Бриг "Меркурий" - подвиг, которому нет подобного14 (26) мая 1829 года - героический бой брига "Меркурий". Экипаж этого небольшого русского брига во главе с капитан-лейтенантом А. И. Казарским совершил поистине уникальный в истории отечественного флота подвиг. Уникальный по героизму, воинскому мастерству, самоотверженности и силе духа экипажа. Уникальный еще и потому, что прошло уже почти два века, а слава брига "Меркурий" и его экипажа не меркнет и неизменно служит примером воинской доблести.В мае 1829 года три русских корабля: 44-пушечный фрегат "Штандарт" (командир капитан-лейтенант П.Я. Сахновский), 20-пушечный бриг "Орфей" (командир капитан-лейтенант Е.И. Колтовский), и 20-пушечный бриг "Меркурий" (командир капитан-лейтенант А.И. Казарский) крейсеровали у выхода из пролива Босфор. Командовал отрядом кораблей капитан-лейтенант Сахновский.На рассвете 14 мая 1829 года от Босфора отошел турецкий флот в составе 6 линейных кораблей, 2 фрегатов, 2 корветов, 1 брига, 3 тендеров. Неприятельская эскадра, заметив русские корабли, пустилась за ними в погоню.На "Штандарте" был поднят сигнал: "Избрать каждому курс, каким судно имеет преимущественный ход", после чего более быстроходные "Штандарт" и "Орфей" быстро вырвались вперед, а тихоходный "Меркурий" стал отставать.К 14 часам дня корабли неприятеля - 110-пушечный линейный корабль "Селимие" и 74-пушечный линейный корабль "Реал-бей" уже начали настигать "Меркурий".Видя невозможность уклониться от неравного боя, Казарский собрал совет из офицеров.Шансы на спасение у "Меркурия" были ничтожны (184 пушки против 20), почти не оставляли надежды на благополучный исход боя, в неизбежности которого уже никто не сомневался.Как пишет Казарский в своем рапорте командующему Черноморским флотом адмиралу А.С. Грейгу от 14 мая 1829 года №130 (Фонд Музея КЧФ, ГУ-678), первым попросили высказаться поручика корпуса штурманов Прокофьева, который предложил: "Взорвать бриг, когда он будет доведен до крайности". Далее Казарский продолжает: "Вследствие этого мнения, принятого всеми единогласно, было положено защищаться до последней возможности и если будет сбит рангоут, или откроется большая течь, тогда схватиться с ближайшим неприятельским кораблем, и тот офицер, который остается в живых, должен зажечь крюйт-камеру, для чего был положен на шпиль пистолет".Казарский также обратился к нижним чинам и объяснил им, "чего ожидает от них Государь и чего требует честь императорского флага, нашел в команде те же чувства, как и в офицерах: все единогласно объявили, что будут до конца верны своему долгу и присяге".Успокоенный таким общим единодушием, он приказывает: "Прекратить действие веслами, поставить людей к пушкам, сбросить в море ял, висевший за кормой, и открыть огонь из ретирадных портов".Казарский прекрасно знал слабые и сильные стороны своего корабля, бриг был очень тяжел на ходу, спасти его могли только искусное маневрирование и меткость канониров.В течение получаса "Меркурий", маневрируя, умело уклонялся от залпов неприятельских кораблей, но потом был поставлен между обоими кораблями, и с линейного корабля капудан-паши "Селимие" закричали по-русски: "Сдавайся! И убирай паруса".Ответом на это с "Меркурия" были залп всей артиллерией и дружный ружейный огонь.Оба турецких корабля, сдавшись к корме брига, открыли по нем непрерывную канонаду ядрами, книпелями и брандскугелями. На "Меркурии" возник пожар, который, к счастью, удалось потушить.Метким огнем канониров брига был поврежден гротовый рангоут стопушечного турецкого корабля "Селимие" под флагом капудан-паши, что заставило его лечь в дрейф.Другой корабль 74-пушечный "Реал-бей" под флагом младшего флагмана продолжал сражение, переменяя галсы под кормой брига, и бил его продольными выстрелами, которых никакими движениями невозможно было избежать."Меркурий" отстреливался, и счастливым выстрелом удалось перебить у неприятеля нок-фор-марс-рею, падение которой увлекло за собой лисели.Эти повреждения лишили "Реал-бей" возможности продолжать сражение и в половине шестого он прекратил бой.Как писал в своем рапорте Казарский: "Урон в команде брига состоялся из четырех убитых и шести раненых нижних чинов. Пробоин в корпусе оказалось 22, повреждений в рангоуте 16, в парусах 133 и в такелаже 148; сверх того разбиты гребные суда и повреждена карронада".Сам Казарский во время боя получил контузию головы, но, несмотря на это, оставался на мостике и руководил боем.