Главное внешнеполитическое событие последней недели произошло неожиданно для всех. В Анкаре, на заседании российско-турецкого Совета сотрудничества на высшем уровне Владимир Путин заявил, что Россия прекращает работы по проекту «Южный поток» из-за препятствий, чинимых Еврокомиссией. Президент обещал перенацелить потоки российских энергоресурсов в те регионы мира, «где не смешивают политику и экономику». Речь шла в первую очередь о хозяйке саммита Турции, которая испытывает растущую потребность в энергоресурсах. Несмотря на глубокие разногласия с Россией по сирийскому вопросу, Анкара углубляет сотрудничество с Москвой в сфере энергетики, где отношения стали подлинно стратегическими, — Россия является ведущим поставщиком газа, нефти и угля в Турцию, а также создает в стране первую АЭС.О разногласиях между Москвой и Брюсселем было известно давно. Еврокомиссия настаивала на применении к «Южному потоку» норм антимонопольного Третьего энергетического пакета ЕС. Согласно этому документу, продавцы энергоресурсов не могут владеть инфраструктурой их доставки. Этот закон действует по принципу — все, что происходит на территории членов ЕС, должно регулироваться нормами ЕС. Россия как главный поставщик трубопроводного газа в Европу настаивала на заключении соглашения, которое вывело бы «Южный поток» из-под действия третьего пакета. Подобная схема применяется в российско-немецком консорциуме в связи с «Северным потоком», и Москва рассчитывала на повторение этого успешного опыта.Не отказываясь от проекта в принципе, балканские страны — в первую очередь, Болгария и Сербия — заняли выжидательную позицию, намереваясь выторговать у Москвы и Брюсселя преференции. Наиболее возмутительно действовало правительство в Софии, которое после символического открытия газопровода дважды в 2014 году приостанавливало работы под предлогом консультаций с Еврокомиссией, но так и не дало разрешения на продолжение реализации проекта. Сербия также прислушивалась к Брюсселю, хотя и не является членом ЕС. В связи с создавшейся ситуацией Москва констатировала, что Болгария «лишена возможности вести себя как суверенное государство» и заявила о прекращении работ.Это известие застало врасплох не только журналистов и аналитиков, но и партнеров России по проекту «Южный поток» в Европе. Трубопровод должен был пройти по территории Болгарии, Сербии, Хорватии, Словении, Венгрии и Австрии. Балканские страны рассчитывали на неплохой доход от транзита российского газа (несколько сотен миллионов долларов в год), а конечные потребители в Австрии, Венгрии и Италии надеялись ослабить зависимость от поставок через Украину и снизить стоимость энергоресурсов. В Европе начались энергичные консультации. Премьер Болгарии Бойко Борисов обратился к болгарским парламентариям с просьбой дать ему поручение разобраться в ситуации. Сербский президент Томислав Николич пожаловался, что его страна стала жертвой геополитического противостояния России и Запада. Главу МИД РФ Сергея Лаврова на полях совета министров ОБСЕ в Базеле по очереди донимали коллеги из Австрии, Италии и Сербии — всех интересовало, как будет развиваться ситуация дальше.На 9 декабря назначена встреча министров энергетики стран-участниц закрытого проекта. Чтобы не давать им напрасных надежд, глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер заявил, что условия для реализации проекта «Южный поток» давно известны и всего-то надо согласиться с нормами Третьего энергопакета. Он также потребовал от России прекратить шантажировать ЕС. Брюссель, которому от нового газопровода в прямом смысле ни жарко, ни холодно, верен себе и отказался даже обсуждать возможность уступок на переговорах с Москвой.В спорах по поводу «Южного потока» заинтересованные в его реализации потребители российского газа не проявили должной настойчивости в отстаивании своих национальных интересов. Для сравнения, Германия в свое время не только выбила из Еврокомиссии согласие на изъятие «Северного потока» из-под действия Третьего энергопакета (благо он был принят только в 2009 году), но и отказалась разукрупнять своих энергетических монополистов. Политического веса Берлина в ЕС оказалось достаточно, чтобы Еврокомиссия переключила внимание на другие вопросы. Памятуя о немецком упрямстве, в этот раз Брюссель подготовился лучше. Да и разговаривать предстояло не с Германией, а с разрозненной группой балканских и центральноевропейских стран, не претендующих на роль локомотивов экономического роста.Хотя заявление Путина о сворачивании проекта выглядело едва ли не экспромтом, это была «хорошо подготовленная импровизация». Россия будет поставлять газ в Европу по дну Черного моря, но через территорию Турции, которая устойчива к давлению Брюсселя. На турецко-греческой границе создадут газовый хаб, где желающие страны ЕС смогут покупать российское голубое топливо.Энергетический альянс с Анкарой имеет долгосрочные последствия, свидетельствующие о важных переменах в европейской стратегии России. Москва больше не считает ЕС надежным партнером. Насколько возможно, Россия старается снизить риски и обезопасить свои интересы от влияния Брюсселя. Стимулом к этому послужило не только противодействие Еврокомиссии реализации «Южного потока», но и антироссийские санкции ЕС. А также меры урегулирования финансового кризиса на Кипре в 2013 году, в результате которого, по словам Путина, российский бизнес «ободрали как липку». Новая модель организации взаимодействия с Евросоюзом говорит о готовности России к продолжительному периоду разногласий с Брюсселем.Российско-турецкая сделка свидетельствует еще и об изменении географии интересов Москвы в Европе. При разработке «Южного потока» Россия исходила из того, что проект укрепит связи с балканскими странами, а те, в свою очередь, выступят ее союзниками на переговорах с Брюсселем. Однако такой подход себя не оправдал. Правительства Болгарии и Сербии не подтвердили приверженность конструктивному партнерству. Для Белграда и Софии это означает, что они не смогут снимать «дружескую ренту» с российского газового транзита.От «логики дружбы» Россия возвращается к политике национальных интересов. В этом свете Анкара выглядит наиболее подходящим партнером. Хотя в прошлом Россия и Турция неоднократно воевали друг с другом, а их взгляды на урегулирование сирийского кризиса сильно разнятся, Москва и Анкара сознательно углубляют взаимозависимость во имя экономического роста. Отношения двух стран вышли на уровень, позволяющий делать необязательные шаги навстречу друг другу.Так, Турция первой согласовала прокладку «Южного потока» в своей исключительной экономической зоне, хотя и не была прямым бенефициаром проекта. Со своей стороны, Россия оставалась открытой для переговоров по снижению цены на газ, которое обусловливалось вхождением «Газпрома» в турецкие распределительные сети. Параллельно увеличивались объемы закупаемого Турцией у России голубого топлива, что требовало расширения инфраструктуры. Развитие этой тенденции в перспективе сделает любой энерготранспортный проект Турции — включая амбициозный Трансанатолийский газопровод — частью российских интересов.Такая перспектива еще менее удобна для Еврокомиссии, чем реализация «Южного потока». Если на малые страны южной и центральной Европы Брюссель повлиять может, то на российско-турецкий энергетический тандем — нет. Поэтому не исключено, что в ближайшие месяцы ЕС будет искать способы возобновить российский интерес к «Южному потоку». Особенно энергичными поиски станут, если этой зимой все же начнутся перебои с транзитом российского газа по территории Украины.http://lenta.ru/columns/2014/12/05/stream/