Документ /

На санкт-петербургском заводе «Герофарм» Владимир Путин провёл выездное совещание о мерах по повышению эффективности системы лекарственного обеспечения россиян.

Обсуждались проблемы доступности медикаментов для населения, механизмы контроля качества лекарственных средств, практика региональных закупок препаратов для льготных категорий граждан.

Перед началом мероприятия глава Российского государства ознакомился с оснащением завода «Герофарм», осмотрел лаборатории предприятия.

После совещания Владимир Путин заехал в одну из аптек города. Президент поинтересовался, есть ли в наличии жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты по доступным ценам.

* * *

Стенографический отчёт о совещании по вопросам повышения эффективности системы лекарственного обеспечения

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Мы с вами находимся на интересном предприятии. Сейчас коротко ознакомился с ним; надеюсь, вам тоже удалось это сделать. И меня очень порадовало, что те, кто организовал этот процесс и это предприятие, сделали это с нуля, причём на самом высоком уровне. Просто, честно говоря, впечатляет, что смогли и специалистов найти, сделать и первые шаги, и довести до промышленного производства, причём самого высокого уровня, класса. Заняли серьёзное положение на рынке и сейчас думают о том, как дальше продвигать эту продукцию на внешнем рынке – уже двигают, планы хорошие и по расширению производства. Это касается не только инсулинов, это касается ещё и других препаратов, уникальных по сути, с высочайшим качеством и с хорошей экономической составляющей.

Мы здесь неслучайно: позавчера был Всемирный день борьбы с диабетом, поэтому я решил посмотреть, как у нас решаются эти задачи, и, честно говоря, было приятно увидеть всё, что мы здесь увидели.

Пуск этого нового производства, причём производства полного цикла, от субстанции до готовых лекарственных форм, – безусловно, это хорошее, особое событие, прежде всего для людей, которые страдают диабетом, а их в нашей стране около 4,5 миллиона – во всяком случае, так было в прошлом году.

Планируется, что завод будет производить инсулиновые препараты в объёмах, которые полностью обеспечат потребности нашей страны в таких лекарствах. Уже 30 процентов на рынке вы занимаете: 30 процентов – уже прилично.

Хотел бы вновь подчеркнуть: повышение качества и продолжительности жизни граждан – это одна из ключевых целей развития страны. Именно вокруг этих задач, вокруг человека всё должно крутиться, всё строиться, в том числе и наши национальные проекты и программы.

Со многими из недугов, даже самыми опасными, сейчас можно успешно бороться – прежде всего благодаря передовым медицинским технологиям и новым поколениям лекарственных средств. А наука, биотехнологии, действительно, очень быстро развиваются.

Помню, когда мы с Татьяной Алексеевной [Голиковой] начинали проект в Москве по центру детской онкогематологии, какие были показатели в стране по борьбе с этими опасными заболеваниями. Сколько выживаемость была на тот период?

В.Скворцова: Была до 15 процентов, а сейчас 90.

В.Путин: Представляете, какая разница! И это в целом по стране. Вот что такое современные технологии, какие результаты они дают, если действовать целенаправленно, прилагая к этому определённые усилия – не только финансовые (конечно, без денег никуда не денешься, но тем не менее не только финансовые), организационные, административные, – то всё получается.

Мы видим это и на примере российской фармацевтической промышленности. За последние шесть лет зарегистрировано почти три тысячи отечественных лекарственных препаратов, полностью отвечающих критериям качества и безопасности.

В июне этого года мы с членами Правительства рассматривали вопросы, связанные с повышением эффективности лекарственного обеспечения. Сегодня продолжим обсуждение с участием членов президиума Госсовета.

Это важно, так как именно субъекты Федерации несут основную нагрузку и ответственность по лекарственному обеспечению граждан. Но дело не в распределении полномочий, разумеется, дело совершенно не этом. Главное, чтобы люди – независимо от того, где они живут, – получали необходимую помощь.

В целом на лекарственное обеспечение в нашей стране ежегодно тратится более 380 миллиардов рублей бюджетных средств, и нам нужно чётко, ясно понимать, насколько рационально они используются и позволяют ли эти траты снять с людей бремя расходов на необходимые лекарственные препараты.

Остановлюсь подробнее на теме доступности именно льготных лекарственных препаратов. Сегодня при амбулаторном лечении их получают 19 процентов граждан страны. 19 процентов – это хорошая цифра, но что на практике мы имеем, с чем мы сталкиваемся: далеко не во всех регионах известно, какое число жителей имеют право на льготные лекарства, сколько пользуются льготой и по какой из государственных программ.

Что это означает в жизни – это означает, что если нет должного учёта, то бюджетные деньги утекают очень часто сквозь пальцы. И главное – не все льготники получают нужные им препараты.

Тревожный фактор – неравенство в финансировании льгот. Так, в 2017 году средние расходы на лекарства для одного льготника различались в регионах Российской Федерации более чем в семь раз. Я понимаю – на проценты, в два раза, но семь раз – это слишком много.

Отличаются и перечни препаратов, которые доступны льготным категориям граждан. Причём, сейчас не буду называть эти субъекты Федерации, в одной области 554 наименования включены в этот список, в другой – 317, а в третьей – только 180. Это тоже никуда не годится.

И причём обращаю внимание, я хоть и не называю эти субъекты Федерации, чтобы никого сейчас не задевать, мы ещё об этом поговорим, когда без прессы будем работать, а что это значит? Люди, граждане проживают в соседних регионах, я говорю о соседних регионах в центре страны, это значит, что общаются между собой: один получает лекарства, а другой – рядом – не получает. Почему? Людям же это не объяснить. Собственно, и объяснять не нужно – нужно просто обеспечить нормальную работу.

В результате льготники зачастую вынуждены оплачивать лекарства из своего кармана. То есть где-то это получают по льготным рецептам, а где-то просто платят. И возмущение таким положением дел абсолютно оправданно.

Получается, что существующая система льготного обеспечения лекарствами малопродуктивна, к сожалению, и не учитывает потребности конкретного человека.

Очевидно, что на местах нужно наводить порядок и с регистром льготных категорий граждан, и с перечнем препаратов для них.

На федеральном уровне мы несколько лет предметно занимались этими проблемами, и создана специальная информационно-аналитическая система мониторинга и контроля закупок лекарств для государственных нужд. Совсем недавно, несколько дней назад, мы на встрече с Правительством как раз тоже об этом говорили, и Вероника Игоревна [Скворцова] рассказывала о том, как эта система запускается.

Она призвана обеспечить прежде всего прозрачность закупок за счёт бюджетных средств, но основная цель – не допускать завышения цен. С её внедрением появится возможность блокировать любые попытки завышения цены – значит, сохранить, рационально использовать бюджетные средства, направить их на повышение качества льготного обеспечения лекарствами наших людей и, что особенно важно, кардинально повысить их доступность, увеличить количество людей, пользующихся такими льготами.

При этом необходимо поднять на новый, более высокий уровень всю систему обеспечения лекарственными средствами. И, разумеется, жду от Правительства конкретных и чётких предложений и мер на этот счёт.

Ещё одна важная тема – это пресечение негативной практики, когда власти регионов, игнорируя принципы конкуренции, определяют единственных поставщиков лекарственных препаратов. Такими привилегированными исполнителями, как правило, становятся местные унитарные предприятия. Да и бог бы с ними, если бы они корректно работали, но это, как правило, не так, уважаемые коллеги. Эти предприятия ориентируются прежде всего на собственную выгоду и, к сожалению, очень часто злоупотребляют своим монопольным положением на рынке: цены завышают просто. А других поставщиков нет, потому что назначаются единственные.

