Выдержки из беседы с воспитателям детского сада комбинированного вида №1524

Беседа с воспитателям детского сада комбинированного вида №1524.

Д.Медведев: Очень рад у вас побывать. Конечно, это не просто так – это, прежде всего, усиленное внимание к проблеме детских садов.

Прямо скажу, у нас большинство детских садов в стране не такие, как ваш. Сад прекрасный – и по принципу устройства, и по дизайну, оформлению, набору помещений, возможностей. С другой стороны – это всё равно пример, потому что, когда Президент посещает какой‑то объект, это всё‑таки, надеюсь, пример для губернаторов, для тех, кто занимается этой проблемой в масштабах страны.

Вы знаете, какая у нас очередь в детские сады в стране – огромная, к сожалению, из‑за того, что в 90-е годы очень мало этим занимались. Я, выступая с Посланием, в очередной раз привлёк внимание всех руководителей регионов к этой проблеме, потому что её из Москвы решать невозможно.

Это задача каждого конкретного региона – заниматься детскими садами, создавать новые, современные детские сады: и обычные, и коррекционные, и с эксклюзивным воспитанием – в общем, самые-самые разные. Ваш детский сад, конечно, хороший пример того, как надо работать.

На самом деле мне очень понравилось. Я даже не ожидал, что он такой большой и современный. Когда я ехал, посмотрел справку, там написано: 1975 год. Подъезжаю, смотрю, выглядит как не 75-й год, что‑то не так. Оказывается, мне подсказали, что здесь был старый, его снесли и построили современный.

(Обращаясь к С.Собянину.) Сергей Семенович, у нас какая очередь в детские сады по Москве?

С.Собянин: На сегодняшний день в очереди стоит 20 тысяч детей. Это от 365 тысяч, которые ходят в детские сады, около пяти процентов. Но проблема есть, потому что эти пять процентов концентрируются в локальных местах, это где‑то порядка пяти районов: новостройки или там, где просто детские сады были по той или иной причине выведены из оборота. В этих местах в пяти районах такая высокая концентрация. В этом году и на следующий год введём 83 детских сада. Это где‑то 13–14 тысяч детей из этой очереди туда должны перейти.

На самом деле проблема сложная в связи с тем, что у нас по демографической составляющей очередь на будущий год уже не 20, а, может быть, даже 50 [тысяч]. Это пока ориентировочные цифры, потому что когда заявочная кампания пройдет, очередь уточним. Тем не менее масштаб этой беды увеличивается.

Д.Медведев: Это, знаете, как посмотреть. С одной стороны, это проблема с точки зрения того, чтобы в детские сады устроить. С другой стороны – это то, к чему мы стремимся на самом деле, то, ради чего мы работаем последние годы, – над увеличением рождаемости, созданием соответствующих условий, мотиваций к тому, чтобы детей заводить. Для города это, конечно, испытание, даже для такого огромного мегаполиса, как Москва, это всё равно большое количество детей.

С.Собянин: Мы будем смотреть и другие формы организации детских дошкольных учреждений. В этом детском саду тоже есть такие семейные детские сады.

Д.Медведев: Да, я прочитал. Здесь два семейных детских сада.

С.Собянин: И группа кратковременного пребывания. То есть будем использовать все формы, чтобы каким‑то образом снять эту проблему.

Д.Медведев: Для меня группа кратковременного пребывания – это не очень понятная вещь, но она явно нужная. Насколько это востребованная услуга?

И.Дерюгина: Достаточно востребованная услуга, потому что не все родители хотят водить ребёнка на полный день, так как есть семьи, в которых предпочитают всё‑таки воспитание бабушки дома.

Поэтому у нас есть и группы развития для детей от 3 до 6 лет; адаптационные группы кратковременного пребывания востребованы, потому что это в первую очередь постепенное внедрение маленького малыша уже на полный день.

Дети очень хорошо потом адаптируются. И в группы раннего возраста у нас практически с первых дней сентября ходят все детки, потому что они уже посещали группу адаптации.

Д.Медведев: Как ни странно, у человека мало что остается в памяти от возраста, скажем, 3–5 лет. Я, например, помню, как меня в первый раз привели в детский сад. Вначале мне очень понравилось, потому что там было много детей и в то же время рядом стояла мама. Я это так воспринял, как будто бы она пришла вместе со мной поиграть с другими детьми. Она говорит мне: «Ну, всё, сынок, до свидания». Я как начал реветь, еле-еле успокоили. Так что процесс адаптации к детскому саду у каждого проходит по‑разному.

