Почему китайские фантазии Путина являются тщетнымиМаксим Михайленко, Китай РоссияВ связи с репутационной катастрофой в странах первого мира и приближающимся экономическим крахом (во втором квартале Минэкономразвития РФ признало состояние рецессии, правда, назвав ее «технической» ) даже то сомнительное — в силу официального признания фальсификации думских выборов — руководство, которое у Российской Федерации пока есть, повторяет мантры о переориентации на Китай.Однако, даже тем, кто иронизирует над осуществлением загнанным в угол Путиным антиутопии Владимиром Сорокина «День опричника» — ясно, что эти нелепые фантазии кремлян не имеют под собой никакого серьезного основания.Во-первых, посмотрим на структуру товарооборота.  Причем — собственно, российские данные.Берем первые 10 позиций по экспорту в миллиардах долларов США и изменения в процентах к предыдущему году :США                              368,42          +4,7%Япония                        150,28          -0,9%Республика Корея       91,18         +4,0%Германия                       67,35         -2,8%Голландия                     60,32         +2,4%Великобритания          50.95         +10,0%Россия:                           49,59          +12,6%А по импорту в Китай Россия не вошла даже в десятку — не о чем говорить. Не существует даже намека о какой-либо зависимости КНР от России в экономической плоскости.В то же время, усиливается темп модернизации Китая, сопряженный, разумеется, со все большей интеграцией Поднебесной в западный мир.Так, экспорт из  Китая в минувшем году сократился на 0,2% до 860,82 млрд. долл. Импорт вырос на 3,3% и составил 496,99 млрд. долл. В рамках этой торговой формы сложилось положительное сальдо в сумме 363,83 млрд. долл.Процесс выравнивания сальдо займет десятилетия, и, тем не менее, Пекин рассчитывает построить современное западное общество (со своей спецификой, как и везде в ЮВА) с опорой на спрос со стороны среднего класса. Пока процесс идет туго, но китайцы — народ целеустремленный.Недавняя лекция известного американского экономиста Леонида Вальдмана, посвященная, впрочем, состоянию экономики США в прошлом году, концептуально расставляет все точки над i в вопросе куда и как движется развитие КНР.По оценке Вальдмана, отправленные в Китай и полученные обратно доллары позволяют рефинансировать американский государственный долг. Покупки правительственых облигаций Федеральным Резервом делают не столь уж важным вопрос, что там покупает Китай и все остальные. По мнению экономиста, по сию пору вся мировая валютная система построена вокруг доллара США. А вот попытки сделать юань альтернативной доллару резервной валютой пока что являются бесплодными. Ведь недостаточно сделать юань распространенной валютой. Для того, чтобы юань выполнял роль резервной валюты, говорит Вальдман — нужно иметь глубокие финансовые рынки, в которых можно оперировать с этой валютой, нужно иметь очень разные рыночные инструменты, нужно иметь развитое коммерческое право и совершенно независимый суд, чтобы инвесторы чувствовали себя безопасно, делая сбережения в юанях или оперируя через юань по всему миру, и так далее.Всего этого пока нет в наличии. Однако, это даже не самое главное.Вальдман убедительно демонстрирует, что «когда Китай столкнулся с этим американским кризисом, то с точки зрения динамики рабочих мест испытал куда более сильное потрясение, чем американцы: Китай в течение одного квартала потерял 20 миллионов рабочих мест, и китайское правительство должно было выступать с программой совершенно экстренной помощи по созданию новых рабочих мест. В масштабах экономики она была даже гораздо больше американской программы стимулирования. В частности, они стали строить еще больше новых предприятий. Действующие сидят без заказов, а они строят новые в тех же отраслях. Почему? Потому что пока вы строите, вы нанимаете рабочих для строительства. А еще вам цементпоставляют, железобетон, электроэнергию и так далее, что также способствует созданию рабочих мест в сопряженных отраслях. Вам ведь сегодня нужны рабочие места? У вас 20 миллионов человек на улице. Вот и создали огромное количество дополнительных избыточных мощностей.Где-то месяц назад я читал заявление китайского правительства, что они сейчас разработали программу демонтажа избыточных мощностей. Я подумал, какая классная вещь! Можно удваивать валовой национальный продукт, ничего не создавая: один будет выкапывать ямку, другой -закапывать, обоим засчитаем производительный труд, заплатим деньги. Ямки вроде как и нет, а валовой национальный продукт просто вдвое растет!»Таким образом, Пекин не собирается повышать свои риски ради спасения Москвы. Бледное лицо Лаврова после переговоров в Пекине и Женеве только подтверждает эти выкладки — китайцы прекрасно знают, что многие годы кремлевская хунта разворовывает средства, инвестируемые в строительство газопровода в Китай. В этом смысле Пекину проще иметь дело со странами Центральной Азии. Об этом свидетельствует и торговая статистика.К примеру, товарооборот Китая с Казахстаном, Узбекистаном, Таджикистаном и Кыргызстаном в 2013 г. составил $40,2 млрд., что на 13% больше, чем за предыдущий год. В том числе объем торговли Китая с Казахстаном составил $28,6 млрд. (+11,3%), с Узбекистаном — $4 млрд. (+58,3%). Председатель Министерства коммерции КНР Яо Цзянь сообщил, что при сохранении такой тенденции роста торговый оборот Китая с Казахстаном в 2015 г. достигнет $40 млрд., а с Узбекистаном — $5 млрд. к 2017 г.