Мы не рабы. Рабы - немыКак поразительно меняются некоторые люди, когда меняются их социальные роли. Был себе такой Сирожа Чумак, мелкий националистик и третьесортный адвокат, который последние несколько лет жил на то, что окучивал бабушек-пенсионерок судиться за какие-то там льготы и жил на проценты с этого. Говорил тихим и скучным голосом с просительными интонациями. Но тут по превратности судьбы он случайно становится главой винницкого Правого сектора (у нас, в Виннице, националистов мало, поэтому на безрыбье и Чумак – боевик). И он одевает камуфляж, делает горделивую фотку в фейсбучке и, опираясь на местных боевиков, уже бросает с угрожающими интонациями «Ты смотри, с кем и как ты говоришь». Но все же прекрасно знают, что без боевиков Сирожа – ноль и тряпка, но роль такая. Так и затурканные рагули, которые клали плитку и говорили «то е так, пане», внезапно осознали себя укро-ариями, высшей расой, которая должна повелевать другими народами. Толик Шарий (журналист – ред.) даже записал для них видеообращение, где говорит «Попуститесь, ребята, вас до 1939 года не было, вы не украинцы, а помощники польских батраков (даже не батраки) с непонятным мешаным происхождением». Мне как бы на происхождение плевать, но и смотреть на гордо задранные носы внезапных сверхчеловеков как-то смешно и дико. Особенно смешно наблюдать, как у них презрение ко всему восточному (колорады, ватники) сочетается с раболепством и лизоблюдством перед всем западным. Обзывая всех несогласных «рабами Путина», они при этом сами радостно являются рабами условного Обамы (американцев в целом). Как говорит мой одесский друг, «раб не мечтает о свободе, он мечтает о своих рабах». Вернее, наблюдать за ними было смешно, пока они не начали убивать всех, кто не согласен с их мнимым превосходством. Не получается быть хозяевами, то будут хоть надсмотрщиками, вертухаями, полицаями и карателями у хозяев. Всё равно возможность хоть кого-то «нагибать» греет душу любого настоящего садомазохиста. Эрих Фромм в работах о происхождении фашизма расписал это очень подробно. А тут проклятые «ватники» и «колорады» не согласны с тем, чтобы их нагибали! Они же живут дальше от Благословенного Запада, поэтому по определению хуже и ниже рангом. Бунт! Вся душа майданутого либеро-националиста кричит и поёт «Я сверхчеловек! Я европеец! Я повелитель! Я креакл!», а тут какие-то шахтёры и металлурги, «ватники» и «колорады» говорят: «Обломайся, чувак, попустись, уважение нужно заслужить, благосостояние нужно заработать». Поломали такую мечту! Вы думаете, хоть кого-то из них волнует «Единая Украина»? Да плевать им на неё, им нужен сам процесс хоть какого-то, хоть минутного, хоть мнимого доминирования. Чисто рабская психология. И, в полном соответствии с рабской психологией, они обрушивают свой гнев не на западных хозяев (как сделали бы свободные люди), а на восставших и потребовавших прав и свобод людей. Они не хотят равенства и свободы, не хотят горизонтальных связей и гражданского общества (о котором годами нудили), они хотят в пирамиде нагибания просто сидеть на одну жёрдочку выше. Вот и вся суровая правда жизни. Рабы всегда предельно жестоки. Что? Не признают их превосходства и избранности? Раздавить их танками! И рабы радостно приветствуют, когда хозяева отправляют часть их на убой в угоду хозяевам более высокого ранга, сидящим на самой вершине жёрдочной пирамиды. Но из рабов плохие воины. Никудышные. И шестикратно численно превосходящая карательная экспедиция на Восток, невзирая на явное превосходство в вооружении и технике, обламывается раз за разом, теряя людей и дорогостоящую технику. Как говорил бородатый ополченец о них несколько дней назад «Выучка слабая, дух нулевой». Тогда рабы набираются ещё больше злости и решают отыграться на тех, кто ещё слабее, кого ещё меньше по численности и у кого ещё меньше возможностей отбиться – на одесситах. Они стягивают в Одессу со всей страны свою «элиту» – самых злобных и бесчеловечных орков, которые и в мирное время чужды гуманизма – футбольных ультрас. Которым к тому же повелитель Коломойский обещал жирную кость с барского стола. И они устраивают провокацию, в ходе которой около пяти тысяч ультрас атакуют одесский лагерь на Куликовом поле, состоящий из 250-300 человек. И для гарантии победы они вооружены автоматическим оружием. Автоматы против палок и камней, двадцатикратный численный перевес, прикрытие со стороны милицейского начальства – тут даже трусливые рыжие собаки из «Маугли» победят волков. И полицаево племя устраивает жестокую бойню – нужно же как-то компенсировать всепоглощающее чувство собственной неполноценности, которое