Встреча с членами Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»

В мероприятии приняли участие представители региональных отделений, генерального и координационного советов «Деловой России», в числе которых владельцы крупнейших российских компаний и члены экспертного сообщества.

В повестке встречи – вопросы стимулирования инвестиционной активности частного бизнеса, снижения административного давления и избыточного контроля, развития инфраструктуры, совершенствования нормативного регулирования.

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Очень рад нашей новой встрече с «Деловой Россией» – это одно из ведущих бизнес-объединений в стране.

Вначале хотел бы поздравить всех вас, всю организацию с замечательной датой: в декабре «Деловой России» исполнилось 20 лет. Это произошло после нашей встречи в 2001 году, а 10 декабря [2001 года] она была зарегистрирована Минюстом.

За эти годы ваше объединение, движение, можно сказать, объединило средний активно развивающийся несырьевой бизнес практически во всех отраслях и секторах отечественной экономики. Открылись отделения в каждом субъекте Российской Федерации, и коллеги из регионов сегодня с нами также на связи, они здесь у нас на экране, участвуют в нашей встрече.

Такое широкое представительство и глубокое понимание проблем предпринимателей позволяет «Деловой России», что называется, по существу, предельно конкретно обсуждать вопросы экономической, законодательной, а также бизнес-повестки, вести конструктивный, партнёрский диалог с органами власти, причём на всех уровнях.

Считаю такую обратную связь крайне важной и, более того, необходимой для нашей совместной эффективной работы как для выработки стратегических решений по развитию российской экономики и улучшению инвестклимата, так и для подготовки оперативных мер поддержки бизнеса, которые, например, принимались при участии «Деловой России» и других объединений два года назад да и в последнее время тоже: в начале эпидемии коронавируса и по мере борьбы с ней в ходе всех этих мероприятий.

Знаю, что в центре внимания «Деловой России» находится улучшение условий для ведения бизнеса и запуска новых предпринимательских инициатив, для создания современных рабочих мест, производств. Мы это постоянно обсуждаем и на личных встречах. Это в том числе совершенствование нормативного регулирования, поддержка инвестиций, развитие инфраструктуры, цифровизация и так далее – у нас в повестке дня много вопросов.

Уверен, у вас есть конкретные предложения по всем этим темам, основанные на реальной практике, – так, как это было всегда, – в этом, собственно говоря, и смысл постоянного взаимодействия всех уровней власти и представителей бизнеса, которые работают в самых разных объединениях.

Рассчитываю, что по итогам нашей сегодняшней встречи тоже будут приняты определённые эффективные решения, важные для всех российских предпринимателей.

У нас сегодня на связи не только участники вашего движения, объединения, но и мои коллеги из Правительства Российской Федерации, они тоже выведены на экран. Мы все в вашем распоряжении. И ваш покорный слуга, я тоже постараюсь ответить на возможные вопросы и сформулировать свою позицию. Но, как правило, на таких встречах звучат очень конкретные вопросы, очень специальные, я бы сказал, поэтому я буду обращаться и к помощи своих коллег из Правительства. Вы видите, они тоже здесь на экране.

Пожалуйста, давайте начнём работать. Прошу.

А.Репик: Уважаемый Владимир Владимирович!

Спасибо Вам огромное за личное участие в нашем мероприятии. Я всех рад приветствовать на пленарном заседании XII форума «Деловой России».

Владимир Владимирович, спасибо за поздравление. Действительно, 20-летний юбилей был совсем недавно, объединив к этой дате тысячи неравнодушных и ярких предпринимателей.

Наша компания – это настоящие патриоты, которые соотносят свою судьбу с судьбой своей Родины, чувствуют ответственность за её будущее, вместе работают над достижением национальных приоритетов.

И это разные компании, Владимир Владимирович. То есть и небольшие региональные компании, которые относятся к сегменту МСП, есть предприятия, которые за эти 20 лет стали лидерами в своих отраслях, по сути, крупными экспортёрами, входят в списки крупнейших частных компаний. Их не так много, но они есть.

Но всё-таки ядро организации – это те, кто уже вышел из МСП, но ещё в топ-200 «Форбс» не входит. Эти так называемые компании с выручкой от двух до 50 миллиардов, которых вообще в стране не очень много, их примерно 12 тысяч, но это 7,5 миллиона рабочих мест, это 85 триллионов выручки. К сожалению, за последние годы их больше не становится. Тому есть определённые причины, и я думаю, что мы сегодня сможем это обсудить.

Меры поддержки среднего предпринимательства, реализованные Правительством, беспрецедентны. Это специальные налоговые режимы, регулирование госзакупок, снижение количества контрольно-надзорных мероприятий, программы корпорации МСП. Это сформировало своего рода такую ловушку добрых намерений, потому что появляется очень серьёзный арбитраж: разница между теми компаниями, которые к этим спецрежимам относятся и чья выручка в пределах до двух миллиардов, и теми, у кого она стала уже чуть больше. Причём если наши крупнейшие компании справляются с этим за счёт эффекта масштаба, доступа к фондовому рынку, своего отдельного регулирования – СЗПК, о котором мы много с Вами говорили, то сегмент среднекрупных компаний попадает в своего рода «долину смерти», когда конкурировать со спецрежимом сложно, а возможностей первого эшелона компаний у него ещё пока нет.

Готовясь к сегодняшнему пленарному заседанию, мы проработали большой блок вопросов, основная часть которых сфокусирована на поддержке именно таких компаний, их акселерации, поиске механизмов для более плавного перехода между категориями, ну и, кстати, для формирования стимулов для небольших, растущих компаний выходить из зоны комфорта спецрежима МСП к новым горизонтам, расти, идти вперёд.

Да, действительно, у нас сегодня гибридный формат, мы понимаем, чем вызваны эти ограничения. Помимо участия актива организации, который присутствует здесь, у нас есть две точки подключения в Москве, и 80 регионов сегодня с нами в прямом эфире.

Если Вы не возражаете, Владимир Владимирович, я попросил бы, наверное, первое слово передать в Санкт-Петербург, руководителю нашего регионального отделения Дмитрию Панову.

В.Путин: Пожалуйста.

Д.Панов: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Благодарю за предоставленное слово.

Меня зовут Дмитрий Панов, я являюсь руководителем петербургского отделения организации и координатором организации в Северо-Западном федеральном округе.

Вопрос борьбы с пандемией продолжает оставаться одним из самых важных для нашей страны. Вы знаете, какая непростая ситуация с пандемией коронавируса в Санкт-Петербурге. Вместе с этим и из других регионов приходит информация о росте заболевания. Поэтому позвольте задать Вам вопрос относительно перспективы введения каких-либо ограничительных мер в связи с ухудшающейся эпидемиологической ситуацией и возрастающей нагрузкой на систему здравоохранения нашей страны.

В.Путин: Только вчера вечером, довольно поздно, мы обсуждали эту тему с Председателем Правительства, расстались с ним где-то уже, наверное, во втором часу ночи, долго беседовали, в том числе и по этому вопросу.

Нет у Правительства таких планов – вводить какие-то дополнительные ограничения. Напротив, имея в виду особенность течения болезни, связанной с «омикроном», новым штаммом, есть предложение. По-моему, совсем недавно Татьяна Алексеевна Голикова обсуждала этот вопрос с работодателями и профсоюзами. Есть определённые опасения и у работодателей, и у профсоюзов, потому что в одном случае работодатели хотят обеспечить себе наличие рабочих рук, а профсоюзы тоже обеспокоены тем, чтобы люди получали полноценную заработную плату. Общий вывод такой: даже ограничения для так называемых контактных лиц можно в ближайшее время снимать, чтобы дать возможность людям спокойно продолжать свою трудовую деятельность. Так что тем более никаких локдаунов не намечается.

Д.Панов: Спасибо за Ваш ответ. Это очень важная для нас информация.

В.Путин: Да, я понимаю. Многие наши меры поддержки, которые были реализованы в предыдущие почти два года, Алексею Евгеньевичу я об этом сказал, как раз были связаны с этим – с необходимостью поддержания рынка труда и сохранения рабочих мест. Я сейчас не буду всё перечислять, Вы и сами это знаете лучше меня.

А.Репик: Раз серьёзных ограничений мы не ждём, и груз с плеч какой-то всё-таки упал, я предлагаю вернуться к основной бизнес-повестке.

У нас, Владимир Владимирович, прошлый год оказался вопреки многим предсказаниям достаточно неплохим и для бизнеса, и для бюджета. Сейчас в этой части наша задача, мне кажется, – максимально подтолкнуть компании к тому, чтобы они направляли результаты прошлого года именно на инвестиции, а не на потребление.

У нас момент вообще не самый простой, потому что есть, конечно, и фактор внешнеполитической медийной истерии наших зарубежных коллег, которые создают не самый лучший фон, да и процентные ставки в экономике идут вверх. Мы с вами обсуждали на встрече в декабре, что инфляция нами импортирована. Это сейчас получило фактическое подтверждение: в США она выросла в пять раз.

В.Путин: Отчасти. Есть и внутренние факторы роста инфляции.

А.Репик: Вы совершенно правы, да. Это, конечно, не может не влиять на окупаемость длинных проектов, поэтому важно задействовать все возможные инструменты, чтобы перезапустить инвестиционный цикл.

Одним из таких решений является использование механизма инвестиционного налогового вычета, его называют ИНВ. Этой норме у нас четыре года, пока похвастаться чем-то трудно. На момент нашего последнего доковидного форума в 2019 году, когда мы обратили Ваше внимание на этот механизм, она была принята лишь в восьми регионах.

После Вашего поручения стимулировать субъекты на использование этой возможности ситуация улучшилась. Сегодня это уже 62 региона. Если говорить об общем количестве всех поддержанных проектов в стране, то оно крайне низкое, Владимир Владимирович. В 2020 году их было 130, за три квартала 2021 года – 186. Приятным исключением являются Тульская область, наша столица Москва, но пока всё это штучные истории.

Понять регионы несложно, существуют текущие задачи, сокращать свои налоговые поступления даже в моменте нелегко. Хотя мы все понимаем, что это разовые затраты, то есть, по сути, кассовый разрыв, и использованный ресурс вернётся кратно через будущие налоги, создав при этом новые рабочие места, возможности для экспорта, повышение конкурентоспособности экономики.

Правительство уже приняло ряд мер для стимулирования субъектов, но я прошу Вас, Владимир Владимирович, дать поручение помочь регионам, может быть, с возникающим кассовым разрывом, в том числе, возможно, в долговой форме, чтобы кратно нарастить использование механизма и обеспечить долю охвата как минимум на уровне 20–30 процентов от обозначенных мною тех 12 тысяч предприятий. Это важно.

В.Путин: Каким способом помочь?

А.Репик: Помочь можно, ещё раз скомпенсировав в моменте часть разрыва, который вернётся через будущие налоги. Это есть и в постановлении № 1704 у Правительства, очень работоспособный механизм предотвращения регионом долга, есть другие инструменты. Есть возможные долговые возможности.

В.Путин: То есть кредиты?

А.Репик: Да. Для регионов, для того чтобы они смогли каким-то образом находить возможность несколько первых лет, пока налоги ещё от предприятий не «раскачались» и не вышли на полную мощность, выполнять свои региональные задачи.

Это один блок поддержки.

А другой элемент, чтобы компании увереннее принимали решение об инвестициях, понимая, что первый период, первая часть жизненного цикла предприятия до выхода на окупаемость сложная, нужно, чтобы они верили, что будет, кому подставить кредитное плечо. И здесь есть инструменты для этих компаний, мне кажется, очень востребованные, например, как инвестиционный налоговый кредит.

Здесь все механизмы уже существуют в Налоговом кодексе, их просто необходимо донастроить: расширить основание, определить параметры, унифицировать требования к предоставлению кредита, но, конечно, ещё раз говорю, без ущерба бюджетной обеспеченности субъектов.

Я просто хочу обозначить один важный момент. Оба механизма мы предлагаем использовать в качестве обязательного критерия, такого ключа к доступу к уровню налоговой нагрузки предприятия, он должен быть не ниже среднеотраслевого. То есть мы будем поощрять и поддерживать тех, кто платит добросовестно и много, сделав такое поведение не только правильным, но и выгодным.

С Федеральной налоговой службой мы в конструктивном диалоге, и очень просил бы поддержать работу в этом направлении

В.Путин: То, что нам нужно совершенствовать инструменты поддержки инвестиционной деятельности, тем более в регионах, – это абсолютно верно. Надо посмотреть, как работают уже принятые решения. Например, те инструменты, о которых Вы сказали, это ИНВ и инвестиционные налоговые кредиты.

