Меня те немцы за человека не считали. И хотели уничтожить, включая грудных младенцев, несовершеннолетних, беременных и инвалидов - моих собратьев по крови. Стереть с лица земли. И им это почти удалось. Всего каких-то семьдесят лет назад. Они стали жертвами того Молоха, для которого бросали в огонь живых людей, травили газом, хоронили живьем. И я как человек сожалею о той цене, которую им пришлось заплатить. Страшной и трагичной цене. Но, увы, неизбежной.