Мой усыновлённый в младенчестве ребёнок — копия моя. Ещё неонатолог при обследовании в три недели сказала: надо же, его как будто специально для вас делали! И на моей работе, и в его школе, и вообще везде, где мы бываем, его называют моей копией. Не скажу ему никогда. Ну, может, на смертном одре. А вашу правду можете запихать себе туда, откуда вынули. Какое ваше дело, со своей правдой соваться в ЧУЖИЕ жизни, у вас в своей нечем заняться?