Дмитрий Стешин отправился на полуостров к трехлетию его возвращения в состав России, чтобы понять - как и чем сейчас живет Крым [фото, часть 1]К трехлетию возвращения полуострова домой, спецкорр КП отправился в Крым - в самый разгар «мертвого сезона», когда жиденький южный снежок уже сошел вместе с асфальтом, а солнце и отдыхающие еще не появились. И Крым предстал во всей красе – чуть облезлый и сильно провинциальный, почти безлюдный, мучительно пытающийся найти свое место в новой реальности. Но мне важнее было понять — по-прежнему ли крымчане счастливы, - как и 3 года назад, - что вернулись домой после неуютных скитаний?ДОРОГИ ТУТ - ЯЗЫК ПРИКУСИШЬ- Заворачивай! Ну куда же ты заворачиваешь!!! И как? – голос матроса гулко гремел в грузовом трюме. Он был на пике отчаяния – заканчивалась погрузка, - и все равно, как я отметил, избегал в нашем нервном диалоге матерных слов. Я стряхнул с себя остатки сна и ловко завернул куда надо. Тут же бесшумно закрылась аппарель, паром качнуло и мы побежали в Керчь. По левому борту ползли и ползли попутным курсом огни строящегося Крымского моста. И мосту и парому осталось чуть-чуть – строиться и существовать.Не сдаваясь, паромная переправа явно играла «на понижение». В 2014 году я простоял на косе Чушка 36 долгих часов, в 2015 уложился в четыре с половиной, а сейчас – не ждал ни минуты, и это расстроило. После тысячи километров пути, я надеялся поспать пару часиков на площадке-накопителе у переправы. Дорога из Москвы в Крым, как обычно, измотала до предела, хотя я и считаю себя «уверенным пользователем» трассы «Дон», ездил по ней десятки раз на Донбасс. Трасса хорошеет, конечно, – сделали объезд бесконечной придорожной ярмарки под Воронежем, и в эту честь, не иначе, проезд подорожал процентов на тридцать. Зато я не «поймал» ни одной ямы за всю дорогу от столицы. Ямы ждали меня в Крыму, это знала моя опытная машина, знал и я.Выехав из парома по гремящему железу, я вцепился в руль, как в автошколе. До центра Керчи все было нормально и ровно, на удивление, если не считать прикушенного языка. В материковой России, когда вынимают из дорожного полотна фрагмент асфальта, ступеньку сглаживают, срезают. Но местные дорожники, видать, решили не баловать автолюбителей лишний раз. Дорогу до Симферополя практически сделали, что вам еще от нас надо?Где-то под Феодосией пришлось сделать «санитарную остановку», я деликатно отошел от дороги и обомлел. Труба котельной стоящей в чистом поле, оказалась развернутой пусковой шахтой «Бастиона». Локаторы бесшумно и зловеще мешали плотный утренний туман.Привычное крымское асфальтовое бездорожье началось сразу же за поворотом с трассы на Судак. Ямы по колено, обледенелые спуски и подъемы на серпантине несколько компенсировались божественными видами гор. Уже в гостинице, засыпая под местный телеканал, я увидел на экране главу Крыма Сергея Аксенова. Он стоял над лужей, в которую только что высыпали пару лопат дымящегося асфальта. Это шел ремонт дорожного полотна по технологии: «чтобы и деток прокормить хватило». Чиновник все это прекрасно понимал, раскраснелся и пребывал в бешенстве, дорожники и подрядчики столпившиеся вокруг, напротив, имели бледный вид. «80% дорог в Крыму не соответствуют стандартам и нормам» - внятно сказал за кадром коллега-комментатор. «А каждая яма на дороге имеет имя, фамилию, юридический адрес и расчетный счет в банке», - подумал я голосом Сталина, и тут же заснул.