Видите, Марфенька, и она всё же поняла, как давеча я вам и писала.Незадолго до смерти Игоря я почему то смотрела фотографии Александра Володина. И на ум приходили слова, не его, а просто мысли. Что вот немцы уничтожили евреев и русских, но и своих тоже сколько полегло. Что у погибших немцев были семьи, и они испытывали дикую боль. Как я сейчас. Агрессия, войны - ни к чему, кроме трагедий для всех участников не приводят. Видит бог, мы войны не хотели. Игорь был готов самого лакомого куска кусок отдать даже. Детям. Но я вступила в войну за справедливость. Я кричала : взвод, в атаку! Мне надо было заниматься Игорем, не войной. Борьба за справедливость разрушила наше счастье. Мы больше никогда не будем лежать рядом и чувствовать тепло друг к другу. Я упустила депрессивный приступ Игоря, потому что я была по уши в войне. Я была измотана войной, и у меня кончились силы его ласкать, прислушиваться к нему, я замкнулась в войне. Он - в своей боли. Вот итог войны. Он мертв. Я почти мертва. Дети несчастливы. Не надо войн. Мне надо было не воевать, а создавать дома защищенность и покой. Я просто сама сломалась в какой то момент. И меня не хватало. Вот к чему приводит война.