Больше да лучше: как Art Basel ответил на кризис

В воскресенье 19 июня в Базеле завершилась 47-я ярмарка Art Basel, которая каждый год собирает в Швейцарии профессионалов в области искусства XX века со всего мира. В этом году было традиционно много «голубых фишек» и произведений музейного уровня, а также видео, перформанса и фотографии, и еще меньше, чем обычно, молодого искусства.

На стендах 286 галерей-участниц Art Basel было представлено около 4 тыс. художников, а выставочная часть ярмарки с говорящим названием Unlimited, где галереи показывают гигантские произведения, выходящие за рамки стенда, разрослась до размеров ангара, включив в себя рекордное число таких работ — 88. Грандиозность события характеризует число посетителей — 95 тыс. человек за шесть дней. Несмотря на то что аукционы демонстрируют некоторый спад в сфере цен на современное искусство, а снять даже скромный уголок на ярмарке стоит как минимум €11 тыс., не говоря о сопутствующих тратах (большой стенд обойдется в €50 тыс.), по-прежнему не было отбоя от желающих поучаствовать в крупнейшем мировом базаре, где музеи и коллекционеры тратят миллионы на пополнение своих коллекций.

В первые несколько дней работы ярмарка традиционно открыта только для прессы и обладателей ВИП-карт. Говорят, что в этом году многие коллекционеры жаловались на сложности в получении карты, тем не менее на открытие Unlimited в первый день превью я пыталась прорваться вместе с как минимум несколькими тысячами человек. По замыслу бессменного куратора Джанни Джетцера, экспозиция Unlimited отразила эклектичный характер современной художественной сцены, где перформанс и видео соседствуют на равных с живописью и скульптурой. Выставки такого масштаба можно обыкновенно увидеть только в музее, да и то не каждый музей позволит себе собрать столько разных и великих авторов в одном помещении, так что Unlimited — уникальное событие.

На входе гостей впервые в истории ярмарки просили сдавать крупные сумки и рюкзаки в гардероб и просвечивали даже самые маленькие сумочки и клатчи. Утешиться после утомительной очереди и усиленных мер безопасности можно было шампанским, которое через пару часов после начала наливали уже по-простому в бокалы для сока и чуть ли не в кофейные чашки.

Обойти всю экспозицию Unlimited за раз оказалось невозможно. Первой бросалась в глаза новая инсталляция японской художницы Тихару Сиоты, которая стала любимицей публики после Венецианской биеннале 2015-го и здесь тоже приковала к себе внимание. Десятки свисающих на красных нитях чемоданов напоминали о том, что путешествие может ждать нас в любой момент, и, хотя концепция серьезно уступала исполнению, Сиота вновь стала звездой Instagram. Немецкий фотограф Вольфганг Тильманс посвятил свою инсталляцию маленьким сообществам, среди которых оказались и российские геи, а французский художник Кадер Аттиа выставил на стеллажах журналы конца XIX и начала XX века, в которых чернокожие мужчины изображаются как насильники и убийцы. По мнению автора, современный страх перед беженцами с Востока и мигрантами есть не что иное, как новое издание колониальных комплексов. Китайский диссидент Ай Вэйвэй выставил настоящий каркас аристократического дома династии Цин (XVII–XIX век), покрашенный белой краской, как стены модного лофта, и напоминающий посетителям о бренности земного богатства. Этой теме вторила работа бельгийского художника Ханса Оп де Бека «Дом коллекционера», гипсовая модель апартаментов с книжными стеллажами, картинами и скульптурой, современный аналог помпейской виллы. Поражало обилие старых работ заслуженных художников, таких как Джозеф Кошут, Христо, Майк Келли, Сол Левит, Фрэнк Стелла и Аниш Капур. Гигантскую монохромную серо-черную инсталляцию «Стена восьми оттенков серого» из восьми рядов по четыре серые картины разных тонов показал британец Алан Чарлтон, представленный на ярмарке сразу пятью галереями. Не слишком известный художник упражняется в монохромной живописи с 1970-х годов, и эта ярмарка, несомненно, стала его бенефисом.

