Церкви не было. И бабушка моя была в этих вопросах совсем неграмотная, в церкви всегда терялась и не знала, что делать. И очень расстраивалась по этому поводу, стеснялась, вставала позади и тихонько спрашивала у бабулек, куда поставить свечки. Но была крещеная, после перестройки купила себе крестик и носила его на веревочке.Церкви появились только после перестройки, но вроде бабушка одна в них никогда не ездила. С нами бывала иногда.Хотя по дороге в деревню стояла очень красивая церковь, одна из немногих, которая работала без перерыва все советские годы. Зато было старое кладбище. Такое... полное эмоций. Оно было расположено высоко на горе над широким лугом, который заканчивался у большой реки. Гора густо поросла соснами, высокими, с медово-желтыми шелушащимися стволами и темными-темными ветвями на фоне ярко-голубого неба. Под соснами густой кустарник, сирени, какая-то мелкая поросль. Темно и сыро В зарослях - полузаброшенное кладбище - сначала новые гранитные памятники, потом крашеные стобики со звездочками, потом кресты, уже без краски, под небольшими козырьками, часто покосившиеся, а среди крестов - плиты в траве и мхе, надписи на них раскрошились, видны отдельные буквы, иногда попадается ять или еврейская звезда. Если удастся разобрать фамилию - почти все знакомые, местные, но уже никто не помнит, кто эти люди и кем приходятся. Иногда - одичавшая, разросшаяся сирень, уже давно не цветет. Или березка, превратившаяся настоящее дерево. Земляника или костяника, а брать нельзя - кладбище же! Пахнет прелой травой, влагой, мокрой землей, прохладно и немного жутковато, отойдешь от своих - хочется повернуться и быстрее обратно. А выйдешь с кладбища к лугу - солнце обнимет теплом, свет желтый, горячий, небо яркое-яркое и сразу хочется прыгать и петь, а нельзя, идешь тихонько и про себя радуешься, что ты-то никогда не умрешь.