Джозеф сразу же пресек мою попытку вызвать такси, сказав, что отвезет меня домой таким тоном, что я даже не попыталась что-то сказать против.Он помог мне забраться в машину, поддерживая за руку и придерживая дверь. Потом обогнул машину, прыгнул на свое водительское место и завел машину. Двигатель заурчал, просыпаясь. Я протянула руку к ремню безопасности, потянула, но ремень выехал лишь на немного и тут же сработал аварийный стоппер, заблокировав его. Я ослабила ремень, потом потянула вновь, опять никакого движения, подергала.- Ремень не вытягивается. – сказала я, оборачиваясь к Джозефу.- Да, он заедает немного. Дай я попробую. – отвечает он и не успела я что-либо сказать в ответ, как Джозеф молниеносно перегнулся через меня и ухватился рукой за ремень, нависнув надо мной в опасной близости. Я непроизвольно сделала движение назад, вжавшись в сидение. Он смотрит мне в глаза, шарит взглядом по лицу, останавливается на губах, потом опять поднимается к глазам. Он так близко, так невозможно близко. Я дышу его запахом, ароматом туалетной воды, прикрываю глаза, чтобы спрятаться за ресницами от сводящей с ума синевы его глаз, в которой вихрем закручивается буря эмоций, которые заставляют просыпаться бабочек в моем животе. И они не просто летают, они бьются о стенки крыльями, царапают изнутри коготками, заставляя спираль ощущений и чувств скручиваться и распрямляться, скручиваться и распрямляться. Сердце бьется у горла, ему уже мало места в груди. Чувствую легкое прикосновение пальцев к щеке, поглаживание осторожное, невесомое, как будто он боится спугнуть. Открываю глаза, и улыбаюсь. Он смотрит, склонив голову, губы подрагивают в ответной улыбке. А глаза наши ведут немой диалог: Можно? Можно. Он делает медленное движение навстречу, замирает в сантиметре от моих губ, потом вдруг дует мне в лицо. Я жмурюсь, смотрю опять на него, в глазах ликование, запускаю руку ему по плечу, к шее, в волосы и Джозеф больше не медлит ни секунды, он скользит рукой по моей спине, притягивает к себе и мягко дотрагивается своими губами до моих. Поцелуй изучающий, вальяжный, медленный, тягучий как смола, томный, сводящий с ума. Кровь бьется адреналином в висках, рецепторы и нервы - все обнажились и дрожат от напряжения. Разум закован в цепи и только чувства бьются в сердце, нагромождаясь друг на друга, разрастаясь внутри с такой скоростью, что кажется, сейчас не хватит сил, не хватит воздуха, и его разорвет вместе с телом на миллиарды трепещущих дрожащих клеток. Поцелуй становится более жарким, более требовательным, смелым, головокружительным, вышибающим подсознание на новый чувственный уровень. Джозеф целует мне лицо, опять возвращается к губам, нападает на них, покусывает, ласкает, играет, танцует с ними чувственный танец. Отрывается от губ со стоном и прячет свое лицо в моих ладонях, тяжело дыша в них жарким дыханием. Я утыкаюсь лицом в его макушку, зарываюсь носом в его волосы, трусь щекой и так замираю. Джозеф осторожно поднимает голову, не отпуская мои руки от своего лица, опять тянется к губам, прижимается к ним, ласкает языком, очерчивает, дразнит, врывается внутрь и вновь уносит на пике чувственности еще выше, еще дальше. С ним можно целоваться бесконечно, теряя себя и не желая возвращаться обратно. У меня кружится голова, и слабость растекается по телу, делая его податливым, плавящимся, сгорающим от этого чувственного напора. И я не могу больше сопротивляться ей, той химии, что связывает нас, околдовывает, запутывая наши эмоции и чувства, делая их едиными, одними на двоих.Джозеф снова смотрит, гладит по лицу рукой, потом резко, с силой и даже какой-то яростью дергает ремень, перетягивает его через меня и защелкивает в замок.- Надо ехать. – говорит он сдавленным голосом. – Иначе я за себя не ручаюсь!Я нервно облизываю губы, провожу рукой по затылку, он провожает мое движение тяжелым, темным взглядом, потом опять молниеносно нависает надо мной, вжимается своим лбом в мой. - Я не знаю почему, но этот жест заставляет меня терять ориентацию в пространстве и мне хочется самому провести рукой по твоим волосам, пропустить их сквозь пальцы. – шепчет он. – Никогда не любил короткие стрижки у девушек, но с тобой…выбивает почву из-под ног! - он осторожно проводит пальцами по шее сзади, от выступающего позвонка вверх, ерошит волосы на затылке. И от прикосновения его раскрытой ладони -  мурашки ползут по телу. Я ласкаюсь как кошка под его рукой, кручу головой, ловя его движения, и остается только заурчать от удовольствия под его чувствительными пальцами. Мои губы находят его, и мы опять пропадаем, теряемся в долгом, мучительно-сладком поцелуе. Потом Джозеф резко отваливается на свое сидение и сидит какое-то время, закрыв глаза и стараясь отдышаться, но при этом крепко держа меня за руку и поглаживая ее большим пальцем.– Вот теперь точно пора ехать. – он переключается с паркинга на драйв и машина срывается с места, за несколько секунд накручивая обороты до пятерки. Яростная, стремительная, быстрая манера вождения – не пугает, завораживает, – в этом он весь. Неукротимый, резкий, нетерпеливый, страстный, дикий. Джозеф.