Документ /

Дмитрий Медведев заслушал доклады главы МЧС Сергея Шойгу и главы госкорпорации «Росатом» Сергея Кириенко о текущем состоянии дел в связи со стихийным бедствием в Японии. Обсуждалась также ситуация в Ливии.

* * *

Д.Медведев: В последние годы мы много занимаемся, к сожалению, масштабными климатическими аномалиями, чрезвычайными ситуациями и техногенными катастрофами. Но это задача власти, тем более что они зачастую приводят к колоссальным материальным и, увы, человеческим потерям.

В результате землетрясения, которое произошло в Японии, на сегодняшний день уже погибли и числятся пропавшими без вести более 16 тысяч человек. И, к сожалению, их количество продолжает расти. Произошедшая трагедия подтвердила, как важны международные усилия и международные программы в деле противодействия таким стихийным явлениям, которые, к сожалению, ни предсказать, ни предотвратить невозможно.

По моему указанию в Японию были направлены спасатели, они там сейчас работают. Мы также готовы оказать нашим японским соседям, нашим коллегам гуманитарную помощь, направить продовольствие, воду, медикаменты, другие необходимые средства. Правительство этим занималось и занимается. Необходимо, безусловно, подумать и о возможности приёма в российские санатории, профилактории групп японских детей, вообще пострадавших из районов для медицинской и психологической реабилитации. И вообще нам сейчас следует подумать в целом об использовании в случае необходимости, может быть, и части трудового потенциала наших соседей, особенно в малонаселённых районах Сибири и Дальнего Востока. Это могло бы иметь и для нас определённый смысл, и могло бы, может быть, при определённой ситуации быть способом для выхода наших соседей из сложившейся очень сложной ситуации.

Кроме того, мы готовы направить бригады специалистов, имеющих опыт сбора и анализа информации радиационно-дозиметрического свойства, экологического, медицинского характера. Они могли бы оказать содействие в выработке рекомендаций по первоочередным направлениям и мерам защиты персонала и населения от радиационного фактора, при необходимости – по медико-санитарной помощи.

Одновременно то, что уже сейчас делается и что необходимо делать дальше: подразделениям МЧС нужно продолжить постоянный мониторинг ситуации, которая сложилась в регионе Дальнего Востока и касается в основном радиационного фона, тесно взаимодействуя для решения этой задачи с территориальными структурами Росгидромета, нашего потребительского надзора, смотреть за тем, как развивается геофизическая ситуация, используя для этого Российскую академию наук. Конечно, взаимодействовать с Восточным военным округом Министерства обороны. Нужно предпринять все дополнительные меры по защите населения от возможных последствий землетрясения в Японии.

Я знаю, что Владимир Владимирович Путин отправляется на Дальний Восток. Правительству в целом нужно проверить текущую ситуацию в регионе, обеспеченность наших людей медикаментами, средствами контроля и защиты, тем паче что ситуация на японских атомных станциях продолжает развиваться, и мы должны в спокойном ключе, естественно, следить за ней, планировать защитные мероприятия. А все наши люди должны иметь точную и актуальную информацию о радиационном фоне, о действиях властей по защите населения и о наших дополнительных возможностях.

МЧС нужно продолжить постоянный мониторинг ситуации, которая сложилась в регионе Дальнего Востока и касается в основном радиационного фона. Нужно предпринять все дополнительные меры по защите населения от возможных последствий землетрясения в Японии.

Сегодня мы с вами должны извлечь определённые уроки из того, что произошло, и ещё раз оценить наши возможности по контролю за радиационной ситуацией. Это исключительно важно, тем более что мы реализуем очень большую программу по созданию и эксплуатации атомных станций, и мы уверены в их эффективности, в их надёжности. Но в любой ситуации контроль всё равно является крайне необходимой мерой, тем более что от катаклизмов такого порядка никто действительно не застрахован.

Но нам нужно и сегодня, с учётом прошлогоднего аномально жаркого лета, подвести определённые итоги. Вы помните о том, что летом и осенью прошлого года мною давались поручения, связанные с совершенствованием лесного законодательства и формированием более эффективных механизмов оперативного реагирования при чрезвычайных ситуациях. Были даны также поручения по техническому переоснащению пожарных и спасательных служб, по развитию системы страхования, повышению экологической культуры. Для усиления контроля и надзора Рослесхоз был переподчинён непосредственно Правительству, в Лесной кодекс были внесены необходимые поправки. Более 300 единиц пожарной техники были переданы в регионы. Сегодня должен состояться доклад о том, как решается вопрос создания специализированных региональных комиссий, чтобы не вышло, что летом мы опять будем говорить о неготовности тех или иных подразделений. И конечно, необходимо использовать превентивные меры, заняться профилактикой. Мне бы хотелось, чтобы сегодня прозвучал доклад на эту тему, но предварительно заслушаем информацию по текущему состоянию дел в связи со стихийным бедствием, которое случилось в Японии, в связи с землетрясением, цунами и последовавшим за ним набором техногенных катастроф.

