К островам Лау, на всех парусах

Статья

К островам Лау, на всех парусах

«На протяжении тысячелетий наши предки учили нас уважать океан и заботиться о нем. Но с силами, которые сегодня его атакуют и наносят ему урон, нам не совладать», – утверждает молодой мореплаватель с Фиджи Фулуна Тикойделаймакоту Туймодей. Послушайте его историю.

Фулуна Тикойделаймакоту Туймодей

Меня зовут Фулуна Тикойделаймакоту Туймодей. Услышав мое имя, вы сразу поймете, кто я и откуда. Я родом из небольшой страны, Фиджи, что расположена посреди Тихого океана, самого большого океана на земле. Я живу в маленькой деревушке под названием Корова, что находится рядом со столицей, городом Сува. А моя команда родом с еще более маленького острова, Модей (Moce), который входит в состав островов Лау.

Мы – народ морской. На протяжении всей нашей тысячелетней истории суша была местом нашего отдыха, а Тихий океан – нашим настоящим домом. Он всегда обеспечивал нас всем необходимым, кормил и защищал. Это наша основная магистраль и наш супермаркет. Сегодня океан является лишь тенью своего былого «я» по причине постоянно растущего загрязнения, закисления, чрезмерной эксплуатации, увеличения температуры и объема воды.

На протяжении тысячелетий наши предки учили нас уважать океан и заботиться о нем. Но с силами, которые сегодня его атакуют и наносят ему урон, нам не совладать.

Мы – народ мореплавателей. Мы всегда выходили в море, и к тому времени, когда европейцы впервые доплыли до нашего океана, наши «парусники» были самыми быстрыми и большими в мире.

В XVIII веке капитан Кук отмечал, что когда «Ту’и-тонга» (Tu’i-tonga) «плыла мимо нашего корабля, было ощущение, что мы стоим на якоре». «Ту’и-тонга» – это drua («друа», двухкорпусная традиционная парусная шлюпка), построенная у меня на родине, на островах Лау. Она была больше и в три раза быстрее, чем судно Кука, вмещала более многочисленный экипаж и могла плыть против ветра почти так же, как современные яхты.

Верх технического совершенства

«Друа» представляли собой верх технического достижения. Для их строительства не применяли металл, а использовали древесину, траву, орехи, камни, кости и кожу акул. Благодаря знаниям и умениям, приобретенным в ходе навигации на протяжении веков, наши предки построили на наших маленьких островках тысячи великолепных кораблей и экспортировали их по всей центральной части Тихого океана. У каждого острова было свое собственное транспортное средство, работающее на бесплатной и постоянно доступной возобновляемой энергии.

Все европейские мореплаватели свидетельствовали в своих записях о том, что Тихий океан был усеян парусниками. Мы были мобильным народом.

Несмотря на циклоны, цунами и другие природные катаклизмы, свойственные Тихому океану, для наших предков океан никогда не был преградой. Они никогда не использовали в отношении себя таких определений, как «уязвимый», «изолированный», «труднодоступный»: наши «друа», а значит, наша возможность плыть куда и когда угодно, позволяли нам всегда оставаться на связи. Мы не были «маленькой», «островной» или «развивающейся» страной. Мы были и по-прежнему являемся большим океанским сообществом.

Острова Лау часто описывают как красивые, идиллические и нетронутые рукой человека, а наш народ – как один из самых гостеприимных и дружелюбных в мире. И это правда.

Пробоина

Но реальное положение дел более неоднозначно: наши тихоокеанские страны находятся на передовой климатических изменений. Пусть и не по своей вине, но мы оказались на корабле с пробитым днищем, который медленно отдаляет нас от наших побережий и атоллов, превращает наши океаны в кислый, заправленный пластмассой суп, медленно отбеливает наши кораллы и уничтожает запасы воды и пищи. Некоторые из нас потеряют в итоге свои дома, свои страны и культуры. А для всех нас это станет столь беспрецедентным изменением, что старшее поколение будет не в состоянии справиться с ним, а наши дети не будут иметь возможности подготовиться к нему.