И.Дерюгина: Дмитрий Анатольевич, мы привлекаем малышей в центр игровой поддержки, куда мама вместе с ребёнком может прийти на 2–2,5 часа не просто на игровые сеансы, но и на консультации психолога. Прежде всего, иногда саму маму приходиться учить тому, как со своим малышом играть, подсказать ей, какие игрушки подобрать, какие дидактические материалы, потому что это важно. Особенно мы принимаем туда совсем маленьких малышей, даже в девять месяцев ходят. В этом возрасте очень важно правильное воспитание.

Д.Медведев: Конечно, очень важно, что ваш детский сад с элементами инклюзивного воспитания для детей с ограничениями по здоровью, потому что эта сфера для нашей страны – совсем трудная. Мы никогда и в школах‑то этим нормально не занимались, только-только сейчас, может быть последние лет десять, начали заниматься, а в детских садах тем более. Это очень здорово, что детки с ограничениями по здоровью вместе с обычными ходят: это, сами знаете, конечно, адаптация, хотя я понимаю, что это трудно для всех, кто работает.

Теперь насчёт работы, чтобы у нас не был совсем праздничный сюжет, хотя у нас, конечно, Новый год впереди, – расскажите про работу: в чём есть проблемы, зарплаты какие – всё, что обычно волнует воспитателей.

<…>

Е.Егина: Скажем так, мы видим, может быть, более массовую…

И.Дерюгина: …пропаганду труда воспитателя. Даже фильмы про учителей – у нас же есть много фильмов.

Е.Егина: Более массовую публикацию конкурсов, которые проводятся среди педагогов, среди воспитателей, среди дошкольных учреждений нашей страны. Недавно «Воспитатель года» прошёл, воспитатель нашего округа вошла в десятку российских лучших воспитателей. И также, безусловно, наша сегодняшняя встреча.

Д.Медведев: Согласен. Это имеет значение.

Е.Егина: Да. Мы бы хотели, чтобы у молодых людей в ряду с желанием стать депутатом, космонавтом, бизнесменом также профессия именно воспитателя звучала бы достойно и гордо, как звучит она сегодня для нас.

Д.Медведев: Знаете, вы все здесь, с одной стороны, молодые, с другой стороны, уже имеющие свой опыт. Воспитатель, как вообще любой преподаватель, – это все‑таки не только набор мотиваций, это отчасти призвание. Не все способны к такой работе. Вы тоже это отлично знаете.

Кто‑то приходит и уходит, а кто‑то остаётся на всю жизнь. И для него даже трудности профессии имеют меньшее значение. Но в том, что нужно уделять внимание моральное стороне, сомнений никаких нет. Но материальное тоже имеет некоторое значение в жизни. Я всё‑таки хотел бы понять, деньги какие платят, расскажите.

<…>

Н.Долгобродов: Я как молодой специалист получаю 24 тысячи: оклад 16 тысяч, плюс надбавка 40 процентов к зарплате как молодому специалисту.

Д.Медведев: А что Вы заканчивали?

Н.Долгобродов: Институт физической культуры и спорта, это филиал Кубанской академии. Я работаю над упражнениями, новыми элементами, и когда дети обучаются, получается у них что‑то, для них это радость, как будто какой‑то подарок им подарили, они просто в восторге.

Хочу ещё сказать, что очень много сейчас стали выделять денег именно на развитие дошкольного образования и детей младшего возраста. Для детей садик становится вторым домом. И нужно привлекать в профессию именно мужчин.

Д.Медведев: Точное определение. И знаете, это и для детского сада, и для школы очевидная проблема, потому что дети, конечно, очень любят педагогов, воспитателей-женщин, но мужчины тоже нужны.

И когда эта редкая птица залетает в детский сад или в школу, дети тянутся, безусловно, потому что, действительно, возникает ощущение того, что это мужчина, папа, ещё кто‑то. Это имеет, конечно, значение, особенно если, как Вы, физкультурой занимаетесь.

А Вы чем занимаетесь?

О.Автайкин: Я занимаюсь воспитанием своих пятерых детей.

Реплика: Это папа семейного детского садика.

Д.Медведев: Это самое лучшее, что может быть. И как Ваши пять детей?

О.Автайкин: Слава богу, делаем успехи в этом направлении. Я, кстати, не являюсь официальным воспитателем детского сада в отличие от моей супруги Ирины (она официальный воспитатель), а я в принципе работаю в других местах, для того чтобы содержать семью.

