Тут давеча проскакивал вопрос и опрос, про закрытие открытых гештальтов, спать или нет с первой школьной любовью и т.д. Про гештальты у меня в жизни есть совершенно особенная история, которая собственно и описана ниже. Может быть история баянистая и кому-то знакома по отрывкам, но тем не менее, оставлю её здесь. Кому не интересно – можно не читать.-- Лет мне было 16, было последнее лето после школы и перед первым курсом института. Будучи на даче я как-то мимоходом познакомился с двумя девчонками – обе старше меня на 2 года. Неделю мы с общими приятелями ходили на пруд купаться, играли в теннис и все такое. Одна из них уже жила в Москве училась на 2-м курсе. Жила (ВНИМАНИЕ) – ОДНА. В квартире своего дяди, отбывшего за рубеж. Квартира была колоритная – старый дом на краю одного из обширных московских лесопарков, высокие потолки, разруха, скрипучие полы, с газовая колонка и уйма книг на всех языках. Весь дом буквально завален книгами, от квантовой механики до сексологии. И там эта живет эта девочка. Высокого роста, весьма аристократической, я бы сказал «штучной» внешности, с 3-м размером сисек, умная и ироничная. Она тогда (да и сейчас) сильно напоминает актрису Елену Соловей с некоторой примесью певицы Шер. Скорее Соловей, но менее жеманная, и брюнетка. Надо отметить, что она мне хоть и была интересна, но как на женщину я не нее слюни не пускал. Не был влюблен, не добивался и все такое. А я ей приглянулся, хотя вида она не показывала. Идеальная комбинация для возникновения устойчивых половых отношений. «Классические» ухаживания общего приятеля, с цветами и починкой крана в ванной она отшила, но со мной всегда была любезна, и я регулярно приезжал в гости. Люди мы культурные и никаких шур-мур не возникало, можно было даже на ночь остаться и спать на кухне и это ровно ничего не означало. Но учитывая взрывоопасную смесь (моя холодность + её интерес + спормотоксикоз и гормоны у обоих) всё в итоге перешло в постель. Перешло тоже элегантно. В один из вечеров я остался у нее один, то сё, затеяли играть в карты и естественно на раздевание. Мне хватило ума раздев ее до белья в итоге поддаться и проиграть самому. Проиграв последнюю вещь (трусы) я попросил кон отыграться, на тех условиях, что, если я проигрываю – вся моя одежда навсегда переходит в её собственность. Кон этот я тоже проиграл в итоге торжественно, по одной, вручил ей в руки все уже проигранные и снятые ранее вещички. После этого встав в полный рост в метре от нее стянул с давно уже стоявшего колом члена свои плавки, положил их сверху и без суеты, не торопясь скорее прикрыться, но и не красуясь лишний раз – сел обратно на место и закутался в плед – наблюдать за ее реакцией. Вот прямо приятно вспомнить. Еще чуточку поболтав и разрядив обстановку мы отправились спать (!)  – она с моей одеждой в свою комнату, а я на диване на кухню. Вот были высокие отношения.Спалось обоим видимо не очень хорошо и не крепко. А ближе к утру я, постучавшись в дверь «взять напрокат вещи» и получив ответ «заходи», все такой же голый и с таким же стоящим пенисом появился в темноте её комнате, присел на край кровати, неизбежно юркнул под одеяло, в царство тепла и упругой мягкости. Ну там конечно молодость и природа взяла своё. Но это только присказка, сказка дальше. Первой ночью мы занимались полностью обнаженным откровенным петингом с оргазмом и эякуляцией от рук. А секса не было. Потому что она шепнула мне на ухо, что она является девственницей и более того, намеревается сохранять девственность до своей первой брачной ночи. Я удивился, но будучи мальчиком культурным и не стал настаивать. Да мне в общем то было пофиг, без того было достаточно ее тела, рук и поцелуев  Ну а дальше мы стали регулярно встречаться и регулярно я оставался у нее на ночь. При чем формально «парой» со всеми атрибутами «отношений» мы друг друга не считали и таковыми не являлись. У нее были ухажеры, у меня увлечения. Но в любой момент я без предупреждения (мобильников тогда не было) мог появиться около ее квартиры и позвонить. Она открывала, могла тут же, при мне кому-то позвонить и отменить поход в театр или зоопарк и оставалась со мною до утра.Общаться и заниматься сексом. Она училась сосать (с ее слов много лет спустя я у нее был первый во рту, хотя как знать), я учился делать кунилингус (в этом она моя первая), мы знакомились с молодыми телами друг друга, как оно устроено, как выглядит, как его надо ласкать, как целовать, где лизать, как кусать, как и на что реагирует. В темноте и с ярким светом, под одеялом, на кухне, в ванной и в постели, с вечера и до рассвета мы познавали и открывали сексуальную чувственность, ощущения, эмоции, вкусы и запахи. С каким самоотречением и вкусом она это все делала! Как в последний раз в жизни, без тени жеманства или смущения. Как сейчас вижу, как она, красивая, рослая, строгая с виду молодая женщина, похожая на Лену Соловей, слизывает собственный сок с моих пальцев, заглатывая их до основания, и направляя обратно вниз, между мокрых от смазки ног, к клитору, а сама с упоением принимается сосать член. У нас было всё, кроме собственно секса. Она предлагала мне свою попу, но я в то время был молод и этот вид секса не признавал. В итоге она как была так и осталась девственницей. Так и планировала подарить свою невинность мужу в первую брачную ночь, так и осталась. Камер тогда не было, а что происходило между нами до её свадьбы никто не видел. Ну и не только в сексе конечно дело. Мы много общались, только так как могут общаться полностью раздетые люди, которые не скованы штампами и обычаями меж половых отношений. А просто и открыто, потому что обоим это нравится. А ночью был запах старого дома, скрипучего паркета, книг и молодой женщины рядом. Легкий шум газовой колонки и синий огонек в темноте кухни. Ветер поздней московской осени стучит в окно ветками облетевшего клена, барабанит дождем по карнизу, обрывает последние листья с деревьев старого парка и раскачивает фонарь у подъезда. Эта осень навсегда останется в моей памяти и этот парк и дом (не знаю, цел ли он теперь) а когда я проезжаю вдруг мимо этого места,  всегда вспоминаю ТУ самую осень и зиму. Продолжалось это примерно год.   Закончилось следующей осенью, когда я загремел в больницу со сломанной ногой. А она пришла навестить (на пару с общим знакомым) и в палате столкнулась нос к носу с моей новой «официальной» девушкой, с которой я начинал типа «серьёзные отношения»(тм) (тьфу блин). Новые «серьёзные отношения»(тм) конечно не допускали наличия у меня столь близкой подруги, и мы потеряли друг друга из виду на долгие годы.  -- И вот собственно гештальт.Имеется чуть ли не самый яркий, глубокий и значимый роман юности, во многом открывший или определивший пристрастия, вкусы, представления о дружбе, сексе, женщинах, романтике, чувственности, и т.д.При этом, главная героиня этого романа строго говоря НЕ ведома мне как женщина. Я не был в ней, и она мне ни разу не отдалсь. А рот как известно не считается.Разве можно такой гештальт оставить не закрытым? Разве можно было не переспать друг с другом по-настоящему, пусть и спустя годы?