Да, они работают, но, может быть, действительно Вы правы, Алексей, они не работают так эффективно, как бы нам хотелось. В первом случае из пяти миллиардов, предусмотренных Правительством на поддержку этого инструмента, в прошлом году, по-моему, 800 миллионов только было истрачено, направлено. Этого явно недостаточно.

Здесь логика какая? Логика заключалась в том при принятии этих решений, что регионы, имея такую возможность, в том числе такую форму поддержки с уровня федерального бюджета, они сами для себя должны определять, что же является выгодным, интересным, окупаемым и правильным для того или иного региона Российской Федерации. Поэтому в Правительстве считают, что дополнительная накачка регионов дополнительными, извините за тавтологию, кредитными ресурсами не оправданна.

Но есть другой инструмент. Вы, по-моему, его тоже упомянули. Он заключается в том, что предоставленная возможность рассрочки по долгу для регионов, этот объём достаточно большой, можно было бы списывать регионам эту часть долга, которую они должны вернуть Федерации, если они направляют эти средства на поддержку инвестиционной деятельности. В принципе Минфин с этим согласен.

На связи у нас Министр финансов, но я даже сейчас не буду задействовать его профессиональные знания в этом плане. Мы с ним обсуждали этот вопрос. В общем, это возможно. И это, на наш взгляд, тоже достаточно эффективные меры поддержки.

Что касается инвестиционных налоговых кредитов как отдельных, то за предыдущие годы это был объём где-то в районе 130 миллиардов долларов, и в целом это ресурс хороший. Но если Вы считаете, что критерии должны быть расширены для применения этой меры поддержки, то в принципе, конечно, над этим нужно подумать.

Я попросил бы наших коллег – в этом смысле активный сторонник того, чего Вы предлагаете, я знаю, Андрей Рэмович Белоусов. Я, наверное, слово ему предоставлю.

А.Белоусов: Я считаю, что это очень правильная мера. Мы её тоже и с Алексеем Евгеньевичем обсуждали, и обсуждали с Антоном Германовичем, в том числе сегодня утром. Конечно, надо доработать многие детали.

Но я хочу обратить внимание, почему вообще у нас не работают или слабо работают эти механизмы налогового или любого другого стимулирования инвестиционной деятельности. Понимаете, можно предоставлять любые налоговые вычеты. Они повышают доходность, увеличивают эффективность инвестиционного проекта, сокращают сроки окупаемости и так далее. Но если высоки риски у инвестора, если инвестор знает, что ему сегодня обещали построить дорогу, а завтра планы у субъекта Российской Федерации поменялись, и дорога построена не будет, или ему сегодня обещают разрешение на строительство…

Я говорю о примерах из жизни, они совершенно реальные в конкретных регионах. Ему сегодня обещают выдать разрешение на строительство, он покупает земельный участок, а завтра ему говорят: «Знаешь, мы посоветовались, у нас общественное мнение. Мы поменяем наши градостроительные планы. Иди судиться с нами, если хочешь, но разрешение мы тебе не дадим». Понятно, что в таких условиях можно сколько угодно налоговые вычеты давать, а толку не будет.

Поэтому мы пошли сейчас другим путём. Мы практически весь прошлый год вместе с двенадцатью пилотными регионами отрабатывали механизм регионального инвестиционного стандарта, о котором сегодня сказал Алексей Евгеньевич. Применять налоговый вычет, мы считаем, нужно только в том случае, если этот региональный инвестиционный стандарт не просто внедрён, но его качество внедрения подтверждено деловыми объединениями, среди которых «Деловая Россия» является главным объединением. Алексей Евгеньевич тоже взял на себя этот труд – идти таким путём.

Сейчас, буквально на этой неделе, я проводил селектор с регионами. Сейчас 30 регионов входят в эту систему. Искренне рассчитываю на то и уверен в том, что внедрение регионального стандарта создаст нам совершенно новые условия для эффективности применения наших налоговых вычетов. Тогда действительно то, на что, как я знаю, согласился Антон Германович, заработает: направлять на стимулирование инвестиций, списывать средства кредитов или налоговый кредит, в какой-то мере возможно использование бюджетных кредитов, в той мере, чтобы, естественно, не нагружать регионы избыточной долговой нагрузкой.

Это всё повестка 2022 года. Это не какие-то наши дальние планы. Алексей Евгеньевич хорошо об этом знает, мы уже начали это реализовывать.

В.Путин: Подтверждаю то, что сейчас было сказано Андреем Рэмовичем. Вчера в почте одна из бумаг – жалоба на действия региональных властей именно такого рода: обещали одно, а потом тоже изменили своё мнение и, по сути, подводят к тому, что потенциальный инвестор должен будет заплатить ещё и посреднику.

Это понятно, поэтому я поддерживаю то, что было сказано Андреем Рэмовичем.

А.Репик: Владимир Владимирович, Вы абсолютно в точку попадаете, в яблочко, потому что вопрос предсказуемости регулирования, вопрос предсказуемости правоприменения – это на самом деле то, без чего мы не добьёмся результата никакими финансовыми рычагами. Это всё должно идти в комплексе. То, о чём говорил Андрей Рэмович, в том числе региональные инвестиционные стандарты, – это наша ключевая работа.

Относительно предсказуемости регулирования я бы просил тогда взять слово Павла Борисовича Титова с вопросом, связанным именно с этой важной проблемой.

П.Титов: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Спасибо за предоставленное слово. Меня зовут Павел Титов. Я президент «Деловой России» и председатель совета директоров группы компаний «Абрау-Дюрсо».

На сегодняшний день при ведении своей деятельности, как и при разработке инвестпроектов, у предпринимателей нет стопроцентной уверенности, что наше понимание нормативов, как и заложенные нами технические решения, полностью совпадают с требованиями надзорных органов. У нас достаточно сложная нормативная база, и какие-то вещи просто могут трактоваться по-разному.

При этом получить консультацию регулятора предприниматель на данный момент не может. Мы часто узнаём о несоответствии нормативам, лишь когда контролёры приходят на строящийся или сданный объект, а это срыв сроков запуска, это большие штрафы, большие потери.

Избежать ошибок и штрафных санкций нам бы позволило своевременное получение мотивированного мнения по соответствию требованиям от ответственного регулятора. Это исключило бы риски разночтений в будущем. Такая возможность особенно важна на этапе разработки проекта, когда всё ещё можно безболезненно исправлять.

Наша инициатива опирается на опыт ФНС России по внедрению практики предоставления мотивированного мнения участникам налогового мониторинга. На самом деле получилась, правда, очень сильная тема с очень хорошими результатами.

Предложение «Деловой России»: распространить возможность предоставления мотивированного мнения на другие контрольно-надзорные органы, особенно по процессам, связанным с новыми инвестициями, о которых упоминал Алексей Евгеньевич.

Предлагаю, что было бы правильным определить одно ведомство для пилотного проекта по данной инициативе. И, наверное, из всех регуляторов мы бы предпочли близкое взаимодействие с Росприроднадзором и их подведомственными организациями. Работа с коллегами всегда достаточно сложная, зачастую ведомство занимает достаточно бескомпромиссную позицию, но именно поэтому работа достаточно важная, особенно в рамках обозначенной Вами «зелёной» повестки.

Мы предварительно проговорили эту инициативу со Светланой Геннадьевной Радионовой, и Росприроднадзор нас поддержал.

Уважаемый Владимир Владимирович, прошу рассмотреть возможность запуска пилотного проекта по предоставлению мотивированного мнения регулятора на базе Росприроднадзора, а при удовлетворительных результатах рассмотреть возможность распространения данной практики на другие контрольно-надзорные ведомства.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Та практика, о которой Вы сейчас вспомнили, – это соответствующая работа с налоговыми органами, она ведь развивается постепенно, по-моему, с 2015 года в качестве эксперимента.

И конечно, в Вашем предложении, безусловно, содержится то, что нужно для того, чтобы лучше организовать работу и по предложенному направлению. Я считаю, что это можно и нужно сделать.

Росприроднадзор находится в ведении вице-премьера Абрамченко Виктории Валериевны.

Виктория Валериевна, Вы согласны с такой постановкой вопроса?

В.Абрамченко: Владимир Владимирович, спасибо большое.

Поддерживаю полностью. Для нас такой прозрачный подход и клиентоцентричный подход, когда мы бизнесу будем помогать от идеи конкретного инвестиционного проекта до ввода объекта в эксплуатацию, он в приоритете. Поэтому мы готовы стать таким пилотным федеральным органом исполнительной власти из всех федеральных органов, которые занимаются контрольно-надзорной деятельностью, и по опыту Федеральной налоговой службы такой эксперимент запустить.

Спасибо.

В.Путин: Я вижу в списке участников и Радионову Светлану Геннадьевну.

Светлана Геннадьевна, пожалуйста, Вам слово.

С.Радионова: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Мы, как сказала Виктория Валериевна, обсуждали с бизнесом такую возможность. Считаем, что действительно такая проблема есть. И наше сопровождение не только как контролёра, который приходит после, но и как консультанта, и наши подведомственные организации, которые могут показать и рассказать о лучших практиках, нам кажется, очень было бы правильно распространить.

И в качестве такого эксперимента мы понимаем, что введение новых экологических, лучших мощностей с наилучшими доступными технологиями ожидаемо в стране создаёт лучшие рабочие места и производства, поэтому мы замещаем одни производства другими, более экологичными. Конечно, мы всячески это приветствуем и готовы все силы на это направить. На сегодняшний момент такое консультирование оказывать готовы. Будем очень рады, если появится такая постоянная рабочая площадка, и выделим для этого своих лучших специалистов.

В.Путин: Павел Борисович, если целый генерал-полковник Вам обещает, то так оно и будет.

П.Титов: Прекрасно.

А.Репик: На самом деле действительно поддерживать именно те предприятия, которые берут на себя высокий уровень ответственности, в том числе за соблюдение экологических норм, это я считаю правильным. Более того, потом именно такие предприятия будут конкурентоспособны, потому что всё больше и больше внимания наши коллеги при экспорте уделяют тому, насколько соблюдались экологические требования и нормы той самой «зелёной» повестки.

Я попросил бы, может быть, тогда Ивана Демченко эту тему немножко дополнить.

Спасибо.

И.Демченко: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Однажды Вы сказали: «Компании свободны сами принимать решения по инвестиционным планам, но лучше в дом: здесь спокойнее и надёжнее». Я с Вами абсолютно согласен, потому что мы тоже хотим работать и инвестировать дома.

Меня зовут Иван Иванович Демченко, мне 26 лет, я возглавляю металлургический холдинг «Новосталь-М» и представляю комитет по металлургии «Деловой России».

Владимир Владимирович, спасибо большое за возможность встречи. Всегда очень хотел с Вами лично познакомиться. Нам есть что обсудить.

Коротко три факта о нас. Ежегодно наши заводы производят три миллиона тонн стали, экологичной стали из металлолома. Сегодня это самый чистый способ производства.

Второй момент: мы крупнейшие в России экспортёры сортового проката.

Третий – это то, что за два пандемийных года мы создали более полутора тысяч новых рабочих мест, а сегодня в городе Балаково Саратовской области мы реализуем проект строительства нового электрометаллургического завода на три тысячи рабочих мест. Интересно, что на этом производстве мы будем выпускать 150-метровые рельсы – самые длинные железнодорожные рельсы в мире. Это всё будет полностью производиться из вторсырья, полностью с закрытым водооборотом, с минимальными парниковыми выбросами. На самом деле в «Деловой России» нас, таких, которые занимаются «зелёными» проектами, немало.

Хотелось бы, конечно, поднять актуальную на сегодня тему – тему устойчивого развития, или, как её называют наши иностранные коллеги, тему ESG. Здесь вопрос в первую очередь самого стандарта, ведь каждая из стран стремится создать для себя наиболее выгодные требования. Именно поэтому, на наш взгляд, есть необходимость создания российского стандарта для таких проектов, которые будут учитывать все интересы и задачи именно нашей экономики.

У нас есть прекрасный пример по включению в «зелёный» стандарт атомной и гидроэнергетики. Правительство продвинуло наше предложение на международном рынке. Сегодня даже Франция следует нашему примеру.

Если брать социальные аспекты данного стандарта, то это работа с малым и средним предпринимательством, это создание социальной инфраструктуры не только для наших трудовых коллективов, а также для граждан там, где находятся наши производственные предприятия.

