ФилософскоеМережковскийСАКЬЯ-МУНИ                            По горам, среди ущелий темных,                         Где ревел осенний ураган,                         Шла в лесу толпа бродяг бездомных                         К водам Ганга из далеких стран.                         Под лохмотьями худое тело                         От дождя и ветра посинело.                         Уж они не видели два дня                         Ни приютной кровли, ни огня.                         Меж дерев во мраке непогоды                         Что-то там мелькнуло на пути.                         Это храм, - они вошли под своды,                         Чтобы в нем убежище найти.                         Перед ними на высоком троне -                         Сакья-Муни, каменный гигант.                         У него в порфировой короне -                         Исполинский чудный бриллиант.                         Говорит один из нищих:  «Братья,                         Ночь темна, никто не видит нас,                         Много хлеба, серебра и платья                         Нам дадут за дорогой алмаз.                         Он не нужен Будде: светят краше                         У него, царя небесных сил,                         Груды бриллиантовых светил                         В ясном небе, как в лазурной чаше...»                         Подан знак, и вот уж по земле                         Воры тихо крадутся во мгле.                         Но когда дотронуться к святыне                         Трепетной рукой они хотят -                         Вихрь, огонь и громовой раскат,                         Повторенный откликом в пустыне,                         Далеко откинул их назад.                         И от страха всё окаменело,                         Лишь один - спокойно-величав -                         Из толпы вперед выходит смело,                         Говорит он богу: «Ты неправ!                         Или нам жрецы твои солгали,                         Что ты кроток, милостив и благ,                         Что ты любишь утолять печали                         И, как солнце, побеждаешь мрак?                         Нет, ты мстишь нам за ничтожный камень,                         Нам, в пыли простертым пред тобой, -                         Но, как ты, с бессмертною душой!                         Что за подвиг сыпать гром и пламень                         Над бессильной, жалкою толпой,                         О, стыдись, стыдись, владыка неба,                         Ты воспрянул - грозен и могуч, -                         Чтоб отнять у нищих корку хлеба!                         Царь царей, сверкай из темных туч,                         Грянь в безумца огненной стрелою, -                         Я стою как равный пред тобою                         И, высоко голову подняв,                         Говорю пред небом и землею:                         «Самодержец мира, ты неправ!»».                         Он умолк, и чудо совершилось:                         Чтобы снять алмаз они могли,                         Изваянье Будды преклонилось                         Головой венчанной до земли, -                         На коленях, кроткий и смиренный,                         Пред толпою нищих царь вселенной,                         Бог, великий бог, - лежал в пыли!                         (Написано в 1885 году).