Стоя у последней черты, Александр Гаврилович оставался оптимистом. Он не написал завещания, считая, что написать его - значит сдаться без борьбы страшной болезни. Решать вопрос о наследстве ценой почти в $5 млн. пришлось родственникам. Увы, как это чаще всего и бывает, состояние делили не без проблем.