Выступление на совещании по проблемам Северного морского пути и судостроения

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Наше совещание не случайно проходит именно сегодня и именно здесь. Не случайна тема, и место выбора не случайно.

Вспоминается то, что говорил в свое время еще адмирал Макаров: «Россия – это то здание, которое самым своим прекрасным фасадом обращено к Северному Ледовитому океану».

Очень много героических страниц в истории нашей страны связано именно с Северным морским путем. Это и освоение Арктики, это и те страницы, которые связаны с Великой Отечественной войной, с Мурманском и той темой, которую мы сегодня будем рассматривать. Но мы с вами собрались для того, чтобы говорить о будущем. Это принципиально важно.

Важно потому, что Советский Союз и дореволюционная Россия вложили в освоение этих территорий огромные ресурсы. Уже сегодня понятно, что здесь находятся такие богатства, которые будут востребованы не только нашей страной, они будут востребованы человечеством.

Если наши предки дали нам в руки эти пространства, то мы должны, поблагодарив их за это, не разбазарить все, что было создано за эти столетия, а по‑хозяйски этим распорядиться. И не просто распорядиться, но выработать такие подходы и такую политику, которая позволила бы России эффективно использовать все, что есть на этих пространствах.

Как вы знаете, совсем недавно Правительство Российской Федерации приняло соответствующую концепцию по развитию Севера, и транспортная составляющая – одно из основных направлений этой деятельности.

Именно поэтому мы сегодня собрались здесь для того, чтобы поговорить о транспортной составляющей. Разумеется, речь прежде всего должна идти о Северном морском пути. Ясно, что это комплексная проблема, и мы не могли бы сейчас не выслушать руководство порта, не могли бы не выслушать руководителей пароходства.

Мне бы хотелось обратить Ваше внимание на некоторые концептуальные вопросы. Я очень рассчитываю на то, что выступающие – каждый по своей теме – разовьют тот или иной тезис, выскажут свое мнение. Это соответствующим образом будет оформлено в решении Правительства и использовано при создании той политики, которой Россия должна придерживаться на Севере.

Что хотелось бы отметить? Я назову, может быть, некоторые общие вещи для того, чтобы сориентировать ход нашего сегодняшнего совещания. Во‑первых, морской транспорт – это, конечно, не единственное, но важнейшее средство жизнеобеспечения для большинства северных территорий Российской Федерации. В совокупности они составляют почти четверть всей территории государства: от Санкт-Петербурга и Мурманска до Чукотки.

Во‑вторых, Северный морской путь – важный фактор обеспечения обороноспособности России на наиболее труднодоступном и слабозаселенном участке границы.

В‑третьих, это перспективная база для горнодобывающей промышленности и для топливно-энергетического комплекса. Именно благодаря морским перевозкам на Севере осуществляется круглогодичная добыча, производство и экспорт 90 процентов никеля, 65 процентов меди. Это, в свою очередь, дает стране до трех миллиардов долларов в год.

И, наконец, – освоение природных богатств арктической зоны и континентального шельфа имеет для России особое стратегическое значение. Как известно, весь наш перспективный газ – в море. И здесь морским технологиям просто нет никакой альтернативы.

Правда, это дороговато. Руководство «Газпрома» уже сейчас говорит о том, что сегодняшние технологии дорогие, газ находится далеко, примерно в 600 километрах от берега. Но в конечном итоге все равно альтернативы не будет.

Все это означает только одно: и на обозримую, и на долгосрочную перспективу Северный морской путь, а в широком смысле – арктические морские технологии – это главное средство реализации целого комплекса приоритетов нашей государственной политики на Севере.

Основой для устойчивого гражданского и военного судоходства на Севере является, конечно, ледокольный флот.

Его уникальность в том, что самые передовые и наукоемкие судостроительные технологии объединены с достижениями атомщиков и работают в экстремальных климатических условиях. Ни подобного флота, ни опыта его эксплуатации, ни людей, владеющих этим поистине редким ремеслом, в мире практически нет.

