Как бывший Семеновский полк метался от красных к белым и обратно - Родина

В полку без перемен

Семеновский полк являлся одним из старейших в русской армии с двухвековой историей, отмеченной многочисленными победами в военных кампаниях. В части сложилась особая корпоративная культура с развитыми полковыми традициями. В ней служили представители наиболее родовитых дворянских фамилий и лучшие выпускники военных училищ. После революции 1905-1907 гг. полк имел репутацию самого преданного монархии. Однако парадоксальным образом именно он, в отличие от всей остальной гвардии, не был распущен после Октябрьской революции и долгое время продолжал нести службу при новых властях.

К середине марта 1918 г. в Семеновский резервный полк, дислоцированный в Петрограде, влились солдаты и офицеры действующего полка с фронта. К 1 апреля 1918 г. его, как и другие гвардейские части, должны были полностью демобилизовать1. Однако распустить воинскую часть оказалось невозможно. В ней продолжали нести службу солдаты-беженцы, которые не могли вернуться домой из-за оккупации2.

Но сохранить полк помог счастливый случай. Оказалось, что председатель ликвидационной комиссии М.Г. Корнфельд, знаменитый издатель журнала "Сатирикон", служивший в полку, знаком с комиссаром юстиции Союза коммун Северной области (СКСО) Н.Н. Крестинским3. Просьба М.Г. Корнфельда о сохранении боеспособной части для несения внутренней охраны города была передана комиссару внутренних дел М.С. Урицкому. После переговоров, 25 апреля 1918 г., Семеновский полк был передан в ведение наркомата внутренних дел СКСО. Его комиссаром назначили родного племянника Урицкого Б.Г. Каплуна4. С 1 мая 1918 г. воинская часть официально стала именоваться Полком по охране города Петрограда5.

Как вспоминал бывший прапорщик-семеновец Е.И. Кудрявцев, "по существу с полком не произошло никакой перемены, если не считать приданного нового названия"6. Хотя и называли его очень часто по инерции старым именем7. Полк полностью сохранил внутреннюю структуру, не характерную для воинских частей Красной армии. В нем было три батальона по четыре роты в каждом, команда связи, пулеметная и нестроевая команды, оркестр и театр, школа солдатских детей, полковой суд и даже ротные и полковой комитеты. Всего на 1 мая 1918 г. осталось 70 человек командного состава и 1201 рядовой8.

Служба вне политики

Во главе воинской части остался бывший командир Семеновского резервного полка полковник Р.В. Бржозовский. По свидетельствам его подчиненных, благодаря своей тактичности и ловкости ему удалось выстроить благоприятные отношения и с новыми властями, и с личным составом полка, среди которого он пользовался непререкаемым уважением и авторитетом9. Во многом нескольким месяцам своего спокойного существования полк был обязан его командованию.

Визитной карточкой Полка по охране города Петрограда стало аккуратное несение службы. Дружинники, как стали именовать рядовой состав, несли охрану самых ответственных постов: в Государственном банке, Государственной сберегательной кассе, Гербовом казначействе и на других важнейших государственных объектах10. Только в мае для несения караульной службы и внутренних нарядов требовалось 875 человек ежедневно11. Благодаря этому власти Петрограда на многое, что происходило в воинской части, смотрели сквозь пальцы.Говорили, что Урицкий как-то заметил: "Семеновцы - это честные белогвардейцы"12.

Вторым важнейшим принципом полка стала его аполитичность. Он перешел в комиссариат внутренних дел, придерживаясь идеи: "Мы не коммунисты, но мы будем честно нести нашу службу"13. Каждый поступавший новобранец подписывал бумагу, в которой говорилось: "Я, нижеподписавшийся, поступая солдатом в Полк по охране города Петрограда, обязуюсь: не принимать участия ни в каких политических организациях и выступлениях - честно и добросовестно исполнять обязанности службы"14. В связи с этим в воинской части, в отличие от красноармейских подразделений, не было создано коммунистического партийного коллектива.

