И чо? Или надо написать, что дети прячутся от ВОЗМОЖНОГО обстрела укроармии? Людмила: — Я, например, понимаю так, что если врут, говорят, что из нашего города все выехали, а мы здесь все остались, поэтому нас называют сепаратистами… Мы смотрим украинское телевидение и слышим, что о нас говорят. Другой информации у нас нет. Очень страшно смотреть, как украинская армия, наши соотечественники, стреляют в нас, украинцев. Мы хотим, чтобы в нас увидели людей! Людей, которые хотят мира. Мы — не звери. Не надо нас колючей проволокой обтягивать! Сергей: — Мы — за мирные дипломатические переговоры! Дети хотят мира, солнца… Они уже всего боятся. Над нами летали вертолеты, бомбили аэродром. Дети все видели: как ракеты взлетают, вылетают. Мы сейчас маленького ребенка спросим, он вам покажет: «Вертолет — бух-бух!» А ему два года. Я понимаю, война, военные действия… Но военные действия нельзя вести на территории, где живут мирные люди.