С-400: Китай получит мощный аргумент в споре с ЯпониейВ благодарность за политическую поддержку Москва сделала Пекин первым покупателем новейшей ЗРС «Триумф»Китай стал первым зарубежным покупателем зенитно-ракетной системы (ЗРС) С-400 «Триумф». Об этом заявил генеральный директор Рособоронэкспорта Анатолий Исайкин.По контракту, заключенному, как выяснилось, еще в сентябре прошлого года, своему географическому соседу Москва обязалась поставить четыре дивизиона «Триумфов». Сумма, которую китайцам придется выложить за сделку, не разглашается. Но можно уверенно предположить, что речь идет приблизительно о двух миллиардах долларов. Во всяком случае, по подсчетам американского портала Strategy Page, дивизион С-400 на внешнем рынке потенциальному покупателю обойдется не менее, чем в полмиллиарда долларов. Это при условии, что в каждый комплект входит восемь пусковых установок (по две ракеты на каждой), командная машина, радиолокационная станция и пуско-заряжающие установки (по 16 ракет в каждой).Ранее в китайской прессе появлялись сообщения, что новые дальнобойные зенитно-ракетные системы будут использованы для прикрытия воздушного пространства на потенциально опасных направлениях со стороны Тайваня, Японии, Вьетнама и Южной Кореи.Стоит заметить, что китайцы в последние годы вообще-то сильно сократили экспорт вооружений из нашей страны, многое научившись производить своими руками. Но в области противовоздушной обороны они продолжают делать ставку на российскую боевую технику. Только в 2010 года была завершена поставка Пекину 15 дивизионов зенитно-ракетных систем С-300 ПМУ-2 и четырех систем управления 83М6Е2. Эти ЗРС вошли в системы противовоздушной обороны Пекина, Шанхая и некоторых других городов.Но когда в России поставили на конвейер С-400, Пекину захотелось заполучить именно это оружие. Переговоры с Рособоронэкспортом начались в 2012 году. Причем, судя по публикациям в открытой печати, речь поначалу шла о продаже китайцам не четырех, а шести дивизионов «Триумфов».Как можно понять из скудной информации на деликатную тему, торги шли с большим трудом. Во-первых, Пекин не очень устраивало, что наша страна не готова начинать поставки им «Триумфов» ранее 2020 года. Потому что прежде решено снабдить новыми и очень эффективными ЗРС собственную армию. Для чего как раз к 2020 году предстоит поставить на боевое дежурство в российских войсках 56 дивизионов С-400. Даже экстренное строительство новых заводов в Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и Кирове для производства этих систем не позволяло, вроде бы, до 2020 года изготовить дополнительные «Триумфы» для Китая.Впрочем, если кое-какие возможности с продажей С-400 другим государствам все же появились, почему начать решили именно с Китая? Первой в очереди за «Триумфами» аж с 2007 года стоит союзная Белоруссия. С которой у России, между прочим, с того же 2007-го создана и несет боевое дежурство Единая региональная система (ЕРС) ПВО. Вот, казалось бы, к общей выгоде и укрепить «Триумфами» белорусское направление. Тем более что боевая авиация НАТО на западных румбах с каждым днем все более наглеет.Нет, просьбы Минска по этому поводу Москва пока игнорирует, ограничиваясь поставками самому близкому союзнику дивизионов стареньких С-300. Как раз тех, что в нашей стране снимают с боевого дежурства в связи с постепенным перевооружением собственных войск ПВО на «Триумфы». Правда, на безвозмездной основе.Как раз четыре дивизиона таких «бывших в употреблении» зенитно-ракетных систем в минувшем году белорусам мы и отправили. Чем, очевидно, сильно обидели президента Александра Лукашенко, который никак не может дождаться С-400. В июле 2014 года на выставке МILEX-2014 в Минске он заявил журналистам: «Я попросил еще лет семь назад, чтобы нам поставили эти комплексы». Не срослось.К тому же, если вернуться к Китаю, наверняка в Москве долго и обоснованно опасались, что пекинским партнерам российские С-400 нужны не столько для срочного укрепления обороны своего воздушного пространства, сколько для банального инженерно-конструкторского изучения и копирования нового оружия. Чтобы потом его копию выдать за продукт собственного военно-промышленного комплекса и начать демпинговую торговлю на мировой арене.В последние десятилетия Китай преподал нам на этот счет множество примеров. Так, его новая боевая машина пехоты ZBD04 подозрительно походит на российскую БМП-3. Китайская реактивная система залпового огня РСЗО PHL-03 – точь-в-точь наша РСЗО «Смерч». Истребитель J-11 внешне не отличишь от российского Су-27СК. Палубный истребитель J-15 слишком явно напоминает наш Су-33. Ну, и так далее.