После Леонардо. В Лондоне начинается неделя аукционов искусства старых мастеров

Немыслимая сумма в $450,3 млн, за которую «Спаситель мира» Леонардо был продан на нью-йоркских торгах современного искусства, говорит не столько о рынке ренессансного мастера, сколько о той легкости, с которой сверхбогатые люди могут потратить колоссальное количество денег на трофей. Вроде бы повод для радости, но у многих эта новость вызвала раздражение и даже возмущение. По праву традиции это произведение должно было быть выставлено на лондонских торгах старых мастеров в этом месяце. Но вместо этого его выделили из общего ряда, а затем эффектно разрекламировали как «самого последнего да Винчи», в том числе при помощи ролика в духе Билла Виолы, в котором паломники со слезами на глазах восхищенно смотрят на полотно под мелодию Макса Рихтера «О природе дневного света» (ставшую знаменитой благодаря фильму «Остров проклятых» с Леонардо Ди Каприо, который также любезно заглянул на предаукционную выставку). Сопредседатель отдела послевоенного и современного искусства в нью-йоркском Christie’s Лоик Гузер пришел на хеллоуинскую вечеринку Венди Мердок в костюме Спасителя мира. Но даже эта фривольная интерпретация образа не повредила конечной цене.

В эмоциональном плане это, пожалуй, был перегиб, но, черт возьми, этот прием сработал (конечно, лот был обеспечен гарантией приблизительно в $100 млн, но в том, что он будет продан, так или иначе не было никаких сомнений). Что же это: пример гениального маркетинга старых мастеров или абсолютная аномалия? Гарри Смит из предоставляющей консультационные услуги в сфере искусства фирмы Gurr Johns считает, что это исключительный случай: «Его реклама строилась скорее на принципе привлекательности бренда, чем на знаточестве, и была направлена скорее на охотников за трофеями, чем на традиционных коллекционеров». С ним соглашается сооснователь лондонской галереи Lullo Pampoulides Андреас Пампулидес: «Какая-то часть меня радуется тому, что картина старого мастера ценится на рынке больше, чем, скажем, Баскиа или Уорхола. Но в то же время другая часть меня чувствует, что это непристойная демонстрация неприкрытого потребительства».