Было много настоящих героев нашего времениВот еще к вашей истории о настоящих Человеках.Перевернутый мир(Георг Фердинанд Дуквиц и спасение евреев в Дании)Датский примерКоличество жертв Холокоста в разных странах Европы известно довольно точно. Если в маленькой Бельгии было уничтожено 24 тысячи евреев, то на территориях Польши и Советского Союза -- более четырех с половиной миллионов. В этом скорбном списке представлены практически все европейские государства, сотрудничавшие с гитлеровской Германией или находившиеся под нацистской оккупацией.Счастливым исключением из правила оказалось датское королевство: почти всем из 7700 евреев, живших во время войны в Дании, удалось спастись, нацисты схватили лишь несколько сотен человек, да и тех отправили не в газовые камеры, а в "привилегированный" лагерь Терезиенштадт, где большинство дождалось освобождения.Спасение датских евреев не раз привлекало внимание историков и журналистов. В этой акции принимали участие почти все датчане -- от королевской семьи до простых таксистов и рыбаков.Но мало кто отмечал решающую роль одного человека, который, рискуя жизнью, предупредил датские власти о готовящемся преступлении. Его поступок был уникальным в истории Холокоста: высокопоставленный чиновник Третьего Рейха открыто выступил против преступных приказов своего начальства -- человеческая порядочность победила "банальность зла"."Теперь я знаю, что мне делать…"Эту фразу морской атташе немецкого посольства в Копенгагене Георг Фердинанд Дуквиц записал в дневнике 19 сентября 1943 года, доложив своему непосредственному начальнику, рейхскомиссару Вернеру Бесту, об утвержденном в Берлине плане депортации в лагеря уничтожения всех евреев, живших в Дании. Впервые в жизни дисциплинированный дипломат решил не выполнять приказ начальства, а, напротив, сделать все возможное, чтобы бесчеловечные планы гитлеровцев провалились. При этом он действовал так настойчиво и твердо, что его начинание увенчалось беспримерной в истории Второй мировой войны победой: около 7200 человек, которых нацисты собирались уничтожить, были отправлены на маленьких рыболовных судах в нейтральную Швецию, где нашли спасение от неминуемой смерти. Многим евреям датчане дали убежище в своих домах и на фермах.Георг Дуквиц родился в старинном ганзейском городе Бремене в патриархальной семье. После окончания коммерческого училища стал работать в крупной фирме, торговавшей кофе. Фирма направила его в Копенгаген, где он нашел много друзей среди местных коммерсантов и политиков.Когда немецкие войска в апреле 1940-го заняли Данию, Дуквица призвали на государственную службу: он был назначен морским атташе немецкого посольства.Как многим молодым немцам, Георгу вначале нравились нацистские лозунги, он тоже хотел видеть свою родину великой и процветающей страной. Но со временем гитлеровская политика насилия и террора как в самой Германии, так и в оккупированных странах становилась для него все более неприемлемой. С особенным отвращением он реагировал на бесчеловечное обращение нацистов с евреями."Образцовый протекторат"В Дании немцы действовали поначалу не так, как в других оккупированных странах. Долгое время они признавали датское королевство формально независимым государством под контролем немецкого рейхскомиссара. Король Дании Христиан Десятый вплоть до лета 1943 года оставался на троне. Датскому правительству подчинялись национальная армия, флот и полиция, свободно работали государственные учреждения, в марте 1943-го состоялись выборы в парламент. Датчане поддерживали свое правительство. В этом смысле страна была не похожа на соседнюю Норвегию, находящуюся под властью ненавистного режима Квислинга.К началу тридцатых годов население Дании насчитывало пять миллионов человек, в том числе около шести тысяч евреев. Тремя десятилетиями раньше в стране было официально зарегистрировано 3476 евреев, к которым во время русской революции прибавилось 3146 беженцев. После 1933 года еще около 4500 человек бежало сюда из Германии, из них полторы тысячи остались в стране, остальные, пройдя годичное обучение на ремесленных и земледельческих курсах, уехали в Палестину или Америку.Евреи, с 1814 года пользовавшиеся в Дании всеми гражданскими правами и полностью интегрированные в датское общество. оставались не только свободными, но и защищенными. Через несколько месяцев после всегерманского погрома в ночь с 9 на 10 ноября 1938 года, названного впоследствии Хрустальной ночью, датский парламент почти единогласно принял закон об усилении наказания за оскорбления и преследования людей из-за их религиозной принадлежности или происхождения.