Документ /

Дмитрий Медведев посетил Алтайский государственный университет и встретился со студентами физико-технического факультета.

* * *

Д.Медведев: Лет 20 назад я изучал основы информатики в Санкт-Петербургском университете, это было интересное время, потому что основы информатики нам преподавали только в теоретическом плане, не было ни одного компьютера, тогда вообще почти не было персональных компьютеров, ни одного калькулятора даже не было, но на доске нам объясняли, что делать надо. У вас не так?

Реплика: Сейчас, конечно, компьютеров у нас хватает. Когда я учился, у нас не было машин. Студенты уже больше знают иногда, чем мы. Не успеваем за студентами.

Д.Медведев: 100 процентов, во всяком случае, по некоторым вопросам.

Ребята, ну что расскажете? Как студенческая жизнь?

Реплика: Нормально.

Д.Медведев: Нравится? Чем вы занимаетесь в свободное время, когда вы не занимаетесь защитой информации?

Реплика: Мы учимся.

Д.Медведев: В свободное время учитесь? Тогда очень сложная жизнь.

Реплика: Не получается отдыхать, если много заниматься, ещё дополнительное образование можно получить.

Д.Медведев: Какое?

Реплика: Я на переводчика дополнительно учусь, в педагогическом.

Д.Медведев: Молодец. Какой язык?

Реплика: Английский.

Д.Медведев: Спорт есть?

Реплика: Есть, волейбол, например.

Д.Медведев: Вы ходите куда‑нибудь, по‑честному?

Реплика: Футболом занимаемся. Даже бассейн есть.

Д.Медведев: Даже бассейн? Он «живой»?

Реплика: Конечно. Можно из окна даже увидеть. Лыжная база есть рядом, катаемся на лыжах зимой. Периодически соревнования по пейнтболу проводятся в университете.

Д.Медведев: Пейнтбол?

Реплика: Да. Наша группа в прошлом году даже до финала дошла.

Д.Медведев: В пейнтбол играете?

Реплика: Да, периодически только.

Д.Медведев: Я пару раз играл. Если место незащищённое, то больно.

Ну ладно. Есть ко мне какие‑то вопросы?

А.Пынтиков: Здравствуйте.

Дмитрий Анатольевич, прежде всего мы Вас благодарим за Ваш визит сюда, в Алтайский государственный университет. Для нас очень большая честь находиться с Вами в одном зале.

Д.Медведев: Вы меня обязываете. Ну ладно, пожалуйста.

А.Пынтиков: Вопрос такой. У нас в России наблюдается такая тенденция: люди, закончившие наши вузы, покидают страну или покидают эти местные края, уезжают в более развитые области России, допустим, в Москву или в Санкт-Петербург, или, как я уже сказал, за рубеж: в Европу или в США, чтобы там заниматься профессиональной деятельностью.

Как можно обеспечить сохранение наших молодых специалистов в нашей стране, в частности, в Алтайском крае, чтобы они участвовали в их развитии? Спасибо.

Д.Медведев: Глобальный вопрос. Ну Вы даёте, Андрей.

Знаете, человек всегда будет перемещаться туда, куда ему выгодно. И бороться с этим бессмысленно. Более того, попытки привязать людей к земле в истории нашей страны бывали неоднократно, включая период крепостного права, а также, кстати, в советский период, когда у некоторых категорий наших граждан отнимали паспорта. В деревне в определённый период просто не было паспортов. Людям невозможно было уехать, они оставались и были привязаны к земле.

Человек всегда будет перемещаться туда, куда ему выгодно. Заставить людей оставаться на одном месте невозможно, но можно создавать систему стимулов. Надо свою землю развивать: создавать рабочие места, запускать новые виды бизнеса.

Это, естественно, всё в прошлом. Заставить людей оставаться на одном месте невозможно. Но что можно делать? Можно создавать систему стимулов. У вас очень большой, красивый и богатый край, два с половиной миллиона человек. Есть, конечно, у нас территории, где объективно специалисту трудно найти работу, потому что там мало людей, специалист хороший, а людей мало, но это не про вас. У вас огромная территория с колоссальным потенциалом, причём край ведь на самом деле очень интересный, потому что у вас и сельское хозяйство блестяще развито, и в то же время интеллектуальный потенциал очень высокий, город большой. В общем, все условия есть. Поэтому надо просто свою землю развивать – вот, собственно, и всё – создавать новые рабочие места, запускать новые виды бизнеса. Это в конечном счёте от вас зависит. Конечно, и от губернатора, от Правительства, чиновников, но и от вас, от вашей инициативы.

