«Макияж мужику – можно, а включить пылесос в воскресенье – нельзя»Писатель Михаил Боков с семьей переехал в Германию больше года назад. Он рассказал Недвижимости Mail.Ru о немецком быте и о том, как снимает квартиру в Берлине – самом свободном городе мира, который живет по строгим правилам.ПереездМы переехали из Москвы в Берлин всей семьей полтора года назад – зимой 2016-го. Мою жену взяли писать диссертацию во Freie Universität Berlin (Свободный Университет Берлина) и дали место преподавателя на кафедре. Я и наша 4-летняя дочь Ксения подтянулись как балласт. По немецким законам это называется «воссоединение семьи»: если кто-то из членов работает в Германии, остальные имеют право жить с ним. Так мы получили долгосрочные визы сроком на 4 года с возможностью их пролонгации.Первые два месяца в Берлине мы жили на квартире у знакомого – русского писателя. Писатель уезжал работать в другой город, а квартиру оставил нам – с условием, что мы будем переводить ему некоторую сумму (около 200 евро) за воду и свет, а ренту продолжит оплачивать он сам. Это была классная студия в Шарлоттенбурге, районе на западе Берлина, в двух шагах от замка – памятника 17 века в стиле немецкого барокко.Со времен Набокова Шарлоттенбург считают «русским» районом и иногда называют «Шарлоттенград». Бытовала даже шутка: «Гулял вчера по улицам и вдруг – удивительно – услышал в толпе немецкую речь!»В 20 веке здесь селились эмигранты, которые бежали от революции, а в 21-м район облюбовали российские айтишники, компьютерщики и программисты, которые едут в Берлин. Русскую речь здесь до сих пор можно услышать часто.Впрочем, скоро нам пришлось искать другое жилье. Писатель объявил, что его иногородняя работа закончена, и он возвращается. К тому времени мы знали уже миллион страшилок о том, как сложно иностранцу снять квартиру в Берлине. Мы были готовы к борьбе не на жизнь, а на смерть.Как мы сняли квартируДля начала нужно получить в жилищном ведомстве документ, который разрешает съем жилья. По-немецки он называется милым словом «Wohnberechtigungsschein» или сокращенно – WBS. Этот документ подтверждает ваш легальный статус и платежеспособность. Его делают 3-4 недели, и дают не всем. Нужно подтвердить, в частности, что совокупный семейный годовой доход составляет не меньше 23 000 евро и что на счету у вас есть накопления около 10 000 евро. Понятно, что не все эмигранты могут похвастаться таким капиталом. Вариант – найти поручителя, который мог бы взять за вас финансовую ответственность.Если WBS получен, начинается второй этап – собственно поиск жилья. Квартиры ищут через объявления в газетах и интернет-сайты. Комната в центре Берлина (Потсдамер-Платц) обойдется в среднем в 300 евро. Однушка в этом же районе будет стоить уже 500-700. Двушка – 650-850. Трешка от 900 и выше. В целом по городу цены варьируются в зависимости от района. Аналогичное жилье в Далеме – респектабельном районе на западе города может быть выше на 200-300 евро. А, например, квартира в восточном районе Марцан, который застроен панельными многоэтажками и напоминает окраины Москвы, обойдется на 100 евро дешевле, чем в среднем по городу.Нужно иметь ввиду: если в объявлениях о сдаче квартиры стоит приписка «Kaltmiete», это значит, цена указана без «коммуналки». Добавляйте к аренде еще 150-200 евро сверху за воду и свет.Сдают квартиры как прямые собственники, так и агенты – 50/50. Вы направляете им свои документы: WBS, банковские выписки, сведения о гражданстве, доходах, семейном положении – целую кипу документов. Затем вас приглашают на «смотрины»: все, кто хочет снять эту квартиру (иногда по 20 человек сразу), приходят ее смотреть. Показывает агент или хозяин, который сам вопросов потенциальным жильцам почти не задает, – он все увидит в документах. Посмотрели, раскланялись, и потом ждете ответ: если вас выбрали в качестве жильца, агент или хозяин пишут вам официальное письмо. Будьте готовы отдать вместе с первым месяцем аренды залог (Kaution) в размере 1-3 месяцев арендной платы и расплатиться с агентом (еще один месяц стоимости квартиры).«Все будет очень – ОООЧЕНЬ – сложно! – предупреждали нас русские друзья. – Сначала вам не дадут WBS, потому что у вас нет таких денег. А потом, если все же случится чудо и вам дадут WBS, то хозяин квартиры никогда не выберет из всех желающих русскую семью. Это случится, если кроме вас на жилье будут претендовать только турецкие семьи – к ним отношение дружелюбное, но настороженное».В итоге мы сняли квартиру всего за три дня, совсем обошлись без WBS и оставили залог только за один месяц.Помогла внутренняя сеть университета: моя жена нашла объявление о сдаче там. Хозяин квартиры – пожилой мужчина, живет в другом городе. Он хотел решить дело быстро: мы подписали договор, и въехали в чудесную двушку на границе районов Шмаргендорф и Далем, в 15 минутах езды от университета. Стоимость нашей квартиры – 750 евро в месяц. Плюс отдельно мы платим за свет (около 60 евро в месяц – что заставляет его экономить) и за радиоточку, которой не пользуемся (платить надо около 20 евро в месяц, а отказаться от нее нельзя).