И ещё одно, на что я хотел обратить внимание, не в связи с этой проблематикой. Совет Безопасности Организации Объединённых Наций принял ещё одну Резолюцию по Ливии, касающуюся закрытия воздушного пространства и возможных войсковых операций. Наша страна воздержалась при голосовании, Резолюция, естественно, принята, и очевидно, что последуют действия различных государств уже в самое ближайшее время. Нам необходимо обсудить этот вопрос немедленно, подумать о безопасности остающихся в Ливии наших дипломатических сотрудников и вообще в целом обсудить ситуацию. Хочу, чтобы предложения были доложены МИДом.

Сейчас я хотел бы, чтобы несколько слов сказали Министр по чрезвычайным ситуациям и руководитель Росатома. Пожалуйста, Сергей Кужугетович.

С.Шойгу: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

С самого начала развернут федеральный оперативный штаб, он работает в круглосуточном режиме, там работают все необходимые ведомства, которые могут быть задействованы в реагировании на ситуацию в Японии.

В городе Сендай создана спасательная группировка сил из средств МЧС России, 161 человек, семь единиц техники. Обследовано более 18 квадратных километров. К сожалению, живых пока не находим. Время и погода не способствуют этому. Найдены тела 66 погибших. В операции задействовано семь воздушных судов, грузовые суда работают челноками по доставке гуманитарной помощи. Пассажирские суда оказывают поддержку при эвакуации наших граждан. Там в дежурном режиме в порту Нарита находится тяжёлый вертолёт «Ми-26» в случае необходимости по экстренной эвакуации спасательных подразделений.

За вчерашние сутки в город Хабаровск из Японии доставлен ряд наших граждан, граждан, которые доставлялись не в плановом порядке, то есть не плановыми рейсами, а экстренными, – 57. Сегодня эвакуируется Московский цирк Никулина. Началась поэтапная эвакуация 800 граждан Российской Федерации из аэропорта Нарита. Сегодня планируется выполнение пяти рейсов: три рейса на Хабаровск, два рейса на Владивосток. Добавлены машины, самолёты большей вместимости – пассажировместимости, за последние…

Д.Медведев: Сергей Кужугетович, как‑то оцениваем общее количество наших граждан и выходцев из нашей страны, которые хотели бы улететь в настоящий момент? Есть какая‑то информация?

С.Шойгу: По данным Министерства иностранных дел, до шести тысяч таких граждан. Но официально зарегистрировано там две тысячи.

Д.Медведев: Понятно.

С.Шойгу: Официально зарегистрировано две тысячи. Я думаю, что эта цифра будет увеличиваться.

С.Лавров: Ещё вчера тысяча была.

С.Шойгу: Да, потому что только за последние дни пятнадцатью регулярными авиарейсами вывезено 1936 человек. То есть, если говорить о зарегистрированных [гражданах], то практически все. Но цифра, безусловно, будет увеличиваться.

Мы продолжаем доставку гуманитарной помощи: это тёплые вещи, одеяла, постельные принадлежности. И предложили, помимо всего прочего, через Министерство иностранных дел – Сергей Викторович в Париже об этом говорил с коллегой из Японии – наши госпитали. Мы предложили, кроме всего прочего, естественно, тот перечень, о котором мы только что сказали: это медикаменты, это продовольствие.

Особый вопрос – это питьевая вода. Именно поэтому мы предложили японским коллегам установки по фильтрации воды, для того чтобы можно было организовать нормальный питьевой режим. В этом сегодня большой, серьёзный дефицит.

В целом по обстановке: у нас сегодня 399 постов контроля. Это совместные посты. Они размещены и на транспортных средствах пограничной службы ФСБ, береговой охраны, Министерства обороны, МЧС, Гидромета, безусловно. Осуществляют круглосуточный контроль в Дальневосточном федеральном округе, усиленный мониторинг каждые два часа, дополнительные силы – еще 265 постов контроля на территории Хабаровского, Приморского, Камчатского краёв и Сахалинской области. К проведению радиационной разведки привлечены пять воздушных судов и 18 морских судов. Фактов превышения [уровня радиации] не отмечено, и думаю, что этого не будет, но об этом, наверное, Сергей Владиленович [Кириенко] скажет.

