Барбара Крюгер: «Слава богу, я художник, а не какой-нибудь блогер, тиктокерша или кинозвезда»

Вероятно, Барбару Крюгер (р. 1945) на сегодняшний день можно назвать одним из самых влиятельных живущих и работающих художников. Ее стремление уничтожить клише так же узнаваемо, как само клише, и буквально пронизывает всю массовую визуальную культуру. Она стала известна уже благодаря ранним произведениям, таким как «Без названия» («Я покупаю, следовательно существую») (1987) и «Без названия» («Tвое тело — поле битвы») (1989), которые породили множество подражаний и вариаций.

Однако, прекрасно понимая, что влияние работает в обоих направлениях, Крюгер в ее произведениях часто признается, что она не только творец, но и потребитель, и обращается к другим потребителям, причем даже к плагиаторам, которые, в свою очередь, выстраивают диалог с ней. Она, как никто, знает, что художники постоянно переделывают и дорабатывают свои работы. Ее будущая ретроспектива в Чикагском институте искусств «Думая о тебе, то есть о себе, то есть о тебе» — прекрасная иллюстрация этой мысли: на пяти больших светодиодных дисплеях появляются ее фразы, ставшие афоризмами, вместе они заменяют статичное изображение чем-то подвижным и живым, больше похожим на мем.

Вашу новую выставку вы называете «антиретроспективой». Какой смысл вы вкладываете в это определение?

На самом деле я не помню, чтобы такое говорила, имея в виду именно ее бинарность. Дело, скорее, в том, что эта выставка представляет собой не просто собрание всех моих работ. Работ, которые можно просто повесить на стену, забив гвоздь, не так уж и много. В основном это плакаты и постеры, архитектурно определенные пространством. Выставка в Чикаго будет выглядеть совершенно иначе, чем та, что поедет в LACMA, а потом в атриум MoMA. (В 2022 году выставка отправится в тур в Художественный музей округа Лос-Анджелес и Музей современного искусства в Нью-Йорке. — TANR.) Композиция задается архитектурой, и это то, что я люблю делать.

Экспозиция также включает мурал, где показаны разные реакции людей на ваши произведения. Вас не удивляет, что ваши работы зажили собственной жизнью?

Некоторые из моих ранних работ появились благодаря скорости, которой я научилась, работая редакционным дизайнером, еще в 1960-х годах, в доцифровую эпоху, в журнале Mademoiselle. Я понимала: люди пролистывают журнал, и, если можешь заставить их задержаться взглядом на какой-то странице, это хорошо. Вот почему многие мои произведения зажили по-новому в цифровой вселенной, где можно присваивать идеи.