Новости /

Дмитрий Медведев выступил на пленарном заседании четвёртого Международного форума по нанотехнологиям «Руснанотех-2011». Президент заявил, что финансирование по всем направлениям модернизации в дальнейшем будет увеличиваться, а в Стратегии инновационного развития России до 2020 года институты развития будут играть решающую роль.

По окончании пленарного заседания глава государства осмотрел выставку инновационных разработок.

* * *

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги!

Трудно выступать после господина Дрекслера, который является легендой, и, наверное, мне сейчас придётся скорректировать своё выступление, судя по тому, что было сказано.

Здесь звучало очень много цифр о том, как у нас всё хорошо с инновациями и нанотехнологиями, у меня тоже в выступлении это есть. Если позволите, я тогда часть из них опущу. Хотя на самом деле эти цифры даже меня впечатляют, потому что это неплохие цифры, и ещё несколько лет назад просто невозможно было себе представить, что мы выйдем на такие позиции.

Сердечно приветствую всех, кто участвует в Международном форуме «Руснанотех», который проводится в четвёртый раз в Москве. И сегодня здесь присутствуют учёные, предприниматели, эксперты более чем из 50 стран, очень известные люди, как упомянутый американский учёный Эрик Дрекслер. Также я приветствую президента Массачусетского технологического института госпожу Сьюзан Хокфилд и многих, многих других, кто к нам приехал. Спасибо вам большое.

Мы рассчитываем, что всё, что создаётся в результате нашей инновационной деятельности, будет делать жизнь человечества, тех, кто живёт в Российской Федерации, более комфортной, более безопасной и просто более интересной.

Судя по тому, как развивалась дискуссия, вы говорили не только о том, сколько нужно тратить денег, но и что должно происходить в головах тех, кто этим занимается. Тем не менее деньги всё‑таки тоже очень важны, но инфраструктура, которая создаётся в России, всё‑таки, на мой взгляд (при всех издержках любого процесса), создаётся на достаточно правильной основе, где государственная часть дополняется частным бизнесом. И, наверное, это именно то, что нужно для развития нанотехнологий в любой стране, тем более в такой стране, как наша.

Напомню, что доля «Роснано» в проектах всегда составляет менее половины, а остальное – это средства частных инвесторов. При этом задачей корпорации является не просто дать толчок, который позволит этим проектам жить своей жизнью, но и, в конце концов, выполнить свою главную миссию. Она заключается в том, чтобы вовремя уйти. И как раз это, так сказать, является манифестом деятельности нашей корпорации «Роснано», которая должна уходить тогда, когда разработки завоюют рыночные позиции.

Вообще, конечно, нанотехнологические разработки, любая модернизация, любое инновационное творчество – это дело недешёвое и, как всегда, рисковое. Поэтому мы очень рассчитываем на то, что та международная кооперация, которая наметилась в последние годы, будет продолжена, а всё, что создаётся в результате нашей деятельности – продукты этой работы, – будут делать жизнь человечества и наших людей, тех, кто живёт в Российской Федерации, более комфортной, более безопасной и просто более интересной, что на самом деле в жизни тоже имеет немаловажное значение.

С большим удовольствием отмечаю, что в рамках этого крупнейшего инновационного форума сформировалась и хорошая площадка для того, чтобы договариваться и подписывать соглашения.

Ещё раз говорю: я не знаю, какие цифры назывались, поэтому много называть не буду. Очевидно, что всё‑таки расширение программы финансирования фундаментальных исследований для нас остаётся абсолютным приоритетом и мы предполагаем вкладывать значительные средства в оснащение современным оборудованием университетов, научно-исследовательских центров, лабораторий, стимулировать создание новых программ. На эти цели в перспективной программе до 2014 года заложено почти 8 миллиардов долларов.

