Часть Европы у нас есть все основания привлечь на свою сторону по их собственным внутренним соображениям. Ведь сегодня в мире только Россия защищает хоть что-то похожее на традиционные ценности: нормальная семья, право носить нательный крест, ставить на Рождество ёлку, не быть совсем уж политкорректным. Соответственно, люди с аналогичными староевропейскими ценностями смотрят с надеждой именно на нас. Иногда даже царит восторженный культ Путина, потому что он – последняя надежда. Не надо этот порыв к традиции преувеличивать: большинство оболванено пропагандой политкорректного тоталитаризма, но меньшинство со здравым смыслом достаточно сильно, чтобы быть стратегическим фактором. Ход истории уже изменился. Мы уже видели необычные, неожиданные и небывалые вещи. Трамп уже вышел за флажки, когда отказался от поддержки антироссийского консенсуса. «Ньюйоркер» уже вышел с обложкой, где Путин держит Библию для присягающего Трампа, и это всего через 20 лет после того, как американцы гордились, что подделали выборы в России.