Ростислав Ищенко  Гремя огнем, сверкая блеском сталиhttp://actualcomment.ru/gremya-ognem-sverkaya-bleskom-stali.htmlПосле демонстративных маневров американской бронетехники в Восточной Европе вблизи российских границ опасность большой войны, прямого столкновения России и ведомого США НАТО стала вновь активно обсуждаться экспертами, причем в несколько истеричном, алармистском тоне.Возможно ли такое столкновение? Теоретически да. Конфликт между Россией и США принципиальный, противоречия непримиримы, противостояние зашло слишком далеко. Уступить никто не может, а война — последний довод, и остальные аргументы уже положены на стол и не произвели впечатления.То есть с политической точки зрения расширение зоны войны на Европу, прямое столкновение НАТО и России является для США единственным средством усилить давление на Россию. Однако для того, чтобы задействовать военную силу, необходимо, чтобы эта сила соответствовала своему предназначению. А вот здесь возникают серьезные проблемы.Последние два десятилетия военная доктрина НАТО предполагала узкую специализацию национальных европейских армий. С одной стороны, это позволяло экономить средства военных бюджетов европейских стран, поскольку армии должны были по идее взаимодополнять друг друга, а значит каждому отдельно взятому государству не было необходимости тратиться на создание и поддержание полноценной военной системы. С другой стороны, это гарантировало военный контроль Вашингтона над континентом, поскольку США оказывались единственной страной НАТО, чьи вооруженные силы являлись полноценной военной системой. Даже армии ядерных Франции и Великобритании не обладали всеми возможностями, необходимыми для ведения современной войны. Собственно, это стало окончательно ясно еще в ходе Фолклендской кампании, когда британские экспедиционные силы оказались в критической зависимости от данных американской спутниковой разведки, да и логистику частично обеспечивали США.В целом европейские армии (те, которые действительно можно считать армиями, а не их жалкими подобиями) в своей подготовке делали акцент на развитие сил быстрого развертывания и специальных операций. Фактически готовились к колониальным войнам с противником, технологически отстававшим по вооружениям на два-три поколения и не способным оказать адекватного сопротивления, а также к полицейскому контролю территории и ограниченным контрпартизанским действиям.Кроме того, штабные структуры НАТО были по факту интегрированы в штабную систему США (а не наоборот).В результате ведение серьезных боевых действий с сильным противником европейскими армиями без участия США стало невозможным уже на этапе планирования. А для ведения реальных боевых действий требовалась переброска в Европу серьезного американского контингента (не менее 100 тыс. человек полевых войск с соответствующей техникой) для цементирования европейских армий и полноценного участия американской штабной системы в планировании операций.Выше уже было отмечено, что демонстрационные действия США в Восточной Европе являются скорее имитацией необходимого для открытия военных действий против России развертывания, но не собственно развертыванием. Во-первых, привлеченные контингенты слишком малы. Они обозначают присутствие, но недостаточны даже для сколько-нибудь длительной обороны тех стран, в которых находятся. Грубо говоря, наличие американских войск в той же Прибалтике ничего не меняет не только в исходе гипотетических военных действий, но даже в сроках возможной ликвидации прибалтийского плацдарма НАТО.Во-вторых, и это намного важнее, США просто не могут сегодня развернуть в Европе полноценную военную группировку, которая была бы способна адекватно противостоять российским вооруженным силам. И дело не в нехватке американских войск. Этого-то добра у США, в принципе, хватает. Просто армия, воюющая за тридевять земель от родных берегов, должна иметь прочный тыл и надежные коммуникации. А вот с этим проблемы. В 1982 году США смогли обеспечить британские коммуникации в Атлантике, а вот в 2015 году ни Британия, ни вся Европа не могут гарантировать надежность американских коммуникаций.Во-первых, европейские элиты серьезно обеспокоены авантюристичной политикой Вашингтона, и опасность стать следующей жертвой такой политики представляется им вполне реальной. Если в 2014 году Украина начала гражданскую войну на собственной территории и устроила серию провокаций против России в надежде приблизиться к германским стандартам, то Германия точно не планирует в 2015 году нарываться на военный конфликт ради приближения к украинским стандартам, которые за год войны опустились до уровня сомалийских. То есть США не обладают однозначной поддержкой партнеров по НАТО даже на высшем политическом уровне.