Интервью спецпредставителя Президента Российской Федерации по Ближнему Востоку, заместителя министра иностранных дел России М.Л.Богданова информагентству «Россия сегодня», 8 октября 2014 года00000 Вопрос: Поздравляю Вас с освобождением российских граждан в Ливии! Ответ: Мы с самого начала последовательно, целенаправленно занимались этой проблемой. В конечном итоге наши настойчивые усилия, «тихая» дипломатия дали результат. И это для нас самое главное. Вопрос: Как удалось провести операцию по их освобождению? Ответ: Думаю, что пока не время распространяться по этому поводу. Вопрос: Сколько человек было освобождено? Ответ: Все. Все россияне, белорусы и украинцы. Граждан Российской Федерации изначально было двое, потом их стало больше, так как четверо жителей Крыма, входивших в состав группы, перешли в российское гражданство. Вопрос: Ситуация на Ближнем Востоке и в Северной Африке продолжает оставаться крайне напряженной, в некоторых странах до сих пор можно услышать эхо «арабской весны». По Вашему мнению, какие шаги должно предпринять международное сообщество, в том числе и Россия, для успокоения ситуации и переведения ее в политико-дипломатическое русло? Ответ: Более чем трехлетние итоги «арабской весны» подтверждают необходимость и безальтернативность нахождения политических, ненасильственных решений для любых кризисных ситуаций. Пожалуй, это один из главных уроков продолжающихся на Ближнем Востоке и в Северной Африке сложных трансформационных процессов, которые, как сегодня становится очевидно, еще далеки от своего завершения. С самого начала «арабской весны» Россия приветствовала законные чаяния народов арабского мира. Но при этом мы всегда призывали к урегулированию всех противоречий исключительно путем широкого инклюзивного диалога, с учетом интересов всех слоев общества в каждой отдельной стране, исключая интервенционистский подход в любом его виде и проявлении. Говорили мы и о том, что от международного сообщества в целом и его отдельных членов требуется неукоснительное соблюдение основополагающих принципов Устава ООН, норм международного права. К сожалению, к нам прислушивались далеко не все и не всегда. Обратившись к конкретным фактам недавнего прошлого, нетрудно убедиться, что чем активнее было внешнее вмешательство во внутренние дела той или иной арабской страны, тем более кровопролитный и непредсказуемый характер приобретали указанные процессы. Наглядным примером тому служит Ливия, где с момента свержения режима Муаммара Каддафи, который был объявлен первопричиной всех зол, и незаконных натовских бомбардировок прошло уже более трех лет, а ситуация лишь усугубилась. Ливийские власти не могут взять под контроль обстановку даже в столице, а что уж говорить о большей части ливийской территории, где хозяйничают бывшие революционные бригады, вспыхивают столкновения между остающимися вне контроля государства племенными и региональными вооруженными группировками? Предметом озабоченности остается продолжающаяся бесконтрольная утечка ливийского оружия за пределы страны, резко усиливающая террористические риски на севере Африки и в Сахаро-Сахельском регионе. Конкретные негативные последствия этого все больше дают о себе знать в соседних с Ливией государствах, опасно дестабилизируя обстановку там. А последние события в Ираке, где экстремисты из так называемого «Исламского государства» буквально за несколько дней захватили ряд крупных провинций, заставляют вспомнить об американском вторжении в эту страну в 2003 году. Тогда США разрушили армию и госаппарат, спровоцировали острейший межконфессиональный и межэтнический антагонизм, от которого страна не может оправиться и по сей день. Другим характерным примером может служить Сирия, которая, хоть и избежала пока прямого военного вторжения, стала ареной агрессивного натиска исламских радикалов на законные власти. И это, как хорошо известно, произошло во многом благодаря поддержке сирийской оппозиции странами Запада и их региональными союзниками, которые, к сожалению, продолжают делить террористов на «плохих» и «хороших». Исходим из того, что борьба с терроризмом не может приноситься в жертву идеологическим или геополитическим схемам и должна опираться на прочную международно-правовую базу. Использование двойных стандартов недопустимо. Западный альянс во главе с США и некоторые арабские страны в случае с Ираком поддерживают усилия центральных властей в борьбе с терроризмом, а применительно к событиям в Сирии – потакают