Таким образом, Владимир Владимирович, сформировав такой национальный стандарт, мы в первую очередь создаём будущее для себя. Именно поэтому я хотел бы попросить Вас, чтобы предприятия, которые берут на себя такие повышенные социальные и экологические обязательства, чтобы они в первую очередь получали всевозможные льготы, то есть это льготы РЭЦ, «зелёные» кредиты и так далее.

Очень не хотелось бы, конечно, чтобы были приняты меры, о которых сегодня Алексей Евгеньевич говорил. И, безусловно, честно говоря, не хватает системы «одного окна», потому что очень много ведомств сегодня занимаются «зелёной» повесткой. Хотелось бы знать, куда нам идти, чтобы получить весь комплекс необходимых мер.

Владимир Владимирович, также хотел бы обозначить такой маленький небольшой технический вопрос, который касается наших инвестпроектов, – это въезд иностранных специалистов на различные работы в условиях пандемии.

Сегодня даже при всей поддержке Минпромторга срок затягивается до двух-трёх месяцев. Приведу пример: у нас на прошлой неделе закончилась наладка линий проката на предприятии, три дня она занимала, а специалистов ждали около двух месяцев.

Владимир Владимирович, если есть такая возможность, прошу посодействовать в упрощении данной процедуры. И конечно, зная, что у нас, у инвесторов есть такая опора и такая поддержка, Владимир Владимирович, мы Вас не подведём.

В.Путин: Спасибо.

Мы всё время на всех уровнях подчёркиваем, что мы привержены тем принципам, которые в ней изложены. На всех площадках мы говорим об этом.

Но если вы считаете, что нам нужен свой «зелёный» стандарт, я сейчас не буду вдаваться в детали, то, наверное, это нужно сделать, если вы в практической своей работе ощущаете, что его не хватает. Хотя на сегодняшний день у нас принят, наверняка Вы тоже об этом знаете, целый набор льгот, преференций для тех, кто работает и в сфере социального инвестирования, в сфере реализации социальных проектов и в «зелёной» повестке.

Я сейчас тоже попрошу Викторию Валериевну прокомментировать, она занимается этим предметно. Не буду перечислять весь набор предлагаемых льгот и преференций, но что касается «единого окна» – да, наверное. Если приходится бегать при реализации того или иного проекта по разным ведомствам, что-то наверняка дублировать и терять время, то, конечно, нужно сделать всё, для того чтобы этого избежать.

Теперь по поводу въезда иностранных специалистов. Это не только в сфере металлургической промышленности. Это вопрос и проблема и в других отраслях, прежде всего в стройке, наверняка Вы знаете об этом. Я попрошу прокомментировать потом Министра Мурашко Михаила Альбертовича. Мы понимаем эти вопросы, но вынуждены действовать в рамках рекомендаций соответствующих специалистов-эпидемиологов. Хотя я понимаю, мы уже идём по пути либерализации использования иностранной рабочей силы.

Виктория Валериевна, пожалуйста, по первой части вопроса.

В.Абрамченко: Владимир Владимирович, по поводу «одного окна» и федерального органа исполнительной власти, который уполномочен на ведение бизнеса с точки зрения ESG-повестки. Мы определили такой орган – это Министерство экономического развития. В прошлом году вместе с Министерством экономического развития подготовили достаточное количество нормативных актов, в том числе выпустили ключевой нормативный акт – это таксономия «зелёных» проектов.

Поэтому, если коллегам недостаточно этого регулирования, мы, конечно, готовы с Минэком вместе отработать ещё и национальный стандарт по ESG. Я знаю, что наши крупные компании и те, кто занимается добычей углеводородов, наверняка те, кто состоит в «Деловой России», они достаточно продвинуты в ESG-повестке. И если, опираясь на эти практики, мы отработаем соответствующий национальный стандарт, то это будет, безусловно, полезно всем остальным нашим компаниям.

С точки зрения дополнительных льгот мы с Министерством экономического развития это регулярно обсуждаем и придерживаемся мысли, что тех наборов мер, которые уже Правительство сегодня подготовило, вполне достаточно. Но сделать их фокусными, сделать их заточенными на определённые цели мы, безусловно, готовы.

С точки зрения участия Министерства природных ресурсов и Росприроднадзора, то коллеги со своей стороны отрабатывают вторую часть повестки ESG: они определяют, насколько проекты, которые реализует бизнес, экологичны.

И здесь, конечно, тот эксперимент, о котором мы сейчас с вами договариваемся, по участию Росприроднадзора, поможет компаниям на старте выбирать лучшие технологии – то, о чём сказала Светлана Геннадьевна, – и становиться экологичными.

Спасибо.

В.Путин: Всё-таки то, о чём было сказано Иваном Ивановичем, я бы поддержал. Всё-таки я хочу к этому просто ещё раз вернуться и подчеркнуть: если они чувствуют, что есть проблемы административного характера и нужно ходить в разные ведомства, то этого можно избежать, как и в других случаях мы делали, с помощью «одного окна», о котором он сказал и о котором мы знаем, и надо создать эти условия. Договорились?

В.Абрамченко: Сделаем, Владимир Владимирович.

В.Путин: А я попрошу тогда Решетникова Максима Геннадьевича, поскольку он обозначен как руководитель головного ведомства по этому направлению.

Пожалуйста.

М.Решетников: Уважаемый Владимир Владимирович!

Иван Иванович сказал, что мы сейчас уже сделали первый шаг в таксономии. Мы сделали таксономию, то есть классификацию, «зелёных» проектов. При этом мы сделали эту таксономию состыкованной с западными стандартами, с международными стандартами, но пошли на некоторые опережающие шаги: атом включили, «гидру» включили. С другой стороны, сейчас наши западные партнёры тоже, допустим, включают атом в число «зелёных» проектов. Поэтому в этой части у нас таксономия есть, и там у нас и экология, и климат.

У нас сейчас очень мощный запрос от бизнеса, в том числе от «Деловой России», на тему, связанную с социальными проектами, – то, о чём Вы сказали, социальное инвестирование. Здесь у нас пока таксономии нет, мы её сейчас разрабатываем. Это задача буквально ближайших нескольких месяцев: разработать, обсудить с бизнесом, а также представить на рассмотрение в Правительство Российской Федерации.

Мы с Иваном Ивановичем, с коллегами отдельно сядем, посмотрим. У нас уже есть очень хороший опыт и РСПП, и ряда других объединений по взаимодействию с малым и средним бизнесом. Есть декларация с определёнными требованиями, как компании должны вести себя относительно малого бизнеса, открытой формы закупок и так далее. Все эти наработки, которые уже есть в стране, инкорпорируем в эту социальную таксономию и с помощью этого сделаем комплексную систему.

Говоря о востребованности, я бы хотел, наверное, назвать несколько цифр. У нас только за прошлый год восемь крупных выпусков облигаций были верифицированы по этой таксономии, и общий объём инвестиций составил 135 миллиардов рублей. Это то, что уже компании по таксономии проинвестировали, – проекты, «зелёные» проекты, – и, соответственно, создают новые производства. Причём это крупнейшие компании: РЖД, КамАЗ, «Атомэнергопром», «Синара» и другие, которые очень активно в это идут.

В.Путин: Хорошо.

Что касается атомной промышленности, то в ЕС не включают, а уже практически включили в этот перечень. Решение там принято уже под давлением наших французских партнёров, понятно.

Ясно. Иван Иванович, удовлетворены?

И.Демченко: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

В.Путин: Спасибо Вам. Это важный вопрос.

А.Репик: Владимир Владимирович, для бизнеса крайне важна та среда, в которой мы реализуем свои проекты. Действительно, Вы всё время говорили, что нужно немножко «добавить воздуха». Сегодня про «воздух» и про всё равно имеющие место быть случаи административного давления расскажет Екатерина Валерьевна Авдеева.

Е.Авдеева: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Благодарю за предоставленное слово.

Меня зовут Екатерина Авдеева. В «Деловой России» я возглавляю экспертный центр по уголовно-правовой политике и исполнению судебных актов. В своей работе сталкиваюсь с ситуациями административного и силового давления на бизнес.

Сегодня государством уже многое сделано для организации обеспечения защиты прав предпринимателей в случае возникновения уголовно-правовых рисков. Тем не менее приходится констатировать, что случаи силового давления всё ещё имеют место. А для бизнеса это приводит к необратимым последствиям, в том числе к его ликвидации и потере работы сотнями граждан.

Бизнес делает всё, чтобы работать по правилам, не нарушать их. Многие государственные органы содействуют в этом, становясь всё более совершенными и технологичными, как, например, налоговая служба.

Я бы хотела поднять вопрос, связанный с вменением предпринимателям налоговых составов, по которым только около 10 процентов возбуждённых дел доходит до суда.

При возбуждении уголовных дел по налоговым составам существует несколько проблем. Одна из них очень значительна: даже в случае полной оплаты недоимки следственный орган принимает чаще всего решение о возбуждении уголовного дела. Оно будет потом прекращено в соответствии с положением статьи 28.1 УПК, но уже в отношении подозреваемого или обвиняемого и после целого ряда следственных действий, которые не проходят бесследно.

Уголовные риски не мотивируют налогоплательщика к скорейшей оплате, а гарантия невозбуждения была бы стимулом для оплаты даже в случае несогласия с решением налогового органа, так как потом можно доказывать свою позицию в арбитражном суде. Предприниматель понимает, что ему необходимы ресурсы для защиты в уголовном процессе, а налоговую недоимку можно оплатить позднее. В результате это негативно сказывается на бюджете, на бизнесе, на коллективе.

Для решения этой проблемы мы предлагаем внести изменения в статью 24 и 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предусмотрев на уровне законодательства основания для вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в случае полного погашения выставленной налоговым органом недоимки до принятия такого решения.

Ещё одна проблема связана со сроком давности привлечения к уголовной ответственности по квалифицированным налоговым составам. Она составляет 10 лет, а за этот период значительно изменилось законодательство, правила и регламенты проверки контрагентов, да и срок хранения документов в соответствии с законом составляет пять лет.

В.Путин: Шесть.

Е.Авдеева: Шесть.

Предпринимателю зачастую сложно доказать свою добросовестность семь-восемь лет тому назад.

Налоговый орган сейчас видит нарушения практически в режиме реального времени, и 10 лет представляется сроком избыточным, для того чтобы выявить и расследовать. Может, не стоит наказывать предпринимателя за прошлые периоды только за то, что его контрагент не сохранил документы свыше срока? Да и ведь взыскание налоговой недоимки не должно уходить в уголовно-правовую плоскость.

Для решения этой проблемы мы предлагаем внести в налоговые составы изменения, а именно в части вторые статьи 199, 199.1 и 199.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, снизив санкцию в виде лишения свободы всего на один год. Так, это переведёт квалифицированные составы из категории тяжких в категорию средней тяжести, а значит, срок давности будет составлять шесть лет.

Уважаемый Владимир Владимирович, эти меры важны для предпринимателей, для бизнеса. И мы очень просим Вас поддержать и дать соответствующие поручения.

Спасибо.

В.Путин: Екатерина Валерьевна, я согласен с тем, что Вы сказали. Как-то не обращал на это раньше внимание, честно скажу, но всегда исходил из того, что это само собой разумеется, это в рамках здравого смысла. Если задолженность погашена, то какой смысл возбуждать уголовное дело и преследовать людей, создавая проблемы на производстве, которые касаются конкретного, может быть, действительно нарушителя и трудового коллектива? Это первое.

Второе: это выгодно для бюджета, потому что будет стимулировать должника гасить соответствующие задолженности. Это для государства в конечном итоге было бы правильным решением.

И третье, как Вы сами сказали, можно оспорить потом с обеих сторон и в рамках арбитражного разбирательства, доказывать свою правоту, поэтому я считаю, что Вы правы, и, конечно, я Вас поддерживаю.

Далее, что касается сроков хранения, документов и срока давности: шесть и десять лет – явное несоответствие. Я сейчас не хочу говорить, каким способом это надо решить, но решить нужно, согласен.

Е.Авдеева: Спасибо большое, уважаемый Владимир Владимирович.

В.Путин: Спасибо за то, что Вы обратили на это внимание. Смысл всех наших встреч подобного рода как раз в том, чтобы была обратная связь. Вы же с этим сталкиваетесь в практической работе, а государство в целом может не замечать этих проблем. Уверяю Вас, цель нашей совместной работы в том, чтобы экономика развивалась, чтобы люди жили лучше, чтобы зарплату получали, поэтому вместе будем искать эти проблемы и зачищать.

А.Репик: Спасибо, Владимир Владимирович.

