Палач финского народаСреди патентованных палачей, злейших врагов финского народа — каяндеров, таннеров, свинхувудов — Густав Маннергейм занимает достойное, если не первое, место. Кто он, этот свежеиспечённый фельдмаршал финляндской армии?Царский генерал, шведский барон, финский помещик, отъявленный мракобес и реакционер. До 1917 года он служил двум царям — Александру III и Николаю II.Ратными подвигами сей вояка не отличался, но вот по части экзекуционных дел уже тогда подавал большие надежды.Февральскую и особенно Октябрьскую пролетарскую революцию царский генерал Маннергейм, помещик и монархист, встретил со звериной ненавистью. Он чувствовал, что почва уходит из-под ног. Потом он исчез и вынырнул в Гельсингфорсе как организатор белогвардейских банд, правая рука другого финского реакционера — Свинхувуда. И здесь этот заплечных дел мастер развернул вовсю свои “способности”.Рабочая Финляндия переживала тогда тяжёлые дни. Захватив в конце января 1918 года власть, финский пролетариат не был достаточно организован для решительной борьбы за победу социалистической революции. Сказалось отсутствие в Финляндии большевистской партии. Буржуазному правительству Свинхувуда удалось бежать на север, где оно формировало вооружённые банды, чтобы раздавить Финскую рабочую республику.Белогвардейские отряды с помощью иноземных империалистов стремились уничтожить слабые вооружённые силы рабочей Финляндии — Красную гвардию. Рабочие, трудящиеся массы Финляндии повсюду оказывали мужественное сопротивление белогвардейским отрядам. Финские пролетарии и пролетарки героически отбивались от наседавших банд барона Маннергейма. Но силы были неравны. За спиной белогвардейских полчищ стоял мировой капитал, стояли империалисты разных стран, которые, несмотря на вражду между собой, дружно спешили на помощь финским помещикам и капиталистам. И в те дни генерал Густав Маннергейм показал, на что он способен, когда речь идёт не о войне с регулярными войсками, когда перед сим “доблестным мужем” — плохо вооружённые, необученные рабочие отряды или безоружные трудящиеся — старики, женщины, дети.История знает немало примеров лютой жестокости, свирепейшей расправы с восставшими рабочими, крестьянами. Но то, что произошло в февральские, мартовские и апрельские дни 1918 года в Финляндии, превосходит даже деяния палачей Галиффе и Тьера в дни Парижской Коммуны.Маннергейм и его банды — “мясники”, как их называли трудящиеся Финляндии — поставили перед собой одну цель: физически уничтожить цвет народа, цвет рабочего класса. Расстрелы и пытки раненых, истязания захваченных в плен, издевательства над безоружным противником применялись безудержно белогвардейцами, которыми руководил Маннергейм.В городе Люлю белогвардейцы захватили председателя рабочего союза. “Мясники” отвели его на озеро, на лёд. Там опускали несколько раз в прорубь. Потом отрезали палец и пытались жечь затылок. Затем несчастного расстреляли. Но зверям в офицерской форме и этого не было достаточно. Они взяли профсоюзную книжку убитого, прибили её гвоздями к его груди и принялись возить труп на санях по деревне.При захвате белогвардейцами местечка Варкаус ими было расстреляно, как позже выяснилось, около 400 рабочих. 60 трупов было спущено в прорубь. Палачи решили сперва расстрелять каждого десятого человека, но при выборе расстреливали, главным образом, неугодных хозяевам рабочих.Бравый генерал Маннергейм собирался с помощью иностранных империалистов в две недели покончить с рабочей Финляндией. Но оказалось не так просто разбить Красную гвардию, пусть плохо вооружённую, плохо руководимую, но сильную духом, верой в правоту своего дела. Рабочие Таммерфорса дрались в самом городе, отстаивая квартал за кварталом. Многие дома представляли собой укреплённые маленькие крепости, которые надо было брать с боя. Таммерфорс пал лишь после 12-дневной осады, жесточайшей бомбардировки тяжёлой артиллерией, которую белогвардейцы получили от своих заграничных хозяев, после трёхдневной борьбы в самом городе.Ворвавшись в город, белогвардейцы стали прежде всего расстреливать без разбора всех, не щадя даже раненых. Всех предварительно раздевали донага и отводили к забору у железнодорожной станции, где расстреливали группами.Взятие Гельсингфорса банда Маннергейма ознаменовала новыми чудовищными зверствами.Финская газета “Вапаус” писала о казни красногвардейцев, захваченных в пригороде Тель, возле Гельсингфорса: “Одному выкололи глаза, другому отрезали уши, третьему — продавили череп так, что мозг вытек. Для увеличения страданий несчастных, пока пытали одних, другие должны были смотреть. Наконец, натешившись вдоволь, белые расстреляли свои жертвы.”