Это приводит к завышению цены, а значит, к уменьшению количества лекарств и количества людей, которые их получают, к неэффективным расходам приводит, в конечном итоге, бюджетных средств, и люди страдают от этого. Мы уже принимали решения по этим вопросам. Хотел бы услышать, что здесь сделано – причём не на словах, а по существу, на деле.

Мною обозначен лишь ряд направлений, которые требуют обсуждения. В повестке нашего совещания есть и другие темы, такие как обеспечение лекарствами больных редкими, так называемыми орфанными заболеваниями. Со следующего года федеральный бюджет берёт на себя обеспечение лекарствами по пяти таким заболеваниям. Ежегодно на эти цели будет выделяться по 10 миллиардов рублей. Однако проблемы здесь тоже остаются, и их немало.

Напомню также, что к 2024 году во всех регионах должна заработать система электронных рецептов. Проанализируем, что сделано и по этому направлению.

Давайте начнём работать.

Слово Станиславу Сергеевичу Воскресенскому. Пожалуйста.

С.Воскресенский: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги!

Вашим майским указом поставлена амбициозная задача в области демографии и здравоохранения. Важным звеном выполнения поставленных задач является система организации лекарственного обеспечения.

Для жителей нашего региона, я думаю, как и для жителей всей страны, очень важно решение проблем в сфере здравоохранения и с лекарствами. В Ивановской области, кстати говоря, мы намерены не только повысить качество и доступность услуг, мы вообще рассматриваем здравоохранение как перспективную индустрию экономики региона. Потенциал у нас есть – это и наличие в регионе сильного медицинского вуза, и квалифицированные кадры.

В своём выступлении затрону три блока вопросов, которые волнуют сейчас регионы.

Первое, и Вы об этом говорили в своём выступлении, – это обеспечение льготных категорий граждан.

Законодательством России предусмотрено, что финансовое обеспечение прав граждан на льготное лекарственное обеспечение может проводиться за счёт средств федерального и регионального бюджетов. При этом перечень лекарственных препаратов, утверждённый для обеспечения федеральных льготников, включает 357 наименований лекарств, в то время как у региональных льготников право на обеспечение распространяется как минимум на весь перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (сейчас это 699 наименований).

За последние семь лет норматив финансовых затрат на обеспечение граждан лекарственными препаратами за счёт средств федерального бюджета вырос почти на 40 процентов. В то же время у федеральных льготников есть право отказаться от получения лекарства в пользу денежной компенсации и далее обратиться за бесплатным лекарственным обеспечением за счёт региональных бюджетов. 80 процентов федеральных льготников так и поступают. Мы понимаем, что граждане используют это право не от хорошей жизни и воспринимают денежную компенсацию как прибавку к доходам, однако это существенно увеличивает нагрузку на региональные бюджеты.

Расчёты показывают, что до 50 процентов расходов бюджетов субъектов Российской Федерации, предусмотренных на льготные лекарства, приходится на таких федеральных льготников. С учётом того, что бюджетные возможности у регионов разные, Вы об этом сказали, подушевые расходы действительно от региона к региону различаются более чем в семь раз. Получается, что реализация прав граждан на обеспечение лекарствами ставится в зависимость от финансовых возможностей региональных бюджетов.

Мы понимаем, что проблема системная и решать её надо поэтапно. И в перспективе, по-хорошему, как и намечалось когда-то в Стратегии по лекарственному обеспечению до 2025 года, необходимо переходить на современные механизмы финансирования системы обеспечения лекарствами. Но ряд решений, которые позволят навести порядок, можно принять уже сейчас, причём эти решения не требуют денег – это решения, о чём Вы говорили в своём выступлении, требующие повышения эффективности работы.

Во-первых, сделать единый регистр федеральных и региональных льготников в субъектах Российской Федерации. Во-вторых, предусмотреть в законодательстве обеспечение федеральных льготников по всему перечню жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Эти решения позволят оптимизировать финансовое планирование на уровне региона и за счёт этого повысить эффективность обеспечения граждан лекарствами.

Важным решением последнего десятилетия стало формирование федеральной программы обеспечения дорогостоящими лекарствами, так называемой программы семи высокозатратных нозологий. Более 180 тысяч пациентов с такими тяжёлыми заболеваниями, как злокачественное заболевание крови, гемофилия, получили реальную возможность лечиться инновационными дорогостоящими препаратами.

С момента создания программы появились новые инновационные лекарства, которые предназначены для борьбы с этими болезнями. Зачастую специалисты федеральных центров назначают пациентам именно эти препараты, а в перечень программы не всегда эти препараты включены. Поэтому мы считаем правильным расширять и обновлять по мере возможности перечень лекарственных препаратов для обеспечения пациентов в рамках программы «Семь высокозатратных нозологий».

Все регионы, конечно же, Владимир Владимирович, с благодарностью восприняли решение по орфанникам. С 1 января 2019 года погружаются пять заболеваний, и, конечно, это разгрузит частично региональные бюджеты, а значит, мы эти деньги направим на приобретение других лекарств. Однако, например, в Ивановской области из 114 граждан с орфанным заболеванием только три человека перемещаются в эту программу с 1 января. В отношении остальных лиц из числа орфанников обязанность обеспечения остаётся на субъектах Российской Федерации. Поэтому просим продолжить постепенную передачу лекарственного обеспечения лиц, страдающих орфанными заболеваниями, на федеральный уровень.

Теперь второй блок вопросов – это доступность лекарств по рецептам.

К Вам на «Прямой линии», Владимир Владимирович, граждане постоянно с этим обращаются: что их элементарно не обеспечивают лекарствами по рецептам, и часто, как выяснилось, проблемой являются недостатки в управлении логистикой лекарственных препаратов.

Проблема: информационные системы регионов в большинстве случаев – хотя многие коллеги, мы сейчас обсуждали, уже настроили свои информационные системы (но далеко не все) – сегодня не сопоставляют объём выписанных рецептов и объём выданных льготных лекарств.

Эту проблему предлагаем решать за счёт полной автоматизации процедур сопровождения рецепта, от момента его выписки до получения лекарства пациентом. Для этого необходимо обеспечить развитие регионального сегмента Единой государственной информационной системы здравоохранения. Такая система должна замыкаться на регистр пациентов, единую базу нормативно-справочной информации, в том числе с последующим полномасштабным переходом на систему электронных рецептов.

И третье – закупки. Сегодня зачастую процедура закупок длительная, и на практике, чтобы закупить один препарат, порой уходит до шести месяцев. Некоторые регионы, действительно, создают, чтобы сократить эти сроки, специальные уполномоченные компании. С точки зрения ФАС такие подходы вызывают вопросы.

Мы просим ФАС внимательно проанализировать эту практику с учётом реальной практики длительности процедур и первостепенной задачи по своевременному обеспечению граждан лекарствами.

Кроме того, мы поддерживаем в соответствии с ранее данным Вашим поручением поэтапный переход к использованию референтных цен при закупках взаимозаменяемых лекарств. Надеемся, что это обеспечит определённую экономию средств и сократит сроки обеспечения граждан лекарствами. Спасибо за внимание.

В.Путин: Пожалуйста, Вероника Игоревна.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Позвольте коротко остановиться на основных результатах реализации первых этапов Стратегии развития лекарственного обеспечения населения до 2025 года, утверждённой в 2013 году, и затем остановиться на вопросах, которые сейчас поднял Станислав Сергеевич.

Хотелось бы отметить, что прежде всего первый этап реализации Стратегии лекарственного обеспечения создал нормативно-правовую базу, позволившую модернизировать процесс обращения лекарственных препаратов в соответствии с лучшими международными практиками. Регулирование затронуло в первую очередь процедуры вывода лекарств на рынок, контроля их качества, предупреждение обращения фальсифицированной и контрафактной продукции, а также ценовую и ассортиментную политику.

