир Владимирович. Другая будет конкурентоспособность совсем, потому что с одним-двумя процентами роста мы не обеспечим конкурентоспособность ту, которая и от Белоруссии, которая уже сегодня на российский рынок вовсю ориентирует ряд производств, чисто российский рынок. Они уже картофель у нас полностью забрали, картофельный рынок, они Москву обеспечивают картофелем на 100 процентов. А раньше мы поставляли и Брянск поставлял, в общем сейчас никто не поставляет.

И если так пойти, это небольшие деньги, но это будет огромный рывок, огромное подспорье. Мы знаем, как в Татарстане сельское хозяйство, на каком сегодня достаточно высоком уровне, но они очень предметно тоже этим занимаются, очень предметно. Если 15–20, допустим, «Агробанку» уставной капитал пополнить немножко, лизинговые компании. А в лизинге сейчас, Владимир Владимирович, потребность огромная. Причем не только технику, сейчас уже просят и животноводческое оборудование, сейчас просят племенное ядро заменить, и в том числе западное просят племенное ядро, которое позволяло бы с теми же товаропроизводителями конкурировать. Спасибо еще раз.

В.Путин: Чтобы не забыть, Николай Иванович. Я с вами согласен, может быть, и можно подумать о каком‑то использовании Стабфонда не только на процентные расходы, не только на погашение западных кредитов, хотя, Вы, наверное, знаете, и наверняка здесь все присутствующие это знают: у нас кредиты западные были взяты на очень жестких условиях и мы выплачиваем в год по процентам только, только по процентам, не основное тело долга погашаем, а по процентам выплачиваем ежегодно столько, сколько мы тратим на всю культуру, здравоохранение, почти на всю социальную сферу вместе взятых. Это колоссальная нагрузка, поэтому для нас и для наших детей это и освобождение от политической, экономической зависимости, и это выгодно для нас избавиться от этого как можно быстрее. Это первое.

Второе. Вы говорили, давать деньги под 4 и какие‑то другие льготные проценты.

С места: 6–7 процентов.

В.Путин: Вы знаете, дело не в том, чтобы дать эти деньги под какие‑то хорошие или отличные проценты. Минфин опасается другого и Центральный банк: что под какие бы хорошие проценты мы не давали, даже под высокие проценты, что это может привести к повышению инфляции, которая и так у нас сегодня немножко зашкаливает. И тогда в этом случае все наши усилия сведутся на нет. И приводили пример с нашими соседями, Украину приводили в пример, они сделали только один неверный шаг, и мгновенно очереди за бензином. В современной экономике, особенно в переходном периоде каждый шаг должен быть десять раз взвешен. То, что Вы сказали по повышению уставного капитала лизингового фонда или по повышению уставного капитала «Росагробанка», это все‑таки не инфляционные действия, потому что это в уставной капитал. И потом на этот уставной капитал можно привлекать уже ресурсы с рынка в большем объеме. Это вполне возможно и об этом мы вполне можем поговорить, вполне можем поговорить. У нас и сейчас уже намечены некоторые действия по этому направлению, но я полагаю, что можно к этому вернуться еще раз и сделать дополнительные шаги гораздо более смелые, чем те, которые были сделаны до сих пор. Здесь нет ничего страшного с точки зрения нарушения макроэкономических показателей.

Что же касается другой составляющей нашей работы, это страхование сельхоздеятельности и в том числе посевов, то мы довели его до 3 миллиардов, но в следующем году, может быть, выйдем уже на 45 процентов посевных площадей в 2006 году. И здесь, кстати говоря, тоже можно гораздо более смелее двигаться. Мы, когда сюда добирались, еще в самолете с Алексеем Васильевичем говорили на эту тему, здесь несколько вариантов существует. При поддержке государства совершенно неинфляционными способами можно добиться гораздо лучших результатов, чем мы делали до сих пор, и такие возможности, в том числе и с использованием имеющихся сейчас результатов в деятельности в экономике, и имею в виду внешнеторговую конъюнктуру, конечно, можно реализовать.

Прошу Вас.

А.Ткачев: Спасибо. Я хочу поддержать нашего Президента. На самом деле Президент банками, и тем более коммерческими, не командует в нашей стране. И главное зло сегодня и на селе, и в промышленности, во всех сферах экономики – это инфляция. Стоит нам победить ее, значит, автоматически все процентные ставки уменьшатся, естественно, доступ и к длинным, и к дешевым кредитам во всех сферах экономики и в частном секторе тем более станет доступным и экономика, естественно, заработает по‑другому.

Это постулат, который был и проходили все развивающиеся страны мира и цивилизованные. Но речь как бы не об этом, потому что уважаемый Алексей Васильевич в начале своего выступления высказался о том, что на самом деле через десять дней у нас вовсю уже начинается уборка, уборочная страда, мы во всеоружии к ней готовы. И должен сказать, Владимир Владимирович, хлеб зреет неплохой, я думаю, что если не будет каких‑то природных катаклизмов, мы можем выйти на прежний уровень объемов, порядка восьми миллионов тонн. Это серьезные показатели.

И я хочу обратить Ваше внимание и присутствующих, что, конечно, коль у нас первый хлеб, первое зерно, значит и цена формируется на российском рынке зерновом именно с кубанского зерна. Поэтому тот рыночный механизм, который уже был и существует сегодня на зерновом рынке и с участием государства, именно инвестиционные закупки, я бы очень хотел, чтобы мы начинали именно с Кубани, а не как прошлые годы, в сентябре, в октябре, когда это играло в общем‑то на руку только посредникам.

Поэтому я знаю, что такие задачи есть и просьба Алексея Васильевича к Правительству, в июне, может быть, и в мае, можно даже развивать и фьючерсные сделки, тем самым регулировать уже более или менее цену, или на поднимание, а, может быть, и на понижение.

Следующее. Тут отмечали коллеги. Я абсолютно целиком согласен с этим, что впервые за последний год уже в полной мере заработали рыночные механизмы в агропромышленном комплексе. И, конечно, я хочу поблагодарить прежде всего Вас за поддержку, потому что там было большое сопротивление, я знаю, на всех инстанциях, естественно, само Министерство и Алексея Васильевича, прежде всего, «Россельхозбанк». Я, может быть, повторяюсь, но, тем не менее, это тот банк, по филиальной сети в Кубани он, может быть, даже опережает и «Сбербанк». И когда он был без ресурсов, ну о чем можно было говорить? В любом случае, в «Сбербанке», в московских банках, в любых филиалах там даже ментальность другая, там другие подходы. Люди не понимают напрочь село и с ними очень легко разговаривать, пока они через 3–5 лет становятся нашими единомышленниками, проходит время, но мы теряем темпы, а это, естественно, теряем экономический рост, ВПК и так далее. Но и, безусловно, техническое перевооружение, весь мир, это западная схема, рыночная схема, она действует на возвратной основе, как и «Россельхозбанк», это «Рослизинг» – уникальная схема, она оправдала себя. И, конечно, если есть возможности у федерального бюджета, безусловно, этот механизм нужно наполнять средствами, и, безусловно, он еще свое покажет.

Что касается земли. Здесь Геннадий Васильевич выступал. Если Вы помните, Владимир Владимирович, мы всегда на Кубани выступали за сдерживающие факторы оборота земли, и я в своих выступлениях, и мои коллеги, но на самом деле на Кубани, а, может быть, в тот период и надо было каким‑то образом находить амортизаторы определенные. Но сегодня, уже поработав при новом законе, приценившись, мы понимаем, что оборот земли нужно не сдерживать, а наоборот, его проводить более решительно – снять все ограничения, снять все издержки временные, которые существуют в федеральном законе, потому что, абсолютно убежден, земля должна переходить из неэффективных собственников к эффективным. И чем быстрее, чем меньше будет препон, значит, больше будет инвестиций, больше будет серьезных инвесторов и от этого опять выиграет в целом село и экономический рост.

