Эти снимки из июля 1941 года бьют, словно кувалдой по голове: каменистая пустыня Заполярья, десяток немецких автоматчиков окружили двух безоружных пленных красноармейцев. До смерти - те самые четыре шага. А один из наших, что повыше и в гимнастерке, стоит перед палачами - руки в боки, смотрит на них в упор с явной насмешкой...Вот их ведут расстреливать. Вот они повернулись лицом к смерти. А этот высокий по-прежнему полон пренебрежения к врагуСтрашный фоторепортаж гулял по Интернету, пока не попал в руки мурманчанина Павла Вайгина.- Конечно, фотографии и меня потрясли, - вспоминает он. - Еще и потому, что я местный. На снимках очень примечательный камень. Я прикинул, что за несколько десятков лет он вряд ли мог рассыпаться. На какой высоте казнили красноармейцев, я примерно понимал из документов. Взял в руки фотографии расстрела и пошел в сопки искать.Историки и краеведы вместе с Павлом повторили маршрут 2-й горнострелковой дивизии вермахта. Сначала на автомобиле ехали по Печенегской трассе (северное направление от Мурманска до границы с Норвегией), потом от автострады двинулись пешком. Шли более 80 километров...Переводчик из Мурманска Дмитрий Дулич, тщательно проштудировав немецкую мемуарную литературу, нашел информацию о полевом суде над двумя пленными в этих местах. Стало ясно, почему немецкие командиры решили устроить полевой трибунал.- Перейдя границу, они на высоте 122 потеряли больше, чем весь их батальон за всю польскую кампанию. В архивных документах указано, что за несколько часов боя погибло 16 немцев и еще 11 были ранены, - говорит Дмитрий. - Для них такое сопротивление русских стало шоком. Ясно, что казнь они устроили для поднятия боевого духа своих солдат.После тяжелого горного перехода группа поисковиков вышла на высоту 122. Место казни мы нашли, как и ожидали, по огромному камню. За эти годы он лишь слегка надкололся, - вспоминает Павел Вайгин. - Осмотрелись, стали рассуждать: куда немцы могли деть тела после расстрела? Поблизости ровная площадка, заросшая иван-чаем. У поисковиков есть примета - там, где растет иван-чай, скорее всего, погиб человек.Перекопав лопатами поляну, парни нашли обрывки шинели, армейский ремень, ботинки, кошелек. И медальон. Его владелец теперь известен: Сергей Макарович Корольков. Тот, что на снимках, - в шинели. Служил в хозвзводе, до войны жил в поселке Апатиты, работал на горнодобывающем предприятии. К началу войны уже обзавелся семьей, дочке шел третий год. Возможно, поэтому и заполнил свой медальон. Так поступали немногие.- Мы слышали, что это считалось плохой приметой, - говорит Вайгин. - Из двадцати тысяч убитых бойцов, найденных в разные годы поисковиками, только у пятисот медальоны были заполнены.В Тверской области найдены родственники Королькова. Дочь, шесть внуков, правнуки... Останки героя перевезли к ним и похоронили на деревенском мемориале.Возможно, когда-нибудь будет назван по имени и его отчаянный товарищ, дерзко стоящий в июле 1941 года перед дулами гитлеровских автоматов и перед Вечностью. "Родина" ждет, что читатели откликнутсяhttp://rg.ru/2016/05/05/rodina-poiskoviki.html