Одна из главных новостей последнего времени — публикация в западных СМИ спутниковых снимков российской военной техники на базах и аэродромах в Сирии. Сразу возникла дискуссия: «Неужели русские решили открыто вмешаться в сирийский конфликт?» Интерес к этому вопросу подогрел срочный визит в Москву израильского премьера Биньямина Нетаньяху, посчитавшего необходимым с глазу на глаз с Владимиром Путиным обсудить ситуацию на Ближнем Востоке. Вместе с тем внимательные наблюдатели отметили, что американские официальные лица, хотя и предостерегли Россию от усиления поддержки Башара Асада, сделали это как-то не очень уверенно. «Лента.ру» постаралась разобраться в том, действительно ли вовлеченность Москвы в сирийские события перешла на новый уровень.Москва никогда не скрывала, что помогает Башару Асаду. Война в Сирии началась в 2011-м, а уже со следующего года заработал так называемый «Сирийский экспресс» — доставка оружия и снаряжения войскам, лояльным сирийскому президенту. Российская поддержка позволила Асаду удержаться у власти в моменты, когда казалось, что дни его режима уже сочтены. Но сейчас ситуация такова, что Москва решила: к «экспрессу» надо прицепить новые вагоны.По мнению политолога, доцента РГГУ Сергея Серегичева, нынешняя переброска войск в Сирию — это логичное продолжение политики России на Ближнем Востоке. «Самолеты прибывают в соответствии с ранее заключенными контрактами с сирийской стороной, — говорит он. — Не секрет, что в глазах нашего руководства ранее эти контракты не были приоритетными; машины мы должны были поставить еще несколько лет тому назад. Сейчас у Асада положение критическое, и из администрации президента дали команду — как можно скорее переправить в Сирию самолеты. Были заключены и новые контракты — да, они не афишировались, но и американцы не трубят о своих договоренностях». При этом, уверен эксперт, российские военнослужащие в боевых действиях не участвуют. В Сирию откомандированы только инструкторы и военные советники, которые обеспечивают логистику и предоставляют Дамаску разведданные.С ним согласен и профессор-исследователь факультета мировой экономики и мировой политики НИУ Высшей школы экономики, глава Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов: «Россия решила перейти на следующую ступень участия в конфликте. Предшествующие четыре с половиной года Москва последовательно поддерживала сирийское руководство, что вызывало жесткую критику. Россию обвиняли в недальновидности и непрофессионализме: два-три года назад все ожидали, что режим Асада вот-вот рухнет, и его поддержка бессмысленна и проигрышна. Жизнь показала, что это не совсем так. Но сейчас, скорее всего, в Москве пришли к выводу, что из-за продвижения ИГ ситуация в регионе стала настолько серьезной, что необходимо оказать Асаду дополнительную поддержку».Именно этим руководствуется Россия, активизируя «Сирийский экспресс». Российские части численностью до усиленной роты с бронетехникой переброшены в Тартус, чтобы обеспечить охрану военно-морской базы. В Сирию потоком идут танки и артиллерийские системы, поставка которых предусмотрена прежними контрактами, но на видео— и фотокадрах мелькают и новейшие образцы вооружений. К слову, для российских военных это возможность, помогая союзнику, решить и свои задачи — обкатать технику в реальных боевых условиях, выявить ее недостатки.Как полагает Серегичев, открытые поставки Башару Асаду дополнительного вооружения, включая комплексы ПВО, преследует две цели: пресечь намерение Турции создать бесполетную зону над Сирией и продемонстрировать Западу, что Россия не позволит уничтожить сирийский режим. Эксперт не исключает, что у Москвы и Дамаска есть даже комплексный договор о восстановлении и усилении боеспособности всей сирийской системы ПВО.Укрепляя противовоздушную оборону Сирии, Россия дает понять турецким и американским партнерам, что существует красная линия, за которую переходить нельзя — это введение бесполетной зоны, и если США или Турция попытаются взять под контроль сирийское воздушное пространство, то они получат очень жесткий отпор. Серегичев не исключает, что Россия показательно наращивает мощь, дабы убедить Вашингтон, Анкару, Эр-Рияд и Доху, что у конфликта в Сирии нет военного решения, и нужно прекратить гражданскую войну, создать объединенный фронт и сосредоточиться на борьбе с ИГ.Критика с нюансамиВсе это вызывает неоднозначную реакцию в Вашингтоне. В Белом доме подозревают, что одной борьбой против ИГ сирийская армия, снабженная российским оружием, не ограничится, и под удар попадут боевики так называемой умеренной оппозиции, которые сейчас проходят подготовку на американских базах в Турции.