Можно я отвечу анониму - это ответ бондаренко (именно с маленькой буквы)Донбасс никто не слышитНадрывный призыв «услышать Донбасс» в нынешнем году стал уже крылатой фразой. Трудно сказать, кто произнес его первым, но главным образом призыв этот ассоциируется с нардепом от Партии регионов Николаем Левченко. Во всяком случае, именно он чаще других повторял это требование, а вслед за ним так же полное горечи заключение - «Донбасс не услышали». Последнее обычно звучало после очередного депутатского фейла, когда Левченко выталкивали пинками под зад с какого-нибудь заседания или круглого стола. Призыв этот изначально заключал в себе грубую манипуляцию. Под Донбассом Левченко и другие регионалы, обычно понимали только самую реакционную и просоветски настроенную его часть. То есть, фактически, самих себя, да еще коллег-коммунистов. Сами же регионалы и коммунисты в свою очередь не делали никаких попыток услышать других жителей Донбасса, чьи политические взгляды несколько выбивались из привычной формулы «Православие-СССР-Янукович». Этого Донбасса как будто не было. Хотя он говорил, кричал. Пытался сделать так, чтобы и его услышали. Сегодня поговорим о нем. О Донбассе, который никто не услышал. Не услышали в Партии регионов, в КПУ, в России, в Кремле. Не услышали свои же земляки из соседних квартир и подъездов. Не услышали в конце концов в Киеве и в Брюсселе, так и не обеспечив этому Донбассу защиты. В стане Партии регионов решили, что говорить от имени Донбасса могут только так называемые «ватники» - малообразованные, агрессивные, беднейшие представители общества. Низы, симпатизирующие красно-коричневым идеям. Остальных жителей Донбасса вынесли за скобки. Либералы, украинские националисты, демократы, западники, атеисты, протестанты, были проигнорированы, а за попытки громче высказывать свое мнение и вовсе подвергнуты жесточайшим репрессиям и пыткам. Те, кто просил услышать себя, были готовы убивать, чтобы не слышать других. Первым не услышали моего товарища Диму Чернявского. Его убили 13 марта на митинге за Украину. Людей, которые пришли высказать свое несогласие с сепаратистскими движениями, избили и разогнали земляки, соседи, живущие на тех же улицах. Диму зарезали ножом в толпе. Остальных били арматурой и цепями те, кто позже жаловался, что их не слышат. Николай Левченко не обратил никакого внимания на смерть безоружного человека, погибшего в своем родном городе за свои политические взгляды. Его нисколько не огорчило, что Диму и его единомышленников не услышали. В день смерти Чернявского фактически и началась нынешняя война в Донбассе. Очень символично, что первой ее жертвой стал именно украинский патриот. И именно человек из Донецка. Не приезжий миссионер, не полицейский или каратель, а свой, мирный житель. Те, кто убил Диму начали войну, которая уже унесла тысячи жизней, и неизвестно, сколько еще унесет. Затем не услышали Владимира Рыбака из Горловки. Его убили террористы Стрелкова. Убили за то, что Рыбак пытался повесить на горсовет сорванный украинский флаг. Рыбак был депутатом городского совета. Ну, то есть наверно имел право быть выслушанным, чтобы с его мнением тоже считались. Но добрые православные земляки, ведомые братскими русскими диверсантами, посчитали иначе. Вспороли ему живот и выбросили в реку. Невероятно, но факт — ни Елена Бондаренко, ни Николай Левченко, ни Ринат Ахметов никак не отреагировали на эту людоедскую расправу. Никого из них не покоробило, что москвич Гиркин не услышал Донбасс, представляете? Потом были еще побоища в Донецке и Луганске, когда избивали и убивали людей на мирных демонстрациях и акциях за Украину (28 апреля), когда людей похищали, пытали, резали битым стеклом и били током. И все эти пострадавшие люди были жителями Донецка, дончанами, местными с местной пропиской. Агрессивная, безумная, кровожадная толпа сталинистов и сторонников великой империи не давала возможности никому в Донецке высказать альтернативную позицию.