Документ /

Владимир Путин провёл встречу с губернатором Тверской области Андреем Шевелёвым и жителями региона: представителями сфер образования, здравоохранения и предпринимательского сообщества.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги, друзья! Поговорим с вами сегодня о делах в Тверской области.

У нас такой формат всё чаще и чаще применяется. Мне бы хотелось из первых уст услышать от вас, как вы ощущаете себя на местах вашей работы: и в здравоохранении, в образовании, в социальной сфере, в промышленности. И конечно, губернатора попрошу рассказать о его видении ситуации в области. Традиционно за последние десятилетия много проблем там накапливалось. Я вижу и некоторые позитивные сдвиги за последнее время. Хотелось бы это услышать от вас. Пожалуйста, Андрей Владимирович.

А.Шевелёв: Действительно, формат [встречи] очень правильный, и я думаю, что коллеги, которые со мной сегодня участвуют, подтвердят и более широко раскроют вопросы.

Действительно, чуть больше года работаю на должности, помню установки, которые Вы давали. Мы обсуждали эту проблематику. Действительно, за год уже получилось разобраться.

Понятно, что система не выстраивается за один год (для себя я определял это где‑то в полтора – два года). Но в любом случае от многих проблем действительно получилось уйти. Сегодня, встречаясь с Вами, основная повестка для нас – уйти от той проблематики, которая беспокоила в прошлом году область в целом (и города, и областной центр): это подготовка к отопительному сезону, проблемы с долгами. Хочу сказать, что межотопительный сезон мы очень хорошо поработали. Не то, что по правилам включили социальные объекты: пять дней при температуре ниже 8 градусов – только тогда включать отопление. Мы отошли от этого правила: мы уже до 28 сентября, температура плюсовая была, вначале подключили социальные объекты и начали подключать с 1 октября весь жилой фонд. И запас времени был для того, чтобы, если вдруг какие проблемы возникнут, и сами были готовы: в плановом порядке спокойно подключали.

Сейчас есть точечные моменты в жилом фонде, где мы не успели работы плановые завершить, но всё‑таки систему комплексного подхода к ремонту всей сферы ЖКХ заложили.

Да, есть проблемы с долгами. Например, у нас (скажем так, не моя «кредитная история»: меня понимают в «Газпроме», и мы совместно создали рабочую группу с «Газпромом», разбираемся с проблематикой долгов, которые достались) областных и муниципальных [долгов] нет. Есть 2,5 миллиона [рублей долга], но это текущие, и они не относятся к нашим обязательствам. Но в любом случае это моя территория, мне надо разбираться здесь вместе с правоохранительными органами, с собственниками тех предприятий, которые задолжали. Это была действительно основная проблема, Владимир Владимирович.

Поручения, которые Вы на предыдущей встрече давали по учителям, мы выполняем, где‑то даже с опережением идём. Где‑то брали кредиты, потому что мы ещё не использовали свои внутренние резервы. На уровне региона мы более детально и, скажем так, более плотно с этим работаем…

В.Путин: Что значит с опережением?

А.Шевелёв: Владимир Владимирович, в среднем по экономике Вы ставили задачу по зарплате учителям, а мы здесь, пускай это рубли, но мы чуть-чуть повыше средней заплаты по экономике сделали. В любом случае задачу мы выполняем, как и соответствующие указы, которые были в мае этого года. Средства предусмотрели, и, конечно, как бы тяжело ни было, мы понимаем, что это очень важно. Внутренние [средства], на уровне региона нашли, теперь моя задача уже в следующем году (и мы эту работу проводим), чтобы муниципалитеты тоже искали.

В.Путин: Думаю, что Александр Борисович и расскажет, как дела в образовании обстоят.

А.Корзин: Владимир Владимирович, дела неплохие, особенно после того, как два года назад прошёл Госсовет по развитию профессионального образования. Чувствуется, и теоретические, и практические сдвиги пошли.

Теоретические какие? В Министерстве образования и науки никогда не было департамента развития и подготовки рабочих кадров – его создали. Появилась концепция развития профессионального образования, которую мы сейчас обсуждаем. Она вошла в рамки проекта того закона, который сейчас обсуждается в Государственной Думе.

Мне бы хотелось поговорить сейчас о возможности продления или возобновления конкурсного отбора системы НПО и СПО – начальное профессиональное образование и среднее профессиональное образование – в рамках национального проекта, который был в 2007–2010 годах.

