Предвоенный выпуск Морского кадетского корпуса смотрит на нас сквозь годы - Родина

6 мая 1903 года высочайшим приказом N 474, данным Николаем II в Царском Селе, 124 гардемарина Морского кадетского корпуса были произведены в чин мичмана1. Вскоре по экзамену мичманами стали еще несколько юнкеров флота. В итоге офицерский состав Российского Императорского флота вырос на 130 человек.

Трагической судьбе вчерашних гардемаринов2 посвящена книга Валерия Калашникова "Выпуск Морского кадетского корпуса 1903 года. История, документы, воспоминания", вышедшая в 2018 году в петербургском издательстве "Атлант".

"Отношения в семье: влюблен в жену..."

Изюминка книги, основанной на материалах Российского государственного архива военно-морского флота, - аттестации ее героев за годы учебы и службы. Официальные документы читаются на одном дыхании, как захватывающий детектив. Вместе с Россией, которую мы потеряли, мы утратили и навык так составлять деловые бумаги.

Михаил Арцыбушев

Михаил Арцыбушев (1884-1930):

"Во всех отношениях прекраснейший молодой офицер. ...Отлично умеет обращаться с командой без всяких послаблений, умеет заслужить полное ее доверие, так что люди идут к нему со всякими своими сомнениями и нуждами. ...Вообще ему можно дать любое поручение и быть покойным, что оно будет быстро и толково исполнено. Человек с твердыми убеждениями и чувством сознания долга"3.

Сын статского советника. Дослужился до чина капитана второго ранга. В Гражданскую войну служил в РККФ (Рабоче-крестьянском красном флоте), затем работал в тресте "Главрыба". Обвинен во вредительстве. Расстрелян.

Лев Бабицын

Лев Бабицын 2-й (1884-1914):

"Служит с сознанием долга. Держит себя тактично, хотя немного высокомерен с нижними чинами. Товарищами любим. В обществе держит себя скромно и хорошо. Вина не любит и пьет мало. Кутить не любит, вообще очень скромен. Очень аккуратен и безусловно честен. ...Очень хладнокровен и невозмутим. Полагаю, что в критические минуты не растеряется и поступит обдуманно"4.

Сын генерал-лейтенанта, председателя Главного военно-морского суда. Дослужился до чина старшего лейтенанта Гвардейского экипажа. Служил на императорской яхте "Штандарт". Заболел менингитом и скоропостижно скончался.

Владимир Беклемишев

Владимир Беклемишев 3-й (1881-1925):

"Общий любимец. Заботлив и справедлив к нижним чинам. Всегда ими любим, отлично влияет. Прежде пил, а теперь 10 месяцев не пьет вовсе, равно как совершенно равнодушен к всякому кутежу. Рыцарски честен, но мало аккуратен в своих делах. ...Главное достоинство - в нужную минуту не продаст"5.

Сын ротмистра армейской кавалерии. Дослужился до чина старшего лейтенанта. В Гражданской войне участвовал на стороне белых. Командовал бронепоездом "Адмирал Колчак". Умер в Таллине.

Александр Бубнов

Александр Бубнов (1883-1963):

"Обладает разносторонними познаниями в морском деле, любит и занимается им; способный, но излишне высокого мнения о своих знаниях и способностях. Очень самолюбив. В службе ищет личные выгоды, без чего не интересуется ею. ...Дурные черты: большой апломб, самомнение и мало скромности. Характер довольно вспыльчивый. Весьма пригоден и полезен как в судовой службе, так и в педагогике"6.

Сын полковника, начальника Ковенского крепостного инженерного управления. Выведен А.С. Новиковым-Прибоем в романе "Цусима" как мичман Воробейчик. Дослужился до чина контр-адмирала (первый из выпуска!) и должности начальника Морского штаба Верховного главнокомандующего. Автор трудов по военно-морскому искусству и истории военно-морского флота. Умер в Словении.

Василий Затурский

Василий Затурский (1883-1938):

"Познания в морском деле очень хорошие; воспитание выдающееся, не пьет, не кутит; идеально честен и аккуратен; религиозен, проникнут сознанием долга и службы; никогда никаких понуждений не требует. Выдающийся морской офицер, весьма скромен, не ищущий денежных выгод по службе"7.

