Кураторы Уральской индустриальной биеннале: «Мы хотели создать новую модель»

Как долго вы знакомы друг с другом? Расскажите о вашей совместной работе на биеннале.

А.Й.: Я принадлежу к старой школе, которая понимает курирование как индивидуальный подход, так что без подсказок Чалы мне было бы сложно существовать в коллективе. У нее есть дар объединять и связывать людей. Ее очень интересует художественное производство. Наш совместный проект — это взаимодействие архитектуры, драматургии и кураторства. Например, я уделяю слишком много значения концепции и содержанию или теряюсь в литературе и прочих контекстах, у Ассафа есть дар чувствовать пространственные отношения и новые формы материальности, и никому не удается лучше Чалы вести глубокие беседы с художниками. Ее интуиция в искусстве уникальна. Мы дополняем друг друга, учимся друг у друга, вместе улучшили нашу практику создания выставок. У нас случилось естественное разделение труда. Мы стали единым телом, которое создает связи с художниками и другими участниками процесса и растет все больше. Разговоры не кончаются. Хорошие выставки создают новое знание, и я думаю, что наша также принесет много новых вещей.

Как случилось, что государственные учреждения — завод, почта или цирк, которые не имеют цели поддерживать современное искусство, согласились стать частью вашего замысла?

М.А.Й.: Если предложить хороший проект, люди его поддержат. Более того, жители

Екатеринбурга и его разные субкультуры хотят проявить себя, и им нужно для этого место. В случае с главпочтамтом, цирком или бывшим кинотеатром «Салют» не было сомнений или отказов, напротив, они были очень заинтересованы в сотрудничестве. Если честно, многие площадки сами предлагали сотрудничество. В результате этот выпуск биеннале стал самым масштабным на карте и соединил город, отвергнув формулу выставки-блокбастера или единой выставки, которая каталогизирует наши концепции.

Что было самым сложным в работе на биеннале?

А.К.: Когда началась работа, были очень серьезные ограничения на передвижение. Мы хотели привезти художников гораздо раньше, чем сделали это в результате. В целом расстраивало состояние неопределенности и что сроки постоянно сдвигаются. Никто не был уверен, что художникам удастся приехать в Россию.

Вокруг отказа художницы Алисы Горшениной участвовать в Уральской биеннале по этическим причинам (жестокое обращение с животными) из-за размещения части проекта в цирке разразился скандал. Как вы на это отреагировали?

М.А.Й.: Мы не приглашали Алису участвовать в основном проекте и никогда не говорили с ней на тему животных. Ее приглашали участвовать в арт-резиденции в другом городе; биеннале — это огромная сложная структура, которая состоит из основного проекта, публичной программы, резиденций и специальных проектов. Наша коммуникация очень прозрачна. Мы попросили активистов дать нам немного времени, чтобы завершить подготовку выставки, и поговорить с нами после открытия. Если бы им действительно было до нас дело, они бы проявили терпение. Я понимаю политическую подоплеку, цирк — это горячая тема, люди хотят использовать ее для собственных целей. Биеннале стали социальными площадками для истеблишмента, но мы знаем, что курирование требует устойчивости, терпения и вовлеченности, и втроем старались показать свои лучшие результаты на Урале, и, мне кажется, нам удалось выработать особенные связи с этим пространством.

В чем было различие между ожиданием и реальностью?

А.К.: Мы абсолютно точно ожидали, что это будет вызов.

М.А.Й.: Говорю за себя, я научился ничего не ждать. После открытия выставка доступна всем, и нам стоит проявить терпение, чтобы узнать, как ее принимают публика и критики… Выставки говорят сами за себя, особенно когда там есть противоречивые позиции и критические формы искусства.

6-я Уральская индустриальная биеннале современного искусства
Различные площадки Екатеринбурга и других городов
До 5 декабря