Я неоднократно сталкивался с ситуацией, когда приезжаешь куда‑нибудь, и есть представители регионального бизнеса, которые являются настоящими патриотами своей земли. У них есть достаточные деньги, чтобы уехать в Москву или, извините, «отвалить» даже за границу, но не уезжают. Они говорят: «Это мой край, я здесь родился, мне здесь нравится, я приезжаю к себе в деревню или в город, я здесь отдыхаю, поэтому я хочу сюда деньги вкладывать». Это самый главный способ для развития территорий. И конечно, надо повышать доходную базу Алтайского края, потому что чем выше она будет, тем большее количество рабочих мест можно организовать.

Вы вот кем собираетесь быть?

Реплика: Защитником информации.

Д.Медведев: Защитником информации. В основном, если я правильно понимаю специфику этой специальности, эта работа должна быть связана с коммерческими структурами или бюджетными организациями, правоохранительными органами. Поэтому, собственно, чем шире будет рынок, тем больше будет востребованность специалистов вашего уровня.

Вопрос: У меня такой вопрос: буквально несколько месяцев назад на заседании Совета Федерации [Председатель Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктор] Озеров выразил такое мнение. Работодатель не увольняет женщину, когда она уходит в декретный отпуск ухаживать за ребёнком, а молодого специалиста, который уходит в армию отдавать свой долг Отечеству, увольняют безвозвратно. И от него поступила такая инициатива, чтобы издать какой‑то нормативный акт или закон, который будет обязывать, содействовать призывникам в этом вопросе.

Д.Медведев: То есть, иными словами, такой закон, по которому после службы в армии можно вернуться на рабочее место, с которого ты ушёл.

Реплика: Да, ведутся работы по этому, или это всё‑таки останется на словах? Спасибо.

Д.Медведев: Этот вопрос мне хотелось бы в свою очередь вам задать. Ребята, он для вас актуален? Допустим, после службы в армии вы придёте, и вам скажут: «До свидания, ты здесь не нужен», – может такое быть?

Если я правильно понял, Вы имеете в виду ситуацию, когда человек работает, потом служит, потом возвращается работать. Или Вы про учёбу говорите?

Реплика: Нет. Именно когда он работает, потом служит, потом возвращается работать. Перерыв – год, но он существенный для работодателя.

Д.Медведев: Знаете, я считаю, что над этим можно подумать, притом, конечно, что можно было бы предложить такую идею, когда, собственно, при трудоустройстве на работу этот вопрос оговаривается. У нас же сейчас есть возможность заключать трудовые контракты, трудовые договоры на различных условиях, в том числе если молодой специалист, например, является ценным для того или иного предприятия, для той или иной организации, можно было бы прямо в самом этом договоре устанавливать правило о том, что если он всё‑таки подлежит призыву в Вооружённые Силы на год, то по окончании этой службы ему гарантируется возврат на определённое рабочее место.

Но, если говорить откровенно, знаете, здесь всё‑таки нужно балансировать интересы двух сторон. С одной стороны, конечно, очень важно, чтобы и те, кто служит, понимали, что у них есть гарантии возврата на своё рабочее место. С другой стороны, есть такие ситуации, когда организация не может обойтись без работника в течение года. Поэтому, я считаю, самым оптимальным было бы решать эти вопросы не в законе непосредственно, когда – вынь да положь – через год ты обязан устроиться (такая же гарантия, как для женщин), а скорее в трудовом контракте. Но при заключении трудового контракта чтобы молодой специалист, например, мог потребовать внесения этого условия. И если работодатель ему отказывает, тогда он просто к нему устраиваться не будет. Думаю, что это было бы оптимальной схемой, не в автоматическом режиме, понятно, а в рамках трудового контракта, но здесь можно ещё подумать.

А.Пирогов: Вот сейчас на железнодорожный транспорт, на пригородные электропоезда, на поезда дальнего следования для студентов действует скидка 50 процентов на билеты, но она действует на период с 1 сентября по 15 июня либо даже по 31 мая, а как раз период основной миграции студентов с учёбы домой и, наоборот, из дома на учёбу попадает в тот период, когда скидки не действуют. Более того, в Алтайском крае очень много населённых пунктов, таких даже большинство, куда нет железнодорожного сообщения, то есть люди добираются на автобусах, а на автобусы для студентов не действуют никакие льготные скидки. Вот у меня такой вопрос, будет ли когда‑то пересмотрен период действия скидок на жильё и транспорт или вообще будет введён льготный проезд на другие виды транспорта, на автобусы либо даже, может быть, на самолёты? Спасибо.

