Ожившая сказка Екатерины Великой

Когда в 1755 году императрица Екатерина Великая заказывала  Василию Баженову проект подмосковной резиденции Царицыно, она хотела, чтобы та непременно была в «готическом вкусе». Чуть позднее, под влиянием «Замка Отранто»  — первого готического романа (1764), императрица, мгновенно реагировавшая на литературные веяния и новинки, делает наброски своего «Чесменского дворца». В ночном замке сторож застает говорящие друг с другом портреты правителей — вот мистическая основа сюжета так и не оконченной пьесы, воплотить которую взялся куратор Сергей Хачатуров. Действие выставки «Ожившая пьеса императрицы» разворачивается в четырех залах царицынского Малого дворца. Перечень действующих лиц, ее «первая страница» вырисовывается галереей образов центрального зала. Монаршие особы от Всеволода Большое Гнездо до Фридриха II Великого смотрят друг на друга с барельефов современных авторов Алексеея Политова и Марины Беловой, молчаливо перебрасываясь шутками и остротами, размещенными над их головами. Мистификация отлично рифмуется с типом общения в социальных сетях, считает куратор. Сама Екатерина II,  литературное наследие которой составляет около 30 произведений, в своем журнале «Всякая всячина» любила высмеивать своих придворных. В свою очередь, современным художникам даже не понадобилось что-то придумывать: разоблачающего пафоса пьесы XVIII века хватило, чтобы обнаружить в далеких от народа величествах живых людей, сетующих, например, на то, что о людях судят по бороде, или оправдывающихся, что «каждый царствует, как может». Игровой характер экспозиции поддерживает камерный театр-инсталляция Евгении Буравлевой и Егора Плотникова. Проводником в него выступает все тот же сторож, сделанный из гипса. Тот пытается разглядеть, что скрыто за шторкой театральной ширмы и услышать разговоры участников этой вневременной политической сцены.