Украина. Мобилизация. Что делатьСегодня на Украине объявлена очередная «волна» мобилизации. Воевать хотя идти единицы, не хотят тысячи. Что делать в такой ситуации? В интервью Познавательному ТВ я изложил свою точку зрения (видео внутри).Николай Стариков — писатель, http://nstarikov.ruАртём Войтенков — Познавательное ТВ, http://poznavatelnoe.tvАртём Войтенков: Николай Викторович, сейчас на Украине идёт явная, не прикрытая война. И украинская хунта – власть, пришедшая в результате военного переворота, уже в который раз (по-моему, в третий) объявляет мобилизацию, т.е. набор в свои вроде как незаконные воинские формирования. А что простым людям делать? Слушаться этого, не слушаться этого – как им поступать?Николай Стариков: Это вопрос очень серьёзный. На самом деле, я бы сказал – вопрос фундаментальный. Сейчас его задают очень много людей в письмах.Ситуация такова. Действительно, третья волна мобилизации происходит на Украине. Во-первых, я хочу напомнить, что мобилизация всегда предшествует войне. Я имею в виду сейчас не гражданскую войну, которая, к сожалению, происходит рядом с нашими границами. Я имею войну между государствами. Когда одно государство последовательно осуществляет мобилизации, как показывает опыт той же самой Первой мировой войны – это, к сожалению, может привести к целой цепи самоорганизующихся событий, которые приводят уже к конфликту между государствами.Мобилизация – это серьёзная вещь и её нельзя проводить просто так. Но я убеждён, что каждый гражданин Украины, каждый мужчина, который получает или может получить повестку, каждый военнослужащий армии Украины задают себе вопрос — а что ему делать в этой ситуации?Я убеждён, что на войну хотят идти единицы, может быть десятки, может быть несколько сотен отмороженных боевиков. Нормальный человек войны не хочет.Артём Войтенков: Конечно.Николай Стариков: Тем более в ситуации, которая происходит на Украине, это абсолютно не понятно – за что воюют? Если кто-то говорит о том, что война идёт за целостность Украины, то пусть он задаст себе вопрос – а почему эта война ведётся такими зверскими методами? Ведь каждый обстрел из артиллерийских орудий Луганска, Донецка, Славянска приводят к тому, что местное население озлобляется и идёт пополнять ряды ополчения. Со своим народом так не воюют. Да и с чужими международные законы так воевать запрещают.Единственное, что сегодня позволяет хунте так действовать, это – полная куриная слепота Соединенных Штатов Америки, которые фактически стоят на одной стороне конфликта, стоят за спиной Киева и не замечают никаких преступлений, которые совершает или совершит.Каждый спрашивает себя: «За что идёт эта война?» Здесь ответ очень сложный. Мы должны с вами понять, что сегодняшняя киевская власть нелегитимна. Она пришла к власти на волне государственного переворота, нарушив Конституцию Украины. Потом в нарушение этой же Конституции, власть, которая нарушила Конституцию, провела нечто, напоминающее выборы, но она от этого не стала легитимной. Легитимность это не признание Соединённых Штатов Америки и Бельгии, это – скрупулёзное соблюдение законов самого государства. Поэтому с точки зрения соблюдения законов Украины сегодняшняя власть в Киеве, Донецке, Луганске – одинаково нелегитимны или одинаково легитимны.Той самой Украины, которая была до февраля 2014 года, того государства уже нет. Оно уничтожено теми, кто осуществил государственный переворот. И в этом смысле те военные, те военнослужащие армии Украины, которые сегодня воюют против ополчения, против народа Новороссии, против своих собственных сограждан, против таких же русских и украинцев, которые там живут, — они могут пытаться объяснить себе, что они давали присягу Украине.Я хочу сказать – той Украины уже нет. Не питайте иллюзии. Будьте честны сами с собой. Идёт война. На этой войне любой, участвующий в боевых действиях, может погибнуть в любой момент, в любую минуту. Хотя бы в этот момент будьте с собой честны. Нет той присяги, нет того государства, которому давалась присяга.