Владимир Сорокин: «Это замечательно и очень обновляет кровь»

Я обратил внимание на то, что картины, посвященные разным героям, отличаются по манере. Совсем как в некоторых ваших книгах, где разные стили даются встык.

В этом и заключен главный принцип выставки: все картины, в ней участвующие, намеренно написаны в разных стилях — классицизм, суровый реализм, экспрессионизм, кубизм и так далее, вплоть до последней картины с тремя палитрами, при помощи которых писался весь цикл. Конечно, это нарратив, выраженный средствами живописи.

Знаю вас как человека, для которого нет неважных деталей, поэтому спрошу: как вы выбирали галерею? Почему именно Таллин, Эстония? Как вообще возник этот выставочный проект?

Все произошло как бы случайно, но это только на первый взгляд. После возвращения к холсту и краскам мне понадобилось три года, чтобы по-настоящему вернуться в профессию. Как сказал Боря Михайлов на первом домашнем показе первой картины: «Надо тебе расписаться». И я расписывался эти три года. Сейчас чувствую себя «в норме», то есть на холсте делаю то, что хочу, а не то, что выходит само по себе. В таких случаях художник говорит: «О, отлично! Кисти сами направили». Это ложное чувство, как мне кажется.

Так вот, в Гамбурге я познакомился с Рене Кирспуу, галеристом из Таллина. У него прекрасная галерея в Старом городе. Кирспуу увидел мои работы и предложил сделать персональную выставку у него. До этого я участвовал в ряде коллективных выставок в Венеции и Берлине. Я придумал концепцию, ему она понравилась. Все произошло вовремя.

У вас громадный опыт работы в самых разных видах искусства: литература во всех жанрах, музыкальный (опера) и драматический театр, кино, пластические искусства, участвовали в перформансе. Какой носитель точнее всего выражает зерно ваших замыслов? Или каждый из них нужен для выполнения конкретной задачи и вам нравится их чередовать?

Как кожу менять. Да, это важно. Это обновляет креативный аппарат, уничтожает в нем ржавчину и плесень. Но важнее, чтобы этот новый опыт был внутренне необходим.

Когда в 1995 году Саша Зельдович предложил мне написать киносценарий, чего я раньше никогда не делал, это вызвало закипание крови, открылись новые горизонты.