1. Если недоимка не погашена и «значительна», то есть превышает 5 млн руб., возбуждается уголовное дело по ст. 199 УК РФ. Бухгалтер становится подозреваемым, а затем обвиняемым и, вероятнее всего, осужденным. А если «повезет», то амнистированным или освобожденным от ответственности вследствие истечения срока давности (оба основания нереабилитирующие).2. Затем к бухгалтеру — наряду с другими соучастниками преступления — предъявляется требование о возмещении вреда, причиненного преступлением: всей суммы не погашенной организацией недоимки и пеней, а с помощью ухищрений — и штрафов. Одновременно в качестве обеспечительных мер налагается арест на имущество лица.3. Налоговый орган доказывает факт неправомерного причинения вреда и его размер (при наличии приговора по делу и этого не нужно). Это формальный шаг. Достаточно материалов налоговой проверки.4. ФНС России считает, что вина бухгалтера как причинителя вреда презюмируется согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ. По ее мнению, такой подход конституционен и в отношении гражданско-правовых последствий уголовного преследования. Бухгалтер, конечно, может доказывать отсутствие вины, но шанса на успех почти нет.«Ты виноват уж тем…»Если бы учитывалась только вина в неперечислении в бюджет недоимки (например, бухгалтер помог увести, спрятать активы компании), дело касалось бы только «ловкачей». Но учитывается и вина в неправильном исчислении налогов, что в условиях нынешнего законодательства исключительным случаем не является и касается любого налогоплательщика.5. По мнению ФНС России, «ущерб» взыскивается независимо от того, перешли ли к лицу активы компании. Не требуется доказательств, что бухгалтер непосредственно или косвенно обогатился в результате непоступления налогов в бюджет.Лишь при наличии нескольких ответчиков степень вины и другие обстоятельства могут учитываться для распределения общей суммы между привлеченными к ответственности.6. Применение «нестрогих» уголовных наказаний, не связанных с лишением свободы, должно, как считает ФНС России, компенсироваться объемом взысканного с лица ущерба. Не сел — плати больше. Такие «уголовно-фискальные качели» налоговое ведомство обосновывает поиском баланса публичных и частных интересов, явно «подшучивая» над известным штампом КС РФ.7. Угроза взыскания ущерба с должностного лица компании-недоимщика рассматривается ФНС России как способ давления на него.От территориальных налоговых органов ожидаются «ординарные» попытки взыскания недоимки с самого налогоплательщика. Напрягаться не надо. Излишне доказывать, cчитают в ФНС России, что инспекция исчерпала все доступные ей способы взыскания.ЦифрыЗа семь лет ФНС России передала в СКР 60 тыс. материалов о налоговых преступлениях.В 2011—2013 гг. уголовные дела возбуждались по каждому шестому материалу (в среднем по 1,5 тыс. в год); по итогам девяти месяцев 2017 г. — почти по каждому второму.Показателем эффективности для СКР стал рост возмещаемого ущерба бюджету.В 2016 г. возмещено 50% установленного ущерба, за девять месяцев 2017 г. — 56%.Стоимость имущества, арестованного в целях возмещения ущерба:2013 г. — 2,3 млрд руб.;2016 г. — 7,9 млрд руб.;2017 г. (9 мес.) — 8,8 млрд руб.Как предполагается, тот, на кого могут переложить недоимку компании, сам назовет «подельников» и иные способы «реального поступления в бюджетную систему» недоимки.Принимая во внимание, что имущественные возможности физических лиц, привлекаемых к ответственности, могут совсем не соответствовать переложенной на них недоимке организации и что от этих взысканий нельзя освободиться с помощью личного банкротства, подобное взыскание из ординарной санкции превращается в пожизненную кару.Заметим: те, на ком висят долги, и эмигрировать не могут.