Обязательный ремонт и декларация правПо местному закону, хозяин не имеет права сдавать жилье без ремонта. Ремонт нужно делать после каждого съезда жильцов. Это исключает возможность заехать в квартиру, где стоят «советские» шкаф и тахта, на которой умер предыдущий владелец-алкоголик, как это частенько бывает в Москве («Вы только, ребятушки, оставьте все как есть, – увещевает московская бабушка-арендодатель. – Тахта и шкаф дороги мне как память»).В Берлине квартиры обычно сдают «голыми» – без мебели и холодильника, только с плитой. Но наш хозяин оказался радушен и добр. На свои деньги он привез нам новый холодильник, диван из IKEA и комплект стульев. «Я понимаю, – сказал он, – вы приехали жить в новую страну. Вам может быть нелегко». В новом холодильнике он оставил бутылку розового игристого – чтобы тяготы жизни не казались слишком тяжелыми.Закон об аренде дает съемщику внушительные права. Договор аренды часто заключают бессрочно, при этом хозяин квартиры фактически не имеет права выселить жильцов. Это может произойти только, если кому-то из детей или пожилых родителей хозяина понадобится жилье (что нужно будет доказывать). При этом хозяин продолжает сам общаться с управляющей компанией (мы получаем только счета), кадастровыми службами и всеми прочими организациями. Почти все наши знакомые-берлинцы возрастом 30-40 лет не собираются покупать своих квартир и живут в съемных. «А зачем? – рассуждают они. – Свое жилье – это ответственность!»Мы живем в 5-этажном доме, построенном в 50-х годах. В двух шагах – престижный район Далем, городские виллы, пруды и Грюневальдский лес, место для прогулок и спорта. В шаговой доступности – кольцевая линия наземного метро S-Bahn. По местным меркам, почти центр. Хотя как такового ярко выраженного центра в Берлине нет – возможно, из-за того, что город почти три десятилетия разделяла на две части стена. Центром на востоке была телебашня, а центром западной части традиционно считали торговую артерию Курфюрстендамм.Университетские коллеги жены посмеиваются и называют наш район «Altersheim» – дом престарелых. Сами они (особенно если у них нет детей) предпочитают «молодежные» районы: Кройцберг, Пренцлауэр Берг или модный Нойкелльн, где круглосуточно кипит жизнь. Но мы счастливы и не жалуемся. До тусовок в Кройцберге – 40 минут езды на велосипеде, зато до детского сада дочери – всего 15 минут, и вокруг – лес, свежий воздух и красота!  Друзья из модного Нойкелльна едут час на метро, чтобы отвезти ребенка в университетский детский сад. Вечером они час везут ребенка обратно.Орднунг – мать порядкаВ нашем районе действительно много людей в возрасте. Они ухожены, причесаны, носят сумки Louis Vuitton, а по вечерам нередко гоняют по нашему «альтерсхайму» на кабриолетах. Вечер начинается и заканчивается рано: в восемь часов в районе закрывают последний продуктовый магазин. Во всех остальных частях города на этот случай есть «шпэткауфы» – магазины круглосуточной торговли, но только не у нас. Видимо, пожилым людям поздняя торговля ни к чему.Почти нет в нашем районе и турецких овощных лавок, популярных в Берлине. Там дешевле, чем в магазинах. Но наши соседи – обитатели частных домов и вилл – предпочитают покупать овощи и зелень в немецких супермаркетах, возможно, просто в силу устоявшихся привычек.Зато по утрам кипит жизнь. В Берлине постоянно что-то строят, ремонтируют – то один, то другой дом на нашей улице стоят в строительных лесах.По немецкому закону о тишине начинать ремонтные работы можно с семи утра. Немцы – нация Орднунга (Порядка), поэтому будьте уверены: отбойный молоток, дрель и бульдозер начнут работать ровно в семь ноль одну. И закончат – ровно в 16.00 с двумя получасовыми перерывами на обед – в 10.30 и 13.30.В нашем доме хорошая слышимость: если на третьем этаже пылесосят, на первом вы узнаете об этом. Это привело к быстрому знакомству с соседом из нижней квартиры по фамилии Мюллер. В один из вечеров он постучался к нам, одетый в полицейскую форму, чем вызвал в нашей семье традиционный русский переполох («Контрабанду съедаем, сами прыгаем в окно, разберемся потом»). Как выяснилось позже, господин Мюллер всего лишь работает преподавателем истории в полицейской академии (а не в спецназе, как мы подумали сначала), но работа обязывает его носить форму. Он попросил нас не включать посудомойку после 22.00. Посудомойка, сказал он, «стучит в стену» и не дает ему спать.Закон регламентирует, что в 22.00 должны утихнуть все громкие звуки. По воскресеньям – целый день тишины: запрещено делать ремонты, шуметь, пылесосить, слушать громкую музыку.Еще в воскресные дни закрыты все магазины. Люди покупают продукты впрок в субботу. Единственный работающий супермаркет поблизости находится на станции Zoologischer Garten (Зоопарк), но к нему страшно даже приближаться. Кассы магазина расположены с двух противоположных сторон: очереди бывают такие длинные, что встречаются в центре.При всей любви к порядку и правилам, Берлин – невероятно пестрый, веселый и свободный город. Он – как вавилонское столпотворение. Здесь собрались люди со всех концов земли, звучат все языки мира, здесь можно вообразить себя кем хочешь, и никто не скажет ни слова. К этому быстро привыкаешь, и вскоре кажется абсолютно нормальным, что мужчины носят макияж и ходят на митинги за легализацию марихуаны… А вот включать пылесос по воскресеньям нельзя.Михаил Боков