Чем ближе голландский референдум по вопросу ратификации Соглашения об ассоциации между ЕС и Украиной, тем больше нервничают политики и дипломаты «незалежной». Пока что, если верить немногочисленным опросам, большинство граждан Нидерландов планируют 6 апреля проголосовать против соглашения. Так, еще в январе компания EenVandaag выяснила, что 50% из тех, кто собирается пойти на референдум, точно проголосуют отрицательно, а еще 25%, скорее всего, не поддержат ратификацию.Брюссель развернул агитационную кампанию, главный посыл которой сводится к тому, что подписание соглашения об ассоциации вовсе не означает, что Украину кто-то возьмет в Евросоюз. Подчеркивается, что об этом нет и речи, а соглашение — лишь выгодная торговая сделка. Один из аргументов, например, в том, что сегодня Нидерланды поставляют на Украину товаров на сумму 400 миллионов евро, а после вступления в силу Соглашения смогут увеличить этот показатель. Правда, о том, что до Евромайдана голландский экспорт находился в районе миллиарда долларов, агитаторы умалчивают.Еще один аргумент в пользу ратификации в том, что отрицательное голосование, якобы, сыграет на руку России. На этой неделе в голландской газете AD было опубликовано интервью с американским политологом Робертом Капланом с громким заголовком «Путин хочет вбить клин между Украиной и Западом», в котором президента РФ едва ли не обвиняют в организации референдума. А глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер неоднократно говорил о том, что негативный исход голосования может поставить под вопрос единство ЕС.Несмотря на это, голландцы не спешат менять свое мнение по поводу Украины, тем более, что и скептики не сидят, сложа руки, и ведут информационную кампанию, в рамках которой вспоминают и сбитый над Донбассом «Боинг», и украденные из голландской коллекции картины, вплывшие на Украине, и многое другое. 17 марта в эфире одного из украинских каналов депутат Верховной Рады от «Батькивщины» Алена Шкрум призналась, что ситуация с референдумом «катастрофическая». «МИД работал довольно плохо, при всем уважении к Климкину. У нас там катастрофическая ситуация, будем стараться в последние дни исправлять», — заявила Шкрум.Видимо, чтобы избежать упреков, украинский МИД к середине марта активизировался. Например, презентовал англоязычный ролик «Свобода. Достоинство. Креативность», в котором рассказывается о достижениях украинцев, в котором к чисто украинским изобретениям отнесли и пассажирский самолет, и космическую сварку, и сверхзвуковой двигатель. Также ведомство обещает перевести на голландский язык веб-ресурс MyUkraineIs, который знакомит иностранцев с информацией об Украине. Специально для жителей Нидерландов должны снять и видеоролик, призывающий проголосовать на референдуме в пользу голосования. Вот только сомнительно, что этих усилий будет достаточно, да еще и за три недели до мероприятия.Украинские политологи любят подчеркивать, что голландский референдум носит консультативный характер, а потому не обязателен к исполнению властями. Но вряд ли Амстердам сможет просто так закрыть глаза на волеизъявление своих граждан. Зато очень вероятно, что этот вопрос он будет использовать для торга с Брюсселем. Вот только так ли нужна нынешняя Украина Европе, чтобы из-за нее торговаться, или референдум станет удобным способом сбыть неудачный актив с рук?— Если граждане Голландии проголосуют на референдуме против ратификации, скорее всего, начнется какой-то процесс переговоров между Брюсселем и Амстердамом, — считает политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок. — Если же договориться не удастся, а европейская бюрократия приняла твердое решение о включении Украины в свою орбиту, они могут принять документ, который не требует одобрения всех стран-членов ЕС, но при этом фактически означает ту же ассоциацию, только под другим названием.Сейчас, судя по соцопросам, примерно 55% граждан против ратификации соглашения и 45% - за. Но это если говорить о тех, кто уже решил, как голосовать. Кроме них, есть достаточно большое количество неопределившихся или тех, кто вообще не знает, что такой референдум будет. От их позиции во многом зависит исход голосования. Обычно неопределившиеся, которые все-таки решают принять участие в волеизъявлении — это протестный электорат. Поэтому пока что негативный исход референдума выглядит более вероятным.«СП»: — То есть ассоциация все равно вступит в силу, вне зависимости от результата референдума?— Не факт. Вполне возможно, что после победы Евромайдана и последовавшего двухлетнего спада, европейская бюрократия решила немного переиграть свою украинскую политику. Прямо скажем, что Украина Януковича, которую демонизировали в большинстве западных и оппозиционных украинских СМИ, была существенно более демократической, процветающей и благоприятной с точки зрения перспектив и инвестиций страной, чем та, что существуют сегодня. Во времена Януковича европейские власти и бизнес-элиты действительно очень хотели ассоциировать ее с Евросоюзом. Это было относительно стабильное государство, которое населяли 40 с лишним миллионов человек. Там можно было запускать разные проекты, использовать рынок и рабочую силу. Но после двух лет разрухи, инвестиционная привлекательность Украины существенно упала.Не исключаю, что негативный исход голландского референдума может стать желаемым выходом из ситуации для ЕС. Они не хотят прямо говорить Порошенко о том, что передумали и что Украина волнует их существенно меньше, чем раньше. А так можно будет все свалить на референдум и демократические процедуры Европейского союза, которые не позволяют идти наперекор воле одного из членов.Возможно, это конспирология, но все-таки пока перевес в пользу скептиков довольно серьезный, а каких-то заметных акций европейского руководства в поддержку голосования не видно. Зато люди, которые агитируют против ассоциации, достаточно активны. Их можно видеть на улицах, они раздают буклеты, выступают на телевидении. Поэтому вполне вероятно, что в Брюсселе, несмотря на риторику, на самом деле заинтересованы в отрицательном голосовании по поводу ассоциации Украины.