Третьего сентября 1987 года к атоллу Фааите в Тихом океане подошел корабль. Капитан планировал заправить судно на острове и продолжить плавание. Он попытался связаться с Фааите по радио, но никто не ответил. Раньше такого никогда не случалось. О том, чтобы идти к гавани без связи, не могло быть и речи из-за густого дыма, который затянул пролив и лагуну. На острове определенно творилось что-то странное.Экипаж радировал об увиденном в Папеэте — столицу Французской Полинезии, которая гаходится на Таити в 418 километрах от Фааите. Через несколько часов на острове приземлился вертолет жандармерии. Прилетевших полицейских ждало ужасное зрелище. На площади перед церковью стояли связанные и облитые бензином женщины и дети. Рядом в большой яме лежали обугленные тела.Атолл Фааите невелик: полоска суши в девять квадратных километров. Восточнее есть еще один остров — Факарава. До него 21 километр, на моторной лодке ходу три часа. Там есть аэродром.Европейцы открыли Фааите в начале XIX века. В 1820 году островок посетил русский путешественник Фаддей Беллинсгаузен. Он дал ему название атолл Милорадовича, но оно не прижилось. В 1880 году остров присоединили к Франции.К 1987 году тут жили 180 человек. Они занимались сельским хозяйством или рыболовством и считали себя французскими подданными. Выписывали парижские газеты, носили европейскую одежду, уважали генерала де Голля. Католический собор, который островитяне посещали два раза в день, украшали такие же статуи Жанны Д’Арк и святого Франциска Ксаверия, как во многих французских церквях.У Фааите много общего с любой тихой удаленной деревней, будь она в Западной Европе, России или Америке. Социолог Бруно Саура, который изучал произошедшее на острове в 1987 году, считает, что то же самое могло случиться и в других местах — хоть во Франции, хоть посреди Соединенных Штатов. «Это закон изолированных сообществ: перемены редки, но стремительны и совершенно непредсказуемы», — говорит он.В 1982 году Таити посетил канадский священник отец Тардифф, один из основателей католического движения «Харизматическое обновление», последователи которого стремятся использовать силу Святого Духа подобно первым последователям Христа. На глазах у тысяч жителей Папеэте отец Тардифф творил чудеса. По слухам, на его богослужениях слепые прозревали, паралитики вставали на ноги, а прокаженные выздоравливали.Сильвия Александр была фанатичной участницей «Харизматического обновления». Она посещала молитвенные собрания, а потом стала устраивать собственные. Во время молитвы Сильвия погружалась в транс, самозабвенно пророчествовала и вещала на непонятных языках. В харизматических церквях такое умение считают одним из даров Святого Духа.К Маме Сильвии — так звали ее последователи — потянулись страждущие со всего архипелага. Она исцеляла их наложением рук. На ее собраниях замечали важных чиновников.В июле 1987-го Маму Сильвию стали терзать ужасные видения. Ей мерещились неотвратимые катастрофы и бури. Из разверзшегося ада восставал дьявол с воинством демонов и нес погибель всему архипелагу. Она решила предупредить об этом жителей островов и отправилась на Факараву в сопровождении двух последовательниц.Весть о прибытии знаменитой проповедницы быстро разнеслась по Фааите. К вечеру перед церковью собралась почти вся деревня. Пришли даже те, кто не верил в слухи о чудесах. Скептики стояли в стороне от толпы и молча наблюдали за происходящим.При свете факелов Мама Сильвия обратилась к людям. «Мы прибыли на Фааите, потому что видели знамения. И эти знамения ужасны, — произнесла она. — Вам угрожает великая опасность. Поэтому я пришла и помогу вам в молитве, харизматической молитве. Если вы покаетесь, мы сможем предотвратить беду. Беду, которая ждет не только Фааите. Беда нависла над всем архипелагом. Вас спасет только молитва».Остановить ее было некому — мэр острова и настоятель церкви были в отъезде на Таити. Проповедница воспользовалась отсутствием священника и заняла его место в соборе. Каждый день она собирала верующих, молилась и рассказывала о своих видениях. Религиозное помешательство и ужас охватывали островитян все больше. Многие уверовали в грядущую катастрофу, бросили все дела и молились, молились...Мама Сильвия водила последователей по домам. «Когда мы заканчивали молиться в одном доме, то немедленно шли к кому-то еще и начинали снова, — вспоминает Монетт, жена Леонарда, который привез проповедниц на остров. — Весь день без остановки. А вечером продолжали молиться в темноте, потому что нам запретили зажигать свет».Проповедница объявила, что среди жителей деревни скрываются демоны, которые только притворяются людьми. Особенно опасны политики и чиновники. Они подчиняются дьяволу — все до единого. Никто не рискнул возразить. Мама Сильвия велела жителям сжечь все книги, даже Библию, потому что в них может быть неправда. Верующие повиновались.В конце августа Мама Сильвия взяла с собой на Факараву самых верных последователей — семь парней 20-30 лет, в том числе Леонарда. Сообщив им, что должна вернуться на Таити, она вручила каждому по розе и сказала, что передает им свою целебную силу. Семь избранников должны продолжить ее дело на острове и любой ценой предотвратить надвигающиеся несчастья.Семерка преобразилась. «Теперь в их глазах было солнце», — вспоминает один из очевидцев. Изменения заметили и другие. «Я не знаю, что случилось во время поездки, но они вернулись на Фааите другими, — говорит Монетт. — Я не узнавала ни мужа, ни парней, которые были с ним». Кроме веры, их ничего не волновало — даже родные и близкие.