Сталинская система управления экономикой в прошлом и в будущемВладимир Машков1 октября 2014 14ЭкономикаИз экономического небытия - в сверхдержавыПосле Октябрьской социалистической революции нашему народу пришлось создавать новую социалистическую экономику буквально из экономическогнебытия. Оно представляло собой не только разруху от трехлетнего участия в мировой войне и от правления пришедших к власти в феврале 1917 года «демократов», порушивших и экономику и саму российскую государственность. Уже в конце 1917-го империалисты Антанты и США официально поделили нашу страну на «зоны интересов и установления контактов с национально-демократическими правительствами бывшей Российской империи». В 1918-м интервенты Англии, Франции, США, Японии, Румынии, Греции, Италии, Австралии, Канады, вторглись грабить нашу страну, расчленять ее и распалили у нас братоубийственную бойню. В Версальском «договоре о мире» (1919г.) наша страна именовалась уже не иначе как: территории бывшей Российской империи.В почти безнадежной для нашей страны внутренней и внешней обстановке начало становлению социалистической экономики положил Ленинский план электрификации России (ГОЭЛРО) 1920 года, переросший после смерти Ленина в сталинские планы индустриализации нашей страны, преобразованной в СССР. И уже по первым в мировой практике пятилетним государственным планам у нас за 1928 - 1937 годы было построено и задействовано 9000 крупных промышленных предприятий. То есть, - по три крупных индустриальных объекта каждый рабочий день в течение десяти лет!!!Здесь стоит немного отвлечься, чтобы напомнить: откуда у юриста по образованию Ленина и у недоучившегося священника Сталина взялся такой размах хотя бы в планах индустриализации, которые во всем просвещенном мире были признаны несбыточными. Первоисточником столь уникального размаха явились труды основателей научного коммунизма: Энгельс «Положение рабочего класса в Англии», «Принципы коммунизма», «Антидюринг», «Происхождение семьи, частной собственности и государства»; совместный с Марксом труд «Манифест коммунистической партии»; Маркс «Капитал» гл. XIII «Машины и крупная промышленность». Сейчас в нашей стране уже мало кто знает, что:В трудах основателей научного коммунизма, как ни в какой другой литературе, отслеживается технологический прогресс, начиная с применения палки обезьянами, и кончая созданной человечеством индустрией, причем, - в увязке с развитием устройства общества. Научный коммунизм, в отличие от ранее появившегося утопического, развился как раз на основе досконального изучения невиданного ранее созидательного потенциала индустриализации производства.Ленин и Сталин, как множество коммунистов того времени, смолоду зачитывались трудами основателей научного коммунизма и как раз отсюда набрались одержимости мобилизовать индустриальный прогресс на улучшение жизни трудового народа, а не на обогащение капиталистов. С этой целью вершилась и социалистическая революция. Именно следование научному коммунизму породило дерзкие планы индустриализации нашей страны вместе с твердой решимостью осуществить их. Следуя этой теории, Ленин и Сталин видели в индустриализации путь к достижению не только изобилия материальных благ, но и новых экономических отношений. Сначала на основе социалистической формулы:«от каждого - по способностям, каждому - по труду»; затем коммунистической: «от каждого - по способностям, каждому – по потребностям» [И. Сталин «Экономические проблемы социализма в СССР» 1952г.].Кроме того. Рост военной агрессивности империалистических сил по отношению к СССР подстегивал к предельно быстрой индустриализации и сделал главной ее целью создание военной техники. Сталин в начале 1931 года с удивительной прозорливостью назвал предельный срок: «Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». На сколько больше сил требуется, чтобы пробежать расстояние хотя бы в пять раз быстрее, легко понять на примере с обычным бегом: пробежать стометровку за 50 секунд способен почти каждый человек без особого напряжения, а за 10 секунд – только очень редкие тренированные дарования со сверхчеловеческим физическим и волевым потенциалом. Вот так и в индустриальном рывке нашей страны: вынужденное максимально быстрое строительство тысяч крупных промышленных объектов и задействование их на полную мощность требовало мобилизовать физический, волевой, интеллектуальный потенциал всего народа как никогда и нигде в мире.