Не надо мне про блокаду рассказывать, я и сама могу рассказать. Мой отец пережил блокаду подростком. Один. Потому что все взрослые погибли еще осенью под бомбежкой. И он остался один.Ел столярный клей и тихо умирал. Уже совсем смирился, когда его  вдруг случайно нашел  дядя и смог вывезти на Большую землю. Я своего отца любила (пусть ему земля пухом будет). Рассказывал он о войне редко и с трудом. А к еде относился совершенно нормально - любил вкусно поесть.  И никаких закидонов , никогда, до самого конца не было.Но сейчас мы говорим, не о тех , кто пережил блокаду.Думаю, что те мамаши , что сейчас у взрослых дочерей "последний кусок" требуют, они войну не помнят, скорее и родились-то после войны. Так с какого перепугу они-то любовь едой измеряют ?