Принятые меры позволили установить один из самых коротких в международной практике сроков экспертизы лекарственных препаратов – 110 рабочих дней, или около пяти месяцев, – без ущерба качеству её проведения (для сравнения: аналогичный срок в Евросоюзе составляет семь месяцев, в США – 10 месяцев, в Японии – полтора года); предоставить возможность проведения ускоренной регистрации (не более 60 рабочих дней) для детских и орфанных препаратов, а также для первых трёх воспроизведённых препаратов.

Более чем в пять раз сокращено число отказов в государственной регистрации лекарственных препаратов при сохранении гарантии их качества, эффективности и безопасности, что значительно ускорило вывод лекарственных препаратов в обращение. И как уже, Владимир Владимирович, Вы отметили, за последние шесть лет почти три тысячи новых лекарственных препаратов вышло на российский рынок.

Другой важнейшей задачей являлось гарантирование качества как производимых в России, так и ввозимых из-за рубежа лекарств. После сорокалетнего перерыва Минздрав совместно с экспертным сообществом разработал и ввёл в действие Государственную фармакопею Российской Федерации – основу стандартизации качества, гармонизированную с международными требованиями.

На этой неделе, 13 ноября, Государственной Думой принят во втором чтении законопроект, предусматривающий современную и экономически рентабельную, в том числе для дешёвых лекарств, систему ввода лекарств в оборот на основании документов производителя по контролю качества и разрешения уполномоченного лица производителя.

В соответствии с рекомендациями ВОЗ лишь для вакцин иммунобиологических препаратов сохраняется необходимый посерийный государственный контроль качества, проводимый Росздравнадзором.

Во всех федеральных округах Росздравнадзором организованы современные лабораторные комплексы международного уровня, осуществляющие испытание качества лекарственных средств всеми известными фармакопейными методами, любой степени сложности, в том числе с помощью передвижных экспресс-лабораторий с применением неразрушающих спектральных методов. В результате только за три последних года количество недоброкачественных лекарств снизилось практически в 2,5 раза.

Российская Федерация явилась 12-й страной, которая ратифицировала международную конвенцию «Медикрим» по борьбе с распространением фальсифицированной продукции и сходными преступлениями.

Следует отметить, что наиболее эффективным механизмом борьбы с некачественной, контрафактной продукцией является внедрение системы мониторинга движения лекарственных препаратов на основе их маркировки, которая должна полностью охватить все лекарства, поступающие в обращение на российский рынок, с 2020 года.

Основным инструментом повышения ассортиментной и ценовой доступности лекарственных препаратов является перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов, который обновляется ежегодно, а с этого года Правительству переданы полномочия, по решению Правительства также, обновлять перечень.

За последние четыре года перечень расширен на 156 международных непатентованных наименований. Всего в него входит 734 наименования, включая вакцины, или более семи тысяч торговых наименований, которые составляют уже сейчас более 28 процентов от всего российского рынка лекарств.

На все жизненно важные препараты регистрируются предельные отпускные цены от производителей, что позволило нам в периоды финансово-экономических колебаний (2015–2017 годы) сохранить стабильными цены на основные лекарства.

Вчера на заседании Правительства Российской Федерации одобрен новый законопроект об обязательной перерегистрации цен на жизненно важные препараты в обозначенных случаях в сторону снижения и запрете оборота неперерегистрированных лекарственных препаратов с неперерегистрированными ценами.

При этом все вновь включённые в перечень препараты являются оригинальными или референтными. Более 70 из них – противоопухолевые: это препараты, которые за четыре года появились вновь в перечне, причём 44 – это инновационные таргетные препараты. На треть обновился перечень препаратов для лечения семи высокозатратных нозологий.

Важно отметить, что более 81 процента перечня занимают отечественные препараты, а из них почти 87 процентов производится по полному циклу, что позволяет гарантировать надёжность и своевременность лекарственного обеспечения. На 2019 год рекомендованы к включению в перечень жизненно важных препаратов дополнительно 38 международных непатентованных наименований.

Как уже было отмечено во вступительном слове, общий объём гарантированного лекарственного обеспечения в 2017 году превысил 380 миллиардов рублей и включил более 1,2 миллиарда упаковок лекарств, это 28 процентов объёма рынка лекарств. При этом за один год закупки лекарственных препаратов выросли для медицинских организаций за счёт средств ОМС на 17 процентов, а для федеральных льготных категорий граждан – на 7 процентов.

В 2019 году федеральные расходы на лекарственное обеспечение ещё увеличатся. Будут централизованы закупки на пять наиболее затратных орфанных заболеваний, о чём уже говорилось, что позволит уменьшить затраты субъектов Российской Федерации на десять миллиардов. Кроме того, расширится охват ВИЧ-инфицированных антиретровирусной терапией, и разовьётся национальный календарь прививок.

Особые слова благодарности хотела бы выразить за дополнительное выделение в систему ОМС 70 миллиардов рублей на противоопухолевые химиотерапевтические препараты в рамках федерального проекта по борьбе с онкологическими заболеваниями, что позволит существенно повысить качество и эффективность лечения.

Как уже было отмечено, рост объёма финансирования требует особого контроля эффективности расходования государственных средств. Я позволю себе не останавливаться подробно на введённой в промышленную эксплуатацию информационно-аналитической системе мониторинга и контроля за государственными закупками лекарственных препаратов, которая была создана совместно с государственной корпорацией «Ростех». Хотела бы только отметить, что уже с января следующего года информационно-аналитическая система начнёт поэтапно рассчитывать в автоматизированном режиме референтные цены на взаимозаменяемые препараты, что позволит дополнительно снизить цены контрактов и улучшить обеспечение наших граждан лекарствами.

В соответствии с программой государственных гарантий при лечении в условиях стационаров, дневных стационаров и по «скорой помощи» любой гражданин страны имеет право на бесплатное обеспечение лекарственными препаратами из перечня жизненно важных препаратов и, по решению медицинской комиссии, вне этого перечня. В настоящее время к этой части лекарственного обеспечения практически вопросов нет.

В то же время в амбулаторных условиях государство обеспечивает лекарствами бесплатно или частично компенсирует расходы отдельным льготным категориям граждан 19 процентам населения. И этот сегмент амбулаторного обеспечения в основном вызывает вопросы у населения и у субъектов Российской Федерации.

Значимость амбулаторного лекарственного обеспечения очевидна, поскольку это все медикаментозные мероприятия по профилактике первичной и вторичной, это обеспечение преемственности медицинской помощи между стационаром и амбулаторным звеном, это снижает нагрузку стационара и в целом улучшает здоровье населения и увеличивает продолжительность жизни.

В нашей стране сформировались две группы льготополучателей. С 1994 года на основе Постановления Правительства № 890 лекарства получают региональные льготополучатели. В настоящее время их 12,3 миллиона человек, это отдельные категории граждан и пациенты, страдающие определёнными социально значимыми заболеваниями. Обязательства региона по лекарственному обеспечению включены в Территориальную программу государственных гарантий и базируются на перечне жизненно важных препаратов.

С 2005 года в рамках социальной помощи на основе Федерального закона № 178 бесплатные лекарства получают и федеральные льготные категории граждан. Причём для этого используется определённый в законе отдельный перечень, входящий в перечень жизненно важных препаратов, регулярно обновляющийся.

Как уже было сказано, монетизация федеральных льгот привела к нарушению солидарного принципа в системе федерального льготного лекарственного обеспечения и выведению 80 процентов финансовых средств из лекарственного обращения. Таким образом, из 15,6 миллиона граждан, имеющих право на получение федеральных льгот, 12,4 миллиона отказались от набора социальных услуг в пользу денежной выплаты.

