И это всё о нем: Игорь Савицкий в калейдоскопе воспоминаний

В русскоязычном варианте, хоть и сокращенном, уместились свидетельства 44 авторов: художников, наследников, коллекционеров, музейщиков, реставраторов, археологов. Эти тексты не складываются сами собой в развернутое жизнеописание: узор в калейдоскопе все же отличается от завершенной мозаики. Сжатый биографический очерк, написанный Бабаназаровой, дает лишь необходимые вехи, но не определяет ни канву, ни общую интонацию книги. Интонация здесь преимущественно разговорно-эпистолярная, а значит, заведомо отрывистая и всегда субъективная. Но тем и ценны эго-документы, что предлагают сугубо личные впечатления и оценки, которых не найдешь в казенных архивах.

Среди мемуаристов есть те, кто знавал главного героя еще в 1930-х — например, художница Ирина Жданко (позднее, в 1950 году, именно по ее рекомендации Савицкий был зачислен в Хорезмскую археолого-этнографическую экспедицию, с чего началось его увлечение местной культурой). Есть и представители того самого полузапрещенного и полузабытого авангардного искусства, которое директор нукусского музея собирал с не меньшей страстью, чем каракалпакские древности. Есть его сотрудницы, совсем юные в пору становления музея, которым пиетет по отношению к Игорю Витальевичу не мешал воспринимать его порой не без иронии. Можно сказать, что список авторов близок к исчерпывающему: здесь почти все, кто мог сообщить, пусть и задним числом, хоть что-нибудь интересное.