Сын отставного подполковника, участника Крымской войны. Дослужился до чина капитана первого ранга. Командовал линейным кораблем "Император Павел I". Во время знаменитого Ледового похода Балтийского флота, когда главные силы флота были спасены от захвата немцами, возглавил переход из Гельсингфорса в Кронштадт отряда кораблей из 2 линкоров, 2 крейсеров и 2 подводных лодок. В Гражданскую войну служил в РККФ. Участвовал в организации обороны Петрограда при наступлении войск генерала Юденича. Расстрелян в годы Большого террора.

Мориц Кнюпфер

Мориц Кнюпфер 1-й (1882-1954):

"Хорошо воспитан, можно назвать светским человеком. Вино пьет редко и мало. Отношения в семье: влюблен в жену. ...Общее развитие: среднее, способности не особенно большие, соображает туго. Иногда требует понуждения. ...Служебный такт с подчиненными: посредственен, кричит и шумит без толку. Отношение к нижним чинам: не понимает характера русского матроса совершенно, думает громким криком нагнать страха, любовью и авторитетом не пользуется"8.

Сын пастора из Эстляндии, племянник статского советника и губернатора. Дослужился до чина капитана первого ранга. Командовал эскадренным миноносцем "Войсковой". Начальник боевого участка на острове Эзель в Моонзундском сражении. Взят в плен немцами. В Гражданской войне служил в армии генерала Юденича. В 1920 году уехал в Париж, переехал в Лондон, занимался бизнесом.

Учения, споры, пикники — завтра была война.

Первые потери

Героям книги выпал жребий жить в эпоху, когда ценность отдельной человеческой жизни стала исчезающе малой, стремящейся к нулю величиной. Неизвестны дата и место смерти 17 офицеров из этого выпуска. Отсутствуют какие-либо сведения еще о 6 выпускниках, уволенных от службы до 1917-го9. Всех вовлекли в свой водоворот и поглотили

Неслыханные перемены,
Невиданные мятежи...

Это был 150-й выпуск со дня основания Морского корпуса, старейшего военно-учебного заведения Российской империи. Юбилейное производство в офицеры совпало с предстоящим празднованием 200летия Петербурга. Но эта рифма Судьбы, ставшая предвестьем грядущих и очень скоро наступивших потрясений, не была отмечена и осмыслена новоиспеченными мичманами и их современниками. Никто не подозревал, что наступил завершающий этап Петербургского, или Императорского, периода истории государства Российского.

И никто не подумал о том, почему 16 мая, через десять дней после производства в офицеры, покончил с собой мичман Константин Орлов (1881-1903), сын полковника по Адмиралтейству.

Учения, споры, пикники — завтра была война.

В октябре того же 1903-го вслед за ним последовал мичман Александр Попов (1883-1903), сын капитана второго ранга. Причин этих давних трагедий мы не ведаем. Может быть, два юных мичмана, хорошо знакомые с корабельной качкой, ухитрились на мгновенье заглянуть в будущее, интуитивно почувствовали предстоящие их поколению тектонические колебания существующего миропорядка, ужаснулись от открывшихся перспектив - и предпочли добровольно свести счеты с жизнью?

Спустя несколько десятилетий "красный граф" Алексей Алексеевич Игнатьев лишь констатировал, но не объяснил очевидный факт:

"В ту пору самоубийство было, увы, нередким явлением в офицерской среде"10. Анна Андреевна Ахматова эпически посмотрела на давно прошедшее время, и мы вместе с поэтом увидели предреволюционную эпоху из Космоса:

Сколько гибелей шло к поэту,
Глупый мальчик: он выбрал эту, -
Первых он не стерпел обид,
Он не знал, на каком пороге
Он стоит и какой дороги
Перед ним откроется вид...
А ваши кто родители?

Но пока на дворе только май 1903 года, и вчерашние гардемарины, облаченные в новенькую и такую красивую офицерскую форму, прощаются с Морским корпусом. Все они мотивированы на продолжительную флотскую службу. Перед каждым открываются заманчивые карьерные перспективы. И ни один не подозревает, что менее чем через год юбилейный выпуск вкусит горечь морской купели Порт-Артура, а затем Цусимы; что зрелыми лейтенантами и старшими лейтенантами флота они встретят Первую мировую, а уже в солидных чинах капитанов первого и второго рангов - события 1917 года.