У нас есть различные фонды, которые, наверное, сегодня тоже назывались, поэтому специально об этом говорить не буду. Но очень важно, чтобы всё это поддерживалось и банковской инфраструктурой, и имело нормальные рыночные перспективы. Поэтому та миссия, которую играет Банк развития [Внешэкономбанк], кредитный портфель которого по инвестициям составляет уже 10,5 миллиарда долларов, мне кажется правильной. И в этом направлении нужно двигаться.

Сейчас ехал, кстати, сюда, посмотрел газеты. Наткнулся на такие утверждения: «У нас тут выборы всякие будут: и такие, и сякие – поэтому все модернизационные проекты свёрнуты, речь идёт только о таком галимом пиаре, которым занимаются, естественно, все политические силы; модернизация больше не модная тема, потому что на этом политических дивидендов не наживёшь». Считаю, что это совершенно не так.

Расширение финансирования фундаментальных исследований остаётся приоритетом, мы предполагаем вкладывать значительные средства в оснащение современным оборудованием университетов, научно-исследовательских центров, лабораторий.

Во‑первых, модернизация – это модная тема, и на ней можно получать и политические дивиденды.

Во‑вторых, мы, конечно, ничего не сворачиваем, а будем только увеличивать финансирование по всем направлениям модернизации, включая, конечно, инновационное направление, собственно, и нанотехнологии, о которых здесь идёт речь. Просто хотел бы, чтобы все присутствующие тоже об этом знали.

Российские институты, институты развития, конечно, содействуют решению тех проблем, которые существуют, ликвидируют те провалы на рынке, которые могут возникать и которые не всегда могут быть решены за счёт рыночных механизмов. В этом специфика соответствующей деятельности. Они, конечно, не подменяют частный бизнес и не конкурируют с частными финансовыми институтами, но они должны быть катализаторами частных инвестиций в приоритетных, высокотехнологичных областях.

Если я правильно понял то, что только что было сказано Сергеем [Брилёвым], вы говорили о том, как поменять мышление учёных. Это очень важно, потому что учёные – люди бесконечно талантливые, но сконцентрированные, как правило, на решении конкретной задачи, а для того, чтобы заниматься бизнесом, нужно смотреть на мир чуть-чуть шире. Но, в свою очередь, мне бы хотелось, чтобы вместе с развитием бизнес-мышления учёных происходило развитие и научного мышления предпринимателей, потому что это не менее важный и, может быть, более сложный процесс, особенно в такой стране, как наша.

Напомню, что ещё, скажем, лет 10–12 назад разговоры об инновационных проектах в бизнесе в нашей стране ничего, кроме усмешки, не вызывали, потому что считалось, что это тема, которая абсолютно бесперспективна. Нужно как‑то выживать, а все деньги, которые есть, соответствующим образом вкладывать или в производство, или в себя, любимого.

Мы не сворачиваем, а будем только увеличивать финансирование по всем направлениям модернизации, включая, конечно, и нанотехнологии, о которых здесь идёт речь.

Тема инноваций стала актуальной совсем недавно, и, на мой взгляд, это тоже в значительной мере произошло потому, что произошёл переворот в восприятии жизни большим количеством российских предпринимателей. Про иностранцев я не говорю, потому что у них в этом смысле давно уже всё в порядке, а вот наши люди, наши предприниматели стали воспринимать свою миссию в бизнесе несколько иначе, и, мне кажется, это очень важно.

В любом случае в Стратегии инновационного развития России до 2020 года институты развития, упомянутые мною экономические механизмы будут играть самую серьёзную, можно сказать, решающую роль. Государство всё равно будет сохранять за этим контроль, но стараясь, конечно, понимать своё значение и свою миссию в этом процессе. Ещё раз подчёркиваю, государству в этих делах очень важно определиться с тем, когда покинуть эту работу, когда уйти с этой площадки для того, чтобы частный бизнес чувствовал себя спокойно и комфортно.

Всем ещё раз большое спасибо за работу. Мне было очень приятно с вами встретиться.