От Ростислава Ищенко...gwinplane, Toranagagwinplane July 3rd, 19:39чт., 03 июля 2014Ростислав ИщенкоФото: Ростислав ИщенкоГражданская война на Украине продолжается, и прекратится она не скоро. Судя по количеству желающих усмирить Донбасс силой, по их угрозам в адрес Порошенко только за то, что в рамках внешнеполитического маневра он объявил фиктивное перемирие, реально рассчитывать на прекращение боевых действий можно не раньше осени 2014 года и вряд ли позже января 2015-го.Просто пока еще тепло и киевские войска страдают только от плохой нерегулярной кормежки и неадекватного руководства, они готовы воевать дальше. Телепропаганда обеспечивает восполнение потерь (которые по самым оптимистичным оценкам ополчения не превышают трех тысяч человек) новым зомбированным пушечным мясом, искренне считающим, что оно (мясо) отправляется на фронт защищать Украину от коварного Путина и громить Россию вплоть до Чукотки и Камчатки.С наступлением холодов боевой дух падает. Это испытала на себе в 1941 году даже самая дисциплинированная и профессиональная (на тот момент) армия Третьего рейха. Чтобы остановить ее развал, Гитлер вынужден был отдать свой приказ «Ни шагу назад» на восемь месяцев раньше Сталина.Катастрофу украинской армии таким приказом предотвратить не удастся. Хотя бы потому, что к осени подконтрольные Киеву регионы, ныне являющиеся более-менее надежным тылом карательных войск, в полной мере познают «преимущества» пустых полок в магазинах. Хлеб, соль, спички, уже пропадают из продажи в Умани, Харькове, Сумской области, сокращается ассортимент товаров (хоть пока и не критически) в магазинах Киева. К тому же времени население будет уже несколько месяцев платить за коммунальные услуги по европейским тарифам, впридачу к сократившимся в полтора-два раза зарплатам, росту безработицы, падению покупательной способности гривны и отсутствию дополнительных источников дохода. Ну и количество гробов, пришедших с фронта, увеличится. Да и потеря «доблестной» карательной армией новых территорий весьма вероятна.От молниеносного разгрома в течение месяца-двух Киев может спасти только ограниченность военных ресурсов ополчения. В гражданской войне на Украине противостоят друг другу армии численностью в 15-30 тысяч человек и их увеличение выше 40-50 тысяч представляется невозможным из-за ограниченности внутренних ресурсов (более крупные вооруженные силы просто нечем будет кормить и станет невозможно обеспечивать оружием, боеприпасами и пополнением). То есть, как наступление Юго-Востока, так и развал карательной группировки, скорее, будут относительно медленными.Это значит, что постоянно будет сохраняться возможность международного посредничества с целью достижения компромиссного мира. Причем, по мере ослабления карателей и усиления антифашистских сил это посредничество будет все более востребованно Киевом. То есть, велик риск, что ни одна сторона гражданского конфликта на Украине не сможет достичь полной победы.Мы, однако, уже писали о том, что столкновение на Украине есть гражданская война лишь по форме. На деле это – как вьетнамская или афганская, иракская или сирийская войны – столкновение геополитических игроков. В данном случае – России и США. Значит, и условия мира на Украине, – а любая война рано или поздно заканчивается миром, – мы должны рассматривать не с точки зрения победы/поражения Киева или Союза народных республик, а с точки зрения соответствия долгосрочным интересам России и США.Отметим, что война – игра с ненулевой суммой. В ней может оказаться один победитель и один проигравший, могут победить обе стороны и могут обе проиграть, вне зависимости от конкретного исхода боевых действий. Когда мы утверждали ранее, что США уже проиграли на Украине, мы исходили из аксиомы великого Сунь Цзы, учившего: «Самая лучшая война - разбить замыслы противника; на следующем месте - разбить его союзы; на следующем месте - разбить его войска. Самое худшее - осаждать крепости». Путин не стал на Украине «осаждать крепости», он предоставил возможность громить карательные войска силам ополченцев, союзы США постепенно разваливаются, хоть и не без помощи, но без видимого участия России. Зато замыслы Вашингтона на Украине были уничтожены практически моментально:1.Российский флот не удалось вытеснить из Крыма.2.Украину не удалось превратить в антироссийский таран.3.Россию не удалось заставить платить за украинскую стабильность, возложив таким образом на нее содержание на своих границах американского вассала-банкрота.4.Россию не удалось заставить послать войска на материковую Украину, вступив таким образом в конфронтацию с ЕС, что давало бы  США возможность сохранить наиболее важный из своих союзов и разрушить как существующие, так и только намечающиеся союзы России в Европе.С этой точки зрения США действительно уже проиграли. Однако война продолжается, и подпитывают ее именно США, толкающие Киев на все новые провокации и зверства. Почему?Как мы уже отметили, война – игра с ненулевой суммой. Проигрыш одного – не обязательно выигрыш другого. США, проиграв сами, пытаются не дать выиграть России. Выиграть не в вопросе свержения киевской хунты. Это проблема времени, а не принципа. США пытаются не дать России выиграть послевоенный мир.