Встреча с главой госкорпорации «Ростех» Сергеем Чемезовым

В.Путин: Сергей Викторович, начнём с гособоронзаказа?

С.Чемезов: Да. Я хотел бы буквально кратко сказать, что всё-таки корпорация «Ростех» продолжает принимать участие в решении национальных задач по обеспечению технологического суверенитета нашего государства.

И конечно, приоритетным у нас было и остаётся выполнение гособоронзаказа. Регулярно отправляется в войска артиллерия, бронемашины, танки, боевая авиация, стрелковое оружие, беспилотники, боеприпасы и так далее. Честно сказать, если бы мы до 2022 года не провели глобальную модернизацию наших предприятий, я думаю, что увеличение производства продукции в разы, которое произошло в прошлом году и в этом году, – вряд ли, наверное, мы смогли бы это выполнить.

Я пример могу привести. Производство боеприпасов для стрелкового вооружения и РЗСО мы увеличили в 50 раз.

В.Путин: И ствольной артиллерии тоже.

С.Чемезов: Ствольной артиллерии и РСЗО.

Лёгкой бронетехники, бронемашин увеличили [производство] в 5,5 раза, танков – в семь раз. То есть это увеличение глобальное.

Тем не менее, несмотря на СВО, мы всё-таки не забываем и о производстве гражданской продукции. У нас основные гражданские проекты – это в первую очередь, конечно, производство гражданских самолётов для гражданской авиации. И этому у нас как раз уделяется большое внимание. И по программе, которая была Вами утверждена, мы до 2030 года должны произвести более 500 самолётов различного типа: 270 лайнеров МС-21, 142 самолёта «Суперджет-100» и 115 самолётов Ту-214.

Сегодня уже в разных стадиях готовности у нас 18 самолётов МС-21, и в 2024 году мы серийно уже должны выпустить и передать «Аэрофлоту» шесть самолётов. Потихонечку мы должны увеличить объёмы, и к 2029 году мы должны производить до 72 самолётов в год.

Что касается «Суперджет-100»…

В.Путин: Двигатель там как?

С.Чемезов: ПД-8. Он уже готов, испытания на стендах завершили, испытания на летающей лаборатории завершили, и начнутся уже полёты сертификационные, окончательные полёты уже в составе самолёта. И 20 машин мы должны в 2024 году уже передать в авиакомпании, и уже ежегодно мы будем производить по 20 машин этого типа.

Что касается двигателестроения, мы по ПД-8 уже проговорили, у нас в 2024 году планируется получить сертификат на двигатель ВК-650В. Это вертолётный двигатель, он будет устанавливаться на «Ансате» и машине Ка-226. Сегодня там стоят иностранные двигатели, но в 2024 году мы, надеюсь, уже завершим все испытания и получим сертификацию.

Вообще, самолёты производят многие страны, а двигатели производят всего пять стран: это Соединённые Штаты, Канада, Великобритания, Франция и мы. Для примера: «Пратт энд Уитни», американская компания, они создавали свой двигатель для «Аэробуса-320» 15 лет. Мы сделали свой ПД-8: мы его начали проектировать в 2017 году и завершили в 2023 году, то есть за шесть лет. В такие рекордные сроки, наверное, ещё никто не делал. Благодаря нашим учёным, нашим инженерам, конструкторам всё это мы сделали.

В «ОДК-Климов», в Санкт-Петербурге, мы построили новый конструкторско-производственный комплекс в соответствии со всеми современными требованиями, которые предъявляются для производства новых двигателей и турбин. И у нас начинается уже серийное производство двигателей ВК-2500 и ТВ3-117. Это двигатели, которые устанавливаются на наши Ми-17, Ми-8, Ми-171 – на вертолёты этой серии. И на Ка-62, Ка-52, на военные тоже.

Вертолётостроение: я уже говорил про «Ансат», в 2024 году, как только мы получим новый двигатель ВК-650, мы увеличим дальность полёта с 500 километров до 660 километров, а с дополнительным топливным баком будет и до 800. Мы заменим все импортные комплектующие.

В.Путин: До 800 километров будет?

С.Чемезов: До 800 километров с допбаком. Это «Ансат».

Двигатели хорошие, экономичные, в общем-то. Обычно, без допбака, будет летать до 660 километров.

В.Путин: А скорость?

С.Чемезов: А скорость у них где-то 250–280 крейсерская.

