Как обслуживали взыскательных клиентов в дешевых номерах у стен Кремля - Родина

Подворья были одним из видов гостиничных заведений дореволюционной России. Рассчитаны они были на людей торговых. Хотя обстановка в подворьях вряд ли отвечала требованиям взыскательных клиентов, для купцов здесь предоставлялись такие удобства, каких они не смогли бы найти даже в самой лучшей гостинице. К их услугам предлагались сараи для экипажей, амбары для хранения товаров. Цены обычно были невысокими.

Известный предприниматель-новатор Василий Александрович Кокорев (1817-1889), скупив в Москве несколько небольших земельных участков, получил в 1860 году разрешение на строительство нового подворья на набережной Болотного острова, прямо напротив Кремля. Проект был уникален тем, что, кроме номеров, в подворье должны были иметься ресторан, магазин, складские помещения, залы для ведения деловых переговоров, большая читальная комната. Это был первый многофункциональный центр в России, которому предстояло стать, несмотря на скромное именование подворьем, высококлассной гостиницей. Грандиозное сооружение стало самым большим и дорогостоящим гостиничным заведением своего времени; оно обошлось Василию Александровичу более чем в 2 млн рублей1. Автором проекта стал петербургский архитектор И. Д. Черник, а строительством руководил архитектор А. В. Булгарин. Строительные работы были закончены спустя четыре года. К открытию заведения один из репортеров издания "Иллюстрированная газета" подготовил репортаж о подворье: "Устроено 315 нумеров от 30 копеек до 4 рублей в сутки… и что удивительнее, даже нумера в 30 копеек чисты и удобны. В нумерах... проведена вода, устроены ванны и клозеты, железные шкапы для хранения ценных вещей и денег"2.

Архивные материалы предоставляют нам подробные сведения о Кокоревском подворье. Гостиничный комплекс состоял из трех отдельных зданий. Центральный четырехэтажный корпус выходил на набережную Москвы-реки; корпус, выходивший фасадом на бульвар, устроенный на средства Кокорева и носивший впоследствии его имя, был пятиэтажным.

На внутреннем дворе стояло трехэтажное здание с дополнительно устроенными антресолями. У каждого входа дежурили швейцары, для нужд которых были устроены небольшие жилые покои.

На каждом этаже любого из корпусов имелось два буфета, в которых дежурила прислуга. Самоваров в буфетах или коридорах не ставили (это противоречило нормам противопожарной безопасности), а наливали в них кипяток из специальных кубов, стоявших в отдельных помещениях. В здании с антресолями самовар стоял на площадке лестницы третьего этажа, где был оборудован кирпичный очаг, который топили углем, и зонт с вытяжкой. В этом же здании находились буфет и кухня для хозяина заведения (для семьи которого были предусмотрены отдельные жилые покои в главном корпусе). Кухни, обслуживавшие постояльцев, были устроены в корпусе, выходившем на набережную, а также в "бульварном" - все в отдельных отапливаемых помещениях на первом этаже. Почему же хозяйскую разместили в отдельном корпусе, на антресолях? Можно предположить, что княгиня Голицына, владевшая комплексом после Кокорева, предпочитала питаться особой пищей - которую и готовили особо, в отдельной кухне. Туалетные комнаты были разделены на мужские и женские, в холодную погоду отапливались и располагались в коридорах каждого из этажей во всех зданиях комплекса3.

Заведение было особенно привлекательно для купцов: здесь имелись охраняемые складские помещения для хранения товаров, стены которых были выложены камнем или обиты железом. В стенах Кокоревского подворья, в специальных помещениях, купцы также заключали сделки - а молиться за успех дела ходили в стоявшую рядом, на Софийской набережной, церковь св. Софии4. Кокоревское подворье было одним из первых сооружений, внутреннее убранство которого было выполнено в "русском стиле". "Русская" тема тут вообще господствовала; так, ресторан был оформлен в виде традиционного трактира с русской кухней. В то же время в 1883 году здесь было проведено электричество, и комплекс стал одним из немногих тогдашних сооружений первопрестольной с электрическим освещением.

Новатор гостиничного дела Кокорев был выходцем из старообрядческой семьи, проживавшей на севере Костромской губернии. Началом его предпринимательской карьеры стало занятие откупами. Этот вид деятельности (когда частное лицо выкупало у государства право на взимание каких-либо сборов или продажу того или иного товара), был настолько "взяткоемким", что его называли "лихим" и "грешным"5.