Сейчас всё равно время такое тяжёлое, пандемийное, поэтому без социальных и медицинских вопросов не обойтись. Я просил бы тогда дать слово Антону Романовичу Буздалину – по цифровому здравоохранению, по цифровой работе в этой сфере.

У него будет комбинированный блок, потому что много проектов в этой сфере идёт совместно с партией, с «Единой Россией». Здесь у нас ещё Денис Николаевич Проценко, если можно, тоже подключится к дискуссии.

В.Путин: Да, конечно.

А.Репик: Спасибо большое.

Антон Романович.

А.Буздалин: Уважаемый Владимир Владимирович, добрый день!

Меня зовут Буздалин Антон, я основатель компании «Сбер Еаптека» и руковожу комитетом по медицине в «Деловой России».

Во-первых, я хочу Вас и Правительство поблагодарить за те колоссальные усилия по координации борьбы с COVID, которые мы видим.

Помимо той работы, которая делается в больницах и в лекарственном обеспечении, в нашей отрасли активно идёт цифровая трансформация. За время пандемии была внедрена маркировка лекарств, которая позволила побороть контрафакт. Активно внедряются электронные рецепты, которые позволяют контролировать продажу рецептурных лекарственных препаратов.

В начале пандемии Минздрав, за что ему большое спасибо, увеличил срок действия рецептов для льготных категорий граждан с 30 до 180 дней. Мы предлагаем эту норму распространить на все виды рецептов, чтобы те хронические больные, кто не попадает в льготный перечень, тоже могли реже ходить к врачу для получения повторных рецептов.

После Вашей поддержки на последнем, доковидном съезде «Деловой России» моего предложения была разрешена доставка безрецептурных лекарственных препаратов. За время пандемии это позволило спасти тысячи жизней, потому что люди просто смогли остаться дома. По мнению Минздрава, стоимость лекарств в доставке существенно ниже, чем стоимость лекарств в аптеках у дома.

Сейчас растёт скорость распространения новых штаммов вируса, а нам надо наращивать скорость принятия решений, помогающих в борьбе с пандемией, – тех решений, которые позволяют снизить нагрузку на врачей и помочь в режиме соблюдения самоизоляции для тех, кому это важно, снижая лишние походы людей к врачам и в аптеки.

И следующий важнейший шаг в этом направлении – это доставка рецептурных лекарственных препаратов. Минэкономразвития совместно с Минздравом Российской Федерации и Правительством Москвы разработало такой законопроект, который позволяет доставлять рецептурные лекарственные препараты в рамках экспериментального режима в пилотных регионах России. Этот закон не только позволит снизить цены и повысить доступность лекарственных препаратов, но и действительно поможет ограничить распространение инфекции, потому что сейчас и инфицированные, и те, кто в зоне риска, хронические больные, вынуждены ходить в аптеку за рецептурными лекарственными препаратами, а они содержатся более чем в 70 процентах заказов.

На своём личном примере знаю, что сейчас болеют одновременно целыми семьями, и практически все необходимые товары можно заказывать домой с бесконтактной доставкой, в том числе на дом выезжает врач. Но кто-то просто вынужден ходить в аптеку за покупкой рецептурных лекарственных препаратов.

Этот закон – совместный проект с пациентскими организациями, врачебным сообществом, «Деловой Россией» и «Единой Россией». Он уже согласован со всеми ведомствами и буквально на днях был внесён в Правительство. У нас огромная просьба поддержать этот законопроект, повысить ему приоритет и по возможности принять уже в ближайшие месяцы, потому что мы действительно считаем, что сейчас это особенно актуально.

Разумеется, доставка будет разрешена только для маркированных лекарственных препаратов и только в рамках электронного рецепта.

Электронный рецепт сейчас уже работает в рамках льготных лекарств во всех регионах России, а в прогрессивных регионах, в десятках регионов, уже внедрён и в коммерческом сегменте.

Мы считаем, что Минздраву Российской Федерации сейчас необходимо разработать единый федеральный реестр электронных рецептов и обязать региональных операторов электронных рецептов передавать в него все врачебные назначения, чтобы больные люди, которые перемещаются, переезжают из региона в регион, или те хронические больные, кто едет в отпуск, могли купить лекарства, выписанные в другом регионе. Также единый федеральный реестр позволит Минздраву видеть все врачебные назначения и анализировать их по медицинским показаниям в рамках всей системы здравоохранения, таким образом, замыкая контрольный цикл между производством и потреблением лекарств.

У меня всё. Большое спасибо.

В.Путин: Антон Романович, всё, что Вы сказали, выглядит абсолютно логично, понятно, особенно в условиях пандемии.

Я не буду повторяться, Вы сами всё сказали. Эксперимент с электронными рецептами развивается и в общем и целом показывает хорошие результаты. Опасения, которые высказывали сотрудники Министерства здравоохранения, Вам тоже хорошо известны, я их повторять не буду.

Алексей Евгеньевич [Репик] попросил предоставить для начала слово Проценко Денису Николаевичу, что я и делаю, а потом попросил бы высказаться и Министра здравоохранения.

Пожалуйста, Денис Николаевич.

Д.Проценко: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Действительно, сейчас из-за «омикрона» нагрузка на первичное звено амбулаторной медицинской помощи выросла в разы, и мы видим, как наши коллеги – терапевты, фельдшеры первичного звена – просто головы поднять не могут. И в этом аспекте, безусловно, лекарственное обеспечение, переход на электронные рецепты могли бы быть очень важными как для первичной системы здравоохранения, так и для наших пациентов, потому что качественное оказание медицинской помощи без лекарственного обеспечения в этой ситуации невозможно.

Именно поэтому я поддержал предложение Антона Романовича и ходатайствовал бы, наверное, в ближайшее время, не через полгода, а прямо сейчас, о принятии федерального закона «Об экспериментальных правовых режимах в сферах цифровых инноваций в Российской Федерации», тем более ряд регионов, в частности Москва, например, к этому технологически давно готовы.

Но хотелось бы как врачу вернуться и ко второму решению, которое тоже очень важно именно сейчас, в период пандемии, в период сверхнагрузок на первичное звено, – это использование дистанционных технологий для выписывания рецептов для лечения пациентов.

Сейчас врач дистанционно может только скорригировать свой диагноз, а за рецептом пациентам всё равно чаще нужно обращаться лично. Поэтому мы предлагаем дать возможность врачу при наличии медицинской карты в бумажном и электронном виде осуществлять дистанционный приём пациентов, ставить диагноз и выписывать электронные рецепты.

Есть, безусловно, опасения, но мы прекрасно понимаем, что врачи чётко для себя понимают, где достаточно телеконсультации, а где всё-таки нужно пациента пригласить на личный приём.

В качестве примера, учитывая повышенный уровень заболеваемости, в Москве сейчас уже выписка электронных больничных листов и их закрытие реализованы без излишних посещений поликлиники с использованием телеконсультаций, телемедицины.

Владимир Владимирович, абсолютно уверен, что решение продиктовано текущей ситуацией, жизнью, значительно улучшит доступность и качество оказания первичной медицинской помощи в нашей стране. Прошу Вашей поддержки.

Спасибо.

В.Путин: Отлично.

Вы сказали сначала, что Москва готова, но потом, собственно, поправились: Москва это уже делает практически. Так оно и есть, я знаю об этом.

Михаил Альбертович, пожалуйста.

М.Мурашко: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Первое: я бы хотел поддержать продление рецептов до 180 дней не только для льготных категорий, но и для остальных. Это действительно нужная мера. Но в мотивировке, конечно, не должно звучать «реже посещать врача», потому что эти пациенты, как правило, как раз и нуждаются в диспансерном наблюдении и так далее.

И конечно же, создание единого реестра назначений, для того чтобы между регионами можно было купить препарат уже при наличии рецепта, – это плановый формат работы для нас. Мы считаем, что его нужно реализовывать.

И конечно, это продолжение системы маркировки. Мы навели очень хороший порядок в стране для контроля за безопасностью лекарственных препаратов, в том числе профилактики проникновения фальсифицированных и недоброкачественных лекарственных препаратов. По рецептурным препаратам так же нужно двигаться. Это согласованная позиция.

Есть, конечно, ряд препаратов, которые в дистанционную продажу попасть не смогут. Это препараты с наркотическим действием, прекурсоры всевозможные и с особым режимом хранения.

Поэтому мы по данному направлению готовы двигаться и реализовывать.

То, что сказал мой коллега Денис Проценко по корректировке лечения, – у нас сегодня есть корректировка лечения в привязке непосредственно к лечащему врачу. Действительно, нужно расширить это до медицинской организации. Есть это направление в планах также и у Министерства здравоохранения, поэтому [инициативу] по корректировке лечения, в том числе не только лечащим врачом, но и врачом медицинской организации, которая ведёт этого пациента с доступом к электронной медицинской карте, нужно реализовывать. Это направление мы поддерживаем.

В.Путин: Антон Романович, такое движение по вопросу, который Вы подняли, устраивает? Либо Вы хотели бы что-то добавить?

А.Буздалин: Да, меня полностью устраивает. Хотелось бы только не потерять на бюрократические процедуры драгоценные сейчас месяцы. Но в целом, конечно, позиция очень верная.

Спасибо большое.

В.Путин: Я надеюсь, что Денис Николаевич будет это контролировать по линии партии, и с парламентом напрямую на связи. Поэтому не думаю, что при поддержке в том числе и Дениса Николаевича, и Михаила Альбертовича мы что-то потеряем по дороге. Уверен, что мы сделаем всё, о чём сейчас договорились.

Пожалуйста.

А.Репик: Большое спасибо.

Продолжая тему здравоохранения, Антон Викторович Данилов-Данильян просил взять слово.

А.Данилов-Данильян: Добрый вечер, уважаемый Владимир Владимирович!

Пандемия унесла десятки тысяч жизней. Трудовые коллективы лишились высококлассных сотрудников, друзей, товарищей. Те, кто переболел ковидом, очень часто сталкиваются с осложнениями – неврологическими, сердечно-сосудистыми, мышечными. Очень у многих развился сахарный диабет, а Вы знаете, что диабетики чаще всех остальных групп болеют ковидом в тяжёлой и средней форме.

Огромное спасибо за те усилия, которые Вы и Правительство в целом сделали, – приняли решения по борьбе с ковидом, гепатитом, онкологическими, сердечно-сосудистыми заболеваниями. Но мы вдруг обнаружили, что сахарный диабет остался вне этого контекста, по нему нет специального федерального проекта.

Между тем сахарный диабет всё больше превращается в вялотекущую, тихую пандемию. Уже 3,5 процента граждан России болеют сахарным диабетом, ещё примерно столько же болеют, но пока официально не зарегистрированы, многие миллионы находятся в преддиабетном состоянии.

Ещё мы обнаружили, что в 2012 году закончился срок предыдущей такой федеральной подпрограммы по сахарному диабету, это было. В результате после этого средняя продолжительность жизни у диабетиков стала снова падать, а смертность за эти неполные десять лет, по официальным данным Росстата, выросла почти в три раза. И это очень серьёзно, это следствие того, что, по всей видимости, денег, которые выделяются на сахарный диабет по линии ОМС и другим направлениям, просто физически не хватает.

Специалисты в один голос говорят, что такой специальный проект нужен. Такой проект разработан большим коллективом учёных-эндокринологов, экономистов, методологов системы Минздрава России с экспертным участием представителей пациентского сообщества. Академик Дедов вчера на награждении упомянул про этот проект.

Не буду вдаваться в его подробности, он всесторонний, нам очень нравится. Единственное скажу, что если он будет реализован в полном объёме, то, по данным учёных, мы получим снижение смертности на 20 тысяч человек в год среди диабетиков. Это будет блестящий результат. Кроме того, снизятся бюджетные расходы на диспансерное лечение осложнений сахарного диабета и обострений сахарного диабета.

Уважаемый Владимир Владимирович, мы просим дать поручение Правительству принять федеральный проект по борьбе с сахарным диабетом. Его можно реализовывать поэтапно. Например, у нас подготовлен список пилотных регионов, специалистами научных учреждений Минздрава проведены с ними соответствующие расчёты, получены соответствующие согласия. С Министром Михаилом Альбертовичем Мурашко мы тему федерального проекта по борьбе с сахарным диабетом обсудили и нашли взаимопонимание.

Большое Вам спасибо и крепкого Вам здоровья.

В.Путин: Спасибо большое.

Действительно, Иван Иванович Дедов не только вчера говорил об этом – до этого несколько писем мне направил на эту же тему. Я с ним вчера говорил об этом.