К чему это приводит – в 2013 году показали нерадостные для России события в Турции. В этой стране местным Секретариатом оборонной промышленности был объявлен тендер на поставку 12 дивизионов зенитно-ракетных систем большой дальности. Общая сумма – четыре миллиарда долларов. Сумма заманчивая для любой страны. Поэтому американцы тут же предложили туркам свой Patriot PAC-3, европейцы - SAMP/T Aster 30, Россия – С-300, а Китай – HQ-9. Последний – нелицензионная копия нашего С-300ПМУ-1. Несмотря на то, что копия по тактико-техническим характеристикам сильно уступала российскому оригиналу, Анкара выбрала именно ее. Потому что за свои ЗРС китайцы объявили самую низкую цену. К тому же 10 процентов производства согласились локализовать в Турции. И четыре миллиарда уплыли в Пекин.Ясно, что с «Триумфом», пока не имеющем аналогов в мире, Москва обоснованно связывает новые надежды на отвоевание надежной ниши на рынке ЗРК большой дальности. Пусть после 2020 года, когда мы насытим новым оружием собственную систему ПВО и производственные мощности высвободятся для экспорта, но начнем широко предлагать С-400 зарубежным партнерам. И было бы очень горько тут же обнаружить на этом виртуальном прилавке нечто подобное из Китая.В правовом поле бороться с этим пиратством, по-видимому, бесполезно. По крайней мере, все предыдущие попытки Москвы призвать Пекин хоть к какому-нибудь порядку особым успехом не завершились. Дело в том, что восточная хитрость китайского копирования вооружений заключается в том, что к исходному продукту они обязательно добавляют кое-какие собственные усовершенствования. А затем, ссылаясь на доработку, объявляют его своим «ноу-хау».«Эти изделия уже не наши, а сделаны с серьезным участием китайской военной промышленности. Китайцы считают их своими. Здесь очень трудно договариваться», - сетовал в свое время Михаил Дмитриев, бывший директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству.Словом, очень даже объяснимы были наши тревоги по поводу продажи Китаю «Триумфов». Почему же Москва все же согласилась рискнуть?Думается, основных причин две. Первая: России, живущей в жестком режиме международных санкций, очень нужна валюта. В нынешних кризисных условиях двумя миллиардами долларов разбрасываться не пристало. Однако вряд ли это главное. Главное, на мой взгляд, кроется не в финансах, а в политике.Помните, как в 2011 году мы подписали странноватый договор с французами о постройке сначала четырех, а потом хотя бы двух вертолетоносцев «Мистраль» для российского ВМФ? Ни тогда, ни позже наши флотоводцы и политики так и не смогли выдвинуть ни одного внятного объяснения для чего им корабли, за которые, между тем, выложено 1,2 миллиарда евро. Ни реальных задач для этих огромных, но безоружных морских «корыт», ни возможности обеспечить им в случае чего надежное боевое охранение нет и не скоро появится. К тому же появление «Мистралей» у наших причалов опасно привязало бы российских моряков к западным производителям запасных частей, масел, топлива и много чего еще.Сегодня, когда из-за санкций уже готовенькие «Мистрали» безнадежно застряли на верфях во французском Сен-Назере, в Москве по этому поводу не слышно ни слова сожаления. Основной лейтмотив высказывания политиков и военных: «Не больно-то и хотелось». Что, по-видимому, чистая правда. Особенно, если через суды удастся вернуть уплаченные Парижу денежки.Единственное толковое, как представляется, объяснение этой военно-политической метаморфозе – сделка по «Мистралям» была нашей негласной платой тогдашнему президенту Франции Николя Саркози за его примирительную позицию в молниеносном вооруженном конфликте с Грузией в августе 2008 года, больше известной как «война 08.08.08». Хотя, безусловно, публично ни в Париже, ни в Москве этого никто не признает. Однако факт остается фактом – Саркози тогда помог Москве выйти из ситуации с наименьшими финансовыми, репутационными и политическими потерями. Так почему бы нам было не поспособствовать Саркози в борьбе с оппонентами в самой Франции, загрузив завидным заказом их ВПК?А теперь вернемся к Китаю. Мало того, что его руководство, как известно, с порога отвергло саму идею политической и экономической изоляции России в связи с трагическими событиями на Украине. Даже по ситуации с возвращением Крыма китайцы совершенно открыто высказались очень отважно и с несвойственной им прямолинейностью. А именно: «Мы против того, чтобы какая-либо нация приобретала независимость путем проведения референдума. Что же касается Крыма, то здесь есть свои особенности. Мы хорошо знаем историю принадлежности Крыма». Это слова исполняющего обязанности директора департамента Европы и Центральной Азии МИД Китая Гуй Цунюня.А вот что следом добавил заместитель начальника отдела ЦК КПК по международным связям Чжоу Ли: «Россия и Китай сталкиваются с различными вызовами. Но я могу с уверенностью сказать, что в ближайшее время мы будем сталкиваться с еще большим числом вызовов. Мы должны совместно бороться, защищая интересы наших стран. Главное — не дать вбить клин между нашими странами, что очень хотелось бы видеть американцам».Такая поддержка в нынешних условиях дорогого стоит. Возможно, даже «Триумфами» можно рискнуть. В конце концов, у нас, как утверждают, на выходе принципиально более могучая зенитно-ракетная система С-500 «Прометей».http://svpressa.ru/war21/article/118647/