Женское лицо оппозицииЕвгения Альбац, Ольга Романова, Татьяна Лазарева, Любовь Соболь.Евгения АльбацЕвгения Альбац буквально рвется в бой. Все утро она читала гадкие письма, пришедшие по электронной почте, и отвечала на неприятные звонки. И все это из-за статьи, иллюстрация к которой была опубликована на обложке журнала: на фотографии обнимаются двое мужчин с обручальными кольцами на пальцах. История о правах геев в России, вызвавшая такой шквал негодования, была напечатана сразу после того, как в Думу был внесен законопроект, запрещающий «пропаганду гомосексуализма».Евгения Альбац — журналист, писатель, радиоведущая и главный редактор независимого журнала «The New Times», освещающего темы, которых Кремль предпочел бы не касаться. Острые дискуссии — это ее метод, в них она видит возможность что-либо изменить.— В этой борьбе есть определенное очарование, — говорит она. — В ней есть что-то сексуальное, сродни оргазму. Когда ты идешь по Москве в многотысячной толпе демонстрантов, возникает непередаваемое ощущение. Я верю в то, что мы можем сделать этот мир лучше.Евгения АльбацЕе офис в центре Москвы — это и есть ее жизнь. На стене висит диплом доктора философии от Гарвардского университета, ради которого она в поте лица трудилась девять лет, одновременно работая журналистом в Москве. Рядом — фотографии близких людей.На полке за ее письменным столом стоит высеченная из дерева фигурка играющего на виолончели хасида, религиозного еврея с бородой, в черной шляпе и пальто. В ответ на мой вопрос Альбац рассказывает о двух юных сестрах-двойняшках, которые, держась за руки, возвращаются домой, в свою московскую квартиру. Они были на пионерском собрании, и гордо шагают в своих красных галстуках. Внезапно их окружает толпа детей.— Вы не заслуживаете того, чтобы носить красные галстуки, — кричат дети, срывая с сестер галстуки. — Вы евреи! Жиды!Альбац замолкает. «Так я узнала, что я еврейка», — наконец произносит она.Тогда она решила стать настоящей пионеркой, любознательной и готовой следовать зову совести, презрев любые опасности. Нетрудно представить себе, как еще подростком она вырезает нишу в паркетном полу в своей комнате, чтобы прятать там от отца запрещенные книги, в том числе Александра Солженицына. А вот Альбац — уже молодая журналистка, расследующая постыдную роль, которую КГБ сыграло в смерти прославленного генетика.— В СССР за роман Солженицына можно было угодить в лагерь. Но тогда по крайней мере существовали четкие правила, которым необходимо было следовать, — говорит она. — А сегодня всем заправляет мафия, живущая по понятиям. В наше время в тюрьме можно оказаться за то, что у тебя успешный бизнес. За это могут и убить.Альбац пришла в еженедельный журнал «The New Times» восемь лет назад, вскоре после убийства ее близкой подруги, Анны Политковской, журналистки, писавшей о нарушениях прав человека во время чеченской войны. Возглавив журнал в 2009 году, она превратила его в рупор российской оппозиции. На его страницах публикуются репортажи, посвященные самым острым темам дня: в свое время журнал писал об убийстве бывшего агента КГБ Александра Литвиненко, отравленного в Лондоне в 2006 году, о создании Кремлем боевых молодежных организаций, о фальсификации результатов выборов. После того как издатель отказался выполнить требование Кремля и уволить Альбац, журнал не имеет платной рекламы.Альбац поплатилась за свою откровенность и принципиальность. Около двух лет назад под ее автомобилем было обнаружено взрывное устройство. В 2012 году ее отстранили от преподавания в Высшей школе экономики, после того как руководителю школы позвонили из Кремля.За долгие годы она привыкла к бесчисленным анонимным издевкам и угрозам, поступающим в ее адрес. «Это меня не остановит».Видит ли она конец этой борьбе?— Определенно, — отвечает она. — Рано или поздно Россия станет демократической страной. Возможно, я этого не застану, но только за последний год появилось множество гражданских групп, а главное — у нас очень активная молодежь, те, кому сейчас 20 с небольшим. Это дает мне надежду.