Документ /

Первый вице-премьер информировал Президента о ситуации на внутреннем рынке зерна и ходе реализации Федеральной целевой программы социального развития села.

* * *

Д.Медведев: Виктор Алексеевич, хочу затронуть две темы. Одну из них мы с Вами в этом году очень много, к сожалению, обсуждаем в силу известных причин – это ситуация на зерновом рынке. Хотел, чтобы Вы меня сейчас проинформировали о том, как обстоят дела сегодня. В период, когда был самый кризисный момент, в сентябре, я провёл очень много совещаний с регионами, с федеральными структурами, с тем чтобы как‑то выправить ситуацию. Я знаю, что Правительство в этом направлении много работает: вышел целый ряд постановлений. Часть из них действует, часть из них, может быть, не так хорошо действуют, как нам бы хотелось. Доложите, что у нас происходит и каковы виды на будущее с учётом принятых решений.

И вторая тема, она такая более «долгоиграющая». Она касается ситуации в жилищно-коммунальной сфере в сельских районах нашей страны, потому что у нас, по понятным причинам, в индивидуальном жилом фонде всё очень и очень сложно, хотя и в многоквартирных домах, которые расположены в сельской местности, тоже много проблем. Я сегодня проводил приём граждан, и мы говорили как раз в том числе о ситуации в домах, подаче воды, электроэнергии, особенно в посёлках городского типа, ну и в сельских населённых пунктах, там, конечно, инфраструктура не менялась уже десятилетиями. Есть ли какие‑то предложения общего порядка, как работать в этой сфере?

Пожалуйста.

В.Зубков: С чего мне лучше начать?

Д.Медведев: Ну, с первого и начинайте, с зерна.

По зерну […] мы пока сохраняем все те правила, которые существуют, с учётом того, что в целом ситуация на рынке зерна стабильна. […] Я надеюсь, что мы сможем в том режиме, который выработали, спокойно просуществовать до следующего года, ну и надеюсь, что он будет для нас более простым.

В.Зубков: Действительно, Вы правильно сказали, что в текущем году внутренний баланс зерновых ресурсов складывается не просто, тем не менее тот урожай, который мы, по сути, получили, 60,5 миллиона тонн, позволяет нам полностью обеспечить себя: и внутреннее потребление, и животноводство, и продовольственные рынки – и иметь переходящие запасы на 1 июля будущего года.

Баланс, правда, будет небольшой, мы считаем на 1 июля, но он будет положительным. В этой связи те меры, которые предприняло Правительство, а Вы знаете, это и временный запрет на экспорт зерна, и меры, направленные на льготные перевозки зерна с юга и из Сибири в центральные регионы, и ещё ряд мер позволили сейчас на рынке зерна иметь, надо сказать, неплохую ситуацию. Дело в том, что сегодня в основном регионы покупают зерно, которое находится поближе, это центральные регионы нашей страны, регионы Центрального федерального округа. Но в то же время уже пошли закупки и из южных регионов. Это Краснодарский, Ставропольский края и Ростовская область. Дело в том, что цены сегодня довольно приемлемые.

Д.Медведев: Какие они в среднем сейчас?

В.Зубков: 6 тысяч рублей, с учётом доставки и НДС. В прошлом году, конечно, они были почти в два раза ниже, но прошлый год был не показательный.

Д.Медведев: Конечно, они были запредельно низкие.

В.Зубков: Совершенно верно, и селяне потеряли очень много средств. В этом году цена неплохая. Те, кто произвёл зерно, должны получить средства, вот что главное. Поэтому когда мы говорим о том, почему не включается механизм интервенционного фонда – а мы имеем там 9,6 миллиона тонн, из них порядка 3,6 миллиона тонн фуражного зерна и 6 миллионов тонн продовольственного, – мы поломаем просто рынок. Потому что, если мы сейчас это зерно направим на рынок, то производители какое‑то время – месяц, полтора, два – вообще не будут получать выручку за ту продукцию, которую они произвели.

