Вообще же злые духи не могут перейти линию зэга. Он висит перед юртой обычно целый год – период самый опасный для новорожденного, когда ребенок наиболее подвержен влиянию злых духов. Когда зэг протянут, то все знают, что в доме новорожденный, и в этот дом входят лишь те люди, которым разрешается. Разрешается заходить каждому мужчине, сородичу отца ребенка. Чужеродец входить не должен. Для последнего делается исключение только в случае, если у него тоже есть зэг. Под него входить не должен мухэхун, то есть дурной человек, придурковатый, косой, физический урод. То есть такой, которому сопутствуют разные духи: он может завести их с собой.Шаман всегда может зайти в юрту с зэгом. Из чужеродцев может зайти еще нахса  – дядя по матери, но его жена – нахса-изи – входить не должна. Женщины вообще не должны входить, потому что их преследует всегда большое количество злых духов. Под зэгом проходить могут лишь жены братьев отца, его мать и жены ближайших сородичей. Женщины более дальних сородичей, то есть с другого конца улуса, не могут заходить в юрту, перед которой протянут зэг. Этот запрет относится только к женщинам и девушкам. Исключение делается для женщин (своего рода), присутствовавших при родах или постоянно бывающих в юрте у матери ребенка. Для них и для тех, которым разрешен вход под зэгом, благодаря их близкому родству, не делается никаких различий. Если же кто из ближайших родственниц, хотя бы даже сестра отца ребенка, будет выдана замуж (бурятский род эзогамен), то эти женщины, как принадлежащие к чужому роду, не могут проходить под зэгом. Сестры матери ребенка тоже не могут проходить. Из чужеродных женщин под зэгом проходить может лишь мать матери ребенка. Но и то она, приехав в род, должна зайти сначала в юрту одного из ближайших родственников отца ребенка, посидеть там, попить чаю, отдохнуть с пути, словом, провести часа три-четыре, и лишь тогда она имеет право пройти.Единственное исключение делается для русских и евреев, как для мужчин, так и для женщин. Это явление, казалось бы, противоречащее всему предыдущему, буряты объясняют очень просто. Русские, по их мнению, «не могут принести с собою несчастья, так как боги у них другие». Иными словами, за русским или русской не может увязаться какой-нибудь дух, вредящий бурятским детям. Зато тунгус (хамнаган) ни в коем случае не может быть пропущен под зэгом: «Вера одна – шаманская», – бъясняли буряты. Кроме того, из юрты, перед которой протянут зэг, нельзя вызывать отца или мать ребенка, если вызывающий сидит на телеге или верхом на коне: могут услышать духи, прибежавшие за приезжим и проскочить под зэгом. К сказанному надо прибавить, что есть семьи, где не так строго придерживаются запретов относительно зэга. В таких семьях под ним пропускаются чужеродцы-мужчины, заведомо известные как хорошие и дружественно настроенные к данному семейству люди.В запрещении проходить под зэгом буряты не видят обиды. Каждый из них знает, кому можно, кому нельзя пройти. Вообще же, если протянут зэг, то многие, даже имеющие на то право, избегают заходить из опасения, что в случае несчастья их могут счесть виновниками. Другой мерой предосторожности является давание дурных имен детям. Имена ребенку дают старики и старухи, отец и мать участия не принимают; выбирают имя счастливое, для чего существуют особые приметы. Если в данной юрте дети не выживают и умирают один за другим, то родившемуся ребенку дают какое-нибудь имя, которое имеет дурное значение, полагая, что духи, конечно, не возьмут такого ребенка, который так плох, что не заслуживает даже хорошего имени. Нередко можно встретить людей, именуемых нохой (собака), мунохой (плохая собака), хара-нохой (черная собака), мухэ (дурной, грязный, паршивый). Иногда дают имена животных, полагая, что злой дух будет этим введен в заблуждение.