сегодняшний пост:Я не за деньги, как таковые, воевала. За Игоря, которому обманом вручили повестку в суд. Мы были готовы отдать детям в траст вообще отдельные деньги. Но на каждом заседании нас атаковали и отдаляли от сетелмента все дальше и дальше. Они изматывали, затягивали процесс нарочно. И теперь как в анекдоте про преферансиста, у них и так хорошо получилась. Я была по уши в бою. Он не мог мне помогать в силу болезни. Которая обострилась перед заседанием, где требовали деньги из Европы перевести под их контроль в Америку. На замороженный аккаунт. Который Елена арестовала. Игорь панически боялся этого. Случился приступ. Я была нужна нежна в больнице. Но надо было быть нежной потом. Он что то задумал ещё в феврале. Покупал с секретной почты Билеты в Испанию и сдавал их. Трижды это было. А я узнала только об одной попытке. И рассердилась разве время дезертировать? Ты что меня одну на поле боя оставляешь! Я нашла психиатра в Риге. Тот дал снотворное, когда игорь спать перестал. Я водила его к неврологу. Игорь Лотовин нашёл лучшего неврологи Латвии. Та дала Игорю тест. И он сделал его мгновенно и быстрее, чем она могла сама. Она сказала, что нет ни малейших признаков помутнения в мозгах. А есть депрессия с неподходящим препаратом. Я договорилась что после подачи на ВНЖ мы положим его в клинику знакомую и подберем препарат. Потом дополнительный стресс - хейтерша из Риги Елена Дрина выложила нашу юрсхему в паблик, и начались статьи в прессе. Короче он вдруг передумал брать ВНЖ и на. 7-45 улетел в Испанию. У него такое бывало. Он любил один в нору засесть и с бутылочкой вина быть одному. Он давно мне говорил, со ему хочется в Испанию. Я попросила проверить знакомых - как там он. Все было в порядке. Я собиралась нагрянуть, когда он сделает документы, как и обещал.Ещё до знакомства со мной он любил уединяться в Испании. Набираться сил. Я всегда справлялась с его приступами депрессий. Но в этом раз я была истощена. И он во второй половине дня, когда уже купил билет, был весел, спокоен. Отлично играл в скраббл, гулял с собакой. Я хотела с утра за ним рвануть, но он сказал : не вздумай. Я буду заниматься гибралтарскими компаниями, надо завещание на тебя сделать. Действительно, звонил в пятницу солистер оттуда. Игорь весело и радостно с ним разговаривал. Я была на передовой. Все его дела были запутаны. Он не знал структуру своей недвижимости. Нашёлся покупатель на английский дом. Игорь в какой то момент прилёг, я ему потом говорю: видишь, у нас же все хорошо. Значит тебе плохо не потому, что плохо. А потому, что химия какая то. Просто плохо. Эти приступы начались в Украине куда он уехал в надежде найти какую то работу. Он чувствовал себя затравленным с судом, где кричали: Игорь может и должен работать! А дома я, вместо того, чтобы ласково утешать, кричала : ты на меня все свалил. Я не тяну. И у меня самой депрессия началась. Мне пришлось дозу повышать. Если бы у меня были родители, этого бы не случилось.