А разве тот факт, что из всего фильма Пархоменко запоминается только тапёрша Раневской, не говорит о ее гениальности?Кто бы помнил о Подкидыше, если бы не Раневская с  ее  Мулей? На спектакль Шторм ходили исключительно из-за Раневской. После  сцены допроса ее спекулянтки в зале оставались считанные единицы. Ей в кино предлагали роли вообще без слов. Она сама придумывала своим героиням грим, костюмы и реплики. Роли эти заняли достойное место в сокровищнице советского киноискусства, а реплики разошлись на цитаты. Это не гениальность?