Выступления и стенограммы /

Д.Медведев: Добрый день!

Материалов много. Это означает, что нам сегодня предстоит подвести итоги обсуждения проекта федерального закона «О полиции». Как мы с вами и договаривались, обсуждение проходило, мы вынесли документ на рассмотрение общественности, он был опубликован 7 августа на сайте zakonoproekt2010.ru.

В результате обсуждения было получено 33 тысячи откликов. Если говорить о более конкретных предложениях, а не просто об эмоциональной оценке, что, в общем, тоже неудивительно и нормально, то 20 тысяч конкретных предложений было высказано по совершенствованию законопроекта.

Они показали одно: людям небезразлично, какой будет наша правоохранительная система, каким образом будут защищаться их права и свободы (это главный вывод), каким образом будет вестись борьба с преступностью, обеспечиваться общественный порядок.

Я также отмечу, что законопроект обсуждали в Совете Федерации, в Государственной Думе, обсуждали в Общественной палате; серьёзные дискуссии, естественно, шли и в средствах массовой информации, и в интернете. Я сам специально этим занимался, провёл несколько совещаний с участием правоохранительных органов и общественности в Республике Марий Эл и в Ставропольском крае. И конечно, я эту тему неоднократно обсуждал с разными людьми, небезразличными к тому, что происходит вокруг Министерства внутренних дел.

На сегодняшний день все предложения и замечания к проекту проанализированы, многие из них вошли в представленный к этому совещанию доклад, который с учётом обсуждения я считаю правильным опубликовать.

Хотел бы специально отметить несколько чувствительных вопросов. Сразу скажу, это не все чувствительные вопросы и не все предложения, естественно, которые должны быть учтены. Это просто те резонансные темы, по которым шли наиболее горячие дискуссии, или те вопросы, которые, на мой взгляд, являются особенно актуальными.

Во‑первых, достаточно серьёзного внимания требует статья, которая предоставляет полиции право беспрепятственного входа в любое помещение. Об этом много говорилось, но – может быть, по недоразумению; может быть, просто по незнанию – возникло ощущение, что эта норма – абсолютная новелла. Это не так. Эта норма действует уже много лет. Вопрос, конечно, в редакции. Но речь идёт об исключительных случаях. Чаще всего они связаны со спасением людей или с задержанием преступников. Поэтому такая норма, безусловно, имеет право на жизнь, но следует детально регламентировать порядок проникновения сотрудников полиции в жилое помещение.

Более чёткой проработки требует и положения законопроекта, которые касаются оснований и порядка применения мер государственного принуждения, о чём, собственно, неоднократно писали наши граждане.

Второе. Наши люди ждут от Министерства большей открытости, создания того, что называется каналами обратной связи. Номер 02 известен всем, но вместе с тем нужен общедоступный телефон, чтобы люди могли сообщать в вышестоящие инстанции о бездействии полиции или о том, что не принимается мер, которые необходимо принять, или о нарушении их прав со стороны самих сотрудников полиции.

Поэтому я поручаю Правительству и, естественно, МВД и Минкомсвязи проработать вопрос о создании единого колл-центра, звонок в который из любой точки России был бы бесплатным. Это должна быть дополнительная бесплатная услуга. Думаю, что это будет способствовать укреплению правопорядка в органах полиции.

Звучали также предложения опубликовать обязательные ежегодные отчёты о работе руководителей территориальных органов МВД. Это нормальная вещь. Мне кажется, в рамках вообще отчётной кампании такого рода норма должна быть включена в законопроект.

Кстати, и этот единый «телефон доверия» для приёма информации о неправомерных действиях органов государственной власти, органов местного самоуправления может быть также создан, поэтому соответствующее поручение Правительству на эту тему я также подпишу.

Третье. О чём довольно часто говорили люди – требуется введение индивидуального знака сотрудника полиции с указанием фамилии, личного номера. Очень часто происходят стычки на эту тему, когда сотрудник милиции подходит, требует документы, в ответ граждане иногда в корректной форме, иногда в достаточно жёсткой форме требуют от сотрудника представиться, но сотрудники представляются так, как им нравится (много весьма красноречивых роликов на эту тему гуляет по интернету). В этой ситуации я никого не оправдываю: ни граждан, которые закон нарушают, ни сотрудников милиции, которые хамят. Поэтому эти жетоны нужно сделать, и пусть они показывают, кто перед тобой стоит и в каком подразделении он служит. Тем более что это вообще мировая практика. Особенно это, конечно, важно для дорожно-патрульной и патрульно-постовой служб, для участковых, которые чаще других общаются с людьми.

