«Юденрайн»: Еврею нет места на палестинской землеЕврею нет места на палестинской земле Давайте представим на минуту, что произошло бы, если бы премьер-министр Биньямин Нетаниягу, выступая на каком-нибудь еврейском форуме, провозгласил: «Мы никогда не разрешим присутствия ни одного араба на независимой земле Израиля со столицей в Иерусалиме». Какое всеобщее возмущение услышали бы мы в ответ?! Какая истерика началась бы в мировых СМИ, какая какофония поношения раздалась бы в ответ?! Все и повсюду, не выбирая выражений и не сдерживая своего праведного гнева, клеймили бы Израиль как расистское, фашистское, незаконное государство! Политики, пресса, международное сообщество потребовали бы незамедлительно принять меры против еврейского государства, лишающего законных прав проживающих в нем арабских граждан. Внутри самого Израиля поднялась бы волна возмущения, которая наверняка спровоцировала бы политический кризис в стране. Многочисленные правозащитные организации и политики требовали бы не только отставки главы правительства, но и привлечения его к суду за расизм и фашистскую идеологию. А теперь, представив все это, вздохнем с облегчением. Ничего подобного Нетаниягу не сказал и не мог сказать ни при каких условиях. Как и любой другой, наделенный определенной ответственностью политик в Израиле. Однако аналогичные заявления - только уже в отношении евреев - звучат со стороны наших палестинских «партнеров», и это не считается чем-то из ряда вон выходящим. Никто не возмущается, не требует покарать «фашистов» и «расистов», ввести санкции против государства, отрицающего права представителей другого народа проживать в границах этого государства. Глава Палестинской автономии Махмуд Аббас считается умеренным, респектабельным лидером. Это не мешает ему делать официальные заявления на авторитетных арабских форумах о том, что на территории будущего палестинского государства не останется ни одного еврея. Выступая на срочном заседании министров иностранных дел Лиги арабских государств в Дохе (Катар), Махмуд Аббас открытым текстом заявил, что «в момент, когда будет создано независимое палестинское государство со столицей в Иерусалиме, мы не позволим, чтобы здесь остался хотя бы один израильтянин». Это - арабская версия нацистской теории «юденрайн», то есть территории, полностью «очищенной от еврейского присутствия». Ни один арабский дипломат не только не был шокирован этим высказыванием, но даже не выразил несогласия с такой постановкой вопроса. Это не первое подобное заявление Абу-Мазена. В прошлом он уже не раз декларировал, в определенных вариациях, подобное видение будущего «мира», в котором нет места для евреев. В декабре 2010 года, например, он заявил: «Я не допущу, чтобы даже один израильтянин жил среди нас на палестинской земле!» 28 июля 2010 года он высказался в еще более непримиримом тоне. «Я готов на участие третьей стороны, которая контролировала бы реализацию соглашения с Израилем, например, НАТО. Но я никогда не соглашусь, чтобы в составе контингента НАТО находились евреи, или чтобы хотя бы один израильтянин оставался на палестинской земле». Иными словами, любой еврей, даже в форме военнослужащего НАТО, не имеет права находиться на «священной земле Палестины», ибо само его присутствие осквернит ее. Чем это отличается от политики «юденрайн» и как сочетается с принципами либерального плюрализма, являющегося неотъемлемой частью западной демократии? Однако слышали ли мы хоть слово осуждения в адрес Махмуда Аббаса или хотя бы призыв к нему пересмотреть его подход? Нет, такая позиция главы будущего палестинского государства воспринимается как вполне легитимная, понятная и оправданная. Аббас диктует. Мир соглашается… Международное сообщество ставит Израилю непомерно высокую планку требований, проявляя нетерпимость и суровость в отношении каждого шага еврейского государства, однако при этом полностью игнорирует и оправдывает откровенный арабский расизм. И дело здесь не только в лицемерии. Речь идет о куда более опасном явлении. Сам факт, что Аббас публично и категорично подчеркивает недопустимость пребывания на палестинской земле ни одного израильтянина (и даже ни одного еврея) - очевидное доказательство того, насколько невозможно и нереально достичь подлинного и искреннего мира с палестинским руководством. Что еще хуже, эта позиция выражает скрытые стремления мирового сообщества. Аббас - любимец Запада. Здесь не жалеют похвал в его адрес, не устают восхищаться им, готовы исполнить любое его желание и неизменно встают на его защиту в любом споре с Израилем. И то, что мир закрывает глаза на его фактический отказ признать за Израилем права на существование и даже допустить проживание евреев на территории будущего палестинского государства, - зловещий признак. Это молчание - негласное согласие с концепцией «юденрайн» в ее арабском варианте. Аббас отвергает требование Нетаниягу признать Израиль в качестве еврейского государства: «Мы отвергали и будем отвергать это требование. Мы знаем, какой смысл вкладывается в это требование. Его цель - подорвать право палестинцев на проживание в Израиле и предотвратить возвращение сюда палестинских беженцев». Таким образом, Израиль, с точки зрения Аббаса и его окружения, должен быть лишен еврейской идентичности и превращен в некое бесформенное многонациональное образование, которому в будущем предстоит стать арабским государством. И до тех пор, пока Израиль не смирится с этой перспективой, не согласится с неизбежной арабизацией и отказом от своей еврейской сущности, он не получит ни мира, ни безопасности. И опять-таки, в мире принимают эти требования как само собой разумеющиеся. Предполагается законным и абсолютно естественным существование внутри Израиля значительного и пользующегося всеми правами арабского меньшинства - и даже возвращение сюда