Тоже очень люблю эту песню. Да и много чего люблю. И знаю, и помню. Мне трудно назвать что-то самое любимое.Военные песни у него потрясающие.За нашей спиноюосталисьпаденья,закаты...Ну хоть бы ничтожный,ну хоть быневидимыйвзлёт!Мне хочется верить,что чёрныенашибушлатыДадут мне возможностьсегодняувидетьвосход.Сегодня на людяхсказали:"Умритегеройски!"Попробуем, ладно,увидим,какойоборот...Я только подумал,чужиекуряпапироски:Тут — кто как умеет,не важно —увидетьвосход.Особая рота —особыйпочётдля сапёра.Не прыгайте с финкойна спинумоюиз ветвей:Напрасно стараться —я ис перерезаннымгорломСегодня увижувосходдо развязкисвоей!Прошли по тылам мы,держась,чтоб не резатьих, сонных, И вдруг я заметил,когдапрокусилипроход:Ещё несмышлёный,зелёный,но чуткийподсолнухУже повернулсяверхушкойсвоейна восход.За нашей спиноюв шесть тридцатьостались —я знаю —Не только паденья,закаты,но — взлёти восход.Два провода голых,зубамискрипя,зачищаю.Восхода не видел,но понял:вот-воти взойдёт!Уходит обратнона наспоредевшаярота.Что было — неважно,а важенлишь взорванныйфорт.Мне хочется верить,что грубаянашаработаВам дарит возможностьбеспошлинновидетьвосход! А вот эта - о целом поколении. Его поколении.Час зачатья я помню неточно —Значит память моя однобока, Но зачат я был ночью, порочноИ явился на свет не до срока.Я рождался не в муках, не в злобе:Девять месяцев — это не лет!Первый срок отбывал я в утробе —Ничего там хорошего нет.Спасибо вам, святители,Что плюнули да дунули,Что вдруг мои родителиЗачать меня задумали В те времена укромные,Теперь — почти былинные,Когда срока огромныеБрели в этапы длинные.Их брали в ночь зачатия,А многих — даже ранее, А вот живёт же братия,Моя честна компания!Ходу, думушки резвые, ходу!Слова, строченьки милые, слова!..Первый раз получил я свободуПо указу от тридцать восьмого.Знать бы мне, кто так долго мурыжил, —Отыгрался бы на подлеце!Но родился, и жил я, и выжил:Дом на Первой Мещанской — в конце.Там за стеной, за стеночкою,За перегородочкойСоседушка с соседочкоюБаловались водочкой.Все жили вровень, скромно так —Система коридорная:На тридцать восемь комнаток —Всего одна уборная.Здесь на зуб зуб не попадал,Не грела телогреечка,Здесь я доподлинно узнал,Почём она — копеечка....Не боялась сирены соседка,И привыкла к ней мать понемногу,И плевал я, здоровый трёхлетка,На воздушную эту тревогу!Да не всё то, что сверху, — от Бога, И народ "зажигалки" тушил;И как малая фронту подмога —Мой песок и дырявый кувшин.И било солнце в три луча,На чердаке рассеяно,На Евдоким КириллычаИ Гисю Моисеевну.Она ему: "Как сыновья?" —"Да без вести пропавшие!Эх, Гиська, мы одна семья —Вы тоже пострадавшие!Вы тоже — пострадавшие,А значит — обрусевшие:Мои — без вести павшие,Твои — безвинно севшие"....Я ушёл от пелёнок и сосок,Поживал — не забыт, не заброшен,Но дразнили меня "недоносок", Хоть и был я нормально доношен.Маскировку пытался срывать я:Пленных гонят — чего ж мы дрожим?!Возвращались отцы наши, братьяПо домам — по своим да чужим...У тёти Зины кофточкаС разводами да змеями —То у Попова ВовчикаОтец пришёл с трофеями.Трофейная Япония,Трофейная Германия...Пришла страна Лимония,Сплошная Чемодания!Взял у отца на станцииПогоны, словно цацки, я, А из эвакуацииТолпой валили штатские.Осмотрелись они, оклемались,Похмелились — потом протрезвели.И отплакали те, кто дождались,Недождавшиеся — отревели.Стал метро рыть отец Витькин с Генкой, Мы спросили: "Зачем?" — он в ответ:Мол, коридоры кончаются стенкой,А тоннели выводят на свет!Пророчество папашиноНе слушал Витька с корешем —Из коридора нашегоВ тюремный коридор ушёл.Ну, он всегда был спорщиком,Припрут к стене — откажется...Прошёл он коридорчиком —И кончил "стенкой", кажется.Но у отцов — свои умы,А что до нас касательно —На жизнь засматривались мыУже самостоятельно.Все — от нас до почти годовалых —"Толковищу" вели до кровянки, А в подвалах и полуподвалахРебятишкам хотелось под танки.Не досталось им даже по пуле, В "ремеслухе" — живи да тужи:Ни дерзнуть, ни рискнуть... Но рискнулиИз напильников делать ножи.Они воткнутся в лёгкиеОт никотина чёрныеПо рукоятки — лёгкиеТрёхцветные наборные...Вели дела обменныеСопливые острожники —На стройке немцы пленныеНа хлеб меняли ножики.Сперва играли в "фантики",В "пристенок" с крохоборами, И вот ушли романтикиИз подворотен ворами....Было время — и были подвалы,Было надо — и цены снижали,И текли куда надо каналы,И в конце куда надо впадали.Дети бывших старшин да майоровДо ледовых широт поднялись,Потому что из тех коридоровВниз сподручней им было, чем ввысь.