Некоторые вопросы согласованы с Минфином, и мы сможем это решить. Это касается предоставления учреждению соответствующего статуса, который предоставляет льготный налоговый режим. Не знаю, насколько это будет для Ивана Ивановича и всех, кто занимается диабетом, полезно, но мы это сделаем – проблем здесь не вижу.

Вчера же он говорил о необходимости создания федеральной целевой программы по борьбе с диабетом по примеру борьбы с онкологическими заболеваниями – у нас такая программа есть. Наверняка Михаил Альбертович согласен. Вопрос в том, чтобы распределить те ресурсы, которые выделяются на систему здравоохранения.

Но я с Вами согласен. Здесь ведь вопрос о здоровье нации в целом, и здесь есть проблема, на которую мало кто обращает внимание, а Вы сейчас об этом сказали. Количество зарегистрированных [больных] большое – это одно дело. А количество незарегистрированных, особенно с диабетом второго типа, – это совершенно другое дело: их, по предварительным оценкам, может быть в 10–15 раз больше, чем зарегистрированных, и это проблема.

Михаил Альбертович, пожалуйста.

М.Мурашко: Уважаемый Владимир Владимирович! Антон Викторович!

Действительно, сахарный диабет сегодня является заболеванием, в том числе манифестирующим после перенесённого ковида, в основном это второй тип сахарного диабета. Действительно, диабет молодеет, в том числе второй тип сахарного диабета. Поэтому дополнительные меры по борьбе с сахарным диабетом нужны, и мы поддерживаем поэтапное развитие и внедрение этих мер. В том числе внедрение новых, современных методик по мониторингу уровня глюкозы в крови и внедрение новых методов терапии, конечно же, мы поддерживаем.

С Минфином нам необходимо отработать порядок и этапы внедрения этих мероприятий. Поэтому мы поддержим, если в данной ситуации мы имеем такую задачу и есть все возможности её реализовать.

В том числе нужно реализовывать и поддержку промышленности. Сегодня много уже производится лекарственных препаратов, в том числе для лечения сахарного диабета, в России.

Спасибо.

В.Путин: Надо проработать.

(Обращаясь к А.Силуанову.) Антон Германович, поработайте, пожалуйста, с коллегами из Минздрава.

Вопрос серьёзный, а возможности для работы по этому направлению у нас очень хорошие, потому что у нас, во-первых, результаты показательные: мы вошли в число ведущих стран мира по работе на этом направлении. Вопрос действительно в организации этой работы и концентрации усилий административного характера, финансового.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, отработаем с Минздравом этот вопрос.

Действительно, сегодня у нас выделяются деньги, наверное, недостаточные – порядка двух миллиардов – на расходные материалы для инсулиновых помп и так далее. Будем изыскивать ресурсы.

Сейчас действительно основные средства идут на COVID у нас. Но, даст бог, всё-таки ситуация пойдёт на улучшение, и я думаю, что найдём ресурсы для того, чтобы начать реализацию программы.

В.Путин: Хорошо, подумайте.

Но чтобы начать её реализацию, сначала её нужно создать. Поэтому это, конечно, дело прежде всего Минздрава. Вместе поработайте с ним, пожалуйста, ладно?

А.Данилов-Данильян: Спасибо большое. Мы очень надеемся, что проект будет принят после доработки. Спасибо.

А.Репик: Большой вызов – здравоохранение. Но, наверное, не меньший вызов – коммунальная инфраструктура.

В.Путин: Вы знаете, я посмотрел, на картинке всё время конференц-зал показывают. Там достаточно много ваших коллег. Может быть, мы изменим запланированный ход нашей встречи? Там, не знаю, есть микрофоны?

А.Репик: Есть микрофоны. Просто, может быть, дадим коллегам чуть-чуть подготовиться, чтобы они микрофоны поставили, всё организовали? У нас их много.

В.Путин: Может быть, не будем давать возможности подготовиться – так будет интереснее и поживее.

А.Репик: Владимир Владимирович, Вы хозяин.

В.Путин: Мы здесь все хозяева.

Пожалуйста, дайте кому-нибудь микрофон в конференц-зале.

А.Кобенко: Уважаемый Владимир Владимирович, добрый день!

Кобенко Александр – член Координационного совета «Деловой России» и являюсь членом совета директоров крупного промышленного холдинга. Мы занимаемся вопросами утилизации промышленных отходов, вторичными материалами, металлургией.

У меня следующий вопрос: под Вашим руководством и при Вашем непосредственном участии в 2010 году была запущена программа утилизации старых автомобилей. За период её работы, это было два основных года с небольшими продлениями этой программы, было утилизировано порядка 600 тысяч автомобилей. Программа была очень успешной, она решила целый ряд задач.

Во-первых, поддержала спрос на автомобильном рынке, который был после 2009 года сильно скорректирован, скажем так; поддержала наших граждан, которые получили скидку на возможность приобретения новых автомобилей. К сожалению, в тот момент не так была ещё сформирована утилизационная отрасль, поэтому часть автомобилей, на наш взгляд, на экспертный взгляд, была утилизирована не совсем корректно, то есть, скажем так, с определёнными нагрузками на окружающую среду.

Владимир Владимирович, в рамках «Деловой России», в рамках того комитета, который я возглавляю, мы ведём достаточно большую работу с нашими коллегами: и с Министерством промышленности и торговли, и с Министерством природных ресурсов, и с Министерством экономического развития. Пользуясь случаем, я бы хотел поблагодарить коллег за эффективное взаимодействие. Много инициатив, которые мы в том числе в экологической повестке предлагаем, сегодня отражаются в нормативно-правовой базе.

Сегодня я хотел бы предложить рассмотреть возможность перезапуска программы автомобильной утилизации, потому что, на наш взгляд, она решит целый ряд вопросов. Во-первых, это обновление автопарка в нашей стране. Безусловно, здесь я считаю, что наших граждан нужно поддержать, поддержать платёжеспособный спрос, потому что мы получим, разумеется, дополнительную загрузку наших автомобильных предприятий; получим дополнительную загрузку всей технологической цепочки, то есть их поставщиков.

Во-вторых, безусловно, это экологический аспект. Мы понимаем, что нам нужно формировать утилизационную отрасль. Мы видим сегодня это по «мусорной» реформе, по реформе расширенной ответственности производителей. Я думаю, что авторециклинг тоже сыграл бы серьёзную роль с точки зрения развития инфраструктуры рециклинга. В этом случае мы могли бы рассчитывать на то, что все фракции, которые остаются после старого автомобиля, могли бы быть утилизированы. Это не «тотал» – это пластики, все технологические жидкости, аккумуляторы и так далее. Это всё могло бы быть утилизировано без вреда для экологии.

С третьей стороны, мы сегодня видим, что очень много старых автомобилей, во-первых, на дорогах. Во-вторых, очень много автомобилей даже после «тотала» – после полного списания и выплат страховыми компаниями – появляются на дорогах. То есть их восстанавливают. Мы могли бы полностью эту практику прекратить.

В-четвёртых, я считаю, что тот объём металла, который остаётся после этих автомобилей, как раз мог бы пойти во вторичный оборот. Не только металла, но и всех остальных фракций, с которыми мы сегодня уже умеем работать.

Владимир Владимирович, мы предлагаем рассмотреть возможность перезапуска программы утилизации. Тем более, Вы помните, первая программа была эффективной с точки зрения государства, потому что на каждый вложенный рубль в рамках первой программы государство получило порядка 1,5 рубля налогов. Я уверен, что и существующая программа будет эффективной. Более того, мы сможем создать цивилизованную отрасль утилизации всех фракций, которые остаются после старого автомобиля.

Спасибо большое.

В.Путин: Иван Иванович Демченко Вас поддерживает наверняка.

И.Демченко: Однозначно.

В.Путин: Заинтересован в получении этих материалов. У нас этим занимается Минпромторг, я в своё время действительно принимал прямое участие в подготовке и принятии этих решений и сейчас попросил бы Белоусова Андрея Рэмовича прокомментировать.

Пожалуйста, Андрей Рэмович.

А.Белоусов: У нас такая программа действительно была. Она сыграла очень яркую роль в том, чтобы были поддержаны, если мне память не изменяет, это 2014–2015 годы, объёмы спроса. Я думаю, что, конечно, такую программу надо возобновить. Во-первых, нужно сейчас посмотреть, чтобы мы не повторили тех ошибок, которые были сделаны раньше, чтобы у нас хватило мощностей прежде всего по разделению этих ресурсов.

Второе. Сейчас российский и мировой автопром находится в такой ситуации, что ограничения лежат со стороны производства, а не со стороны спроса. Хорошо известна проблема электронных компонент, которых не хватает, для того чтобы просто обеспечить спрос, из-за чего растут цены.

В.Путин: Чипов?

А.Белоусов: Чипов, да, электронной компонентной базы. Поэтому нам нужно тоже правильно выбрать момент, для того чтобы эту программу запустить.

А так в принципе я считаю, что вопрос поставлен абсолютно правильный. Такая программа действительно нужна.

В.Путин: Андрей Рэмович, дайте, пожалуйста, поручение Минпромторгу, потом доложите предложения, которые Вы подготовите.

А.Белоусов: Есть.

В.Путин: Спасибо.

Давайте пойдём дальше.

А.Репик: Тогда всё-таки, возвращаясь к теме коммунального хозяйства, прошу коротко.

Л.Гориловский: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Меня зовут Гориловский Лев. Я возглавляю Комитет по коммунальной инфраструктуре «Деловой России», явлюсь президентом «Группы Полипластик».

Наша компания много лет инвестирует в развитие новых технологий, является крупнейшим производителем полимерных труб в России. Работая с большинством эксплуатирующих организаций по всей стране, мы точно знаем реальную ситуацию внутри этой отрасли.

За последние несколько лет наша команда, да и я сам, анализируя состояние коммунальной инфраструктуры, объехали большое количество малых и средних городов. Во многих из них износ составляет более 70 процентов, и его снижения не происходит.

Мы хотели на своём опыте понять сложности запуска инвестиционных проектов в ЖКХ. Как оказалось, многие проекты не могли быть реализованы из-за высокой стоимости «длинных денег», отсутствия средств в тарифе на инвестиции, а также недостатка прозрачных критериев для обновления изношенных сетей.

Хотел отметить, что несколько дней назад Правительством было подписано распоряжение о финансировании модернизации ЖКХ из средств ФНБ. Это на самом деле огромный шаг для развития и обновления нашей отрасли, который привнесёт по плану около 150 миллиардов рублей инвестиций за четыре года. Хотел бы поблагодарить Вас за это решение.

Данные средства являются возвратными и отлично подходят для теплоснабжения, где есть источник экономии за счёт, например, перехода котельных с мазута на газ или сокращения потерь в сетях.

Если говорить про водоснабжение и водоотведение, то в крупных городах тоже часто есть эффекты на масштабе деятельности. Но в малых и средних городах просто нет возможности для получения этой экономии. Получается, что внутри тарифа нет источника для возвратности. Поэтому, к сожалению, именно для этого направления коммунальной инфраструктуры текущий вариант распоряжения не может привести к реальному улучшению качества жизни граждан.

Изучив более 30 городов, хотелось бы вынести ряд предложений, которые позволят изменить ситуацию к лучшему.

Во-первых, мы считаем, необходимо на федеральном уровне разработать достаточные критерии для определения технического состояния инфраструктуры. Это позволит понять, что именно даст максимальный эффект улучшения качества жизни жителей.

Во-вторых, Владимир Владимирович, Вы говорили о необходимости учёта жизненного цикла, находясь на заводе полимеров в Тобольске. Для реализации и внедрения новых технологий, безусловно, необходимо учитывать это. Такие решения позволят меньше растить тариф за счёт более длинного срока службы полимерных решений, рассчитанных на срок до 100 лет. Один только учёт длинной амортизации позволит существенно снизить влияние инвестиций на уровень тарифа.

В-третьих, с учётом плана мероприятий и срока службы решений будет возможно определить подходы к стимулированию инвестиций в коммунальную инфраструктуру. Очень важно сделать это с учётом адресной поддержки отдельных категорий граждан.

В заключение хотел бы отметить, что все проекты, как в жилищно-коммунальном хозяйстве, так и в строительной сфере, требуют огромных ресурсов для контроля за ходом работ.

Хотел бы попросить рассмотреть возможность привлечения частных компаний для ускорения цифровизации и увеличения прозрачности работы коммунальной и строительной отраслей. За год можно перевести в машиночитаемые акты и электронное выполнение большую часть заказчиков. Это на самом деле значительно ускорит цикл стройки.