Избранники Мамы Сильвии немедленно возобновили молитвенные служения. Они ходили по деревне с ватагой фанатиков, вламывались в дома и проверяли, чем заняты жильцы. А единственным допустимым занятием была молитва. Перечить им или недостаточно усердно отбивать поклоны стало опасно. За неповиновение могли избить.А чтобы никто не помешал, семерка наведалась в ратушу и вывела из строя морскую радиостанцию. Других средств связи с внешним миром на острове не было.Приближался сентябрь, и на Фааите вернулся директор местной школы Кристиан Морхейн. Он уезжал с атолла на каникулы и ничего не знал о проповедях. «Я сразу почувствовал: на острове что-то не так, — вспоминает он. — Дети выглядели очень усталыми и все время молились возле классов».Через несколько дней после отбытия проповедниц на острове нашли первую одержимую дьяволом. Мама Сильвия предупреждала об этом, поэтому ее избранники не удивились. Они круглые сутки молились вокруг несчастной, пока не решили, что зло побеждено. Мало-помалу деревню охватила охота на ведьм. Фанатики всюду высматривали демонов, остальные отсиживались по домам, чтобы не попасть под подозрение.Пока мэр не вернулся из командировки на Таити, единственным представителем власти на Фааите оставался его помощник — Йоан Харрис. Происходящее на острове нравилось ему все меньше и меньше. После очередного обряда он пришел к «семерке» Мамы Сильвии и призвал остановиться. Он попросил их дождаться возвращения настоятеля церкви — в Боге и дьяволе он должен разбираться лучше.Один из семерых взглянул на него и закричал: «Демон!» Проповедница предупреждала, что чиновникам нельзя верить, а кто такой помощник мэра, если не чиновник? К тому же все знали, что у Харриса случаются приступы эпилепсии. Это верный признак одержимости. Обезумевшие жители деревни набросились на него и стали избивать.Его били, пока он не потерял сознание. Потом на шею набросили веревку и потащили к лагуне для ритуала изгнания дьявола. Снова били. Так продолжалось несколько часов, пока фанатики не поняли: Харрис уже мертв.«Это было необходимо, чтобы очистить его от скверны, — пояснил потом на суде один из участников событий. — Это было необходимо, чтобы очистить от скверны всю деревню».2 сентября в кабинет директора школы постучали взволнованные учителя. Они рассказали, что фанатики развели перед церковью гигантский костер. Последователи Мамы Сильвии решили, что тело помощника мэра нужно сжечь. Иначе злой дух, который в него вселился, останется на острове.«Я не думал, что они всерьез, — вспоминает Кристиан Морхейн. — Но учителя настаивали со слезами на глазах». И тут за окном действительно взвилось пламя. До площади было метров сто. До директора школы начало доходить, что происходит. В панике он решил закрыться в кабинете с учителями. «Думаю, если бы все это продлилось чуть дольше, мы бы тоже были мертвы», — говорит он.Монетт с самого начала не одобряла проповеди Мамы Сильвии, поэтому муж запер ее с детьми. Утром к столбу перед их домом привязали катехета из церкви. Потом она видела, как по улице волокут еще одного жителя деревни с веревкой на шее. Днем фанатики сожгли мужчину, который пытался им помешать. А ночью на костер повели его жену. «Ее привязывал к столбу собственный брат, Уильям, — вспоминает Монетт. — И она была еще жива. Я слышала, как она кричала. Очень сильно и долго».Монетт сидела и думала о том, что вытворяет ее муж. «Я знала, что он собирал дрова для костров, — говорит она. — Он тащил людей на сожжение. Он помогал делать столбы. Как он мог так измениться? Ведь он никогда меня не бил, даже голос не повышал».Утром Леонард пришел за ней и повел на площадь. Там уже стояли четыре связанные женщины — супруги других избранников Мамы Сильвии. Он связал жену и детей, а потом облил их бензином. «Он был очень зол и говорил, что я во всем виновата, потому что не хотела упоминать деву Марию в своих молитвах», — вспоминает Монетт.Когда их собирались поджечь, над деревней раздался шум приближающегося вертолета.Расследование убийств затянулось на несколько лет. Суд присяжных собрался на Папеэте лишь в 1990 году. На скамье подсудимых оказались 23 жителя Фааите — непосредственные участники казней. Сильвии Александр и ее помощниц в зале суда не было. Их не позвали даже в качестве свидетелей. Некоторые полагают, что проповедниц выгородила католическая церковь. Во Французской Полинезии она обладает огромным влиянием.За два дня фанатики сожгли шесть человек. «Мой дух попал под заклятие дьявола, — объяснял один из подсудимых. — Я потерял голову, но верил, что стою на священном пути и прогоняю зло, которое борется внутри меня».Слушания продолжались две недели. Всех обвиняемых приговорили к тюремному заключению на срок от трех до 14 лет. Они выслушали постановление суда спокойно и без эмоций.Жители Фааите постарались забыть произошедшее как страшный сон. «Вы знаете, я предпочитаю не говорить об этом, — признался один очевидцев тех событий. — Все позади, жизнь продолжается». После тюрьмы многие из тех, кто пытал и убивал односельчан, вернулись на родной остров и зажили так, будто ничего не было..Сама проповедница считала, что в кровавых событиях на Фааите нет ее вины. «Мои слова неверно поняли, — говорила Сильвия Александр. — Я только молилась за исцеление больных».https://lenta.ru/articles/2017/10/22/faaite/