Очередь еще не дошла, видимо.И видите, в чем нюанс — они не признавались, что преступники. Хотеть секса с ребенком не преступление же, преступление делать это, но они не делают, а только хотят, все имеют права на счастье, они ж не виноваты, что их счастье — такое... Ну и так далее, и ведь возразить сложно. Критерии противоестественности становятся всё более размытыми.Раньше и помыслить нельзя было о том, что кто-то добровольно о себе такое сообщит, а сейчас — можно.