Вместе с тем возможные конкуренты присматриваются к тому, как мы эксплуатируем флот и каковы его перспективы на будущее. Очень присматриваются, несмотря на то что ни флота такого, ни специалистов таких нет. Если мы, не дай бог, утратим эту нашу транспортную составляющую, они сразу появятся. На рынке не будет вакуума, все сразу будет заполнено.

В связи с этим обсуждался вопрос о целевой государственной поддержке достройки атомного ледокола «50 лет Победы», а также о продлении ресурса действующих атомных ледоколов. Здесь разные есть предложения. Я думаю, что заслуживает внимания предложение, согласно которому это финансирование может быть осуществлено из дополнительных доходов бюджета. Объемы и сроки финансирования подлежат дополнительному согласованию с Минфином, но Минфину такое поручение будет дано.

Если нам удастся это сделать, то мы получим работоспособную арктическую транспортную систему. И все те, кто ею пользуется, получат возможность устойчивого, надежного транспортного обеспечения.

За это время, как мы рассчитываем, объемы перевозок в Арктике достигнут того уровня, который обеспечит рентабельность работы арктической транспортной системы. И речь идет об объемах порядка 8–10 миллионов тонн в год. Но, насколько я понял, руководство порта сказало, что 8,5 миллиона уже достигли.

Учитывая перспективы развития всего экономического комплекса Севера, вполне реально достичь отметки 10 миллионов. Поэтому здесь сегодня находится Министр путей сообщения Николай Емельянович Аксененко. Без всяких сомнений, перспективы превысить 10 миллионов тонн не будет, если не будет параллельного развития железнодорожного транспорта. Это очевидно. Железнодорожное плечо, которое сегодня является определенным ограничителем, таким и останется, если не будет параллельного развития. Но я думаю, что эта тема должна быть предметом особого разговора и особого внимания.

Вместе с тем хочу обратить ваше внимание на то, что даже сегодня с учетом перспектив добычи минерального сырья на этом плече: от места добычи до соответствующих рынков, до порта и дальше – уже можно использовать эту составляющую Северного морского пути.

Нельзя забывать еще об одном важном значении Северного пути – о транзитном потенциале.

Сегодня он используется, главным образом, для внутренних перевозок и для экспорта. В перспективе может стать коридором для международных коммерческих перевозок. Это важно с двух точек зрения.

С одной – чтобы более активно и рационально задействовать инфраструктуру Севморпути и обеспечить его самоокупаемость. С другой – развитие транзитных перевозок уже в скором будущем может позволить России найти новую нишу в системе международного разделения труда.

Думаю, не следует объяснять, что за этим не только развитие российской экономики, но и конкретный путь вхождения России в мировую систему хозяйства. Развитие арктического ледокольного и транспортного флота напрямую связано с нашим недавним решением по поддержке отечественного судостроения. И здесь важно сделать Арктику полем для отработки предусмотренных этим решением механизмов. Тем более что почти все необходимое для судостроения мы можем производить у нас в России: среднетоннажные танкеры и газовозы усиленного ледокольного класса, буксиры и аварийно-спасательные суда. Это далеко не полный перечень.

Насколько мне известно, «Лукойл» уже заказал десять танкеров ледокольного класса, причем пять из них – в России. Надо, чтобы все десять были заказаны в России. Со следующей партии? (Вопрос к присутствующему в зале руководителю «Лукойла» В.Алекперову. – Ред.). Хорошо, что пять заказали. Это уже значительное продвижение вперед.

Важнейший фактор, без которого мы не можем развивать и нормально эксплуатировать Севморпуть, – интересы северных районов России, их активное участие в освоении этого края. И нужно искать принципиально новые формы такого участия, которые соответствовали бы сегодняшним условиям и, главное, могли бы работать и завтра.

Уже сейчас есть целый ряд интересных и, что особенно важно, конструктивных инициатив. Поднимается вопрос о свободном порте Провидения. Правда, не очень понятно, что такое «свободный порт», но я так пониманию, что это «франкопорт», открытие которого привлечет внебюджетные инвестиции в развитие инфраструктуры региона. Это Чукотская национальная судоходная компания, ассоциация пользователей Северного морского пути и другие.