Д.Медведев: Это неправильно, потому что мы много сил и средств вложили в поддержку растениеводства, с тем чтобы оно превратилось в конкурентоспособную отрасль, которая на экспорт направлена у нас, потенциально направлена на экспорт.

В.Зубков: Эта тенденция была бы не очень хорошая, потому что эти деньги пошли бы через Объединённую зерновую компанию «Россельхозбанк», и сельхопроизводители буквально ничего не получили бы. В этой связи мы смотрим внимательно на рынок. Если цена зерна на рынке будет повышаться от 7 до 8 тысяч рублей за тонну, мы можем включать механизмы Интервенционного фонда и тем самым цену ставить на место.

Д.Медведев: А есть симптомы повышения или пока трудно сказать?

В.Зубков: Пока их нет. Мы считаем, пока ситуация стабильна. Поэтому вот в этой ситуации сейчас направлять зерно Интервенционного фонда, я считаю, нерационально.

Д.Медведев: В ряде регионов мне задают вопрос не по фуражному зерну, которое, в общем, неплохо находит спрос в силу неурожая, а по зерну более высококлассному, по продовольственному зерну. Как Вы считаете, что там со спросом происходит?

В.Зубков: Мы с 1 января разрешили экспорт муки. Поэтому многие регионы, о которых Вы, я понимаю, говорите сегодня, которые имеют какие‑то остатки продовольственного, хорошего зерна, должны сейчас просто заняться тем, чтобы производить муку и после 1 января её продавать. И у нас есть рынки, которые с удовольствием возьмут нашу муку. Во‑первых, это будет не по шесть тысяч.

Д.Медведев: Это уже продукция более высокого передела?

В.Зубков: Да, в два-три раза дороже.

Нужно озаботиться в сельской местности введением индивидуальных счётчиков учёта. Они стоят денег, но в принципе для людей это всё равно выгодней, потому что в любой момент можно «привернуть», соответственно, и меньше расходовать газа.

Д.Медведев: А у них есть возможности помола?

В.Зубков: Есть, есть.

Д.Медведев: Ну ладно. Тогда просто имейте это в виду, потому что там некоторая напряжённость присутствует, может быть, в оперативном ключе, чтобы они понимали свои возможности по экспорту муки и тогда готовились к этому.

В.Зубков: Это решение, губернаторы считают, я с ними тоже разговаривал, правильное, и это им позволит эту часть продукции реализовать.

Д.Медведев: Ну ладно. Хорошо.

Тогда давайте так договоримся по зерну, потому что тема резонансная: мы пока сохраняем все те правила, которые существуют, с учётом того, что в целом ситуация на рынке зерна стабильна. Но при возникновении каких‑то нюансов, естественно, жду доклад от Правительства. И уже будем определяться, в конечном счёте, что делать. Но я надеюсь, что мы сможем в том режиме, который выработали, спокойно просуществовать до следующего года, ну и надеюсь, что он будет для нас более простым.

В.Зубков: Хорошо.

О социальном развитии. Надо сказать, что в рамках госпрограммы развития сельского хозяйства на 2008–2012 годы, Вы хорошо знаете, есть Федеральная целевая программа социального развития села. Эта программа действует. Её цель – развитие жилищно-коммунальной и транспортной инфраструктуры в сельской местности. Программа работает на условиях софинансирования субъектами Российской Федерации. Основные цели её направлены на улучшение жилищных условий селян, молодых семей, молодых специалистов, газификацию сельских домов, ввод и обновление линий электропередачи, систем водоснабжения, строительство сельских автомобильных дорог. За прошлый год было введено 1 миллион 392 тысячи квадратных метров жилья для 18 тысяч сельских семей, в том числе для 10 тысяч молодых семей и молодых специалистов. Введены общеобразовательные школы на 5220 мест, открыто 35 фельдшерско-акушерских пунктов. В этом году будет также построено почти 1 миллион квадратных метров жилья, из них 540 тысяч квадратных метров – для молодых специалистов.

