Сложные конструкции: что за странности происходят вокруг ИсаакияПроцесс передачи Исаакиевского собора в ведение РПЦ за минувшие выходные стремительно оброс таким количеством дополнительных вводных, что стал выглядеть окончательно загроможденным. Похоже, что компромисс придется предлагать федеральным властям — конечно, в свою пользу.До пятницы ситуацию более-менее удавалось представить в привычном ключе противостояния воцерковленной и невоцерковленной общественности, но затем в один день сначала патриарх Кирилл высказался в поддержку передачи собора, а через несколько часов официальные информационные агентства синхронно выстрелили заявлением "высокопоставленного федерального чиновника" о том, что решение передать Исаакий РПЦ было поспешным и не согласованным с президентом, а вообще консенсуса следует достичь "совместным использованием собора светскими властями и церковью".По сложившейся в России традиции такое синхронное заявление считается предпоследним уровнем выражения недовольства (последний — прямая критика из уст Владимира Путина где-нибудь на прямой линии). В Петербурге опешили: пресс-службы Смольного и Законодательного собрания решили не комментировать слова анонимных источников, а в Законодательном собрании при этом еще и заподозрили, что высокопоставленный чиновник занимается провокациями.Становилось интересно. До этого магистральным мнением в рассуждениях экспертов было мнение о том, что Путин так или иначе был как минимум в курсе передачи, если не инициировал ее. Соответственно, начали обсуждать, то ли главу государства подвели исполнители, и недоволен он этим, то ли у него вдруг раскрылись глаза, и он подумал, что перед выборами такие скандалы в Петербурге не нужны; как будто в декабре-январе никто не знал, что наступающий год — предвыборный, и это только сейчас выяснилось."Вопрос с Исаакиевским собором — это исключительная прерогатива городских властей", — говорил пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков в начале января. Из чего следует, что президент либо должен был быть в курсе, либо никакого согласования с ним не предполагалось.Поезд, однако, мгновенно остановить невозможно. Через день в Петербурге прошел крестный ход в поддержку передачи собора, который и так был явлением самодостаточным. На протяжении недели городская оппозиция с удовольствием рассказывала, что участников на этот крестный ход сгоняют со всех концов, и вообще основную силу составят ударные православные отряды из Москвы. Отряды в лице движения "Сорок сороков" нисколько не скрывались, а наоборот, распространяли в Интернете радикальные листовки с призывами.Соответственно, весь уик-энд соцсети с упоением обсуждали, во сколько раз церковь завысила численность участников и у кого лица более одухотворенные. Это очень важно выяснить, потому что президент — он, может быть, как раз лица-то и сравнивает, когда что-то согласовывает.Ударно высказался, подводя черту, известный телеведущий Дмитрий Киселев, в свежем выпуске "Вестей недели" обхаявший сразу и противников передачи собора в лице депутата Законодательного собрания Бориса Вишневского вместе со всеми единомышленниками, и сторонников в лице, что несколько удивительно, депутата Государственной думы Виталия Милонова. "За этими вывертами и эпатажем ничего содержательного и нет", — охарактеризовал Дмитрий Киселев развернувшийся спор. Настроение власти, видимо, должны были красноречиво отражать два главных хэштега передачи: Исаакий — святыня, а все, кто спорит, и с той, и с другой стороны — малахольные. В общем, ни с Энгельсом не согласен, ни с Каутским.Те, кто удивился радикальному подходу главного рупора официальной пропаганды, плохо слушал прошлогоднее послание Владимира Путина Федеральному собранию. Там президент как раз довольно четко артикулировал задачу на следующий год, и она состоит в настойчивой рекомендации всем примолкнуть.Примолкнуть-то можно — с собором что делать, непонятно. Патриарх с президентом вроде бы в противофазе, но и сдаваться никто, кажется, не собирается. Мнение высокопоставленного источника поддается толкованию — необходимо уточнить, например, понятие совместного использования.Ведь собор и сейчас, например, де-факто находится в совместном использовании, почему же это предлагается как что-то новое? Непонятно, идет ли речь о сохранении статус-кво или каком-то другом использовании, не факт, что предполагающем дальнейшее нахождение Исаакиевского собора в составе одноименного СПб ГКУ. "Время для поиска взаимоприемлемого решения есть", — сообщил источник. Если решение будут искать, значит, сохранение существующего порядка пока все-таки не в приоритете.Объяснять происходящее все сложнее с каждым шагом сторон. Митрополия, к примеру, двумя неделями раньше крестный ход с участием Виталия Милонова не благословила — и только все придумали, почему не благословила, как она берет и проводит крестный ход, а потом и еще один. Не стоит забывать о том, что известий о поступлении официальных заявок на передачу Исаакия в Смольный пока не было — на прошлой неделе из переписки активиста Марка Гофмана с аппаратом вице-губернатора Михаила Мокрецова, опубликованной в Сети, мы узнали, что сейчас ведется только еще "подготовка к процедуре будущего рассмотрения заявления о передаче". Создается рабочая группа и планируются предложения по оптимальной модели взаимодействия.То есть пока что все, включая патриарха и "высокопоставленный источник", обсуждают воздух и не основанное, по сути, ни на чем распоряжение КИО.Есть ощущение, что закончится вся эта история анекдотичным финалом о леснике, который придет и выгонит всех из леса. То есть Исаакиевский собор не достанется ни городу, ни РПЦ. Когда противостояние достигнет окончательной точки кипения, собор достанется какой-нибудь федеральной структуре и будет напрямую подчиняться, например, Министерству культуры по музейной линии, если не управделами президента. Верующие получат чуть больше прав, чем сейчас, но одураченными будут чувствовать себя и они, и их противники. Это будет выдано за компромисс и примирение.https://www.dp.ru/a/2017/02/20/Uslozhnenie_konstrukcii