Интервью с Бесом:МИССИЯ В НОВОРОССИИ"Горячая точка" рядом с нами«МИССИЯ В ДАМАСКЕ»– так называлось опубликованное в «Белгородской правде» 19 июня 2013 года интервью с известным писателем Сергеем Бережным, автором многих содержательных и остропублицистических материалов на военно-патриотическую тему, увидевших свет в нашей газете.Поводом для беседы стала его творческая командировка в Сирию, едва не кончившаяся трагедией. (Об этом сообщалось в корреспонденции «В Сирии ранен автор «Белгородки»).Уже тогда было очевидно, что происходящее в далекой арабской стране достаточно близко касается и России, хотя выстрелы и взрывы звучали все-таки на очень большом расстоянии от нас.И вот они зазвучали совсем близко – в соседней братской Украине. Один из результатов этого – оказавшиеся в нашей области тысячи беженцев. Но для многих боевые действия, полыхнувшие в родном краю, не послужили поводом покидать его. С оружием в руках они стали защищать свою землю, дома, семьи, идеалы… К ним присо­единилось немало добровольцев из разных стран мира, в том числе из России, что признано и на официальном уровне.Например, официальный представитель МИД РФ Александр Лукашевич, констатировав, что Российская армия на Украине не воюет, сказал: «Есть добровольцы, которые не могут остаться в стороне от тех страданий, от тех событий, которые происходят в Луганской и Донецкой областях».А Президент России Владимир Путин при посещении на днях храма Троицы Живоначальной на Воробьевых горах в Москве на вопрос журналистов о том, за кого он поставил свечки, ответил: «За тех, кто пострадал, и за тех, кто отдал свою жизнь, защищая людей в Новороссии».В числе тех, кто в рядах ополчения защищает людей в Новороссии, есть популярный даже за пределами Украины Игорь Безлер, известный также по позывному Бес.Интервью с Бесом в общепринятом журналистском понимании, в общем-то, не было. Да и какое интервью, если ни на секунду мы не оставались одни: то и дело решались попутно вопросы гуманитарки, повседневной жизни города, непрерывно звонил телефон, и тон Беса менялся от нейтрально-вежливого до металлически-жесткого. Потом обед на скорую руку, тост за встречу, за победу и, как водится, третий за погибших – мы коньяком помянули, Бес и Андрей минералкой. В их жизни спиртное вообще напрочь отсутствует, а из вредных привычек лишь сигареты. С трудом Бес выкроил минуту на перевязку, причем лишь тогда, когда медики от просьб перешли к требованиям.О крайнем бое (так хочется сказать последнем, но понимаешь, что еще ой как далеко до последнего, поэтому по традициям десантуры и спецназа говорю – крайнем) Бес говорит неохотно, все больше «распространяются» другие. И тогда из множества пазлов складывается картина боя, от которой даже пережившим его становится отнюдь не весело. Несколько деталей: подразделение Беса въехало в тщательно замаскированную бригаду «укров» – даже беспилотник не обнаружил врытую в землю бронетехнику, блиндажи, окопы. Почти пять часов немногим более полусотни бойцов вели бой с полутора тысячами «укров»: один против целого взвода. Раненые и контуженные, они вырвались, вытащив всех погибших. Фашисты потеряли почти всю бригаду – сотни убитых и раненых, сожженная техника, паника, ужас. Таков Бес, отчаянный и дерзкий, таковы его ребята. Хранит его Бог, видно знает, на что и для чего.Игорь Николаевич Безлер, позывной Бес, давно стал харизматичной фигурой сопротивления Донбасса. Пожалуй, по популярности в Новороссии он не уступает Стрелкову, а по ненависти Киева даже превосходит. Быть может, причиной тому эпатажность его поступков, быть может, страх, который к нему испытывают фашисты. Быть может, еще и потому, что он не потерпел ни одного поражения, что в городе ликвидирована преступность, а местные олигархи работают на рытье окопов, на разминировании и вообще трудятся на благо народа, что сохранена инфраструктура, а над Горловкой фактически «бесполетная» зона – штурмовики и вертолеты облетают ее стороной, иначе стопроцентная гарантия «приземления» уже в виде обломков.Беса легко вычленить из толпы – выше среднего роста, поджарый. Пронзительные голубые глаза – синь небесная, но взгляд тяжелый, выдержит не каждый. Резок, но скорее это выработанная манера общения, направленная на психологическое подавление. На вопросы отвечает с ходу, без подготовки, чуть щуря глаз, – так стреляют навскидку на малейший шорох. В посадке головы, в развороте плеч, во взгляде – во всем чувствуется психологическая стрессоустойчивость, вышколенная годами службы.– Почему Бес?– Прозвище с детства. Наверное, за шалости.– Стрелков пришел в Славянск – символичность в самом имени города, нареченного так Екатериной. Вы – в Горловку. Почему именно Горловка? – Город красивый, понравился.