— … А вот он же, с десятилетней девочкой… — Какой десятилетней?! Четырнадцать лет! Три года вся Лиговка к ней ходит! — О, господин революционер, это, конечно, меняет дело, четырнадцать лет — самый возраст… для революционера.Это я к тому, что не надо полагаться на "всех"