ЗОДЧИЕКак побил государьЗолотую Орду под Казанью,Приказал на подворье своеПриходить мастерам.И велел благодетель,-Гласит летописца сказанье,-В память оной победыДа выстроят каменный храм.И к нему привелиФлорентийцев,И немцев,И прочихИноземных мужей,Пивших чару вина в один дых.И пришли к нему двоеБезвестных владимирских зодчих,Двое русских строителей,Статных,Босых,Молодых.Лился свет в слюдяное оконце,Был дух вельми спертый.Изразцовая печка.Божница.Угар и жара.И в посконных рубахахПред Иоанном Четвертым,Крепко за руки взявшись,Стояли сии мастера."Смерды!Можете ль церкву сложитьИноземных пригожей?Чтоб была благолепнейЗаморских церквей, говорю?"И, тряхнув волосами,Ответили зодчие:"Можем!Прикажи, государь!"И ударились в ноги царю.Государь приказал.И в субботу на вербной неделе,Покрестись на восход,Ремешками схватив волоса,Государевы зодчиеФартуки наспех надели,На широких плечахКирпичи понесли на леса.Мастера выплеталиУзоры из каменных кружев,Выводили столбыИ, работой своею горды,Купол золотом жгли,Кровли крыли лазурью снаружиИ в оконные рамыВставляли чешуйки слюды.И уже потянулисьСтрельчатые башенки кверху.Переходы,Балкончики,Луковки да купола.И дивились ученые люди,Зане эта церковьКраше вилл италийскихИ пагод индийских была!Был диковинный храмБогомазами весь размалеван,В алтаре,И при входах,И в царском притворе самом.Живописной артельюМонаха Андрея РублеваИзукрашен зелоВизантийским суровым письмом...А в ногах у постройкиТорговая площадь жужжала,Торовато кричала купцам:"Покажи, чем живешь!"Ночью подлый народДо креста пропивался в кружалах,А наутро истошно вопил,Становясь на правеж.Тать, засеченный плетью,У плахи лежал бездыханно,Прямо в небо уставяОчесок седой бороды,И в московской неволеТомились татарские ханы,Посланцы Золотой,Переметчики Черной Орды.А над всем этим срамомТа церковь была -Как невеста!И с рогожкой своей,С бирюзовым колечком во рту,-Непотребная девкаСтояла у Лобного местаИ, дивясь,Как на сказку,Глядела на ту красоту...А как храм освятили,То с посохом,В шапке монашьей,Обошел его царь -От подвалов и службДо креста.И, окинувши взоромЕго узорчатые башни,"Лепота!" - молвил царь.И ответили все: "Лепота!"И спросил благодетель:"А можете ль сделать пригожей,Благолепнее этого храмаДругой, говорю?"И, тряхнув волосами,Ответили зодчие:"Можем!Прикажи, государь!"И ударились в ноги царю.И тогда государьПовелел ослепить этих зодчих,Чтоб в земле егоЦерковьСтояла одна такова,Чтобы в Суздальских земляхИ в землях РязанскихИ прочихНе поставили лучшего храма,Чем храм Покрова!Соколиные очиКололи им шилом железным,Дабы белого светаУвидеть они не могли.И клеймили клеймом,Их секли батогами, болезных,И кидали их,Темных,На стылое лоно земли.И в Обжорном ряду,Там, где заваль кабацкая пела,Где сивухой разило,Где было от пару темно,Где кричали дьяки:"Государево слово и дело!"-Мастера Христа радиПросили на хлеб и вино.И стояла их церковьТакая,Что словно приснилась.И звонила она,Будто их отпевала навзрыд,И запретную песнюПро страшную царскую милостьПели в тайных местахПо широкой РусиГусляры.Дмитрий Кедрин