Сообщение от ополченца Тоная Чолханова."Я просто хочу, чтобы Вы понимали мою позицию. Эти терриконы - уже во мне. Я уже чувствую запах оружейной смазки, это стало для меня всем. Перед ранением, в Луганске, я видел, как снайпер и минометчики разбили автобус с детьми. Там было много детей, и их мамы. На автобусе написали - "ДЕТИ", и мамы показывали детей, чтобы их было видно из окон. Но снайпер снял водителя, а 80-ти миллиметровые минометы закончили с этими детьми.Еще я знаю парня, который вывозил отсюда детей. Однажды он ехал в Россию с детьми, и проскочил блокпост. Тогда еще у укроармии были вертолеты, и с борта начали стрелять по микроавтобусу. Но он, не считая нескольких дырок в кузове, прорвался. Это все - мирные люди, и без оружия. Потом этот черкес (а он черкес) переходил укровскую территорию, и ночью увидел, как 14-летней девочке во влагалище засунули черенок от лопаты. Я пишу как есть, извините. Потом они вспороли ей живот. Черкес ничего не мог сделать, он просто все это видел. И вот теперь нам предлагают отсюда уйти, давят на мою жену с дочкой, а со мной обещают "разобраться в соответствии..." Я не могу просто взять и уехать после того, что здесь увидел, услышал, узнал. Поймите, если реально мы уйдем, если Изварино перекроют, начнется катастрофа. А здесь дети. Им некуда уезжать. Женщины здесь... я каждую местную женщину оберегать готов, как свою жену - потому что они все в этой мясорубке наравне с нами, и помогают. Двух моих друзей разорвало. Один был еще жив, но его внутренности лежали на земле, а умер в госпитале. Война идет. Мира никакого нет. Но пока есть здесь те, кого не сманить пряниками и не достать кнутом, шансы у нас есть."