Как экономить на детях: история одной мамыХэтти Гарлик — британская журналистка, которая бросила вызов современному обществу, где потребление детских товаров превратилось в культ. Она высказалась против всеобщего бездумного расточительства на детские товары и услуги в своем блоге Free our Kids. Хэтти решила воспитывать своего сына без лишних денежных трат, которыми родители часто заглушают свое чувство вины. Такой радикальный поступок молодой мамы вызвал настоящий ажиотаж вокруг ее блога. Вот что пишет сама Хэтти Гарлик о своем проекте, как прожить без лишних трат на детей: Освободим наших детей. Начало Детский день рождения — не самое подходящее время, чтобы испытать экзистенциальный кризис. Но вот представьте: начало января, я только что открыла рот, чтобы съесть свой кусок торта, а один из приглашенных папочек вдруг спрашивает: «Так ты считаешь, что то, как мы воспитываем наших детей – порочно?» Как я оказалась в этой ситуации? Двумя неделями ранее я беспечно завела блог «Free our Kids» (Освободим наших детей), чтобы описывать, как я исполняю данное себе обещание в течение года не тратить денег на детские вещи и продукты. Тогда я даже не думала о возможных последствиях. После публикации первой записи я отошла сварить себе чашечку кофе, а вернувшись, обнаружила, что она вызвала реакцию, похожую на небольшую бурю. Сотня сообщений, пятьсот новых фолловеров в Твиттере и 10 тысяч просмотров страницы уже к концу дня. К концу той недели блог стал международно известным, его обсуждали все: от австралийского утреннего телешоу до голливудского блоггера Переса Хилтона. Я не эко-активист или социалист. Я не думаю, как предположил тот отец, что «мы должны плести себе обувь из пальмовых листьев, уйти жить в горы и петь кумбая». И я не выдаю себя за самоназванного эксперта по правильному воспитанию детей. Я просто работающая мать, которой не хватает времени, терпения и средств. Новогоднее обещание Особенно остро я ощутила эту нехватку за три дня до прошлого Рождества, когда меня сократили. Это было ужасно. В связи с этим от всех необязательных трат (новая одежда, еда вне дома, подписки на журналы) мы отказались вскоре после рождения нашего сына. Но вот что я начала замечать: мой кошелек забивался чеками от покупок игрушек, занятий «гимнастикой для карапузиков» и прелестных штанишек из детского отдела Gap. При каждом походе в супермаркет тратилось не меньше 15 фунтов (около 1700 руб.) на такие вещи, как мини-упаковки йогурта, специальные соки, кашки и рыбные палочки. Все суммировалось в приличную сумму. Но дело было не только в расходах. Согласно докладу «Юнисеф» о положении детей в мире, уровень счастья британских детей сильно отстает от других развитых стран. Причина? Мы, родители, вовлекаем детей в бесконечный круг навязчивого потребления, и это делает их несчастными. В то же время нас, родителей, мучают угрызения совести, отчасти из-за того, что мы не можем купить все то, что, как нам кажется, нужно и желанно нашим детям. Я подумала о переполненной корзине с игрушками и о том, как редко Джонни играет с тем, что в ней хранится. Оказывается, на полках наших домов пылятся 474 миллиона неиспользуемых игрушек: по семь штук на каждого человека, проживающего в Британии. Не приучала ли я своего сына к материалистическим ценностям? И я дала себе новогоднее обещание: исключить из расходов покупку всех детских товаров – больше никаких новых игрушек, никакой новой одежды, детских снеков, одноразовых подгузников, платных занятий и профессиональных стрижек. В конце концов, наши мамы и бабушки как-то обходились без всего этого. Всему можно найти замену. Но план, выглядевший в свете экрана ноутбука ясным и простым, перестал казаться таким, когда я взглянула на комнату, полную подарков и красиво наряженных ребятишек. Не окажется ли Джонни обделен чем-то важным? Готова ли я к тому, что он будет белой вороной среди своих ровесников? А что, если ребенок — привереда? Перед тем, как думать об игрушках или одежде, стоило разобраться с едой. Джонни всегда был привередой. Чтобы он хоть что-нибудь поел, мне приходилось кормить его специальной детской органической лазаньей или миниатюрными рисовыми хлебцами. Отправившись в Tesco, чтобы купить новую «настоящую» еду, подходящую как нам, так и нашему сыну, я внезапно осознала, насколько велик ассортимент специальных детских продуктов. До 2006 года такой отрасли, как производство готовых к употреблению детских блюд, не существовало. А теперь ее годовой оборот превышает 