Что кроме этого сделано и приведено в готовность? У нас за последние двое суток произошло три сейсмособытия на территории Российской Федерации. Это землетрясение в Амурской области с магнитудой 5, сегодня землетрясение на Байкале, магнитуда 3,9, и вчера землетрясение на Камчатке, или в прибрежных водах на Камчатке, не вызвало цунами. Хочу отметить, что созданная система раннего предупреждения цунами, мы её создавали после землетрясения в Юго-Восточной Азии по поручению Владимира Владимировича [Путина], вместе с Гидрометом и Академией наук, все эти случаи она отработала достаточно эффективно, мы оповещали единовременно (сразу) более 11 тысяч человек, которые, получив оповещение, могли эвакуироваться. Для того чтобы реагировать на возможные события сейсмического характера, у нас создана группировка сил на Дальнем Востоке, это 4300 человек, 851 единица техники. Постоянное дежурство усиленное – 638 человек и 260 единиц техники. Далее, в целом по Камчатке, Курилам общая группировка совместно со всей российской системой предупреждения и действий в чрезвычайных ситуациях, в которую входит и Министерство обороны, и авиация, и медицина катастроф, она сформирована, это 11 400 человек, 2700 единиц техники. В соответствии с планом «Вулкан» все системы сработали нормально. В остальном ведём плановую работу и плановое наблюдение, контроль за ситуацией, продолжаем выполнение операции.

Совет Безопасности Организации Объединённых Наций принял ещё одну Резолюцию по Ливии, касающуюся закрытия воздушного пространства и возможных войсковых операций. Нам необходимо обсудить этот вопрос немедленно, подумать о безопасности остающихся в Ливии наших дипломатических сотрудников.

По Вашему заданию в Японии. В городе Сендай закончили работы на основных площадях и сегодня передислоцируемся на новые площадки, ближе к городу Нарито, это на восток от Фукусимы.

Д.Медведев: Сергей Кужугетович, я Вам давал указание вместе с другими ведомствами наладить информирование населения. Сделали?

С.Шойгу: Информирование населения идёт через средства массовой информации. Все средства массовой информации в этом задействованы: электронные, радио. По радиоканалам каждые 15 минут (где идут новостные сюжеты) идёт информация о радиационном фоне. Дополнительно к этому мы подключили систему оповещения населения «Ксион», которая была частично создана, и мы её должны завершить до 2015 года полностью, фрагменты которой мы Вам показывали, она также задействована. Помимо всего прочего, мы, естественно, подкрепились резервами, вместе с Минздравом направили туда дополнительные медикаменты, на которые начал возникать ажиотажный спрос. Мы, естественно, убеждаем людей, говорим, постоянно информируем, но дабы не разжигать этот спрос и на дозиметры, и на йодосодержащие препараты, мы, естественно, зарезервировали и 15-го числа перебросили туда 40 тонн этого груза.

Д.Медведев: Сергей Владиленович, пожалуйста, Ваша информация.

С.Кириенко: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Совета Безопасности!

Мы докладывали о развитии событий. Понятно сегодня уже, что главная причина заключается в том, что при проектировании этой станции американская компания, которая проектировала, и японская эксплуатирующая организация не предусмотрели в качестве возможного планового события одновременный удар и землетрясения, и цунами. Техника выдерживала каждое из этого по отдельности, но не одновременно. После землетрясения станция сработала в штатном режиме, сработали системы аварийной защиты, она остановилась, но после этого через час пришло цунами, которое разрушило систему водозабора аварийных дизель-генераторов, перестала поступать электроэнергия. Ну и, видимо, всё‑таки надо говорить о том, что была недооценена на первой стадии масштабность проблемы и ситуации, компания рассчитывала, что справится с её последствиями самостоятельно, было упущено время, в которое можно было кардинально повлиять на ситуацию.

Сегодня ситуация тяжёлая и продолжает развиваться по ухудшающемуся сценарию. Японские коллеги пытаются делать всё от них зависящее, но это меры, скорее сдерживающие темпы развития ситуации, но ни приостановить её, ни тем более развернуть в обратную сторону пока не получается. Из шести реакторов, которые были на этой атомной станции, три находились в работе, три в плановом ремонте. По всем трём находившимся в ремонте атомным станциям есть факт расплава топливных стержней, которые находятся в корпусах реакторов, – это означает, что идёт выброс в атмосферу радиоактивных газов, которые выходят из этих реакторов. Не удаётся восстановить уровень воды. Уровень воды во всех активных зонах ниже допустимого уровня. На втором блоке есть риски, что воды мало или нет совсем.

