Москва не знает, что делать с революциями 1917 года"Путин не может настаивать на образе Ленина, который находился на содержании у немцев, и в то же время превозносить его идеологического наследника Сталина. Власть больше не высказывается напрямик, так как сама не знает, что делать с 1917 годом".Сто лет назад, 23 февраля 1917 года, началась Февральская революция, ставшая первым актом Октябрьской революции. Французский историк Николя Верт возвращается к этим ключевым событиям и объясняет, с каким трудом нынешняя российская власть справляется с этим наследством. Интервью взяла журналистка Liberation Вероника Дорман."Как сегодняшний российский режим воспринимает 1917 год?" - спросила интервьюер."По поводу 1917 года все сложно, Кремлю не по себе. Революция - это тема, очень сильно мешающая установлению сегодняшней идеологии. Этот эпизод являет собой нарушение признания обществом существующего государства, его уничтожение и ослабление, в то время как нынешняя официальная идеология построена на слиянии, но не между партией и народом, как в советскую эпоху, а между государством и народом, - ответил ученый. - С этой точки зрения существует лишь один основополагающий период величия - "Великая Отечественная война" (так называют в России Вторую мировую войну). Еще принято воспевать индустриализацию и усиление СССР при Сталине в 1930-е годы. Отсюда расплывчатость и растерянность, как отмечать события 1917 года. Чествование Октябрьской революции 1917 года было главным советским праздником в течение нескольких десятилетий, но теперь это больше не государственный праздник и даже не выходной день, в середине 1990-х он был заменен на непонятный День народного единства"."Нынешний режим никак не может решить, что же нужно праздновать...", - заметила журналистка."Никто не собирается прославлять Ленина, который олицетворяет атеистический материализм. Отношение большевиков к церкви, которая сегодня вновь обрела могущество, остается весьма проблематичным. Сталин не отличался большей мягкостью, однако упор сейчас делается лишь на его религиозную политику после 1941 года, начавшуюся с великого патриотического примирения лета 1941 года, после нацистского нападения на СССР", - считает собеседник издания."Живы ли еще какие-то мифы 1917 года?""Для тех, кто пришел к власти в России сразу после распада СССР, легко было найдено объяснение: они приняли либеральную теорию заговора, подготовленного элементами, глубоко чуждыми российскому народу, а именно, большевиками - бандой преступников, находившихся на жаловании у Германии, не имевших никакого законного права в глазах народа, - сказал историк. - Это обеспечивало возможность осуждения коммунизма. Но для Путина это не столь очевидно, он не может по-настоящему настаивать на образе Ленина, который находился на содержании у немцев, и в то же время превозносить его идеологического наследника Сталина. Так что российская власть умеряет претензии на Ленина, и теперь воплощением государственного величия является Сталин"."Сегодняшние коммунисты во главе с Зюгановым воспевают государственный большевизм, то есть продолжают линию Сталина, который выступал за социализм только в одной стране, в противоположность Ленину, являвшемуся сторонником мировой революции, - продолжает Верт. - Ленин - неудобный персонаж по отношению к националистическому Сталину, который больше соответствует нынешнему патриотизму. Ленин по-прежнему выставлен на всеобщее обозрение в Мавзолее на Красной площади, но о нем больше не говорят. Власть больше не высказывается напрямик, не предлагает конструктивных дискуссий. Потому что она на самом деле сама не знает, что делать с 1917 годом".http://www.liberation.fr/planete/2017/02/21/nicolas-werth-moscou-ne-sait-pas-quoi-faire-des-revolutions-de-1917_1550104