Д.Медведев: Андрей, конечно, чем больше скидок, тем лучше, чего там скрывать. Студенты, мягко говоря, не самые обеспеченные люди, и на железнодорожный транспорт, и на водный транспорт, и на автомобильный транспорт, и даже воздушный транспорт хорошо бы, если скидки были. Вы понимаете, почему их нет везде, просто потому, что у нас сейчас любой транспорт работает на принципах самоокупаемости. И, в принципе, мы просто закладываем им в бюджет эти компенсации, если речь идёт о железнодорожном транспорте, это просто делается централизованно, потому что этот бюджет формируется в рамках централизованных решений. Поэтому, в принципе, можно подумать, конечно, и о расширении перечня. Но для этого надо найти источники, если говорить предельно откровенно. Источник для компенсации соответствующих затрат можно искать на федеральном уровне. Но он тоже не беспредельный по своему размеру. Нужно думать о том, чтобы искать такие источники на региональном уровне.

Вот, например, условно, применительно к условиям Алтайского края важным является, допустим, автомобильный транспорт. Тогда можно, в рамках регионального бюджета, планировать для студентов в летний период какие‑то скидки. Это было бы самым правильным вариантом. Я, правда, не знаю, у нас губернатор спрятался. Александр Богданович, у вас какие скидки есть для студентов?

А.Карлин: Тех, о которых шла речь, сегодня нет. Но мы изучим Ваше предложение, Дмитрий Анатольевич, вместе с нашими депутатами.

Д.Медведев: Смотрите. Может, не на всех маршрутах. Но вообще, конечно, забывать о студентах летом тоже не очень правильно.

А.Карлин: Да, нам нужно будет договориться с бизнесом, потому что в основном эти перевозки осуществляют частные перевозчики.

У любого молодого специалиста должен быть равный доступ к инструментам, позволяющим решать задачу обеспечения жильем. Если это ипотека, то она должна быть более или менее доступной.

Д.Медведев: Да. Но это необязательно должны быть какие‑то 100-процентные скидки. Ладно. Договорились.

Пожалуйста.

Вопрос: Меня как студентку физико-технического факультета интересует такая проблема.

Специальности, связанные с информационными технологиями, требуют постоянной модернизации и приобретения нового программного обеспечения, оборудования в лаборатории. И факультеты зачастую просто не могут позволить себе такую покупку. Существуют ли какие‑то государственные программы финансовой поддержки университетов и физико-технических факультетов в частности? Спасибо.

Д.Медведев: Программа существует, Вы знаете об этом, наверное, тоже. На самом деле существует программа поддержки и университетов, и отдельных специальностей, и даже отдельных студентов и аспирантов. Применительно к университетам есть государственные программы по переоснащению. Я не знаю, удалось ли вам пока попасть в эту программу или нет.

Реплика: Пока нет.

Д.Медведев: Пока нет, но, в общем, дело наживное, что называется, надо просто активней себя проявлять, предъявлять, подавать заявки, потому что у нас очень большое количество университетов прошло через такие программы за последние пять лет. Мы смогли переоснастить их новым лабораторным оборудованием, прежде всего специальности естественного цикла, точные науки, то есть те, где лабораторное оборудование, где современная техника имеет преимущественное значение, потому что для гуманитариев там, может быть, не так много нужно всего, я думаю, чтобы стол, стул был, собственно, доска там и хороший преподаватель, а вам, конечно, нужно иметь другую базу. Вот поэтому много университетов уже по этой программе прошло, и, естественно, мы и дальше будем отбирать лучшие университеты, но для этого нужно себя проявлять определённым образом.

Второй вариант, это, конечно, поддержка отдельных специальностей, которые являются остродефицитными, там тоже есть программы по переоснащению лабораторного фонда. И конечно, когда речь уже идёт о выдающихся студентах – по ним есть программа грантов, кстати, и президентских грантов, и правительственных грантов.

Вот совсем недавно я подписал Указ о введении президентских стипендий, так что я вам всем желаю участвовать в соискании на эти стипендии. Они, конечно, не фантастического размера, но это всё‑таки приличная добавка к тому, что у вас есть, больше, чем обычная стипендия. У вас, кстати, какая стипендия? 1400. Ну, как по стране в целом. Президентская, соответственно, в два раза больше, поэтому рекомендую вам тоже поучаствовать в этих программах, попробовать себя.

И, наконец, может быть, самое последнее, что не является последним по значению, очень важно, чтобы у вас у всех были представления о том, где вы будете работать, чем раньше – тем лучше. И в этом плане отношения с работодателями тоже очень-очень важны. Я считаю, что работодатели тоже могут вносить свой вклад. Помогают или нет вашему факультету?

Реплика: Помогают.