Во-вторых, в Европе нарастают антиамериканские настроения среди населения. Лозунги выхода из НАТО и ЕС в восточноевропейских странах хоть пока и не реализуемы, но популярны. И если в ходе провокационных учений власти Чехии и Австрии вынуждены были охранять американских военнослужащих от своих граждан (чего стоит один лишь публичный запрет забрасывать американцев овощами), то в случае начала военного кризиса власти могут просто не справиться. Между тем, активная позиция общественности способна сделать ведение боевых действий попросту невозможным. Например, достаточно хотя бы тысячам (а ведь их десятки миллионов) европейских автовладельцев выехать на автострады, и передвижение войск существенно затруднится, а то и станет просто невозможным. Равным образом станет невозможной своевременная доставка расходных материалов: боеприпасов, запасных частей, ГСМ, продовольствия, комплектов обмундирования, пополнений и т.д. То есть штабы потеряют возможность адекватно планировать действия войск из-за нарушенной логистики. При этом силой подавить протесты может не получиться, так как не факт, что национальные армии (какими бы слабыми они не были) будут спокойно наблюдать, как США ведут себя в Чехии или Венгрии так, как привыкли в Африке.В-третьих, любая большая война требует проведения мобилизационных мероприятий (это вам не малочисленных ливийцев по пустыне гонять). Как срывали мобилизацию украинцы, мы уже видели. Нет оснований считать, что европейцы будут настроены более милитаристски. При этом, если против украинцев еще можно было применить карательную систему террористического режима, установившегося в Киеве, и хоть кого-то загнать в армию, то с европейцами будет куда сложнее.В-четвертых, есть риск, что некоторые страны воевать просто откажутся, а это разорвет единый фронт и технически, и политически. Причем диапазон их очень широк. От Словакии и Болгарии до Италии и Франции потенциально отказников может оказаться не меньше, чем тех, кто войну поддержит. Да, отказ хотя бы одной страны не гарантирован, но и согласие всех тоже не гарантировано. Более того, достаточно кому-то одному занять жесткую позицию и начнется эффект домино. Принуждение силой? Возможно, но как будет выглядеть подготовка к войне с Россией, если ради дисциплинирования своих членов НАТО придется для начала провести внутренние военно-политические операции.В общем, ситуация в Европе крайне нестабильна, союзники находятся на той тонкой грани, когда потенциальные американские санкции (даже военно-политические) перестают их пугать, поскольку согласие и дальше следовать в фарватере политики США грозит неприятностями более страшными, чем мятеж против Вашингтона. Более-менее уверенно США могут положиться на не имеющую армий Прибалтику, воюющую Украину, руководству которой деваться некуда, и, с изрядной долей сомнения, на Польшу, руководство которой не прочь оказать США услугу, но вот население далеко не едино в этом вопросе.Получается, что ближайший тыл потенциальной действующей армии нестабилен и требует избыточных сил для обеспечения контроля коммуникаций. Причем факт наращивания американского военного присутствия приведет к взрывному росту антиамериканских настроений, и США попадут в дурную последовательность, когда наращивание сил для обеспечения стабильности тыла приводит к нарастанию нестабильности в тылу и к необходимости вновь наращивать силы, и так до бесконечности.На союзников положиться нельзя. Они в лучшем случае готовы сохранять нейтралитет. Трансатлантические коммуникации находятся под ударом подводных лодок и стратегической авиации России. Страны, потенциально готовые предоставить США территории под развертывание (Польша, Прибалтика, Украина, Румыния), могут быть заняты российской армией в течение двух-трех недель (Прибалтика и Украина — в первую же неделю).Спровоцировать войну в таких условиях — подставить под уничтожение американские экспедиционные силы (какова бы ни была их численность, они окажутся в стратегической ловушке), а также потерять Европу.