Порча картины приравнена к преступлению

Суд Мюнхена обязал реставратора заплатить €26 тыс. арт-дилеру, обвинившему того в порче четырех картин маслом, доверенных ему для расчистки. Этот приговор подтвердил вынесенное в июле решение местного суда и поставил точку в разбирательстве, затянувшемся на целых восемь лет.

В числе четырех произведений была небольшая картина немецкого художника XIX века Карла Шпицвега под названием «Писатель» (1880). По словам мюнхенского дилера Андреаса Баумгартля, эта работа, выполненная маслом на доске, послужила эскизом для более крупного произведения. Он доверил картины реставратору, имя которого не называется по юридическим причинам, однако известно, что он занимается реставрацией искусства уже 40 лет и работает в Баварии. Согласно заявлению Баумгартля, реставратор снял не только лак, но и верхнюю часть красочного слоя. «Картины были абсолютно испорчены», — утверждал арт-дилер.

В августе Высший земельный суд Мюнхена постановил, что ценность работы Шпицвега значительно снизилась в результате неправильно проведенной реставрации. В 2009 году она оценивалась в €14 тыс., но в 2011-м была продана на торгах аукционного дома Van Ham в Кельне всего за €5,5 тыс.

«Знаток творчества Шпицвега уже не приобретет картину в ее нынешнем состоянии, потому что он знает кисть этого художника, а теперь мазки совершенно не его», — считает суд.

Реставратор отверг обвинения и заявил, что картины были доставлены ему уже в плохом состоянии. Вместе с работой Шпицвега Баумгартль заказал расчистку произведений Альфонса Шпрингса, Эдуарда фон Грюцнера и Эрнста Кайзера. На одном из заседаний эксперт сообщил, что после реставрации работа Кайзера «не подлежит восстановлению».

В решении суда говорится, что сравнение с цифровыми фотографиями в высоком разрешении показывает: после расчистки картины стали менее четкими. Суд сделал вывод, что реставратор нарушил этические принципы своей профессии и думал в первую очередь о том, «чтобы потратить на работу как можно меньше времени и усилий». Если бы он сперва проверил действие растворителя на небольшом участке каждой из доверенных ему картин, это позволило бы «избежать повсеместного выцветания и растворения красок», решили судьи.  «Какое облегчение, что все наконец закончилось, — сказал Баумгартль. — Этот процесс тянулся целую вечность».