Если Вы поддержите, мы как деловое сообщество обязательно отработаем с Министерством строительства и ЖКХ набор инициатив. Думаю, уже через год будет виден существенный результат от таких проектов и, в отличие от обновления самой коммунальной инфраструктуры, без каких-либо дополнительных расходов бюджетных средств.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Лев Миронович, я не понял, в чём проблема привлечения частных компаний? У нас есть такая практика, мы же привлекаем.

Л.Гориловский: Расскажу. Если говорить о программе цифровой трансформации, которая есть во всех министерствах, на сегодняшний день есть мероприятия, где, соответственно, предположим, не предусмотрено пока выделение финансирования, но эти мероприятия необходимо делать.

У нас как у делового сообщества есть целый ряд инициатив, которые мы хотели бы предложить. Но пока министерства на таком уровне достаточно, не хотелось бы говорить, что опасаются, но работать с частными компаниями в рамках таких мероприятий…

В.Путин: Где конкретно Вы сталкивались с тем, что вас как-то не пускают в это? Говорите прямо, ничего страшного нет. Не испортите ни с кем отношения, правда.

Л.Гориловский: Хорошо. Тогда если говорить о конкретных примерах, то существуют частные инициативы. На сегодня существует механизм частных инициатив, например в информационных технологиях. Такие инициативы обсуждаются на уровне Правительства, безусловно, и Правительство опасается, будет ли бизнес осуществлять то, что он должен, выступая частным партнёром государства, где будут, соответственно, права на эти продукты.

То есть в бизнесе разработан ряд решений, которые могли бы в применении к государственным, соответственно, механизмам не требовать дополнительных денег на разработку аналогичных решений и просто применить те механизмы, которые уже созданы. Но, к сожалению, именно из-за этого опасения, наверное, они достаточно долго и сложно рассматриваются.

В.Путин: Смотрите, опасения не лишены оснований, если по-честному, потому что, когда я ещё был Председателем Правительства, я сталкивался с такими проблемами, когда частно-государственное партнёрство в широком смысле этого слова стартует, государство выполняет свои обязательства, а частные предприятия как бы подписываются под тем, что они будут делать после того, как государство выполнит, а потом не делают.

Мы говорили о том, что есть проблема, когда органы власти, региональные, местные, меняют условия, и это создаёт проблемы для бизнеса, но наоборот тоже бывает, поэтому эти опасения не лишены оснований, но это совсем не значит, что не нужно двигаться вперёд. Я с Вами здесь полностью согласен.

Вы с каким Министерством, с Минэкономразвития работали по этому направлению?

Л.Гориловский: Мы работали с Министерством строительства и ЖКХ, соответственно. Работа эта идёт.

Я говорю о том, что есть ряд инициатив. Мы видим в рамках программы цифровой трансформации, что есть ещё инициативы.

В.Путин: Хорошо. Я понял. Я сейчас дам возможность Министру Файзуллину высказаться. Вы сами назвали источники. Источники очень приличные. Они в значительной степени разобраны, быстро разбираются – эти 500 миллиардов, о которых Вы знаете, средства из Фонда национального благосостояния. Но они должны быть эффективно освоены, это правда.

Л.Гориловский: Если можно, короткий комментарий про эту часть?

В.Путин: Да.

Л.Гориловский: Это заёмные деньги, я как раз хотел первый раз сказать. А, например, водоснабжение и отопление – просто не из чего вернуть в малых и средних городах, поэтому есть старый механизм, который раньше работал в Фонде. Если возможно, мы это тогда с Министерством тоже обсудим.

В.Путин: Хорошо. Хорошо, спасибо, что обратили на это внимание. Это такой момент тонкий, особенно по малым и средним городам. Полностью согласен с Вами.

Ирек Энварович?

И.Файзуллин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Здравствуйте!

Действительно, вопросы, поднятые Львом Мироновичем, имеют место. Здесь мы в рамках совместной работы будем отрабатывать эти моменты.

Владимир Владимирович, конечно, то, что выделили 150 миллиардов через ФНБ, эта работа уже сегодня идёт. Уже на 44 миллиарда [рублей] заявок из регионов отработаны, и предварительные решения приняты. Действительно, по водоснабжению и водоотведению в малых городах сегодня тот тариф, который имеется, не позволяет, в общем-то, даже за 25 лет отработать эти средства. Поэтому мы готовим некоторые другие механизмы. В настоящий момент отрабатываем в Правительстве.

То, что касается цифровизации. Министерство активно работает и с частными партнёрами в части цифровой трансформации. Здесь примером является и ГИС ЖКХ. Поэтому я думаю, что мы совместно отработаем и те предложения, которые поступили сегодня на этой деловой встрече.

Спасибо.

В.Путин: Ирек Энварович, если коллеги говорят, Лев сейчас указал на это, и что-то недоработано, надо обязательно это сделать. Мы же с Вами заинтересованы. Уровень износа сетей колоссальный. Вы это подтверждаете, собственно, это лежит на поверхности: у регионов, муниципалитетов нет возможности вернуть, а нет такой возможности вернуть за 25 лет, потому что покупательная способность потребителей соответствующая. Это же длительный процесс. Поэтому надо подумать, как решать этот вопрос. Проработайте, пожалуйста. Я Вас очень прошу вместе с коллегами поработать в спокойном, доброжелательном режиме и найти эти решения.

И.Файзуллин: Принято, Владимир Владимирович. Отработаем.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

А.Репик: Борис Григорьевич Нуралиев, «1С», и наш комитет по франчайзингу.

Б.Нуралиев: Большое спасибо, Владимир Владимирович.

Моё предложение связано с развитием в нашей стране франчайзинговой бизнес-модели, при которой зрелый и успешный бизнес передаёт свои технологии работы, торговую марку, репутацию более мелким, но энергичным, мобильным, рачительным предприятиям в регионах.

Для экономики это такой хороший способ разогнать новые технологии по нашей огромной стране. Для потребителя это гарантия качества: «Шоколадница» в Москве, в Чите, в Мурманске одинаковая. Для начинающего бизнеса это работа по проверенной финансовой модели, с отлаженными цепочками поставок. Участие малых предприятий в таких сообществах позволяет им успешно конкурировать с гигантами в своих отраслях. Это не только даёт им быстрый старт, но одновременно даёт им высокую устойчивость и надёжность бизнеса.

Предмет моей личной гордости – из тех франчайзи, которые фирма «1С» подписала до 1997 года, 87 процентов проработали более 15 лет, пережив кризис 1998 года и 2008 года. Это очень хорошая устойчивость для малого бизнеса.

Благодаря активному диалогу государства и бизнеса, в том числе «Деловой России», в 2011 году было существенно улучшено законодательство, это 54-я глава Гражданского кодекса, по коммерческой концессии. Теперь у нас лучшее законодательство по франчайзингу в мире, я считаю, и количество ежегодно регистрируемых новых договоров (в Роспатенте их регистрируют) выросло за 10 лет в 10 раз, это очень быстрый рост. Сейчас важно продвигать эти технологии, стандарты качества во все регионы.

Алексей Евгеньевич говорил, как Правительство научилось поддерживать малый бизнес. Просьба в постановлении Правительства № 1764 или в аналогичном предусмотреть отдельное направление по субсидированию процентной ставки по кредитам для франчайзеров, для МСП. Особенно в регионах стимулировать бизнесменов вкладывать именно в проверенные концепции, притом что у них рентабельности иногда не хватает нормальную процентную ставку покрыть, и хорошо бы часть затрат на покупку оборудования ещё субсидировать.

В нескольких регионах есть позитивный опыт субсидий. Москва, например: в тяжёлом 2020 году более 900 франчайзи получили более 700 миллионов рублей субсидий, при этом в налоги они в 1,5 раза больше выплатили. Есть опыт в Нижнем, в Екатеринбурге, в Мурманске. Но в большинстве регионов таких возможностей нет.

И ещё, если Вы, Владимир Владимирович, лично порекомендуете поддерживать в принципе франчайзинговый бизнес, то лет за пять можно довести где-то до 200 тысяч количество таких надёжных, современных малых бизнесов, и это где-то 2–3 миллиона хороших рабочих мест. А франчайзерам это добавит смелости выходить со своими концепциями на рынки других стран. Меры поддержки сейчас прорабатываются. Спасибо.

В.Путин: Борис Георгиевич, я с Вами согласен полностью, потому что это действительно хороший очень инструмент для старта, для стартапов очень хороший. Бренд, небольшая финансовая поддержка, и это действительно такая хорошая вещь.

Если чего-то не хватает дополнительно, давайте подумаем. Это, наверное, Минэкономразвития вместе с Минфином должны отработать. Мне кажется, что Вы в точку попали. Это, конечно, нужно реализовывать лучшими темпами.

Б.Нуралиев: Спасибо.

В.Путин: Максим Геннадьевич, пожалуйста.

М.Решетников: Да, Владимир Владимирович, действительно, Борис Георгиевич абсолютно в точку попал.

У нас 2021 год – плюс 41 процент в регистрации договоров франчайзинга – то, что Роспатент делает, а с 2016 года – рост в 2,5 раза. То есть у нас действительно с точки зрения старта бизнеса это, в общем, самый, наверное, понятный, простой, потому что в рамках франчайзи получают и торговую марку, то есть узнаваемость, рынок, и технологию работы главным образом.

Очень важно, что франчайзи – это не только «1С», хотя, конечно, компания, которая во многом сформировала этот рынок, но сейчас у нас там и медицинские лаборатории, и ветеринарные клиники, и общепит, и фитнес-клубы, и аптеки, то есть очень широкий перечень.

И 71 процент франчайзинговых компаний, франшиз, берутся в регионах. То есть это действительно бизнес, который активно развивается в регионах при этом. И очень важно, что у нас есть бренды, которые активно идут на экспорт. Действительно, у нас и в Европе есть, и на пространстве Евразэс, конечно, очень много работает.

Мы, понимая это, в рамках Программы 1764 включили возможность оплачивать франшизы – как раз это наша основная программа, где субсидируются кредиты для малого предпринимательства, объём кредитного портфеля которых – более 1 триллиона рублей в год, который мы поддерживаем по льготным ставкам. И там эта возможность есть, уже включена.

Но если есть какие-то вопросы, давайте мы, может быть, с Борисом Григорьевичем тогда отдельно отработаем. Если есть предложения по уточнению и расширению, мы тогда дополнительные предложения обсудим и сформулируем.

В.Путин: Борис Григорьевич, устраивает?

Б.Нуралиев: Большое спасибо, да.

В.Путин: Максим Геннадьевич, поработайте с коллегами. Потом, если какие-то дополнительные нужны будут источники, наверное, на следующем этапе, на следующей итерации уже с Минфином проработаете. Договорились.

Я предлагаю опять вернуться в зал.

А.Репик: Может быть, региону какому-нибудь дадим? У нас 80 регионов, а то жалко, что регионы у нас не вовлечены.

В.Путин: Как скажете. Пожалуйста.

А.Репик: Курск, например. Есть Курск у нас?

О.Малахов: Уважаемый Владимир Владимирович, здравствуйте!

Я – Малахов Олег Игоревич, председатель Курского отделения «Деловой России» и руководитель группы компаний «Праймкей». Мы проектируем и строим фармацевтические предприятия, в том числе активное участие принимали в строительстве производств вакцин от коронавируса.

Своим вопросом я хотел бы продолжить ту тему, которой коснулся Алексей Евгеньевич Репик.

В декабре 2021 года в Государственную Думу поступил законопроект о предварительных обеспечительных мерах, в котором описывалась методика расчёта среднеотраслевой налоговой нагрузки. Мы предлагаем рассматривать вот этот показатель не только в качестве определения по проведению контрольно-надзорной деятельности, но и в качестве такого показателя благодарности для добросовестных налогоплательщиков.

Совместная работа Федеральной налоговой службы и «Деловой России» позволяет создать рейтинг налогоплательщиков по степени налоговой нагрузки. Сделать рейтинг ежегодным, и для лидеров рейтинга – тех, кто займёт первое, второе, третье место по отраслям, а также для трёх крупнейших налогоплательщиков каждого региона Российской Федерации предоставить определённые преференции на последующие 12 месяцев, то есть на время действия рейтинга.

Первая преференция – право на заявительный порядок возмещения НДС без предоставления банковской гарантии, без выполнения требований по предыдущим уплаченным налоговым платежам за три месяца. Второе – право на получение мотивированных мнений по аналогии как раз с компаниями, с налогоплательщиками, которые перешли в режим налогового мониторинга. Мы уверены, что, во-первых, это даст возможность большему количеству налогоплательщиков использовать данные инструменты, а во-вторых, станет реальным стимулом для развития существующих предприятий.

