Документ /

Владимир Путин встретился с представителями ведущих российских мультипликационных студий: «Союзмультфильм», «Мельница», «Рики», «Анимаккорд», «Визарт» и «КиноАтис». Обсуждались проблемы и перспективы развития анимационной индустрии в России.

На сегодняшний день в России насчитывается около 50 мультипликационных студий, большая часть которых занимается авторской мультипликацией. Над производством полнометражных анимационных фильмов и сериалов постоянно работает 10 студий.

* * *

В.Путин: Уважаемые друзья, коллеги, добрый день!

Мы с вами встречаемся накануне Международного дня защиты детей. Но хорошо знаем – вы, во всяком случае, знаете это очень хорошо, – что анимационные фильмы посвящаются не только детям. Это значимая часть нашей отечественной кинематографии, имеющая большой опыт, большие традиции. Наверное, одна из самых старейших в мире – в 2017 году исполняется уже 105 лет отечественной анимации.

Тем не менее всё-таки значительная часть вашей работы посвящена именно молодым людям, детям. И в такой яркой, талантливой, красивой форме вы учите детей понимать жизнь, отличать правду от лжи, добро от зла. Это важнейшая задача, и то, как наши художники, мультипликаторы, аниматоры это делают, конечно, часто вызывает восхищение.

В последнее время, конечно, мы знаем, совсем трудные времена. И эти трудности, во всяком случае все, ещё не пройдены, наверняка их достаточно, об этом мы сегодня и поговорим. Но всё-таки наша мультипликация отвоёвывает своё место в отечественном кинематографе и здесь, в нашей стране, и занимает всё активнее и настойчивее позиции в мировом кинематографе, о чём свидетельствуют различные премии, победы, достижения.

Я бы хотел с вами сегодня обсудить, где находится отрасль, услышать ваши оценки. Специально пригласил своих коллег, Министра, своего советника по вопросам культуры, заместителя Руководителя Администрации. Мы все в вашем распоряжении, внимательно вас слушаем и постараемся отреагировать не в сегодняшнем разговоре, а в последующей нашей работе на ваши озабоченности, планы и чаяния.

Пожалуйста, прошу вас.

И.Попов: Владимир Владимирович, спасибо большое, что сегодня нашли время встретиться.

Действительно, сегодня, в преддверии 1 июня, это особенно значимо, потому что мы не так часто встречаемся. Буквально ещё несколько лет назад, когда была встреча с аниматорами, мы готовили рассказ о том, что происходит в отрасли, и особо рассказывать было нечего. Отрасль только-только начинала своё развитие. Уже были какие-то первые успехи, но это были единственные шаги. Студия «Союзмультфильм» находилась в ужасающем состоянии, практически потеряла коллекцию, находилась в ужасном здании. И именно тогда, когда эта встреча состоялась, за что Вам персонально огромное спасибо, нам удалось действительно совершить такой существенный скачок.

Презентация, которая перед Вами, коротко рассказывает об успехах ключевых студий, руководители которых как раз собрались здесь за столом. Нам действительно есть чем похвастаться. Тогда, по результатам встречи, из ключевых вещей, которые были приняты и поддержаны, как раз был решён вопрос о возврате коллекции «Союзмультфильма», что позволило фактически сейчас сделать существенные шаги в развитии студии «Союзмультфильм». Сама студия получила прямую финансовую поддержку.

В.Путин: Вам вернули коллекцию?

И.Попов: Коллекцию вернули.

В.Путин: Такое тоже бывает.

И.Попов: Да.

Тогда же, в 2011 году, нам была выделена разовая финансовая поддержка в размере 500 миллионов рублей на анимационную отрасль, что действительно дало существенный качественный скачок в старте многих проектов, ряд из которых здесь, как раз в этом буклете, представлен.

И, что немаловажно, тогда была поддержана идея создания Российского дома анимации, которой как раз совместно с «Союзмультфильмом» и наша ассоциация плотно занимается. Считаем, что в этом году есть все шансы, что Российский дом анимации откроет свои двери и мы все с удовольствием там соберёмся и сможем также общими усилиями реализовывать новые проекты. Поэтому встреча была для нас очень значимой. Очень хочется, действительно, чтобы по результатам этой встречи мы смогли ещё активнее дальше развивать нашу отрасль.

Действительно, нам есть чем похвастаться. Я, конечно, не могу сейчас перечислить успехи всех наших ключевых студий. И если коротко рассказать, что ярким мировым примером является успех мультфильма «Маша и Медведь», который сейчас уже стал самым популярным мультсериалом на YouTube. Здесь как раз Дмитрий Ловейко, руководитель студии. А серия «Маша плюс каша» собрала более двух миллиардов просмотров на YouTube.

В.Путин: Два миллиарда?

И.Попов: Более двух миллиардов, сейчас 2,2 миллиарда.

А Сергей Михайлович [Сельянов] как раз руководит бессменно студией «Мельница» компании «СТВ» и, развивая франшизу «Богатырей», добился того, что фактически это стало самым успешным кинопроектом в истории российской анимации.

Компания, которую я представляю, – это компания «Рики», которая развивает проект «Смешарики», – стала за это время не только самым популярным российским сериалом, но и успешно вышла в Китае, добилась там огромных успехов. Мы за все эти годы фактически стали лидером присутствия на телеканалах в России, у нас более 70 тысяч показов. Юрий Москвин, который возглавляет студию «Визарт», смог создать большую кинофраншизу «Снежная королева», которая за это время стала суперуспешной на международном рынке, и уже сам фильм был показан более чем в 130 странах.

Кинокомпания «КиноАтис» с проектом «Белка и Стрелка» (Вадим Сотсков её представляет) была первым прорывом полнометражной российской анимации на международном рынке, и Вы, конечно, правы, что ещё огромное количество разных проектов авторской анимации завоёвывали множество наград. Невозможно всех перечислить, те же номинации на «Оскар» чего стоят. В этом смысле, конечно, много чего хорошего произошло.

Если сравнить то, какое состояние отрасли было тогда и сейчас и в чём оно изменилось в конкретных цифрах, то можно сказать так, что, например, объём производства в 2011 году у нас был порядка 3000 минут, сейчас он увеличился до более 4200 минут в год. И здесь я не могу сказать, что это цифра, которая нас самих устраивает. Сопоставляя с ожиданиями отрасли, мы понимаем, что эта цифра могла бы быть существенно больше. Зато, например, у нас ярким показателем такого изменения является количество просмотров в интернете. Если тогда было порядка миллиарда, то сейчас совокупный объём просмотров российской анимации составляет уже более 31 миллиарда. В этом смысле хочу отметить, что, действительно, со всеми этими изменениями менялась и отрасль. Действительно, за это время произошла фактически полноценная цифровая революция. Когда раньше в студии зарабатывали деньги, продавая, например, права на выпуск DVD, тогда этот рынок падал, а интернет был полностью пиратским. В результате активной борьбы, в том числе со стороны государства, с пиратством в интернете и развитием всего этого рынка сейчас студии стали зарабатывать гораздо больше, чем в те времена зарабатывали на DVD-рынке. В то же время, например, изменился и колоссальный рынок цифрового телевизионного вещания, и появилось множество новых каналов, в том числе специализированных детских каналов, которые показывают анимацию. Это тоже привело к росту спроса на анимацию со стороны телевидения.

Такая же история коснулась, например, и цифрового кинопоказа. То есть если раньше все фильмы выходили на плёнке и только именно кинопроекты могли демонстрироваться, то сейчас, благодаря развитию цифрового кинопоказа, у нас появились такие проекты, как «Мульт в кино», в которых мы можем демонстрировать премьеры новых российских сериалов практически на еженедельной основе. Это всё, конечно, такие факторы, которые и изменили отрасль, и дали серьёзный импульс к развитию.

По количеству студий. У нас тогда было порядка 30, сейчас их уже около 50. Про «Союзмультфильм» как раз я уже упомянул, о том, что уже много что изменилось, и сейчас мы ведём совместную работу, с тем чтобы «Союзмультфильм» стал базовой комплексной площадкой в целом для индустрии.

