«Теплоход «Дионисий» (2004), «Семь упражнений» (2004), «Праздничный сон» (2005), «Марш» (2005), «Перебои сердца» (2009)

Ольга Чернышева

«Теплоход «Дионисий»

Страница 1 / 1

Ольга Чернышева российская художница, дважды участница Венецианской Биеннале (2001, 2015), работает в разных медиа: видео, фото, аудио, создает графику, живопись. В рамках «Цифрового обмена» ГМИИ им. А.С.Пушкина показывает произведения, которые раскрывают ее главный метод — наблюдение за жизнью человека, лишенное оценки, за моментами его художественного поведения, эстетикой происшествий, в которые он оказывается вовлеченным. Свою работу Ольга Чернышева называет «социальной геометрией», выделяя в качестве программных визуальные, орнаментальные свойства документального видео.

Самая длинна работа показа — «Теплоход «Дионисий» (2004) показывает мир, который спустя более, чем 15 лет после создания, вызывает у зрителя ностальгию. Одновременно это фиксация вечного, непереходящего режима праздника. «Семь упражнений» (2004) — это простые эскизы действительности. Ее герои, вставая на коньки или перебегая через дорогу, погружены в свои мысли, действуют интуитивно, но оказываются застигнутыми врасплох объективом камеры, который перемещает их в центр художественной композиции.

«Праздничный сон» (2005) рассекает действительность на прошлое и настоящее, вымышленное и реальное. Обаяние этого видео-романа заключается установлении связей между героями, одушевление времени и незначительных сюжетов в общей интуитивно постигаемой поэтике мира. Следующая работа «Марш» (2005) также выстраивается на контрасте и раскрытии невидимых диалогов. Ее герои существуют в двух разных мирах, встречаясь в неожиданных социальных условиях, они с интересом изучают друг друга.

И последняя работа программы — «Перебои сердца» (2009). В ней Ольга Чернышева интерпретирует произведение «Анкор, еще анкор!» художника Павла Андреевича Федотова. Видео-повествование расширяет сюжет картины, показывая скрытые стороны монотонного занятия персонажа Федотова. Пудель отвлекается, между ним и героиней разворачивается коммуникация, которая сбивает ритм прыжков. Игра не однообразна, в ней зритель начинает замечать богатство документальных деталей повседневности, которые подчеркивают ощущение одиночества героини. Вместо заснеженного пейзажа за окном, художница помещает на задний план телевизор, передающий помехи — чистый и бесконечный фон медитативной изоляции.