"Обиднее всего, что государственные деньги зачастую идут не на сохранение памятников, а на их снос или замену новоделом". Интервью Константина Михайлова - Родина

В начале августа в Федеральный закон "Об объектах культурного наследия" внесены важные поправки. Они касаются главным образом защиты памятников с промежуточным статусом - заявленных на охрану и выявленных. Главное: их снос запрещен. Закон стал лучше, но проблем с сохранением нашего наследия по-прежнему много. Об этом корреспондент "Родины" говорил с Константином Михайловым, членом Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека, писателем, краеведом.

- Что означают поправки, которые внесен в "Закон о наследии"?

Константин Михайлов: Безусловно, изменения которые в него внесены, следует приветствовать. Теперь в отношении выявляемых памятников, которые не имеют охранного статуса, есть четкое заключение о запрете их уничтожения. Это шаг вперед. Вся градозащитная общественность лет 40 этого добивалась. Многое из того, что вошло в проект, градозащитное сообщество формулировало на своих съездах и излагало в хартии градозащитников России. Был долгий диалог с Министерством культуры и профильным комитетом Госдумы. Отрадно, что выстраданные идеи постепенно воплощаются в реальность. Но при этом хочу обратить ваше внимание на общую картину происходящего с законодательством о наследии.

- Что с ним не так?

Константин Михайлов: Сейчас в Госдуме, по-моему, около 15 законопроектов, вносящих поправки, дополнения и изменения в "Закон о наследии". Это создает хаос, поскольку законопроекты разнонаправлены, имеют разных разработчиков и, видимо, разных интересантов. Какие-то из них направлены на улучшение ныне действующей законодательной системы охраны наследия, какие-то подразумевают слом и демонтаж значительных частей памятников и замену их новыми частями.

- Кто за это ратует?

Константин Михайлов: Например, законопроекты Минстроя фактически направлены на отмену специализированной историко-культурной экспертизы и включения ее в состав общестроительной. Также ряд законопроектов ориентированы на упрощение важных охранных процедур, но на самом деле подразумевают их отмену. Это, в частности, введение уведомлений, а не согласование работ на памятниках. И это ставит объекты наследия под угрозу.

- Что делать с "Законом о наследии" дальше?

Константин Михайлов: Не совершенствовать законодательство о наследии "захватками" и кусками. Надо на время остановиться и попытаться действующую систему свести в один большой законопроект о наследии, реализовать поправки и посмотреть, насколько они соответствуют положению дел в отрасли. Не несут ли - а по моему мнению несут - угрозу ныне действующей системе наследия. И только после этого, обсудив законопроект, принимать его. Не 20 отдельных, а один осмысленный и логичный. Примерно так сделали в 2015-м, когда тоже было много предложений, которые обсудили, пропустили через экспертное и законодательное сито. И сейчас мы живем по "Закону о наследии" редакции 2015 года. Наверное, настал срок новой правки, но единой по замыслу, логичной и сбалансированной.

- Как сказывается отмена общественных слушаний по градостроительным проектам на ситуации с защитой памятников архитектуры?

Константин Михайлов: При всем несовершенстве института общественных слушаний, который наблюдался, все же они были полезным звеном и в информационном плане, и в плане дискуссии. Потому что теперь все происходит почти в закрытом режиме. И сейчас есть опасность потерять общественное обсуждение и внутри самой законодательной системы охраны памятников.

- Почему?

Константин Михайлов: Если сбудутся мечты некоторых идеологов и специализированная историко-культурная экспертиза будет отменена и поглощена общестроительной, то вместе с этим исчезнет и общественное обсуждение актов историко-культурной экспертизы, чего тоже долго добивались градозащитники. И эта система работает - все общество может узнавать о проектах, которые вынашиваются в отношении тех или иных памятников, участвовать в обсуждении и корректировке. И один из элементов направлен на то, чтобы уничтожить общественную часть гласности и открытости в этой сфере. Этого нельзя допускать.

- В 2022-м вы говорили в интервью "Родине": "Велик риск, что нашу историю заменят новоделом". За это время мы приблизились к опасной черте?

Константин Михайлов: Не заметил, что мы приблизились к ней за последнее время. Но мы по-прежнему очень недалеко от нее, поскольку по-прежнему многие реставрационные решения оформляются как работы по сохранению объекта культурного наследия, но приводят не к сохранению его, а к замене новодельными сооружениями, иногда с использованием сомнительных материалов. Обиднее всего, что на это тратятся государственные средства, которые выделяются именно на сохранение памятников, а не на их снос и строительство похожих.

- Что с этим делать?

Константин Михайлов: Пытаюсь достучаться до правоохранительных органов, чтобы они начали обращать на это внимание. Потому что, на мой взгляд, это яркий пример нецелевого использования средств государственного бюджета - когда деньги на сохранение расходуют на замену памятника новоделом. Ярчайший пример - история с деревянным планетарием в Пензе, который в прошлом году был просто снесен, а потом построен заново из новых материалов. И это все оплачивалось государством, то есть нами, налогоплательщиками. И якобы было обусловлено благой целью сохранения объекта культурного наследия. Таких примеров, к сожалению, много.