Какие методы Вы использовали, скажите? Перечислите буквально все. Вы попросили его сесть на место. Так?Вы взяли его за руку и попытались мягко посадить на место, но он вырвал руку. Правильно?Возможно, Вам удалось уговорить его сесть на место, но он тут же вскочил с него. Верно?Вы попытались отвлечь его другим занятием - игрой, рассказом. Пробовали?Вы предложили включить мультфильм. Пытались?Вы пытались перекричать его. Было?Вы строго сказали, что сейчас вызовете директора. Говорили?Что еще делали?Сопровождающий в первую очередь заметит признаки, что подопечный вот-вот сорвется. Он просто не допустит пробежки по классу, либо переключив внимание, либо выведя подопечного из класса до срыва.Вы - не профессионал даже в стандартной педагогике, а тем более в коррекционной, и у Вас не было таких детей, поэтому Вы немного не в теме.Да, такие дети вызывают оторопь и ужас при первом контакте, но потом опытный родитель или тьютор уже учится выявлять те сигналы, которые ребенок подает невербально. Я могла предсказать, что старший сын сорвется в истерику заранее, поэтому заранее вытаскивала его из класса, когда мне приходилось быть его добровольным тьютором. в течение первого года обучения в массовой школе. В течение втрого класса у него тоже были срывы, но учитель (обычный учитель, не коррекционный педагог) уже сам наловчился замечать их и брал на себя риск, отправляя ребенка проветриться. Ведь у него в классе был не один мой сын, а еще 4-5 таких буйных. Одновременно я и психолог работали с ним именно по методикам саморефлексии и самоконтроля. Я учила его обращать внимание на те внутренние сигналы, которые дают ему понять, что он напряжен, и снимать напряжение иным способом, чем истерика. В конце концов мой сын смог сам контролировать эмоции и адаптировался к школе. У более тяжелых детей тьюторы  работают дольше.Ну, и ОФФ по теме: освежите знание русского языка. Если уж преподаете, лучше писать и говорить грамотно.  Вы давно живете во Франции, и хотя язык у Вас живой, но уже не совсем правильный.  Без обид.