4. Чем занимаются спецслужбы и местные власти в регионах? Или почему отраслевые чиновники в Москве занимаются «обрезанием» указаний Путина?Они подкарауливают на таможне покупателей дешевых треккеров, позволяющих следить за быстро бегающими коровами или за гуляющим ребенком. Они же перехватывают, как во времена героев пьесы Гоголя «Ревизор» письма в центр с жалобами на бездействие и или махинации местных властей. Достучаться до центра и донести до первого лица свою правду остаётся также трудно, как во времена Николая I. И это, несмотря, на цифровую эру, о которой твердят власти. Они-то, власти, следят во всех сферах за населением с применением всех дозволенных и даже не законных методов, и продают нужную информацию всем, кто заплатит?Эта невозможность донести и достучатся о вредительстве властей и ведомств заставило директора рыбкомбината из Мурманска затесаться в толпу журналистов. И на весь мир кричать о сговоре чиновников в цене на русскую рыбку.Цитата:М. Зуб: Владимир Владимирович, добрый день! Издательство «Потребитель», Михаил Зуб. Обращаюсь со следующим вопросом по развитию рыбохозяйственного комплекса. Мы Вам очень благодарны относительно исторического съезда 2015 года, принятия идеологии о том, что рыба – это национальное достояние, которое должно следовать для населения, и так далее. Мы также благодарны Вашему системному подходу относительно анализа экспорта – порядка 87 процентов. Мы также благодарны за то, что Вы сказали относительно того, что блок на сегодня не развит: ни переработки, ни прибрежной инфраструктуры, ни логистики.Но у нас возникла система противоречий, и дальше будет следовать вопрос. То есть относительно Госсовета появляется 349-й Федеральный закон, который на 75 процентов делает «обрезание» Вашей идеологии. Второе, появляется постановление 632…Владимир Путин: А в чём там «обрезание»?М. Зуб: Объясняю. Вы шли от блока реализации к блоку переработки и блоку добычи, к единому целому. Вы шли от человека, от субъекта потребления. Что делает на сегодня 349-й закон? Он говорит: ребята, 20 процентов инвестиционной квоты разделите на четыре доли, 75 процентов отдайте блоку добычи, а 25 процентов – блоку переработки.Второе, этого мало: 633-м постановлением принимается решение о том, что на инвестиционный объект, например, на фабрику, требуется для полной мощности двадцать пять тысяч тонн сырья. И тут же одновременно идёт «игра» постановлением 648, где говорится: 70 процентов от объёма квоты, для того чтобы фабрика функционировала.Объём квоты – девять тысяч тонн. Из девяти тысяч тонн шесть тысяч тонн – б/г, тем самым четыре тысячи тонн рыбы. То есть получается, сегодня условно компания Х будет строить фабрику, и она за четыре тысячи тонн переработки практически уничтожает инфраструктуру.Более того, для переработчиков ещё хуже создали условия. Фактически переработчик сегодня вошёл в противоречие с Федеральным законом 39. То есть фактически требуется финансовое обеспечение для строительства фабрики и для участия в строительстве. Хотя переработчик не имеет блока добычи. У него нет квоты.И у меня огромная просьба, из чего следует очередной вопрос. То есть на сегодня Вы условно судья. На этот ринг запускается блок добычи, блок переработки. Блок переработки «зубами дополз», чтобы войти в инвестиционную квоту.Те предприятия переработки, которые преодолели эту планку, сдали документы в Росрыболовство – есть такие единицы, я говорю о всей переработке, не о конкретике, – нужно дать возможность участвовать в получении инвестиционной квоты, подписать постановление 632, получить квоту и построить фабрики.