Об ополченцахСильной стороной ополчения, безусловно, является высокая мотивация. Люди воюют за свои дома, добровольцы за идею. Воюют лихо, с азартом. Стойко. Потери несут, как что-то должное. Не паникуют. Быстро учатся. До ввода, я занимался организацией обучения специалистов, так вот, я раньше мог только мечтать о таких солдатах! Люди учились буквально с полной отдачей. Артиллерийские расчёты, танковые экипажи буквально за дни схватывали то, на что обычно уходили недели.Безусловный авторитет командиров. За своими командирами пойдут куда угодно. В отличие от ВСУ, где выдвижение на любую должность это сложный бюрократический процесс часто не связанный ни с какими способностями кандидатов, а лишь с близостью к начальству или принадлежностью той или иной политической группе, на командные должности ополчения выдвигаются наиболее храбрые и способные бойцы, невзирая на звания и выслугу лет. Естественный отбор, так сказать…По родам войск.Пехота – отлично мотивирована, но уровень обученности оставляет желать лучшего. Впрочем, это компенсируется храбростью и инициативой.Танковые подразделения распределены между отрядами. Обучены хорошо, но, так же как и танковые подразделения ВСУ, используются для огневой поддержки пехоты. В противовес ВСУ ополченцы свои танки берегут и прикрывают пехотой, поэтому уровень потерь боевой техники несравним.Артиллерия – высоко обученная, слаженная, прошедшая полный курс боевой подготовки. За это отвечали «северяне» и они своё дело сделали хорошо.Оперативное командование ополчения так же укомплектовано профессионалами своего дела, имеющими специальное военное образование и большой опыт ведения боевых действий в других горячих точках. Этот штаб вполне способен организовывать и проводить эффективные операции масштаба дивизия - корпус, но вот здесь и начинаются слабые стороны ополчения.Главная слабость ополчения называется одним словом «махновщина».На момент моего выхода с территории ДНР никакого единства сил обороняющихся не было. И нужно отдавать себе отчёт, что никакой «армии Новороссии» нет. Вместо неё есть десятки отрядов разной численности, вооружения и организации.Объявление донецкого ополчения регулярной армией по сути ничего не изменило. При этом, часто численность является не только, и не столько показателем боеспособности, сколько показателем «веса» того или иного полевого командира на контролируемой им территории. Как следствие, каждый полевой командир самостоятельно решает проблемы снабжения своего отряда. Каждый ищет или выстраивает свои каналы поступления «гуманитарки», и каждый налаживает свои отношения с «военторгом».И чем «шире» эти каналы, чем объёмнее поставки, тем выше «ранг» полевого командира, и тем большую территорию он контролирует. Самое печальное, что именно этот доступ к снабжению и контроль над территорией являются главными препятствиями объединению сил. Ведь часть денег на амуницию, продовольствие, связь, на зарплаты и премии ополченцам – всё это по большей части «сборы» с «земли», как и автомобили, жильё, склады и прочее. И добро, когда это делается хотя бы «полюбовно» - официальными налогами на местный бизнес, но чаще всего простым «отжимом» - грабежом, попросту говоря.Когда я был там, «зинданы» для упрямых «спонсоров» были почти обязательным атрибутом большинства крупных штабов ополченцев. Объединиться под единым началом, значит утратить вес, и потерять каналы снабжения и контроль над «землёй», которая кормит почти всех полевых командиров. То есть потерять главный источник довольствия.Но ещё хуже то, что под видом ополченцев на территории Новороссии действуют «индейцы» - десятки обычных банд, которые буквально терроризируют местное население. Под флагами ДНР они творят полный беспредел – грабят, насилуют, убивают. Есть целые посёлки, которые попали под контроль таких «индейцев» беспредельщиков. И борьбы с ними особо не ведётся. Полевым командирам не до них, они на собственной территории делят власть и выясняют отношения, а милиции и прокуратуры в ДНР и ЛНР сейчас нет.Поэтому, при достаточно большой численности ополченцев, а в августе это было примерно около двадцати тысяч бойцов, их боевая эффективность невысока. Ополченцы хорошо воюют в городе, стойко обороняются, но в силу «крепостной психологии» и почти полной дискоординации вести современную маневренную войну практически не способны. Вне городов и посёлков ополчение лишь вело разведку и удерживало блокпосты на ключевых трассах, оставляя без прикрытия целые направления. Украинское командование уже к середине июля выяснило эту слабость, после чего разведрейдами своих БТГ нащупывало такие «провалы» в обороне ополченцев и проводило локальные наступления, глубоко вклиниваясь в оборону ополчения. К середине июля фактически вся территория ДНР и ЛНР была как ломтями «надрезана» такими ударами. И опять же, только помощь «северян» превратила эти вклинения в «котлы» для ВСУ, сами ополченцы тут лишь «зачищали» после нашей работы местность, да громили отступающие мелкие отряды разгромленных ВСУ.