К сожалению, ситуация стала осложняться. Два последних дня стала выкипать вода в бассейнах выдержки, в которых хранится выгруженное из реактора топливо. Это произошло на четвёртом блоке сначала, который вообще был в ремонте. В самой активной зоне топлива не было, всё топливо находилось в бассейне выдержки. Поскольку туда не поступала вода, то вода начала выкипать, в соответствии с этим стержни оголились, пошла реакция. Это особо серьёзный «вклад» в вынос радиоактивных веществ в атмосферу, поскольку бассейн выдержки находится не в герметичной зоне. Сам реактор находится в герметичной защитной оболочке, бассейны выдержки находятся с наружной стороны этого реактора, с учётом того, что это такая старая конструкция, 40-летней давности. Все реакторы построены с 1971 по 1979 год, проектированы компанией «Дженерал электрик», изготавливались японской корпорацией.

Пошло расплавление топлива в бассейне выдержки, это сильно увеличило уровень радиации на площадке. На площадке сегодня уровень радиации такой, что работать там практически невозможно, то есть очень короткие промежутки времени, и то с очень высоким набором доз, которые получает персонал. Поэтому целый ряд работ, которые начинались на площадке, вынуждены были приостанавливать, потому что есть риск переоблучения людей. Ну а если уходить на дистанцию работать, то это не даёт большого эффекта. Так, попытки залить водой с вертолётов были отменены, поскольку они не дают эффекта, вертолёты должны находиться на довольно значимой высоте. Усилия предпринимаются, подведена электроэнергия, но, к сожалению, вот то время, когда уровень радиации на площадке был невысок, и если бы в этот момент там оказалась электроэнергия, ситуацию можно было бы остановить. Сегодня шансы остаются, но они с каждым часом всё меньше и меньше.

Поэтому в своих расчётах мы вынуждены были предусматривать худший из возможных сценариев, мы создали свой аналитический центр, где просто математическими моделями постоянно считаем развитие событий. Пока все наши расчёты, к сожалению, подтверждаются. Информации недостаточно, мы сейчас связались, Дмитрий Анатольевич, уже не только с японскими коллегами. В Японии находятся два наших специалиста. К сожалению, в сам кризисный центр их не допустили, но тем не менее они контактируют с миссией МАГАТЭ, с Всемирной ассоциацией организаций, управляющих атомными станциями, с Японским атомным форумом. И я вчера связался со своим коллегой в Соединённых Штатах Америки, мы договорились обмениваться информацией, у нас примерно одинаковые, схожие расчёты. Наши команды, которые делают расчёты, сегодня обмениваются информацией, для того чтобы более точно прогнозировать ситуацию. Всё‑таки у них там больше людей, эта станция по их проекту, они понимают про неё больше, но исходные данные у нас совпадают.

Поэтому мы вынуждены были просчитать худшие возможные развития событий, а худшее заключается в том, что процесс остановить не удастся и произойдет расплав топлива во всех реакторах и совсем в драматичной ситуации – во всех бассейнах выдержки. Тем не менее и для этого сценария мы посчитали последствия. В первую очередь, Дмитрий Анатольевич, была поставлена задача понять, есть ли риски для территории Российской Федерации, в первую очередь для Дальнего Востока России. Мы сделали уже многовариантные расчёты, самый худший из них с максимальным выбросом радиоактивных веществ в атмосферу, если происходит расплав во всех реакторах и во всех бассейнах выдержки. При этом мы взяли гипотезу, что и весь ветер развернётся, хотя сегодня ситуацию спасает и для Японии то, что ветер идёт в сторону океана, ветер восточный, он идёт с запада на восток, поэтому он всё уносит в Тихий океан… Но даже если предположить, что ветер развернётся и в пик самой активности будет идти строго в направлении российского Дальнего Востока с высокой скоростью, и даже если предположить, что когда он дойдёт до нашей территории, прольётся дождь, то есть такой максимальный безумно неблагоприятный сценарий, хуже не бывает, даже в этом случае у нас нет никакой угрозы. Не то что нижние допустимые пределы не преодолеваются, мы примерно на порядок ниже допустимых уровней, которые не требуют никакой защиты, никаких йодосодержащих препаратов, никакой эвакуации населения.