И, конечно, чем больше будет частного сектора, и мы сегодня на Кубани проводим идеологию и говорим, не стесняясь, руководители хозяйств, становитесь частниками, берите на себя это бремя. И я думаю, что для финансовых институтов, в том числе банков, это будет хорошим предметом для того, чтобы уже под частную собственность, под землю, выдавали и кредитные ресурсы.

И в этой связи, конечно, очень своевременно, о чем говорил и Геннадий Васильевич, и мы с Алексеем Васильевичем вчера обсуждали, конечно, закон федеральный о залоге. Через залог мы сможем привлечь в село миллиарды рублей. Это огромнейший резерв, ресурс, который просто мы не используем. Я понимаю, можно говорить о кубанской земле, она плодородная, естественно, коэффициент ее гораздо выше, чем в той же Калмыкии. Но это природа, мы здесь как бы не виноваты, и это объективное обстоятельство. Но этот закон просто необходим, жизненно необходим.

И последнее. Если можно, Алексей Васильевич говорил о сельхозналоге, есть одно «но» и просьба, Алексей Васильевич, к Вам и здесь к депутатам Госдумы. Сегодня сельхозналог немножко, на наш взгляд, несовершенен. Дайте нам возможность немножко лавировать на уровне субъекта Российской Федерации. Вы помните, Алексей Васильевич, два года назад или год назад был эксперимент на Кубани. Налог у нас был, за основу, база – гектар земли. То есть на гектар земли вмененный налог, допустим, 10–70 рублей. И, таким образом, было и для налоговой инспекции проще, и для производителей, и для государства, и все были довольны. И тем более, что сегодняшний налог – он как бы на прибыль, он поощряет немножко иждивенчество и поощряет то, что многие хозяйства, особенно фермерские хозяйства начинают снижать урожайность заведомо, тем самым прибыль уменьшая, и налога нет. Таким образом, если у него земля – плати автоматом. Не платишь – с дороги уходи и на это место придет другой. Этот механизм, эту вилочку дайте нам, и мы ее реализуем, потому что, во‑первых, мы и сборы повысим, а, во‑вторых, и сами крестьяне были довольны, когда два года мы делали этот эксперимент. По каким‑то причинам Государственная Дума сняла эти ограничения и сегодня мы, на мой взгляд, не очень эффективно используем землю. Вот то, о чем бы я хотел сказать.

А в целом в правильном идем направлении, Владимир Владимирович, и спасибо огромное за то, что такое внимание к сельскому хозяйству.

В.Путин: Спасибо. Как у вас начал действовать завод по производству комбайнов.

А.Ткачев: Спасибо. С вашей и божьей помощью уже 200 комбайнов, 200 машин есть, в этом году – порядка 800. Мы очень надеемся, мы заключили договор с «Рослизингом», и мы считаем, что это отечественная техника. Через 3–5 лет мы 70 процентов комплектующих будем делать на отечественных заводах не только края, но и ближайших регионов.

В.Путин: Это очень большой уровень так называемой локализации и очень хорошие условия. А по сколько продаете?

А.Ткачев: Порядка 180 тысяч евро. Ну это, понимаете, как «Мерседес». То есть не все должны ездить на «Жигулях»: кто‑то – на «Мерседесе», кто‑то – на «Москвиче» – по уровню доходов. Но, тем не менее, должен быть флагман.

В.Путин: Я так понимаю, что все‑таки нужно стремиться к понижению цены и по мере роста локализации она будет опускаться.

А.Ткачев: Естественно. Но, используя лизинговые схемы, мы сможем как у них – на 7–8 лет. Среднее хозяйство кубанское способно брать такие машины. На самом деле по производительности они же выше, по качеству, по потерям они более эффективны, по затратам на бензин, на дизтопливо и так далее.

В.Путин: Олег Алексеевич, пожалуйста.

О.Богомолов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

А.Ткачев: Олег, я прошу прощения. Пользуясь случаем, чтобы уже точку больше не поднимать. Абсолютно прав был Алексей Андреевич, я прошу прощения еще раз, роль министерства, нас много, третья часть России — это село, а министр один. Но на самом деле…

В.Путин: Сколько?

А.Ткачев: Поддержите его.

В.Путин: Сколько их нужно – двое?

С места: Двух министров сделать.

А.Ткачев: Почаще надо поддерживать и внимание обращать, не только на Ваше, но и премьер-министра.

В.Путин: Хорошо. Пожалуйста.

О.Богомолов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены президиума, участники совещания!

На самом деле я тоже хотел бы сказать слова благодарности, Владимир Владимирович, Вам.

В.Путин: Теперь я прошу меня извинить, Олег Алексеевич, простите. Я потом забуду Александра спросить. Значит, вот по поводу оборота земли, я пометил себе. Быстрее реализовывать этот закон, но ведь насколько я помню, Егор Семенович, мы же много обсуждали тогда и на президиуме Госсовета, и на Госсовета, все вместе в целом‑то, это же результат как раз нашей с вами прежде всего работы, но и, конечно, доработки в Государственной Думе. Но все‑таки мы ведь как решили, что закон, он вводит какие‑то общие правила, а сам регион определяет, как это делать.

А.Ткачев: Нет такого права.

О.Богомолов: Я хотел бы тоже поблагодарить, потому что уже за последнее время мы неоднократно возвращаемся к проблемам аграрного комплекса. И я хотел бы вас проинформировать о том, что президиум Госсовета в Саратове по проблемам современных технологий и ресурсосберегающих технологий, и те поручения, которые Вы давали, они сегодня реализуются. Конечно, еще далеко до того, как мы планировали, но подвижки серьезные уже есть. Минсельхоз постоянно при содействии с другими министерствами и ведомствами ряд вопросов уже отработали. Алексей Васильевич в докладе докладывал – 15 миллионов гектар ресурсосберегающие технологии сегодня уже заведены, а это, значит, экономия ресурсов, это значит, повышение эффективности производства.

В регионах мы видим большую работу. Прошли совещания по федеральным округам по этой тематике. Ведем работу, уже и «Сельхозмашиностроение» переориентировалось, наука сегодня начинает заниматься, потому что еще очень много неясных вопросов здесь и требуются большие научные исследования в этом направлении. Мы у себя ведем эту работу и другие регионы.

Я полагаю, что нам удалось все‑таки повернуть всех на решение этой проблемы, хотя еще не все вопросы отработаны и мы будем продолжать вместе с «Минсельхозом» дорабатывать все эти вопросы.

Я хотел бы еще одно важное направление. Мы там говорили о проблемах решения и внедрения в сельское хозяйство газомоторного топлива. Тоже, Владимир Владимирович, здесь уже многое сделано, и по схеме, и по оснащению технологиями, оборудованием, финансирование, и главное, что «Газпром» сегодня готов с нами сотрудничать. Восемь пилотных регионов сегодня в проекте уже участвуют и попытаемся отработать все эти вопросы и расширять эту деятельность.

Что касается других дел, я хотел бы просто сказать несколько слов и подкрепить, может быть, некоторые позиции, с моей точки зрения. Вы сказали о положительном влиянии той работы, которую мы провели по реструктуризации долгов агропромышленного комплекса. И это правда. 54 процента наших предприятий сегодня в этом участвуют, но, к сожалению, остальные доступы по той схеме, которая есть, не имеют, и некоторые выползают, а эти всё хуже и хуже становятся. Может быть, радикальное решение принять, Владимир Владимирович, чего мы кое‑кому долги государственные прощаем. Может, мы крестьянам простим эти долги с учетом того что, чем быстрее простим, тем быстрее будет возможность у них дальше уже в рыночных условиях выкарабкиваться.

