Линда кричала, грозила, плакала и умоляла Ники выйти из кабинета. Словно насмехаясь над этими мольбами, дверь, подпертая тяжелым дубовым креслом, то и дело вздрагивала под нелюбезными ударами и пинками. Позже к серебристому голосу Линды присоединились другие – девушка выделила лишь веселый баритон красавчика Мервина и тусклый говорок экономки. Но Ники некогда было прислушиваться, у нее было очень, очень мало времени на очень, очень важное дело. Она методично и скрупулезно, ящик за ящиком, полка за полкой, коробка за коробкой разбирала и перетряхивала бумаги матери. Ей попалось под руку несколько любопытных вещиц, но она никак не могла найти того, что искала, за чем, собственно, приехала в этот дом, если не считать портрета Дэвида. Не обращая внимания на непрекращающиеся удары в дверь и грозные крики, девушка вытряхнула прямо на пол последнюю коробку, быстро просмотрела ее содержимое и едва сумела сдержать стон отчаяния и разочарования.Неужели мама говорила правду? А дочь так легко отвернулась от нее?Неужели Дэвид Скофилд лгал? А она, Ники, поверила ему, человеку, которого видела первый раз в жизни?Неужели сегодня она совершила ужасную ошибку?Или наоборот – не успела совершить?..Нужно отпереть дверь, впустить маму и извиниться перед нею. Ники устало опустилась прямо на пол, рядом со столом.Господи, какая же она дура… Ну почему, почему ей даже в голову не приходило узнать у дяди, откуда взялось ее немалое состояние, кому раньше принадлежал дом, в котором живет мама, и множество других вещей? Почему она всегда воспринимала, как должное, свою жизнь, свое происхождение и деньги? Дядя не стал бы ей врать, и сегодня ей не пришлось бы так терзаться своим незнанием и сомнениями!