Некоторые наши выпускники востребованы уже сейчас, звонят из многих организаций, приглашают на работу.

Д.Медведев: На работу приглашают, это, конечно, молодцы. Новое программное обеспечение покупают и новые компьютеры?

Реплика: Конечно, периодически что‑то подкидывают, не так, как хотелось бы, но всё‑таки что‑то.

Д.Медведев: Мне кажется, создание ещё и такого своего пула спонсоров для каждого университета – это нормальное дело, так во всём мире, кстати, всё устроено. Фонды различные создаются при университетах, которые обычно комплектуются бывшими выпускниками, достигшими каких‑то успехов, и они периодически туда деньги подкидывают. Мне кажется, это абсолютно нормальный путь для вашего университета, для любых университетов, потому что человек, который закончил свой университет, в общем должен о нём помнить, должен как‑то к нему всё‑таки по‑особенному относиться.

В.Андросов: У меня такой вопрос, сейчас в нашей стране работают программы доступного жилья для молодых семей и молодых специалистов непосредственно. Хотелось бы узнать, дальнейшая финансовая господдержка из госбюжета будет проводиться по этим программам? И возможно ли какое‑то развитие этих программ? Потому что я лично знаю, что для молодых специалистов эта программа работает только в том случае, если специалист уезжает в сельскую местность. А именно в городе, чтобы специалисты в городе могли как‑то приобрести себе жильё? Спасибо.

Д.Медведев: Конечно, мы эти программы продолжим и по сельской местности, есть и региональные программы. Они где‑то больше, где‑то меньше, но в целом по регионам всё равно тоже жильё молодым специалистам выделяется, субсидируется кредитная ставка по ипотеке и субсидируется первоначальный взнос.

Ребята, но вы взрослые уже люди, вы должны понимать: халявы никогда не будет. Здесь всё просто. Молодой специалист – это человек, который должен доказать, что он состоялся, а не просто требовать от государства: «Ну‑ка дай‑ка мне квартиру, потому что я получил университетское образование». Такого даже в советские времена не было, хотя тогда система распределения была как‑то иначе построена. И сейчас не будет такого.

Но если вы – успешный специалист, если вы, пардон, кому‑то нужны, значит, при устройстве на работу это абсолютно правильное требование сказать: «Знаешь, работодатель, я понимаю, что ты мне на следующий год квартиру не дашь. Но я должен понимать и перспективу: что будет со мной, с моей семьёй через пять лет, потому что я буду на тебя трудиться, буду свои силы, знания прилагать, а перспективы квартиру получить? Я должен это понимать». Это первое.

И второе, что должно быть у любого молодого специалиста, это равный доступ к различным инструментам, позволяющим эту задачу решать; собственно, то, что есть и у других стран. Что я имею в виду? Если это ипотека, то она должна быть более или менее доступной, чтобы была нормальная ипотечная ставка: не 15 процентов, по которой никто ипотеку никогда брать не будет, хотя бы там процентов 6–7, или специальная дотация из бюджета, чтобы ту ставку, по которой квартиру дают, можно было бы уменьшить за счёт бюджетных средств. Вот это и есть способ решения жилищной проблемы.

И, наконец, последнее, по поводу села. Вы же понимаете, почему мы это делаем, потому что в городе, конечно, много проблем, на село не особо кто едет, потому что в городе хоть и сложно, и квартиры дороже стоят, но город есть город, есть масса возможностей, в том числе по приложению собственных сил. А село – это более сложная жизнь, поэтому там мы действительно сконцентрировали деньги, и у нас есть программа социального развития села, по которой к настоящему моменту, если правильно помню, около 350 тысяч молодых семей уже получили квартиры. Это кто? Это молодые специалисты, учителя, врачи, агрономы, естественно, вот такие категории. Но здесь, мне кажется, завидовать нечему, потому что если ты для себя это выбрал, то должен сознательно на это пойти и понимать, что ты в чём‑то уменьшил свои возможности. Уж не знаю, не разочаровал ли я вас, но тем не менее надо понимать, ещё раз подчёркиваю, – всё в ваших руках.

А.Селютин: У меня такой вопрос. Сейчас существует огромная разница между престижем экономических и юридических специальностей и технических и естественно-научных. Технические и естественно-научные много менее престижны, но у России в техническом плане ещё просто огромный путь для развития есть. И вот как‑то непонятно, почему такой разрыв? Что‑нибудь планируется делать и вообще что делается для того, чтобы этот разрыв уменьшить? Спасибо.