Татьяна Лазарева«Что вам сделал Владимир Путин?» Увидев такой вопрос в своем блоге, Татьяна Лазарева рассердилась. Дело не в том, что сделали лично ей, а в том, что сделали со страной, которую она любит. Когда повсюду царит нищета, коррупция, преступность и нетерпимость, она не может оставаться равнодушной, и другим не следовало бы.Вот почему в октябре 2012 года Лазарева успешно баллотировалась в Координационный совет российской оппозиции. Вот почему последние десять лет она принимает активное участие в деятельности благотворительного фонда «Созидание», предоставляющего финансовую поддержку больницам, детским домам, школам, библиотекам и малоимущим семьям по всей России. Сама мать троих детей, она горячо выступает в поддержку матерей-одиночек, используя свои обширные связи во влиятельных кругах для сбора средств. Она борется против того, что она называет «геноцидом» слабых и беспомощных.Но такой она была не всегда.Лазареву можно назвать активистом поневоле. Ее безоблачное детство прошло в академгородке под Новосибирском. Маленькая Таня обожала разыгрывать всевозможные представления, и родители, оба педагоги, поощряли увлечение младшей дочери.В Сибири Лазаревой жилось хорошо и комфортно. Ее не затронула ни перестройка, ни крах СССР. В августе 1991 года, когда москвичи воздвигли баррикады вокруг Белого дома, она сидела дома и смотрела телевизор. Ощущение было такое, будто это происходит на другой планете.В 1994 году вместе со своими коллегами по КВН Лазарева получила приглашение работать на телевидении в юмористической передаче «Раз в неделю». Приняв предложение, Татьяна перехала в Москву. В 1998 году она вышла замуж за телеведущего Михаила Шаца. Они составили блестящую пару — у них были связи, деньги, они могли позволить себе делать все, что угодно.Прозрение наступило, когда Лазарева стала заниматься благотворительностью. Именно тогда она лицом к лицу столкнулась с обездоленными.— Мне на ум пришло слово «геноцид», — рассказывает она. — Иначе нельзя назвать то, как государство относится к слабым.За свои высказывания нужно платить — в этом Лазарева убедилась на собственном печальном опыте. В январе 2013 года телеканал СТС не возобновил контракт ни с ней, ни с ее мужем Михаилом Шацем, который тоже является одним из попечителей фонда «Созидание» и членом Координационного совета. В итоге супруги остались без работы. Но Лазареву это не остановило, а лишь придало решимости.— Мы живем во времена, когда каждому приходится делать выбор, — говорит она. — Нужно включить мозги и действовать.Ольга РомановаКогда-то известная журналистка Ольга Романова утопала в мехах и бриллиантах, разъезжала на мерседесе SL-класса, общалась с олигархами и отдыхала на роскошных курортах.Но вот прошло пять лет, наступил 2013 год. Романова ездит на отечественном внедорожнике, который лучше справляется с разбитыми провинциальными дорогами. Ее время теперь заполнено совсем другими делами: она посещает зоны, судебные слушания, организует протесты. Иногда, одетая в красное платье, она стоит в зале суда, гордо расправив плечи, молча требуя, чтобы ее заметили судьи и обвинители.Иногда к Романовой присоединяются и другие женщины, тоже одетые в красное. Все они — члены общественного движения «Русь сидящая», которое Романова основала после того, как в июле 2008 года по обвинению в мошенничестве был арестован ее муж, предприниматель Алексей Козлов. Эти женщины носят красное, что само по себе символично: красный — традиционный цвет русского свадебного наряда, название площади в Москве и слово, означающее «красивый» в старославянском языке.— В России сидит каждый четвертый бизнесмен, и каждое дело разыгрывается по одному и тому же сценарию, — говорит она. — Сначала сфабрикованные улики, потом конфискация собственности и показательный процесс, исход которого, скорее всего, определен за несколько месяцев до того.Романова знает, что говорит. В курс дела ее ввел один высокопоставленный чиновник, на прием к которому она попала вскоре после ареста мужа. Он сообщил ей, что Козлова посадят на восемь лет, но ей повезло: по крайней мере не будет конфисковано имущество. Она не верила своим ушам. Получается, исход дела был предрешен еще до того, как закончилось следствие?