Хоть вообще новости не читай.Федеральный судья Татьяна Матусяк демонстративно показала, что не хочет заниматься делом Исаакия. Слова лишен даже Николай Буров, которому есть что сказать о передаче собора церкви.15 марта 2017 года Смольнинский суд заявил, что процесс по спорной передаче Исаакиевского собора Русской православной церкви закончится не в пользу гражданских активистов. Еще 48 часов назад судья Татьяна Матусяк выражала готовность полноценно разобраться в подковерных действиях Смольного, вызвав в суд губернатора Полтавченко и РПЦ, а сегодня сообщила, что хочет прекратить дело, ознакомившись с позицией вышестоящей инстанции – Городского суда. Завтра, 16 марта, устранится помеха пасхальному подарку для патриарха.В судебную плоскость спор за Исаакий ввело распоряжение комитета имущественных отношений (КИО) от 30 декабря 2016 года № 160-р о плане мероприятий по передаче собора в ведение церкви. Документ, как в нем указано, издан «на основании письменного заявления Русской православнй церкви».В конце января двадцать петербуржцев подали коллективный иск в Василеостровский райсуд о признании распоряжения незаконным. Им было отказано в рассмотрении.В середине февраля еще четыре петербуржца (в том числе двое участников первого иска – депутат Борис Вишневский и гражданский активист Павел Шапчиц) подали в Смольнинский суд другое заявление. Они требовали аннулировать распоряжение 160-р из-за очевидного лукавства КИО. К моменту обращения в Смольнинский стало известно, что никакого «письменного заявления РПЦ» в адрес комитета не существует.Иск поступил заместителю председателя Смольнинского суда Татьяне Матусяк. Она работает с 2000 года, в служебную характеристику внесена строчка «Отличается обоснованной принципиальностью». В ее «клиентах» – комитеты Смольного, ГУ МВД, Росреестр и прочие ведомства. Она запрещала MDK, демонтировала доску Колчаку, но защитила Маннергейма. Еще в 2012-м вступалась за ЛГБТ, но к осени 2016-го лояльность к гей-парадам сошла на нет.Дело Исаакия она приняла к производству и 13 марта 2017-го провела содержательное заседание. Согласилась, что надо бы найти (или хотя бы поискать) то самое заявление церкви, и привлекла заинтересованными лицами губернатора Полтавченко (КИО утверждал, что церковь обратилась к нему), РПЦ, Минкульт, ГМЗ «Исаакиевский собор». Для ознакомления с материалами дела и вызова сторон дала срок до 17 апреля. Но вечером того же 13 марта в Смольном прошло совещание, где, как рассказывали участники, была еще раз проговорена желательная дата передачи Исаакия церкви – 16 апреля, Пасха. Очевидно, что судебный процесс по оспариванию распоряжения КИО не входил в планы доброжелателей патриарха.Тогда же, 13 марта, в недрах Санкт-Петербургского горсуда была изготовлена копия апелляционного определения коллегии по административным делам. Трое судей, Белоногий, Иванова и Ильичева, как выяснилось, еще 2 марта в порядке упрощенного (письменного) производства, то есть без извещения заинтересованных лиц, рассмотрели частную жалобу на определение Василеостровского суда, сочли отказ в принятии иска обоснованным и пришли к следующему: «Распоряжение КИО не является решением о передаче собора. Права и законные интересы гражданина могут быть нарушены после передачи имущества религиозной организации. Само по себе распоряжение об утверждении плана мероприятий для истцов не порождает каких-либо юридически значимых последствий».На следующий день, 14 марта, пятистраничное определение Горсуда доставлено в Смольнинский и положено на стол судьи Матусяк. Она срочно засела за изготовление своего определения: «Обращение в Василеостровский суд с аналогичным иском препятствует рассмотрению дела по существу. Изменить дату судебного разбирательства, вызвать в суд стороны 15 марта в 12 часов 30 минут. Определение обжалованию не подлежит». И полетели участникам процесса электронные письма и эсэмэски с требованием явиться.За резкими ускорениями Татьяны Матусяк поспели не все. Из новичков пришел только Николай Буров со своим юристом. "Вы кто?" – встретила его судья. "Директор «Исаакиевского собора»", – ответил он и скромно присел рядышком с представительницей КИО Марией Вишневской. Не хватало депутата Вишневского. Он сидел в ЗакСе, а в суд направил ходатайство: так и так, у меня пленарное заседание, перенос даты стал неожиданностью, прошу отложить и без меня не рассматривать. Буров тоже попросил неделю на подготовку.Судья Матусяк не говорила – резала: "К сожалению, оснований для откладывания заседания не усматривается. Суд ставит на обсуждение вопрос о прекращении производства по настоящему делу в связи с тем, что вышестоящий суд уже высказался по данному вопросу, дал правовую оценку распоряжению КИО". Мария Вишневская активно поддакнула. Ей прямо сегодня хотелось выйти победителем.Сконфуженные истцы спешно листали кодекс административного судопроизводства. Юрист Сергей Бакешин сориентировался раньше всех: "Суд должен направлять копии полученных документов сторонам. Апелляционное определение, на которое вы ссылаетесь, у меня отсутствует. Соответственно, в данном заседании невозможно решить вопрос. А что касается правовой стороны… Данное апелляционное определение не имеет преюдициальной силы. Я не участвовал в Василеостровском суде, и упомянутый вами судебный акт меня никак не затрагивает. В нашем иске указаны другие правовые основания оспаривания распоряжения КИО".Ни один мускул на лице судьи не дрогнул. Она перевела взгляд на Павла Шапчица, который имел касательство к Василеостровскому делу. "Определение Горсуда не отправлялось даже мне. Иски точно не тождественны. Очень бы хотелось все-таки увидеть то самое обращение РПЦ".Шапчиц взывал к 128-й статье кодекса административного судопроизводства. По ней отказ в принятии иска возможен, если имеется решение суда по административному спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям. И эта же 128-я статья защищает позицию судьи, ведь в деле есть два истца из первого дела – Вишневский и Шапчиц.Мария Вишневская была двумя руками за прекращение. Николай Буров передал слово своему юристу: "Мы хотим ознакомиться с материалами. Мы заинтересованы в разбирательстве, нам есть что сказать". Его поддержала скамейка истцов: "Не надо неделю, но хотя бы на несколько дней отложите…" Решение в голове судьи созрело моментально: "Что ж, уважаемые участники. Основания для отложения разбирательства отсутствуют. Однако суд полагает возможным дать ознакомиться участникам. Материалы крайне не объемные. Объявляем перерыв до завтрашнего дня. Ждем вас в 13 часов".Напоследок Бакешин и Матусяк разыграли сценку. Он хотел вручить ей ходатайство о применении мер предварительной защиты по иску (суд может приостановить действие оспариваемого решения), а судья, как герой плаката Говоркова «Нет!», отстранялась рукой. Роль рюмки водки играл лист формата А4.В коридоре после процесса не нашлось ни одного человека, который согласился поставить хотя бы сто рублей на то, что 16 марта дело не будет прекращено.http://m.fontanka.ru/2017/03/15/129/Уж на столько очевидно смольный проталкивает эту идею, что капец. И все это прямо перед выборами? Что у них в головах твориться? Почему мнением жителей никто не интересуется. интересно, когда мосту имя кадырова давали, был ли хоть один человек в городе, кто поддержал эту идею? Что за нелепые приседания перед теми, кто и так раздражает людей все больше и больше?