При Сталине Пастернак спокойно себе жил на ведомственной даче в Переделкине)))Вы плохо знаете историю литературы.Мне по душе строптивый норовАртиста в силе: он отвыкОт фраз, и прячется от взоров,И собственных стыдится книг.Но всем известен этот облик.Он миг для пряток прозевал.Назад не повернуть оглобли,Хотя б и затаясь в подвал.Судьбы под землю не заямить.Как быть? Неясная сперва,При жизни переходит в памятьЕго признавшая молва.Но кто ж он? На какой аренеСтяжал он поздний опыт свой?С кем протекли его боренья?С самим собой, с самим собой.Как поселенье на гольфштреме,Он создан весь земным теплом.В его залив вкатило времяВсе, что ушло за волнолом.Он жаждал воли и покоя,А годы шли примерно так,Как облака над мастерскою,Где горбился его верстакА в те же дни на расстояньеЗа древней каменной стенойживет не человек, — деянье:Поступок, ростом с шар земной.Судьба дала ему уделомПредшествующего пробел.Он — то, что снилось самым смелым,Но до него никто не смел.За этим баснословным деломУклад вещей остался цел.Он не взвился небесным телом,Не исказился, не истлел.В собранье сказок и реликвий,Кремлем плывущих над Москвой,Столетья так к нему привыкли,Как к бою башни часовой.Но он остался человекомИ если, зайцу вперерезПальнет зимой по лесосекам,Ему, как всем, ответит лес.И этим гением поступкаТак поглощен другой, поэт,Что тяжелеет, словно губка,Любою из его примет.Как в этой двухголосной фугеОн сам ни бесконечно мал,Он верит в знанье друг о другеПредельно крайних двух начал.Угадайте, кому посвящен этот стих