Почему мне жалко Улюкаева  © Евгения ГУСЕВА (Комсомольская правда)Первое. Это сигнал элитам. Слишком многие берут взятки или откаты. Кристально чистых в системе практически нет. Все они должны понять, что отныне это осуждается, и исключений больше не будет. Улюкаев прямо сказал - это сигнал вам. Любого из вас могут забрать. По сфальсифицированному обвинению или нет, вообще не суть: чиновник может прятать так хорошо, что никогда не попадется. Главное: даже если ты министр, и даже если на тебя по большому счету ничего нет, ты не в безопасности.Доказательная база, собранная на Улюкаева, на мой взгляд, шаткая. Да, я не верю, что он не знал о деньгах во врученной ему сумке. И никто не верит. Но железных аргументов нет, слов «два миллиона долларов» он нигде не произнес, они не записаны. Денег он не касался. Мало ли что ему всучили в запертом на ключ саквояже.Но суд, вот удивительно, вынес решение - кальку с народного мнения: раз ты чиновник, ты наверняка вор. Ну правда.Второе. Реакция элит? Никакой. В Китае расстреливают, и где реакция? Никто из тех, кто попадает под удар, не променяет жизнь высшего чиновника, полную опасностей, на размеренную жизнь обывателя. Они будут по-прежнему тесниться у кормушки и громко чавкать. Некоторые тут же упадут замертво, остальные наступят на их тела и продолжат чавкать.Третье. Пишут, что власть не хотела такого приговора Улюкаеву, что это все силовики и «темная сторона». Брехня. Власть увидела, что общество недовольно мягким отношением к Евгении Васильевой. И решила стать жесткой. Но чтобы чавканье у кормушки и недовольство в обществе стихли, одного Улюкаева мало. Придется выщелкивать из больших кабинетов целые обоймы небожителей.Четвертое. Жалко ли лично мне лично Улюкаева? Очень. Он покаялся, а мы - христиане, мы любим раскаявшихся. Вряд ли его «Простите меня, люди!» было игрой на публику. В отличие от многих вип-болванчиков, он был рефлексирующим министром. Даже стихи писал. Такой мог и раскаяться.