Кто и зачем спасает храм, затопленный при строительстве водохранилища - Родина

Храм

Вадим Новиков, глядя на храм из качающейся на волнах Шексны лодки, говорит: "Это - Родина". Анор Тукаева, собирающая здесь всех, кому небезразличны эти руины, называет храм "живым". Мария Князева переживает, "как бы он не рухнул". А Роман Харичев, который работает на металлургическом комбинате в Череповце, признается, что приезжает сюда "наперекор всем и всему".

Погрузка бревен для фиксации мостков к храму. Игорь Давыдов

...В 1961 году территорию села Крохино затопили при строительстве водохранилища. Из всех построек сохранился только Рождественский храм, который оказался посреди воды.

Анор Тукаева - из Москвы. Уже несколько лет она возглавляет благотворительный фонд "Крохино". Возле паромной переправы через Шексну прикрепляет на стену сторожки план бывшего села. Его нарисовал один из жителей. После того, как было объявлено о затоплении, людей отсюда выселили.

Сейчас сюда приезжают те, кто тут не родился. Для них теперь это место, как родное. Оказавшись здесь впервые в 2009-м, Анор стала бывать в Крохино каждый год.

- Какая-то звенящая боль в этих стенах ощущалась. Невозможно просто взять и забыть такое, - объясняет она.

Анор Тукаева. Игорь Давыдов

Боль

Несколько лет Анор писала письма и запросы, пока не поняла - останки храма никому не нужны. Только ей и тем, кого это место не оставило равнодушным. Несколько лет волонтеры укрепляют остров, стены церкви, которые размывает вода.

Крохинская церковь за сто лет не раз оказывалась в центре внимания. В начале ХХ века ее сфотографировал в цвете известный фотограф Сергей Прокудин-Горский.

Храм Рождества Христова в Крохино. 1909 год. Сергей Прокудин-Горский

Спустя 60 лет режиссер Василий Шукшин и оператор Анатолий Заболоцкий показали уже затопленный крохинский храм в своем фильме "Калина красная".

Еще через 50 лет храм понес значительные утраты. Таким его в фильме "Цвет нации" сняли Леонид Парфенов и Сергей Нурмамед.

Кадр из фильма

Теперь крохинскую церковь регулярно фотографируют и снимают волонтеры. Они хотят сохранить то, что здесь осталось. И не дать превратиться храму в кирпичную крошку.

Волонтеры рады уже тому, что пока никто не запрещает им работать здесь, хоть остров и необитаем. На чью-то помощь рассчитывать не приходится. Так что они своими силами пытаются сохранить стены. Вопреки отсутствию необходимых средств и - главное - непониманию окружающих, зачем эти стены вообще нужны.

Так что тут только стены и помогают. Наперекор всему не рушатся.

- За это время храм стал родным. Первые ощущение, когда увидела его, - страшно, непонятно и даже больно. А сейчас как к родному человеку приезжаешь, - говорит Мария Князева, которая работает учителем в Подмосковье.

Вадим Новиков - местный. Живет в соседнем Белозерске. Это он перевозит на моторке волонтеров, провизию, стройматериалы. Говорит, что если б ему самому все это было безразлично, его бы тут не было:

- Я работал на флоте. Мимо этой церкви сотни раз проходил на теплоходе. Больно было, что все рушится.

Работа

Другим жителям древнего Белозерска не до волонтерских слетов к разрушенному храму. В самом городе хватает церквей, состояние которых немногим лучше крохинской. Но главное для здешнего населения - найти работу, за которую платят. Вот и для Вадима доставить волонтеров на остров - небольшой, но приработок.

- Я за всех сказать не могу, но у нас народ не живет - выживает. В самом деле, не до этого, - признает он.

Роман Харичев, который, как и Вадим, из этих мест, долго смотрит на храм. И, наконец, отвечает, - почему он снова здесь:

- Вообще меня, конечно, тянет сюда. Чтобы помочь сохранить хотя бы оставшееся. Хоть мало кто и верит в успех. Но от этого мне еще сильнее охота приехать.

Роману, ктоторый работает на металлургическом комбинате в Череповце, проще договориться о стройматериалах. В этом году из обрезков с пилорамы соорудили мостки, которые ведут от храма на большую землю. Работали в ледяной воде. Теперь мост укрепляют еловыми кольями - чтобы труд даром не пропал.