В рассказах о том времени часто вспоминают истории, больше похожие на легенды, поскольку точных свидетельств их истинности нет. Согласно одной из них король угрожал, что и он сам, и члены его семьи повесят на грудь желтые звезды, если к этому принудят датских евреев. По другой легенде король присутствовал во время молитвы в синагоге после того, как немцы предприняли попытку ввести антиеврейские законы.Большинство историков сходятся во мнении, что даже если этих событий на самом деле и не было, они вовсе не являются нереальной выдумкой. Король Христиан твердо стоял на страже достоинства нации, хорошо понимая, где проходит граница, за которую нельзя отступать ни при каких обстоятельствах, -- это именно равноправие всех его подданных независимо от происхождения.Когда местные нацисты в декабре 1941 года подожгли синагогу, Христиан Десятый публично выразил свое сожаление о случившемся. В официальном письме начальнику Дуквица рейхскомиссару Вернеру Бесту он писал: "Я хотел бы подчеркнуть -- и не только из чувства ответственности за граждан моей страны, но и ради сохранения добрых отношений между Германией и Данией, -- что особые мероприятия, направленные против группы людей, которые уже более ста лет пользуются всеми гражданскими правами, могут иметь весьма серьезные последствия".Сострадание к "нашим еврейским согражданам" было столь широко распространено в датском обществе, что немцы не могли его игнорировать. Фашистские группировки в Дании были малочисленны, слабы и практически не пользовались поддержкой народа. Членов нацистской партии в стране было меньше, чем евреев. Преступники, поджегшие синагогу, были схвачены датской полицией, преданы суду и осуждены на три года и двадцать дней тюремного заключения. Издателя некой антисемитской газетки приговорили к ста дням тюрьмы за оскорбление владельца магазина, который взял к себе на должность секретаря еврея. Когда же издатель подал протест, ему увеличили срок заключения до ста шестидесяти дней.Однако Бесту и другим нацистским руководителям ничего не оставалось, как терпеть такое поведение датчан: ведь Германия сильно зависела от Дании -- своего основного продуктового поставщика во все годы войны. В 1942 году рацион говядины, свинины и сливочного масла отсюда получали 3,6 миллиона немцев, через год это число выросло до 4,6 миллиона, а в 1944-м -- до 8,4 миллиона.И если ценой за это была приостановка "окончательного решения еврейского вопроса" в Дании, то немцы были готовы такую цену до поры до времени платить. Был и другой фактор, который им тоже приходилось учитывать, -- опасность массовых беспорядков и актов неповиновения датчан, о чем недвусмысленно намекнул король в своем письме Бесту.Главный юрист нацистской партииВернер Бест стал рейхскомиссаром Дании в 1942 году. Убежденный фашист, он сделал заметную карьеру в национал-социалистической партии. В марте 1933 года, вскоре после прихода Гитлера к власти, Беста назначили специальным полицейским комиссаром в земле Гессен. По его приказу был построен концентрационный лагерь Остхоффен, который должен был заменить так называемые "дикие концлагеря". С 1935-го по 1940-й работал в органах тайной полиции (гестапо) и разведки, был заместителем Рейнхарда Гейдриха в Главном управлении имперской безопасности, руководил полицией безопасности. Став официальным юристом нацистской партии, Вернер Бест не раз выручал Гитлера из затруднительных ситуаций, связанных со "случайными" смертями узников гестапо. В 1940--1942 годах, во время службы в штабе военного командования в оккупированной Франции, этот человек немало способствовал депортации евреев в лагеря смерти.В преследовании и уничтожении евреев Бест не усматривал никакой моральной проблемы. Он не раз теоретически обосновывал необходимость уничтожения «неполноценных народов» во имя поддержания расовой чистоты немцев. Но в Дании перед ним была поставлена задача создать "образцовый протекторат", что прежде всего предполагало отсутствие народных волнений и антинемецкого сопротивления. Поэтому какое-то время датских евреев немцы не трогали.Однако весной и летом 1943-го положение изменилось. На мартовских выборах подавляющее большинство датчан выразило свое доверие правительству в лице сторонника независимости страны Эрика Скавениуса. Датские нацисты потерпели жестокое поражение. Победу премьер-министра многие праздновали как первый шаг к полностью свободной Дании. По стране прошли политические забастовки, нередко отмечались акты саботажа и неповиновения немецким военным. Слухи о неминуемом поражении немцев в войне только усиливали сопротивление.