Луиза долго смотрела на нее непонятным взглядом и молчала, будто колеблясь, а Ники, замерев и трясясь от страха, так же безмолвно ждала ее ответа. Наконец, женщина проронила с усталым вздохом:- Господи, как с вами тяжело... Уходите, мисс Скофилд. От неожиданности Ники снова едва не лишилась дара речи. Икнув, она пробормотала:- Вы… Вы отпускаете меня?- Возвращайтесь домой. - И никак мне не навредите?Та с досадой поморщилась:- Ну что вы выдумываете, Николь... Говорю вам - поезжайте домой. Да поскорее.Первое, что испытала девушка в этот миг, это облегчение. Долгий, ужасающе долгий разговор, неожиданные повороты беседы, внезапный приступ страха, ледяной взгляд ее собеседницы, чудовищная усталость и напряжение - всего это оказалось для Ники слишком много. С трудом удержавшись от соблазна усесться прямо на пол или, наоборот, - пуститься бежать из этой комнаты со всех ног, Ники замерла на месте и медленно повернулась к Луизе. В другом месте, в другое время девушку, наверное, оскорбило бы, что ее так недвусмысленно выставляют из дома. Но Луиза Моро не была обыкновенным человеком - не тем, на которого стоило бы обижаться из-за нарушения приличий. Как же говорил Анри... "Благовоспитанность и учтивость не в самом большом почете у Моро. Гораздо больше у нас ценятся смелость и ум..."Подумав немножко, она наконец сообразила, что ее насторожило и озадачило. На всякий случай отступив подальше к двери и крепко взявшись за ручку, Ники недоверчиво произнесла:- Мадам Моро, почему вы так настоятельно отправляете меня домой? Вы говорите мне это, наверное, третий раз. Я так понимаю, неспроста?