Марш наконец очнулась и заторопилась следом, приговаривая:- Мисс. Мисс Скофилд, пожалуйста… Подождите минутку, постойте же…Но девушка, не слушая ее, упорно шагала по ступенькам. Когда она добралась до комнаты матери, экономка забежала вперед и просяще подняла руки:- Мисс Скофилд, туда нельзя!Не обращая внимания на эти выклики, незваная гостья громко постучала в дверь, распахнула ее, не дожидаясь ответа, и вошла в комнату. Ники увидела красивую немолодую женщину, вполоборота сидящую перед туалетным столиком - та внимательно изучала в зеркале собственное отражение. Длинные светлые локоны рассыпались по розовому шелку пеньюара, в руке щетка для волос, на столике - флаконы и склянки. Из-под длинного подола выглядывала маленькая ступня в расшитой бисером туфельке без задника. Женщина тронула кончиком мизинца безупречную бровь и, не оборачиваясь, раздраженно спросила:- Что за шум, Марш? Кажется, я просила меня не беспокоить.Та жалобно простонала:- Простите, мадам, я ничего не могла поделать.- Здравствуй, мама, - радостно выдохнула Ники.- Николь?!Линда удивленно повернулась к вошедшим и едва успела скрыть мимолетное выражение недовольства.  Запахнула на груди пеньюар, поднялась из кресла и шагнула к дочери:- Что ты здесь делаешь, Николь?- Здравствуй, мама! - еще радостнее повторила та и невесомо обняла мать. Та прикоснулась к ее щеке мягкими прохладными губами, тронула волосы и легко рассмеялась:- Здравствуй. Рада тебя видеть. И все-таки - как ты здесь оказалась?