Морской корпус был привилегированным учебным заведением, дававшим прекрасное образование и носившим сословный характер. Только белая кость, только сыновья потомственных дворян могли быть допущены в его стены! Детям разночинцев, купцов или мещан, не говоря уже о крестьянских детях, путь в Морской корпус был заказан. Исключение делалось лишь для сыновей чиновников Морского ведомства (например, врачей) и тех офицеров флота - инженеров-механиков, штурманов, корабельных инженеров, - которые не родились потомственными дворянами и не успели стать ими на службе.

Пикник офицеров.

Их родители и на суше, и на море отстаивали интересы Российской империи: иногда - пером, чаще - шпагой. Сражались при Синопе, обороняли Севастополь, защищали Кронштадт, вели борьбу с польскими мятежниками, принимали участие в Русско-турецкой войне, завоевывали Среднюю Азию. Это было служилое дворянство, не имевшее богатых наследственных имений или громких титулов. Ни одного Рюриковича. Всего-навсего один грузинский князь и один курляндский барон. Но отцы многих воспитанников преуспели на государевой службе и высоко поднялись по служебной лестнице.

Генерал от инфантерии. Лейб-медик и действительный тайный советник. Сенатор и тайный советник. Вице-адмиралы и контр-адмиралы, генерал-лейтенанты и генерал-майоры по Адмиралтейству, капитаны первого и второго рангов. Генерального штаба генерал-майор. Полковники и подполковники. Тайные советники и действительные статские советники. Инженеры-путейцы и чиновники особых поручений.

Отцы, у которых не задалась карьера, в абсолютном меньшинстве, их можно пересчитать по пальцам. Один отставной гвардии корнет. Один прапорщик портовых экипажей. Один коллежский регистратор. Всего лишь два или три помещика, живущие в своих имениях.

Зато весьма осязаема прослойка ветеранов, чья пролитая на войне кровь, самоотверженная служба и храбрость, проявленная на поле чести, открыли их детям заветную дорогу в Морской корпус.

Плакат времен Русско-японской войны.

Два сына, две судьбы

Отец гардемарина Бориса Де-Ливрона 5-го (1883-1904) бился при Синопе и защищал Малахов курган. Заслужил Золотое оружие "За храбрость" и боевые ордена Св. Владимира 4-й степени и Св. Анны 3-й степени - оба с мечами и бантом. В отставку вышел в 1857 году в скромном чине лейтенанта флота. Империя не забыла о заслугах ветерана. Пятеро его сыновей получили бесплатное военное образование и офицерские чины, причем трое окончили Морской корпус и стали офицерами флота. Де-Ливроны сполна расплатились с государством за эту льготу: трое из них, капитан жандармерии и два мичмана, погибли при исполнении служебных обязанностей.

Образцовая семья офицера флота: Мориц Кнюпфер с супругой Люси.

Отец гардемарина Мартына Де-Ливрона 6-го (1881-1926) имел чин контр-адмирала и собственный дом в Риге. Естественно, что юноша захотел пойти по стопам отца и стать продолжателем известной флотской династии. Государство Российское не возражало. Так шансы адмиральского сына поступить в Морской корпус уравнялись с шансами сына лейтенанта флота, героя обороны Севастополя. И тот и другой были племянниками известного вице-адмирала Де-Ливрона, служившего в Главном Адмиралтействе. Но сын лейтенанта по своим успехам в учении сильно опередил сына контр-адмирала, за счет чего приобрел более широкий веер возможностей при выборе служебных вакансий.

Хотя оба получили назначение в 17-й флотский экипаж, мичман Борис Де-Ливрон 5-й уже на шестой день после производства в офицеры отправился в плавание, о чем мечтали все офицеры флота, и стал получать кроме жалованья еще и морское денежное довольствие. А мичману Мартыну Де-Ливрону 6-му пришлось более года дожидаться назначения в дальнее плавание.

