Ольга Шашкова: «Через 30 лет забвения исторической личностью вообще никто не захочет заниматься»

Кто и как решает, чей архив достоин попасть в РГАЛИ?

В нашем архиве, как и во всех федеральных, существует экспертно-проверочная комиссия (ЭПК), которая определяет, берем ли мы тот или иной архив. Учитывается, во-первых, вклад человека в культуру, оцененный общественностью, отчасти властью. Во-вторых, полнота архива. Иногда речь идет об известных людях, но документов, показывающих их жизненный путь и творческие искания, немного. Тогда мы вынуждены отказать. Хотя на моей памяти таких случаев не было. Когда архив передается к нам, мы его сортируем и описываем, что занимает от нескольких месяцев до нескольких лет. Результат этой работы также утверждает ЭПК, после чего описи появляются в отсканированном виде в каталоге на сайте и в читальном зале — все в открытом доступе.

Храните ли вы произведения изобразительного искусства?

Это непростой вопрос. С одной стороны, мы не музей и не библиотека, с другой, иногда люди хотят передать нам всю коллекцию: и документы, и вещи. Если количество предметов невелико, мы их принимаем. Сейчас в РГАЛИ проходит выставка мемориальных вещей Майи Плисецкой, посвященная ее 95-летию. На ней представлены, например, знаменитые фарфоровые гвоздики — подарок Роберта Кеннеди, простое (как сейчас уже кажется) платье от Пьера Кардена, кастаньеты, с которыми Майя Михайловна танцевала «Кармен-сюиту». Таким же образом из других источников среди прочего к нам попали картина Ивана Айвазовского, работы Константина Коровина, мы храним архивы Эль Лисицкого и ряда других авангардистов, у нас немало произведений Владимира Татлина.

С Татлиным отдельная история. Когда в 1953 году он умер, его наследникам потребовалось срочно освободить квартиру — они были готовы все выбросить на помойку. К счастью, неравнодушные люди позвонили в архив, и наши сотрудники буквально спасли наследие художника. Сегодня картины Татлина — гордость РГАЛИ. Мы постоянно даем их на выставки, они путешествовали даже в Мексику. Они несут отпечаток сложных обстоятельств его жизни: у Татлина не было денег на холсты, он писал картины с двух сторон полотна.

Но и помимо картин у нас хранится немало редкостей. Например, пять автографов Александра Пушкина, рукописи Анны Ахматовой, Валерия Брюсова, Ивана Бунина, Михаила Пришвина, Антона Чехова и сотен других наших, говоря казенным языком, фондообразователей, а на самом деле — выдающихся личностей.