Спасибо.

В.Путин: По поводу поощрения хороших налогоплательщиков. Уплата налогов – конституционная обязанность налогоплательщиков, поэтому как бы поощрять за то, что человек ведёт себя законопослушно? Не знаю, насколько это обоснованно.

У нас «не убий», «не укради» и так далее, и за всё поощрять? Нужно просто жить в рамках закона, и, мне кажется, это уже правильно.

Что касается второй части, давайте мы попросим Егорова Даниила Вячеславовича прокомментировать Ваш вопрос. Пожалуйста, Егоров Даниил Вячеславович.

Д.Егоров: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

У нас институт позиций налоговых органов мотивированного мнения действует в отношении налогового мониторинга.

В чём суть. Суть в том, что нам налогоплательщик открывает свои учётные данные, доступ онлайн к учётным данным, и тогда мы, соответственно, даём комментарии и разъяснения именно по конкретным сделкам. Причём налоговый мониторинг – это воля налогоплательщика. Если налогоплательщик готов вступать и открывать данные для службы, то в этом случае, а это как раз те крупнейшие плательщики, которые, собственно, и попадают – о том, о чём говорил коллега, то, конечно, в этом случае они будут получать право к мотивированным мнениям. Спасибо большое.

В.Путин: Можно вернуть коллегу из Курска.

О.Малахов: Да, Владимир Владимирович, я на связи.

В.Путин: И мой комментарий, и комментарий руководителя налоговой службы Вы услышали. Хотите ли Вы что-то добавить, как-то прокомментировать со своей стороны?

О.Малахов: Владимир Владимирович, я думаю, мы по данному направлению продолжим плотное взаимодействие.

И я абсолютно с Вами согласен, что оплата налогов – это наша обязанность и всё необходимо проводить именно в рамках действующего законодательства.

Поэтому двигаемся дальше именно в этой повестке. Я уверен, найдём какие-то ещё предложения.

В.Путин: Но в целом всё-таки, я в ходе дискуссии думаю, что как-то отличать людей, которые придерживаются необходимых правил, всё-таки тоже нужно. Надо подумать, как это сделать. Прошу тоже Решетникова Максима Геннадьевича подумать. Здесь есть определённый смысл, я с Вами в целом согласен.

Спасибо Вам большое.

О.Малахов: Спасибо большое.

А.Репик: Несколько завершающих выступлений.

Пожалуйста, Игорь Куров – дорожное строительство и инфраструктурное строительство.

И.Куров: Уважаемый Владимир Владимирович!

Меня зовут Куров Игорь, я являюсь председателем Комитета по развитию транспортной инфраструктуры «Деловой России», также являюсь генеральным директором компании «Центродорстрой», которая специализируются на дорожном и аэродромном строительстве.

Если можно, от лица всего строительного сообщества хочу поблагодарить Вас и Правительство Российской Федерации за оперативно принятое постановление № 1315. Благодаря этому решению удалось поддержать компании во время кризиса, вызванного резким удорожанием строительных материалов.

Важнейшим событием для нашей отрасли стало утверждение Правительством Российской Федерации «дорожной карты» по совершенствованию регулирования в строительстве. Она была принята буквально на днях.

Однако наряду с этим хочу обратить Ваше внимание на оставшиеся проблемы, которые присутствуют в отрасли.

Сейчас компании инфраструктурного строительства сталкиваются с потерей финансовой устойчивости. В том числе речь идёт об организации уникальной компетенции в строительстве. Сегодня все компании на этом рынке работают по принципу: заключают контракт на авансовый платёж, по этому соглашению предоставляется банковская гарантия, а расчёты, включая авансы по исполнению работ, происходят через счёт в Казначействе.

Когда принималось это решение, логика была понятна: нужен был контроль за расходованием бюджетных средств. На практике получилось задвоение обеспечительных мер. При этом мы несём дополнительные расходы по обслуживанию коммерческой банковской гарантии, а также казначейского сопровождения, которое вводилось ранее как альтернатива банковского обеспечения, что и было отражено в законодательстве. Сегодня у заказчика есть право не применять банковскую гарантию. На практике заказчики это право, к сожалению, не используют.

В этой связи просим рассмотреть возможность императивно снять требования по банковскому сопровождению на те денежные средства, которые находятся на казначейских счетах.

В.Путин: Хорошо, давайте подумаем. Или гарантия, или сопровождение. Сейчас у коллег спрошу их мнение тоже на этот счёт. Пожалуйста.

И.Куров: Ещё один чувствительный вопрос, на который хотелось бы обратить Ваше внимание.

С 1 января текущего года вступил в силу закон, согласно которому объём годовых закупок у субъектов малого предпринимательства увеличили с 15 до 25 процентов. Однако текущее требование годовых закупок для нас трудновыполнимо. На это есть объективные причины. Сегодня в отрасли дорожного строительства, как и в ряде других отраслей, зафиксирован дефицит компаний из числа МСП, обладающих нужными компетенциями. Большинству организаций на этом рынке можно доверить отделочные работы, работы по благоустройству. Но для исполнителей контракта является большим риском отдать таким маленьким компаниям работы по строительству сложных конструктивов. Это первое.

Второе. Субподрядчики не всегда имеют необходимые ресурсы, то есть технику, квалифицированных специалистов, финансовые инструменты. А самое главное, они не готовы нести гарантийные обязательства в перспективе четырех – двенадцати лет. Все эти риски несёт исполнитель контракта. С подобной проблемой сегодня сталкиваются компании и из других отраслей.

Повторюсь, мы понимаем ответственность, которая возложена на нас как на инфраструктурных строителей. Отрасль всегда была драйвером экономики и давала возможность развиваться предприятиям МСП из целого ряда смежных отраслей. Поэтому считаю логичным учитывать долю МСП на втором и последующем уровнях цепочек кооперации. Важно закрепить это положение в соответствующих актах.

Также предлагаю проработать список исключений по видам сложных закупок, где не распространяется требование о доли МСП.

Спасибо.

В.Путин: Что касается учёта по всей цепочке, надо продумать. В целом я полагаю, что это справедливое требование. Надо посмотреть. Честно говоря, не вижу того, что помешало бы нам двигаться в этом направлении. Как Вы справедливо заметили, мы всё-таки увеличили объём с 15 до 20 процентов. Это в целом даёт хороший результат. Если чего-то недостаточно, что-то мешает, то надо продумать, как совершенствовать этот механизм.

Что касается авансов, то объём авансов тоже увеличивается, если брать также по всей цепочке. Это можно делать на каждом этапе, а при сопровождении Казначейством, то там вообще, по-моему, до 90 процентов могут в конечном итоге доходить эти авансы.

Давайте мы попросим коллег сейчас прокомментировать это.

Андрей Рэмович.

А.Белоусов: Что касается расчётов участия МСП по всей цепочке, надо смотреть, как это будет работать и можно ли это сделать, потому что понятно, что это будет такая дополнительная учётная нагрузка на компании, к которым применяется эта норма.

Решение той проблемы, о которой говорят коллеги, действительно существует. Мы видим его в том, чтобы более чётко определить номенклатуру, к которой применяются эти повышенные требования участия малого и среднего предпринимательства, потому что компании часто говорят, что малый бизнес эту продукцию не производит, не может производить, поэтому мы не можем 20 процентов или 25 процентов применять. Такая тема есть. Считайте, что мы уже получили поручение для проработки.

Что касается авансов и казначейского сопровождения. Авансы, я имею в виду банковская гарантия, она всегда, с самого начала, как она вводилась, вызывала определённые нарекания. Но я хочу обратить внимание, что казначейское сопровождение и банковская гарантия играют разные роли. Банковская гарантия нужна прежде всего для того, чтобы обеспечить возможность подрядчика или потенциального подрядчика выполнить тот объём работ, который предусмотрен в госконтракте, чтобы не попадали фирмы-однодневки, разного рода компании, которые заведомо занижают цену и не могут выполнить работу и так далее.

Казначейское сопровождение нужно просто для отслеживания того, чтобы бюджетные деньги работали эффективно, чтобы они тратились ровно на те цели, на которые предназначены, и в соответствии с тем объёмом работ, которые были выполнены. Поэтому немножко разные роли. Но тем не менее давайте мы ещё проработаем тот вопрос, который сейчас Игорь Анатольевич поставил. Давайте вместе с Минэкономразвития и Минфином поищем здесь решение.

Спасибо.

В.Путин: Алексей Евгеньевич ещё здесь на ухо мне подсказывает, что если казначейское сопровождение осуществляется, то всё равно платить надо, а компенсации уже нет. Надо подумать. Так я понимаю, да? Посмотрите, пожалуйста, Андрей Рэмович. Договорились?

Антон Германович, пожалуйста.

А.Силуанов: Владимир Владимирович, действительно, при полном казначейском сопровождении, когда у нас и головной исполнитель, и соисполнители государственного контракта, это полное казначейское сопровождение, это не требует наличия банковской гарантии. Но заказчики, с тем чтобы действительно подстраховаться, вводят такой институт, что приводит, конечно, к удорожанию и самого контракта. То есть это решение принимается заказчиками, таких требований обязательных нет. Это первое.

Что касается неполного казначейского сопровождения, когда аванс на казначейском сопровождении, а всё остальное идёт уже на банковские счета, то здесь тоже заказчики как бы хотят застраховаться от того, как подрядчик выполнит работы или не выполнит работы, и берут по полной, до 30 процентов от оставшейся части, банковскую гарантию. Хотя эта банковская гарантия может варьироваться от 0,5 процента до 30 процентов. Берут по полной, с тем чтобы застраховаться.

Поэтому здесь, наверное, более правильно, когда Правительство принимает решение о выделении финансирования на какой-то объект строительства, здесь, может быть, Правительству вместе с заказчиком, Минэкономики, Минфину определять уровень этой госгарантии, с тем чтобы смотреть обоснованность такого большого объёма – до 30 процентов – размера гарантий. Поэтому мы в Правительстве готовы проработать и предложить механизм, чтобы снизить нагрузку на стоимость таких заказов, государственных заказов и государственных контрактов.

Спасибо.

В.Путин: С целью сделать этот инструмент более эффективно работающим мы уже снизили нижний уровень этих гарантий на 10 процентов. Не на 10 процентов, больше, с 5 процентов – нижний уровень до 0,5 процента, в 10 раз снизили. Но если на практике всё развивается таким образом, что заказчик требует по максимуму, до 30 процентов, то, конечно, это нужно скорректировать. Антон Германович сказал, что Правительство готово к этому, Андрей Рэмович тоже поддерживает. Давайте вместе проработаем. Хорошо, что Вы на это внимание обратили.

Договорились.

А.Репик: Вы говорили, Владимир Владимирович, про авансы. Тогда я попрошу Елену Киселёву, наши регионы, в том числе этот вопрос поднять.

Е.Киселёва: Добрый день, Владимир Владимирович!

Спасибо от всего предпринимательского сообщества и сообщества строителей за предоставленную возможность.

Я Киселёва Елена – член Координационного совета «Деловой России» и руководитель подкомитета по градостроительной политике в субъектах Российской Федерации.

В марте 2020 года, ещё в самом начале борьбы с пандемией, Вы поддержали инициативу «Деловой России» именно об увеличении авансирования по госконтрактам. Именно эта инициатива послужила мощным подспорьем для предпринимательского сообщества не в лёгкий период.

По Вашему поручению Правительство Российской Федерации срочно и незамедлительно приняло постановление, которое позволило предпринимательскому сообществу именно в рамках контракта до 50 процентов получать авансирование. Это очень важно.

Эта поддержка бизнеса действовала до конца прошлого года. К сожалению, в начале этого года данное постановление прекратило существование. Мы знаем, что на сегодняшний день мы ещё сталкиваемся с новыми штаммами коронавирусной инфекции, и это не может не отразиться на реальном секторе экономики.

Уважаемый Владимир Владимирович, прошу Вас поддержать инициативу, и, если есть такая возможность, обратиться к Вам с просьбой рассмотрения продления авансирования по государственным контрактам до полного завершения пандемии.

В.Путин: Мы сегодня с самого начала с этого начали. Начали как раз с этого, и я сказал о том, что мы никаких ограничений, локдаунов вводить не собираемся. Более того, собираемся даже в известной степени либерализовать эту сферу деятельности, имея в виду контактных лиц, которых не нужно будет отправлять на больничный.