Важный фактор для нас, который был и остаётся, это как раз рост развития рынка детских товаров. В этом смысле сама отрасль небольшая, но те продукты, как, например, эти игрушки, они появляются на полках магазинов, и действительно, в общем объёме в этом смысле чем больше появляется российских мультфильмов, тем больше появляется российских товаров с этими игрушками. И в этом смысле если тогда, ещё в 2011 году, совокупный объём наших отчислений на отрасль составлял порядка 700 миллионов, а общий объём продаж в розничных ценах составлял порядка 15 миллиардов рублей, с которых как раз все эти роялти платятся, то сейчас эта цифра выросла уже до 25 миллиардов, объём отчислений вырос до 1,2.

Наверное, самый качественный, серьёзный скачок у нас произошёл в области экспорта, потому что в 2011 году экспорта практически не было. Сейчас, действительно, уже можно говорить о каких-то серьёзных цифрах. Если о корректных цифрах, то в 2011 году объём экспорта был порядка 200 миллионов, в прошлом году он уже превысил 2,4 миллиарда рублей.

В объёме кассовых сборов тоже произошло более чем удвоение. То есть мы посчитали, что в 2011 году у нас порядка одного с небольшим миллиарда был общий объём кассовых сборов российских фильмов анимационных. И всего вышло порядка пяти фильмов в том году, в прошлом году у нас вышло уже восемь фильмов, и общие кассовые сборы составили 2,3 миллиарда.

В этом смысле, если резюмировать, то отрасль выросла за это время практически в три раза. И конечно, когда мы растём практически с нуля, вырасти в три раза непросто, но гораздо проще, чем снова потом вырасти за следующие пять лет ещё в три раза. И, наверное, сейчас в этом смысле, если мы будем развиваться так, как есть, без каких-то серьёзных шагов совместных со стороны бизнеса и со стороны государства, то, бесспорно, мы вырастем. Наверное, вот эти порядка семи миллиардов, которые сейчас отрасль уже составляет, превратятся в десять. Ну, мы очень хотим, чтобы эта отрасль выросла также втрое и превысила 20 миллиардов. И для этого как раз необходим ряд мер, которые я сегодня хотел коротко представить и передать слово своим коллегам. Они более подробно по отдельным пунктам расскажут и обоснуют.

Если говорить всё-таки про ситуацию ещё в конкурентном окружении, ситуацию вчера и сегодня, и как мы видим, и завтра, мы понимаем, что действительно мы находимся в условиях абсолютно открытого рынка, когда в России нет никаких законодательных ограничений на присутствие иностранного контента, нет таких правил, что нельзя показывать в определённое время или что нельзя иностранным фильмам выходить в кинопрокат, какой-то приоритетности по отношению к российским фильмам. В этом смысле мы всегда в жёсткой конкурентной борьбе, но не всегда имеем возможность тратить такие же маркетинговые бюджеты. Иногда иностранные компании, к которым мы приходим со своими проектами, в принципе они уже окупили все затраты на своих локальных рынках и в России они могут себя в этом смысле вести гораздо более свободно и смело. Вот если по общим цифрам, которые мы сейчас наблюдаем, действительно, что нам удалось. С трудом нам удалось с 20 с небольшим процентов, если говорить в процентном соотношении, увеличить долю полнометражных анимационных фильмов в России до 27, то есть почти до 30 процентов. Конечно, хотелось бы, чтобы эта цифра повышалась и дальше.

В этом смысле такая же ситуация приблизительно и в сериалах. Если раньше у нас, например, в 2011 году было в коммерческом обороте порядка 14 анимационных сериалов, то сейчас их стало уже 53, то есть их число выросло почти втрое. Но за это же время существенно выросло и количество иностранных сериалов на телеканалах. Мы, конечно, стремимся к тому, чтобы эту цифру тоже существенно поднять.

Ещё один немаловажный фактор. Я много говорю о финансовых показателях, а не менее важно говорить о показателях популярности российских героев среди детей. Действительно, каждый персонаж в мире, в истории несёт в себе серьёзное содержание, и порой действительно это важнее, чем, может, какой-то экономический эффект. И здесь для нас такой важный показатель – это просто количество персонажей, которых дети называют популярными, любимыми. По опросам как раз социологов, например, ещё в 2011 году из тех самых 100 персонажей, которых называли любимыми, лишь 14 вообще имели отношение к российским персонажам. Большинство из них были персонажи «Союзмультфильма». Были в тот момент «Смешарики», «Маша и Медведь» как первые российские проекты, сейчас такие проекты в общей сложности составляют порядка 24. То есть 24 персонажа популярны из 100. Эта цифра тоже далека от идеала. Мы очень хотим добиться общими усилиями, чтобы хотя бы половина таких персонажей, которых дети называют любимыми, были именно российскими, и считаем, что для этого у нас в принципе всё есть.

Если переходить к вопросу конкретных предложений и мер, говоря о том, чего нам не хватает, наверное, нам в первую очередь не хватает определённой системности. Потому что в действительности многие меры поддержки, даже эта поддержка в размере 500 миллионов, о которой я сказал, действительно дала серьёзный скачок в 2011–2012 годах. Но потом дополнительной поддержки не выделялось, продолжало оказывать поддержку все эти годы Министерство культуры, за что я хочу отдельно сказать огромное спасибо.

Вообще, мы с Министерством культуры очень плотно эти годы и как Ассоциация анимационного кино, и как отрасль взаимодействовали. Но Министерство культуры зажато строго в тех рамках, которые есть, в том числе финансовых, и здесь без определения чёткой финансовой программы развития невозможно многие вопросы решить. Для простоты мы, обсудив внутри отрасли и постаравшись выделить ключевые, болевые точки или точки роста в том числе для отрасли, определили их как шесть базовых. Сюда как раз относятся вопросы поддержки экспорта и вообще экспортного развития. Действительно, я считаю, что 2,4 миллиарда – сумма не маленькая, но она далеко не большая. Я могу сказать, что весь мировой рынок – это порядка 250 миллиардов долларов, поэтому в этом смысле мы ещё далеко-далеко не достигли того потолка, который, очевидно, могли бы достичь, особенно с той самой 105-летней историей развития российской анимации. Дмитрий Медников, я думаю, расскажет коротко и в части именно поддержки экспорта.

Отдельная проблема, которая у нас была и остаётся, это проблема и задача усиления борьбы с контрафактом. Причём в данном случае, действительно, это касается вопроса и контрафакта в интернете, который негативно отражается и на киноотрасли, и контрафакт лицензионных товаров в магазинах. Отдельный маленький блок – это блок поддержки развития анимационного образования. Кстати, как раз по борьбе с контрафактом у нас уже, насколько понимаю, Министерством культуры был подготовлен федеральный закон, который лежит в Госдуме на одобрении. Если буквально в ближайшее время он будет принят, то это действительно многие вопросы поможет решить.

С.Сельянов: Сейчас он лежит, и нет никаких сигналов.

И.Попов: Да, движения нет.

С.Сельянов: Он завис там.

В.Путин: Почему? Есть какие-то споры?

С.Сельянов: Какой-то встречный лоббизм, видимо. Мы не знаем объяснения, нас это беспокоит.

В.Путин: Как он называется?

В.Мединский: Это закон о борьбе с пиратством.

Мы провели у Володина совещание, и не одно. Правительство поддерживает, даже Минсвязи уломали, профильные комитеты поддерживают. Но последняя информация, которую я получил, что есть какие-то юридические замечания со стороны ГПУ. И он опять лежит. В принципе, он был бы готов к принятию полностью. Отрасль его ждёт.

С.Сельянов: Да, да.

И.Попов: Ну, мы с подобной ситуацией сталкивались, например, когда мы постарались добиться послабления, связанного с размещением, например, рекламы как раз в кинофильмах, которые относятся к детским, для того чтобы телеканалы более активно могли их покупать. И вот здесь та же проблема возникла, когда со стороны отдельных депутатов Госдумы возникло противодействие. И фактически так это решение и не было проведено.

Возвращаясь к ключевым мерам. Третьей такой мерой является поддержка развития анимационного образования. Если мы хотим, действительно, чтобы число специалистов отрасли выросло ещё существенно, эти меры системные необходимы. Здесь тоже необходимо плотное взаимодействие с Министерством образования, без этого никак.

Отдельный блок серьёзный (Сергей Михайлович расскажет и Дмитрий Ловейко) про комплекс мер налоговой поддержки. Тут есть тоже ряд таких, я бы сказал, системных вопросов, которые накопились, более того, многократно уже обсуждались, и решения по ним вроде как уже принимались и поддерживались, важно просто донести в жизнь.