Опять же благодаря социалистической революции у нас появились невиданные раньше внутренние резервы для индустриального рывка: прибавочный продукт, который раньше присваивался внутренними и внешними социальными паразитами, и который составлял наибольшую часть всего создаваемого продукта; прилив творческой активности трудящихся с ростом их образованности, квалификации и сознания, что они теперь работают на себя. Видение этих резервов, чего не увидели зарубежные эксперты, давало уверенность в успехе индустриализации вдобавок к решимости осуществить ее. Но в любом случае невозможно было обойтись без закупок техники в промышленно развитых странах и без своего рода трудового кредита от крестьянства. Крестьянству предстояло выделить из своей среды десятки миллионов новых работников промышленности и в течение нескольких лет кормить ее увеличившийся персонал до того, как он сможет дать селу промышленные средства производства и потребительские блага. Этот трудовой кредит мог выделяться постепенно и параллельно с улучшением жизни крестьян, не будь агрессивного внешнего окружения, вынудившего предельно сокращать сроки индустриализации, да еще нести колоссальные затраты всех видов ресурсов на создание средств производства вооружений и самих вооружений. По данной причине нагрузка на село, с его отсталым техническим оснащением, пришлась тяжелая. Вдобавок, к началу Второй пятилетки антисоветские внешние и внутренние силы умело организовали «Сталинский голодомор», особенно на Украине. На этой теме здесь нет надобности останавливаться, потому что есть книги: Иван Чигирин «Миф и правда о «Сталинском голодоморе». Об украинской трагедии в 1932-1933 годах» 2009г.; Юрий Мухин «Как натравить Украину на Россию. Миф о «Сталинском голодоморе»» 2014г.При всей фантастичности, по убеждению зарубежных экспертов, наших планов индустриализации, и при всех стараниях антисоветских сил сорвать их выполнение, план Первой пятилетки был выполнен за четыре года, а еще более фантастичный план второй пятилетки – в установленный срок. По ходу выполнения этих планов была забыта деревянная соха, которой раньше обрабатывалась наибольшая часть пашен, были набраны самые высокие в мире темпы жилищно-бытового строительства, покончено с детской беспризорностью и со страшными эпидемиями, созданы самые прогрессивные системы бесплатного образования и медицинского обслуживания, начато бесплатное и по ценам ниже себестоимости распределение многих благ за счет государства.К завершению Второй пятилетки наша страна стала по экономическому и оборонному могуществу второй в мире сверхдержавой. СССР начал догонять Америку при том, что он стартовал из экономического небытия, а США – с позиции богатейшей в мире страны.Жизньтрудового народа СССР стала уже лучше, чем жизнь трудового народа в США, низвергнутых банкирами в Великую депрессию.Жилой фонд у нас был во много раз меньше, чем в США. Ведь наша страна с 1914 по 1922 годы воевала, а США наживались на этой войне. Но многие миллионы американских бездомных не имели хотя бы подобий наших бараков. Благо, там теплый климат позволяет жить в бидонвилях. Иначе голодомор Великой депрессии, унесший миллионы жизней американцев, дополнился бы еще более страшным холодомором.Набранные с успешным завершением Второй пятилетки темпы социально-экономического развития СССР стали основанием для уверенности большинства советских людей, что коммунизм будет построен их дружным трудом.Всего этого невозможно было достичь без творческого трудового героизма народа нашей страны и без революционно новой сформировавшейся в ходе индустриализации системы управления советской социалистической экономикой. Какой получилась сформировавшаяся в ходе индустриализации система управления советской социалистической экономикойСоветская власть изначально не имела, как сейчас бы сказали, проекта системы управления социалистической экономикой. В те времена, и даже более поздние, проектированием систем управления экономическими объектами, тем более масштаба страны, никто в мире не занимался. Труды основателей научного коммунизма содержали необходимые политэкономические ориентиры: на обобществление промышленности, земли с природными ресурсами, банков; на плановое ведение экономической деятельности (хозяйствование); на хозяйствование с целью полного удовлетворения потребностей трудового народа в материальных благах. Но только по таким ориентирам невозможно создать систему управления с конкретным устройством управленческого аппарата и с огромным многообразием его функций, которые здесь не перечислить.