Кстати, это не единственные лагеря для русских на севере: после того как сейм в конце 1917 года провозгласил Финляндию независимым государством, новое правительство скупая зерно по завышенным ценам, искусственно спровоцировало рост цен на него, и как следствие голод. Голод спровоцировал гражданскую войну, которая не дала образоваться паритетной советско-финляндской комиссии по отделению Финляндии. В результате в апреле 1918 г. 17,5 млрд. золотых руб. в ценах 1913 г. русского государственного имущества было захвачено буржуазным крылом, во главе которого стоял барон Маннергейм. К слову сказать, в этом же году по его приказу национальным символом Финляндии стала свастика, разместившаяся на военной технике. После окончания гражданской войны весной 1918 года было казнено 8400 «красных финнов», среди которых были 364 малолетние девочки. Еще около 70 тысяч получили приговоры и были заключены в концентрационные лагеря, где погибло 12,5 тысяч. Когда во время Второй мировой войны финская армия оккупировала российскую Карелию, приказ главнокомандующего армии Финляндии Маннергейма определил, что «с гражданским карельским населением надо было обращаться дружелюбно, но с осторожностью. Русское население, напротив, следовало отправлять в концентрационные лагеря», при том, что евреев финское правительство выдать Германии как раз отказалось. Через финские трудовые лагеря прошло более 20 тыс., условия от германских не отличались ничем, также наносились цифровые татуировки и применялись телесные наказания. Около трети заключенных погибло - при этом в российскую школьную программу оказалось гораздо важнее включить изучение Холокоста. Придя к власти фашистский режим Германии взялся передать опыт соседней Польше, куда частым гостем стал Герман Геринг. Тогда точной копией немецкого концлагеря Ориенбург возник польский Береза-Картузская. Лагерь был заполнен попавшими под действия распоряжения «по вопросу о лицах, угрожающих безопасности, покою и общественному порядку» президента речи Посполитой Игнация Мосьцицкого от 17 июня 1934 г. Кроме него документ, согласно которому без суда и следствия в «лагеря изоляции» (польск. «obуz odosobnienia») мог быть брошен любой житель речи Посполитой, заверили еще 11 министров польского правительства, включая Юзефа Пилсудского. Больше всего общественному порядку Польши «угрожали» белорусские и украинские националисты, а также коммунисты, среди которых были, понятное дело и евреи. Остриженные наголо заключенные носили специальную форму с лагерными номерами, все приказания выполнялись только бегом, приём пищи и отправление естественных надобностей производились по свистку и по команде «раз, два, три», то есть на все уделялись буквально считанные секунды. Днём заключенные доводились до истощения физическими упражнениями, которые впоследствии были дополнены ночными. В выходные был «отдых»: в эти дни все узники должны были стоять лицом к стене, вследствие чего некоторые от истощения падали без сил. Подобному же обхождению подвергались и женщины – однако никто из украинцев не заикается о компенсациях, ибо голова занята `голодомором`.В эти же годы независимая Латвия, избавившись от гнёта царизма к 1929 году достигла экономического расцвета, выйдя по объему выпускаемой продукции на уровень 54 % от 1913 года. Но общемировой кризис уничтожил и этот скромный успех. С 1935 по 1939 год было обанкрочено 26 000 крестьянских хозяйств, произошло массовое обнищание населения. Установленный в мае 1934 года профашистский режим Ульманиса начал с публичного сожжения запрещенных книг, следом было объявлено военное положение, которое вместо обещанных 6 месяцев продолжалось 6 лет. В 1939 году был издан «крепостной закон», запрещавший выбирать работу и принимать на работу без письменного разрешения «Центрального управления труда», которое также занималось распределением на принудительные работы на торфоразработки и лесозаготовку. Массовые протесты и демонстрации подавлялись подразделениями «Айзсаргов», было репрессировано 10 000 чел, инакомыслящие отправлялись на каторжные каменоломни в Лиепае и Калнциемсе в концентрационные лагеря. В соседней Эстонии 12 марта 1934 года лидеры правящей партия «Союз земледельцев» К. Пятс и Й. Лайдонер совершили государственный переворот, было введено военное положение, парламент был распущен на летние каникулы и больше не собирался до 1938 года. За это время были введены новые законы, которые под угрозой закрытия запрещали общественной организации выражать неодобрение политики правительства, а членство в компартии каралось смертной казнью. События эти разворачивались на фоне аналогичного латвийскому экономического развала, только за 1937 год разорились и были проданы с аукциона 7923 крестьянских хозяйства. Так как К. Пятс и Й. Лайдонер изначально были ориентированы на США и Великобританию, т.