– На Украине вы объявлены в розыск как диверсант ГРУ. Украинская «безпека» считает вас самым опасным государственным преступником. Инкриминируют не только разоружение воинских частей в Крыму, подразделений СБУ и милиции, но и создание агентурной сети. Насколько это соответствует действительности?– В Крыму был, награжден медалью и крестом (крымские, не российские). Части не разоружал – им самим надоела самостийность жовто-блакитная, а точнее – олигархически-бандитский беспредел, вот и открывали ворота. Ну а мы были предельно вежливы – воспитание сказывается. Остальное без комментариев.– Гуманитарка доходит? – Раньше не всегда, как и оружие. Сейчас получше.– Как собираетесь зимовать? На одной гуманитарке не просидишь.– Гадать не будем – я реалист. Украина ждет подачек с Запада, посевной не было, потому и убирать нечего. Кормящий страну Донбасс Киев разрушил снарядами и бомбами, поля сжег, уничтожил жителей либо изгнал их с исконно русских земель только за то, что они русские, что не хотят исповедовать униатские догмы, быть холопами у поляков и немцев – другая ментальность. Мы ведь на сакральном уровне не холуи в отличие от западенцев. Оборудование харьковских и запорожских заводов вывозят в западные области, остановив производство. Идиоты, на них же работать надо, иначе это просто металлолом! Войну никто не остановил, и все эти американские подстилки, захватившие власть и не являющиеся украинцами по крови, собираются воевать до последнего украинца!.. У нас в городе работает все: шахты, заводы, инфраструктура, детские сады, школы, аптеки, кроме тех, кто амфитамин производил. С наркотой тоже покончено, как вообще с криминалом и коррупцией. Но Горловка – еще не весь Донбасс. Будет тяжело, но мы русские, мы выстоим, а вот остальной Украине придется не сладко – это уже факт.– Вы человек военный, а значит – с системным мышлением. Но один человек не может управлять огромным городом, тем более когда должен решать сугубо военные задачи. Требуются отраслевые специалисты.– Они есть. Мы сохранили старые кадры, только отучили брать взятки и воровать – способными учениками оказались. Господин Клеп остался мэром с печатью и правом подписи. Я его берегу и забочусь (сидит под охраной. – Прим. автора) – наголо обрит, переодет в форму в духе времени, утром поет Гимн Советского Союза, подъем в шесть, отбой в двадцать два тридцать. Нравственно очищается – не ворует, не берет взятки, отдает народу то, что нахапал, и строит дороги. Сидеть будет, пока не перевоспитается. Пусть узнает на себе, что значит жить по средствам. Стал патриотом – распорядился вывесить по всему городу российские флаги, оставлять в городе все налоги, сохранять зарплату ополченцам на предприятиях, где они раньше работали. Заботливый у нас мэр.– Как оцениваете нынешнюю киевскую власть?– А как можно оценивать предателей? У них будет свой Нюрнбергский трибунал. Жалею, что Петру Порошенко отвесил лишь две оплеухи, когда в Симферополе гнал его от здания Верховного Совета до вокзала. Они могут лишь отнимать и делить, таково бандитское воспитание. Их учили этому с детства – посмотрите их биографии. Ущербные и закомплексованные, с сознанием мелких фарцовщиков, они не могут быть государственниками, и этим все сказано.– Власть Киева вдалбливает, что идет отечественная война украинского народа, что отражается российская агрессия. Вы с кем воюете?– Мы сражаемся с фашистами. Мы сражаемся с мировым финансово-промышленным олигархатом, для которого Украина лишь средство в достижении главной цели – уничтожить Россию, русских, славян. Вот и ответ: стравить славян – пусть сами себя уничтожают. Падем мы – все народы будут на коленях, ибо ни одна нация, ни один народ не смогут противостоять им, кроме русских.Был переворот, толпа под гимн фашистской Германии убивала и калечила «беркутовцев» – таких же украинцев, только оставшихся верными присяге. Кто пришел во власть? А подельники Януковича по разграблению страны, которая так и не стала государством. Подельники Кравчука, Кучмы и Ющенко – они все отличаются только масштабом грабежа. Отупевший народ вторит своим панам – «Россия напала». Да если бы Россия ввела хотя бы дивизию, то завтра же ее войска были бы уже во Львове. Точнее, в старинном городе Лемберге, и нынешним бандеровцам надо это понимать. А еще не забывать, что мы помним волынскую резню поляков, еврейские расстрелы и душегубки, Хатынь, да много еще чего, чем окровавили не только свои руки их отцы и деды, но и отравили ненавистью ко всему небандеровскому целые поколения. С нами воюют наемники – американцы, англосаксы, арабы, шведы – какой только швали нет. Земля им наша нужна? Ну что ж, она их примет и похоронит. Иначе не будет.