Д.Медведев: А вы где живете, рядом где‑то?

О.Автайкин: Да, мы живем здесь недалеко. В 2008 году мы узнали о том, что есть такой проект семейных детских садов, и мы одни из самых первых изъявили желание.

Д.Медведев: Как выглядит сам процесс воспитания?

И.Автайкина: Дети занимаются в квартире у нас дома. На определенные занятия, допустим, – бассейн, изостудия, занятия с логопедом, – мы приходим в детский сад, а какие‑то определенные предметы – математика, окружающий мир – я провожу с детьми дома. В связи с созданием программы «Семейный детский сад» стало проще заниматься с детьми.

Д.Медведев: У Вас только Ваши дети занимаются?

И.Автайкина: Четверо – наших, старший – пятый – уже школьник.

<…>

Д.Медведев: То есть Вы дома, и для занятий, где требуются дополнительные специалисты или дополнительные условия, сюда приходите.

И.Автайкина: Да, для определенных занятий, где требуются именно специалисты, мы ходим сюда.

О.Автайкин: Дмитрий Анатольевич, когда мне сказали, что предстоит встреча с Вами, я подумал: «О чем можно поговорить с Президентом?».

Д.Медведев: О чем угодно.

О.Автайкин: Я изучил Ваше Послание Федеральному Собранию, где Вы обратили внимание на кардинальное изучение многодетных семей в нашей стране и назвали это главным путём преодоления демографического кризиса в России. С чем я абсолютно согласен.

<…>

Думаю, что не ошибусь, если выражу мнение не только нашей семьи, но и многих многодетных семей нашей страны как многодетный отец, имеющий непосредственное отношение к многодетным семьям. Вкратце хотел бы сказать, что проблема увеличения многодетных семей кроется, наверное, все это понимают, и в материальных вопросах. Я сейчас не буду заострять на этом внимание. Всем понятно, что плодить нищету никто не желает.

Здесь есть проблемы не только материального характера, но и этического. То есть у нас менталитет общества имеет неоднозначное отношение к многодетным семьям. Прямо скажем, очень часто негативное отношение, особенно к многодетным мамам. Ни для кого не секрет, наверное, что их могут сравнить, прямо скажем, с животными, которые бесконтрольно рожают, и часто мы сами это слышим. Это правда.

Д.Медведев: Не часто, но, к сожалению, бывают такие суждения.

О.Автайкин: Бывает такое. Либо говорят, что многодетная мама, допустим, оторвана от жизни, это домохозяйка, которая ничего не видит, кроме пелёнок, посуды и так далее. Часто сравнивают многодетную маму с необразованными людьми, которые просто не знают, как планировать свою семью.

<…>

Д.Медведев: А что делать‑то, на Ваш взгляд?

О.Автайкин: Что делать? Хорошо, сразу перейду к тому, что делать.

Изменение общественного мнения. Вы знаете, у нас многие, допустим, просиживают очень много времени перед телевизором. Здесь телевидение присутствует. Телесериалы, многие программы, в которых вообще отсутствуют положительные образы многодетных семей. Главные герои фильмов не являются выходцами из многодетных семей, то есть престиж многодетных семей не поддерживается, а это можно было бы поддерживать.

Недостаточно культурно-образовательных, научно-образовательных фильмов, которые рассказывали бы о многодетных семьях. Многодетные семьи помогли в своё время отстроить страну после Гражданской войны, пережить голод, помогли победить в Великую Отечественную войну, отстроить страну после Великой Отечественной войны.

Люди не боялись тогда многодетности и в труднейших условиях воспитывали своих детей, и это пример для нас и для нашего сегодняшнего поколения. Если мы будем в средствах массовой информации поднимать эти вопросы, это было бы хорошо.

Второй вопрос, который я хотел бы отметить – должно быть своё лицо у программы увеличения многодетных семей. Эту программу должен представлять человек, думаю, имеющих пятерых и более детей, потому что люди не доверяют другим людям, скажем прямо. Получается, что призывают к тому, чего сами не делают.

Д.Медведев: Вы готовы быть таким лицом, просто без обиняков?

О.Автайкин: Вы знаете, даже, наверное, бесплатно. Готов, я действительно переживаю за этот вопрос, за наше будущее, за будущее нашей страны, за наших детей, я готов даже на общественных началах.