В Гельсингфорсе происходили массовые избиения жён и детей рабочих на улицах. Больше всего женщин и детей пало на так называемом “Длинном Мосту”, отделяющем центр Гельсингфорса от рабочего квартала. Контрреволюционеры требовали, чтобы находящиеся по ту сторону моста красные сдались, но последние ответили отказом. Началось сражение. Белогвардейцы выставили впереди жён и детей рабочих, и на мосту были нагромождены целые горы трупов. Стоны несчастных матерей и детей покрывали треск пулемётов и ружейные залпы…В Абских казармах находилась большая толпа женщин и детей, бежавших в столицу из мест, где происходили сражения. Окружив казармы, белогвардейцы подожгли их и не выпустили оттуда ни одного человека — все они погибли от пуль, задохнулись в дыму или сгорели.По окончании сражения белогвардейцы приступили к облавам, всюду искали красных, арестовывали их и сотнями предавали казни. В Свеаборге большая партия красных, согнанная в баржу, была вывезена в море и потоплена артиллерийским огнём.40 тысяч трудящихся погибло от рук головорезов Маннергейма в 1918 году. 15 тысяч революционных рабочих умерло от голода и холода в концентрационных лагерях. После захвата власти финляндская буржуазия бросила в тюрьмы 90 тысяч человек, в том числе много женщин и даже подростков в возрасте 15-16 лет. Свыше трёх процентов населения было осуждено, приговорено к каторге.Где были в это время лондонские, нью-йоркские, парижские поборники культуры, цивилизации и гуманности? Что-то не слышно было их голоса в защиту финских пролетариев…Наоборот, вся мировая буржуазная печать воспевала преступные, чудовищные деяния генерала Маннергейма, палача финского народа. А благодарные финские капиталисты и помещики возвели своего спасителя, бездарного, тупого генерала, в высшее военное звание — звание фельдмаршала. Он сделал карьеру на костях и крови финского народа.После окончания гражданской войны в Финляндии генерал Маннергейм хвастливо заявлял, что не вложит своей шпаги в ножны, пока не завоюет Ленинград*.Это он был инициатором и вдохновителем всех этих именуемых финляндскими официальными кругами “частных” походов и экспедиций белогвардейских банд на территорию советской страны: похода на Олонецк весной 1919 года в сотрудничестве с империалистами Англии и Франции; похода финской белогвардейской банды в Ингерманландию для организации там мятежа осенью 1919 года; похода финской офицерщины в 1921-1922 г.г. в Карелию. Все эти походы и экспедиции Маннергейма хорошо памятны трудящимся Карелии, они стоили карельскому народу сотен и тысяч жизней.Палач Маннергейм создал в Финляндии — кстати говоря, с благословения социал-демократических проституток вроде Таннера, Пуро и других “деятелей” II Интернационала — классовую белую гвардию, шюцкор**, из сынков капиталистов, помещиков, чиновников и кулаков. Шюцкоровцы имеют специальное назначение — охранять буржуазный порядок от возможных выступлений пролетариата. Провинциальные штабы шюцкора являются исполнительным органом по расправе с левыми рабочими, интеллигентами, по убийству коммунистов.Почти два десятилетия Маннергейм, разъезжая по столицам империалистических держав, оптом и в розницу распродавал Финляндию, делал всё для того, чтобы малую Финляндию сделать большим антисоветским плацдармом. Патентованный палач, он по совместительству выполнял роль поджигателя антисоветской войны.И сейчас, когда финский народ, не желая служить пушечным мясом для империалистических антисоветских целей, создал своё Народное Правительство и с помощью дружественной Красной Армии хочет освободить свою страну от палачей и угнетателей, зловещая фигура Маннергейма снова выплыла на поверхность. Снова пошли в ход испытанные маннергеймовские методы умиротворения финского народа. Уже сообщалось, что белофинны, отступая под натиском Красной Армии, в составе которой действует финский народный корпус, жгут, уничтожают всё на своём пути, уводят население. А там, где население уходить не хочет, — расправа коротка: жителей убивают. Пытаются расправиться так, как расправлялись в 1918 году. Но зверям-шюцкоровцам больше не удастся торжествовать. Их песенка спета. Нынешние зверства — это акт отчаяния взбесившихся, потерявших облик человеческий садистов.Никогда финский народ не забудет зверского истребления своих лучших сынов и дочерей в 1918 году. Двадцать с лишним лет горит в сердцах трудящихся Финляндии неугасимая ненависть к палачу в генеральском мундире и его банде. Теперь час расплаты настал. Кара народа настигнет палачей, угнетателей и эксплуататоров. И не помогут им друзья из правящих кругов империалистических стран.Густав Маннергейм был в большой дружбе с незадачливыми министрами и генералами панской Польши. Он ездил в гости к Беку и другим, ненавистным польскому народу, правителям. Сейчас Бек и другие сановники бывшего польского государства выброшены за борт истории. Лавры Бека, Рыдз-Смиглы не давали покоя палачу Маннергейму и его друзьям. Ну что же, сейчас финский народ, руководимый своим Народным Правительством, сбросит этих зверей в мусорную яму. Туда, и только туда им дорога!Я. Ушеренко.