Под видом той самой Украины создано новое государство, и за создание этого государства идёт война. — С одной стороны американцы, националисты хотят создать профашистское, националистическое государство. и за это сегодня борется одна сторона. — Другая сторона не хочет создания этого нацистского, профашистского государства. И до конца, может быть, не понимает – что она хочет в итоге: отделиться от Украины или создать новую Украину, только освободив её от фашистов. Но она не хочет того, что осуществляется сегодня в Киеве.Вот две стороны конфликта. Обе стороны, как хотите: либо одинаково легитимны, либо одинаково нелегитимны. Идёт война. Остаться посередине между молотом и наковальней — очень сложно. Поэтому, если вы, думая, что соблюдаете присягу, данную той Украине, которая сгорела на Майдане в коктейлях молотова, которая была забита битами, которая сгорела дальше в Одессе в Доме Профсоюзов – вы обманываете сами себя. Вы стоите на одной стороне конфликта. Вы участвуете в войне. Вы стреляете – в ответ стреляют в вас и вас могут убить.Поэтому выбор — он не велик. Вы либо сознательно встаёте на одну из сторон конфликта, и боретесь с оружием в руках: — Либо за создание свободной от фашистов Украины – Новороссия. — Либо вы боретесь за Украину, в которой русский язык будет запрещён, в которой будут распускать политические партии, будут осуществлять репрессии. Всё то, что сегодня мы видим на Украине, — всё то, что было, например, в гитлеровской Германии. Там те же самые законы принимали.Вот это – один выбор. А другой выбор следующий. Если вы не хотите участвовать в этом конфликте, вы можете из него выйти. Это значит, есть такая форма – называется интернирование. Это когда вооружённые люди в стране, где идёт вооружённый конфликт, выходят на границу соседнего нейтрального государства, сдают оружие, и переходят на территорию этого государства. Обязательное условие – сдача оружия. Делается это для того, чтобы ни одна из сторон конфликта не могла обвинить это нейтральное государство в каком-либо участии в этом конфликте. Эти военнослужащие, эти гражданские лица, эти боевики, не важно кто — оставляют оружие, переходят на территорию соседнего государства: они являются интернированными лицами. Они находятся под охраной в определённых местах, у них есть определённые права, о которых говорит Женевская конвенция 1949 года. Они находятся на территории страны до окончания военного конфликта. После этого они освобождаются. Они не являются ни военнопленными, не являются лицами, поражёнными в правах. Они возвращаются на свою родину, где уже закончился конфликт.Поэтому у всех есть только два варианта: — Либо участвовать в войне на одной из сторон: стрелять, убивать и рисковать быть убитым. — Либо просто выйти из конфликта. Интернироваться на территории соседнего государства: в России, Польше – какого угодно.Вот тот выбор, который сегодня существует. К сожалению, война это очень жестокая штука, она другого выбора не оставляет. Но ещё раз хочу подчеркнуть – будьте честными сами с собой. Присяга для человека русского (а для меня и украинец и русский это одно и то же) – это, конечно, святое. Вы должны понимать, что ту присягу, которую вы дали, сегодня используют для того, чтобы осуществить кровавую братоубийственную войну.Нет той Украины, которой Вы давали присягу. А те новобранцы, которых сегодня призывают в украинскую армию, они дают присягу не той Украине, которая была при Януковиче, при Ющенко, при Кучме. Не той Украине, которая с 1991 по 2014 год существовала. Они дают присягу той Украине, которую хотят построить депутаты фракции «Свобода», боевики Правого сектора. Вот этой Украине их сегодня побуждают дать присягу.Артём Войтенков: Понятно. Тогда получается немного: либо ты воюешь за кого-то, либо ты убегаешь.Николай Стариков: Либо ты выходишь из конфликта. Когда происходит братоубийственная война, многие просто в принципе не хотят и не могут в ней участвовать. И единственным выходом из этого существует уход в сторону интернирования. Для этого и существует эта международная практика.Артём Войтенков: Хорошо. Спасибо, Николай Викторович.http://nstarikov.livejournal.com/1402203.html