О снижении административных барьеров для малого бизнеса (из встречи в Звенигороде 5.08.09)

Д.МЕДВЕДЕВ: Уважаемые коллеги!

Я где-то неделю назад встречался с Генеральным прокурором, и он принёс мне благую весть о том, что количество проверок малого бизнеса становится меньше в соответствии с теми решениями, которые мы с вами вынашивали, пробивали, по которым я вносил законодательные инициативы. И в ряде случаев Генеральная прокуратура стоит на страже интересов малого бизнеса, среднего бизнеса – в конечном счёте, вообще бизнеса – и отказывает в проведении проверок ненужных, излишних и так далее.

Меня, конечно, это порадовало, но я решил проверить ситуацию на месте, поэтому, собственно, решил встретиться со всеми вами, чтобы вы мне откровенно рассказали, что происходит, удалось ли что-то сделать за последнее время или нет. Потому что внешне всё выглядит как минимум достаточно интересно: принят новый закон о проведении контроля предпринимательской деятельности (мы его с вами неоднократно обсуждали); работа органов внутренних введена теперь в специальные процессуальные рамки; расширено участие малого бизнеса и среднего бизнеса в процессе размещения государственного заказа; введено так называемое преимущественное право выкупа арендованных помещений; установлены льготные тарифы за присоединение к энергосетям; субъектам Федерации делегировано право принимать решение о снижении налоговой ставки, принимаемой при упрощённой системе налогообложения; финансирование федеральной программы поддержки предпринимательства увеличено в этом году более чем в два с половиной раза.

Вроде всё выглядит хорошо, но есть некоторые сомнения, и сомнения эти связаны с тем, что я вижу и слышу. Я получаю довольно много обращений: очень много обращений и напрямую, в ходе личного общения, и через электронные средства доставки обращений, через сайт, через блог. Пишут очень разное, очень часто пишут о том, что вообще ничего не поменялось, что всё становится хуже, дольше и так далее. Я понимаю, что часто это эмоции. На самом деле, наверное, всё-таки движение вперед есть. Но количество обращений, которые содержат в себе негативную и крайне негативную информацию о состоянии регулирования бизнеса и малого бизнеса, прежде всего малого и среднего бизнеса в нашей стране, очень значительное.

Конечно, полноценные условия для развития бизнеса формируются на местах. Это делается на основе федерального законодательства. Но это федеральное законодательство получает развитие в региональном законодательстве, причём зачастую региональное законодательство может либо помогать федеральным законам, либо, наоборот, отягощать их, вводя какие-то новые требования. Вот об этом, я считаю, тоже нужно поговорить. Кстати, и на местах, может быть, многие наши усилия сводятся на «нет» в результате деятельности и федеральных, и местных чиновников. Не везде так. Есть, безусловно, территории, где малому бизнесу уделяется очень большое внимание, есть территории, где жизнь ведётся или существует только за счёт малого бизнеса. Мы в Звенигороде встречаемся – я думаю, глава скажет несколько слов на эту тему. Поговорить есть о чём.

Главной задачей остаётся снижение административных барьеров. Меры я вам перечислил, но нужно понимать, что нормы вступившего в силу закона, которые защищают права предпринимателей в ходе надзорных мероприятий, могут быть изменены или просто извращены законодательством более низкого порядка, а также ведомственными документами. К примеру, некоторые надзорные организации считают, что предельная норма длительности проверок, а именно 50 часов в год, действует не в целом, а отдельно для каждого вида контроля. Значит, если произвести простое арифметическое действие: умножаем, например, на 40 видов контроля 50 часов, – понимаем, что можно проверять весь год. Это просто профанация и издевательство над сутью закона.

Уверен, что подобных примеров предостаточно. И здесь, кстати сказать, и Генеральная прокуратура, присутствующая на совещании, и другие правоохранительные органы должны пресекать такого рода активность. В этой связи нужно в кратчайшие сроки принять межведомственные регламенты и привести законодательство субъектов Федерации в соответствие с федеральным. Поручаю это Генеральной прокуратуре, а также другим контрольным организациям, которые этим занимаются, представленным здесь.

Несколько слов о реализации закона о преимущественном праве выкупа помещений. Эта реализация идёт пока крайне медленно. По той информации, которой я располагаю, на сегодня зарегистрировано только около 500 договоров. Это что значит – у нас всего 500 малых предприятий, которые хотели бы выкупить помещения? Враньё. Конечно, нет. Значит, мешают несовершенные правила и уже отдельные чиновники, которые просто не хотят отдавать эти помещения в собственность, используют любую лазейку для того, чтобы сохранить свой контроль над этими помещениями, потому что рассматривают их как, по сути, личный капитал, на котором можно зарабатывать деньги.

Ход реализации этого закона, по сути, будет тестом на отношение бюрократии к малому и среднему бизнесу. И этот тест должен показать, есть у нас общее желание меняться или же нет.

Ещё одна трудность или ловушка для бизнеса – это государственные услуги, оказание которых делегировано органами исполнительной власти государственным унитарным предприятиям и государственным учреждениям, так называемым околоведомственным коммерческим структурам. Говорим об этом во время подобного рода встреч постоянно. Ситуация тоже практически не меняется. Большинство этих услуг не только платные, но ещё и дорогостоящие, и монопольные. Обойти такую структуру почти невозможно.

Помню, начинал говорить об этом, наверное, года два назад уже. Тогда приводились абсолютно одиозные примеры, связанные с переработкой мусора, ещё чего-то, когда просто за заключение договора на подготовку технических условий брали огромные деньги для предприятия, на котором работало три-пять человек. Делалось это абсолютно квазизаконным путём. Есть нормативный акт, есть рекомендации, которые невозможно обойти, о заключении договора на оказание соответствующей услуги, то есть на подготовку документации с конкретной фирмой. Думаю, дальше не нужно объяснять, что происходит: потом эта фирма, естественно, «откатывает» тому, кто подписал соответствующий документ, в этом никаких сомнений нет. Думаю, что и для следственных органов это должно быть прямым индикатором.

Происходит также дробление некоторых услуг на составляющие, которые требуют отдельной оплаты. Вообще похоже, что скоро оплате будет подлежать любое движение государственного служащего. Но я хотел бы заметить, что у нас не такой богатый бизнес, чтобы оплачивать каждый чих государства. По экспертным оценкам, расходы предпринимателей, связанные с преодолением административных барьеров, составляют очень значительный процент от их годовой выручки, очень значительный процент, он варьируется, но очень значительный.

Кроме того, существует и обычное вымогательство, оно сохраняется, и это, конечно, особенно отвратительно. Я сегодня специально начал с негативных примеров, несмотря на то, что мы за последнее время сделали в нормативном плане, подчеркиваю, немало – может быть, больше, чем за последние пять-семь лет, было сделано за последний год. И потому, что мы стали этим активно заниматься, и потому, что кризис нас к этому подтолкнул.

Тем не менее очень важно, чтобы все наши документы, которые мы в таких трудах создавали, не превратились в пыль, чтобы они работали. Это зависит от скоординированной деятельности федеральных властей, властей регионов, власти в муниципалитетах и бизнеса. И вот это самое главное.