И самое главное…Владимир Путин: Рыбу привезли…М. Зуб: Владимир Владимирович, вопрос Китая, Севморпути, связки, обеспечения. Тут четыреста листов печатного текста. Лично Вам это дарю. Можете потом выкинуть или по диагонали прочитать. Но я хочу, чтобы это всё развивалось. Мы хотим соединить Севморпуть, мы хотим соединить Дальний Восток. Мы знаем, что делать. Мы ходим по кругу. Я Вас обманул. Я никакой не журналист, я случайный журналист. Я председатель совета директоров Мурманского рыбокомбината.(Аплодисменты)Д. Песков: Это плохо.М. Зуб: Плохо, согласен.Д. Песков: Вы же аккредитовывались на пресс-конференцию.М. Зуб: Согласен, плохо. Потому что мы три с половиной года землю жуём зубами. Мы рвёмся, для того чтобы выжить, и мы знаем, как выжить. Мы знаем, как поймать дальневосточную рыбу; что рыба по 52 рубля с Дальнего Востока будет по 80 рублей продаваться, а не по триста. У нас 300 рублей рыба стоит.Мы должны продавать рыбу так же, как курицу. Что у нас Артемьев говорил? Артемьев говорил: треска стоила 60 копеек, а курица – 2 рубля. Сейчас курица стоит 100 рублей, а треска – 300 рублей. Что мы издеваемся над людьми? Делайте со мной что хотите. Да, я сюда пришёл незаконно: сделался журналистом и прочее. Передайте, пожалуйста.Д. Песков: Спасибо, что признались.Владимир Путин: Смотрите, если мы сейчас будем вдаваться в детали, то нас с Вами вряд ли кто-нибудь поймёт. Я совсем недавно практически по всем этим вопросам приглашал к себе для беседы Илью Васильевича Шестакова. В целом я разделяю Ваши озабоченности. Потому что если мы не создадим условия для развития переработки, то тогда всё это будет уходить у нас за границу на переработку. Там будут создаваться рабочие места, там будет создаваться добавленная стоимость, и цена на рыбу у нас будет оставаться такой же высокой, как сегодня. Нам нужно обеспечить логистику и перераспределить эти возможности по квотам.Эти 20 процентов, о которых Вы сказали, – у меня тоже возникли такие же точно вопросы. Единственное, что здесь прозвучало в ответ, это то, что резкое движение по этим процентам может подорвать добычу вообще. И так называемый исторический принцип, который сложился в отрасли уже достаточно давно, что его нельзя резко менять, иначе мы просто подорвём саму добычу рыбы.Сейчас не будем дискутировать, просто у нас с вами не производственное собрание, но в принципе я Вас приглашу на одно из таких производственных собраний, чтобы послушать и переработчиков, и добытчиков, и так далее. Я хочу только Вам сказать, что в целом проблема понятна, мы ею занимаемся и будем вместе с вами это делать.И мои симпатии больше на Вашей стороне сегодня, я думаю, что в значительной степени, сейчас не буду забегать вперёд, но в значительной степени Вы правы, и нужно обратить внимание на эти озабоченности, которые Вы сейчас сформулировали. А бумаги мы обязательно используем в ходе подготовки к этим совещаниям.Конец цитатыЦитата:Владимир Путин: Другой вопрос связан с деятельностью правоохранительных органов, не проверяющих организаций, а именно правоохранительных органов. И здесь я с Вами соглашусь. Больших изменений к лучшему мы пока не видим. Связано это, конечно, и с коррупцией на всевозможных уровнях, и просто с низкой организацией этой работы, с отсутствием должного контроля за этой сферой. Сложный вопрос, не буду скрывать. И не могу сказать, что я удовлетворён тем, как здесь выстроена работа.Знаете, где-то год назад я пригласил Бортникова (директора ФСБ, кто не знает) и дал ему материалы, которые ко мне поступили по одному из каналов в отношении конкретной структуры. Он посмотрел (неудобно говорить, но, тем не менее, скажу) и говорит: «Владимир Владимирович, мы ровно полгода назад в этой структуре провели оперативно-следственные действия, возбудили уголовные дела, передали в суд, все находятся в местах лишения свободы – все из целого подразделения. Полгода назад набрали новых сотрудников, и всё началось сначала».Понимаете, я, честно говоря, иногда даже не знаю, что с этим делать, тем не менее, напрашивается одно из решений.Конец цитаты.