Астрея, я вас здесь знаю не первый год. И позиция ваша мне давно ясна. Я отдаю ей должное, как неизменной и (что редкость здесь) обычно хоть чем-то подкрепляемой. Мы уже раз сто с вами начинали спорить по подобным темам и расходились, каждая при своем, так что вести диалог нам бессмысленно.Не верю, уж извините. Не в факт того, что кто-то из ветеранов считал нужным сдать Ленинград (достаточно вспомнить того же Астафьева), а в то, как был построен диалог (но можете списать это на мое отношение к гражданину Кашину еще со времен всех "нападений" ).Понимаю. А что, кто-то говорит, что у Гранина нет морального права рассуждать на эту тему, или у того же Астафьева не было? Блокадники могут рассуждать на эту тему, ругаться между собой (очно и заочно). Те, кто это прошел, могут. Вечные мальчики-девочки с "Дождя" - нет. Как и  широкая аудитория, часть которой  смутно себе представляет, о чем речь, но жаждет высказаться, ИМХО.Вы же тоже, кажется, из Лениграда. Вы лично зададите своей бабушке этот вопрос именно в такой формулировке? Я нет. Мне хватило того, что я вчера видела реакцию 85-летнего коллеги, которого в итоге отпаивали корвалолом. Он, придя на работу, случайно узнал об этой истории (комп был открыт - молодой товарищ не догадался окно новостного сайта свернуть). Старик этот в свое время в Ленинграде до весны 1943 года был, а за полчаса до обнаружения паскудства от "Дождя" рассказывал, сжимая кулаки, как во время эвакуации умерла его мама, а он даже не заплакал, словно одеревенел, и до сих пор себе этого простить не может. И вот на этом фоне он читает про ситуацию вокруг "Дождя". Старик - не тонконервенная трепетная фиалка: он может на картах, оперируя цифрами и фактами, доказать, что сдавать  нельзя было, ибо вот такие вот последствия. Но от вопроса его затрясло.Это не издержки моей фантазии - это логика вопроса: можно было либо оборонять Ленинград, либо сохранить жизни; можно было либо воевать, либо сохранить жизни (выше же дамочки уже написали, что при немцах многим жилось неплохо)