Точный и спасающий глаз: биография Макса Фридлендера

Биографическое исследование Саймона Элсона вписано в исторический контекст эмансипации (освобождение от ограничений в правах) прусских евреев. Семья Макса Якоба Фридлендера (1867–1958) занималась ювелирным делом, превратившись со временем в поставщика императорского двора. Сам Макс Якоб, «несмотря на еврейское происхождение, стал не заурядным прусским госслужащим, что для 1900 года было бы тоже исключительно, но директором музея». Вообще-то Фридлендер собственное еврейство во внимание не принимал. Когда группа зажиточных иудеев — любителей искусства замыслила создать частный еврейский музей, он выразил «сомнения» в целесообразности этого предприятия. Элсон описывает этот случай как пример «осмотрительной реакции прусского чиновника еврейского происхождения, не желающего быть публично связанным с „еврейскими делами“». Эпоха деятельности Фридлендера относится к золотому веку берлинских музеев. Он заведовал Гравюрным кабинетом на протяжении 22 лет и еще почти столько же прослужил в должности заместителя директора, а затем и директора Картинной галереи.

Спокойная жизнь и карьера его прервались с приходом к власти нацистов; он был уволен и в 1939 году эмигрировал, правда не достаточно далеко — в оккупированную уже через год Голландию. Распоряжением Германа Геринга (главного грабителя художественных коллекций и ценителя знаточеских талантов Фридлендера) он был защищен от ареста и депортации («еврея Фридлендера не трогать»), поскольку нацистам требовались его знания. Дилеры, работавшие на Третий рейх, регулярно посещали его в Амстердаме. Ученому повезло: он пережил войну — и после никогда не вспоминал о своем драматическом положении в то время. Лишь однажды Фридлендер заметил: «В оккупации, находясь в опасности из-за своей „неправильной национальности“, я выжил благодаря знаниям и счастливому стечению обстоятельств».