В книге Гарри в панике и истерике прибегает к Люпину и Сириусу с вопросами:"Вернулся Люпин и, следом за ним, Сириус.— Что случилось? — быстро спросил Сириус, откинул длинные пряди черных волос от лица и присел перед камином так, что его глаза оказались на одном уровне с глазами Гарри. Люпин, с встревоженным видом, тоже опустился рядом на колени. — У тебя все в порядке? Тебе нужна помощь?— Нет, — ответил Гарри, — дело не в этом… я просто хотел поговорить… о папе.Его собеседники обменялись изумленными взглядами, но смущаться и медлить у Гарри не было времени: с каждой секундой колени у него болели все сильнее и, похоже, с начала отвлекающего маневра прошло уже минут пять, а Джордж гарантировал ему всего двадцать. Поэтому он сразу перешел к делу, рассказывая увиденное в думосбросе.Когда закончил, ни Сириус, ни Люпин сначала не проронили ни слова. Потом Люпин тихо произнес:— Мне бы не хотелось, Гарри, чтобы ты судил своего отца на основании того, что там видел. Ему было всего пятнадцать лет…— Мне тоже пятнадцать! — запальчиво воскликнул Гарри.— Гарри, слушай, — миролюбиво заговорил Сириус, — Джеймс и Снейп ненавидели друг друга с самой первой встречи, так ведь бывает, ты сам знаешь, да? По-моему, у Джеймса было все, о чем Снейп мечтал — Джеймса все обожали, в квиддиче он был мастер… да он почти во всем был мастер. А Снейп был слегка с приветом, зациклился на Темных искусствах, а Джеймс… как бы он тебе ни показался, Гарри… Джеймс Темные искусства всегда ненавидел.— Ну да, — возразил Гарри, — но он ведь напал на Снейпа просто так, безо всякой причины, просто… ну, потому что ты сказал, что тебе скучно, — слегка смутившись, закончил он.— Мне это чести не делает, — быстро проговорил Сириус.Люпин искоса взглянул на Сириуса, затем сказал:— Гарри, послушай, ты должен понять, что твой отец и Сириус в школе были в числе избранных, и как бы ни вели себя — все их считали верхом совершенства, а если иногда их и заносило…— Хочешь сказать, если иногда дурная спесь у нас била через край, — перебил его Сириус.Люпин улыбнулся.— Он все время лохматил себе волосы, — с горечью добавил Гарри.Сириус и Люпин рассмеялись.— Я и забыл, что у него была такая привычка, — с нежностью проговорил Сириус.— А со снитчем он баловался? — жадно поинтересовался Люпин.— Да, — протянул Гарри, с недоумением видя, как Сириус и Люпин просияли от этих воспоминаний. — Но… мне он каким-то придурком показался.— Конечно, он и был придурком, — бодро заверил его Сириус, — мы все были придурками! Ну, может только к Лунатику это не относится, — взглянув на Люпина, честно добавил он.Но Люпин покачал головой:— Разве я когда-нибудь предлагал вам отстать от Снейпа? — возразил он. — Разве когда-нибудь у меня хватало духу сказать вам, что, по-моему, вы зарываетесь?— Ну, знаешь ли, — заявил Сириус, — иногда ты умудрялся заставить нас покраснеть за себя… а это уже кое-что…— А еще, — упрямо продолжал Гарри, решив выложить все, ради чего здесь оказался, — еще он беспрерывно оглядывался на девчонок на берегу озера и ждал, что они станут на него смотреть!— Да уж, когда Лили была поблизости, он вечно дурака валял, — пожал плечами Сириус, — рядом с ней он беспрерывно из кожи вон лез.— Как же она за него замуж вышла? — уныло спросил Гарри. — Она же его ненавидела!— Ничего подобного, — удивился Сириус.— На седьмом курсе она с ним начала встречаться, — уточнил Люпин.— Как только у Джеймса гонору поубавилось, — пояснил Сириус.— И он прекратил забавы ради махать палочкой направо и налево, — добавил Люпин.— Даже в сторону Снейпа? — поинтересовался Гарри.— Ну, — протянул Люпин, — Снейп — это особый случай. В том смысле, что сам Снейп никогда не упускал возможности бросить заклинание на Джеймса, а не ждать же от Джеймса, что он покорно станет все сносить.— А как мама к этому относилась?— Если честно, она многого и не знала, — ответил Сириус, — Джеймс ведь на свидания с ней Снейпа с собой не брал, и на ее глазах порчу на него не накладывал.Лицо Гарри по-прежнему выражало сомнение, и Сириус нахмурился:— Послушай, твой отец был самым лучшим другом, которого мне когда-либо доводилось иметь, и он был хорошим человеком. В пятнадцать лет многие ведут себя как идиоты. Он это перерос.— Ладно, — тяжело вздохнул Гарри. — Просто мне никогда и в голову не приходило, что я стану жалеть Снейпа."