Спасибо, о чем и речь."    Следствие по делу "Внуковского Маньяка" выпукло высветило одну из самых серьёзных проблем в деле борьбы с серийной преступностью - отсутствие общесоюзной базы данных по преступлениям этой категории и неудовлетворительную аналитическую работу правоохранительных органов ( как по линии МВД, так и Прокуратуры ), вернее, полное отсутствие такой работы. Преступления, совершённые в разных частях страны, не изучались на предмет вычленения схожих элементов ; расследования по ним велись раздельно и лишь только после ареста подозреваемого появлялась возможность ( и то - далеко не всегда реализуемая !) свести их воедино. Проблема эта в СССР решена так и не будет, не в последнюю очередь в силу того, что идеологические установки ЦК КПСС отрицали возможность зарождения и развития в советском обществе серийной преступности как системного явления. А раз явление имеет не системный характер ( а лишь случайный ), то и оснований для организации систематической борьбы с ним не существует - примерно такова была логика партократов. Любые разговоры о странных и чудовищных преступлениях "маньяков-насильников", которые периодически возникали в обществе, коммунистический агитпроп не только не приветствовал, но и прямо запрещал, объявляя их "идеологическими диверсиями Запада" ( был такой термин в 70-80-х гг. прошлого века, под который можно было подвести любые критические разговоры - от нехватки макарон в магазинах, до роста криминала в городах ). А все формы "идеологических диверсий" подпадали под пристальный прицел КГБ СССР; потому лишние разговоры на упомянутую тему ( и вообще интерес к ней ), грозил в свою очередь пристрастным интересом самой мощной спецслужбы мира к персоне говорившего."