Ответ на атаку против «Шоврим Штика»: солдатские рассказы в Facebookhttp://news.israelinfo.co.il/technology/59710Ответом на кампанию травли против организации «Шоврим Штика» стала стихийная кампания солидарности в социальных сетях. Бывшие солдаты ЦАХАЛа «нарушают молчание» и под собственными именами публикуют в Facebook свои воспоминания о службе на палестинских территориях. В этих рассказах есть куда более шокирующие подробности, чем то, что было включено, например, в отчет «Шоврим Штика» о последней военной операции в Секторе Газа.Рам Орион вспоминает, как служил в секторе Газа во время первой «интифады», и публикует подборку фото из своего личного архива. Он поясняет, что в объектив попали лишь относительно «безобидные» эпизоды, которые можно было снимать открыто — и командиры не возражали. Сопровождающие фоторепортаж рассказы вызывают шок.Блогер, например, рассказывает, что, когда военные тюрьмы в Газе переполнились, солдаты получили негласную инструкцию больше не арестовывать палестинцев, а калечить их — чтобы с места задержания их увозили на «скорой помощи». В дни «интифады» палестинские полицейские разошлись по домам, ЦАХАЛ был вынужден выполнять полицейские функции, поэтому задерживали палестинцев за все, что попало, — за нарушение комендантского часа, за вождение без прав или даже без страховки (!). «Поэтому мне довелось видеть как парень, вовремя не обновивший страховку на автомобиль, лежал возле блокпоста с перебитыми коленями, и как десятилетние мальчишки, попавшиеся на нарушении комендантского часа, возвращались домой с выбитыми зубами или сломанными костями», — пишет блогер.Некоторые комментаторы пишут, что за все годы службы никогда не сталкивались с подобными ужасами. Другие подтверждают и говорят, что тоже видели страшные вещи во время первой «интифады», но не решились бы публично об этом рассказывать — не из страха, а из нежелания навредить своей стране.Нисим Доуек, также проходивший службу во время первой «интифады», пишет, что не понимать проблемы пребывания ЦАХАЛа «на территориях» легко «тем, кто, как Яир Лапид, служил в газете «Ба-Махане», или, как Нетанияху, во время интифады жил в Америке, либо, как основатель «Им Тирцу» Ронен Шовель, служил в Кирие в Тель-Авиве». Таким людям, «конечно, не понять, что еще за оккупация, и почему палестинцы так нас ненавидят, хотя в Сирии же гораздо хуже».«Рота заняла линию, два часа ночи. Я желторотый новобранец, напуганный, сломленный, подавленный. Настоявший на службе в боевых частях, потому что все хорошие люди идут в боевые. И на территории. Передо мной несколько десятков людей — подростков, молодых, пожилых, стариков — подметают улицу. В середине ночи» — так начинает Доуек свой короткий рассказ о службе «на территориях». Узнав, что солдаты выгнали палестинцев «работать» посреди ночи, и смеются над униженными людьми, неопытный солдат возмутился и пригрозил командиру «рассказать обо всем журналистам» — на что получил отеческий совет «не делать историю из мелочей». «Спустя годы после первой и второй «интифады» я понял, что это действительно была мелочь, и даже хорошие люди не изменят эту реальность — она больше любого из нас», — пишет Доуек.Журналист Юваль Агасси служил в боевых частях ЦАХАЛа позже, после убийства Рабина, в разгар палестинского террора. «Я был 19-летний мальчишка, не идиот, но полный невежда относительно ситуации на территориях», — пишет он. Агасси, как и большинство информаторов «Шоврим Штика», лично не сталкивался с ужасами — «ни с их, ни с нашей стороны». «Мы были в порядке, хорошие люди с отличными командирами». На блокпостах автор служил мало, но помнит, что в тот короткий период его поразила мысль, что с каждым днем он испытывает все большее безразличие к палестинскому населению. Позже, во время резервистской службы, Агасси доводилось слышать от десантников «более тяжелые» истории о беспричинной стрельбе, воровстве из домов — и все это было «для смеха», просто так.Более полное представление о ситуации наших солдат «на территориях» Агасси получил уже после того, как начал работать журналистом. Он рассказывает, что, работая в программе «А-Макор», долго занимался историей бывшего бойца ЦАХАЛа, получившего тяжелую психологическую травму от одного из эпизодов своей службы в Газе до «размежевания». Командир приказал солдатам открыть огонь по невооруженному подростку, солдаты выполнили приказ — и бывший боец спустя долгие годы никак не мог выбросить эту картину из головы.Агасси пишет, что его многое смущает в деятельности «Шоврим Штика», и он лично вряд ли согласился бы рассказать им о своих психологических травмах, полученных во время военной службы, если бы таковые были. Но он понимает и солдат, которые это делают, — и то, почему многие из них готовы говорить только на условиях анонимности. Для журналиста несомненно одно: эти солдаты имеют полное право рассказать всему миру о том, что им довелось пережить, и никто не имеет права затыкать им рот под лживым предлогом «защиты солдат ЦАХАЛа».