Она просительно посмотрела на чудного доктора. Тот бодро семенил к дому вслед за нею, и не отставал, несмотря на малый рост и короткие ноги. Ники уже не удивилась, увидев у ворот крепкую приземистую лошадку; таких в дядиной конюшне точно не было. На добротном седле висел приторочен к нему тяжелый кожаный кошель. Девушка обернулась к доктору Элтимору,  а тот, не дожидаясь вопроса, кивнул:- Это моя лошадь. Вы можете… э-э-э… распорядиться, чтобы о ней позаботились?- Конечно, доктор Элтимор. У вас есть какие-нибудь вещи?- Нет, только эта сумка; остальное, скорее всего, доставят завтра. Я отправился сюда налегке. Мадам Моро настаивала, что нужно спешить, очень спешить.Ники совсем перестала что-либо понимать. Она решила отложить размышления о странном поведении Луизы на потом, а сейчас ей стоило в первую очередь подумать о Свити. Она провела странного доктора в гостиную, где нашла дядю и мистера Сомерсета – дядя что-то негромко говорил другу. Увидев незнакомца, мужчины поднялись из кресел. Девушка скупо кивнула:- Доктор Элтимор, позвольте вам представить. Уильям Эванс, хозяин этого дома и мой дядя. Мистер Сомерсет. Это его дочь больна. Дядя, мистер Сомерсет. Это доктор Элтимор. Он будет лечить Свити.Уильям и Джон растерянно переглянулись и склонили головы:- Доктор...- Рад знакомству.- Присаживайтесь, пожалуйста.- Благодарю, - невозмутимо ответил Элтимор и остался стоять.Джон Сомерсет кашлянул и осторожно спросил, с опаской поглядывая на Элтимора:- Прошу прощения… Ники, ты уверена? Свити же сама сказала… Как ты ей объяснишь?- Совершенно уверена, - хладнокровно ответила Ники. – Доктор Элтимор может помочь Свити. И сейчас мы отправимся к ней.- Спасибо, Ники.- Мы же поговорим потом, позже? – дядя Уильям многозначительно склонил голову.- Да, да, конечно, - нетерпеливо ответила та. – А сейчас нам нужно торопиться.