Более того, хотел бы обратить внимание на то, что, не сочтите за пиар какой‑то, но, к примеру, допустим, у меня высшее юридическое плюс диплом Финансовой академии. У жены тоже высшее образование. Почему бы нас не использовать для того, чтобы привлекать к общественной деятельности, показывать положительный пример многодетных семей.

Ведь люди должны доверять тем людям, которые могут своим примером показать, что такое многодетная семья, доверить рождение своих детей (это вопрос доверия) и понимать, что не посторонние люди занимаются их вопросами. Это те меры, которые я бы хотел перечислить.

Плюс ещё такая проблема, когда молодые люди, которые вступают в брак или только собираются вступить в брак. Если проследить всю цепочку создания семьи, появления ребёнка, то они нигде не сталкиваются с информацией о многодетной семье – ни в центрах планирования семьи, ни в органах загса, ни в службах социальной поддержки, нигде не даётся информация. То есть многие потенциальные многодетные родители не становятся таковыми из‑за отсутствия соответствующих жизненных ориентиров. Если бы эти ориентиры были, думаю, это было бы полезно.

Дополнительно хотел бы сказать, наверное, что в соответствующих учреждениях все‑таки должны быть представители многодетных семей, которые могли бы дать грамотную консультацию, дать жизненный и мудрый совет, просто воспользоваться опытом того, что есть.

Плюс еще я бы хотел обратить внимание, может быть, на решение каких‑то материальных проблем. Я не буду касаться сейчас жилищных проблем, потому что Вы уже упомянули в своем Послании, что в принципе это главный вопрос и с этим, думаю, все будут согласны.

Я хотел бы ещё затронуть вопрос о том, что многодетным семьям сегодня бывает трудно найти себе работу, потому что многие работодатели считают, что многодетный отец должен уделять больше времени своей семье.

Д.Медведев: Дети заболеют, ходить на работу не сможет.

О.Автайкин: Да, ходить на работу не сможет. А если предложить вариант налоговых льгот при уплате, допустим, во внебюджетные фонды для работодателей организаций, в которых работают многодетные родители относительно именно их зарплаты, то им будет выгодно, экономя на зарплатных налогах, привлекать к себе многодетных родителей, что не потребует каких‑то вложений бюджета.

<…>

Возвращаясь к теме воспитания детей. Допустим, у нас старший сын имеет грамоты, он круглый отличник, соответственно, от Министерства образования у него похвальная грамота.

Д.Медведев: Сколько ему?

О.Автайкин: Девять лет, он в третьем классе, круглый отличник. Младший сын тоже сейчас на «дошколке», тоже получает свои первые пятёрки, играет на фортепиано. Третий ребёнок у нас в четыре года уже умеет читать и писать.

Я говорю это к тому, что эти грамоты, которые наш сын получает в школе, там можно наряду с его фамилией смело писать фамилию его мамы, которая принимала непосредственное участие в его обучении, в его воспитании. В связи с чем я считаю, что родителям, которые добиваются подобных успехов в жизни, особенно мамы, которые могут вот так вложить в детей и духовно-нравственное воспитание, и добиться результатов в общеобразовательных учреждениях, может быть, им присваивать, к примеру, какие‑то педагогические звания или какой‑то педагогический стаж, или ещё как‑то выделять таких родителей.

Д.Медведев: Есть орден «Родительская слава».

О.Автайкин: Да, но тут именно педагогический вопрос.

Д.Медведев: Я хотел бы одну вещь сказать в режиме комментария к прозвучавшему. Конечно, многодетные семьи – это реальный способ разрешить демографическую проблему в нашей стране. Нам, по подсчетам наших специалистов-демографов, требуется, чтобы на одну женщину приходилось чуть больше, чем два ребёнка. Сейчас у нас в среднем по стране, подчеркиваю, где‑то полтора, по‑моему, если я не ошибаюсь, то есть 1,55 ребеёнка на одну женщину.

До начала нашей программы поддержки детства, программы материнских сертификатов у нас был показатель – 1,35. То есть он вырос, но полтора – это ещё недостаточно. Нужно два, и тогда мы как минимум войдём устойчиво в положительный тренд, то есть наша страна не будет вымирать.

К чему я это говорю? К тому, что решение создать многодетную семью, и здесь вы абсолютно правы, – это не только деньги. Это целый набор представлений о том, какую жизнь ты хочешь создать себе и своим детям. Мы знаем огромное количество примеров, когда люди имеют деньги и достаточные деньги, и имеют, скажем, здоровье для того, чтобы нарожать большее количество детей, но не делают этого. Нет мотивации. Мотивация всегда внутри самого человека.