В моей деревне никогда не пользовались подвесными моторами. Мы принадлежим к тем немногим общинам, которые до сих пор ходят по нашему океану под парусом. Нынешнее старшее поколение – последние, кто знает, как строить и содержать наши парусники. Мой отец погиб, когда мне было три года, во время навигации на одной из последних «друа» между островами Лау и Сува.

Мое сообщество сейчас – это пережиток того, чем оно было когда-то. Наши парусники малы и лишь отдаленно напоминают те огромные «друа», которые строили наши деды и прадеды. Мы используем их каждый день, чтобы добраться до рифов, порыбачить и снабдить себя пропитанием. Но нам остается только мечтать о том дне, когда наши предводители отправят нас на больших флотилиях в другие страны, на другой конец известного нам света.

Детская мечта

Так что же делать? Мы решили не смиряться с такой участью и не ждать, сложа руки, пока наш пробитый корабль пойдет ко дну. Мы возрождаем наше мореходное достояние, и мне посчастливилось в последние годы самому пройти с небольшой флотилией по Тихому океану.

Мы пересекли его уже неоднократно, перемещаясь от острова к острову, а теперь и от континента к континенту, между Америкой и Австралией, распространяя призыв сохранять надежду: еще не поздно вывести мир из комы, в которую его ввели чрезмерное потребление и глобализация, и положить конец бессмысленному уничтожению океана и нашей планеты.

Сегодня можно заметить признаки возрождения нашей древней культуры мореходства даже в самых удаленных уголках океана: от острова Манус в Папуа-Новой Гвинее и архипелагов Французской Полинезии до атолла Намдрик на Маршалловых островах. Мы знаем, что это лишь небольшой шаг, и его, по всей видимости, будет недостаточно, чтобы коренным образом изменить ситуацию.

Тем не менее, очевидно, что если мы потеряем нашу культуру мореходства, мы потеряем все. Когда-то наши корабли назывались Waqa Tabu – «священные суда». Они – предмет нашего поклонения, наше наследие, воплощение того, кем и чем мы являемся. Это символы той эпохи, когда мы жили в гармонии с ветрами и волнами, когда мы были великим народом в великом океане.

Связь с прошлым, которую олицетворяют эти корабли, не полностью разорвана. У нас мало ресурсов, но мы делаем все возможное, чтобы знания наших старейшин не исчезли с ними, а дошли до следующих поколений. Пока мы строим только маленькие суда, но мы продолжаем готовиться к тому дню, когда наши «друа» вновь выйдут в воды Тихого океана.

Мы должны начать сначала. Строительство будущего опирается на уроки прошлого. Когда мы были детьми, наши родители учили нас, как делать Bakanawа («баканава») – уменьшенные модели «друа», на которых мы соревновались после школы и на выходных. Мне посчастливилось быть одним из тех редких детей моего поколения, которые выросли, плавая, как наши предки это делали на протяжении тысячелетий.

Так что же я могу сделать сегодня в ответ на климатические изменения? По-видимому, самым лучшим решением будет построить «друа» и поплыть к моему острову на всех парусах.

Подробнее о партнерстве в интересах устойчивого управления океаном.

Фото: Джефф Тан

Fuluna Tikoidelaimakotu Tuimoce

My name is Fuluna Tikoidelaimakotu Tuimoce. It tells you who I am and where I am from. I come from a small country, Fiji, in the middle of the world's greatest ocean, the Pacific. I live in a small village, Korova, near Suva, the capital. But my people are from an even smaller island, Moce (“mo-they”), in the Lau group.

We are an ocean people. For most of our history of millennia living on the Pacific Ocean, the land is a place we go to rest. The ocean is our real home. The ocean has always provided for us, fed us and protected us. It is our highway and our supermarket. Today our ocean is a shadow of its former self – increasingly polluted, acidified, overfished, warmer and rising.

For thousands of years our parents have taught us to respect and care for the ocean. But the forces that attack and damage our ocean today are beyond our control to manage.

We are a sailing people. We have always sailed and our ‘canoes’ were the fastest and largest sailing ships in the world when the Europeans first sailed into our ocean.