Что касается социального развития села и той программы, Владимир Владимирович, это не только задача Минсельхоза.

В.Путин: Можно, Олег Алексеевич. Сразу по поводу прощения долгов.

О.Богомолов: Я сказал радикальное такое решение

В.Путин: Дело в том, что мы действительно некоторым так называемым странам HIPC, как они называются по международной терминологии, беднейшим страны мира, списываем долги. Надо прямо сказать, мы их никогда не получим. Это первое.

И второе. Любое списание означает, к сожалению, для этих стран уход в большие проблемы. Это не стимулирует развитие. По сравнению, скажем, с Азией, посмотрите, что происходит в Африке. Азия развивается невероятными темпами, на африканском континенте – очень сложная ситуация и столько проблем, из которых не видно даже выхода. Понимаете? Поэтому мы же ведь не хотим, чтобы наше село превращалось в нашу российскую Африку, бесперспективную и без стимулов к развитию.

Мы должны создавать условия для того, чтобы развивалась эта отрасль. Но если мы в нашем стремлении сделать лучше, сделаем хуже, хотя на первый взгляд, это все выглядит достаточно привлекательно. Понимаете, хорошими намерениями, как известно, выложена дорога ад. Поэтому надо здесь очень аккуратно подходить. Вы знаете, ведь это же, по сути, мое было решение, наше с вами решение было и по финансовому оздоровлению, по списанию пени, штрафов и так далее.

О.Богомолов: Да.

В.Путин: Здесь тоже нужно очень аккуратно. Можно ведь создать такие условия в экономике, когда те, кто платил, те, кто нес нагрузку, будут думать: «А зачем мне это делать, все равно спишут, и я не буду». Вот в чем дело.

О.Богомолов: Это, безусловно, так. Но при этом надо понимать, что все‑таки сегодня условия в сельском хозяйстве, и отношения, и образ мышления меняется. И, безусловно, совсем другое сельское хозяйство сегодня, чем было, положим, даже 5–6 лет назад. Оно другое сегодня в подходах, в оценках, в развитии рыночных механизмов, оно сегодня совершенно другое. Оно уже не допустит того, что допускали, положим: гасили, снова набирали, снова гасили. Я думаю, что там совсем другая ситуация возникает. Но это как бы для авангарда такое предложение.

В.Путин: Это возникает только в том случае, если мы с вами будем проводить сбалансированную, но жесткую и последовательную политику экономическую. А если мы будем расхолаживать участников рынка в широком смысле этого слова, то и такой ситуации не будет. Она будет ухудшаться.

О.Богомолов: Но при этом, я еще раз хочу тогда, Владимир Владимирович, обратить внимание, что мы должны еще раз посмотреть на механизм доступа остальных к возможности участвовать в реструктуризации. Потому что у них просто шансов не появляется.

С места: (без микрофона) Поставлены некоторые условия, которые закрывают дверь вступлению.

В.Путин: Хорошо. Согласен, давайте тогда посмотрим еще раз. С этой точки зрения посмотрим еще раз.

О.Богомолов: Буквально телеграфно несколько моментов. Оборот земель сельскохозяйственного назначения, не буду комментировать ничего, поправки в закон внесены, надо его сейчас, видимо, принимать. И Геннадий Васильевич здесь уже докладывал вчера на рабочей группе. У меня здесь один вопрос, который я хотел бы, чтобы мы вместе обсудили. Вы знаете, оборот земель сельскохозяйственного назначения – мы занимаемся этим вопросом. Это основное средство производства в аграрном комплексе, но самим вопросом занимается другое ведомство, не Минсельхоз, сегодня у Минсельхоза эта функция изъята, она находится в Минимуществе, а те люди, которые вообще‑то к сельхозпроизводству никакого отношения не имеют. Я бы хотел, чтобы мы внимательно и в поручении сегодня рассмотрели этот вопрос, и как‑то его обозначили.

Что касается социальной поддержки села. Хочу подчеркнуть, что надо поблагодарить и Вас, и Министерство за то, что программа начала работать. Но я консолидируюсь с мнением моих коллег о том, что это не только газификация, это не только дороги, это вообще образ жизни, это асоциальные явления, которые сегодня происходят в деревне. Чего нам глаза закрывать сегодня? Деревня гуляла и продолжает гулять. Это отношение многих еще закоренелое к тому, что было. У нас и в советское время 15 механизаторов работали, а остальные пили, гуляли, а делиться в кассу шли все одинаково. Поэтому сегодня в реализации этой программы надо увеличить ее финансирования, с одной стороны, а с другой стороны, я считаю, что нам необходимо значительно расширить количество участников со стороны федеральных министерств. Это и образование, и здравоохранение, и социальная защита, и так далее, как участники общей программы социального обустройства и развития села. Вы правильно сказали 30 процентов. В Курганской области половина населения практически живет в деревне. Если мы развалим деревню, куда мы пойдем? Это образ жизни, это среда обитания людей. Мы должны её сохранить и дать возможность людям жить.

И вопросы, касающиеся защиты российского товаропроизводителя от интервенции. Я согласен с вами. Качество, цена товара и возможности закрыть наши потребности. Но, безусловно, без этих мер мы обойтись не можем. У нас с вами существует Комиссия внешнеэкономическая, которая контролирует эти вопросы все. Я бы хотел, чтобы все‑таки здесь был раздел, связанный с контролем за продуктами питания ввозимыми, и чтобы это направил возглавил Министр сельского хозяйства.

У нас, к сожалению, отдельно этой позиции нет, и опять Министерство сельского хозяйства, которое объективно оценивает и состояние дел, и знает, что происходит, могло бы влиять на эти процессы более решительно, чтобы Алексей Васильевич [Гордеев] возглавил вот эту комиссию по защитным мерам по части продуктов питания.

И последнее. Конечно, как бы мы того не говорили, не крутили, не вертели, Вы сказали сегодня в своем вступительном слове о возможности бюджетной поддержки агропромышленного комплекса. И я бы вот здесь хотел, чтобы Ваша мысль была подкреплена Вашим решением, значительно увеличить, на меня уже Владимир Сергеевич смотрит косо. Ну 0,6 процента от бюджета даем на поддержку агропромышленного комплекса. Мы попросили бы на будущий год в проектах бюджета заложить хотя бы там шесть-семь, но уж не так, как в Евросоюзе 40 процентов, ну шесть-семь. Эти деньги сегодня ведь, на самом деле они связываются, и они сегодня пойдут на увеличение валового внутреннего продукта. Мы должны уйти от этих 1,5 процентов. А подкрепив село сегодня на конкретные цели, на конкретные задачи, мы значительно поможем решить Вами поставленную задачу удвоения валового продукта, с одной стороны, а, с другой стороны, мы вселим надежду сельскому населению, что всё, страна повернулась к селу лицом и сегодня в деревне можно оставаться жить и можно сегодня верить в будущее детей, которые живут в деревне. К сожалению, пока сегодня это не так.

Вот Алексей Васильевич [Гордеев] на самом деле сказал: «Задал себе вопрос: а каково состояние сельского хозяйства?». А вот вроде бы есть, вот они, ростки, и абсолютно нет уверенности в том, что будет с этими ростками завтра. Поливать не будем – зачахнут.

Спасибо.

В.Путин: Будем поливать и сдабривать обязательно.

