Ксения БабичДефицит товаров в Крыму стал серьезно ощущаться только в этом году. Связано это как с окончанием сотрудничества с украинскими поставщиками, так и с началом «экономической блокады» Крыма. В особенности к концу года проявились трудности со здравоохранением: нет нужных лекарств, врачи увольняются, а из перевязочных центральных больниц Крыма исчезают даже бинты.С весны 2014 года ассортимент продуктов в Крыму полностью изменился, однако украинские товары все еще продолжали попадать на полуостров, в основном по морю, через нейтральные воды. Продавцам этот канал поставок был выгоден, так как прибыль за эти продукты — одна из самых высоких. Ничего из товаров первой необходимости с прилавков не исчезло, но цены выросли на 30-40%, по сравнению с ценами на территории Украины.Цены выросли на 30-40% в сравнении с ценами на территории Украины.По официальным данным, число частных предпринимателей в аннексированном Крыму сократилось со 137 тыс (январь 2014 г.) до 22 тыс (январь 2015 г.). Среди причин, которые называли предприниматели, уходя с полуострова: отсутствие возможностей доставки товара и господдержки в переходный период.Однако, жители полуострова нашли выход, привозя необходимые товары из Украины «челночным» путем. Таким образом, в Крым попадали и обычные продукты, и такие специфические товары, как лекарства.Когда в сентября украинские и крымско-татарские организации вышли на условную границу между Республикой Крым и Украиной, перестав пропускать машины перевозчиков, стало понятно, что цены на товары повысятся еще больше.«В первый день блокады скопилось 620 машин, через 3-4 дня они все разъехались. После этого на Чонгар уже никто не ехал, на остальные два блокпоста еще пробовали. К концу недели фуры перестали ездить», — комментирует Артем Скоропадский, участник первых дней крымской блокады.Пропажа медикаментовПо информации украинских поставщиков медикаментов, препараты можно было ввозить в аптеки и больницы примерно до лета 2014 года. Тогда действовал негласный запрет любых поставок с Украины за бюджетные средства, но с начала 2015 года ввоз препаратов из Украины был перекрыт полностью.«Я никогда не доверял ни украинским, ни российским препаратам, как и индийским, поэтому сравнивать не могу, — рассказывает Максим, чье настоящее имя изменено из-за запрета общаться с журналистами. — Всегда отдавал предпочтение оригинальным или качественным европейским генерикам. Если сравнивать российские препараты с импортными аналогами, то они, конечно, уступают в эффективности, но это и раньше было. Могу сказать, что незаменимого не пропало ничего, возможно только препараты украинского производства, которым легко можно найти замену среди импортных или произведённых в РФ, всё упирается лишь в стоимость или наличие рецепта».При этом вопрос о недовольстве действиями властей на полуострове не ставится: больше не проходит никаких акций протеста. Последний митинг был организован осенью и был направлен против губернатора Севастополя Сергея Меняйло. Митинг отменили под предлогом проведения концерта.Не происходит ни акций протеста, ни пикетов общественных организаций. Многие активисты уехали из Крыма после ареста режиссера Олега Сенцова.В поисках лекарствМедицина в Украине номинально была бесплатной, но из-за недостатков финансирования большую часть лекарств необходимо было покупать самому в аптеках или платить за них в больнице по рыночной стоимости. В Крыму существовало много частных клиник, но после национализации их число сократилось: у них были отобраны помещения вместе с аппаратурой.С начала 2015 года в крымских новостях все чаще стала появляться информация о неисправных аппаратах флюорографии: Феодосия и Евпатория не могут позволить оплатить себе ремонт этих аппаратов, так как все комплектующие закупались на территории Украины. Однако наибольшее опасение вызывает отсутствие необходимых препаратов в аптеках и возможность их провоза на полуостров.Наибольшее опасение вызывает отсутствие необходимых препаратов в аптеках и возможность их провоза на полуостров.Екатерина Ковалева живет в Севастополе более 50 лет, однако после аннексии полуострова ее сын переехал в Киев. Теперь каждый раз, приезжая к нему в гости, она по просьбе друзей привозит домой в чемодане лекарства.«Я не могла поверить, пока не столкнулась сама: купила нужный мне препарат, произведенный не в Дании, а по лицензии в России. Четыре дня принимала — не помогает. Пришла снова в аптеку, купила по цене в три раза дороже, но произведенный во Франции: мне стало легче. Но это было не так страшно, а ведь есть проблемы с антибиотиками. Раньше [на таможне] нас не заставляли показывать чемоданы, теперь все проверяют. Я точно буду привозить огромное количество лекарств, у меня четыре диагноза, и никакой таможенник не станет разбираться в моих рецептах. Если бы я не волновалась из-за проверки, я последний раз бы ехала. У меня были огромные списки лекарств от знакомых, все просят привезти по 10 упаковок лекарств», — рассказывает Екатерина.