непримиримой оппозиции. Осуществляется военная и финансовая поддержка боевиков, создаются базы для их подготовки. Такая позиция вызывает много вопросов, в частности по поводу истинных и далеко идущих целей создания «антиигиловской» коалиции. В целом, можно отметить, что острота переломного момента истории, на котором находятся сейчас арабские государства, требует особо выверенных подходов к урегулированию любых внутриполитических неурядиц. Общей целью должно стать сохранение демократических достижений «арабской весны», сведение на нет ее деструктивного потенциала и помощь арабским народам в реализации их стремления к лучшей жизни. Позиция Российской Федерации обусловлена ее ответственностью как постоянного члена Совета Безопасности ООН за поддержание международного мира и стабильности. Кроме того, в национальных интересах России обеспечивать спокойствие вблизи своих южных рубежей, в том числе на обширном ближневосточном пространстве. Вопрос: Деятельность повстанческого шиитского движения «Аль-Хуси» в Йемене ставит под угрозу целостность страны. Какую помощь в этой ситуации может оказать Москва Йемену? Ответ: Происходящие в эти дни в Сане события, связанные с переходом части ключевых объектов столицы, в том числе органов государственной власти, под контроль вооруженных формирований племенного объединения «Аль-Хуси», не вписываются в общепринятую логику гражданской войны. Мы имеем дело со сложнейшим комплексом военно-политических, экономических и религиозных противоречий, которые долгие годы накапливались в йеменском обществе. Решать их, по нашему глубокому убеждению, надо за столом переговоров, что сейчас и пытаются сделать ведущие политические силы Йеменской Республики. Опасность развязывания масштабного кровопролития очевидна всем. Понимают йеменские стороны и то, что переход к полноформатным боевым действиям может привести к распаду страны. А такое развитие событий сейчас не выгодно никому, в том числе по экономическим соображениям. На таком фоне тревожными выглядят призывы США к активному внешнему вмешательству в йеменский политпроцесс, в том числе посредством принятия жестких репрессалий в отношении «хуситов», а также бывшего президента страны Али Абдаллы Салеха и его партии «Всеобщий народный конгресс». Хотели бы в этой связи напомнить, что Россия поддерживает действующего Президента Йемена Абд-Раббо Хади и выступает за нахождение такой развязки внутрийеменского политического кризиса, которая обеспечит учет интересов всех ведущих политических сил и фракций страны. Вопрос:  В связи с ситуацией в Йемене планирует ли Россия начать эвакуацию российских граждан из этой страны? Ответ: Положение в Сане, как известно, весьма напряженное. Однако непосредственной угрозы находящимся там российским гражданам сейчас нет. Организовывать их эвакуацию в ближайшее время не планируется. Хотя план действий на случай чрезвычайного развития ситуаций в МИД России, безусловно, имеется. Одновременно хотели бы воспользоваться случаем, чтобы вновь напомнить о нашем призыве к российским гражданам воздержаться от поездок в Йемен. Вопрос: Вы говорили, что «Исламское государство» угрожает безопасности не только наших западных партнеров, но и России, что это общая угроза и бороться с ней надо сообща. У России есть план борьбы с ИГ совместно с международным сообществом? Обсуждается ли оказание Российской Федерацией дополнительной военной и гуманитарной помощи Ираку и в каких объемах? Ответ: В принципиальном плане Россия всегда поддерживала и продолжает последовательно поддерживать усилия иракских властей по противодействию боевикам «Исламского государства», в том числе по военной линии. Понимаем, что страна столкнулась при этом с настоящей гуманитарной катастрофой, появлением большого количества беженцев и внутренне перемещенных лиц. Поддерживаем предпринимаемые международные гуманитарные усилия в Ираке. В ближайшее время планируем отправку партии российской гуманитарной помощи в Ирак. Разумеется, мощным инструментом противодействия экстремистам должна стать консолидация всех ответственных сил в иракском обществе на борьбу с общей угрозой. В этом контексте Россия поддерживает политический процесс в Ираке. После состоявшихся 30 апреля 2014 года парламентских выборов сформированы парламент, а 8 сентября этого года – правительство, ранее был избран президент страны. Надеемся, что новые иракские власти безотлагательно возьмутся за решение стоящих перед государством задач на основе национального согласия и учета интересов различных сил иракского общества. Что касается военно-технического сотрудничества с Ираком, то оно развивается вполне успешно. Подписанные контракты выполняются, реализуются. В составе нового иракского правительства пока не назначены министры обороны и внутренних дел – думаю, в самое ближайшее время будут подобраны достойные кандидаты на эти должности. Тем не менее, наши двусторонние контакты продолжаются.  