В сентябре 1830 года Пушкин написал повесть "Станционный смотритель" - Родина

190 лет назад - 14 сентября 1830 года, в знаменитую болдинскую осень, - Пушкин написал повесть "Станционный смотритель". Но и сегодня пушкинский шедевр, как выясняется, не до конца прочитан историками - в полном соответствии с пророческими словами Василия Осиповича Ключевского:

"Пушкин был историком там, где не думал быть им и где часто не удается стать им настоящему историку"1.

Споры о чиновнике

Смещение выборки - термин социологии. Неминуемое смещение выборки произойдет, если проследить две отчетливые тенденции русской литературы в описании мелких чиновников - сострадательную и обличительную.

В Российской империи чиновником именовался человек, состоящий на государственной службе и имеющий классный чин в соответствии с Табелью о рангах. В 1827 году тайная политическая полиция констатировала: "Чиновники. Под этим именем следует разуметь всех, кто существует своей службой"2. Первоначально слово "чиновник" не имело неодобрительной оценочной окраски. У Даля читаем: "Чиновник - служащий государю и жалованный чином"3. Но на излете первой трети XIX века чиновниками стали именовать преимущественно тех, кто находился на статской службе - в министерствах, департаментах, в губернских и уездных канцеляриях.

И. Иткин. Самсон Вырин.

Первоначально русская классическая литература воспитывала у читателей лишь чувство сострадания к маленькому человеку в чиновничьем вицмундире. Примером тому и "Станционный смотритель".

Мы вместе с Пушкиным жалеем смотрителя почтовой станции Самсона Вырина, имевшего самый низкий чин XIV класса Табели о рангах. Станционный смотритель - маленькое и не очень заметное колесико в системе управления Российской империей.

"Тогда еще не было ни городских телеграфов, ни телефонов, а для спешной передачи приказаний начальства скакали по всем направлениям "сорок тысяч курьеров", о которых сохранится долговечное воспоминание в комедии Гоголя.

Это, разумеется, не было так скоро, как телеграф или телефон, но зато сообщало городу значительное оживление и свидетельствовало о неусыпном бдении начальства"4.

По всем почтовым трактам государства Российского днем и ночью скакали фельдъегеря, не жалея ни лошадей, ни ямщиков, ни самих себя.

И днем и ночью, не зная ни сна, ни отдыха, провинциальный чиновник Самсон Вырин обеспечивал бесперебойную работу государственного механизма.

П. Заболоцкий. Портрет унтер-офицера 2-й гренадерской роты лейб-гвардии Московского полка Андреева. 1836 год.

Винтик порочной системы

Обязанность Вырина - исправно снабжать лошадьми тех, кто отправился в путь, имея на руках подорожную по казенной надобности. От его расторопности и оборотистости зависит, как долго проезжающий через станцию путешественник - будь то срочный правительственный курьер или получивший новое назначение офицер - будет ждать смены лошадей. Пушкин с документальной точностью фиксирует специфику этой службы:

"Что такое станционный смотритель? Сущий мученик четырнадцатого класса, огражденный своим чином токмо от побоев, и то не всегда (ссылаюсь на совесть моих читателей). Какова должность сего диктатора, как называет его шутливо князь Вяземский? Не настоящая ли каторга? Покою ни днем, ни ночью. Всю досаду, накопленную во время скучной езды, путешественник вымещает на смотрителе. Погода несносная, дорога скверная, ямщик упрямый, лошади не везут - а виноват смотритель. Входя в бедное его жилище, проезжающий смотрит на него как на врага; хорошо, если удастся ему скоро избавиться от непрошеного гостя; но если не случится лошадей?.. боже! какие ругательства, какие угрозы посыплются на его голову! В дождь и слякоть принужден он бегать по дворам; в бурю, в крещенский мороз уходит он в сени, чтоб только на минуту отдохнуть от крика и толчков раздраженного постояльца. Приезжает генерал; дрожащий смотритель отдает ему две последние тройки, в том числе курьерскую. Генерал едет, не сказав ему спасибо. Чрез пять минут - колокольчик!.. и фельдъегерь бросает ему на стол свою подорожную!.. Вникнем во всё это хорошенько, и вместо негодования сердце наше исполнится искренним состраданием"5.

Завершающее слово этого отрывка является ключевым.

Приезд Дуни в фильме "Станционный смотритель" (1972). А в повести Пушкина в дворянском экипаже - шесть лошадей.

Сострадание и III отделение

Дух времени требовал от литературы сострадания к чиновнику низших ступеней Табели о рангах. Поэтому историк в своих рассуждениях и выводах должен учитывать "коэффициент искажения" исторической действительности, предложенный замечательным исследователем Ю.М. Лотманом6. А значит - понять, насколько успешно или безуспешно функционировал тот государственный механизм, маленьким колесиком которого был станционный смотритель Самсон Вырин.

