Музей AZ: технологии на службе у вдохновения

Одно дело — коллекция, и несколько иное — музейное здание. Этот особняк на 2-й Тверской-Ямской — как он попал в поле вашего зрения?

Н.О.: Когда решение о создании музея было принято, мы смотрели разные здания. Я люблю район Замоскворечья, Полине Ивановне он тоже нравится, и я пыталась здесь найти что-то. Но все не складывалось, хотя один особняк мы чуть было не купили (сейчас в нем открыт Центр Вознесенского). В конце концов мы поехали смотреть особняк на 2-й Тверской-Ямской. Он понравился нам прежде всего тем, что был абсолютно свободен внутри. Просто бетонные стены, и там не нужно было ничего ломать или перестраивать. Он не был памятником, то есть у нас были развязаны руки, мы могли там делать любой ремонт. И самое главное — это, конечно, место. Музей находится рядом с «Маяковской» — а вся жизнь Зверева проходила в пределах Садового кольца.

П.Л.: Буквально через двор, на следующей Тверской-Ямской, была мастерская, где работали Николай Вечтомов и Владимир Немухин. Зверев был там не просто гостем, а жил очень часто. И мы так себе представили, что по этому дворику, мимо этого домика он ходил. Это место мы создали, оно стало его домом, потому что дома у него при жизни не было. Он был скиталец, странник.

Не смущало ли вас, что пространство небольшое?

Н.О.: Поначалу не смущало, потому что замышлялся музей одного художника. За образец мы брали мономузей европейского формата, которого практически нет в Москве. Здесь же все — блокбастеры, всё должно быть очень большое! А нам нравились прекрасные музеи Юга Франции — Анри Матисса, Марка Шагала. Такой формат казался нам очень подходящим. Первые выставки были про Зверева, потом мы перешли ко второй части коллекции, к кругу Зверева, и нам стало тесновато. Поэтому родились проекты на других площадках.