Что касается роли и значения Министерства сельского хозяйства. Конечно, оно должно быть ближе к таким проблемам, как оборот земли. Может быть, гораздо ближе, чем другие ведомства, здесь я абсолютно согласен. Здесь другие ведомства как раз должны наблюдать и следить за обеспечением, за правильным исполнением принятых решений, правил законодательства, но оно реально, вполне Министерство сельского хозяйства может взять на себя больше функций.

Что же касается защитных мер, то разделение функций между ведомствами, оно имеет под собой определенное основание, которое заключается в том, что Министерство сельского хозяйства – это ведь легальный естественный главный лоббист отрасли.

Но у нас, кроме Министерства сельского хозяйства, есть и другие отрасли, есть городское население, которое зависит от того, как мы используем этот механизм различных таможенных ограничений. Именно поэтому в этом логика разделения. Министерство сельского хозяйства лоббирует и добивается определенных решений, а уже исполняет их другое, которое должно следить за состоянием всей экономики. Это Министерство экономического развития и торговли.

Но другое дело, что в части, касающейся продовольственных товаров, сельскохозяйственных товаров вообще, влияние Министерства сельского хозяйства при реализации принятых решений тоже может быть усилено. Вот сейчас мы с Алексеем Васильевич говорили, есть уже договоренность между Министерством сельского хозяйства, Министерством экономического развития о том, что как минимум комиссия, которая работает в этой сфере, будет подкреплена одним из заместителей этой комиссии, направленным туда для работы Министерством сельского хозяйства.

О.Богомолов: Это уже какой‑то вариант.

В.Путин: Александр Леонидович [Черногоров] сначала, если можно, Пожалуйста, Александр Леонидович.

Е.Савченко: Он уступает мне.

В.Путин: Уступает? Ради бога.

А.Черногоров: Я потом.

В.Путин: Да. Но время у нас заканчивается. Пожалуйста, Евгений Степанович.

Е.Савченко: Уважаемый Владимир Владимирович! Алексей Васильевич! Уважаемые коллеги!

Владимир Владимирович, меня, вообще‑то, повергли в некое уныние показатели стратегии, которые Минэкономики предложены, и я так понял, они рассмотрены на заседании Правительства. Что происходит? Планируется рост физических объемов валовой продукции сельского хозяйства к 2010 году, я так подсчитал, к 2004 году, на уровне 25 процентов. А тогда я для себя задаю вопрос: а где же требования Президента об удвоении ВВП к 2010 году? Почему мы, сельскохозяйственная отрасль и в целом агропромышленный комплекс, в стороне? Я сегодня ответственно заявляю, что сельское хозяйство и АПК в целом имеют возможность развиваться темпами в два раза превышающими, чем темпы по остальному сектору экономики страны, то есть на уровне 12–15 процентов, но не 1,5 процента, которые заложены в этой стратегии. Я считаю, что это просто какое‑то недомыслие или какой‑то стратегический замысел против сельского хозяйства, честное слово, или ошибка. Но будем считать, что это ошибка.

Второе. Я смотрю следующую таблицу: прогноз производства и импорта мяса. В 2010 году планируется увеличить собственное производство мяса на 1,3 миллиона тонн. В то же время планируется не уменьшить, а увеличить импорт на 300 тысяч тонн. Где логика? Я здесь её не вижу. Потом, хотя бы посоветовались, пригласили хотя бы нас, Минэкономики пригласили бы нас, и наши бы планы региональные послушали, хотя бы по производству мяса. Только наша маленькая область планирует за 4 года еще нарастить объемы производства мяса на 200 тысяч тонн. Такие точно планы я знаю по Липецку. Наверное, такие же планы по Ставрополю, я знаю, Бабаев, наверное, Вам рассказывал, наверное, на встрече.

В.Путин: Рассказывали и были очень довольны сотрудничеством и с Липецкой областью, с губернатором, мы с Вами …

Е.Савченко: Так вот только две области и тоже 400 тысяч тонн, а тут вся страна 1,3. Так наше, мы‑то пять процентов всего от всей страны, от сельскохозяйственной пашни, если считать.

Я считаю, что эти планы абсолютно ошибочны, и мы должны их пересмотреть, естественно, в первую очередь по мясу в сторону увеличения. Полностью к 2010 году уйти от импорта мяса, не говоря уже о зависимости. Что для этого нужно сделать?

Первое и основное – это повысить роль государства в регулировании агропромышленного комплекса и в первую очередь в формировании агропродовольственного рынка. Мировой рыночной практикой наработано 1340 позиций регулирования внешнеэкономической деятельности в сфере АПК. Мы из этих 1340 позиций используем сегодня только три. Я утверждаю, что у нас сельское хозяйство – самая открытая, самая уязвимая отрасль экономики. И все проблемы сельского хозяйства сегодня – это следствие нашего либерализма, следствие нашей открытости. Давайте регулировать. Должна быть четкая, прогнозируемая таможенно-тарифная политика, ясная, понятная и прогнозируемая. Вот здесь приводил пример Алексей Васильевич по Мошковичу, «РусАгро» компания, вот генеральный директор ее здесь присутствует. В нашей области он производит в этом году где‑то почти миллион тонн сахарной свёклы, 200 тысяч тонн сахара. Он добился самых современных в мире технологий, минимизация всех затрат. Я думаю, что любой фермер из Франции или из какой‑то другой страны, из Германии, уступает ему по своим показателям сегодня, по эффективности, но у него нет уверенности по сахарному режиму. Сахарный режим принимается ежегодно и ежегодно кем‑то лоббируются какие‑то интересы. Он должен быть долговременным – на 5, на 10 лет вперед. Он должен знать, что Россия, российское Правительство приняло решение, что в течение десяти лет произвести в стране 5 миллионов тонн сахара и обеспечить 100-процентную потребность, а не 2 миллиона, как это сегодня производится – миллионы тонн сахара, тоже самое по любой другой отрасли.

У нас, Владимир Владимирович, сейчас в области работает три компании, которые в этом году произведут, каждая из которой, почти по 50 тысяч тонн мяса птицы. Это, как Алексей Васильевич говорил, хайтэковская технология, а себестоимость с учетом обслуживания процентов – 35–36 рублей одного килограмма. Но они должны быть уверены, что цена реализации и сегодня, и завтра, и через 5 и 10 лет вперед не упадет в нынешних ценах где‑то ниже 50-ти рублей. Чтобы завтра будет подписано какое‑то соглашение с Соединенными Штатами или с Бразилией, и, в общем‑то, ущерб будет нанесен нашему рынку мяса птицы. То есть должна быть полная уверенность, и тогда вопрос уже за нами.

Я хочу, Владимир Владимирович, развеять миф о том, что как‑то не навязчиво, но очень системно через средства массовой информации навязывается миф о том, что сельское хозяйство сегодня виновато в интенсификации темпов инфляции. Это абсолютная чушь, абсолютная. Алексей Васильевич не может сегодня регулировать цены на мясо, сдерживать их в том случае, если половина этого мяса завозится из‑за пределов страны. Сегодня можно цены регулировать на что? На горюче-смазочные материалы, которые стопроцентно производятся в стране, на цемент, который стопроцентно производится в стране, на металл, который производится стопроцентно в стране. Но даже по этим трем позициям цены за последние 2,5 года увеличились ровно в два раза для потребителя и, естественно, для сельскохозяйственного производства тоже. Поэтому это миф о том, что сельское хозяйство влияет на увеличение темпов инфляции.