В 2024 году мы завершим второй этап сертификации так называемого офшорного вертолёта. Это мы сделали по заказу «Роснефти». Вертолёт будет использоваться для обслуживания морских платформ. Кроме этого он может приземляться, делать необходимую вынужденную посадку. Может прямо на воду приземляться, там надувается вокруг него резиновое кольцо. И на пески может садиться. Мы его показали в Абу-Даби на выставке, и был большой интерес. Малайзийцы проявили интерес, хотят приобрести, и арабские страны тоже.

И сейчас мы сертификацию сделаем для пассажирского и поисково-спасательного вертолёта на базе этого Ми-171А3.

По автомобилестроению: наши предприятия активно принимают участие в производстве электромашин.

В.Путин: И беспилотников.

С.Чемезов: И беспилотников.

В.Путин: «КамАЗ» обогнал всех.

С.Чемезов: Да, у «КамАЗа» уже шесть машин ходят по трассе Москва–Санкт-Петербург. В 2024 году запустим уже 18, будет 18 машин уже курсировать.

Такой же беспилотник в 2024 году мы запустим карьерного типа. То есть огромный самосвал, но он без кабины, без всего, будет самостоятельно возить породу, горную массу и так далее.

Я уже Вам рассказывал, тот же «КамАЗ» сделал электроавтобусы, которых уже 1100 ходят по Москве. И мы в этом году подписали [контракт] ещё на тысячу автобусов, которые будут также эксплуатироваться в Москве. Мы уже отправили и в Волгоград, и в Курск, и в Липецк. Сейчас готовится контракт в Ростов и Таганрог. То есть количество городов, которые эксплуатируют электрические автобусы, всё растёт и растёт. Спрос есть.

Такой же, только маленький, автомобиль сделал «КамАЗ», называется «Атом». Здесь, в Москве, на базе бывшего предприятия «Рено», на этой площадке мы сделали производство этого электромобиля «Атом». Я думаю, что где-то в середине 2025-го мы уже его поставим. В 2024-м будет готов опытный образец, а в 2025-м уже серийно начнём выпускать на конвейере.

Наш концерн «Радиоэлектронные технологии» активно работает по производству электрических зарядных станций. Мы уже более 200 этих зарядных станций установили.

В.Путин: Газовые нужно делать.

С.Чемезов: А газовые тоже у нас есть.

В.Путин: Делаете?

С.Чемезов: Да, конечно. Там же, на «КамАЗе», и двигатели газовые делаем.

В.Путин: Нет-нет, зарядку именно.

С.Чемезов: И зарядное газовое тоже есть, на сжиженном газе тоже мы производим уже. На одной из выставок уже показывали передвижную заправочную станцию для газа, сжиженного газа.

В.Путин: Медоборудование тоже, да?

С.Чемезов: Медицинское оборудование, да.

По импортозамещению, я ещё по «КамАЗу» хочу сказать. Как только «Мерседес» ушёл…

В.Путин: Удалось переломить ситуацию?

С.Чемезов: Мы заменили за год 2300 комплектующих, которые научились делать сами. И сегодня машина, которая была с немцами сделана, К5, локализована на сегодняшний день уже где-то на 75–80 процентов, а в следующем году мы полностью всё, 100 процентов заменим. И не просто заменили, но даже улучшили характеристики этого автомобиля. У нас, допустим, двигатель стал более экономичным: если раньше там 25–27 литров, то сейчас будет где-то 22 литра на 100 километров расход. Шумовые характеристики стали меньше, менее шумным стал. Межсервисный интервал тоже увеличился: раньше был 120 тысяч километров, сейчас 150 тысяч километров. Это так же как основные наши конкуренты – «Мерседес» и «Вольво» – выпускают свои автомобили.

Что касается медицины и медицинского приборостроения, у нас зарегистрировано в Росздравнадзоре уже 150 различных наименований медтехники и медоборудования. Это оборудование делается в том числе и нашими предприятиями: и «Швабе», и «Росэлектроника», и концерн «Радиоэлектронные технологии».

Тот же КРЭТ – концерн «Радиоэлектронные технологии» – известен тем, что выпускал ИВЛ в период ковида. И сегодня разработали совместно с врачами, реаниматологами мобильную установку, которая удобна и для эксплуатации врачами, и для больного. Она сейчас пользуется у нас большим спросом. Её сейчас уже запустили в продажу.

В.Путин: Хорошо.

<…>