Magica - vol. 1 - ch. 3 (part 1)

Ицуки взмыл в небо.
— А-а-ай-яй-яй-яй!!!
— Шеф! Метлу крепко зажми коленями, не расслабляйся, иначе будет больно.
Хонами, сидевшая спереди, инструктировала бесстрастным голосом, однако ему было не до этого.
— Она мне… она в меня впивается… ай-яй-яй-яй! — завопил Ицуки, обхватив Хонами за тонкую талию и стиснув метлу между ног.
Они летели на метле.
Он сзади, она спереди. Кто-то мог бы ему позавидовать, но разве он об этом думал?
— Это дело привычки, потерпи.
Но пока он с огромным трудом приспосабливался к метле, всё, что говорила ему Хонами, пролетало мимо ушей. Усевшись наконец, он сказал:
— Тут ничего не поделаешь, без тренировки всегда так бывает.
— Ого!
— Ч-чего?
— Умные слова в кои-то веки, — хихикнула Хонами.
Ицуки стало неловко, и он что-то пробурчал в ответ.
— Ага. Хоть какой-то прогресс. Так, смотришь, настоящим шефом станешь. Смотри туда. — Она указала пальцем на землю.
Там, внизу, под их раскачивающимися ногами, лежала фабрика монстров.
— Видишь? Вон там.
— Ага, водоворот закручивается.
Посреди территории фабрики, словно тайфун, закручивалась сила заклятия. Глядя на землю, поглощённый захватывающим видом, Ицуки всё же понимал, что всё это чётко следует определённым законам.
Хонами кивнула и продолжила:
— Вот это и есть… начало «ночи».
— «Ночи»?
— В двух словах, это водоворот лей-линий силы заклятия. Изначально энергия силы заклятия очень легко трансформируется. Она управляется магией, но если предоставить ей возможность течь своим ходом, она бесконтрольно увеличивается. Это и есть волна магического загрязнения. Так получилось, что эта «ночь» — экстремальная разновидность волны магического загрязнения.
— Волны… загрязнения?
— Смотри сам. — Она указала пальцем с дубовым перстнем.
Поток силы заклятия начал меняться.
…Сначала свернулась дымовая труба.
Фабричные бетонные постройки изогнулись и сделались прозрачными, словно мягкое расплавленное стекло. Бурьян, заполнивший пустырь, забурлил белыми волнами, зашумел прибоем, и, наконец, вся территория фабрики была потоплена под бушующими морскими волнами.
— Гора… в море?..
— Эта гора когда-то была дном океана. Как будто к этому месту вернулась память, такое бывает во время «ночи», правда всё это в ограниченном пространстве.
Хонами подмигнула, придерживая рукой остроконечную шляпу.
Ицуки сидел, погрузившись в себя.
Отрешённо оглядывал происходящее под ним, не в силах поверить своим глазам. Вдруг он встрепенулся:
— Погоди! А как же Микан?
Он с волнением смотрел вниз.
Там внизу, вокруг махавшей рукой Микан, было сухое пространство, около восьми метров в поперечнике, окружённое водой. Создавалось впечатление, что кусок земли был как будто вырезан искусственно.
— С нами всё в порядке.
— А-а???
Голос Нэкоясики раздался неожиданно, из-за спины. Кошачья лапа коснулась плеча Ицуки, и белая кошка перебралась к нему со спины на грудь.
— Б-бякко?
Любимый белоснежный котёнок Нэкоясики. Его превратили в какое-то передающее устройство, и из горла, прежде способного только мяукать, звучал голос Нэкоясики.
— А-хха-хха! С самого начала к тебе на спину прицепил, не почувствовал? Что, испугался? Удивился?
— Н-нет, не почувствовал… — пробормотал изумлённый Ицуки.
— Это сикигами, точнее говоря, сикинэко. Всё получилось благодаря барьеру госпожи Микан.
— Микан?
— Да-да. Церемония очищения, магическая особенность силы синто, полностью изгоняющее загрязнение. Если госпожа Микан сконцентрируется на своей силе заклятия, нам не страшно даже в максимуме действия волны магического загрязнения. Благодаря ей я смог настроиться на Бякко, — болтал котёнок голосом Нэкоясики, с радостью делившегося своими знаниями.
— Магическая специализация?