Таким образом, сегодня лишь 3,2 миллиона федеральных льготников получают бесплатные лекарства. Это вызвало дополнительную нагрузку на региональные бюджеты и усилило региональное неравенство в лекарственном обеспечении региональных льготников, о чём уже сегодня говорили.

Безусловно, для решения этого вопроса необходим единый регистр льготополучателей, соединивший и федеральный, и все региональные сегменты.

Хотелось бы также отметить, что большинство регионов при составлении и утверждении территориальных программ государственных гарантий искажают перечень жизненно важных препаратов как по объёму, так и по составу. Есть регионы, превышающие количество международных непатентованных наименований, которые есть в перечне, добавляя препараты и даже БАДы по своему усмотрению.

Притом что с 2015 года Минздрав проверяет перечни по каждому региону и даёт свои рекомендации, по всей видимости, для решения вопроса необходимо законодательное закрепление необходимости использования и для федеральных, и для региональных льготников единого перечня жизненно важных препаратов с исключением лишь препаратов, используемых только в стационарном звене.

Таким образом, нам необходимо в ближайшее время внести в законодательство два изменения, касающиеся и единого регистра льготополучателей, и единого перечня жизненно важных препаратов для их обеспечения. И здесь мы полностью поддерживаем предложения, которые прозвучали в докладе Станислава Сергеевича, и просим данное поручение отразить в протоколе сегодняшнего нашего совещания.

Качество регионального амбулаторного льготного обеспечения снижается и из-за проблем организационного характера, о чём тоже было сказано, недостатков в логистике и управлении товарными запасами. Мы одновременно видим два процесса в регионах: формирование дефицита одних лекарств и просроченных остатков других. Как правило, это сопряжено с несовершенством региональных информационных систем, которые не обеспечивают взаимодействие всех участников процесса: разрознены медицинские, аптечные организации и покупатели.

Минздравом разработаны единые требования к региональным информационным системам, в том числе управления льготным лекарственным обеспечением. Их внедрение позволит всем регионам перейти на единый формат обмена информацией, визуализировать распределение закупленных препаратов в медицинской и аптечной сети на складах, перейти на электронные рецепты и персонализировать доведение необходимого лекарства до каждого пациента.

Эта работа будет завершена до конца 2020 года, и параллельно с этим будет происходить подключение региональных информационных систем к Единой информационной государственной системе в сфере здравоохранения.

Мы несколько дней назад говорили о том, что будет происходить интеграция всех региональных сегментов в информационно-аналитическую систему по государственным закупкам, и это позволит каждому региону самостоятельно мониторировать и планирование, и реализацию закупок, а также находить точки возможной экономии и роста обеспечения населения лекарствами.

Хотелось бы отметить, что кроме тех мер, которые можно в ближайшее время уже реализовать, существует и продолжает реализовываться Стратегия до 2025 года.

Как показывает международный опыт, во всём мире эталонной моделью амбулаторного лекарственного обеспечения является система дифференцированной индивидуальной компенсации затрат на приобретение лекарств. Все страны переходят от системы централизованного льготного обеспечения к более персонифицированной, подходящей под требования конкретного человека, системе.

Этот переход обычно занимает несколько лет и требует обязательной реализации комплекса мер, среди которых основными являются: создание единого регистра льготополучателей; создание единого перечня жизненно важных лекарств для льготного обеспечения; развитие региональных информационных систем надлежащего качества и интеграция с единой государственной информационной системой в сфере здравоохранения; внедрение референтных цен на взаимозаменяемые препараты; переход на электронные рецепты и разработка механизмов и детальные расчёты финансового обеспечения системы.

Как уже было сказано, все эти меры в настоящее время реализуются в нашей стране по утверждённым планам в рамках Стратегии лекарственного обеспечения до 2025 года. Мы прикладываем все усилия для ускоренного завершения всех необходимых преобразований в течение ближайших двух-трёх лет, что позволит существенно повысить доступность лекарств в амбулаторном сегменте и улучшит качество медицинской помощи и здоровье населения.

Спасибо большое.

В.Путин: Пожалуйста, коллеги. У кого есть какие-то замечания, соображения, какие-то предложения по организации работы?

М.Решетников: Владимир Владимирович, можно заострить внимание на трёх ключевых моментах, они прозвучали, но всё-таки чуть-чуть заострить?

Первая, наверное, ключевая проблема – это совпадение перечня льготников федеральных и региональных, когда у нас один и тот же человек может быть и федеральным, и региональным льготником, но при этом объём гарантий различается.

Вторая проблема – это то, что здоровые забирают деньги, остаются больные, отсюда у нас расходы из года в год всё увеличиваются и увеличиваются.

И третий момент. Люди часто остаются недовольны, потому что те таблетки, те лекарства, которые мы закупаем по 44-му Федеральному закону, – как правило, это самые простые лекарства, потому что самые недорогие, у нас требования такие. И у людей зачастую нет возможности взять и доплатить (многие готовы) за иные препараты, в том числе импортные.

Возможные решения этих вопросов для обсуждения.

Первый момент – постараться разграничить федеральный и региональный перечни льготников и синхронизировать объём обязательств перед ними, чтобы этот перечень МНН так называемый, перечень лекарств, который есть, был как-то синхронизирован.

Второй момент: если мы приняли решение уйти от страхового принципа, то есть дали возможность людям взять деньги – дойти уже до конца и сказать, что давайте будем обеспечивать лекарствами в натуральном выражении, то есть в натуральном объёме. И конечно, те, кто сейчас берут деньги, понятно, уже привыкли это делать, и неправильно, наверное, их ограничивать, но в то же время можно вспомнить, что деньги-то давались под закупку лекарств всё-таки, и попросить людей как-то целевым образом эти деньги расходовать, целевой характер придать.

В.Путин: Решение принималось у нас в 2005 году.

М.Решетников: Да.

И, наверное, последний момент. Может быть ещё такой вариант: дать людям возможность выбора, то есть либо он берёт в натуральном виде лекарство, либо, собственно говоря, он идёт и приобретает лекарство какого-то иного уровня, но государство ему компенсирует ту самую референтную цену, которая заранее объявлена и заранее понятна. Это как раз будет, может быть, механизм такой персонификации – если человек хочет получить что-то лучшее, то он получает возможность такого выбора.

Мне кажется, вокруг этого если [систему] построить, то мы и постоянный рост расходов ограничим. Мы ничего не сэкономим, мы понимаем, потому что перечень растёт, качество растёт, поэтому задачи сэкономить тут нет, но удовлетворённость людей за счёт этого можно было бы повысить. И понятно, что, наверное, любые изменения здесь надо через «пилоты» реализовывать. Думаю, что многие регионы готовы попытаться, при обсуждении с общественностью, конечно, пойти в эти «пилоты».

В.Путин: Хорошо, Максим Геннадьевич. Спасибо.

Пожалуйста, коллеги, кто ещё хотел?

Прошу вас, Юрий Александрович.

Ю.Жулев: Жулев Юрий Александрович, сопредседатель Всероссийского союза пациентов.

В первую очередь, уважаемый Владимир Владимирович, хочу поблагодарить за возможность высказаться от имени пациентского сообщества в столь высоком собрании, потому что надеюсь, что наше мнение, конечно, как потребителей данной системы лекарственных препаратов крайне важно.

Первое. В этом году исполнилось десять лет уже программе высокозатратных заболеваний, я говорю о федеральной программе централизованных закупок. И хочу сказать, что, первое, мы благодарим Вас за принятое решение, принципиальное решение о расширении этой программы дополнительными орфанными заболеваниями. Об этом долгие годы говорили и профессиональные, и пациентские сообщества.