Четвёртое. Многие предлагают включить в статью 5-ю законопроекта положение, обязывающее сотрудника полиции зачитывать задерживаемому его права. Есть такая практика во многих странах. Она, с одной стороны, вроде бы внешне кажется такой формальной и ничего не дающей, но тем не менее в конечном счёте она создает вполне разумный юридический эффект. В Америке это называется правилом Миранды.

Думаю, что нам можно ввести такое правило, пусть будет, пусть объясняют гражданам права при задержании – не убудет ни от сотрудника полиции, да и лишний раз это всё услышать, в общем, не лишне.

Пятое. В рамках обсуждения на сайте, в Общественной палате ставилась проблема информирования органами полиции заявителей о ходе и результатах работы по существу заявлений. Я обращаю внимание руководителей органов внутренних дел: надо установить чёткий порядок такого информирования, это абсолютно нормально.

Да, есть ещё одна тема, которая тоже носит дискуссионный характер (помимо правила Миранды) – это право на телефонный звонок. Об этом тоже неоднократно говорилось. Здесь есть и определённые минусы с точки зрения организации дознания и предварительного расследования. Есть и вопрос обеспечения прав и свобод гражданина.

Я хотел бы, чтобы Администрация Президента вместе с МВД дополнительно проработала этот вопрос. В отношении несовершеннолетних такое правило действует и сейчас. Понятно, что таким звонком могут пользоваться для того, чтобы сообщить информацию, направленную на сокрытие преступления.

С другой стороны – каким‑то образом всё‑таки в других странах к этому приспособились. Можно и предварительно телефоны проверять, куда звонят. Это же необязательно делать сию секунду, что называется. В общем, займитесь этим вопросом и представьте мне предложения. Можно зафиксировать соответствующее право в законе, но порядок его применении раскрыть, допустим, в подзаконном акте или прямо сформулировать в законе, если мы к тому времени будем готовы.

Ещё одна тема очень важная, она уже касается социального самочувствия самих сотрудников Министерства внутренних дел. Я неоднократно говорил на эту тему с нашими милиционерами и, кстати сказать, в ряде случаев был приятно удивлен уровнем подготовленности людей, знанием и вопросов службы, и просто бескомпромиссной позицией по поводу того, что министерство должно избавиться от людей случайных, но в то же время сохранить костяк работоспособных людей, грамотных. Поэтому социальные гарантии для службы в полиции – очень важная вещь.

Я уже говорил о том, что мы специально подготовим отдельный закон на эту тему, причём без задержек, прямо сейчас он уже должен готовиться, имея в виду, что он должен начать своё реальное действие, может быть, с 2012 года. Поэтому с учётом тех преобразований, которые идут в Министерстве внутренних дел, и вообще преобразований, которые у нас существуют по службе, мною принято решение – установить начиная с 1 января 2012 года денежное довольствие лейтенанта полиции на уровне не ниже 33 тысяч рублей в месяц. Естественно, в дальнейшем этот размер для лейтенанта будет увеличиваться в зависимости от служебного роста и изменения выслуги лет уже конкретного офицера по мере его карьерного движения.

Я остановился всего на нескольких вопросах и не буду продолжать этот перечень, потому что уже сказал, что есть ещё очень много важных предложений; собственно, все эти тома – это постатейный анализ предложений по проекту федерального закона «О полиции». Они должны быть самым внимательным образом окончательно проанализированы, существенные – будут учтены, а они уже учтены, ряд из них ещё подлежит учёту.

И конечно, окончательная редакция законопроекта будет опубликована на сайте после того, как я её посмотрю. В ней, в этой редакции, должны быть выделены все внесённые изменения. И сегодня мы продолжим обсуждение предложений по совершенствованию законопроекта.

Наконец, может быть, последнее по самому законопроекту. Безусловно, как принято говорить, это не догма. Если по мере его применения мы увидим, что требуются какие‑то изменения, тоже будем их туда вносить, это понятно. Это оперативный документ, хотя и на уровне закона, и его можно совершенствовать.

