Она выделялась из  всей моей группы, стоящей у окна . Вроде все обычно -  чуть выше среднего, бледное зимнее лицо, джинсы и короткая куртка не по погоде, длинные волосы, но вот взгляд и стойка..  Знаете, я могу по стойке определить спортсменку:  лыжницу, легкоатлетку, пловчиху, танцовщицу, «художницу». У нее же был другой спорт, это  была  поза текущей кошки, готовой в секунду обернуться тигрицей. Глаза с поволокой, полуприкрытые веками, но быстрые и оценивающие, стоит собеседнику отвернуться. Я еще немного понаблюдал и подошел, здороваясь за руку с мужчинами. Я чувствовал кончиками ушей взгляд, на шее и спине, но не поворачивался. Она поздоровалась первой – жеманный жест, рука практически протянутая для поцелуя,  тонкая и холодная, мне показалась ледяной для моих вечно горячих рук.  Спрашивает какую-то ерунду, а глаза рассматривают меня снизу вверх :  обувь, потом вверх по джинсам до ширинки, заминка;  потом на руки, закатанные рукава рубашки, снова стоп ,прищурилась – пыталась разглядеть часы ;  на шею в расстегнутом воротнике, где на ключице высовывается   хвост дракона, сидящего на плече. А затем  снова посмотрела мне  в глаза, и опустила взгляд, чуть заметно и недовольно  передернув бровями : нет, здесь рыбы нет.  Несъедобный я, как обычно.В самолете она «оказалась» рядом с здоровым веселым парнем, мы его зовем  Салат, глубоко женатым отцом двоих детей ,  но, как это часто водится,  боящимся своей жены.  Что-то происходило под флисовым пледом, я мог бы это представить до мельчайших деталей, но у меня в ушах был Пикник , и мои мысли были  далеко.