Влиятельные заговорщики

Но не все так благостно было в полку. Для одних служба в нем стала способом укрыться от разбушевавшейся Гражданской войны. А для других... Группа кадровых офицеров-семеновцев во главе с бывшим капитаном В.А. Зайцовым стремилась оказать содействие белым армиям. Они помогали офицерам переправляться за пределы Советской России, в Добровольческую армию или в Финляндию15. Через курьеров удалось наладить связь с генералом Н.Н. Юденичем. Созрел план, заключавшийся в том, что полк можно использовать для захвата власти в Петрограде при подходе белых. В курсе этого плана было всего 5-6 человек16.

Кроме того, в полку существовала влиятельная группа эсеров17. Ее представители возглавляли полковой комитет и опирались на своих сторонников, влитых в Семеновский резервный полк еще в январе - марте 1918 г.18 В итоге даже в июне 1918 г. М.Г. Корнфельд обещал эсерам поддержку со стороны полка в случае выступления рабочих19.

Успех действий обеих групп зависел от рядового состава дружинников. Долгое время полк почти не пополнялся. Однако в августе 1918 г. было принято решение сформировать 4й батальон, после чего началось активное поступление новобранцев. Открывшиеся командные должности замещались почти исключительно бывшими офицерами-семеновцами20. Нередко они же зачислялись рядовыми дружинниками наряду с таким "контрреволюционным элементом", как средние городские слои Петрограда, лавочники, домовладельцы и прочие лица, пытавшиеся таким образом избежать обязательной трудовой повинности21. Прием первое время производился полковым комитетом, а также представителями командного состава без резолюции комиссара22. К концу ноября 1918 г. в полку уже было 2593 человека23. Терять контроль над такой крупной и хорошо вооруженной воинской частью было опасно для руководства Петрограда.

Искоренение традиций

Тучи над полком стали сгущаться после 30 августа 1918 г., когда был убит М.С. Урицкий, которому воинская часть была обязана своим существованием. Вскоре комиссар Б.Г. Каплун повел кампанию против сохранявшихся "пережитков" Семеновского полка. Уже 30 сентября поступил приказ снять синие петлицы на воротнике, унаследованные дружинниками от формы семеновцев. В виде отличительных знаков было разрешено нашить на левый рукав знак с надписью "гор. охр.", то есть городская охрана24. С 1 ноября 1918 г. упразднялись полковой и ротные комитеты25. Началось сокращение численности командного состава. Всем освободившим свои должности предлагалось вступить в Красную армию26. В конце концов по инициативе комиссара в ноябре 1918 г. комиссариатом внутренних дел СКСО была проведена ревизия полка, в задачу которой входило "наметить необходимые меры к исключению из полка ненужного элемента"27. По итогам ее деятельности были арестованы 85 человек из купцов Гостиного и Апраксина дворов28. Кроме того, решено перевести полк в ведение комиссариата по военным делам29. 25 декабря 1918 г. полк был переименован в 3-й стрелковый полк Особой Петроградской бригады30. Это означало, что в скором времени возможна его отправка на фронт.

Еще раньше полк начали покидать бывшие офицеры, чей дом находился на оккупированных территориях, воспользовавшись возможностью вернуться на "малую Родину"31. Одним из первых вышел в отставку командир полка Р.В. Бржозовский. Уехав в Польшу, он продолжил военную службу с сохранением прежнего чина32. Попытки найти нового командира из своей среды, который удовлетворял бы и комиссара, и командный состав, не увенчались успехом33. Только в январе 1919 г. этот пост занял Н.Н. Таврин, человек, не связанный прежде с полком. Он был вахмистром лейб-гвардии Драгунского полка, работавшим до мобилизации в Красную армию в ЧК Череповецкой губернии34. В январе 1919 г. не из среды полка был назначен и новый помощник комиссара А.И. Купше. На его же плечи ложилось создание партийного коллектива в воинской части35.