Здесь мы переходим от определения Сунь Цзы к определению Лиддел Гарта, который в своем учении о Стратегии непрямых действий утверждал: «Цель войны - добиться лучшего состояния мира, хотя бы только с вашей точки зрения». Вот этого лучшего состояния мира с российской точки зрения и не хотят допустить США. Поэтому сегодня центр конфликта постепенно переносится с линии огня на паркет залов международных конференций. Военные действия еще долго будут на первом плане. Еще несколько долгих месяцев люди будут оплакивать погибших и с напряжением следить за передвижением линии фронта, но результат войны уже предрешен, а борьба идет за результат мира. Она уже началась. Как в свое время борьба за формат мира после Второй мировой войны велась в Тегеране, Ялте и Потсдаме. Когда проходили первые две конференции, еще не была разгромлена Германия, а третья состоялась до военного поражения Японии.С какими же проблемами столкнется (уже сталкивается) Россия в ходе переговоров о послевоенном устройстве Украины?Первая и главная проблема. Украинского государства уже нет, но признать его ликвидацию сразу крайне трудно с международно-правовой точки зрения. Впервые исчезает государство-основатель ООН. Исчезает оно в ходе гражданской войны, когда противостоящие стороны имеют лишь условную легитимность и ни одна из них не признается полностью легитимной всем международным сообществом. Сохранение этого государства желательно с точки зрения международно-правовой, но невозможно с точки зрения финансово-экономической. Ни у кого из глобальных игроков, как и у всех их вместе взятых, нет ни ресурсов, ни желания годами (если не десятилетиями) содержать Украину, прежде, чем ее удастся хоть как-то стабилизировать политически и перевести на финансово-экономическую самоокупаемость.Совместными усилиями России, США и ЕС, с подключением международных организаций проблемы можно было бы как-то решить, но, как было указано выше, США пока не готовы к конструктивному диалогу, и внутренняя ситуация в Америке, а также ее глобальные экономические интересы, практически не оставляют надежды, что Вашингтон перейдет на украинском направлении от конфронтации к конструктиву. То есть, можно предположить, что все будут не против сохранить (хотя бы на время) формальное единство украинского государства, но при этом каждый глобальный игрок будет готов содержать, стабилизировать и поддерживать только своих клиентов (по примеру двух Корей, двух Вьетнамов, двух Германий).Вторая проблема вытекает из первой и заключается в том, что так называемые проевропейские (на деле проамериканские) политики на Украине все, как один замарали себя сотрудничеством с украинскими нацистами. Они все поголовно принимают участие в строительстве (пусть и неудачном) тоталитарного нацистского государства. Они все замараны в крови мирного населения Донбасса. Они все несут ответственность за неконституционное использование армии против мирного населения, без введения чрезвычайного или военного положения. И, что самое страшное, они успели испачкать в крови огромное количество обычных граждан – кого-то (участников карательных рейдов) в прямом смысле, кого-то (группы медиа-поддержки и оболваненное население) опосредованно. Кроме того, в неонацистский заповедник превращена Западная Украина.Между тем согласиться с сохранением на территории хотя бы части Украины неонацисткого русофобского режима, мечтающего о реванше, Россия не может. Да и Европе это не выгодно. Именно ее неонацисты уже обвиняют, а чем дальше, тем больше будут обвинять, в отсутствии полноценной поддержки своих «евроустремлений», а значит в «предательстве» и «сговоре с Москвой». Но США пока не проявляют готовности окончательно отказаться от поддержки неонацистов, и можно предположить, что постараются (в своих интересах) сохранить этот раздражитель для России и ЕС, этот потенциальный источник конфликта хотя бы в Западной Украине. Полным разгромом вооруженных формирований неонацистких боевиков эта проблема не решается. В случае сохранения (хотя бы в западноукраинских областях) неонацистов в политике (а то и во власти) формирование новых отрядов боевиков – дело времени. Между тем денацификация Западной Украины возможна только в случае введения внешнего управления и системной идеологической, административной и полицейской работы.Третья проблема: решение об отказе от претензий на Крым может принять только переучрежденное украинское государство, то есть, вновь созданное на конфедеративных основах новыми субъектами в новых границах. Действующая Конституция Украины запрещает государственным органам принимать решение об изменении территориального устройства без вынесения вопроса на всенародный референдум (а собрать большинство за отказ от Крыма на референдуме будет крайне проблематично). К тому же снятие крымской проблемы невыгодно тем же США. Да и ЕС с удовольствием сохранил бы этот рычаг если не давления на Россию, то выторговывания у нее каких-нибудь дополнительных уступок.