Пятый существенный блок вопросов связан с поддержкой развития технологической базы и адресная поддержка «Союзмультфильма», на базе которого как раз мы и хотим создавать российский анимационный технопарк.

Ну и, что называется, последний по списку, но далеко не самый последний по значимости пункт – это непосредственно дополнительная финансовая поддержка производства с конкретной целью. Чего мы хотим добиться? Мы хотим увеличить объём производства анимации реально в три раза, и отрасль к этому готова, добиться того, чтобы в этой ситуации произошло утроение не только объёмов производства, но и размеров этой отрасли, что, в свою очередь, повлияет не только на повышение конкурентоспособности российской анимации, но и решит задачу как раз увеличения числа российских героев и на внутреннем рынке, и для работы на внешнем рынке. Почему вообще эти цифры необходимы и в чём вопрос?

У нас сейчас общий объём поддержки анимации составляет в год порядка 800 миллионов рублей, сумма не маленькая, бесспорно. Но если сравнить, например, с бюджетом даже одного фильма «Шрек», который составляет 60 миллионов долларов, эта сумма составляет одну четверть «Шрека». То есть в этом смысле конкурировать с таким объёмом даже при условии, что ещё столько же денег и даже больше добавляют частные инвесторы, всё равно невозможно.

То, что мы предлагаем, – это обеспечить целевую финансовую поддержку хотя бы на каком-то горизонте, ближайших трёх лет, с тем чтобы вот в эти пять лет изменить существенно ситуацию, нам необходим объём поддержки порядка до миллиарда в год. И в этой ситуации мы как раз эту задачу утроения отрасли точно решим.

В отношении, как я сказал, налоговых преференций и развития структуры мы обсудим. Я хотел коротко ещё добавить пример зарубежного опыта – просто откуда вообще эти цифры, и где бы сейчас мы могли бы быть. Мы для сравнения взяли одну из далеко не самых больших с точки зрения экономики страну и сопоставили наши цифры и их в реалиях. В данном случае об этой стране буквально 15 лет назад на мировом анимационном рынке никто не слышал, не знал. Сейчас она занимает одно из первых мест.

В.Путин: Южная Корея просто одна из экономик с наиболее быстрыми темпами внедрения инноваций.

И.Попов: Да. В этом смысле мы очень хотим догнать и обогнать, и считаем, что в этом смысле потенциал у нас и творческий, и технологический точно есть. И как раз здесь мы говорим о том, что тот самый миллиард, это менее 20 миллионов долларов, это точно несопоставимый объём дополнительной поддержки, которая есть у той же Южной Кореи. Но при этом мы сейчас имеем 50 студий, мы хотим, чтобы этих студий было порядка 100. И отрасль понимает, что да, это реально. Причём важный момент: у нас из этих 50 студий меньше десяти, на самом деле восемь, являются индустриальными. В той же Корее более 90 процентов студий так или иначе являются индустриальными студиями. И важный фактор, что они работают как раз в основном на экспорт. То есть 80 процентов производимой анимации они производят для остального мира. У нас объём экспорта составляет на сегодняшний день порядка 35 процентов, то есть треть. И объём рынка сам по себе, если совокупно посчитать, у нас все те цифры, которые я называю, переводя в доллары, это порядка 120 миллионов. У них этот рынок на сегодняшний день порядка 755 миллионов. И по количеству минут, вот те самые 4200 минут, ну, как-то непонятно, что это такое, много это или мало. Вот для сравнения: та же Южная Корея производит сейчас в год, по статистике прошлого года, 200 тысяч минут. То есть в этом смысле мы в 20 раз меньше, то есть мы в пять раз меньше по финансовым показателям и в 20 раз меньше по объёму производства. И, повторюсь, мы технологически к этому готовы. Люди есть, проектов, идей много. Инвесторы готовы вкладываться. Но здесь вопрос реализации того комплекса мер, которые позволят действительно совершить какой-то серьёзный, качественный скачок.

Я передаю слово своим коллегам, чтобы они могли подробнее рассказать о вопросах нашей структуры.

В.Путин: Пожалуйста.

С.Сельянов: Мы условились, что каждый выступающий два слова скажет о своей студии и успехах. Но поскольку об успехах и Вы, Владимир Владимирович, и Илья всё уже рассказали, я не откажу себе в удовольствии два слова сказать про нашу студию. Она питерская, вот я картинки принёс. Мы её построили, это предмет нашей гордости, за собственные заёмные средства, вот она, называется «Мельница».

В.Путин: А где это?

С.Сельянов: В Питере. В районе проспекта Большевиков. И у Ильи студия, кстати, в Петербурге.

И.Попов: Да, две крупнейшие студии находятся в Петербурге.

С.Сельянов: Юра [Москвин] – в Воронеже, этого вообще никогда не было. В Питере не было анимации в советское время никакой. То есть это тоже свидетельство какое-то живучести нашего вида. Прорастает там, где ничего не было. И вообще питерские студии крупнее гораздо московских.

Реплика: А московские – эффективнее. (Смех.)

С.Сельянов: Вы делаете одно произведение искусства. Удачное. Поздравляю. Вот ещё иллюстрацию принёс, попросил, потому что буду говорить об успехах. Это, собственно, на «Оскаре»: наш Костя Бронзит вместе с одним из поклонников его таланта. Он номинировался дважды, Ди Каприо его любит, просил Костю сфотографироваться, бегал за Костей, и Костя ему сказал «ок».

То есть действительно, правда успехи есть. Вы в своём вступительном слове сказали: «Где вы себя видите?» – такую фразу произнесли. Вот я правда, искренне, с каким-то вдохновением и волнением скажу, что у меня, может быть, недостаточно отчётливое представление об успехах страны, но есть отрасли лидирующие, оборонная, атомная промышленность, вот МС-21 полетел (мой отец был лётчик, я к этому как-то особенно отношусь, он был военный, не важно, что военная авиация, но для меня лично это очень важно), есть спорт высоких достижений. Вот в этом ряду я себя вижу. И, коллеги, мы правда очень круто выглядим в мире. Нас мало, мы пока сконцентрированы, но меня это вдохновляет. Более того, я считаю, что мы круче всех перечисленных отраслей, потому что мы создаём содержание, кроме того. Вот этот контент так называемый. (Показывает фото.) Это наши подшефные дети. Действительно: сегодня дети – завтра народ. Мы, собственно, как-то эту идентичность воссоздаём, поддерживаем и прочее, поэтому мы правда чувствуем себя, как-то с большим энтузиазмом занимаемся этим делом и видим себя высоко. То, что Вы нас сегодня пригласили, – свидетельство того, что мы как-то поняли уже, что в Правительстве и теперь уже на уровне Президента это, видимо, заметили. Потому что, действительно, красоты ведь не спрячешь.

В.Путин: Когда Вы сказали «в Правительстве», Вы имели в виду нашу встречу в 2011 году?

С.Сельянов: Последняя была в 2013-м, с Вами. Это я уже плавно перехожу, собственно, к деловой части моего выступления, чтобы много времени не занимать. Мы тогда с Вами этот вопрос решили, но он как-то не решился. Как с коллекцией, Вы говорили, что бывает, что вроде передадут, но где-то она там. Речь идёт об устранении несправедливости. Есть IT-индустрия, которой мы тоже, кстати, гордимся, она тоже в числе приоритетов.

В.Путин: И достижений.

С.Сельянов: Достижений. Я и говорю, что они молодцы. Но они забирают людей у нас, потому что у них есть льгота по социальному страхованию, а у нас её нет. А люди одни и те же, специалисты одни и те же. Они имеют несправедливые, на наш взгляд, конкурентные преимущества. И мы бы хотели, чтобы эти 14 процентов страховых взносов были применены и к нашей отрасли, и к смежной, очень близкой и важной для производства кино отрасли и тоже лидирующей в мире, вполне на очень высоких позициях, как компьютерная графика для кино, телевидения, студий компьютерной графики для аудиовизуальных произведений. Это те, кто делает все спецэффекты, то, без чего современное кино невозможно. Мы сейчас делаем фильм «Конёк-горбунок». Это фильм, не мультфильм, и там компьютерные графики будут анимационные образы создавать: и жар-птицу, собственно, Конька. Это очень близкие, и у них те же самые проблемы. Какие у нас аргументы? Ну, те же самые, что и у айтишников, более 80 процентов себестоимости – это фонд оплаты труда, реализация, естественно, практически на 100 процентов именно этой продукции, которой мы занимаемся.

