Фильм создан по мотивам комикса "Смерть Сталина" — это экранизация графического романа Фабьена Нури и Тьерри Робина (2011). 120-страничный черно-белый комикс посвящен событиям 2 марта 1953 года и нескольких последующих дней. Вдобавок это комедия. Сумрачный русский ум, даже если он либеральный, может заметить, что все это вовсе не повод для смеха: отношение к Сталину в России сегодня есть отношение к государственному насилию и, учитывая сегодняшнее количество поклонников этого насилия у нас, шутить тут не о чем.Парадокс, но жанр комедии в этих условиях как раз лучше всего и передает всю серьезность случившегося и мрачную актуальность этих событий спустя столько лет. Этот неконтролируемый эффект возникает благодаря современному российскому медиаконтексту, прежде всего обилию различных исторических сериалов на ту же тему. Их за последние 10 лет накопилось столько, что мы можем говорить уже о социокультурном феномене; телеканалы создали что-то вроде альтернативной вселенной, типа Marvel — только у нас эта вселенная называется Stalin. Продюсеры на вопрос о том, "почему у вас в кино так много Сталина", обычно отвечают, что, мол, они вообще "вне политики" — просто хотели бы "передать трагизм и величие эпохи". Это лукавый аргумент. Все эти сериалы вольно или невольно выполняют одну задачу: они оправдывают насилие, делают его нормой, подменяя трагическое "величием". Благодаря этим сериалам страна теперь уверена, что время было "великое", а все "остальное" уже не так важно. То, что под "остальным" подразумеваются страдания миллионов невинных людей, наших предков, ставших жертвами сталинизма — одни впрямую, а остальные косвенно,— подчеркивает всю аморальность сериалов. Все жертвы на фоне "великого" становятся чем-то неизбежным (что нам и внушают); а Сталин или Берия — даже при всей их кровожадности — выглядят неизбежными героями эпохи. В результате любой сериал о 1930-1950-х превращается в сериал о Сталине. Причем даже ленты, созданные на материале антисталинском, как сериалы "Дети Арбата" по Рыбакову, "Московская сага" Аксенова или "В круге первом" по Солженицыну. Все они совершенно необъяснимым образом в итоге оказываются памятником эпохе, а не ее критикой. То, что в каждом фильме теперь есть аресты и пытки, вовсе не отменяет "величия", а парадоксальным образом его дополняет: раз время великое, то и пытки тоже, никакого диссонанса нет. В результате все эти пытки также превратились в скучный штамп, в банальность и никого уже не могут поразить. Любого сталиниста такой результат вполне устраивает.Антураж комедии Ианнуччи тот же, что и в наших сериалах, но там нет этого самого пиетета к "величию". Это все меняет совершенно. Именно комедийный подход к этой теме играет роль деконструкции: комедия (или, точнее, трагикомедия) не отменяет страдания людей, а как раз делает их выпуклее. В сущности, этот подход создает дополнительную метафору. Эстетика фильма напоминает привычную, "советское бедное", что-то вроде "Свинарки и пастуха", но в это пространство вторгаются "черные маруси", а по ночам арестовывают тех, кто днем демонстрировал безмерное счастье, и уводят под стенания домашних. В первую очередь в "Смерти Сталина" поражает не само происходящее — это все мы так или иначе уже видели в кино, но то, что все участники этой драмы, даже жертвы, относятся к происходящему как к норме. В этом и есть подлинный "аромат эпохи" — иррациональность, которая вошла в привычку. Поразительно, но именно комедия абсурда наиболее убедительно передает эту атмосферу безумия.-----Целиком статья Андрея Архангельского "Смех о страхе" в журнале "Огонек": https://www.kommersant.ru/doc/3520884