А вы не видите сбоя логики в ваших же рассуждениях? Если вы к ней не подходите, то сам ребенок раздражать не может, вы же с ней не общаетесь. А раздражение есть. Значит, причина его в чем-то другом. Вопрос – в чем.Я была холодна к младшей. Анализировала свои ощущения, думала. По итогу, пока она была совсем маленькая, максимально восстановила добеременный образ жизни (точнее, тот образ жизни, который я хотела вернуть по мере взросления среднего). Да, с обременением в виде рюкзака с ребенком и сумкой с салфетками и памперсами (благо еда всегда с собой). Но это было лучше, чем сидеть дома. Мне терпимо, а ребенок получал необходимый тактильный контакт.Заниматься развитием и прочими играми вовсе никак. Отдала в сад в год и вышла на работу. Необходимую информацию и разнообразные эмоции ребенок стал получать в саду. Дома особо раздражающие меня занятия стали вообще не нужны, ими занимаются воспитатели. В качестве выражения мамкиной любви прихожу с работы и валюсь на диван, а дочке разрешаю прижиматься к себе, лишь бы поднять не пыталась. Но она и сама после сада устает, так что мультик и мамин бок ее вполне устраивают.Из занятий, чтобы совсем уже не отваливаться от детей, выбрала себе два: Читаю им книжки во время еды (раздражает, но куда меньше, чем просто уговаривать малоежку что-то проглотить, да и я знаю, что время строго ограничено и в другое время читать не придется).Рисую, причем чем дальше, тем больше младшие уже друг друга занимают, а я просто лежу на полу и думаю о своем, изредка вставляя отдельные слова или что-то изображая. А с точки зрения детей – они рисуют с мамой. Причем после рисования красками у меня еще появляется по меньшей мере пол часа, пока измазанные красками дети отмокают в ванной.Добросовестно проявлять какой-то энтузиазм в отношении детей я тоже могу. Но, как оказалось, буквально несколько часов в неделю. Сдвигаю это время на выходные, когда дети дома.Потребность в возможности просто делать что угодно в квартире удовлетворяю, сдвинув себе расписание сна, встаю посреди ночи и валяю дурака. Два-три часа, но мои.