Юко Хасегава: «Искусство не может изменить мир. Искусство может только повлиять на разум людей»

Что для вас важно в художниках, которых вы выберете для этой биеннале? Какие у вас были критерии?

Здесь очень важен вопрос, зачем нам нужно искусство и что оно делает для людей. Искусство не может изменить мир. Искусство может только повлиять на разум людей, как на психологическом уровне, так и на уровне эстетики, и иногда на уровне восприятия — и это очень важно. Искусство может подтолкнуть людей к созданию нового знания. Любой человек, производящий что-либо, не обязательно именно художник, должен думать о том, чтобы побуждать людей размышлять, чтобы вдохновлять их, — вот мой главный критерий. Техники, в которых работает художник, могут быть как очень традиционными, так и невероятно современными — это совершенно не важно. Самое важное для меня — отношение. Этот новый диалог между лесом и облаком можно вместить в любой проект, и искусство — наша платформа, позволяющая показать, что мы можем сделать. Это прекрасная тема, и я надеюсь, что смогу воплотить все, что задумала, именно в Москве, потому что Москва — одновременно и плавильный котел культур, и в то же время воплощение центростремительной силы, и, с моей точки зрения, так будет еще как минимум ближайшие 50 лет.

Последняя Mосковская биеннале проходила в формате дискуссий, лекций и встреч. Вы воспользуетесь как-то этим опытом или на этот раз будет просто традиционная большая выставка?

Должна сказать, будет и то и другое. Манеж — прекрасное место, и расположен он отлично. Это очень удобная площадка, куда могут прийти все, даже случайные туристы. Я стараюсь сфокусироваться именно на местонахождении и других достоинствах этого здания. Мне бы хотелось, чтобы биеннале посетила не только привычная аудитория музеев современного искусства, я хочу пригласить более широкую публику. Структура биеннале позволит посетителям почувствовать себя вовлеченными. Будет достаточно много пространственных инсталляций, и в то же время мы покажем архивные вещи. Я хочу включить все и сразу: физическое влияние и интеллектуальное. Таков мой выставочный язык. Также я хочу включить несколько перформансов и ряд лекций. Я пока не знаю, где это будет происходить, но уже представляю себе, кого из экспертов и ученых хотела бы пригласить: это люди как из России, так и из-за рубежа. Хотелось бы устроить дискуссию об экологии, о межкультурных отношениях и их связи с экологией. Это большая тема нашей биеннале, и все этой темой очень заинтересованы.

С кем бы вы хотели работать больше — с молодыми художниками или же с представителями старшего поколения? Вам больше интересны звезды или новые имена?

Привлечь меня могут как звезды, так и новые имена, если интересен их замысел и сами работы. И если все это вписывается в мою концепцию. У биеннале есть тема, и мне необходимо встраивать все работы в выставку, это крайне важно. Если художник сам по себе прекрасен, но его работы при этом не подходят моей концепции — мне придется отказаться от сотрудничества. Важно, как художник интерпретирует готовую концепцию, и также важно, как художник может заново интерпретировать уже существующие работы. Это всегда диалог.

Почему для отбора художников вы выбрали именно формат open call?

Это важно для моей концепции. Любому художнику необходимо подать заявку с проектом работы, которая интерпретирует концепцию биеннале. Я в ней говорю о новом диалоге, о новой коммуникации, происходящей в облачном пространстве. Она никогда не бывает односторонней, и я стараюсь избегать такого взгляда. Мне крайне необходима взаимность, обоюдность и коммуникация. Я хочу получать заявки желающих принять участие: это в любом случае дает им возможность донести до меня свою идею, которую я не смогла бы получить, если бы искала художников через галереи, кураторов и критиков. Это невидимые богатства, это то самое облако. Прием заявок был организован через Интернет, так что это была моя прогулка и мой поиск в лесу — еще одна метафора.

Вы работаете здесь с российскими кураторами? Если да, можете их назвать?

Да, это имеет большое значение. Есть Экспертный совет, в него входят представители важных музейных институций и другие профессионалы, они дают мне рекомендации по моей концепции, и я могу задать им дополнительные вопросы. Они помогают мне, и это здорово. Если бы я обращалась к кому-то одному, взгляды этого человека оказывали бы слишком большое влияние на меня. Я стараюсь избегать такой ситуации. Также я благодарна Юлии Музыкантской и команде биеннале: они очень демократичны и имеют хорошую систему коммуникации, которая дает доступ к необходимым мне материалам.