— Да, я об этом уже рассказывал. Магия рождается, когда маг использует всю свою силу заклятия. Магия может быть сильной или слабой в зависимости от того, какого рода эти способности. Способность Микан создавать барьеры такая же сильная, как и моя — контролировать сикигами. В этом и состоит суть магической специализации.
Бякко ловко сложил передние лапки и поклонился.
— А-а, то есть, если маг, которого вызвали для работы, воспользуется силой не своего профиля, он что, всё испортит?
— Так и есть. Хотя специализации бывают и смежными, и отличия не всегда абсолютны. И потом, какую магию ни используй, результат будет тот же…
— Господин Нэкоясики, отложим разговоры на потом, — встряла Хонами недовольно.
— Хорошо-хорошо.
— Вообще-то я сама хотела рассказать, — неслышно пробормотала про себя Хонами, а вслух спросила: — Да, а что там с поиском ядра «ночи»?
— А-а, да, я попытался определить. Но для данного места насыщенность силы заклятия настолько хаотична, что не удастся ни приблизиться на приемлемое расстояние, ни определить издалека.
— Ядро «ночи»? — спросил Ицуки.
— Говорили уже, это источник магии.
— А-а.
— Поэтому…
— В общем, источником как самой магии, так и волны магического загрязнения является ядро, изменяющее силу заклятия. Неважно, что используется — заклинание, церемония, магический круг, амулет. Метод рассеивания всегда одинаковый — как можно быстрее разрушить ядро. Задача, с которой даже «Гоетия» справится без труда.
— Г-господин Нэкоясики… — обернулась Хонами, сильно смутившись.
— Ой-ой, извини. Нечаянно вырвалось. А-хха-хха.
Хонами хмыкнула, косясь на весело смеющегося кота.
Потом спросила Ицуки:
— Понятно стало?
— А-а, да, в общих чертах.
— Вот как...
Хонами бросила на него быстрый взгляд и отвернулась.
— Да, а если рассеять не получится, что будет? — спросил он.
— Буря и всё такое. До окончания «ночи» будет рвать и бушевать. А утром, когда всё закончится, на этом месте будет всё выворочено, как после падения Тунгусского метеорита.
— Э…
Не обращая внимание на потерявшего дар речи Ицуки, Хонами обхватила метлу.
— Господин Нэкоясики. «Ночь» проходит, скажите, где искать источники волн магического загрязнения.
— Да-да. Надо повернуть в другую сторону. Пойдём по звёздам и лей-линиям… Предпочтительное направление — юго-юго-запад, — тихо раздался голос Нэкоясики.
Следуя по этому направлению, метла спикировала к морю.
— Похоже на то, что Хонами взялась своей кельтской магией найти источник меняющихся волн загрязнения, и её поддерживают церемонией очищения синто и магией онмёдо… Как неэффективно! — проворчала Адилисия, стоя на берегу фантомного моря. — Сколько ни разделяй магические роли между собой, ни силы, ни мощи, ни возможностей силы заклятия Соломона не достигнете. 
Стоявшие сзади помощники склонили головы.
— Да ещё таскают за собой этого тупицу. Не понимаю, на что они надеются.
Не скрывая удивления, Адилисия оглянулась.
Подготовка подходила к концу.
Позади неё на земле был расстелен большой лист бумаги с нарисованным на нём большим магическим кругом, вокруг которого написаны Божественные Имена, от EHYEH до LEVANAH, несколько гексаграмм и треугольников.
— Начинайте.
Помощники, ожидавшие её приказа, начали нараспев:
— …I do invocate and conjure thee.
— …I do invocate and conjure thee.
Хором бормоча слова заклинания, они сжали в руках висевшие на груди пентаграммы Соломона.
— …I do strongly command thee, by Beralanensis, Baldachiensis, Paumachia, and Apologie Sedes; by the most Powerful Princes, Genii, Lichide, and Ministers of the Tartarean Abode; and by the Chief Prince of the Seat of Apologia in the Ninth Legion…
…Монотонно, настойчиво они продолжали своё заклинание. Медленно льющиеся слова закручивались в змеиную спираль, и звёзды в небе застыли.
Спустя немного времени внутри магического круга стал появляться белый дух.
— Я покажу тебе, как работает «Гоетия», Хонами!
Адилисия выпятила губу.
Золотистые волосы соблазнительно струились в лунном свете, и Адилисия гордо нараспев произнесла:
— На мой приказ отвечай, Шах! Тридцатью легионами управляющий Великий Маркиз!