В декабре 1918 г. - январе 1919 г. 3-й стрелковый полк был еще раз проинспектирован комиссией, в которой принимал участие комиссар Особой Петроградской бригады А.С. Раков. Несколько бывших офицеров арестовали, в том числе тех, кто был посвящен в заговор36. Весь старый командный состав планировалось отправить в тыловое ополчение37. Комиссия даже рекомендовала расформировать воинскую часть, но сделать этого не смогли, поскольку полк был перегружен нарядами38. Командование не решилось избавиться и от таких военных специалистов, как В.А. Зайцов. Он и еще несколько офицеров-семеновцев продолжили службу.

1 апреля 1919 г. Б.Г. Каплун закончил передачу дел своему помощнику А.И. Купше и был освобожден от должности комиссара39. С этого же дня комиссариат внутренних дел прекратил денежное и материальное довольствие полка40. Тем не менее, несмотря на все предпринятые усилия, в воинской части, согласно отчету комиссара бригады А.С. Ракова, из 102 человек командного состава 56 являлись бывшими офицерами, к которым рядовые красноармейцы испытывали "несколько недоверчивое отношение". Общее настроение в полку комиссар характеризовал как "неудовлетворительное, так как хорошая половина стрелков - шкурники, мешочники и мелкие торговцы"41.

Переход к белым

Изменить положение командование попросту не успело. В мае 1919 г. во время успешного наступления Северного корпуса на Петроград 3-й стрелковый полк пришлось направить под Гатчину в район железнодорожной станции Сиверская. Далее предполагалось, что он займет позиции на линии Пятая Гора - Большая Дивенка42. Три батальона полка разместились в деревнях Выра, Грязно и Рождествено. На 6 утра 29 мая было намечено наступление43.

Накануне ночью командир полка Н.Н. Таврин, комиссар бригады А.С. Раков, комиссар полка А.И. Купше и секретарь полкового коллектива отправились на разведку местности. Пока их не было, командир 2-го батальона Терентьев в сопровождении других офицеров под видом разведки верхом отправился в сторону противника. Встретив разъезд белых, они предупредили об оперативных планах и размещении 3го стрелкового полка44. После получения этих сведений к Выре со стороны белых был переброшен Талабский полк под командованием ротмистра Б.С. Пермикина45. По свидетельству Е.И. Кудрявцева, начальник конной разведки Н.М. Эссен в эту ночь объезжал батальоны, передавая время, когда придут белые46.

Утром 29 мая наступление в направлении деревни Большое Заречье, расположенной в 11,5 км от Выры, по совету помощника командира В.А. Зайцова было отложено на три часа под предлогом того, что людям необходим отдых. Наконец 2-й батальон, согласно воспоминаниям офицеров-семеновцев, "составленный из наиболее контрреволюционно настроенных элементов", начал наступление47. Ротмистр Б.С. Пермикин с одним батальоном Талабского полка встретил его по дороге. В деревне Большое Заречье красноармейцы были окружены и после ареста коммунистов отведены с одной из рот талабцев на позиции белых48.

Также легко был присоединен 3-й батальон, стоявший в Рождествено. Накануне его командир, бывший капитан К.Л. Эрдман сообщил В.А. Зайцову, что батальон "готов к переходу и в случае подхода белых не окажет никакого сопротивления"49. Он распорядился убрать пулеметы из охранения. Утром, пока красноармейцы спали, в деревню вошли белые войска. Эрдман лично разоружил и арестовал комиссара Калинина и привел белых в деревню Выра, где находился 1й батальон и штаб полка50.

В то время как командир 3го стрелкового полка Н.Н. Таврин предпринимал попытки приготовиться к обороне, саботировавшейся В.А. Зайцовым и его окружением, в Выру вошли конные разведчики Талабского полка. Многие красноармейцы 1го батальона были застигнуты спящими51. Командир полка и бригадный комиссар А.С. Раков оказали сопротивление и в течение 3-4 минут вели стрельбу из каменного здания почты, отведенного под штаб. Однако вскоре Таврин был тяжело ранен и добит, а бригадный комиссар застрелился52. Комиссара полка А.И. Купше нашли спрятавшимся в подвале и расстреляли53. Все остальные коммунисты батальона были арестованы, а "наиболее опасные из них" расстреляны54.

