Джиневра заговорила:- Это началось два месяца назад, в октябре. Сначала моя дочь простудилась и долго кашляла, потом…Но Элтимор, против ожиданий, не стал ее слушать. Он поднял палец и сурово шикнул на женщину, будто она мешала ему прислушиваться к чему-то, что мог слышать только он один. Та растерянно замолчала, Ники тоже замерла, боясь даже пошевелиться. Осмотр доктор Элтимор продолжил в полной тишине, которую нарушало лишь легкое, неровное дыхание больной. Осторожными, ловкими движениями он прикасался к ее голове, рукам, шее. Ники было неприятно смотреть на его пальцы, похожие на птичьи лапы – тонкие, узловатые, с длинными выпуклыми ногтями и темным перстнем на мизинце; но она старательно не отводила глаз. Потом доктор начал творить вовсе странные вещи – внимательно изучал треснувшие в уголках губы больной; надавив на челюсть, приоткрыл ее рот и потрогал  зубы и десны (Ники передернуло от отвращения). Затем склонился еще ниже и, едва не касаясь кожи девушки своим крючковатым тоном, провел им по шее, будто принюхиваясь, миновал ключицу, дошел до сгиба локтя и замер. Неодобрительно вздохнул, взял Свити за запястья, потрогал голубоватые вены; перевернув ее руки ладонями вниз, долго рассматривал ногти. Выпустил руки и снова взялся за ее голову. Помял пальцами прядь волос и даже понюхал ее, крепко взял за шею, надавив большими пальцами под ушами… В этот момент Свити проснулась. Веки ее дрогнули, она захлопала ресницами и открыла глаза. Уставившись на страшного незнакомца, она задрожала, беззвучно ахнула и попыталась отодвинуться от него. Ники тут же подскочила ближе и схватила ее за руку:- Свити, Свити, не бойся! Это доктор Элтимор, он приехал, чтобы тебе помочь!Но та будто не слышала ее, с ужасом глядя на незнакомца. Ники не заметила, когда тот снял очки, и его страшные глаза смотрели прямо в лицо Свити.