Грамматическая категория одушевленности действительно может не иметь отношения к биологическому состоянию, как в случае со словом "мертвец". Но категория одушевленности намертво закреплена за словом и не меняется в зависимости от того, как это слово употребляется. В предложении "Я ел жареного поросенка" слово "поросенок" не становится неодушевленным, а продолжает склоняться как одушевленное. То же самое и со сфинксом, это слово склоняется одинаково, говорим мы о статуе или о живом сфинксе.