Екатерина Великая и ее художницы на фоне патриархата

И хотя Императорскую академию художеств в 1757 году учредила еще ее предшественница, императрица Елизавета Петровна, именно Екатерина II увеличила ресурсы академии и способствовала тому, чтобы эта институция стала центром художественной деятельности в России. В 1764 году, вскоре после своего восшествия на престол, Екатерина приобрела свою первую крупную коллекцию искусства — 225 произведений, лучшие из которых легли в основу Эрмитажа.

В последующих главах исследуется карьера художниц, чьи работы были заказаны или куплены в тот период русскими меценатами во главе с императрицей. Личное ее отношение к женщинам-художникам и их работе — один из важнейших аспектов, рассматриваемых в книге. Правда, характеризуя свою обширную коллекцию в переписке с бароном Фридрихом Мельхиором Гриммом, императрица писала (пусть и мимоходом): «Я не знаток, я просто жадная». Так или иначе, на подход Екатерины к коллекционированию и заказу произведений искусства с очевидностью влияли представления о статусе и престиже. И в этом отношении она не проявляла особой склонности отдавать предпочтение творчеству именно женщин. Она много читала и советовалась с опытными консультантами в области искусства, будь то Дени Дидро или русские коллекционеры Дмитрий Голицын и Николай Юсупов. По сути, ей просто хотелось «самого лучшего», о чем свидетельствует громкая и даже скандальная покупка знаменитых коллекций Пьера Кроза и Роберта Уолпола в 1770-х годах.

Тем не менее императорский двор и высший свет Санкт-Петербурга привлекали внимание как известных художниц (например, Ангелики Кауфман и Элизабет Виже-Лебрен), так и начинающих — стоит упомянуть Мари-Анн Колло, которая видела здесь шанс приобрести достойную репутацию. Исследование Блейксли представляет собой всесторонний анализ произведений, купленных или заказанных у этих и других художниц русскими меценатами. И прежде всего, разумеется, самой Екатериной, чьему выбору и вкусу обычно следовали придворные.

Так, в главе, посвященной Анне Доротее Тербуш, рассказывается о династических галереях Чесменского дворца, для которых Екатерина, родившаяся в Германии, поручила художнице и ее брату написать портреты королевской династии Гогенцоллернов — это весьма выразительный пример того самого использования искусства в политических целях. Впрочем, как отмечает Розалинд Полли Блейксли, на предпочтения широкой публики все это мало влияло.