Она быстро вскочила на ноги, заторопившись, наступила на подол платья и едва не упала. Поочередно открыла ящики стола, ощупала их трясущимися руками и наконец обнаружила тайничок – он был встроен между вторым и третьим ящиками, да так искусно, что наткнуться на него можно было, только засунув руку глубоко внутрь. Попробовала подергать, пошевелить его – но потайной ящичек был встроен так крепко, что даже не поддался ее усилиям. Посреди узкой планки Ники нашарила глазок замочной скважины – совсем крошечной, размером не больше четверти дюйма. Девушка метнулась к двери, вытащила из замка связку ключей и принялась перебирать их. Попробовала один, второй, третий… И ни один из ключей не был похож на тот, из ее детства, который открывал потайной ящик, все были слишком велики. Ей снова захотелось взвыть – уже не от боли, а от отчаяния. Шум в коридоре возобновился с новой силой. Дверь вздрогнула от мощного удара, толстое дерево застонало, раздался треск. Приглушенный голос Линды возвысился до крика, послышались новые толчки.Похоже, времени у Ники уже не осталось. Она отбросила с лица растрепавшиеся волосы, глубоко вздохнула и пристально оглядела разоренный кабинет, укрытый, как ковром, разбросанными бумагами. Шкафы, шкафы, камин, зеркало, кресло, столик с фарфоровой вазой, еще один шкаф… Взгляд девушки вернулся к камину, вернее, к прислоненной к его кованому экрану кочерге. Ники недобро усмехнулась, поднялась с колен и шагнула к камину. Взвесила кочергу в руке – тяжелая! – и снова встала перед письменным столом.- Прости, - горько прошептала она. – Ты ни в чем не виноват.