е. им было у кого учиться в 1938 году у Эстонии появились «лагеря для лодырей», которыми именовали людей потерявших работу и не могущих найти её вновь. В эти лагеря заключали сроком от полугода до трёх лет всех „шатающихся без работы и средств к существо­ванию". Правила «лагеря для лодырей» предполагали 12-часовой рабочий день, телесные наказания. Естественно мемориалы «лагерей для лодырей» не построено. Европа семимильными шагами двигалась к построению одного большого концлагеря, пока не споткнулась о советский проект.На американском же континенте США, в качестве борьбы с кризисом в течении десяти лет депортировало в Мехико 1,2 млн. своих граждан, определив их ненужность исключительно по этническому признаку. После 25 июля 1941 года, еще до Пёрл-Харбора приказом Ф.Д.Рузвельта будут заморожены все японские активы в США. На следующий месяц конгрессмен от штата Мичиган Джон Дингелл (John Dingell) направит президенту письмо с предложением взять в заложники и заключить под стражу американцев японского происхождения, чтобы гарантировать «примерное поведение» Японии. 19 февраля 1942 года Ф.Д. Рузвельт подпишет указ № 9066, позволяющий перемещать любую группу лиц с любой территории без судебных разбирательств на основании «военной необходимости». С апреля 1942 сто двадцать тысяч, половину из которых составят дети окажутся вначале на стадионах, а затем в быстро построенных в глубине страны специальных «лагерях для врагов» (enemy alien internment camps), наиболее известными из которых были Manzanar (Калифорния) и Amache (Колородо), Minidoka (Айдахо), Topaz (Юта), Heart Mountain (Вайоминг), Rohwer и Jerome (Арканзас), Gila River и Poston (Аризона), а также Ньюэлль, Ханте, Аркадия, Салинас. Никакой «стивенспилдберг» не будет снимать кино про то, как заключённые калифорнийского лагеря Тьюл Лэйк (Tule Lake) подняли восстание с требованиями соблюдения конституционных прав. «Не имеет никакого значения являются ли они американскими гражданами — они всё равно японцы. Американское гражданство не говорит о лояльности. Мы всегда должны проявлять беспокойство по поводу японцев, пока они не стёрты с лица Земли» генерал Джон Л. ДеУитт, ответственный за программу интернирования, из выступления в конгрессе  Известный в то время журналист Г. Маклемор бился в истерике: «Я за немедленную высылку всех японцев с западного побережья вглубь страны. Причём отнюдь не в привлекательную местность. Давайте погоним их туда и скучим на самых скверных землях. Зажмём их в тисках нужды, пусть им будет плохо, пусть они голодают и подыхают там … » - осталось ему только добавить: «японцы - наше несчастье» и сходство будет очевидным. Кроме того, в 1943 году около пяти тысяч немцев из стран Латинской Америки были депортированы в лагеря на территории США, три из которых располагались на территории Техаса: Кристал Сити (Crystal City), Сиговилль (Seagoville), Кэмп Кеннеди (Camp Kenedy), два на территории Северной Дакоты: Форт Линкольн (Fort Lincoln), Бисмарк (Bismarck) и один - Эллис Айлэнд (Ellis Island) в штате Нью-Йорк. Заключенных этих лагерей, несмотря на то, что они были гражданами своих стран, американское правительство планировало их к обмену на американских военнопленных. На следующий год, в 1942 году американское правительство устроило еще один этнический геноцид: американцы-алеуты были выселены из своих домов и помещены в правительственные концлагеря, а их дома и церкви на Алеутских островах и островах Прибылова были разграблены. Смертность в правительственных концентрационных лагерях, таких как «Burnett Inlet Duration Camp» составила десять процентов от численности алеутских семей вывезенных за две с половиной тысячи километров. Мужчины под страхом запрета на возврат в родные места вынуждены были принудительно отрабатывать в качестве охотников на морских котиков. «Не объ­я­ви Гер­ма­ния вой­ну все­му ци­ви­ли­зо­ван­но­му ми­ру, унич­то­же­ние групп на­се­ле­ния, ме­шаю­щих концентра­ции вла­сти и ус­та­нов­ле­ние аб­со­лют­но­го и не­скры­вае­мо­го кон­тро­ля над жиз­нью всех сло­ев обще­ст­ва, про­шло бы бо­лее или ме­нее не­за­ме­чен­ным – ка­пи­та­ли­сти­че­ский мир, с его при­ори­те­том материа­ли­сти­че­ских цен­но­стей, при­ми­рил­ся бы с экс­цес­са­ми сво­его эко­но­ми­че­ско­го и тор­го­во­го парт­не­ра ... фа­шизм лишь гру­бая, при­ми­тив­ная фор­ма ка­пи­та­ли­сти­че­ской де­мо­кра­тии».Теодор Адор­но, не­мец­кий фи­ло­­соф-неофрейдист