Как это сделать?

Достаточно соотнести написанный в 1830 году пушкинский текст с двумя ежегодными Нравственно-политическими отчетами III Отделения о состоянии дел в Российской империи в 1839 и 1841 годах. Тайная политическая полиция информирует Николая I о неутешительном состоянии дел в Почтовом департаменте:

"Почты, собственно гоньба почтовая, как известно самому Государю Императору, находятся в самом дурном положении. Неисправности и запущение по этой части год от году увеличиваются, и можно сказать утвердительно, что почты несмотря на то, что до сего времени не определительные издержки на них чрезмерны, что издержки сии тяготят земскую повинность, существуют только для фельдъегерей и имеющих счастие носить на эполетах вензелевое изображение Его Величества"7.

Почтовая станция. Акварель первой половины XIX века.

Иными словами, на внеочередное и бесперебойное предоставление почтовых лошадей в Российской империи могли рассчитывать лишь две категории путешествующих по казенной надобности. Во-первых, правительственные курьеры фельдъегеря, обеспечивающие срочную доставку высочайших повелений или важнейших и секретных документов. Во-вторых - чины государевой Свиты, флигель-адъютанты или генерал-адъютанты Его Величества. Всем остальным предстояло терпеливо дожидаться своей очереди.

Сделаем паузу и вспомним обезоруживающие своим нескрываемым цинизмом рассуждения героя гоголевской комедии "Ревизор", впервые опубликованной в 1836 году.

"Городничий. ...Ведь почему хочется быть генералом? - потому что, случится, поедешь куда-нибудь - фельдъегеря и адъютанты поскачут везде вперед: "Лошадей!" И там на станциях никому не дадут, всё дожидается: все эти титулярные, капитаны, городничие, а ты себе и в ус не дуешь. Обедаешь где-нибудь у губернатора, а там - стой, городничий! Хе, хе, хе! (Заливается и помирает со смеху.) Вот что, канальство, заманчиво!"8 И вновь обратимся к отчету III Отделения.

1841 год. "Вообще почтовая гоньба по всей России, можно сказать, не существует. Станции дурны, повозки и лошади в самом худшем положении, ямщики в рубищах! ...И на лошадях почтовых, кроме генерал- и флигель-адъютантов, почти никто не ездит. Огромная масс денег, собираемая с земской повинности, для публики бесполезна"9.

Читатель вправе сочувствовать драме, пережитой Самсоном Выриным и в конечном счете сведшей его в могилу.

Историк обязан видеть в биографии героя "Станционного смотрителя" два ключевых момента: во-первых, образчик неэффективной работы государственного механизма, во-вторых - наглядный пример восходящей социальной мобильности.

До того, как стать чиновником низшего ранга, который по должности переписывает подорожные путешественников, Самсон Вырин держал в своих руках отнюдь не легкое гусиное перо, но тяжелое солдатское кремневое ружье со штыком, а затем - офицерскую шпагу.

Докажем это гипотетическое утверждение.

А это медали, которыми он (и, возможно, Самсон Вырин) отмечен: "В память Отечественной войны 1812 года", "За взятие Парижа" и "За персидскую войну".

Войны дворянина Вырина

Пушкин очень точен в деталях - выразительных и очень информативных для наблюдательного исследователя. В 1816 году, когда начинается действие повести, Самсону Вырину было около пятидесяти лет. Следовательно, он родился примерно в 1766 году. В это время Российская империя вела многочисленные войны, в которых принял участие герой повести. Прежде чем стать станционным смотрителем, он долгие годы служил в армии нижним чином (рядовым солдатом и 12 лет унтер-офицером10), участвовал в ряде сражений, выслужил первый офицерский чин прапорщика, но не успел заслужить офицерских наград.

"Вижу, как теперь, самого хозяина, человека лет пятидесяти, свежего и бодрого, и его длинный зеленый сертук с тремя медалями на полинялых лентах"11.

Зеленый сюртук - это предмет офицерского гардероба, носимый вне строя. Гражданскому чиновнику полагался вицмундир. "Сущий мученик четырнадцатого класса" Самсон Вырин в 1816 году имеет не гражданский чин коллежского регистратора, а военный чин отставного прапорщика12. Однако офицерских знаков отличия, орденских крестов, у смотрителя нет. Монаршее благоволение или Аннинская шпага - максимальная награда, на которую мог рассчитывать армейский прапорщик. Мы вправе лишь предполагать, какие солдатские медали украшали его военный сюртук.