Д.Медведев: Ребята, я заканчивал университет, точнее, скажем так, поступал в университет уже довольно давно – это был 1982 год – на юридический факультет. Наверное, вы знаете, что я юрист по образованию. Когда я поступал, многие люди не понимали: кто такие юристы и зачем я туда иду, чем занимаются юристы, что хорошего в этой специальности, а уж тем более какие деньги я буду получать. Если человек получает инженерное образование – понятно, есть возможность пойти или в КБ, или в НИИ, или на завод и сразу получать какие‑то нормальные деньги – по тем временам, естественно. А юрист, кто это такой? Неясно.

Прошло довольно много лет, ситуация изменилась. Почему я вам этот пример привожу? Потому что в нашей жизни всё меняется. Я уверен, что через какое‑то время выровняется интерес и к инженерным, и к техническим специальностям, по отношению к юристам и экономистам. И не потому, что так будет решено государством, а потому, что экономика всё расставит по своим местам.

Когда я учился, юристов в Петербурге – а это пятимиллионный город – готовили на одном факультете. И они все были востребованы. Сейчас юристов готовят везде. И они зачастую никому на фиг не нужны, как и экономисты. Поэтому Вы не жалейте о том, что учитесь на техническом факультете, потому что Вы на самом деле будете специалистами в таких сферах, где требуются, во‑первых, очень острый ум и глубокие знания. Я не к тому, что гуманитарные знания хуже, но я просто к тому, что в любом случае эти знания будут востребованы, если экономика у нас будет развиваться. Потому что за счёт собственно гуманитарных специальностей невозможно развивать инновационную экономику, проводить модернизацию нашей страны. Я уверен, что всё будет в этом плане нормально, но на это потребуется какое‑то время. У нас в 90-е годы вообще промышленность не развивалась никак, из‑за этого такие провалы произошли, да и в прошедшем десятилетии всё очень непросто ещё было.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, как Вам наш Алтайский край в целом?

Д.Медведев: Не скрою, мне у вас очень нравится, я неоднократно бывал. Нравится почему? Потому что у вас очень красиво, и вот такое настоящее русское раздолье, что называется. С одной стороны, вроде бы Сибирь, а с другой стороны, температура воздуха и вообще климат очень такой интересный: летом жарко, у вас сельскохозяйственные культуры хорошо растут; зимой – морозы. И есть очень много красивых мест, куда просто приятно приехать.

Я считаю, что у вашего края, кстати, колоссальный туристический потенциал, который ещё, может быть, пока не оценён до конца. Для этого нужно новые гостиницы строить, санатории. Но приезжали и будут приезжать даже люди из очень далёких мест. Есть, конечно, особые, знаковые места, те же самые шукшинские места. Я тоже считаю, что это хорошая тема, объединяющая в нашей стране, потому что не знаю, каковы у вас отношения к вашему земляку, мне кажется, что это «народный бриллиант», который был у нас в стране. Вы читаете книги своего земляка?

Реплика: Да, бывает.

Д.Медведев: Бывает. Нравится?

Реплика: Да.

Д.Медведев: Ну у него очень интересный язык. И фильмы, конечно, он ставил очень интересные. Поэтому всё это вместе и создает свою изюминку Алтайского края. Я уверен, что будет большое количество людей, желающих у вас побывать.

Л.Бахтинова: Вы нас спрашивали: чем мы в свободное время от учёбы занимаемся. А как Вы его проводите? Нам ведь тоже интересно.

Д.Медведев: Лидия, у меня не так много свободного времени, к сожалению. Раньше его больше было. Как я его провожу? На самом деле, в основном, если говорить предельно откровенно, я просто стараюсь спортом заниматься, потому что в течение недели я обычно где‑то езжу, мероприятия проходят. А, допустим, в выходной, в воскресенье, есть возможность немножко позаниматься спортом.

Л.Бахтинова: А какими видами спорта?

Д.Медведев: Какими? Общефизическими видами спорта занимаюсь: я плаваю каждый день. Благо для этого возможность всё‑таки у Президента есть. Плаваю. Какие‑то всякие снаряды использую для общефизической подготовки, в бадминтон играю, не каждый день, но иногда, мне это нравится. На велосипеде катаюсь. В последнее время почти каждый день, тоже очень хорошо. Зимой стал периодически кататься на горных лыжах. Катается кто‑нибудь, нет? Не пробовали?

Реплика: Пробовали. У нас есть горнолыжные курорты.

Д.Медведев: Да-да. Это на самом деле тоже очень хороший спорт. Рекомендую вам попробовать. Ну вот: спортом занимаюсь, книжки читаю, иногда фильмы смотрю, но могу вам по‑честному сказать, на это очень мало времени остаётся, такова специфика работы, зато работа интересная.