Следующий момент. Я покривлю очень сильно душой, если не выражу низкий поклон от имени семей пациентов (родителей и самих пациентов), потому что до начала этой программы эти люди были обречены на глубочайшую инвалидность – в лучшем случае, в худшем – это ранняя смерть.

Мы мониторируем сейчас качество жизни этих пациентов, и мы видим, что дети ходят в школу (раньше они были на инвалидной коляске), могут обучаться. У нас стареет регистр, это значит, что уменьшается смертность этих пациентов.

Эти слова благодарности носят у меня несколько эмоциональный и личный характер, потому что я страдаю одним из заболеваний, которое включено в этот перечень: я страдаю тяжелой формой гемофилии и на собственной жизни могу сравнить, что было до того и что сейчас.

Безусловно, Вы сказали о дополнительном финансировании в связи с расширением этой программы. Конечно же, без этого невозможно. И просим Вас взять на особый контроль: следующий год для нас, пациентов, волнительный, потому что будет вхождение новых заболеваний, и самое важное – не обрушить всю программу. Речь идёт о финансовой стабильности этой программы. Поэтому ещё раз низкий поклон.

Следующий момент. Я скажу о системной проблеме, о которой Вы уже высказались. Что происходит? Льгота значительной части льготников на лекарственное обеспечение увязана со статусом «инвалид». То есть мы говорим о том, что сначала человек должен получить инвалидность, то есть мы его должны довести до состояния инвалидности, потом он получает право на льготное лекарственное обеспечение. Ему, возможно, станет легче, мы надеемся, после чего медико-социальная экспертиза снимает с него этот статус «инвалид» и он теряет право на льготное лекарство.

Я говорю о том, что, конечно же, в идеале у нас льготное лекарственное обеспечение должно быть привязано к самому заболеванию. Это позволит нам на раннем этапе ухватить эту ситуацию, это позволит сохранить, самое главное, трудоспособность этого гражданина, и он сможет продолжать свою трудовую деятельность и быть социально активным членом общества.

Поэтому нас очень радует то, что Вы сказали в своём вступительном слове о новых формах льготного лекарственного обеспечения: это, возможно, и возмещение, другие формы. Но на что я хочу обратить внимание: это наша жёсткая позиция – возмещение, но не пациенту, не гражданину, а возмещение внутри. Пациент не должен ходить с чеками между чиновниками и просить компенсировать за лекарство. Мы говорим о возмещении – пусть это аптечная сеть, дистрибьюторская сеть (я сейчас не обсуждаю детали). Во-первых, мы полностью поддерживаем позицию, что сфера льготного лекарственного обеспечения – это не та сфера, где возможна монетизация. Пациент, гражданин должен получать лекарства, безусловно. И когда мы говорим о возмещении, чтобы мы не сделали вторую ошибку, мы не говорим о возмещении в денежном каком-то эквиваленте самому пациенту.

Следующий момент. Что сейчас происходит с человеком: он или продолжает ходить и требовать статус «инвалид», или он ложится в больницу. Вероника Игоревна уже об этом сказала, что у нас тренд другой – люди должны быть в амбулаторном звене, они должны продолжать работать. Поэтому эта ситуация, когда вынуждены пациента в регионах класть в больницу и уже по системе обязательного медицинского страхования его обеспечивать лекарствами только ради лекарств – это идёт полностью вразрез с современным подходом к оказанию медицинской помощи.

Следующий момент, о котором я хотел сказать, – это 44-й Федеральный закон. Вы должны знать отношение пациентов к нему, оно крайне негативное, потому что мы постоянно слышим ссылки в регионах: «Извините, закупочная процедура минимум полтора месяца». И даже если, не дай бог, аукцион сорвался, нужно делать всё по новой. А пациент не может ждать.

В виде примера по этому закону. Существует процедура закупки вне конкурсных процедур, порядок внеконкурсных процедур. Так, лимит по этому закону на лекарственные препараты всего лишь 200 тысяч рублей. Для сравнения: в области культуры – я лично ничего не имею против культуры, но в этом же законе лимит по культуре – 400 тысяч рублей. При всём уважении к культуре, мы же говорим с вами о здоровье, о жизни человека, мне кажется, это бесценная категория. Поэтому, мне кажется, 44-й ФЗ – закон о регулировании государственных закупок – требует некоего совершенствования в сфере лекарств. Лекарство – это одно, гвозди и цемент – это несколько другое.

И наконец, я хочу сказать, что мы находимся на великолепном заводе. Благодарю Минпромторг, я присутствовал при подписании инвестконтракта, когда только зарождался этот завод. Я хочу Вас проинформировать о нашей очень активной деятельности с Минпромторгом по взаимодействию с российскими производителями. Это очень важный нюанс, потому что российский производитель (у нас есть такое понятие «пациентоориентированность») – он должен повернуться к потребителю лекарственных препаратов и к врачам, профессиональному сообществу.

Что я имею в виду? Это широкие программы информирования об эффективности и безопасности российских препаратов. И пациент, и врач должны быть проинформированы о том, какие клинические исследования прошли, как препарат показал свою эффективность и безопасность. Именно таким взаимодействием и программами, которые мы осуществляем с Минпромторгом, мы ломаем барьеры определённого предубеждения населения против отечественных лекарственных препаратов. Это предубеждение можно ломать только такими информационными программами.

(Обращаясь к В.Скворцовой.) Я начал с программы высокозатратных нозологий. В заключение хочу высказать, Вероника Игоревна, благодарность Министерству здравоохранения, потому что пациенты, которые в этой программе, – а ведь Министерство осуществляет централизованные закупки, – они уверены в своём будущем. Это очень важно. Мы знаем, что, когда наступает первое января, в аптеке мы найдём лекарство по этой программе. Это очень дорогого стоит.

Извините за небольшую эмоциональность моего выступления и ещё раз благодарю. Спасибо за внимание.

В.Путин: Благодарю Вас.

Пожалуйста.

А.Цыденов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Можно вначале поблагодарить Вас за то внимание, которое Вы здравоохранению уделяете? Просто в Республике Бурятия мы в этом году во исполнение Ваших поручений совместно с Правительством открыли хирургический корпус детской клинической больницы. Нам «Ростех» построил современнейший перинатальный центр – у нас экскурсии туда были, в этот центр.

В.Путин: Пусть рожать лучше девушки приезжают. На экскурсию в Эрмитаж надо сходить.

А.Цыденов: У нас очень высокая рождаемость, [суммарный коэффициент] выше двух.

У нас по Вашему поручению Правительство в трёхлетке предусмотрело три миллиарда на строительство онкоцентра.

То есть идём такими шагами, что сами себе завидуем.

По текущей теме. Предлагается поддержать предложение Минздрава утвердить единый перечень лекарств. У нас в нем 359 наименований. Вы говорите, он разный везде. Во-первых, это упорядочит бюджетное планирование и в расчётах с Минфином России – куда затраты обоснованы, не обоснованы. А второе – это консолидированный заказ для промышленности, когда все знают, какая потребность по каким лекарствам по стране, это уже планирование для промышленности по видам лекарств и по годовым объёмам.

И ещё. Сейчас в рамках цифровой экономики все субъекты делают свои программы в сфере здравоохранения – электронные рецепты, электронная карта. Предложение – чтобы Минздрав утвердил минимальный набор обязательных требований к этим программам, чтобы рецепты и лекарства, которые выписываются льготникам, стыковались с перечнем федеральных льготников, которые через Пенсионный фонд получили деньги, отказавшись от лекарственного обеспечения. Тогда мы будем видеть, какие люди, грубо говоря, дважды получили услугу – тут он деньгами получил, а потом пришел и ещё получил бесплатное лекарство по региональной льготе. Тогда мы хотя бы поймём количество задвоений и что с этим дальше делать. Такое предложение.

