Какова же глубина любви к нему, если вот такое рождается у людей:Рыжий, Очкарик, Косой, Кривоногий, при этом – Девчонка. Еще Конопатый, Принцесса и Дженни. Про губы не надо, вот просто – не надо. И только лишь мама – солнечным зайчиком – только лишь мама.«Я вам отомщу!» - Злые вытерев слезы. «Увидите, вы!» - На ручей удирая, за милю от дома, один, но с гитарой. С мечтой и упрямством, на велике старом, на время у школы все беды оставив, нос, мазаный солнцем, ветру подставив.Вот был бы ты, ветер, живой...Но что это? Велик от гнева затрясся. Чужак! На ручье! На его мелководье! Обжитом и частном. Вихрастый, как вихорь, и глиной измазан. Весь в солнце густом, никаких тебе пятен. Лохматый зато, что дитя урагана.Противный, наверно. И злой.-Эй, ты! Это мой здесь ручей, убирайся! – Три цвета в глазах удивленных. Три. Разом.Мальчишка поднялся – тощий и выше. Мальчишка поднялся – и ветер поднялся. И как-то пропала охота ругаться, и голос, возможно, пропал вместе с нею.-Привет. – Порыв ветра погладил веснушки. – Ты солнце? – Спросил он чуть слышно.-Ты ветер?