«Лучшая кисть Болоньи» Элизабетта Сирани вновь заставляет говорить о себе

Дочь художника и торговца произведениями искусства Джованни Андреа Сирани, она начала заниматься живописью в 12 лет и уже с 17-ти постоянно вела записи, тщательно фиксируя развитие своей карьеры — вплоть до трагической и до сих пор не получившей объяснения смерти десять лет спустя. Дневник был опубликован в 1678 году как часть биографии ее знаменитого наставника, историка искусства графа Карло Чезаре Мальвазия. В записях Элизабетты Сирани перечислено более 200 картин, не говоря уже о рисунках, из которых до наших дней дошло 149, а также 14 совместных произведений. При этом около 70% работ подписаны. Нет сомнений, что она была одной из самых узнаваемых художниц своей эпохи.

Роскошно иллюстрированная книга Модести объединяет ту документацию XVII века с ее собственными архивными исследованиями и недавними открытиями других ученых. Мы обнаруживаем, в частности, что студия Сирани работала почти как салон: посетители, прежде всего болонские дворянки, входившие в число ее первых покровительниц, наблюдали за работой художницы, заодно обсуждая искусство и литературу или просто сплетничая.

Элизабетта Сирани писала портреты, библейские и античные сцены, а также культивировала собственный образ через автопортреты, в которых представала то в виде аллегории живописи, то Цирцеи, то какой-нибудь святой, и даже использовала автопортретные черты для изображения Христа.

Мы также узнаем о методах работы Сирани и о том, как при получении заказа она могла тут же, в считаные минуты, набросать эскиз будущей работы. Ее специализацией были изображения Богоматери, и Модести сопоставляет несколько таких произведений, чтобы раскрыть развитие авторской техники. Художница писала, что ей хотелось “far maniera da se” («следовать собственному пути»), и в самом начале карьеры она пользовалась приемами импасто, нанося на холст смелые, широкие мазки. Со временем ее стиль приобрел плавность и легкость, которые отличали художницу от современников.