Ю.Слащева: Мы – инновационная отрасль, как и они.

С.Сельянов: Да, такая же инновационная, как они. Выпадающие доходы вместе со студиями компьютерной графики, в общем, где-то 1,5 процента от выпадающих за год доходов IT-индустрии конкретно. Минэкономики, которое эту идею горячо поддерживает, прямо даже очень горячо, насчитало где-то 300 миллионов. Но, поскольку пока много фрилансеров, то есть ипэшников и предприятий, которые по упрощёнке отчитываются, на самом деле, я думаю, в первый год выпадающих доходов будет по анимации и по компьютерной графике не более 150 миллионов. Потом, видимо, это будет как-то нарастать.

И.Попов: Но всё равно это один процент от IT-отрасли, да.

Ю.Слащева: И наша выручка будет нарастать.

С.Сельянов: Наша, естественно.

И.Попов: А для отрасли это значимая цифра.

В.Путин: Вы правы, правы, конечно.

С.Сельянов: Поэтому это предмет нашего желания. Мы вынуждены, но у нас уводят людей, во-первых, хорошие наши коллеги. Во-вторых, это, конечно, инвестиционную привлекательность резко повышает. Потому что инвесторам, конечно, трудно отдавать.

В.Путин: Минфин наверняка сопротивляется не потому, что он не хочет вас поддержать.

С.Сельянов: Но это его работа.

В.Путин: Нет. Потому что он боится прецедента и агрессивного поведения других участников рынка: и нам, и нам, и нам, и мы тоже, и мы тоже очень важны. Вот только в этом. Но мы поработаем.

С.Сельянов: Я обрадовался, когда продлили им эту льготу, правда обрадовался. Ваше поручение было в 2013 году такое – обеспечить именно, не проработать. Хотелось бы, конечно, очень. Нам это поможет, именно индустриальным студиям с постоянным циклом производства.

В.Путин: Да, согласен. У вас очень важная социальная роль, поэтому это не только будет помогать развитию высоких технологий, но ещё и социальную роль поддерживать.

И.Попов: Хочу добавить ещё, что на самом деле зарплаты аниматоров в действительности (особенно для регионов это актуально) в среднем выше, чем зарплаты не подготовленных к этой специальности специалистов. Поэтому применение такой меры фактически, при развитии индустрии, людей, которых мы так или иначе обучаем, готовим, суммы, которые в итоге государство будет получать даже с учётом этих пониженных ставок, на выходе будут больше, и эти выпадающие доходы с лихвой компенсируются не только ростом рынка, но и ростом числа людей, задействованных в нём.

В.Путин: Поможет вам конкурировать внутри страны, в том числе с иностранным контентом?

Ю.Слащева: Да.

Ю.Москвин: Не только конкурировать с IT, но и, кроме того, за рубежом, потому что до сегодняшнего момента мы конкурировали с Disney, то, что показывает Dream Worlds, потому что мы находимся с ними на одном поле, потому что мы продаём нашу продукцию уже за рубеж. Когда только мы приехали из Канн, нам болгары рассказывали историю о том, что вы не представляете, что мы сделали. За «Снежную королеву», она у нас вышла в Болгарии, – лучший анимационный старт за всю историю болгарского проката в рамках независимой анимации. То есть мы обогнали всю европейскую и американскую независимую анимацию. Понятно, Disney собирает больше, Dream Worlds собирает больше, но мы можем конкурировать. В данной ситуации мы дошли до того, что мы можем конкурировать с крупнейшими европейскими и американскими студиями независимой анимации. Это уже много, потому что раньше этого не было вообще. То есть сейчас мы можем.

В той же Корее, индустриальной, на сегодняшний момент та же «Снежная королева» – лучший анимационный старт, лучшие сборы за 2016–2017 годы. То есть мы неплохо себя чувствуем. Понятно, что нет предела совершенству, хочется ещё больше шагов. То есть нам нужны эти шаги, потому что мы хотим конкурировать не только с независимыми студиями, но и с индустриальными, с Диснеем. Для этого нужны обучение, нужны дополнительные инвестиции, потому что мы – Кулибины, мы пытаемся сделать за три копейки, но всё равно нужны деньги, нужны инвестиции, нужно продвижение.

Ю.Слащева: Можно я про инфраструктуру скажу, потому что дальше отсюда следует как раз развитие инфраструктуры.

Я недавно возглавила «Союзмультфильм» и, уже войдя в отрасль, придя с телевидения, поняла, какие инфраструктурные проблемы есть в анимации. И одна из них, конечно, заключается в том, что у нас нет сегодня специализированных центров, специализированных технопарков, которые бы развивали анимацию. Есть IT-парки, есть парки ряда других отраслей, но нет анимационного. Мы как «Союзмультфильм» вчера получили статус партнёров и резидентов фонда «Сколково», и только на нас со следующего года будут распространяться определённые льготы, такие же, как получает IT. Но это на одну компанию. Для того чтобы распространить это на отрасль, нужно соответствующее решение правительственное и решение Вашего уровня. Но уже сегодня мы можем благодаря Вам и решениям, принятым в 2011 году (Вы поручили поддержать «Союзмультфильм» во всех направлениях, в том числе выделить «Союзмультфильму» здание), и благодаря этому Министерство культуры провело огромную работу, и сегодня мы получили ключи от нового здания. И сегодня «Союзмультфильм» переезжает в новый дом. И Гена, и Чебурашка, мы сегодня начинаем переезд. Коллеги сегодня шутили, что наша встреча проходит под кодовым названием «Гена и Чебурашка идут к Президенту». Мы пришли, а сегодня мы их начинаем перевозить в новый дом. И «Союзмультфильму» нужно примерно треть площадей от тех, которые нам предоставлены. На оставшихся студиях мы хотели получить разрешение создать анимационный технопарк, посадить туда молодые студии.

В.Путин: А что это такое?

Ю.Слащева: Сейчас расскажу. Сегодня Вы встречаетесь с индустриальными студиями. Восемь студий в стране. Кроме этого существует ещё порядка 40 средних и малых студий, которых можно взять под крыло, которые «Союзмульфильм» мог бы собрать в стенах анимационного технопарка. Технопарк – это комплекс, который даёт определённые преференции на своей территории при размещении, льготную аренду для студий.

В.Путин: Это будет оборудование, принадлежащее «Союзмульфильму», да?

Ю.Слащева: Да, на его базе.

В.Путин: Так скажем, коллективного пользования.

Ю.Слащева: Совершенно верно, место общего пользования. Именно как место общего пользования, то есть они смогут получить льготную аренду, чтобы там разместиться.

В.Путин: И что нужно, чтобы это состоялось?

Ю.Слащева: Нужно решение о присуждении статуса технопарка территориально этому зданию на улице Королёва, 21.

В.Путин: Пометь, Серёжа.

И.Попов: По сути, это и есть та самая российская анимация, которую Вы поддержали в 2011 году.

Ю.Слащева: Которую Вы в 2011 году поддержали. Шесть лет это не двигалось, но в этом году мы с Министерством культуры создали план вывода «Союзмульфильма» из кризиса, и целый ряд действий, которые должны быть совершены, начинается это с переезда в здание.

У нас ещё одна очень хорошая новость. Мы сегодня же подписываем контракт с компанией «Данон». Это будет самый крупный в истории «Союзмультфильма» лицензионный контракт. Мы получаем 500 миллионов рублей лицензионных платежей за использование наших персонажей в «Простоквашино», а также деньги на новый сезон «Простоквашино», который полностью профинансирует компания «Данон». Мы выпустим 30 серий сериала со старыми героями о том, как изменилась страна за 20 лет, как теперь живёт деревня. Она оказалась на территории теперь Новой Москвы, туда начинают рыть метро. Кот Матроскин и Шарик очень недовольны этим, у Дяди Фёдора появляется младшая сестрёнка, которая всё рушит, крушит дома. В общем, будет новая история, заживёт «Простоквашино» новой жизнью.

Также мы продолжаем историю про попугая Кешу со старым автором – с Курляндским, который писал того «Попугая Кешу», которого все любят. Могу Вам по секрету сказать, что в полном метре попугай Кеша полетит на Таити, а на самом деле попадёт на Северный полюс и спасёт там наших полярников, которые на льдине дрейфовали.