Формирование системы управления советской экономикой началось с проб и ошибок в диапазоне от попыток выполнять основную массу организационных функций активами рабочих и крестьян, большинство которых не умели читать, писать и считать, до попыток временно вернуть к управлению капиталистов, которые все отлично умели читать, писать и считать, но лучше всего наловчились стяжательству. На основе анализа проб и ошибок шаг за шагом, часто в бурных открытых дискуссиях, нарабатывались многие революционные новшества, а что-то бралось из передового в мире опыта. Но в любом случае политэкономические ориентиры брались из научного коммунизма.Еще раз отметимпервое революционное новшество, привнесенное в систему управления советской экономикой от научного коммунизма: целью хозяйствования, в том числе и индустриализации, стала не погоня за финансовой прибылью, хотя бы и для государства, а улучшение жизни трудового народа и укрепление обороноспособности страны. Поэтому все виды ресурсов для создания передовой индустрии изыскивались даже в страшно тяжелых социально-экономических условиях без составления бизнес-планов с подсчетом будущей финансовой прибыли. Денежные знаки стали применяться как вспомогательное средство соизмерения стоимости задействованных в хозяйстве ресурсов и была сохранена покупательная способность денег на период до перехода к не товарно-денежной коммунистической экономике.Отметим второе революционное новшество, - тоже от научного коммунизма: государственное планирование производства, сначала на многолетнюю перспективу, а потом и в оперативном порядке. Под эту невиданную ранее функцию государства был создан невиданный ранее орган управления Госплан.Отметим третье революционное новшество, - тоже от научного коммунизма:национализация банков с последующей заменой их погони за финансовой прибылью на строго целевое финансирование планируемых работ и закупок. В результате получилась государственная по сути не банковская (не ростовщическая) сеть, а кассовая, хотя она и сохранила старое название. В принятой в 1919 году VIII Съездом партии большевиков программе было записано: «По мере организации планомерного общественного хозяйства это приведет к уничтожению банка и превращению его в центральную бухгалтерию коммунистического общества».Остановимся поподробнее на четвертом революционном новшестве - тоже от научного коммунизма: все действовавшие и строящиеся индустриальные объекты были объединены в невиданно крупный промышленный комплекс как единое общенародное предприятие, причем, - не коммерческое, ибо оно не имело целью финансовую прибыль. Соответственно, многие тысячи вошедших в это общенародное предприятие заводов, фабрик и т.д., тоже именуемых словом предприятия, были не коммерческими. Целью их работы было выполнение государственных планов в условиях хозрасчета, которые в текущем порядке совершенствовались так же, как везде совершенствуются финансовые условия работы производственных подразделений (заводов, фабрик, цехов, участков) при любых формах собственности.В нашем невиданно крупном промышленном комплексе формировалась иерархия штатных специалистов и управленцев, как и на предприятиях (заводах, фабриках и т.д) всего мира, но с двумя вышестоящими уровнями: отрасль,Центр (не только правительство, ибо множество управленческих решений принималось центральными органами партии и советов). В итоге сформировался государственный управленческий аппарат, имеющий пять уровней управления:Центр;отрасль;предприятие;цех; участок.На уровнях предприятие, цех, участок задействовались штатные специалисты и их функции как везде в мире. Вот примерная, в упрощенном виде, иерархия штатного управленческого персонала на авиационных заводах численностью от пяти тысяч и более работников: Завод(15 - 40 цехов): директор; главный инженер; замы директора; замы главного инженера; конструкторский отдел; технологический отдел; отдел технического контроля; отдел главного механика; отдел главного энергетика; инструментальный отдел; отдел снабжения; производственно-диспетчерский отдел; плановый отдел; отдел труда и зарплаты; отдел кадров; бухгалтерия; финансовый отдел. Цех основного производства (7 – 12 участков): начальник; замы; технологическое бюро; бюро технического контроля; группа механика; группа электрика; производственно-диспетчерское бюро; плановое бюро; бюро труда и зарплаты; бухгалтерия; табельная. Участокосновного производства (50 - 100 человек): старший мастер; сменные мастера; плановик; сменные распределители работ. На крупных авиационных заводах служб гораздо больше, но не в том суть.