подспудно грызёт изнутри. Бойню, по цинизму и жестокости сравнимую только с подавлением восстания в Варшавском гетто или зверствами нацистов в Майданеке или Аушвице. Бойню, от которой вся нормальная Украина (и далеко за её пределами) содрогнулась от ужаса и отвращения. И там полицаево племя уже оттянулось по полной. На несколько минут омега-холуи почувствовали себя альфа-самцами. Потом, правда, это ощущение проходит, и они снова чувствуют себя чмошниками, которыми являются на самом деле. И чтобы вновь пережить это ощущение, они ищут, кого ещё можно избить, пытать, издеваться и убивать. В день, когда в Одессе живьём сгорали люди, все рабы ликовали, испытывая коллективный экстаз торжества. Они чувствовали себя уберменшами (сверхчеловеками – ред.) и победителями.  А на следующий день им стало страшно. До жути страшно. Потому что вместо покорности, которой они ожидали (судя по себе), пошла волна возмущения и гнева. Их начали вычислять, просчитывать, они из охотника почувствовали себя жертвами. Особенно чётко это было видно, когда толпа «воинственных и страшных» наци пришла к новому начальнику милиции Одессы и визгливо и истерично требовала, чтобы их защитили от народного гнева (слова были чуть другие, но смысл был именно таков). Им теперь всё время будет страшно. Страшно, что Юго-восток добьётся свободы, и им придётся прозябать в родных аграрных и депрессивных регионах (сказочки про депрессивность промышленного Донбасса оставьте для майданутых, на Юго-востоке никто на это не ведётся). Страшно, что одесситы и жители других городов, возмущённых их зверствами, восстанут и принесут им справедливое возмездие (ибо бессознательно они чувствуют, что совершили ужасную мерзость, но гонят от себя такие мысли). Страшно, что если всё вскроется, то их не возьмут в вожделенную Европу и не дадут кредитов, на которые можно не работать ещё пару лет. Но больше всего страшно, что придут большие взрослые дяди, страшный тиран из «соседней страны» и его вежливые человечки и накажут за содеянное. И если ещё месяц назад это было бы лёгкое «атата», то теперь они нагадили хуже некуда, и тут уже наказание будет «по всей строгости». Отсюда вся эта демонстративная ненависть к Путину и истерические визги в адрес его лично, и россиян в целом. И с каждым днём, с каждым убитым на Юго-востоке ополченцем или мирным жителем, кара становится всё явственнее и всё страшней. А Путин молчит, и от этого становится только страшнее (уже и их западные хозяева покрылись холодным потом и начинают пожёвывать галстуки).В истерике все – хунтоботы, сама хунта и хунтоводы. Новости о том, что в Славянск, якобы, прибыло крымское ополчение и вскрыты склады в Соледаре, заставили Выпивайченко и Вавакова бросить в бой все резервы, теряя вертушки, бронетехнику и лучших бойцов, а также стягивать в этот район всю полуразваливающуюся рухлядь, которая ещё может летать и ездить (или её можно доставить в район боевых действий на поездах). При этом где-то остатками межушных ганглий хунта понимает, что до сих пор она сражалась всеми своими силами только с небольшим передовым отрядом, а основные силы Донецкой и Луганской республик в это время только формировались и вооружались, а в бой даже и не думали вступать. Вдумайтесь на минуточку: до сего момента противостояла хунте только мизерная группировка в 2,5 тысяч ополченцев. А мобилизационный потенциал Донбасса, в случае всеобщей мобилизации, составит, на минуточку, от 300 тысяч человек (малолеток в бой посылать никто не будет, им ещё жить да жить). То есть в 120 раз больше того, с чем хунта столкнулась до сих пор. Нацики, вы должны одесситов беречь как зеницу ока! Иначе, если ещё хоть кого-то обидят, то будет третья степень злости разбуженного медведя (пока только вторая). Я понятно объясняю? Хунте предстоит столкнуться с тем, с чем столкнулись в своё время шведы, потом французы, потом немцы – русские не кончаются! Хунтёнышам, хунте и их хозяевам нужно посмотреть в интернете такую штуку, как «перманентная мобилизация», а потом бежать менять памперсы. Они хотят войны? Они ещё не поняли? Нужно было учить русские пословицы и поговорки – русские долго запрягают, но быстро ездят. И мы ещё толком даже не начинали воевать! А там ещё столько дел – отлавливать бандерлогов для зоопарков, провести показательные суды над американскими марионетками в Киеве, выпить и помолчать за упокой в Одессе, между делом навестить Сирожу Чумака и прочих «великих и ужасных воинов» и спросить «как сам?». И не забыть ещё братьям-русинам помочь, их там на днях тоже попытались обидеть…Александр Роджерс, специально для Полемикиhttp://polemika.com.ua/article-144960.html#title