Базель без русских — демонстративный жест или обычное дело?

«Ситуация с российскими галереями меняется, — говорит куратор и экс-галерист Марат Гельман. — Тот рынок, который существовал ранее и был ориентирован на богатых русских коллекционеров, подходит к концу. Новые богатые слишком плотно связаны с государством и скорее скрывают доходы, чем их демонстрируют, или же ориентированы на инфраструктурные проекты вроде покупки ярмарок и т. п.». Перестраивающийся рынок, по мнению Гельмана, будет в большей мере ориентирован на демократичные цены внутри России. «На Art Basel аренда квадратного метра такова, что даже если ты успешно все продал, но при этом привез недорогие работы, до €10 тыс., то не сможешь окупить стенд», — добавляет он. Неучастие российских галерей в Art Basel в пресс-службе ярмарки никак не прокомментировали, сославшись на единые правила отбора участников и отсутствие национальных квот. Впрочем, несмотря на все возникающие трудности, русские галеристы не собираются окончательно вычеркивать Art Basel из своих планов. Галерея XL приняла участие в недавно запустившемся филиале ярмарки в Гонконге (бывшей Art HK, в прошлом году приобретенной Art Basel), на нее же нацелен владелец pop/off/art Сергей Попов, но уже в следующем году. «Русский след в Базеле останется, — полагает он, — и это плод интенсивной работы рынка предыдущих лет».

Даниель Темплон
Галерея Daniel Templon, член экспертного совета Art Basel
Почему на Art Basel нет русских галерей? Все очень просто: у вас нет рынка современного искусства. А рынка нет, потому что нет ни одной серьезной галереи, которая по-настоящему работает с художниками. Не просто является магазином, где продают искусство, а занимается продвижением, организацией выставок, работой с музеями и кураторами, изданием книг, монографий… Я три раза на протяжении последних десятилетий был в России и ни разу не нашел ни одной серьезной галереи. Надежды подавала галерея Стеллы Кесаевой, но и она превратилась в фонд. Для участия в Art Basel подают заявки около 1 тыс. галерей, а мест — 270. От кого-то надо отказываться. Не проходят те галереи, в активе которых нет как минимум десятка известных художников. Для участия в Art Basel необходимо работать с 20 художниками, предлагать малоизвестные имена, развивать их, упрочивать на рынке. Сегодня, кроме классиков типа Кабакова или Булатова, вы не найдете русских художников с громкими именами, особенно из поколения 30–40-летних. Просто потому, что галереи не занимаются их «раскручиванием». — С. С.

Советский ампир возвращается

На ярмарке Art Basel Design, проходящей параллельно с Art Basel, в этом году московская галерея «Эритаж» представит предметы советского ампира, почти неизвестного западным коллекционерам, стекающимся сюда со всего мира. Советский, или сталинский, ампир 1930-х — середины 1950-х годов с его классическими реминисценциями, имперской роскошью и монументальностью оставался уникальным явлением в мировом стилистическом мейнстриме первой половины XX века.

Советский ампир — это не только архитектура, но и соответствующие ее величественным интерьерам мебель и предметы декоративно-прикладного искусства. Когда во второй половине 1950-х на смену ампиру пришел культ технической эстетики с ее типовым строительством и предметами интерьера, поставленными на промышленный поток, ампирные образцы, которые теперь считались проявлением «мещанского вкуса», стали выбрасываться и уничтожаться. И это продолжалось вплоть до начала 2000-х годов.

Галерея «Эритаж» привезет на ярмарку в Базель уникальные образцы мебели советского ампира из гостиницы «Москва», Театра Советской Армии частных интерьеров, мелкую фарфоровую пластику, настольные лампы из латуни и бронзы, а также декоративное панно Освобождение узников Шлиссельбурга (1934) работы классика советской скульптуры Исидора Фрих-Хара. Качеством исполнения эти вещи, несомненно, составят достойную конкуренцию лучшим образцам западного дизайна XX века, которые традиционно привозятся на базельскую ярмарку. — Кара Мискарян