Поскольку ничего принципиально нового в формировании штатного персонала на уровнях предприятие, цех,участокв СССР не было, численность специалистов, занятых на этих трех уровнях, в СССР и в капиталистическом мире при сопоставимых масштабах и сложности производства была примерно одинаковой. Разница была лишь в том, что в СССР этот персонал стал государственным, а не фирменным. От этого содержание и объемы его работ не изменились. На двух вышестоящих уровнях отрасль и Центр управленческий персонал стал управлять предприятиями так же, как управленцы уровня предприятий управляют цехами, а цехового уровня – участками. Это стало тоже невиданным ранее новшеством. Численность служб над предприятиями, включая сюда центральные, отраслевые, региональные службы и даже банковский персонал, составила на всю нашу страну тогда максимумтриста тысяч человек.В капиталистическом мире, при сходных масштабах и сложности производства, работа предприятий (заводов, фабрик и т.д.) предопределяется многими миллионами функционеров. Сюда входят: собственники предприятий; наемные менеджеры, занятые поиском заказов на их продукцию, торгашеством по официальной цене на каждый заказ и по «откатам» себе, а только затем - превращением заказов в планы предприятиям; наемные менеджеры, занятые поиском поставок всего необходимого для выполнения заказов, торгашеством по официальной цене на каждую закупаемую позицию и тоже по «откатам» себе; занятые тем же самым менеджеры посреднических фирм, которые часто создаются только для сбора «откатов» не в форме тривиальных взяток, а под видом коммерческой кооперации; юристы всех фирм, занятые оформлением коммерческих договоров по всему ассортименту позиций в кооперации между предприятиями и, вдобавок, - дорогостоящим сутяжничеством по частым нарушениям договорных условий; занятые этим же сутяжничеством юристы консультационных фирм и арбитражные суды с их «кристальной честностью»; персонал, занятый рекламой всего ассортимента производимой продукции (в СССР была реклама лишь на предметы потребления, да и то дешевенькая); бухгалтерский персонал несметной тьмы юридических лиц, прямо или косвенно причастных к кооперации между предприятиями; персонал госучреждений, занятый регистрацией тьмы таких юридических лиц; собственники и персонал банков, занятых обслуживанием их счетов; персонал налоговых служб с его «кристальной честностью», занятый финансовыми отношениями всех этих юридических лиц с государством; персонал государственных центральных, ведомственных, региональных органов, занятый формированием государственных заказов, их размещением, сутяжничеством с исполнителями и попутным изобретением схем для «откатов» себе; персонал виртуозов по махинациям с «ценными бумагами». В этой тьме функционеров только госслужащих намного, если не во много, больше, чем было на двух высших уровнях управления промышленным комплексом СССР. И вот что самое худшее в этой тьме функционеров: самым доходным занятием у них является раскошеливание государств на военные заказы, тогда как для управленцев советской экономикой оборонка была вынужденной трудовой нагрузкой.По сравнению с громадной надстройкой функционеров над капиталистическими предприятиями управленческая надстройка над предприятиями в СССР получилась в десятки раз меньше числом и на порядки дешевле. Однако это не помешает некоторым «марксистам» пенять Сталину, что он не по Марксу создал «забюрократизированную империю» вместо государства диктатуры пролетариата. То, что в теории Маркса и Энгельса о государстве диктатуры пролетариата – вообще ни слова об устройстве аппарата управления его экономикой, такие «марксисты» не заметили. Это белое пятно в научном коммунизме было сознательно оставлено его основателями с уверенностью, что здесь все проблемы будут решены после взятия пролетариатом политической власти. Еще раз повторим: проектированием систем управления экономическими объектами тогда никто в мире не занимался. Эти системы формировались по ходу создания и развития экономических объектов. Так же оно делалось и в хдоде создания и развития единого общенародного промышленного комплекса СССР, ставшего самым крупным в мире экономическим объектом управления.Пятое революционное новшество было тоже от научного коммунизма: государственное ценообразование. Методики исчисления цен на всю задействованную в экономике материальную часть и на все виды труда нарабатывались при отсутствии предшествующего опыта. К началу Второй пятилетки был взят курс на увеличение покупательной способности трудящихся путем снижения розничных цен. Этот курс неуклонно проводился во все последующие мирные годы при жизни Сталина.Шестое революционное новшество было тем более от научного коммунизма: переход к бесплатному и по ценам ниже себестоимости распределению многих благ за счет государства. Поскольку изобилия таких благ еще не было, это не означало каждому - по потребности. Доминировал принцип все лучшее - детям.