Встреча Дмитрия Медведева с руководителем Федеральной налоговой службы Михаилом Мишустиным

Об основных результатах работы Федеральной налоговой службы в 2017 году.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Михаил Владимирович, проинформируйте ещё раз, хотя Вы общий отчёт предоставляли, о том, как завершился год. Это важные результаты. Какова динамика налоговых поступлений в 2017 году, что удалось сделать, каковы результаты, в том числе по отдельным позициям? А потом поговорим по другим вопросам.

М.Мишустин: Мы буквально чуть более недели назад подводили итоги 2017 года. Динамика налоговых поступлений в 2017 году составила плюс 20% по сравнению с 2016 годом в консолидированный бюджет и плюс 32% в федеральный бюджет.

Соответственно, если смотреть на показатели закона о федеральном бюджете, которые были уже уточнены по макропоказателям, то они исполнены на 102,6%, то есть практически всё, что было рассчитано, выполнено.

24% прироста ненефтегазовых доходов в 2017 году обеспечило налоговое администрирование. Это примерно 400 млрд рублей за счёт соответствующих механизмов.

Д.Медведев: Причём это именно ненефтегазовые доходы.

М.Мишустин: Да. А в общем приросте ненефтегазовые доходы – 60%, это общая доля.

Если говорить непосредственно о конкретных налогах, то поступления налога на прибыль стали основными драйверами роста. Это плюс 18,8%, в общей сумме плюс 520 млрд рублей. Прибыль прибыльных компаний росла. Налог на добавленную стоимость растёт в течение пяти лет, в первую очередь благодаря системе автоматизированного контроля за возмещением налога на добавленную стоимость, и рост его составил 15,5%. Налог на доходы физических лиц – плюс 7,7%.

В 2017 году по решению Правительства (до этого указ Президента был соответствующий) Федеральная налоговая служба приступила к администрированию страховых взносов. Хочу Вам доложить, что в 2017 году их поступило на 483 млрд рублей больше, чем в 2016 году. И если смотреть по темпам, плюс 109,1, что на 1,9 процентных пункта выше темпа роста заработной платы. Плюс 100 млрд примерно удалось взыскать за счёт применения соответствующих процедур взыскания задолженности, и мы не позволяем расти этой задолженности.

Д.Медведев: То есть передача функций по администрированию социальных платежей в Налоговую службу себя оправдала. Это позволило собрать большее количество таких платежей.

М.Мишустин: Да, без сомнения. Плюс мы (соответственно, это обсуждали с Вами, уважаемый Дмитрий Анатольевич) сократили количество форм отчётности, упростили взаимодействие. Мы по персонифицированному учёту с Пенсионным фондом проработали в этом году и стабилизировали наши информационные системы, инвентаризировали их. Я надеюсь, что уже в следующем году будет для наших уважаемых налогоплательщиков всё гораздо комфортнее и быстрее. И хочу сказать, что январь – февраль показывает по темпам также плюс 13,9%, то есть достаточно высокие темпы сбора.

Д.Медведев: То есть рост продолжается?

М.Мишустин: Да. Естественно, без изменения базовых ставок.

Задолженность. Если говорить о задолженности, которая была передана фондами на 1 января 2017 года, – это порядка 522 млрд рублей. Мы сейчас занимаемся её взысканием. Соответственно, часть задолженности списывается. Это то, что касается восьми МРОТ. Было соответствующее поручение Президента в Послании. И на сегодняшний день мы уже разобрались с этой задолженностью. Надеемся дополнительно взыскать в бюджет то, что возможно, то, что подлежит взысканию.

Очень важный вопрос, который зачастую задают нам, Налоговой службе, – это выездные проверки. Это волнует общество, волнует бизнес. За пять лет число выездных проверок снизилось более чем в два раза при росте их результативности почти в три раза. Если где-то в 2013 году их было чуть более 40 тыс., то сейчас – порядка 20 тыс. в год. А эффективность проверок, то есть непосредственно взыскание налогов после соответствующих доначислений, растёт. Сейчас это около 9,5 млн рублей. Очень важно, что нет пустых проверок, которые не приводят к результату.

Д.Медведев: 9,5 млн рублей – это средняя цифра?

М.Мишустин: Это средняя цифра доначисления на одну налоговую выездную проверку.

Мы всегда боролись с нулевыми…

Д.Медведев: Когда деятельность предприятия, по сути, приостанавливается на время проверки или, во всяком случае, становится затруднительной, а потом довзыскания никакого нет?

М.Мишустин: Совершенно верно. Выросла на 40% сумма взысканных платежей на одну проверку. Важно, что мы по открытым критериям этих проверок информируем бизнес. Основной из критериев – это, например, когда среднеотраслевая налоговая нагрузка у предприятий с таким же видом экономической деятельности гораздо выше, чем у предприятия, – в два-три раза. Или средняя зарплата на предприятии гораздо ниже, чем средняя.

Д.Медведев: То есть это такой индикатор.

М.Мишустин: Абсолютно верно. 12 основных, 56 добавленных. Риск-ориентированный подход, который мы применяем в этой деятельности, даёт достаточно неплохой результат при сокращении проверок.

И суды, споры. В 2010 году было порядка 80 тыс. судов, споров с Налоговой службой у бизнеса. На сегодняшний день – снижение почти в восемь раз. У нас их осталось чуть более 11 тыс. И удельный вес требований, рассмотренных в пользу бюджета, – порядка 80%. То есть в 2017 году на 9% снизились судебные споры с бизнесом, что в первую очередь стало возможным благодаря консолидированной позиции, которую мы на нашем сайте доводим до налогоплательщика, разъяснений Министерства финансов. Это неплохой показатель.