То есть мы возрождаем новые истории плюс запускаем новые проекты. «Союзмультфильм» начинает жить по-новому. С поддержкой, которая нам оказывается уже государством, мы можем эти молодые анимационные студии взять под крыло, создать образование дополнительное на базе «Союзмультфильма» – это курсы повышения квалификации. Отрасль очень сильно страдает от недостатка специалистов среднего звена. Нам нужны и режиссёры, и сценаристы, но их выпускают вузы, а художники-аниматоры, художники по фонам – очень сложные анимационные специальности сегодня – выпускаются очень мало кем. И даже выпустившиеся из колледжей студенты всё равно требуют год-два ещё обучения. Мы в «Союзмультфильме» можем сразу включать их в проекты, чтобы они на практике учились, устроить у себя курсы повышения квалификации.

Поэтому если будет принято решение о создании технопарка, то мы уже в этом году сможем запуститься и взять порядка 20 студий среднего и малого размера, и они смогут конкурировать и смогут также делать качественные проекты, пройдут тот путь, который прошли все индустриальные студии, проложили уже дорогу.

И.Попов: Индустрия есть.

В.Мединский: Люди у них есть, но у этих студий нет денет, нет собственного капитала.

Ю.Слащева: Нет технологической поддержки, им нужна технологическая поддержка.

В.Мединский: Оборудование и аренду они тоже не тянут, так выпускают.

Ю.Слащева: Производственная база и технологическая поддержка. Люди есть, идеи есть.

У нас в стране, в отличие от многих других стран, нет кризиса идей, у нас очень много творческих людей. Сейчас предстоит нам как «Союзмультфильму» собрать тех авторов, которых студия за последние кризисные 10 лет растеряла. Но они все готовы идти под флаги «Союзмультфильма», и режиссёры, и авторы. И мы этот вопрос решим в ближайшее время.

В.Путин: Хорошо. Во всяком случае, можно вполне поддержать Ваше предложение о технопарке.

Ю.Слащева: Спасибо.

В.Путин: Но Вы будете урбанизировать кота Матроскина.

Ю.Слащева: Немножко, но всё-таки.

В.Путин: У нас в целом в сельском хозяйстве хорошие результаты.

Ю.Слащева: Вот, он фермер. Он будет фермером у нас.

В.Путин: Так как же он в Новой Москве будет фермером?

Ю.Слащева: Ну а что делать. Да, ферма, которую обосновал, фермерское хозяйство оказалось на территории Новой Москвы. Но там не будет всё это Москва. На территории города, была деревня, границы города расширились, попала на территорию, фермерское хозяйство будет выживать.

В.Путин: На территорию Москвы?

Ю.Слащева: Ну а почему нет? В Троицке же есть фермерские хозяйства. А Троицк теперь Москва.

В.Путин: Ну, Вам виднее. Это такая творческая фантазия.

И.Попов: Я хочу добавить, что на самом деле как раз опыт важен индустрии. Есть такой центр, если он сейчас начнёт работать и своего рода станет экспериментальной площадкой, потому что там всего порядка 6 тысяч метров. И с учётом помещений, которые займёт сам «Союзмультфильм»…

Ю.Слащева: Больше, девяти тысяч.

И.Попов: Тем не менее, если сопоставлять с потребностью отрасли, понятно, что речь идёт о гораздо больших объёмах. Там крупная индустриальная студия, одна студия может занимать 3 тысячи, 5 тысяч метров. И в этом смысле как раз для нас очень важен, значим этот эксперимент. Если он покажет свою эффективность, то, конечно, такие экспериментальные центры нужны и в регионах, и в Петербурге, и в Воронеже.

Ю.Слащева: У нас были планы начать с Москвы и потом расшириться.

И.Попов: Как раз вот в этом смысле изменения курса рубля, которые происходили, позволили нам очень сильно переиграть производство таким образом, что если раньше в основном заказывали производство в той же Корее или Китае, то сейчас очень активно развивается внутрироссийское производство, внутрироссийский аутсорсинг, когда московские, петербургские студии активно привлекают к работе региональные компании, как раз вот поддержка таких проектов позволит нам ещё и сильно поднять региональные структуры.

Да, возвращаясь к теме налоговых льгот, есть ещё один важный фактор, который как раз Дмитрий озвучит.

Д.Ловейко: Проект «Маша и Медведь». Ну, тоже кратко о нашем проекте. Мы как раз студия одного проекта. Команда собиралась под идеи нашего автора Олега Кузовкова, который придумал этот сериал, который придумал этих персонажей, и мы его девятый год уже успешно развиваем. Наверное, у нас сейчас один из самых передовых опытов по продвижению российского бренда именно за рубежом, поскольку мы, действительно, находимся в лидерах мирового YouTube. Месяц назад мы получили 10-миллионного подписчика только на российский канал. У нас 11 каналов на всех основных языках мира, и в принципе, действительно, мы входим в тридцатку самых просматриваемых видеоканалов в мире. Мы готовы передавать этот опыт. И, мало того, кроме опыта понятны все эти проблемы, с которыми мы сталкиваемся, когда выходим за рубеж и понимаем, как там нужно конкурировать и в чём сила российской анимации, которая имеет за своей спиной традиции советской мультипликации, в чём сила нашей школы и в чём наша слабость.

Илья правильно говорил, что за последние пять лет поменялась фактически структура доходов студии. Если раньше нашими главными доходами были доходы от контента, и мы боролись с пиратством в интернете, в DVD и так далее, если раньше 70 процентов студии получали от контента выручку и 30 процентов – это были как раз доходы от использования составных частей мультфильма, то есть персонажи, музыка, локация и так далее, то сейчас у индустриальных студий, которые как раз присутствуют в этом ментальном пространстве, работают на детскую аудиторию и имеют огромное количество просмотров, зрителей и поклонников, получается 20 процентов от дохода – это контент, а 80 процентов – это как раз наши доходы, это мерчандайзинг. То есть мерчандайзинг, я имею в виду, это права на использование персонажей в детской отрасли промышленности, в услугах, в образовании и так далее.

В.Путин: В рекламе фактически.

Д.Ловейко: Нет, в рекламе нет.

И.Попов: Вот пример, игрушка. Чтобы её производить, компания покупает права, и в этом смысле выигрывают все.

Д.Ловейко: У нас существует сейчас очень существенная для нас протекционистская мера: когда мы передаём права на свой контент, мы освобождены от НДС, если у нас есть удостоверение национального фильма. Но когда мы начинаем передавать права на составные части фильма (на персонажей, на использование музыки, на песни), то закон ничего об этом не говорит.

В.Путин: Не сказано об этом.

Д.Ловейко: Мы платим НДС 18 процентов. Поскольку у нас нет входящего НДС, то мы весь этот 18-процентный НДС и выплачиваем.

Ю.Слащева: Мы на это живём, это наши основные доходы.

Д.Ловейко: Если говорить о том, что сейчас общий объём (это касается России), в России мы, все студии, совокупно продаём прав на использование наших персонажей где-то на 1,2 миллиарда рублей, то получается НДС – это около 200 миллионов рублей максимум. Причём в силу особенностей налога он вообще не выпадает из бюджета. Если сейчас наш НДС берут в возмещение следующие наши лицензиаты, потом – оптовики, потом – торговля, то он просто распределится по этой цепочке. А для нас вот эти 18 процентов – это, по большому счёту, мы получим более маржинальные анимационные проекты, соответственно, более инвестиционно привлекательные. Во-вторых, мы можем эти деньги пустить на новые проекты, это для нас резерв. И в-третьих, в принципе мы можем, например, снизить процент роялти в конкурентной борьбе за производителя, быть более конкурентными перед иностранными брендами, которые не обладают такой протекционистской мерой. То есть именно для тех, кто обладает удостоверением национальных фильмов. А формально здесь надо просто расширить закон с фильма на его составные части.

В.Путин: Подумаем, тоже с Минфином поработаем.

Д.Ловейко: Это мечта.

В.Путин: Если они будут сопротивляться, мы про них сделаем мультфильм.

Д.Ловейко: А кто будет?

В.Путин: Минфин.

А.Митрошенков: Есть ещё очень много вопросов, связанных с телевидением и рекламой, важных как раз тоже для детского контента. Дело в том, что, когда мы приняли 10 лет назад закон о рекламе, мы очень сильно ударили по детскому телевидению и вообще по детскому кино. На самом деле и Министерство культуры, и даже ФАС в принципе с большой радостью это всё поменяют.