В заключение он пишет, что "не находит слов для описания храбрости, самоотверженности и точности в исполнении своих обязанностей, какие были оказаны всеми вообще офицерами и нижними чинами в продолжение этого трехчасового сражения, не представлявшего никакой совершенно надежды на спасение, и что только такому достойному удивления духу экипажа и милости Божией должно приписать спасение судна и флага Его Императорского Величества". Между тем, "Штандарт" и "Орфей" в тот же день с приспущенными флагами прибыли в Сизополь. Они доложили о появлении турецкого флота и о гибели "Меркурия". Командующий флотом вице-адмирал А.С. Грейг приказал немедленно выходить в море, чтобы отрезать турецкому флоту путь в Босфор. На следующий день русская эскадра на пути к Босфору встретила бриг "Меркурий". Вид судна лучше всяких слов говорил о том, какое сражение ему пришлось выдержать. Весь израненный бриг гордо шел на соединение со своей эскадрой. Казарский поднялся на борт флагманского корабля и доложил о геройских действиях офицеров и команды. Вице-адмирал А.С. Грейг в подробном донесении Императору Николаю I подчеркнул, что экипаж брига совершил "подвиг, которому в летописях морских держав нет подобного". После этого "Меркурий" продолжил путь в Севастополь, где его ждала торжественная встреча.За этот бой Казарский был произведен в капитаны 2 ранга, награжден орденом Св. Георгия 4-й степени и получил звание флигель-адъютанта. Все офицеры брига были повышены в званиях и награждены орденами, а матросы знаками отличия военного ордена. Всем офицерам и матросам была назначена пожизненная пенсия в размере двойного жалования. Бриг вторым из русских судов получил почетный Георгиевский флаг и вымпел. Известие о небывалой победе нашего небольшого судна быстро облетело всю Россию. Казарский стал национальным героем."Меркурий" прослужил в составе Черноморского флота до 9 ноября 1857 года. После этого три корабля поочередно были названы "Память Меркурия" и принимали его Георгиевский флаг. Казарский скоропостижно скончался в 1833 году в Николаеве, когда ему было неполных 36 лет. Есть основания предполагать, что он был отравлен проворовавшимися чиновниками порта, чтобы скрыть следы своих преступлений. На следующий год по инициативе командующего Черноморской эскадрой М.П. Лазарева на Мичманском бульваре Севастополя был поставлен памятник. Автором проекта стал известный архитектор А.П. Брюллов. На гранитном постаменте памятника высечена очень краткая, но такая многозначительная надпись: "Казарскому. Потомству в пример".14 мая 1829 года А.И. Казарский и экипаж брига навечно вписали свои имена в историю Российского флота.Они шли на явную гибель, но не склонили головы перед неприятелем, как это сделал незадолго до этого боя бывший командир брига "Меркурий" (1826—1828 гг.) капитан 2 ранга Семен Михайлович Стройников.Командуя 36 пушечным фрегатом "Рафаил", он буквально за два дня перед героическим сражением "Меркурия", оказавшись в тумане в гуще турецкой эскадры, спустил флаг корабля и сдался туркам.Впервые с момента утверждения Морского Устава Петром I русский корабль спустил перед неприятелем флаг. Турки переименовали фрегат в ''Фазли-Аллах'' (данный Богом).В момент сражения Стройников находился на борту линейного корабля "Реал-бей". Так сошлись судьбы двух командиров брига "Меркурий". Одна – бесславная, а другая - бессмертная.Разгневанный император Николай I издает указ, в котором говорится: "Уповая на помощь Всевышнего, пребываю в надежде, что неустрашимый Флот Черноморский, горя желанием смыть бесславие фрегата "Рафаил", не оставит его в руках неприятеля. Но когда он будет возвращен во власть нашу, то, почитая фрегат сей впредь недостойным носить Флаг России и служить наряду с прочими судами нашего флота, повелеваю вам предать оный огню".Воля императора была выполнена.После разгрома турецкой эскадры в Синопском сражении, когда адмирал П.С. Нахимов сжег османскую эскадру в бухте Синопа, свой доклад императору он начал словами: "Воля Вашего Императорского Величества исполнена - фрегат "Рафаил" не существует".После Синопского сражения флагманский корабль эскадры Нахимова "Императрица Мария" залпами ста пушек разнес бывший фрегат "Рафаил" в щепки.Мужество командира и экипажа брига "Меркурий" оценил даже неприятель.В письме из Биюлимана 27 мая 1829 года, написанном штурманом "Реал-бея", сказано:"Если на свете и существуют герои, чье имя достойно быть начертано золотыми буквами на Храме Славы — то это он, и называется он капитан Казарский, а бриг — "Меркурием". С 20 пушками, не более, он дрался против 220 ввиду неприятельского флота, бывшего у него на ветре". http://flot.com/history/events/mercurydeed.htmhttp://www.kliper2.ru/archiv/archiv-8/brig-merkuri.html