Навеяло Ливановым. Год назад у мужа после небольшой несерьезной болезни, потребовавшей абсолютно рядовой операции, съехала крыша. Он вдруг стал считать себя сильно и неизлечимо больным, хотя его обследовали с ног до головы в нескольких больницах и сказали, что он здоров. Ему все время чудились симптомы разных заболеваний, начались панические атаки. Я его поддерживала и до, и во время, и после операции - все сама делала, и с врачами договаривалась, и бульончик свежий носила, и частные клиники находила для альтернативных мнений, и мужа за руку везде водила - он стал как ребенок. Материально тоже было все на мне, муж на сделке.У него была жуткая бессонница, не помогали назначенные врачами лекарства, один не спать он не мог, поэтому мы не спали вместе. Я разрывалась между садом, школой, больницами и работой. Как меня не уволили, не знаю - от недосыпа и невроза я стала все путать и забывать. Днем он звонил и писал мне, раз пятнадцать за рабочий день. Ему нужно было, чтобы я его успокаивала. Вечером я должна была готовить диетическую еду, каждый день свежую. И слушать, слушать, слушать.Сначала я скачала Курпатова, потом нашла невролога, потом психотерапевта. Не помогло. Мой муж всегда был прекрасным мужем и отцом - заботливым, ответственным, надежным. Мы были за ним как за каменной стеной. В один миг все куда-то делось. На детей ему стало плевать сразу - он не скрывал этого. Дети ему мешали, т.к. отвлекали меня от него. Жаловался, что я им уделяю время, а ему нет. Замечал, что я улыбаюсь им больше, чем ему. Обижался, если я сначала готовила им, а не ему. Это было страшно наблюдать, т.к. это был не он. Совершенно сумасшедший взгляд, неадекватные разговоры. Через три месяца я перестала надеяться, что мы вернемся к нормальной жизни. Я очень устала. Физически и морально. Всегда мы с мужем пополам делили и быт, и заботу о детях, а тут я одна на все плюс больной муж. Однажды я поняла, что больше всего хочу в окно прыгнуть, причем прыгнуть вместе с детьми. Решить все проблемы разом. В тот момент я поняла мотивацию женщин, выкидывающих детей из окон. Они боятся оставить детей одних, боятся, что о них некому будет позаботиться. Я тоже об этом думала. Если убиться, с кем детей оставить? Родственников нет, муж не в себе, детдом - там домашним детям не место. Как только я поняла, что думаю об этом всерьез, мне стало очень страшно. Страшно - вдруг я сделаю это. Тогда я собралась и сказала мужу: даю три месяца, не придешь в себя - разъезжаемся. Люблю, но, прости, мне нужно детей поднять, а я больше не могу одна всех тянуть. Кого-то надо скинуть и это явно не дети. Сказала серьезно, проговорила, кто, где и на что будет жить и т.п. Он согласился, правда, взгляд был у него - как у побитой собаки(Муж взял себя в руки. Получилось не в один день, но было видно, как он старается, каких трудов ему стоит меня не грузить, начать общаться с детьми, умерить свои капризы в быту (всех не счесть), перестать меня будить по ночам. Он очень старался и смог.Через полгода мы уже забыли про его болезнь полностью. Он стал таким как раньше. Неблизкие друзья даже ничего не заметили.А не взял бы он себя в руки, я бы ушла и стала бы сволочью, бросившей больного мужа, да? Как вы считаете?