В.Путин: А что именно?

А.Митрошенков: Нельзя делать многие вещи, например нельзя в детском фильме или в детском анимационном фильме делать перерыв на рекламу. На самом деле и психологи не возражают, а с точки зрения экономики… Посмотрите, практически из всех федеральных каналов ушло детское телевидение. Почему? Нет рекламы, то есть детское телевидение становится просто тормозом. И практически только «Спокойной ночи, малыши!» остались на федеральном канале, это амурский тигр стал маленьким. Только одна эта мера изменения закона может привести в индустрию достаточно серьёзные средства. Я думаю, что это привлечёт в детский контент 10–20 миллионов долларов.

В.Путин: Имеется в виду реклама детских товаров или что?

А.Митрошенков: Во-первых, детских товаров, конечно. Самое главное, просто не будет уничтожаться практически. Скажем, есть канал «Карусель», он очень востребован даже для рекламодателя, но эти ограничения сокращают его доходы примерно в пять раз. Я не шучу, это так и есть.

В.Мединский: Можно я поясню чуть-чуть?

Речь идёт о том, что телевидению невыгодно показывать мультипликацию и детские фильмы, потому что оно не может продать там рекламу. А если невыгодно показывать, то оно это не закупает. Соответственно, крупнейшим покупателем всегда этого контента было наше телевидение, оно перестало покупать у наших студий, говорят: «А нам это себе в убыток, в интернете крутите».

Реплика: Вот такая просьба.

С.Сельянов: Или они покупают что-то дешёвое, что недорого уже, и американские, и любые другие.

А.Митрошенков: То есть если вот эти 18 процентов – это 200 миллионов рублей, это 3 миллиона долларов, то мы сейчас говорим, вот эта реклама, – это 20, 30, 40, 50 миллионов долларов.

В.Путин: Какая угодно реклама?

А.Митрошенков: Нет, конечно.

Ю.Слащева: Детских товаров.

А.Митрошенков: Нет, конечно, потому что мы можем создать сами и наблюдательный совет, и это не большая проблема. Проблема главная в том, чтобы эти законы просто быстро рассматривались, только в этом. Хочу поблагодарить господина Мединского за то, что он пытается нам помочь. Но дело в том, что сама процедура…

В.Путин: Удивительная у нас сегодня беседа – Мединского хвалят.

А.Митрошенков: Ну, потому что детское телевидение, к сожалению, за последние годы потеряло много позиций. Я надеюсь, этот год и прошлый всё-таки стали возрождением. Телевидение, «Спокойной мочи, малыши» – передача, которая выходит больше всех лет в мире, древнее её нет, в хорошем смысле слова. И, конечно, даже для развития этой передачи…

В.Путин: Как КВН, наверное.

А.Митрошенков: КВН, «Что? Где? Когда?» и «Спокойной ночи, малыши» – это три самые серьёзные передачи, созданные в России.

С.Сельянов: А программа «Время»!

Ю.Слащева: Серьёзные – я бы не сказала, что они серьёзные.

В.Путин: Программа «Время».

Реплика: Как информационная калька это есть во всём мире.

В.Путин: А этих трёх нет.

Реплика: Да.

И.Мастусова: Хочется сказать ещё несколько слов о социальной значимости анимации. Это, наверное, всё-таки самая главная наша ценность, которую мы должны всячески развивать.

Как известно, современные дети практически не читают книг. Эта тенденция прослеживается во всём мире, с одной стороны. С другой стороны, все дети любят смотреть мультфильмы, и этим надо воспользоваться. Ещё в 90-е годы в Британии было проведено исследование, по которому они увидели, что британские дети совсем не знают Шекспира. И был произведён заказ государством на производство экранизации Шекспира. По забавному стечению обстоятельств частично эту экранизацию осуществлял «Союзмультфильм» в 90-е годы. И вот нам сейчас хочется вернуться к этой практике и, может быть, совместно с Министерством образования разработать программу анимационной экранизации отечественной классики. Просто сделать такой цикл: Пушкин, Лермонтов, – и сопроводить этим учебные программы в школах. Нам кажется, это очень полезно.

В.Путин: Да.

Ю.Слащева: Сегодня существует всего три центра того, откуда дети вообще могут черпать представление о ценностях, о том, что такое хорошо и что такое плохо, о жизни правильной и получать правильные жизненные установки, – это родители, педагоги и анимация.

И.Мастусова: В другом порядке: анимация, потом родители, педагоги.

Ю.Слащева: Они почти не читают, да. Но я хотела сказать, что часто они своим любимым персонажам доверяют теперь больше, чем родителям или педагогам. Но всё-таки родители и педагоги, я бы не списывала их со счетов. Но так как читать практически перестало поколение визуальщиков, они смотрят, то на самом деле мы хотели бы совместно с государством в том числе формировать ту содержательную повестку, которую мы хотим вкладывать детям в головы через анимационные фильмы. Жизненные ценности, правильные установки, понимание о стране, понимание о новых героях, кто они сегодня, современные герои. Вот они, может быть, полярники, нефтяники, это могут быть совершенно разные люди. Мы очень ценим и очень бережём нашу «Золотую коллекцию», но сегодня нужно формировать новых персонажей. И в этом смысле наша работа Ассоциации анимационного кино, «Союзмультфильма» совместно с представителями государства для формирования содержательных ценностей была бы очень важна, и мы бы очень её приветствовали, чтобы определять, что дальше. А дальше подростковое, семейное кино, которого у нас сегодня вообще очень мало именно потому, что, сказал Владимир Станиславович, оно практически не монетизируется, хотя для телевизионных каналов можно было снимать очень много подросткового кино.

И.Мастусова: В общем, мы мечтаем о том, чтобы была разработана стратегия развития анимационной отрасли, чтобы она вошла в стратегию общего развития страны и чтобы нам там было отведено определённое место.

И.Попов: Нам не хватает именно системности.

Вадим Сотсков расскажет ещё о не менее значимых мерах в области как раз IT. Действительно, так много сразу обсуждаем отдельных элементов, и не все они по факту относятся в том числе к Министерству культуры: принятие какого-то системного решения, например, программа развития на пять лет, как она может развиваться, какие министерства и ведомства, как государство, как частный бизнес в этой программе участвуют, эти общие правила и, главное, целевые результаты, к чему мы хотим прийти. Для нас важно, например, ежегодно проводить какое-то исследование, которое в том числе будет мониторить, как изменяется отрасль год от года, то, чего мы раньше не могли себе позволить и не делали. Последнее такое исследование делалось в 2013 году. В этом смысле мы здесь абсолютно готовы открыто не просто говорить о смыслах, о чём, бесспорно, всегда можно говорить.

Я не случайно начал, может быть, с массива всяких цифр, потому что, действительно, у нас здесь и про бизнес, но одновременно и про содержание. И сама по себе наша отрасль влияет на очень многие области далеко за её пределами.

В.Сотсков: Тут мы говорили об успехах анимации, но нужно отдавать себе отчёт, что все мы, кто здесь сидит, крупные индустриальные студии, работаем на импортном программном обеспечении. То есть тут у нас ноль. Никаких подвижек нет и, в общем, пока не предвидится. Сейчас очень хорошее время. Почему? Потому что те программы, на которых работают все студии, были разработаны ещё в 90-е годы. Они постоянно обновляются, но главная составляющая осталась старой. Сейчас все крупные софтверные компании работают над так называемым облаком. То есть фактически сейчас какая психология? Есть компьютер у художника, он должен быть очень мощным. Он на нём работает, и все какие-то самые сложные вычисления посылаются на суперкомпьютер, который, как правило, стоит на студии. Сейчас, собственно, все американские компании стали работать над тем, что есть художник, у него терминал. Он работает не на своём компьютере, он работает на суперкомпьютере где-то далеко. И сейчас, понятно, всё идёт к тому, что все мы будем работать через калифорнийские эти компьютеры.

Ю.Слащева: Неизбежно.

В.Путин: А почему?

В.Сотсков: Потому что технологии облачные. Программа так устроена.

И.Попов: На сегодня производитель производит программу, и все становятся отраслевым стандартом, все начинают её использовать. Завтра он выпускает обновлённое программное обеспечение, которое предполагает, что работа производится через облако и это облако находится не в России, а за рубежом. В этой ситуации вся отрасль вынуждена, если хочет дальше развиваться, будучи зависима от этого программного обеспечения, автоматически работать не здесь, а за пределами.

