Про оспу с Доктор.ру.12 июня 1958 года Всемирная Организация Здравоохранения по предложению советских врачей приняла программу глобальной ликвидации натуральной оспы. За 21 год медики 73 стран совместными усилиями избавили человечество от вирусной инфекции, на счету которой миллионы жертв.Идея программы была проста: массовой вакцинацией перекрыть вирусу оспы пути распространения, пока не останется на Земле один-единственный больной. Его найти и посадить в карантин. Когда главный санинспектор Минздрава СССР Виктор Михайлович Жданов на сессии ВОЗ предложил такую идею, этому неизвестному было всего 4 года. Когда его наконец нашли, мальчик вырос и стал квалифицированным поваром.12 июня 1958 года никто не знал ещё, где сыщется этот последний пациент. В мире насчитывалось 63 государства с очагами оспы. Все эти страны были развивающиеся. И хотя идею помощи им высказывала не слишком популярная делегация Советского Союза, который был на ножах с половиной мира, резолюцию приняли единогласно. Причин консенсуса было две: финансовая и медицинская. Во-первых, из колоний оспу регулярно завозили в страны первого мира, так что приходилось тратить на профилактику по миллиарду долларов в год. Проще взять и сделать прививки всему человечеству, это обойдётся в сто миллионов, и понадобится всего раз. Во-вторых, от осложнений в результате вакцинации стало погибать больше людей, чем от завозной оспы.Советский Союз был одним из государств-основателей Всемирной Организации Здравоохранения, но до 1958 года демонстративно не участвовал в её работе. Теперь, когда отношения с окружающим миром налаживались, нужна была программа, которая вызовет всеобщее одобрение. Политическая конъюнктура и мечты советских врачей на время совпали. СССР щедро пожертвовал ВОЗ миллионы доз вакцины от оспы, а ВОЗ призвала мировые правительства прививать этим препаратом своё население.Первой страной, где оспу ликвидировали таким образом, стал Ирак. Тамошний премьер-министр Абдель-Керим Касем искал дружбы Хрущёва. В августе 1959 года в Багдад прилетел отряд советских медиков. За два месяца они исколесили на санитарных буханках УАЗ все районы Ирака, раздавая вакцину и обучая местных врачей, как её применять. В отряде было много женщин, потому что в мусульманской стране к вакцинации женщин и девочек врачей-мужчин не допускали. То и дело приходилось надевать хиджабы, но в целом отношение было благожелательное. До 7 октября 1959 года, когда молодой Саддам Хусейн стрелял в машину премьера и ранил его. В тот раз Касем остался жив, однако начались волнения, эпидемиологов отозвали домой. Иракские медики самостоятельно довели дело до полной победы – позднее там была только одна вспышка болезни, и то завозная.Такой успех программа имела там, где существовала собственная интеллигенция. Врачи с энтузиазмом принимали помощь, разъясняли населению важность вакцинации и следили, чтобы не оставалось очагов инфекции. Это вышло в Ираке и Колумбии, но подобных государств набралось всего два десятка. Через 10 лет ВОЗ признала, что в 43 странах никакого прогресса нет: там оставалось больных официально 200 тысяч, а на деле, наверное, в 10 раз больше. Приняли новую, интенсивную программу – специалисты ВОЗ выехали в развивающиеся страны, чтобы там на месте организовать то, на что не способны местные власти. И начались события в духе романов Стругацких.Директором программы стал американский эпидемиолог Дэниэл Хендерсон, который успешно боролся с оспой, завезённой в США. В свои 38 лет он умел за пять минут разговора постичь незнакомого человека и безошибочно определить, стоит ли принимать его в команду, и на какое место. Хендерсон из Женевы дирижировал работой по всему миру. Он обратился к новым технологиям, без которых массовая вакцинация проходила слишком медленно.Американские военные предоставили ВОЗ безыгольные инжекторы – пневматические аппараты с педалью, вдувавшие вакцину под кожу. Идею подал смазочный пистолет. Рабочие французских верфей жаловались, что иногда случайно впрыскивают себе смазку. Если такой пистолет зарядить вакциной, один человек за смену может без труда привить тысячу. Электричества не требуется – только сжатый воздух.Стоил такой аппарат как «Фольксваген-Жук», но творил чудеса. Он очистил от оспы Бразилию, Западную и Южную Африку – места, где население легко собиралось по призыву католических миссионеров, заодно выполнявших роль эпидемнадзора. Достаточно было обещать раздачу еды, как на клич являлись индейцы-кочевники из амазонской сельвы и людоеды-пигмеи из заирского влажного леса.Доктор Бен Рубин придумал ещё более мощное орудие – бифуркационную иглу. В её раздвоенном жале удерживалась капелька препарата, всего 0,0025 миллилитра. Для надёжной вакцинации достаточно 10-12 раз чуть наколоть плечо. Разработчик подарил ВОЗ права на свою иглу. Это сэкономило миллионы, и позволило привлечь к делу волонтёров безо всякой медицинской подготовки.