Таким образом, на сегодня реальны два варианта мирного урегулирования.Первый предполагает начало конструктивных переговоров при международном посредничестве, которые в идеале должны привести к созданию конфедеративного украинского государства (скорее всего, временного, для обеспечения бескровного развода в течение трех-пяти лет). Сложность его реализации проистекает из того, что Киев не готов отказаться от контроля над теми территориями, которые пока им не потеряны.Неонацисткие боевики, составляющие костяк карательной группировки, не готовы без боя отступить и признать Союз народных республик (или Новороссию) равноправной договаривающейся стороной. США все четыре месяца, прошедшие после государственного переворота в Киеве, демонстрируют готовность воевать до последнего украинца и оставить России и ЕС территорию в состоянии гуманитарной катастрофы, с уничтоженной экономикой, разрушенной средой обитания населения больших городов и вооруженными бандами, контролирующими каждая свой регион или населенный пункт. Киевские власти слепо подчиняются США и не имеют сил для нейтрализации собственных неонацистских боевиков, которых они признали легальными вооруженными формированиями. Для конституционного переустройства страны понадобится длительный период стабилизации, восстановления и разоружения боевых отрядов, в течение которого внешние силы должны будут обеспечить военный, полицейский и административный контроль над территорией, а также огромные финансовые вложения в обеспечение социальной стабильности и постепенное восстановление экономики.Поэтому такой вариант сегодня представляется маловероятным. Реализуемым он может стать только в том случае, если все задействованные игроки, включая США, окажутся готовы к конструктивному диалогу и взаимодействию в деле установления мира и при этом будут иметь общий согласованный взгляд на желательное новое устройство украинского государства и его перспективы в ближайшие 5-10 лет (включая необходимость полной денацификации).Также необходима готовность всех участников к честному долевому участию в восстановлении экономики и социальной сферы Украины. Наконец необходимо будет иметь согласованную позицию по вопросу наказания военных преступников. Но здесь Киев продолжает официально обвинять ополченцев в том, что они сами обстреливают свои города, бомбят их при помощи отсутствующей у ополчения авиации и убивают своих собственных детей. То есть стороны конфликта имеют диаметрально противоположное представление о том, кто есть военный преступник. В случае суда над ключевыми фигурами действующей киевской власти неизбежным образом публично вскроется и будет юридически зафиксирована роль США в организации как государственного переворота в Киеве, так и геноцида населения Донбасса.Второй вариант предполагает наступление армии Юго-Востока, освобождение не только Новроссии, но и всего правобережья, кроме (возможно) Зазбручья или только Галиции, создание нового правительства (основания те же, что и для свержения Януковича и «избрания» Порошенко – старая власть сбежала, страшась восставшего народа), проведение новых выборов, легитимация таким образом новых высших органов государственной власти, принятие новой Конституции и на ее основе либо переучреждение, либо ликвидация украинского государства.Слабым местом данного варианта является Галиция, которая в таком случае не просто захочет самостоятельности, но и будет считать себя последним сохранившимся остатком независимой Украины, а все остальные территории - оккупированными. США и ЕС (или только США) вполне могут поддержать такой подход. Кроме того, он опять таки не гарантирует наказания военных преступников, которые могут сбежать в Галицию и там чувствовать себя героями.Поэтому реализация даже такого силового варианта лежит в плоскости наступления вплоть до западной границы и полной ликвидации неонацизма на Украине. Однако для столь глубокой и сложной операции необходима добрая воля ЕС. Брюссель, после ухода Баррозу, Эштон и Ван Ромпея, конечно, станет более сговорчивым, но до такой степени сменить свою позицию в считанные месяцы он не сможет. Тем более, что уходящая евробюрократия оставила своим преемникам гирю на ногах в виде соглашения об ассоциации Украины и ЕС.Следовательно можно ожидать, что после активизации боевых действий, неизбежной по окончании несостоявшегося «перемирия», к которой готовятся обе стороны, в течение какого-то времени (месяц-два) карательная группировка потерпит катастрофическое, но не окончательное поражение, а армия Юго-Востока возьмет под свой контроль значительную (возможно, даже большую) часть, но не всю территорию Украины. В этот момент, с целью не допустить окончательного военного поражения Киева, ЕС и США должны будут выступить с мирными инициативами, добиться совместно с Россией окончательного прекращения огня, введения международных миротворческих сил и начала переговоров об окончательном урегулировании. В таком случае неофициальный раздел Украины по демаркационной линии практически предопределен.