Седьмое революционное новшество было заимствовано из передового опыта применения безналичных расчетов. Был установлен жесткий порядок: все финансовые накопления каждого юридического лица хранятся на его единственном счете в Государственном банке; расчеты между юридическими лицами выполняются только безналичными перечислениями; наличные деньги выделяются только для выплаты физическим лицам заработков, пенсий, стипендий, на командировочные расходы и мелкие закупки под отчет. Невозможность свободного перевода основной массы денег из безналичных, - подконтрольных государству, в наличные, снижение розничных цен и увеличение количества благ, распределяемых бесплатно, сокращали оборот наличности и возможность присваивать деньги каким либо способом, кроме созидательного труда или в виде пособий. Минимальные возможности почти безнаказанно паразитировать на чужом труде сохранились в сфере оборота наличности в форме спекуляции, взяток, выигрышей в азартные игры и т.п., но в масштабах, несравнимых с масштабами узаконенного и противозаконного, но фактически не наказуемого, присвоения не трудовых денег в капиталистическом мире. Кроме того, указанное выше применение безналичных расчетов многократно сократило затраты на печатание денег и невиданно упростило финансовые отношения юридических лиц с государством. По масштабам применения безналичных расчетов СССР тогда ушел далеко вперед от всех стран.Пятое и седьмое новшества составили основную гарантию распределения благ на основе социалистической формулы: каждому – по труду. Еще говорили образно: кто не работает, тот не ест.Восьмым революционным новшеством, - от ленинского вклада в научный коммунизм, стало тесное переплетение всей иерархии государственных управленческих органов с выборными органами управления. Самой представительной организацией с выборными органами управления явились профсоюзы, названные Лениным школой коммунизма. Профсоюзы структурировались сообразно структуре всех трудовых коллективов и получили полномочия, каких никогда и нигде в мире не имели. В капиталистических странах, и то не во всех, профсоюзы имеют лишь право сутяжничать с «работодателями», то есть, - эксплуататорами наемных работников, по вопросам условий их труда. В СССР профсоюзы получили полномочия: непосредственно участвовать в определении расценок на труд и согласовывать их; согласовывать назначение руководителей трудовых коллективов; участвовать в разработке планов организационно-технических мероприятий в части улучшения условий труда и согласовывать такие планы; участвовать в распределении многих бесплатных или почти бесплатных благ на больших полномочиях, чем администрации; участвовать во всех прочих социально-экономических делах, выполняя множество контрольных и организационных функций. С такими полномочиями профсоюзы в СССР перестали быть профсоюзами в старом смысле этого слова, хотя и продолжили называться по-старому. Фактически они преобразовались в представленный почти всеми трудящимися институт власти. Выборы в многомиллионный актив этой власти проводились без шумных избирательных кампаний, но с деловитым анализом хода дел и постановкой социально-экономических задач, начиная с производственных участков и кончая масштабом страны. Основная же часть огромной массы текущих вопросов, начиная с трудовых споров и кончая реализацией созидательных инициатив трудящихся, решалась миллионами выбранных активистов ежедневно в рабочем порядке. Мизерный штатный персонал этого института власти содержался на добровольные взносы самих трудящихся. Уговаривать кого-либо вступать в вот такие «профсоюзы» не приходилось. Компартия и комсомол структурировали свои первичные организации тоже сообразно структуре трудовых коллективов, чтобы пополняться из лучших работников, а так же - создавать в коллективах деловую творческую обстановку. Советы избирались только по территориальному принципу, как парламентские органы в капстранах. Многие историки отмечают, что Сталин пытался предусмотреть в Конституции СССР 1936 года альтернативность и даже многопартийность выдвижения кандидатур в советы, но этому воспрепятствовало остальное руководство страны.Девятым революционным новшеством, от ленинского и сталинского вклада в научный коммунизм, стало невиданно массовое политехническое образование и воспаление в народе тяги к познанию фундаментальных и прикладных наук со сложным математическим аппаратом. Поскольку в индустрии почти весь объем работы специалистов составляют математические исчисления, без данного новшества индустриальный рывок был тоже невозможен.