Прибывший ротмистр Б.С. Пермикин распорядился раздать оружие красноармейцам и назначил их начальником В.А. Зайцова55. Под звуки марша Семеновского полка батальон прошел торжественным шагом перед своим новым командиром56. Однако когда стали опрашивать солдат, кто из них желает продолжать службу на стороне белых, то выяснилось, что таковых, по воспоминаниям северозападника А.С. Гершельмана, "оказалось не так много, и в общем полк оказался немногочисленным и избалованным стоянием в столице". Из отказавшихся был сформирован 3-й батальон, и "до конца он был слабее первых двух, так как солдаты все время вспоминали о своем первом решении не воевать с красными"57. Более того, по некоторым свидетельствам, часть социалистически настроенных солдат вскоре дезертировала58. И все же 3-й стрелковый полк участвовал в наступлении на Гатчину уже в составе войск Северного корпуса. Через несколько дней, когда он был отведен в тыл, бывших красноармейцев посетил генерал А.П. Родзянко. На торжественном смотре он объявил о возвращении имени Семеновскому полку59.

Несмотря на то что измена 3го стрелкового полка осложнила обстановку на фронте, она не смогла существенно повлиять на исход кампании. Уже через несколько часов после ухода белых Выра была занята Коммунистическим отрядом В.С. Шатова. Спустя неделю тела убитых красноармейцев перевезли в Петроград и 8 июня 1919 г. похоронили с почестями на Марсовом поле60.

