Тревожный сигнал для человечества: сеанс вопросов и ответов со специалистом по климату о докладе МГЭИК

«Изменение климата 2022: смягчение последствий изменения климата» – третий из трех докладов, опубликованных за последние восемь месяцев. Первый рассматривал науку, лежащую в основе изменения климата; во втором были рассмотрены последствия изменения климата, а доклад этой недели был посвящен смягчению последствий изменения климата или тому, что человечество может сделать, чтобы остановить изменение климата.

Мы побеседовали с Никласом Хагельбергом, специалистом по вопросам изменения климата Программы ООН по окружающей среде, о докладе и о том, что он означает для планеты, а также сможет ли мир объединить политическую волю для преодоления климатического кризиса.

Программа ООН по окружающей среде (ЮНЕП): Что вас удивило в этом докладе?

Никлас Хагельберг (НХ): Боюсь, что нет. Предпосылки уже были в течение довольно долгого времени. Мы далеки от того, чтобы предпринять достаточные действия для ограничения потепления согласно целям Парижского соглашения. Хорошо, что еще можно сократить разницу, чтобы добиться результатов как в борьбе с изменением климата, так и в достижении целей в области устойчивого развития (ЦУР).

ЮНЕП: Согласно докладу, наступил тот момент, когда «сейчас или никогда» с точки зрения предотвращения климатической катастрофы. Насколько это справедливая оценка?

НХ: Отчасти. Но я хотел бы уточнить формулировку «сейчас или никогда». Физическая наука об изменении климата ясна, и влияние глобального потепления уже ощущается по всему миру. Наши текущие ответные действия недостаточны, если мы хотим [ограничить повышение глобальной температуры до] 1,5°C и, возможно, даже обеспечить 2°C. Но с изменением климата каждая десятая градуса имеет значение: 1,5°C лучше, чем 1,6°C, а 1,6°C лучше, чем 1,7°C. Эта битва не заканчивается, когда или если мы добиваемся результата в 1,5°C. Мы должны продолжать стремиться к углеродной нейтральности и отказу от углерода, пока не достигнем чистого нуля.

ЮНЕП: Какие положительные моменты мы можем извлечь из этого доклада?

НХ: Наука все сказала ясно. Мы знаем, что необходимо сделать, и у нас есть варианты во всех секторах, чтобы сократить выбросы как минимум вдвое к 2030 году. Эти решения экономически эффективны и обеспечат выполнения большей части ЦУР. Своевременные и широкомасштабные действия чрезвычайно важны для человеческого развития и благополучия.

ЮНЕП: Впервые в докладе есть глава, посвященная теме изменения потребительских привычек и образа жизни людей, которые могут противодействовать изменению климата. Насколько важным будет это так называемое смягчение последствий со стороны спроса?

НХ: Рад, что эта тема в центре внимания доклада. Хотелось бы верить, что это имеет какое-то отношение к Программе ООН по окружающей среде и нашим усилиям по привлечению внимания к образу жизни и неравномерному распределению выбросов по уровню благосостояния.

Для сокращения разницы в уровне выбросов необходимо использовать все возможные решения, включая устойчивое потребление и производство. Отдельные люди, частный сектор и правительства зависят друг от друга. Например, человеку необходимо иметь варианты с низким уровнем выбросов углерода по справедливым ценам, чтобы выбрать экологически чистый продукт или услугу. Частный сектор нуждается в потребительском спросе, политике и честной конкуренции, чтобы предлагать экологически чистые продукты и решения. А политикам и правительствам нужны сигналы от избирателей и частного сектора о необходимости проведения политики декарбонизации. Нам нужна всеобщая поддержка.

ЮНЕП: В докладе упоминается, что особенно в развивающихся странах наблюдается нехватка финансирования для инициатив, связанных с климатом. Что нужно сделать, чтобы ликвидировать этот инвестиционный разрыв?

НХ: Инвестиции в климатические решения ничем не отличаются от обычных инвестиций в том смысле, что как риск, так и вознаграждение будут важнейшими элементами любого инвестиционного решения. Важно, чтобы мы сочетали государственное и многостороннее климатическое финансирование с частными инвестициями, чтобы гарантировать [снижение инвестиционных рисков]. Это особенно важно в развивающихся странах. Также важно обратить внимание на внутренние источники финансирования, включая национальные бюджеты и частный сектор, поскольку климатическое финансирование, как правило, инвестируется в стране происхождения. Для поддержки борьбы с изменением климата в развивающихся странах важно поддерживать малый и средний бизнес, а также стимулировать климатическое финансирование крупномасштабной инфраструктуры.

ЮНЕП: Существует ли опасность, что будут больше полагаться на такие технологические решения, как улавливание углерода, а не на необходимое широкомасштабное сокращение объемов выбросов?

НХ: Нам потребуются все решения, начиная от широкомасштабного использования новых и существующих технологий и заканчивая действиями со стороны потребителей: переход на возобновляемое электричество или поездка на работу на велосипеде. Улавливание и хранение углерода в воздухе важно во всех сценариях МГЭИК для достижения углеродной нейтральности, и ученые считают, что такие решения для сокращения, как восстановление экосистем и прямое улавливание углерода, потребуются для достижения цели сдерживания температуры в пределах 1,5°C.

ЮНЕП: В докладе показаны шаги для сокращения выбросов, которые могут быть предприняты такими секторами экономики, как энергетика, сельское хозяйство и транспорт. Какие отрасли, по вашему мнению, добились наибольшего результата?

НХ: Среднегодовые выбросы с 2010 по 2019 годы увеличились во всех секторах, но темпы роста несколько замедлились, особенно в энергетическом секторе – с 2,3 до 1 процента в год и в промышленности – с 3,4 до 1,4 процента в год. На эти два сектора приходится 58 процентов всех глобальных выбросов. Быстрое снижение затрат на технологии возобновляемых источников энергии и повышение энергоэффективности начали снижать [выбросы], хотя и не приблизились к необходимому уровню. Всем секторам необходимо кардинально улучшить свои действия на пути к углеродной нейтральности.

ЮНЕП: Насколько здесь важна политическая воля?

НХ: В нашей истории есть несколько примеров быстрой активации политической воли, например, в начале пандемии COVID-19 и во время войн. Растущее число связанных с изменением климата стихийных бедствий – пожаров, наводнений, ураганов, засух – может в итоге помочь проявлению политической воли.

Я надеюсь, что социально-экономические возможности и геополитические реалии изменения доли рынка могут стать еще одним элементом, который ускорит этот процесс. Никто не хочет остаться позади, когда дело доходит до производства продуктов и услуг, решающих проблему изменения климата, и вокруг этих экономических возможностей можно быстро активизировать политическую волю.

ЮНЕП находится в авангарде движения за достижение цели Парижского соглашения по удержанию роста глобальной температуры значительно ниже 2°C и стремлению к 1,5°C по сравнению с доиндустриальными уровнями. Для этого ЮНЕП разработала решение для шести секторов, план сокращения объемов выбросов в различных секторах в соответствии с обязательствами Парижского соглашения и в целях обеспечения климатической стабильности. Описанные в документе шесть секторов: энергетика, промышленность, сельское хозяйство и продовольствие, леса и землепользование, транспорт, а также здания и города.

Межправительственная группа экспертов по изменению климата была создана Программой ООН по окружающей среде и Всемирной метеорологической организацией в 1988 году в целях предоставления миру четкой научно обоснованной картины современного состояния знаний об изменении климата. Доклады группы способствуют обсуждению проблемы изменения климата на протяжении более трех десятилетий и предоставляют научные данные, которые правительства используют для формирования своей собственной климатической политики.