«Почему я еще не самый дорогой?» Денис Белькевич отвечает художникам. Пример 5. Дмитрий Шорин

Что делать начинающему художнику, чтобы его стоимость неуклонно росла? Как мэтру российского рынка войти в круг лидеров продаж не только в нетрезвой компании на вечеринках Miami Art Basel? Что понимать под стоимостью искусства и как она устанавливается? Еженедельно мы будем брать для разбора российских художников, как признанных, так и молодых, и стараться понять причины их текущего положения на рынке.

Сразу определим правила игры. Мы просветим карьеру художника на предмет составляющих его рыночной стоимости: ступень развития карьеры, наличие работ в значимых частных коллекциях и публичных музеях, информационная активность (наличие интернет-сайта, блогов и внимания СМИ), количество и периодичность выставок, участие в конкурсах, резиденциях и грантовых программах. Но в первую очередь мы будем судить о художнике по результатам аукционных продаж как единственном публичном источнике цен.

Санкт-Петербург живет в удивительном отрыве от реалий российского художественного мира. Художники Северной столицы могут в течение 20 лет не помнить о местонахождении своих работ, но, как только те будут экспонированы за чужой счет, — с пеной у рта доказывать право собственности. Только в Санкт-Петербург могут сначала пригласить одну из крупнейших мировых ярмарок, а затем дружно искать негативные стороны в ее проведении.

История с возможным приходом в Санкт-Петербург в 2015 году Foire Internationale d’Art Contemporain, или просто FIAC, ведущей французской ярмарки современного искусства, очень показательна. Несомненно, что с проведением FIAC в России наши художники получат очередной инструмент международной засветки. В первую очередь художники из Санкт-Петербурга, поскольку смогут все дни ярмарки находиться в гуще событий неподалеку от стенда и посещать не менее связеобразующие афтепати. Очевидно и то, что кому-то из местных художников предстоит стать публичным лицом ярмарки от России, представляя событие в СМИ. Сегодняшний материал мы посвящаем одному из самых информационно активных ньюсмейкеров последних месяцев, попавшему на обложку февральского номера The Art Newspaper Russia, художнику, чьи работы первыми увидят международные гости Санкт-Петербурга — едва приземлившись в аэропорту «Пулково».

Дмитрий Шорин, один из немногих российских художников, сумевших дважды продать один и тот же проект под разными названиями. Родился в 1971 году в Новосибирске, учился в Педагогическом институте им. Горького (Омск, художественно-графический факультет), в Академии бытового обслуживания (Омск и Санкт-Петербург, специальность «художник — проектировщик костюма»). Член Товарищества художников «Свободная культура» (Санкт-Петербург), Международной федерации художников ЮНЕСКО. Работает преимущественно как живописец, также создает скульптурные проекты. Участвует в групповых выставках с 1994 года, в период с 1996 по 2013 год провел 12 персональных выставок в России и одну в Германии. Участник параллельной программы 55-й Венецианской биеннале в 2013 году. Работы находятся в музеях и частных собраниях Германии, России, США и Франции. Имеет официальный интернет-сайт dimashorin.com и активно присутствует в социальных сетях. Живет и работает в Санкт-Петербурге.

На 20 февраля 2014 года был представлен 6 работами на 5 аукционах, из них:

5 международных домов,
0 российских домов.

Аукционную историю Дмитрий Шорин начал дуплетом: на лондонский Sotheby’s в марте 2008 года были выведены сразу две работы. Холст «Седьмое небо» (2007) шел первым из двух лотов и был реализован за £7,5 тыс. при эстимейте £6–8 тыс. Необходимо отметить, что годом ранее картина выставлялась в Москве в Fine Art Gallery и на момент публичных торгов готовилась к участию в персональной выставке художника в Русском музее. Стало быть, и продавец и покупатель понимали, что она должна вернуться в Россию. Был ли это один и тот же человек, недоказуемо. Второй лот, портрет Романа Абрамовича с незатейливым названием «Роман» (2004), имел более высокую оценочную стоимость, £10–15 тыс., и покупателя не нашел. Видимо, эта вещь планировалась к принятию британского подданства, но Лондону показалось, что одного Абрамовича ему достаточно.

В 2009 году на Phillips de Pury в Нью-Йорке была выведена картина Warning (1998). Торги прошли неудачно: полотно не нашло владельца, имея оценочную стоимость $6–8 тыс. В том же сезоне аукционный дом из Коннектикута Trinity, специализирующийся на работе с русскими эмигрантами окрестных штатов, выставил на публичные торги холст «Плюшевый медвежонок» (2004) (в каталоге русское название давалось одновременно с привычным американскому уху Teddy Bear). Эстимейт составил $4–8 тыс., данные о провенансе и совершенной продаже не раскрываются.