Зельфира Трегулова: «Сейчас в музее нам нужны более сильные эмоции и впечатления»

Притом что все, что вокруг, и здание на Кадашевской, и здание на Крымском Валу могут быть изменены до неузнаваемости.

Вы назвали Томаса Кренcа, великого музейщика. Он прославился не только тем, что распространил филиалы Музея Гуггенхайма по всему миру, но и, если сильно огрублять, привнес в них момент развлечения, провозгласив, что музей — это не только храм, но и еще такое место, где можно культурно развлечься. Куда, на ваш взгляд, дрейфуют музеи сейчас? В сторону культурно-развлекательного комплекса или в сторону образовательного центра? Какая должна быть пропорция, как это вообще все должно происходить в идеале?

И то и другое, и ни то ни другое. На самом деле Томас Кренc, помимо MBA, получивший искусствоведческое образование в Университете Кларка, очень хорошо знает историю искусства. И он нарушил еще одно табу. Считалось, если ты музей современного искусства, а Гуггенхайм возникал именно так, то будь добр, показывай только XX век. А он решил, что если мы можем лучше, чем другие, специализирующиеся в этом направлении институции, сделать выставку про Африку и про Китай, или про Бразилию, или про Россию, то давайте мы это сделаем.

Да, вы же участвовали во многих проектах Гуггенхайма. Были одним из кураторов выставки «Россия!» в 2005 году в Нью-Йорке, которая охватывала всю историю русского искусства.

А также я была куратором выставки «Амазонки авангарда». Семьдесят картин русских женщин-художниц в четырех филиалах Музея Гуггенхайма собрали 926 тыс. зрителей. И это было 20 лет назад, задолго до всех этих сегодняшних разговоров о феминизме.