Встреча Дмитрия Медведева с руководителем государственной корпорации «Росатом» Сергеем Кириенко

С.Кириенко: «За последние несколько лет портфель заказов "Росатома" увеличился в 5,5 раз, на сегодняшний день в нем заказов 30 энергоблоков атомных станций в 12 странах и в стадии переговоров ещё более 10».

Стенограмма:

Д.Медведев: Сергей Владиленович, у нас всегда много тем для обсуждения, тем не менее хотел задать сначала общий вопрос, потому что для самой вашей структуры, для «Росатома», важно и вообще для нашей экономики, каков сейчас портфель заказов? Потому что наши ядерные технологии всегда были востребованы. Особенно это важно сейчас, в условиях, когда наша экономика находится в состоянии турбулентности, и важно сохранять завоёванные позиции.

С.Кириенко: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Мы действительно понимаем задачу, что должны обеспечивать и сохранение позиций, и высокотехнологичный экспорт, поскольку это как раз самый правильный экспорт, когда продукт интеллекта людей продаётся за рубеж. Вот как раз вернулись, буквально сегодня (по Вашему поручению) с генконференции МАГАТЭ. Это хорошее место, поскольку собираются все страны…

Д.Медведев: Профильное место для вас просто.

С.Кириенко: Да. Поэтому мы, соответственно, за несколько дней провели переговоры со всеми нашими партнёрами. Что важно, интерес не просто сохраняется – интерес нарастает. То есть у нас сейчас получается, Дмитрий Анатольевич, что мы за последние несколько лет портфель заказов увеличили в 5,5 раза, и у нас на сегодняшний день в портфеле заказов 30 энергоблоков атомных станций в 12 странах и в стадии переговоров ещё более 10. Тут боюсь сглазить, у нас параллельно сейчас ещё в пяти странах идут переговоры, и в дискуссии – более 10 блоков.

Д.Медведев: А если сравнивать с другими вашими крупнейшими конкурирующими структурами, «Росатом», как я понимаю, ведь одна из ведущих структур в мире по этому направлению?

С.Кириенко: Может быть, не очень скромно звучит, но правда – сегодня номер один. За последние годы не проиграли ни одного тендера. Везде, где являлись открытые тендеры, мы все эти тендеры выиграли.

Вот собственно за счёт этого портфель и вырос в 5,5 раза. И у нас сейчас получается, что портфель заказов полный – более 300 млрд долларов на сегодняшний день, и он продолжает нарастать. То есть наша задача, в общем, в ближайшие годы его продолжать усиленно наращивать.

Д.Медведев: Он будет на годы вперёд скомплектован? То есть это портфель заказов на десятилетия практически?

С.Кириенко: Конечно. Мы считаем только те деньги, которые точно видны и можно в бюджет положить.

Д.Медведев: То есть это не прожекты, а именно подписанные контракты?

С.Кириенко: Да. А так, вообще говоря, конечно, это очень долгосрочная вещь. Она же ещё и страны наши связывает.

Д.Медведев: Конечно.

С.Кириенко: То есть, если мы сейчас подписываем контракт в любой стране, то это от 7 до 10 лет сооружение, если это два-четыре блока. Мы гарантируем в договорах 60 лет эксплуатации, про себя точно понимаем, что не меньше 80–100. Вот в прошлом году, помните, мы докладывали… Спасибо – было решение Правительства о присуждении премии Правительства группе учёных, которая разработала стали, работающие в корпусе реакторов в нейтронном потоке более 100 лет. Это значит, что, в общем, эти реакторы могут работать до 100 лет, то есть получается, что мы связаны с этими странами очень надолго. У нас контракт по сооружению сам немаленький, каждый блок начинается от 5 млрд долларов и более, в зависимости от комплектации. Но ещё в два раза больше – это топливо за период жизни станции, это услуги по эксплуатации, это вывод из эксплуатации. Вот это, конечно, важнейшая вещь за рубежом.

Д.Медведев: Тогда вопрос вот какого порядка. Всё-таки для того, чтобы все эти станции строили, для того чтобы блоки создавались, необходимо принятие целого ряда государственных решений. Нужно ли сейчас их принимать или же мы можем обойтись тем, что есть? Потому что, конечно, наша задача сейчас – поддержать нашу промышленность, и в том числе «Росатом», для того чтобы вы выполняли свои задачи.

С.Кириенко: Дмитрий Анатольевич, никаких специальных решений сейчас не требуется, спасибо. У нас действует программа развития атомного энергопромышленного комплекса. Мы её реализовали, мы сейчас развернули возможности промышленности. Стартовали с того, что могли делать один комплект оборудования в год, сейчас можем делать до семи комплектов оборудования в год, причём это отечественное производство. Но что важно, мы везде сохранили конкуренцию или даже создали где-то внутреннюю конкуренцию, потому что это позволяет удерживать цены.

