Надежда ТэффиДемоническая женщина     Демоническая женщина отличается от  женщины  обыкновенной прежде  всегоманерой одеваться. Она  носит черный  бархатный  подрясник, цепочку на  лбу,браслет  на  ноге,  кольцо  с  дыркой  «для  цианистого  калия,  который  ейнепременно  пришлют  в следующий вторник», стилет  за  воротником,  четки налокте и портрет Оскара Уайльда на левой подвязке.     Носит она также и обыкновенные предметы  дамского туалета, только не натом месте, где  им быть полагается. Так, например, пояс демоническая женщинапозволит себе  надеть только на голову, серьгу на лоб или на  шею, кольцо набольшой палец, часы на ногу.     За столом демоническая женщина ничего не ест. Она вообще никогда ничегоне ест.     - К чему?     Общественное  положение  демоническая  женщина  может  занимать   самоеразнообразное, но большею частью она - актриса.     Иногда просто разведенная жена.     Но  всегда  у  нее есть какая-то  тайна,  какой-то не то  надрыв, не торазрыв, о  которой  нельзя  говорить,  которого  никто не  знает и не должензнать.     - К чему?     У нее подняты брови трагическими запятыми и полуопущены глаза.     Кавалеру,   провожающему  ее  с  бала  и   ведущему  томную  беседу  обэстетической эротике с точки зрения эротического эстета,  она вдруг говорит,вздрагивая всеми перьями на шляпе:     - Едем в церковь, дорогой мой,  едем в церковь, скорее, скорее, скорее.Я хочу молиться и рыдать, пока еще не взошла заря.     Церковь ночью заперта.     Любезный кавалер  предлагает  рыдать  прямо на  паперти,  но «она»  ужеугасла. Она  знает, что она проклята,  что  спасенья нет, и покорно склоняетголову, уткнув нос в меховой шарф.     - К чему?     Демоническая женщина всегда чувствует стремление к литературе.     И часто втайне пишет новеллы и стихотворения в прозе.     Она никому не читает их.     - К чему?     Но вскользь говорит, что известный критик Александр Алексеевич, овладевс опасностью для  жизни  ее рукописью, прочел и потом рыдал всю ночь и даже,кажется, молился - последнее, впрочем, не  наверное. А два писателя пророчатей  огромную  будущность,  если  она  наконец  согласится опубликовать  своипроизведения. Но ведь публика никогда  не сможет понять их, и она не покажетих толпе.     - К чему?     А  ночью,  оставшись  одна,  она  отпирает  письменный   стол,  достаеттщательно  переписанные  на   машинке  листы   и  долго  оттирает   резинкойначерченные слова;     «Возвр.», «К возвр».     - Я видел в вашем окне свет часов в пять утра.     - Да, я работала.     - Вы губите себя! Дорогая! Берегите себя для нас!     - К чему?     За  столом,  уставленным вкусными штуками, она опускает глаза, влекомыенеодолимой силой к заливному поросенку.     -   Марья  Николаевна,  -  говорит  хозяйке  ее  соседка,  простая,  недемоническая  женщина,  с  серьгами  в  ушах и  браслетом  на руке, а не  накаком-либо ином месте, - Марья Николаевна, дайте мне, пожалуйста, вина.     Демоническая закроет глаза рукою и заговорит истерически:     - Вина! Вина! Дайте мне вина, я хочу пить! Я буду нить! Я вчера пила! Ятретьего дня пила и завтра... да,  и завтра я буду пить!  Я хочу, хочу, хочувина!     Собственно говоря, чего  тут  трагического,  что дама  три  дня  подрядпонемножку выпивает?  Но демоническая женщина сумеет так поставить дело, чтоу всех волосы на голове зашевелятся.     - Пьет.     - Какая загадочная!     - И завтра, говорит, пить буду...     Начнет закусывать простая женщина, скажет!     - Марья Николаевна, будьте добры, кусочек селедки. Люблю лук.     Демоническая широко раскроет глаза и, глядя в пространство, завопит:     - Селедка?  Да,  да, дайте мне селедки, я  хочу есть селедку, я хочу, яхочу.  Это лук?  Да,  да,  дайте мне  луку,  дайте  мне много  всего, всего,селедки,  луку, я хочу  есть,  я хочу пошлости,  скорее... больше... больше,смотрите все... я ем селедку!     В сущности, что случилось?     Просто разыгрался аппетит и потянуло на солененькое! А какой эффект!     - Вы слышали? Вы слышали?     - Не надо оставлять ее одну сегодня ночью.     -  А то, что  она,  наверное,  застрелится  этим самым цианистым  кали,которое ей принесут во вторник...     Бывают   неприятные  и  некрасивые  минуты  жизни,  когда  обыкновеннаяженщина, тупо уперев глаза в этажерку, мнет в руках носовой платок и говоритдрожащими губами:     - Мне, собственно  говоря,  ненадолго... всего  только  .двадцать  пятьрублей. Я надеюсь, что на будущей неделе или в январе... я смогу...     Демоническая ляжет грудью на  стол,  подопрет двумя руками подбородок ипосмотрит вам прямо в душу загадочными, полузакрытыми глазами:     - Отчего  я смотрю  на  вас? Я вам скажу.  Слушайте  меня,  смотрите наменя...  Я хочу  - вы  слышите?  - я хочу, чтобы вы дали мне сейчас же, - выслышите? - сейчас же двадцать пять рублей.  Я  этого хочу.  Слышите? - хочу.Чтобы  именно  вы, именно  мне, именно мне, именно  двадцать пять рублей.  Яхочу!  Я  тввварь!...  Теперь идите... идите...  ,не  оборачиваясь,  уходитескорей, скорей... Ха-ха-ха!     Истерический смех должен потрясать все ее существо, даже оба существа -ее и его.     - Скорей... скорей, не оборачиваясь... уходите навсегда, на всю  жизнь,на всю жизнь... Ха-ха-ха!     И  он «потрясется» своим существом и даже не сообразит, что  она простоперехватила у него четвертную без отдачи.     - Вы знаете, она сегодня  была такая  странная..,  загадочная. Сказала,чтобы я не оборачивался.     - Да. Здесь чувствуется тайна.     - Может быть... она полюбила меня...     - !     - Тайна ! ......