Советский учёный Иван Ладный в Замбии уничтожал один очаг за другим, пока не нашёл человека, который оделял вирусом оспы всю страну. Это оказался шаман, делавший вариоляцию. В его бамбуковой трубочке был материал из гнойных струпьев больного лёгкой формой оспы. За плату эта дрянь вводилась в надрез на коже. Она могла вызвать иммунитет на многие годы, а могла спровоцировать смертельное заболевание. Что делать с этим шаманом? Ладный предложил ему поменяться – набор вариолятора на бифуркационную иглу. Сделка состоялась, и шаман из врага превратился в помощника.В 1970 году Центральную Африку считали уже свободной от инфекции, как вдруг этот диагноз поставили 9-летнему мальчику в глухой деревне. Откуда там могла взяться оспа, если она передаётся только от одного человека другому? Образец материала из везикул на теле мальчика отправили в Сотрудничающий центр ВОЗ в Москве, где Светлана Маренникова изучила его под электронным микроскопом и установила, что это вирус оспы, но не натуральной, а обезьяньей, известной с 1959 года. Так узнали, что люди могут заразиться этой инфекцией от животных. Мало того, обезьянья оспа обнаружилась у зверей в Московском зоопарке. Маренниковой пришлось прививать животных, в том числе колоть в ухо огромного амурского тигра в особой прижимной клетке. Но самое важное в этом открытии – что нет у вируса натуральной оспы другого хозяина, кроме человека, а значит, вирус можно изолировать и оставить без добычи.Главным рассадником оспы в её самой смертоносной форме оставался Индийский субконтинент – Индия, Пакистан, Бангладеш, Непал. Генеральный директор ВОЗ Марколину Кандау не верил, что в Индии вообще можно что-нибудь искоренить и обещал съесть покрышку от джипа, если он неправ. Дело в том, что отчётность в тех краях была исключительно липовая. Местные эпидемиологи сориентировались быстро: они записались в программу ВОЗ, получали хорошие зарплаты в валюте, разобрали выделенные им джипы как личный автотранспорт и гнали Хендерсону отчёты о стопроцентной вакцинации своих областей. А тысячи случаев оспы списывали на плохое качество вакцин, в первую очередь советской. Мол, жарко у нас, русский препарат разлагается. Такой подлостью отличалось только начальство. Среди рядовых всегда были врачи-энтузиасты, способные всю ночь идти по вызову в горную деревню с факелом в руке, снимая с ног земляных пиявок. Бок о бок с ними шагали сотрудники глобальной программы.Советские врачи, понимавшие в фальшивой статистике, стали выезжать в каждый очаг. Они придумали мобилизовать для этого всех медработников района на неделю – власти позволяли, а Индира Ганди напрямую призвала население помогать сотрудникам ВОЗ. Канадская студентка-волонтёр Беверли Спринг сообразила для начала засылать на рынок добровольцев, которые выспрашивали, нет ли в этих местах оспы. Полученные сведения были всегда точны. Далее на место выдвигались вакцинаторы, и после прививания к дому больного приставляли сторожа, обычно из родственников, который записывал всех приходивших. В 1975 году эндемичной оспы в Индии не стало, и Хендерсон послал Кандау старую покрышку от джипа. Но тот не стал её есть, потому что к тому времени вышел в отставку.Освободившиеся в Азии джипы и людей бросили на последний бастион оспы – в Эфиопию. Там врачи не вели липовой статистики, потому что здравоохранения не существовало вообще. Мусульманская часть страны оказалась более просвещённой и лояльной к вакцинации – там быстро ликвидировали разрозненные очаги болезни. Хуже обстояло дело в православных областях, где духовенство занималось вариоляцией, видело в ней источник дохода, а потому противилось ликвидации оспы. Двух вакцинаторов из местных даже убили при исполнении служебных обязанностей. Но когда император Хайле Селассие был свергнут, а затем задушен подушкой, новое правительство нуждалось в международном признании и стало помогать ВОЗ. Не могло оно только закрыть границу с Сомали. В пустыне Огаден сомалийские партизаны захватили бразильского специалиста по оспе и выпустили его только после личного вмешательства генсека ООН. Следы оспы вели в Сомали. Несмотря на войну, которую это квазигосударство повело с Эфиопией, сотрудники Глобальной программы вычислили среди кочевников всех заболевших. Их повезли в больницу города Марка. По пути встретился приветливый парень по имени Али Маяу Маллин, который не только знал дорогу, но даже сел в джип и показывал, как проехать, потому что работал поваром в той самой больнице. За несколько минут в машине Али подцепил оспу и вошёл в историю, потому что он-то и оказался самым последним заразившимся на Земле. Когда он выздоровел, ВОЗ выждала некоторое время и объявила премию в тысячу долларов тому, кто найдёт больного оспой. Эти деньги так никому и не достались.