По словам Яо Цзянь, власти Китая готовы принять все необходимые меры, способствующие упрощению торговли и инвестиций, а также распространению электронной торговли. Китай рассчитывает на увеличение экспорта высоких технологий и развитие торговли сырой нефтью иприродным газом со странами Центральной Азии, при этом увеличивая импорт из этих стран сельхозпродукции.Иными словами, Китаю выгодно продолжать напористое выталкивание девиантную Россию из Центральной Азии. А цену на газ Китай теперь может диктовать любую, учитывая принятые стратегические решения о постепенном закрытии для криминальных российских контор ликвидных рынков Западной Европы и полную потерю Украины. Тем более, что Россия начала путь к дефолту, который последует не позже 2018 года.Так, по данным Центробанка, внешний долг России по итогам прошлого года составил $732,046 млрд, что на 15% больше показателя 2012 года. Как отмечает регулятор, в минувшем году нефинансовый сектор нарастил задолженность на $73,02 млрд до $437,822 млрд, а банки, в свою очередь – до $219,94 млрд.Есть и историко-политические, а также иные причины фиаско режима Путина на пекинском направлении.Любопытно, что даже официозные российские публицисты признают возрастающую напряженность в отношениях Пекина и Москвы, связанную с тем, что Москва не только пытается втравить Пекин в свои преступные авантюры, но и немало осталось должна Пекину за многие периоды отношений. И пришло время обо всем все этом вспомнить. Вот что пишет синолог Андрей Виноградов в своем блоге на «Однако», принадлежащему нынешнему де-факто пресс-секретарю подпавшего под санкции Сечина Леонтьеву:«Царская Россия рассматривается в ряду империалистических стран, способствовавших колониальному закабалению и ограблению Китая в XIX веке. Все договоры с нашей страной, кроме Нерчинского 1689 года (который стал следствием поражения русских войск в военном столкновении) и последнего, действующего в настоящее время, в Поднебесной называют «неравноправными». Включая и договор от 14 февраля 1950-го года «О дружбе, союзе и взаимопомощи» между СССР и КНР, который позволил Китаю получить от Советского Союза огромную экономическую и политическую помощь в 50-е годы. То есть в те годы, которые у нас называются годами братской дружбы двух народов и двух стран, а в китайской историографии — годами «сотрудничества и борьбы», когда Китай, говоря словами Мао Цзэдуна, был вынужден «склониться в одну сторону». Русские войска участвовали в подавлении боксёрского восстания и захвате Пекина, причём сыграли одну из основных ролей в боевых действиях. В результате Россия претендовала на свою часть огромной контрибуции, наложенной «державами» на Цинский Китай. СССР оказал республиканскому Китаю огромную помощь в создании и гоминьдановской армии, и самой партии Гоминьдан, одновременно поддерживая КПК (и руководя процессом её создания). В связи с чем у китайских историков к нам также имеются вполне конкретные претензии. Но если мы ведём речь о конфликтах, то для китайцев важен другой факт — в 1929-м году советские войска под командованием Блюхера для нормализации обстановки на КВЖД, по-прежнему являвшейся российской собственностью, вошли на территорию Китая, разгромили армию Чжан Сюэляна и восстановили советский суверенитет над железной дорогой. И в Китае этот конфликт сегодня, в отличие от нас, считают полноценной войной, причём войной, также носившей колониальный характер. Про остров Даманский даже не буду писать — о данном историческом эпизоде написано много. Добавлю только, что это был не единственный пограничный инцидент в 60-е годы — их было несколько, как на Дальнем Востоке, так и на границе Китая с Казахстаном. Причём в районе Жаланашколь в инциденте участвовали не только танки, но и самолёты. В 70-е годы Китай считал СССР своим главным врагом на международной арене и пытался инициировать создание «единого международного фронта борьбы с советским гегемонизмом». И при этом активно боролся сам. Вторжение китайских войск во Вьетнам в начале 1979 года, которое поставило наши страны на грань ядерной войны, — тому пример (надо сказать, что именно это позволило Китаю получить западную помощь и начать модернизацию). А вот наиболее беспроблемным периодом в наших отношениях китайские историки называют 90-е годы, когда китайскому бизнесу удалось принять самое активное участие в разворовывании советского наследства. И когда вынужденные (и не слишком, мягко говоря, продуманные) меры по разрешению так называемой «челночной торговли» способствовали вывозу из России огромного количества валюты и появлению на территории РФ таких анклавов как Черкизон. Кстати, решение о ликвидации Черкизовского рынка вызвало крайне негативную реакцию в Китае, в том числе и на официальном уровне.»Отсюда и следует, что Китаю совершенно не выгодно какое-либо усиление России или создание прецедентов нарушения территориальной целостности стран мира — потому что есть уйгуры и есть Тибет, с трудом адаптирующийся Гонконг, планы в отношении Тайваня и Макао. И — многомиллиардные контракты с Украиной, в том числе и в Крыму. А Китай не привык зарывать в землю деньги, вложенные за рубежом.Что касается кремлевских фантазий в отношении Китая, то после «Дня опричника» Владимира Сорокина неизбежно наступает «День отличника» Максима Кононенко — написанный «в пику», и как провластная сатира. Но теперь нельзя исключать, что в будущем правящая элита России будет общаться на искусственном грузинско-украинском языке, носить на шее Human Rights Watch и инвестировать в производство батареек.