В.Путин: Спасибо.

Владимир Абдуалиевич, пожалуйста.

В.Васильев: Большое спасибо, Владимир Владимирович.

Уважаемые коллеги, очень интересно, мне кажется, идёт работа, очень хорошие результаты.

Владимир Владимирович, Вы, будучи в марте этого года в Дагестане, мне на встрече с ветеранами поставили задачу убрать из чиновничества тех, кто использует служебное положение в личных целях и сокращает средства, выделяемые из бюджета для рядовых дагестанцев. Эта работа проводится. Хочу здесь просто отметить большую роль правоохранительных органов, прокуратуры, присутствующих здесь министерств.

Наряду с тем, что было сказано, 540 тысяч у нас сегодня в регистре; потребность – это миллиард 280 миллионов.

В.Путин: 576.

В.Васильев: 540 тысяч в регистре.

В.Путин: Количество льготников?

В.Васильев: Да.

В.Путин: Я смотрю по количеству лекарственных препаратов: согласно вашему перечню – 576.

В.Васильев: Я про льготников.

Мы в 2017 году имели средства, которые позволяли только на 11,7 процента выполнять наши обязательства. В 2018 году – спасибо федеральному центру – в три раза были увеличены средства, и мы уже более 50 процентов смогли обеспечить.

Но, как Вы отмечали, наряду с этим проводилась работа по наведению порядка. Большое спасибо ФАС, правоохранительным органам, Минздраву, другим министерствам. Мы провели работу совместно: следствие, наше антимонопольное ведомство, наши министерства региональные и федеральные. В результате был установлен картельный сговор по медицинским препаратам на достаточно значительную сумму – 7,8 миллиарда рублей за три года.

Эта работа позволила нам уже сейчас получить хороший эффект. Мы, в частности, на 46,9 миллиона [рублей] больше закупили лекарств, потому что привели в порядок конкурсные процедуры, у нас на одну пятую, на 20 процентов, увеличилось количество участников. Что нас радует, там крупные производители, близкие к тому, где мы находимся, чего раньше не было. В результате мы сэкономили и получили больше средств.

Работа продолжается, и я бы хотел подчеркнуть, что на этот год у нас уже есть возможность ещё больше увеличить [финансирование] (и в региональном бюджете сейчас, надеюсь, утвердим эту цифру) в результате экономии и по другим направлениям, в том числе и по дорожным торгам, а там было 18 миллиардов установлено нецелевое использование за три года. Это большой ресурс, который вводится в работу, в частности, по лекарственным препаратам.

То, что Вы сказали, очень важно. Потому что мы только с 1 января следующего года сможем войти в ту самую систему, о которой говорили здесь коллеги, и кто-то уже, наверное, ей пользуется в полном объёме, которая предусматривает маркировку каждого лекарства и отслеживание его движения от производителя к потребителю, к больному. Эта форма, как мне представляется, исключит и соблазн, и те условия, которые раньше позволяли в том числе возникать таким условиям, в которых люди вставали на путь преступной деятельности и наносили огромный ущерб людям, которые нуждаются в первую очередь в медицинской помощи со стороны государства.

По инвалидности сегодня говорили. У нас параллельно проводится работа по установлению обоснованности инвалидности, большая работа проводится [в рамках] медико-социальной экспертизы. Большое спасибо опять же тем коллегам, которые к нам направлены и помогают, из других регионов. Мы, по сути, около 300 тысяч инвалидов сейчас переосвидетельствуем. И причём, как говорили сегодня, выявляются факты, когда получившему инвалидность по диабету по истории болезни инсулин не выписывался. То есть очевидно, так сказать, противоречие.

И то, что говорили о системном анализе, – как раз это бы всё исключало, если бы это у нас было. Поэтому мы просто сейчас находимся в таком положении, когда пожинаем горькие плоды, которые очень болезненны для людей, и восприятие тоже – настолько всё запущено. И это ещё одно подтверждение, что только так можно решить эту задачу. Поэтому те предложения, которые здесь прозвучали, я поддерживаю, как и то предложение, чтобы, если есть возможность, смотреть пилотными проектами. Россия большая, разная, это будет полезно.

В.Путин: Пожалуйста, Игорь Владимирович.

И.Васильев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я, безусловно, поддержу предложение, которое сделала Вероника Игоревна, о гармонизации, скажем так, как списка льготников, так и списка жизненно важных лекарственных препаратов. Это просто необходимо!

И конечно, информационные системы – это единственный способ, который позволяет сделать эту ситуацию абсолютно прозрачной, понятной.

Мы сейчас уже подошли к тому, что у нас выписка лекарств происходит исключительно в электронной форме – как в стационарных учреждениях, так и на приёме в амбулаториях.

Но хотел бы несколько слов сказать о другом: поскольку мы сегодня на промышленном предприятии, которое занимается производством лекарственных форм инсулиновой группы, хотел бы сформулировать предложения по развитию отечественного производства вакцин.

Поскольку Кировская область традиционно являлась одним из крупнейших поставщиков на рынок ещё в советский период, у нас огромный научный потенциал накоплен. На территории региона в этом году создан и официально зарегистрирован уже промышленный кластер, в который входят 17 предприятий. Ведутся разработки вакцин, в том числе таких, которые защищают население от особо опасных инфекций (это 48-й Институт Минобороны), сибирской язвы.

Но хотел бы сказать вот о чём: появление новых вакцин занимает существенно больше трёх лет, и необходимо обеспечивать заблаговременное планирование, проводить большую научно-исследовательскую работу, осуществлять инвестиции в объекты капитального строительства.

Сдерживать развитие импортозамещения в этой сфере может дефицит собственных ресурсов у разработчиков иммунобиологических лекарственных препаратов. Для скорейшего обеспечения населения отечественными вакцинами я считал бы важным обеспечить взаимодействие научного потенциала в стране и ведущих производственных предприятий. Уже сегодня необходимо, мне кажется, «подбирать» промышленные предприятия и дозагружать их.

Пример хотел бы привести. У нас в области существует предприятие «Нанолек», которое осуществляет разработку и производство лекарственных препаратов, в том числе и вакцин. С 2017 года производит и поставляет инактивированную полиомиелитную вакцину. Предприятие имеет сегодня свободные производственные мощности, которые соответствуют всем отечественным и зарубежным стандартам GMP. И одним из вариантов, как мне кажется, могла бы стать реализация стратегического партнёрства между, например, ФГБНУ имени Чумакова, которое имеет инновационные разработки, но недостаток средств на внедрение и развитие промышленного производства, и индустриальным партнёром, которым могла бы стать, скажем, компания «Нанолек». Существенно сократятся расходы на капстроительство, на оснащение оборудованием, и в кратчайшие сроки обеспечится производство, и население страны будет обеспечиваться, в том числе и по ценовой существенно важной истории, отечественными вакцинами.

Вместе с тем для развития такого рода производства нужно долгосрочное бюджетное планирование и уверенность производителя, разработчика в том, что лекарства будут закупаться на срок не менее пяти лет. И здесь для нас как для небольших субъектов, конечно, важно было бы предусмотреть в рамках 44-го закона, Владимир Владимирович, возможность заключения совместных долгосрочных госконтрактов одновременно несколькими субъектами Российской Федерации с производителями лекарственных препаратов, которые предусматривали бы встречные инвестиционные обязательства, обязательства поставщика, производителя по созданию [производства] на территории одного из субъектов, который заключит совместный контракт.

Такое предложение, поскольку без этого никак не обойтись. А срок действительно длинный, и он выходит за рамки даже трёхлетнего бюджетного планирования. Просили бы такой вопрос рассмотреть.

В.Путин: Спасибо большое.

Антон Андреевич, пожалуйста.

