Р. Ищенко Очертания будущего.http://newskaz.ru/comment/20141020/7097125.htmlВ Милане в АСЕМ был принят Казахстан, через территорию которого обеспечивается выход организации к границам не освоенной пока Центральной Азии.Ростислав Ищенко, президент Центра системного анализа и прогнозирования – для «Новости-Казахстан» Присутствие Петра Порошенко на миланском Форуме «Азия – Европа» (АСЕМ), безусловно, являлось важнейшей темой для украинских СМИ. Во-первых, в Киеве все еще рассчитывают с помощью ЕС и США «убедить» Путина выполнить работу, оказавшуюся не по силам украинской армии, и разогнать ополченцев Донбасса. Во-вторых, последняя надежда Украины пережить зиму заключается в попытке, шантажируя ЕС остановкой транзита (о чем уже заявлял Яценюк), добиться от Брюсселя решения газовой проблемы. Киев исходит из того, что Евросоюз должен либо усилить санкции против России и, таким образом, принудить поставлять Украине практически бесплатный газ, либо, если ЕС не в состоянии заставить Россию, он должен заплатить за Украину сам. Естественно, ни одну из этих проблем Порошенко не решил (и не мог решить), но, по крайней мере, посидел за одним столом с президентом России и руководителями ведущих стран ЕС. Украина не является членом АСЕМ. Порошенко приехал в Милан решать свои проблемы, поскольку специально для него собирать десяток уважаемых занятых людей в одном месте никто не собирался. Он не первый раз приезжает, куда прикажут: то в Нормандию, то в Милан, то в Минск. Удивляет, что и российская пресса практически не уделила внимание другим мероприятиям АСЕМ, сделав акцент на украинском вопросе, который в программу форума не входил.Евразия, Австралия и Океания Конечно, украинский кризис является сегодня крупнейшим внешнеполитическим вызовом Российской Федерации. Однако это проблема краткосрочная. Уже через год-два можно будет подводить окончательные политические итоги этого противостояния, а военная фаза кризиса должна быть пройдена значительно раньше. Между тем АСЕМ – проект долгосрочный, проект, способный в обозримой перспективе серьезно изменить соотношение интересов и возможностей на глобальной арене. Не случайно главы 40 государств (из 53 членов АСЕМ) присутствовали в Милане. Остальные были представлены главами правительств. При этом надо помнить, что, например, у ФРГ и Великобритании, Австралии и Новой Зеландии глава государства (или лицо его представляющее, как, например, генерал-губернатор Австралийского союза) являются фигурами церемониальными, а реальная власть заключена в руках главы правительства, опирающегося на парламентское большинство. Редко какой международный форум собирает столь высокий процент лиц, реально принимающих решения. А эти люди просто так, ради развлечения, по миру не ездят. Если мы взглянем на карту АСЕМ, то обнаружим, что организация охватывает большую часть Евразии, Австралию и Океанию. Эти страны производят 60% мирового ВВП, и на них приходится 2/3 мировой торговли. Вот на это стоит обратить самое пристальное внимание. После того, как в 2010 году в АСЕМ была принята Россия, переговоры с ее участием сосредоточились на транспортных инфраструктурных проектов, начиная от Транссибирского транспортного коридора и заканчивая Северным морским путем. Думаю, не случайно в Милане в АСЕМ был принят и Казахстан, транспортная сеть которого естественно сочетается с транспортной сетью России. Также через его территорию обеспечивается выход АСЕМ к границам не освоенной пока Центральной Азии, по которой тысячелетиями проходила южная ветвь Великого шелкового пути. Однако пылающие Сирия и Ирак, подверженные опасности цветных революций Киргизия, Туркмения и Узбекистан, все еще остающийся мишенью для США Иран и прифронтовая Турция делают освоение этого транспортного коридора в ближайшие годы проблематичным. То есть Россия и другие страны ЕАЭС оказываются владельцами безальтернативного транспортного маршрута, связывающего государства, на которые приходится 2/3 мирового товарооборота – и ключевым звеном, обеспечивающим стабильность и перспективу АСЕМ. Важно, что, в случае с Транссибирским коридором, это сухопутный маршрут, а Северный морской путь проходит по российским полярным владениям. Эти маршруты не только в полтора-два раза короче, чем путь, связывающий Европу с Азией через Суэцкий канал. Они еще и защищены от воздействия военно-морских сил государств, считающих своим долгом контролировать мировые торговые потоки, то есть недосягаемы для США. Это принципиальный момент, как принципиальным является и факт отсутствия в составе АСЕМ США и Канады. В виде АСЕМ оживает и набирает силы сразу два «страшных сна» США: 1. Реализация идеи де Голя о «Европе от Атлантики до Урала», интерпретированная Миттераном как «Европа от Атлантики до Тихого океана» и адаптированная к современности Путиным в виде проекта зоны свободной торговли между ЕАЭС и ЕС. 2. Создание в Азии экономического союза, ориентированного не на США, а на Китай; своего рода китайская интерпретация, озвученного в 1940 году, тезиса Есукэ Мацуока о Великой восточноазиатской сфере совместного процветания, только в расширенном размере. Все, однако, еще хуже, поскольку два наводящих ужас на США проекта – российско-европейский экономический блок и экономически ориентированный на Китай Азиатско-тихоокеанский регион – очерчивают границы сверхблока. Хартленд Джона Маккиндера пожирает Римленд Николаса Спайкмена на глазах у парализованных американских геополитиков. Понятно, что до полноценного действенного объединения пока далеко. АСЕМ не столь структурированная организация, как ЕС или ЕАЭС. Пока это, скорее, действительно форум, чем структура. Тем не менее, АСЕМ структурируется. Прием России является вполне осмысленным шагом, четко обозначающим сферу интересов АСЕМ, резко входящую в противоречие с интересами США, из-под контроля которых уходит большая часть мировой экономики и торговли. Украинский кризис способствовал военно-политическому и экономическому сближению России и Китая, а сейчас создает все больше точек сближения ЕС и Российской Федерации, которые вынуждены совместно решать проблемы, создаваемые им США при помощи украинского нацистского режима. Конечно, нет гарантии, что АСЕМ обязательно станет неким политико-экономическим сверхобъединением. Но, учитывая тенденции развития глобального политического процесса, перманентный системный кризис американской экономической модели, а также существующие и создающиеся евроазиатские связи, перспективы быстрого наращивания международного авторитета и ускоренной институционализации АСЕМ в организацию, в которой не просто не присутствуют США, но само существование которой противоречит жизненным интересам Вашингтона, весьма серьезные.