Десятым революционным новшеством, тоже от ленинского и сталинского вклада в научный коммунизм, стало применение многих форм морального стимулирования труда, вплоть до присвоения за трудовые подвиги, как и за боевые, звания Герой. То есть, по античной мифологии, - человек, равный богам, но только не вечный. Трудовой героизм советских людей, как и боевой, воспели музы любимых в народе искусств. Такого тоже не было ни в одной другой стране. Так наша страна в тот период стала как в песне поется: страна героев, страна мечтателей, страна ученых.Были еще многие новшества и заимствования передового опыта. Но и приведенных выше в сочетании с достигнутыми результатами достаточно для вывода:Ориентация советской экономики на удовлетворение интересов трудового народа, сведение к минимуму возможностей паразитировать на чужом труде, рациональное структурирование управленческого аппарата, переплетение иерархии штатных управленцев с выборными активами трудящихся, открытие всему народу доступа к любому уровню образования и к росту квалификации, включая рост по ступеням управленческой иерархии, сделало систему управления сначала промышленным, а затем и всем народно-хозяйственным комплексом СССР невиданно компактной, дешевой, квалифицированной и демократичной.В этой системе управления экономикой воплотилось народовластие, несравнимое с бутафорской «демократией» капстран, сводящейся лишь к периодическим выборам яко бы власти при диктатуре в экономике, а значит и в политике, капиталистических элит, которых никогда нигде ни один народ не избирал.Сформировавшаяся в ходе индустриализации система управления советской экономикой сочетала диктатуру интересов трудового народа и диктатуру самой передовой для того времени технологической и управленческой квалификации.Сталин, возглавив работы по индустриализации, далее стал неким подобием директора уникально крупного общенародного предприятия, хотя, в отличие от Ленина, «директорствовал» неформально: не занимая высшего поста ни в правительстве, ни в советах, ни в правящей партии, где такого поста и не было. «Директорство» Сталина получилось не только в силу его большой марксистской эрудиции. Он как никто другой в руководстве страны изучил массу технической литературы и, кроме полученных таким путем инженерных знаний, проявил феноменальную организаторскую дееспособность: умение квалифицированно выделить наиболее прогрессивные направления в развитии технологий; умение четко формулировать распорядительные решения на дальнюю и близкую перспективу; умение скрупулезно вникать в нормативно-технические документы (стандарты, положения, инструкции); умение вести внешнюю торговлю с наибольшей выгодой для нашей страны; умение в открытых дискуссиях доходчиво отстаивать наиболее рациональные организационные решения и разоблачать подрывные «уклоны» агентурных вождей типа Троцкого то вправо, то влево то сразу в обе стороны.Здесь нельзя не упомянуть и о том, что Троцкий с подельниками, до разоблачения их вредительства на открытых судебных процессах, за многие годы наполнили все ветви власти многотысячной массой себе подобных. Эта «шестая колонна» в управленческой среде, кроме «уклонов», с первых лет советской власти занялась еще и организацией массовых репрессий. Действовали по отлаженной схеме: сначала организовывали мятежи и другое крупномасштабное вредительство, а затем, под предлогом борьбы с вредительством, – массовое применение карательных мер, в абсолютном большинстве к невиновным. В том числе и к специалистам, без которых не могли осваиваться сложные изделия и технологии. В обстановке такого «правосудия» Сталин инициировал новый подход: приговоренным к срокам и к смерти специалистам стали создавать условия для плодотворной работы в особом режиме. Этот подход явился спасительным для тысяч специалистов, которые творческим трудом доказали, что они не враги народа, и нередко, - гении, достойные и удостоенные по результатам труда наград, вплоть до звания Героя. Без данного подхода наша страна тоже не смогла бы выйти в мировые лидеры по научно-техническому прогрессу при неустанных стараниях «шестой колонны» зачистить советскую экономику от творчески работающих специалистов.Названные выше и многие не названные здесь заслуги Иосифа Виссарионовича Сталина в формировании уникальной системы управления советской социалистической экономикой позволяют сделать вывод:Есть все основания назвать сформировавшуюся в ходе индустриализации систему управления советской социалистической экономикой: Сталинская.