И здесь Вы правы в том плане, что, скажем, до революции все семьи были многодетные – и семьи крестьян, и семьи помещиков, и семьи офицеров, которые служили царю и Отечеству, и даже семьи, пардон, революционеров – все были многодетные, потому что другого представить себе было невозможно. Можно, конечно, говорить, что такая медицина была, сейчас много противозачаточных средств и так далее. Тем не менее это всё равно всё‑таки отражение общей мотивации человека – и мужчины, и женщины, конечно, потому что дети требуют усилий с двух сторон.

Это на самом деле реальная проблема. И здесь Вы правы, нужен и положительный ряд людей, которые как бы побуждают к тому, чтобы быть такими же, как и они. Это и отношение к женщине, которая рожает много детей, и которая воспринимается именно как гармоничный, хорошо развитый человек, а не просто как женщина, у которой не удалась жизнь, и единственное, что она научилась делать – это рожать детей. Здесь Вы правы, такое представление не является доминирующим, но оно присутствует: а чего она ещё умеет – только детей рожать и у плиты стоять?!

С другой стороны, это должна быть мотивация для мужчин, которые считают правильным, чтобы у них было много детей, и чтобы они их могли воспитывать. Не у всех это получается, жизнь у всех разная, но в целом, если мы такую систему стимулов создадим, моральных и материальных, это будет то, что надо.

Что касается конкретной идеи, которую Вы озвучили, по поводу возможности различного рода вычетов, включая вычеты для работодателей, можно подумать. Это не бог весть какие деньги, к сожалению, потому что количество многодетных семей не такое большое. Может быть это действительно будет как‑то на работодателей влиять.

И последнее, что мне хотелось бы сказать по той теме, которую Вы подняли. На самом деле это действительно очень важный фактор. (Обращаясь к С.Собянину.) Сергей Семёнович, нужно подумать, каким образом нам интегрировать представителей крупных московских семей в принятие решений. Олега Николаевича [Автайкина] можно в какой‑то из таких советов включить, чтобы личным примером и мозгами, как юрист, помогать в этом процессе.

С.Собянин: Много социальных программ в городе, и они должны разрабатываться, конечно, с учётом и с участием тех людей, которые сами являются потребителями этой программы, должны быть в основе работы. Программу по инвалидам таким образом сейчас сделали, интегрируем разработку этой программы.

Д.Медведев: Потому что именно родители это и знают, и родители в многодетных семьях, и родители детей-инвалидов, именно они знают, что прежде всего нужно детям. Так что нужно их действительно вовлекать в процесс принятия решения.

И ещё одна тема. Мы тут посмотрели компьютерный класс, что мне всегда особенно близко. Там стоят хорошие компьютеры. Но чего я не знал на самом деле – оказывается, у нас в стране практически нет обучающих компьютерных программ для дошкольников. Для школьников написано море всякого разного. Но с учетом того, что здесь у нас практики сидят, а не теоретики, есть всего одна программа, которую они пытались адаптировать, поэтому нужно этим заняться.

Нужно прямо в качестве, может быть, государственного задания дать соответствующий заказ нашим программистам. Пусть они свои программы посмотрят, может быть, что‑то лицензионное можно купить, перевести. Иногда не нужно деревянный велосипед изобретать, но этих программ должно быть какое‑то количество.

А.Фурсенко: У нас кое‑что есть.

Д.Медведев: Но если есть, а они не знают, это все равно, что нет.

Это не требует огромных затрат. Думаю, что пяток современных обучающих программ по всем вопросам, начиная от рисования и заканчивая математикой, это было бы абсолютно разумно.

Что ещё? Какие есть проблемы? В Москве, конечно, их меньше, надо признаться откровенно, чем в других местах, просто потому, что финансовые возможности города лучше, это очевидно.

Но, ещё раз повторяю, наша встреча должна просто побуждать других руководителей регионов быть такими же, стараться деньги вкладывать, потому что деньги сейчас есть в любом регионе. Это абсолютно точно.

С.Собянин: Дмитрий Анатольевич, тем не менее, если сравнить заработную плату со средней заработной платой в Москве, то пропорция получится не лучше, чем в других регионах.

Д.Медведев: Это правда. Я тоже об этом подумал.

