В истории противостояния Павла Дурова с триадой Таганский суд — ФСБ -Роскомнадзор важно не только то, что получение ФСБ «ключей шифрования» Телеграма не имеет практически никакого отношения к обеспечению безопасности российских граждан и борьбе с терроризмом.Террористы могут ездить на машинах — значит ли это, что во имя борьбы с терроризмом надо запретить машины? Наконец, террористы общаются при помощи слов — значит ли это, что надо запретить слова?Важно другое, и это с каждым днем становится все очевиднее все большему числу российских граждан: то, что ФСБ не имеет практически никакого отношения к обеспечению их безопасности. Именно поэтому чекисты и скооперировавшиеся с ними цензоры Роскомпоз… простите, Роскомнадзора в этой ситуации не имеют никаких шансов на общественные симпатии.С каждым днем все очевиднее, что ФСБ охраняет не Отечество, а начальство.Что ловит не террористов (это сложно и опасно), а оппозиционеров, потому что просто и безопасно, ибо оппозиционеры, в отличие от террористов, не скрываются.Когда после этого чекисты требуют доступа к переписке граждан — нарушая ее тайну, охраняемую Конституцией, — очень многим очевидно, что они делают это вовсе не в интересах общественной безопасности.Они делают это лишь для того, чтобы следить за теми, кто, имеет «невосторженный образ мыслей» (одно из моих любимых определений в «Трудно быть богом» братьев Стругацких). И хочет общаться между собой так, чтобы ФСБ не могла ни подсмотреть, ни подслушать.Это, естественно, вызывает у чекистов плохо скрываемое бешенство: как посмели? Немедленно искоренить! И тут вдруг — искоренения не получилось!В последние годы чекисты привыкли, что все их прихоти немедленно выполняются — волшебное упоминание о «безопасности» избавляет от необходимости использовать аргументы.Но вот они впервые натолкнулись на жесткое и пока непреодолимое препятствие.Вместо привычного страха, уныния и покорности, чекисты встретили смех, презрение и сопротивление.Это обнадеживает. И не только в области мессенджеров.(Б.Вишневский)