Но общий подход вам известен: чем меньше льгот, чем меньше исключений, тем лучше для экономики в целом. Но в данном конкретном случае мы можем говорить и о том, чтобы пойти на определенные исключения, потому что порт находится в исключительном регионе.

Представляется, что толчком для реализации всех этих инициатив должна стать государственная поддержка Северного морского пути. Северные территории – все еще огромное, неосвоенное поле. Это наш стратегический резерв не только на следующий век, но и на более далекую перспективу. Он может, не только может, но и должен стать важнейшей опорой для развития российской государственности, нашим весомым внешнеэкономическим и внешнеполитическим аргументом.

Именно Северный морской путь обеспечивает надежный контроль, и использование этого ресурса должно воедино связывать арктические владения России.

Тут необходимо учитывать несколько принципиальных моментов.

Первое. Природа Севера, с одной стороны, очень уязвима. С другой – сурова и опасна для хозяйственной деятельности и самой жизни человека. Поэтому важно обеспечить безопасность арктического мореплавания и одновременно защитить природу от ущерба, наносимого ей человеком.

Работу эту в современных условиях надо строить на жестких и четких механизмах сертификации и технического контроля, используя при этом весь накопленный опыт и имеющийся научный потенциал. Мне кажется, что Морской регистр вполне мог бы принять на себя функции координатора этой работы.

Второе. Арктическая транспортная система – уникальный комплекс, пример типичной естественной монополии. И всем заинтересованным пользователям необходимо обеспечить равный доступ к его возможностям, что принципиально важно.

Еще в своде транспортных уставов России прошлого века был параграф, который гласил: «Все и каждый пользуются всеми дорогами государства свободно». И мы не можем допустить, чтобы кто‑либо имел исключительные права на ресурсы Севморпути.

Знаю, что дискуссии по этому поводу, разные подходы к этой проблеме просматриваются и здесь, в регионе, и у нас, в Москве. Но я хотел бы озвучить принципиальный подход Правительства к этому вопросу.

Использование [Севморпути] должно основываться только на современной правовой базе. Нам нужны новые правила плавания в Арктике. Нужно дальнейшее приведение нашего морского законодательства в соответствие с международным морским правом. В прошлом году Россия уже присоединилась к шести международным конвенциям, и этот процесс интеграции мы будем постепенно продолжать, имея в виду, конечно, реалии текущей жизни.

Третье. Пора провести инвентаризацию всех федеральных целевых программ, которые имеют отношение к Северу. Сейчас их много. Они созданы в разное время и разными ведомствами. Пришло время их тесно скоординировать между собой. Мы знаем, что многое просто не выполняется.

Кроме того, нужна четкая увязка гражданских и военных приоритетов. Мы не должны забывать, что наш так называемый «северный фасад» – это почти шесть тысяч километров границ, наиболее уязвимых для современных стратегических наступательных средств.

Поэтому нужно постоянно иметь в виду возможность двойного использования объектов инфрастуктуры. Уделять повышенное внимание мобилизационным вопросам. Помнить и о других хорошо известных специалистам темах. Не буду их даже развивать дальше.

Четвертое. Важная задача государства – создание справедливых условий для конкуренции российских моряков с зарубежными. Морской транспорт – это в высшей степени интегрированный интернациональный бизнес. В нем невозможно преуспеть, навязывая только свои правила игры. И здесь необходимо приведение российской практики в соответствие с международной.

Если мы не последуем примеру большинства европейских стран и не создадим в России открытый международный реестр судов с особыми налоговыми условиями, мы можем просто потерять бизнес. Здесь также нужно очень аккуратно действовать. Прежде всего ставить во главу угла свои национальные интересы. Это безусловно. Просто нужно понимать, в чем заключаются наши стратегические интересы на будущее.

В конечном итоге России – государству, чьи морские границы намного превышают сухопутные, – нужна государственная судоходная политика. И развитие арктической морской транспортной системы – отличный полигон для отработки ее базовых принципов.

И последнее. Думая о море, нельзя, конечно, забывать о том, что происходит на берегу. Северный морской путь – это не только флот, но и порты. Чтобы северные «ворота» России развивались, чтобы было достаточно рабочих мест, мы обязаны работать над рациональным распределением грузопотоков, над тем, как совершенствовать транспортный баланс в интересах государства.