Для Вернера Беста наступили беспокойные времена. Миф об "образцовом протекторате" лопался по швам. Терпение фюрера подходило к концу. После того, как во время уличной стычки был тяжело ранен немецкий офицер, Гитлер объявил в Дании чрезвычайное положение. Власть в стране была передана генералу Герману фон Хеннекену, датское правительство отправлено в отставку, парламент распущен. Король Христиан объявил себя военнопленным. Датские моряки затопили двадцать девять военных кораблей, еще тринадцать было отведено в шведские воды.Бест понял, что для удержания власти нужно выложить перед Берлином главные козыри, сыграть на самой чувствительной для фюрера струне -- вернуться к теме "окончательного решения еврейского вопроса" в Дании.Еврейская карта в игре за властьВосьмого сентября 1943 года Бест отправил в Берлин телеграмму с предложением провести "мероприятия для решения проблемы евреев и масонов". Чтобы все совершить "одним ударом", он просил выслать ему в помощь силы полиции безопасности, созданием которой в свое время руководил. Выступив подобным образом, Бест думал не столько о преследовании евреев, сколько о власти, находившейся в то время в руках военных. Он подчеркивал, что военные плохо разбираются в датских проблемах и должны оставаться в казармах, пока он с отрядами полиции безопасности займется наведением должного порядка.Эта инициатива была благосклонно встречена в Берлине, просимые отряды посланы в Копенгаген, а самого Вернера Беста вновь назначили рейхскомиссаром Дании. Планировал ли Берлин до этого депортацию евреев из Дании, точно не известно, однако предложению Беста был дан "зеленый свет".Одиннадцатого сентября Бест сообщил Дуквицу о планах депортации, тот встретил эту информацию возмущенным протестом, стал угрожать отставкой. Он бросил в лицо своего начальника, что ему будет стыдно в таком случае оставаться в его команде. Хитрый и осторожный Бест ответил, что в душе разделяет эти чувства, но бессилен что-то сделать против распоряжений руководства. Позднее Дуквиц рассказывал, что после этого разговора Бест еще раз взвесил ситуацию и послал морского атташе в Берлин, чтобы там объяснить несвоевременность планируемой операции и просить отодвинуть ее сроки.Эта попытка не удалась: самолет с Дуквицем слишком поздно прилетел в столицу Германии. Гитлер уже одобрил предстоящие действия и поручил рейхсфюреру СС Гиммлеру решить все технические проблемы.Вернувшись в Копенгаген, Георг Фердинанд проинформировал Беста о решении Берлина. В этот же день морской атташе записал в своем дневнике фразу, которую мы уже знаем.Дуквиц начинает борьбуПервым делом под видом служебной командировки Дуквиц посетил Швецию, где с помощью друзей-дипломатов добился неофициальной встречи с премьер-министром Пером Альбином Ханссоном. В частной беседе он рассказал, какой опасности подвергаются датские евреи, и просил дать им убежище в Швеции. Обсудив этот вопрос с кабинетом, премьер-министр согласился принять беженцев при условии, что Германия даст на то свое согласие.Берлин, как и следовало ожидать, предложения Стокгольма не одобрил. Попытка Дуквица снова провалилась. Но нельзя сказать, что его поездка оказалась напрасной: теперь для шведов не было неожиданностью, когда первые лодки с датскими евреями причалили к их берегу.Через три дня, 28 сентября, Копенгаген получил приказание начинать депортацию. Вернер Бест немедленно отправил ответ, что приказ будет выполнен на этой же неделе, вероятней всего в ночь с первого на второе октября. Рейхскомиссар снова информировал своего морского атташе о предстоящих событиях. И опять Дуквиц сделал то, "что он должен был делать".Встретившись на следующий день с лидерами социал-демократической партии Дании, с которыми был хорошо знаком еще до войны, он сообщил им, что датские евреи обречены на уничтожение: через три дня за ними в копенгагенский порт придут немецкие корабли и повезут их в лагеря уничтожения.Предупреждение Дуквица дало датчанам выигрыш в 72 часа, в течение которых они могли опередить немцев и сорвать их планы. "Это имело решающее значение для успеха знаменитой операции по спасению", -- написал через четверть века после описываемых событий Вернер Давид Мельхиор, в ту пору двадцатипятилетний студент, сын главного раввина Дании. Не исключено, что Дуквиц действовал с молчаливого согласия Вернера Беста, добавил Мельхиор, но если бы гестапо установило источник информации, то рисковал головой именно морской атташе – вину рейхскомиссара доказать было бы невозможно.