Я смогла взять свой гнев  под контроль. Были конечно вспышки злобного раздражения, когда я позволяла себе говорить дочери неподдерживающие вещи, но потом я просила прощения, но систематической жестокости уже не было.  Моя дочь не была сложным подростком. Она - человек с большой внутренней дисциплиной и вела себя очень выдержанно, умно и достойно. Мне на что было срываться. Причина моего неприятия дочери лежала во мне, а не в ее поведении.