миллионов враждебных палестинских беженцев. Но еврейское присутствие на территории палестинского государства в Иудее и Самарии при этом считается недопустимым и несправедливым. Даже в лице одного еврея. Столь откровенно циничный и предвзятый подход со стороны не только арабов, но и всего международного сообщества, представляет собой гигантское препятствие на пути к миру. Такое согласие мирового общественного мнения, политиков, СМИ с целями и видением Аббаса (сколько бы необъективным и противным логике оно не было) еще больше разжигает его аппетиты и создает ощущение полной безнаказанности. У горизонта нет границ. Чем выше планка притязаний и чем больше солидарность окружающих с этими притязаниями, тем больше искушение добиться всех своих целей - и прямо сейчас. Без розовых очков Фактически палестинцы получают от мирового сообщества не ограниченный никакими условиями политический кредит, но это крайне затрудняет достижение мирного соглашения. И в этом случае уже не важно, насколько уступчиво и миролюбиво будет настроено то или иное израильское правительство, вне зависимости от того, насколько оно будет стремиться к миру с нашими соседями. Чем больше оно будет готово идти на уступки, тем больше будут расти устремления палестинцев, уверенных, что мир поймет их и поддержит.В сущности, так и происходило за время, прошедшее после Осло в 1993 году. Оба Эхуда - Барак и Ольмерт - соглашались выполнить практически все требования палестинцев в отношении границ и Иерусалима. Но, несмотря на эти болезненные для Израиля жертвы, палестинцы отвергли их, потому что хотели получить еще больше. Оба Эхуда, сколь бы они ни хотели умиротворить палестинцев, оказались не в силах это сделать, хотя готовы были поставить под угрозу будущее и государства, и миллионов живущих здесь евреев. Нельзя уйти от факта, что невозможно четко провести границу между двумя народами - настолько узка полоска земли между Средиземным морем и Иорданом, настолько она густо заселена и настолько еврейские и арабские населенные пункты переплетаются между собой. В любом случае, мир может быть основан на компромиссе, доброй воле, взаимном уважении и честном подходе. Скрупулезная реализация соглашения со всеми неизбежными техническими увязками весьма трудна в этих условиях даже при самых искренних и добрых намерениях. Только очень наивные и прекраснодушные люди могут полагать, что при достижении формального соглашения на этой измученной и пропитанной кровью земле установится благодать, гармония и всеобщее согласие. Такой инфантилизм и утопические представления вряд ли могут служить основой для эффективной политической стратегии. В этом контексте опыт недавнего прошлого служит нам хорошим предостережением. Мы уже предпринимали попытки достичь мира, исходя из самых искренних и благих побуждений, забывая о том, что для мира нужны двое. Только в случае искренних намерений можно добиться координации и взаимодействия, необходимых для решения запутанных, сложных и болезненных вопросов. Без этого невозможно распутать узел проблем, запутанных на протяжении десятилетий кровавым конфликтом и взаимными обидами недоверием. Как невозможно провести точную границу по узким запутанным улочкам Старого города Иерусалима. Сотрудничество может и должно в первую очередь основываться на доверии, а потом уже на технических уложениях. Соглашение без доверия? Соглашение в Осло, в частности, предусматривало создание системы совместного патрулирования. Совместные патрули действовали, в частности, на территории, расположенной между арабской Калькилией и израильской Кфар-Сабой. Договоренности, однако, не помешали трагедии, когда 27-летний офицер израильской пограничной полиции Юсуф Табаджа был убит 29 сентября 2000 года своим палестинским коллегой, с которым только что разделил завтрак. Они сидели рядом, ели, шутили, после чего палестинский офицер сказал, что его подразделение хочет помолиться. Встав, они направили на израильтян автоматы и с криками «Аллах акбар!» в упор стали стрелять в них. Табаджа был убит выстрелом в голову, еще один израильтянин Шалом Малуль получил тяжелые ранения, но выжил. Официальные израильские лица выразили сожаление по поводу этого «инцидента», поскольку совместное патрулирование считалось наиболее успешной и плодотворной формой сотрудничества. «Все было хорошо до этого момента», - не скрывал огорчения Барак, занимавший тогда пост премьер-министра. Спустя несколько дней началась «вторая интифада». Соглашение, в которое Барак так верил, было взорвано палестинцами… Что должно быть первичным: соглашение или взаимное доверие? Возможны ли технические договоренности без доверия? Но может ли быть доверие в ситуации, когда власти ПА категорически отвергают право евреев находиться на «палестинской земле», подчеркивая при этом, что миллионы палестинских беженцев имеют право на возвращение в границы собственно Израиля? Может ли быть реальный мир, если от одной стороны требуют всевозможных уступок, а к другой не предъявляют даже элементарные требования? Возможно ли соглашение, когда Израиль осуждается ежедневно и по любому поводу, а откровенный расизм Аббаса игнорируется и поощряется? Если арабские истерики и потоки ненависти воспринимаются как естественная и оправданная реакция, а право Израиля на самооборону отрицается и подвергается суровой критике? Если политиканы повторяют, как заученную мантру, требования арабов, СМИ восхищается палестинскими притязаниями, а общественные группировки выплескивают все свою ненависть и непримиримость исключительно к Израилю? Возможен ли в такой атмосфере подлинный и справедливый мир? Сомневаюсь. Во все этом галдеже, гвалте, истерии нам нужно набраться мужества, терпения и, сжав зубы, идти вперед, ориентируясь, прежде всего, на собственные интересы… Сара Хониг Jerusalem Post Перевод Давида Маркова