Перспективы с руин: что ждет российскую архитектурную реставрацию

В начале мая Москва отменила общественные слушания. Это произошло после того, как президент России Владимир Путин подписал федеральный закон, упростивший процедуры подготовки и согласования генеральных планов, а также правил землепользования и застройки, планировки и межевания территории. Таким образом, жители больше не смогут высказаться против принимаемых регламентов по плотности, высотности и по зонам охраны. Градозащитники называют решение столичного правительства спорным и опасаются новых массированных сносов.

Еще одна проблема связана с удорожанием строительных материалов, в том числе тех, что используются в реставрационной деятельности. Одновременно можно ожидать заметного сокращения финансирования проектов реставрации и привлечения неквалифицированной рабочей силы.

Впрочем, уход с российского рынка импортных материалов может пойти на пользу реставрационному делу, считает Наталья Душкина. «В этом случае возможно возвращение к традиционным технологиям — и это хорошо. Очень часто современные материалы, основанные на синтетических компонентах, создают плотную воздухонепроницаемую пленку на поверхности, губительную для материальной субстанции исторических сооружений. Подобные опасения не раз высказывали международные эксперты, мониторившие объекты на территории России. Многие реставраторы говорят, что надо возвращаться к традиционным технологиям. И сейчас у нас есть шанс возродить исторические приемы и ремесленные навыки», — уверена Душкина.

Пока не вполне ясно, как будет проходить международная экспертиза объектов на территории России и Белоруссии.

В конце апреля стало известно о переносе 45-й сессии Комитета всемирного наследия, которая должна была пройти в июне в Казани. Там же планировалось отметить 50-летие Конвенции о всемирном наследии. Сейчас российская сторона обсуждает с ЮНЕСКО возможность провести оба мероприятия до конца года. Напомним, в списке всемирного наследия ЮНЕСКО находится 31 объект из России.

«Некоторые международные контакты уже прерваны. Например, был заблокирован многолетний проект, связанный с сохранением послевоенного наследия в странах Центральной и Восточной Европы — поставангарда, сталинской неоклассики и модернистской архитектуры. В рамках этого проекта прорабатывался ряд предложений по внесению в список всемирного наследия множества серийных объектов, в частности главных магистралей городов как результата послевоенной реконструкции (проспект Независимости в Минске, Крещатик в Киеве, Маршалковская улица в Варшаве, аллея Карла Маркса в Берлине, Тверская улица в Москве). Боюсь, стоит ожидать дальнейшего прекращения таких контактов, и это очень беспокоит. Именно благодаря международному вмешательству экспертов удалось затормозить ряд негативных процессов. Например, отменить строительство музея на Соловецком архипелаге, в непосредственной близости от Соловецкого монастыря, в его охранной зоне», — рассказывает Душкина.

Международная изоляция — не самая большая угроза нашему наследию, уверен главный архитектор Троице-Сергиевой лавры, почетный реставратор Москвы и член совета Московского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Сергей Демидов. «Более острая проблема — нехватка специалистов в области реставрации. Сейчас работать просто некому. Профессионалов в этой сфере у нас в десятки раз меньше, чем выданных реставрационных лицензий. Раньше в Минкульте была лицензионная комиссия, куда входили заслуженные реставраторы, знавшие ситуацию на местах. Она контролировала процесс выдачи лицензий. Сейчас разрешение на работу получают фирмы, которые никто не знает, чья репутация под вопросом», — поясняет реставратор.