Следующее, на что хотелось бы обратить внимание. Это надо принять меры для того, чтобы закрыть дыры и в законодательстве, и на границах по недозволенному или несанкционированному завозу продукции сельского хозяйства сверх установленных квот. О чем идет речь? За прошлый год, это официальные данные, я никаких секретов не раскрываю, через Калининград, Калининградскую область ввезено сверх квоты мяса, птицы на таможенное пространство России 160 тысяч тонн. Они завезли, перчиком ее посыпали, солью, упаковали и все – это продукт уже Калининградской области пошел на наш рынок. Естественно, он обваливает все наши рынки. Да, это выгодно Калининградской области, ее предпринимателям, но это абсолютному большинству не выгодно.

Такие же двери существуют у нас на границе с Украиной, на границе с Белоруссией. Белоруссия в общем‑то сейчас, может быть, несколько грубовато скажу, но Белоруссия и Украина готовятся к хорошему транзиту и прежде всего продовольствия в нашу страну. И нам надо быть к этому готовыми, надо ответить адекватными мерами, и просто рассчитывать на собственного производителя.

И последнее. Земельные отношения. Я ответственно заявляю, что подавляющее, абсолютно подавляющее число инвесторов, которые пришли в сельское хозяйство с хорошими намерениями, они не хотят владеть землей на праве собственности, они просто хотят владеть землей на долговременной основе. На долговременной основе. И прежде всего на арендной основе. На арендной основе.

В этой связи я бы внес такое предложение, чтобы государство было активным позиционером, активным бы оператором на рынке земли, именно государство, то ли это в лице региона, то ли федерального центра. И на мой взгляд, не надо пожалеть 50–70 миллиардов рублей для того, чтобы у желающих сегодня, у желающих, я повторяю, собственников земельных паев выкупить по достойной цене их земельный пай в пользу государства.

И затем уже инвестор может получить от имени государства уже в аренду на 49 лет землю по понятным абсолютно условиям и никаких рисков не нести. То, что это залог, что это ипотека, что это дополнительные кредитные ресурсы — я считаю, что у каждого инвестора, который идет сегодня в сельскохозяйственное производство, да и у фермеров, и у самостоятельных сельскохозяйственных предприятий достаточно залоговой базы для того, чтобы привлечь любые кредитные ресурсы.

Как говорил Столыпин: «Земля – это Россия». А сегодня надо еще сказать, что земля – это власть. И чем будет больше земли у государства, тем больше у государства будет власти, тем больше у государства будет возможностей влиять на процессы, в том числе и политические, происходящие в нашей стране.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Спасибо. Вот только пару маленьких замечаний.

Вы говорили, что через несколько лет нам нужно полностью уйти от импорта мясной продукции.

Е.Савченко: Четыре года максимум.

В.Путин: Не уверен, что это пойдет на пользу, если мы полностью уйдем от импорта.

Е.Савченко: По мясу полностью. Мы должны экспортировать два миллиона тонн через пять лет, экспортировать, не зерно, а мясо экспортировать.

В.Путин: Четыре-пять лет, думаю, что все‑таки это малореалистичная задача.

Е.Савченко: Дайте нам поручение и мы сделаем, Владимир Владимирович.

В.Путин: За четыре-пять лет? Только что мы разговаривали с теми, кто работает, производит, они говорят, что цикл – это минимум восемь лет. И четыре-пять лет – это маловато. Я думаю, для того чтобы эта программа была реалистичная, мы, конечно, здесь я с Вами абсолютно согласен, здесь нам нужно выходить не на какие‑то федеральные целевые программы, но нужно создавать государственную программу поддержки животноводства, мясного животноводства, и здесь нужна система мер, не просто денег дать туда, а нужна система каких‑то комплексных мер, она связана вот, например, об этом мы тоже сегодня уже говорили, с обеспечением субсидирования процентных ставок, но по длинным кредитам, и не на пять лет, как мы сейчас планируем, а мы сделали уже небольшой шаг в этом направлении, а лет на восемь хотя бы сделать. Это уже будет существенным шагом вперед. Здесь я согласен. По этим долгосрочным программам мы должны будем подумать и предпринять какие‑то шаги, направленные на реализацию этих ваших предложений, это правильно.

Теперь очень важное замечание. Сельхозпроизводители должны быть уверены, что на какой‑то достаточно длительный промежуток времени они смогут продавать свою продукцию по определенной фиксированной цене. Я думаю, что мы не можем им гарантировать, что они будут продавать по фиксированной цене, иначе мы их так расслабим, что у нас, секундочку, я Вас внимательно слушал, я теперь прошу, чтобы Вы меня тоже послушали. Режим – вот это правильно, согласен, вот здесь согласен. То есть производитель должен быть уверен, что государство выработало определенные правила, рассказало об этих правилах, зафиксировало их. Уже ясно, как будут осуществляться наши взаимоотношения с нашими партнерами по импорту, какова будет таможенная политика. И, руководствуясь этими соображениями, этими знаниями, производитель должен выстраивать свою перспективную работу. И он, конечно, должен работать над понижением издержек производства, это его задача удерживать цену на известном уровне. Вот здесь, наверное, если мы с вами сейчас поняли друг друга, мы согласны.

Теперь, что касается Украины и Белоруссии, наших других соседей по поводу того, что они видят перспективу использования российского рынка, и даже больше того, готовятся к тому, чтобы стать транзитными странами для поставок в Россию сельхозпродукции из третьих стран. Думаю, что это не совсем так, но отчасти это верно. Но именно на это и направлены наши усилия по созданию единого экономического пространства. Именно это одна из основных целей – добиться того, чтобы понизить инфраструктурные издержки наших экономик: и России, и Белоруссии, и Украины, и Казахстана, создать равные условия хозяйствования для всех, всех субъектов экономической деятельности. И непременно добиться того, чтобы у нас были единые налоговые и таможенные процедуры, что очень важно, чтобы ни одна из наших стран не стала транзитом для товаров любой группы на таможенную территорию со стороны участниц этого соглашения.

И Калининград. Об этом поговорим отдельно, я согласен, это проблема. Но сейчас Правительство подготовило уже соответствующие предложения по тому, как мы будем развивать Калининградскую область, и думаю, что на это мы, конечно, обратим внимание.

Александр Леонидович, пожалуйста, но нам нужно заканчивать.

А.Черногоров: Я быстро. Я благодарен, что Вы меня пригласили, на бывшую, Владимир Владимирович, территорию Ставропольского края, к нашим добрым сейчас соседям. Здесь работали мои родители, жили.

Но, Владимир Владимирович, в Саратове Вы высказали мысль по социальной сфере села. И, работая все годы губернатором, я хотел бы сегодня в рамках 131-го Закона высказаться, потому что считаю: и Дмитрий Николаевич, и я сегодня ответственны перед вами, и все главы Южного федерального округа. Каждый год объявляем: «Год сельских дорог», «Год сельской медицины», «Год сельского образования» – каждый год все равно уделяем внимание, потому что больше 50 процентов – жители села. Но это не помогает. Почему? Раньше одно рабочее место в селе давало 22 рабочих места в промышленности. Сегодня одно рабочее место на селе дает шесть, и не дает, у Российской Федерации по статистике, даже не дает. Из села пошел резкий отток. Начали анализировать, почему. Я благодарен Вам, что Вы тогда внесли изменение в Государственную Думу с борта вертолета, когда Закон о банкротстве поправили. Одно хозяйство обанкротили – тысячи рабочих мест потеряли в одном хозяйстве. А девять лет работаешь и думаешь, сколько надо заводов построить, чтобы тысячи рабочих мест этих иметь. Не получается никак. А их обанкротили здесь 231, когда кинулись – поздно, по территории субъектов Российской Федерации, а по России еще больше. Это большой сегодня недостаток села и нам его нужно исправлять вместе с депутатами.