1. Шестопалов П.И. Кадровые офицеры "Семеновской пехоты" и революционные процессы в России в октябре 1917 - мае 1919 гг. Дис. ...к.и.н. 07.00.02. Брянск, 2018. С. 89.
2. Переход Семеновского полка (из архива Общества офицеров лейб-гвардии Семеновского полка // Белое дело. Летопись белой борьбы. Кн. 4. Берлин, 1928. С. 214; Гершельман А. В рядах Северо-Западной армии // Белая борьба на Северо-Западе России. М., 2003. С. 336; Шестопалов П.И. Указ. соч. С. 91.
3. Русская смута устами проигравших. К 95летию революции. Михаил Корнфельд, Олег Керенский // Радио свобода Электронный ресурс URL: https://www.svoboda.org/a/24777802.html (дата посещения: 25.02.2019).
4. Центральный государственный архив Санкт-Петербурга (ЦГА СПб.). Ф. Р-142. Оп. 1. Д. 23. Л. 119
5. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 1а; Там же. Л. 178; Каплун Б. Полк по охране Петрограда // Вооруженный народ. 1918. 24 ноября.
6. Тинченко Я. Голгофа русского офицерства в СССР 1930-1931 годы. М., 2000. С. 387.
7. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 1. Д. 260. Л. 7; Леонтьев Н.К. Бывший лейб-гвардии Семеновский полк в Петрограде при большевиках. 1925 // ГА РФ. Ф. Р-5881. Оп. 2. Д. 454. Л. 4.
8. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 213. Л. 1а, 3-7.
9. Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 4; Переход Семеновского полка. С. 214; Русская смута устами проигравших.
10. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 214.
11. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 251. Л. 239.
12. Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 7.
13. Каплун Б. Полк по охране Петрограда // Вооруженный народ. 1918. 24 ноября.
14. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 251. Л. 143.
15. Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 6-7; Переход Семеновского полка. С 214; Тинченко Я. Указ. соч. С. 393.
16. Переход Семеновского полка. С. 215-216.
17. Маргулиес М.С. Год интервенции. Берлин, 1923. Кн. 2. С. 172; Тинченко Я. Указ. соч. С. 372.
18. Соколов Б. Защита Всероссийского Учредительного собрания // Архив русской революции. Берлин, 1924. Т. 13. С. 41; Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 4.
19. Семенов (Васильев) Г. Военная и боевая работа Партии социалистов-революционеров. Берлин, 1922. С. 29.
20. ЦГА СПб. Ф, Р-73. Оп. 2. Д. 214. Л. 1; Там же. Д. 215. Л. 1-62.
21. Каплун Б. Указ. соч.; Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 3 об.; Гершельман А. Указ. соч. С. 337.
22. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 72; Каплун Б. Указ. соч.
23. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 215. Л. 1-61.
24. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 252. Л. 210.
25. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 252. Л. 257.
26. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 8; Там же. Л. 27.
27. Каплун Б. Указ. соч.; ЦГА СПб. Ф. 1000. Оп. 1. Д. 25. Л. 66об.
28. Шидловский Г. Товарищ Раков. Л., 1926. С. 51.
29. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 33.
30. Там же. Л. 90.
31. Шестопалов П.И. Указ. соч. С. 106, 118, 120, 129.
32. XV-lecie 16.2 Puku Uanw Wielkopolskich. 1919-1934. Bydgoszcz, 1934. S. 55.
33. Переход Семеновского полка. С. 214-215; Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 5.
34. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 93; Переход Семеновского полка. С. 215; Леонтьев Н.К. Указ. соч. Л. 5; Пухов А.С. Петроград не сдавать! Коммунисты во главе обороны Петрограда в 1919 г. М., 1960. С. 124.
35. ЦГА СПб. Ф. 142. Оп. 1. Д. 8. Л. 49.
36. Переход Семеновского полка. С. 215; Шестопалов П.И. Указ. соч. С. 138.
37. Шидловский Г. Указ. соч. С. 52.
38. Там же. С. 54.
39. ЦГА СПб. Ф. Р-73. Оп. 2. Д. 217. Л. 167.
40. Там же. Л. 173.
41. ЦГА СПб. Ф. 485. Оп. 1. Д. 21. Л. 167 об.
42. Надежный Д. На подступах к Петрограду. М.; Л., 1928. С. 71.
43. Переход Семеновского полка. С. 217; Тинченко Я. Указ. соч. С. 387.
44. Старый солдат. Правда о N стрелковом полку N бригады // Петроградская правда. 1919. 12 июня; Переход Семеновского полка. С. 217; Б.С. Пермикин. Генерал, рожденный войной. Из записок 1912-1959 гг. М., 2011. С. 57.
45. Родзянко А.П. Воспоминания о Северо-Западной армии // Белая борьба на Северо-Западе России. С. 234.
46. Тинченко Я. Указ. соч. С. 391.
47. Старый солдат. Указ. соч.; Переход Семеновского полка. С. 217.
48. Переход Семеновского полка. С. 218; Б.С. Пермикин. С. 58.
49. Переход Семеновского полка. С. 218.
50. Там же. С. 219; Тинченко Я. Указ. соч. С. 387.
51. Старый солдат. Указ. соч.; Переход Семеновского полка. С. 218; Б.С. Пермикин. С. 58.
52. Старый солдат. Указ. соч.; Переход Семеновского полка. С. 219.
53. Старый солдат. Указ. соч.
54. Переход Семеновского полка. С. 219.
55. Там же. С. 219; Тинченко Я. Указ. соч. С. 387; Пермикин Б. О Северо-Западной армии // Белая борьба на Северо-Западе России. С. 575; Б.С. Пермикин. С. 58.
56. Старый солдат. Указ. соч.
57. Гершельман А. Указ. соч. С. 337.
58. Старый солдат. Указ. соч.; Маргулиес М.С. Указ. соч. С. 172.
59. Тинченко Я. Указ. соч. С. 388; Родзянко А.П. Указ. соч. С. 234.
60. Шидловский Г. Указ. соч. С. 64.