In the eighteenth century, Captain Cook described how the Tu'i Tonga "sailed around our ship as if we sat at anchor". The Tu'i Tonga was a drua [a double-hulled traditional sailing boat] built in my home of the Lau Islands. It was bigger than Cook's ship, with more men, three times faster than Cook's and capable of sailing as close to windward as a modern yacht.

Pinnacle of technological achievement

The drua was the pinnacle of technological achievement. They were built without metal, using only wood, grass, nuts, stone, bone and sharkskin. Using all the learned knowledge of thousands of years of ocean sailing, our ancestors in our tiny islands built thousands of these great craft and exported them throughout the central Pacific. Every island had its own transport, powered by free and continuously available renewable energy.

The reports of all European explorers described the Pacific as an ocean covered by sails. We were a mobile people.

Despite the cyclones, tsunamis and other natural disasters, which are common in the Pacific, our ancestors never saw the ocean as a barrier. They never talked about being 'vulnerable', 'isolated', 'remote': our drua – our ability to sail at will – meant we were always connected. We were not "small", "islands" or "developing" countries. We were – and still are – large ocean communities.

The islands of the Lau group are often described as beautiful, idyllic, unspoilt and our people as one of the most hospitable and friendly in the world. And so we are.

A train wreck

But the reality is more complex: our Pacific countries are on the frontline of climate change. Not that it's any fault of ours, but we are on a slow-moving train wreck that now drives us from our coasts and atolls, that turns our oceans to an acidic, plastic-filled soup, that bleaches our coral and destroys our water and food supplies. For some of us, it will entirely destroy our homes, our countries and our cultures. For all of us, it means unprecedented change, often beyond the capacity of our elders to guide us or our children to prepare for.

My village has never had an outboard motor. We are one of a handful of communities that still sail on our ocean. My elders are the last that still know how to build and maintain sailing canoes. My own father died when I was three years old, sailing one of the last drua from the Lau to Suva.

My community is a remnant of what it once was. Our canoes are small – only shadows of the giant drua our grandfathers and their fathers built. We use them every day to go to the reef, to fish and forage for our supplies. But we can now only dream of the day when our chiefs send us out to sail in great fleets to other countries on the other side of our known world.

A child's dream

So what can be done? We are not accepting our fate passively. There is a renaissance of our seafaring heritage occurring across our ocean. In the last few years, I have been fortunate enough to sail with a small fleet of ocean-going canoes from across the Pacific.

We have crossed our ocean repeatedly – from island to island and now from continent to continent – America and Australia – spreading our message of hope that the world can wake up from its self-induced globalization and consumer-good driven coma in time to stop the senseless destruction of our ocean and our planet.

There are signs that the revitalization of canoe culture is now happening in every small corner of our ocean – from Manus Island in Papua New Guinea to Namdrik Atoll in the Marshall Islands to the archipelagos of French Polynesia. We know it is only a small step, one that is not likely to be enough to turn back the rising tides.

But if we lose our sailing culture, we surely lose everything. Our canoes were once called Waqa Tabu – sacred ships. They are our icons, our heritage, our definition of who and what we are. They are symbols of a time when we did live in tune with wind and wave, when we were truly big people on a great ocean.

The linkage with the past that our canoes provide is not quite severed. Although we have little resourcing, we are moving now to ensure the knowledge that is still held by our elders does not pass from this earth when they do – but that it is recorded for generations to come. We are building new canoes, only small ones at first, but we continue to plan for the day when we launch our drua upon the waters of the Pacific again.

We must start from the beginning. Preparation for the future begins with the lessons of the past. When we were children, our parents taught us to make Bakanawa – model drua that we raced after school and on weekends. I consider myself to be the most fortunate of my generation – one of only a few that grew up sailing on the ocean the ways my ancestors have done for thousands of years.

So what can I do in the face of climate change? It seems the best thing I can do is to build a drua and sail it back to the Lau.

Photo: Jeff Tan

Fuluna Tikoidelaimakotu Tuimoce

A young sailor from the Republic of Fiji, Fuluna Tikoidelaimakotu Tuimoce has become the voice of the peoples of the sea. He delivered a vivid testimony at the conference Indigenous peoples on the front lines of climate change, held at UNESCO on 26 and 27 November 2015.

Share