31 декабря за три часа до нового года на станции Дегунино моего папу сбил скоростной поезд Рэкс-экспресс. За последние дни я столько раз произнесла эту фразу, что она почти перестала казаться мне страшной.Через день после гибели папы я написала пост с обращением к журналистам и просьбой об огласке. Дальше Интернет, как водится, все сделал сам.Сейчас я очень хочу сакцентироваться на самом важном и сделать официальное обращение ко всем причастным, сочувствующим и осуждающим.В первую очередь, несмотря на то, что мне всего 24, я довольно адекватный, рассудительный и взрослый человек. А 31 декабря в 21.07 стала совсем взрослым — мое детство унес с собой Рэкс-экспресс. И именно будучи адекватным человеком, я отдаю себе отчет в том, что в любой, даже самой чудовищной ситуации, произошедшей с человеком, не бывает одного виноватого. Мой папа переходил жд-пути на красный свет, торопился встретить свою маму на перроне. Он еще не знал, что больше никогда не увидит свою маму. И еще не знал, что на протяжении следующих трех часов зеленый свет на путях почти не будет загораться.Я обвиняю РЖД в том, что станция не оборудована адекватным переходом — подземным или надземным. То есть таким переходом, на котором данная ситуация в принципе не была бы возможна. Я обвиняю РЖД в том, что компания при оснащении станций не учитывает человеческий фактор, который в свои невеликие 24 учитываю я. Я признаю, что мой папа оказался невнимателен на переходе. РЖД не признает, что настил не является безопасным переходом, на котором, учитывая человеческий фактор, могут происходить несчастья. РЖД не строит мосты или подземные переходы на станциях.Я обвиняю систему координирования станций в том, что остановочный пункт Дегунино не имеет дежурного или какого-то сотрудника, который мог бы помочь пострадавшим. Сотрудники Рэкс-экспресса, остановившегося на станции после аварии (не имеющего остановки на этом пункте), выбежали, проверили, «нет ли помехи движению поезда» и скрылись вместе с экспрессом. Папа лежал между путей, искалеченный и изуродованный. Его, идя по рельсам, обнаружила я, орала от ужаса и шока, не замечала идущий поезд и была спасена от него случайным мужчиной, который кинулся меня убирать. Скорую и полицию на место происшествия вызвала я. Первые полчаса на станции я провела со своей бабушкой, мамой погибшего, состояние которой было критично. Ни один сотрудник остановочного пункта, экспресса и вообще РЖД не позаботился о нас в момент аварии, не вызвал подмогу, не подошел. Кассиры на станции сказали мне, что дежурных в Дегунино нет, так как это не станция, а остановочный пункт. В ответ на мой вопрос, кто должен был бы мне помочь, раз дежурного нет, кассиры развели руками. Ни один сотрудник РЖД все еще не выразил хотя бы соболезнования и не принес извинения за страшную аварию, произошедшую на их объекте и навсегда лишившую нас отца и нового года.Сотрудники скорой помощи при мне смеялись о раскиданных по станции мозгах, а когда я, увидев эти мозги, начала кричать, грубо кинули: так, уберите ее. Оперуполномоченный Салахов на мой вопрос о том, почему это произошло и как можно было этого избежать, ответил: ну вы же понимаете, у РЖД нет денег на мосты. Я заявляю, что система защиты граждан в нашем государстве, не работает. Защитить не смогли не только моего папу, но и нас, его родственников. Хотя бы морально.«По нашим данным, на самом деле все было совсем не так, как рассказывают родственники погибшего и пишут в блогах», — заявляет начальник службы корпоративных коммуникаций МЖД-филиала ОАО «РЖД».Господин Мягков, расскажите, пожалуйста, а как все было? Были ли Вы или Ваши коллеги на станции в ту ночь? Как именно Вы получили «ваши данные»? Посмотрели ли Вы видео с регистратора? Когда его смогу посмотреть я? Когда Вы свяжетесь со мной? Что конкретно «не так» я пишу в своем блоге?Я хочу заявить, что я не пытаюсь бороться с РЖД и не пытаюсь приписать РЖД лишнюю вину. Я хочу, чтобы РЖД выполняла свою прямую работу: заботилась о безопасности граждан на железных дорогах, строила нормальные переходы, организовывала адекватную регулировку движения, оснащала станции и остановочные пункты дежурными, которые могут помочь людям в случае необходимости.Также я хочу, чтобы информация о безопасности на железных дорогах впитывалась с молоком матери, чтобы людям не могло и в голову прийти идти по настилам, по путям, лезть под вагонами, идти на красный. Например, я узнала о том, что, оказавшись между двумя поездами, нужно ложиться на землю, узнала неделю назад. У меня не было ОБЖ ни в школе, ни в университете.Я хочу, чтобы люди не лишались своих родных таким нелепым образом. Я хочу, чтобы ни одному человеку не пришлось увидеть разбросанные по станции мозги своего отца, чтобы ни один человек не жил с постоянной, не исчезающей картиной снесенного лица и переломанного тела перед глазами.Я не хочу воевать против, я хочу воевать за. За жизнь. И за то, чтобы закончилось беззаконие, смерти, нелепость и кошмар. За то, чтобы когда-нибудь я снова смогла сесть в электричку, зная, что по дороге к ней я не рискую погибнуть. http://www.echo.msk.ru/blog/mishina/1236088-echo/