Сложной для крымчан оказалась и система перехода на российскую страховую систему бесплатной медицины. Многие врачи увольняются или попадают под сокращение, в том числе и редкие специалисты.Чтобы получить запись к нужному врачу, надо постараться записаться даже к обычному терапевту. «Образовались огромные очереди на запись к врачам. Мне нужен кардиолог, пришла в поликлинику — он уволился. А на 14 участках работает сейчас работает 4 терапевта. Никогда ранее такого не было» — рассказывает крымчанка Ковалева. По ее словам, в очереди к терапевту можно прождать пять часов.«Операция прошла не совсем успешно, мне приходится восполнять кальций. Мне нужны препараты „Натекаль“ и „Альфа-Теба“. Их приходится заказывать через Украину, получают их почему-то только там. В аптеках, когда принимают заказ, предупреждают, что придется ждать. Эти препараты есть и в России, но севастопольские аптеки заказывают все равно через Украину. Не понимаю почему, но мне это совершенно неважно», — делится своими впечатлениями Владимир.Но не все истории заканчиваются хорошо. Виталий работает в Киеве программистом, переехал из Крыма задолго до начала аннексии, но его родители, уже пенсионеры, остались жить в Севастополе. Два месяца назад врачи не смогли поставить правильный диагноз его отцу и прописать правильное лечение: «Это жуткая история, когда начались первые приступы. Отца три раза увозили на скорой, первоначально ставили диагноз — тромбофлебит, второй был — подозрение на цирроз печени. А потом просто сказали: мы вам анальгин выпишем, потому что другого ничего не купишь в Крыму. Его выписали домой через три дня, проведенных в больнице. Умер он дома на четвертый день выписки», — рассказывает Виталий.Нет бинтов в перевязочнойВ первую очередь, крымчане требуют бесплатную медицину по системе обязательного медицинского страхования (ОМС). Если они не могут получить услуги, то звонят на «горячую линию губернатору Аксенову» и жалуются на врачей. Врачи получают выговоры, а пациенты — ответы на официальных бланках.По официальным данным Министерства здравоохранения Крыма, на полуострове сейчас работает 44 642 медицинских специалиста. Однако, как признаются чиновники, врачей не хватает. Сейчас 860 рабочих мест остается вакантными, а поток пациентов возрос на 25% по сравнению с прошлым годом. При этом крымские власти не признают дефицита медикаментов.По словам работающих в Крыму врачей, украинские препараты стали заканчиваться задолго до начала блокады. Поставщики из Украины без объяснений разорвали контракты с крымскими больницами и аптеками. В больницах часть лекарств из Украины оставалась еще на складах, но неожиданно крымскими чиновниками были учреждены «комиссии», устроившие рейды по их выявлению.С 2010 года в Украину поступала гуманитарная помощь от международных организаций, частично препараты хранились на складах на случай экстренных ситуаций. Теперь же эти поставки прекратились, и лекарства приходят только из России, или только те, которые сертифицированы в России.«Комиссии состояли из сотрудников больницы во главе с главной медсестрой. Склады больниц активно освобождали от залежавшихся лекарств украинской регистрации и заодно от остатков американской и голландской гуманитарной помощи 10-ти летней давности. С ними были тоже скандалы: вытаскивали какой-нибудь не самый лучший индийский препарат и выдавали на отделение. Приходилось его назначать, несмотря на то, что от него один вред», — рассказывает врач Дмитрий (имя изменено), работающий в центральной симферопольской больнице более 10 лет.По его словам, до сих пор не отлажена система поставок лекарств в Крым. Часто пациент начинает получать один антибиотик, потом он заканчивается в больнице, и ему срочно прописывают другой.«Половина того, что мы пока что видели из российских препаратов, просто хуже качеством. От упаковки советского образца (ампулы без шкалы, бумажные упаковки таблеток, стеклянные флаконы с инфузионными растворами, даже пилочки для ампул не пилят), до собственно качества лекарственного вещества», — уверяет Дмитрий.Крымчане не всегда понимают, в какой сложной ситуации они оказались: «бесплатные полисы ОМС» не гарантируют им наличия препаратов в больницах. «Теперь в плановом порядке не пролечишь и не прооперируешь — только если по скорой помощи привозят пациента, и то нужно разрешение! Сам факт удивляет: это неотложная ситуация, но надо писать бумагу на имя руководства больницы», — возмущается Дмитрий.