Вопрос: Подготовьте небольшое сообщение или эссе на одну из тем: «Не угаси сей чудный пламень...», «Люблю отчизну я, но странною любовью!», «Нет, я не Байрон, я другой...», «И скучно и грустно» (на выбор), включив в него стихотворные строки поэта.
Категория: школьный раздел
Ответы:
Поэт любит свою отчизну, но его любовь кажется странной даже ему самому. Он ясно видит все беды родной стороны, по мере сил борется с ними (преимущественно высмеивая язвительно), но всё равно остаётся в душе уголок, где любовь его продолжает оставаться безусловной. Рассудок отступает в попытке понять её, перечисляя рациональные причины возможного отношения:
...Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни тёмной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.
Но поэт плоть от плоти русский человек, он не может оставаться равнодушным, когда мимо него проходят картины, полные величавой красоты и светлых детских воспоминаний, когда рассудок ещё не тревожил Лермонтова-ребёнка. Русская природа и неказистые проявления душевной жизни простого люда в сердце у каждого истинно русского, тем более если он воспитывался на них и через них. Уродливое, глупое и бессмысленное отступает, смягчая сердце образом России идеальной, России из высшей реальности. Это своего рода бальзам на душу, медитация, способ ритмическими волнообразными ощущениями отключить кипящий рассудок.
Сообщение на тему: «Неугаси сей чудный пламень...»
Противоречия, постоянно гнетущие поэта, всё равно решались им в пользу своего таланта. Поэтому его призывы к Богу «угасить сей чудный пламень», «преобратить сердце в камень» вплоть до его смерти оставались не услышанными. Но можно предположить, что настойчивое стремление любым образом избавиться от раздвоенности жизни и привело поэта к ранней смерти, потому что иначе остановить «голодный взор» было невозможно. М. Ю. Лермонтов признаёт, что его «лава вдохновенья» далека от Бога. Но от земли она далека тоже, потому что «мир земной мне тесен». В результате получается разрываемая на части душа поэта, распятая между небом и землёй в невозможности оторваться от неё, не умерев физически, и невозможности слиться с ней, чуя в себе пророческую мощь.
Сообщение на тему: «И скучно и грустно...»
Поэт мучается от одиночества и от фатальной неразрешимости всей его жизни. «Желанья!., что пользы напрасно и вечно желать?..» — вопрошает он. Понимая всю преходящую природу страстей и желаний, он допускает роковую ошибку, приравнивая к ним и любовь («А вечно любить невозможно»). Любовь как наиболее полное погружение в мир другого человека, как постоянная забота и стремление к его совершенствованию и внутреннему росту была поэту незнакома, а любовью называемая влюбленность — лишь разновидность страсти. Поэт не смог постичь, что желать для себя действительно не имеет пользы, но желать для других — совсем иное. Человек, постоянно разочаровывающийся, не способный на самоотречение не от постылости жизни, а от её полноты, становится вял и апатичен. Трагедия М. Ю. Лермонтова в том, что для преодоления жестоких барьеров искусственности, пошлости и цинизма, созданных в тогдашнем обществе, духовный выход за пределы своего сословия был неимоверно тяжек.
Сообщение на тему: «Нет, я не Байрон, я другой...»
Поэт отрицает сравнения, которыми его иногда награждали. Он настаивает на своей уникальности и полон жажды доказать, что сравнения его умаляют, уменьшают его значение и силу его индивидуальности. Только он сам способен сказать о себе. Он может быть внешне похож на Байрона («Как он, гонимый миром странник...»), но этим сходство и заканчивается. Поэт поразительно предвидит свою недолгую жизнь («Я раньше начал, кончу ране, / Мой ум немного совершит») и сравнивает свою душу с морем. Современные психологи знают, что океан, вообще вода символизирует подсознание. Тайные думы человека, его тайники подсознания может знать только он сам или Бог, потому что другому не под силу проникнуть в такие глубины, где родятся замыслы и кроются действительные мотивы жизненного выбора или поступков.
Можно постичь другого человека достаточно глубоко, но до конца слиться с ним невозможно, потому что недаром это другой человек. Но Лермонтов пишет тем, кто не способен и на это частичное проникновение. Толпа безлика, но тот, чьи мотивы возвышаются над примитивными животными рефлексами, должен быть обережён от поверхностных толкований.