"Петлюровцы торжествовали победу. Национальные украинские зипуны загарцовали на главных улицах города. Стало весело, шумно и пьяно. Гайдамаки пели, плясали, но главным образом стреляли не в людей, a просто так себе, в воздух.Днем еще было сносно, но ночью становилось жутко. Нельзя было пройти несколько шагов по улице, чтобы перед ухом да просвистела пуля.В учреждениях, управляемых петлюровцами, господствовала полная бестолковщина. Одно учреждение не подозревало о существовании другого; каждое ведомство в отдельности непосредственно сносилось с Киевом.Ежедневно публиковались приказы о мобилизации, которые в тот же вечер отменялись. Так, по крайней мере раз пять объявлялась мобилизация студенчества, и ни разу не приводилась в исполнение.Из учреждений были изгнаны все служащие, не владевшие "украинской мовой".Город был полон всевозможных чудесных слухов о Махно и его разбойничьей шайке, свившей себе гнездо в Гуляй-Поле…"«Архив русской революции», т. 3. Берлин. 1922 г.