Судя по возрасту, смотритель начал служить еще в Екатерининскую эпоху и мог получить одну из тех медалей, что были учреждены Екатериной II для нижних чинов, отличившихся в сражениях: "За храбрость на очаковских водах" (1788), "За храбрость при взятии Очакова" (1789), "За храбрость на финских водах" (1789), "За храбрость при взятии Измаила" (1791), "За труды и храбрость при взятии Праги" (1795). Среди наград Самсона Вырина могли быть и серебряные медали Александровской эпохи: "За труды и храбрость при взятии Гянджи" (1804), "За переход на шведский берег" (1809), "За проход в Швецию чрез Торнео" (1809), "За отличие при взятии приступом Базарджика" (1810).

Наконец, весьма вероятно, что Самсон Вырин был отмечен серебряной медалью "В память Отечественной войны 1812 года" (1813). Эту, пожалуй, самую знаменитую медаль Российской империи с гордостью носили на груди четверть миллиона воинов Русской армии - от солдата до фельдмаршала. "Приятнее всех наград были медали за 1812-й год... они составили... какую-то дружескую, братскую связь между русскими военными"13.

В тот момент, когда Пушкин завершил свою повесть, в Почтовом департаменте всё еще служили ветераны войны 1812 года, начавшие службу нижними чинами, награжденные солдатскими медалями из числа тех, что перечислены выше, но не имевшие офицерских наград. В Москве - поручик Василий Осипович Горецкий. В городе Тим Курской губернии - подпоручик Тихон Фролович Фролов. В городе Бирск Оренбургской губернии - коллежский секретарь Павел Иванович Фещов. В городе Лохвица Полтавской губернии - поручик Леонтий Васильевич Богданов. В городе Шацк Тамбовской губернии - коллежский секретарь Иван Харитонович Харитонов14. Каждый из них мог бы претендовать на роль прототипа литературного героя.

Отмеченный тремя медалями Самсон Вырин - ветеран нескольких войн. Он сражался и проливал кровь в битвах с турками, персами, шведами, французами. Выслужил на поле чести офицерский чин прапорщика, который в ту эпоху давал права потомственного дворянства.

Пушкин и тут в каждой строке историчен.

Любимая дочка станционного смотрителя Дуня - потомственная дворянка, со временем ставшая законной супругой умыкнувшего ее ротмистра Минского, и мать троих детей. А еще, можно утверждать, полковница или генеральша.

Государство Российское не могло обеспечить Самсона Вырина пенсией, но на старости лет дало возможность обрести кров и кусок хлеба на почтовой станции в качестве чиновника, сохранившего право на военный мундир. 8 февраля 1821 года Александр I повелел: станционных смотрителей из числа отставных военных офицеров в статские чины (классы) не переименовывать16. Жалованье станционного смотрителя составляло 70 рублей в год17. Учитывая обстоятельства времени и места - более чем четырехкратное падение курса государственных ассигнаций и тот колоссальный дефицит бюджета, который существовал после окончания наполеоновских войн, - большего для прапорщика Вырина сделать было нельзя18.

А теперь вернемся к "коэффициенту искажения".

Дом станционного смотрителя в Выре.

"Герои двадцатого числа"

Самсона Вырина можно жалеть, ему можно сострадать, но его нельзя обличать. Обличительная тенденция - разоблачение и осуждение сребролюбия и мздоимства чиновников - очень скоро прочно укоренится в литературе (вспомним комедию Гоголя "Ревизор" и его поэму "Мертвые души"), но она будет далека от того, чтобы воспитывать у читателя ненависть к чиновничеству как сословию.

Пройдет несколько десятилетий - и все изменится.

В пореформенной России либеральная интеллигенция станет неодобрительно относиться к любому выпускнику университета, решившему поступить на коронную службу: считалось, что такой поступок продиктован исключительно карьеризмом и желанием приложиться к государственному пирогу. Русская литература внесет свою лепту: после публикации цикла очерков М.Е. Салтыкова-Щедрина "Круглый год" (1879) обличительная тенденция решительно возобладает над тенденцией сострадательной:

"Отечество-пирог - вот идеал, дальше которого не идут эти незрелые, но нахальные умы. Мальчики, без году неделю вылезшие из курточек и об том только думающие, как бы урвать, укусить... ужели этого зрелища недостаточно, чтобы взволновать чувствительные сердца?

...Эти легионы сорванцов, у которых на языке - "государство", а в мыслях - пирог с казенной начинкой.

...Не приемлю, чтоб Феденька Неугодов слыл за поборника государственного союза за то только, что он видит в государстве пирог, к которому ловкие люди могут во всякое время подходить и закусывать"19.

Гражданского чиновника стали уничижительно именовать "героем двадцатого числа" (чиновники получали жалованье ежемесячно 20-го числа)20. Именно к концу XIX века слово приобрело переносное значение, сохранившееся до нашего времени: чиновник - это человек, который ведет свою работу равнодушно, без интереса, бюрократически. А самое главное: интеллигенция стала ненавидеть любого чиновника, пусть даже самого мелкого, как представителя столь ненавидимого ею государства. Жалость и сострадание ушли навсегда!

