Не в закрома, а для предъявления

Первым источником пополнения стали экспедиции. Сотрудников было мало, ни о каком музейном транспорте речи не шло, ездили по заброшенным храмам — в Подмосковье, на Север, в Поволжье. Везли иконы на попутном транспорте, часто несли на собственном горбу. Геннадий Попов (экс-директор музея, сейчас замдиректора по науке) любит рассказывать, как тащил на спине, по плечи в снегу «Дивногорскую Троицу» — икону середины XVI века, восходящую к традиции Андрея Рублева, найденную в сельской церкви близ Углича. Сейчас это один из важнейших экспонатов музея.

Но тот героический период давно в прошлом. В позднесоветские годы музей получал новые экспонаты по распределению из Всесоюзного художественно-производственного объединения имени Вучетича (после 1992 года эти функции перешли к Государственному музейно-выставочному центру «РОСИЗО»). Сюда отдавали конфискат таможенные и антикриминальные службы. Была возможность покупать что-то у коллекционеров. «И кстати, — добавляет Смирнова, — в то время были люди, и их было больше, чем сейчас, которые считали честью что-то подарить музею». Например, именно здесь хранится древнерусская часть собрания Георгия Костаки, который известен всем как коллекционер работ авангардистов и нонконформистов. Дар был вынужденным — иначе Костаки не выпустили бы за границу, — но музей семья выбирала сама, и теперь здесь представлен, в частности, редкий византийский Спас XV века.

На вопрос о том, как пополняется собрание сегодня, Оксана Смирнова отвечает: «Сложно». Источники по-прежнему самые разнообразные. Например, в последние годы в музей попало собрание хирурга Глеба Покровского (руководил хирургическим отделением НИИ скорой помощи имени Склифосовского). В 2009 году его вдова передала около 300 предметов. В 2013–2014 годах для музея активно покупало новые экспонаты Министерство культуры — так в собрание попала икона XV века «Иоанн Предтеча». Теперь музей покупает сам, на это идут внебюджетные средства — те, что удается заработать самостоятельно. Покровителей, готовых жертвовать деньги на пополнение коллекции, у Музея имени Рублева пока нет.

«Когда директором стал Михаил Миндлин (с 2016 года. — TANR), мы начали тратить на закупку больше и изменилась сама стратегия, — говорит Оксана Смирнова. — Если раньше нам выделяли определенную сумму и мы старались найти произведения, которые можем себе на нее позволить, то теперь вначале ищем интересные памятники, а уже потом — средства на их приобретение». Так в музее оказалось Евангелие Иеронима Наталиса, уникальное издание, напечатанное в Антверпене в 1593 году, — их в России всего три. Так же были приобретены иконы «Распятие с предстоящими» первой четверти XVII века мастеров Оружейной палаты и «Преподобные Антоний и Феодосий Печерские», основатели русского монашества, первой четверти XVIII века. Последняя икона ценна особо: приобретение памятников с образами русских святых всегда было одним из приоритетов музея. Такая стратегия позволяет сразу же внедрять новые произведения в постоянную экспозицию.