Ранее в Нью-Йорке состоялась встреча Министра иностранных дел России С.В.Лаврова с Премьер-министром Ирака Х.Абади, которая носила конструктивный характер. Новый глава иракского правительства подтвердил, что будет обеспечена преемственность курса Багдада на всемерное развитие отношений дружбы, традиционных симпатий между нашими народами и, естественно, взаимовыгодное равноправное сотрудничество по различным направлениям – торгово-экономическому, инвестиционному, гуманитарному, и, разумеется, военно-техническому. Вопрос: Правительство Сирии высказывало Вам свои опасения по поводу авиаударов США по своей территории? Обсуждается ли оказание помощи Дамаску? Ответ: Ситуация с авиаударами США и их союзников по сирийской территории под предлогом борьбы с международным терроризмом вызывает немало вопросов. Ведь это делается без согласия законного Правительства Сирии и без соответствующего решения Совета Безопасности ООН. Есть опасения, что мы, по сути, имеем дело с очередной ошибкой западных партнеров, расплачиваться за которую придется странам региона, а, возможно, и в более широком международном масштабе. Россия решительно осуждает терроризм во всех его формах и проявлениях и последовательно выступала и выступает в пользу консолидации усилий мирового сообщества по противодействию этому злу, получившему в последние годы особое распространение на Ближнем Востоке. Мы никогда не скрывали своего отношения к ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусре», «Исламскому фронту» и подобным им структурам, организационно или идейно связанным с «Аль-Каидой». Неоднократно предостерегали тех, кто на различных этапах сирийского кризиса пытался заигрывать с радикалами. Терроризм на Ближнем Востоке – опасный вызов, и относиться к нему надо серьезно, с задействованием имеющихся международно-правовых механизмов, а не в обход их. Нельзя объявлять войну терроризму в регионе и сколачивать для этого некую коалицию, игнорируя роль целого ряда ведущих региональных государств. Одними авиаударами справиться с таким противником, как «Исламское государство», контролирующим в настоящее время территорию, равную по площади Бельгии, с населением в пять-шесть миллионов человек, невозможно. При этом лидеры самоназначенной антитеррористической коалиции отказывают сирийскому правительству в праве быть их партнером в борьбе с террористами даже на территории и в воздушном пространстве самой Сирии. Недопустимо использовать лозунг борьбы с терроризмом для прикрытия реализации собственных геополитических целей, попрания суверенитета государств, «переформатирования» регионов, создания противоправных прецедентов в международных отношениях. Неизбежные негативные последствия таких подходов хорошо понятны специалистам по региону. Отмечу и то, что сирийское правительство, которое вот уже более трех лет противостоит вооруженному натиску террористов и не раз заявляло о своей готовности к международному взаимодействию в борьбе с ними, настойчиво ставило этот вопрос на переговорах с представителями оппозиции в Женеве в январе этого года. Что касается России, то мы поддерживаем нормальные конструктивные межгосударственные отношения с Сирией, Ираком и другими странами региона, предпринимаем и будем предпринимать на четкой правовой основе и при строгом соблюдении своих международных обязательств целенаправленные усилия по укреплению потенциала этих государств в противостоянии с международными террористами и экстремистами. Вопрос: В случае внесения в СБ ООН проекта резолюции о начале сухопутной операции против ИГ Москва поддержит этот документ? Ответ: Многое будет зависеть от содержания проекта такой резолюции. Во всяком случае, в соответствии с Уставом ООН мандат на проведение подобной операции должен быть санкционирован Советом Безопасности, содержать принципиальные положения миротворчества при обязательном согласии правительств тех стран, на территории которых предусмотрены международные военные операции. Вопрос: Получала ли Россия приглашение принять участие в операции международной