Да кто ж знает, как повлияло? На коляску мне в младенчестве было глубоко фиолетово, хотя в период дефицита у меня была хорошая коляска, новая, брату тоже новую покупали, ему оторвали немецкую бежевую с окошечком. Велосипеды были, начинаю с трехколесного, потом четырехколесный, кажется, "Дружок", потом нам с братом купили по Школьнику, потом мне "Салют", но я его маме отдала, а сама отлично каталась на дедушкиной "Украине" с рамой, у брата тоже был какой-то велик,  марку не помню. Лыжи были у обоих, новые с ботинками, но лыжи я в школе ненавидела, я любила коньки, они у меня были, белые, новые каждый раз. Брат коньки не любил, ему не покупали. У меня еще и ролики были, раздвижные, я каталась с дедом в Сокольниках.Форма была сначала коричневая, потом синяя, и пионерская тоже, причем рубашек было две:  белая и светло-голубая. Коричневую форму в мае я откровенно не любила, в ней было жарко. Воротнички у меня были затейливые: вышитые ришелье, крестиком и гладью, связанные крючком в разных техниках, включая вологодское кружево, еще на коклюшках сплетенные прабабушкой были одни.В 11 лет меня отселили от младшего брата в отдельную комнату размером 16 квадратов (самая маленькая в нашей квартире, но изолированная). У меня сидели подружки, я сидела у подружек, как в сталинках,  так и коммунальных хрущевках. На качество моей учебы не влияло, я из вундеркиндов была.