Как и в прошлом году, продолжена работа по строительству распределительных газовых сетей, локальных водопроводов, линий электропередачи. Если мы из федерального бюджета на эти цели выделили 7,7 миллиарда рублей, почти 8 миллиардов выделили регионы и 9 миллиардов привлечено из внебюджетных источников, это, как правило, «Газпром». Всего получается на все эти цели порядка 25 миллиардов рублей. Уже на 1 ноября текущего года построено 800 тысяч квадратных метров жилья, из них для молодых специалистов – 382 тысячи. Газораспределительных сетей – более 1600 км, также строятся линии электропередачи и другие объекты.

Отопительный сезон в сельской местности, как и в городах, начался вовремя. Мы имеем солидные запасы угля в объёме 6,7 миллиона тонн, жидкого топлива – более 2 миллионов тонн. Но на селе 75 процентов всё же имеют центральное отопление, 15 процентов отапливаются газом и 10 процентов – дрова, тут специфика своя.

Д.Медведев: Насчёт центрального отопления и газа. Я сегодня общался с людьми, многие выражают желание переходить на индивидуальный учёт расходования тепла. Ну, у нас на селе же так получилось ещё с 60-х годов, конечно, неправильный был курс, чего там скрывать, но так получилось, у нас много многоквартирных домов, хотя, по‑хорошему, селянин, конечно, должен иметь свой дом. И вот эти дома работают так же, как во многих других местах, когда идёт совокупный учёт, и, например, в конце апреля месяца за окном уже плюс 30 в южных районах, например, а они шарашат отопление. Это очень невыгодно, люди платят большие деньги, мы расходуем, естественно, эти калории. Поэтому нужно озаботиться в сельской местности введением индивидуальных счётчиков учёта. Они стоят денег, но в принципе для людей это всё равно выгодней, потому что в любой момент можно «привернуть», соответственно, и меньше расходовать газа, а Вы у нас не только вице-премьер, но и газовик теперь знатный, Виктор Алексеевич. Так что посмотрите, может быть, и «Газпрому» нужно к этой проблеме тоже подключиться будет, потому что это на самом деле важно, и это способ внедрения энергоэффективных технологий на село.

И ещё одна вещь, которая меня зацепила. Она не связана с ЖКХ. Вы сказали, 35 ФАПов введено?

В.Зубков: 35 фельдшерско-акушерских пунктов в прошлом году. Немного.

Д.Медведев: Это, извините, зеро, ничего просто. Потому что в любом регионе должно быть их под сотню среднего размера, потому что ФАП обычно обслуживает несколько небольших населённых пунктов. Мне кажется, нужно здесь какую‑то отдельную программу подумать вместе с регионами, конечно, это не должна быть только федеральная задача. Но если мы такими темпами будем ФАПы реконструировать, у нас на это уйдут десятилетия.

Нужно вести газ туда, где есть перспектива развития сельского населённого пункта. Там, где относительно небольшое или совсем небольшое население, нужно делать иначе – нужно менять котельные и вводить энергосберегающие технологии и, может быть, переводить на электричество, уменьшая стоимость пользования электричеством. В этом случае люди ничего и не теряют, но в то же время мы не тащим эту трубу.

В.Зубков: Я согласен с Вами абсолютно. Подумаем.

Надо сказать, что в отличие от городов всё же в сельской местности невозможно резервирование источников теплоснабжения. Поэтому основной мерой являются резервные источники электроснабжения, мобильные и модульные котельные. Неплохо эта работа ведётся в Бурятии, Хакасии, Приморском крае, Омской, Владимирской, Кировской областях, но хуже в Воронежской, Псковской и Челябинской. Надо сказать, что в районах Крайнего Севера расходы отдельных местных бюджетов на 100 процентов погашают стоимость топлива, которое реализуется населению, проживающему в тундре, 100 процентов. 70 процентов – тем, кто проживает с печным отоплением, и так далее.

Что касается газификации села, Вы тоже это лучше меня знаете, что за последние пять лет на эти цели только «Газпромом» выделено более 82 миллиардов рублей. За это время построено 900 объектов, газифицировано две тысячи сельских населённых пунктов. Надо сказать, что ряд областей уже имеет стопроцентную газификацию: Белгородская область, Ставропольский край практически приблизился, Республика Северная Осетия – Алания. Хотя ряд областей имеет меньше одного процента.

