Процессуальный пессимизм
Subtitle: О природе вселенского страдания и человеческом ничто
Series: Трагическое
Publisher: Totenburg
Published: March 3, 2026
Place of publication: Moscow
ISBN-13: 9785921624931
First sentence: Плоская онтология процесса: Традиционная европейская мысль, от христианской антропологии до феноменологии, настаивала на особом статусе человека, выводя его из акта самосознания: «я мыслю, следовательно, я существую». Эта позиция не только закрепляла антропоцентризм, но и делала субъекта онтологическим фундаментом, точкой отсчета для мира. Однако если присмотреться к тому, как возникает само ощущение «Я», становится ясно, что это результат обработки информации — временный и хрупкий продукт различения, интеграции информации, метаболических и нейронных процессов, которые протекают без какого-либо «наблюдателя». То, что называют сознанием — лишь процесс, устойчивый лишь до тех пор, пока его поддерживают потоки энергии, информации и взаимодействий. Тогда и мышление — это процессуальная активность. Как только эти потоки меняются, сознание распадается потому, что «Я» никогда и не было в качестве субстанции. Вместо него есть лишь бессубъектная динамика, процесс, который я опишу далее. Такой подход позволяет выйти за рамки не только антропоцентризма, но и самой оппозиции «субъект — объект». Речь идет не о том, чтобы «вернуть человека в природу», скорее о том, чтобы увидеть, что природа никогда не знала человека как отдельной категории. Живая природа — это не центр мироздания. Лишь одна из многих временных форм организации процесса, столь же уязвимая и преходящая, как и любая другая. Культура, этика, творчество — все это не отменяется, но лишается своего трансцендентного статуса. Они сложными, исторически обусловленными способами стабилизации опыта, которые сами подчиняются законам термодинамики, информации и распада. Современный отказ от биоцентризма представляет собой последовательное философское движение, начавшееся с деконструкции антропоцентризма и достигшее своей радикальной фазы в преодолении натуроцентризма в целом. Эта эволюция ярко выражена в работе Жана-Мари Шеффера, который осуществляет свой отказ от антропоцентризма через критику «Тезиса о человеческой исключительности». Шеффер выявляет структуры антропоцентризма, опираясь на разбор картезианского cogito, показывая, что претензия на уникальность человеческого сознания несостоятельна. Однако если Шеффер останавливается на границе биологического, оспаривая исключительность человека, но не ставя под сомнение саму особость живого, то другие философы пошли значительно дальше. Такие мыслители Мануэль Деланда, Грэм Харман и Леви Брайант, инициировали более широкий взгляд, отказываясь сначала от сознания как философского привилегированного феномена, а затем и от самой вертикальной онтологии, выстраивающей иерархии между природой, жизнью и объектами. Их целью стала разработка плоской онтологии, где люди, артефакты, природные явления и технологические объекты сосуществуют в одном онтологическом плане без какого-либо центра или примата. Финальной точкой этого пути является полный уход не только от антропоцентризма и биоцентризма, но и от любого натуроцентризма, растворяющего разнородные сущности в одном целом. Но не будем забегать вперед. Жан-Мари Шеффер ведет в своей книге тщательную деконструкцию того комплекса предпосылок, который мы свыклись обозначать как «тезис о человеческой исключительности», и в этой деконструкции центр тяжести неизменно падает на проблему «я» и на наследие картезианства. Для Шеффера картезианское cogito — не просто исторический аргумент, оно выступает методологическим приемом, при помощи которого защищается целая система эпистемологических и онтологических привилегий: автореференциальность высказывания «я мыслю» приписывается иммунитету против сомнения, и на этой основе строится расширенный вывод о природе человека как мыслящей субстанции. Шеффер ясно показывает и мощь этого приема, и его пределы: автореференциальность действительно придает cogito особую перформативную силу, но эта сила не тождественна доказательству тезиса о сущностной природе «я». Декарт стремился извлечь из непосредственной интуиции существования не только факт бытия говорящего, но и характеристику той природы, в которой это бытие осуществляется; Шеффер подчеркивает, что такой переход от факта к сущности оказывается необоснованным, если принимать во внимание современные знания о биологии, нейронауке и социальной природе человеческой жизни. Ключевая идея Шеффера — показать, что картезианская защита «Я» действует как стратегия иммунизации: она вычерчивает границы того, что считается допустимым в познании человека, и отказывается принимать «экстерналистские» свидетельства, исходящие «от третьего лица».
Table of contents: label: Предисловие; label: Введение; label: Часть I. Онтологические основания; label: Плоская онтология процесса; label: Фрактальная природа детерминизма; label: Космический пессимизм; label: Рождение Вселенной из «Ничто»; label: Смерть Вселенной; label: Критика телеологии небытия; label: Спекулятивный реализм; label: Часть II. Процесс и опыт; label: Теоретическое обоснование; label: Процесс как фундаментальная категория; label: Применение к неживым системам; label: Применение к живым системам; label: Часть III. Этические следствия; label: Непрожитая жизнь; label: Хрупкость антирепликации и парадокс Ферми; label: Проблемы последствий принятия антирепликационных установок; label: Космическая перспектива и парадокс Ферми; label: Критика экологического императива; label: Критика промортализма и нигилизма; label: Часть IV. Антирепликационные установки; label: Истоки антирепликационных установок; label: Антирепликационные установки в христианстве; label: Будущее христианской этики; label: Часть V. Человеческое; label: Экономический пессимизм; label: Бессмысленность или бытие к смерти; label: Эпилог; label: Объективно трагическое; label: Нас нет; label: Список литературы; label: Приложение; label: Пессимизм и этика Сары Перри; label: Происхождение