Встреча Дмитрия Медведева с членами Экспертного совета при Правительстве

О текущей социально-экономической ситуации в России.

Вступительное слово Дмитрия Медведева

Доклад ректора Российской академии народного  хозяйства и государственной службы при  Президенте Российской Федерации Владимира Мау

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день! Мы с вами, по-моему, в первый раз за круглым столом встречаемся, обычно как-то по-другому всё это проходит. Я, помимо того что поздравляю вас с начавшимся весёлым високосным годом, хотел бы, естественно, обсудить текущую ситуацию.

В последние несколько дней, во всяком случае в последнюю неделю, первую рабочую неделю этого года, я проводил совещания с коллегами по Правительству, представителями Государственной Думы, Совета Федерации. Обсуждали сложившуюся экономическую ситуацию, формирование бюджета, необходимость оптимизации бюджета, возможности, которые у нас есть, события, которые происходят на мировых рынках, – прежде всего, конечно, имею в виду нефтяной рынок.

Мы готовим сейчас предложения, включая, по сути, продолжение того плана по поддержке экономики, который работал в прошлом году. Ещё некоторое время назад представлялось, что можно обойтись без специального плана и перевести работу Правительства в такой рутинный, стандартный вид, но с учётом того, как в последние три-четыре недели развиваются события, мы всё-таки договорились и с коллегами по Правительству, и с представителями парламента о том, что Правительство продолжит работу в рамках плана по поддержке экономики, или, как иногда его называли, «антикризисного плана», в который необходимо включить целый ряд мероприятий, ряд мероприятий продолжить, от некоторых мероприятий, которые мы в прошлом году себе планировали, отказаться.

Участники встречи

Список участников встречи с членами Экспертного совета при Правительстве, 20 января 2016 года

Поэтому я хотел бы с вами посоветоваться о том, как вы видите текущую ситуацию, что можно было бы сделать в настоящий момент, чего делать не следовало бы. Считаю, что это было бы очень полезно в плане того, что Правительство должно опираться не только на собственные представления о том, каким образом развивается мировая экономика, какие проблемы существуют в нашей экономике, но и на мнение экспертного сообщества, а здесь как раз представители Экспертного совета при Правительстве Российской Федерации.

Я предлагаю на этих вопросах и сконцентрироваться.

Кто начнёт? Владимир Александрович, вы хотите?

В.Мау: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, коллеги! Прежде всего в нынешней ситуации возникает задача формирования специального набора мер экономической политики. Но я сразу хотел бы оговориться, что в отличие от предыдущего года, как мне представляется, это должен быть не «антикризисный план», а план, я бы сказал, стабилизации ситуации и структурных реформ примерно на три года. Он не должен противоречить ОНДП (Основные направления деятельности Правительства до 2018 года), поскольку, на мой взгляд, это очень хороший документ. Он должен конкретизировать ОНДП с учётом той внешней ситуации, которая складывается в настоящее время и находится вне контроля российских властей.

Две задачи он должен решать: выход на траекторию устойчивого роста и противодействие снижению благосостояния граждан. Причём рост экономики обеспечит благосостояние, а благосостояние формирует спрос для обеспечения роста.

Главная проблема не в остановке спада или в нащупывании дна. Самая трудная, самая важная задача – как выйти из маргинальных темпов роста, которые Вы, Дмитрий Анатольевич, недавно назвали декадансными (минус полпроцента – плюс полпроцента – один процент), и обеспечить устойчивый рост. На мой взгляд, российская экономика после всей этой турбулентности может расти темпом, который я называю «выше Германии, ниже Китая», в силу особенностей потенциала российской экономики.

Д.Медведев: Нас бы это устроило.

В.Мау: Как она и росла до кризиса, в предыдущие годы. Есть объективные возможности этого.

В данном случае, конечно, при всей важности задач 2016 года в силу инерции экономических трендов мы понимаем, какие примерно параметры будут в 2016 году. Основная задача – это понимание ситуации на 2017–2018 годы. Нам нужно понять трёхлетнюю перспективу, в рамках которой можно и нужно осуществить набор структурных шагов, которые создадут новый потенциал экономического роста, той новой модели роста, о которой говорят все – правые, левые. При этом, мне кажется, предпосылки должны быть такими: мы не должны ждать отскока, не должны закладывать в модель существенный рост цен на нефть… Знаете, можно пошутить, что «Стратегия-2030» – это развитие страны при цене на нефть от 20 до 30 долларов за баррель. Скажем так, от 25 до 40 долларов нефть.