В.Путин: А что это дало конкретно?

А.Корзин: Например, из 12 наших учебных заведений в Тверской области, которые участвовали в конкурсе в разные годы, с 2007-го по 2010-й, шесть стали победителями.

В.Путин: Они гранты получали?

А.Корзин: Да, гранты. Среди них наш колледж, который я возглавляю, – колледж имени Андрея Николаевича Коняева. Мы получили серьёзную федеральную поддержку, серьёзную поддержку региона. Причём хорошо то, что в то время мы были ещё федеральными, но регион нам помог очень хорошо, социальные партнёры. У нас сейчас (колледж крупнейший в Тверской области) 2500 студентов очного отделения примерно.

В.Путин: Прилично.

А.Корзин: Около трёх тысяч взрослых мы переучиваем почти по 100 профессиям: начиная операторами котельной, кончая стропальщиками и операторами ЭВМ. У нас сейчас современнейшая станция технического обслуживания, причём она не учебная, она рабочая. К нам едут ремонтировать даже из Москвы: и качественно, и дешевле. Мы говорим: что же вы из Москвы едете? Там участвуют студенты, у нас учебная фирма.

Затем мы создали серьёзный участок из станков с ЧПУ, тоже выполняем заказы, даже одного товарного предприятия в Зеленограде, и великолепную сделали лабораторию сварки с так называемым имитационным классом. Понимаете, сначала мы тренируем и на дуге, и так далее (шведское оборудование), а потом переходим в лабораторию.

Недавно фирма Hitachi начала работать на территории Тверской губернии, они объездили все учебные заведения, в том числе и высшие, но остановились на нас, именно на лаборатории сварки: им нужны в основном сварщики и сборщики.

В.Путин: А что Hitachi делает у вас?

А.Шевелёв: Экскаваторный завод в следующем году планируют открыть.

А.Корзин: В феврале, по‑моему, начали запускать? И им очень понравилось, они даже вкладывают сейчас в нас, поставляют нам новейшее немецкое сварочное оборудование, причём действующее, не имитаторы. И мы на паритетных началах – то есть часть японских преподавателей, часть наших мастеров производственного обучения – будут готовить специалистов, в том числе наших выпускников, для фирмы Hitachi. И что хорошо – и им понравилось, и в целом я доволен – что мы сильны нашими кадрами. У меня мастера производственного обучения по сварке, по обработке металлов – все бывшие мастера-заводчане.

У нас выпуск примерно около 600 человек каждый год по 16 специальностям, причём больше половины – для машиностроения. И они все у нас трудоустраиваются, кроме тех 12–15 процентов ребят, кто идёт в армию.

В.Путин: Хорошо, давайте попробуем вернуться, надо будет посмотреть. Конечно, в полном объёме, может быть, не повторим, в этом году точно не успеем, сейчас бюджет уже практически свёрстан.

А.Корзин: Толчок очень серьёзный. Регион получил федеральных денег, по‑моему, около 300 миллионов, столько же [вложили] социальные партнёры, поэтому вкупе получилось очень неплохо.

Я рассказывал о своём учебном заведении. Могу сказать, 48-й лицей – это направления: сервис, кулинария, повара. Там прекрасная сейчас база, новое испанское оборудование стоит. В училище имени Кайкова – это наш вагонный завод, Вы знаете – то же самое: приличное оборудование. То есть вот такой шаг вперёд сделали, который надо поддержать.

В.Путин: То есть мы проводили конкурс, выбирали лучших и их поддерживали грантом?

А.Корзин: Совершенно верно, мы не просим денег, мы просим выиграть, мы просим программу рассмотреть, и там мы все победили.

В.Путин: Хорошо, договорились, я поговорю с коллегами.

А.Корзин: Было бы здорово. Это будет существенный толчок образованию и качеству кадров, я думаю.

В.Путин: Договорились, это хорошая мысль, надо вернуться к этому.

А.Корзин: Спасибо.

А.Тимофеев: Владимир Владимирович, вопрос хотел с Вами обсудить касательно ресурса, которого у нас в России достаточно много, иногда про него забываем, – торф.

В.Путин: Забываем. Почти забыли уже.

А.Тимофеев: К сожалению, современные условия таковы.