Дефицит стал постоянным словом для врачей в Крыму: часто заканчиваются материалы даже в перевязочной. Поставки через паромную переправу, как правило, нестабильные и полагаться на них нельзя. «Бинт, вата, перчатки, растворы — всё впритык на неделю, а впереди месяц! Даже при киевском режиме, когда пациент всё покупал в аптеке сам по списку, всё равно был какой-то минимум в перевязочной. А теперь заведующая отделением приносит в перевязочную тюбик с мазью для пациента», — рассказывает врач.Диагноз ставят самостоятельноЧтобы поставить правильный диагноз часто мешает уже упомянутое отсутствие оборудования или тестов. Так, например, ухудшилось качество диагностики и лечения аллергии. Украинское предприятие из Винницы «Иммунолог» выпускает диагностические аллергены для тестов и аллергены для аллерген-специфической иммунотерапии (АСИТ). После аннексии Крыма наборы АСИТ пациенты себе привозят уже сами, но диагностический набор провезти почти нереально.«Там флакон можно привезти только в холодильном спецконтейнере. Их даже до блокады российские пограничники не пропускали. Мы несколько раз пытались. Теперь диагностика аллергии проводится в лаборатории, что не так точно и быстро для врача и пациента», — рассказывает Владимир, коллега Дмитрия из центральной крымской больницы.Онколог Виталий работает в Симферополе в государственной больнице. Он осторожно критикует качество российских медикаментов. По его словам, проблема хоть и есть, но она не стоит настолько остро.«Отечественное производство менее совершенно, фармакологическая промышленность относительно молодая, и это не может не отразиться на качестве продукта. Как совокупный параметр, оно однозначно ниже, чем в развитых европейских странах. Но истории о том, как лекарство не сработало и кто-то пострадал, или российский препарат сменили на импортный и кого-то спасли — я рассказать не могу. Такие случаи, наверняка были, но чтобы сделать выводы нужна оценка группы экспертов», — говорит Виталий.Жизнь без заместительной терапииВ начале 2015 года в ООН обсуждали гибель семи наркозависимых пациентов в Крыму, которые с 2005 года получали лекарства по программе заместительной поддерживающей терапии (ЗПТ) с использованием метадона и бупренорфина. В России этот подход противозаконен, а реабилитация наркозависимых основывается на детоксикации.Всего в Крыму было зарегистрировано 803 наркозависимых, получавших терапию. Однако после аннексии им не предоставили возможности получать метадон. Некоторые из крымчан смогли уехать из Крыма и продолжить терапию, часть вернулась к употреблению тяжелых наркотиков, а часть попросту умерла. На сегодняшний день ни один крымский фонд не ведет открытый учет погибших в Крыму наркозависимых.«Около 60 человек, получающие заместительную терапию, уехали в Украину. Сейчас 650 больных находятся под наблюдением врачей. Можно сказать, что у них ремиссия», — рассказала помощник министра здравоохранения РФ Татьяна Клименко. В свою очередь, крымские чиновники отказываются предоставлять прессе информацию о количестве погибших наркозависимых из числа получавших метадоновую терапию.В Крыму сейчас работает фонд «За трезвый Крым», который организует работу терапевтических лагерей для наркозависимых и психологически поддерживает их отказ от наркозависимости. По их информации, в фонд ежемесячно обращаются до 15 человек. Однако лечение в фонде платное, так что многие наркозависимые не могут себе этого позволить.Жизнь без светаПосле подрыва 22 ноября линии электропередач, снабжавшей Крым электричеством, в ситуацию выживания были поставлены и больницы. По словам пациентов, часть отделений работает на электрогенераторах, врачи принимают без света. Обследования и необходимые процедуры теперь можно получить только с задержкой.По официальной информации правительства Крыма, решить вопрос с электричеством они собираются в середине декабря. Однако по информацииисточников, занятых на строительстве энергомоста, проблемы с перебоями электроснабжения будут в Крыму и после, скорее всего до лета 2016 года.Перебои с электричеством случались в Крыму и раньше. В октябре, по словам Елены из Севастополя, невозможно было пройти запланированное обследование МРТ головного мозга. «Аппараты в городе есть, но случались отключения электричества. По каким причинам — нам не объяснили. В итоге аппаратуру нужно настраивать заново, а специалисты не могут выехать и сделать этого уже месяц».Кроме этого, в Крыму находятся дети и люди зависящие от приборов искусственной вентиляции легких: в покупке необходимых электрогенераторов помощь им оказывают волонтеры из Москвы.http://inosmi.ru/social/20151128/234618904.html?utm_source=fb1