Ни сын, ни я ни разу ничего после развода не попросили. Мы тихо исчезли из его жизни, так что подозревать нас в меркантильности у него повода нет. Когда мы развелись, сыну было уже 20 лет.Говорят, его выбешивает именно наша удачная жизнь, построенная без него и его участия.