Эрнст:"Олимпийский комитет формулирует задачу в открытии показать историю своей страны. Не было ни одной Олимпиады, где этого бы не было. Что касается сценария, то наш проект победил на тендере. Меня не назначили, такой выбор сделал комиссия. Сценарий мы наговорили друг другу в ходе многочисленных разговоров. Мы хотели рассказать о России как-то по-другому, современно. Есть абсолютно выдающиеся церемонии – Чжан Имоу в Пекине построил все на взаимодействии тысяч людей и так совершенно, что двигаться в этом направлении наивно, здесь достигнут потолок. Дэнни Бойл сделал в Лондоне, на мой взгляд, очень хорошую, но излишне кинематографическую церемонию, ее нужно было снимать очень многими камерами. Мне кажется язык стадиона – а так или иначе все происходит здесь – предусматривает объемные в прямом и переносном смысле образы и довольно прямые метафоры. Именно с этими соображениями мы обменивались метафорами разных эпох и вообще образа России. Мы выбирали в первую очередь великих спортсменов, имена которых известны всему миру. Люди, смотрящие телевизор, в первую очередь хотят видеть «селебритис». Поэтому мы выбрали тех спортсменов, как Шарапова и Исинбаева, которые в общем-то на слуху, это выдающиеся, великие спортсмены. А зимний или летний вид спорта – мне кажется, было неважно. Это триумф атлетизма. А когда – летом или зимой – атлет проявляет свои выдающиеся качества, не так важно.У России неверный имидж в значительной части мира. Для нас было важно показать страну другой. Что среднестатистический обыватель знает о России? Да, балет. Но вообще – матрешка, балалайка, медведи, икра, водка. Но ведь это не Россия на самом деле. Мы ведь здесь живем. Хотели показать Россию сегодняшнего и завтрашнего дня. Давайте скажем честно, большинство людей в мире не ждали от нас такого. Я видел все открытия и могу сказать, что ни у кого такой технологичной церемонии не было.