Новогодняя молитваПолучив информацию от Дуквица, датские социал-демократы предупредили руководителя еврейской общины Хенрикеса и главного раввина Дании Маркуса Мельхиора. Хенрикес долго не мог поверить в услышанное, так как всего за несколько дней до этого Вернер Бест убеждал его и копенгагенского епископа Нильса Дамгаарда, что датские евреи находятся в безопасности. Мельхиор же придерживался мнения, что слухи о депортации имеют под собой основание.Раввин Маркус МельхиорНа следующий день, 29 сентября, был Рош Хашана -- праздник еврейского Нового года. Во время утренней молитвы Маркус Мельхиор сообщил собравшимся в синагоге, что вечерняя праздничная служба отменяется и евреям рекомендуется на несколько дней уйти из дома, спрятаться где-нибудь у знакомых и там ожидать развития событий.Несмотря на чрезвычайное положение, эта новость быстро распространилась по Копенгагену, где жило 95 процентов датских евреев. Друзья, нееврейские родственники, просто незнакомые люди – практически все откликнулись на эту беду. Какой-то таксист искал в телефонной книге людей с еврейскими именами и предупреждал их по телефону. Вернер Давид Мельхиор вспоминал, как в университетском дворе к нему подходили студенты, которых он почти не знал, и предлагали спрятаться у них. Тысячи людей не остались равнодушными к готовой разразиться трагедии."Спасение было бы невозможно, если бы датчане не прониклись трагическим положением евреев и не были готовы из любви к ближнему рисковать жизнью", -- писал Геральд Райтлингер в своей знаменитой книге "Окончательное решение".Датские рыбаки перевозят евреевАктивную роль здесь играла датская лютеранская церковь. Главного раввина Маркуса Мельхиора с женой прятал епископ в своем доме на острове Фальстер. Большинство евреев нашли спасение в Швеции, куда их тайно перевозили на лодках датские рыбаки.Чтобы доставить беженцев на побережье, были задействованы все виды транспорта, даже машины скорой помощи. Датские полицейские помогали людям незаметно добраться до лодок. Пересекать пролив нужно было осторожно, патрульные немецкие катера могли проверить, кто прячется под брезентом. В таких случаях пойманных ожидали застенки гестапо и отправка в Терезиенштадт. Всего в этот лагерь из Дании попало 420 евреев -- главным образом пожилых и больных людей, которым трудно было скрыться. Свыше 7200 человек нашли спасение в Швеции.Траектории спасенияШведское правительство заявило по радио о готовности принять беженцев. На это решение повлияла не только беседа с Дуквицем, немалую роль здесь сыграли и усилия великого датского физика Нильса Бора, также бежавшего в Швецию от нацистов.Немецкие корабли, пришедшие в гавань Копенгагена, так и не дождались своего "живого груза". Отправлять в лагеря смерти из Дании было уже некого. Тем не менее многоопытный Вернер Бест рапортовал в Берлин об успехе операции: Дания была освобождена от евреев.Датчане не забывали и своих соотечественников, оказавшихся в Терезиенштадте. Правительственные и частные фонды регулярно посылали им продукты и одежду. В 1944 году король Христиан создал специальную комиссию для проверки условий, в которых содержались заключенные. Примерно 50 человек умерло в лагере, остальные дожили до освобождения.После войны Вернер Бест был арестован и на Нюрнбергском процессе проходил как "представитель гестапо". В 1948 году копенгагенский суд приговорил его к смертной казни. Этот приговор был впоследствии заменен пятью годами тюремного заключения: суд учел молчание Беста о том, что его подчиненный помогал евреям. Отбыв свой срок, он вернулся в Германию, где в 1958 году вновь был осужден за военные преступления, а в 1972-м освобожден по состоянию здоровья.Георг Фердинанд Дуквиц оставался на дипломатической службе и в послевоенные годы. Сразу после победы он вернулся в Копенгаген в качестве немецкого посла, и ему был оказан самый сердечный прием.Церемония в Яд-Вашем. 1971 год29 марта 1971 года израильское правительство присвоило Дуквицу почетное звание Праведника мира. На первое января 2002 года этого звания были удостоены 19 141 человек. Среди них есть 358 немцев. Именно к таким людям обращены слова, высказанные Хансом Хедтофом в 1946 году. Ставший впоследствии премьер-министром Дании, а во время войны один из тех социал-демократов, которым доверил свою тайну немецкий морской атташе, Хедтоф сказал: "Долгое время мы жили в перевернутом мире. Дуквиц относится к людям, благодаря которым наш мир снова становится нормальным. Именно такие люди определяют наше доверие к новой Германии". http://berkovich-zametki.com/Nomer8/Duckwitz.htm