А.Алиханов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Хотел бы коротко рассказать о том, что у нас в регионе произошло. Мы за три года удвоили практически объём средств регионального бюджета, которые мы направляем на лекарственное обеспечение. Если в 2016 году это было 352 миллиона рублей, то в следующем году уже запланировано больше 700 миллионов. Сейчас во втором чтении в областной Думе у нас рассматривается. В части диабета, например, для детей, у которых помпы инсулиновые, мы предусмотрели дополнительно 30 миллионов рублей на расходники к этому оборудованию.

Если можно, в защиту 44-го закона выскажусь. В этом году мы ввели информационную систему, теперь мы знаем поименно, кому какие лекарства нужны, у кого какие заболевания. Это увеличение средств и точное планирование нам стало доступно именно благодаря информационной системе. Уже сейчас 400 миллионов из этих семисот [миллионов] по следующему году – у нас уже часть законтрактованы, часть в конкурсных процедурах. То есть мы за счёт информационной системы 44-й закон легко можем выполнить. Хотя, конечно, наверное, нужно поднять «потолок» этих минимальных торгов оперативных, потому что всё бывает.

Мы бы хотели поддержать инициативу Правительства, Министерства здравоохранения в части электронных рецептов и компенсации аптекам – то, о чём господин Жулев говорил: напрямую с аптечными пунктами расплачиваться, чтобы не заставлять, действительно, пациентов ходить кругами, предъявляя чеки на лекарственные препараты.

И хотел поддержать то, о чём сказал Игорь Владимирович [Васильев]. Офсетные так называемые сделки, которые подразумевают обязательства инвесторов вложить какие-то деньги в новые производства в обмен на встречные обязательства со стороны тех же регионов, – мне кажется, это очень правильное предложение. И такие элементы уже есть в том же 44-м Федеральном законе, но практика их применения пока ограничена крупными субъектами, как Москва, например, где есть большие рынки, скажем так, которые можно в этом смысле использовать. Поэтому предложения относительно кооперации и совместных торгов в регионах для реализации офсетных соглашений с инвесторами, на наш взгляд, крайне перспективные, и нам кажется, что в этом направлении нужно сконцентрировать сейчас совместные усилия Правительства и регионов.

В.Путин: Спасибо большое.

Прошу, Пётр Петрович.

П.Родионов: Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

У меня очень короткий комментарий, если позволите.

Начну, наверное, с конца. По поводу офсетных контрактов. Сейчас такая, действительно, практика есть в Москве. И наш взгляд как производителя – что, конечно, это колоссальный, это суперинструмент привлечения инвестиций. Но хотелось бы, чтобы это был федеральный инструмент, потому что он должен учитывать промышленную политику Российской Федерации, не конкретного региона, а регионы между собой могут конкурировать за привлечение такого производителя на свою территорию. И та практика, которая сложилась, как раз и свидетельствует о том, что это должен быть федеральный инструмент. Потому что между собой регионы могут не договориться, им может не хватить силы нескольких регионов. Например, поднять такое производство вакцин: если это будет на федеральном уровне, они могут точно так же расположиться в Кировской области, но при этом будут обеспечивать всю Российскую Федерацию.

Я бы хотел сказать несколько слов тоже в защиту 44-го Федерального закона, потому что та практика, которая сложилась, показывает, что это абсолютно прозрачная процедура. Вопрос только в планировании и, наверное, ответственности производителей, в случае если они нарушают. Пусть лучше Росздравнадзор повысит ответственность нас, производителей, если у нас некачественные партии или какой-то сбой произошёл. Потому что именно такая ответственность позволит постепенно потребителям быть уверенными в том, что они получат лекарство гарантированно качественное, оно точно будет оказывать тот эффект, который ожидает потребитель. То есть повышение ответственности производителей.

И короткий комментарий, раз уж два дня назад был День сахарного диабета. Мы обсуждали на круглом столе, чего не хватает, и практически все диабетики говорят: да, инсулинами их снабжают, вопрос снабжения инсулином не стоит, но не хватает денег на расходники, не хватает денег на тест-полоски. То есть тест-полоски не закупаются в достаточном количестве, не выделяются деньги на закупку расходников к помпам. И это действительно проблема, которая остаётся в сахарном диабете, и она пока не решена.

Спасибо большое.

В.Путин: Пожалуйста, Татьяна Алексеевна.

Т.Голикова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Здесь прозвучало много предложений, которые касаются совершенствования лекарственного обеспечения, но я бы всё-таки хотела привлечь внимание к теме перечней лекарственных препаратов, которые действуют на территориях субъектов.

Сегодня в перечне жизненно важных и необходимых лекарственных препаратов 734 препарата. К сожалению, в значительном количестве субъектов их существенно меньше, а в некоторых субъектах – больше за счёт того, что эти перечни расширены на препараты, не включённые в ЖВНЛП. Соответственно, цены на них не регулируются и за счёт средств бюджетов регионов оплачиваются препараты коммерческого сегмента. Эту ситуацию категорически надо пресекать, и те предложения, которые мы сейчас формулируем, – они в том числе с этим связаны.

Мы считаем и уверены в этом абсолютно, что во всех субъектах Российской Федерации в амбулаторном сегменте должны действовать одинаковые перечни – те [лекарства], которые утверждены на федеральном уровне как жизненно важные и необходимые, на которые цены регулируются, с тем чтобы не превышать те пределы, которые есть.

Это имеет существенное значение и с точки зрения показателей смертности. Мы проводили анализ. Я не буду называть субъект Российской Федерации, но при проведении операции стентирования, которая стоит 192 тысячи рублей, человек выходит из лечебного учреждения и не может получить препараты из списка в регионе, потому что их там просто нет. Это препараты от тромбозов. И, соответственно, возникает ситуация, при которой человек становится на грань выживания, и те манипуляции медицинские, которые были применены, а именно стентирование, – они становятся нельзя сказать «ненужными», но неэффективными, потому что они не приводят к выздоровлению.

Второй момент, на который бы я хотела обратить внимание, – это то, о чём говорил Юрий Александрович [Жулев]: очень аккуратно нужно обращаться с термином «возмещение», потому что возмещение не может быть человеку, это прямая монетизация льготного лекарственного обеспечения. И если мы собираемся выстраивать современную инфраструктуру лекарственного обеспечения, то она должна быть максимально комфортной для нашего гражданина. Гражданин, если у него есть право, должен этим правом воспользоваться ровно так, как выписано в законе.

И хочу сказать, что то, что озвучила Вероника Игоревна в конце своего выступления, а именно изменение подходов к лекарственному обеспечению, важно в том смысле, что этот период времени (2–3 года), о котором она говорила, мы должны использовать на изменение законодательства и выстраивание новой современной инфраструктуры, в основе которой в том числе лежат электронные рецепты, о которых говорил Антон Андреевич [Алиханов] и другие коллеги. Потому что очень важно, чтобы было выстроено взаимодействие в режиме онлайн между лечебным учреждением, которое выписывает рецепт, и аптекой. Если этого взаимодействия нет, мы не выстроим никакое лекарственное обеспечение и качественного обслуживания мы не получим.

Средства расходуются существенные. Вы сказали в начале: более 380 миллиардов рублей из бюджетов всех уровней. На самом деле эта цифра каждый год растёт и имеет тенденцию к росту, потому что пытаются решить эту задачу. Поэтому, мне кажется, в 2019 году наши усилия как раз нужно направить на выстраивание инфраструктуры и создание единых подходов на всей территории Российской Федерации к системе лекарственного обеспечения.

В.Путин: Спасибо большое.

Вероника Игоревна, в завершение.