Тем не менее, действительно, ограничения ещё есть, надо над этим подумать. А ведь эта мера вводилась именно в рамках борьбы за рынок труда в условиях пандемии. Тем не менее всё равно проблема, конечно, ещё существует, я попрошу соответствующие ведомства, министерства над этим поработать. Коллеги меня слышат и вместе с Вами потом свои соображения и предложения представят.

Е.Киселёва: Спасибо.

Владимир Владимирович, ещё мои коллеги меня попросили передать Вам просьбу, чтобы Вы обратили внимание ещё на один вопрос. В настоящий момент на рассмотрении в Совете Федерации находится законопроект по поэтапной отмене существующих льгот по технологическому присоединению хозяйствующих субъектов, прежде всего МСП, к электросетям от 150 киловатт. От этого, конечно, пострадают прежде всего малые инвесторы, особенно в регионах. Потому что это в 2017 году было введение льготы. Отмена льготы, поэтапная отмена льготы. Но это пока сейчас находится в Совете Федерации…

В.Путин: Андрей Рэмович, пожалуйста, прокомментируйте.

А.Белоусов: В 2016 году, в рамках, когда мы боролись за улучшение инвестиционного климата и продвижение нас в рейтинге Doing Business, по инициативе Министерства энергетики, кстати сказать, – хочу отметить этот момент, что было поддержано тогда, естественно, предпринимательским сообществом – через соответствующую «дорожную карту» отменили плату за техприсоединение для значительного числа участников процесса. В том числе международный стандарт есть: меньше 150 киловатт – это такая норма потребления, которая считается для малого и среднего бизнеса.

Сейчас действительно обнаружилось большое количество злоупотреблений. Честно скажу, мы занимались этим вопросом. Например, очень часто в строительстве те, кто вводит жилые дома, они вводят так называемое подъездное подключение. То есть фактически вешают этот дом на малую компанию и распространяют на весь жилой дом такого рода льготы. Это достаточно массовый пример.

Я сейчас дал поручение посмотреть, у нас 850 тысяч примерно подключений, сколько подключений приходится на подобного рода случаи.

Сети действительно несли убытки. Примерно эти убытки составляют где-то за десять лет, по расчётам Минэнерго, эта норма начала действовать частично ещё в 2009 году, около 55 миллиардов рублей, сейчас где-то считается порядка 10 миллиардов в год.

Проблема стоит очень остро. Часть регионов поддерживает этот закон, потому что они говорят, что нам нужна инвестиционная надбавка, нам нужно развивать сетевые хозяйства и так далее. Часть регионов бьют тревогу, говорят, что мы фактически лишаем малый бизнес возможности подключения.

Действительно, должен сказать, что цена для подключения, если сейчас она составляет чуть больше 5 тысяч рублей, она, по расчётам Минэнерго, подскакивает минимум до 400 тысяч рублей, а по некоторым уже конкретным случаям, из Краснодарского края коллеги приводили пример, существенно больше 1 миллиона рублей.

Я считаю, что нам надо сейчас не торопиться с принятием этого закона в Совете Федерации. Нам нужно разобраться и, возможно, принять какие-то дополнительные меры поддержки малого бизнеса в части подключения сетей, имея в виду ликвидацию тех злоупотреблений, на которые сейчас наши коллеги обращают внимание.

В.Путин: Со злоупотреблениями можно бороться разными способами. Елена Николаевна, Вы удовлетворены? Хорошо.

А.Репик: Коллеги, действительно, нам нужно потихоньку закругляться. Последний вопрос нашего пленарного заседания я прошу задать Андрея Романенко.

А.Романенко: Алексей Евгеньевич, спасибо большое за предоставленное слово.

Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Я Андрей Романенко – предприниматель, основатель IT-компании «Эвотор», мы производим последние пять лет онлайн-кассы в России.

Я хотел поднять очень важную тему для всех предпринимателей, для российского бизнеса – это снижение нагрузки в части избыточности регуляторных требований и устранение дублирования отчётности.

Была проделана очень большая работа по применению регуляторной гильотины в отношении нормативно-правовых актов, и было отменено свыше 12 тысяч документов. Я с уверенностью могу сказать, что это была очень хорошая работа, потому что я являюсь сопредседателем «гильотины» по контрольно-кассовой технике, и мы смогли предпринимателям сэкономить больше 1 миллиарда рублей платежей в год.

За последнее время упростилось для юрлиц очень многое. Большое спасибо за это Минэкономразвитию. Во-первых, автоматом продлён ряд разрешений и лицензий. Во-вторых, приняты изменения в закон о лицензировании, которые позволили с 1 марта получать лицензии не за 45 дней, а за 15–20. И скоро все лицензии можно будет получить в электронном виде.

Но есть тема, которая требует дополнительной проработки. Есть большой объём документов, который называется «ведомственные письма». Они относятся к широкому кругу предпринимателей, которые не являются нормативно-правовыми актами и не подлежат «гильотине». Просим Вас дать поручение федеральным органам исполнительной власти провести анализ, ревизию внутри собственных систем существующих ведомственных писем, проверить и отметить действие писем, которые утратили свою актуальность, впоследствии сформировать реестр актуальных писем. Далее с этим реестром можно будет также работать по принципу, как это было сделано по «гильотине».

Второе: юридические лица на постоянной основе сейчас уже в цифровом формате предоставляют данные во все государственные органы – Росреестр, Пенсионный фонд, Налоговую службу и многие другие инстанции.

Еженедельно бизнес напрямую отвечает на большое количество запросов ведомств и органов исполнительной власти, зачастую одни и те же от разных органов, передавая очень важную, критическую, коммерческую информацию.

Поясню. Вы, Владимир Владимирович, даёте поручения, и они приходят к нам от федеральных органов исполнительной власти, далее они спускаются в региональные министерства и ведомства, потом от муниципалитетов с жёсткими сроками приходят запросы, что нужно отвечать очень быстро, и попробуйте не ответить префекту. Нам приходится отвечать на аналогичные запросы очень-очень много раз.

Позвольте небольшое отступление. Я как гражданин России восхищён, как Правительство сделало портал «Госуслуги». Это очень удобно, комфортно в рамках «единого окна». Но самое главное, что на «Госуслугах» работает принцип однократности предоставления данных. Предоставление информации требуется единожды, повторных запросов тебе как физлицу не приходит. Принцип однократности в этой ситуации очень «лечит» всю эту историю.

Прошу Вас, Владимир Владимирович, дать поручение подумать над возможностью распространения этой блестящей практики для юридических лиц. Это «вылечит» очень многие болезни бизнеса.

Последнее.

В.Путин: Секундочку.

Ещё раз, я хочу понять, что для юридических лиц нужно сделать?

И так работают, себя не жалея…

А.Романенко: Сделать принцип однократности по запросам от федеральных органов власти и всех субъектов, потому что сейчас получается так: Вы спускаете какое-то поручение, например по строительству, и дальше веером оно спускается вниз, и постоянно приходят одни и те же запросы, может прийти до десяти одинаковых запросов от разных органов власти. Можно упростить это, если уже, к примеру, один раз кто-то писал про это, то для начала можно посмотреть это в какой-то базе данных, а только потом писать [запрос].

В.Путин: Да. Это часть так называемого электронного правительства. Один раз получили, и между собой ведомства должны иметь электронную связь и не запрашивать больше. Я это понимаю. Я согласен.

А.Романенко: Да, это второе наше предложение.

Третье. Хотелось бы пересмотреть список форм отчётности, который компании на сегодня предоставляют во все инстанции. Мы провели исследование: на сегодня около 850 форм отчётности, и можно сократить как минимум половину.

В.Путин: Что могу сказать? Во-первых, действительно эта «гильотина», на мой взгляд, сработала. Правительство провело очень большую работу. Кстати говоря, вместе с представителями бизнеса. По-моему, у нас 12,5 тысячи нормативных актов ликвидировано. Возникли, правда, новые, 400 с чем-то, но они новые, действительно необходимые для соответствующей регуляторики. Все остальные вопросы надо будет посмотреть внимательно.

Третье – особенно. Здесь я с Вами согласен полностью. Это просто работа, но это непростая работа, её надо проделать. Я прошу Правительство прямо считать, что это поручение, и отработать этот вопрос.

Что касается ведомственных документов – писем и прочего. Действительно, они не носят нормативный характер, и поэтому на них эта нормативная гильотина и не распространялась. Но это проблема. Полностью согласен здесь. Мы говорили об этом в Правительстве неоднократно. Этим надо заниматься. Так что будем работать над этим.

А.Романенко: Спасибо большое.

В.Путин: Чтобы всё-таки коллеги в конференц-зале не чувствовали себя чужими на этом празднике жизни, на нашей сегодняшней встрече, давайте всё-таки дадим возможность задать завершающий вопрос.

А.Репик: Но только коротко, коллеги.

М.Гончаров: Добрый день, Владимир Владимирович.

Меня зовут Михаил Гончаров. Я представляю, наверное, самый вкусный комитет «Деловой России» – ресторанный. Компания «Теремок», которую я основал 23 года назад, сегодня насчитывает более 300 ресторанов, и в год мы выпекаем 32 миллиона блинов. Блины наши русские – это ответ «Макдоналдсу» и бигмаку.

За последние 20 лет российский крупный ресторанный бизнес, который я и представляю в «Деловой России», провёл очень большую работу. Мы готовы на равных конкурировать с крупным американским бизнесом, который отлично чувствует себя в России. И для этого есть все основания, потому что в Японии из 10 крупнейших компаний только одна не японская – это «Макдоналдс». А в России три первых места занимают американские компании, опережая с отрывом от пяти до десяти раз российских конкурентов.

Для нашего развития есть некоторое препятствие. Оно заключается в том, что компания, которая развивается и не идёт на дробление, она, пересекая барьер в 2 миллиарда рублей оборота, выходит на новый режим налогообложения. Налог на ФОТ увеличивается в два раза: с 15 до 30 процентов, и НДС, которого нет до 2 миллиардов оборота, появляется в размере 18 процентов. Такой налоговый режим, такой скачок резкий, он приводит к отсутствию инвестиционной привлекательности, даже в какие-то моменты и к невозможности вообще работать для компании в таком режиме.

Мы подготовили новый отраслевой проект, готовы развивать российские бренды так, чтобы действительно конкурировать, не в 10 раз отставать, а хотя бы на уровне быть с американскими конкурентами. Но для этого мы считаем разумным сделать сглаженный режим роста налогов для нашей отрасли, то есть чтобы не от нуля до 40 процентов резким скачком, а всё-таки эта была шкала роста.

Мы по нашим расчётам подготовили этот проект, представили его в Совете Федерации уже, в течение двух лет мы готовы увеличить налоговые поступления с нашим развитием. Прошу поручить Правительству проработать наши модели и найти решения для нашей отрасли.

Пользуясь случаем, приглашаю Вас на Масленицу в «Теремок» на русские блины. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое за приглашение. Обязательно попробую ваши блины.

Но самое главное, что я, поверьте, являюсь Вашим горячим сторонником и считаю, что наши отечественные бренды, конечно, должны развиваться, и не просто развиваться, а должны иметь определённые конкурентные преимущества перед теми крупными международными компаниями, монополистами на самом деле, которые безусловно имеют преимущество в силу целого ряда обстоятельств.

Мы старались это делать и в прошлом, но сейчас это особенно актуально, тем более что, в общем, большое количество наших отечественных компаний готово к этой конкуренции, им нужно только дать возможность делать это добросовестно.

Тема, которую Вы сейчас подняли, постоянно находится в поле зрения Правительства, соответствующих ведомств, идёт постоянный диалог между Минфином с одной стороны и Минэкономразвития – с другой. Мы знаем и о проблеме дробления компаний, для того чтобы уйти от этого скачка в налогообложении.

Думаю, что в целом Вы правы. Будем считать, что такое поручение есть Правительству. Я прошу коллег ещё раз к этому вернуться и принять необходимые решения в том направлении, которое Вы сейчас обозначили.

Конечно, мы должны исходить и из позиции Минфина, это здравая позиция. Но всё-таки двигаться в том направлении, которое Вы сейчас показали, безусловно нужно. Я хочу Вам пожелать успехов. Мы будем это делать.

Так что всем вам большое спасибо. У меня, к сожалению, ещё следующее протокольное мероприятие намечено, и мне сейчас нужно заканчивать. Но я хочу вас поблагодарить всех за сегодняшнюю дискуссию, она очень полезная была, своевременная. Я надеюсь, вы почувствуете результаты нашей сегодняшней встречи на своей практической деятельности.

Ещё раз хочу пожелать вам успехов. Благодарю вас.

А.Репик: Большое спасибо, Владимир Владимирович.