Российскую фармотрасль ждет резкий перелом - генеральный директор Solopharm («Солофарм»)http://www.rbc.ru/spb_sz/01/05/2016/572363779a7947ff0e0c23ea?from=mainВсе ведущие компании выпускают дженерики. В этом смысле я бы не сказал, что петербургская промышленность производит кальки. Она использует общепризнанный стержневой метод производства лекарственных препаратов. Например, компания Actavis, с капитализацией 70 миллиардов долларов делает только дженерики. У Novartis дженерики составляют 80% продуктового портфеля.Во-вторых, нужно понимать, что у дженериков есть многолетняя история доказанных лечебных свойств. У оригинальных препаратов нередко доказанного эффекта нет, или он очень сомнительный. Давно изобретенное лекарство — не значит устаревшее. Вы же не отрицаете пользу овсяной каши на том основании, что ее готовят на завтрак уже более 700 лет.Работа фармацевтической компании заключается в том, чтобы обеспечить технологически точное внедрение научных разработок в массовое поточное производство; чтобы препараты сохраняли заложенную в них разработчиками эффективность, были стерильны, имели безопасную и удобную упаковку. Выполнять эти требования — не всегда легко; производство дженериков бывает технологически сложным. ЛЛекарства, выпускаемые сейчас в Петербурге, не могли быть выпущены в России еще несколько лет назад, потому что не было тех современных предприятий стандарта GMP, которые построены в последнее время.Иностранные фармацевтические компании уходят с российского рынка; они не выдерживают конкуренции, а мы быстро растем — по объему выпуска, количеству наименований в продуктовой линейке, и также по сложности наших продуктов. Сегодня «Солофарм», начавший работу два года назад, получил регистрацию для своего 35-го препарата, и дальше мы планируем разрабатывать, регистрировать и запускать в производство 40 препаратов в год. Через год у нас будет 70 препаратов в линейке, а к середине 2018 года — 120. Мы каждый год наращиваем мощности вдвое; постоянно идет монтаж новых линий. Я вижу, что и коллеги тоже растут.В любом случае, у нашей отрасли — хорошие перспективы. Ситуация будет примерно такой, как в продовольственном ретейле 10-15 лет назад — быстрое расширение и большие инвестиции.У банков, как и у венчурных фондов, есть латентный интерес к фарме — они присматриваются, задают вопросы. Общая сложная ситуация в экономике их сдерживает, но даже в этой ситуации фарма выигрывает в сравнении с другими отраслями, потому что ее ожидает не только краткосрочный рост на эффекте импортозамещения, но и долговременный. У нас в стране каждый год на 15% меньше употребляется алкоголя — соответственно, и продолжительность жизни растет. Она растет и в силу других факторов, достигая уже 64 лет у мужчин. Это прямо отражается на фармотрасли, создавая перспективу постоянно растущего потребления лекарств.Я думаю, переломным моментом для фармацевтической промышленности Петербурга станет начало экспорта лекарств в Европу — мы, по сути, начнём конкурировать с индийскими производителями. Это будет брейк-пойнт; вступление в технологическую борьбу. Я думаю, не все, но несколько петербургских компаний выйдут на экспорт в ближайшие 2-3 года. Мы можем предложить миру низкие производственные издержки при высокой автоматизации; у нас относительно простое трудовое законодательство — например, люди могут работать по ночам, и уже достаточно высокая производственная культура. Я говорю об экспорте дженериков.Когда появится капитал, научные изобретения будут либо приобретаться, либо бизнес обеспечит приезд в Петербург иностранных специалистов. Компании инвестируют в исследования эффективнее, чем государство. Профессора захотят здесь работать, потому что фармрынок становится в нашей стране привлекательным; по всем данным, ему предстоит бурный рост.