Заметка от Дмитрия Стешина и Александра Коца. "Мы попытались понять, как маленькая страна смогла выдержать 5 лет тотальной гражданской войны, потерять в боях половину армии и половину территорий и, несмотря ни на что, не сдаться и не развалиться вдребезги? В пятничный выходной день, в сердце Сирии — на площади у мечети Омейядов - все по прежнему: семьи с детишками кормят голубей пшеницей. В толпе лишь прибавилось мужчин в камуфляже — отцов семейств в увольнительных. А так - все осталось по прежнему. Так было в 2012 году. И в 2013, когда мы жили в Дамаске и ждали удара «томагавками». И даже смешной уличный фотограф-пушкарь с камерой собранной из трех или четырех разномастных фотоаппаратов, по-прежнему на своем посту. И так же пугает сытых голубей ради красивого кадра - топает ногой по плитам, которые помнят шаги апостола Павла.За последние годы мы видели, как сыпались и уходили в ничто незыблемые ближневосточные режимы. Как за пару недель, безоружная толпа усадила в клетку президента Хосни Мубарака. Как меньше чем за год, «отец Африки» Муамар Каддафи прошел путь от белого шатра «отца нации» до дренажной канавы под городом Сирт. И в Сирии, поначалу, все шло по привычному сценарию.Сначала попробовали западные технологии «мягкой силы». Не вышло. Тогда на смену им пришли радикальные исламисты. Были и предательства в самых высших эшелонах власти, и взрыв на совещании в сирийском генштабе, и неудачные военные операции, сдачи городов, огромные потери, санкции, дипломатическое давление, миллионы беженцев...Страна неумолимо съеживалась, но держалась.Еще Гумилев в своем труде «Этногнез и биосфера» писал, что сложные системы устойчивее простых. У них много точек равновесия, они пластичны, могут пружинить под внешним давлением и перетекать в иные формы не распадаясь, не исчезая. Сирия, наверное, самый яркий и самый современный пример такой сложной системы. Некоторые шаги руководства страны нам были непонятны еще пару лет назад. Например, почему в сирийском тылу так много мужиков? Нам, по нашему русскому менталитету, привыкшим, что любая война - тотальна, казалось, что к пятому году гражданской в тылу должны остаться только дети, старики и не очень молодые женщины. На самом деле, руководство Сирии попыталось решить почти непостижимую задачу — сохранить баланс между миром и войной. Тыл не стали обескровливать тотальной мобилизацией, в противном случае страна давно бы уже скатилась в полную нищету и встала с протянутой рукой на международных перекрестках, выклянчивая гуманитарку. Потом втянулась бы в «мирный переговорный процесс» идущий под наблюдением западных «доброжелателей»... История известная.Но Сирия осталась самостоятельной страной и сохранила свою «продуктовую безопасность». Ни одной тонны пшеницы она пока не импортировала, все продукты свои. И они очень дешевые. Смотрите сами: килограмм картошки, два кило капусты, яблоки, апельсины, лук, зелень и два кило парной говяжьей вырезки обошлись корреспондентам «КП» в 13 долларов. Причем, это продукты высочайшего качества. С лекарствами - то же самое. «Противопростудный пакет» - растворимый аспирин, шипучие витамины, анальгетик, капли от насморка — те же самые 10 долларов. Все лекарства сделаны по западным лицензиям, но в самой Сирии. Поэтому государство дотирует их производство и очень жестко следит за качеством. Люди, пожившие в Сирии, везут в Россию лекарства чемоданами, потому что местные препараты работают, а российские аналоги — нет. Или не очень... Стыдно сказать, домой из Сирии везут даже чай «Липтон» в пакетиках, потому что он здесь, по качеству, как развесной элитного сорта в магазине «Колониальные товары» на Мясницкой. И стоит копейки.А еще в Сирии при встрече не говорят «Салам Алейкум». Здесь говорят «Мархаба» - привет, никак не подчеркивая религиозную принадлежность. И в бой солдаты идут не с криком «Аллаху Акбар!», а с бодрой речевкой «Боже, храни армию!». На одном газоне в зеленом парке, расстелив покрывало, в выходной день может валяться молодой человек с девушкой в хиджабе и солдат с подругой в джинсах и майке. Никто слова грубого не скажет, косо не посмотрит, что нетипично для арабских стран в принципе.В Дамаске очень много мечетей и молельных домов. В ста метрах от мечети - целая улочка, где в специальных кинотеатрах крутят эротические фильмы для тех, кому нужно. А за углом можно наткнуться на магазинчик, где свободно продают алкоголь. Шесть долларов - литровая бутылка «Московской» в экспортном исполнении. Много верующих людей — их видно по одежде. Но у них свой мир, а у светских сирийцев — свой. И никто не претендует на чужое личное пространство. Это тайна арабской толпы, в которой почему-то чувствуешь себя комфортно.И в этих маленьких деталях, пожалуй, один из главных столпов сирийской государственности, за счет которого страна держится в казалось бы заведомо проигрышной позиции. Когда большая часть государства понимает, что сила - в ментальном и цивилизационном единстве всего религиозного многообразия Сирии. Интересно, читал ли Асад Гумилева? Мы обязательно спросим у него после Победы."