Что делать? Я считаю, что нужно. Я поддерживаю Вас, не надо прощать, надо жестко всё. Но большой стабилизационный фонд, конечно, есть профицит и так далее, но это беда, когда у Краснодарского края и у Ставропольского края по миллиону тонн зерна остается до нового урожая. Беда. Это наша беда. Урожай, заплатило бы государство, Правительство Российской Федерации деньги и держало бы зерном, а деньги в обороте пошли бы сегодня на технику, на лизинг, на удобрения и так далее. Миллион тонн сейчас держим до сих пор. Это первое.

Второе. Надо внести изменения сегодня. Я просил бы Геннадия Васильевича Кулика вместе в Думе поработать. Почему? Мы сегодня внесли в закон в части предоставления отсрочки от текущих платежей, пролонгации и реструктуризации долга участников программы финансового оздоровления, почему? Потому что мы – зона рискованного земледелия: Калмыкия, мы, Дагестан и так далее. То наводнение, то пыльные засухи и так далее. Год поработал нормально, два года засухи – все предприятия выскочили. А на самом деле потом дальше пошло нормально и эти бы предприятия вышли из процесса и показывали бы результаты. Поправочку на чрезвычайную ситуации, маленькую, но они бы спасали и людей, и хозяйства от той ситуации, в которую попали.

Что касается противоградовой службы. Владимир Владимирович, была федеральная противоградовая служба. Ее упразднили. Суть не потому, что Черногорову больше всех нужно. Но не видим мы, космоса нет в крае. Сегодня на территории Калмыкии и Ставропольского края идет дождь, которого, извините, территория Ставропольского края, Калмыкия не видели, может быть, годами. По 50–70 миллиметров не выпадало дождя. Но это хорошо, что пошел дождь. А территория была подвержена тому, что шли постоянно градовые тучи, и если бы, как это было в 2001–2002 годах, да и в прошлом году, если бы сейчас прошел град, 17 районов Ставропольского края выбило градом за 20 минут. Полтора миллиарда ущерба. Полтора миллиарда сразу ущерба. Я считаю, что это решение федерального центра, оно не затратное, 200 миллионов рублей на ее структуру ушло. Я думаю, что это можно найти при софинансировании.

Теперь большой вопрос и мы его не коснулись. Вы правильно сказали, программа мяса и так далее. Но, Владимир Владимирович, ВВП мы увеличим в крае к 2009 году в два раза. Но если мы сейчас таким образом будем каждый год получать урожай, а урожай, Александр Николаевич, и на Кубани, и на Ставрополье, мы одновременно входим в уборку, одновременно весь Южный федеральный округ, одновременно начинаем уборку. Но если мы каждый год, мы истощим почву, мы вернемся к 30-летней давности, мы просто истощим ее. Надо сегодня программу минеральных, программу органических удобрений и софинансирование сегодня из федерального бюджета, потому что ни один регион за свои деньги не потянет. Нужно вернуться к тому, чтобы 30 процентов ставки субсидирования поддерживать сегодня, и мы будем получать, конечно, стабильные урожаи, будем вносить, потому что в 2004 году уже отказались от федеральной помощи. А я не знаю, как сейчас Минэкономразвития и Министерство финансов решили. Я думаю, что там нет опять поддержки по удобрениям, ее нет. Ни один регион не будет сам вносить удобрения за свои деньги, их просто нет.

Что касается, Владимир Владимирович, нам, во‑первых, сегодня всем, и мне, и коллегам, нам нужна ясность федерального Правительства по импорту, мы должны знать, что будет страна покупать. Почему? Потому что 100 тысяч тонн мяса птицы производило Ставрополье и скатились до 1,5 тысяч тонн, разграбили, в связи с поставками «ножек Буша». 100 тысяч и 1,5 тысячи – это же нонсенс. Все разрушили и так далее. То есть сегодня надо знать. А по птице и по мясу действительно можно сегодня России и регионам справиться, и мы пойдем.

Теперь что касается овцеводства. Вот мы сегодня в регионе, в Калмыкии. Я думаю, что, Владимир Владимирович, есть федеральные законы, которые надо принимать в отношении отдельных регионов, где трудовая занятость: Дагестан, Калмыкия, Чечня, Ингушетия, Ставропольский край. То есть сохранить вот в этом регионе овцеводство почему? Кадры чабанов, наработанные институты, опыт, племхозяйств и так далее. Пять-шесть регионов поддержать узким законом, не всю Россию, а овцеводство мы маркой региона Российской Федерации восстановим и будет и шерсть, будет овца, и самое экологически чистое мясо – баранина – в Российской Федерации.

Теперь что касается 131-го Закона и основной беды, с которой мы столкнулись. Основная беда – это, конечно же, земельный кадастр, межевание. Но это суммы, сегодня кинешься, 70–100 миллионов рублей. Денег в бюджете не заложено. Каждая территория – Россия. То есть надо сейчас подумать. Я не знаю, Минэкономики и Минфин, раз страна вся вступает в 131-й Закон, надо принять одно мудрое решение. Если мы сейчас не примем его, это решение, как мы потом войдем все с 1 января в 131-й Закон. То есть на Кадастр земельный, надо выявить сегодня паритет, больше поработать по оценке сегодня земли, потому что это деньги муниципалитетов, сразу они пойдут, они вернуться в федеральный бюджет, и Россия и регионы получат отдачу. Но найти надо деньги, потому что в регионах этих денег сегодня в таких суммах нет.

И заканчивая, Владимир Владимирович, я хотел бы, чтобы был одинаково наведен порядок с фермерами. Понимаете, сегодня, Алексей Васильевич, он ничего, может, сделать в этом вопросе не может. Почему? Потому что приняты законы и так далее. Но государство отчитывается по одной статистике, по одним месяцам и датам, фермеры отчитываются один раз, после Нового года. Работаешь год и не знаешь, что же фермер сегодня натворил, сколько он собрал урожай, через какие весы он привез. То есть сегодня идет активный обман государства, уход от налогов. Государство недополучает огромные суммы денег, которые можно было бы сегодня, потому что в два раза практически, в полтора раза меньше у фермера урожай и так далее. Надо навести этот порядок. Нужна просто одинаковая отчетность, для всех она должна быть, мы все должны работать в одинаковых условиях.

И заканчивая, Владимир Владимирович, я хотел бы Вас попросить как Президента. Получился парадокс, я Вас поддерживаю в том, что нельзя списывать, нельзя прощать, но получился парадокс. Губернатором я пришел работать в 1996 году. Но с 1993 года, с 94-го года плачу деньги, проценты и так далее за товарный кредит, 600 миллиардов рублей для края, который до края не дошел. 600 миллиардов рублей! То есть деньги в Москве…

Реплика:

А.Черногоров: Тогда, они тогда были, сейчас миллионы, а тогда были миллиарды. 600 миллиардов тогда был взят, по тем деньгам, это те времена, миллиарды, сейчас 600 миллионов. То есть никаких документов нет, но Минфин выставил сегодня краю, и край девять лет платит и мы половину только, половину, Владимир Владимирович, 500 миллиардов каминводский кредит выплатил весь, девять лет плачу, и 600 миллиардов товарный, 350 миллионов еще должен платить, но эти 350 млн. рублей, если бы они работали сейчас на дело, край бы гораздо больших достижений по многим направлениям достиг, но так же нельзя обманывать регионы. Черномырдин Виктор Степанович для своей Оренбургской области списал всё.

Реплика: Ничего не списал, зачем говорить? Ни рубля не списал.

А.Черногоров: Я благодарю за то, что мне дали выступить. Скажу так, что мы через неделю, как и Кубань, я думаю, что Дон, Ставрополье, Калмыкия, Кубань и весь Южный Федеральный округ, Владимир Владимирович, вступят в жатву 2005 года. И как Алексей Васильевич заверил, как он от нас требует, поддержим Министра сельского хозяйства и Вас, как Президента, должны собрать в этом году урожай на уровне прошлого года или больше. Спасибо.

