Легендарный главред "Комсомолки" и "Известий" 50 - 60-х годов Алексей Аджубей в своих мемуарах вспоминает о том, как принималось решение передать Крым Украине.Людмила СЕМИНА. — 07.04.2014Алексей Аджубей написал воспоминания о своей поездке в 1953 году по Крыму с Никитой Хрущевым. Именно тогда, как утверждают некоторые мемуаристы, Хрущев решил передать Крым Украине. Аджубей, тогда начинающий сотрудник "Комсомолки" и четыре года как зять Хрущева, был очевидцем того, как зарождался замысел. Спустя почти сорок лет он вернулся к событию, чтобы объяснить, что двигало Хрущевым.  Все было в запустении В октябре 1953 года Хрущев, только что избранный руководителем ЦК Компартии Советского Союза, приехал в Крым для отдыха, хотя там и не было госдач. Поселился в Воронцовском дворце и решил поближе познакомиться с полуостровом. Увиденным был ошарашен: за девять лет, прошедших после нацистской оккупации, Крым все еще оставался в разрухе и запустении. "Кое-как еще теплилась жизнь у кромки моря в прибрежных курортных поселках, а чуть выше, ближе к Ай-Петринскому перевалу, и сразу за ним, где природа беднее, картины навевали уныние, - писал Аджубей. - Мне особенно запомнился проезд через Бахчисарай. Дворец, оказавшийся каменистой развалиной, пустовал. Знаменитый фонтан слез, воспетый Пушкиным, покрылся глинистой коростой. Фонтанные чашечки высохли, не капали в них струйки воды. Здесь все еще дышало войной. Вдоль дорог разбитые танки и артиллерийские орудия и повсюду, до горизонта, серые обелиски, воздвигнутые военными строителями в память о своих павших собратьях. И земля тоже высохла и заросла сорняками. Пустовали поселки, татарские аулы. Их хозяева, отправленные волей Сталина в несправедливое изгнание, потеряли всякую надежду на возвращение".Никита Сергеевич любил широкие жесты и шумные компании. На фото он в окружении партийных деятелей. Слева направо сидят: Анастас Микоян, Леонид Брежнев, Климент Ворошилов, Михаил Суслов, Фрол Козлов. Фото: Сергей СМИРНОВ. "Деловая текучка" В некоторых мемуарах писали потом, что именно тогда Хрущев высказал идею о передаче Крыма Украине. Однако очевидец поездки Аджубей ничего подобного не заметил. Зато он заметил, как Хрущев от ошарашенности быстро начал переходить к поиску конструктивных мер по спасению Крыма. Особенно его подтолкнули к этому встречи с жителями. "Молчаливая серая масса людей перегораживала дорогу и так же молча, не расступаясь, ждала, пока машины остановятся, - вспоминает Аджубей. - Люди тягостно долго не начинали разговор, давая возможность Хрущеву начать первым. Потом из толпы раздавался один вопрос, второй, третий. О еде, жилищах, помощи. Или вдруг совсем печальное: "Клопы заели". После таких встреч в машине наступала тяжелая тишина, Маленков и Хрущев отводили глаза друг от друга, боясь возможной ссоры. Я чувствовал, что Хрущев "кипит" во гневе и вот-вот сорвется, но он либо успокаивался, либо хитрил, прятал гнев в себе, копил на будущее".В судьбоносный 1954 год Алексей Аджубей был зятем Хрущева. Фото: личный архив. Вряд ли, думается, Хрущев и Маленков, два в тот момент главных претендента на лидерство в стране, вели бы какие-то обсуждения государственных идей с сопровождающими их провинциальными партработниками. Аджубей очень точно обрисовывает в своих воспоминаниях то время: "Те первые годы без Сталина полнились большой тревогой и ожиданием перемен. Не поняв этого, ничего не поймешь о событиях вроде бы проходных, не задевших острого общественного внимания. Передача Крыма Украине из того разряда сугубо деловой текучки. В 1953-м Хрущев далеко еще не был полновластным хозяином положения. В Москве властвовали самые близкие Сталину люди - Маленков, его первый заместитель Молотов, а рядом такие, как Ворошилов, Каганович, Булганин. Провинциалу Хрущеву после смерти Сталина отводилась далеко не первая роль. Он шел к власти с упорством и динамизмом, свойственным сильным натурам. На его стороне было, безусловно, лучшее знание жизни, презрение к сидению в кремлевских кабинетах. Крымская поездка Хрущева из этого разряда самоутверждения. Уже на сентябрьском Пленуме ЦК 1953 года он обвинил Маленкова во лжи. На ХIХ съезде партии Маленков заявил, что хлебная проблема в стране решена, а когда вождь умер, оказалось, что наши зерновые запасы равны нулю и народ практически нечем кормить. Немало других столкновений происходило у Хрущева со старой сталинской гвардией". "Деловая текучка" - вот, оказывается, как выглядела ситуация с Крымом для Хрущева. Возможно, он думал, что из бюджета громадной России сюда перепадают лишь финансовые крохи, а из украинского республиканского бюджета придет больше. Территория в расчет вообще не бралась - она вся была для СССР единой, кроили ее под финансовые потоки - куда Госплану сподручнее направлять.Крым пробыл в составе Украины ровно 60 лет. Пропагандистский жест Был мотив у Хрущева, что называется, ментальный. Во время совещания по сельхозвопросам в Киеве, куда Никита Сергеевич в те дни успел слетать из Симферополя, как пишет Аджубей, он "все возвращался к своей поездке по Крыму и уговаривал украинцев помочь возрождению земли. "Там южане нужны, кто любит садочки, кукурузу", - сетовал он. О формальной передаче Крыма под юрисдикцию Украины за столом речи не шло. Видимо, такое предложение еще не получило своего осмысления. Скорее всего, к окончательному решению о переводе Крыма в статус южного региона могло подтолкнуть близившееся в 1954 году 300-летие воссоединения Украины с Россией. Хотелось яркого пропагандистского жеста. И он был сделан - постановление Президиума Верховного Совета РСФСР о передаче Крымской области в состав Украины появилось в газетах именно к юбилейной дате. Как символ вечной дружбы братских народов. "Ранней весной 1954 года, - вспоминает Аджубей, - вместе с двумя своими коллегами по "Комсомольской правде" - очеркистом Ильей Котенко и фотокорреспондентом Николаем Драчинским - я разъезжал по украинской земле. Передавал в газету очерки о трехсотлетии воссоединения Украины с Россией. Все, что видели, о чем писали, никак не сопрягалось с неким "даром" Хрущева, а сама эта проблема (кому принадлежит Крым - России или Украине) нас мало волновала. Перечитывая сейчас очерк "На крымской Украине", не нашел в нем ни одной строчки, посвященной этой теме. Да и кто из нас думал тогда, что спустя тридцать восемь лет возникнет спор о стародавнем решении?