Игорь Коц: Моя история - Родина

В российском государственном архиве литературы и искусства мне показали недавно автографы Пушкина. Знакомый по школьным учебникам стремительный почерк, невидимая печать гения на бесценных листках. Дыхание перехватывает...

А в Домашнем архиве "Родины" мы публикуем письма, фотографии, семейные истории совсем не гениев. Обычных читателей, которые решили поделиться с журналом сокровенной памятью о предках. Они, эти свидетельства, тоже бесценны - как всякая человеческая жизнь.

Два чувства дивно близки нам,В них обретает сердце пищу:Любовь к родному пепелищу,Любовь к отеческим гробам.

Нам - это и Александру Сергеевичу, и его потомкам из XXI века, чьи удивительные рассказы мы публикуем на страницах "Родины". Ведь у каждого из нас своя история - страны, города, семьи. У каждого свой Сталинград, свой 1937-й, своя связка пожелтевших писем в старинной шкатулке. Потому таким светлым чувством наполнил страну майский марш "Бессмертного полка". Потому так цепляет за живое любая попытка продать - и предать! - память семьи, о чем горько поведала в этом номере читательница Оксана Егорова из дальневосточного города Фокино...

Это ведь только кажется, что настоящая история - в шелесте мудрых книг, в музейной пыли. На самом деле она спрятана на дне старомодных фибровых чемоданов, давно заброшенных на антресоли. А еще она - в глазах наших бабушек. Только нам некогда в них заглянуть.