В 1839 году 22-летний Василий сделался поверенным откупщика и начал с представления официальным лицам записки о необходимых реформах в этом деле. Кокорев предлагал ликвидировать любую возможность покупать спиртное помимо откупа, сократить издержки на обслуживающий персонал и как можно больше продавать водки в розлив. Для проверки его идей было выделено место в Орловской губернии - за винным откупом которой числился долг в 300 тысяч рублей серебром. Спустя небольшое время этот откуп стал приносить доход… Энтузиасту дали в управление еще 23 откупа - от Оренбурга до Рязани и от Перми до Брянска. Со временем благодаря стараниям Василия Александровича казна получила 1,8 млн рублей чистой прибыли6. Сам предприниматель получил звание коммерции советника, полагавшееся за особые заслуги перед отечественной торговлей, и приобрел немалое влияние в кругах высших чиновников, близких к Министерству финансов. Савва Мамонтов в своих воспоминаниях называл его "откупщицким царем"7.

С 1863 года система откупов стала заменяться косвенной формой обложения - акцизными сборами, - и многие предприниматели, привыкшие к легким заработкам, стали разоряться. Однако Василий Александрович вкладывал прибыль от откупов в другие виды деятельности. Так, он был одним из пионеров русской нефтяной промышленности, создав еще в 1857 году в Сураханах, близ Баку, завод для выработки из нефти масла для фонарей. Интересуясь техническими новшествами, он пригласил для консультаций молодого химика Дмитрия Ивановича Менделеева. Тот обратил внимание на дороговизну транспортировки нефти и керосина - которые тогда везли из Закавказья на арбах, в бурдюках и бочках (причем клепку и обручи для последних доставляли из центральной России!) Ученый предложил построить нефтепровод от завода к берегу Каспийского моря - по которому потом и доставлять нефтепродукты на нефтеналивных судах, - бочки делать эмалированными металлическими, а для временного хранения продукции устроить металлические резервуары. Вскоре завод в Сураханах стал приносить Кокореву 200 тысяч рублей чистого дохода в год8. Сотрудничество предпринимателя и молодого ученого предопределило многие из перспектив дальнейшего развития нефтяной отрасли9! При участии Василия Александровича были созданы Русское общество пароходства и торговли (РОПиТ, 1856), ВолгоДонская железная дорога (1858), Товарищество Московско-Курской железной дороги (1871).

В конце 1860-х неутомимый предприниматель занялся еще и банковской деятельностью. Созданный им в Петербурге Волжско-Уральский коммерческий банк превратился в самый крупный акционерный банк России, с широкой сетью филиалов в регионах. Росту его популярности способствовала политика защиты интересов клиентов. По словам последних, ссуды там выдавались под "божеские проценты"10.

Кокорев играл также активную роль в общественной и культурной жизни страны. Он был хорошим оратором, красочно и остроумно выражал свои мысли; обладал литературным талантом и оставил ряд трудов, из которых самые значительные - "Миллиард в тумане", "Экономические провалы", "Русская Правда"11. Купец оказывал финансовую поддержку славянофилам и их изданиям, произносил речи, выступал в печати…

Предприниматель покровительствовал художникам, устроив для них своеобразный дом творчества в Тверской губернии - чтобы они продемонстрировали обществу и руководству Академии художеств красоту среднерусской природы. Собрав прекрасную коллекцию картин, он устроил из нее в своем московском доме, в Петроверигском переулке, музей. Это была фактически первая в России общедоступная картинная галерея, большинство экспонатов которой принадлежало кисти русских мастеров: Левицкого, Боровиковского, Айвазовского и других12. В Кокоревском подворье останавливались не только купцы, но и видные деятели русской культуры: писатели Павел Мельников-Печерский и Дмитрий Мамин-Сибиряк, композиторы Петр Чайковский и Антон Аренский, художники Иван Крамской, Василий Поленов, Илья Репин и Василий Верещагин. А живописцы Сергей Виноградов и Константин Коровин имели здесь свои мастерские. Подворье, построенное для купцов, становилась гостиницей для богемы… Возможно, художников, писателей, композиторов привлекали широкие связи Кокорева с миром искусства, его репутация мецената.

Кокорев славился также устройством грандиозных общественных мероприятий и официальных банкетов. По окончании Крымской войны он обратил на себя внимание торжественной встречей, организованной им прибывшим в Москву героям обороны Севастополя. Представители московского купечества в ноги кланялись героям, а откупщик разрешил им три дня пить "безданно и беспошлинно"13.

Именно Василий Александрович был во главе лиц, оказавших в Москве "гомерическое", по выражению известного предпринимателя Павла Афанасьевича Бурышкина, гостеприимство американской делегации Густава Фокса14. Кокоревское подворье, таким образом, оказалось связано с важной вехой в истории русско-американских отношений…

