- Мистер Моро. Господа… Благодарю, что уделили мне время. Мне трудно начинать этот разговор. Наверное, вы догадываетесь, что он будет не из приятных, но я не собираюсь приносить извинения. - Господин Сомерсет, мы к вашим услугам.- Мистер Моро. Не стану ходить вокруг да около. Я хочу знать, какие отношения связывают вас с моей дочерью, Свити?- Джон… - предостерегающе прошептал Уильям Эванс. – Полегче, старина.Не обращая на него внимания, Сомерсет, чуть повысив голос, продолжал:- Я не полный дурак, и у меня есть глаза и уши. Мистер Моро, я безумно благодарен вам за спасение Свити, и буду признателен за это до конца своих дней. Но то, что происходит между вами сейчас, меня настораживает и беспокоит. Я отец, и я имею право знать – какого дьявола?!Мишель ответил, спокойно глядя ему прямо в лицо:- Вы сами все понимаете, мистер Сомерсет. Я люблю Свити. Люблю больше жизни. Как бы высокопарно это ни звучало.- Очень красиво, мистер Моро. И да, весьма высокопарно.- Я люблю ее, и больше всего на свете я хотел бы приблизить тот день, когда смогу прийти к вам и попросить ее руки.Анри, стоящий за его плечом, негромко произнес:- Мистер Эванс. Думаю, мои чувства к вашей племяннице для вас тоже не секрет. Я люблю Ники, и, как и мой брат, мечтаю соединить наши с ней судьбы. Сомерсет надменно дернул бровью.- Вы говорили им об этом? Свити и Ники?- Нет. Еще нет. Мы не хотим делать им предложение, пока… не разрешим все связанные с этим сложности. А обнадеживать их раньше времени и разочаровывать долгим ожиданием нам не хотелось бы.