Кристина Карри: «Брейгель не был ханжой, он хотел развлечь и даже шокировать зрителя»

«В знакомые сцены он вносил ощущение вселенской значимости»

Питер Брейгель Старший, один из ведущих мастеров Ренессанса, был оригинальным, вдохновенным художником. Он не шел по наезженным дорогам итальянского стиля, который был в то время в моде. Хотя в молодости он провел довольно много времени в Италии, он не изображал римские руины, не писал красивых женщин, античных богов и богинь. Он писал домашние, уютные фламандские сцены, пейзажи, крестьянские праздники. Но в них он вносил ощущение вселенской значимости, и именно это изображение ежедневной рутины во всем ее разнообразии до сих пор и привлекает нас в его картинах. И даже сейчас, через 450 лет после его ухода в мир иной, мы продолжаем находить в этих работах что-то свое.

Если вы окажетесь перед картиной «Фламандские пословицы» (Государственные музеи Берлина, Берлин), к своему удивлению и радости, вы сразу поймете смысл многих сценок. Моя мама, когда хотела меня в чем-то убедить, а я упрямилась, всегда восклицала: «Я как будто головой об стену бьюсь, Кристина!» В русском тоже есть такое выражение? В этой живописи всегда найдется что-то интересное для каждого, потому что человеческая глупость не зависит от страны, не зависит от эпохи.

Брейгель, конечно, писал и традиционные религиозные сюжеты, но и эти сцены он наполнял яркими деталями, которые нам сейчас так приятно разглядывать. В трагической сцене «Избиения младенцев» (Королевская коллекция, Хэмптон-Корт, Лондон) он не концентрирует внимание на несчастных детях, которых вырывают из рук родителей. Он заставляет нас смотреть на собак, играющих где-то там, на дальнем плане. Или на солдата, что привязал лошадь к дереву и справляет нужду. Все время думаю, как трудно это сделать в доспехах… Но тем не менее.

Кроме того, Брейгель заигрывает с нашим болезненным влечением к ужасу. Любите, наверное, смотреть фильмы ужасов, покровавее? Во времена Брейгеля все было так же. Казни и пытки были публичными развлечениями, и поэтому Брейгель изображает это на своих картинах. Периодически появляется секс, и со вкусом. Если внимательно посмотреть на тени на сеновале на «Крестьянской свадьбе» (Музей истории искусств, Вена), наверху вы увидите, что там парочка занимается тем, чем обычно занимаются на сеновале. Во времена Брейгеля эта деталь была заметнее, но в инфракрасном спектре мы и сейчас видим ее отчетливо. Брейгель не был ханжой, он хотел и развлечь, и удивить, и поразить, и даже шокировать зрителя.