Путь всадника

Он стал подписывать работы в конце 1870-х, когда начал сотрудничать с петербургской бронзовой фабрикой Карла Верфеля (тут в тексте интереснейшее отступление о том, как развивалось закрепление авторского права скульпторов при коммерческой отливке изделий). Впрочем, и сам Грачев был не без греха: он иногда использовал модели популярнейшего Евгения Лансере, скульптора-«лошадника», отца знаменитого мирискусника. Хотя прямо никогда не копировал — скорее, вдохновлялся, создавал варианты. Пожалуй, его скульптурные группы не столь артистичны, как у Лансере, и не столь выверенно графичны, как у Либериха, однако они подкупают точностью деталей и обаятельной смесью реалистичности с фантазийностью.

Некоторые из моделей Грачева пользовались огромной популярностью и отливались большими тиражами на протяжении ряда лет. «Прощание казака с казачкой» или конных «Линейных казаков», парных и одиночных, можно было увидеть чуть ли не в каждом кабинете русского врача, юриста, военного. Стоили подобные скульптуры дорого: конная фигура кабинетного размера оценивалась в 200 руб., а к концу столетия — и в 350 (для сравнения: бронзовый подсвечник стоил 3 руб., большой письменный прибор — до 75 руб.). Динамичные скульптурные группы Грачева с охотниками, солдатами или горцами (обязательно верхом) экспортировали в Британию и Германию. Скульптор между тем умер в бедности; ему никогда не было посвящено ни одного самостоятельного выставочного проекта. Публикация собрания Бориса Ротенберга дает возможность сделать первый шаг на этом пути, считают авторы книги.