Девиз, переходящий в диагноз: бесконтрольное вдохновение

Художники-маргиналы — категория обширная, и этот статус, кстати, не всегда связан с отсутствием профессионального образования. Например, героиня первой главы книги, шведская художница Хильма аф Клинт (1862–1944), к числу самоучек как раз не относилась. В юности она окончила стокгольмскую Академию художеств, однако в историю вошла отнюдь не реалистическими работами, а духовидческими абстракциями. За несколько лет до того, как беспредметность взяли на вооружение Василий Кандинский и Франтишек Купка, Хильма принялась создавать картины, навеянные спиритическими сеансами, которые она проводила вместе с единомышленницами из мистического кружка. Но однажды эти композиции раскритиковал Рудольф Штайнер (1861–1925), основатель антропософии, и Хильма покорно переставила акценты на другие изобразительные формы. Ее наследие стало предметом изучения только в 1980-х, через десятки лет после смерти автора.

Визионерские изображения — неотъемлемая часть аутсайдерского искусства, но есть и другая, в некотором смысле даже более фундаментальная. В 1922 году вышел труд немецкого психиатра Ханса Принцхорна «Художественное творчество душевнобольных», где подобные произведения преподносились не столько с медицинской, сколько с эстетической позиции. Это коррелировало с тем, что провозглашали совсем недавно художники-экспрессионисты и что только собирались провозгласить сюрреалисты во главе с Андре Бретоном. Фрагменты пазла совпали еще и потому, что среди самих деятелей авангарда были не только сторонние исследователи творчества душевнобольных, но и, так сказать, пациенты: например, Антонен Арто, Эрнст Людвиг Кирхнер, Эдвард Мунк. Этой стороне медали у Анны Суворовой тоже посвящен ряд страниц.