«СП»: — Отрицательный результат референдума может привести к изменению внешней политики Киева?— Так называемая ассоциация с ЕС, из-за отказа от подписания которой и начался Евромайдан, на самом деле не слишком волновала украинцев. Та «рассерженная молодежь», креативный класс, который выходил на улицы (я не говорю сейчас о радикалах), по сути, выступал за безвизовый режим с Европой. О нем в Соглашении об ассоциации не сказано ни слова, но все уверены, что как только документ подпишут, они начнут ездить, работать и жить в странах Евросоюза просто так. И сейчас эти процессы развиваются параллельно. Разговоры об ассоциации — это один блок, а безвизовый режим — совсем другая тема, которая вне зависимости от исхода референдума не будет отодвинута на задний план. Все равно продолжатся переговоры с Туском, с европейским руководством и так далее.Когда мы слушаем некоторых украинских экспертов, которые продолжают очень позитивно говорить о реформах и европейских перспективах Украины, невольно закрадываются сомнения. Но нужно понимать, что эти «профессиональные друзья» Евросоюза уже много лет участвуют в различных грантовых программах США и ЕС, посещают трениниги, гражданские форумы и семинары. Им лично вся эта ситуация идет в плюс — благосостояние повышается, особенно на фоне остального населения, ведь им платят за то, чтобы они любили Европу и Америку. Поэтому вне зависимости от таких объективных факторов, как негативный результат референдума, их точка зрения не изменится. Они продолжат рассказывать гражданам Украины, как скоро те хорошо заживут под руководством западных друзей.— Вопрос об ассоциации стал предметом торга внутри Европейского союза, но самое ироничное в том, что сама Украина никак на эти процессы повлиять не может, — согласен заместитель генерального директора Центра политической информации Алексей Панин. — Эта страна превратилась в абстрактную тему, на которой строятся различные переговорные позиции. Многие страны ЕС недовольны тем, как развивается эта структура, их не устраивает доминирование со стороны Берлина, который все чаще настаивает на самоубийственных решениях вроде политики в вопросе мигрантов или антироссийских санкций.Думаю, европейские политики не преминут воспользоваться возможностью поставить Украину на карту политических переговоров. Если она по каким-то причинам крайне важна для Берлина, они готовы будут закрыть глаза на негативные результаты голландского референдума, воспользоваться юридической казуистикой и принять все необходимые решения. Но взамен они будут ждать определенных уступок и привилегий. Можно сказать, что это определенный трейд-ин.Что касается самой Украины, то она, конечно, не в состоянии хоть как-то повлиять на решение голландцев. И дело тут не в эффективности ведомства Павла Климкина, хотя, прямо скажем, сложно назвать его самым убедительным министром иностранных дел. Но даже самый лучший министр был бы не убедителен как для Нидерландов, так и для любой другой европейской страны. Украина — плохой переговорщик, ненадежный партнер, который постоянно срывает договоренности. По большому счету, это головная боль. И когда такая головная боль хоть в лице Климкина, хоть в лице Порошенко приходит и обещает, что все будет в порядке, Соглашение об ассоциации заработает, это вызывает что угодно, кроме доверия. Надавить на голландцев и показать, что ратификация соглашения была бы правильным решением, может не Киев, а Брюссель.Но учитывая негативное отношение к Евросоюзу, как к организации, растущее количество националистических и евроскептических движений внутри конкретных стран, а также пример Великобритании, которая недавно вполне эффективно отстояла свои интересы в рамках ЕС, думаю, у Брюсселя не получится заметно повлиять на общественное мнение в отношении украинской проблемы. Это тот самый случай, когда все действительно зависит от голландцев.«СП»: — То есть если они проявят упорство, евроассоциации с Украиной не будет?— Внешнеполитические решения в Евросоюзе по закону должны приниматься консенсусом, то есть быть согласованными всеми странами-членами. Пока не было таких прецедентов, когда все государства высказались в пользу какого-то решения, но из-за позиции одной страны оно не было принято. Обычно эту последнюю страну как-то удается убедить. И здесь, если в самом Евросоюзе будет четкое понимание, что это Соглашение и Украина им нужны, они смогут уговорить Голландию.Но Нидерланды сейчас оказались в той ситуации, когда могут эффективно требовать что-то взамен. Проведение такого референдума — ситуация если не уникальная, то достаточно необычная. Национальные политики сейчас стремятся умыть руки, понимая, что евробюрократия очень непопулярна, и кивают на народ, общая поступить так, как проголосуют граждане. Если граждане скажут «нет», Брюсселю придется разговаривать с Амстердамом, у которого появятся весьма весомые аргументы.«СП»: — Не приведет ли негативное голосование к разочарованию украинцев в Европе?— Политическая повестка никак не изменится. Украина сама себя загнала в угол, потому что осталась в двоичной системе геополитического исчисления. Такие государства должны смотреть только на Запад или на Восток, усидеть на двух стульях нельзя. Украина, как и большинство других постсоветских стран, не предложила третий путь, и сводит всю внешнюю политику к дилемме: Москва или Брюссель. На мой взгляд, это ошибочная политика. Но у нынешнего Киева уже нет обратной дороги. Вы можете себе представить, чтобы нынешние украинские политики вдруг вернулись в лоно ныне своего «злейшего врага»? Поэтому что бы ни произошло, как бы кто ни голосовал, они будут говорить о том, что их цель — войти в ЕС. Максимум, что мы услышим — это обиженные заявления официальных лиц о том, что Украину не понимают и не поддерживают в беде, не более того.