Попытки Вашингтона блокировать переброску техники Асаду провалились: Болгария покорно закрыла свое небо, но заработал восточный маршрут — через Иран и Ирак. 5 сентября американцы попросили Багдад запретить пролеты российских транспортных и боевых самолетов; иракское руководство внимательно выслушало американских дипломатов и отказалось.«Американцы реагируют на происходящее несколько растерянно, — объясняет Федор Лукьянов. — У Вашингтона явно нет монолитной позиции. С одной стороны, реакция негативная — как и в предыдущие годы, говорится, что Россия поддерживает нелегитимный преступный режим. Но в Белом доме не могут не понимать, что ситуация за это время изменилась, и альтернатива нелегитимному и преступному режиму еще менее легитимна и еще более преступна. Поэтому звучат и такие голоса: «Если русские готовы рисковать, то почему нет? Пусть рискуют, может, у них что-нибудь получится». ИГ ни у кого не вызывает симпатий, и поэтому, хотя публично Вашингтон по-прежнему критикует Москву, в этой критике ощущаются нюансы, которых раньше не было».Примером корректировки позиции США может послужить заявление, сделанное госсекретарем Джоном Керри 19 сентября. Если раньше глава Госдепа последовательно настаивал на том, что переговоры по урегулированию конфликта в Сирии могут начаться только после ухода Асада, то на этот раз выяснилось, что США считают необходимым его участие в переговорах. Хотя в Белом доме по-прежнему полагают, что отставка Башара Асада необходима, американское руководство уже допускает вариант с сохранением его власти на несколько месяцев переходного периода. В том же духе высказался и глава МИД Британии Филип Хэммонд, а канцлер ФРГ Ангела Меркель добавила, что к переговорам необходимо привлечь Иран.Атом и СирияЭто кажется вполне разумным, учитывая степень вовлеченности Ирана в конфликт. По некоторым данным, добрая половина личного состава Корпуса стражей исламской революции (КСИР) воюет в Сирии.Для Москвы поддержка Асада важна с точки зрения собственного позиционирования в мире, а также как часть борьбы с исламским экстремизмом на территории России (не секрет, что в рядах ИГ сражаются сотни выходцев с постсоветского пространства). Для Ирана же выживание режима Асада значит гораздо больше. Падение шиитского правительства в Дамаске означало бы серьезное поражение Тегерана в его противостоянии с суннитскими монархиями. Поэтому исламская республика будет поддерживать Асада еще упорнее и решительнее, чем Россия. США это понимают и осознают, что, как бы они ни давили на Иран, тот не прекратит оказывать помощь Дамаску.К тому же американцы осознают, что сегодня Иран выглядит островком стабильности посреди погружающегося в хаос Ближнего Востока. Это заставляет их менять внешнеполитическую линию, ослабив связи с давним союзником, Саудовской Аравией, и налаживая отношения с Тегераном. Наглядное свидетельство этой политики — историческая договоренность об иранской атомной программе. Вашингтон волей-неволей вынужден признавать иранские интересы в Сирии. «Откажутся ли США от ядерной сделки, если Иран будет передавать оружие ХАМАСу или „Хезболле“? Конечно, нет. Иранцы понимают, что ядерная сделка — это их билет на участие в Большой Игре на Ближнем Востоке», — прокомментировал сложившуюся ситуацию аналитик Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI) Майкл Стивенс.«Хезболла» беспокоитПроисходящее в Сирии и вокруг нее сильно беспокоит еще одного традиционного ближневосточного союзника США — Израиль. Биньямин Нетаньяху побывал в Москве, чтобы донести эти опасения до Владимира Путина. Непосредственно перед переговорами во время протокольного выхода к прессе Нетаньяху прямым текстом заявил: «Я здесь из-за проблем с безопасностью, которые становятся все серьезнее на наших северных границах. Иран и Сирия вооружают радикальную исламскую террористическую организацию „Хезболла“ современным оружием. Параллельно с этим Иран при поддержке сирийской армии пытается создать второй террористический фронт против нас на Голанских высотах». При этом израильский премьер был напряжен и явно настроен на достаточно тяжелый диалог.Владимир Путин поспешил успокоить Нетаньяху, заметив, что сирийской армии и Сирии в целом не до открытия второго фронта — речь идет о сохранении сирийской государственности. Российский президент заверил израильского премьера, что все действия Москвы в регионе «всегда были и будут очень ответственными».По словам Сергея Серегичева, в рамках поддержки режима Асада Россия может начать вооружать иранцев. Дело в том, что бойцы армии исламской республики хорошо подготовлены, их боевой дух очень высок, но их вооружение давно устарело. Тем не менее «в Москве понимают, что есть шанс попадания новейшего российского оружия в руки „Хезболлы“, и израильтяне очень переживают по этому поводу. Поэтому мы пока воздерживаемся от поставок иранцам», — отметил эксперт.