Мать на все времена

В конце августа в главном миланском выставочном зале — палаццо Реале, что напротив Дуомо, открывается выставка Великая мать, где покажут более сотни работ художников ХХ—XXI веков. Куратор экспозиции Массимилиано Джони (в 2013-м он курировал основной проект Венецианской биеннале) посвятил ее исследованию образа матери в современном искусстве. Впрочем, за точку отсчета он взял образ доисторической богини-матери, в котором выразились представления древних о земном плодородии, женской фертильности и творческом начале. Выбор вовсе не кажется неожиданным, если учесть, что выставка входит в культурную программу Экспо, посвященной в этом году продовольствию и питанию. Для Джони образ богини-матери ключевой, поскольку до сих пор не потерял своей культурной и иконографической значимости. Он выбрал для выставки фотографии Кэтрин Оупи, которая снимает себя в роли палеолитической Венеры. Пышные формы, тяжелая грудь Оупи, кормящей ребенка, превращают ее из конкретной современной женщины во вневременной символ материнства. Только на смену глине, из которой обычно лепили пышнотелых богинь-матерей, пришла фотография. Эта выставка вовсе не является демонстрацией «женского искусства» — для Джони в этом проекте важно показать, что влияние и власть женщины как матери намного шире гендерных границ. Например, Павел Альтхамер изобразил себя в виде эмбриона с лицом взрослого мужчины. Для него связь с матерью — нечто, что уравнивает всех людей, вне зависимости от возраста и взглядов. Рядом с матерью каждый — ребенок в ее утробе. Рагнар Кьяртанссон каждые пять лет начиная с 2000 года записывает видео с участием своей мамы, где она плюет ему в лицо. Возмутительный и оскорбительный для незнакомых между собой людей поступок для матери и сына становится проявлением близости, невозможной с другими.

Джони интересуют и художники, для которых образ материнства выходит за рамки биологической связи, обретая новые значения в социальном и политическом пространстве. Развитием темы богини-матери становится осмысление борьбы женщин за гражданские права в ХХ веке. Для многих полем этой борьбы становилось искусство, а ее результатом — рождение новых импульсов общественного развития. Красноречивый пример — история европейского футуризма. В первом своем манифесте Маринетти взывает: «Долой женщин!» — и вскоре получает ответ от Валентины де Сен-Пуант, которая пишет собственный Манифест женщины-футуриста. Она призывает к полному равноправию и полноценному сотрудничеству между мужчиной и женщиной как единственному верному пути развития человечества. Ее воззвание не утратило актуальности, и Джони по-своему воплощает его в экспозиции. По крайней мере число работ художников женщин и мужчин (среди которых Сальвадор Дали, Ман Рэй, Мерет Оппенгейм, Луиз Буржуа и многие другие) в ней почти одинаково.