Все повторяется вновь, по кругу, прошло почти сто лет, а воз и ныне там.Предлагаю вниманию ЕВОЧЕК замачательнейший рассказ, это 1922-23 год, но вам разве ничего не напоминает? До боли ведь знакомо, почитаем?"Расстался я с ним в июне месяце. Он пришел тогда ко мне, свернул махорочную козью ногу и сказал мрачно:- Ну, вот и кончил университет.- Поздравляю вас, доктор, - с чувством ответил я.Перспективы у новоиспеченного доктора вырисовывались в таком виде: в здравотделе сказали: "Вы свободны", в общежитии студентов-медиков сказали: "Ну, теперь вы кончили, так выезжайте", в клиниках, больницах и т. под. учреждениях сказали: "Сокращение штатов".Получался, в общем, полнейший мрак.После этого он исчез и утонул в московской бездне.- Значит, погиб, - спокойно констатировал я, занятый своими личными делами (т. наз. "борьба за существование" ).Я доборолся до самого ноября и собирался бороться дальше, как он появился неожиданно.На плечах еще висела вытертая дрянь (бывшее студенческое пальто), но из-под нее выглядывали новенькие брюки.По одной складке, аристократически заглаженной, я безошибочно определил: куплены на Сухаревке за 75 миллионов.Он вынул футляр от шприца и угостил меня "Ирой-рассыпной".Раздавленный изумлением, я ждал объяснений. Они последовали немедленно:- Грузчиком работаю в артели. Знаешь, симпатичная такая артель - б студентов 5-го курса и я...- Что же вы грузите?!- Мебель в магазины. У нас уж и постоянные давальцы есть.- Сколько ж ты зарабатываешь?- Да вот за предыдущую неделю 275 лимончиков.Я мгновенно сделал перемножение: 275x4=1 миллиард сто! В месяц.- А медицина?!- А медицина сама собой. Грузим мы раз-два в неделю. Остальное время я в клинике, рентгеном занимаюсь.- А комната?Он хихикнул.- И комната есть... Оригинально, так, знаешь, вышло... Перевозили мы мебель в квартиру одной артистки. Она меня и спрашивает с удивлением: "А вы, позвольте узнать, кто на самом деле? У вас лицо такое интеллигентное. Я, говорю, доктор. Если б ты видел, что с ней сделалось! Чаем напоила, расспрашивала. А где вы, говорит, живете? А я говорю, . нигде не живу. Такое участие приняла, дай ей бог здоровья. Через нее я и комнату получил, у ее знакомых. Только условие: чтобы я не женился!- Это что ж, артистка условие такое поставила?- Зачем артистка... Хозяева. Одному, говорят, сдадим, двоим ни в коем случае.Очарованный сказочными успехами моего приятеля, я сказал после раздумья:- Вот писали все: гнилая интеллигенция, гнилая... Ведь, пожалуй, она уже умерла. После революции народилась новая, железная интеллигенция. Она и мебель может грузить, и дрова колоть, и рентгеном заниматься.- Я верю, - продолжал я, впадая в лирический тон, - она не пропадет! Выживет!Он подтвердил, распространяя удушливые клубы "Иры-рассыпной":- Зачем пропадать. Пропадать мы не согласны.