Палестинцы: ни нации, ни общности, ни отечества...Понятия «палестинский народ» и «палестинская государственность» были созданы лишь с одной единственной целью - разрушить Государство Израиль, и палестинские лидеры сами неоднократно признавались в этом. Политическая алхимия - цели и средства «В море лжи нет лжи больше и циничнее, чем призывы к основанию независимого палестинского государства на Западном берегу… Со времени геббельсовской пропаганды не было случая, когда откровенная и непрерывная ложь приносила результаты большие, чем сейчас…» (статья «Палестинская ложь», «Гаарец», июль 1976 год). Эти строки написаны более 35 лет назад бывшим министром образования от партии МЕРЕЦ профессором Амноном Рубинштейном, и они наилучшим образом демонстрируют драматические изменения в восприятии конфликта с палестинцами леволиберальной интеллигенцией и фиаско израильской внешней политики в целом. Они наилучшим образом показывают, сколь далеко ушла наша интеллегенция от реальности и от заботы о своей стране и своем народе, скатившись к бесконечному и безусловному отрицанию Израиля во имя «палестинского дела». Впрочем, перейдем к фактам… «Ситуация в Палестине в 1947 году и образование Государства Израиль являются абсолютно незаконными, независимо от прошествия времени. Декларация Бальфура, мандат на Палестину и все, что базируется на них, должно считаться незаконным и недействительным. Исторические и религиозные притязания евреев на Палестину не соответствуют историческим фактам и трезвой общепринятой концепции государственного статуса. Иудаизм является религией, а не независимой национальностью. Евреи не составляют единую нацию, владеющую принадлежащей ей территорией. Евреи - граждане стран, в которых они родились». (Пункты 19 и 20 Палестинской хартии, 1964 год) Эта декларация, написанная задолго до «оккупации» и «поселений», проливает свет на отношение арабов, и в частности палестинцев, к Израилю. Проблема - не границы Израиля, а само его существование. Поэтому создание палестинского государства и ликвидация поселений в Иудее и Самарии, с точки зрения арабов, не являются решением проблемы, ибо корень зла в их глазах - наличие еврейского государства в любых, пусть даже минимальных границах. Евреи не могут, с точки зрения арабов, иметь собственное государство, и последствия ухода Израиля из сектора Газы в 2005 году полностью доказало оправданность этого вывода. Все это следует помнить в виду, когда речь идет о переговорах с палестинцами и их намерениях провозгласить свое государство. Провозглашение такого государства является своего рода политической алхимией - попыткой создать некое образование на основе мифа, из отсутствующих для этого компонентов. Я это докажу ниже, но сперва хочу подчеркнуть: при подготовке данной статьи я не пользовался израильскими источниками, а исключительно палестинскими и арабскими. Таким образом, анализ, содержащийся в ней, базируется исключительно на арабской точке зрения. Среди историков и социологов не существует единых критериев по поводу того, как определять «нацию» или «национализм». Тем не менее ученые соглашаются, что существуют определения базовых компонентов этих понятий. Как бы ученые и эксперты ни расходились в своих оценках и подходах, они убеждены, что «нация» представляет собой определенный этнос, часть человеческого сообщества, стремящийся к политическому суверенитету на определенной территории; а национализм - стремление определенной этнической или религиозной группы населения в той или иной стране к политической независимости - также на определенной территории. Внимательное рассмотрение исторических событий нашего региона позволяет без труда обнаружить наличие двух факторов, вступающих в противоречие с этими понятиями: во-первых, отсутствие определенной, явно выраженной этнической группы, стремящейся к обретению политического суверенитета; во-вторых, отсутствие определенной, четко обозначенной территории, на суверенное владение которой выражаются претензии. Чтобы придти к такому выводу, достаточно проанализировать палестинские источники. При ближайшем рассмотрении мы обнаруживаем, что палестинцы сами не в состоянии обозначить критерии, позволяющие определять их как народ, и территорию, которую они определяют, как историческую родину. Не нужны особые усилия, чтобы осознать: государство Фалястын, на которое претендует палестинские арабы, является искусственным мифом, составленным из различных надуманных, накладывающихся друг на друга и зачастую противоречащих друг другу компонентов. Несмотря на громкие декларации, этот факт быстро распознается, а притязания палестинцев легко разбиваются. Вывод, который мы можем сделать на основании анализа, доказывает, что все здание «палестинской государственности» является политическим изобретением, призванным замаскировать другие, куда более зловещие цели. Какие именно и каким образом они распознаются? Миф о народе Палестинские лидеры не раз постоянно и открыто подчеркивали, что палестинцы - не отдельный, особый народ, кардинально отличающийся от арабского. Например, 14 марта 1977 года глава Политбюро Организации освобождения Палестины (ООП) Фарук Каддуми заявил в интервью журналу Newsweek: «Иорданцы и палестинцы рассматриваются ООП как единый народ». Это заявление практически ничем не отличается от слов бывшего главы военного отдела и члена Исполнительного Совета ООП Зухейра Мухсина. «Нет никакого различия между иорданцами, палестинцами, сирийцами и ливанцами. Все они - часть одной (арабской) нации», - резюмировал он. Король Иордании Хуссейн был тем человеком, который признал: создание понятия «палестинский народ» - не более чем трюк, направленный на отвоевание у евреев территории, принадлежащей арабам. На заседании Лиги арабских государств в Аммане в ноябре 1987 года он заявил: «Возникновение палестинской национальной общности как народа стало ответом на притязания, что Палестина принадлежит евреям». Таким образом, «палестинский народ» - не более чем производная политических манипуляций, направленных на то, чтобы противостоять еврейским территориальным «притязаниям». Иными словами, не будь евреев с их устремлениями, не возникло бы и палестинского народа. Миф о государственности Палестинцы признают не только тот факт, что не являются отдельным народом. Они признают также, что не являются политической общностью, и их требования и чаяния таким образом необоснованны. Упомянутый выше Мухсин признает: «Мы подчеркиваем нашу палестинскую идентичность исключительно из политических соображений, поскольку выпячивание особой палестинской идентичности - в интересах арабов. Да, подчеркивание уникальной палестинской идентичности преследует исключительно тактические цели. Создание палестинского государства - новое средство в продолжающейся борьбе против Израиля». Что может более откровенным, чем это заявление?! Таким образом, палестинцы не только признаются, что их притязания являются фальшивыми, но и что они преследуют лишь временные политические цели - а именно ликвидацию арабами еврейского государства. В текущей версии Палестинской хартии говорится: «Палестинский народ - часть арабской нации. Мы верим в арабское единство, однако вынуждены на данном этапе борьбы делать все, чтобы подчеркнуть палестинскую идентичность и способствовать развитию палестинского самосознания». Таким образом, напрашивается вывод, что на более поздней стадии отпадет необходимость подчеркивать и пестовать палестинскую идентичность и развивать палестинское самосознание. Нам не остается ничего иного, как сделать вывод, что палестинская идентичность - лишь инструмент для ликвидации "незаконного раздела Палестины в 1947 году" (то есть уничтожения Израиля). Заявление короля Хуссейна подтверждает полную оправданность такого вывода. «Создание палестинской национальной общности - это ответ на претензии Израиля, что Палестина является еврейской». Все предельно ясно. Миф о родине Статья 16 оригинальной версии Палестинской хартии подчеркивает чаяния палестинского народа по «восстановлению легитимных прав на Палестину, обеспечению мира и безопасности на ее территории, чтобы позволить ему (народу) обрести национальный суверенитет». Напомню, Палестинская хартия была принята в 1964 году, за три года до того, как Израиль «оккупировал» Западный берег и Газу. Таким образом, о какой территории говорится в данном пункте Палестинской хартии? Какая территория отведена под «обретение национального суверенитета»? В пункте хартии под номером 24 не указывается конкретно, о какой именно территории идет речь и где должно быть провозглашено «палестинское национальное государство». При этом, однако, палестинцы подчеркивают, что не стремятся «провозгласить национальный суверенитет на территории Западного берега в Хашимитском королевстве (территория Иудеи и Самарии входила в то время в состав Иордании. - Прим. пер.) и в Газе». Таким образом мы сталкиваемся с необъяснимым противоречием. Палестинцы не только не претендуют на Западный берег и Газу, но и объявляют, что признают принадлежность первого другому суверенному политическому образованию - Хашимитскому королевству, и не посягают на него. Какая же территория является «исконно палестинской»? Ведь та, на которую палестинцы не претендуют, согласно их хартии, является именно той, на которую они… претендуют сегодня. Как объяснить эти удивительные метаморфозы? Два видения палестинского государства полностью противоречат одно другому. Вывод здесь однозначен: территорией государства Фалястын является та, что находится под контролем евреев. Если эта же территория оказывается под контролем другой арабской страны, она автоматически перестает быть «палестинским национальным домом», а ее население удивительным образом утрачивает «коллективную историческую память». Это самым очевидным образом свидетельствует, что у палестинцев нет территории, которую они считают своим «национальным домом». Вся концепция палестинской государственности изобретена для того, чтобы доказать оправданность своих притязаний на земли, принадлежащие евреям. Несуществующая нация Трудно найти более яростного и непреклонного приверженца «единой палестинской нации», чем бывший арабский депутат кнессета Азми Бшара, бежавший из страны после обвинения, что он работал на иностранные спецслужбы во время Второй ливанской войны 2006 года. В ходе передачи на Втором канале израильского телевидения он изумил ее участников следующим утверждением: «Я не думаю, что существует такое понятие, как палестинский народ. Я считаю, есть только арабский народ. Это мое мнение… На мой взгляд, палестинского народа не существует. Я полагаю, понятие «палестинский народ» - изобретение колониалистов. Когда палестинцы существовали, как отдельная нация? Откуда они пришли? Действительно, откуда? И - когда?» Палестинцы не только не располагают фундаментальными компонентами, позволяющими квалифицировать их как народ, но и демонстрируют свойства, прямо противоположные понятию «народ». Потому что все их усилия направлены не столько на то, чтобы достичь национального суверенитета, сколько на то, чтобы лишить суверенитета другой народ. В этом контексте палестинцы не только не могут рассматриваться как суверенная нация, но, напротив, представляют собой исключительно деконструктивное образование, враждебное любому созиданию. Вопросы без ответов В свете этих фактов израильтяне вправе задать себе и своим лидерам вопрос, почему очевидные и неоспоримые истины игнорируются при формировании внешней политики страны. Почему Израиль так беспомощен перед дипломатией и пропагандой палестинцев? Почему его доводы и аргументы так беззубы, а позиция - столь несостоятельна? Почему мы постоянно находимся в глухой обороне, постоянно оправдываясь и уходя от обоснования своих легитимных прав? Почему, наконец, мы позволили нашим врагам настолько завладеть мировым общественным мнением, что возникла прямая угроза будущему государства? В последнее время, действительно, появились первые признаки того, что «наверху» пытаются исправить положение. Но в контексте тотальной кампании по делегитимации нашей страны эти шаги слишком непоследовательны и неуверенны. Мартин Шерман, Jerusalem Post Перевод Давида Маркова