Этого письма еще нет. Оно появится в сети чуть позже. " Здравствуйте наши дорогие!Как наверное многие уже успели прочитать в заметке представителя фонда, меня обвиняют, что я хочу остаться в Германии и не хочу возвращаться в Россию. Но наверное фонд забыл что у меня ещё две дочери, которым всего 10 лет и  и 3  года (!) лет, которые остались с моей мамой в Тюмени.  У  меня каждый день сердце разрывается , думая о них.   Я скучаю по ним каждый день и каждый час. Но на весах стоит жизнь моих крох, и я понимаю что ждёт их в России, а особенно Ульяну и Милану. Ульяну, которая так и находится в реанимации после 4 операций,  без обеих почек из-за онкологии и с зондом в животе и жуткими болями, которые купируют морфином. Это нужно пережить, говорят врачи.Милану, которая живет с одной почкой, от которой осталось только 30 процентов, второй почки теперь нет и на этом фоне ее химичат и будут еще 6 месяцев продолжать.  И на эти 30 процентов вся надежда. Ведь Милане пытались неоднократно наладить диализ, но из-за постоянных воспалений, не поддающихся никаким существующим антибиотикам, врачи вынуждены были рискнуть- прекратить проведение диализа, потому что была угроза для ее жизни. Она держится сейчас только на спецпитании. Дай Бог, ей все это выдержать…. И я , стиснув зубы,  скулю как волчица по ночам, молясь за всех пятерых..До сих пор мы ничего не знаем, никакой новой информации от кураторов фонда.  Тишина. Простите меня, я могу писать вам только ночами и редкими урывками в дневное время.  На этой неделе у девочек была двойная химия, они плачут непрекращая. Вам трудно представить, когда 20 часов из суток два ребенка плачут и ты ничем не можешь им помочь, ни игрушки, ни мама- ничего не может облегчить их состояние. Постоянные слезы, постоянные и всегда одновременные .Трое  суток льет дождь и сильный ветер, наше уличное спасение, где девочки могут поспать невозможно. Ева температурила. Приходится оставлять их на папу и бежать к Ульяне, ведь ей еще хуже. Простите за сумбур, но я вынуждена пояснить еще один вопрос- про счета. В первые месяцы нашего приезда я пыталась контролировать оплату нашего лечения, но в фонде мне сказали не лезть в финансовые вопросы, которые меня совершенно не касаются. Но теперь  я вынуждена лезть «не в свое дело» четверг и пятницу и сегодня буду разбираться с расчетным отделом. В конце рабочего дня пятницы деньги за химиотерапию Евы и Миланы в клинику так и не поступили. Разбираясь я поняла, что русфонд предлагает открыть новый сбор вовсе не на продолжение лечения Ульяны, а на покрытие накопившихся долгов перед клиникой за проводимое лечение. А нам было сказано по телефону, что мы В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ улетаем санрейсом в ближайщую неделю, продолжать лечить Ульяну здесь никто не собирается. Кураторы-эксперты Евгения Забелина и Алла Марченко, сами решили, где будет лучше лечиться нашим девочкам. Я каждый день смотрю на свою дочь в реанимации, я не могу взять ее даже на руки! я не понимаю, как и куда ее можно тащить. Получается, что страдания моих девочек были впустую и все из-за этих проклятых денег… Русфонд своих не бросает? "