Далее надо выработать новое бюджетное правило, если цена на нефть будет расти. Можно по аналогии с Норвегией, которая выводит всю нефтяную ренту из бюджета и наиболее успешно адаптируется к колебаниям цен на нефть, можно и путём концентрации рентных доходов в фонде для инвестиций (в бюджете развития). Но это требует отдельного обсуждения.

Наконец, важнейшая задача – это диверсификация экспорта, поскольку устойчивый рост России предполагает, конечно, активную экспортную экспансию. Именно в этом состоит важнейший показатель эффективности импортозамещения.

Из структурных мер начну с адресности социальной поддержки. Это не только вопрос справедливости, но он имеет большое макроэкономическое значение. Адресная социальная помощь концентрирует средства у тех, кто прежде всего предъявляет спрос на отечественные товары.

Идёт обсуждение вопроса о пенсионном возрасте, но пенсионный возраст ведь важен не просто сам по себе и не только по фискальным соображениям. Пенсионный возраст важен с точки зрения возможности существенно усилить, повысить пенсии тем, кому это больше всего нужно, – старшим пенсионным возрастам. Ведь одна из проблем нашей пенсионной системы – это резкое ухудшение уровня благосостояния после выхода на пенсию. Более высокий пенсионный возраст с соответствующим повышением пенсий позволил бы предоставлять больше средств тем, кто в них более всего нуждается.  И, конечно, другие формы адресной поддержки, помощи тем, кому это важно.

Есть и другие меры, позволяющие активизировать спрос на отечественную продукцию.

Очень важен набор мер, связанных с предложением товаров и услуг, то есть со стимулированием и поддержкой бизнеса. Здесь, на стороне бизнеса, я бы обозначил прежде всего формирование, принятие понятного критерия поддержки отдельных секторов и предприятий. Мы видим, что сейчас их можно разделить грубо на три вида: те, которые выиграли от девальвации, где был развит экспорт и сейчас он расширяется; те, которые проиграли от девальвации, разбиваются на две группы – те, в которых производство достаточно эффективно и которые имеют экспортный потенциал, а также те, которые в принципе не могут предложить конкурентоспособную продукцию.

Заранее этого часто сказать нельзя, но мне представляется, что, формируя стратегии поддержки секторов (и в каких-то случаях – крупных предприятий), занимаясь импортозамещением, надо помогать прежде всего тем, кто способен производить конкурентную продукцию, в том числе на экспорт. Это очень важный критерий, по которому можно принимать решения о поддержке предприятий. Например, поддержка спроса на продукцию автопрома должна предоставляться при условии, что предприятия могут выходить на внешние рынки при всей сложности этого вопроса, потому что при нынешней девальвации это вполне реалистично.

Д.Медведев: Я хочу съездить, посмотреть, как дела на АвтоВАЗе, заодно поговорю там с автомобилистами, буквально послезавтра.

В.Мау: До кризиса, кстати, автомобилисты очень хотели девальвации… Руководители ВАЗ говорили: дайте нам более дешёвый рубль, мы будем экспортировать.

Д.Медведев: Они его получили.

В.Мау: Да, они его получили, они его хотели, и поэтому этот вопрос о способности экспортировать представляется очень важным.

Следующая группа мер – упрощение таможенного регулирования. Ряд шагов на прошлой неделе был принят, Вы о них говорили. Но в данном случае мы должны перейти к ситуации, когда таможенное оформление ограничивается предоставлением трёх документов в электронном виде и в одно окно. Шаги здесь понятны, набор действий тоже. Кроме того, здесь было бы важно отделить фискальную, налоговую функцию таможни от силовой, контрольной. Мы часто представляем таможенный сбор как человека с бердышом, стоящего на границе и собирающего деньги. Сейчас таможня уже другая. Мы уже в рамках ЕАЭС таможенные платежи платим через налоговые органы, и в этом смысле разведение пересечения границы и уплаты налогов сильно упростило бы ситуацию.

Д.Медведев: Те решения, которые были приняты на прошлой неделе по предложению Правительства, и Президент их поддержал – по передаче функции сбора налогов практически в одно место, то есть под Министерство финансов, соответственно, с передачей таможенной службы также под Минфин – это как раз шаги именно в этом направлении. Другое дело, что, конечно, сама силовая составляющая, о которой вы говорите, остаётся. Сомнений нет.

