Том 1, Часть 2, Глава 1

Часть 2. Переход. Глава 1.
В четвертом районе округа Маруноути наступила полночь. Здания с темными окнами возвышались до самого горизонта. Никто не гулял под рядами деревьев гинкго, и только порхающие мотыльки, привлеченные уличными огнями, отбрасывали свои небольшие тени на тротуар. Деловой район Токио был совершенно тихим, что можно было услышать биение их крыльев о фонари.
Но тишина снаружи, похоже, не относилась к крупной торговой фирме, взвалившей на свои плечи всю экономику – даже сейчас с двенадцатого этажа здания «Мицунэ Продакшенс» струился свет. Третий экспортный отдел заведовал всей торговлей с Европой. До августа, когда акт, регулирующий импорт в страны Евросоюза, вступит в силу, оставалось две недели. Чтобы по максимуму экспортировать товары, отдел продаж вынужденбыл работать круглосуточно.
Измотавшись от внеурочной работы, кое-кто дремал на диване, пока другие ушли перекусить в раменную неподалеку от станции Токио. Иноэ прищурил красные глаза и ввел запланированные на завтра реализации товара в свой компьютер, соединенный через интернет с основной базой данных. Сейчас, в заляпанных очках с металлической оправой, он совершенно утратил свой привычный внешний вид стиляги.
- Много еще осталось? – Хасигути, дремавший на диване, приподнялся на локте и обратился к Иноэ, подавив зевок.
- Это не займет много времени – остались лишь бытовые электроприборы, которые должны отплыть во Францию. – Используя пластиковый планшет как веер, Иноэ обдувал свою грудь через V-образный вырез футболки.
- Так как сильно повысился экспорт? – Потирая опухшие веки, Хасигути взглянул на экран через плечо Иноэ.
- Я бы сказал, на 200% больше, чем в прошлый год. Когда я думаю, что все это может прикрыть таможня, в дрожь бросает.
- К проблемам стоит быть готовыми. Всё-таки, за 2 недели мы реализовали 90% всего прошлогоднего экспорта.
- Босс и остальные совершенно не торопятся. Сколько можно есть эту несчастную порцию рамена? Готов поспорить, что они еще и остановились выпить.
Хасигути похлопал Иноэ по плечу и улыбнулся с сочувствием: « Почему бы тебе не отдохнуть. Я чуток поработаю за тебя».
- Хорошо, спасибо. – Когда Иноэ встал и выпрямился, зазвенел модем. Светодиод просигналил о передаче данных из национального филиала.
- Что они хотят в такой час? – пробурчал Хасигути.
- О, я уверен, что они хотят прибрать наши остатки. Разумеется, пока все усилия направлены на экспорт, нам просто некогда. – Иноэ, уже мысленно приготовился к отдыху, и не нашел других оправданий.
- Не стоит расстраиваться из-за них… бедные люди в филиале все еще работают в этот проклятый час, как и мы.
Утешив коллегу, Хасигути переключил накопитель и перевел компьютер в режим приема. Список реестра исчез, и экран стал полностью зеленым. Обычно в этот момент на экране появляется идентификационный номер человека-отправителя. Однако, вместо этого экран перебирал множество цветов и странных неизвестных символов.
- Что за черт? – Необычные буквы пробегали по экрану, но никто из них не знал, что это был древний иврит. Затем на экране появилось изображение статуи человека во весь рост.
- Мне хочется сказать тем ребятам в филиале, чтобы не разыгрывали глупые шутки, вроде этой, посреди ночи, – скосив на экран хмурый взгляд, Иноэ закурил сигарету.
Даже для шутки эта загадочная статуя была хорошей высокополигональной моделью. Тело с симметрией древнегреческой статуи. Длинные, черные волосы. Ярко-розовые губы. Глубокие черные глаза с бездонным коварством в них.
Возможно, из-за табачного дыма оба работника не заметили мускусного запаха, начавшего проникать в офис.
- Хоть это не меняет сути, но это весьма высокоуровневая графика, - сказал Хасигути.