В.Сотсков: Что натолкнуло на такие мысли про программное обеспечение? Мы не случайно решили открыть студию где-то в регионе, а открыли в городе Саров студию, очень рады. Там есть огромный научный потенциал, есть люди, а во-вторых, есть огромные вычислительные мощности. Если мы сейчас не упустим время и начнём работать в этом направлении, мы вполне можем вместе с американскими гигантами занять и часть этого пирога софтверного. Это ни в коем случае нельзя упускать. Мы уже в Сарове открыли эти работы. И я надеюсь, что мы успеем.

В.Путин: Что нужно, чтобы вам помочь?

В.Сотсков: Что нужно?

Ю.Слащева: Финансовая поддержка.

И.Попов: Частная.

В.Сотсков: Слава богу, это IT, мы там будем иметь, я надеюсь, все налоговые преференции. Нас в Саровском технопарке очень любят. Главное, деньги нужны.

Ю.Слащева: Нам нужны специалисты и финансовая поддержка, можно через технопарк.

И.Попов: В данном случае речь идёт о некоем целевом гранте.

В.Сотсков: А главное, понимаете, что меня поразило? То, что есть люди… Я в своё время шесть лет жил в Силиконовой долине, там работал, у нас люди не хуже. Можно там организовать нормальное производство нашего программного обеспечения. И понятно, конечно, нельзя 100 процентов отвоевать, но какой-то кусок можно отвоевать, и чтобы все вычисления были где-то у нас.

Ю.Слащева: Хотя бы снизить зависимость.

В.Сотсков: Да, снизить зависимость.

Ю.Слащева: Мы сегодня очень зависимы.

В.Путин: Вы всё-таки не сказали, нужна какая-то помощь?

И.Попов: Есть необходимость в целевом гранте на создание этого программного обеспечения.

В.Путин: Кому?

И.Попов: Возможный вариант – это как раз может реализовать «Союзмультфильм» как государственная студия, самый логичный вариант.

Ю.Слащева: Если будет технопарк.

В.Сотсков: В общем, мы начали работать, мы поймём, чего нам не хватает.

С.Сельянов: Разработчикам надо его отдать.

И.Попов: Вадим в данном случае привёл опыт своей студии. Наверное, каждый из нас может рассказать про некий аналогичный опыт. Мы эту задачу решаем как можем, каждый сам.

В.Путин: А какой нужен грант? Вопрос: кому этот грант и какой объём?

Д.Медников: Надо найти компанию-разработчика на самом деле.

Ю.Слащева: Или базовому какому-то технопарку, может быть, и Саровскому.

Д.Медников: Где «Союзмультфильм» может условно быть дистрибьютором этих средств.

Ю.Слащева: Конечные получатели должны быть IT-компании. Просто если у нас будет технопарк, то можно дать технопарку IT-компании выбрать на конкурсе.

В.Путин: Как вы считаете, всё-таки сколько? Ну, приблизительно, порядок цифр.

В.Сотсков: Порядок, вот чтобы хоть цифры, конечно…

Реплика: Не хоть, а надо.

Ю.Слащева: Мы набросали, у нас есть на первый год…

В.Сотсков: Самый минимум, самый минимум, чтобы как-то начать работать, это 50 миллионов рублей. Но, конечно, нужно закладываться – надо умножать на десять.

Реплика: Это я тебе дам.

В.Путин: (Смех.) Проси больше.

И.Попов: Большие голливудские студии в эти проекты вкладывают до десятка миллионов долларов. И на протяжении многих, многих, многих лет, то, что мы работаем, понятно, что все мы пользуемся, да, мы отчисляем немалую часть средств на сертифицирование этого ПО.

В.Сотсков: В общем, тема интересная, надо это развивать, правда.

В.Путин: Предложите, пожалуйста.

В.Мединский: Может быть, поскольку пользователем конечным являются частные индустриальные студии, может, вы соберётесь, сформируете общее техзадание, каждый из вас вложит часть своих денег, а недостающие будут правительственным грантом. Иначе получится, что в очередной раз на грант произведут то, что вам не нужно, а вы будете продолжать базироваться в Силиконовой долине.

Ю.Слащева: Да, прекрасно, хорошо.

В.Сотсков: С одной стороны. А с другой стороны, могу сказать так, что софтверные компании диктуют всем, в том числе и нам, как мы будем работать, иначе мы будем работать. Нужно создать такую среду, чтобы у нас появилась эта индустрия, которая стоит рядом с анимацией, которая просто туда бы вплетена была. Поэтому, конечно, должны работать мы все вместе и понимать, что нам нужно.

Ю.Слащева: Аниматоры и IT-компании должны работать вместе.

В.Путин: Хорошо.

А.Гришин: Владимир Владимирович, я буквально два слова скажу. Сделаю отдельный акцент на вопросах развития профессионального образования.

У нас отрасль очень высокотехнологичная, находится на острие прогресса. На самом деле таких профессий, которые есть у нас, не покривлю душой, если скажу, что, наверное, они легализованы только на уровне наших штатных расписаний. Отсюда вытекает весь комплекс проблем, связанный с их подготовкой, потому что по факту все крупные индустриальные студии пришли к тому, чтобы организовать собственные курсы при студиях по подготовке необходимых кадров. И государство сейчас ведёт серьёзную работу по развитию профобразования. Точно так же, как коллеги говорили, мы бы хотели иметь отдельное место в целом в стратегии развития страны, так же хотелось бы, чтобы мы нашли отдельное место в работе по развитию профобразования. Начинать надо, конечно, с профстандартов, с их разработки. Мы как отрасль можем и будем заниматься этим инициативно, но в силу ряда причин будем это делать медленнее.

В.Путин: Медленнее, чем кто?

Ю.Слащева: [Мы занимаемся этим вопросом] уже много лет.

А.Гришин: Это правда. У нас есть в этом смысле определённый опыт, Министерство культуры поддержало в своё время нашу инициативу, включило в числе первых разработку профессионального стандарта художника-аниматора как базового, ключевого для нашей отрасли. К сожалению, история не завершилась позитивным результатом. Этот вопрос пока не решён, он нуждается в дальнейшем решении. Этот профстандарт ещё предстоит разработать.

И.Попов: Какая-то компания пришла на конкурс и, вместо того чтобы (сумма была смешная, 600 тысяч рублей) просто провести реальный стандарт, он был разработан, по сути, деньги были просто потрачены. Конкурс, таким образом, в итоге был отменён.

И.Мастусова: Не отменён, он был выигран той компанией.

И.Попов: Но фактически остался бессмысленным для отрасли.

И.Мастусова: Отрасль сплотилась в едином порыве и отказалась сотрудничать с этой компанией, потому что они внешние люди, ничего не понимают ни в образовании, ни в анимации.

А.Митрошенков: Как всегда: пришли, предложили меньше денег, им отдали конкурс, а в результате нам это не нужно.

И.Попов: Мы сейчас уже выходим на ещё больший опыт. Действительно, есть вопрос, связанный с поддержкой экспорта. Дмитрий Медников, может, добавит. Я очень беспокоюсь, что у нас накидывание многих вопросов в итоге размылит ключевые вопросы.

В.Путин: У нас каждый ход записан. Ничего не размыто. (Смех.)

Д.Медников: Да, хотел сказать, что как мировые экономисты регулярно не могут нащупать дно, на самом деле российские мультипликаторы никак не могут найти предел роста, потому что все последние медийные проекты, связанные с детством, являются самыми успешными в России. Когда мы говорим «детство», на самом деле это не дети (то, о чём Вы говорили), в России это 50 миллионов человек минимально, то есть это дети, их родственники, родители, бабушки, дедушки, где-то несколько детей. В мире около 3 миллиардов человек, которые потенциально интересуются анимационным контентом. Причём анимационные традиции становятся всё более успешными. Мы видим, что канал «Мульт» смотрят около 60 миллионов человек, а канал «Карусель» стал самым быстрорастущим и самым перспективным федеральным каналом. Канал «Мульт» – самым перспективным платным каналом и сейчас опередил эфирный Disney, Nickelodeon и Cartoon в России. И он полностью основан на том, что делают коллеги на российской анимации.