Чтобы наглядно и вкратце представить, как функционировала Сталинская система управления, обратимся к следующему примеру.В конце 1935 года американская компания «DouglasAircraftCompany» создала замечательно сконструированный пассажирский самолет DC-3, - знаменитый «Дуглас», несколько экземпляров которого эксплуатируются даже сейчас. Советские специалисты усмотрели достоинства «Дугласа» чуть ли ни раньше американских закупщиков. Уже через полгода наша страна заключила контракт на покупку лицензии для производства его у нас. Чтобы купить эту лицензию, надо было иметь не только средства на ее оплату. Гораздо важнее было иметь уверенность: что наши заводы смогут поставить все необходимые материалы и комплектующие; что будет достроен и оснащен авиазавод, способный выпускать столь сложные и крупные самолеты в большом количестве (иначе затраты на освоение производства сделают стоимость изделий неприемлемо высокой); что наши технологи спроектируют все необходимые технологии, и в том числе освоят разработанный в США и ставший незаменимым в авиастроении до конца XX века плазово-шаблонный метод проецирования чертежных размеров на крупногабаритные заготовки. При закупке лицензии хватило уверенности и на то, что наш «Дуглас» будет летать на наших моторах. Авиамоторы отечественной конструкции в нашей стране стали производиться лишь в советское время.Чтобы выпускать наш «Дуглас», надо было освоить производство примерно пятидесяти тысяч наименований деталей, из которых он состоит (если в изделие идет, к примеру, тысяча гаек одного типоразмера, то это одно наименование детали). А прежде чем приступить к освоению производства всех наименований, надо было переделать все чертежи: предусмотреть применение материалов, выпускаемых по нашим стандартам, и пересчитать все размеры из дюймовой системы в метрическую. Здесь понадобилось заново вычислить прочностные характеристики всех наименований деталей и узлов. То есть, по сути, переконструировать их. Если создание детали каждого наименования и сборка каждого из тысяч наименований узлов требуют выполнения в среднем, как минимум, пяти технологических операций, значит после переделки чертежей надо было спроектировать примерно триста тысяч технологических операций: для каждой создать операционную карту с указанием, на каком оборудовании выполняется операция, какие применяются приспособления, обрабатывающие и мерительные инструменты, вспомогательные материалы, как выполняется операция и контролируется качество. Далее надо закрепить операции по цехам, а в цехах по участкам, и по каждой операции определить необходимую квалификацию рабочего, трудоемкость ее выполнения, расценку. Параллельно надо оснастить все операции: поставить соответствующее оборудование, сконструировать и изготовить техоснастку, (ее изготовление - дело более сложное, чем изготовление деталей изделия), изготовить или приобрести инструменты. Параллельно надо вычислить потребное количество основных и вспомогательных материалов, пополнить заделы материалов, других комплектующих и обучить рабочих выполнению наиболее сложных операций. Далее - начать оперативно-календарное планирование производства вплоть до ежесменных заданий каждому рабочему с указанием, какие операции ему надо выполнить, какое количество деталей обработать, исходя из производственной программы, опережения сроков сдачи готовых деталей, состояния остатков незавершенного производства, квалификации рабочего, загрузки оборудования, оптимизации партий обработки. Каждая из примерно трехсот тысяч операций должна выполняться с чувством высокой ответственности за качество. Большинство выполненных операций надо тоже с чувством высокой ответственности проконтролировать контролерам: здесь пропуск брака по дружбе, родству или за мзду чреват особо тяжелыми последствиями. В процессе выполнения заданий рабочими, участками, цехами, надо отслеживать остатки незавершенного производства на всех операциях, расход всей задействованной в производстве материальной части по миллионам учетных позиций и выполнять еще множество организационно-технических функций, которые здесь не перечислить.Первые образцы «Дугласов», собранных полностью из наших деталей и с нашими моторами, изготовил опытный авиазавод в Москве в 1940 году, уже через четыре года после появления лишь контракта на закупку лицензии. Более года заняли испытания. Делалось это все параллельно с достройкой завода и освоением опытного производства других самолетов. Серийное производство сначала хотели разместить в Казани, где авиационный и авиамоторный заводы строились вместе с новыми энергетическими и другими объектами, без которых они не смогли бы работать.