В конце июля 1904 года Борис Де-Ливрон будет смертельно ранен в бою под Порт-Артуром. В мае 1905 года Мартына Де-Ливрона после неудачного Цусимского сражения в бессознательном состоянии возьмут в плен японцы. Он был ранен в левую ногу, на которой останется пять рубцов от осколков. Но его судьба - одна из самых удачных в выпуске гардемаринов 1903 года. Да, адмиралом, подобно отцу и дяде, Де-Ливрон 6-й не станет, но до капитана второго ранга дослужится и в годы Русской смуты уцелеет. Эмигрирует в Германию, затем переберется в США, упокоится на кладбище Маунт-Оливетт в Нью-Йорке...

А 22 их товарища из более чем 80, принявших участие в Русско-японской войне, так и остались навеки мичманами.

Завтра в бой. Крейсер 2-го ранга "Азия". 1905 год.

ТРЕТИЙ ТОСТ

Навеки двадцатилетние

Николай Алексеев 6-й (1882-1904), сын отставного коллежского советника, на паровых катерах тралил от морских мин рейд Порт-Артура, затем стал командиром десантной роты и погиб в штыковом бою на горе Высокой.

Александр Рклицкий (1884-1904), сын статского советника, смертельно ранен осколком снаряда на крейсере "Аскольд" и погребен в море.

Алексей Соколов 2-й (1883-1904), сын коллежского советника и учителя гимнастики 2го Кадетского корпуса, погиб в результате подрыва на мине эскадренного миноносца "Сильный".

Олег Эллис 3-й (1884-1904), сын генерала от инфантерии, погиб в бою на эскадренном броненосце "Цесаревич" при попытке прорваться из Порт-Артура во Владивосток, погребен в море.

Александр Аристов (1883-1905), сын сенатора и тайного советника, на транспорте "Камчатка" участвовал в Цусимском морском сражении и погиб в бою.

Александр Бернов (1884-1905), сын отставного поручика, погиб в Цусимском сражении вместе со всем экипажем эскадренного броненосца "Александр III".

Георгий Тиле (1882-1905), сын отставного лейтенанта Гвардейского экипажа, погиб в Цусимском сражении вместе со всем экипажем эскадренного миноносца "Безупречный".

Владимир Трувеллер (1881-1905), сын отставного генерал-майора по Адмиралтейству, погиб в Цусимском сражении вместе с эскадренным броненосцем "Ослябя".

Михаил Шидловский 3-й (1883-1905), сын подпоручика в отставке, погиб в Цусимском сражении вместе с транспортом "Камчатка".

Андрей Шупинский (1883-1905), сын Генерального штаба генерал-майора, на эскадренном броненосце "Орел" принял участие в Цусимском сражении, убит в бою и погребен в море.

Александр Щелкунов (1881-1905), сын подполковника Корпуса корабельных штурманов, на эскадренном броненосце "Наварин" принял участие в Цусимском сражении, был ранен и погиб вместе с кораблем.

Белая кость... Выпускники 1903 года сполна оплатили собственной кровью сословные привилегии, которыми воспользовались, став гардемаринами Морского корпуса.

Александр Стычинский

Последним ушедшим из жизни гардемарином выпуска 1903 года стал капитан второго ранга Александр Стычинский (1885-1975), сын капитана Корпуса корабельных штурманов, в феврале 1920 года покинувший Архангельск, работавший таксистом в Париже и летом 1975-го упокоившийся на кладбище Сен-Женевьев-де-Буа.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

ВЫПУСК 1903 ГОДА ДАЛ:
8 кавалеров ордена Св. Георгия 4-й степени
6 награжденных Золотым оружием "За храбрость"/Георгиевским оружием
15 капитанов первого ранга и полковников
6 адмиралов

1. Обер-офицерский чин мичмана Российского Императорского флота, по Табели о рангах соответствовавший чину поручика армии, не следует путать с воинским званием мичмана наших дней. Современные мичманы и старшие мичманы - это отдельная служебная категория, занимающая промежуточное положение между старшинами и младшими офицерами.
2. Гардемарин - до 1860 года и в 1882-1917 годах - учащийся старших классов Морского корпуса.
3. Калашников В.Н. Выпуск Морского кадетского корпуса 1903 года. История, документы, воспоминания. СПб.: Атлант, 2018. С. 26.
4. Там же. С. 30.
5. Там же. С. 42-43.
6. Там же. С. 55.
7. Там же. С. 134.
8. Там же. С. 154.
9. Там же. С. 428.
10. Игнатьев А.А. Пятьдесят лет в строю. М.: Воениздат, 1986. С. 101.