Собчак К.А.«Я бы не сбрасывала со счетов 1917 год. А потом 1937-й. Два подряд уничтожения элиты, плюс война, плюс регулярные послевоенные проработочные кампании — а травить у нас очень умеют — привели к тому, что Россия стала страной генетического отребья».[2] Как всегда блеснула умом, — в 1917 году уничтожали не элиту, а в большей массе интеллигенцию и зажиточные классы, что при детальном рассмотрении не одно и то же. И по рождению она скорее тянет на потомка Соньки Мармеладовой и Родиона Раскольникова (см. стеб Достоевского о питерской интеллигенции дореволюционного периода). Видимо, Ксюша не очень понимает, что говорит (что, увы, для нее типично), и ввиду того, что она не имеет аристократического происхождения, судьба ее сложилась бы на сегодняшний день более печально, если бы не революция: ходила бы Ксюша босая в сарафане и пасла бы гусей или овец. Собственно, их она пасёт и сейчас. После бурления ... Болотной, Ксюхен, войдя в образ Пизды на Баррикадах, таки сорвала овации быдла массовыми криками «Пошла на хуй!!!». На что, почти пустив слезу от радости, что легко отделалась, сказала «Спасибо».