Искренне! Однако мне кажется, что Европа и США запутались в правах человека окончательно. Век темы прав человека подошел к закату. Вот еще один разрыв шаблона: http://mobile.nytimes.com/2014/01/10/opinion/gessen-a-kind-of-racism-were-not-used-to.html?_r=1&referrer=Расизм, к которому мы не привыкли.Маша Гессен."Когда я сказала детям, что мы переезжаем из России в Америку, я пообещала им почти что райскую жизнь, - пишет журналистка Маша Гессен в блоге The New York Times. - То же самое сделали мои родители, когда привезли меня сюда 33 года назад, бежав от антисемитской дискриминации"."В бостонской школе я быстро усвоила тот странный факт, что быть евреем значит быть частью большинства - белого большинства", - вспоминает журналистка. Многие эмигранты из Советского Союза, пораженные этим открытием, стали непримиримыми расистами, однако их дети стыдились этого и сильно "левели"."Так произошло и со мной, - рассказывает Гессен. - Я стала журналисткой, вернулась в Москву в качестве американского корреспондента в начале 1990-х, осталась там, восстановила российское гражданство и затем, пару недель назад, снова эмигрировала - на этот раз, чтобы сбежать от "антигейской" кампании Кремля".Как когда-то ее родители, Гессен пообещала детям, что в Америке все будет по-другому, потому что впервые в жизни они не будут выделяться.По словам журналистки, они долго выбирали, где обосноваться, и в итоге остановились на Гарлеме, потому что в этом районе селятся многие люди ее возраста и профессии. Но вскоре Гессен разговорилась с одной жительницей района, которая пожаловалась на "расистские высказывания" коренных обитателей."Меня покоробило, - рассказывает Гессен: - женщина была белой, а те, кто ее оскорблял, нет. В моем представлении "обратного расизма" не существует: член могущественного большинства не может быть объектом расовой дискриминации".На следующий день 12-летняя дочь журналистки пошла гулять в парк с младшим братом. Вскоре она вернулась в состоянии шока: один из ошивавшихся у детской площадки пьяных афроамериканцев обозвал ее "белой шлюхой" и демонстративно увел своих детей. "Разве это не расизм?" - спросила она у матери."Так или иначе, расстановка сил в ситуации, в которой взрослый человек срывается на ребенка, не вписывалась в мою модель, отвергающую возможность расовой дискриминации представителя большинства", - признается Гессен.Вскоре после этого к ней домой пришла соискательница на должность няни для младшего сына. Едва переступив порог, она обрушилась с критикой на чернокожих и латиноамериканских женщин, которые, по ее словам, даже о собственных детях позаботиться не могут."Что ж, такой расизм был нам привычен, - пишет Гессен. - Это будет хорошей отправной точкой для непростой беседы о расизме, которую я проведу с детьми, пока мы все учимся жить в Америке".