Солженицын говорил, что "мамка" - это лагерная феня. "Язык зэков очень любит и упорно проводит эти вставки уничижительных суффиксов: не мать, а  мамка;  не  больница,  абольничка..."" В 1954 году на ташкентском вокзале мне пришлось провести ночь недалеко отгруппы  зэков,  ехавших  из  лагеря  и  освобожденных  по  каким-то  частнымраспоряжениям. Их было десятка три, они занимали целый угол зала, вели  себяшумно, с полублатной развязностью, как истые  дети  ГУЛага,  знающие,  почемжизнь, и презирающие здесь всех вольных. Мужчины играли в карты, а  мамки  очем-то голосисто спорили, - и вдруг одна  мамка  что-то  крикнула  истошнейдругих, вскочила, размахнула своего ребенка за ноги и  слышно  стукнула  егоголовой о каменный пол. Весь [вольный] зал ахнул, застонал: мать! как  может[мать?]   ... Они не понимали же, что была то не мать, а [мамка]."