Вот что про Майдан, по горячим следам писали, что курили? Перепост по всем соцсетям идет.Я – мальчик.Я сплю, свернувшись в гробу калачиком.Мне снится футбол. В моей голове – Калашников.Не вовремя мне, братишки, пришлось расслабиться!Жаль, девочка-врач в халатике не спасла меня…Я – девочка-врач.Я в шею смертельно ранена.В моём городке по небу летят журавликиИ глушат Wi-Fi, чтоб мама моя не видела,Как я со своим любимым прощаюсь в Твиттере…Я – мама.О фартук вытерев руки мыльные,Звоню на войну я сыночке по мобильному.Дитя не берёт! Приедет, − огрею веником!«Его отпевают», − слышу ответ священника…Я – батюшка.Я собор свой открыл под госпитальИ сам в нём служу медбратом, помилуй Господи!Слова для души, что чреву – пуд каши гречневой:За это крестил поэта я, пусть и грешен он...Я – просто поэт.Я тоже стою под пулями.Кишка, хоть тонка, как лирика Ахмадулиной,Но всё ж не настолько, чтобы бояться красного:Нужнее стихов сегодня – мешки с лекарствами…Я – старый аптекарь.Мне бы – давно на пенсию:Сидеть и блаженно пялиться в ящик с песнями.Но кончились бинт, и вата, и маски вроде бы:Начальник, пришли термальной воды для Родины!Я – Родина.Я ребёнок − и сплю калачиком.Назначенный государством, ко мне палач идёт,Из недр моих вырыв мрамор себе на логово:Налоговой сдал налог он, но Богу – Богово.Я – Бог.И я тоже − Папа. Сынок Мой ЛасковыйУ дауна в классе детский отнял Калашников.Сказал, мол: «Ни-ни!» − и прыгнул без парашютика…Спи, золотко.Спи, Мой Мальчик.Я Воскрешу Тебя.21 февраля 2014 г. Евгения Бильченко. Киев.