25 млн фунтов стерлингов (2,8 млрд руб.) и каждый год увеличивается на 23 процента. Почему я покупала эти продукты? Да, мой капризный ребенок начинал верещать при одном виде огурца. Мне не хватало времени. Но, как я сейчас понимаю, мне не хватало и уверенности в себе. Меня было легко заманить обещанием стимулирующих работу мозга омега-кислот и сбалансированной диеты. Но не в этот раз. В тот день вместо двух отдельных блюд на ужин у нас был пастуший пирог. И… ничего особенного не произошло. Ну то есть Джонни повытаскивал морковку и построил из нее башенку. А вот истерики не было. Позже на этой неделе он швырнул рататуй на стену, и я было метнулась за рыбными палочками от Джейми Оливера. Но, вместо этого, просто сгребла остатки в свою тарелку, глубоко вдохнула и продолжила день как ни в чем не бывало. Да, нам с мужем пришлось пойти на компромиссы: реже есть острые карри и чаще скучные пироги, но зато я перестала впадать в панику, кормя своего сына, и существенно меньше проводила времени на кухне. И, поскольку на блюда для Джонни не тратятся лишние деньги и время, я проще отношусь к тому, что он отказывается от еды. Я просто даю ему банан, и, чаще всего, он спокойно ест во время следующего приема пищи. Домашний «обменник» Со временем я начала понимать, что многие мои траты были из-за неуверенности в своих силах. Родители мужа и мои живут довольно далеко от нас. Без поддержки и советов родственников я временами теряла голову от страха и ощущала себя никчемной и одинокой. Я становилась легкой добычей для маркетологов. Помню, как я стою в детском отделе универмага, укачивая орущего от колик ребенка, а в глазах все плывет, и голова идет кругом от множества вариаций пастельно окрашенных товаров, предназначенных, чтобы успокоить и утешить моего раздраженного ребенка, коль скоро мне самой это не удалось. Измотанная до предела, желая все делать правильно, я поверила, что одних моих усилий недостаточно. Чтобы ощущать себя правильной матерью, мне были нужны все эти вещи: развивающие мобили, которые играют сонаты Бетховена, занятия по обучению младенческому языку жестов и фабричное пюре. Пожалуй, неудивительно, что в Британии среднегодовые расходы на ребенка достигли своего десятилетнего максимума: 1307 фунтов (148 тыс. руб.), что на 58 процентов больше, чем в 2003 году. Только на одежду тратится больше 500 фунтов (около 57 тыс. руб.). С одной стороны, чтобы бороться с этим явлением, а с другой, чтобы наладить контакт с соседями, я решила устроить «обменник» для местных родителей. В группе нашего района на Facebook я сделала запись, в которой приглашала к себе родителей для обмена ненужными детскими вещами. Когда приблизился назначенный час, меня охватила паника: вот-вот в моем доме окажется много совершенно незнакомых мне людей. А потом позвонили в дверь. Спустя три часа я избавилась от мешка старых игрушек и стала обладателем трех пар штанов, двух футболок и нескольких книг. А кроме того, если раньше я знала только двух людей с нашей улицы, то теперь у меня внезапно появилась дюжина новых друзей, которых можно было позвать на помощь или на очередной «обменник», пригласить заняться чем-то вместе или просто поболтать. Сколько денег нужно на ребенка: самые приятные для нас вещи бесплатны В последнем докладе Национального фонда говорится о том, что в Британии все больше популярен подход «плати и играй»: из-за повсеместности дорогих учебных занятий и развлечений родителям кажется, что если ребенка просто отпустить играть на улице, то их посчитают ленивыми или вообще безразличными к своим детям. Со временем мы обнаружили, что самые приятные для нас вещи на самом деле бесплатны: готовка, возня в саду, исследовательские прогулки и соседские чаепития, совмещенные с «уроками музыки» (участники приносят с собой любые инструменты или даже обычные кастрюли и сковородки, и все играют как можно громче). Иногда попытки выгнать Джонни и его друзей играть на заднем дворе приводят к истерикам и слезам (в том числе и моим), а отпустить его гулять на нашей загруженной лондонской улице я не могу. Из-за дедлайнов на работе часто не хватает времени на изобретение интересных игр. Но всегда можно прийти в парк, и Джонни, вместо того чтобы играть в одиночку, играет с соседскими ребятишками. Нет никакой необходимости оплачивать время в игровых комнатах или развивающие занятия, когда для социальной жизни ребенка достаточно просто общения с соседями. Экономия на безопасности? Со сложностями я столкнулась, когда поняла, что