У нас в России – треть мировых запасов, в Тверской области – 2 миллиарда тонн, то есть это самые большие запасы в Центральном федеральном округе. Кроме того, у нас в Твери находится технический университет, который был изначально создан как Московский торфяной институт. В этом году мы отмечаем 90 лет со дня его основания. Он является единственным таким центром, который готовит кадры с высшим образованием для торфяной отрасли и помимо этого производит научно-исследовательские работы и инновационные проекты разрабатывает.

В частности, мы недавно запустили малое инновационное предприятие, которое в перспективе должно шесть продуктов запустить, отработать технологии. Вот сейчас два уже на рынок выводят. Пока примитивные продукты: наполнители для животных, для аквариумов. Но тем не менее уже на рынке это можно приобрести. Также ещё один из проектов у нас сейчас идёт, он признан «Роснано» соответствующим мировому уровню – это добавка для предотвращения слёживания материалов и гидрофобизации цемента.

В связи с этим хотелось бы узнать, существуют ли какие‑то перспективы поддержки или, точнее, формирования торфяной промышленности, потому что сейчас она находится в плачевном состоянии, а она, во‑первых, энергетическую безопасность и продовольственную безопасность обеспечивает, потом это рабочие места: множество посёлков в России, которые как раз были сформированы как посёлки для работников торфпредприятий, сейчас, к сожалению, не задействованы.

Также ещё есть один момент: это то, что было в 2010 году, – пожары. И скажу так: если люди будут работать на торфяниках, то мы сможем это предотвратить.

В.Путин: На газ все переходят?

А.Шевелёв: У нас 57 процентов газификация области. У меня есть районы, в которых газ ещё надо будет подождать, а там – на мазуте. И вот это альтернативное топливо мы уже делаем…

В.Путин: Для того, чтобы применить это альтернативное топливо, нужно закупать современное оборудование, потому что теплотворность торфа ниже, чем газа. И современное оборудование есть.

А.Шевелёв: Работаем с инвесторами.

В.Путин: Да. Но его нужно приобретать, закупать. Если инвесторы есть, то это хорошо, но без дотаций, без субсидий всяких, поддержки не обойтись просто. А вопрос в том, как долго бюджеты различных уровней должны будут это субсидировать и поддерживать?

А.Тимофеев: Понимаю.

В.Путин: Надо посчитать. Давайте мы знаете как сделаем: я поручу это своим коллегам. Мы в ближайшее время будем проводить совет по энергетике, и я попрошу, чтобы коллеги посчитали, подумали и сделали свои предложения в ходе работы этого совета по энергетике. Я Вас приглашаю, приходите, посидите и послушайте. Договорились?

А.Тимофеев: Спасибо.

В.Суслов: Уважаемый Владимир Владимирович, я от старшего поколения тверяков хочу Вас посвятить в одну проблему, которая нас очень волнует.

Тверь находится на древней реке Волге, это самый «юркий» порт: из нашего порта можно попасть и в Чёрное море, и в Каспийское море. Напомню, что 300 лет тому назад Пётр I, когда приехал в Тверь, обнаружил, что не может переправиться на другой берег. Пётр I там организовал переправу на лодках, мост был сделан на лодках, а первый мост был построен 100 лет тому назад, второй мост – порядка 50 лет тому назад. Они в центре города и такие узенькие: 9-метровый и 12-метровый. Но с учётом роста автотранспорта и нагрузки сейчас массовые пробки и очень большие проблемы. Вот этот вопрос нас очень волнует, и хотелось, чтобы как‑то Вы помогли и поддержали нас в этой задаче. Много хорошего делается и по благоустройству, и по дорожным делам, но реку не перепрыгнешь.

В.Путин: Вы считали, сколько это стоит?

А.Шевелёв: Да, Владимир Владимирович, прикидывали.

В.Путин: Миллиардов шесть?

А.Шевелёв: Да, Владимир Владимирович, Вы правы, не меньше, потому что здесь мы говорим не только о мосте, но и о мостовой переправе, а это и развязки. Вы хорошо знаете город Тверь, и как раз город разделён на две части.

В.Суслов: Неравнозначные две части.

А.Шевелёв: Мост лейтенанта Шмидта демонтирован из Питера, смонтирован в Твери – такая помощь. Всё было раньше сделано. Пока нового ничего не строилось.

В.Путин: Андрей Владимирович знает, это вопросы, требующие предварительного глубокого изучения.