В.Путин: Я уже сказал, что по поводу финансового оздоровления надо посмотреть. Там если есть какие‑то несуразицы, можно взглянуть на это, но принцип я изложил и так понимаю, что все с этим согласны.

Теперь, что касается своевременной закупки государством зерна. Абсолютно с этим согласен. Считаю, что в прошлые годы мы своевременно этого не сделали и в целом сельское хозяйство и экономика, в общем, проиграли от этого. Хочу вас проинформировать, Алексей Васильевич сейчас мне сказал, у него уже есть деньги – 6 миллиардов выделили. Планирует он это сделать через любимый всеми вами «Россельхозбанк». Делать нужно своевременно и оперативно, он знает, слышит, видит, хочу, чтобы и вы тоже знали, слышали, и видели, и активно начали с этим работать, активно. Деньги есть, банк существует, все функционирует — делайте, не тяните лямку.

Теперь по поводу ясного представления и объективной информации о деятельности фермерских хозяйств и о других хозяйствах в сфере сельхозпроизводства. Я полностью согласен с Александром Леонидовичем, мы должны знать, что происходит в этом секторе экономики, и поддерживаю ваше предложение. Формулирую его следующим образом: в следующем году проведем полную сельскохозяйственную перепись.

Егор Семенович, прошу вас.

Е.Строев: Спасибо, Владимир Владимирович. Мне понравилось, что наконец мы добрались в сельском хозяйстве до рынка. Говорили все как сеять, как пахать с меньшими затратами, как откармливать скот. Наконец мы пришли к механизму рыночных отношений в аграрном комплексе. Доклад Алексея Васильевича [Миллер] полностью посвящен этой теме, и ваша реплика: «Оправданы только те меры, которые касаются рыночных взаимоотношений». Если мы начнем стратегически решать этот вопрос, мы подберемся тогда ко всем остальным темам. Меня, единственное, беспокоит: до каких пор будет существовать сумятица в умах и министров, и губернаторов, и всех людей, когда никак не определятся, какой же рыночный механизм надо избрать. А до тех пор, пока будет существовать это противоречие, мы будем вот так же просить без конца слово у Вас на тему: как выжить в условиях рынка? Поэтому считаю, что это первое начало, и Вы его поддержите, чтобы этот механизм был выработан.

Теперь вопрос земли. Пусть меня коллеги простят. Но я хочу сказать, как тогда, когда мы принимали закон, так и сегодня, когда вы выступаете, многие эту тему глубоко не знаете. Только из‑за этого возникает вопрос: а что делать с землей? Да ничего с землей не делать. Я с ужасом боюсь, Владимир Владимирович, что через год-два хорошей земли в России уже не будет. Ее сегодня инвесторы забирают буквально с каждой минутой. Это и в Липецке, и в Белгороде. Другое дело, что они мудрые, они мудрее крестьян, они берут ее в аренду. Они уже сообразили, не хотят покупать, на 49 лет, этого достаточно, не надо платить деньги неизвестно куда, они покупают новейшую технику, новейшие технологии, и не надо нам рассказывать, как пахать и сеять. Они набирают специалистов, берут грамотных профессоров и решают стратегические задачи.

Так вот сумятица эта существует от одного: нет людей, которые знают эту тему и каждый день ею занимаются. Вот чтобы решить у себя проблемы, мы сходу создали оператора по работе с землей. А поставили во главе этой службы вот тот фонд английский, который работал у нас, вы о нем слышал. Он 10 лет работал в Англии и потом сейчас работает, там 50 молодых специалистов в возрасте 24–25 лет. И сегодня 50 процентов земли уже прошли оборот, уже начался вторичный оборот, и у меня никакой проблемы нет, что завтра случится с ним. У меня проблема, чтобы мы не прогадали на этом обороте и не оставили крестьян без земли.

Я поддерживаю Геннадия Васильевича Кулика, что нужно дополнение. Почему? Регистрация особенно нотариальная не решена абсолютно, и мы вносили предложения, как это сделать. Ипотека не решена, потому что кредит не взять, любая земля везде закладывается, ее надо доработать во что бы то ни стало. Но единственное прошу всех понять, в новых предложениях есть вот так желание ускорить до такой степени, что 20 процентов пайщиков собираются, решают за всех остальных крестьян и землю забирают. Завтра человек, у которого забрали землю и отдали, обратится в Конституционный Суд и скажет: «Почему мою собственность отобрали?» Мы же половину земли включили в оборот и вторичный оборот, ни одного суда не было, ни одних противоречий не было. Но если надо, мы даже сегодня ассоциацию общественную создали в России, и просим Алексея Васильевича вступить туда, как и я, как Савченко, членом этого совета. Мы доведем до конца и дополнение этого закона, вопрос будет решен в России. Но землю возьмут, а что делать дальше? А дальше они выглядывают, смотрят, будет механизм рыночный, который позволит работать эффективно или не будет? Как бы мы не уходили от этого вопроса, если на Западе в 60 раз больше крестьян поддерживают, чем в России, никуда мы не денемся, даже если сверхбогатый человек придет, он все равно будет конкурировать с Западом. Да, у нас условия лучше, да, мы действительно зерно можем произвести и другую продукцию подешевле, но это пока, а потом рынок нас выровняет всех. При этом, что меня беспокоит? Посмотрите, рынок зерна попал в руки перекупщикам, а не производителям. И сегодня мы правильно говорим: «Давайте мы запустим все‑таки интервенцию сначала или с конца», но весь мир этот механизм принимает.

Дальше, рынок молока. Они объединились: одни переработчики и дистрибьюторы, тоже без производителей.

Дальше, рынок мяса птицы, тот, который быстро сегодня наращивает объемы производства. За три года, Алексей Васильевич, на 50 процентов увеличили, тоже опять попал в руки «ножек Буша», перекупщиков, но не наших производителей, которые сели у нас. Я уже не говорю о красном мясе, о подсолнечниках, о сахарной свекле, о белорусах и украинцах. 250 тысяч тонн белорусы производят сахара, а на 750 тысяч тонн мощности построили, хотят бросить сегодня к нам в Россию. Если мы механизмы рыночных взаимоотношений не создадим, если мы будем вот так рассматривать отдельно вопросы, мы вперед не пойдем.

Социальная жизнь села – это особый вопрос. Это даже не жизнь крестьян, это освоение территорий. Если крестьянин уйдет с территории, территорию займут китайцы, займут турки, займут кто угодно. Это социальный особый политический аспект, это даже не села касается.

И последний вопрос. Владимир Владимирович, я считаю, все, что мы сегодня говорили, тема рынка сегодня стояла у нас, в прошлый раз другие темы, технического перевооружения стояли, социальные. Давайте мы так сделаем, чтобы обязательно все наши решения заканчивались законом. Грамотных людей много, пожеланий – еще больше. А вот Геннадий Васильевич присутствует, депутаты есть и Правительство, давайте мы примем законы, а законы дисциплинируют работу потом каждого человека в отдельности, от этого мы только выиграем.

И в итоге я бы вообще просил: сельское хозяйство настолько сложная отрасль, и всегда, кто там работает, этого человека и ругают и проклинают, там, по выражению как‑то Хрущева, «слон и тот грыжу нажил» на этой отрасли. Поэтому я бы очень хотел, чтобы поддержали Алексея Васильевича, образованного, грамотного. Если так честно сказать, он единственный за последние несколько десятилетий министр, который не жалея живота своего защищает отрасль на любых перекрестках. Хорошо, что Вы лично его поддерживаете, часто ездите. Давайте мы поддержим его, дадим ему полномочия хотя бы заместителя Председателя Правительства. Без этого дальше мы все равно не двинемся. Сложный механизм, рыночный механизм без такой поддержки мы никогда не отработаем.