Мы видим, как растёт образовательное приложение, которое скачивают, «Мульт в кино». Сегодня начался фестиваль «Мультимир», и мы понимаем, что в прошлом году за пять дней пришло 100 тысяч человек, а в этом году придут 200 тысяч человек просто посмотреть российский мультобраз.

Любопытная статистика. В советское время ребёнок смотрел мультфильм примерно 15 минут в неделю. Сейчас средний ребёнок в России смотрит с родителями мультфильм два часа в день. Родители – полтора часа в день, а ребёнок – два часа в день.

Ю.Слащева: 99 процентов при этом – дети.

Д.Медников: Эта история – в десятилетия на самом деле. Кто сейчас заинтересует своими мультфильмами мир, тот будет сообщать это ощущение, эстетику не в том смысле, чтобы диктовать, а владеть языком красок. Сейчас создана система дубляжа контента на десятки языков. Существуют очень успешные образцы этого продвижения в мире. Коллеги конкурируют с компаниями, которым 50, 60, 70 лет. Marvel – это 1939 или 1941 год, DC Comics – это тоже 40-е годы, а индустрия японского аниме – это начало 50-х годов. Это мощнейшие компании, каждая из которых больше, чем российская мультипликационная отрасль в целом. И конечно, те или иные способы поддержки – Российский экспортный центр, когда этот вопрос не столько финансовый, сколько участия торгпредств, участия в повестке дня переговоров, когда на Вашем уровне проводятся переговоры, надо просто включать это в повестку, что очень важно для огромного количества международных партнёров. То есть это, по сути, своего рода галочка в российской переговорной политике, когда Россия говорит: а ещё есть такая индустрия, и было бы правильно в ней взаимодействовать. На самом деле это было бы очень полезно.

С.Сельянов: С господином Си, например.

Д.Медников: Да, очень часто коллеги говорят: а почему же, если вы говорите, что хороша, то на верхнем уровне… Если она появляется, если один раз от Вас звучит на встрече с китайскими коллегами, то они понимают, что это национальный приоритет, не менее важный, чем, скажем, Голливуд для американцев, хотя, конечно, гораздо скромнее в деньгах.

Ю.Слащева: Вот это ключевое. Здесь есть одна вещь, которая не для галочки. Я встречалась с главой Российского экспортного центра на днях. Он сказал: «Мы с удовольствием поддержим ваше участие в выставках, в международных фестивалях, но, к сожалению, вы в приоритете стоите на 20-м месте. У нас впереди машиностроение, сельское хозяйство, другие отрасли. Поэтому если останутся деньги на конец года, мы анимацию тоже поддержим. То есть мы всей душой».

В.Путин: Если бы всей душой, они бы передвинули вас наверх.

Ю.Слащева: Не могут. У них есть согласованная политика.

Д.Медников: Этот вопрос от размера души зависит, Владимир Владимирович.

Ю.Слащева: Мы им рассказали, что мы делаем, наверное, первый за постсоветский период полнометражный мультик, на «Союзмультфильме», я имею в виду первый исторический мультфильм «Суворов». Делаем совместно с «КиноАтисом» и киностудией Горького. Я как раз ездила в Российский экспоцентр, потому что мы хотели международно представить мультфильм «Суворов» на выставках. Они сказали, что на этот год уже, боимся, все деньги распределены. «Если что-то останется на конец года, то, может быть, какие-то фестивали и выставки в конце года мы сможем поддержать». Это вопрос расставления приоритетов в пользу отрасли.

С.Сельянов: Мы отрасль опережающего развития, таких отраслей, с нашей точки зрения, немного.

Ю.Слащева: Кстати, вы хорошие давали цифры про рост, даже в кризис. Помните, наша отрасль, вообще отрасль детских товаров даже в кризисное время в отличие от других рынков растёт.

С.Сельянов: Я говорил о кино и анимации вместе взятых, что мы с 2009 года, когда Фонд кино был образован, растём 9 процентов в год.

Ю.Слащева: Даже в кризисные годы.

С.Сельянов: Мы просто маленькие, поэтому вы этого не замечаете, а так-то растём.

Ю.Слащева: Заметьте нас, пожалуйста.

С.Сельянов: Больше никто так не растёт.

И.Попов: На самом деле поддержка экспорта – это как раз ещё яркий пример вопроса о системности или бессистемности. Когда мы ездили на международный крупный рынок, например телевизионный, там, в том числе при поддержке Министерства культуры, организовывали какой-то большой объединённый стенд для всей российской анимации. При этом руководство выставки радостно, разумеется, находило для нас самое лучшее место, понимая, что да, мы сейчас пришли системно. Мы рассказывали о том, что мы будем это делать. Через пару лет в какой-то момент мы поняли, что у нас возможности финансировать именно это участие нет, год мы пропустили. Когда пришли ещё через год, нам дали место где-то в подвале, сказав: «Если вы постоите там лет пять и докажете, что вы действительно стабильно готовы участвовать, мы вас снова передвинем на центральное место».

Ю.Слащева: Логично.

И.Попов: Да, логично. Поэтому в этом смысле как раз очень важна системность мер, связанных с поддержкой экспорта. Пример Южной Кореи, они в буквальном смысле на всех ключевых выставках из года в год стоят именно объединённым стендом, куда приезжают корейские компании, спокойно там работают. Те, кто покрупнее, уже начинают строить рядом собственные стенды, те, кто меньше, задействуют эту площадку. Я передавал каталог, который распространяется на всех ключевых выставках, пока это единственная возможность для многих российских студий вообще быть представленными за рубежом. Министерство культуры продолжает поддерживать отдельные мероприятия, но в действительности их число на сегодняшний день для полноценного экспорта очевидно недостаточно.

Д.Ловейко: Конкретной мерой поддержки со стороны Российского экспортного центра могла бы быть поддержка защиты интеллектуальной собственности российских анимационных компаний за рубежом. Поскольку мы работаем, так сказать, по международным правилам, мы не можем просто так выйти, наши персонажи должны быть защищены, товарные знаки зарегистрированы на языках, на территориях и так далее. В принципе было бы хорошо, если Российский экспортный центр мог бы, допустим, частично компенсировать затраты студий. Или, например, вопросы адаптации контента для других стран, для других языков. Опять же это вопрос обсуждаемый, я не говорю, что это главное и первичное. Мне кажется, что налоговые вопросы или вопросы инфраструктурные сейчас важнее, тем не менее они существуют, мы об этом думаем, и это для небольших студий или студий, выходящих в первый раз на международный рынок, большая проблема.

В.Путин: Я хочу поблагодарить вас за беседу. И вот что хотел бы сказать в завершение. Я не буду повторяться, потому что это бессмысленно, вы всё сказали.

Хочу только отметить, что согласен с вами в том, что это отрасль и высоких технологий, и большой социальной значимости. Вы, безусловно, правы. Нужно наладить, безусловно, прямой диалог с соответствующими ведомствами, не только с Министерством культуры, но и с Министерством образования, и с Министерством финансов. Мы поговорим.

Я сейчас не буду говорить окончательных решений, но могу вам сказать, что почти все из ваших предложений будут реализованы. Я говорю очень аккуратно, потому что нужно проконсультироваться, с коллегами поговорить в министерствах, включая и ваши пожелания выделить дополнительные средства на программное обеспечение, имея в виду наши собственные российские высокотехнологичные возможности по работе с компьютерами и так далее. Со средствами договоримся, но нужно определиться, конечно, какие средства, объём, и как мы это организуем, по каким каналам (вполне вероятно, что и через «Союзмультфильм» с участием всех присутствующих), в объёме до 500 миллионов рублей, как вы сказали. Я сделаю это из Резервного фонда Президента напрямую. Я говорю «до 500», потому что нужно понять реальные цифры, это будет 50, как вы сказали, 100, 150, 200, 300. До 500 мы это с вами сделаем.

Ю.Слащева: Мы посчитаем.

В.Путин: Я хочу вас поблагодарить за всё, что было сделано в отрасли за предыдущие годы, начиная с 2011–2013 годов по сегодняшний день, выразить надежды и даже уверенность в том, что всё такими же темпами и с таким же качеством будет продолжаться.

И.Мастусова: А может быть, можно персонально кураторство над нашей отраслью взять?

Реплика: Чтобы мы чаще встречались, например через год.

И.Попов: Или назначить такого куратора, который действительно мог бы вести отрасль.

В.Путин: Постараемся.

Спасибо большое.