ЭТО НЕНАВИСТНОЕ «ВСЕ ВКЛЮЧЕНО»Я, по наивности своей, считал всегда, что «мертвый сезон» на курорте, это когда сам владелец отеля, лично, взбивает тебе подушки в номере, а когда заходишь в сельпо – все продавцы кланяются. На практике, в городе работали только две гостиницы – в одной снимали какой-то бесконечный, не запоминающийся сериал, в другую нас «устроили» друзья, коренные крымчане. От слова «устроили» приятно повеяло советским детством. Да и сама гостиница, несмотря на глобальный ремонт, была из той эпохи, с балконом сразу на 30 номеров. Правда, к каждой стерильной и уютной комнате пришлось добавить «удобства», раньше они были в конце коридора.Раннее утро я встретил в скромном кабинете управляющего нашим отелем, профессионального курортного врача Игоря Короленко. Говорим о «видах на урожай», пытаемся подвести какой-то итог курортной «трехлетки». По словам собеседника, изменился состав отдыхающих. Раньше это были интеллигентные семьи из технических центров России, а в 2016 году, из-за геополитики, поехал еще и так называемый «Тагил», разбалованный Египтом и Турцией до полной потери берегов.- Я за всю свою жизнь, не слышал столько скандалов и воплей, как этим летом, - жалуется Игорь Короленко. - Хотя, по числу туристов «Сезон-2016», можно сравнить с лучшими сезонами украинского периода. Но это лето мы ждем с грустью. В связи с очередным открытием Турции. Я сужу по общению с нашими московскими партнерами, крупными турфирмами. На Турцию большие брони на это лето. Я считаю, что это просто непатриотично. Турки сбили наш самолет, но не успели объявить «оллинклюзив», как все выстроились в очередь.Слово «оллинклюзив» (все включено) произнесенное управляющим звучит ужасно, как слово нецензурное, паскудное, площадное. Он выговаривает его с ненавистью. Я даже понимаю на секунду собеседника – «кормить отдыхающего даром, до отвала?». Это какое-то святотатство, надругательство над заведенными тут в постсоветские годы курортными порядками и традициями! Сочувственно киваю, но пересиливаю себя и все-таки спрашиваю:- Почему бы и вам не завести «оллинклюзив»?Собеседник уходит от ответа, и я узнаю, что в Судаке – уникальная гидрология бухты, и здесь есть единственный пляж в Крыму с кварцевым песком. Но, современному туристу, как мне кажется, не нужен этот кварцевый песок, ему нужен сервис. По-русски – минимум забот в некой оболочке подчеркнутого дружелюбия. И в Крыму это уже стали понимать. Но с трудом…- Что мешает выйти хотя бы на турецкий уровень сервиса?- Мы, славяне, традиционно мало улыбаемся. В рейтингах отелей крымских мы все время оказывались на втором месте. Как? Почему? Всегда делали ставку на молодежь, причем на таких энтузиастов. Вы же видели, у нас весь персонал молодой! И все время мы вторые, все время проигрывали татарской сети гостиниц. И никак не могли понять – что там у них такое уникальное? Подняли и изучили все отклики в соцсетях. А все просто. Татары улыбаются. А нас перешибить невозможно, все ходят грустные.Игорь Короленко улыбнулся. Грустной улыбкой конечно.УЧИМСЯ ДЕНЬГИ НЕ ВОРОВАТЬ- Ну вот, теперь мы знаем, как выглядят настоящие крымчане, - заметил фотограф. Действительно, на пустых улицах Судака нам встречались только настоящие, коренные жители Крыма. Летом их заслоняет толпа понаехавших. Даже у входа в главный туристический объект Судака, а может быть и всего Крыма, - крепость - было пусто. Продавцы сувениров дремали, набирались сил перед новым сезоном. Прошлый директор крепости сидел дома, под арестом, с браслетом на ноге. Использовал рабочих-реставраторов на постройке собственной фазенды – тоже готовился к сезону, надо полагать, и еще заключал какие-то липовые договора на охрану… Еще в 2015 году Москва выделила деньги на ремонт крепости. Только деньги никуда не дошли к сроку, где-то затерялись 27 миллионов. И были сделаны «оргвыводы». Вещь для Крыма обыденная – чиновников в последний год увольняют целыми аппаратами, и сажают пачками. Слон пытается победить кита. Сейчас в крепости визжали пилы, стучали молотки – процесс шел.