1. Ключевский В.О. Сочинения: В 9 т. Т. IX. М.: Мысль, 1990. С. 78-79.

2. Россия под надзором. Отчеты III отделения. 1827-1869. М.: Российский фонд культуры; Российский Архив, 2006. С. 23.

3. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. Т. 4. М.: Прогресс, Универс, 1994. Стлб. 1342.

4. Лесков Н.С. Человек на часах (1839 г.)//Лесков Н.С. Собрание сочинений: В 11 т. Т. 8. М., Гослитиздат, 1958 // https://ilibrary.ru/text/1155/p.11/index.html.

5. Пушкин А.С. Полное собрание сочинений: В 19 т. Т. 8. Кн. 1. М.: Воскресенье, 1995. С. 97.

6. Лотман Ю.М. К вопросу об источниковедческом значении высказываний иностранцев о России//Лотман Ю.М. Избранные статьи: В 3 т. Т. III. Таллинн: Александра, 1993. С. 144.

7. Россия под надзором. Отчеты III отделения. 1827-1869. С. 213-214.

8. Гоголь Н.В. Избранные сочинения: В 2 т. Т. 2. М.: Художественная литература, 1984. С. 65.

9. Россия под надзором. Отчеты III отделения. 1827-1869. С. 266.

10. Пушкин пишет, что, прибыв в Петербург, Самсон Вырин "остановился в Измайловском полку, в доме отставного унтер-офицера, своего старого сослуживца" (Пушкин А.С. Полное собрание сочинений: В 19 т. Т. 8. Кн. 1. С. 103).

11. Пушкин А.С. Полное собрание сочинений: В 19 т. Т. 8. Кн. 1. С. 99.

12. Закон требовал отставных офицеров, поступивших на статскую службу, "переименовывать из военных классов в статские" (ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 27. N 205543. С. 388). Однако действие закона во времени и в пространстве осуществлялось с весьма продолжительной задержкой. В 1816 году среди чинов Почтового департамента мы видим майоров Неронова и Казаринова, капитана 2-го ранга и георгиевского кавалера Новокщенова, премьер-майора Вейса (Месяцеслов с росписью чиновных особ или общий штат Российской империи на лето от Рождества Христова 1816. В 2-х частях. Ч. 1. СПб.: Императорская Академия наук,1816. С. 364, 365).

13. Михайловский-Данилевский А.И. Журнал 1813 года//1812 год... Военные дневники/Сост., вступ. ст. А.Г. Тартаковского. М.: Советская Россия, 1990. С. 376.

14. Месяцеслов и общий штат Российской империи на 1831. В 2 частях. Ч. 1. СПб.: Императорская Академия наук, 1831. С. 523, 535, 539, 543.

15. ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 20. N 14290. С. 101 (3 апреля 1775 г.: Манифест. О экипажах и ливреях, какие разные классов чиновникам дозволяется иметь); ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 39. N 30062. С. 531 (18 сентября 1824 г. Сенатский указ, по Высочайше утвержденному положению Комитета Министров. О новом расписании числа лошадей, каковое лица, проезжающие по почте, могут требовать, каждое по своему званию и рангу).

16. ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 37. N 28550. С. 619 (8 февраля 1821 г. Высочайше утвержденное положение Комитета Министров. О непереименовании станционных смотрителей в статские классы). Монарх лишь узаконил десятилетиями сложившуюся реальную практику, при которой отставные обер-офицеры, поступающие в Почтовый департамент, в течение нескольких лет продолжали сохранять свои военные чины и не желали, чтобы их переименовывали в неблагозвучно звучащие, с точки зрения военного человека, чины коллежского регистратора, провинциального или губернского секретаря. По этому поводу Екатерина II еще 16 декабря 1790 года проницательно заметила: прапорщикам и подпоручикам "поступать в Секретарское звание было бы несвойственно" (ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 23. N 16930. С. 202).

17. ПСЗ. Собр. 1-е. Т. 27. N 20377. С. 227 (19 августа 1802 г. Именной указ. О производстве по 70 рублей в год жалованья станционным смотрителям...).

18. После окончания наполеоновских войн государственные ассигнации резко упали в цене. В 1769 году за один серебряный рубль давали 100 копеек ассигнациями (медью), а 1815 году - 421 копейку.

19. Салтыков-Щедрин М.Е. Собрание сочинений: В 20 т. Т. 13. М.: Художественная литература, 1972. С. 417, 464, 510.

20. Варенцов Н.А. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое. М.: Новое литературное обозрение, 1999. С. 688.