Византолог Алексей Лидов оценивает изменение статуса Святой Софии как культурную катастрофу

Святая София не просто уникальный памятник византийского искусства и истории. Это и важный памятник толерантности, взаимоотношений византийской и османской традиций в рамках одного храма-мечети-музея. Святая София тысячу лет была главным христианским храмом и оказала огромное влияние на западноевропейскую культуру. Знаете ли вы, что аббат Сугерий, построивший в XII веке в аббатстве Сен-Дени первый готический собор, в качестве образца видел Святую Софию? Он пытался повторить уникальную драматургию света этого великого византийского храма. В 1453 году, после захвата Константинополя турками, он был превращен в мечеть и почти 500 лет просуществовал в таком качестве, пока в 1935 году, согласно декрету правительства Турции, подписанному Кемалем Ататюрком, Айя-София не стала музеем. Это был очень важный символический жест, который отражал желание первого президента Турецкой Республики превратить страну в европейское государство. То, что происходит сейчас, тоже красноречивый политический жест, который полностью меняет глобальную стратегию развития страны. Многие воспринимают это и как объявление войны христианскому миру.

Если оставить политику в стороне — что изменится для любителя искусства, туриста?

Доступ в любую мечеть существенно затруднен. Если в музей вход был открыт с утра до вечера (и то в Святую Софию стояли большие очереди), то теперь интерьер будет доступен только в промежутках между исламскими богослужениями, которые происходят пять раз в сутки. Какая-то часть интерьеров, задействованная в богослужении, будет полностью недоступна.