коалиции против ИГ в Ираке и Сирии? Ответ: Известно, что США стучались, что называется, «во все двери», пытаясь создать альянс под своей эгидой. Повторю, что для нас любые такие действия должны быть выдержаны в строгом международно-правовом поле. А бескомпромиссную борьбу с терроризмом, в том числе на международном уровне, мы ведем давно и не нуждаемся в дополнительных приглашениях. Вопрос: Правительство Сирии изначально выступало против операции международной коалиции, затем его позиция изменилась. Не связываете ли Вы это с тем, что на сирийское правительство было оказано давление со стороны США? Ответ: Нет. Я думаю, что здесь есть взаимопонимание между сирийскими руководителями и Ираком, понимание объективных реалий. За нашей спиной ничего не делалось. Американцы обращались к нам по этому вопросу, на что мы рекомендовали им действовать напрямую с сирийскими властями и найти взаимопонимание. Вопрос: Назначен новый спецпосланник ООН по Сирии Стефан де Мистура. Он делился с Вами своим видением урегулирования сирийского конфликта? Ответ: Он сейчас собирается приехать к нам в Москву для консультаций. Мы встречались с ним и его заместителем в Нью-Йорке в рамках 69-й сессии Генассамблеи ООН. Вопрос: Когда ожидается его визит? Ответ: Я думаю, до конца месяца должен приехать. Мы знаем господина де Мистуру уже давно. Он занимался Афганистаном, Ираком. Очень опытный итальянский дипломат, хорошо знающий регион. Он уже съездил в Дамаск, встречался с Президентом Башаром Асадом и другими сирийскими руководителями. В его планах посещение ряда государств региона, в том числе Саудовской Аравии, Ирана. Мы с ним готовы взаимодействовать. Рассчитываем, что его опыт, подготовка позволят нащупать путь к скорейшему политическому урегулированию в САР. Когда мы с ним встречались в Нью-Йорке, С. де Мистура говорил, что чувство общей тревоги, опасности, порождаемое сейчас экспансией терроризма, может придать импульс для консолидации наших подходов по сирийскому урегулированию. Вопрос: Каковы перспективы возобновления межсирийского диалога? Ответ: Мы постоянно за это выступаем, регулярно общаемся с представителями сирийской оппозиции. Нам представляется очень важным организовать межсирийские контакты в Москве. Если кто-то считает, что национальный диалог надо проводить в Сирии, то это, может быть, в идеале было бы и правильным. Но в складывающейся сейчас обстановке можно провести в Москве предпереговорные контакты, подготовительно-координационные или консультативные встречи, чтобы начать более предметный разговор по поводу ускорения выработки общих политических решений между Правительством Сирии и оппозицией. Это позволило бы, прежде всего, прекратить огонь. Вопрос: В рамках Генассамблеи ООН так и не удалось провести заседание «квартета» по урегулированию арабо-израильского конфликта. В чем причина? Ответ: К сожалению, наши американские партнеры сказали, что они не заинтересованы ничего обсуждать, что пока нет никаких результатов, чтобы докладывать об успехах. Мы с такой логикой не были согласны, говорили, что, наоборот, надо собраться, проанализировать, почему произошел сбой на переговорах, чтобы выработать общие подходы и содействовать работе с израильтянами и палестинцами для возобновления диалога между ними. Но, к сожалению, наши американские партнеры посчитали, что сейчас не время. Вопрос:  Означает ли это, что формат «квартета» исчерпал себя? Ответ: Мы так не считаем. Мы говорили, что было бы полезно, если бы к работе «квартета» в той или иной форме подключилась Лига арабских государств. Арабские коллеги могли бы высказывать нам свои идеи. Ведь в соответствующих решениях международного сообщества арабская мирная инициатива встроена как неотъемлемая часть международно-правовой основы арабо-израильского урегулирования. При этом упомянутая инициатива, одобренная еще в 2002 году в Бейруте, была поддержана Организацией исламского сотрудничества. Поэтому, если бы процесс урегулирования шел по данному направлению, то сейчас Израиль признали бы все арабские и все мусульманские страны, и не было бы крупных проблем. Но, к сожалению, этого не случилось. К деятельности «четверки» можно было бы подключить и другие крупные страны. Не секрет, что наши китайские партнеры высказывают соответствующую заинтересованность. На наш взгляд, было бы полезно привлечь их к общим усилиям в БВУ. http://ippo.info/news/interview-of-the-special-representative-of-the-president-of-the-russian-federation-for-the-middle-ea/