Мы сидим с дядей Мишей на деревянных, еще холодных после зимы скамейках в Сквере Революции, мои ноги в сине-красных, с лакированными круглыми носами ботинках не достают до земли, на коленях развернут большой дяди Мишин носовой платок — чтобы не закапать, боже упаси, такое прелестное платьишко! Ну, слушай жизненную историю… И запомни ее навсегда… Летит старый орел над высокими горами, и несет он на спине своего сына, орленка. И говорит ему…— Почему? Тот еще не умеет летать?— Не умеет, — скорбно говорит дядя Миша так, что у меня отпадают все сомнения в реальности этого странного перелета. Правда, много чего стоило бы уточнить: куда они летят и зачем? И к чему такая срочность, что уж и не подождать, пока орленок станет летучим? Вообще к любой истории у меня готова масса дурацких вопросов, и дядя Миша никогда не скажет, как остальные взрослые, — замолчи, не перебивай, ты не умеешь себя вести, — будет терпеливо отвечать, но я вижу, как грустно покачивает он головой, как наливаются скорбью его глаза, и молчу.Ну давай, что там за жизненная история с говорящими орлами…— И говорит старый орел сыночку: "Видишь, дитя мое, я несу тебя через горы, через моря… так далеко я лечу и так мне тяжело, но я несу своего сына из последних сил… А ты, когда станешь взрослым и сильным, а я буду старым и слабым… понесешь ли ты меня на своей спине?.."М-м… логично. Почему же дядя Миша грустно умолкает и укоризненно кивает собственным мыслям?"Нет, — отвечает орленок. — Когда я стану большим, я понесу на спине своего сына…"М-м… Тоже логично, ничего не скажешь: если орел будет таскать на спине папашу, кто тогда понесет малыша?— А дальше? — спрашиваю я. — Орел рассердился? Сбросил сына в пропасть?— Боже упаси, — пугается дядя Миша, — кто же бросает в пропасть своих детей…— Но что же было дальше?— А ничего. — Дядя Миша вздыхает. — Я же сказал тебе — это притча. У нее нет конца. Есть только высокий смысл, понимаешь? Ничего, ты еще вспомнишь и поймешь, ты потом оценишь…(с) Дина Рубина