Поплакав, барышня вдруг вздрогнула, истерически крикнула:     — Вот опять! — и неожиданно запела дрожащим сопрано:          Славное море священный Байкал...     Курьер,  показавшийся  на лестнице, погрозил кому-то  кулаком  и  запел вместе с барышней незвучным, тусклым баритоном:         Славен корабль, омулевая бочка!..      К голосу курьера присоединились дальние голоса, хор начал разрастаться, и, наконец, песня загремела во  всех углах филиала. В ближайшей комнате N 6, где  помещался счетно-проверочный отдел, особенно выделялась чья-то мощная с хрипотцой   октава.  Аккомпанировал  хору   усиливающийся  треск  телефонных аппаратов.          Гей, Баргузин... пошевеливай вал!.. — орал курьер на лестнице.     Слезы  текли по лицу  девицы, она пыталась  стиснуть зубы,  но  рот  ее раскрывался сам собою, и она пела на октаву выше курьера:        Молодцу быть недалечко!