С.Собянин: 25 тысяч – это преподаватель высшей квалификации. Сегодня средняя заработная плата в Москве – 45 тысяч. То есть это почти 50 процентов всего лишь от средней заработной платы по региону.

Д.Медведев: Справедливо.

С.Собянин: Это такое политическое и социальное давление определенное. В целом, конечно, это серьёзная проблема, которую нужно решать.

Д.Медведев: Что делать будем?

С.Собянин: Во‑первых, мы повышаем на будущий год заработную плату на восемь процентов, фонд заработной платы. И свой бюджет… На чем бы они ни сэкономили? На свете, на коммуналке, на каких‑то ещё расходах – все изымают. Я считаю, что это категорически неправильно. Все, что будет сэкономлено, тем более это противоречит закону…

Д.Медведев: Абсолютно.

С.Собянин: …по экономии энергоресурсов. Это просто такое представление о жизни: не израсходовали – надо изъять в бюджет.

И.Дерюгина: Есть целевая направленность статей. И она расходуется только туда, куда направлена.

Д.Медведев: Я понимаю. Но насчёт закрепления того, что не израсходовано, вообще‑то мы решение принимали достаточно давно.

У вас детский сад, детское дошкольное учреждение, оно самостоятельное?

И.Дерюгина: Да, самостоятельное.

Д.Медведев: То есть это юридическое лицо?

И.Дерюгина: Да.

С.Собянин: Поэтому то, что они заработали сами, все, что сэкономили, это все их должно быть.

Д.Медведев: Абсолютно правильно.

С.Собянин: Это даст дополнительные стимулы. Думаю, что это процентов 10–15 ещё придаст фонду заработной платы.

Д.Медведев: А какая система оплаты труда?

И.Дерюгина: В основе, конечно, это типовое штатное расписание.

Д.Медведев: Тарифная сетка?

И.Дерюгина: Да. Естественно, с учётом специфики работы учреждения мы дополнительно вводим те штатные единицы, которые нам необходимы для осуществления коррекционной работы. Но нормативным актом премировать я могу только на основании пока приказа окружного управления образования.

Д.Медведев: То есть все‑таки нужно в окружное управление, по сути, идти для получения закорючки.

И.Дерюгина: Да, потому что у окружного управления образования есть специальный фонд для осуществления премиальных выплат. В детском саду таких фондов нет.

Д.Медведев: Это абсолютно вчерашний день, и, конечно, все‑таки здесь должна быть существенно иная степень самостоятельности директора в принятии этих решений. Нужно подумать тогда, это абсолютно реальная проблема.

С.Собянин: На ближайшее время все это надо отменить и дать больше самостоятельности учреждениям.

Д.Медведев: С тем, чтобы могли расходовать те сэкономленные средства, которые получаются.

С.Собянин: Есть там ещё какая‑то небольшая доля и внебюджетных доходов, но небольшая. Но и там расписано так хитро, что практически на зарплату ничего не идёт, что тоже неправильно абсолютно.

Заработал детский сад – ради бога, пусть он расходует, тем более если бы была большая заработная плата. Мы можем любые компьютеры поставить, но если преподаватель получает от 17 до 25 тысяч – это очень мало.

Д.Медведев: Конечно, это проблема. Хорошо, что Вы тоже обратили на это внимание, потому что когда это прозвучит по телевизору, многие ваши коллеги, работающие в других регионах, скажут: «Нам бы такую зарплату, мы были бы самыми счастливыми людьми». Потому что у них там средняя зарплата, допустим, в регионе 20–21 тысяча, а это больше средней зарплаты.

Но уровень жизни в Москве совсем другой, стандарты жизни другие, расходы другие и поэтому, конечно, здесь все равно нужно выравнивать. Так что хорошо, что мэр города это понимает.

Я хочу вас поблагодарить за приглашение, поздравить вас с наступающими праздниками, передавайте от меня привет родителям. Присутствующие родители, передавайте привет вашим детям. И надеюсь, что вы не разочаруетесь в том, чем занимаетесь, я практически в этом уверен, потому что всё‑таки мы сейчас говорили про зарплату – она, конечно, имеет огромное значение в жизни любого человека. Но я настаиваю на том, что тот, кто выбрал для себя такой труд – это всё‑таки отчасти личное решение – и воспитателя в детском саду, и учителя в школе. Это не только деньги, это очевидно.

И.Дерюгина: Безусловно.

Д.Медведев: Но деньгами будем заниматься обязательно.

С наступающими всех вас праздниками!