- Это совсем не реставрация, - спустил нас на землю и.о. директора Владимир Стариков. Участник возвращения Крыма домой, отставной военный, бывший начальник охраны крепости. Человек, страстно влюбленный и в крепость и в археологию. Он прямо дрожал от возбуждения, когда рассказывал нам про многокомпонентные растворы, про обработку камня биоцидными препаратами и стратиграфию разведочных шурфов. И мне показалось, что за тысячи лет жизни, крепости наконец-то повезло, и сейчас ее подлечат как следует:- Это всего лишь противоаварийные работы, или «консервация» - напористо рассказывал нам директор.- До реставрации тут очень далеко. 28 гектаров! Надо проверить каждый метр! Под ногами – века и эпохи! Уже нашли кладбище, и там – 22 скелета…- А при Украине что-то ремонтировали?- Нет. Только в газетах писали «завалилась стена», «башня падает». Мы же считались филиалом киевской Софии, как пасынки были. А в 2015 году мы стали объектом федерального наследия России.Сейчас, по словам и.о. директора, он включался в новую, доселе неведомую, но очень увлекательную игру – выбивание грантов на обустройство крепости, культурные программы и прочее. За этим занятием мы и оставили Владимира Старикова. На прощание он нам сказал: «Можете снимать все! Вообще все!».Но наша съемка перекладки стены вызвала настоящий переполох среди охраны, рабочих и каких-то представительных дядечек. Мы наступили на шлейф какого-то затяжного скандала, связанного со сменой подрядчика. На шум к нам вышла бригадирша реставраторов по имени Феодора и обратилась с личной, наболевшей просьбой:- Мы из Гагаузии, передайте, пожалуйста, Путину, пусть он нас тоже заберет к себе! Никто не будет против! Никто!Мы пообещали, конечно.А ЖИЗНЬ ТУТ «НАТУРАЛЬНАЯ», БЕЗ КОНСЕРВАНТОВПоследний вечер в Судаке мы встретили на вершине ничем не примечательного холмика в виду крепости, на месте, где распинали Христа в трех «Мастерах и Маргаритах» трех разных режиссеров. Судак был темен – мы попали на отключение электричества. Лишь у подножия Голгофы светился огнями магазин и мы сошли с нее, чтобы купить продукты к ужину. В магазине я долго тряс головой при виде ценников, и даже родил утешительную мысль: «наверное, с лета переписать забыли». В качестве разового акта поддержки крымчан, я купил пакет томатного сока неведомого местного бренда. Пакет забыли запечатать на заводе, и я долго выплевывал плесень в раковину и полоскал рот. Сок, как и было написано на пакете, оказался натуральным, без консервантов, поэтому без помех стал основой для новых, неведомых форм крымской жизни.Продолжение следует...ИЗ ДОСЬЕ «КП»Кто-то может подумать, что Россия, получив Крым, не вкладывает в него деньги. Это не так. От слова «совсем». Например, в 2016 году на ремонт Крымских дорог выделено 11,9 млрд рублей. Для сравнения: на 2017 год в Рязанской области выделено на дорожный ремонт 5,1 млрд рублей. Вдвое меньше. Но для Крыма этих сумм все равно не достаточно. Капитальный ремонт крымских дорог не проводился больше 20 лет. Как заявил на днях глава Крыма Сергей Аксенов, при таких темпах к 2020 году отремонтируют лишь 6,5% крымских дорог. То есть, всего 700 километров из 14 тысяч.http://www.kp.ru/daily/26652/3672947/