А что касается темпов роста объемов производства, конечно, за четыре-пять лет мы никуда не рванемся. Но ставить задачу удвоить ВВП к 2010 году мы обязаны, мы будем, это уж не такие тяжелые проблемы, если придут инвестиции, если придут инвесторы. Они приходят сегодня и довольно серьезные, если только для них условия создадим. Благодарю за внимание.

В.Путин: Спасибо. Спасибо вам большое за совместную работу сегодня. Я хочу отметить, что – и сегодня коллеги говорили об этом в ходе обсуждения – все предыдущие наши встречи (а мы действительно регулярно обсуждаем проблемы сельского хозяйства на самом высоком уровне, и в таком составе, и Правительство постоянно к этому обращается), несмотря на имеющиеся проблемы, все‑таки результат дают.

По сути, на таких встречах мы определяем ключевые моменты. Где‑то сложно, где‑то менее сложно, но все‑таки мы продвигаемся вперед в решении этих вопросов. Все механизмы, которые в последнее время заработали и заработали неплохо – мы с вами предварительно обсуждали здесь, потом Правительство их дорабатывало, либо выносило на наше обсуждение – во всяком случае, этот механизм функционирует. И уверен, что наша сегодняшняя встреча будет реализована в ближайшем будущем в таком же ключе.

Какие предлагаются решения по обсуждавшимся сегодня вопросам? Все это, как мы договаривались с вами раньше, будет оформлено соответствующими поручениями, и они будут заключаться в следующем: я назову только некоторые из них, исходя из того, о чем мы сегодня говорили.

Первое, мы продолжим работу по финансовому оздоровлению сельскохозяйственного производства с учетом того, что я говорил: с учетом понимания философии этого оздоровления – не прощать все и всем, а исходить из реалий, из сегодняшнего состояния сельского хозяйства, из реальных потребностей отрасли, конкретных товаропроизводителей. Мы продолжим эту работу, аккуратно, но, тем не менее, продолжим.

Затем, в целях совершенствования таможенно-тарифной политики и деятельности в этой сфере, как я уже и сказал, в межведомственную комиссию по защитным мерам во внешней торговле и таможенно-тарифной политике мы введем представителей сельского хозяйства на уровне заместителя председателя этой комиссии.

Мы подумаем над разработкой предложений по нормативно-правовому регулированию, обеспечивающему доступ производителей сельхозпродукции и продовольствия в сетевые системы мелкооптовой и розничной торговли. Нам здесь, конечно, нужны какие‑то механизмы, которые были бы каким‑то фильтром на пути к монополизму. Формально они существуют, но они плохо работают. По сути, в крупных населенных пунктах это монопольные торговые сети, пробраться в которые достаточно сложно. Они осуществляют эти закупки по импорту, и попасть в эти сети нашим производителям достаточно сложно.

Затем по субсидированию процентных ставок по кредитам. Мы продолжим эту практику, посмотрим, что можно сделать по увеличению этого субсидирования на короткое время, на год, но в то же самое время обязательно будем думать – и такое поручение будет сформулировано Правительству – о субсидировании долгоиграющих кредитов. И не на пять, а как минимум на семь-восемь лет.

Е.Строев: Особенно по животноводству.

В.Путин: Да, а для того чтобы животноводство у нас развивалось соответствующим образом, мы должны, конечно, подумать над целой системой мер.

Я хочу обратить ваше внимание на то, о чем мы уже говорили. Тридцать с лишним процентов всех видов мяса мы сегодня закупаем по импорту. И мы в значительной степени зависим от конъюнктуры на внешних рынках. Там цены были подняты на сорок процентов в прошлом году – и у нас цены поднялись. Значит, для того, чтобы уйти от этой зависимости, нам, естественно, в какой‑то степени нужно будет ограничивать ввоз на нашу таможенную территорию этой продукции. Но мы с вами должны понимать: неаккуратные действия в этом приведут к дополнительному повышению цен внутри страны. Здесь нужно действовать очень аккуратно. Но я согласен здесь с коллегами, которые говорят о том, что производитель должен знать стратегию развития отрасли. Это абсолютно верно. Он должен знать действия Правительства на ближайшие годы. Это, может быть и не всегда приятно для кого‑то, но в целом, для страны, на перспективу, это, конечно, правильно. Мы должны понимать: если мы хотим, чтобы у нас внутри развивалось то или иное производство, мы должны создать условия для его развития. Это касается, конечно, и племенной продукции, и техники, когда мы говорим о долгосрочных кредитах.

Отдельная тема – газификация. Как вы знаете, вчера состоялось решение о приобретении государством контрольного пакета в «Газпроме». За эту сделку они получат семь с лишним миллиардов долларов. Мы договорились, что как минимум миллиард компания выделит на дополнительную газификацию, и это будет серьезным шагом по газификации станы в целом. Правительству будет дано поручение вместе с компанией «Газпром» подумать о том, что в этом плане должно быть сделано в приоритетном порядке.

Мы должны, безусловно, решить проблему, связанную с развитием законодательства о залоге. Здесь я абсолютно согласен: мы без этого не сможем реализовать ранее принятые решения. Мы должны будем решать страховые механизмы, и, безусловно, это очень большой резерв развития сельхозпроизводства в целом. Будем заниматься укреплением и сельхозбанка, и лизинга. Полагаю, что средства на эти цели, конечно, вполне могут быть увеличены и, повторю еще раз, это абсолютно не инфляционные шаги с точки зрения решения проблем макроэкономики.

Ну и, наконец, последнее и, наверное, наиболее важное. Коллеги говорили о том, что производитель должен понимать, что делает государство, что государство намерено делать и что оно будет делать в этой сфере. Я согласен с этой постановкой вопроса. Единственное, чего бы я хотел, чтобы мы с вами, а здесь собрались руководители самого высокого в стране уровня – региональные руководители, что бы нам ни казалось странным и неприемлемым или даже вредным, мы не должны говорить, что это повергает нас в уныние. Руководители такого ранга как вы, уважаемые коллеги, должны внушать оптимизм. У нас нет оснований для уныния. У нас есть проблемы, есть ошибки, но если мы их видим – это должно побуждать нас к активным действиям, а уныние ведет к бездеятельности и бездействию. У нас, повторяю, причин для уныния нет, но у нас есть основания для того, чтобы нам более точно сформулировать те задачи, которые стоят в экономике в целом и в сельском хозяйстве в частности. И в этой связи, конечно, согласен с теми из присутствующих здесь сегодня, кто говорит о необходимости внесения в Государственную Думу и принятия в этом году закона о сельском хозяйстве. Только я очень прошу, Геннадий Алексеевич [Кулик], без экстремизма. Мы понимаем важность сельскохозяйственного производства, именно поэтому мы регулярно собираемся, регулярно обсуждаем проблемы, ставим и решаем некоторые из них, достаточно последовательно, но мы не должны забывать, что кроме сельского хозяйства у нас есть машиностроение, и энергетика, и транспорт, другие отрасли. Этот закон должен быть сбалансированным и отражать интересы экономики в целом.

Но согласен со всеми, кто говорил о том, что такой закон нужен стране, нужен селу. Осенью Правительство обязательно его внесет. Буду просить Государственную Думу, чтобы до конца года этот закон был вычищен, и мобилизован как хорошо работающий инструмент, и принят.

Спасибо вам большое.