Д.Медведев: То есть Вы считаете, что это свидетельствует о том, что качество судебных требований в этих спорных ситуациях изменилось, и в судах оказываются только такие требования, которые гораздо более выверены, чем это происходило раньше, например, восемь-девять лет назад?

М.Мишустин: Абсолютно верно. Методически обоснованные и, соответственно, как Вы правильно сказали, формализованные в подаче тех же исков. И количество этих дел в восемь раз за пять лет снизилось.

Д.Медведев: В восемь раз – это довольно существенное изменение, конечно. Что ж, это всё хорошие итоги и для бюджетной системы, и для работы Налоговой службы. Но это, по всей вероятности, связано и с использованием современных способов или методов работы, поскольку наша Налоговая служба, которую Вы возглавляете уже достаточно долгий период, является передовой службой по внедрению новых методов работы – и электронных систем, и информационных технологий, использования интернет-технологий, в том числе в общении с обычными налогоплательщиками, не только с юридическими лицами, но и с физическими лицами.

Что сделано и каковы перспективы? Что дальше делать?

М.Мишустин: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич. В первую очередь, конечно, основными драйверами роста эффективности налогового администрирования стали технологически новые инструменты, которые внедряются в налоговой системе, в налоговом администрировании. В первую очередь это автоматизированные системы контроля за возмещением НДС. Порядка 15 млрд транзакций в год рассматривается на сегодняшний день. Если говорить об анализе налогового разрыва, который был ещё совсем недавно, порядка 8% в начале 2016 года, – он ниже 1%. Вот что очень важно.

Мы ставим это индикативным показателем работы налоговых инспекций – налоговый разрыв. В случае если мы видим действия, связанные… Не всегда это мошенничество, это связано с разрывом или с тем, что кто-то в цепочке не уплатил налог на добавленную стоимость.

Д.Медведев: Это не всегда умышленные какие-то махинации. Это могут быть и просто упущения или неосторожность.

М.Мишустин: Совершенно верно. Включается эта система, и мы абсолютно чётко, открыто с бизнесом говорим о том, почему это и как. И в этом смысле мне кажется, что основным драйвером роста эффективности налогового администрирования стало именно эффективное применение этой системы.

Контрольно-кассовая техника. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Вы знаете о реформе. Правительство работало над тем, чтобы всё это было комфортно. Хочу доложить, что на сегодняшний день в новом порядке зарегистрировано 1,679 млн кассовых аппаратов. Мы мониторим ежедневно порядка 120 млн операций, которые пробиваются в системе ритейла, в системе розницы. Общий оборот выручки сегодня, после внедрения нового порядка, составил более 20 трлн рублей, и отдельно мы выделяем НДС – примерно 1,7 трлн рублей.

Очень важно, что на 40% вырос парк по сравнению с тем, что было до реформы. То есть практически это стало удобно бизнесу, бизнес может контролировать…

Д.Медведев: Техника современная? Эти 1,679 млн касс – это новые кассы?

М.Мишустин: В основном новые кассы, новые разработки.

Д.Медведев: Они доступны по цене?

М.Мишустин: Доступны. У нас есть примерная, ориентировочная стоимость для самых простых кассовых аппаратов.

Д.Медведев: Для малого бизнеса, для индивидуальных предпринимателей.

М.Мишустин: 18 тыс. рублей. Примерно столько это для малого бизнеса стоит. И предусмотрен соответствующий вычет для индивидуальных предпринимателей, которые будут применять кассовую технику.

Мы готовимся к тому, что в ближайшее время перейдут на применение контрольно-кассовой техники в онлайн-режиме также индивидуальные предприниматели в торговле, то есть вся торговля.

Очень важно (мы непосредственно мониторим ритейл), что обороты в ритейле увеличились на 50% сейчас – там, где стоит онлайн-техника.

Д.Медведев: Это показатель того, что часть оборота выводится из серой зоны в белую зону. Мы понимаем, какие товарные потоки. Но в целом нужно готовиться к тому, чтобы внедрять в масштабах страны – и не только страны, а Евразийского союза, как мы договорились, – систему прослеживаемости движения товаров. Потому что в этом случае мы можем понимать, где, когда, в каком месте происходит передача товара из рук в руки, какие налоги должны выплачиваться. К этому идёт весь мир. Естественно, Налоговая служба тоже к этому должна готовиться.

М.Мишустин: Да. По Вашему поручению мы продолжаем работать по маркировке – это один из элементов прослеживаемости. А соединение, интеграция систем маркировки с контрольно-кассовой онлайн-техникой позволит нам отслеживать непосредственное выбытие из розницы товарных потоков.

Хочу доложить также о пилотном проекте по маркировке лекарственных средств. Зарегистрировано уже более 2,2 тысячи участников, 266 лекарственных препаратов, и промаркировано в системе 8,9 млн упаковок. Разработано соответствующее бесплатное мобильное приложение, проводится интеграция с ККТ. И в государственно-частном партнёрстве с «Ростехнологиями» мы продолжаем работать над маркировкой.

Д.Медведев: Если говорить о маркировке и прослеживаемости, нам нужно в конечном счёте двигаться к такой системе, которая будет носить универсальный характер. Она не должна сегментироваться на части: здесь мы таким-то образом отслеживаем движение лекарств, а там движение детских игрушек отслеживаем по другим приложениям, на основе каких-то других стандартов. Всё это должно быть сведено в единую систему, которая будет работать в масштабах страны. Это дело сложное. Оно рассчитано не на один год. Но к этому нужно стремиться. Потому что в конечном счёте с точки зрения налогообложения это всё очень близкие процессы, которые должны порождать одни и те же налоговые эффекты. Подобную систему нужно будет построить вместе с нашими коллегами из Евразийского союза. Прошу этим заниматься.

<…>