Помешать урегулированию подобного рода могут только действия неонацистских боевиков. Благодаря оголтелой пропаганде войны киевскими СМИ, их численность серьезно выросла. Они являются идеологически мотивированными и, в отличие от украинской армии, которая, как всегда спокойно перейдет на сторону победителя, вряд ли смирятся с тем, что у них «забирают» часть (скорее всего, большую) Украины. Они способны как на государственный переворот на оставшихся подконтрольными киевскому режиму территориях и установление диктаторского военного режима, подобного поздней петлюровщине, так и на начало партизанской войны против миротворцев (включая европейцев и американцев, которых они будут считать предателями).Таким образом, как видим, все варианты компромиссного мирного урегулирования, с которыми готова и может согласиться Россия, упираются в невозможность для неонацисткого режима в Киеве и его боевых отрядов согласиться на мир и не стать при этом объектами уголовного преследования за военные преступления. Вторым фактором риска является позиция США и (в несколько меньшей мере) ЕС, которые пытаются при помощи мирных инициатив окончательно легализовать киевский режим, формализовать его признание на всей территории страны (пусть и условное признание), сохранив свое частичное влияние на ситуацию на Украине. А саму Украину, - как крайне нестабильную территорию, требующую от России постоянного внимания и тяжелых финансово-экономических и военно-политических затрат.В результате можно сделать вывод, что более-менее приемлемый послевоенный мир на Украине для России невозможен либо без полноценной и всеобъемлющей военной победы Юго-Востока (что реализуемо), либо без коренного изменения позиций руководящих кругов ЕС и США (что проблематично в случае ЕС и почти нереально в случае США).Исходя из изложенного, политическая ситуация диктует следующий формат военных действий:Первый этап – быстрый разгром основной группировки карателей в районе Изюма и максимально быстрое и глубокое продвижение в направлении Киева и в целом правобережья, оставляя в тылу потенциальные центры сопротивления вроде Днепропетровска. Целью является не только и не столько захват максимальной территории до того, как Запад успеет выступить с посреднической инициативой, но и стимуляцию украинских силовиков и бюрократии к переходу на сторону новой власти, чтобы можно было заявить, что хунта потеряла доверие народа и ее никто не поддерживает (зеркальное отражение ситуации с Януковичем). Это этап первоначальной легитимации власти Союза народных республик в качестве всеукраинскойВторой этап – после посреднических инициатив Запада – прекращение огня по схеме Порошенко (заявление есть, а прекращения нет). Проведение ограниченных операций по зачистке территории в собственном тылу и дальнейшему продвижению на Запад (предлог – народные восстания против хунты в ее тылу).Третий этап – после выхода, как минимум, на линию Збруча, – начало реальных переговоров как с беглой хунтой напрямую, так и с западными посредниками. От хунты необходимо добиться заявления о сепарации Западной Украины (или только Галиции). С которым можно согласиться, если оно будет подтверждено на референдуме, по примеру тех, которые прошли в Донецке и Луганске. Запад же должен признать де факто власти Союза народных республик законными представителями всей остальной Украины.Если эти три этапа будут удачно пройдены, то дальше начнется самый длинный и сложный, но уже мирный этап окончательной международно-правовой легализации новой геополитической реальности. Запад должен будет признать новую власть в Киеве де юре, равно как и ее право отказаться от соглашения об ассоциации и вступить в ТС и ЕАЭС (интеграция непосредственно в Россию, хоть и желательна, но представляется почти нереализуемой на данном этапе). В обмен Россия и новая Украина могут не только признать отделение Галиции в составе 3-7 областей, но и согласиться с любой ее будущей судьбой, начиная от интеграции в ЕС по частям (путем вхождения в состав соседних государств) и заканчивая формализацией ее в качестве нового члена ООН.Единственное требование, которое в данном случае не может быть снято и поддержку которого со стороны ЕС (или части его членов) можно было бы обеспечить – денацификация Западной Украины под международным контролем и трибунал над военными преступниками. В таком случае, даже если США спрячут часть своих «особо ценных» клевретов (хоть надежнее было бы их убить), политические силы Западной Украины уже никогда не смогут претендовать на всеукраинское представительство, а, следовательно, опасность попыток неонацистского реванша будет сведена к минимуму.В целом же надо отметить, что для России главной проблемой сегодня является не физическая победа на Украине, которая практически уже решена, а именно достижение мира, который был бы лучше, чем довоенный, хотя бы с точки зрения России. Именно с этим связаны сложные внешнеполитические маневры российского руководства, а также его отказ от быстрого военного урегулирования украинского кризиса силами российской армии.http://actualcomment.ru/article/1236/