Поэтому можно совершенно ответственно сказать, что единственный риск, который у нас сегодня есть на Дальнем Востоке, – это психологическое состояние людей. Потому что единственное, что может грозить здоровью, если с перепугу напоят детей избытком йодосодержащих препаратов или выпьют сами. Вот это единственное, что грозит здоровью людей на Дальнем Востоке Российской Федерации.

Я бы добавил, очень правильную вещь сделало МЧС. Они в добавление ко всему, что сказал Министр, ещё и вывели в интернет на сайте МЧС данные датчиков АСКРО – автоматической системы контрольно-радиационной обстановки.

Д.Медведев: В режиме реального времени.

С.Кириенко: Да, в режиме реального времени. Это есть и по всем нашим объектам, а на Дальнем Востоке наших объектов мало. Поэтому МЧС вывело и всю свою систему. Это очень удобно, потому что человек может не ждать выпуска новостей, если он его проворонил, он может зайти в интернет и посмотреть в режиме реального времени ближайшие к себе датчики автоматического контроля радиационной обстановки. Уровень абсолютно стабильный, и никаких оснований, ещё раз повторяю, для того, чтобы возникли хоть какие‑то значимые угрозы, не существует.

Дмитрий Анатольевич, в заключение я доложу, что у нас есть поручение Владимира Владимировича о том, чтобы провести полную проверку по всем действующим атомным станциям Российской Федерации. Мы к этой работе приступили вместе с Минэнерго, Минприродой, Ростехнадзором Российской Федерации. По действующим атомным станциям мы проверяем готовность всех систем реагирования в чрезвычайной ситуации, степень устойчивости к различным факторам, таким, как потеря электроэнергии, то есть весь набор внешних факторов, который возможен.

Кроме этого мы проводим ревизию и всех проектов по сооружению АЭС и в Российской Федерации, и за рубежом. У нас нет атомных станций в Российской Федерации, и не планируется, которые были бы на таком уровне сейсмичности. Вообще по российскому законодательству у нас это даже запрещено. То есть на площадках свыше 8 баллов строительство атомных объектов у нас просто запрещено российским законодательством. Мы имеем максимальные площадки – 6 баллов, на которых имеем двойной запас, то есть если площадка с максимально возможным уровнем 6 баллов, значит, мы проектируем восьмибальную защиту, то есть имеем двойной запас.

Тем не менее мы сейчас проводим полную ревизию всех наших проектов по сооружению и анализ того, что может корректироваться в этих проектах, какие дополнительные поправки мы должны будем сделать, с учётом опыта работы по ликвидации аварий на «Фукусиме».

Д.Медведев: В любом случае нужно настраиваться на длительную работу, потому что даже после очень тяжёлой катастрофы на Чернобыльской станции, а там всё произошло достаточно быстро, тем не менее последствия на всей планете ощущались довольно длинным шлейфом в течение длительной перспективы – в самых разных точках.

Это, конечно, не повод для нагнетания страстей. Наоборот, нужно панические настроения гасить, потому что повода для паники нет никакого, Вы только что об этом доложили. Но мониторить ситуацию необходимо, тем более что события на станции действительно развиваются, развиваются по очень сложному сценарию, с вполне вероятным тяжёлым исходом, о котором Вы только что доложили.

И вот ещё о чём нам следовало бы подумать в международном плане. Уже очевидно, что на сегодняшний день существующая международная база, конвенционная база в области защиты от такого рода катастроф недостаточна. И в смысле консолидации международных усилий, и в смысле превентивных действий, направленных на предотвращение такого рода ситуации. Включая, кстати, то, о чём Вы сказали: наше внутреннее законодательство не допускает такого рода строек, делает невозможным строительство в зонах особой сейсмичности. В других странах это допустимо. Если это допустимо, нужно, видимо, пересматривать технологические нормативы, там, может быть, необходимо строить станции, блоки с повышенной защитой, пусть даже это ведёт к удорожанию стоимости строительства. Но это проблема уже не одной страны, это проблема всего человечества, поэтому, я думаю, вместе с Министерством иностранных дел, с Министерством юстиции, в кооперации с другими ведомствами нам нужно с соответствующей инициативой выйти. Во‑первых, мы – страна, которая когда‑то пострадала от чернобыльской аварии, буквально через месяц мы будем отмечать печальный юбилей этого события, и наши украинские коллеги обратились с рядом инициатив. А во‑вторых, это просто наш долг как государства, которое уделяет повышенное внимание атомной энергетике. Мы считаем атомную энергетику, несмотря ни на что, одним из самых существенных достижений человечества и магистральным путём развития энергетического сотрудничества на будущее.

<…>