Д.Медведев: Там знаете, на что нужно обратить внимание – я действительно эту проблему знаю так же, как и Вы теперь, – это, естественно, Дальний Восток, куда газ только-только начинает приходить, и сельские населённые пункты. Потому что у нас традиционно в сельских населённых пунктах уровень газификации был существенно меньше, но за последние годы мы этот разрыв сократили.

В.Зубков: Мы сейчас имеем 47 процентов, а имели где‑то 32 процента. То есть мы 15 процентов подтянули.

Д.Медведев: Причём, знаете, нужно по‑умному подходить, потому что в города, конечно, везде газ должен прийти. Но, конечно, – и «Газпром» всегда из этого исходил, – нужно вести газ туда, где есть перспектива развития сельского населённого пункта. Там, где относительно небольшое или совсем небольшое население, нужно делать иначе – нужно просто радикально менять, соответственно, котельные и вводить энергосберегающие технологии и, может быть, переводить на электричество, уменьшая стоимость пользования электричеством. В этом случае люди ничего и не теряют, но в то же время мы не тащим эту трубу.

В.Зубков: Абсолютно с Вами согласен, и как раз что касается вопросов электрической, тепловой энергии, то как раз сейчас, на данном этапе, возникает ряд проблем. Кстати, есть Ваше поручение разобраться при заключении новых договоров с этими вопросами, с вопросами заключения договоров с естественными монополиями. Мы в Правительстве проработали проблемы с учётом отраслевой специфики сельского хозяйства в этой сфере. Получается, что потребление электрической и тепловой энергии и объём водопотребления во многом зависит на селе от природно-климатических условий. Подчас трудно определить точечные, почасовые и суточные объёмы потребления тепловой энергии, особенно в таких отраслях, как овощеводство защищённого грунта, птицеводство и другие. Но когда заключаются договоры, то это не учитывается и возникают штрафы то ли за недобор, то ли за перебор. Но это для селян‑то как бы не очень здорово получается, потому что надо платить такие штрафы. Тем более два года засухи, большой недобор выручки. Эти проблемы сегодня реально встали перед селом.

Д.Медведев: Я тоже знаю об этой теме. Мы даже, помню, на каком‑то совещании об этом говорили. И я давал поручение в адрес Правительства и «Газпрома». Может быть, посмотреть дифференцированно на эту проблему применительно к сельхозпроизводителям.

В.Зубков: Вот я как раз хочу к этому перейти. Дело в том, Вы знаете, что с 2011 года согласно соответствующему постановлению Правительства мы должны перейти на свободные нерегулируемые цены. И, конечно, если это случится, то это осложнит экономическую ситуацию в сельском хозяйстве. В этой связи Правительство уже поручило федеральным органам исполнительной власти подготовить ряд предложений. Первое – о целесообразности переноса исполнения данного постановления – №205 от 7 апреля 2007 года – о переходе на свободные нерегулируемые цены с 1 января 2011 года на 1 января 2013 года. И ряд поручений, как отмена предоплаты, установив оплату по факту потребления. Кроме того, это исключение сельхозпроизводителей из промышленной группы и распространение на них положения по использованию газа коммунально-бытовыми предприятиями. Кроме того, есть там пункт, который мы считаем неприемлемым для сельского хозяйства, – это отключение в случае неоплаты. Поэтому эти поручения даны Правительством министерствам и ведомствам. Я Вам уже доложил о том, что эта работа ведётся, но если Вы нас поддержите, то тогда мы можем эту работу провести более активно.

Д.Медведев: Вы, конечно, проводите эту работу активней. Хочу сказать только одно: мы должны в конечном счёте выйти на рыночное ценообразование внутри страны, но сделать это нужно с учётом текущей экономической ситуации, с учётом кризиса, с учётом неурожая, который случился в этом году, и самых разных других факторов, включая готовность потребителей. Поэтому Вы свои предложения обобщите и мне доложите на эту тему.

В.Зубков: Хорошо.