Дело не в 14 часах, а в 14 часах преждевременных родов и постоянной угрозе смерти от внутренней патологии.Тот день, когда он отвез меня в роддом мог быть последним днем, когда он видел меня живой.А ребенка он увидел вообще только при выписке из больницы, через месяц после рождения. Хотя административных проблем с посещением не было никаких, ни в роддоме, ни в больнице, просто приди.