Значит ли это, что опасность военного столкновения отсутствует вовсе? Нет не значит. Но, как и в случае с Украиной, США необходимо, чтобы Россия начала первая. Провокационное бряцание оружием на российских границах должно создать ситуацию, которую можно было бы трактовать как российскую агрессию против стран ЕС и НАТО. Не случайно в Вашингтоне внезапно заговорили об опасности российской атаки Прибалтики, намекая при этом России, что не станут за нее слишком уж упорно бороться.Вашингтону надо верить. Сказали там в 2008 году, что Украина следующая за Грузией станет «жертвой российской агрессии», и сделали все для того, чтобы сказанное претворилось в жизнь. С агрессией, правда, не сложилось, но ребята старались и продолжают стараться. Если они вдруг обеспокоились судьбой Прибалтики и даже обнаружили, что туда можно вторгнуться через Мариуполь, значит организация американской версии «российского вторжения» перешла в плоскость практической реализации.Конечно, здесь отсутствует задача достичь военной победы. Но ведь и в Грузии в 2008-м, и на Украине в 2014 году США никак не предполагали, что армии этих стран одержат военную победу над Россией, но конфликт провоцировали всеми силами. Вашингтон играет классический гамбит. Он предложил жертву украинской пешки, чтобы получить позиционное преимущество. Жертва не была принята, и США усиливают соблазн, добавляя прибалтийскую пешку и прозрачно намекая, что могут пожертвовать и Польшей. Не знаю, предложат ли они Финляндию, но вполне могут, в конце концов, они уже почти предложили России границу 1914 года. За это надо всего лишь чуть-чуть повоевать с русофобскими режимами, которые наговорили в адрес России и ее руководства уже на три войны, а натворили на два Нюрнбергских трибунала.Взамен США все же надеются консолидировать ЕС и НАТО на антироссийских позициях (должны же уважаемые организации реагировать на нападение на своих членов) и создать на западной границе РФ ситуацию, зеркальную той, в которой сейчас в Европе находятся США. Территориальные приобретения никто не признает. Граница с ЕС станет временной демаркационной линией, аналогичной корейско-корейской границе. Политическое, экономическое и военное давление на Россию будет оказывать уже консолидированный Запад, что не только облегчит нагрузку на экономику и финансы США, но и позволит им получить второе дыхание за счет окончательного отказа ЕС от самостоятельной внешней, военной и экономической политики. Занятые территории в Прибалтике и Восточной Европе потребуют от России серьезных усилий по установлению контроля. А сам факт их занятия приведет к изменению общественного мнения в ненадежных восточноевропейских странах (Чехия, Венгрия, Болгария). При этом США рассчитывают, что удастся ограничиться потерей только Прибалтики, Украины и Молдовы, а Польшу они смогут сохранить (хоть и ее потеря не критична — сильнее чехи с немцами испугаются). Все это связало бы России руки в Европе и развязало бы США по всему миру, в первую очередь на Ближнем Востоке, где Вашингтон так и не добил Сирию, а уже Йемен выходит из-под контроля.В общем, США пугают Россию сосредоточением своих войск, чтобы вывести из равновесия и толкнуть к войне через нанесение превентивного удара или через организованную с территории лимитрофов провокацию, ответ на которую можно было бы трактовать как превентивный удар. Но сами США воевать не планируют.Здесь опасны две вещи:1. Неадекватность американских восточноевропейских союзников, часть элит которых (как в свое время украинская) верят, что таких сверхценных партнеров американцы будут защищать, а другая, более умная, часть надеется, что в момент неизбежной национальной катастрофы своей страны успеет удрать дальше в Европу или сразу в США.2. Стандартная опасность выхода военной ситуации из-под контроля после первого же выстрела, особенно когда в нее напрямую втянуты сверхдержавы.Очевидно, что российскому руководству вновь предстоит искать нелинейный ответ. Также актуализируется необходимость ускоренного завершения украинской операции, поскольку пока что именно она является главным раздражителем и единственной территорией боевых действий. До сих пор вхождение других стран в конфликт обеспечивалось именно через Украину. Нет Украины, нет и повода для конфликта.Впрочем, ироничная уверенность российских министров и вице-премьеров в комментировании американских угроз мало похожа на блеф и может свидетельствовать о том, что план неожиданной контригры уже готов и сейчас Москва только ждет благоприятного момента для начала его реализации.В целом же эту страницу истории пора переворачивать. Трагифарс затянулся.