Наконец, в этом году на Unlimited можно было увидеть беспрецедентное число видеоработ и перформансов. Самым ярким стал проект гонконгского автора Самсона Янга «Пушка». На протяжении всех дней работы экспозиции художник стоял на специальной вышке посреди выставочного зала и с помощью звуковой пушки, используемой как для разгона демонстраций, так и для отпугивания птиц в частных усадьбах, посылал в разные части экспозиции звуки пения птиц. Эта работа стала своеобразным итогом его сотрудничества с инициативой BMW Art Journey, в рамках которой он изучал пушки и колокола в разных частях света. Художника заворожила тема трансформации одних в другие: во времена войны все колокола переливали в пушки, тогда как в мирное время от пушек избавлялись, превращая их обратно в колокола. Его работа со звуковой пушкой стала одной из самых ярких метафор на ярмарке. Заслуженная ветеранка движения Fluxus художница Алисон Ноулз повторила на выставке хеппенинг 1962 года, в рамках которого она с помощниками готовила салат и угощала им посетителей. Американец Калил Джозеф показал потрясающее видео m.A.A.d.: под одноименную песню популярного рэпера Кендрика Ламара камера следует за чернокожими жителями Калифорнии в уличных перестрелках, на вечеринках у бассейна и в других стереотипных ситуациях, создавая яркий портрет сообщества и одновременно раскрывая новые возможности современного кинематографа.

Если на Unlimited масштаб позволял отдохнуть от интенсивных зрительных впечатлений, изучая подолгу каждую работу, то в основной части ярмарки насыщенность стендов искусством почти изнуряла. На первом этаже традиционно сконцентрировались самые крупные игроки, такие как David Zwirner Gallery, Hauser&Wirth, Pace, White Cube, Mitchell-Innes & Nash, и другие интернациональные галереи первого ряда. Второй этаж заняли галереи поскромнее, многие из которых в этом году сосредоточились на фотографии. О продажах поступали самые противоречивые сведения, но общим знаменателем стало единение всех участников рынка перед финансовыми трудностями. Несмотря на кризис и тревожную атмосферу на последних аукционах современного искусства, галерея joségarcía ,mx, дебютант этого года, отчиталась о продаже работы Марио Гарсии Торреса за $35 тыс., Hauser&Wirth успешно продала шесть рисунков Луиз Буржуа, а со стенда Van de Wegne Limited ушли две картины Жан-Мишеля Баскиа за $4 млн и $5,5 млн. Все эксперты отметили, что молодых художников в этом году было еще меньше, чем обычно и немного не хватало смелых экспериментов. Галеристы в этот раз рассчитывали в первую очередь на внимание частных коллекционеров и постарались привезти 100-процентные хиты.

Нью-йоркская галерея Pace/MacGill Gallery, торгующая современной фотографией, впервые официально участвует в ярмарке Art Basel. «Мы всех здесь знаем, и все знают нас. Это так естественно для нас, ведь мы одна большая семья, один клуб», — сказал в разговоре с TANR основатель галереи Питер Макгилл. Российских художников и галеристов никто не исключал из международного клуба современного искусства, но сейчас они предпочитают приезжать в Базель как гости, а не как участники. Редкие русские имена на стендах позволяют как-то связать нашу художественную жизнь с мировыми трендами, но их здесь не более десятка, включая Василия Кандинского, Казимира Малевича, Александру Экстер. Из живых представляют Россию лишь Павел Пепперштейн (€50–60 тыс. за большую работу) да чета Кабаковых (чьи картины последних лет стоят по полмиллиона долларов) на стендах галерей из Европы и Америки.

По словам Екатерины Ираги из галереи Iragui, Россия выключена из европейского рынка по нескольким причинам, одна из которых — малоизвестность российских художников за пределами страны. Есть надежда, что эта ситуация может измениться. С учетом того, каким успехом пользуется проект Евгения Антуфьева на проходящей по соседству с Базелем биеннале Manifesta, у молодого художника есть шансы на большой коммерческий успех. Сама Екатерина планирует в следующем году впервые подать заявку на участие в Art Basel и считает, что попытка должна себя оправдать: «Русские галереи не ездят в Базель потому, что с трудом могут себе это позволить. С государственной поддержкой было бы куда легче. Но этот кризис, возможно, пойдет на пользу рынку. Время зрелищного яркого искусства осталось в прошлом — сейчас на первый план выходит искусство интеллектуальное, оно дешевле, и это именно то, чем славится Восточная Европа, и наши концептуалисты в частности». Подтверждая свои слова, Екатерина Ираги вспомнила работу французского художника Давида Балулы, «мимическая скульптура» которого открывала раздел Unlimited: на протяжении всех дней работы ярмарки профессиональные мимы сосредоточенно очерчивали руками контуры невидимых произведений искусства.