В.Суслов: Мост лейтенанта Шмидта, части литейных конструкций, из Питера привозили в своё время, в 1959-м, в 1956 году.

А.Шевелёв: Регион часть готов на себя взять, потому что нам не потянуть.

В.Путин: Давайте, я поручу Минтрансу, вместе с вами должны будут проработать.

А.Шевелёв: Спасибо.

В.Путин: Вы в состоянии что‑то софинансировать?

А.Шевелёв: Да, мы готовы взять на себя проекты на условиях федеральной программы, готовы взять на себя часть.

В.Путин: Какую часть?

А.Шевелёв: Я знаю, что у нас есть федеральная программа «девяносто пять на пять». Это Минтранса программа.

В.Путин: Да?

А.Шевелёв: Да, это нормальная практика. Если они изменятся… Но в любом случае любая помощь нам…

В.Путин: Давайте посмотрим. Бумага есть у Вас?

А.Шевелёв: Да.

В.Путин: Попозже поговорим.

Вообще, конечно, инфраструктура – один из самых важных элементов развития и социальной сферы, и экономики.

В.Суслов: Но области не поднять одной. Не по силам.

В.Путин: Я понимаю.

Е.Бобкова: Владимир Владимирович, я работаю участковым врачом в первой поликлинике городской клинической больницы.

В.Путин: Модернизацию здравоохранения чувствуете?

Е.Бобкова: Чувствую.

В.Путин: А на чём?

Бобкова: Во‑первых, наша поликлиника преобразилась.

В.Путин: Ремонт сделали?

Е.Бобкова: Капитальный ремонт, прекрасное помещение сделали, поменяли нам мебель. В общем, пациенты довольны, персонал тоже.

В.Путин: А оборудование какое?

Е.Бобкова: Оборудование есть, закупается, но, в общем‑то, не в таком объёме, как хотелось бы.

В.Путин: А сколько у вас денег из федерального бюджета?

А.Шевелёв: 3,8 миллиарда. В этом году только мы закупаем 4600 с лишним единиц техники, там и тяжёлое оборудование. Мне очень трудно говорить, как выбиралась оборудование, потому что я приступил к исполнению обязанностей, когда эта программа уже была свёрстана. Но понятно, что все это не прочувствуют, но и такой поддержки регион никогда не видел: и УЗИ, и тяжёлая техника.

В.Путин: Я понимаю. Везде, где я бываю, если встречаюсь с врачами, они прежде всего говорят о приобретении оборудования.

Е.Бобкова: Оборудование приобретено. У нас есть приобретённое оборудование.

В.Путин: Вы говорите, не чувствуете.

Е.Бобкова: Это коснулось только манипуляционных кабинетов, там приобрели стерилизационные камеры.

В.Путин: Этого недостаточно.

Е.Бобкова: Поменяли компьютеры в кабинете статистики.

В.Путин: У Вас есть список оборудования, которое закупается, есть список учреждений? Там же программа должна быть.

А.Шевелёв: Да. Команда моих предшественников работала, они формировали из заявок, из возможности, из определённых лимитов. Это понятно. Но я хотел бы доложить, что в результате всех конкурсных процедур у нас и экономия появляется. И конечно, если [средства] есть, лечебное заведение – у нас 51 по этому году – оснащается.

В.Путин: Это какие учреждения?

Е.Бобкова: У нас первая поликлиника, городская клиническая больница №7 города Твери.

В.Путин: То есть одна из крупных. А в больнице сколько коек, не помните?

Е.Бобкова: В больнице коек – я не могу сказать, потому что я работаю в поликлинике. У нас в составе больницы три поликлиники.

В.Путин: Ваша поликлиника сколько обслуживает людей?

Е.Бобкова: Наша поликлиника обслуживает где‑то 39 тысяч человек.

В.Путин: Это много. Наверняка и больница большая.

Е.Бобкова: Большая больница.

В.Путин: Она не может не быть в программе.

А.Шевелёв: Она в программе, мы сердечно-сосудистый центр там организуем. Просто, я ещё раз говорю, всё перекрыть невозможно.

В.Путин: Я понимаю.

Е.Бобкова: Я говорю про свою поликлинику. А по больнице я могу сказать, что у нас действительно там идёт модернизация, у нас строится сосудистый центр, в стационар приобретается оборудование. А поликлиники почему‑то коснулось не много.

