Михалков С.Десятилетний человекКрест-накрест синие полоскиНа окнах съёжившихся хат.Родные тонкие берёзкиТревожно смотрят на закат.И пёс на тёплом пепелище,До глаз испачканный в золе,Он целый день кого-то ищетИ не находит на селе...Накинув старый зипунишко,По огородам, без дорог,Спешит, торопится парнишкаПо солнцу - прямо на восток.Никто в далёкую дорогуЕго теплее не одел,Никто не обнял у порогаИ вслед ему не поглядел.В нетопленной, разбитой банеНочь скоротавши, как зверёк,Как долго он своим дыханьемОзябших рук согреть не мог!Но по щеке его ни разуНе проложила путь слеза.Должно быть, слишком много сразуУвидели его глаза.Всё видевший, на всё готовый,По грудь проваливаясь в снег,Бежал к своим русоголовыйДесятилетний человек.Он знал, что где-то недалече,Выть может, вон за той горой,Его, как друга, в темный вечерОкликнет русский часовой.И он, прижавшийся к шинели,Родные слыша голоса,Расскажет всё, на что гляделиЕго недетские глаза.ЗябликХотел иметь я птичкуИ денег накопил,И вот на Птичьем рынкеЯ Зяблика купил.Сидел мой Зяблик в клеткеИ зернышки клевалИ, как в лесу на ветке,Все пел и распевал.Ребята заходилиНа Зяблика смотреть,И каждому хотелосьТакого же иметь.Я с Зябликом возился,Хоть было много дел.А через две неделиПевец мне надоел.Однажды я за городУехал на три дня,И он на это времяОстался без меня.Когда же из деревниВернулся я домой,Лежал в пустой кормушкеГолодный Зяблик мой.Я спас его от смерти —Я выходил егоИ выпустил на волюЖивое существо.Хотят ко дню рожденьяМне подарить щенка,Но я сказал: «Не надо!Я не готов пока!»