Наш Путин"18 июня 2001 года я присутствовала на первой встрече Владимира Путина с американскими СМИ. Мы сидели за большим круглым столом в обшитой деревянными панелями библиотеке Кремля. Это было еще в начале президентства Путина, и мы не знали, чего ожидать от бывшего агента КГБ, только что вернувшегося с саммита, на котором президент Джордж Буш-младший "почувствовал его душу" и объявил его "надежным". После вынужденного ожидания, длившегося, казалось, часами, Путин наконец появился в начале девятого вечера, сел и отвечал на вопросы почти до полуночи", - пишет главный обозреватель по международным отношениям Politico Сьюзан Глассер в статье для The New York Times."Когда до меня дошла очередь, я спросила о жестокой войне с сепаратистами в южном регионе, Чечне. Его пространный ответ по прошествии всех этих лет читается с интересом: в нем сочетались критика СМИ (мы недостаточно освещали жестокости, совершаемые сепаратистами, заявил он), антиисламистские настроения ("Что, по-вашему, мы должны делать? Говорить с ними о библейских ценностях?" ) и утверждения, что он вынужден идти в атаку в Чечне, чтобы остальная Россия была в безопасности. С наступлением ночи он высказал предложение о совместных американо-российских действиях против истинной угрозы в мире - исламских террористов - и провозгласил свой патриотический план восстановить страну после экономических превратностей предыдущего десятилетия", - вспоминает автор."Звучит знакомо? Девизом Путина в 2001 году вполне могло быть "Вновь сделаем Россию великой", - пишет Глассер.С момента инаугурации у нас появились твердые факты: за риторикой Трампа и его действиями как президента стоит не просто поверхностное сходство с риторикой и действиями Путина в первые годы консолидации власти. "Проведя эти годы в Москве в качестве иностранного корреспондента (а остальную часть моей журналистской карьеры - в Вашингтоне в течение четырех предыдущих президентств), я могу сказать, что сходства достаточно поразительны, чтобы не отбрасывать их с легкостью", - отмечает Глассер."Критика СМИ и возмутительные заявления. Атаки на конкурирующие центры власти, будь то упрямые федеральные судьи или корпорации, отказывающиеся подчиняться. Предупреждения, некоторые из них прямо-таки создающие панику, что безопасность страны под угрозой, и мы должны воевать с исламистами, потому что они угрожают нашему образу жизни. Это методы, которые Путин использовал с большим успехом в свои первые годы у власти, и это практически те же методы и идеология столкновения цивилизаций, которые Трамп использует сейчас", - утверждает автор.Если мы, американцы, не всегда понимали, что задумывал Путин, он никогда не отступал от своей истинной цели: консолидировать власть в Кремле, полагает она.Возможно, именно это больше всего восхищает Трампа в Путине. В интервью с Playboy в марте 1990 год Трамп сказал: "Россия вышла из-под контроля, и руководство это знает"."Это мне не нравится в Горбачеве. Рука не достаточно твердая", - сказал тогда будущий президент."Кто бы мог подумать, что спустя 17 лет будут возникать вопросы о более не существующей демократии не в России, а в Америке?" - пишет Глассер.https://www.nytimes.com/2017/02/18/opinion/sunday/our-putin.html?_r=0