- Компьютерная графика? А выглядит как фотография. – Когда Иноэ поближе взглянул на экран, неприятный запах опаленного сигаретного фильтра пронесся в воздухе.
- О! Виноват.
Когда Иноэ отвлекся, чтобы убрать сигарету, человек на экране улыбнулся и взглянул на Хасигути. На кончиках его пальцев были когти, словно как у хищной птицы. Полигональная графика только начинала набирать популярность, поэтому Хасигути был поражен объемной моделью – такого уровня графику невозможно отобразить без использования мощного суперкомпьютера.
Прямо в этот момент Хасигути заметил, что экран видится как в тумане, как будто покрыт слоем конденсата. Попытавшись вытереть экран рукой, он ощутил, как что-то прилипло к его пальцам, и от удивления отдернул руку. Что-то липкое было на его пальцах и, пока он остервенело тряс рукой, тяжелая, как омерзительное желе, субстанция упала на пол со шлепком.
- Фу-у! Что это, черт возьми?!
Обернувшись на крик Хасигути, Иноэ изумленно замер. Под пленкой розовой протоплазмы ветвилась сеть из зеленых вен, а сам пузырь пульсировал, словно вырванное из груди сердце. Противный ком плоти издал хлюпающий звук, начав приближаться к двум мужчинам. Отступая, Иноэ споткнулся об стул, и исторгнул на пол содержимое желудка.
- Иноэ! Держись!
Схватив руку коллеги, чтобы тот не упал, Хасигути побежал к двери. Когда он обернулся, студенистый шар прыгнул; покрытые мерзкой вязкой красной ждемоподобной жидкостью щупальца в мгновение ока обвили ноги обоих мужчин.
Чертыхнувшись, Хасигути схватил документы и телефон со стола – всё, что попалось под руку – и начал бросать их в атакующего, а когда тот не показал страха, схватил стул, поднял его над своей головой и обрушил на непонятное создание. Однако студенистый шар втянул в себя стальной стул и быстро растворил прямо на глазах у Хасигути.
Пум,пум.
Хасигути не мог больше сказать был ли это звук его собственного бьющегося сердца или пульсирующего комка плоти. Когда к нему вернулись чувства, его правая нога сигналила о странном ощущении – её полностью облепил розовый комок плоти. Хасигути попытался крикнуть, но ужас сковал его горло.
Прожорливый Розовый шарик начал неуклонно всасывать тело Хасигути в себя. Парень не чувствовал боли. Осталось лишь безграничная тоска и осознание неизбежности смерти.
Помогите мне… Неспособный больше говорить, Хасигути хватался за воздух, словно ища спасительную ниточку. Шар вдруг сжал торс бедняги с невероятной силой.
Глаза Хасигути вылезли из орбит, когда как его раздробленные ребра впились во внутренние органы. Кровь, что лилась из его тела, поглощалась шаром. Только голова Хасигути высовывалась из кома плоти; розовые щупальца вылезли из его открытого рта и глазниц.
Единственный человек на пустынном этаже здания, Иноэ, мог с трудом поверить, что отвратительная смерть Хасигути была реальной. Его способность рационально мыслить полностью исчезла, он стал безумно колоть щупальца, схватившие его ногу, шариковой ручкой, будто пытаясь оторвать их. Он почувствовал, что кто-то смотрит на него, и пришел в себя.
В тот же момент студенистый шар отрастил себе глазное яблоко. Страшно и зловеще он смотрел на Иноэ. Щупальца медленно ползли вверх по его телу: от ног к груди.
От вида, как его тело всасывается в гротескную массу протоплазмы, что-то внутри Иноэ сломалось. В приступе безумия он пронзительно загоготал. Прямо в этот момент лифт издал звук прибытия – его коллеги вернулись с перерыва.
- Что это с ребятами? Над чем они смеются?
- Спорю, что они наплевали на работу и смотрят телевизор. – Не имея представления о том, что происходит, люди смотрели друг на друга, не ведая о кровавой резне, в которую они чуть не попали.