Наталья Поленова: «Мы открываем архивы семьи, чтобы увидеть настоящее лицо ХХ века»

Как вы реализовали эти планы? Есть ли какой-то, так сказать, корневой проект, за который вы взялись в первую очередь?

Мы начали с нескольких акций во Франции, где Поленов одно время жил. Их провела Ассоциация Василия Поленова, которую основали потомки художника во Франции в 2006 году. Мой дядя Александр Ляпин вместе с тогдашним российским послом Александром Авдеевым открыл пассаж русских художников в городе Вёль, где Поленов жил. Уже после дядиной смерти мы открывали там сквер Василия Поленова. А следующим летом мы в ответ провели в усадьбе Неделю франкофонии. К нам приехал мэр Вёля Жан-Клод Клер, оказали поддержку и французское посольство, и Французский институт культуры. Были концерты, выступали писатели, и стало понятно, что это логично продолжает основной замысел Поленова. Поездив по миру и обосновавшись здесь, он решил сделать так, чтобы теперь культура приезжала к нему.

Он вообще считал несправедливым, что все отдано большим городам: театры, библиотеки и так далее. И мы сделали акцент на международном характере всех наших мероприятий. Я хотела, чтобы фестиваль распространял влияние Поленова, чтобы его участники из разных стран становились, скажем так, послами Поленова в мире. Фестиваль стал ежегодным, и с каждым годом количество его посетителей удваивается. Если в позапрошлом году мероприятия посетило 4,5 тыс. человек, то в прошлом — уже 8 тыс.

И дальше этот проект привлечения сюда культуры начал обрастать разными формами. Мы запустили арт-резиденцию, чтобы там работали художники, делали у нас произведения, что-то оставляли в музейной коллекции, а главное — пропагандировали нас в своих кругах.

Кроме этого, стараюсь мотивировать сотрудников нашего музея к обучению, к участию во всяких семинарах. Несколько лет назад мы заключили партнерство с английской Галереей Уоттса из Гилфорда и организовали вместе с ними такой artist studio network, куда входят музеи, созданные на базе студий художников, например музеи Гюстава Моро, Антуана Бурделя и так далее. Словом, наш музей постепенно становится научным центром, который входит в общемировую систему через резиденции, через поисковую работу, через каталог поленовских работ. Это то, о чем Поленов, вероятно, и сам мечтал.