В 1863 году, во время Гражданской войны в США, русские эскадры адмиралов С. С. Лесовского и А. А. Попова посетили гавани северных штатов, выразив таким образом поддержку федеральному правительству в его борьбе с мятежным югом. Поддержка России не была забыта американцами, и в 1866-м конгресс США направил в Россию представительную делегацию во главе с заместителем морского министра кэптеном (капитаном 1 ранга) Фоксом. Задача героя Гражданской войны состояла в изъявлении от имени конгресса сочувствия Александру II в связи с покушением на него народника Дмитрия Каракозова. Американских гостей ждал исключительно теплый прием, вылившийся в небывалую демонстрацию дружественных чувств. Конечным пунктом официального турне была Москва - где львиную долю всей организации приема гостей взял на себя Кокорев. С Николаевского (ныне Ленинградский) вокзала, в открытых экипажах, делегация проследовала в Кокоревское подворье, украшенное российскими и американскими флагами. Здесь гостей приветствовал сам Василий Александрович; он бесплатно отвел гостям 36 номеров и устроил великолепный прием15. Обеды следовали один за другим, и, по словам одного из членов делегации, после благополучного плавания через Атлантический океан для представителей американской нации возникла угроза утонуть в море шампанского. Московская городская дума избрала кэптена Фокса почетным гражданином Москвы.

Однако постепенно дела Кокорева ухудшились. Основные источники его доходов перестали приносить прежние прибыли, долги, особенно перед казной, стали расти, и ему пришлось распродавать собственность. Гостиничный бизнес для него не был основным, и уникальная гостиница в центре Москвы, в которую предприниматель вложил частичку своей души, тоже была продана. До разорения не дошло, но прежнего размаха у Василия Александровича уже не было…

В 1889 году В. А. Кокорев скончался, но подворье продолжало принимать гостей. После перехода в собственность княгини А. Голицыной оно стало называться Софийским (по расположенному рядом храму св. Софии Премудрости Божией) и было переоформлено как меблированные комнаты. При новой хозяйке заведение стало приходить в упадок. Так, в 1893 году там уже не было ни ресторанного помещения, ни столовых зал, ни читальных комнат. Пищу посетителям доставляли прямо в номер. Одна из кухонь комплекса была за ненадобностью закрыта и приспособлена под жилое помещение для повара и его помощника16…

В 1900-м заведение перешло в руки купца первой гильдии А. В. Швецова, при котором стало возрождаться. Первым делом были дополнительно обустроены 26 номеров. Поскольку городская управа указала на недопустимость размещения прислуги в служебных помещениях (например, в буфетных комнатах), Швецов выделил для бытовых нужд обслуживающего персонала отдельные помещения. Для этого часть буфетных комнат была разделена перегородками. Жилье для прислуги устроили также в антресольных помещениях, а в бульварном корпусе под него отвели весь третий этаж. Рост популярности гостиничного заведения побудил Швецова обустроить еще 16 номеров17. В 1913 году комплекс перешел в руки князя А. Гагарина18.

После 1917-го гостиница была национализирована и переделана под жилой дом. Ее главный корпус был надстроен тремя этажами и стал походить на "сундук"19. В 1960-х годах Кокоревское подворье передали Военной академии имени Ф. Э. Дзержинского. Сейчас решается вопрос о внесении бывшей гостиницы в единый госреестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов РФ в качестве объекта культурного наследия регионального значения. Предполагается, что подворье будет использоваться по первоначальному назначению - принимать гостей; его фасад тоже примет первоначальный вид.

Примечания
1. Корин А. Дело - керосин. Сказ о первом русском нефтепромышленнике // Русский предприниматель. 2004. № 11. С. 49.
2. Иллюстрированная газета. 1864. № 11. С. 16.
3. ЦХД до 1917 г. Ф. 179. Оп. 2. Д. 3261. Л. 9 об.-10.
4. Федосюк Ю. Москва в кольце Садовых. М. 1991. С. 55.
5. Жуковы Л. и О. Василий Кокорев - "кандидат в министры финансов" // Золотой Лев. № 221-222 (http://www.zlev.ru/index.php?p=article&nomer=29&article=1594 (дата обращения: 30.08.2013).
6. Павлов А. Русское чудо (предисловие) // Кокорев В. Экономические провалы. М. 2005. С. 13.
7. Мамонтов С. И. Воспоминания о русских художниках. М. 2010. С. 102.
8. Менделеев Д. И. Заветные мысли. М. 1995. С. 388.
9. Жуковы Л. и О. Указ. соч. (дата обращения: 30.08.2013).
10. Жуковы Л. и О. Указ. соч. (дата обращения: 30.08.2013)
11. Бурышкин П. А. Москва Купеческая. М. 1991.
12. Жуковы Л. и О. Указ. соч.
13. Бурышкин П. А. Указ. соч. С. 140.
14. Там же. С. 144.
15. Рарегs Relating to the Foreign Relation of the United States 1866-1867 // United States Department of State Executive documents printed by order of the House of Representatives, during the second session of the thirty-ninth Congress. Vol. 1.Washington. 1867. P. 425.
16. ЦХД до 1917 г. Ф. 179. Оп. 2. Д. 3261. Л. 1, 9 об., 14.
17. Там же. Л. 23, 28, 29.
18. Вся Москва. Адресная и справочная книга. М. 1912. С. 454.
19. Арсеньев Б. Энциклопедия "Якиманка от А до Я". Т. 2. М. 2008. С. 144.