Запад ставит эксперимент. Над Спейси и намиОб особенностях сексуального поведения Кевина Спейси я узнала за несколько лет до того, как разразился скандал. Я была в курсе привычки актера хватать едва знакомых мужчин за промежность, склонять молодых актеров к сексуальной связи, обещая продвижение в карьере, и в целом, вести себя как феерический чудак на букву м. О деталях его домогательств — открытых, навязчивых и хамских — к мужчинам, в том числе гетеросексуальным, рассказывали с таким отвращением, что это навсегда отложило отпечаток брезгливости на мое восприятие действительно чрезвычайно талантливого актера.Но у данного и многих других громких секс-скандалов последнего времени есть еще одна сторона, которая задевает меня даже больше. Запад ставит грандиозный эксперимент, пытаясь существенно расширить понимание того, что должно считаться сексуальным преступлением.По многочисленным провалам, очередным из которых стал развал дела Спейси, уже понятно, что эксперимент терпит неудачу.Суть в том, что личные и интимные отношения — сфера настолько деликатная и сложная, что зачастую невозможно судить о реальной сущности даже того, что ты наблюдаешь собственными глазами с близкого расстояния. Это подвыпившая влюбленная пара вышла из ночного клуба или насильник подмешал девушке наркотик в напиток? Синяки на теле — свидетельство избиения или, может быть, супруги просто любят секс-игры пожестче?Не в последнюю очередь из-за этой запутанности сложился нередко встречающийся общественный феномен (характерный для всего мира), когда вина за изнасилование перекладывается на жертву.Да, это, безусловно, неправильное и уродливое явление, с которым надо бороться. Беда в том, что Запад выбрал способ, который обернется только ухудшением ситуации.Попытка уравнять изнасилование и домогательство (которые вменялись тому же Спейси) оборачивается не повышением сексуальной неприкосновенности, а наоборот — снижением табуированности сексуального насилия.Спору нет, домогательства действительно могут быть тошнотворными. Но грань между взаимно приятным флиртом, сомнительной навязчивостью и отвратительным приставанием чрезвычайно трудно определяема со стороны и задним числом. К тому же никакими законами, правоприменительной практикой и мозгопромывочной пропагандой невозможно изменить базовые стереотипы человеческого поведения. А секс относится именно к ним и предполагает проявление активности — даже с некоторой настойчивостью — одной из сторон. Обычно мужчиной.Поэтому заведомо абсурдная и обреченная на неудачу попытка поставить традиционный для человеческого вида ритуал ухаживания вне закона просто обеспечит то, что некоторое количество (и есть подозрение, что немалое) недалеких особей решат, что столь же идиотическими являются табуированность и противозаконность изнасилования.Человечество давным-давно выработало обширный комплекс реагирования на неприятные ухаживания. Он включает как деликатные (исчезнуть с горизонта), так и радикальные (физическое воздействие) инструменты. Факт, что ни один из объектов приставаний Кевина Спейси не прибег к последнему варианту действий (дать по морде), а этого явно не было, учитывая, как грубо и уверенно в своей безнаказанности он себя вел много лет, невольно заставляет задаваться вопросом: что не так с западными мужчинами?https://vm.ru/news/681676.html