В целом считаю, что первый опыт общественного обсуждения законопроекта «О полиции» был очень интересным и положительным. Никого не должно смущать, что 99 процентов отзывов были критические. А какие мы ждали – «спасибо большое за то, что вы придумали закон «О полиции», и как мы этому рады»?! Конечно, люди писали для того, чтобы поправить какие‑то статьи закона, высказать свое мнение, иногда просто высказать то, что наболело. Это нормально. Поэтому такая работа, думаю, должна быть продолжена и при подготовке других резонансных законов, которые затрагивают всех граждан, так, как закон «О полиции».

Что касается перспективных предложений, то они, конечно, могут быть реализованы не сейчас, а несколько позднее: учтены в нашей дальнейшей нормотворческой работе.

Особо отмечу то, о чем говорил ещё в начале обсуждения. Закон «О полиции» мы не можем отложить в долгий ящик, мы обязаны принять его в самое ближайшее время, потому как это как раз основной документ, при помощи которого будет происходить реформирование Министерства внутренних дел и системы территориальных органов МВД.

Ещё один вопрос, безусловно, важный. Он хоть и внутренний, но важный. Это формирование новой структуры аппарата МВД. Я хотел бы, чтобы эта структура соединяла в себе два начала: новый облик министерства (формирование единой системы полиции, полицейский блок) и его подразделений, иные функции Министерства внутренних дел, и должную степень преемственности.

Здесь есть целый ряд новых идей, которые мы обсудим. Мы начали этот вопрос обсуждать с министром некоторое время назад, он мне докладывал ряд предложений. Мы продолжим обсуждение и на этом совещании, и на ряде других совещаний, потому что это уже оперативный вопрос, который будет решен в рамках указа, вернее – двух, насколько я помню, указов Президента. Двух указов.

Можно сказать еще об одной, довольно резонансной стороне, которая вызывала, естественно, много эмоций, обсуждений. Это название закона и название людей, которые будут работать, – закон «О полиции». Здесь могут быть разные подходы, определённый скептицизм понятен.

Естественно, возникло ощущение, что хотят сделать: просто переименовать милицию в полицию и тем самым продемонстрировать реформу. Это, конечно, не так: цель закона – создать эффективную правоохранительную систему; название – вторичный момент.

Тем не менее от названия тоже кое‑что зависит. Полиция должна быть современной и эффективной структурой – такой, как во всем мире. Именно такой, какой она существует во многих развитых странах, не говоря уже о том, что у нас тоже полиция есть. Вот здесь сидит начальник полиции уже существующей.

И, наверное, последнее, по реформированию Министерства внутренних дел. Я также подпишу специальное поручение о подготовке предложений, касающихся порядка информирования физических и юридических лиц о результатах рассмотрения заявлений и сообщений о преступлениях. Эта тема очень резонансная, говорят: мы писали – вы нас послали. Поэтому должен быть соответствующий порядок.

Кстати, вообще о регистрации нужно поговорить, это отдельная тема. Сейчас не будем предрешать. Есть очень разные идеи, вплоть до того, чтобы вообще передать регистрацию из органов Министерства внутренних дел в систему российской статистики. При том что первичную обработку документа осуществляет, естественно, полиция, милиция, а потом он регистрируется уже в каком‑то другом органе, с тем чтобы избавить МВД от этой системы отчётности. Но я тоже не предрешаю пока окончательного вывода.

Во всяком случае то, что сегодня есть, страдает всеми теми же хроническими проблемами, о которых мне рассказывали ещё в тот период, когда я учился на юридическом факультете университета. В этом плане мало что изменилось. Поручение я подписываю – будем по нему работать.

И ещё одна тема, о которой я просто сейчас объявлю: сегодня мы обсудим вопрос о создании самостоятельного Следственного комитета Российской Федерации – планируется (такое решение я принял), что он будет создан указом Президента на базе существующего Следственного комитета при прокуратуре России.

Одновременно мною будут внесены соответствующие законопроекты в Государственную Думу. Органы следствия в рамках других федеральных ведомств, в том числе в рамках МВД, пока останутся самостоятельными. В дальнейшем могут быть приняты и иные решения, включая передачу расследования всех дел или их подавляющей части в Следственный комитет. Здесь время покажет, по какому пути нам двигаться, здесь главное – не нарушить существующий баланс.

<…>