Как быть и что делать: отвечают лидеры российского арт-рынка

Что изменилось на российском арт-рынке за последние два месяца?

Наталья Литвинская
Директор Галереи Люмьер

Пока прошло недостаточно времени, чтобы делать какие-то выводы, но уже можно сказать: годами выстраиваемые отношения с музейными институциями, с партнерскими галереями на Западе, с зарубежными авторами оказались как минимум заморожены. Это же относится и к возможностям работы на международных ярмарках, причем не только в западных странах. Я считаю, что действительно сегодня нас там никто не ждет. Речь идет даже не о бизнесе — будут или нет у нас покупать, — но просто психологически и физически неприятно сейчас было бы находиться и работать на ярмарке за рубежом.

Что касается продаж, то тут заметно изменился спрос. Если раньше я говорила о том, что советской фотографии на арт-рынке осталось жить максимум пять лет, так как наш коллекционер молодеет, у него совершенно другие требования к визуализации у себя в помещении и для него советский период — это давно ушедшая эпоха, то теперь у нас колоссальный запрос на советскую фотографию. Например, в марте количество сделок выросло где-то в десять раз. Активизировались те клиенты, которые покупали советскую фотографию, но в последние годы были в «пассиве».

Полина Аскери
Основатель Askeri Gallery

Коллеги меня называют восторженно-позитивной галеристкой, так как я верю в то, что все будет хорошо, надо просто уметь адаптироваться. Те схемы работы, которые были у нас даже год назад, уже не действуют сегодня, к сожалению. Моя галерея сотрудничает с художниками из Доминиканы, Испании, Италии, США, Франции и Южной Кореи — ни один из них не разорвал с нами контракт, однако сейчас, безусловно, большие проблемы с логистикой. Поэтому те выставки, которые были назначены на весну, теперь перенесены на осень, а в ближайшее время мы будем показывать работы русских художников.

Я оптимистично настроена. Мы успели принять участие уже в двух ярмарках: в Art Russia (проходила в Гостином Дворе с 31 марта по 3 апреля), где я участвовала с проектом Art Online 24 и представляла работы молодых художников, мы продали практически весь стенд, и в «Арт Москве», где уже на вернисаже было большое количество важных коллекционеров, кто-то даже изъявил желание купить ту или иную работу. Мы обязательно будем участвовать в Blazar, в Сosmoscow осенью, если они состоятся. Кроме того, в этом году у российских галерей есть возможность участвовать в ярмарке в Шанхае — это одна из крупнейших ярмарок в азиатском регионе.

Алина Крюкова
Основатель a-s-t-r-a gallery

В эти месяцы я, как галерист, столкнулась с тотальной неопределенностью, с невозможностью планировать даже на три месяца вперед, с отменой международных планов, а следовательно, и с невозможностью вывода российских авторов на международный рынок, а также с необходимостью полного пересмотра логики развития галереи при максимально неизвестных вводных. Среди других вызовов — отъезд многих художников, раскол внутри художественного сообщества, апатия и страх в среде художников, цензура и тотальное непонимание того, к чему последние события приведут. К сожалению, многие коллекционеры уехали из России или не ходят на мероприятия, лишая рынок минимальной поддержки. Могу сказать, что страдают больше всего молодые авторы со стоимостью работ до 100 тыс. руб., потому что в основном сейчас есть запрос на известные имена состоявшихся художников с подтвержденной годами рыночной стоимостью. Эти авторы не просели в продажах — запрос же на молодых минимален. Такая ситуация сложилась из-за того, что большинство недорогих работ молодых авторов покупалось представителями малого и среднего бизнеса и креативных индустрий. Сейчас эти прекрасные люди наиболее уязвимы и пытаются сохранить свои проекты и рабочие места.