Ну а из решений, которые мы выносим в ближайшее время на Правительство Российской Федерации, – это продление федеральной целевой программы ядерной и радиационной безопасности. Это не строительство новое, но поскольку всё-таки отрасли через неделю 70 лет, и, соответственно, за 70 лет накоплен довольно большой багаж – в основном он, конечно, накоплен как наследие военного проекта, особенно первых лет, когда об этом невозможно было задуматься, спасали ситуацию в стране, – вот сейчас это такая важная вещь. Мы, собственно, подготовили в связи с этим отчёт. Для того чтобы запрашивать федеральную целевую программу два, надо сначала отчитаться по программе один. Разрешите здесь доложить. Она заканчивается в конце этого года, и у нас получается так: мы выполнили все её показатели, притом что, естественно, были секвестры за это время. Срезано было 8,4 млрд рублей. При сокращении на 8 млрд рублей мы выполнили показатели программы на 108,5%, выполнили уже, тут можно с уверенностью сказать.

Из ключевых вещей по такому выполнению, Дмитрий Анатольевич, это сухое хранилище введено на горно-химическом комбинате в Красноярске. Уже вывезено почти 30 тыс. отработанных тепловыделяющих сборок со станции, что резко повысило безопасность хранения и надёжность. Реабилитировано 2,7 млн кв. м загрязнённых территорий, это на 1 млн больше, чем было запланировано по федеральной целевой программе.

Из таких кардинальных решений – полностью освобождён Дальний Восток России от отработанного топлива. Там не атомные станции (их там, кроме Билибинской станции, нет), там мы взяли на себя по поручению Правительства задачу вывоза и переработки отработанного топлива атомных подводных лодок, когда они из Министерства обороны передаются, соответственно. Мы закончили полностью 41 эшелон, 23 тыс. этих отработанных сборок вывезено, то есть отработанного топлива на Дальнем Востоке нет. Мы весь регион таким образом обезопасили. Из 201 лодки (то есть за всё время выведена из состава Министерства обороны 201 лодка) на сегодняшний день 195 уже переработаны, то есть мы разгрузили отсеки, выгрузили, привели в безопасное состояние, сами блоки поставили на контролируемое хранение, а металл, естественно чистый, отправлен в переработку. То есть 97% выполнено.

И последнее, как раз сейчас закончили, в этом году. Была отдельная задача поставлена – собрать радиоизотопные генераторы, источники, которые по Северному морскому пути ставились, на военно-морских базах, автономные источники энергии. Их за советские годы было разбросано огромное количество. 992 этих радиоизотопных источника мы собрали, четыре последних привезли в этом году из Антарктиды – специальная экспедиция, очень большую работу Минобороны провело, другие министерства, Минтранс. Мы со всеми вместе собрали, переработали, их там осталось 12 в рабочем состоянии, которые эксплуатируются. Всё остальное собрано, в том числе и со дна океана смогли поднять, Министерство обороны большую работу провело.

Д.Медведев: А на какой период рассчитана новая редакция ФЦП?

С.Кириенко: У нас такая же логика. Была десятилетняя федеральная целевая программа первая, и мы таким же образом десятилетнюю программу предлагаем в продолжение. Там, собственно, главная вещь такая: первая программа нам полностью решила то, что представляло риски. Знаете, то, что могло прорвать плотину Теченского каскада…

Д.Медведев: Понятно. То есть дыры сначала нужно было заткнуть.

С.Кириенко: Да, то есть то, что представляло реальную угрозу. А вот сейчас задача федеральной целевой программы два – это уже сделать процесс необратимым. То есть всё, что мы привели в безопасное состояние, теперь переработать…

Д.Медведев: Необратимым в положительном смысле?

С.Кириенко: В положительном смысле, да. Знаете, чтобы не прошло какое-то количество времени и нам не пришлось возвращаться к тому состоянию…

Д.Медведев: Понятно. Чтобы деньги не тратить на то же самое.

С.Кириенко: Ну конечно. И ещё хотел отчитаться: мы очень внимательно следили за экономическими параметрами. То есть безопасность, вроде, такая вещь, на которую ничего не жалко, но считать надо.

Д.Медведев: Денег безопасность стоит немалых.

С.Кириенко: Поэтому хочу доложить, что у нас в итоге получилось, что стоимость рекультивации одного метра квадратного от того, что мы планировали, запуская программу к тому, что получили, снижена в четыре раза. То есть стартовали с 8 тыс. рублей за метр квадратный, реально сделали за 2 тыс. Стоимость вывоза и переработки топлива атомных станций в три раза сократили. И в качестве такой важной вещи хотел доложить, что как раз сейчас идёт запуск, идёт тестовое производство, буду на следующей неделе там: мы сделали впервые уникальное производство МОКС-топлива. Есть соглашение между Россией и Соединёнными Штатами об утилизации избыточного плутония, который не нужен. Соответственно, и у нас, и в Америке запустили строительство заводов по МОКС-топливу. Американцы потратили уже 7,7 млрд долларов, и в начале этой недели Конгресс объявил, что, поскольку конца не видно, они останавливают стройку. Мы такой завод, на который они уже потратили 7,7 млрд долларов и восемь лет строят, сделали за два с половиной года и потратили 9 млрд рублей, то есть 240 млн долларов, – в 30 раз меньше. Завод запущен.

Д.Медведев: Ну американцы богатые, пусть тратят большие деньги, а мы будем тратить на это немножко другие средства.

С.Кириенко: Мы считаем деньги, да.

Д.Медведев: Хорошо, Сергей Владиленович. Я тогда прошу вас окончательно согласовать все параметры федеральной целевой программы, проработать это с ответственными ведомствами и войти с предложениями в Правительство для окончательного принятия ФЦП.

С.Кириенко: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.