В.Скворцова: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

На самом деле всё, что говорили представители регионов, абсолютно гармонизировано с общими нашими представлениями. И конечно, я хотела бы поблагодарить Татьяну Алексеевну [Голикову] за очень большую помощь в разработке столь важной проблемы.

Перед нами стоит большая задача, многочастная, основанная на современной цифровизации, основанная на гуманном индивидуализированном подходе к каждому человеку, и мы просто хотим Вам сказать, Владимир Владимирович, что мы постараемся очень качественно с этой задачей справиться. И не тянуть до 2025 года, а постараться сделать это существенно быстрее, в полсрока. Будем следить, чтобы это всё было так, как надо.

В.Путин: Хорошо, спасибо большое.

Д.Мантуров: Я очень коротко.

Владимир Владимирович. Третий пункт, прошу сделать корректировку в части того, что прописано: «…проработать по анализу выявленных случаев нарушения … лекарственных препаратов производителей». Просто так звучит, что это только российских. Прошу добавить «зарубежных и отечественных».

В.Путин: Здесь написано «производителей». Какая нам разница каких?

Д.Мантуров: Просто звучит именно так, что только российских.

В.Путин: Я понимаю, что Вы как министр защищаете своих производителей, но я здесь никакой сегрегации не вижу. Корректно написано, Денис Валентинович. Мы будем иметь в виду, что речь идёт о всех производителях.

Коллеги, мы с вами сегодня занимаемся очень важным делом, это касается миллионов наших людей, причём тех, которые нуждаются в помощи и поддержке государства.

В этом и заключается одно из важнейших направлений нашей работы: помочь людям решать проблемы, вставать на ноги, восстанавливать своё здоровье, становиться полноценными во всех отношениях людьми, жить полной жизнью и чувствовать себя здоровыми, качество их жизни изменить. Это одна из важнейших задач любого государства, а нашего – тем более, я с этого начал сегодня.

Мы ставим перед собой задачи решать массу проблем, но одна из главнейших – это здоровье нации. Если этого не будет, не будет ничего другого. Ничего не будет: ни экономики, ни образования – ничего не будет. Поэтому чрезвычайно важная вещь.

Я сейчас скажу ещё о перечне поручений, которые подготовлены по результатам нашей работы. Хочу поблагодарить Станислава Сергеевича [Воскресенского], всех коллег, которые эту тему подняли, которые занимались и сделали свои предложения, поблагодарить коллег из Правительства, которые помогали этот перечень поручений составлять.

Что хочу сказать: конечно, он не является исчерпывающим и, наверное, не решит всех проблем, но нам нужно некоторые вещи в тестовом режиме посмотреть, надо посмотреть, как будут работать принимаемые нами решения в ближайшем будущем и скорректировать что-то.

Но на что бы хотел обратить внимание? Так или иначе здесь уже это звучало: в регионах тратят немалые деньги. Я уже сказал, в целом мы тратим сотни миллиардов, 300 с лишним миллиардов тратим.

А.Белоусов: 390 миллиардов почти.

В.Путин: 390 миллиардов почти. Есть перечень лекарственных препаратов, утверждённый Правительством. Их там 700 [наименований], да?

Т.Голикова: 734.

В.Путин: 734. Во Владимирской области – 703, в Курской – 875, в Новгородской, Псковской – свыше 700, в Калмыкии, кстати, в Кемеровской области – 700, 700 с небольшим, Саха (Якутия) – 716, а в других – несопоставимо меньше. Это первое.

Второе. Татьяна Алексеевна мне справочку дала: в некоторых регионах (она сейчас об этом тоже сказала), не буду их сейчас перечислять, 41 процент, 33 процента, 28 процентов бюджетных денег идёт на лекарственные препараты из коммерческого сегмента. Я обращаю на это ваше внимание, и не только ваше – тех, кто присутствует, – но и наших коллег в регионах вообще.

Что происходит с остатками на складах? Вот справка по одному из регионов (сейчас не будем говорить): на миллионы рублей, на десятки миллионов лежат нереализованные препараты. Почему? Конечно, можно сказать, что плохой учёт, закупили не то, что нужно. Но вы знаете, у меня всегда возникают на этот счёт подозрения: закупают не то, что нужно, а то, что выгоднее тем, кто занимается коммерцией, и тем, кто связан в администрациях с этими предпринимателями. Закупают, не думая, будут продаваться потом эти препараты или не будут. Закупили, на склад положили – что ж, плохо учли, что-то не досмотрели. Вот и всё.

В перечне поручений есть такой пункт: «контроль и перераспределение неиспользуемых остатков». Вы знаете, это и перераспределение будет не очень-то эффективно работать, если это закупается абы как, с кондачка. Поэтому на это нужно, безусловно, обратить внимание.

В этой связи и отношение к 44-му закону. Конечно, я понимаю, здесь коллеги говорили об этом, он не совершенный, этот закон. Он и в области искусства так работает, и там свои были претензии к нему, и в этой связи видоизменения всякие вносились и вносятся. И здесь можно внести изменения, но мне бы очень не хотелось, чтобы кто-то прикрывался этим 44-м законом только для того, чтобы заниматься манипуляциями на рынке, о которых я только что сказал. А это, похоже, так иногда и происходит.

Нужно, безусловно, заниматься гармонизацией списка льготников и списка препаратов, но это на самом деле – тоже здесь коллеги подсказали – можно было делать и раньше. Никто не запрещал, никто не мешал. Наоборот, это прямая обязанность региональных команд. Раньше и можно, и нужно было это делать.

Конечно, эффективность, как я уже сказал в начале, от того, насколько мы грамотно всё это делаем, эффективность положительного влияния на здоровье граждан будет очень сильной. Я уже говорил о том, что произошло в области детской онкогематологии. Но здесь надо немножко поправиться. Например, по острым лейкозам выживало у нас до введения этого центра в рабочее состояние 10–20 процентов, сейчас – 80 процентов. Это пока ещё не 90. Но 80 процентов – это тоже разница. Представляете: было 10, стало 80!

То же самое касается – Алексей Самбуевич [Цыденов] сказал – перинатальных центров. Мы это знаем хорошо: детская смертность, материнская у нас просто на порядок понизились. На порядок! И с лекарственным обеспечением то же самое будет происходить, если мы грамотно организуем эту работу.

Перечень поручений составлен. Здесь и о долгосрочных контрактах говорится. Кстати, на пять лет довольно сложно будет [обеспечить закупки], потому что это очень большой разбег по прогнозированию, но на три года, наверное, можно и нужно. Хотя и здесь мы с вами тоже должны понимать, что потребность в лекарствах меняется, она меняется в зависимости от целого ряда обстоятельств, которые иногда нами и не контролируются. Потребность меняется, но должен сказать, что уровень доходности в фармацевтическом бизнесе такой, что эти естественные риски всегда окупаются и они не являются какими-то фатальными.

Нужно, конечно, формировать и вести единый реестр льготных категорий граждан, мы об этом с вами говорим. Будем заниматься сведением информации о заключённых контрактах на закупку лекарственных препаратов, планированием закупок, о чём я говорил, контролем и перераспределением неиспользуемых остатков с известными поправками, о которых я упоминал, мониторингом лекарственного обеспечения граждан, в том числе включённых в единый реестр льготных категорий, данными о внедрении электронных рецептов. Здесь же говорится о поэтапном переходе на референтные цены.

Что касается производителей, то, имея в виду замечания Дениса Валентиновича [Мантурова], никакой сегрегации в отношении отечественных производителей не будет.

Но, разумеется, – я сейчас закончу тем, с чего начал, – мы внесём эти изменения, скорректируем нашу работу на этом важнейшем направлении, посмотрим, как это функционирует на практике, проанализируем и, безусловно, вернемся к этому ещё раз. И вообще это всегда должно быть в центре нашего внимания.