Через три месяца — и за три месяца до начала суда над Козловым — она получила копию приговора. И тут она все поняла. И жизнь ее совершила крутой вираж.«Русь сидящая» возникла стихийно, из встреч и разговоров в кафе, и очень скоро превратилась в масштабное оппозиционное движение с Романовой во главе. Она принимала активное участие в организации массовых протестов против нечестных выборов в декабре 2011 и феврале 2012 года, ее назначили ответственной за сбор средств оргкомитета акции «За честные выборы».В жизни Ольги есть взлеты и падения. Так, в сентябре 2011 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ отменила приговор ее мужу и освободила его из-под стражи, но спустя всего месяц после этого ему снова было предъявлено обвинение, и он снова оказался за решеткой.Иногда Ольге становится страшно, например когда она слышит об избиениях во время допросов в полиции. «Не далее как вчера мне стали известны подробности допроса адвоката по одному политическому делу, — сообщает она. — Если дальше так пойдет, мы вернемся в советские времена, когда адвокатов сажали в тюрьму. Сегодня адвокат — очень опасная профессия».В июне 2013 года ее мужа выпустили из тюрьмы, но Романова не намерена складывать оружие. Когда-нибудь, говорит она с озорной улыбкой, все изменится.— В конце концов мы все моложе Путина!Любовь СобольЕй всего 26, а она ежедневно проводит по 10–12 часов в своем офисе в центре Москвы, постигая азы политики, бюрократии и коррупции. Будучи юристом из команды Алексея Навального, она занимается тем, что распутывает витиевато сформулированные государственные контракты и отчеты о расходовании бюджетных средств в попытке добиться прозрачности и честности.Последние два года Соболь работает над несколькими проектами Навального, в том числе над проектом РосПил. На сайте проекта, на котором публикуется информация о государственных тендерах и контрактах, объясняется, зачем он нужен: «Затем, что пенсионеры, врачи, учителя находятся на грани выживания, в то время как жулики у власти покупают очередную виллу, яхту или еще черт знает что».Соболь выросла в семье, далекой от политики. Ее собственная политическая активность обусловлена ее профессией — юриспруденцией. Во время учебы в МГУ она стала свидетелем того, как фальсифицируются результаты выборов. После окончания университета она год проработала секретарем в Московском окружном суде — и была потрясена тем, что там происходит.Больше всего ее возмущало отношение к бывшим военнослужащим — люди, все отдавшие своей стране, после демобилизации вынуждены были бороться за то, что принадлежит им по праву. Они обивали пороги суда, пытаясь получить бесплатное жилье, которое полагается им по закону после перевода в запас. И каждый раз суд отклонял их ходатайства.— Я поняла, что система насквозь коррумпирована и, чтобы в ней работать, мне тоже придется стать коррумпированной, — объясняет Соболь.Поэтому она примкнула к Алексею Навальному, известному юристу и политику. Несмотря на то что работа отнимает у нее массу времени, Любовь не представляет, что могла бы заниматься чем-то другим. Она понимает, что власти пойдут на все, лишь бы заставить Навального замолчать. Имея опыт работы в судебной системе, она знает, что поставлено на карту и чем она рискует, участвуя в кампании против Путина и «Единой России». Но она не боится.И таких молодых людей, как она, много — они знают, что правда на их стороне, и это придает им сил. Соболь ежедневно убеждается в этом, работая с финансовыми экспертами, которые не берут денег за свои услуги, и просто общаясь с людьми, которые высказывают свои мнения, вносят предложения и делают материальные пожертвования.Она верит, что вместе они, шаг за шагом, смогут побороть государственный произвол и коррупцию. Может быть, в следующий раз, когда государство выставит на тендер очередной контракт, оно дважды подумает, прежде чем затевать нечестную игру. Может быть, чиновник задумается, прежде чем списать автомобиль стоимостью шесть миллионов рублей на государственные расходы. И может быть, какое-нибудь министерство решит не покупать офисную мебель, инкрустированную драгоценными камнями.— Наш труд не напрасен.http://www.rd.ru/zhenskoe-litso-oppozitsii