В.Мау: Она остаётся. Она и должна выполняться таможенными органами.

Д.Медведев: Она и должна выполняться таможенными органами. Но во всяком случае всё, что связано с фискальной функцией, должно происходить по одной модели, потому что у нас сколько органов, которые собирают различного рода платежи – и налоговые, и прочие, и у каждого своя система сбора, у каждого свои правила. Сейчас всё это нужно будет подравнять.

В.Мау: Отсюда вытекает следующий пункт. Мне представляется, гораздо агрессивнее, решительнее надо заняться реорганизацией контрольно-надзорных органов и процедур. Эту ситуацию надо упрощать быстрее, чем за год, это очень важно: сокращение числа контрольно-надзорных органов, проверок и всё, что с этим связано.

Мне представляется, что очень важной была бы ориентация органов власти, особенно региональных органов власти, на непосредственную, «штучную» работу с инвесторами. По большому счёту сейчас, на ближайшие три года важнейшим критерием эффективности региональных органов власти должна быть динамика частных инвестиций, способность привлекать инвесторов. Это часто «ручная» работа. Мы иногда ругаем ручное управление, но способность убедить инвестора, что он должен вкладывать деньги именно сюда, мне кажется, это важнейшая задача органов власти, и по динамике частных инвестиций можно...

Д.Медведев: Просто искусство, которому нужно учиться.

В.Мау: Да, да. Абсолютно. Как учебное заведение, мы готовы создать соответствующий курс.

Конкуренция. В условиях девальвации конкуренция приобретает особое значение, поскольку в существенной мере закрывается внешняя конкуренция. В этом смысле я бы обозначил две темы коротко, которые важны. Важную роль должна играть Антимонопольная служба. Знаете, многим коллегам, в том числе мне, представляется, что ФАС должна прежде всего сосредоточиться на снятии административных ограничений конкуренции (не секрет, что часто ограничения конкуренции идут от государства, муниципального, регионального уровней) и, с учётом расширения её полномочий, на контроле за естественными монополиями как факторами ограничения конкуренции.

Д.Медведев: Лучше десять мировых чемпионов, чем тысяча монополистов, так?

В.Мау: Да, Дмитрий Анатольевич, мы помним эти Ваши слова. И в то же время ограничить влияние в отношении, скажем так, успешных предприятий малого и среднего бизнеса. Ведь не секрет, что монополия – это часто результат эффективности, результат конкуренции. Собственно, частный бизнес стремится к монополии на локальном рынке. Плохо, если эта монополия является результатом близости к органам власти, и именно это должно быть предметом разбирательства.

Вот у нас недавно появились результаты международного опроса (проанализировано 36 стран, причём включая США, Бразилию, крупные, мелкие), который показывает, что из антимонопольных органов в 36 странах 87% расследований приходится на ФАС России. При этом на ФАС приходится 3% совокупного бюджета и 22% персонала всех этих антимонопольных органов.

И, конечно, источник конкуренции – это развитие интеграционных объединений. Весь анализ показывает, что мир переходит от глобальной глобализации к региональной глобализации. В этом смысле евразийское сообщество – это очень важный шаг вперёд, как бы предвосхищение этих тенденций. Здесь важно развитие и ЕАЭС, и зон свободной торговли.

Вот, собственно, и всё. В заключение не могу не повторить мантру, но я считаю это важным, конечно: дезинфляция. Снижение инфляции критически важно. Снижение с 16 до 4–5% – это, несомненно, структурная мера, потому что это создаёт другую доступность кредитов, эффективность. Тут есть дискуссия, связанная с фискальными последствиями этих шагов, но низкая инфляция в любом случае создаёт качественно новые условия и для благосостояния, и для экономического роста…

Д.Медведев: Вы считаете, что это возможно в текущих условиях, когда произошло ослабление рубля и такие цены на нефть?

В.Мау: Я считаю, что можно перенести сроки. Технически – да, экономически – сроки должны быть несколько отодвинуты. Но то, что это задача, к которой мы стремимся, что мы не страна, которая готова следующие 15 лет жить в условиях двузначной инфляции, – это, по-моему, очень важно зафиксировать, и решение этой задачи существенно повысило бы уровень экономической определённости.

Д.Медведев: Это несомненно так, это во всех документах зафиксировано. Вопрос именно в том, что делать в конкретном, текущем году с показателями инфляции, потому что на сей счёт существует дискуссия в Правительстве.

<…>