– В ваших подразделениях есть украинцы? – У меня почти все местные, которых я не делю на украинцев, русских, чеченцев, армян, евреев и т. д. Они для меня одинаково дороги, сражающиеся с потомками фашистских недобитков. Это не мы пришли в Ровно или Житомир, чтобы убивать, грабить и насиловать, чтобы уничтожать дома, жечь поля, взрывать заводы. В своей жестокости они затмили даже фашистов периода оккупации Донбасса. Впрочем, и тогда зверствами отличались не немцы, а украинские националисты, служившие в полиции и зондеркомандах.– Иностранцы в ополчении есть?– Конечно есть, воюют вместе с нами плечом к плечу и сербы, и испанцы, и французы, и немцы, искренне ненавидящие фашизм и нынешнюю гегемонию США. Это люди совести, которая еще теплится в Европе. Как-то задержали на блокпосту немца, привели ко мне. Кто такой? Куда? Зачем? Отвечает, что приехал за женой, которая в Луганске, и за своей любимой кошкой. Понятно: кошка любимей, потому и прикатил. Увидел у меня автомат, просит продать и выгребает из кармана сорок тысяч евро. Говорит, вот все, что есть, отдаю за автомат. Мол, хочу бить фашистов. В это время звонок из канцелярии Меркель. Какой-то ее советник истерит, кричит, что мы взяли в плен гражданина Германии, и требует немедленного его освобождения. Я отвечаю, что нисколько не против, но только он сам не хочет. «А что он хочет?» – спрашивает советник. «В ополчение», – отвечаю. Тишина на целую вечность, а потом тихо так: «А можно его услышать?». «Да никаких проблем», – отвечаю и передаю телефон немцу. Тот и выдал: я танкист, сержант вермахта, командир танка «Леопард-2» и прошу дать мне всего три танка и тогда, мол, через два дня я буду в Киеве. В ответ короткие гудки и больше ни одного звонка. Немцу за такой спич подарил я автомат и переправил в Луганск. Воюет сейчас в ополчении отменно, а фрау Меркель так танки ему и не прислала.– Потерь много?– Для меня каждый «двухсотый» – потеря близкого человека, даже если не знал его лично. Но это война и бывает всякое. Что касается арифметики, то у нас потерь в десяток раз меньше, чем у «укропов». Мы перемолотили почти всю авиацию и бронетехнику украинской армии, у них тысячи убитых и раненых, которых власть объявляет дезертирами, чтобы не платить родственникам. У нас только спецбатальон не несет потери – постоянное пополнение.– Что за батальон?– Пленные.– И много? Что с ними?– Хватает. В основном держу только офицеров – для обмена. Срочников и вообще армейцев отдаю родным, если приезжают, либо переправляю в область. «Нациков» в плен не беру принципиально – идейное зверье перевоспитывать некогда. С нашими они не церемонятся, а почему мы должны быть благородными? Они с мечом к нам пришли, потому поступаем по заветам Александра Невского.– А как киевская власть относится к вариантам обмена?–	Да они (пленные. – Прим. автора) Киеву не нужны вовсе. Каждый раз у них оскомина по этому поводу. Вот договорились Ольгу (Ольга Ивановна Кулыгина, кандидат биологических наук, была захвачена в плен украинскими силовиками как диверсант) обменять на офицеров СБУ, но в последний момент Киев передумал: полковников они еще наштампуют, а вот Ольгу заценили. Это приятно, что они за каждого нашего меняют несколько своих. Ольгу мы все-таки обменяли – одну женщину на семнадцать (!) офицеров и гражданина Грузии. Они всегда меняют наших на троих, четверых и более своих – нас ценят в несколько раз выше, и это вызывает гордость. Вообще ощущение, что солдаты Киеву нужны только мертвыми – с живыми ведь у власти еще могут возникнуть проблемы, особенно с первыми холодами.Беседа прерывается – время скоротечно, а еще столько дел! Жмем руки, обнимаемся – до встречи, Игорь Николаевич! О таких, как Безлер, слагают легенды. А еще о таких, как Лавина, Хмурый, Юра, Ольга и многие другие, кто по зову сердца встал на защиту земли русской. Они добровольцы, бросившие вызов фашизму, поскольку впитали в генетическую память светловскую «Гренаду» и гордое звание победителей, полученное полвека назад их отцами и дедами.Не пришло еще время раскрыть их имена, рассказать о делах их – такова специфика профессии. Но уже сейчас их операции становятся предметом глубокого анализа в военных академиях. Но уже сейчас их имена вносят в святцы и молятся за здравие воинов православных. Но уже сейчас своим самоотречением, самопожертвованием во имя жизни государства Российского они заслужили уважение и восхищение. Поклонимся им до земли и помолимся за них. Они – честь и слава наша, честь и слава нашего народа." http://www.belpravda.ru/news/18.9.14-3555.html