В преддверии возможной встречи с Владимиром Путиным в Милане Петр Порошенко сказал, что не ждет легких переговоров с российским лидером, и ушел от ответа на вопрос о разрешении кризиса на востоке, отметив, что текущая неделя станет определяющей. И пояснил: «Вроде бы с россиянами мы обо всем договорились. Насколько искренни эти договоренности, следующая неделя покажет». Эксперты отмечают, что тем самым Порошенко признал существование неких непубличных украино-российских договоренностей. Они могли обсуждаться 26 августа во время первой встречи президентов, состоявшейся в Минске, а затем уточняться в ходе телефонных переговоров, о содержании которых мало что известно. В Милане процесс согласования позиций может быть продолжен и закреплен в виде новых негласных договоренностей.Теоретически, конечно, такие договоренности возможны, ибо ситуация приобрела патовый характер. Ополченцы не могут продолжить наступление не то что на Харьков или Запорожье, но даже на Славянск и Мариуполь - собственных сил для взлома украинской обороны у них недостаточно. С другой стороны, украинская армия не способна провести масштабное контрнаступление. Значительная часть бронтехники выведена из строя, большая часть летающей авиации2 сбита ополченцами. Поскольку наступление невозможно, Петр Порошенко просто не может дальше продолжать держать войска на передовой. Дело даже не в том, что это стоит денег, а в том, что в армии нарастает недовольство. Причем не в тех частях Нацгвардии, которые являются наиболее "идейными" или подчиняются своим собственным спонсорам из числа олигархов, а в подразделениях, которые лояльны правительству страны и должны защищать в первую очередь самого президента от переворота. Поскольку миф о неминуемом российском вторжении постепенно развеивается2 рядовые военные просто не понимают, зачем и ради чего они служат. Так, 13 октября несколько сотен срочников из Нацгвардии митинговали у администрации президента, требуя демобилизации (вместо года они уже отслужили почти полтора). Властям удалось убедить большую часть из них вернуться в казармы, пообещав продолжить переговоры с ними после Милана, «когда станет понятно, что будет происходить дальше».Однако все вышесказанное не означает, что украинский президент в Милане займет прагматичную позицию. На Украине достаточно тех, кто готов продолжать гражданскую войну (их Петр  Порошенко назвал «ура-патриотами»). Среди этих людей много тех, кто выдвинулся на АТО, зарабатывает на ней очки и политический капитал. В частности, руководство добровольческих батальонов, которые, например, фактически обвинили требующих демобилизации солдат в предательстве. «Это куча крыс. Они знают, что в военное время они не могут быть демобилизованы, - возмущается комбат «Азова» Андрей Билецкий. - Необходимо, чтобы суд и военная прокуратура разобрались с организаторами митинга под Администрацией президента1. Если эта акция действительно спланирована, то за ней стоит ФСБ»1. Поэтому любые серьезные уступки украинского лидера, касающиеся статуса ДНР и ЛНР, а также передачу под их контроль территории могут быть встречены в штыки этими силами.Например, глава ДНР Александр Захарченко уже анонсировал, что под контроль Республики перейдут населенные пункты в районе аэропорта, а также сама воздушная гавань. Назначенный новым губернатором Донецкой области Александр Кихтенко эту информацию фактически подтвердил. «С одной стороны, аэропорт Донецка стал символом героизма наших солдат. Но с другой стороны, это ежедневные обстрелы, убитые и раненые украинские солдаты. Более того, аэропорт как инфраструктурный и стратегический объект уничтожен. И здесь нужны правильные, обоснованные, своевременные решения», - заявил чиновник. Однако тогда возникает вопрос - если украинский аэропорт все равно должен был быть сдан (причем, по словам комбата «Донбасса» Семена Семенченко еще в рамках минских договоренностей), то тогда зачем было бросать на смерть украинских солдат?Впрочем, не исключено, что такие вопросы Петру Порошенко все-таки не зададут - кабинет министров Украины поставил под сомнение любую возможность прорыва1 на миланских переговорах, поскольку обозначил новые условия относительно возобновления поставок российского газа. Теперь Киев отказывается покупать газ на условиях предоплаты. «Если мы начинаем оплачивать частично платежи1, то нам нужно вернуться к положениям контракта, которые определяют, что поставки газа происходят по факту поставки2, а не предоплатой», - говорит Юрий Продан1. При этом министр забывает, что по положениям контракта предоплата вводится в случае появления, а не наличия неплатежей Украины за газ. Неудивительно, что в России отказываются восстанавливать подачу газа на подобных условиях стране с такой кредитной историей, как Украина. «Без предоплаты — значит без оплаты. Мы это уже хорошо уяснили», - констатирует председатель комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков. Кремль итак2 пошел на чрезмерные уступки, согласившись, например, пересмотреть порядок выплаты безусловной части долга в 3,1 миллиарда за счет сокращения размера первого транша. «Наше последнее предложение до того, как начнутся поставки, произвести погашение долга за ноябрь-декабрь 2013 года в сумме 1,454 млрд долларов», - сообщил глава Минэнерго РФ Александр Новак, и добавил, что Украина уже сократила запрос на зиму с 5 до 4 миллиардов кубов.Сами переговоры по газовому вопросу пройдут в Берлине 21 октября, через 5 дней после Милана. Однако если будет понятно, что в Берлине газового компромисса достигнуть не удастся, то России нет смысла идти на какие-то компромиссные соглашения с Порошенко по Донбассу. Оба вопроса нужно ведь рассматривать в комплексе, поскольку очевидно, что если Украина не будет закупать российский газ, то через месяц-два ситуация в стране снова обострится. И все договоренности в Милане отправятся в утиль.