совершенно не подумала о детской зубной пасте и шампуне «без слез». Уж от этих-то покупок нельзя отказываться? Я связалась с доктором Крисом Флауером, специалистом по косметике, и он сказал, что, хотя некоторые средства для детей менее концентрированы, остальные – просто ярко упакованные, вкусно ароматизированные версии средств для взрослых. И действительно, я обнаружила отраслевые доклады, хвастающиеся тем, что «лицензирование персонажей» (использование изображений персонажей из мультфильмов) усиливает влияние детей на потребительское поведение родителей, что приводит к увеличению продаж. Об этой находке я написала торжествующий пост в своем блоге (да, мне нравится разоблачать мифы), но не была готова к реакции своих читателей. «Да как ты можешь экономить на безопасности собственного ребенка?» – спросила меня одна мать. Сколько бы исследований по теме ты ни проводил, такой вопрос все равно причиняет боль. Но настоящим испытанием стал момент, когда Джонни стала мала обувь, а педиатры, у которых я спросила совета, разошлись во мнениях относительно того, является ли новая обувь для детей его возраста предметом первой необходимости. Осознание того, что не существует каких-то жестких правил – одновременно раскрепощает и пугает. Не имея мнения эксперта, на которое можно было бы положиться, мне нужно было решать все самой. Один из соседей предложил нам практически не использовавшиеся ботиночки. Я приняла их со смешанным чувством. К моему удивлению, мои подписчики отреагировали скорее интересом, чем неодобрением. Двухлеток не интересуют тренды Многое из того, чего я боялась, оказалось вовсе не таким страшным, например, многоразовые подгузники. К их первому использованию я тщательно подготовилась: разложила на столике пару резиновых перчаток, затычку для носа, пакет для мусора. Момент великого разоблачения оказался несколько разочаровывающим. Подгузники оказались с застежками (кнопками или липучками), внутри них — биоразлагаемые вкладыши, которые можно смывать в унитаз, а все остальные детали можно стирать. Хе-хе. Развешивая постиранное и внося тем самым свой маленький вклад в борьбу с загрязнением окружающей среды, я испытывала ранее мне незнакомое чувство глубокого удовлетворения. Оно почти что компенсировало необходимость постоянно таскать с собой пакеты с грязными пеленками. Джонни совершенно не выделяется среди своих изысканно одетых ровесников. Дети растут так быстро, что их одежда не успевает изнашиваться. На некоторых доставшихся мне б/у вещах даже этикетки были не срезаны. И знаете, пусть в этом году в Лондоне прошла первая мировая неделя детской моды, только вот двухлеток совершенно не интересуют тренды. Иногда во мне оживает старая привычная тяга к материальным вещам. Например, сейчас в Лондоне все помешались на некоем бренде микро-скутера. И только у Джонни, кажется, его еще нет. Он абсолютно счастлив и всем доволен. Он не просил, чтобы ему купили этот скутер. Но я все равно хочу, чтобы он у него был. Я поняла, что мое нежелание, чтобы Джонни выделялся среди других, не всегда важно для него, иногда это важнее для меня. Шесть месяцев спустя Прошло шесть месяцев с тех пор, как я начала этот проект, и люди спрашивают, что же будет, когда истечет год? Купим ли мы огромный подарок для Джонни? Не думаю. Он вообще не заметил, как что-то изменилось. Будем ли мы продолжать в том же духе? Сейчас я беременна, и недавно узнала, что это девочка. Меня, признаться, пугает мысль о том, сколько соблазнов будут искушать мою дочь: платья для маленьких принцесс, стильная одежда, дорогой макияж. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы помочь ей не впасть в заблуждение, что ей «нужны» эти вещи, чтобы быть женственной. Когда наш год свободного родительства окончится, я больше не буду терять целый день на сайтах для бесплатного обмена вещей в поисках идеального дождевика, если в ближайшем Oxfam (благотворительный магазин товаров, бывших в употреблении) его можно купить за 3,5 фунта (396 руб.), ведь это неразумно. Но, надеюсь, мы надолго запомним то, чему этот проект нас научил. Как выяснилось, Джонни с большим удовольствием и в течение многих часов будет строить что-то из коробок, а вот новая игрушка увлечет его только на пару минут. Мы развели в саду лягушек и растим там овощи, и Джонни всерьез этим увлечен. Когда к нему приходят бабушки и дедушки, он ведет их в сад, чтобы смотреть на птиц и бабочек и обсуждать, как развиваются растения. И я не променяю это ни на какие микро-скутеры.