Здесь тоже есть над чем подумать. Я уже об этом говорил с самого начала. Но это комплексная проблема, которую нужно решать усилиями многих ведомств и многих регионов.

Сегодня еще велика доля экспортных грузов, ввозимых через иностранные порты. Но у нас есть все возможности для того, чтобы развернуть этот поток в порты России. И в частности в Мурманск и Архангельск. Тем более что порт – это часто градообразующее предприятие, и от объема их грузооборота напрямую зависит жизнь в этих городах.

Я не случайно сказал, что это зависит от регионов. Сейчас посмотрели: угли лежат. Чьи? Кузбасские. Вместе с Аксененко разрабатывается транспортная схема подвоза, но и угольщики наверняка заинтересованы в том, чтобы здесь создавать соответствующую инфрастуктуру. Их нужно более активно привлекать. Я думаю, что и губернатор Аман Гумирович Тулеев заинтересуется. Наверняка он знает эту проблему. Он деятельный человек, необходимо его привлечь. Надо иметь в виду крупные разрезы, взаимодействовать с их руководством.

В общем, это те основные темы, на которые я бы хотел обратить внимание. Надеюсь, что наша последующая дискуссия, обмен мнениями будет полезным и лягут в основу той работы, которая сейчас проводится в Правительстве и должна стать той самой морской политикой государства, о которой я только что сказал.

Спасибо за внимание.

* * *

Уважаемые коллеги!

Уважаемый Юрий Алексеевич!

Действительно, по характеру обсуждения вопроса, который мы сегодня рассматривали, видно, насколько он интересен всем собравшимся и России в целом. Именно для России, для участников хозяйственной деятельности, для всех субъектов хозяйственной деятельности, для местных администраций, для людей, которые здесь живут, вообще для всей страны этот вопрос – один из кардинальных как на сегодняшний день, так и относительно будущего России.

Ясно, что мы не смогли затронуть всех проблем, которые в этой сфере существуют. Мы не поговорили о навигационном и гидрографическом обеспечении, не поговорили о многих составляющих функционирования Северного морского пути. Очень много проблем, непосредственно входящих в компетенцию государства, решаются, к сожалению, не так, как хотелось бы.

Я начал с этого и этим закончу. Мы в Правительстве России приняли целую программу развития Севера. Уже говорил и повторю, что транспортный аспект, в том числе и главным образом Северный морской путь, конечно, должны быть и будут одной из составляющих этой программы – программы развития Севера страны на длительную перспективу.

То протокольное решение, которое есть (я думаю, что участники совещания с ним знакомы, оно согласовано с ними), – только одна из вех в развитии того плана, о котором мы сейчас говорим.

Надо, наверное, согласиться с тем, что это одна из приоритетных задач. Без особого внимания государства к этим проблемам они решены быть не могут.

Поэтому, наверное, нужно согласиться с Артуром Николаевичем Чилингаровым [депутатом Госдумы Федерального Собрания] в том, что над соответствующим законом необходимо работать более целенаправленно.

Не должно быть движения от совещания к совещанию. Это должна быть целенаправленная политика государства, выработанная и выстраданная практикой и теорией, поколениями российских людей, которые вложили в российский Север всю свою жизнь. С этим действительно связано в значительной степени будущее страны.

Я хочу вас поблагодарить за интересную дискуссию. В общем и целом она развивалась так, как и должна развиваться любая дискуссия. Ясно, что есть разные точки зрения на решение одних и тех же проблем. Но я думаю, что это и хорошо.

Знаете, я ведь некоторые вопросы сознательно заострил, специально дал возможность высказаться людям, которые имеют разные позиции по одним и тем же вопросам. Мне кажется правильным, что они прозвучали публично, особенно в присутствии прессы. Я думаю, что это правильно.

Но ясно также и другое, что все участники этой дискуссии, несмотря на подчас разный подход к решению этих вопросов, заинтересованы в одном – в развитии этого региона. Ясно, что если у нас есть такой общий интерес, то мы обязательно найдем решение, которое всех устраивает.

Большое вам спасибо за участие в работе.