Помнить надо, забывать нельзя, но устраивать из этого маскарад? Наряжать младенцев в военную форму, оборудовать коляску под танк, наклеивать надписи типа "Можем повторить"? - ну  давайте тогда по всему Улан-Батору будут ездить машины с надписью "200 лет - можем повторить" - ну как это вообще? Мне таким мамашкам с младенцами очень хочется предложить в руки похоронку на детку взять или коляску под детский гробик переделать, чтобы понять, как это, ребенок на войне, ребенок в блокаду.Проблема не в том, чтобы не помнить, а в том, чтобы не опошлять, а все к этому не идет... Стремительно катится. Мы гордимся тем, что случилось больше 70 лет назад, забывая цену, которую заплатили за эту победу, у нас выходят с иконой Николая 2, репрессированных  Блюхера и Тухачевского ("они бы могли"...) на Бессмертный полк, ребенка коллеги туда отправили вообще в принудительном порядке, раздают ленточки, которые вставляют в кроссовки - это уже не память, это издевательство, просто потому, что процент участников ВОВ стремительно  катится к нулю и остается общая идея "наши победили" - но в  1812 мы тоже победили и сейчас ряженные устраивают игрища на Бородинском поле и никому это не кажется кощунственным, потому что за давностью стерлось из памяти. Как стерлись из памяти и Первая Мировая и первые годы Великой Октябрьской - все проходит. Но самостоятельно приближать превращение дня, который с трепетом отмечался в нашей семье, где, раз уж вы предлагаете помериться предками, были ветераны войны, где два ребенка войны, где два прадеда -военных контрразведчика и третий был на всех фронтах и дошел до Праги, в лубочно-картонный маскарад - увольте. Мне очень хочется, чтобы у моих детей остались какие-то святые памятные вещи, даты, события. И поэтому нет. Просмотр фильмов,  чтение книг, посвященных тем или иным событиям должен быть не раз в году  с фразой "дорогой, сегодня мы помним" - это большая планомерная работа с ребенком, его образованием и воспитанием. И обматывание лентами и хождение с плакатами играет здесь далеко не первую роль. Мы здесь не о памяти, а об отсутствии чувства меры в руководящей линии