- Сначала было недовольство какое-то. Но сейчас даже местные начинают поворачиваться, - отмечает Роман. - И любопытство проявлять, и расспрашивать. Понимают, что люди приехали не на один раз, чтобы прославиться. Идет постоянная работа.

"Родина"

В 1993 году журнал "Родина" опубликовал на обложке фото крохинской церкви. Александр Джус сделал тот кадр, пролетая над ней на вертолете Ми-8...

- Конечной точкой нашего маршрута были Кижи. И мы по пути сделали несколько кругов, чтобы снять церковь в Крохино. Ее я впервые увидел еще в "Калине красной" и с тех пор мечтал посмотреть вживую, сделать фотографии, - рассказывает Александр.

Джус начинал как военный фотокорреспондент. Был одним из немногих, кто получил право делать съемку с истребителей. Попасть на вертолет было проще. Сложнее - угадать с погодой. Успеть за несколько минут сделать кадры. Сориентировать летчика, наконец.

В начале 1990-х многие храмы реставрировали и открывали вновь. Но у этой церкви был другой путь - водный. Композиция храма в Крохино, который построили еще в конце XVIII века, как говорят специалисты, выполнена в виде корабля. И вот он уже больше чем полвека в плавании...

- Сидишь здесь, на дамбе, а вокруг - корабли. И ты вроде как на корабле. Но этот корабль более надежный, - признается Анор Тукаева.

Игорь Давыдов

Маяк

У каждого дела должна быть цель. Те, кто приезжает в Крохино, мечтают укрепить колокольню. А на ней разместить маяк. Чтобы он светил проходящим мимо кораблям. И напоминал о сотнях церквей, деревень, сел и даже городов, которые затопили при строительстве водохранилищ.

Евгений Морозов в начале 1990-х был командиром отряда реставраторов в Белозерске. Вместе они спасали уникальные памятники архитектуры в городе. И крохинский храм видели не раз:

- Когда проходили мимо на катере, всегда мечтали, что, может быть, настанет время, когда и на этой церкви кто-то будет работать. И вот сейчас это время пришло. Через 30 лет.

За эти годы народная память о затопленных территориях почти стерлась - уходят поколения. А когда Морозов реставрировал памятники на Белом озере, рана еще саднила.

- Когда говорили с местными, они признавались, что не ходят по этим местам на "Ракетах", "Восходах", потому что просто не могут смотреть на то, что вокруг, - вспоминает он. - У многих были знакомые, родственники, жившие на затопленных территориях.

Евгений Морозов соглашается: устроить маяк в крохинской церкви - хорошее решение. И проект уже есть. Вадим Новиков, не раз ходивший отсюда на теплоходе до Астрахани и обратно, идею с маяком тоже одобряет:

- Конечно, это как ориентир прицельный. Место хорошо с озера заметно.

...Храм в Крохино держали под прицелом долго. Иногда стреляли. Но так и оставили подранком. А он оказался удивительно живуч. Тем более, что проведывают его теперь часто.

- Сказать, чтоб все взяли и пошли сюда из-под палки - тогда ничего не получится. Надо, чтобы сам человек дошел, - говорит Роман Харичев.

- Да, сейчас тут нет маяка. Но это место - маяк в душе, - признается Мария Князева.

- Мы его поддерживаем, а он нас. Как-то так, - улыбается Анор Тукаева.

ИЗ ИСТОРИИ ВОПРОСА

80 лет назад - в 1937 году - было принято решение о затоплении города Молога для строительства Рыбинского водохранилища. Крохинская церковь, находится на реке Шексне. При ее впадении в Волгу в 1935-м как раз и начали строительство Рыбинского гидроузла.

Первоначальный проект создания водохранилища предполагал затопление примерно 2500 квадратных километров, в основном вдоль рек Шексны и Мологи, подпорный уровень водохранилища должен был составлять 98 метров. Но цифру изменили на 102 метра. Это увеличивало количество затапливаемых земель почти вдвое.

70 лет назад, в 1947 году, Рыбинское водохранилище было заполнено полностью. Для этого затопили 663 селения, город Мологу, три четверти территории Весьегонска, монастыри и храмы.