В.Путин: Понятно. Но вы посмотрите всё‑таки эту программу, и если у вас экономия появится, значит, нужно посмотреть и на это, потому что поликлиники в текущем режиме обслуживают такое большое количество людей.

А.Шевелёв: Сейчас эта возможность действительно есть, потому что с 1 января эти муниципальные учреждения теперь моя, региональная, ответственность, и я обращу внимание.

В.Путин: Там можно будет и добавить, только надо понять, куда добавлять и на что.

А.Шевелёв: Я понял, Владимир Владимирович.

В.Путин: Там резервы есть.

Пожалуйста.

Е.Бобкова: У меня вопрос о льготном лекарственном обеспечении, Владимир Владимирович. У нас есть федеральные льготники и региональные, они получают финансирование из федерального бюджета по федеральному закону о государственной социальной помощи и из бюджета субъекта.

В.Путин: Да, первая часть, за которую отвечает Федерация, вторая – за которую отвечает субъект.

Е.Бобкова: И вот в чём вопрос: при отказе федеральных льготников, которые имеют социально значимую болезнь (то есть не все федеральные льготники, а которые имеют социально значимое заболевание), финансовая нагрузка перекладывается на регион. Значит, они получают денежную компенсацию и у региона получают бесплатные лекарства, то есть получается у них двойное финансирование.

В.Путин: Почему? Не понимаю.

Е.Бобкова: Пациенты с социально значимыми заболеваниями имеют право получить рецептурное обеспечение от региона. Например, это сахарный диабет, бронхиальная астма, заболевания крови какие‑то. И нагрузка перекладывается.

В.Путин: Они и там, и там могут получить?

Е.Бобкова: Получается так, да. При отказе от льгот, от социального пакета, они получают денежную компенсацию и переходят на региональный бюджет, имея социально значимые заболевания. Могут получить бесплатные лекарства, рецептурное обеспечение, тем самым уводя часть средств у наших региональных льготников, которые имеют тоже эти же социально значимые заболевания, но не имеют группы инвалидности.

В.Путин: Я с Минздравом переговорю обязательно.

Е.Бобкова: Да, это проблема серьёзная, и получается, что наши региональные льготники страдают в лекарственном обеспечении.

В.Путин: То есть Вы сейчас мне говорите о том, что есть группа граждан, которые, пользуясь федеральными льготами, могут отказаться от этого – монетизировать свои льготы, взять деньги, – а потом прийти в регион и там получить то же самое.

Е.Бобкова: Взять лекарства по рецепту, да. И получается, что они ставят в такое положение региональных льготников… Я считаю, что это не совсем правильно, ущемляют их интересы.

В.Путин: Хорошо, обязательно с Минздравом разберёмся, поговорим.

А в целом как Вы оцениваете сейчас ситуацию в здравоохранении в области?

Е.Бобкова: Идёт улучшение.

В.Путин: Вы давно работаете?

Е.Бобкова: Владимир Владимирович, у меня стаж – 32 года, из них у меня два года клинической ординатуры и 30 лет на участке, причём в одном учреждении, в одной поликлинике.

В.Путин: То есть Вы там всех знаете?

Е.Бобкова: Я всех знаю. И я знаю, как оценить ситуацию, когда я начинала работать и какая сейчас ситуация. Ситуация кардинально меняется.

В.Путин: В чём она меняется? Что конкретно Вы, как специалист, как человек, что называется, «на земле» работающий, чувствуете?

Е.Бобкова: Во‑первых, у нас появляются технические возможности обследования больных, новые приборы появляются, компьютерное обеспечение – это тоже, в общем‑то, подспорье.

В.Путин: Очереди большие у вас?

Е.Бобкова: Очереди у нас практически нет. К врачу-терапевту у нас свободно можно попасть в течение дня. Но единственное, у нас колоссальная нагрузка на врачей, потому что не хватает участковых терапевтов. У нас в поликлиниках остались врачи пенсионного и предпенсионного возраста. В общем‑то, льготники, как говорят, у нас останутся, рецепты будут выписывать, а выписывать эти рецепты скоро будет некому.

В.Путин: В связи с модернизацией здравоохранения у вас прибавка к зарплате есть какая‑то?

Е.Бобкова: Есть. Мы получаем стимулирующую надбавку.

В.Путин: То есть всё это функционирует?

Е.Бобкова: Да, эта система работает.

<…>