Христо: одинок, но не сломлен

Для многих имена Христо и Жанны-Клод — синоним обернутых объектов. Как вы придумали эту технику, что вдохновило вас?

Тысячи лет художники использовали ткань. Я всегда привожу Родена как пример того, что можно сделать с тканью. Как-то раз Родену поручили создать памятник французскому писателю Бальзаку. В первой версии Бальзак был полностью голым — с большим животом, тощими ногами и множеством других деталей. Но вот что в итоге сделал Роден: он взял эту обнаженную фигуру, обернул ее в ткань и залил гипсом — так и получился задрапированный в халат писатель, на которого мы смотрим сегодня. Своим оборачиванием мы делаем то же самое. Например, Рейхстаг, типичное здание второй половины XIX века, украшенное скульптурами, орнаментом и прочими декоративными элементами. На две недели оно было покрыто тканью, которая подчеркивала чистые архитектурные формы, все детали исчезли. Но, подобно классической скульптуре, наши обернутые объекты не просто здания — они двигаются вместе с ветром, они дышат. Ткань очень легкая и завораживающая, она как кожа.

Как вы выбираете места для своих работ? Каким критериям они должны соответствовать?

Все наши работы созданы там, где живут люди. Это или городское пространство («Рейхстаг» в Берлине, «Ворота» в Центральном парке), или сельская местность («Бегущая изгородь» в Северной Калифорнии, «Зонтики» в Японии и Калифорнии). В сельской местности обязательно должна присутствовать искусственно возведенная конструкция: телефонный столб, дорога, мост, дом, — так можно ощутить масштаб инсталляции, потому что иначе сложно представить ширину, высоту, длину работы и так далее. Как выбираю? Мою жизнь определяют сотни обстоятельств. Для некоторых проектов, таких как в Рейхстаге или Центральном  парке, нужно отталкиваться от специфики места; в других сначала появляется идея, а потом находится место.